Малышонок Сергей Александрович

Путь «Синигами» [СИ, недописано]

Седрик

Путь «Синигами»

Первым, что я увидел, придя в сознание, была тьма, а первым, что почувствовал – боль. Боль и ещё раз боль. Глубокая, всепроникающая и однородная, без малейших проблесков чего-то ещё, только кромешная темнота и сквозная агония. Рефлекторная попытка пошевелиться обернулась тысячей раскалённых игл, пронзивших всё тело, и едва не погасила сознание. Мыслить было сложно, в висках пульсировало, говорить даже пытаться не хотелось, не говоря уже про попытку вновь пошевелиться… Оставалось только лежать и ждать.

Я лежал долго, боль потихоньку утихала, и через какое-то время я начал слышать звуки. Знакомые звуки городской жизни. Подождав ещё немного, я попробовал пошевелиться вновь. Сперва я решил подвигать правой рукой. К моему большому удивлению, я смог это сделать. Боль всё ещё присутствовала, но не настолько серьёзная, чтобы остановить меня. Я медленно подвигал каждым пальцем, когда боль не стала усиливаться, я попытался сжать пальцы в кулак. Это оказалось чуть больнее, но терпимо. Я повторил процедуру с пальцами левой руки. После того, как я смог двигать кистью каждой руки почти безболезненно, я перешёл к ногам. Двигая пальцами, делая круговые движения ступнями, в общем, всё, чтобы размять мышцы. Дальше следовали руки полностью до локтя и ноги до бедра, после – голова и торс.

После того, как я полностью смог подвигать своим телом, я решился на ещё один важный шаг, а именно – открыть глаза. По ним тут же ударил яркий свет, и я вновь зажмурился. Спустя минуту я опять потихоньку начал открывать глаза, дабы привыкнуть к яркому свету, и постепенно начал различать формы и цвета.

Я лежал в каком-то парке в тени дерева. Яркое летнее солнце больно резало по глазам. Я медленно начал подниматься, морщась от болевых спазмов в организме. Наконец приняв вертикальное положение, я вновь огляделся. Парк был почти пуст, я находился на каком-то холмике, в стороне было видно несколько женщин с колясками, парочку молодёжных пар и, собственно, всё. В другой стороне, за деревьями, проглядывали городские здания и слышался звук едущих машин. Переведя взгляд на своё тело, я испытал шок. Одет я был в чёрные брюки, чёрную лёгкую рубашку и чёрные ботинки, вот только и одежда, и моё тело были полупрозрачными. Полюбовавшись на просвечивавшую руку, я довольно быстро успокоился и даже загорелся любопытством. Подойдя к ближайшему дереву, я протянул к нему руку и почувствовал только лёгкое сопротивление, когда она погрузилась в ствол.

– Любопытно… – протянул я, вытаскивая конечность.

Сам себя я касался вполне уверенно и, как ни странно, чувствовал прикосновения вполне нормально. Почесав подбородок, я ещё раз окинул взглядом парк – следовало провести ещё один эксперимент. Подойдя к ближайшей девушке с коляской, я её окликнул. Ноль внимания. Прикоснуться тоже не получилось. Повторив эксперимент ещё несколько раз, убедился в своей нематериальности относительно окружающего мира. Единственное, с чем я непосредственно мог контактировать – это земля под ногами, и ещё деревья немного сопротивлялись моему проникновению, хотя это было почти незаметно. Однако попытка что-то написать в пыли успехом тоже не увенчалась. Обдумывая сложившуюся ситуацию, я обнаружил две вещи. Первая – я абсолютно ничего не помню относительно своего имени и прошлого. И вторая – не испытываю никакой паники касательно моего положения. Это было странно, но, опять же, беспокойства не вызывало. Наоборот, сознание упорно находило выгодные аспекты существования в моём нынешнем качестве. Вплоть до того, что теперь я могу легко подглядывать за девушками в душе, а меня никто и не заметит. Забавно. Интересно, всем призракам приходят подобные мысли в голову? И если нет, то я в прошлой жизни, похоже, был извращенцем каких мало. С другой стороны, лучше уж такие пошлые мысли, чем паника и отчаяние.

Из парка я вышел в город и начал гулять по улицам. Люди были странные, хотя что именно в них странного – я понять не мог. Довольно быстро выяснилось, что местный язык для меня новый, как ни странно, устную речь я понимал, а вот надписи на плакатах и вывесках были мне совершенно непонятны. По городу я блуждал несколько часов, уже начало темнеть, но усталости или голода я не испытывал. Поддавшись приступу любопытства, я выяснил, что могу ходить сквозь стены, хотя сопротивление и присутствовало, и, к собственному удивлению, способен подниматься по лестнице, а вот с лифтом случился облом. Когда окончательно стемнело, мне стало скучно. Вспомнив свои утренние мысли, я, усмехнувшись, направился к ближайшему жилому дому. Осмотр подряд всех квартир положительного результата не дал, так что я, иронично взгрустнув, вышел на крышу. До самого утра я любовался звёздным небом, раздумывая над дальнейшей судьбой. Меня не оставляло ощущение, что ситуация кажется мне знакомой, но чувство было слишком размытым, чтобы делать какие-то выводы.

На следующий день я всё-таки осуществил свою похабную идею, проследив за одной симпатичной девушкой, получил море эстетического удовольствия, когда она принимала душ, но на этом, как несложно догадаться, всё кончилось. Даже жаль. Эх… И что только смерть творит с человеком? Не хочу верить, что при жизни я был таким же извращенцем.

Опять же, как ни странно, но мысль о том, что я мёртв, не доставляла мне неудобства, как будто умирать для меня – обычное дело. Но заострять на этом внимание я не стал, паника и отчаяние куда хуже равнодушия и безобидных проделок вроде подглядывания.

Так я, собственно, и «жил», наслаждаясь жизнью в меру своих скромных возможностей. Слушал сплетни во дворах, иногда смотрел телевизор, когда удавалось найти квартиру с включённым, наблюдал за жизнью обычных людей, ну и составлял список одиноких красивых девушек. Не так уж много занятий, если подумать. А спустя пару дней нашёл решение проблемы с письменным языком. Решение оказалось элементарным, достаточно было просто проследить за первым попавшимся ребёнком и найти местную школу, после чего просто тихо сидеть на уроках и слушать. Так я начал изучать местный язык.

В таком ритме прошло около месяца, не сказать, чтобы я очень скучал, развлечений вокруг полно, главное – уметь искать и слушать, но было очевидно, что подобное существование рано или поздно приведёт к безумию. И хоть я уже убедился, что представляю из себя довольно уравновешенную личность, изменить результат это не могло – только отсрочить. И вот однажды, гуляя по городу, я почувствовал нечто странное. Какое-то то ли дуновение, то ли запах, сложно объяснить, но я решил пойти к источнику. Источник обнаружился на детской площадке за соседним домом, это был маленький мальчик лет четырёх-пяти, и что самое главное – он был прозрачным. Но не успело пройти первое удивление, как меня чуть не свалило от шока: в груди мальчика торчала белая цепь из семи звеньев. Стойкое ощущение узнавания породило всплеск воспоминаний. Я вспомнил, где раньше видел таких призраков с цепями в груди. Память из прошлой жизни захлестнула сознание, и спустя несколько секунд я уже знал, что когда-то смотрел некое аниме с названием Блич, и главное – я практически идеально помнил сюжет. Но, несмотря на вспыхнувшую надежду, эта память оставалась единственным приобретением, я так и не вспомнил ни своё прошлое, ни даже своё имя.

– Печально, – произнёс я вслух. – Но ожидаемо. Впрочем, нет никаких гарантий, что это действительно та реальность, а не банальное совпадение. Хм…

За размышлениями вслух я как-то забыл о мальчике, но вспомнив, обнаружил его на прежнем месте. Ребёнок, как и минуту назад, неподвижно стоял, глядя на горку. Вот с ним, оказалось, я могу взаимодействовать, но на мои прикосновения и голос он никак не реагировал. Понаблюдав за ним некоторое время, я запомнил место и пошёл дальше гулять по городу. Обдумывание полученных знаний заняло несколько часов, я подробно перебирал в голове события аниме и прикидывал, что из сказанного там может быть правдой. С одной стороны, раз есть духи с цепями в груди, то вполне могут быть и Пустые, однако я их пока не встречал. Также, то дуновение-запах может являться реацу, её я раньше тоже не чувствовал, но что если попробовать? И я начал пробовать, пытаясь уловить то самое ощущение. Вернувшись на детскую площадку, я обнаружил мальчика в том же положении, что и раньше. Тут мои попытки увенчались успехом, я опять почувствовал исходящую от призрака реацу, по умолчанию примем, что это она и есть. Потом была ночь, когда я планомерно отходил от двора, пока не терял ощущение ветерка, и возвращался, отрабатывая навыки обнаружения. К исходу ночи я чётко ощущал ребёнка на расстоянии до двухсот метров, а также сумел почувствовать и другую реацу, разлитую в воздухе, в том числе и свою собственную.

За следующую неделю я нашёл ещё несколько таких духов, но все они на меня не реагировали. А на восьмой день я встретил Пустого.

Трёхметровая мускулистая туша с уродливой маской почти тридцати сантиметров и огромной дырой в груди, а также какой-то злой, агрессивной реацу. Это существо приземлилось на ту самую детскую площадку, где я впервые столкнулся с духом. У мальчика, чьего имени я так и не узнал, был высокий уровень реацу, значительно выше, чем у остальных встреченных мной призраков. Видимо, именно поэтому я его и сумел почувствовать, и, похоже, не один я. Я как раз сидел здесь, размышляя о жизни и наблюдая за пареньком, и когда появился Пустой, изрядно растерялся. Растерянность, правда, пропала в тот же момент, как лапа Пустого начала подниматься над пареньком. Тело отреагировало само, стремительно сократив дистанцию и стремясь нанести удар по почкам гиганту, хотя сомневаюсь, что таковые у него есть. По какой-то причине я его совершенно не боялся, наоборот, он представлялся мне лёгким противником, тупым и неповоротливым. Откуда-то всплыли знания, как и куда надо нанести удар, а также тактика битвы с такими крупногабаритными противниками. Но случилось то, чего я совершенно не ожидал, как, видимо, и сам Пустой. Когда я оказался всего в метре от его туши, непонятная сила толкнула меня вперёд, и, не успев ничего сделать, я врезался в Пустого. Но вместо удара я как будто провалился в него. Вокруг меня опустилась непроглядная Тьма, а через мгновение сознание и тело заполнила БОЛЬ!

***

Очнулся я всё на той же детской площадке. Стояла глубокая ночь. С трудом поднявшись на ноги и ещё слабо соображая, я поднёс руку к лицу, намереваясь помассировать глаза, и остолбенел. Моя рука была похожа на латную перчатку с внушительными когтями, чёрная хитиновая броня покрывала кисть и поднималась вверх по руке. Другая рука выглядела так же, ноги, торс, плечи – всё было покрыто бронёй, которая, как ни странно, совершенно не сковывала движений. Лица своего я не видел, но судя по тактильным ощущениям, на нём красовалась маска Пустого, только волосы были открыты, да и то под ними прощупывалась костяная корка.

– Приплыли, – вырвалось у меня из горла. Мой голос тоже изменился, став до ужаса похож на голос внутреннего пустого Куросаки Ичиго.

Я сел прямо туда, где только что лежал. Ахренасоветь! Что сейчас произошло? Я что, занял тело Пустого? Нет, он выглядел совершенно иначе. Значит, я его занял и изменил? Похоже на то. По крайней мере, других объяснений у меня нет. Значит что же – я теперь Пустой? Хм… Дыры в груди нет, а в остальном – точно Пустой. Правда, какой-то не каноничный, но это роли не играет. А теперь главный, сакральный вопрос: что делать? Если здесь есть пустые, то есть и синигами – теперь я готов поверить во что угодно. А раз здесь есть синигами, то они, очень вероятно, при встрече захотят меня убить. Когда я был призраком, то их можно было не бояться, да и не верил я в них особо, но сейчас ситуация совсем другая – если уж я могу чувствовать чужую реацу, то профессиональные синигами и подавно меня заметят. И ведь не разубедишь, тем более с моим нынешним уровнем силы, а то, что он небольшой – это как пить дать. У мальчишки, что всё ещё стоит на прежнем месте, всего в пять раз меньше, а ведь когда Пустой только появился, я чувствовал, что у него как минимум в десять раз больше реацу, чем у пацана. Хреново. Очень хреново. Значит, нужно срочно становиться сильнее и научиться скрывать реацу. Ну, скрывать мне пока особо нечего, а вот увеличить собственную силу… Нет, призраков я есть не буду точно, по крайней мере, без особой на то нужды. А значит, надо воспользоваться способом, описанным в аниме, а именно – поедать других пустых. Этот вариант мне нравится куда больше, остаётся их только найти.

Первого пустого я нашёл в тот же день, моя чувствительность к реацу значительно возросла, что радовало. Пустой имел внешность огромной ящерицы и, судя по всему, был туп как пробка, подчиняясь одним инстинктам. Убить его не составило труда, он на меня вообще никак не реагировал, пока мой кулак не разбил ему маску, застряв в черепе. Поедать его оказалось не так противно, как я опасался, пустой был совершенно безвкусным, другое дело, что его реацу, вливающаяся в моё тело, приносила удовольствие, сравнимое с изысканным и сытным блюдом.

Так потянулись недели. Из того города, где я до этого жил, пришлось уйти, слишком мало там было духовной энергии и, соответственно, охотящихся Пустых. Моя сила постепенно росла, я уже в три раза превзошёл по объёму реацу того пустого, который дал мне это тело, и останавливаться не собирался. Кстати сказать, помимо реацу, из пустых я получал и нечто, что можно назвать их сущностью. Сущность не была связана напрямую с реацу, это скорее материя, из которой состоят пустые, и чем больше у меня прибавлялось этой сущности, тем больше реацу я мог вместить. Тренировки по управлению собственной реацу почти ничего не давали, максимум, что у меня получилось – это сдерживать свою реацу внутри тела и не выпускать её наружу, но даже это было крайне тяжело, хоть и облегчалось с тренировками. А также я с трудом научился стоять на воздухе, уплотняя реацу под своими ногами. Пытаться сформировать Серо я даже не пробовал.

Передвигаясь по едва заметному течению фона реацу, стремясь туда, где её больше, по пути пожирая всех встречных пустых, примерно через месяц я пришёл к городу, чей фон по сравнению с моим первым был как небо и земля. Здесь даже дышать было легче, за первый же день я нашёл и съел троих пустых и видел около десятка духов. Это был настоящий рай для охотника на пустых, но это также значило, что и вероятность встретить синигами тут гораздо больше.

А уже на второй день я узнал, что этот городок называется Каракура.

Первая паника была в зародыше подавлена. Честно говоря, я уже почти не сомневался, что попал именно в мир Блича, а значит, и переживать не о чем. Неизвестно, какой сейчас период времени, но как бы то ни было, из Каракуры гораздо проще попасть в Хоэко Мундо, мир Пустых, да и сил здесь набраться куда проще. Главное – не отсвечивать перед такими зубрами, как Урахара Киске, Шихоуин Йоруичи, Тессай и Куросаки Иссен, да и, пожалуй, с теми двумя Квинси, помешанными на гордости. Если они все, конечно, тут есть, но в любом случае отсвечивать не стоит. В общем, всё как обычно, охочусь на пустых, прячу реацу, а если вдруг не повезёт столкнуться с синигами – делаю ноги.

Но реальность внесла свои коррективы в мои планы. Не прошло и недели с момента моего прибытия в Каракуру, как случилось то, чего я меньше всего ждал. Атака Меноса. Всё началось с того, что по городу разошлась волна странной реацу, и почти сразу стали появляться сотни мелких и слабых пустых. Такие пустые очень редко обладают разумом и управляются одними инстинктами, разумных пустых я вообще встречал всего два раза, и оба раза они были, мягко говоря, теми ещё тварями, хоть и питательными. Поначалу я даже обрадовался, но когда я доедал уже пятого пустого, случилось ЭТО. Раздался оглушительный треск, и в город вступила просто чудовищная реацу пустого. Отбросив труп пустого, я со всех ног бросился к её источнику. Увы, сонидо мне пока недоступно, так что на место я прибыл, когда уже всё заканчивалось. Передо мной предстал парк, почти такой же, как показывали в аниме. Внизу, в одной группе, стояли двое детей, мужик в полосатой зелёной шляпе, таких же штанах и рубашке, рядом с ним на коленях сидела молодая девушка в школьной форме и с короткими чёрными волосами. Чуть в стороне, на мосту, стояли ещё двое – огромный парень со смуглой кожей и красивая девушка с рыжими волосами. А в самом центре парка возвышался колоссальных размеров Менос Гранде, под ногами которого стояли двое парней, один – рыжий в форме синигами и с огромным мечом, а второй – брюнет с сияющим луком в руках. И как раз сейчас Менос заканчивал формировать Серо. Реацу у Ичиго было много, раза в два больше, чем у меня, Исиду я не чувствовал, его полностью заглушали реацу гиллиана и Ичиго, Урахару я не чувствовал совершенно, в Рукии были какие-то крохи, у детей чуть больше, Чада и Иноуэ я также не ощущал из-за разлитой вокруг реацу.

Красный луч разрушительной энергии устремился к Ичиго, а он, как последний идиот, встал прямо под него, закрывшись мечом. Это было бредом, но это было. Подставившись под удар, Ичиго начал стихийно выбрасывать в пространство огромное количество реацу, я ошибался, силы у него раз в 10 больше, чем у меня. Реацу совершенно неконтролируемо растекалась в пространстве, но всё равно напор был так велик, что Серо не могло пробить возникший спонтанный шит. А потом произошёл ещё более серьёзный всплеск, и в тело меноса полетело какое-то жалкое подобие Гецуги Теншоу, разорвав Серо и прочертив в огромной туше многометровую рану. Гиллиан взвыл, от чего летающие там и тут мелкие пустые ударились в панику. И в тот же момент я понял, что времени совсем нет, если я сейчас упущу момент, то шанс попасть в Хоэко Мундо возникнет у меня очень не скоро.

Выругавшись и плюнув на всё, я на всей возможной скорости рванул к прорехе в пространстве за спиной меноса. Я был не одинок, многие пустые тоже устремились в серую хмарь, так что я вполне мог уйти незамеченным. Гилиан уже начал отступать, и хоть он двигался очень медленно, нырнуть в прореху я успел в самый последний момент. Зацепившись за гигантскую тушу, я преодолел серую хмарь и вступил в Лес Меносов.

***

Всегда задавался вопросом, почему обычные Пустые, живя в Лесу Меносов, не пытаются есть гиллианов? Если те такие безмозглые? Сейчас я узнал ответ. Шкура гиллиана слишком прочная для обычных пустых. Просто слишком разный уровень реацу. Хотя мне в этом смысле повезло, вернувшийся из Каракуры менос был ранен, и в районе раны его плоть стала значительно мягче. Понял это не только я, но у остальных пустых, влетевших вслед за ним в прорыв, реацу было слишком мало, чтобы этим воспользоваться. Но медлить всё равно не стоило, мало ли, вдруг раненого гиллиана заметит кто-то моего уровня или выше?

Действительно, не прошло и десяти минут, как на вой мелких пустых прибыли ребята посолидней. И тут началась кровавая вакханалия, пустые рвали пустых, а самые сильные набросились на бессмысленно переминающегося с ноги на ногу гиллиана, вгрызаясь в постепенно зарастающую рану. Я к тому моменту был уже на грани перенасыщения, каждый кусочек плоти меноса давал больше, чем обычный пустой, не наделённый разумом, а ведь челюсти у меня весьма скромного размера и кусочки, соответственно, тоже. Оторвавшись от раны, я отбежал подальше от разворачивающейся битвы и постарался максимально скрыть свою реацу. Мне требовалось время, чтобы переварить полученную сущность, а также я обнаружил, что вытянуть реацу из гиллиана оказалось невозможно. С одной стороны, это огорчало, но с другой… Воздух Хоэко Мундо был так насыщен духовной энергией, что даже без пищи я мог заполнить свой резерв с нуля буквально за пару десятков минут, если не быстрее. Отойдя от битвы на существенное расстояние, я залез на то, что можно было с натяжкой назвать деревом, и, найдя укромное место в «ветвях», присел отдохнуть.

Переваривание сущности гиллиана, заняло около двух часов, на протяжении которых я полностью сосредоточился на своей реацу. Объём моего резерва реацу увеличился почти в два с половиной раза, похоже, сущность меноса имеет куда более высокое качество, чем сущности обычных пустых.

Из размышлений меня вывела какая-то возня внизу. Четверо крупных пустых решили устроить драку невдалеке от моего дерева, реацу всех четверых значительно уступала/и(?) моей. Ну что ж. Обед я переварил, пора и поужинать.

***

Встречаемые мной в Лесу Меносов пустые делились на два основных вида. Первым были перекачанные горы мышц с огромными руками и большой физической силой, этих убивать было легче всего, они редко обладали мозгами и были весьма неповоротливы. Вторым видом были те, что ставили упор на скорость и ловкость, хотя и с ними особых проблем не возникало, так как я сам принадлежал к этой категории, да к тому же обладал огромными навыками рукопашного боя, пробудившимися ещё тогда, во время первой моей встречи с пустым. Круглые сутки я бродил по лесу, выслеживая и пожирая пустых, хотя, даже несмотря на это, ещё ни разу мне не удалось вновь добиться перенасыщения, пища усваивалась быстрее, чем я её находил, и чем больше я поедал, тем быстрее происходил процесс усвоения.

Помимо охоты, я постоянно экспериментировал с реацу. Например, я научился мгновенно напитывать тело реацу в нужной точке, таким образом ускоряя свои движения и увеличивая силу или блокируя вражеский удар так, что он даже не оставлял следа на броне. Было очень забавно наблюдать, как пятиметровая мускулистая туша со всей дури мутузит маленькую человекоподобную фигуру, а та отбивает удары небрежными движениями рук, даже не двигаясь с места. Конечно, подобные фокусы проходили, только если у противника был существенно меньший объём реацу, хотя должен отметить, что далеко не все пустые умели контролировать свою реацу. Встречал я пару раз бугаев с объёмом больше моего, но они даже в воздухе стоять не умели, и как результат – стали моим обедом, очень питательным обедом.

Лес Меносов был своего рода центром жизни Хоэко Мундо. Несмотря на название, здесь обитали далеко не только гиллианы, можно даже сказать, что последних было не так уж и много, хотя найти место, где не было бы слышно их воя, было крайне сложно. Они действительно были абсолютно тупы и всё, чем занимались – это бессмысленно бродили между деревьями и подвывали. Обычных пустых здесь было в разы больше, и далеко не все из них занимались поеданием себе подобных. По сути, это начинали делать только те, у кого пробудился разум, хотя и более примитивные, ведомые инстинктами, с удовольствием набрасывались на раненную жертву, как было с тем гиллианом. Обитали здесь и адьюкасы. Реацу гиллианов значительно отличалась от реацу обычных Пустых, не знаю, как это выразить… Она была как будто… качественней… злее… или негативней, что ли. А реацу адьюкасов превосходила реацу гиллианов ещё на порядок. Столкнулся я с ней всего один раз, вернее, ощутил – на расстоянии около километра от меня двое адьюкасов устроили потасовку. От того давления, что обрушилось на окружающий мир, все оказавшиеся рядом пустые сломя голову ломанулись подальше, да и мне, даже в километре от источника, стало плохо. Когда вдалеке сумрак леса разорвали вспышки Серо, я счёл за лучшее свалить подальше.

Несмотря на неуклонно возрастающую силу, все мои попытки освоить сонидо оказались безрезультатными. Но были и хорошие новости. Спустя месяц моего субъективного времени и что-то около полутора сотен съеденных пустых у меня получилось создать своё первое слабенькое Серо. Я очень часто наблюдал за гиллианами, стараясь всегда держать одного в зоне своего восприятия, и несколько раз был свидетелем того, как они формировали Серо. Делали они это, похоже, просто так, видимо, перенасыщаясь окружающей реацу и таким образом сбрасывая её излишки. Эти наблюдения позволили мне понять принцип формирования Серо, и я, пока искал следующую жертву, постоянно тренировался в его создании. Реацу у меня было слишком мало для удачного результата, зато такие тренировки здорово улучшали мой собственный контроль реацу. И вот, после очередного съеденного пустого, когда мой резерв немного увеличился, очередная тренировка принесла положительный результат. В моей правой руке медленно сформировался закручивающийся шар красной реацу, и слабенький луч Серо пропахал небольшую борозду в земле передо мной. Сам я после этого свалился от истощения, реацу было на нуле, но я был счастлив.

***

Одинокий гиллиан только что разрядил Серо по ближайшим деревьям, и его уровень реацу заметно понизился. Ждать этого момента пришлось очень долго, поэтому медлить я не стал и спрыгнул на гигантскую фигуру. Твёрдо встав на ноги на плече гиллиана, я, сконцентрировав всю реацу в руке, вонзил когти в чёрную плоть. С трудом вырвав небольшой кусок, я отправил его в рот. Менос никак не отреагировал на потерю, начав куда-то бесцельно брести. Трапеза продолжалась долго, уже через двадцать минут вырывать новые куски стало значительно легче, а через час гиллиан рухнул. Меня стремительно наполняла новая сущность, я уже не использовал руки, вгрызаясь в мягкую плоть челюстями маски, как оголодавшая собака в кусок свежего мяса. А потому я не сразу заметил, как моя реацу изменилась. Но не успел я этому удивиться, как моё сознание начала заполнять тьма. Очень сильно захотелось спать, на тело навалилась усталость, движения замедлились, а желания притупились. Вялые мысли о неправильности происходящего возникли и, не задерживаясь в голове, исчезли. За ними пришла догадка, что я сейчас эволюционирую, из которой вялый мозг сделал вывод, что надо бы съесть как можно больше. Борясь с навалившейся сонливостью, я на пределе сил дожёвывал остатки маски меноса, но сопротивляться смог недолго.

Очнулся я, лёжа лицом вниз. Первым делом изучил своё реацу, результат порадовал – объём резерва раза в два превышал средний уровень Меноса Грандэ, да и сама природа реацу изменилась, став по своей структуре идентичной реацу гиллианов. Сейчас я был очевидно сильнее Ичиго в тот момент, когда он ранил Меноса. Однако на этом хорошие новости закончились. Начав подниматься и осмотрев своё тело, я издал вой ярости, получилось куда солидней, чем у обычных гиллианов. Моё тело увеличилось, став соизмеримым с телом обычного гиллиана. Хотя я всё же был в два раза ниже, меня покрывала броня, и на когтях не было множества дырок, но я всё равно стал неповоротливым гигантом, неспособным даже убежать от более сильного противника. С тоской взвыв металлическим голосом, который почти не изменился, я бросил угрюмый взгляд на тело меноса под ногами. Нужно как можно скорее стать адьюкасом и, если получится, вернуть прежнюю форму. Рыкнув от переизбытка эмоций, я нагнулся к недоеденному трупу.

***

Тяжело ступая по земле, я шёл на реацу очередного меноса. Поддерживать моё тело в воздухе, уплотняя под ногами реацу, было сродни мазохизму, и хоть это являлось неплохой тренировкой контроля, но реацу жрало немерено, так что мне приходилось, как и в самом начале, топтать бренную землю. Уже прошла примерно неделя с моего превращения, хотя тут сложно определять время. За этот срок я успел съесть уже тридцать семь гиллианов, основное время уходило даже не на поиски, благо чувствовал я реацу очень хорошо, а на процесс поедания. Теперь я уже не так сильно расстраивался из-за потери привычного размера и облика, стало очевидно, что сохрани я его, то даже поедание одного гиллиана отнимало бы больше суток. Также, я всё-таки был в несколько раз быстрее и проворнее встречаемых гиллианов, и это не могло не радовать. Сейчас я почти всё свободное время уделял тренировкам Серо, при этом продолжая скрывать свою реацу. Занятие крайне сложное, хочу заметить. Но результаты того стоили. В самом начале я мог использовать подряд всего два Серо, но с каждым съеденным гиллианом объём доступной мне реацу возрастал. Тренируясь использовать Серо, я добился того, что с каждым разом всё меньше реацу утекало в окружающую среду, всё плотнее становилось Серо, и всё более сфокусированным лучом оно било. Да и скорость формирования возрастала. Впереди появилась высокая фигура. Ну что ж, это будет тридцать восьмой.

***

Обычные пустые меня теперь не беспокоили, хотя я пару раз попробовал кое-кого съесть, но эффект был мизерным, хотя эксперимент показал, что теперь я усваивал их сущности гораздо полнее и лучше, чем раньше. Не знаю, сколько уже прошло времени с момента моей эволюции, счёт гиллианов перевалил уже за сотню и сейчас насчитывал ровно сто тринадцать меносов. Внушительная цифра, однажды мне даже повезло набрести на целую стаю Меносов Грандэ из десятка особей, тогда я хорошо наелся. А один раз даже наблюдал рождение нового гиллиана из целой кучи дерущихся и уже мёртвых пустых. Естественно, как только он сформировался, я вгрызся ему в шею, он стал восемьдесят четвёртым.

С левого боку вспыхнула мощная реацу. Адьюкас! Прислушавшись к возмущениям в окружающем фоне, я, к собственному изумлению, понял, что реацу адьюкаса превосходит мою всего в три с половиной раза. Вместе с очередной волной реацу адьюкаса пришло что-то ещё, странное чувство, плохо поддающееся объяснению, и менос, к которому я до этого двигался, резко заспешил в направлении адьюкаса. Через секунду я почувствовал ещё несколько гиллианов, движущихся в ту сторону. Вот оно что… Значит, адьюкасы действительно могут управлять безмозглыми меносами, интересно… А ведь этот адьюкас с кем-то дерётся, это чувствуется по характеру всплесков реацу. А вот его противника я не ощущаю. Очень интересно.

Ослабив свою маскировку, я выпустил немного реацу в окружающий мир, так, чтобы соответствовать обычному безмозглому гиллиану, и спешно отправился месту действия. Когда я добрался, то сперва увидел спины четырёх гиллианов, а подойдя ближе, смог осмотреть место боя и его участников. Адьюкас выглядел как очередная груда мышц с головой, напоминающей сплюснутый молоток, дыра у него располагалась внизу живота, а на теле были видны многочисленные неглубокие резаные раны. Его противником оказался некто с катаной в руках, одетый в бесформенную оборванную хламиду, босой и обвешанный масками Пустых, аки новогодняя ёлка. Хм… Знакомый персонаж. Имени я его не помню, но он вроде синигами-отшельник, когда-то с отрядом ломанувшийся в гарганту за убегающими пустыми. Оказавшийся в лесу Меносов отряд со временем перебили, а этот парень наловчился скрывать реацу и выжил. Занятно. Ран на синигами видно не было, а его занпакто явно находился не в шикае, и он умудрился так изранить адьюкаса? Уважаю! Хотя я ошибся, с левой ноги на землю стекают ручейки крови, но всё равно, на равных драться с адьюкасом, используя только физическую силу и ловкость, – тут нужно быть мастером.

– ГИЛЛИАНЫ! СТРЕЛЯЙТЕ В НЕГО СЕРО!!! – проревел адьюкас, показывая рукой на синигами.

Гиллианы тут же начали выполнять приказ, раскрыв рты и начав концентрировать реацу. Синигами ощутимо напрягся и попытался сбежать, но адьюкас, использовав сонидо, перекрыл ему дорогу, да и было очевидно, что бегать ему сейчас непросто. А я, прячась за спинами гиллианов, спешно обдумывал ситуацию. До удара Серо оставалось всего несколько секунд, да и сам адьюкас не стоял без дела, связав противника боем. Чем больше я думал, тем больше убеждался, что я авантюристичный идиот, но сделать ничего не мог. И вот, когда гиллианы почти закончили готовить свои Серо, я резко выглянул из-за спины того, за которым прятался, и направил правую руку в сторону адьюкаса. К этому моменту я уже научился формировать Серо всего за одну секунду и сейчас вложил в него больше половины собственного резерва. Выстрелили мы одновременно. Широкие лучи гиллианов обрушились на синигами, он начал спешно уворачиваться, а те лучи, от которых увернуться не мог, принимал на широкую маску на плече, которая их успешно отражала. Моё Серо ударило точно в основание шеи адьюкаса, со спины, он даже не успел вскрикнуть. От головы пустого осталась только макушка, да и часть грудной клетки была начисто выжжена, тело простояло вертикально ещё несколько секунд и рухнуло на землю. Фууууф… Хорошо, что он стоял ко мне спиной, и я так хорошо умею маскировать свою реацу, да и одновременная атака с гиллианами также сыграла свою роль.

Поток лучей от гиллианов иссяк, исчерпав реацу, они, тем самым, выполнили приказ и теперь опять бестолково стояли и выли. Синигами с изумлением уставился на мёртвого врага, хотя его лица я не видел, но по тому, как он замер, можно было легко определить изумление. Я спешно вновь спрятался за спинами более крупный пустых и вновь полностью скрыл своё реацу, сосредоточившись на огоньке реацу синигами. Он ещё несколько секунд постоял на прежнем месте, но, так и не дождавшись новых противников, поспешил скрыться. После чего я принялся за так удачно доставшийся ужин, начав с собравшихся гиллианов и оставив тело адьюкаса на десерт.

Я очень спешил, но всё равно съесть тех восьмерых меносов, что пришли на зов адьюкаса, удалось только через три часа. Хорошо, что обитатели Хоэко Мундо, в большинстве своём, стремятся держаться подальше от чужих битв, а адьюкасы встречаются очень редко. Иначе я мог бы поплатиться за свою жадность. Доев последнего гиллиана, я подошёл к адьюкасу. Он был крупнее, чем я когда-то, но всё равно гораздо меньше моей нынешней формы, так что проглотил я его всего за три укуса.

Уммм… Как же я наелся… Хочется просто лечь, не двигаться и спать… Стоп! Спать? Точно. Сознание опять уплывает в прохладную тьму. Ну, вот и долгожданное превращение в адьюкаса… Ожидаемо… И моё сознание померкло.

***

Мммм, как же приятно хорошенько поспать! Я открыл глаза и увидел серый и ОЧЕНЬ далекий потолок или, скорее, свод. Я встал и внимательно осмотрел себя. Хмм… Похоже, всё идёт по плану, и я, наконец, стал адьюкасом. Отлично!

Итак, у меня есть две хорошие новости. Первая: я стал адьюкасом! И вторая: моё тело вернулось в прежнее состояние. Хотя есть и отличия. Когти на руках изменили форму и стали меньше, теперь почти не мешая сжимать руку в кулак. Мускулатура была хоть и очевидна, но впечатления перекачанного шкафа не производила, впрочем, как и раньше. Правда, теперь большая часть ранее покрывавшей меня не то костяной, не то хитиновой брони исчезла. Хотя… Хмм… Я поскрёб когтем кубики пресса, а потом и бицепс на другой руке. Действительно. Ощущение было такое, как будто скребёшь кость, или даже, скорее, керамику, при этом живот вполне естественно сгибался, да и руки не испытывали затруднений. Что это? Внешне выглядит как обычная кожа, да и ощущается так же, вот только имеет, большей частью, белый цвет. Хмм… Ладно, не суть важно. Ощупав голову, я убедился, что форма маски почти не изменилась, вернее, тоже вернулась в прежнее состояние, вот только из-под вновь появившихся волос пробиваются два загнутых назад рога, примерно двадцати сантиметров длиной. После их обнаружения я тщательно ощупал спину, но, к счастью, ни хвоста (чего я искренне боялся), ни крыльев не обнаружил. Ноги мои были покрыты чёрной костяной бронёй, образовывавшей чуть ли не настоящие латные штаны с сапогами.

Так, с внешностью разобрались. Внешне я, пожалуй, за полноценного вастер лорда сойти могу, вроде как они все имеют человекоподобные внешность и размер, хотя я ещё ни одного не видел и судить не могу. Впрочем, это даже к счастью. Что не видел, конечно, а то мало ли… Впрочем, я отвлёкся, что у нас с реацу? Впечатляет… Чуть ли не вдвое больше, чем у убитого мной. Так, а что там с моим верным оружием? Я попробовал сформировать Серо и прифигел: оно не просто у меня получилось, оно сформировалось буквально за доли секунды и даже внешне выглядело гораздо мощнее. Кроме того, я даже не почувствовал уменьшения своего реацу! Живем!

Итак, что мы имеем? Я стал адьюкасом, а значит, скорее всего, уже подхожу под критерий становления арранкаром, то есть я могу просто тупо сидеть и ждать Айзена. Вот только если я всё правильно понял, то чем сильнее пустой изначально, тем более сильным арранкаром он станет. Быть слабаком, которого даже Ямми прикончит с одного удара, мне совсем не хочется. Значит, надо продолжать развиваться. Хмм, а кем я вообще хочу стать в Лас Ночес? Если вообще хочу. Ну, то, что стать аранкаром я хочу – это факт. Оставаться бесполым, де-факто, существом, вынужденным постоянно пожирать пустых, дабы не регрессировать, и всё это на протяжении весьма длительной, если не бесконечной жизни, меня совсем не прельщает. Аранкары же – почти люди, если, конечно, остатки маски или брони не закрывают наиболее важные органы. Кхым… В общем, стать аранкаром я хочу, но вот хочу ли я остаться в Лас Ночес? Айзен мне не особо нравится, хотя если бы не его систематические попытки убить Хинамори, причём руками наиболее близкого ей человека, мог бы выглядеть куда лучше. Служить такому, как он, чревато, что очевидно на примере Халлибел. Подведя итог: вставать на его сторону я не хочу. Но в то же время, нет никакой гарантии, что в результате моего вмешательства в сюжет, даже просто появления в Лас Ночес, история не изменится, и Айзен не победит. Хотя к чёрту! Всё равно ради возможности полноценно наслаждаться жизнью я должен стать арранкаром. Другое дело, что сбежать потом из рядов белых мундиров может быть крайне опасно, так что хочешь-не хочешь, а заселяться в Лас Ночес придётся.

Теперь другой вопрос. Вернее, проблема. Оставаться единственным арранкаром после всей этой заварушки что-то сильно не хочется, а значит, надо заиметь сторонников. А для этого лучше всего входить в Эспаду, но кого там можно заменить? Старк, Барраган, Тия и Улькиорра отпадают: они все вастер лорды, и вряд ли я смогу составить им конкуренцию, даже если очень постараюсь. Ноиторра и Гриммджоу имеют слишком сильное влияние на сюжет, так что с ними тоже не стоит играть. Заэль Аппоро Гранц и Аронильё опять же имеют сюжетный вес, как и Ямми. Остаётся только номер семь, этот негр, который, по сути, является филлерным персонажем, нужным только для боя с Бьякуей.

Отлично, значит, надо из кожи вон лезть, но стать Седьмым Эспадой. Теперь – с кем я хочу остаться после победы над Айзеном? Барраган с его манией величия отпадает. Психопаты вроде Ноиторры или Гримджоу тоже, хотя с Гримджоу далеко не всё так однозначно, да и вроде бы он выжил. Про Заэля и Аронильё и думать не хочу. Ну, значит, остаются: няшка Неллиель, Старк, Тия и Улькиорра. Хотя последний отпадает, ибо его замочит Ичиго, но Старк с Тией вполне вменяемые ребята, так что надо будет постараться их спасти. Хотя кроме Эспады были и другие вменяемые арранкары. Те трое, что вроде как Эспада в отставке, один даже выжил, негр-боксёр, что дрался с Чадом, да и двое других вроде особых проблем с психикой не имели. Ещё были две служанки, по силе так себе, но и бросать умирать их как-то не хочется. В общем, весь этот список также надо постараться по возможности спасти. А вот КАК – буду решать тогда, когда определюсь со своими возможностями арранкара. Что ж, следующий шаг плана намечен, пора к нему приступать.

Хм… А ведь я теперь адьюкас и теоретически должен быть уже способен использовать сонидо. Так, направляем реацу в ноги. Ничего не происходит. Увеличиваем объём. Нет результата. Блин, всё как и раньше. Я попытался сделать шаг и… Вся реацу, что я влил в ноги, вдруг мгновенно исчезла, а мир скаканул вперёд. Я застыл, ошарашенно вертя головой. Мощно. Двумя метрами в сторону – и я бы впечатался в дерево. Пробуем ещё раз. Направил реацу в ноги и сделал шаг. Есть! Реацу снова исчезла, а колонна-дерево, лицом к которой я стоял, заметно приблизилась. Отлично! Ещё один эксперимент, но на этот раз используем меньше реацу. Ага, все ясно. А теперь волью реацу только в бёдра… Хм… Икры?.. Стопа?.. Есть контакт! Значит, для сонидо нужно вливать реацу именно в ступню, хотя лучше во все ноги целиком, а то больно, но вот если вливать реацу во всю ногу, а в стопу не вливать – сонидо не будет. Хорошо, значит, усиливать удары ногами я по-прежнему могу.

А что если подать реацу в глаза? Ну или что там у меня? Дырки-в-Маске? Нет, глаза всё-таки есть, ибо я могу ими моргать. Пробуем. Ага, картинка стала чётче, видеть я стал дальше, а также я вижу какие-то размытые потоки. Взглянул на себя: от меня тоже исходят такие потоки. Всё ясно, я вижу реацу. Смысл? Никакого, ибо я ту же реацу могу чувствовать и без глаз, причём гораздо лучше и дальше. Впрочем, увеличение дальности зрения может быть полезным.

Хмм… И что дальше? Ну, сперва надо бы найти гиллиана… Нашёл. Откусил кусочек. Засада. Поедание гиллианов больше не прибавляет мне сил. Плохо. А обычный пустой? Смешно… Обычный пустой вполне успешно усвоился, но даже в мою бытность гиллианом это уже был такой мизер, а уж сейчас… Ладно. Нужно искать адьюкасов. Вопрос – где? В лесу они есть, но встречаются очень редко, а как насчёт поверхности? Надо проверить. Я взглянул на потолок. М-да, метров пятьсот, не меньше… И как мне туда забраться? Хотя что это я? Стоять на собственной реацу я ещё не разучился.

Н-да… С сонидо надо будет практиковаться, перемещаться с его помощью вверх, да ещё и уплотнять при этом духовные частицы под ногами – та ещё задачка.

Я честно и долго искал выход, но на третьем часу плюнул. Два мощных Серо подряд пробили потолок, когда вниз прекратил сыпаться песок, я выбрался на поверхность. А потом несколько минут с изумлением наблюдал, как ветви-корни деревьев затягивают образовавшуюся дыру. Захотелось сказать что-то ругательно-ёмкое, но в голову так ничего и не пришло. Поэтому я переключился на пейзаж вокруг.

Хмммммм… Что могу сказать? Пейзаж ещё более удручающий, чем я помню из аниме: пустыня с серым песком, серые редкие скалы, серое небо и тусклая луна. Ладно я, я тут без году неделя, но как тут веками живут другие адьюкасы и вастер лорды? Тут же свихнуться можно! Ладно, стояние на одном месте ничего не даст, надо искать свой завтрак. И попутно поупражняться в сонидо, да и реацу не мешало бы скрыть, а то я что-то совсем расслабился.

***

Серо! Узкий красный луч буквально испарил ногу убегающего пустого. Высокая и тощая фигура адьюкаса рухнула в песок. Сонидо. Моя правая рука мёртвой хваткой сдавливает горло.

– Пощади!!!

Поздно. Нечего было самому пускать в меня серо, как только увидел. Реацу и сущность адьюкаса начали стремительно втягиваться в мою руку, уже через минуту от пустого ничего не осталось. Эту способность я обнаружил совсем недавно – полное поглощение реацу и сущности противника при касании. Пожалуй, эта сила была очень схожа со способностью меча Юмичики, пятого офицера Одиннадцатого Отряда. Вот только у него клинок катаны превращался в лианы, опутывающие жертву и вытягивающие реацу, а мне требовалось плотно приложить ладонь к груди или голове жертвы, да и вытягивал я не только реацу, но и сущность. Можно было касаться и других частей тела, но самый лучший эффект давала именно область груди и головы. У данного адьюкаса на месте груди красовалась огромная дыра, плавно переходящая в шею, вот я и схватился за что мог. К сожалению, как показала практика, поглощать летящие в меня атаки из реацу, вроде серо, я не мог. Это знание стоило мне сожжённой правой руки и ожогов по всему остальному телу. К счастью, адьюкас, на которым я решил проверить теорию, был гораздо слабее меня, и я смог его без особого труда добить, даже получив прямой удар серо. Второй обнаруженной способностью стала регенерация. Далеко не такая впечатляющая, как у Улькиорры, но всё равно весьма существенная, а уж когда я поглощал чужую реацу и сущность, то раны заживали практически мгновенно.

Собственно, обе способности я обнаружил одновременно, нарвавшись на адьюкаса, который меня чуть не убил, этот гад хоть и имел огромную тушу, но сонидо использовал божественно. Завалил я его с трудом, а те раны, что получил в бою, грозились заживать не одну неделю, и то при условии, что не окажутся смертельными. Тогда-то я и пробудил свои способности, что меня, очень может быть, спасло, так как уже через час мне встретился ещё один адьюкас. Сомневаюсь, что он бы прошёл мимо такой лёгкой добычи, какую я из себя представлял сразу после боя.

На поверхности Хоэко Мундо обычные Пустые были редкостью, разве что совсем мелкие, имеющие форму ящериц и мелких животных. Исключениями были территории рядом с входами и выходами из Леса Меносов. Я уже нашёл два таких места, и в обоих скапливалось огромное количество очень слабых пустых, хотя в одном из них я повстречал адьюкаса, заправляющего этим, с позволения сказать, «поселением». Как я понял, допросив перед смертью этого местного царька, чтобы не регрессировать, достаточно поедать ЛЮБЫХ пустых, причём не так уж часто. Сам этот царёк был довольно слаб, раза в четыре уступал мне, когда я только стал адьюкасом, и надежд на дальнейшую эволюцию не испытывал, отчего и развлекался как мог.

Куда чаще на поверхности Хоэко Мундо можно было встретить именно адьюкасов, которые специально поднимались сюда из Леса Меносов для дальнейшей эволюции. Сиситема сложилась уже давно, и я сам непроизвольно стал её участником.

Также у меня возникло подозрение, что в Хоэко Мундо попадает значительно больше душ, ставших пустыми, чем теоретически может дать Япония. Это, конечно, только догадки, но всё же… Ведь если подумать, то Сэйрэйтэй и Общество Душ – это образование чисто Японское и занимающееся только Японией. В таком случае, куда деваются души со всего остального мира? И напрашивающийся ответ довольно сильно пугает. Ведь если других образований наподобие Общества Душ нет, а всё указывает на это, по крайней мере, спрашиваемые мной пустые ни о чём подобном не слышали, то души со всего остального мира попадают в Хоэко Мундо, где сразу становятся пустыми. Это объясняет и невероятную, практически бесконечную численность пустых, позволяющую им на протяжении многих веков успешно существовать, пожирая друг друга, и вообще сам смысл возникновения такой системы развития. Ничто не появляется на пустом месте, и если синигами вполне успешно развиваются в тренировках и с течением времени, то пустые – только за счёт других. Другими словами, пищевая цепочка Хоэко Мундо, как и угроза регресса для высокоуровневых пустых – это всё элементы, защищающие систему от перенаселения. Ведь духи практически бессмертны, и при ином раскладе Хоэко Мундо давно бы потонуло в своих обитателях, а за ним – и материальный мир.

От нахлынувшего озарения мне стало как-то не по себе. Что за мерзкий бог состряпал такую систему? Ведь подумать страшно – население целого мира, за малым исключением, обречено после смерти превратиться в ЭТО! И тут мне в голову пришла другая догадка. А не стоит ли за этим Король душ? Не помню точно, но вроде в аниме говорилось, что именно он создал Общество Душ, так может, он создал и Хоэко Мундо? Или наоборот, сумел вырвать хоть часть жителей этого мира из уготованной им неким уродом участи? Нет ответа. Впрочем, лучше не заострять на этом сейчас внимание.

Если раньше я большую часть свободного времени тратил на тренировки с Серо, то теперь основное время занимали эксперименты с реацу вообще. Я упорно пытался сформировать из своей духовной энергии хоть что-то. Больше всего я хотел создать меч из Серо, как это делал Улькиорра в ресуррексионе, но результаты пока были очень посредственными, а если быть честным, то вообще никакими. Я очень подозревал, что тут дело в недостатке реацу, всё-таки уровени адьюкаса и арранкара, бывшего некогда вастер лордом, – это две большие разницы. Лучше дело обстояло в другом изучаемом мной направлении. А именно в защите. Создать из реацу плотный щит, такой же, как делала Иноуэ, у меня не получалось, максимум, чего я добился – это чуть выгнутая плоскость шириной в десяток сантиметров, создающаяся в паре сантиметров от раскрытой ладони. Да и то, это была скорее имитация защиты, в теории, конечно, способная отразить слабенькое Серо, уровня гиллиана, но на практике проминаемая пальцем. Но с щитами я только экспериментировал, успехов же я добился в другом принципе. Не помню, как этот приём называли в аниме, да и не суть важно. Заключался он в том, что боец высвобождает большое количество реацу и, уплотняя, покрывает ей своё тело, чтобы защитить себя от повреждений. Помню, Ичиго как-то даже закрылся таким образом от лезвий Дзенбанзакуры Кучики Бьякуи. Учитывая, что мой контроль реацу был практически идеален, что наглядно демонстрировала скорость формирования моего Серо, а уж в сравнении с Ичиго – так вообще совершенен, попытки сформировать покров реацу довольно быстро увенчались успехом. Правда, пока у меня не получалось удержать всю выпускаемую реацу, и потери в окружающий мир были весьма высоки, что сразу выдавало моё присутствие, причём на очень заметном уровне, но тем не менее, эффективность защиты уже была несколько раз подтверждена. В использовании сонидо я тоже наловчился, и теперь задеть меня в бою или догнать было крайне сложно.

Впереди, на границе зоны моего восприятия, возникли несколько реацу. Одна довольно слабая и трое посильнее, все четверо принадлежали адьюкасам. Хм. Это первый раз, когда мне встречается группа адьюкасов. Посмотрим. Сонидо. Я переместился на сотню метров вверх и направил реацу в глаза. Так и есть, четверо адьюкасов, трое явно специализируются на скорости, имеют гуманоидную форму и очень высокие и тощие тела, четвёртый имеет форму животного, но из-за спин первой тройки я его почти не вижу.

Любопытно. Сонидо. Перемещаюсь ближе, моя реацу скрыта, так что они меня заметить не должны. Вспышка Серо. Один из тощей тройки разрядил его в четвёртого, но тот быстро отпрыгнул, избегая урона. Н-да… Ну что это за Серо такое? Моё, конечно, тоже далеко не Серо Оскурос, но такое, как у этого адьюкаса, у меня было ещё в бытность гиллианом. Пожалуй даже, у меня оно было получше. А тут что? Формировал почти три секунды, пучок размытый, скорость маленькая, ну как так можно? Адьюкас должен быть полным валенком, чтобы от такого не уклониться. Я понимаю, если ты гиллиан – Серо жрёт немеряно реацу, и тренировать его сложно, но ты же, блин, адьюкас! А Серо – это одна из сильнейших атак, доступных пустому. Вот что сила привычки делает…

Так, вот двое других адьюкасов окружают мелкого одиночку, перекрывая пути отхода. Тактика, сразу видно, отработанная. Опять Серо, теперь уже с трёх направлений. Почему он не уходит сонидо? Увернулся, но один из лучей прошёл в опасной близости. Хм. Из-за пыли, что они там подняли, никак не могу разглядеть его внешность. Вмешаться, что ли? Так они его скоро загоняют, да и ничего интересного, я, похоже, больше не увижу, хм…

Сонидо! Удар ладонью в бок первому противнику, толчок концентрированной реацу – адьюкаса разрывает пополам и относит на несколько метров. Моё появление вызвало секундный ступор у остальных пустых, но парочка, чьего товарища я только что убил, быстро очухалась и, забыв о своей жертве, запустила в меня Серо, которыми только что целилась в четвёртого. Ну, от таких медленных Серо мне уклониться легко. Сонидо. Моя левая рука начисто сносит голову второму, а правая направлена в третьего. Серо! Последний из тройки падает с испарившимися плечом и доброй третью корпуса.

– Слабаки! – словно выплюнул я. Последнее время мне очень нравится звук моего голоса, особенно в такие моменты.

Последний пустой стоял ни жив ни мёртв и с ужасом глядел на меня. Форму он имел большой кошки или, скорее, рыси и визуально был меньше, чем тот же Гримджоу по аниме. Шерсти нет, вместо неё чёрная костяная броня, на вид весьма гибкая, хвост с лезвием на конце, небольшая дыра в центре туловища, правая задняя нога была опалена Серо. В общем, внешний вид этого адьюкаса мне понравился, куда более эстетично и стильно, чем у серого большинства. А то гуманоидоподобные фигуры, покрытые шипами, лезвиями или ещё какой фигнёй, уже приелись. Пожалуй, даже сохраню ему жизнь, в этом мире и так слишком мало красивых вещей. Ну а если нападёт… что ж… При его уровне реацу он мне при всём желании не противник.

Налюбовавшись всё ещё шокированным адьюкасом, я повернулся к трупу. Поглощение пустых заняло совсем мало времени, пара минут на каждого – и можно идти дальше. Жаль, что мою способность к поглощению сущности нельзя использовать в бою, в схватке двух адьюкасов с использованием обеими сторонами сонидо даже секунда – вечность, что уж тут говорить о двух-трёх минутах, необходимых для этой способности. Окинув последним взглядом поле боя и замершего кошака, я хмыкнул и пошёл к ближайшей скале. Ступать по песку мне не очень нравилось, поэтому я передвигался в десятке сантиметров над землёй, уплотняя реацу под ногами.

Через некоторое врямя я почувствовал, что пустой поднялся и теперь старается меня догнать, что у него не совсем получается, из-за чего от него исходят волны отчаяния. Хмыкнув, я остановился. Подождав, пока он поравняется со мной и свалится на песок, тяжело дыша, я спросил:

– Ну и зачем ты за мной идёшь? – от звука моего голоса адьюкас вздрогнул.

– Я… Господин, можно мне с вами? Господин? – ИК! Из кошачьего рта раздался вполне женский голос, нужно, конечно, сделать поправку на тональность голосов пустых, но то, что голос женский – это точно.

– Ты вообще кто такая? – уже с куда большим интересом посмотрел я на спасённую пустую.

– Меня зовут Кин, господин, – склонила голову адьюкаска.

– И зачем ты хочешь увязаться за мной? – спросил я, хотя ответ и так был очевиден.

– Эмм… – она немного замялась. – С вами безопаснее.

– То есть ты хочешь использовать меня как щит от более сильных пустых? Я правильно понял? – в моём голосе изрядно прибавилось металла.

– Я буду делать всё, что вы скажете! Неужели вам не нужна слуга?

– Вообще-то нет, не нужна, – холодно бросил я, складывая руки на груди. Её морда-маска приняла очень удивлённое выражение. Хотя на самом деле она не изменилась, но удивление я каким-то образом почувствовал.

– Как? Почему вастер лорду не нужна слуга? Они все с ними ходят.

– Вастер лорду? – я был изрядно удивлён, впрочем, быстро оправился. Реацу я скрывал, и чувствовать меня она не могла, а то, с какой лёгкостью я перебил тех пустых, и моя форма легко могли ввести в заблуждение. – Я не вастер лорд, я адьюкас. Не нужно так грубо льстить.

– Простите господин, я не хотела вас оскорбить, – испуганно поджала хвост Кин. – Просто вы так похожи на вастер лорда, и я совсем не чувствую вашу реацу, вот я и подумала, что вы вастер лорд. Пожалуйста, не злитесь на меня. Я просто никогда не встречала адьюкасов, которые могут так хорошо скрывать реацу.

Ну, это я и сам понял. Однако что же с ней делать? Пользы от неё не будет, слишком у нас разный уровень силы, а вот беспокойства может быть много. С другой стороны, она вроде адекватная, а с собеседниками у меня в последнее время не густо. Ладно. Устроим небольшую проверку. И я выпустил свою реацу в окружающий мир, предварительно придав ей ускорение.

– Кха… Кха… аа… ах… угх… Господин… про… стите… – Кин упала на песок, с трудом хватая ртом воздух. Ясно. Давно хотел попробовать этот метод нейтрализации слабых противников, но как-то случая не представлялось. Я прекратил выпускать реацу. – Хаа.. Ха… – она медленно приходит в себя, тяжело дыша.

– Это было не наказание, а проверка, – спокойно начал объяснять я почти правду адьюкаске. – Не было никакого смысла брать тебя с собой, если ты умрёшь в первом же моём серьёзном бою просто от духовного давления.

– П.. Понятно. Простите, господин. Но вы точно уверены, что вы не вастер лорд?

– Что ты хочешь этим сказать?

– Ну… Я просто… Я никогда не чувствовала ничего подобного рядом с другими адьюкасами, но один раз, когда Барраган-сама разозлился на своего подчинённого, он перестал сдерживать свою реацу, и… – она передернулась.

– Барраган? Это король Хоэко Мундо?

Кивок.

– И ты хочешь сказать, что моя реацу на уровне Баррагана? – скептически осведомился я.

– Нет, что вы! – я внутренне хмыкнул. Интересно, она сейчас поняла, что будь на моем месте кто-то вроде Ноиторры – она была бы мертва после подобных слов? – Тогда меня прижало к полу, и я не то что шевелиться и дышать, я даже думать не могла. Но ваша реацу на совершенно другом уровне, нежели у других адьюкасов, наверное, вы совсем скоро станете вастер лордом.

– Интересное заключение, особенно учитывая, что я и адьюкасом-то стал всего пару месяцев назад, – если бы маска могла двигаться, то глазницы у Кин сейчас бы превышали размером столовое блюдце. – Так откуда ты знаешь Баррагана?

– Я… Я какое-то время была в его армии, – неохотно ответила пустая, справившись с удивлением.

– Какое-то время? И что же случилось? – она отвернулась, всем видом показывая, что не хочет об этом говорить.

Ладно, в конце концов, это не мне нужна от неё защита. Я развернулся, использовал сонидо на пару сотен метров вперёд и медленно побрёл дальше.

– Господин! Простите, господин! Я сбежала из армии Баррагана! – с трудом преодолевая песчаные барханы, побежала мне вслед пустая, громко крича. Сонидо назад, ориентируясь на её реацу. Из прыжка я вышел точно за её спиной, а она резко затормозила, панически озираясь. – ГОСПОДИН! – сколько тоски, страха и отчаяния в голосе.

– Чего орёшь? Я здесь, – она резко обернулась, а на меня обрушилась волна радости и облегчения.

– Простите, господин, – зачастила она, стремясь выложить всё, пока я не передумал. – Я не могла больше терпеть всех тех унижений, что происходили в его армии. Я слабая адьюкас, сражаться почти не умею, да к тому же мне нужно было лишь двадцать пять гиллианов, чтобы стать адьюкасом, так что шансов на эволюцию у меня почти нет, вот надо мной и издевались все, кто мог.

– Ладно, так и быть, пойдёшь со мной, – девушка – отличный источник информации, кроме того она должна знать, где находится Лас Ночес. Насколько я помню, Барраган заседал именно там. До прихода Айзена. – Кстати, какая связь между гиллианами и эволюцией? – задал я вопрос, глядя на сияющую пустую. Очевидно, слабым здесь очень хреново приходится, раз она так радуется моему согласию.

– Барраган-сама говорил, что чем больше нужно гиллианов для начальной эволюции, тем быстрее будет проходить рост в вастер лорда. Мне понадобилось двадцать пять гиллианов, так что, чтобы стать вастер лордом, мне нужно съесть несколько десятков тысяч адьюкасов… А ведь даже в армии Баррагана всего несколько сотен… Господин, а сколько понадобилось вам?

– Хм? Кажется, что-то около ста двадцати, сто двадцать один, если точно, ну и эволюционировал я после того, как съел адьюкаса.

Кин просто села прямо на песок и уставилась на меня со смесью шока, неверия, удивления, восхищения и зависти.

– А что?

– Ба… Барраган-сама говорил, что, чтобы иметь реальную возможность стать вастер лордом, нужно набрать не меньше восьмидесяти гиллианов перед превращением в адьюкаса, иначе требуемое количество сожранных пустых для дальнейшей эволюции будет слишком большим. Ааа.. А вы съели адьюкаса, будучи гиллианом?

– Ну да, он был самую малость сильнее тебя, ранен и не заметил моё Серо, летящее ему в спину. Да я и гиллианом-то стал, поедая другого гиллиана, – всё. У девочки культурный шок. Её можно понять, все пустые как пустые, один я выделился, даже дыры не имею.

Что же до её слов. Хм… Они многое объясняют. Например, то, что некоторые допрошенные мной адьюкасы были в десятки раз старше меня и, тем не менее, уступали в силе. Насколько я понял, количество сожранных гиллианов влияет только на скорость эволюции, а не на силу адьюкаса. Хотя тут не всё так однозначно, реацу-то у гиллиана, сожравшего сотню собратьев и съевшего всего двадцать, будет ой как различаться, а значит, и начальный уровень адьюкаса у них будет разным. Мне в этом смысле несказанно повезло, ведь я ещё до эволюции получил сущность полноценного адьюкаса, что дало мне очень большой стартовый бонус. Ну что ж, хорошие новости, за них и наградить не грех.

Положив руку на вздрогнувшую Кин, я попытался вместо поглощения отдать собственную реацу и часть накопленных сущностей. Получилось. Хоть и с большим трудом, но я смог передать ошалевшей от подобного поворота событий адьюкаске то, что получил от одного из тройки, напавшей на неё. Закончив с этим, я начал сжимать и разжимать пальцы на онемевшей руке, видимо, подобное использование способности являлось непредусмотренной разработчиками функцией.

– С.. Спасибо, господин, – ошарашенно произнесла пустая, глядя на меня неверящим взглядом и периодически переводя его на полностью зажившую ногу.

– Пошли, – обронил я, начиная движение – рука уже пришла в норму.

***

Мы шли уже несколько часов, я размышлял над полученной информацией и пытался спрогнозировать свой дальнейший рост. Если так пойдёт дальше, то до уровня вастер лорда я доберусь уже через два-три месяца, хотя для того, чтобы узнать точно, нужно как минимум увидеть хоть одного вастер лорда. Пока, к сожалению, кандидат был только один – Барраган, а с ним встречаться я не хотел. Была, конечно, ещё Халлибел, но тот факт, что она когда-то поговорила с Барраганом рядом с Лас Ночес, мне ничего не даёт, чёткой временной привязки этот эпизод не имел, и нет гарантий, что разговор уже не состоялся. Но как бы то ни было, каждый поглощённый мной адьюкас прибавлял мне чуть меньше, чем весь свой объём реацу, а это вряд ли нормально. Из размышлений меня вывел голос Кин.

– Господин? Простите меня, пожалуйста, но я хотела спросить.

– О чём?

– Вы… ммм… А как вас зовут? – выпалила адьюкаска и от смущения прижала уши к голове, словно боясь наказания за дерзость. Впрочем, почему словно? Действительно боясь.

Хмм… А я ведь и в самом деле не представился, надо бы это исправить, вот только как? Своего имени я так и не вспомнил, а придумать на ходу сложно. Может, Хичиго? Я вроде на него похож, правда вот, узор маски узнать пока не получилось, ну нету зеркал в Хоэко Мундо, а в материальном мире зеркала меня не отражали, да и сомневаюсь, что моя маска осталась неизменной. Нет, Хичиго – это слишком, он мне, конечно, нравится, но не до такой степени, чтобы брать его имя. Хм… Тогда что? В памяти не так уж много подходящей информации. Впрочем, какие-то образы последнее время начали всплывать, но это были не обстоятельства моей прежней жизни, а, скорее, другие просмотренные аниме. Итак, что я там помню? Забавный, но до жути глупый мультик «Наруто». Кровавый и стильный «Хеллсинг». Ещё какое-то аниме с гигантскими монстрами, похожими на перекачанных Меносов Гранде, правда, вместо дыр там были ядра, зато маски очень даже присутствовали, да и нечто похожее на Серо… Хм… Пожалуй, и всё. Вот и весь мой небогатый объём памяти. Из всего вышеперечисленного лучше всего помню, как ни странно, «Наруто». Но я что-то не могу вспомнить ни одного подходящего мне имени… А может, назваться Алукардом? Всё-таки мои способности вызывают сильные ассоциации с вампирами, но Дракула… Хм… Хотя… Ну, надеюсь, граф не обидится.

Кин терпеливо ждала моего ответа, ушки уже вернулись в прежнее положение, и сейчас адьюкаска источала только ожидание, любопытство и тревогу из-за того, что я не захочу ответить.

– Зови меня Алукард.

– Хорошо, Алукард-сама! – радостно пискнула пустая.

– Нет, – я скрипнул зубами маски в попытке поморщиться. – Не Алукард-сама, а просто Алукард. Называй меня либо господин, либо по имени.

– Хорошо, господин.

Впереди появилось два огонька реацу.

– Жди здесь, – спокойно сказал я, уходя в сонидо. Огоньки оказались двумя дерущимися адьюкасами, один – гора мышц с огромными лезвиями, отходящими от рук, второй был тощим и мелким, покрытым множеством шипов. Шипы эти осыпали первого, выстреливая из тела и почти сразу восстанавливаясь.

Сонидо. Шипастый падает с разрубленной головой. Серо. Здоровяк закрылся руками, но и руки, и голову у него всё равно снесло. Да. Я очевидно сильнее обычных адьюкасов. Подхватываю тела на руки и несколькими прыжками перемещаюсь к ожидающей меня Кин. Бросаю ей тела.

– Ешь, – и, присев прямо на песок, скрещиваю руки домиком, глядя на пустую. Та не заставила себя долго ждать, только одарила меня взглядом, полным неверия и благоговения, после чего приступила к еде. Вот интересно, как я определяю её эмоции? Загадка.

Внимательно наблюдая, как она поедала первого пустого, заметил, что во все стороны летели ошмётки его сущности, в то время как собственно поглощалось чуть больше тридцати процентов. Ясно. Да. Точно. Похоже, между количеством изначально съеденных гиллианов и усвояемостью пищи в форме адьюкаса существует прямая зависимость. Лично у меня «отходов» вообще нет, я полностью поглощаю пустого, даже усваиваю его реацу, чего быть, по идее, не должно. Только в бытность мою «обычным» пустым я мог вытягивать реацу из других пустых, став гиллианом, я стал получать только сущность, да и Кин реацу сейчас не получает, в смысле, непосредственно из адьюкаса. Очень любопытно. Неужели это связано с отсутствием у меня дыры? Или тем, что я из другого мира? Хм. Неизвестно. Но фактов это не меняет. Ладно, а проведём-ка мы эксперимент.

Встав, я подошёл к одному из тел и приложил ладонь к груди. Поток реацу и сущности устремился в моё тело, а тело адьюкаса начало уменьшаться на глазах. Кин, остановившись, вытаращилась на меня в изумлении. Чего это она? Я же уже питался при ней, или в тот раз она была не способна что-то воспринимать? Хотя не важно. Оторвав руку от усохшего почти вдвое тела, я подошёл к Кин и положил руку уже ей на спину. Возникшая было в девушке волна паники быстро сменилась наслаждением, когда реацу и сущность потекли в её тело. А вот мне было далеко не так приятно, даже наоборот, очень неприятно. Рука опять онемела и начала побаливать, но главного я добился. Результат эксперимента показал, что я способен передавать Кин абсолютно всю поглощённую мной сущность, да ещё и реацу делиться. Правда, процесс этот был крайне неприятен, особенно когда поглощённая сущность уже начинала усваиваться моим организмом. Свою собственную передавать я даже не хотел пытаться, тем более что пустой, чью сущность поглотил другой пустой, уже не способен эволюционировать. Так что этот метод прокачки союзников придётся оставить на самый крайний случай.

– Спасибо, господин, – чуть ли не мурлыкая, выдохнула Кин. – Это было очень приятно.

– Догадываюсь, – хмыкнул я, разминая руку. – Доедай, и займёмся тренировками, я хочу увидеть твоё Серо, после чего займёмся сонидо.

***

Кин была счастлива и в то же время пребывала в растерянности. Алукард… Господин… Он был странным, очень странным. И ОЧЕНЬ сильным. Даже в армии Баррагана она не встречала таких сильных адьюкасов, а ведь там были только сильнейшие, ну и такие, как она, игрушки для битья. А его внешность? Он же вылитый вастер лорд! И при этом говорит, что эволюционировал в адьюкаса всего несколько месяцев назад. Просто невероятно! А как он перебил тех троих? Кин чуть не умерла от страха, когда его увидела. Прикончить троих адьюкасов меньше чем за три секунды… Она даже двинуться тогда не могла от страха. И дыры у него нет, интересно, почему? А это его перемещение, сонидо? Такое быстрое. Хоть она и видела его раньше, но её никто не учил, как им пользоваться. А он сказал, что научит. Правда, Серо ему показать будет стыдно…

Закованная в костяную броню кошка на миг замерла и опустила ушки, но тут же продолжила поедать пустого.

А что он тогда сделал? Это ощущение… Такое приятное… Нога зажила мгновенно, а сущности внутри ощутимо прибавилось. Неужели он может делиться поглощёнными сущностями? Не верится. А как он ест? Просто прикасается – и пустой сам втягивается в руку. А его Серо? Да она такого мощного и в то же время сфокусированного Серо в жизни не видела! Да после такого её собственное Серо выглядит совсем жалко… А как он прячет реацу?! Ведь даже вот сейчас, стоя в метре от него, ничего не чувствуется. Это всё так невероятно. Странно. Необычно. Пугающе и… И… Притягательно. А ещё он хороший, даже добрый. Залечил рану, поделился силой и дал еду, да ещё так много! Она и не помнила уже, когда последний раз ела адьюкаса. Уже несколько месяцев приходилось питаться обычными пустыми и иногда гиллианами. Прятать свою реацу она так и не научилась, и потому постоянно находиться в лесу Меносов было опасно. Там не так много адьюкасов, конечно, но все они такие же гадкие уроды, как в армии Баррагана-самы. Нет! Просто Баррагана! У неё теперь свой господин есть, гораздо лучше! И вот эти царьки, упивающиеся властью над слабыми, они бы точно не упустили шанс подчинить более слабого адьюкаса, а если тот не захочет подчиняться, то съесть. Нет, Алукард хороший. Сильный… Добрый… Её новый господин, настоящий!.. Хозяин…

***

Кин замурлыкала. Нет, серьёзно. Замурлыкала, прямо как настоящая кошка. Неужто на неё обилие еды так подействовало? Что-то не верится. И эмоций почему-то не разобрать. Может, их можно почувствовать только тогда, когда собеседник этого хочет? Ответа нет. Ладно, радуется девушка – и хорошо, и не стоит ей мешать, радость в этой серой пустыне – чувство редкое, можно даже сказать – драгоценное. Вот интересно… А у меня под маской лицо есть? Надо будет проверить… Как-нибудь… Потом. Когда стану вастер лордом. Эх, что-то меня не туда понесло, поскорей бы она уже доела.

***

Прошло уже около трёх месяцев с момента, как я встретил Кин. Довольно быстро выяснилось, что хоть она и разумна, но, тем не менее, некоторые черты личности принадлежали скорее животному, чем человеку, видимо, это и послужило причиной возникновения её облика. Нельзя сказать, что она была глупой, наоборот, Кин быстро всё понимала, не требовала дополнительных объяснений и слушалась с полуслова. Только вот временами её логика и умозаключения ставили меня в тупик. Нет, это не была так называемая «женская логика», это было похоже на логику домашнего животного, причём не своенравной кошки, как можно было бы подумать, а верной и любящей собаки. Она быстро научилась чувствовать моё настроение, и когда я по какой-то причине начинал грустить или злиться, всячески пыталась его поднять. Доходило даже до того, что она подставляла мне голову для почёсывания во время редких остановок или устраивала дикие погони за собственным хвостом. Не самое типичное поведение для человека, хотя должен признать, зрелище гоняющегося за собственным хвостом и громко визжащего адьюкаса – это нечто, остаться серьёзным просто невозможно. Чем больше проходило времени, тем больше я убеждался в мысли, что Кин до того, как стала Пустым, была ребёнком, а не взрослым человеком. Впрочем, сама она ничего об этом периоде своей жизни не помнила.

Эти три месяца я упорно тренировал свою спутницу в контроле реацу. Помню, когда я увидел её первое Серо – долго молчал, а бедная девушка изнывала рядом от стыда. Нет, я бы хотел её подбодрить, но… В общем, придумать что-то правдоподобное, а не насквозь фальшивое мне так и не удалось. И зачем, спрашивается, вообще пытался? Врождённая тактичность по отношению к прекрасному полу? Очень к месту. Хорошо, Кин не узнала, о чём я тогда думал – решила, будто я от её исполнения Серо пребываю в глубоком культурном шоке. Оно и к лучшему. Да, это определённо хорошо, тут не светский раут, тут Хоэко Мундо, чтоб его. Не поймуть…

За это время Кин сносно освоила сонидо, хоть и двигалась в нём раза в четыре медленнее меня. Разрыв был бы больше, но тут уже мои тренировки стали приносить меньший результат, видимо, моя нынешняя форма всё же достигла своего предела. Тут было две проблемы, связанные с двумя основными параметрами сонидо. Дело в том, что изначально и в чистом виде скорость и дальность сонидо зависят от количества использованной реацу. То есть, грубо говоря, чем больше вольёшь, тем дальше и быстрее прыгнешь. Но это только в чистом виде, да и то, перекос тут идёт в дальность. Когда же начинаешь контролировать расположение конкретной точки выхода, тогда и начинается реальное увеличение скорости при использовании большего объёма реацу. Собственно, это и является самым сложным действием при освоении сонидо – научиться задавать и удерживать точку выхода, а не использовать реацу. Просто прыгнуть в какую-то сторону легко, а прыгнуть конкретно за спину цели так, чтобы твой удар ещё до выхода из прыжка разорвал её пополам, или перемещаться, не видя точки выхода, а ориентируясь по реацу – вот это действительно сложно. Ещё же сложнее – начать новый прыжок, не выходя из старого, это вообще высший пилотаж, без малейшего преувеличения. Понятия не имею, как это делала Йоруичи со своим сюнпо, может, там и принцип совсем другой, но для меня даже один такой двойной прыжок превращался в сущее мучение. Дело тут обстояло в ещё одном маленьком, но очень важном свойстве сонидо, а именно – ускорении восприятия в момент прыжка. Мир как бы немного замедлялся, а я сам мог двигаться и осознавать всё с прежней скоростью, это состояние длилось жалкий мизер времени, буквально несколько наносекунд перед самым выходом из прыжка. Для того чтобы ударить противника, проскальзывая мимо него, этого хватало, а вот чтобы начать следующий прыжок – уже нет. В общем, чтобы научиться использовать сонидо непрерывно, нужно было научиться удерживать это состояние дольше, а вернее – входить в него не перед самым выходом, а ближе к началу. Но осознать-то это легко, а вот сделать… Короче, благодаря всем моим тренировкам, у меня получалось хорошо, если один раз из десяти. Но я сбился с мысли. А суть в том, что я достиг предела контроля. То есть если я пытался влить в сонидо реацу больше, чем необходимо для достижения максимальной доступной мне скорости, то меня просто сносило дальше запланированной точки выхода. И тренировки по увеличению концентрации уже почти не давали эффекта. Хотя я и без всякого сонидо был в разы быстрее обычных адьюкасов, было бы странно, будь это иначе, при моём-то уровне реацу.

Под моим чутким руководством Кин таки довела своё Серо до приемлемого уровня. Убить им адьюкаса ей пока было не дано, но вот ранить – вполне возможно, хотя лично на мне оно следов вообще не оставляло, совсем я зажрался. Объём её реацу также значительно повысился, хоть его увеличение и сопровождалось замедлением моих собственных темпов роста, но по этому поводу я как раз не переживал. На это было несколько причин. Прежде всего, я выяснил, что Лас Ночес уже вовсю строится, и строится уже давно, здание обещает быть просто колоссальным, однако Айзен там пока не появлялся. Заправляет на стройке Барраган, а работает его многочисленная армия, даже гиллианов из леса вытащили и припрягли, про обычных пустых вообще молчу. Сейчас в том муравейнике, по самым скромным подсчётам, тысяч двадцать пустых, и это действительно скромные подсчёты. Но арранкаров пока не объявилось, да и конца стройки ожидать ещё рано, в лучшем случае, пустые успели осуществить треть работ, да и то с большой натяжкой. К тому же у Кин до сих пор не получалось скрыть реацу полностью, а значит, и поход в материальный мир пока осуществлять рано. А к тому моменту, как у неё это получится, я уже и так эволюционирую. Тут у меня сомнения отсутствовали, так как совсем недавно я заметил, как моя реацу начала меняться. Изменения были того же порядка, что и во время превращения сперва в гиллиана, а потом и в адьюкаса, то есть менялось качество моей реацу, переходя на новый уровень.

Каждая моя эволюция происходила индивидуально. Адьюкасом я стал внезапно, весь переход произошёл единым скачком и без участия сознания. Когда я становился гиллианом, то сперва моя реацу, как и сейчас, начала меняться, я сначала научился создавать Серо, прерогативу меносов, и только потом, съев гилиана, скачкообразно эволюционировал. Вероятно, я бы эволюционировал и без того гиллиана, но тут важен сам факт изначального медленного изменения и дальнейшей скачкообразной эволюции. Следовательно, и превращение в вастер лорда может пройти отличным от двух предыдущих эволюций образом. И что-то мне подсказывает, что изменения будут постепенными. Косвенные доказательства этому есть, например, начавшийся медленный, но неуклонный рост уровня моей реацу, проходящий независимо от поглощения мной сущностей пустых. То есть сам собой. Пустые при этом также давали прирост, как и раньше, но если их перестать есть, то это пассивное увеличение, сопряжённое с изменением качества реацу, не останавливалось. Я мог бы легко это не заметить, но слишком пристально следил за состоянием своей реацу, поддерживая очень сложную маскировку, да и ожидая именно чего-то подобного.

Также с появлением Кин я задумался о формировании собственной группы подчинённых. Ведь, спрашивается, почему в своих планах на будущее я должен опираться только на известный состав Эспады и других известных арранкаров? Нужны адекватные и уравновешенные сторонники? Так найди подходящих пустых и поспособствуй их превращению в арранкаров! Группа фракционов, подчиняющаяся Эспаде, ведь ничем не ограничена по численности, у них ведь даже номеров вроде нет. Сказать легко, а вот сделать… Сколько десятков адьюкасов я уже встретил за эти месяцы, но только Кин оказалась вменяемой. Хотя справедливости ради стоит признать, что до встречи с Кин я не шибко с ними и разговаривал, только допрашивал перед смертью, да и то не всегда.

***

На границе моего восприятия появились несколько сгустков реацу. Три, четыре, пять. Пять адьюкасов! Все средненькие, даже слабые. Хм… Как-то они странно чувствуются… Что-то тут не то… Чего-то не хватает… Точно! Нет привычной агрессии, даже не так, нет негативного привкуса реацу. Она какая-то пресная, что ли… У большинства пустых реацу отдаёт ненавистью и злобой, голодом и первобытными инстинктами, исключения встречаются, но редко, и обычно это что-то ещё более мерзкое. И тех, кто принадлежит к этим исключениям, я стараюсь убивать особенно быстро, уж больно отвратные у них способности. У пустых не может быть такой пресной реацу, это просто противоречит природе их силы. Даже у меня и Кин реацу имеет негативный окрас – привкус разрушения, опасности, холода… Мрачного могущества, если так можно сказать. Но эти адьюкасы были словно безвольные болванчики, ни малейшей эмоции, даже тупые гиллианы – и те фонтанируют злобой, а тут… Как будто им личность стёрли и инстинкты вырезали, причём уже давно. Но, тем не менее, они живые и двигаются, причём организованно и целенаправленно. Ничего не понимаю…

Я остановился и полностью сосредоточился на восприятии реацу.

– Господин? – я поднял руку, призывая Кин к тишине.

Итак, пять реацу, очень странных реацу. Может, синигами? Нет. Природа этой реацу соответствует адьюкасам и совсем не похожа на реацу того отшельника-синигами в лесу Меносов. Тогда кто это? Баунто? Квинси? Подчиняющие? Вайзарды, наконец? Да нет, это бред. Что им всем делать в Хоэко Мундо? Да и если подумать, никто из них даже теоретически попасть сюда не может, ведь кроме самих пустых открывать проходы в Хоэко Мундо могут только сильно много знающие синигами, такие, как Айзен, Урахара и Маюри. Ну, может быть, ещё вайзарды на это способны, в теории, по крайней мере, но я сомневаюсь, что их реацу хотя бы близко похожа на эту. Вывод: передо мной адьюкасы. Теперь вопрос: хочу ли я встречаться с такими странными адьюкасами? Вопрос глупый, они мне даже все вместе не противники, разве что я сам лягу и дам себя избить. Но неизвестность пугает… Если это обычные адьюкасы, то бояться нечего. А если нет? Вдруг это какие-нибудь выходцы из Ада? Ну, а вдруг? Или чья-то ловушка? Ладно, посмотрим, а там решим, сбежать я всегда успею.

– Кин, жди здесь, я быстро, – кошка понятливо кивнула, а я ушёл в сонидо.

Стоя где-то в пятистах метрах над землёй, я рассматривал группу адьюкасов. Самым бросающимся в глаза был огромный пустой, настоящая колонча, даже чуть больше Меноса Грандэ, с огромными руками и короткими ногами. Рядом с ним шли более привычные архетипы, один – мелкий, чуть больше человека, комок мускулов, два «скелетика», тощих и в узких масках, и один качок с маской, изображающей бычью морду. Пустые шли молча, не издавая звуков и не переговариваясь, причём шли они очень правильно, не меняя расстояния между собой. И тут я заметил нечто странное. У каждого из них на маске был какой-то несимметричный нарост. Добавив в глаза ещё реацу, я его разглядел. Что-то вроде перевёрнутого цветка или прилипшей морской звезды, и это что-то вросло прямо в маску. Ох, не нравится мне всё это.

Тут я почувствовал ещё несколько огоньков реацу, они двигались точно вслед этим адьюкасам, и их было больше. Сонидо.

– …!!!

От того, чтобы грязно выругаться, меня удержало только осознание, что это может меня выдать. Вслед за первой группой шла ещё одна, уже из семи таких же адьюкасов, и с боков примерно на равном расстоянии тоже чувствовались такие группы. Охренеть можно. Я сосредоточился на реацу и уже не удивился – адьюкасы были точно такими же пресными. Все, кроме одного. И этот один был в разы сильнее остальных. Выцепив его взглядом, я захотел улыбнуться. Всё оказалось просто и очевидно. Ну здравствуй, будущий Номер Семь, вернее, уже точно не состоявшийся Номер Семь. На восьми коротких щупальцеобразных лапах внизу передвигался пустой. Вздутое, словно шар, тело, из которого выходит короткий торс, круглая лысая маска с узкой и переходящей в шею челюстью и две толстые, сложенные перед собой руки. По поверхности тела росли наросты в форме цветов, которые слегка шевелились. Значит, все эти адьюкасы – это марионетки, а наросты – то, что их контролирует. Всё теперь ясно. А он действительно сильный и реацу совсем не скрывает. Группы адьюкасов – это охотники, идут полукругом, по отряду на каждую грань треугольника, и ещё один отряд для личной защиты. Может, даже сзади кто-то есть, хотя я пока не чувствую. Так, и что мне с тобой делать? Глупый вопрос. Такой хороший шанс упускать нельзя.

СЕРО! В этот раз я изменил себе и расфокусировал луч так, чтобы он накрыл всю группу, но влился я в него при этом хорошо. Тут главное было – не переборщить с реацу, а то их вообще испарит. Знатно полыхнуло. Они даже дёрнуться не успели. Группы адьюкасов, идущие по бокам, начали спешно приближаться, значит, негритёнок выжил и созывает солдат. Пыль от взрыва Серо ещё не улеглась, а первый адьюкас уже вышел из сонидо передо мной. Тот самый перекачанный коротышка из первой группы. Сонидо. Я у него за спиной, рука почти без сопротивления проходит сквозь голову, пробивая маску. Ещё трое, концентрируют Серо. Идиоты. Меня этими фонариками даже не ошпарить. Сонидо. Толкнуть рукой реацу в бок, адьюкаса разрывает. Два Серо летят в меня и бессильно стекают с поднятой руки. Реацу я уже не сдерживаю, тело покрыто красным сиянием. Появляются все остальные – ещё десять адьюкасов, даже тот гигант. Ускоряю реацу и выбрасываю её в окружающий мир, создавая духовное давление. Только появившиеся пустые начинают неловко оседать, те, кому не повезло выйти из сонидо в воздухе, теряют концентрацию и падают вниз. Пыль осела, вижу обгоревшего кукловода и шесть поджаренных трупиков. Все шевелящиеся наросты на теле выгорели, руки сильно обожжены – видимо, прикрывал или маску. Сонидо. Выхожу перед ним, в руке уже формируется Серо.

– НЕТ! СТОЙ! Я!..

Вспышка. Шарообразную тушу прожигает насквозь, открывая почти полутораметровую дыру. Фууууф… Теперь добить адьюкасов – и можно звать Кин.

Удар ноги размалывает маску последнего пустого. Лишившись хозяина, они даже не сопротивлялись, просто лежали или сидели там же, где и упали за секунду до того, как я разрядил Серо в несостоявшийся Номер Семь. Хм… А это что? Слабая реацу адьюкаса, сильно раненого адьюкаса. Двумя прыжками перемещаюсь к нему. Не такое уж и большое по меркам пустых тело, выше меня всего в полтора раза, можно сказать, даже миниатюрное. Руки заканчиваются узкими костяными лезвиями, тело и ноги узкие, напоминают скелет или манекен. Дыра расположена внизу живота, маска простенькая, без узоров и излишеств, даже изящная, если не смотреть на челюсть. Грудная клетка имеет выпуклую форму спереди. Хм. Похоже, он или уж, скорее, она из одной из фланговых групп, банально не успела к развязке – с таким уровнем реацу сложно пользоваться сонидо, у Кин будет раза в два больше, и то она постоянно жалуется, а ведь уже как отъелась с момента нашей встречи. Я уже занёс ногу для удара, когда осознал, что реацу именно этого адьюкаса не такая уж и пресная.

Пустая застонала.

Хм… Я наклонился к пустой и вырвал инородный отросток из головы. Она сделала судорожный вдох, дёрнулась и безвольно замерла. Спасать или нет? Ну, учитывая, что это первая пустая, встреченная мной после Кин, нужно хотя бы попробовать, а если характер окажется гнилым – убью. Подхватив тело, я двумя сонидо переместился к Кин.

– Хозяин! – радостно вскрикнула адьюкаска, увидев меня. С каких это пор я стал хозяином? Вроде раньше был господином. Что тут произошло, пока меня не было? – Я так волновалась! Вы использовали так много реацу, что меня даже здесь накрыло. А… А это вы с ним дрались? – Кин наконец заметила тело у меня на плече.

– Нет. Я дрался с крупным отрядом адьюкасов, один из которых почти стал вастер лордом, – чуть приукрасил я реальность, хотя не так уж и много. – Пошли.

Кин воззрилась на меня с благоговением и восхищением. Я ушёл в сонидо.

***

Поглощение семнадцати пустых, один из которых был на полпути к эволюции в вастер лорда, резко подстегнуло мою собственную эволюцию. Когда сущности усвоились, моя реацу просто разом завершила переход на следующий уровень качества. Не следил бы за этим специально – ни за что бы не заметил, настолько плавным и незаметным был переход. Можно с чистой совестью вздохнуть полной грудью и сказать – наконец-то! Изменения наверняка ещё будут происходить, но уже скорее косметического характера, главное – рубеж взят! А значит, я теперь на равных могу тягаться с капитанами Готэй 13, с большинством, по крайней мере. Теперь бы поскорее стать арранкаром, а то тело у меня хоть и гуманоидной формы, но привычных человеческих радостей жизни дать не может. Хотя нет, нужно держать себя в руках и подождать, да и Айзен вроде ещё не объявлялся. Интересно, как будут выглядеть девочки после превращения?

Да, именно девочки, оставленный мной в живых адьюкас, как я и предполагал, оказался женского пола. Она о себе почти ничего не помнила, даже имени. Обрывочные сцены из жизни адьюкасом – и абсолютно ничего о времени под контролем. Почти чистое, незамутнённое сознание. Да, она помнила, что она пустой, и конкретно – адьюкас, помнила, что это значит, знала, как пользоваться сонидо и Серо и как орудовать своими клинками, но практически ничего не знала о себе. В чувство она приходила долго, очень похоже, что до регресса ей оставались считанные дни, а ведь, судя по реацу, до того, как попасть в рабство, она не была слабым адьюкасом. После её лечения рук я вообще почти не чувствовал – не любит моя способность отдавать, не любит… Но в физическую норму я её привёл, и она даже примерно встала на один уровень с Кин. Я не стал предлагать ей присоединиться, сама попросилась, и почти теми же словами, что и Кин. Естественно, я согласился. Но стоило мне ответить «да», как она умудрилась меня удивить:

– Спасибо, господин, – адьюкаска низко поклонилась. – А вы можете дать мне имя?

– Что?

– Ну.. я.. Я же его совсем не помню, а вы меня спасли, значит, моя жизнь теперь принадлежит вам, и вы можете дать мне новое имя, – совершенно серьёзно пояснила пустая.

– А сама ты его придумать не хочешь?

– Нет, господин, я хочу, чтобы его мне дали Вы, это будет правильно, – странная логика, хотя не мне её судить.

Я задумался, непроизвольно вспомнив обстоятельства выбора собственного имени. А зря. После этого все размышления упорно прерывала всплывающая в памяти Виктория Целес, но называть её Виктория… Здесь этого вообще никто не произнесёт. Хотя… Да, символично получится, а то, что кроме меня этот символизм никто не поймёт, даже ещё лучше. Непроизвольно скрежещаще хихикнув, в точности как это делал белое альтер эго Ичиго, отчего обе мои спутницы вздрогнули, я вынес вердикт.

– Я придумал тебе имя. С этого момента тебя зовут Сёри.

– Спасибо, господин, – кажется, она действительно рада. А вот Кин на неё смотрит подозрительно и немного ревниво, но вроде не враждебно. Хорошо. Не хочу, чтобы мои фракционы лаялись так же, как у Халлибел, а если всё-таки начнут – придётся воспитывать.

– Пожалуйста. А теперь отдыхайте, мне надо подумать, – и я уселся на песок, скрестив руки домиком перед маской. Кин по привычке устроилась рядом, а Сёри чуть в стороне, из нас троих реально отдых был нужен только ей.

Вопрос состоял в том, что делать дальше? Варианта два. Либо продолжать бродить по Хоэко Мундо, увеличивая свои силы, либо отправиться в материальный мир. Уж не знаю, какая разница во времени между Обществом душ и Хоэко Мундо, но вряд ли очень большая, а я и так здесь уже долго. Сколько времени уже прошло с момента, как я влетел в разлом пространства? Год? Два? Я вроде и пытался следить за временем, но как тут его определишь? Если, даже просто случайно задумавшись, можно выпасть из реальности на несколько десятков часов? Да к тому же сам это разрыв пространства… Если вспомнить, то на гарганту он совершенно не походил. Гарганта – дверь, а там был грубый пролом в стене. И кто его знает, как тот переход был связан с потоками времени в материальном мире и Хоэко Мундо? Если уж быть совсем параноиком, то меня могло выкинуть и несколько раньше начала событий в Каракуре, и значительно позже. Хотя второй вариант отпадает в свете имеющихся данных, а вот первый вполне возможен. Так, что-то меня не в те дебри понесло.

Сейчас в любом случае следует отправиться к Лас Ночес – последние два (предположительно, ибо за точность не ручаюсь) месяца я от него удалялся. Там, конечно, собралась просто куча еды, но привлекать к себе внимание раньше времени было бы очень глупо. Так что путь не близкий, можно и подумать, а там по обстоятельствам.

***

Настроение у меня было отличное. Этому было целых две причины. Первая – это мои фракционы. Девочки, следуя в десятке метров за мной, вдохновенно перемывали косточки моей скромной персоне. Они так увлеклись этим процессом, что совершенно забыли о необходимости понижать голос, хотя бы ради приличия. Ибо я, даже когда они только шептали, всё прекрасно слышал. Сложно не услышать близкий разговор в безмолвии Хоэко Мундо. Но как я уже сказал, девушки так увлеклись, что об этом забыли, и ничто не мешало мне получать море удовольствия. Я узнал о себе много нового. Никогда бы не подумал, что у меня есть привычка шевелить правой кистью, когда я нервничаю или задумываюсь, или что у меня очень красивые глаза, особенно когда я смотрю ими на врагов. Нет, ладно кисть, я проверил – действительно есть такая привычка. Но вот как они красоту глаз определили? Особенно её градацию? У меня глазницы в маске сияют равномерным красным светом, как там что определить?! А уж как они обсуждали мою броню… Но самая главная интрига и горячая тема для обсуждения: где у меня дыра? Какие только предположения не строились… Слушая их, я просто млел от восторга. И как я раньше обходился без компании?

Второй же причиной было то, что мне, наконец, удалось создать клинок из Серо. Он был красного цвета, примерно восьмидесяти сантиметров в длину и прожигал даже мою кожу. Правда, форма и устойчивость оставляли желать лучшего, но главное – он получился! Опробовать я его тоже уже успел, даже специально для этого спустился в Лес Меносов через попавшийся на пути проход. Гиллианов он резал на загляденье, словно вообще не замечая.

Там же я узнал важные новости. В Лас Ночес объявился Айзен, и сейчас несколько адьюкасов из бывшей армии Баррагана старательно распространяли информацию, что он ищет сильных пустых, и запрягали мелких на их поиски. Арранкаров пока не появилось, но первые эксперименты уже начались. С один таким я даже встретился.

Синяя кожа, гуманоидная форма, вросшая в голову посеревшая маска. Его можно было принять за адьюкаса, но привкус реацу значительно отличался, может, обычный наблюдатель этого бы не заметил или не обратил внимания, но я слишком много времени проводил за изучением и наблюдением этой формы энергии, а также происходящими в ней в процессе эволюции изменениями. Силёнок ему было не занимать, теперь верю, что тот пустой из армии Баррагана после превращения в арранкара смог победить Халлибел и её зверинец. Впрочем, этот до вастер лорда всё же не дотягивал, разве что прочностью шкуры, как там, иерро, да? А скорость, уровень реацу, Серо, наконец – всё было на уровне сильного адьюкаса, может даже крепкого середнячка. Всё это я пронаблюдал, когда он ставил на место местного пахана и объяснял новое положение дел. Ни меня, ни моих девочек ни тот, ни другой во время своего общения не заметили – скрытие своей реацу было приоритетным занятием на наших тренировках. Правда, когда возмущения реацу от их битвы улеглись, недоарранкар сумел почувствовать Сёри и, глумливо хохотнув, с криком «А что это тут у нас?!» переместился прямо к нашей группе.

– Ба! Да тут у нас целых два адьюкаса! – реацу Кин на таком расстоянии тоже чувствовалась. Ему стало очень весело. – Два слабых, жалких адьюкаса! Что, малютка Кин? Нашла себе напарника, столь же жалкого, как и ты? А я соскучился! У нас случилось много всякого, и совсем нет времени для развлечений, но ведь ты поможешь исправить эту неприятность?

– Га… Гартрондил? – в изумлении пискнула кошка, видимо, узнав бывшего сослуживца.

– Он самый! – с глумливым смешком подтвердил пустой. – А это ещё что за мелкий клоп? – на меня обратили внимание. – Ну, Кин, я от тебя не ожидал. Таскать за собой такое насекомое, я даже его реацу не чувствую! Зачем тебе этот червяк? – он одной фразой уже четырежды успел подписать себе смертный приговор, тут одного невезения мало, тут талант нужен.

– Не говори так! – два яростных женских крика слились в один, как будто специально репетировали. Недоарранкар даже на миг опешил.

– Чё?! Ты на кого пасть раззявила, падаль?! Да я тебя сейчас! – рука пустого, сжатая в кулак, устремилась к Кин. Справедливости ради скажу, что шансы победить у Кин и Сёри были, но давать этому ничтожеству их бить я совершенно не собирался. Поэтому кулак пустого наткнулся на мою ладонь, а сам я замер перед присевшей и готовой к броску Кин. Возможно, имело смысл сказать что-то пафосное и остроумное, но, честно… Говорить с ТАКИМ… Увольте… Тем более он собирался убить МОИХ слуг! СЕРО!

Сформированное за долю секунды той же ладонью, которая удерживала кулак недоарранкара, Серо разорвало в ошмётки сперва сам кулак, а потом испарило и руку, попутно отправив трёхметрового пустого в короткий полёт до ближайшего древесного ствола. Обычного адьюкаса такое Серо испарило бы совершенно. Ещё один повод восхититься работой Айзена – если уж иерро на этом пустом такое прочное, то что говорить о вастер лордах? От вспыхнувшей ярости я даже перестал сдерживать реацу, и на Лес Меносов обрушился духовный пресс взбешённого вастер лорда. Кин и Сёри синхронно бухнулись на пятую точку, им впервые довелось видеть меня в ярости, я даже сам не понял, с чего вдруг так завёлся. Пустой ещё не успел сползти на землю, не говоря уже о том, чтобы осознать произошедшее, как я, выйдя из сонидо, вбил свой левый кулак в его маску, проминая череп. Ещё миг – и в правой руке появляется сияющий красным клинок, и снизу вверх разрубает прижатое к стволу тело. Всё вместе заняло около двух с половиной секунд.

Отпустив разрубленный по диагонали труп, я сделал шаг назад и начал поворачиваться к девочкам. Мой взгляд упал на лежащего адьюкаса, который сам буквально пару минут назад получил взбучку. Гориллоподобный пустой с большими бараньими рогами, доходящими чуть ли не до середины спины, панически дёрнулся и заверещал:

– Это не я! Я здесь ни при чё… – Серо снесло его голову с частью туловища.

– Ничего личного, – вздохнул я, начиная прятать вырвавшуюся реацу.

С того момента прошло уже три дня, мы благополучно выбрались из леса меносов, все пустые просто разбегались с дороги как ошпаренные, так как я решил немного пройтись, не сдерживая реацу. Мера была во многом вынужденная, ибо поглотив того пустого, являющегося прототипом арранкаров, я немного перемудрил. Его иерро мне очень приглянулось, и я решился на эксперимент. Удачный, надо сказать, но с некоторыми побочными эффектами. Суть эксперимента была проста – я хотел, помимо собственно самой сущности пустого и реацу, забрать непосредственно это физическое качество – иерро. Вопрос был только в том, пригодна ли моя способность к поглощению для этого действия. Пример у меня был, незабвенный единственный гиллиан в Эспаде, номер девятый, Аронильё, способный, поглотив пустого, использовать его силу и силы его жертв. Вот я и решил проверить, насколько наши способности похожи, раньше у меня в этом как-то смысла не было – просто не встречал я до этого момента пустых, чьи способности меня бы заинтересовали. Способности действительно оказались похожи, даже очень, иерро я, по крайней мере, получил, вот только с довеском в виде дикой головной боли на три следующих часа и нестабильности реацу, которая постепенно успокаивалась, но скрываться, как раньше, пока не давала. Ещё могу добавить, что недоарранкар оказался довольно питательным, хоть ничего особенного его сущность не несла, он просто ощущался как несколько обычных адьюкасов.

Но сейчас о том эксперименте я старался не думать и наслаждался щебетом своих адьюкасок. После того случая они прониклись ко мне неподдельным благоговением, особенно Сёри, которой Кин все уши прожужжала, какой я весь из себя сильный, замечательный, добрый и хороший господин. Странные мне всё-таки достались пустые в свиту, странные. Впрочем, меня и самого обычным назвать сложно.

***

Я лежал на песчаном бархане и глядел на луну. Кин и Сёри доедали недавно убитого адьюкаса, я думал. Полноценных арранкаров пока не появилось, только дешёвые копии, как можно было их назвать. Причём некоторые сделаны из обычных пустых. Я-то всё гадал, куда могла деться вся армия Баррагана? Если, по словам Кин, в ней состояло чуть ли не несколько сотен адьюкасов, в то время как в Каракуру во время главной битвы Баррагана сопровождало от силы пара десятков, и это если считать тех, что он вызвал через гарганты, да и в Лас Ночес Ичиго сотоварищи встретили всего ничего. Теперь ответ на этот вопрос становится ясен – все полегли в целях науки, полноценными арранкарами стать смогли только единицы, остальные же были разосланы по Хоэко Мундо на поиски более удачливых кандидатов. Несколько таких поисковиков я уже убил и благодаря этому завершил своё иерро и отработал принцип поглощения силы. Встретил даже одного сильного парня, с ним пришлось повозиться, уж больно крепкая шкура у него была, но ничего критичного, справился. Мой меч из Серо, после своего завершения, оказалось, очень неплохо режет иерро, а кроме него, ничем существенным эти недоделки не обладали.

Справа пришла странная волна реацу. Такие возникают, когда очередная душа попадает в Хоэко Мундо и превращается в пустого, отчего происходит выброс реацу, порождающий волну. Обычно я на это не обращаю внимания, как и на самих мелких пустых, вот только сейчас… С одной стороны, очень похоже на появление в Хоэко Мундо очередного пустого, а с другой… Природа этой реацу полностью отличалась от природы реацу пустого. Я встал и прислушался. Нет, это далеко, очень далеко. Волна пришла из-за пределов моей чувствительности и уже была значительно ослабленной. Да и если судить по её изгибу, то изначальный источник был довольно силён, обычный пустой при своём появлении при всём желании такой всплеск не создаст, реацу рассеется намного раньше, и волна потухнет, не достигнув такого диаметра. Очень интересно. Я бросил взгляд на девочек, они уже заканчивали доедать пустого.

– Кин, Сёри. Заканчивайте быстрее, нам предстоит длинный забег.

– Что-то случилось, господин? – с тревогой обратилась ко мне Кин, Сёри же начала жевать быстрее.

– Да, я почувствовал странную реацу, хочу посмотреть.

Кин кивнула и с утроенным рвением заработала челюстями. Через минуту они закончили.

– Постарайтесь не отставать.

Два кивка.

Сонидо. Всё-таки моё сонидо значительно превосходит их, даже когда я не спешу. Приходится ждать. Пятьдесят километров в сторону источника того возмущения, остановка. Ничего и никого. Следов реацу тоже не осталось. Хм… Мне не могло показаться. Значит, источник ушёл, вопрос – куда? Если из Хоэко Мундо, через гарганту или её аналог, то искать бессмысленно. А если просто в какую-то сторону, то есть шанс. Следов реацу нет, так что попробуем отследить по косвенным признакам. Я сосредоточился на сгустках реацу слабейших пустых, которых обычно игнорировал. Они всегда есть в пустыне, и движение кого-то сильного можно, с некоторой долей сноровки, отследить по их перемещениям. Мало кто в Хоэко Мундо полностью скрывает свою реацу, тут простого желания мало, нужен опыт. Опыт по скрытию реацу с самого низкого уровня, начиная от обычного пустого и при каждой следующей эволюции, то есть от простого к сложному, иначе просто не будешь способен на необходимую в этом процессе тонкую работу с реацу. Большинство же пустых до превращения в адьюкаса и не задумываются о сокрытии реацу, разве что те, которые охотятся в материальном мире или Обществе Душ. И как результат – начинают изначально работать с большими объёмами. Не знаю, насколько этот пришелец вписывается в рамки пустых, но попробовать стоит.

Слабые пустые, вроде собачки Ямми, обитающие в песках Хоэко Мундо, лучше всех чувствуют реацу. Тут дело в том, что для таких, как они, даже просто находиться рядом с гиллианом или адьюкасом может быть смертельно опасно, мощная реацу их просто развеет. Некоторые, конечно, приспосабливаются и спокойно переносят такое соседство, но абсолютное большинство разбегается с пути следования всех, чей уровень реацу сильно превосходит их собственный.

Сосредоточившись, я окинул взглядом окружающий ландшафт. Конечно, этот метод далёк от точности, но… Хм… Целых три возможных направления, что ж, придётся повозиться. Правильное направление удалось выяснить уже через пять минут, просто пробежавшись в сонидо по каждому из предполагаемых путей и проверив все три направления, где не было мелких пустых.

Через двадцать минут бега впереди появилось странное возмущение реацу. Последнее длинное, ускоренное сонидо – и передо мной открывается картина, пугающая своей абсурдностью. Впереди стоял худощавый, высокий человек с тёмными волосами, одетый в белый длинный плащ, напоминавший женское платье, с меховым воротником фиолетового цвета, и держал на вытянутой руке пустого, поглощая его реацу, в то время как сам пустой просто растворялся в воздухе. Спустя несколько секунд пустой полностью исчез, а пришелец повернулся ко мне. Фиолетовый платок спускается от шеи, на руках длинные ногти, глубоко посаженные глаза… В памяти вспыхнули кадры одной из побочных сюжетных линий аниме, в правдивости которой я до недавнего времени сомневался. Ну здравствуй, Мурамаса, занпакто, управляющий другими занпакто. А реацу-то у тебя немного, видимо, прорыв из внутреннего мира без призыва своего синигами дался тебе нелегко.

– Хм… Ещё один пустой, – бесцветным голосом констатировал он. – Хорошо, мне нужно набрать ещё много реацу, – он поднял руку, и я почувствовал, как моё тело опутывает что-то невидимое. Удовлетворившись, он переместился ко мне аналогом сонидо, скорее всего, сюмпо, и опустил руку мне на голову. Чуть сзади послышались хлопки от сонидо Кин и Сёри, но моё сознание уже окутала тьма.

Миг – и пейзаж Хоэко Мундо сменился бесконечной водной гладью, из которой поднимаются широкие колонны. Я стоял на одной из них, а напротив меня стоял Мурамаса с крайне удивлённым, если не сказать ошарашенным, выражением лица.

– Как это возможно? Пустой, попавший в мой внутренний мир…

– Судя по твоему лицу, ты этого не ожидал, – констатировал очевидное я, с интересом оглядываясь по сторонам.

– Я поглощаю пустых, но они не могут присутствовать здесь телесно, как тебе это удалось?

– Ты видишь у меня дыру? – задал встречный вопрос я.

– Хм… – меня внимательно оглядели. – Ты необычный пустой, и реацу твоя… Ты её скрывал? Кто ты?

– Моё имя Алукард, хотя должен признать, что это всего лишь псевдоним. Я действительно необычный пустой. Пустые – калеки, их души повреждены, у меня же этой проблемы нет. Если тебя интересует моя сила, то я вастер лорд, – при этих словах его глаза чуть расширились. – И да, я скрывал свою реацу. А ты, если я не ошибаюсь, носишь имя Мурамаса? – вот тут он действительно удивился.

– Что?! Но откуда ты…

– Я слышал о тебе и твоём хозяине. Хоть никогда и не думал, что мне доведётся встретиться с кем-то из вас. Я полагал, что ты запечатан вместе с Когой, или он уже освободился?

– Нет, – лицо Мурамасы стало жёстким и самую малость печальным. – Я смог самостоятельно покинуть свой духовный мир и материализоваться в вашем безжизненном мире.

– А почему именно Хоэко Мундо? Почему не Общество Душ или материальный мир?

Мурамаса чуть прикрыл глаза и опустил голову: – Мне это неизвестно. Я не знал, где окажусь после того, как пробьюсь наружу, видимо, Хоэко Мундо само меня притянуло.

– Я так и подумал. Твоё появление было очень похоже на появление нового пустого, только выброс реацу гораздо больше, – я замолчал, обдумывая дальнейшие действия в сложившейся ситуации, Мурамаса тоже задумался, разглядывая меня. Бой с ним сейчас, здесь, в его духовном мире, может закончиться крайне плачевно, даже несмотря на то, что он истощён. Значит, нужно договориться. Надо вспомнить всё, что я знаю о Мурамасе и Коге, а особенно – где последний был спрятан после запечатывания.

– Ты помнишь, как стал пустым? Твоя душа очень отличается от их, – я посмотрел на него с удивлением.

– Тебе это интересно?

– Моя сила позволяет мне проникать в чужие души и усиливать их собственные стремления, можно сказать, что познание душ – это моя суть. Но раньше я имел дело только с синигами, нет ничего удивительного, что ты меня заинтересовал, – пафосно изрёк Мурамаса, спрятав руки в карманы. Я внутренне усмехнулся.

– А ещё ты соскучился по нормальному общению, – с лёгкой усмешкой в голосе констатировал я. Мурамаса на миг прикрыл глаза, якобы соглашаясь с моим мнением. – Что ж, я и вправду помню то, как стал пустым. Я очнулся в городе на севере Японии, небольшой городок с таким малым уровнем реацу, что даже обычные духи в нём были редкостью, а те, что встречались, были не способны ни говорить, ни двигаться, пустых там было ещё меньше. Я сам был похож на духа, но не имел духовной цепи и проблем с мышлением. Однажды я встретил пустого, тут-то и произошло неожиданное. Когда я попытался его ударить, меня просто затянуло внутрь, а через миг сознание померкло от нестерпимой боли. Очнулся я, уже будучи пустым, на том самом месте, ну а дальше начал стремиться эволюционировать, поедая других пустых, и, как видишь, преуспел.

– Понятно.

– Я мог бы рассказать более подробно, но, думаю, тебя больше интересует освобождение Коги, чем моя биография, – Мурамаса напрягся. А я решился попробовать осуществить только что появившийся план. – И раз уж так случилось, что мы встретились, я хочу предложить тебе помощь.

– Помощь? Пустой хочет помочь синигами?

– Ну, во-первых, мы уже выяснили, что я необычный пустой, а во-вторых… Что тебя, собственно, так удивляет? Кога силён, и он имеет большой зуб на Общество Душ. Для меня он может стать очень ценным союзником.

– Что ты хочешь получить, помогая мне?

– Я же уже сказал. Кога в своё время был одним из сильнейших синигами Общества Душ, сейчас его уже ничего не связывает с Готэй 13. А получить такого сильного союзника крайне выгодно, – Мурамаса задумался, сверля меня взглядом. Думал он долго.

– Я не могу прочитать твою душу, но у меня ощущение, что ты знаешь, где его спрятали. Это так?

– Я знаю город и описание места, – глаза занпакто загорелись. – Этого достаточно?

– Да. Более чем. Я почувствую Когу, когда окажусь достаточно близко.

– Мы договорились? – уточнил я.

– Да, я согласен на сотрудничество, где это место?

– Рядом с городом Каракурой, в мире живых. Большой водоём, в центре небольшой остров с огромным деревом, там и запечатан Кога, – судя по лицу, Мурамаса был счастлив. Ещё бы, теперь не нужно идти войной на Общество Душ, а можно сразу освободить хозяина.

– Может, нам пора в обычный мир? – прервал я счастливые размышления занпакто.

– Да, ты прав. Хотя сомневаюсь, что Хоэко Мундо можно назвать обычным миром, – а он не утратил чувства юмора. Пространство поплыло, и я вернулся в серую пустыню.

– Хозяин! – две адьюкаски бросились ко мне, похоже, здесь прошло не больше секунды. Я поднял руку, останавливая их порыв. – Господин, кто это? – когда они научились говорить синхронно?

– Это Мурамаса, он мой новый союзник, сейчас мы пойдём и поможем ему в одном деле, – девочки подозрительно уставились на занпакто, того, правда, их взгляды не волновали.

– Я никогда не был в Каракуре, – заметил меч. – Надеюсь, ты сможешь открыть туда проход, как вы, пустые, это делаете, – честно говоря, я тоже надеюсь – ещё ни разу не пытался открыть гарганту.

Я сосредоточился на своей реацу, а потом – на образе пригорода Каракуры, не знаю, сколько нужно энергии, так что вольём с запасом. Теперь желание открыть проход именно туда и выброс реацу вместе с жестом. Пространство жалобно заскрипело, и со звуком разрываемой ткани появился прорыв, за которым виднелась серая хмарь.

– Пошли, – бросил я, первым входя в проход. Сделав несколько шагов, я обнаружил под ногами ровную дорожку, сияющую красноватым светом. Кин и Сёри, не задумываясь, последовали за мной, замыкал шествие Мурамаса. – Перед тем, как войти в обычное пространство, максимально скройте свою реацу, в Каракуре сейчас слишком много сильных синигами, не стоит привлекать внимание, – мне не ответили, но я не сомневался, что мои девочки выполнят всё в точности, а реацу Мурамасы в любом случае не вызовет такой паники, как реацу адьюкасов и вастер лорда.

Путешествие по серой хмари продолжалось недолго, дорожка сама собой формировалась при каждом моём шаге из окружающей реацу, от меня требовалось только желание не упасть и немного усилий, схожих со стоянием в воздухе. Помнится, у Ичиго она выглядела чудовищно, прерывалась и была предельно узкой, да ещё вроде разрушалась в процессе движения. Моя же больше напоминала путь, прокладываемый капитаном Унаханой, а красный цвет, видимо, – следствие природы моей реацу. Неожиданно в паре метров передо мной пространство опять разошлось с тем же самым звуком рвущейся ткани. За дырой виднелось звёздное небо.

Выйдя из гарганты, мы оказались в десятке метров над землёй, в том самом лесочке в пригороде Каракуры, где я и хотел оказаться. Помнится, здесь, в первый же день пребывания в Каракуре, я поймал крупного пустого, похожего на черепаху, вот и заприметил место. Стояла глубокая ночь, тёплый летний ветерок приносил множество запахов, от которых я совсем отвык в Хоэко Мундо. С наслаждением втянув воздух, я бросил взгляд на девочек. Они с огромным интересом вертели головами, в полголоса охая и ахая, и, как и я, с наслаждением втягивали воздух. Проверив всех на истечение реацу, я удовлетворённо хмыкнул.

– Приступаем к поискам, нужное нам место находится за городом. Это водоём, окружённый лесом, в центре водоёма небольшой островок с одиноким крупным деревом. Следите за реацу, если на вас нападут – бегите, и без возражений. Мурамаса, тебя это тоже касается, тут живут по меньшей мере трое синигами уровня капитанов, и двоим из них занпакто для боя не очень и нужен, – духовнй меч кивнул, показывая, что услышал. – Встречаемся здесь через полчаса, этого времени с лихвой хватит, чтобы оббежать город.

Место мы нашли быстро. Река, которая проходила через Каракуру, здесь сильно разливалась, и в самом центре русла действительно расположился небольшой островок с одиноким дубом. А я, честно говоря, не был до конца уверен, что в аниме показали правду, но, видимо, духовная сила, сконцентрированная в этом городе, была нужна для поддержания печатей. Вопрос, почему Когу решили спрятать тут, а не в Обществе душ, или вообще не скормили Котоцу в Разделителе Миров, оставался открытым. Видимо, были причины, и(но?) мне их уже не узнать.

Мурамаса с горящими глазами и счастливой улыбкой подошёл к дереву и, что-то прошептав про себя, на тему «Кога, скоро всё кончится», начал читать заклинание.

– Проклятые души, потерявшие свой облик, ответьте на мой призыв. Пусть ваша сила достигнет небес, и спадёт там печать, сдерживающая её. Три ключа пробудят вас ото сна. Откройся, позабытая дверь!

Пока Мурамаса читал заклинание, по дереву пробегали разряды и волны реацу, с каждым новым словом разряды становились сильнее и чаще. Кин и Сёри глядели на это, открыв рты, много на них выпало впечатлений за сегодняшний день. Когда заклинание кончилось, пространство вокруг дерева пошло трещинами, те засветились, и спустя миг барьер рассыпался осколками. За ним оказался огромный чёрный гроб, проткнутый четырьмя копьями странного вида и висящий в паре метров над землёй.

– Да! Наконец-то! Кога, я тебя нашёл! – счастью Мурамасы не было предела, я тоже радовался, правда, по другому поводу. Не став терять времени, Мурамаса что-то сделал своей реацу, изрядно опустошив свой и так не очень большой резерв, но гроб дёрнулся. По нему начали распространяться трещины, висящие в нескольких местах цепи оборвались и рассыпались трухой, гроб зашатало. Вспышка. Копья разлетаются в разные стороны, а на месте гроба повис измождённого вида человек, увитый при этом мышцами и с посеревшей кожей, нос и часть лица скрывала уродливая коричневая маска, вызывающая ассоциации с намордником, остатки одежды походили на форму синигами, единственными отличиями были ожерелье и длинный красный шарф. В руке он держал сломанную катану.

Реацу Мурамасы странным образом вливалась в Когу, сам занпакто этого, похоже, не замечал, продолжая обожающим взором пялиться на своего хозяина. Не прошло и минуты, как Кога выпил почти всё, что было у его верного меча, и, наконец, открыл глаза, спустя миг ступив на землю.

– Ты пробудился, Кога! – Мурамаса сделал несколько шагов навстречу хозяину и остановился почти вплотную к нему. – Как же давно я ждал этого момента. Теперь твои мечты станут явью!

– Мура… маса… – сломанный меч вошёл Мурамасе в живот по самую рукоять.

– За.. что? Кога? – Мурамаса упал на колени, глядя на Когу ничего не понимающими глазами. – Кога… за что?.. Почему ты… Кога?!

– Что происходит, господин? – шёпотом обратилась ко мне Кин.

– Просто смотрите, – мне не хотелось говорить, и я был слишком занят анализом реацу Коги.

– Ты… не явился! Хотя я звал тебя, даже когда меня запечатывали, – хриплый и злой голос, а уж выражение лица… Даже пустые выглядят лучше.

– Ты звал меня?

– Ты отказался одолжить мне свою силу!

– Так ты звал меня? Я ничего не слышал, клянусь. Я так долго ждал того, что ты призовёшь меня. Я всегда хотел тебе помогать, телом и душой, неважно, насколько плохой была ситуация… Надо было лишь позвать. Но я так давно не слышал твоего голоса. В конце концов, я обнаружил, что тебя запечатали. Я так долго работал над тем, чтобы выбраться и снять печать… слишком долго…

– А какой смысл, если тебя не было рядом, когда ты был так нужен? – удар. Мурамаса падает на землю, в руках Коги остаётся окровавленный меч. – Я – твой синигами, я тот, кто создал твою силу! Ты должен делать то, что я говорю…

– Разве мы не товарищи?

– Товарищи? Ты не более чем обычная катана. Ты просто инструмент! Не наглей, инструмент! – он занёс катану, и на Мурамасу обрушился очередной удар.

– Ка…к? Ко…га… – тело Мурамасы окутало фиолетовое сияние, и спустя миг он рассыпался вспышкой искр, на землю упала катана, в точности такая, как в руках Коги, только целая, но и она через миг треснула и распалась.

– Теперь ты понял?! Ты мне не нужен! Я найду себе другую, более послушную катану! – разорялся Кога, швырнув к обломкам Мурамасы и свой сломанный меч.

– Я правильно понял, что он тебе больше не нужен? – я вышел из сонидо рядом с обломками и, нагнувшись, собрал их левой рукой.

– Нужен? Он? Никогда! Я могу драться любым оружием! И кто ты такой?!

– Моё имя Алукард, я помог Мурамасе найти и освободить тебя, – обломки клинка в моей руке всё ещё хранили в себе реацу и сущность Мурамасы, и я начал их медленно поглощать, стараясь сделать частью себя.

– Значит, ты друг Мурамасы? Мерзкий пустой, думаешь, я тебе поверю?! Тебя я тоже отправлю вслед за ним! – на эти слова я только усмехнулся. Кога, похоже, окончательно спятил. И как он мог вести вполне разумную беседу с Бъякуей? Хотя, кажется, ответ я знаю.

Кога уже метнулся к одному из копий, которыми его запечатали, и, подхватив его, бросился ко мне. Его движения окончательно убедили меня в моей правоте. Согласно каноническому сюжету, Кога после пробуждения мог на равных драться с Бъякуей и даже впечатлил мощью своей реацу непробиваемого Куросаки. Теперь причина становилась ясна. Мурамаса при его пробуждении передал ему свою реацу, либо Кога самостоятельно её выкачал, неважно. Важно, что тогда у Мурамасы внутри было огромное количество поглощённых пустых, я ещё не знаю, как он их поглощал, но реацу у него тогда было в десятки раз больше, чем сейчас, и, соответственно, Кога смог получить больше. Нынешний же Кога даже до уровня сильного адьюкаса не дотягивал, это было видно во всём – в скорости его движений, в давлении реацу, а возможно, и в проблемах с разумом. Как я уже сказал, тогда он действовал более разумно и даже на Бъякую не стал нападать так же сломя голову, как сейчас на меня.

Я легко уходил от его атак, дожидаясь, когда сущность занпакто будет окончательно поглощена. Кога уже даже не говорил, он безумно вскрикивал при каждом ударе, а изо рта начала идти пена. Это уже явно было следствием собственноручного убийства своего занпакто, будь он здоров, вероятно, и смог бы перенести это с относительной лёгкостью, но сейчас смерть Мурамасы окончательно подорвала его рассудок. Ещё минута. Прерываться нельзя и собственной реацу лучше не пользоваться, первый раз поглощаю сущность не пустого, да ещё и способности при этом пытаюсь получить.

– Господин!

– Не вмешивайтесь! – ещё не хватало, чтобы он их заметил и переключился.

Последние секунды, осколки катаны почти полностью втянулись в руку. Кога ревёт и брызгает слюной. Ещё немного. Всё. Одной рукой перехватываю древко, второй пробиваю навылет грудь. Бой окончен.

– Вот и всё. Ты жалкая пародия на синигами, я ожидал большего, – Кога хрипит, захлёбываясь кровью, сомневаюсь, что он понял мои слова.

Начинаю поглощать реацу и сущность уже самого Коги. Три минуты – и от опустившегося синигами не остаётся ничего, кроме разбросанных копий и выбоин в земле, где его удары достигали её поверхности.

– Господин, вы в порядке? Что сейчас было? – спросила опять-таки Кин, Сёри у меня молчаливая, но огонёк любопытства и нетерпения горит в глазах обеих.

– Отсюда надо уходить. Он совершенно не следил за своей реацу во время боя, так что скоро тут будут гости. Всё расскажу, когда отойдём на достаточное расстояние, – и, не теряя времени, подал пример, уходя в сонидо. Встречаться с синигами сейчас было нельзя, любой серьёзный бой может нарушить весь тонкий процесс по обретению чужой силы.

Усвоение сил Мурамасы и Коги происходило тяжело. На весь процесс ушло трое суток, на протяжении которых я почти не двигался, полностью погрузившись в себя и сосредоточенно усваивая новые способности. Силы, которыми они обладали, были и в самом деле восхитительными. Невидимые путы из реацу, проникновение в чужие души и воздействия на них, вплоть до управления чувствами. Эта последняя способность, на первый взгляд, была схожа с силой Къёко Суйгецу – занпакто Айзена, но действовала только при прямом боевом контакте, да и побороть её можно было, полностью сконцентрировавшись на противнике, как это сделал Бъякуя при помощи Дзенбанзакуры в будущем, которого уже никогда не случится. Не знаю, насколько хорошо мне удалось «привить» себе эти способности, всё же я не Аронильё, но проведённая проверка «связывания» прошла успешно. А что касается управления чувствами через воздействие на душу… Надеюсь, это поможет мне защитить себя от гипноза Айзена.

Кин и Сёри за это время успели облазить все окрестности города (в саму Каракуру я им заходить запретил) и пребывали в самом радужном настроении. Но всему приходит конец, вот и я закончил свою медитацию. И сейчас решал – что же мне делать дальше? Идти к Урахаре сейчас бессмысленно. Да, я могу многое ему предложить, но что он может дать мне? Обещание лояльности Общества Душ? А нафига оно мне сдалось? После войны с Айзеном я и так получу эту лояльность, особенно если пару раз спасу кого-то из друзей Ичиго, ту же Рукию, например. А что мне может дать Киске? Кроме Кидо ничего на ум не приходит. Освоить Кидо, конечно, соблазнительно, но если вдруг эти знания всплывут в Лас Ночес, то у меня возникнут проблемы. Большие проблемы. Да и сам Урахара – личность мутная, всех и всегда использует втёмную и только в самом крайнем случае даёт объяснения. С Ичиго, конечно, эта стратегия правильна, он из тех пингвинов, что шибко гордые, не пнёшь – не полетят. Но иметь дело с таким партнёром… Стрёмно. Нет, лучше с Урахарой пока не встречаться, тем более что узнай об этой встрече Айзен – и я труп. Возможная польза никак не оправдывает риска, а с Кидо я лучше сперва подкачу к Гину или Тоусену. Хм… А вот с вайзардами я бы с удовольствием задружился, может, и после войны их к себе перетащить удастся. Вайзарды и арранкары – братья на век, смешно, конечно, но перспективно… Хотя, ладно. Даже если они сейчас и в Каракуре, что сомнительно, то их гигаи скрывают реацу не хуже меня, а может, и лучше, так что я их при всём желании не найду.

Итог? В Каракуре мне делать нечего.

Вывод? Надо возвращаться в Хоэко Мундо. Девочки, конечно, не обрадуются, эта серая пустыня и у меня уже в печёнках сидит, но надо. Ладно, решено, как только вернутся с прогулки – возвращаемся.

Кин и Сёри вернулись через пару часов, солнце только недавно миновало зенит, я всё это время тренировался в создании щита из реацу. Обе были чем-то взволнованы, заговорила, как обычно, Кин.

– Господин?

– Что? – Красный прямоугольник передо мной, шириной около квадратного метра, рассыпался, а реацу впиталась обратно в руку.

– Мы видели странного человека, уровень его реацу значительно выше, чем у остальных, и она странная, немного похожа на реацу того синигами, Коги. Мы подумали, вам будет интересно.

– Он высокий и у него рыжие волосы? Он вас видел?

– Нет, – Кин замотала головой. – Он маленький и с чёрными волосами, и ещё он и другие люди делают что-то странное.

– Вот как? Любопытно. И давно вы его видели? – интересно, кто это может быть и чем странным он занимается?

– Нет, всего пять минут назад, это недалеко.

– Да? Ну пойдём, посмотрим. Ведите.

Выйдя из сонидо рядом с адьюкасками, в двухстах метрах над землёй, я увидел картину «странного» поведения людей, так удивившую девочек. Глазами пустого она выглядела следующим образом: толпа маленьких человечков, перебрасываясь нечленораздельными возгласами, поднимала тучи пыли и бегала причудливыми зигзагами по ограждённому участку земли, пиная всё, что попадётся под ноги. Для обычного человека: дети просто играли в футбол. Футбольное поле располагалось на окраине города, домов поблизости не было, ближайшее строение располагалось в трёхстах метрах, за дорогой.

– Господин, вы знаете, что они делают? – Кин и Сёри смотрели на меня с сильным любопытством.

– Да, знаю. Они играют в футбол, – задумчиво ответил я, разглядывая одну из самых активных фигурок внизу.

– Футбол?

– Это такая игра. Цель – забить мяч в ворота противника и не дать этого сделать ему, побеждает тот, кто забьёт больше, – девочки задумчиво посмотрели на поле.

– Глупая игра, – вынесла вердикт Сёри через минуту. Я не ответил, во все глаза рассматривая девочку лет двенадцати с чёрными волосами, азартно гоняющую мяч.

Если я ни в чём не ошибся, то сейчас я имел удовольствие видеть Карин Куросаки, младшую сестру Ичиго. Реацу её действительно отличалась по своему привкусу от реацу других детей и была гораздо сильнее. Пожалуй, действительно есть что-то от синигами, всё-таки, как-никак, отец капитан, да и брат – ещё тот уникум, наследственность видна. Хм… А вот что с ней делать? ГЫ! Выкрасть и оставить записку: «Верну, когда уступишь тело своему пустому». Блин, заманчиво… Я даже захихикал, представив себе эту картину. Хотя ладно, если я не ошибаюсь, у рыжего сейчас и так полные штаны проблем с баунто, не будем ломать историю. Матч тем временем подходил к концу. Команда Карин, похоже, победила, и уже через пять минут дети начали расходиться.

Хм. А ведь если за ней проследить, то я узнаю, где дом Куросаки. В будущем это может пригодиться. Я посмотрел на своих спутниц. Реацу скрыта неплохо, не абсолютно, конечно, но если не присматриваться к структуре, то вполне сойдут за слабеньких пустых. Что ж, рискну, оставлять их здесь одних будет не менее опасно, чем брать с собой в город, так что идём вместе.

– Пойдём, – позвал я за собой девушек и направился вслед за Карин. Удивительно, но люди почти никогда не смотрят вверх, так что даже скрываться от случайного взгляда Карин не было необходимости. Правда, когда она села в автобус и уткнулась в окно, стало чуть сложнее, но мы справились. Уже через полчаса Карин вошла в двери большого двухэтажного дома. Внутри чувствовался ещё один человек, с обычным уровнем реацу, видимо, Юзу. Ну, пожалуй, пора уходить. Но не успел я сделать и шага, как почувствовал приближение двух реацу, и обе они были мне знакомы.

Быстро посмотрев в сторону, откуда они приближались, усилил зрение. По дороге бежали двое, Ичиго и Рукия, Ичиго в форме синигами, Рукия в лёгком белом платье, в руках Рукии был МОБИЛЬНИК! На который та непрерывно смотрела. Из горла вырвался сдавленный полурык-полувсхлип, я совсем забыл об этом дьявольском изобретении, отображающем ВСЕХ пустых в городе. Естественно, эти двое засекли моих фракционов, а когда поняли, куда те двигаются, ломанулись сюда. Кстати, а почему Ичиго не использует сюнпо? Да и реацу у него что-то мало, конечно, больше чем в прошлый раз, но до уровня даже полумёртвого Коги не дотягивает. Так, сейчас не время об этом думать. Хотя… Других реацу я вокруг не чувствую, так что, пожалуй, можно чуток похулиганить.

– Возвращайтесь на место, где я провёл эти три дня, и ждите меня там, – адьюкаски сразу поняли, что сейчас задавать вопросы не время, и ушли в сонидо. Всё же хорошо они меня успели изучить. Как только мои фракционы исчезли, я сам переместился поближе к этой парочке.

– Чёртов Исида! Чёртовы пустые! Именно сейчас, когда мы должны искать этого идиота, им приспичило появиться! – разорялся временно исполняющий обязанности синигами, тяжело дыша. – Где они?! Если с Юзу или Карин…

– Стой, Ичиго, – одёрнула его Рукия, сама подавая пример.

– Что случилось, Рукия?

– Они исчезли. Ещё секунду назад. На радаре пусто.

– Их кто-то уничтожил? Может, Чад или Иноуэ?

– Не знаю.

– Кхе-кхе… – привлёк я их внимание, стоя в десятке метров строго над головой рыжего. Результат мне понравился – от звука моего голоса Ичиго чуть ли не на метр подпрыгнул. План троллинга рыжего недоразумения окончательно сформировался у меня в голове.

– Т… Ты… Ты кто такой?! – воинственно крикнула Кучики, первой найдя источник голоса. Я молча и не торопясь спустился вниз, не делая резких движений и глядя только на Ичиго. Тот уже достал свой тесак и злобно пялился на меня. Встав на землю, я сделал шаг к Куросаки и наиболее удивлённым и шокированным голосом, на который был способен, вопросил:

– Хичиго, братишка, ты ли это?! Я тебя еле узнал в цветном варианте! Где твоя маска? И с каких это пор ты заделался в синигами? – аут. Полный. Оба моих собеседника выпали в глубокий осадок.

– Ч.. ЧЁЁЁ???!!! – Ичиго отвис первым.

– Хм… Действительно. Ты не Хичиго. Он, конечно, эксцентричный, но в рыжий цвет точно перекрашиваться не будет.

– Я не крашеный! Это мой натуральный цвет волос!!! – у, как его пробрало-то, видать, больная тема.

– Соболезную.

– ЗАТКНИСЬ!

– ХЕ! Хе-хе-хе-хе… – выдал я коронную фразу Хичиго, Рыжий мгновенно взмок, а вот Рукия находилась в блаженном неведении относительно автора этого смеха, что не помешало ей чуть отодвинуться. – Я всё понял! Ты этот! Который: «Никчёмный слабак!», «Не способный даже до конца освоить шикай!» Точно! Хичиго о тебе рассказывал! Хе-хе-хе-хе-хе… Это правда, что он тебе три раза жизнь в Обществе Душ спас? Когда ты шёл спасать эту… Ну как её?.. Ну ту, что классно рисует… А, точно! Кучики Рукию! – главное – побольше бреда, пусть зависнет, ему полезно.

– Эээ?.. – выдало это недоразумение. А вот Рукия, хоть и пребывала в шоковом состоянии, а всё равно гордо сверкнула глазами на своего спутника на словах про рисунки.

– Что, правда не врал?! – поражённо воскликнул я. – И про то, что маски тебе под одежду подсовывал, чтобы ослабить смертельные удары, и про то, что кости тебе регенерировал, – тоже? – лицо Куросаки можно было описать двумя словами: «Абонент недоступен». – Ну даёт! А я думал гонит. Слууушай… А можешь его выпустить на минутку, а? Хоть обнимусь с братом, двести лет не виделись, как-никак…

– Заткнись! Изыди! Сгинь! – тесак с гордым именем Зангецу начал судорожно посыпать меня ударами, от которых я легко уклонялся.

– Эээээ!!! Ты чё, сдурел?! Ты чего с железками на честных пустых бросаешься? Нормально же разговаривали! Нельзя бить Тоби! Тоби хороший мальчик!

– Заткнись! Заткнись! Заткнись! Заткнитесь оба! – в этот момент мне, наконец, удалось частично поникнуть в душу Куросаки, используя силу, полученную от Мурамасы. В его внутренний мир я не попал, но явственно услышал гомерический хохот голоса, очень похожего на мой собственный. – Гецуга Теншоу!!!

В меня понеслась волна реацу, действительно очень похожая на Серо. Я легко уклонился и прыгнул за спину Рукии, схватил её за плечи и начал отгораживаться ей от одичавшего синигами, продолжая, в лучших традициях псевдо-Мадары из Наруто, верещать.

– Не швыряйся в Тоби всякими странными вспышками. Тоби хороший мальчик! Тоби только хотел поговорить с братиком! Нельзя обижать Тоби! – хохот из внутреннего мира Ичиго перешёл в сдавленные рыдания.

– И… Иии.. Ичиго! Стой! Ты же меня убьёшь! – Рукию тоже проняло, когда рыжий повернулся к ней, сверкая своими выпученными и ошалелыми глазами.

– Рукия, отойди от него!

– Как я от него отойду, идиот?! Он меня на весу держит! А ну отпусти меня! – последние слова уже мне.

– Тоби с удовольствием бы отпустил красивую маленькую синигами, но Тоби хочет жить, – внутренне я ржал, нет, я тихо подвывал от смеха. Теперь я понимаю настоящего Тоби – это такой кайф!

– Ичиго! Успокойся! Он нам ничего не сделал! Опусти меч! – всё-таки она умная – как быстро сориентировалась.

– А НУ ОТПУСТИ РУКИЮ!!! – он реально бревно. Буратино, особая модель, удароустойчивая.

– А НУ УГОМОНИСЬ, ИДИОТ! И ОПУСТИ МЕЧ! – какой голос… Рукия прелесть… Богиня! Настоящая Богиня! Ибо этот рыжий монстр послушался и остановился. Чудо! – А теперь ты! Отпусти меня!

– А он не будет больше кидаться на ближайших родственников его внутреннего пустого? Тоби страшно…

– Не будет.

– Фууууф… – я отпустил Рукию и демонстративно вздохнул. – Думал, всё. Это рыжее чудовище меня убьёт.

– Кого ты назвал чудовищем?! – вновь взвился Куросаки.

– Молчать! – и получил по кумполу от подпрыгнувшей девушки. Хичиго внутри Куросаки захрюкал, я даже не предполагал, что моим голосом это будет звучать настолько жутко. Рукия повернулась ко мне. – Ты кто такой?

– Я? Я Тоби. О! Я понял! Ты же Кучики Рукия, да? Можешь что-нибудь нарисовать?

– Чего? – она даже отшатнулась от такого напора.

– Хичиго говорил – у тебя классно получатся! Нарисуй что-нибудь для Тоби, ну пожаааалуйста!

– Эй, эй, эй! – Ичиго уже успокоился и скорчил презрительную рожу. – Нам сейчас не до дурацких рисунков! Говори: кто ты такой? И чего тебе надо?

– Это чьи рисунки ты назвал дурацкими?! – очень «добро» посмотрела на него Кучики, выразительно разминая кулаки.

– Ээээ… – удар! – Блин, Рукия! Пусть ответит на вопросы!

– Заткнись! – бросила девушка. – Так, что ты хочешь, чтобы я нарисовала? – а глаза-то горят… Правильно, девушек надо хвалить, особенно их увлечения!

– Нуу… – я задумался. Честно говоря, вопрос с рисунком был экспромтом, как, собственно, и всё остальное. – О! Знаю! Нарисуй, как он тебя спасал!

Рукия выхватила из сумочки блокнот и карандаши и начала что-то увлечённо в нём рисовать, даже язык от усердия высунула. Ичиго взирал на это с плохо скрываемой брезгливостью.

– Вот! – гордо вручила мне рисунок синигами. На нём был изображён рыжий медведь в плаще и с тесаком Куросаки за спиной, перед ним была белая зайка с чёрными волосами и фирменной чёлкой Рукии. Медведь отгонял красную птицу. Ичиго смотрел на меня таким ехидным взглядом, что не обломать его было просто выше всяких моральных сил. Тем более что рисунок, на мой взгляд, был очень милым. Надо будет потом попросить нарисовать Кенпачи, но это потом.

– Каваааай… – протянул я счастливым голосом и был удостоен восхитительного зрелища под чудесный аккомпанемент. Рожа Ичиго (лицом это назвать было нельзя) выражала полное охренение, разочарование, тоску и сомнения в моём умственном здоровье. Рукия сияла, гордо и насмешливо взирая на временного синигами. А Хичиго ржал, перемежая смех нечленораздельными восклицаниями на тему тупости Ичиго. – Ой! Тоби совсем забыл! Тоби надо бежать! Спасибо за рисунок, маленькая красивая синигами! Тоби будет его хранить! Когда Тоби ещё раз встретит Кучики Рукию, Тоби попросит её ещё что-нибудь нарисовать! Пока! – и, пока они не успели оклематься, я забежал за поворот и ушёл в сонидо.

Как же долго я ржал, когда прибыл на место стоянки, где меня ждали девочки. Я катался по земле и подвывал, бедные адьюкаски взирали на это с религиозным трепетом, не решаясь даже толком дышать. Кое-как придя в себя, я извинился и показал рисунок, им вроде стало легче. После чего я открыл гарганту.

Немного ранее:

– Рукия, что это вообще было?!

– Не знаю.

– Думаешь, он как-то связан с баунто?

– Он выглядит как пустой, но я совсем не чувствовала его реацу и на радаре он не отображался, да и дыры у него нет… К тому же пустые себя так не ведут. Кстати, а про кого он говорил? Что это ещё за Хичиго?

– Хм… Ну…

– Ладно, не хочешь – не говори. Нам сейчас нужно найти Исиду. А о странных пустых подумаем потом.

– Да, этот чёртов Исида… Гы! Ты сама признала!

– Что?

– Ну, что он странный, потому что ему понравились твои рисунки, нормальному человеку они нравиться не могут.

– Что ты сказал?!

– … Ничего, – удар!

– Дура! Больно же!

– Сам дурак!

Через несколько минут, возвращаясь к брошенному телу:

– Знаешь, Рукия, думаю, нам лучше о нём никому не рассказывать.

– Хмм… Как это ни странно… Но, думаю, ты прав.

– Что ты сейчас имела в виду?

– Что ты прав.

– Нет. Ты сказала: «Как ни странно». Это что получается – я, по-твоему, всегда только чушь несу?!

– Только сейчас заметил, да?

– Что сказала?!

– Ничего.

Вернувшись в Хоэко Мундо, я с тоской оглядел серую пустыню – после Каракуры этот мир выглядел ещё удручающе. Девочки мне ничего не сказали, но стали сверлить меня настолько любопытными взглядами, что я невольно отвернулся и пошёл к дальней скале, пытаясь сконцентрироваться на своих планах… Абсолютно безрезультатно. Их взгляды, сверлящие спину, и любопытство, прямо фонтанирующее из них, никак не давали мне сосредоточиться. Я несколько раз оборачивался, но девочки тут же делали вид, что смотрят куда угодно, но не на меня. Наконец, я не выдержал.

– ЧТО?!

– Господин? – открытыми, чистыми и невинными глазами посмотрела на меня Кин. И елейным голосом добавила: – С нами всё в порядке, – и, стоило мне раздражённо отвернуться, усилила своё сверление, на пару с Сёри. Эх… Надо было отсмеяться до того, как приходить на место встречи. Не отстанут же теперь…

– Говорите уже, – недовольно буркнул я, усаживаясь на песок.

– Почему вы так сильно смеялись? Это из-за тех двух реацу? – немедленно задала вопрос кошка.

– Хммм… Вас это так сильно шокировало? – кивки. – Хм… Ну, вообще-то я люблю повеселиться, но в Хоэко Мундо с весельем сложновато, сами знаете. А те двое… Они весёлая парочка, я просто не мог пройти мимо такой возможности расслабиться. Я изобразил слабого пустого и немного над ними подшутил. Они очень смешно реагировали, собственно, поэтому я и смеялся.

– Это же были синигами? Вы с ними раньше встречались? – Сёри на миг опередила уже открывшую рот для очередного вопроса Кин.

– Да, это были синигами, и да, я с ними уже встречался. И, Кин… – я внимательно посмотрел на адьюкаску. – Я отослал вас по двум причинам. Первая: один из тех синигами по силе соответствует капитану Готэй 13, для меня он не опасен, тем более что всерьёз он меня не воспринимал, но вас убить мог. Вторая причина: я не хотел, чтобы вы видели, как я кривляюсь, это, конечно, было смешно, но сомневаюсь, что вы сами хотели бы увидеть меня в таком качестве, – пустая пристыженно опустила голову, признавая мою правоту. Причём я совершенно не соврал. Ичиго, если бы раскочегарился, вполне мог бы убить и Кин, и Сёри, а если бы ещё выпустил пустого, то и мне могло бы достаться. И я абсолютно точно знал, что Кин и Сёри ещё морально не готовы увидеть меня в образе Тоби. – А теперь, раз уж мы всё равно остановились, у меня для вас есть важный вопрос, от ответа на который зависит вся ваша дальнейшая жизнь, – адьюкаски заметно напряглись – поняли, что я совсем не шучу. – Пойдёте ли вы за мной до конца, даже если это будет значить идти против всего остального мира и своих убеждений? Готовы ли вы умереть за меня? Сейчас вы уже достаточно сильны, чтобы выжить в Хоэко Мундо самостоятельно, если вы скажете «Нет» – я не разозлюсь и не стану вас убивать, ни сейчас, ни в случае нашей будущей встречи. Подумайте над ответом хорошо, так как потом вы уже не сможете изменить своё решение.

Ещё в середине речи в глазах адьюкасок загорелся огонь, и как только я закончил, Сёри, не ожидая ни секунды, упала на одно колено и, опустив голову, твёрдо произнесла:

– Я всегда буду с вами, господин.

– Я тоже, – рядом склонила голову Кин. – Вы спасли мне жизнь, дали силу, спокойствие, уверенность в завтрашнем дне, товарищей, на которых можно положиться, цель…

– Цель? – краем глаза я отмечал, что Сёри слегка кивает на каждое слово своей подруги.

– Да, цель, – кошка прикрыла глаза. – Моя цель – всегда быть рядом с вами, господин, и помогать всеми силами. Поэтому я готова пойти за вами куда угодно! – женщины… Столько пафоса, а ведь могла бы просто сказать «да».

– Хорошо. Тогда слушайте внимательно. С этого момента вы никому, даже мне, не рассказываете ни о том, что я уже совершил, ни о том, что у меня за планы. Запомните: если я попрошу вас рассказать о своём прошлом или планах – это НЕ я. И еще: никому не рассказывайте о моих силах, особенно о поглощении чужих способностей. Всё, что я умею – это Серо и очень быстрое сонидо. Больше – ничего. Всё ясно?

– Да, господин, никому ничего не говорить, даже вам, – кивнула Кин.

– Отлично, тогда пошли, – я встал с песка и вновь направился к скале.

Был ли я рад их выбору? Наверно. Не знаю. Хотя сомнений в их выборе у меня и не было. Только вот если смотреть на ситуацию, отбросив все эмоции, и исходить только из логики, то пользы от них в будущей войне не предвидится. Даже наоборот. В случае чего, сам я смогу сбежать – моё сонидо наголову превосходит всё, что я до этого видел у остальных пустых, но вот девчонки… Ладно, сделанного не вернёшь, так к чему лишний раз переживать?

Теперь нужно решить, что делать дальше. Нет, и так ясно, что надо становиться арранкаром, вопрос как? Просто прийти в Лас Ночес – не лучший ход, даже если отбросить психологический аспект такого поступка. Следовательно, нужно обратить на себя внимание. Как? Просто. Начать охотиться вокруг Лас Ночес на арранкаров первой серии, заодно сразу узнаю о том, что отработка процесса синигамики, или арранкаризации, завершена. Когда пропажу арранкаров заметят, очень быстро додумаются до того, что их убивает кто-то сильный. И, следовательно, пошлют кого-то разобраться в ситуации. Скорее всего, Нел, если она уже в Лас Ночес, конечно, – она и адекватная, и достаточно сильная, чтобы сдержать вастер лорда, не убивая его. Если Нел в Лас Ночес ещё нет, то возможны ребята из первого состава Эспады, также очень вероятна Халлибел. Или даже сам Айзен, по крайней мере, двух вастер лордов он нашёл лично. Итак, с планом определились, остался один маленький штрих.

Я остановился.

– Девочки, отвернитесь, пожалуйста, – адьюкаски были удивлены, но подчинились. – И лучше отойдите на сотню-другую метров, – ещё одна волна удивления, но обе без разговоров использовали сонидо. – Ну что ж… Надеюсь, это будет не очень больно, – прошептал я, поднося правую руку к груди.

Ну, последний вдох, и… СЕРО!

Красная вспышка Серо, сопровождаемая ни с чем не сравнимым звуком разрывающегося пространства, озарила небо Хоэко Мундо. Как же больно… Даже учитывая, что я убрал почти всю реацу из точки на теле, куда должен был прийтись удар, Серо чтобы прожечь мою плоть потребовалось столько энергии, что хватило бы испарить десятка три адьюкасов. Через двадцать секунд я прекратил подпитывать луч и тяжело упал на колени. Ну, вот я и стал обычным пустым, дыра, по крайней мере, появилась. Чёрт… Теперь бы только не дать ей зарасти, а то моя регенерация уже делает поползновения.

– Кха… – из горла вырывается кровавый кашель, чёрная кровь орошает песок передо мной.

– ГОСПОДИН! – сколько паники в голосе… Они опять говорят синхронно… Рядом раздаются хлопки сонидо. Девочки бросаются ко мне.

– Всё в порядке, – хриплю я и, превозмогая боль и слабость, поднимаюсь на ноги. Хорошо, что у пустых нет проблем с передвижением в случае перелома позвоночника, хотя если бы они были, я бы на этот шаг не пошёл.

– Господин, что вы?..

– Всё хорошо, Кин, не надо переживать, – прерываю адьюкаску, кладя руку ей на голову. Боль постепенно утихает, дыра теперь останется до тех пор, пока я сам не захочу её зарастить, теперь лишних вопросов не возникнет. Поворачиваюсь и смотрю за спину, не обращая внимания на перепуганных девочек. Н-да… Вот это я понимаю – настоящее Серо! Несколько барханов за моей спиной перестали существовать, на их месте теперь красовалась спёкшаяся стеклообразная поверхность, изрядно просевшая относительно окружающего ландшафта. И эта поверхность тянулась почти на девятьсот метров, постепенно расширяясь. Если бы Серо пришлось не по касательной, то сейчас тут был бы кратер в Лес Меносов, который вряд ли смог бы быстро зарасти. Чёрт! Как же голова болит… И реацу совсем мало…

– Господин, что это? – поворачиваю голову на удивлённый возглас Сёри, она смотрит куда-то мне за спину. Опять поворачиваюсь. Ничего. Пусто. Ещё раз перевожу взгляд на адьюкаску и замечаю, что и Кин поражённо смотрит куда-то за меня.

– Что?

– Господин… Ваши рога. Они светятся… – ЧТО?!

– В смысле?

– Ну, таким красноватым светом, как Серо, и ещё… Ой!

– Что «Ой»? Кин, объясни толком, что вы видите?

– Посмотрите на песок под вашими ногами, господин.

Я послушно опустил голову и замер. Песчинки начинали светиться и подниматься в воздух, с каждым мгновением процесс всё ускорялся, и вдруг поднявшиеся в воздух сияющие белым светом песчинки быстро устремились к моей голове. Я не успел ничего сделать, как почувствовал, что мои запасы реацу стремительно пополняются. Быть того не может! Это же способность квинси! И баунто! Я пригляделся к процессу, и последние сомнения отпали. Песок превращался в нейтральные духовные частицы, которые, в свою очередь, впитывались моими рогами и перерабатывались в мою собственную реацу! Как это возможно?! Не прошло и минуты, как мои резервы были полностью заполнены, а от боли и усталости после прожигания дыры в собственной груди не осталось и следа. Хоть сама дыра всё ещё наличествовала – хорошо, что я могу управлять процессами регенерации в собственном теле. Но всё-таки, как? Я бы понял, если бы я поглотил кого-то из баунто или квинси, но так… Получается, что это моя личная способность. А в сочетании с регенерацией… Выходит, в мире, где всё состоит из духовных частиц, как в Хоэко Мундо или Обществе Душ, убить меня практически невозможно. А ведь действительно, так и получается. Хмм… Какие открываются перспективы… Теперь мне и Ноиторра не страшен. Отлично!

– Ладно, девочки, всё хорошо, можем идти дальше, – они неуверенно покивали, всё ещё пребывая в шоке от всего произошедшего. Я внутренне усмехнулся, настроение заметно улучшилось.

Нет, всё-таки Айзен там что-то у себя перемудрил. Назвать ЭТО арранкарами я при всём желании не могу. Ну и что с того, что у них нет масок и грубой силой они сравнимы с вастер лордами? Это же просто убожество! И ресуррексион ещё ни один не использовал. Печально… Одно радует – питательность у них была как у пары десятков адьюкасов. Но это просто бесит! Из Лас Ночес их выпроваживают как отработанный материал, и на их смерть там никто и внимания не обратит. Тем не менее, настоящие арранкары уже существуют, недоделки перед своей смертью успели рассказать, что сейчас Эспада уже сформирована, и в неё входят Барраган, Халлибел, Неллиель, Аронильё Арруруэри, некто Дордони Алессандро дель Сокаччио, Ноиторра, Чируччи Сандервиччи и Гантенбейн Москеда. Старка, Улькиорры и Гримджоу в Лас Ночес ещё не было. Сейчас Айзен активно избавлялся от лишних жильцов, отправляя все не очень удачные результаты экспериментов на «важные задания», а фактически – выкидывал. Так как хоть убить вастер лорда некоторые из них и могли, если до превращения были сильными адьюкасами, то вот удержать или тем более заставить идти с собой шансов у них не было. А мозгами, нужными, чтобы договориться миром, ни один из них не обладал, по крайней мере, меня они сперва пытались побить. А ведь я специально каждый раз открывал свою реацу, так ведь нет! Всё равно с энтузиазмом и улюлюканием бросались драться, чтобы, мол, цитирую дословно: «Скрутить и притащить Айзену». Когда я услышал этот ответ седьмой раз подряд, мне стало очень грустно. А на десятый я, не дослушав, испарил неудавшемуся «великому нагибатору» голову Серо. На самом деле, всё было просто до глупости – эти неудачники таким образом хотели убедить Айзена, что они достойны войти в, ни много ни мало, Эспаду. Кто-то старательно распустил среди недоарранкаров слух о том, что если победишь и приведёшь вастер лорда, то тебя возьмут в Эспаду наравне с ним. Бред полный. Но неудачники верили, и я, кажется, знаю, кто стал источником этих слухов.

Тем не менее, кое-что ценное выяснить удалось. Лас Ночес уже был полностью достроен. Видимо, это и стало основной причиной выброса неудачников, рабочие-то больше были не нужны. Создание новых арранкаров пока приостановилось из-за отсутствия материала, так что как только всех лишних пустых вышвырнут за ворота, следует ожидать поисковые партии. Ну и, наконец, Неллиель и Ноиторра уже несколько раз уходили на поиски и даже привели группу из пяти адьюкасов и одного гиллиана, возглавляемую сильным адьюкасом в облике пантеры.

***

Последнее время я изменил себе и почти не скрывал свою реацу, так больше шансов, что меня найдёт настоящая поисковая группа из Лас Ночес, да и способностями к сокрытию светить перед Айзеном не хотелось. Конечно, оставалась опасность напороться на Ноиторру, но я решил пойти на этот риск. Прошло около получаса после того, как я убил очередного недоарранкара, этот вообще оказался каким-то унылым, спёкся от одного-единственного Серо, ощущение такое, что его сделали из обычного пустого. Кин и Сёри уже доедали этого неудачника, а я сидел на вышедшей из-под песка скале и созерцал горизонт, предаваясь мрачным раздумьям. Неожиданно я почувствовал быстрое приближение весьма сильной реацу, очевидно, что её носитель хотел быть замеченным, иначе не фонил бы так. Двигался он со стороны Лас Ночес, не так быстро, как могу я, но куда быстрее любого из встреченных мной пустых. Я встал и приготовился тепло встретить своего гостя. Хотелось бы, конечно, обойтись без драки, но с пустыми надо сразу обозначить свою силу, если, конечно, хочешь мирного диалога. Как только арранкар вышел передо мной из сонидо, я выпустил в него Серо, только после этого заметив шлейф зелёных волос. Значит, всё-таки Нел. Она если и удивилась, то виду не подала и успела уклониться с помощью очередного сонидо. Вышла она из него уже у меня за спиной, но опять переместилась, так как моя левая рука уже смотрела за спину и в момент появления там Нел выпустила Серо. Да, чувствую, после арранкаризации моё Серо ничем не будет уступать Серо Оскурос Улькиорры. Третий раз стрелять я не стал, вместо этого сформировав меч из реацу – в случае чего, я мог бы выпустить Серо и с его поверхности. Неллиель появилась в десятке метров передо мной и с уважением посмотрела на мою руку, в которой сиял меч.

– Привет, – тепло улыбнулась Неллиель. – А ты и впрямь сильный вастер лорд.

– Хм… – я изобразил удивление. – Ну здравствуй, коль не шутишь, – девушка с лёгкой улыбкой рассматривала меня. Я, в свою очередь, рассматривал её. Неллиель оказалась почти такой же, как в моих воспоминаниях, грудь, правда, не такая большая, как в аниме. Белая элегантная форма Эспады, левая рука покоится на занпакто. Внимательный и в то же время весёлый взгляд, милый румянец, совсем не похожий на те пятна, что я помню по аниме, и длинные зелёные волосы.

– Я Неллиель Ту Одершванк, арранкар. У меня к тебе предложение, – первой нарушила молчание Неллиель.

– Алукард, – слегка наклонил я голову. – И в чём оно заключается? – краем глаза замечаю, как напряглись мои фракционы, но девочкам хватило ума не вмешиваться и соблюдать тишину.

– Ты знаешь, что сейчас происходит в Лас Ночес?

– Хм… Дай подумать… Знаю ли я про то, что трое синигами сомнительной наружности набили наглую морду Баррагана, захапали себе его дворец и сейчас ставят жуткие эксперименты на ни в чём неповинных пустых? Нет, первый раз слышу, – Неллиель хихикнула.

– Никогда бы не подумала, что это можно так описать, – похоже, моя шутка ей действительно понравилась. – Я хотела предложить тебе присоединиться к нам, стать арранкаром и жить в Лас Ночес.

– К кому «нам»? И что мне это даст?

– «Нам» – это Айзену-саме и Эспаде. А даст… Ты станешь намного сильнее и тебе не нужно будет больше поедать пустых, чтобы не регрессировать.

– Хм… А в обмен служение этому Айзену? Спасибо, но я не привык кому бы то ни было подчиняться, тем более синигами. А проблем с регрессией и силой у меня и так нет.

– Но разве ты не устал от этого? Бесконечное скитание по пустыне, необходимость поедать других… Неужели тебе не хочется это изменить? Жить настоящей жизнью?

Я сделал вид, что задумался.

– Допустим, – я внимательно оглядел Нел. – Но это предложение выглядит слишком хорошо. Где подвох?

– Никакого подвоха. Нам понадобится твоя сила. Вот и всё. И чем ты сильнее, тем лучше для нас.

– Солдат в вашей армии?

– Вастер лорд? Скорее, офицер в нашей армии, – она лучезарно улыбнулась.

– … – Ещё немного «подумав», я ответил: – Один я не вступлю к вам.

– О, не волнуйся, твои спутницы тоже приглашены.

– Ну тогда веди, – «сдался» я, рассеивая клинок. Еще раз улыбнувшись, Неллиель повела нас напрямую к Лас Ночес.

***

До Лас Ночес мы добрались без происшествий. Девочки всю дорогу жались ко мне и с тревогой посматривали на Нел, неудивительно, ведь её уровень реацу превосходил мой почти в полтора раза, и это при моих-то способностях к поглощению. Ворота охраняли двое арранкаров, судя по всему, созданных из гиллианов, по крайней мере, такого же размера, только лица человеческие и белая одежда, кажется, парочка таких мелькала в сериале. А внутри… Должен признать, вкус у Айзена есть. Да и Барраган сработал отлично – воздвигнуть такой купол, под которым, пожалуй, и вся Каракура уместиться смогла – это надо уметь. Огромные коридоры, высоченные потолки, широкие проходы и ужасающих размеров залы, про полигоны я вообще молчу. Всё строилось с учётом специфики пустых, ведь огромные размеры для нас – это норма, а не исключение. Когда мы вышли из внешнего периметра купола, над головой засияло голубое небо с редкими облаками. Восхитительно! Как они это сделали – ума не приложу, явно обычной краской тут и не пахнет, свет самый настоящий, а облака даже движутся! Айзен гений! Девочки тоже оценили и теперь глядели по сторонам почти столь же интенсивно, как и в Каракуре. Неллиель даже замедлила шаг, явно довольная реакцией моих фракционов, я, естественно, никакой реакции не показал.

Пройдя через огромный, устланный песком полигон, мы подошли к одной из центральных башен и стали подниматься наверх. На самом верху башни я заметил широкий балкон, на котором кто-то был. Нел, видимо, решила устроить экскурсию, так как сонидо мы больше не использовали, проходя очередную вереницу огромных залов и лестниц пешочком, а может, у неё были такие инструкции, кто знает? Хотя это неважно, так как пустые почти не устают, за исключением тех случаев, когда у них заканчивается реацу. Наконец, спустя энное количество времени и столь же энное количество этажей (я честно пытался считать, но сбился на семьдесят третьем), мы поднялись на искомый. Нел постучала в «Ту Самую» дверь, и мы вышли на «Тот Самый» балкон.

– Айзен-сама? К вам сейчас можно?

– Да, входи, Неллиель, я как раз вас ждал, – Айзен сидел на своём белом троне спиной к нам и созерцал открывшийся вид. А с этого балкона он открывался отличный, а главное – вход, через который мы вошли в Лас Ночес, был как на ладони. С секундной задержкой Айзен встал и повернулся к нам. – Меня зовут Соске Айзен. Я рад приветствовать тебя в Лас Ночес, – и фирменная загадочная полуулыбка с лёгким прищуром. Мне почему-то показалось, что и я когда-то любил вот так улыбаться, даже пришлось моргнуть, чтобы сбросить наваждение.

– Алукард, – представился я, чуть склонив голову.

– Алукард-сан очень сильный вастер лорд, Айзен-сама, – сдала меня Нел с доброй улыбкой. Я улыбнулся под маской, а то Айзен не видит мою силу, пусть даже часть реацу у меня и скрыта, но привкус той, что есть, он прекрасно чувствует.

– Отлично, – Айзен сделал вид, что удивлён. – Я сейчас как раз свободен, так что проведём превращение прямо сейчас.

– Превращение? – недоверчиво переспросил я, отыгрывая роль обычного пустого, который никому, кроме себя, не доверяет.

– Не волнуйся, Алукард, это совершенно безболезненно, – хм… Ну спасибо, хоть суффиксы приставлять не стал.

– Сложно не волноваться, когда синигами собрался делать с тобой что-то непонятное, – от Айзена донёсся лёгкий смешок.

– Вынужден с тобой согласиться. Но уверяю тебя – ничего страшного не произойдёт, – Айзен спокойно прошёл в другую выходящую на балкон дверь, продолжая улыбаться. Неллиель последовала за ним, призывно махнув мне рукой и ободряюще улыбнувшись.

Мы прошли по длинному коридору мимо нескольких дверей, наконец, Айзен остановился и открыл одну.

– Заходите, – за дверью оказалась небольшая комната с ещё одной дверью. Не останавливаясь, Айзен прошёл дальше и вошёл в просторную пустую комнату, я последовал за ним. Нел с моими фракционами остались в первой комнате. – Тебе ничего не надо делать. Просто стой на месте и постарайся не двигаться, – тут примерно посередине комнаты из пола стала подниматься небольшая колонна. Поднявшись где-то до груди Айзена, её верхушка отъехала в сторону несколькими слоями, являя мне Хоугиоку. Сейчас оно всё ещё было покрыто барьером Урахары, но даже сквозь него я ощутил ужасающее количество реацу. А ещё я почувствовал, что у Хоугиоку есть душа, очень странная, совершенно отличная от душ людей, синигами и пустых, но она есть. Урахара точно гений, хотя ещё неизвестно, соединил ли уже Айзен своё Хоугиоку с Урахаровским или нет. Хотя, с другой стороны, кроме этого, я больше ничего подобного не чувствую.

– Я стану таким как Неллиель?

– Думаю, ты будешь сильнее, причём значительно, – с улыбкой «обрадовал» меня Айзен и добил: – Судя по объёму твоей реацу, учитывая ту, что ты так хорошо скрываешь, ты превзойдёшь даже Баррагана. Удивительно, учитывая твой возраст пустого, – вот сейчас я окончательно понял, насколько наивными были мои надежды притвориться слабаком. Я совсем забыл, что и сам Айзен очень долгое время мастерски скрывал свою реальную силу, совсем не удивительно, что при наличии такого опыта он меня раскусил с одного взгляда. Да и то, что как учёный он мало чем уступает Урахаре, я тоже не учёл. Впрочем, планы я составлял ещё в бытность адьюкасом, кто же мог знать, что я сумею так раскачаться?

– Ты можешь определять возраст пустого? – спрашивать про реацу не имеет смысла, а вот этот вопрос интересен.

– Не очень точно, – Айзен несколько секунд полюбовался на сияющее Хоугиоку в своей руке. – Но то, что тебе меньше ста лет, могу сказать точно, – и спустя ещё пару секунд задумчивости добавил: – Вполне может быть, что до превращения в пустого ты был синигами, причём далеко не слабым. На это указывает несколько косвенных фактов, – однако… Он что, и Мурамасу во мне почувствовать смог?

– Разве такое возможно?

– Конечно. Я сам проводил эксперименты в этой области и добился неплохих результатов, – на его лице опять появилась загадочная улыбка. – Но также возможен и естественный процесс, правда, до сих пор я считал его только теоретически возможным.

– И чем мне это грозит?

– Хм… Сложно сказать, – он поднёс Хоугиоку к лицу. – Вполне вероятно, что часть твоих сил синигами вернётся и даже твой занпакто будет разумен. Впрочем, нет смысла гадать, лучше проверить на практике, – он ожидающе посмотрел на меня. Мне не осталось ничего другого, как кивнуть. Что ж, учёный нашёл себе новый материал для исследований, мне остаётся только надеяться, что меня не постигнет участь Вандерваальса. Ибо бежать я уже не смогу.

Айзен улыбнулся и вытянул руку с Хоугиоку в мою сторону, после чего что-то с ним сделал. Из Хоугиоку начали исходить какие-то синеватые волны, которые тем не менее не являлись реацу. Когда они достигли меня, я почувствовал, что мой резерв реацу увеличивается и пополняется с бешеной скоростью, а потом моё сознание погасло.

Я открыл глаза. Вокруг простиралась безжизненная равнина, вдалеке виднелась голубая полоса моря. Я огляделся. За моей спиной лежала бесконечная пустошь, хоть тут и не было вездесущих серых песков Хоэко Мундо или выпирающих из-под земли скал. Осмотрев своё тело, я почти не удивился, обнаружив себя в том же облике, как тогда, когда я очнулся в пригородном парке далёкого северного японского города.

Клинок из Серо сформировался без малейшего труда, более того, если раньше он был полностью красным, то теперь цветом соответствовал Гецуге Теншоу Куросаки Ичиго, когда тот в банкае, разве что самую малость было больше красного цвета. Также он был значительно плотнее, чем мне удавалось до сих пор сотворить. Выпущенное с его поверхности Серо подняло огромный купол взрыва примерно в километре от меня, а взрывная волна могла бы снести и десяток гиллианов, окажись они на моём месте, я же просто прикрылся щитом реацу. Впечатляет. Я и раньше мог так ударить, ну ладно, почти так и только если поднапрячься, а сейчас даже потери реацу не почувствовал. Хотя какая может быть потеря реацу в собственном внутреннем мире? Куда важнее, что я создавал Серо как обычно, не пытаясь вложить больше энергии, и это настораживало. Постояв несколько минут и так и не дождавшись визитёров, я пошёл к воде.

Море уходило за горизонт, и из его поверхности выпирали уже знакомые по внутреннему миру Мурамасы гигантские колонны. Это наводило на определённые мысли. Вокруг не видно ни души. Переместившись сонидо на ближайшую колонну, я начал прыгать дальше, удаляясь от берега. Минут через пять движения в почти непрерывном сонидо я заметил вдалеке фигуру, сидящую на одной из колонн. Переместившись на ту же колонну, я её рассмотрел. Это безусловно был Мурамаса, вот только его одежда несколько изменилась. Прежде всего – цвет, теперь одежда занпакто была угольно-чёрной, в результате он очень сильно напоминал Тенсу Зангецу. Исчезли каблуки на сапогах и меховая оторочка на плаще, а также длинные ногти, но вот лицо осталось прежним. При моём появлении Мурамаса встал и внимательно стал осматривать меня. Первым молчание прервал я.

– Ну привет, Мурамаса, или тебя сейчас зовут иначе? – занпакто встрепенулся, в его глазах загорелись интерес и отголосок радости.

– Нет, я Мурамаса, но имею мало общего с тем, которого ты знал.

– Ясно. Значит, ты мой занпакто?

– Да, – он чуть склонил голову.

– Хм. Предвидится какое-нибудь испытание вроде боя?

– Это было бы глупо. Сила синигами в тебе почти в четыре раза уступает силе пустого, так что у меня нет никаких шансов, – с лёгкой грустью сказал он, медленно моргнув и устремив взор на морскую гладь.

– А ты не контролируешь силу пустого?

– Конечно нет. Она полностью принадлежит тебе, я отвечаю только за силу синигами.

– Так ты слабее меня? Как это возможно? Ведь пустой Ичиго при своём появлении уже был сильнее Куросаки, а потом превзошёл даже Зангецу, причём намного, – Мурамаса вновь посмотрел на меня и, немного подумав, ответил:

– С пустыми всё иначе. Ведь даже едва возникший пустой значительно превосходит душу, которой он до этого был. Так же и с пустым внутри Ичиго, он возник, сразу преобразовав потенциал Куросаки в свою силу, а позже чем больше Ичиго увеличивал силу своей души, тем сильнее становился его пустой, постоянно превосходя Куросаки в полтора-два раза. Но сила синигами устроена иначе, она требует тренировок и времени для своего развития.

Хм. Ну, в общем-то, я так и думал. И то, что у меня не будет никакого альтер-эго, ответственного за силу пустого, тоже хорошо. Вот только помимо положительных моментов это вызывает ряд проблем.

– И когда ты сравнишься со мной?

– Не знаю, но я точно никогда не превзойду силу пустого внутри тебя.

– Понятно, – занятно, однако получается, что вайзарды более перспективны, чем арранкары, вот только, убивая своего внутреннего пустого, они гробят весь свой потенциал. Это только Ичиго в очередной раз повезло, умерев в Хоэко Мундо, он тем самым возродил Хичиго, да и то ему для этого потребовалось целых две смерти. Почему же Айзен посчитал это направление тупиковым? Хм… А ведь Тоусена он превратил в вайзарда. Занятно… – И что будем делать? Мне нужно как-то научиться высвобождать ресуррексион, а твоё имя для этого вряд ли подходит. Кстати, призывая тебя, я ведь получу шикай синигами?

– Да. Но это не проблема. Теперь у тебя есть два вида реацу – синигами и пустых, когда тебе будет нужен только мой шикай – направь в клинок только реацу синигами, а когда потребуется ресуррексион – реацу пустого, также ты можешь использовать их одновременно.

– А Банкай и Сегунда Этапа я смогу освоить?

– Да, но на это уйдёт время.

– Лет сто? – с улыбкой уточнил я. Мурамаса тоже улыбнулся.

– Значительно меньше, ресуррексион арранкарам осваивать куда проще, чем шикай синигами, ведь сила ресуррексиона – это сила самого арранкара, которой он пользовался многие годы, а для синигами шикай – это взаимодействие с другой личностью.

– А что с банкаем?

– Если отбросить вопрос о взаимопонимании между синигами и его занпакто, то для овладения банкаем необходимо, чтобы синигами сравнился силой со своим занпакто или даже превзошёл его, и обычно на это уходит сто и более лет. Но я изначально слабее тебя и очень не скоро смогу догнать, так что и тут проблем быть не должно.

– Хм. Хорошо. Ну а теперь ты дашь мне меч? – Мурамаса кивнул и, вынув правую руку из кармана, выставил её перед собой ладонью вниз. Со всех сторон к руке Мурамасы устремились потоки синей и красной реацу, начав формировать в ней меч. Через несколько секунд он был готов. Чёрная как ночь катана с простой гардой и без украшений, ещё через несколько секунд сформировались ножны поверх клинка, и Мурамаса протянул меч мне.

– Вечный шикай? – я был крайне удивлён.

– Судя по всему – да, – в глазах Мурамасы стоял шок с примесью гордости.

– Хм… Значит, остаётся только ресуррексион. Интересно, как отреагирует Айзен?

– Вполне возможно, что он сам спровоцировал это, – после секундной паузы ответил Мурамаса. – По крайней мере, под воздействием Хоугиоку моя сила возросла в несколько раз, и не думаю, что это нормально.

– Кстати об Айзене. Ты как-то можешь защитить меня от воздействия Къёко Суйгецу?

– Да, могу, но только тебя.

– Отлично, – моё тело начало покалывать. – И последний вопрос. Мурамаса, ты верен мне так же, как был верен Коге?

– Да, – занпакто склонил голову. – Я не тот, что раньше, но моя единственная цель – всеми силами помогать тебе, и неважно, насколько это будет сложно.

– Спасибо, Мурамаса, – меня уже отчётливо тянуло в реальный мир, похоже, что трансформация уже подходила к концу. – Продолжим наш разговор в следующий раз, – он кивнул, одновременно с этим прикрыв глаза.

***

Я открыл глаза. Я находился всё в той же тёмной комнате, только теперь у одной из стен из пола поднимались несколько кубов, на одном из которых лежало несколько стопок одежды.

– Вижу, ты уже очнулся, Алукард. Поздравляю, всё прошло даже лучше, чем я ожидал, – улыбнулся, глядя на меня, стоящий в центре комнаты Айзен. – Хоугиоку на этот раз превзошло само себя, думаю, ты обрадуешься, узнав, что стал значительно сильнее Баррагана.

– Хм. Да, пожалуй, – я встал с колен и оглядел себя. Ни дыры в груди, ни остатков костяной маски, только ножны с Мурамасой в левой руке. Качество духовной энергии претерпело сильные изменения, став… Не знаю, термины «плотнее», «насыщенней», «ярче» слишком бедно отражают суть, здесь же был, ммм, принципиальный скачок. Чёрт, слов просто не хватает. Да и объём энергии подскочил раз… в тринадцать? Блин, даже этого чётко определить не могу. Само тело внешне было вроде бы то же самое, что и во внутреннем мире, только одежда отсутствует. Переведя взгляд на загадочно улыбающегося Айзена, который кивнул мне на стопки одежды, я задал ожидаемый вопрос: – И какое место я теперь занимаю в Эспаде?

– Первое, – Айзен, похоже, был очень доволен. – Только сразу предупреждаю – тебе не стоит использовать свой ресуррексион внутри Лас Ночес, мне не хотелось бы отстраивать его с нуля.

– Всё настолько плохо? – спросил я, натягивая чёрную рубашку.

– Отнюдь. Это очень хорошо. Но не будем тратить время, твоё превращение затянулось, а надо ещё обработать твоих фракционов, – я кивнул, уже заканчивая одеваться. Последний штрих – белый плащ со стоячим воротником и чёрной подкладкой, почти такой же, как у самого Айзена, занял положенное ему место. Поправив ножны с Мурамасой, я направился к двери.

– Мне имеет смысл присутствовать при превращении моих фракционов?

– Как хочешь, хотя реацу я бы тебе советовал скрыть, – ксо! Совсем забыл! А он ещё и улыбается в лучших традициях Гина. Ну хоть напомнил – и за то спасибо.

– Спасибо, совсем забыл, – остановившись перед дверью, я спрятал свою реацу, это оказалось куда сложнее, чем раньше, но спустя минуту я справился. Айзен терпеливо ждал. И вот, когда моя реацу оказалась полностью заперта в моём теле, меня накрыло. За моей спиной стоял источник чудовищной реацу, такой, что я почувствовал себя обычным пустым рядом с адьюкасом. Мне понадобилось несколько долгих секунд, чтобы понять, что я сумел почувствовать реацу Айзена. Вот это мощь… Помнится, в аниме он говорил, что существо низшего порядка никак не может почувствовать существо высшего, если то само этого не хочет. Тогда я это не очень понял, зато сейчас ощутил в полной мере. Да он один стоил десятка таких как я!

– Вижу, ты сумел почувствовать мою настоящую силу, – я едва не вздрогнул от звука его голоса. – Я рад. Ты первый, кому это удалось, обычно мне самому приходится занижать уровень своей реацу, чтобы кто-то другой смог её почувствовать.

– Я не понимаю. Как рядом с тобой вообще кто-то выживает?

– Это сложно объяснить, но грубо говоря… – повернувшись к нему, я увидел, как Айзен вглядывается в поднесённое к лицу Хоугиоку. – Мы живём в одной плоскости реальности, и наша реацу, так же как и мы, находится в ней, но моя реацу перешла на другой уровень и существует уже на другой плоскости, недоступной для восприятия тех, чья сила не может туда достать. Это лишь схематичное объяснение, на самом деле всё куда сложнее, но ведь главную мысль ты уловил? – его глаза упёрлись в меня.

– Пожалуй, да, – медленно кивнул я. – Остаётся непонятным, зачем тебе вообще нужны арранкары при такой силе, но, сдаётся мне, это не моё дело, – Айзен загадочно и многозначительно улыбнулся.

Отвернувшись от него, я открыл дверь.

– Кин, Сёри, заходите, – девушки вошли внутрь, заметно нервничая, а увидев меня в стильном чёрно-белом наряде Эспады – замерли, поражённо разглядывая мой новый облик.

– Г.. господин? – каким-то странным голосом спросила Кин.

– А не похож? – усмехнулся я.

– Господин, вы великолепно выглядите! – я не смог сдержать улыбку, глядя на восторги девушек, и даже тот факт, что за моей спиной стоял этот… МОНСТР, не мог ничего изменить.

– Не будем затягивать, – раздался голос Айзена. – Встаньте сюда и постарайтесь не двигаться, – девушки вопросительно посмотрели на меня, я кивнул.

Адьюкаски встали на указанные Айзеном места. Тот опять что-то сделал с Хоугиоку, и через пару секунд они обе потеряли сознание. Ещё секунда – и вокруг тел появляются прозрачные барьеры кубической формы, а потом тела начинают меняться.

Я задумчиво наблюдал за превращением. Выглядело это не очень аппетитно. Такое ощущение, что кости у них внутри ломались по десять раз, а потом снова вставали на место. Постепенно тела девушек начали приобретать человеческие очертания, а ещё через несколько минут замерли, стоя на коленях с поднятыми к боковым стенкам барьера руками. Дальнейшее превращение уже не было столь зрелищным, вся поверхность тел сравнилась по цвету с белой костью и непрерывно бурлила, как кипящая вода, постепенно формируя конечную форму. Этот процесс тоже завершился через несколько минут, и костяная плёнка застыла, плотно облегая уже вполне человеческие женские тела. Айзен убрал руку с Хоугиоку от моих фракционов и положил его обратно в колонну за своей спиной, после чего та закрылась и начала ехать вниз, через несколько секунд уже никак не выделяясь на фоне пола.

– Ну вот, Алукард, теперь осталось только немного подождать, скоро они очнутся, – я в этот момент внимательно смотрел на точку в полу, где только что была колонна с Хоугиоку.

– Ты не боишься оставлять эту штуку здесь? – кивнул я за спину Айзену. Он проследил за моим взглядом и улыбнулся.

– Нет, Алукард, не боюсь, но позволь я оставлю в секрете причину этого, – я пожал плечами и повернулся к своим фракционам. В конце концов, лично я пытаться украсть Хоугиоку не собираюсь, вполне может статься, что там подделка, а оригинал Айзен спрятал в карман, пока был ко мне спиной. Лично я бы так и сделал. А скрыть его с такими навыками и опытом в кидо, как у Айзена, вообще ничего не стоит.

– Со мной тоже так было? – задал я следующий вопрос, чтобы хоть как-то отвлечь его от созерцания моей фигуры с доброй улыбкой на губах. Не то чтобы она меня раздражала или нервировала, но я чувствовал, что Айзен сам ожидает от меня вопросов.

– Да. Эволюция не всегда красива, – ещё несколько секунд помолчав, Айзен направился к выходу. – Одежду ты можешь взять в соседнем помещении. Когда они очнутся, Неллиель покажет тебе Лас Ночес и твои комнаты. Если возникнут вопросы, то меня чаще всего можно найти на том балконе, где мы встретились, обращайся, – я кивнул, и Айзен вышел за дверь.

Потянулись минуты ожидания. От нечего делать я подошёл к стопке одежды и начал её перебирать, ведь одевался я в спешке. Айзен произвёл на меня в целом положительное впечатление. Он был умён, харизматичен и прекрасно владел собой, а главное – играючи читал меня. Не удивлюсь, если при помощи Хоугиоку он также неплохо изучил мои способности. И он совершенно не производил впечатление безумца. Фактически, всё, что портило его облик в моих глазах – это мои воспоминания о его поступках. Но с другой стороны, всё это выглядит очень подозрительно. Хотя бы эпизод с попыткой убийства Хинамори ещё в Обществе Душ. При его силе нужно ОЧЕНЬ постараться, чтобы мгновенно не прикончить того, чья реацу соответствует уровню лейтенанта. То есть Айзен должен был приложить огромные усилия, просто чтобы Хинамори не распылило на духовные частицы при протыкании её занпакто, но ведь она не только не умерла мгновенно – её ещё и вылечили. И потом эта странная прокачка силы Ичиго, ещё более странное исключение Нел из Эспады и столь же странное её выживание в Хоэко Мундо. Ну ни за что не поверю, что она по чистой случайности ни разу не встретила бродячего адьюкаса и так же случайно столкнулась с отрядом рыжего. Ох, не прост бывший капитан пятого отряда Готэй 13, совсем не прост…

От размышлений меня отвлёк треск со стороны моих фракционов. Барьеры, окружавшие их тела, покрылись трещинами и рассыпались, а следом за ними начала крошиться и костяная плёнка, покрывающая моих девочек. Кусочки начали быстро отслаиваться и осыпаться, истаивая прямо в воздухе и открывая мне прекрасную картину.

Прежде всего бросился в глаза одинаковый белый цвет волос у обеих девушек. У Кин волосы были короткими, а остатки маски приняли вид двух кошачьих ушек, создавая образ натуральной неки. Рост девушки был небольшим, пожалуй, только сантиметров на десять превосходил рост Рукии, дыры пустого нигде не было видно. У Сёри, напротив, были очень длинные волосы, также она была заметно выше. От маски осталось подобие диадемы вокруг головы, которое почти полностью скрывалось волосами, а дыра пустого располагалась в центре живота, хоть и была довольно небольшой. Обойдя всё ещё пребывающих без сознания девушек, я встал на месте Айзена и осмотрел их спереди. У Кин была небольшая красивая грудь, чуть больше второго размера, а у Сёри грудь была минимум третьего, фигуры девушек были идеальными и, чего уж греха таить, весьма сексуальными. Перед Кин лежала короткая катана, а перед Сёри – ножны с двумя парными клинками.

Первой очнулась Кин. Я сделал пару шагов в сторону, чтобы сразу не попасть в её поле зрения. Пошевелившись и наморщив носик, она открыла глаза и осмотрелась немного затуманенным взглядом. Сев поудобней и осмотрев себя, после чего ощупав лицо и декоративные ушки, она, похоже, осталась довольна. Потом она обвела взглядом комнату, несколько секунд удивлённо разглядывала Сёри и, наконец, заметила меня.

– Господин, – на её лице появилась радостная улыбка, но уже спустя секунду её глаза расширились, и она, резко покраснев, закрылась руками и немного отвернулась, потупив взор. У меня на лице расцвела улыбка. Немного подумав и судорожно обшарив опущенными глазами комнату, она, незаметно вздохнув и зажмурившись, встала и, опустив руки по швам, словно бросаясь с места в карьер, подняла глаза на меня, при этом оставаясь красной как помидор. Это маленькое представление заставило мою улыбку стать ещё шире. Чего-чего, а подобной стеснительности я не ожидал.

– Поздравляю со вторым рождением, Кин. Или уже с третьим, если учитывать человеческую жизнь.

– С.. спасибо, господин, – девушка ещё сильнее покраснела и опять опустила взгляд. – А.. а есть какая-нибудь одежда? – робко спросила она почти шёпотом.

– Зачем? – изобразил искреннее удивление я. – Ты и так прекрасно выглядишь, – после этих слов я понял, что до этого она не краснела. – Ладно, не переживай ты так, сейчас Сёри очнётся, и подберёте себе одежду в соседней комнате, – словно услышав мои слова, вторая девушка очнулась.

Сёри повела себя почти так же, вплоть до ощупывания головы, но вот удовлетворения, как и других эмоций, на её лице не отразилось. Потом она заметила нас и без малейшей стеснительности поднялась на ноги, при этом плавным движением подняв ножны с клинками. Встав, она низко поклонилась, отчего её длинные волосы накрыли весьма соблазнительную грудь, и подняла на меня рубиновые глаза. И только небольшой румянец на лице показал, что девушка тоже стесняется. Кстати, глаза у обеих девушек тоже были одинаковыми – красными и даже слегка светящимися в полумраке комнаты. Уже второе любопытное совпадение, особенно если вспомнить, что их внешний облик до превращения был совершенно различным.

– Прекрасно выглядишь, Сёри. Как самочувствие? – с всё никак не желающей проходить улыбкой спросил я пустую.

– Спасибо, господин, я хорошо себя чувствую, – последовал внешне спокойный ответ, только румянец стал чуть насыщенней.

– Хорошо. Кин, бери свой занпакто, и пойдём выбирать вам одежду, – кошка, а теперь уже нека, быстро подхватила с пола катану и замерла, не поднимая глаз от пола и ожидая моих дальнейших действий. Я хмыкнул и направился к двери.

Стоило мне открыть дверь, как я тут же наткнулся на радостный взгляд Неллиель. Судя по излишне любопытной улыбке и возбуждению, читаемому в глазах, девушка уже давно изнывала от любопытства, но то ли скромность, то ли тактичность не позволяли ей войти внутрь после ухода Айзена. И сейчас она с нескрываемым восторгом осматривала меня. Уж не знаю, какое у меня лицо и можно ли его назвать красивым (хотя судя по взглядам моих фракционов – очень даже можно), но вот одежду я отбирал, старательно копируя стиль Айзена времён вторжения в Каракуру (разве что я отдавал большее предпочтение чёрному цвету), и посмотреть было на что. Сейчас, кстати, стиль Айзена несколько отличался от того, так как под полностью белым плащом он носил всё ту же форму синигами, разве что чуть иначе одетую.

– Привет, Неллиель-сан. Извини, что заставили ждать, – изобразил я виноватую улыбку.

– Нет-нет, что ты. Я рада, что всё прошло успешно. Добро пожаловать в наши ряды, – счастливо зажмурилась она, очаровательно улыбнувшись. – Ээм… – она чуть замялась, явно смущаясь. – А какой тебе присвоили номер?

– Первый, – улыбнувшись, ответил я, с удовольствием наблюдая за её реакцией. – А разве тебе Айзен не сказал?

– Н… нет, – Нел была ошарашена. – Но как же так? Я совсем не чувствую твоей реацу, – я в точности повторил фирменную улыбку Айзена и самую малость выпустил свою реацу. Нел проняло, как и моих фракционов. Продержав давление пару секунд, я скрыл реацу. Неллиель уже успела заметно побледнеть, причём это было не следствие страха, она просто не успела испугаться, а исключительно последствия духовного пресса. Пожалуй, я всё-таки немного переборщил.

– Извини, немного не рассчитал. Обычно я всегда скрываю свою реацу. Кстати, а у тебя какой номер?

– Третий, правда, теперь, наверное, уже четвёртый, раз ты стал первым. И ещё раз поздравляю! – вновь жизнерадостно и мило улыбнулась она.

– Спасибо. Айзен сказал, что в этой комнате можно найти женскую одежду. Ты не могла бы с этим помочь? – Нел кивнула.

– Да, конечно, – её глаза нашли девочек за моей спиной. – Идите сюда, я вам помогу, – и опять очаровательная улыбка, её внешность даже не портит эта маска, больше похожая на бараний череп на голове. Очень жаль будет терять такую прелесть.

Девушки неуверенно приблизились к Нел, а та уже шаманила что-то со стенкой, пара секунд – и из стены выезжают несколько прямоугольников, при ближайшем рассмотрении оказавшихся ящиками с одеждой. Дальше было получасовое представление по выбору одежды. Неллиель оказалась скромницей и старательно пыталась одеть моих фракционов во что-то максимально закрытое и скромное, как у неё самой, правда, получалось у неё это, мягко говоря, плохо. Мои девочки хоть и были изначально сильно смущены своей наготой, но при этом старательно отбирали откровенные наряды, ежеминутно интересуясь моим мнением. Вернее, интересовалась одна Кин, Сёри же, как обычно, молчаливо её поддерживала. Наблюдая это действо, я молчал, старательно копируя добрую и загадочную улыбку Айзена, что избавляло меня от необходимости отвечать и участвовать в этом шабаше. Подумать только, ещё пару часов назад одна из этих девушек была трёхметровой кошкой, а вторая – пятиметровым пустым, в котором с трудом можно определить пол, а теперь они как заправские модницы азартно роются в шмотках, решая, что же им надеть.

Наконец, с этим действом было покончено, и довольные девушки повернулись ко мне.

– Не прошло и года, – не смог удержаться я, весело улыбаясь. Девушки смущённо и синхронно отвели глаза, причём Нел тоже, чем значительно подняла мне настроение. – Благодарю за помощь, Нел. Айзен, когда уходил, сказал, что ты покажешь нам Лас Ночес, это так?

– Да, конечно, пойдём.

Экскурсия по Лас Ночес заняла не так много времени, как я ожидал. Дело было в том, что большая часть помещений пустовала, да и многое мы осмотрели, когда только направлялись к Айзену. Прежде всего, Нел показала три разных зала для встреч Эспады. Главный, с круглым, вернее, овальным, столом, для заседаний. Ещё один – огромный, с возвышающимися вдоль стен ступенчато расположенными прямоугольниками, на которых следует сидеть членам Эспады вместе со своими фракционами, и троном Айзена на высоком, монументальном кубическом постаменте во главе этого зала. Третий был уменьшенной копией второго и без трона. Далее были основные тренировочные полигоны, исследовательская лаборатория, входы-выходы из Лас Ночес и так далее, вплоть до доставшегося мне в качестве жилья коттеджика вне главной башни. Отдельно уточнив у Нел, где живёт она сама, я тепло с ней попрощался, и она ушла, явно очень довольная знакомством.

Глядя ей вслед и не обращая внимания на ревнивый взгляд Кин, я с удовольствием мысленно подводил итоги. Проникновение в Лас Ночес и Эспаду увенчалось успехом, причём таким, на который я даже не рассчитывал. С Неллиель тоже налажен контакт, ей, очевидно, было приятно моё общество, и прогулку не испортил даже почти непрерывный ревнивый взгляд Кин, сверлящий спину зеленовласки. С Айзеном сложно сказать что-то определённое, но в плюсы можно записать то, что он меня не убил и даже был довольно откровенен. Ну что ж, предварительные итоги весьма неплохи. Неллиель уже скрылась из виду, и я, довольно хмыкнув, повернулся к своему новому дому.

***

В тёмной комнате с одной стеной, увешанной мониторами, показывающими различные виды Лас Ночес и его окрестностей, находились двое. Айзен сидел в удобном белом кресле и смотрел на экран, показывающий вид с потолка Лас Ночес. На экране Алукард вместе со своими фракционами, попрощавшись с Неллиель, только что скрылся в своих апартаментах.

– Что ты о нём думаешь, Гин?

– Ну, похоже, он очень необычный арранкар, и, видимо, он вас заинтересовал.

– Да, ты прав, – на лице Айзена появилась лёгкая улыбка.

– Но капитан Айзен, вы уверены с его номером? Он не провёл ни одного испытательного боя, остальные могут этого не понять, особенно Барраган-кун, – на лице Ичимару Гина появилось немного обеспокоенное выражение, хотя его змеиная улыбка никуда не делась.

– Ставить против него Тию или Неллиель бесполезно – даже если он не станет высвобождать меч, они ничего не смогут ему сделать. А если использовать Баррагана, то он умрёт, – спокойно ответил Айзен, взял со стоящего рядом столика чашку с кофе и отхлебнул, всё ещё глядя на монитор.

– Да, сила бывшего короля Хоэко Мундо довольно опасна.

– Ты не понял, Гин. Если Барраган и Алукард будут драться, то умрёт именно Барраган, – Соске Айзен скосил взгляд на своего заместителя и удовлетворённо улыбнулся, увидев такое редкое зрелище как удивление и широко открытые глаза Гина.

– Вот как? Неужели он так силён?

– Хм… – Айзен ещё раз глотнул горячий напиток.

– И что вы собираетесь делать? – Гин уже справился с удивлением и вернул на лицо свою обычную улыбающуюся маску. Но Айзен не спешил отвечать, разглядывая экраны мониторов. – Может быть, тогда с ним сразиться мне или Канамэ?

– Не стоит, Гин. Я сам хочу проверить, на что он способен, – улыбка на лице Айзена стала шире, ведь Гин уже второй раз поражённо открыл глаза.

– Умм… Это наверняка будет интересно, – синигами с самым быстрым в мире занпакто перевёл взгляд на мониторы.

Внутри домик оказался не хуже чем снаружи – просторный, чистый, с минимумом мебели и множеством комнат. Обживаться здесь придётся долго, ещё вопрос – как и где достать мебель? Но это всё потом, как я понял, спать я теперь хоть и могу, но особой необходимости в этом как не было, так и нет. Девочки вели себя тихо, ещё не успев привыкнуть к новому состоянию. Там, после превращения и при Нел, скорее всего, сработали инстинкты и глубинные слои памяти о прошлой жизни, да и эмоциональная встряска присутствовала, а может, и Хоугиоку поспособствовало. Но сейчас они, наконец, смогли расслабиться и погрузились в осознание новой для себя реальности. А осознать, осмыслить, да и просто привыкнуть надо было ко многому – это я такой уникум, а абсолютное большинство пустых о своей человеческой жизни не помнят ничего. И, соответственно, обычные и элементарные для людей вещи абсолютно не понимают. На этом фоне смущение, испытанное Кин при демонстрации мне своего обнажённого тела, выглядит минимум странным. Так что тут наверняка имеет место воздействие Хоугиоку, а вот что оно сделало – пробудило рефлекторную память или наделило нужными чертами – не столь уж и важно.

Выбрав себе комнату на втором этаже с выходом на широкий балкон, я устроился на скромненькой кровати и попытался заснуть. Соскучился я по снам за эти годы, да и делать было больше нечего. Заснуть получилось далеко не сразу, но получилось, а на следующий день ко мне в гости зашёл Ичимару Гин. Проснулся я от быстрого приближения сильной реацу. По объёму куда меньше, чем моя, но десяток средних адьюкасов её носитель завалил бы, не заметив. Когда она была уже совсем рядом, я открыл правый глаз и почти без всякого удивления обнаружил улыбающуюся физиономию Гина.

– Чё те надо, чудо природы? – выдал я самым пофигистичным тоном, добавив в голос металлических ноток, которые раньше были моим естественным голосом. Правда, после арранкаризации голос стал гораздо более человеческим, а жаль. Гин так удивился, что я даже получил возможность лицезреть его странные голубые глаза. Целых две секунды! Потом они опять превратились в две улыбающиеся щёлочки, и бывший капитан Третьего Отряда начал заготовленную речь.

– Ты, должно быть, Алукард-кун? – убью! Ненавижу эти суффиксы! Но сказал я другое:

– А вы таки почему интересуетесь? – Гин опять выпал в осадок, да, не часто, видать, арранкары себя так ведут.

– Эээ… – что, плакал твой план разговора? Так тебе и надо, рожа шпионская. – Я – Ичимару Гин, Айзен-сама просил тебя подойти к главному выходу из Лас Ночес.

– Когда?

– Сейчас.

– Ясно, – и я закрыл глаз.

– Алукард-кун.

– Да иду я, иду, – я не торопясь поднялся с кровати и начал надевать снятый накануне плащ. – Идти одному или с фракционами?

– Лучше одному, – да, не знал бы, что эта змеиная улыбочка только маска, призванная скрыть от Айзена настоящие эмоции, мог бы и занервничать, а так ничего, даже глаз не режет.

Кин спала беспробудным сном, даже появление Гина пропустила, я на это только мысленно головой покачал, а вот Сёри стояла за дверью почти с самого начала разговора и ждала только моей команды. Наказав ей ждать и не будить Кин, я отправился вместе с Гином к воротам. Кстати сказать, моё сонидо оказалось куда лучше его сюмпо, хоть я и не старался его опередить, но чувствовалось, что сюмпо само по себе в скорости значительно уступает сонидо. У ворот нас встретил Айзен.

– Доброе утро, Алукард, рад, что ты пришёл так быстро. Не желаешь немного прогуляться? – сказано это было вполне дружелюбно и естественно, так, как будто мы постоянно совершаем совместные прогулки по Хоэко Мундо.

– Просто прогуляться?

– Я хочу проверить твои боевые возможности, но делать это внутри Лас Ночес чревато излишними разрушениями, – ответил он с лёгкой улыбкой.

– Понятно, – однако… Драться с самим Айзеном я совершенно не планировал, думал, что если и будет проверка, то против меня выпустят кого-то из Эспады. Неужто я его настолько заинтересовал?

– Гин, останься здесь.

– Как скажете, капитан Айзен, – забавно, ведь Гин, помнится, Айзена до самого последнего момента называл капитаном… Что это? Привычка? Или тонкая издёвка?

Мы молча прошли через залы и коридоры внешней стены и вышли в пустыню. Сторожившие вход двое арранкаров, по реацу соответствующие адьюкасу, уровня этак чуть выше среднего, чуть под стену не просочились – настолько струхнули от близости высокого начальства. Но мы не обратили на них внимания и отправились дальше в пустыню. Отойдя на расстояние, с которого громада айзеновской цитадели уже не была видна, мы, наконец, остановились.

– Начнём? – с лёгкой полуулыбкой спросил Айзен, не спеша доставая из ножен свой занпакто.

– Пожалуй, – я вернул ему улыбку и достал Мурамасу.

Он атаковал первым, я блокировал удар. Было очевидно, что он меня щадит, позволяя самому строить рисунок боя, также он пока не использовал силу Къёко Суйгецу, а благодаря силе Мурамасы я узнал кое-что интересное. Оказывается, Айзен тоже обладает вечным шикаем. Впрочем, я это и раньше подозревал. А следовательно, все эти песни про то, что, мол, Ичиго – единственный, кто не видел шикая Айзена, – полная чушь, достаточно было всего лишь единожды взглянуть на клинок, чтобы попасть под действие гипноза. И честно говоря, ожидать иного от носителя такого колоссального количества реацу было бы по меньшей мере странно. Хотя, есть, конечно, Ямамото, но с ним тоже не всё ясно. Во-первых, его шикай даже просто в активном виде опасен для окружающих, да и в ножны не уберёшь, а во-вторых, он-то свой занпакто постоянно в палочке держит, а когда достаёт – сразу высвобождает, и это показательно.

Постепенно скорость боя возрастала, уже через пару минут даже адьюкасы вряд ли бы различили что-то большее, чем сверкающий и звенящий вихрь. Айзен был мастером – ни одного лишнего движения, а те, что он совершал, отдавали ленцой и небрежностью. И вот он, наконец, использовал силу своего занпакто, я тут же ответил Серо, ударив по его иллюзии, при этом видя оригинал. Чёрно-красный луч прошёл сквозь тело поддельного Айзена и, врезавшись в скалу, поднял стометровый купол взрыва, испарив препятствие. В этот же момент клинок Айзена пропорол глубокую борозду у меня на спине. Сонидо на сотню метров – и в него летит ещё одно Серо, рана на спине уже заросла. Взрыв. За оседающей пылью видно слегка потрескавшийся зеленоватый щит, закрывший моего противника.

– Впечатляет, – улыбнулся Айзен. – Твоё Серо без сомнения сильнейшее в Эспаде.

– Приятно слышать, но твой щит оно всё равно не пробило. И кстати, что это была за иллюзия? – я кивнул в место, где «убил» копию Айзена.

– Это – сила моего занпакто. Контроль всех шести чувств. Абсолютный гипноз.

– Любопытно. И как с тобой драться после этого? – я скептически поднял правую бровь.

– А кто говорил, что будет легко? – улыбка Айзена стала шире. Я тоже улыбнулся. Сонидо на сотню метров над головой Айзена – и ещё одно Серо, на этот раз в два раза сильнее.

Купол взрыва поглотил меня вместе с ним, но только слегка опалил иерро, одежда же пострадала куда сильнее. Обжигающая красная реацу ещё не опала, а мне уже пришлось парировать удар Къёко Суйгецу, а со второй руки Айзен, в лучших традициях Бъякуи, запустил в меня Бъякураем, пробив навылет плечо, и это с моим-то иерро. Рана с шипением мгновенно закрылась, вызвав удивлённый взгляд Айзена, и бой закипел с новой силой. Теперь мы оба уже не ограничивались одними клинками. Айзен виртуозно использовал различные кидо, правда, особо мощных хадо, вроде Курохицуги, всё же не применял, но зато в бакудо не сдерживался, и я успел возненавидеть всевозможные связывающие техники. Я их, конечно, рвал, но на это уходило от одной до пяти секунд, в зависимости от уровня бакудо, а за это время он успевал сделать какую-нибудь гадость, а когда, вдобавок, оценил возможности моей регенерации – вообще озверел, полностью перестав сдерживать удары. Я же, увы, был ограничен Серо и собственноручно изобретёнными щитами, которые далеко не всегда помогали, для использования клинков из реацу возможности не было вообще, спасало только сонидо, которое оказалось всё же быстрее, чем сюмпо синигами. Светить возможности Мурамасы я пока не хотел и, скрипя зубами, принимал очередные раны.

Айзен внезапно остановился. На его лице последние полчаса непрерывно играла улыбка, кажется, этот бой доставлял ему огромное удовольствие. С одеждой у него тоже уже было не всё в порядке, я всё-таки умудрился несколько раз пробить его щит своим Серо, но на моём фоне он выглядел безукоризненно.

– Алукард, используй свой ресуррексион, иначе ты не сможешь угнаться за мной.

– Как скажешь, – я уже давно сам об этом думал, но гордость не позволяла, да и Айзен повода не давал. Вытянув перед собой руку с чёрным клинком, я произнёс: – Шепчи, Мурамаса, – и толкнул в него всю доступную реацу пустого.

В следующий момент из моего тела вырвался океан реацу. В небо ударил огромный чёрный столб, лишь самую малость обрамлённый красным сиянием, те немногие скальные выступы, что сохранились поблизости, были сметены и размолоты в песок исходящим от меня ураганом духовных частиц, и моё зрение на мгновение померкло. Открыв глаза, я увидел, что стою в центре огромной плоской воронки, в двух десятках метров передо мной стоял Айзен с нечитаемым выражением лица, перед ним сиял зеленоватый щит. Тело переполняла сила, так хорошо я себя чувствовал разве что когда стал адьюкасом, и то ощущения можно сравнить с большой натяжкой. Опустив взгляд, я обнаружил, что одежда восстановилась и изменилась, теперь на мне была странного вида пластинчатая кираса, чёрные штаны, сапоги и кожаное пальто со стоячим воротником, меч же почти не претерпел изменений. Коснувшись левой рукой головы, я уже не удивился, найдя там небольшие, загнутые назад рога.

– Да, Алукад, ты не перестаёшь меня удивлять, – задумчиво произнёс Айзен. Подняв взгляд на него, я, вдобавок ко всему, понял, что отчётливо чувствую его настоящий уровень реацу, а ведь во время боя мог почувствовать лишь отголоски. Но даже несмотря на это, он всё равно был сильнее меня. – Продолжим? – на лице Айзена вновь появилась привычная полуулыбка.

– С удовольствием, – мой голос опять изменился, вернувшись к привычной хичиговской тональности.

СЕРО! Угольно-чёрный поток реацу, лишь немного обрамлённый красным сиянием, стремительно сорвался с моей левой руки и устремился к Айзену. Вот это полыхнуло! Улькиорра со своим Серо Оскурос нервно курит в сторонке… Сбоку из сюмпо вышел Айзен, его зелёный щит осыпался осколками, а вся верхняя часть одежды была сильно опалена.

– Хирьюгекизоку Шинтен Райхо, – вытянутый в мою сторону Къёко Суйгецу осветился голубым светом, и в меня ударил чудовищный поток из света и молний. Я успел только закрыться Мурамасой, весь верхний слой иерро с обжигающей болью испарился, и меня протащило по земле метров двести. Поток света и молний ещё не прекратился, а я уже почувствовал, как Айзен вышел из сюмпо метрах в двадцати над моей головой. – Райхоку, – жёлтая молния, лишь немного уступающая в силе предыдущему кидо, впечатала меня в запёкшийся песок, образовав при этом десятиметровый кратер. Регенерация уже во всю работала, но Айзен не собирался так быстро останавливаться. – Бакудо номер девяносто восемь: Асшуку, – вокруг меня возник прозрачный куб, который сразу начал стремительно сжиматься.

Ну уж нет. Удар Мурамасы со звоном пробил прозрачную стенку. Сонидо. Айзен парирует рубящий удар, одаряя меня довольной улыбкой, и уходит в сюмпо. Уже в следующий миг мне самому пришлось парировать его удар, нанесённый мне в спину. Не знаю, как долго продолжался бой, я полностью отрешился от мыслей, отдавшись инстинктам: удар, Серо в упор, сонидо, выходя из-под ответного удара, блок, уклониться или блокировать хадо, порвать бакудо, опять ударить Серо – и так до бесконечности. Бурю реацу, что поднялась от нашей битвы, наверняка чувствовали даже в Лас Ночес и в глубине Леса Меносов. Хорошо хоть мы сражались на скальном основании, и потому не рисковали сами провалиться в этот лес.

– Хирьюгекизоку… – Айзен вышел из сюмпо в десятке метров передо мной и вытянул в мою сторону занпакто. – Шинтен… – я повторил его действие, указав остриём Мурамасы в его сторону и начав концентрировать на нём Серо. – Райхо.

Ударили мы одновременно, бело-голубой поток света и молний столкнулся с чёрно-красным лучом концентрированных духовных частиц. Взрыв. Когда пыль улеглась, я обнаружил себя лежащим в яме, которую, судя по всему, сам же и пропахал в запёкшемся песке. Айзен находился в похожей ситуации, но уже поднимался.

– Да, Алукард, давно я так не дрался, – произнёс Айзен, с ухмылкой осматривая обгорелые остатки своей одежды.

– Тебе хорошо, у тебя хоть опыт есть, а для меня такой бой вообще первый, – ответил я, поднимаясь и отмечая, что повреждения на моей одежде восстанавливаются по мере того, как я поглощаю реацу из окружающего мира. Её там было так много, что даже не возникало визуальных эффектов с распадом песка и впитыванием духовных частиц рогами.

– Ну, опыт – это дело наживное, – загадочно улыбнулся Айзен, сделав что-то со своей реацу и почти мгновенно восстановив одежду. – Думаю, на сегодня можно заканчивать, – Къёко Суйгецу отправился в ножны. – Или ты не согласен?

– С тобой не согласишься… – буркнул я. – Избил, поджарил, а теперь ещё и спрашивает, согласен ли я закончить. Синигами все такие?

Айзен хохотнул. – Нет, Алукард, большинство из них гораздо хуже, – а у него есть чувство юмора.

Отменив ресуррексион, я с удивлением воззрился на целую и даже не помятую одежду. Потом обвёл взглядом то, что осталось после нашего боя, и покачал головой, говорить было нечего. Айзен тоже оглядел панораму и удовлетворённо хмыкнул. Постояв так пару минут, я убрал Мурамасу в ножны и привычно скрыл реацу.

Возвращение в Лас Ночес прошло без происшествий, только на воротах отсутствовала охрана, но мы не обратили на это внимания. Миновав внешнее кольцо стен, никого по пути не встретив, мы вышли на свет искусственного солнца.

– Через полчаса подходи в главный Зал собраний Эспады вместе со своими фракционами, представлю тебя остальным, – произнёс Айзен, скосив глаза в мою сторону.

– Как скажешь, – он едва заметно улыбнулся и ушёл в сюмпо. Я хмыкнул и сам ушёл в сонидо, направляясь к своему дому. Айзен мне определённо начинает нравиться.

– Господин! – только я шагнул с балкона в свою комнату, как на мне едва не повисла Кин, только в последний момент успев опомниться. – Что случилось, господин?! С кем вы сражались?! – и большие-большие глаза, полные радости, страха и предвкушения.

– С возвращением, господин, – в дверях стояла Сёри, склонив голову в приветствии. – Я рада, что с вами всё в порядке.

– Так, а теперь по порядку. Что случилось? И почему вы решили, что я с кем-то дрался? – хотя, думаю, я и так знаю ответ, но нужно убедиться.

– Через некоторое время после вашего ухода на Лас Ночес обрушилась волна очень сильной реацу из пустыни, – начала спокойно отвечать Сёри.

– Да, только потом оказалось, что на самом деле она была слабой! – поддакнула возбуждённая Кин.

– Напор реацу не прекращался, а только увеличивался, мы видели, как другие арранкары начинают паниковать…

– И нам тоже было страшно! Такого количества я ещё никогда не чувствовала, а ведь это были только отголоски! – опять перебила отвечающую Сёри Кин.

– А потом случился резкий скачок, стало тяжело дышать, а слабых пустых наверняка просто вдавило в пол. И тогда мы узнали в этой реацу вашу, но она была гораздо сильнее, чем когда бы то ни было, а с вами дрался ещё кто-то, даже более сильный. А потом, после очередного очень сильного всплеска, всё резко закончилось. Поэтому мы действительно очень рады вас видеть, господин, – Сёри виновато опустила глаза.

– Я так испугалась… – всхлипнула Кин, тоже опуская глаза, влажные от слёз.

– Понятно, – протянул я, рефлекторно кладя руку на голову Кин и начиная почёсывать её волосы. – Ну, в общем, вы правы. Я сражался с Айзеном, это был тренировочный бой, и я подтвердил своё право быть первым в Эспаде. А через полчаса меня представят остальным её членам. Да и вас тоже, так что приготовьтесь, – поражённо расширенные глаза обоих девушек заставили меня улыбнуться. Взъерошив волосы Кин, я направился на первый этаж.

Через двадцать минут мы поднимались по лестнице в центральной башне. Девочки, в отличие от меня, не скрывали свою реацу и, кстати сказать, выглядели весьма солидно. До Нел ещё не дотягивали, но противостоять ей какое-то время смогли бы, особенно Сёри. Поднявшись на этаж, где располагался главный зал, я заметил в другом конце коридора мелькнувшие жёлтые волосы. А если добавить сюда ещё и ощущение довольно сильной реацу, превосходящей реацу Нел, то личность встреченного арранкара становится очевидной. Жестом показав девушкам, чтобы подождали, я переместился с помощью сонидо вперёд по коридору. И действительно – впереди шли Тия Халлибел и трое её фракционов, змейка и львица были не в моём вкусе, а вот третья очень даже ничего, как её? Апачи, кажется. Помнится, они обожают ругаться… Хм, можно, пожалуй, немного пошутить, а то потом, когда меня представят, уже не получится. Тия как раз шла последней, и я, подавив гаденькую улыбку, переместился прямо к ней.

– Прошу меня простить, красавица, ви не подскажете, где здесь актовый зал? – старательно гнусавя, спросил я. Тия остановилась и удивлённо воззрилась на меня. А глаза у неё и впрямь зелёные. Зеленоглазая загорелая блондинка, ммм…

– Да как ты смеешь так разговаривать с госпожой Халлибел?! – кажется, это была приглянувшаяся мне Апачи, хотя и двое других поддержали её злобными взглядами. Теперь пришла пора мне самому разыгрывать удивление.

– Ой, красавицы, вы чего? – я даже сделал шаг назад. – Я же не хотел никого обидеть, просто спросил, я тут новенький, ничего ещё не знаю.

– Такой слабый арранкар как ты недостоин даже близко подходить к госпоже Халлибел! – и три презрительных, уничижающих взгляда. Да, для них я чувствовался как очень слабый арранкар. Как же сложно удержать улыбку.

– Ну чего вы сразу ругаетесь? Красивые девушки не должны ругаться, это портит их красоту!

– Ах ты, жалкий!..

– Да как ты!.. – на два голоса зашипели львица и Апачи.

– Хватит, – спокойно оборвала их Халлибел. – В какой зал тебе надо?

– Для общих собраний.

– Это в ту сторону, – Тия вытянула руку. – Пройдёшь коридор, потом свернёшь направо и третья дверь слева.

– Примите мою благодарность, леди Халлибел, – я галантно поклонился. Мой голос во время этого короткого разговора уже незаметно вернулся в нормальное состояние. – Прошу меня извинить за отсутствие манер, моё имя Алукард. Я искренне рад познакомиться с вами, такая красота – огромная редкость для Хоэко Мундо, очень надеюсь, что мы сможем продолжить знакомство в более приватной обстановке, – в глазах Тии опять появилось удивление, но она быстро взяла себя в руки и, кивнув, повернулась в другую сторону, чтобы продолжить свой путь.

– Сун-Сун, Апачи, Мила Роза, мы опаздываем, – трио злобно сверлило меня глазами и шипело что-то нелицеприятное в мой адрес, но когда Тия отдалилась уже метров на десять, они всё-таки начали её догонять. Перед этим, правда, бросив на меня последний, наиболее обжигающий взгляд. В ответ я только тепло улыбнулся, отвесил ещё один галантный поклон и послал губами воздушный поцелуй Апачи. Яростный скрип зубов покрасневшей от злости арранкарки пролился бальзамом на моё сердце. Ох, что будет, когда они узнают, с кем сейчас говорили… О да, я Зло. Ухмылка всё-таки вылезла на лицо.

Чуть позже…

– Вот урод! Да как он посмел?! – неистовствовала Апачи.

– Действительно, урод, и предпочтения у него уродские, – сложив руки на груди, согласно кивнула Мила Роза.

– Это ты на что намекаешь? – взорвалась арранкарка с разноцветными глазами.

– Я не намекаю, а прямо говорю.

– Что?!

– Что слышала, плоскогрудая.

– На себя посмотри, корова!

– Из нас троих к парнокопытным относишься только ты, – парировала львица.

– Да обе вы коровы, – ехидно вставила Сун-Сун. – А паренёк симпатичный, хоть и слабак.

– Какого чёрта, Сун-Сун?! – синхронно взревели арранкарки…

***

Вернувшись к ожидающим меня фракционам, я только слегка улыбнулся на их вопросительные взгляды. Зверинец Халлибел так кричал, что не услышать наш разговор, находясь в соседнем коридоре, было невозможно. Жестом позвав их за собой, я направился в зал встреч.

Зал уже был полон, насколько это возможно в условиях гигантомании Лас Ночес. Толпа арранкаров хаотично сидела вдоль стен, образовывая точки концентрации вокруг членов Эспады. Первым, естественно, бросился в глаза Барраган, важно восседающий в окружении трёх десятков пустых. Второй я нашёл Халлибел и её прекрасное трио, дамы тоже меня заметили и демонстративно скривились, бросая подозрительные взгляды на Сёри, видимо, решив, что она в нашей компании главная. Ноиторра тоже был здесь, не узнать его было бы крайне сложно – гигантский половник с непонятным оружием прямо бросался в глаза. Рядом с ним стоял невозмутимый светловолосый парень. С правой стороны, в глубокой тени, сидела фигура с высокой цилиндрической головой, видимо, Аронильё. Ещё отдельной группкой сидели мужик с испанской бородкой, негр с афропричёской и девушка с фиолетовыми волосами. В конце зала также стояли двое бывших капитанов Готэй 13 – уже знакомый мне Ичимару Гин и, видимо, Канамэ Тоусен. Даже их реацу сильно отличалась от реацу остальных собравшихся. Неллиель с фракционами нигде не было видно.

Айзен восседал на своём монументальном троне, облокотившись головой на одну руку, и созерцал с высоты своего постамента зал с собравшимися в нём арранкарами. Когда я вошёл, его губы тронула ехидная улыбка.

– Сегодня я рад приветствовать нового члена Эспады в наших рядах, – привлёк он общее внимание. – Знакомьтесь, это Алукард, с этого момента он – Первый из вас, – и жест рукой в мою сторону.

В зале и так было тихо, но после слов Айзена установилась гробовая тишина. Все арранкары, до этого рассматривавшие Сёри, теперь синхронно уставились на меня. Похоже, очень многие решили, будто именно она – новый член Эспады, и у них были на то основания, так как реацу у Сёри было даже чуть больше, чем у номеров восемь, девять и десять. Хотя и Кин недалеко от неё ушла. Лица фракционов Халлибел надо было видеть, Сун-Сун хоть рот прикрывала рукавом, а вот Апачи и Мила Роза совершенно по-простецки уронили нижние челюсти. Тия тоже смотрела с изумлением, плескавшимся в широко открытых глазах. А вот реакция в самом многочисленном стане проявлялась совсем другая, если фракция Баррагана и удивилась, то это было не заметно, так как удивление полностью затмевалось возмущением. Ропот недовольных арранкаров, чьего хозяина вдруг сместили с почётного первого места, неудержимо нарастал, но был мгновенно прерван прозвучавшим голосом бывшего хозяина Лас Ночес.

– По какому праву он назначен первым из нас? Не чувствую я, чтобы он был достоин этой чести. Где доказательства его силы? Подобное пренебрежение непростительно. Я требую проверки, чтобы я сам смог убедиться в его силе! – улыбка Айзена стала шире.

– Проверка уже была проведена. Алукард заслужил нынешний статус в бою. В бою со мной. И вы все недавно чувствовали его отголоски.

Какая короткая фраза – и какой огромный эффект. В одно-единственное мгновение практически всех аранкаров в зале выморозило и превратило в ледяных статуй самих себя. Чертовски шокированных, удивлённых и испуганных статуй. А зверинец Халлибел смотрел на меня уже с откровенным ужасом, да и в глазах самой большегрудой блондинки плескался страх.

– Кхем… Я всё равно не готов согласиться, я до сих пор не почувствовал его реацу, а значит, не могу быть уверен, что это её мы все чувствовали меньше часа назад, – упёрся коронованный старик.

– Алукард, покажи им, пожалуйста, – попросил Айзен, сверкая смеющимися глазами.

Я внутренне усмехнулся и медленно закрыл глаза, позволяя своей реацу свободно вырваться в окружающее пространство. Моё духовное давление накрыло весь зал, а раздавшиеся хриплые, судорожные вздохи и звуки падения показали, что демонстрация удалась на славу. Открыв глаза, я увидел, что всё моё тело покрыло чёрно-красной плёнкой исходящей из него духовной энергии, это выглядело почти как защитный покров, который я ни разу не использовал с момента получения иерро. Большинство арранкаров либо стояли на четвереньках и хватали ртом воздух, либо тяжело опирались на что-нибудь, опять же с трудом дыша, среди них были и будущие «бывшие члены Эспады». Кин и Сёри держались молодцами, уже привыкнув к моей реацу, да и давление в их сторону я постарался смягчить. Также неплохо держался Ноиторра, ну и, естественно, лучше всех выдержали пресс Тия и Барраган. Бывшие капитаны тоже перенесли его без видимых последствий, разве что всегдашняя улыбка Гина изрядно потускнела.

– Достаточно, – произнёс Соске, мне не нужно было повторять дважды, секунда – и о наличии у меня реацу опять ничего не говорит. Всё действо заняло ровно девять секунд.

– Уууф, так и прибить можно, – театрально вытер несуществующий пот со лба Ичимару Гин, наградив зал своей змеиной улыбкой. – Полагаю, теперь нужно всех перенумеровать, как вы считаете, капитан Айзен? – повернулся он к трону.

– Само собой, Гин. Но чуть позже. Алукард, позволь представить тебе Эспаду. Это Барраган Луизенбарн, – Айзен указал на сидящего угрюмого старика. – Тия Халлибел, – ещё один жест. И тут за моей спиной хлопнула дверь, и виноватый, тонкий и очень знакомый голосок поинтересовался:

– Айзен-сама, можно? – я повернулся и увидел заглядывающую в дверь с очень виноватым выражением лица Неллиель.

– Да, Неллиель, заходи, ты как раз вовремя, – на лице Айзена отразилась лёгкая улыбка. – Впрочем, Алукард, ты уже знаком с Неллиель Ту Одершванк, – в этот момент следом за Нел в зал вошли двое. Честно говоря, узнать в этих двоих показанных в аниме клоунов можно было разве что заранее будучи в курсе. Один был блондином с длинными, ухоженными волосами, не красавец, но и не урод, с аккуратными остатками маски. Второй был более колоритен – огромная голова, упитанное тело, но и мускулатура присутствовала, лицо грубое, но называть его идиотом я бы не стал. В общем, вполне обычные арранкары, судя по реацу, соответствующие весьма сильным адьюкасам.

Троица быстро заняла ближайшие к входу места на выходящих из пола кубах, Нел немного смущённо и в то же время тепло мне улыбнулась, а Айзен продолжил представление. Так я познакомился с Ноиторрой, Аронильё, Дордони, Чируччи и Гантенбейном Москедой. Гримджоу, которого я также ожидал увидеть в Лас Ночес, если и был тут, то, видимо, ещё не вошёл в Эспаду. Потом Баррагану, Тие и Неллиель изменили татуировки, а я получил свой первый номер на предплечье.

– На этом собрание закончено, можете идти, – объявил Айзен и, прихватив прислонённые к трону ножны с мечом, встал и, повернувшись ко всем спиной, направился к другому выходу. Арранкары начали подниматься, Гин и Тоусен направились за Айзеном.

– Поздравляю, – ко мне подошла Нел и тепло улыбнулась.

– Спасибо, Нел. Ты же не против, если я буду так к тебе обращаться? – я скопировал загадочную полуулыбку Айзена.

– Нет, я не против, – ещё одна улыбка. Мимо нас начали проходить арранкары, у большинства чувствовалось желание быстрее оказаться подальше от меня. Даже Барраган и Ноиторра поспешили скрыться, хоть, в отличие от остальных, и не бросали при этом на меня взгляды, полные ужаса.

– Кстати, а почему ты опоздала? – честно говоря, когда я её не обнаружил в зале, то забеспокоился, что Ноиторра уже сломал ей маску. Ситуация осложнялась ещё и тем, что зал был изолирован, и реацу что отсюда, что сюда не проникала.

– А… Я… Ммм… – Неллиель замялась. – Я ходила посмотреть на место, откуда недавно пришёл шторм реацу, а когда вернулась, собрание уже началось.

– Понятно, – Нел, в моих глазах поднялась на пару пунктов. Про то, что мы с Азеном идём драться, знал только Гин, и сообщил он, скорее всего, только Тоусену. Паника и изумление среди арранкаров это подтверждают, а значит, Нел шла в неизвестность. Храбрая девушка. – А это, как я понимаю, твои фракционы? – кивнул я на арранкаров, стоящих в паре метров у неё за спиной.

– Да, – Нел в полоборота повернулась к ним. – Их зовут Пеше и Дондочака, – те поочерёдно поклонились при звуках своего имени. И где дурачество? Ведут себя как вышколенные лакеи, даже поклоны какие-то аристократические. И на моих девочек совсем не смотрят, а, помнится, Пеше очень бурно реагировал на Чируччи, когда та дралась с Исидой.

– Хорошо, теперь буду знать, кому оставить сообщение для тебя, если ты сама будешь вне Лас Ночес, – Неллиель повернулась ко мне и ещё раз улыбнулась. И в этот момент к нам подошла Тия, большая часть арранкаров уже покинула зал, и сейчас тут оставались только я, Нел и наши фракционы, фракция Халлибел только что вышла, со страхом косясь на меня.

– Алукард, я могу с тобой поговорить? – спросила зеленоглазая блондинка.

– Конечно, – и ещё одна Айзеновская улыбка.

– Неллиель, я не хотела мешать вашему разговору, извини, – Нел удивлённо посмотрела на Тию, а потом на меня, но быстро справилась с удивлением и, улыбнувшись, произнесла:

– Ничего, Тия-сан, мы уже заканчивали. Не буду вам мешать, – и зеленовласка вместе со своими фракционами покинула зал.

– Ещё раз прошу прощения, что прервала ваш разговор, – перевела взгляд на меня Третья Эспада, как только за Нел закрылась дверь.

– Прощаю, – улыбнулся я. – Так о чём ты хотела поговорить?

– Я приношу извинения за поведение и слова моих фракционов и прошу тебя их не убивать, – серьёзно произнесла Халлибел. – Если ты этого хочешь, я сама их накажу, – я удивлённо изогнул правую бровь.

– А если я скажу нет?

– Тогда я буду их защищать, – прямо взглянула мне в глаза девушка.

– Думаешь, сможешь?

– Думаю – нет, но я не отступлю, – я усмехнулся.

– А ты мне нравишься, – глаза Тии удивлённо расширились. – Не волнуйся, я не собираюсь ни наказывать, ни убивать твоих фракционов. Честно говоря, они мне даже понравились, особенно Апачи. Но за свою доброту я хочу получить от тебя одну услугу, – всё ещё улыбаясь, закончил я.

– Какую? – взгляд Халлибел стал настороженным.

– Ничего страшного, просто расскажи мне, как ты попала в Эспаду, – степень удивления Халлибел достигла нового уровня.

– Зачем тебе это?

– Просто хочу лучше тебя узнать. Как я уже сказал, ты мне нравишься, и этого вполне достаточно для причины, – Тия долго смотрела мне в глаза, к сожалению, из-за маски, понять, о чём она думает, ориентируясь на мимику, было нельзя. Наконец она приняла решение:

– Хорошо, я расскажу. Приходи ко мне через два часа, я живу около второго полигона.

– Я знаю, мне выделили постройку неподалёку, – Тия кивнула и, ещё раз окинув меня и моих молчаливых девушек задумчивым и несколько удивлённым взглядом, направилась к выходу.

Дверь за первой красавицей Хоэко Мундо тихо закрылась, и мы остались одни в огромном зале. Повернувшись к своим девочкам, я встретился взглядом с двумя парами любопытных и настороженных рубиновых глаз. Усмехнувшись и спрятав руки в карманы, я пошёл в сторону, где скрылся Айзен, жестом указав Кин и Сёри следовать за мной. В другом конце зала обнаружилась дверь, ведущая в тёмный коридор, удаляющийся в две противоположные стороны. Сосредоточившись, я ощутил только источники реацу Гина и Тоусена, и оба они были в разных концах коридора, Тоусен к тому же сейчас спускался куда-то вниз. Хм… Конечно, Айзен, скорее всего, рядом с Гином, вернее, Гин рядом с Айзеном, но это далеко не факт, а бегать по этому лабиринту у меня желания нет. Расслабившись, я сосредоточился на собственной реацу, её было просто море, но тем не менее почувствовать Айзена я не мог.

– Мурамаса, поделись со мной своей силой, – мысленно обратился я к занпакто. Словесного ответа я не услышал, но в тело сразу начала поступать дополнительная реацу. Пара секунд – и в моём внутреннем взоре резко вспыхивает титанический столб духовной энергии повелителя Лас Ночес. Как я и ожидал, Айзен был рядом с Гином. – Спасибо, – поблагодарил я Мурамасу и направился в нужную сторону.

Дверь в комнату была открыта, но я всё равно пару раз стукнул по косяку, прежде чем войти. Тут, как и в большинстве помещений Лас Ночес, царил полумрак, разгоняемый лишь сиянием мониторов, заполнявших всю противоположную от входа стену. Мониторы отображали различные виды внутри Лас Ночес, преимущественно с потолка, сейчас на многих из них были видны члены Эспады, расходящиеся по своим покоям.

– Ты чего-то хотел, Алукард? – сидя ко мне спиной на белом кресле, немного напоминающем трон, спросил Айзен, опередив мою реплику на долю секунды. Гин, чуть сгорбившись, стоял рядом и одарил меня своей фирменной улыбкой, но ничего не сказал.

– Да. Меня очень заинтересовали те приёмы, что ты использовал против меня, если я не ошибаюсь, они называются Кидо. Ты мог бы меня ему научить?

– Хочешь освоить Кидо? – в голосе Айзена появилось лёгкое удивление, он встал и повернулся ко мне, начав с интересом разглядывать. – Признаться, ты не устаёшь меня удивлять. Что ж, думаю, это может быть интересно. Приходи завтра на четвёртый полигон в девять утра.

– А как я узнаю время?

– Тебе домой принесут часы, арранкар, который их доставит, расскажет что к чему, – ничуть не смутившись вопроса, ответил Айзен, уже развернувшись, чтобы вновь занять кресло. – У тебя есть ещё какие-то вопросы?

– Парочка есть, но они пока не слишком важны.

– Да? – я буквально физически ощутил улыбку Айзена. – У меня сейчас есть время, так что задавай, попробую ответить.

– Где вы берёте одежду, мебель и технику?

– В мире живых, – последовал лаконичный ответ. Я скептически поднял бровь и перевёл ожидающий взгляд со спинки кресла на Гина. Тот ещё сильнее улыбнулся и пояснил:

– Достать деньги в мире живых не проблема, конечно, кое-что приходится делать на заказ, но большую часть вещей можно купить в обычных магазинах, – Гин замялся и почесал указательным пальцем нос. – Ээм… Ну, надеюсь, ты понимаешь, о чём я говорю, – и ещё одна улыбка.

– Не то чтобы я часто бывал в мире живых, но я понимаю, о чём ты. Меня больше интересует, как именно вы покупаете, ведь обычные люди не видят ни синигами, ни пустых.

– А, вот ты о чём, – Гин явно обрадовался, хоть и до этого угрюмым его назвать было сложно. – Мы просто используем гигаи, эм.. вернее, как правило, я использую. Это что-то вроде искусственного тела, в которое можно вселиться. Эх.. – Гин тяжело вздохнул и, насупившись, скорчил грустную физиономию. – Знаешь, работать курьером очень сложно, иногда такое приходится тащить через гарганту… А главное – никому другому не поручить, арранкары в большинстве своём не имеют ни малейшего понятия о том, как надо вести себя в мире живых… В смысле, они способны разносить всё вокруг, но больше ничего, и даже что такое деньги им не особо-то объяснишь. Вот и приходится всё самому… – грустный и жалующийся Гин – это восхитительное зрелище, я даже почти поверил, но вовремя вспомнил, кто передо мной стоит.

– Ясно, – на моём лице не дрогнул ни один мускул.

– Ты сказал, что у тебя было два вопроса, – раздалось из глубины кресла.

– Да. Как я понял, наш противник – это Общество Душ, а конкретно – Готэй 13, – я замолчал, но возражений не последовало. – Мне бы хотелось узнать перечень способностей капитанов и лейтенантов, а также их внешность и характеры. Чтобы знать, к чему быть готовым при встрече, – в комнате на несколько секунд повисла тишина, Гин, ещё когда я только начал говорить, отвернулся к экранам и, заложив руки за спину, делал вид, что его тут нет.

– Хорошо, Алукард. Завтра после тренировки ты всё увидишь, – последовал спокойный голос из кресла. Айзен так и не встал второй раз.

В этот момент на одном из мониторов, отображающем полигон, появились две фигуры, в одной я узнал Москеду, а вторым был арранкар с синими волосами. Гин и Айзен тоже это заметили, и, нажав пару кнопок на панели управления, Гин перевёл изображение на главный экран. Синеволосым арранкаром оказался Гримджоу, в точности такой же, как и в моей памяти. Не прошло и десятка секунд, как начался бой. Оба противника были рукопашниками, и довольно хорошими, но практически сразу стало заметно превосходство Гримджоу в скорости.

– Хо-хо! А он неплох! – прокомментировал происходящее Гин. Айзен промолчал.

– Кто это? – с лёгким интересом в голосе поинтересовался я.

– Нумерос, Гримджоу Джагерджак, кажется, у него номер двенадцать, – слегка повернув голову, с прищуром ответил Ичимару.

– Нумерос – это обычный арранкар? – Гин кивнул, возвращаясь к наблюдению за боем. – И это нормально, что он дерётся лучше Эспады?

– Ну, Алукард-кун, Эспада не так давно существует, а Гантенбейн Москеда в ней был с самого начала. К тому же, помнится, до превращения Гримджоу был адьюкасом, а им требуется куда больше времени на адаптацию, чем вастер лордам. Так что состав Эспады ещё не раз будет меняться. К сожалению, только с вастер лордами можно сразу определить уровень, остальным приходится долго привыкать к своим силам и учиться ими пользоваться, –после слов Гина я повернулся к своим фракционам, которые всё это время тихо стояли у входа. Выходит, их нынешний уровень – это только начало, и им ещё только предстоит его раскрыть? Озвучивать этот вопрос я не стал, вновь переведя взгляд на экран. Через две минуты оба противника высвободили ресуррексион, отголосок выброса реацу весьма ощутимо прошёлся по комнате, а уже спустя минуту после этого Москеда был побеждён, был бы побеждён и раньше, но Гримджоу явно затягивал бой, наслаждаясь поединком. Гин уже собирался что-то сказать, но его опередил Айзен:

– Что скажешь, Алукард?

– Его место в Эспаде, а не в Нумеросах, – спокойно ответил я.

– А какой номер? – опять это ощущение улыбки, надо было сразу подойти ближе, чтобы видеть его лицо.

– Я не видел остальных, так что не мне судить.

– Хм. Хорошо, если тебе не сложно, сходи туда и сообщи Гримджоу, что он теперь десятый номер, пусть зайдёт ко мне изменить татуировку.

– Как скажешь, – я повернулся и зашагал к двери.

То же место…

– Капитан Айзен?

– Что, Гин?

– А Вам не кажется, что Алукард ведёт себя довольно странно для пустого?

– Он не обычный пустой, Гин. Его занпакто разумен, а душа вообще ни на что не похожа, я впервые встречаю подобное.

– Разумный занпакто у арранкара? Разве такое возможно?

– Хоугиоку не могло ошибиться. И теоретически это вполне возможно, другое дело, что пустота в душе у обычных арранкаров сильно препятствует процессу внедрения сущности синигами. Но у Алукарда такой проблемы не было, поэтому он и получил так много сил, хотя до превращения был слабее того же Баррагана.

– Понятно. Но всё-таки, он подозрительно хорошо ориентируется в бытовых вопросах, как думаете, может, он помнит свою прежнюю жизнь?

– Возможно…

***

До полигона я добрался через пять минут, в конструкции башни как-то не предусмотрели возможности срочно её покинуть, а дырявить стены я посчитал неэстетичным. Хотя, возможно, зря. Перед тем как выйти из башни, я велел девочкам скрыть свою реацу – мне было интересно, как Гримджоу на меня отреагирует, да и не стоит им больше разгуливать, фоня на весь Лас Ночес. Москеда валялся без сознания, и даже почти здоровый, по крайней мере, все конечности были на месте. Гримджоу сидел в десятке метров от его тела, на крыше небольшого то ли сарайчика, то ли ещё чего, в общем, каменной коробки с дверью, и что называется, плевал в потолок. Но потолок был далеко, и у Гримджоу ничего не получалось, и его лицо выражало вселенскую скуку. Ресуррексион как у него, так и у Москеды уже деактивировался. Реацу у Гримджоу была весьма хорошей, хотя, конечно, до уровня той же Неллиель не дотягивала, да и Ноиторре уступала.

– Гримджоу Джагерджак, – синий глаз лениво повернулся в мою сторону. – Ты назначен десятым номером, зайди к Айзену, чтобы сменить татуировку, – холодно проинформировал я, с безразличием глядя на него.

– Пф… – фыркнул представитель семейства кошачьих и оскалился. – А ты кто такой?

– Какая разница?

– Действительно, – усмехнулся Гримджоу и мгновенно ушёл в сонидо.

Удар кулака, направленный мне в лицо, встретил на своём пути мою ладонь и, естественно, остановился, не сумев сдвинуть её ни на миллиметр. Синие глаза изумлённо расширились, а в следующий момент на его лице появилась сдерживаемая гримаса боли. Что не удивительно, при нашей разнице в реацу, для него этот удар – всё равно, что для обычного человека – попытка кулаком пробить бетонную стену.

– Неплохо, – прокомментировал я удар, слегка усмехнувшись. – Но драться со мной тебе ещё рано, – сонидо, всего на метр, ему за спину, – окружающий мир привычно замер, и извлечённый из ножен Мурамаса упирается в шею Гримджоу. Его глаза всё ещё смотрят на то место, где я только что стоял, и будь моя воля – арранкар был бы уже мёртв.

– Да.. кто ты такой? – запнувшись и чуть хрипло, спросил Гримджоу, как только до него дошла ситуация.

– Я Алукард, Примера Эспада, – Гримджоу сглотнул. – И как я сказал, тебя ждёт Айзен, – и, убрав меч в ножны, добавил: – Добро пожаловать в Эспаду, – после чего, не глядя на шокированного пустого, направился к своим фракционам, преданно пожирающим меня восхищёнными и обожающими взглядами. Сблизившись, я едва заметно кивнул им в сторону нашего дома и ушёл в сонидо.

Переместился я сразу к себе на балкон и пока ждал девушек, отметил, что отсутствие тут какого-нибудь кресла или диванчика – не есть хорошо. Надо будет в ближайшее время под каким-нибудь благовидным предлогом отправиться в мир живых, чтобы иметь легальную возможность демонстрировать свои познания по части человеческой жизни. Да и приобрести кое-чего не мешало бы. Ждать девочек пришлось почти десять секунд, всё-таки у нас слишком разная скорость и дальность сонидо. Когда девушки появились с двумя характерными хлопками, я как раз решал, чем себя занять на более чем час ожидания до момента, когда надо будет идти в гости к Тие. Вид двух идеальных фигурок, одетых без лишней скромности, направил мои мысли в новом направлении. Ведь, по большому счёту, именно для этого я их с собой в своё время и взял, вернее, это была одна из основных причин.

Так уж случилось, что для арранкара число возможных партнёров не то что для создания семьи, а даже для банального секса крайне ограничено, и, опять же, большая часть этих возможных партнёров арранкара сперва попытаются убить. Я не раз думал об этом ещё в бытность обычным пустым, да и позже много раз возвращался к этим мыслям – хоть никаких потребностей в половом общении я тогда не испытывал, но простая логика подсказывала, что когда я стану арранкаром, это может превратиться в большую проблему. Ну честное слово, не воровать же мне девушек из Общества душ? Нет, можно, конечно, но как я уже сказал, большая часть из них попытается меня сразу убить, если речь идёт о синигами. А если говорить об обычных жителях Руконгая, то есть очень большая вероятность, что попав в Хоэко Мундо, они банально превратятся в пустых, как самые обычные души, каковыми и являются. Про риск встречи с Командующим и капитанами я вообще молчу. Можно, конечно, найти кого-то и в мире живых, особенно при наличии гигая, но тут другая проблема – обычные люди слишком хрупки, да и живут недолго. В общем, Кин и Сёри изначально рассматривались мной не только как полезные бойцы, но и как девушки, чья первоначальная задача – скрашивать мою весьма долгую, возможно даже – бесконечную жизнь, ибо умирать в предстоящих событиях я точно не собираюсь. И, по-видимому, я был прав, когда оставил им жизнь и взял с собой – девочки, став арранкарами, превратились в настоящих красавиц, и что куда важнее – я понимал это не только умом, но и телом. А ведь, честно говоря, до последнего боялся, что при превращении в арранкаров у пустого меняются только сила и внешность, а в остальном он остаётся таким же бесполым и никаких потребностей в межполовом общении не испытывает. В условиях практически бесконечной жизни – страшная перспектива, не фатальная, конечно, но очень неприятная. К счастью, обошлось, хотя возможность репродукции ещё следует уточнить, но одно то, что у меня возникло влечение, уже о многом говорит.

Однако, пару минут пристально разглядывая смутившихся от этого девушек, я пришёл к выводу, что тащить их сейчас в постель будет преждевременно. Психологически они ещё не готовы – слишком мало времени прошло, по сути, меньше суток назад они были монстрами с телами, всё предназначение которых – убивать, а такие кардинальные перемены требуют времени для осознания и принятия. Да и реакция организма на особь противоположного пола – тот ещё стресс, особенно когда не понимаешь, что происходит, а они вряд ли понимают. А то, что реакция есть, я почти не сомневаюсь – раз уж мой организм реагирует, то и их наверняка тоже, да и взгляды с мелкой моторикой о многом говорят. В общем, сейчас их лучше не трогать. Кстати, вот и ещё одна причина поскорее наведаться в мир живых и тем самым залегендировать мои знания о половой жизни, иначе им и объяснять что-то опасно – сомневаюсь, что камеры у Айзена только на потолке Лас Ночес имеются.

Хотя всё же интересно, их поведение сразу после превращения – это пробудившиеся инстинкты из прошлой жизни или результат вложенной Хоугиоку модели поведения? По идее, такая модель должна быть, иначе бы адаптация арранкаров к общественному существованию была бы крайне долгим и сложным процессом. С другой стороны, может быть, Хоугиоку пробуждает эти самые инстинкты из прошлой жизни? Надо будет при случае спросить у Айзена – может, и ответит.

Оторвавшись от размышлений, я заметил, что уже несколько минут разглядываю потолок Лас Ночес – по внутренним ощущениям, до встречи с Тией осталось минут пятьдесят. Кин и Сёри всё это время терпеливо мялись в сторонке, сверля мою спину взглядами. Ещё разок осмотрев девушек и особо задержав взгляд на рукоятках их клинков, я, наконец, придумал, чем себя занять.

– Пойдём, покажете мне силу своих мечей, – спокойно произнёс я, уходя в сонидо. Ближайший полигон находился как раз перед моим домом, переместившись сразу в центр, я подождал ровно три секунды, прежде чем из сонидо вышли мои фракционы. – Начинайте, – девушки переглянулись, и вперёд вышла Сёри, доставая из ножен парные клинки.

– Пой, Асероскуро, – клинки окутались насыщенно-красной реацу, а в следующий миг Сёри поглотило плотное красное облако. Ещё секунда – и облако принимает вид закручивающейся полусферы, одновременно поднимая сильный ветер во все стороны. Когда облако опало, передо мной предстала Сёри в экзотически выглядящей чёрно-белой костяной броне, чем-то даже напоминающей мой собственный нагрудник в ресуррексионе, только покрывающей почти всё её тело. В её руках по-прежнему были две катаны, немного изменившие форму и ставшие угольно-чёрными, а реацу девушки подскочила в два с половиной раза. Диадема на голове стала шире и теперь не пряталась под волосами, а, наоборот, покрывала их. По поверхности диадемы шёл затейливый витой рисунок.

– Прекрасно выглядишь, – улыбнулся я, ничуть не соврав. Доспехи действительно шли Сёри, в них не было никакой громоздкости и вычурности, но зато явственно исходило ощущение изящества и в то же время – опасности. Сёри, с огромным интересом рассматривающая себя, после моих слов замерла и немного покраснела, при этом не поднимая на меня взгляд. Хмыкнув, я повернулся к Кин. – Теперь ты.

Девушка, во все глаза рассматривающая свою подругу, встрепенулась и, бросив на меня быстрый взгляд, немного нервно достала свой занпакто. Повернув его горизонтально земле, лезвием вниз, она взялась второй рукой за кончик.

– Шипи, Гатоскуро, – на этот раз клинок катаны, засияв красным светом, рассыпался на множество красных песчинок, и в следующий момент Кин поглотила в точности такая же полусфера реацу, как и у Сёри, только немного меньшего диаметра. Когда ветер прекратился, а пыль улеглась, я разглядел облик своей первой слуги. Ушки стали больше и теперь выглядели вполне живыми, появился белый хвост, покрытый мехом, а не костью, как это было раньше, коготки на руках заметно отросли, хотя кисти по-прежнему выглядели изящно и красиво. Одежда тоже изменилась, но не так кардинально, как у Сёри, теперь на Кин было платье со множеством разрезов, местами прикрытое белой костяной бронёй. Никакого оружия, кроме, разве что, коготков на руках, я не заметил, реацу у неё, естественно, тоже подскочила, но по-прежнему до уровня Сёри не дотягивала, разрыв даже немного увеличился.

Подождав, пока обе девушки в достаточной мере собой налюбуются, я прервал это, безусловно, могущее продолжаться очень долго занятие:

– Ну что ж, Кин, ты тоже выглядишь прекрасно, пока что я вашими ресуррексионами очень доволен, – девушки опять порозовели. – Но, думаю, теперь следует проверить, что вы можете. И начнём мы с Серо.

К моменту, когда надо было идти к Тие, проверка была завершена. За сорок минут тренировочного боя они не смогли мне сделать ничего – ни Серо, ни простые удары не оставляли на мне ни малейших повреждений, хотя, должен признать, были несоизмеримо сильнее того, чем они владели раньше. Мне почему-то вспомнился эпизод, когда Ичиго впервые атаковал Улькиорру – активировал банкай, надел маску, вбухал море реацу, а у Улькиорры повреждений – всего-то только сгоревшие рукава. Вот и тут ситуация была почти та же, хотя одежду мне всё же повредили меньше. Но тем не менее, то, что мои фракционы стали значительно сильнее, было очевидно. Пожалуй, Сёри даже смогла бы меня победить в бытность мою вастер лордом и до того, как я начал поглощать первых, неудачных арранкаров. Её ресуррексион по свойствам был очень похож на банкай Ичиго, давая ей огромную скорость – как в простых движениях так и в сонидо. До меня ей, конечно, было далеко, но вот Гриммджоу без ресуррексиона она обгоняла здорово, да, пожалуй, и в ресуррексионе бы обошла. Со способностями, даруемыми занпакто Кин, было сложнее – одной из них также являлась скорость, хоть и не такая большая, как у Сёри, но вот остальные оставались не ясны, видимо, требовалось время, чтобы их раскрыть. То, что другие способности у Кин были, сомнений у меня не вызывало – благодаря Мурамасе я отчётливо чувствовал, что скорость – не единственная способность Кин, и даже не основная. Но вот понять, что именно она ещё может, я сходу не смог. В Сёри также чувствовался нераскрытый потенциал, и это радовало – вполне возможно, мне удастся дотянуть их до уровня второй половины Эспады, по крайней мере, попытаться стоит.

Когда мы закончили, я оставил уставших девушек в своём особнячке, а сам не спеша отправился к Халлибел. Тия жила почти в таком же домике, по крайней мере, внешние отличия были минимальны. По пути я издалека видел парочку спешащих куда-то арранкаров, а в остальном местность под куполом Лас Ночес была пустынна. Подойдя к двери, я услышал доносящийся изнутри шум женских разборок. Из возгласов докопаться до причин было невозможно, ибо девушки из свиты Халлибел, судя по всему, уже давно перешли на личности. Стучать пришлось три раза прежде чем мне, наконец, открыли, но я особо не расстроился задержке – уж очень забавно было слушать, как Мила Роза лается с Апачи, а потом они вместе вопят на ехидно что-то вставляющую Сун-Сун.

– Кто там ещё?! – дверь мне открыла раздражённая Апачи, но увидев моё улыбающееся лицо, она резко побледнела и отступила на шаг. Мне сразу захотелось немного пошалить.

– Привет, красавица, – я, довольно улыбаясь, сделал шаг вперёд и прежде, чем Апачи успела отреагировать, положил руку ей на голову, одновременно чуть наклоняясь к её лицу. – Проводишь меня к своей госпоже? – спросил я, заговорщицки понизив голос, не переставая улыбаться.

– Д… д… да… – бедную арранкарку едва заметно трясло, кажется, она даже забыла дышать.

– Хорошая девочка, – её разноцветные глаза поражённо расширились, а зрачки сузились, но отреагировать она опять не успела. Второй рукой я ухватил её за талию и притянул к себе, одновременно наклоняясь ещё больше и нежно целуя в губы, сопровождая поцелуй небольшой передачей реацу. У Апачи были аккуратные тонкие губы с лёгким солоноватым привкусом, девушка была полностью пассивна и, похоже, находилась в глубоком шоке, но мне было всё равно, ведь это был мой первый поцелуй в этой жизни. Я даже не ожидал, что получу так много удовольствия.

– Что тут происходит? – я отпустил дрожащую и выпавшую из реальности Апачи и повернулся к Тие. Златовласка непонимающе переводила взгляд с меня на девушку и обратно, а чуть в стороне стояли Сун-Сун и Мила Роза с глазами размером с блюдца и открытыми ртами. – Алукард, что ты сделал с Апачи?

– Поцеловал. Люди так часто делают с теми, кто им нравится. Должен заметить, крайне приятный процесс, – Тия перевела взгляд с меня на Апачи, та стояла с чуть открытым ртом и расфокусированным взглядом, явно пребывая глубоко в себе. Однако, полагаю, Халлибел смотрела не только на внешность, но и проверила состояние реацу своего фракциона, так как тревога из её глаз очень быстро исчезла, оставив только толику удивления.

– Её реацу поднялась, – констатировала Трес Эспада и вопросительно посмотрела на меня.

– Я немного поделился.

– Ты можешь делиться своей реацу? – степень удивления Тии опять прыгнула вверх.

– Да.

– Но почему?

– Почему я поделился? – Халлибел едва заметно кивнула. – Просто захотелось. Для меня этот объём всё равно ничего не значит.

– Хорошо, – Тия медленно кивнула. – Пойдём наверх. Сун-Сун, Мила Роза, останетесь с Апачи, – и, развернувшись, зашагала к лестнице.

Пока мы шли, я размышлял на тему: почему, собственно, я поцеловал Апачи? Да, она симпатична и даже по-своему красива. Хотя одежду бы ей всё-таки стоило немного сменить, а то красивая, в общем-то, грудь визуально становится меньше чуть ли не в три раза, хотя нет, всё-таки в два с половиной. Но это всё мелочи, Кин и Сёри куда как сексуальней, да и значительно доступней, однако их я не целовал. Нет, тут дело не во внешности и не в проснувшемся влечении, своих-то фракционов я и голышом видел, причём во всех подробностях. Дело в чём-то другом. И я, пожалуй, знаю ответ. Страх. Та эмоция, которая больше всего привлекает пустых. Страх для пустых – как изысканная приправа к еде, аромат, заставляющий потерять голову и со всех ног рвануться к его источнику, чтобы разорвать и съесть того, кто его испытывает. Обычные пустые практически не способны сопротивляться этому аромату, да и для всех остальных чужой страх – едва ли не самое приятное ощущение. Даже я, охотясь и пожирая других пустых, наслаждался эманациями их ужаса, а ведь я себя очень даже контролировал и всегда старался убивать максимально быстро. А тут у Апачи случился такой резкий переход от раздражения, ярости и негодования к паническому, лишающему возможности двигаться и даже дышать ужасу. Причём, если подумать, я этого совершенно не ожидал. Неужели Тия не сказала им, что у меня нет претензий? Если так, то девушки вполне могли себя накрутить, а тут ещё и моё появление, очень неожиданное, судя по реакции арранкарки. Вопрос в том, почему так поступила Тия? Хотела сперва поговорить и убедиться, что я действительно не собираюсь мстить? Хм, вполне возможно. Плюс ещё наверняка рассчитывала на воспитательный эффект. Но я ушёл от темы, хотя всё и так уже понятно. Когда волна ужаса от Апачи накрыла меня, меня в прямом смысле накрыло, такая уж тавтология. Ну не ожидал я такого удара, всё-таки это не бой, где ужас жертвы ожидаем и привычен, да и расслабился я в Лас Ночес. И если подумать, клыки у меня в тот момент зачесались изрядно, будь на месте девушки какой-нибудь адьюкас – разорвал бы мгновенно, на одних рефлексах. А так спустил пар в поцелуе, опять же на одних инстинктах, даже задуматься о том, что делаю, не успел. К счастью для Апачи, конечно. Впрочем, всё не так плохо – хоть я и действовал импульсивно, но голову не потерял, и на будущее следует быть готовым к таким ситуациям, так как, похоже, чувствительность у меня с превращением в арранкара тоже увеличилась.

Размышления заняли всего десяток секунд, при этом я не забывал осматривать обстановку. Планировка дома Халлибел практически ничем не отличалась от моего, разве что он был более обжитым, но ненамного – так, несколько низких диванчиков и маленьких столиков, да и то только на первом этаже. Комната Тии вызвала у меня ощущение дежавю, ибо точь-в-точь повторяла мою собственную, даже кровать была такая же, видимо, Халлибел на жилищный комфорт внимания не обращала. Когда дверь закрылась, Тия встала напротив меня и некоторое время внимательно меня рассматривала, сложив руки на груди, или, что будет более верно, под грудью. Я, в свою очередь, рассматривал её. Что ни говори, а зелёные глаза, золотые волосы и почти шоколадный цвет кожи – это нечто. Впечатление не портило даже знание о форме её маски и тяжёлый, безэмоциональный взгляд, которым она на меня смотрела. Первой заговорила Тия:

– Твои условия не изменились? Если я расскажу тебе, как вступила в Эспаду, ты не станешь причинять вред моим фракционам? – моя догадка о молчании третьей подтвердилась, Тия действительно хотела сперва убедиться в моих словах.

– Я не стану причинять им вред в любом случае, даже если ты сейчас выставишь меня за дверь, – зелёные глаза удивлённо расширились. – И если ты так сделаешь, то также можешь не волноваться, я не стану к тебе хуже относиться или пытаться причинить вред. Как я уже говорил, ты мне нравишься, и моя просьба о рассказе – не что иное, как попытка узнать тебя получше. Ты можешь ничего мне не говорить, если не хочешь.

– Ты странный арранкар, – после недолгой паузы произнесла Халлибел.

– Это хорошо или плохо? – с лёгкой улыбкой поинтересовался я.

– Не знаю, – последовал лаконичный ответ, но Тия, кажется, смутилась.

Я хмыкнул. Смущённая, она выглядела невероятно мило, хоть и выражалось это только чуть сжатыми пальцами и отведённым от меня взглядом.

– Мне лучше уйти? – Тия подняла на меня глаза из дальнего угла комнаты, куда они только что были направлены, и спустя пару секунд ответила:

– Нет. Останься. Я расскажу.

Дальше я выслушал уже, в целом, известную мне историю о том, как Тия спасла Апачи, о встрече с Барраганом и шраме, оставленном на одном из наиболее ретивых его слуг, к слову, являвшемся довольно сильным адьюкасом, о жизни вчетвером, и наконец – о появлении того самого адьюкаса, уже прошедшего трансформу. Дальше был долгий, но в конечном итоге проигранный бой и героическое появление Айзена, аки рыцаря в сияющих доспехах, спасающего прекрасную даму. Наверняка он там не случайно оказался – уж больно вовремя появился, да и, подчинив Баррагана, не узнать о Тие он просто не мог. Высказывать свою догадку вслух я, однако, не стал, просто сделал в уме заметку на будущее. Тия ничего не скрывала и рассказывала очень подробно. В частности, я узнал, что она никогда особо не стремилась к силе и охотилась исключительно с целью не допустить регресса, так что, полагаю, она была не особо сильным вастер лордом, если уж даже хоть и сильный, но адьюкас решился на неё напасть и вообще учить жизни. Также стало ясно, как недоарранкар смог одолеть вастер лорда, по той же причине – до превращения он был сильным адьюкасом, после – достиг уровня вастер лорда, но с учётом иеро был сильнее и просто измотал Тию, позволяя себе не обращать внимания на её удары. А вот как Тия умудрилась стать настолько сильной, превратившись в арранкара, было не очень понятно, ведь разница между объёмом её реацу и реацу Баррагана была совсем не велика, а уж Барраган в бытность вастер лордом слабаком точно не являлся. Кстати, при внимательном осмотре дыры я у Тии не обнаружил, и это наводило на мысли о взаимосвязи между размером пустоты и увеличением силы при арранкаризации, или, правильнее сказать, синигамики. Косвенно эту теорию подтверждали сама Тия, я, Нел и мои фракционы. У Нел, как я помнил из аниме, дыры тоже нет, а я вряд ли дотягивал до уровня Баррагана, даже несмотря на мои способности к поглощению, всё-таки старику сотни лет, может даже тысячи. Тем не менее, я его не только превзошёл, но и почти достиг уровня Айзена, а уж это ни в какие ворота не лезет.

Рассказ завершился, и в комнате установилась тишина. Тия внимательно изучала моё лицо, видимо, ожидала реакции на то, что проиграла бывшему адьюкасу. Хоть она этого старалась не показывать, но в её голосе я всё равно уловил досаду и стыд за тот бой. Однако сказал я совсем не то, что она ожидала.

– Значит, твоя мечта – построить мир, где не придётся жертвовать другими, чтобы добиться своих целей? – глаза Тии изумлённо расширились. Да, прямо она этого не говорила, но в принципе, из рассказа можно было сделать такой вывод – конечно, при достаточной наблюдательности и если знать, на что обращать внимание – интонации, акценты, постановка фраз, поступки. Хотя, я-то и так знал её цель, так что изначально рассматривал рассказ через призму этого знания. – Что ж, достойная цель, и мне она, пожалуй, даже нравится. Хотя вряд ли многие пустые меня поддержат. Ладно. Не буду больше отнимать твоё время – нас обоих ждут наши фракционы, тебя, пожалуй, даже больше, так что спасибо за интересный рассказ. Если понадобится моя помощь – скажи, всегда буду рад тебе помочь, – я уже развернулся к двери, когда меня остановил вопрос Халлибел:

– Почему?

– М? – я развернулся вполоборота к девушке.

– Почему ты будешь рад мне помочь? – хм, похоже, мне удалось её немного расшатать, в обычно безразличном и спокойном голосе явственно слышатся напряжение, удивление и непонимание.

– Я же уже говорил – ты мне нравишься, и этого более чем достаточно. Согласись, не так часто в этой бесконечной пустыне можно найти что-то, что тебе понравится. Ну и, полагаю, будучи первым в Эспаде, я, в какой-то мере, должен защищать тех, кто стоит ниже. По крайней мере, на мой взгляд, это логично, – Тия медленно кивнула, не отрывая от меня своих изумрудных глаз.

– Я запомню твои слова, – и, выдержав небольшую паузу, не очень уверенно добавила: – Спасибо, – в ответ я тепло улыбнулся и развернулся к двери.

Фракции Халлибел в прихожей уже не было, судя по реацу, они сидели в гостиной, причём сидели весьма тихо, что уже само по себе для этой компании было нехарактерно. Так что ушёл я не попрощавшись, что меня, в общем-то, не огорчило. Покинув дом, я сразу использовал сонидо, выйдя из него почти под самым куполом Лас Ночес. Одна мысль никак не давала мне покоя – дыры, олицетворяющей пустоту в душе, у Тии не было, но вот маска сохранилась куда лучше, чем можно было бы ожидать, фактически, в процессе арранкаризации маска Халлибел и не изменилась совсем, и это наводило на размышления. Ведь арранкар – это именно «снявший маску», кажется, Старк был естественным арранкаром ещё до встречи с Айзеном, да и у самой Тии в бытность вастер лордом глаза и верхняя часть лица были открыты.

Вспомнить бы, что олицетворяет маска у пустых, ведь именно она – наиболее уязвимая часть у любого пустого, и в то же время – наиболее важная. Хм… Кажется, маска олицетворяет желание скрыться и спрятаться от мира, не важно, по какой причине, по крайней мере, вроде бы именно такое объяснение давалось в аниме. Да, пожалуй, это очень подходит Тие. Её поведение, холодная броня спокойствия и безразличия – не что иное, как защитная реакция, следствие её комплекса «жертвы», и тут маска очень к месту. Тия до сих пор подсознательно боится открыться миру, хотя с того момента, как она стала пустым, прошло уже очень много времени. И как следствие – её маска сохранилась. Ну что ж, ещё одно направление деятельности определено, надеюсь, я не ошибся в своих выводах. Теперь осталось только дождаться Старка с Улькиоррой и посмотреть уже на них. Есть ещё Гриммджоу, но предпринимать в отношении него какие-то шаги будет ошибкой, ведь даже малейшее изменение в его характере может повлечь за собой изменение и всех последующих событий, как следствие – всё моё послезнание обесценится, или, по крайней мере, большая его часть, а этого бы не хотелось. Значит, пока только Тия, ещё не появившийся Старк и Айзен. Вот уж с последним действительно дилемма, может, и правда помочь ему победить? Н-да, вопрос. Так сходу и не решишь.

***

Тия Халлибел стояла на балконе и смотрела на место, где только что был Алукард. Как и ожидалось, он с лёгкостью ушёл из её поля зрения, продемонстрировав невероятное по скорости сонидо. Но сильнейшую девушку Хоэко Мундо волновало не это – сложно было ожидать от Примеры чего-то другого, тем более если вспомнить тот неистовый ветер реацу, что ещё совсем недавно обрушивался на Лас Ночес. Хотя сила Алукарда её тоже волновала. Подумать только, его испытывал сам Айзен! Да и то духовное давление, что он продемонстрировал в зале собраний… Себе Тия полностью отдавала отчёт, что шансов в бою с Алукардом у неё нет никаких, ведь даже когда она высвобождала свой ресуррексион, её духовное давление было слабее, чем у Примеры с запечатанным мечом. Страшно представить, что творилось в эпицентре битвы между Айзеном и Алукардом. Но сейчас большая часть мыслей Халлибел была не о силе её недавнего собеседника, а о его словах. Без всякого сомнения, он её прочитал.

Или, может быть, это Айзен рассказал ему о её мечте? Нет, это невозможно, Айзен не стал бы. Значит, всё-таки прочитал. Кто же такой этот Алукард? Она ведь даже не слышала, что где-то есть вастер лорд, настолько превосходящий по силе Баррагана, а появись такой, это бы обязательно рано или поздно стало известно. Король Хоэко Мундо очень уж ревниво относился к своему статусу сильнейшего, чтобы пропустить такую информацию, а слухи разлетаются быстро, даже в песках Хоэко Мундо. Хотя… Когда она увидела его в первый раз, то посчитала обычным слабым нумеросом, даже очень слабым нумеросом.

Воспоминание об этом моменте заставило Халлибел раздражённо передёрнуть плечами и, нахмурившись, закрыть глаза. Будь на месте Алукарда Ноиторра, Барраган или этот мерзкий гиллиан – Аронильё, да вообще почти любой арранкар, то её фракция уже была бы мертва, а возможно, и она сама в придачу. Иллюзий Тия не питала – в Лас Ночес убивали и за меньшие оскорбления. Но Примера повёл себя странно, даже очень странно. И эти его слова про симпатию… В принципе, Тия была с ними согласна, но всё же… Может, в том, что его привела именно Неллиель, есть какой-то смысл? Они, если подумать, довольно сильно похожи, Неллиель бы на его месте тоже не стала убивать. По крайней мере, Ноиторру она регулярно оставляет в живых, хотя по мнению самой Тии, его-то как раз следовало бы убить. Слишком подлый, наглый и тупой, но Неллиель проявляла ничем не обоснованную мягкость, вот и Алукард пропустил оскорбления мимо ушей, не потребовал за это ничего взамен и даже пообещал защищать. Рассматривать рассказ как плату за жизни своих фракционов Халлибел не могла. И как на всё это реагировать, Тия тоже не знала, слишком много странностей и нелогичности было в действиях Первого.

Нелогичности с точки зрения пустых, а может, с точки зрения людей всё иначе? Ведь он что-то говорил об их привычках, может, стоит заглянуть в мир живых и самой посмотреть? Возможно. Но, в любом случае, сейчас нужно поговорить с Апачи и понять, наконец, что же он всё-таки с ней сделал.

Тия Халлибел открыла глаза и, развернувшись, направилась внутрь дома.

***

Как и обещал Айзен, в этот же день ко мне в дверь робко поскрёбся арранкар – типичной гномьей наружности, только без бороды и с маской на пол-лица – тащивший коробку с настенными часами. Арранкар был слабенький, даже до уровня адьюкаса не дотягивал, но гиллиана бы всё-таки сделал. Рассыпавшись в извинениях, он мне доложился и поинтересовался, куда установить объект. Потом я с умным видом десять минут выслушивал подробную инструкцию обращения с часами и вообще старательно изображал чайника. Объяснял коротышка доходчиво, даже Ямми бы понял, в общем, я с Кин и Сёри выслушали, как определять время, как заводить механизм, об общей хрупкости конструкции (на этот пункт часовщик особенно напирал – сразу виден опыт общения с Эспадой), ну и ещё по мелочи. После того, как он убедился, что я всё понял, часы были оперативно установлены в указанное мной место, и масколицый гном удалился, предварительно ещё раз рассыпавшись в извинениях за то, что занял моё время.

Заняться было нечем, а спать мне абсолютно не хотелось, в результате, я, усевшись на кровати и положив на колени обнажённый занпакто, погрузился в свой внутренний мир.

Мурамаса сидел на широкой колонне и глядел на океан.

– Зачем ты пришёл? – спросил он, не поворачивая головы, стоило мне появиться за его спиной.

– Задать пару вопросов и потренироваться.

– Что ты хочешь знать? – всё так же спокойно произнёс он, не меняя позы.

– Прежде всего, можешь ли ты научить меня Кидо? – Мурамаса встал и повернулся ко мне.

– Да, могу. Но Айзен сделает это гораздо лучше. Всё-таки Кидо – это оружие синигами, а не их занпакто.

– Главное, что ты сможешь помочь в освоении, и это уже хорошо, – я ненадолго задумался, устремив взгляд на море. – Теперь следующий вопрос. Ты можешь материализовывать занпакто и сам с лёгкостью появляешься в материальном мире, а можешь ты из материального мира переносить что-то в духовный? Скажем, если я захочу перенести сюда пустого, это возможно? – этот вопрос меня волновал давно. Согласно аниме, Мурамаса поглотил и держал в себе огромное число пустых, используя их как батарейки, но когда начал терять контроль, они стали вырываться наружу, причём в неповреждённом виде. В той истории одних гиллианов он поглотил несколько десятков, а ведь были ещё и адьюкасы, и даже один вастер лорд, про всякую мелочь я вообще молчу. И если эта способность у него сохранилась, то она открывает просто огромные перспективы.

Мурамаса долго молчал, мой вопрос его явно шокировал, о чём красноречиво свидетельствовали расширенные в изумлении глаза и слегка подрагивающие пальцы. Но всё же через пару минут он ответил:

– Да, я могу это сделать, но зачем? Твоё собственное Полное поглощение даст куда больший эффект, мой же способ только обеспечит тебя лишней реацу, которую не очень-то просто использовать, да и сам ты от её наличия сильнее не станешь.

– Ну, насколько я понял, в собственном внутреннем мире я почти что бог, а значит, смогу спокойно провести над ними некоторые эксперименты. Да и таким образом у меня всегда будет запас свободной сущности пустых, которой я смогу поделиться в случае нужды, а значит, и подлатать кого-то из своих подчинённых.

– Понимаю, – Мурамаса медленно кивнул. – Но удерживать их здесь будет сложно, к тому же, хоть ты, конечно, и не синигами, но их присутствие всё равно будет разрушать этот мир. Впрочем… – взгляд Мурамасы соскользнул с меня и обратился в ту сторону, где располагалась пустыня. – Возможно, в той части твоего духовного мира, что отражает силу пустого, их негативное влияние сойдёт на нет.

– Ясно, – я тоже обратился в ту сторону. – Кстати, то, что мой внутренний мир делится на две части – это нормально?

– Нет. Но ты поглотил меня и, стремясь обрести мои силы, соединил свой внутренний мир с моим. Правда, я понятия не имею, как тебе это удалось, – я вопросительно уставился на свой занпакто, он это заметил и, поудобнее заложив руки в карманы, пояснил: – После смерти от руки Коги я осознал себя, уже находясь под воздействием Хоугиоку, и тут всё уже было таким, – любопытно…

– А если я поглощу ещё один занпакто, он тоже появится здесь или мой внутренний мир в очередной раз расширится?

– Скорее всего, не будет ни того, ни другого. Разве что ты сам захочешь сохранить личность поглощённого занпакто. В остальных случаях, вероятно, произойдёт то же самое, что и тогда, когда ты поглощаешь другого пустого, но уже для меня. То есть сила другого занпакто сольётся с моей, вернее, я её поглощу. Так как, став твоим занпакто, я приобрёл часть твоих способностей, а главная из твоих способностей – это Полное поглощение. Но всё это только мои предположения, которые вполне могут оказаться ошибочными.

– Понятно. Ну что ж, что-то подобное я и предполагал. Кстати, а Къёко Суйгецу ты материализовать и натравить на Айзена сможешь? – не то чтобы я собирался это сделать, но знать о подобных возможностях необходимо.

– Нет. Я управляю чувствами занпакто, когда обращаю его против хозяина, как правило, усиливаю его собственные желания, но Къёко Суйгецу очень силён, к тому же сам управляет чувствами, хоть и отвечающими за восприятие, а не эмоции. Я просто не смогу удержать его под контролем хоть сколько-нибудь длительное время, – хм, жаль, но, в принципе, ожидаемо.

– Ладно, – я вздохнул и повернулся к Мурамасе. – Ты не против провести небольшую тренировку? Мне бы не помешало улучшить владение мечом, а то тех навыков, что у меня проявились после арранкаризации, явно недостаточно, что мне весьма наглядно продемонстрировал Айзен во время нашего боя.

Мурамаса сдержанно кивнул и обнажил меч, я последовал его примеру. Наши катаны были полностью идентичны. Две секунды полного покоя, и чёрные клинки рванули навстречу друг другу.

Моя тренировка с Мурамасой продолжалась до самого утра. За счёт разницы в реацу я превосходил его в силе и скорости, но мастерство было на его стороне, так что бой был очень познавателен. В собственном духовном мире, как оказалось, невозможно устать, даже потраченная там реацу никуда не уходит, что в общем-то логично. Да ещё и время там течёт неравномерно. По словам Мурамасы, чем больший стресс и нервное напряжение во время боя испытывает синигами, тем быстрее мчится время в его духовном мире. И наоборот, если синигами не угрожает опасность и он не занимается тренировками, время будет течь медленнее. Хотя тут уже всё зависит от занпакто – при желании он может и не допустить замедления, да и ускорить на некоторое время в случае чего способен.

На следующее утро я решил немного прогуляться перед назначенным Айзеном временем. Ноги сами собой привели меня к обиталищу Неллиель, я уже собирался идти дальше, когда из двери вышла Нел. Меня она заметила сразу же и, радостно улыбнувшись, зашагала ко мне.

– С добрым утром, Алукард-сан.

– С добрым утром, Нел, и не стоит быть такой официальной, – я ответил ей почти такой же улыбкой.

– Что делаешь? – Нел улыбнулась ещё сильнее и сцепила руки за спиной.

– Да так, гуляю, вот и забрёл к тебе. Надеюсь, ты не против?

– Конечно нет, я даже рада.

– Составишь мне компанию, или у тебя дела?

– С удовольствием.

Прогулка, увы, вышла недолгой, но познавательной. Нел с удовольствием рассказывала о жизни Лас Ночес, а я внимательно слушал, всем своим видом излучая удовольствие. Неллиель в реальности оказалась совершено не такой оторвой, как её показывали в аниме – да, очень улыбчивая и приятная в общении, но при этом собранная, дисциплинированная и держащая себя в руках девушка. Возможно, там сыграли роль повреждение маски и годы, проведённые в детском состоянии, даже скорее всего. Наверняка с Пеше и Дондочакой та же ситуация. Но тем не менее, нынешняя Нел мне нравилась, не хотелось бы её потерять. Расстались мы уже у полигона, где была назначена моя встреча с Айзеном, напоследок договорившись, что Нел как-нибудь зайдёт ко мне в гости и поможет устроиться. Впрочем, ни на каких определённых сроках я не настаивал, так как выяснил, что Нел уже сегодня собирается уйти в очередной поисковый рейд, а там уже как пойдёт – не любила она возвращаться, не приведя хоть кого-нибудь.

Встреча с Айзеном прошла почти буднично. В первый день он прочёл мне лекцию о природе и свойствах Кидо, а также приёмах управления и преобразования реацу, после чего просто выдал тексты заклинаний и продемонстрировал два простейших Кидо: Сай и Щё.

Сай – простейшее бакудо первого уровня, фактически, являющееся волевым усилием с небольшой примесью реацу. Правда, в исполнении Айзена даже мне руки за спиной скрутило, хоть и всего на секунду, но всё равно впечатляет. Щё – тоже простейшее, только хадо, направленный толчок реацу, совершенно безвредный в оригинале и совсем чуть-чуть уступающий по убойности Серо гиллиана в моём исполнении. Нет, конечно, на самом деле до Серо ему было далеко, но всё равно, такой удар реацу мог с лёгкостью перемолоть в кашу человеческий скелет или оставить в земле почти полуметровую воронку, как и случилось в моём случае при первом исполнении заклинания. Проблема оказалось в моей уже рефлекторной привычке вкладывать в свои манипуляции с реацу как можно больше силы – действие это происходило автоматически, без участия разума. Нет, я, конечно, мог ослабить своё Серо, но не так чтобы слишком, навыки уже, можно сказать, вбились в подкорку, и в результате, чтобы действительно понизить силу собственного Серо на существенную величину, до уровня ну хоть тех же адьюкасов, мне требовалось приложить серьёзные усилия, и ощущения при этом были приблизительно такие, как есть, удерживая вилку мизинцем и безымянным пальцем левой руки. Да что говорить, если даже банальную расфокусировку луча для накрытия большей площади приходилось проделывать, изрядно напрягая внимание. Так что даже самое слабое моё Серо, если, конечно, я не стану изгаляться над собой, было в разы сильнее аналогичных атак остальной Эспады. Фактически, я просто не мог пользоваться чем-то слабее Гранрей Серо, на которое была способна далеко не вся Эспада, в то время как у меня оно получалось автоматически, в основном же я вообще пользовался Серо Оскурос. Кстати, эти определения вошли в ход с лёгкой руки Айзена, как и длинные, пышные имена, сочиняемые большинством арранкаров.

Дело в том, что почти все арранкары, вплоть до шестидесятого номера, прошли через процесс синигамики практически одновременно, именно по этой причине Гриммджоу был двенадцатым, в то время как, скажем, Сун-Сун из фракции Халлибел имела номер пятьдесят шесть. К тому моменту, как Айзену наконец удалось наладить процесс, от армии Баррагана уже мало что осталось, да и Тия не горела желанием отдавать своих фракционов на эксперименты. Она и Барраган к тому моменту уже были арранкарами, но из-за не отработанной технологии Барраган почти не прибавил в силе, а Тия так и не избавилась от маски. Как результат, даже когда у Айзена всё срослось, вперёд пропихнули Гриммджоу сотоварищи, так, на всякий случай, и только уже после него процедуру начали проходить давние обитатели Лас Ночес. Ну, а после начался прямо-таки взрыв патриотизма, инициированный Айзеном, ну или национализма, хотя, скорее, просто стремления как-то самореализоваться. Уж не знаю, кто был инициатором использования испанского языка (хотя подозреваю, что Гин), но волна всколыхнулась, вот и появились такие конструкции как: «Дордони Алессандро дель Сокаччио», в свою бытность пустым, кстати, носивший простое и не замысловатое имя Дор. С Серо та же история – напридумывали кучу названий, а по сути, разницы почти и нет.

Так уж сложилось, что я не был таким уж уникальным – остальных членов Эспады тоже обучали основам Кидо, пусть этим занимался и не лично Айзен, а Гин с Тоусеном, но факт наличествовал. Арранкаров не учили самому по себе Кидо, но зато обучали методам управления и преобразования реацу, таким, собственно, образом и появились Серо Оскурос и Гранрей Серо – пустым просто показали, как эффективней использовать духовные частицы, и они применили эти знания в, по сути, единственной своей энергетической атаке. Но даже так особого внимания этим техникам никто не уделял, и как результат, для использования Гранрей Серо остальной Эспаде требовалось изрядно напрячься, и то не все могли, да и стоила эта атака куда как больше, про Серо Оскурос вообще молчу – без ресуррексиона использовать его не мог никто, кроме меня. Всё это изложил мне Айзен, заметив, что хоть я и дошёл до всего сам, но техники всё же можно изрядно улучшить, и я был с ним согласен.

Дальнейшее обучение проходило по простому сценарию: Айзен подробно рассказывал про конкретное Кидо, после чего демонстрировал его применение и ждал, пока у меня не получится его в точности повторить. Самые большие проблемы возникли с медицинскими техниками. Там следовало преобразовывать собственную реацу особым образом, и в этом, собственно, и была проблема – реацу пустого категорически не желала преобразовываться и менять свою разрушительную природу. Дело сдвинулось с мёртвой точки только тогда, когда я начал использовать реацу синигами, но всё равно, медицинское Кидо на порядок превосходило по сложности всё остальное. Не удивительно, что Унохана пользовалась таким большим уважением среди капитанов, не удивлюсь, если она и с Командующим потягаться может.

Вообще, Айзен оказался интересной личностью и собеседником, хотя общение с Гином для него явно не прошло даром, а может, и для Гина с ним, сейчас уже не понять. Айзен просто обожал тонкую иронию и едва различимые ехидные насмешки. Отпускал он их настолько виртуозно, что истинный смысл сказанного иной раз доходил только минуты через две. Хотя я всё же допускаю, что во всём виноват мой извращённый разум, во всём ищущий двойное и тройное дно, и в этом смысле Айзен был просто кладезем двойных и тройных смыслов, всё время сохраняя на лице загадочную полуулыбку, превращающую даже самые простые фразы в нечто многозначительное. К тому же, судя по всему, ему просто нравилось со мной общаться – я не лебезил, не выказывал ему лишние знаки уважения, выражающиеся во всевозможных уважительных суффиксах и полупоклонах, которые так любили отвешивать Гин с Тоусеном, да и вообще вёл себя с ним как с равным, хотя, в отличие от остальных, на собственной шкуре испытал его реальную мощь. Правда, в Эспаде появился Гриммджоу, тоже не очень-то жалующий авторитеты, но он пока старался не показывать свой характер.

Гарганта за моей спиной закрылась, и я ступил на белые плиты пола одного из залов Лас Ночес. Поход в мир живых не принёс особых впечатлений, тот самый городок, где некогда начался мой путь, ничуть не изменился. Когда я только вышел из гарганты в городском парке, моё горло на несколько секунд сдавило удушье – после перенасыщенного реацу воздуха Хоэко Мундо в человеческом городке дышать было ощутимо сложно. Не удивительно, что пустые если и появляются здесь, то только самые слабые, недалеко ушедшие своим разумом от животных. Однако когда я перестал сдерживать свою реацу, ситуация разительно изменилась – разошедшийся от моей фигуры штормовой ветер, состоящий из духовных частиц, повлиял даже на материальный мир, изрядно потрепав городской парк и даже ближайшие к нему улицы. От обрушившегося на город духовного давления почти мгновенно погибли все местные пустые, которых и было-то всего трое на весь город, а в самом парке немногие отдыхающие потеряли сознание. Людей спасла слабая чувствительность к духовной энергии, а ещё то, что я высвободил всё же далеко не весь свой объём. Через десяток секунд, когда окружающий мир в достаточной мере насытился реацу, я вновь её скрыл, дышать к тому моменту стало ощутимо легче и приятнее. Не то чтобы мне вообще было необходимо дышать, но я планировал позже приводить сюда других арранкаров, прежде всего – своих фракционов и Тию с Нел, а практически полное отсутствие в окружающем мире реацу весьма неприятно. Появления синигами, которого я, если честно, ожидал, после такого-то громкого заявления о себе, так и не последовало. То ли местный надзиратель испугался, то ли его вообще тут не было, но никто мешать мне так и не стал. Скорее всего, в городе действительно не было своего синигами, так как моя чувствительность распространялась на весь город, и сомневаюсь, что тут был бы кто-то способный от меня спрятаться, по крайней мере, тех трёх пустых я ощущал весьма отчётливо, а ведь в Хоэко Мундо даже не обратил бы на них внимания. В общем, погуляв несколько часов по городу, заглянув в кинотеатр и в несколько известных мне квартир, в которых я когда-то в каком-то смысле жил, я вернулся в Лас Ночес.

Пока я неторопливо шёл к выходу из главной башни, мне наперерез спешил Гин. Хоть реацу у меня и скрыто, но не заметить открытия гарганты было проблематично, а в Лас Ночес сейчас, кроме меня, отсутствовала только Неллиель, ушедшая искать вастер лордов ещё два дня назад. Это я знал доподлинно, да и просто ощущал всех остальных членов Эспады и мятежных капитанов, в том числе и Айзена. А вот Гин меня почувствовать не мог, но так как он, очевидно, спешил меня встретить, я решил подыграть. Вот очередной поворот коридора, и впереди появляется его улыбчивая физиономия – назвать это лицом можно крайне редко, и сейчас явно не тот случай.

– Оооо, Алукард-кун, хорошо, что я тебя нашёл.

– Привет, Ичимару, что-то случилось?

– Ой, да что ты, не стоит так официально, ко мне вполне можно обращаться по имени, – картинно замотал руками бывший капитан третьего отряда.

– Хорошо. Ты что-то хотел, Гин? – старательно копируя голос и интонацию Айзена, спросил я.

– Эээм… Так тоже не надо, – как-то резко сжался и скорчил страдальческую мину пепельноволосый синигами, впрочем, всё ещё держа на лице хоть и поблекшую, но улыбку. – А то когда ты начинаешь говорить как капитан Айзен, ты меня пугаешь.

– Так я тебе и поверил, несчастный ты наш, испуганный и никем не понятый, – Гин довольно улыбнулся, прекратив кривляться. – Ну так что?

– Ничего особенного, просто хотел сказать, что если ты хочешь получить гигай, то это можно сделать у Заэля.

Заэля я уже видел, ещё во время экскурсии, устроенной мне Нел. Он уже обитал в подземной части комплекса, но впечатления, что он хоть чем-то руководит, в тот момент у меня не возникло. Правда, сам Заэль вызвал резкую антипатию – привкус его реацу был ещё хуже, чем у Аронильё, да и внешность очков не прибавляла.

– Этого розового ахтунга? Он что, действительно заведует научной частью в Лас Ночес? – состроив удивлённое лицо и добавив в голос побольше скепсиса и сарказма, спросил я.

– Ну, руководит – это сильно сказано, – улыбка Гина стала просто неприлично широкой. – Но кое-что он может, вот и производство гигаев организовал. Ну ладно, всё, что хотел, я уже сказал. Хорошего дня, пока-пока! – помахал он мне ручкой, проигнорировав мой недовольно-скептический взгляд, и с довольной улыбкой зашагал обратно по коридору.

Очень захотелось вдарить ему в спину Серо, видимо, догадавшись о моих намерениях, Гин резко ушёл в сюмпо, избавив меня от соблазна. Впрочем, в одном он прав – гигай мне действительно пригодится, а значит, в любом случае нужно идти к Заэлю.

Найти Заэля в подземельях было несложно, несмотря на устроенный тут лабиринт. В конце концов, если моя чувствительность кому-то и уступала, то только Айзену, а эту отдающую гнилью реацу сложно с чем-то спутать. С Заэлем мы встретились, когда он выходил из какого-то помещения в главный коридор.

– Заэль-Аппоро Гранц? – холодно окликнул его я, когда он, не заметив меня, начал удаляться по коридору. Арранкар остановился и с удивлением, в котором просматривалась и толика раздражения, на лице, повернулся ко мне. Когда же он меня увидел, удивления стало ещё больше, его глаза расширились, а зрачки, наоборот, сузились.

– Эм… Вы, если не ошибаюсь, Алукард, новый Примера Эспада?

– Да. Гин сказал, что у тебя найдётся парочка гигаев для арранкаров. Я бы хотел их получить.

– Да, найдётся. А можно узнать, зачем вам? – манерно поправив очки, с толикой высокомерия спросил он. Однако какой наглец, ну ладно, это даже интересно.

– Естественно, для походов в мир живых, – и выражение лица, мол, что за глупый вопрос? – Как будто их можно использовать как-то иначе.

– Кхм. Да, конечно, – арранкар, судя по всему, всё-таки вспомнил, кто перед ним, и резко стушевался. – Пойдёмте, я вам выдам мою новейшую модель, – он развернулся и поспешил по этому лабиринту к одному ему известной цели. Войдя в неприметную дверь, мы оказались в тёмной комнате с большим количеством выдвижных из стен ящиков, точь-в-точь американский морг, даже два операционных стола присутствуют. Заэль прошёл к дальней стене и, сверившись с табличками, вытащил один из контейнеров. Внутри лежало тело, бесполое, с отсутствием лица, но всё же мужской комплекции.

– Что с лицом? – безразличным тоном спросил я, внимательно рассматривая гигай.

– Он сам примет очертания вашего лица и фигуры, автоматически. Правда, удобно?

– Очень, – я всё ещё неотрывно смотрел на гигай.

– Может, сейчас наденете? Если что, я смогу провести настройки.

– Конечно, – я развернулся к улыбающемуся арранкару. Он ничего не успел понять, не говоря уже о том, чтобы отреагировать, но уже через секунду Заэль с завыванием рухнул на пол, судорожно зажимая окровавленный обрубок левой руки, под самым плечом. Я подождал, пока вой утихнет, разглядывая оторванную руку, а потом бросил её к нему.

– Ты понял, почему я это сделал? – по-прежнему безразличным и холодным тоном осведомился я.

– Д… д… Да, – с натугой выдавил он.

– Это хорошо, что ты понимаешь. А теперь будь любезен, выдай мне три нормальных гигая, один на меня и два – на моих фракционов.

– К… как скажете. Н… но у меня сейчас нет…

– Вот как? Жаль, очень жаль, – в меня упёрся полный ужаса взгляд первого учёного арранкара. – Впрочем, ты же сможешь их сделать уже к завтрашнему утру, – не спрашивал, а утверждал я. – И раз уж так получилось, то мне нужен гигай, хорошо проводящий реацу, тот, в котором я смогу в полной мере пользоваться своей силой.

– Но это невозможно! Я не успею закончить к утру, мало того, что гигай должен выдержать ваш объём реацу, который ещё надо замерить, так ещё и проводящий, это же совсем другой уровень! – от отчаяния Заэль даже забыл про рану, его глаза горели безумным огнём, а единственная рука экспрессивно жестикулировала во время этого короткого спича, перестав зажимать рану, из которой толчками выливалась кровь.

– Значит, закончишь к послезавтрашнему утру, – небрежно бросил я. – Надеюсь, не стоит говорить, что с тобой будет, если в этих гигаях я обнаружу духовных паразитов? А я обнаружу, можешь не сомневаться, – арранкар побледнел, и явно не от кровопотери.

– Я… Я всё понял. Такого больше не повторится.

– Надеюсь, – я развернулся и зашагал к выходу из помещения.

– Постойте! Мне нужно замерить ваш объём реацу, без этого не получится создать надёжный гигай.

– Возьми суммарный объём всей остальной Эспады и увеличь вдвое, не ошибёшься, – сзади раздался звук падения чего-то на пол. Скосив взгляд на упавшего на колени в лужу крови арранкара с потерянным взглядом, я беззвучно хмыкнул и продолжил движение. Всё прошло как нельзя лучше.

Поднявшись на поверхность, я отправился к своему полигону, оттуда как раз доносились всплески реацу Сёри и Кин. Последнее время они постоянно тренировались. Я уже подумывал о материализации Мурамасы, чтобы он занялся их профессиональным обучением, но пока это было преждевременно. У меня не было ни малейших сомнений в том, что Айзен знает о разумности моего занпакто, да и способности Мурамасы для него наверняка не секрет. Так что с этой стороны осложнений я не опасался, а остальные арранкары и так смотрят на меня как на монстра, за исключением, конечно, моих собственных фракционов, Неллиель и, может быть, Тии.

Кстати о Тие…

Я только сейчас обратил внимание, что рядом с полигоном, где тренировались мои девочки, находится ещё один источник реацу. Он был слабее, чем у моих фракционов, поэтому я и не обратил внимания, но вот аромат у него был знакомый, даже очень.

– Привет, Апачи, решила заглянуть ко мне в гости? – немного ехидно, но в то же время тепло улыбнулся я, выйдя из сонидо рядом с девушкой.

Отреагировала она в точности как я и ожидал. Подскочив от неожиданности, она рефлекторно попыталась отпрыгнуть, боком, подальше от меня, и в результате приземлилась мягким местом на песок. Ошарашенные и испуганные глаза упёрлись в меня, а правая рука, явно без участия сознания, взметнулась в защитном жесте, как будто я на неё нападаю. Эта комичная картина заставила меня улыбнуться ещё шире.

– Ну и что ты прыгаешь? Впрочем, не отвечай, я сам виноват. Но ты такая милая, когда боишься, я просто таю. Не хочешь пойти ко мне во фракцию? Я буду хорошим господином, вот увидишь, – не переставая улыбаться, хитро подмигнул я девушке.

– Нет, я не могу, Халлибел-сама… – похоже, она испугалась ещё сильнее. Беда с этими арранкарами, шуток совсем не понимают.

– Да ладно, ладно, я пошутил. Тия меня убьёт, если я начну воровать у неё фракционов, и на разницу в силе не посмотрит. Повезло вашей троице с госпожой. Ну так зачем пришла? Или ты просто рядом гуляла и решила посмотреть на тренировку моих девочек?

– Ааа… Я… – Апачи замерла, глядя на мою руку, которую я протянул, чтобы помочь ей встать. Идея дотронуться до меня, похоже, не внушала ей оптимизма.

– Да не бойся ты, целовать не буду, если, конечно, сама не попросишь, – ещё раз хитро подмигнул я. У меня было просто восхитительное настроение, что отчётливо отражалось на моём лице. Апачи вспыхнула и как-то неуверенно сжала зубы, в чём-то среднем между оскалом и улыбкой, но всё же подала мне руку, хоть и заметно подрагивала. Я, беззвучно хмыкнув, легко поставил её на ноги и стал ждать, разглядывая девушку.

– Госпожа Халлибел велела мне поблагодарить вас за подарок, – отворачиваясь в сторону и как-то нехотя произнесла Апачи, при этом чуть покраснев.

– Какой подарок? – я ничего Тие не дарил, даже не виделся с ней особо после того визита.

Апачи с удивлением посмотрела на меня и осторожно ответила:

– Ну, ту штуку из мира живых, где экран и можно фильмы смотреть.

– Телевизор? – вскинул бровь я.

– Ну да. И за фильмы тоже спасибо, – так. Что тут произошло, и почему я не в курсе? Какой телевизор? Я даже себе его ещё не достал. Моё удивление, смешанное с негодованием оттого, что я ничего не понимаю, видимо, отразилось на лице, и Апачи его поняла по-своему, отчего быстро и испуганно зачастила: – Госпожа Халлибел хотела сама поблагодарить, но она не знала, когда Вы вернётесь, вот и велела мне проследить. Я не шпионила! Я просто должна была вернуться, как только Вас увижу. И мне тоже фильмы очень понравились!

– Ясно, – я наконец справился с эмоциями и вернул лицу спокойное и дружелюбное выражение. – Какой понравился больше всех? – внутренне готовясь к самому худшему, спросил я.

– Эм.. Ну, кажется, он называется Эмануэль… – ТВОЮ МАТЬ! ГИН! УБЬЮ СВОЛОЧЬ! Кастрирую! Разорву на мелкие кусочки! Глаза на пятки натяну и моргать заставлю! Ну подставил, гад! Всё, белочка, молись.

Ни один мускул не дрогнул на моём лице, и даже реацу не вырвалось ни капли, но чего мне это стоило… Красная же, как рак, Апачи стояла, не зная, куда деть глаза. А вот мне как-то вдруг поплохело. Чувствую, благодарить меня Тия будет с особо жестокостью, и мне её благодарность очень не понравится.

– А скажи, Апачи, Тия тоже смотрела этот фильм? – внутренне холодея, спросил я.

– Ну, когда посыльный нумерос принёс телевизор и фильмы, госпожа Халлибел тренировалась вне Лас Ночес и смотреть мы начали без неё. Ну а когда она вернулась, то да, она посмотрела, – пи…ц! Я труп. Ну ничего, Гин, я заберу тебя с собой.

– Хорошо, Апачи. Не буду тебя больше задерживать, – смущённая арранкарка боязливо кивнула и поспешно ушла в сонидо.

Так, у меня есть минуты две, хотя нет, минута, и то если повезёт. Бежать или убить Гина? УБИТЬ ГИНА! Это не обсуждается! Сонидо!

Белочка, судя по реацу, находился в главной башне, он как раз ошивался рядом с Айзеном, но это его не спасёт. Выйдя из сонидо напротив балкона, я мгновенно нашёл взглядом пепельноволосого синигами, он меня тоже.

– Гиииин! – медленно, растягивая имя, с интонацией маньяка, догнавшего жертву, произнёс я. – Вот ты где, Гиииин, – я медленно начал приближаться к резко вспотевшему синигами. Айзен, сидя на своём троне, наблюдал за этой картиной с явным недоумением. – Как я рад, что нашёл тебя, Гииин. Я должен тебя поблагодарить. О дааа. Поблагодарить.

– За… за что?

– За то, мой дорогой Гиииин, что ты от моего имени сделал Тие такой интересный, а главное – познавательный подарок, – синигами начал медленно пятиться, с надеждой поглядывая на Айзена, во взгляде которого появился неподдельный интерес.

– А… а почему ты думаешь, что это сделал я?

– А КТО ЕЩЁ?!! Может быть, Барраган? Или Ноиторра? Нет, это точно был Тоусен! Я тебя УБЬЮ, ГИН! – моя реацу начала вырываться в окружающий мир, образовав вокруг меня закручивающийся вихрь. Но беззвучные молитвы белочки были услышаны.

– Может быть, вы мне всё-таки объясните, что здесь происходит? – ехидно осведомился Айзен, довольно разглядывая нас.

Бросив на него злобный взгляд – если бы не его присутствие, Гин был бы уже покалечен, я запрятал обратно реацу и начал объяснять.

Впервые я увидел ржущего Айзена. Он откинулся на спинку трона и с надрывом хохотал почти минуту, после чего опёрся головой на левую руку и посмотрел на Гина.

– Гин, я даже не подозревал, что ты в курсе такого экзотического направления киноиндустрии.

– А я и не был в курсе, – пришибленно начал оправдываться виновник произошедшего. – Я просто попросил продавца дать самые лучшие фильмы о любви, и он сказал, что это классика, которую должен знать каждый, – врёт! Нагло врёт. По глазам вижу! Но доказать не получится.

– А сам предварительно посмотреть ты не догадался, – констатировал я, уже почти примирившись с тем, что крови Гина мне не видать.

– Ну, там же упаковка, я решил, что дарить распакованные вещи будет некрасиво.

– Кстати, Алукард. А как получилось, что ты знаком с содержанием этого фильма? – с лукавой улыбкой поинтересовался Айзен. Вот же ехидна, сидит и лыбится.

– Посмотрел в мире живых, когда гулял по квартирам людей и изучал их быт, – между прочим, чистая правда. Только сделал я это ещё до того, как встретил своего первого пустого.

– Ясно. Ну что ж. Тогда я, пожалуй, пойду поговорю с Халлибел. И, Гин, думаю тебе ближайшее время не стоит попадаться ей на глаза.

– М? Капитан Айзен, Вы действительно сами пойдёте объяснять всё госпоже Халлибел? – Гин был так удивлён, что даже разлепил глаза.

– Конечно. Не часто мне удаётся так повеселиться. Тем более сейчас всё равно нечего делать, – он встал с трона и подхватил стоящие рядом ножны с Къёко Суйгецу, после чего повернулся ко мне. – Алукард?

– Иду, – он чуть усмехнулся и ушёл в сюмпо, я последовал за ним.

***

Тия Халлибел опять пребывала в растерянности, и опять из-за Алукарда. Всё началось с возвращения Апачи. Посланная узнать, когда вернётся Алукард, она ворвалась в дом, словно за ней гналась сотня вастер лордов. Или разъярённый Примера, что было и куда вероятней, и куда опасней. Проигнорировав вопросы Сун-Сун и Милы Розы, Апачи вихрем влетела в ванную комнату и заперлась там. Удостоверившись, что за её фракционом никто не гонится, Тия в растерянности подошла к ванной комнате, из которой доносился звук льющейся под сильным напором воды. Сун-Сун и Мила Роза с ничего не понимающим видом пытались через дверь узнать у Апачи причины её поведения, но успеха не имели. Тия уже сама собралась вмешаться, и выяснить, наконец, что же случилось, когда в главной башне произошёл всплеск реацу Алукарда. Он был не очень силён, но спутать эту реацу с чьей-то другой было просто невозможно. Слишком сильны были ещё впечатления от демонстрации на собрании Эспады. Но Тия опять не успела в должной мере обдумать произошедшее, так как в дверь вежливо, но настойчиво постучали, и что более важно, почувствовать реацу стучавшего она не могла. Дальше изумление Халлибел только подскочило, когда за дверью, которую она пошла открывать лично, её взору предстали Айзен с Алукардом. Зачем эти двое пришли к ней одновременно, да ещё, судя по всему, шли они изначально вместе, она боялась даже представить. Алукард к ней уже заходил, и к его визиту она в целом была готова, но Айзен ещё ни разу не посетил жилище ни одного из членов Эспады, всегда вызывая кого-то понадобившегося через Гина или Тоусена, в крайнем случае, те могли перепоручить это посыльным нумеросам. И вот теперь они пришли вдвоём – самые могущественные из известных Тие существ. Примера был непривычно хмур, Тия ещё ни разу не видела его в плохом настроении, с момента его появления прошло не так много времени, но в её присутствии на его губах всегда играла как минимум тень улыбки. А сейчас его лицо хоть и не выражало никаких эмоций, но Тия каким-то образом отчётливо поняла, что Алукард на что-то очень зол, и хоть эта злость не переходила в ярость, но по спине девушки всё равно пробежали мурашки. Айзен же, напротив, был чем-то весьма доволен, на его лице блуждала загадочная улыбка, и вообще весь вид хозяина Лас Ночес выражал полное довольство жизнью. И это тоже было не совсем обычно.

– Добрый день Тия, – поздоровался Айзен, пока Халлибел отходила от шока. – Мы с Алукардом хотели задать тебе пару вопросов, если ты, конечно, не возражаешь.

– Айзен-сама? Да, конечно я на них отвечу, – кое-как справившись с удивлением, ответила девушка. – Проходите, – Тия посторонилась, освобождая проход.

– Благодарю. Итак, Тия, ты же не собираешься убивать Алукарда? – с какой-то странной интонацией задал первый вопрос Айзен, чем ввёл Трес Эспаду в секундный ступор. Халлибел перевела ничего не понимающий взгляд с Айзена на Примеру.

– За что? – единственное, что она смогла выдавить из себя. Ситуация становилась всё не понятней и всё меньше нравилась Халлибел. А главное, как она вообще может убить Алукарда?

– Вот как, – Айзен с многозначительной улыбкой бросил на Примеру довольный взгляд. – А что ты скажешь о фильмах, которые тебе принёс посыльный нумерос?

– Ну, они очень информативные и многое объясняют, хотя мне ещё не всё понятно, – Алукард издал какой-то странный хмыкающий звук и отвернулся чуть в сторону. «В чём дело? Я что-то не то сказала? Но ведь он сам прислал их мне. Что вообще происходит?»

– Видишь ли, Тия, произошла небольшая ошибка. Эти фильмы на самом деле прислал Гин, собственно, это всё, что мы хотели сказать, – «Это всё? И ради этого они пришли вдвоём?» Тия переводила взгляд с Айзена на Алукарда и ничего не понимала. «Может, эти фильмы имеют какое-то особое значение, а я просто не знаю?»

– Хорошо, я поблагодарю его при встрече, – спустя несколько секунд молчания, наконец, ответила она.

– Не стоит, я сам передам ему твою благодарность, – улыбка не сходила с лица Айзена, и судя по ней, ему всё происходящее очень нравилось. Халлибел решила на этот раз просто кивнуть, ситуация требовала прояснения, но расспрашивать своих гостей Тия не решилась.

– Тогда мы, пожалуй, пойдём, – первый раз с момента начала разговора заговорил Алукард. Его лицо опять выражало уже ставшую привычной тёплую улыбку, Тия сама удивилась, насколько легче ей стало от этой, казалось бы, незначительной перемены. – Рад был тебя видеть, Тия.

Нежданные гости вышли за дверь, а Тия, всё ещё пребывая в растерянности, поднялась на второй этаж и села на диван, прямо перед новым телевизором. Запоздало пришла мысль, что нужно было спросить Алукарда о том, что такого случилось с Апачи, но уже было поздно. Ничего, с этим она и сама разберётся. Мысли тем временем никак не хотели успокаиваться, постоянно выдавая всё новые вопросы. «Почему они решили, что я хочу убить Алукарда? Судя по всему, дело в этих фильмах, но что в них такого? Скорее всего, я чего-то просто не понимаю?» Взгляд Халлибел упал на приоткрытую коробку, оставленную кем-то из её фракционов на тумбочке рядом с диваном. «Надо разобраться.»

***

Оказалось, что паниковал я зря. Тия очень удивилась нашему визиту, из последовавшего разговора выяснилось, что она действительно была благодарна, без всякого сарказма и задних мыслей. Это просто я такой испорченный, а девушка восприняла фильмы как источник важной информации, вновь ставшей актуальной для пустых, превратившихся в арранкаров.

– Ты знал? – задал я вопрос Айзену, когда мы вышли из особняка Халлибел.

– Это была типичная реакция для арранкара. А вот твоя реакция скорее соответствует человеку, а не пустому, посмотревшему несколько фильмов.

– Согласен. И что ты будешь делать?

– Ну, твоя душа очень сильно отличается от всего, что я до сих пор видел. Ты не синигами, не человек и не пустой. У меня есть несколько теорий твоего происхождения, но ни одну из них я не могу назвать приоритетной. Ты загадка, Алукард, на которую у меня нет ответа.

– И что же за теории?

– Первоначально я подумал, что ты – каким-то образом ставший пустым синигами, это вполне возможно, и я знаю, как осуществить такую трансформацию. В пользу этой теории говорит твой занпакто и его реацу, которое соответствует именно реацу занпакто синигами, а не арранкаров. Потом, увидев в действии твою способность восстанавливать повреждения за счёт поглощаемых из окружающего мира духовных частиц, я предположил, что ты можешь быть либо квинси, либо баунто, опять же каким-то образом ставшим пустым. Но сейчас я склоняюсь к мысли, что ты можешь также являться и грешником из Ада, вырвавшимся оттуда неизвестным образом. Честно говоря, поработать с ними у меня никогда не было возможности, и я просто не знаю, как меняются их души под воздействием энергетики Ада, так что этот вариант – чистая гипотеза, без теоретической основы. И какой из этих вариантов тебе нравится больше?

Хороший вопрос. До сих пор я думал, что являюсь выходцем из другого мира, этаким классическим попаданцем, но ведь вариант с грешником очень даже возможен. Хотя бы потому, что совершенно ничего не знаю об их природе, да и если вспомнить, основа этого мира – круговорот душ, на нём очень много повязано, даже квинси из-за него истребили. Следовательно, и в Аду души не могут оставаться навсегда, ибо тогда полностью выпадают из круговорота, и как следствие – нарушают пресловутое равновесие. Могу ли я быть грешником, так сказать, отбывшим срок? В принципе, да, никто же не сказал, что силы, которыми владеет душа в Аду и вообще пробуждённые под воздействием тамошней энергии, остаются при ней после освобождения. По крайней мере, отсутствие цепи, когда я гулял духом, это бы объяснило, ну, по крайней мере, могло объяснить, ибо информации-то совсем нет. Но с другой стороны, это не объясняет моих воспоминаний об аниме. Ну не крутят же в Аду мультик Блич? Хотя возможно, что Ад пересекается с моим родным миром, и я попал в него оттуда. Хм… А почему меня не смущает мысль о том, что я мог по завершении прошлой жизни попасть в Ад? Вообще, это предположение довольно неприятно. Я, конечно, не ангел, но и не психованный безнравственный маньяк вроде Заэля или Аронильё, вроде бы они после смерти именно туда и угодили. Хм… Ладно, об этом ещё будет время подумать, а сейчас надо что-то ответить Айзену.

– Честно говоря, мне всё равно. Сейчас я тот, кто я есть, и этого достаточно, – Айзен удовлетворённо хмыкнул. – Но ты не ответил на вопрос, что будешь со мной делать?

– Ничего, – последовал бесстрастный ответ. – Ты сам сказал, это не имеет значения. Кстати, если я не ошибаюсь, основная твоя способность – это поглощение? – скосил он хитрый взгляд на меня. Я промолчал, но Айзена это удовлетворило. – Наверное, это очень удобно – поглотить жертву и помимо силы получить её знания, – он ещё раз многозначительно посмотрел на меня. Я вопросительно вскинул брови. – Не удивляйся, у Аронильё сила очень похожа, но в отличие от тебя, он её не скрывает.

– А тебе известны способности всех арранкаров?

– Конечно. Было бы странно, если бы я их не знал, лично проводя процесс синигамики, – ещё одна многозначительная улыбка, с лёгким оттенком превосходства и показного удивления.

– Ясно, – как я, собственно, и ожидал.

– Ну что ж, Алукард, это было довольно глупо, но забавно. Я, по крайней мере, получил массу удовольствия, – за разговором мы уже дошли до главной башни. – Завтра как обычно, у главных ворот, – и, отвернувшись, Айзен ушёл в сюмпо.

Я постоял некоторое время, глядя на потолок Лас Ночес. Похоже, Айзен решил, что моё Полное Поглощение работает так же, как и Глотэнерия Аронильё, присваивая помимо сил ещё и память, а в мир живых я ходил, чтобы банально скушать пару человек и, как следствие, обрести необходимые знания. Всё логично, я бы на его месте решил точно так же, особенно уже имея перед глазами живой пример схожей способности. Однако это же говорит и том, что Айзен не знает всех особенностей сил своих арранкаров, а только общие черты, что, безусловно, хорошо, так как память я присваивать не могу, по крайней мере, до сих пор такого не случалось. Ну, если не брать в расчёт Мурамасу, конечно, хотя там постаралось Хоугиоку, даруя ему вторую жизнь, уже в качестве моего занпакто.

Н-да… Весёлый сегодня выдался денёк. Ладно, мне ещё надо потренировать Кин и Сёри, а потом составить страшный план мести белочке. Может, украсть Мацумото и притащить в Лас Ночес? Так сказать, в качестве личной рабыни? Вот у Гина морда вытянется. Хмм… Заманчиво… Очень заманчиво… Представив эту сцену, я невольно хохотнул. Однако, пару минут посмаковав нарисованную воображением картину, я печально вздохнул. Увы, нельзя. Ещё раз вздохнув и бросив последний взгляд на главную башню, я ушёл в сонидо.

Серо адьюкаса бессильно стекло по моей одежде. Физически я атаку вообще не заметил, и только зрение совместно с чувством восприятия духовной энергии говорили о том, что меня на самом деле атаковали. Признаться, я был несколько удивлён. Адьюкас передо мной был не сказать чтобы очень слабым, но всё же… Да, я прекрасно ощущал разницу между нами, но вот чтобы так – Серо в упор – и никакого эффекта… Даже одежда не закоптилась… Прав был Айзен, когда советовал прогуляться в пустыню и опробовать свои силы на обычных пустых. Наглядный пример куда лучше абстрактного знания.

Связанный Хайнавой адьюкас яростно зарычал и, раскрыв пасть, вновь начал формировать Серо. Он что, идиот? Рядом из сонидо вышла Неллиель, её лицо выражало глубокую задумчивость и сомнение. В этот же момент пустой выстрелил новым Серо, с тем же результатом, я даже шевелиться не стал, зачем? Задумчивое выражение на лице Нел сменилось удивлённым, а тупой адьюкас опять начал заряжать Серо.

Около восьми часов назад (хотя за временем тут следить сложно) мы с Нел вышли из Лас Ночес. Я решил составить ей компанию в поисках новых кандидатов в нашу арранкарскую «коммуну» – всё равно гигай ещё не был готов, да и мне была нужна практика в применении Кидо, а Айзен и мои собственные фракционы – не слишком хорошие кандидаты для их отработки. Двигались мы преимущественно в сонидо, так что сейчас находились весьма далеко от Лас Ночес, даже не берусь утверждать, в скольких сотнях километров. Как, сразу по выходу, сообщила мне Нел, искать кого-то сильного ближе смысла не имело, и я успел убедиться, что она была права. Валяющийся передо мной адьюкас, по сути, был первым, кого мы встретили за эти восемь часов, да и то последние часа три мы двигались в отдалении друг от друга, чтобы покрыть большую площадь.

– Нел, мне кажется, или этот адьюкас – идиот? – подозрительно глядя на связанное Кидо чёрное волко-, или, скорее, собакоподобное тело с костяной маской, покрывающей всю голову, спросил я. Неллиель внимательно осмотрела пустого (за это время он успел ещё раз разрядить в меня Серо и начать формировать новое), после чего неуверенно ответила:

– Не знаю, но это странно, я только что имела дело с точно таким же пустым, и даже реацу у них одинаковая, – ещё одна красная вспышка резанула по глазам. – Эй! Зачем ты это делаешь? Разве не видишь, что это бесполезно? – с какой-то детской обидой в голосе обратилась Нел к адьюкасу. Тот её полностью проигнорировал.

– Он вёл себя так же? – с любопытством смотрю на девушку, одновременно разряжая в пасть адьюкаса невербальное Щё, по сути, только так я пока и мог уменьшить его мощность до необходимого уровня. Ещё одно не сформированное до конца Серо распалось, слегка опалив пустому пасть – для нормального взрыва там просто не хватило энергии.

– Да. Как я ни пыталась заговорить, он только нападал. Как будто совсем низший и ничего не понимает, но ведь это адьюкас, такое разве возможно? – зеленоволосая красавица обратила на меня вопросительный и немного беспомощный взгляд, явно ища поддержки.

– Ну, в Хоэко Мундо всё возможно. Хотя ты права, безмозглых адьюкасов я ещё ни разу не встречал. Говоришь, ты встретила такого же? И что с ним сделала?

– Ничего. Он совершенно не реагировал на мои слова, и я решила его оставить, – Нел в своём репертуаре, я даже улыбнулся.

– Где это было?

– Там, – Нел указала рукой в сторону, откуда только что пришла. – Километров пятнадцать, примерно, – её лицо всё ещё выражало озадаченность из-за случившегося.

– Присмотришь за этим? Я пока схожу посмотрю, – улыбнувшись, попросил я девушку, разряжая ещё одно Щё в пасть неугомонного пустого.

– Конечно, не беспокойся, – и ответная открытая улыбка. В очередной раз подивившись её умению мгновенно переходить из состояния полной серьёзности к детской радости и обратно, я, хмыкнув, ушёл в сонидо.

Второго адьюкаса я почувствовал практически сразу, его реацу действительно полностью соответствовала реацу моего «клиента». Выйдя из сонидо в десятке метров перед ним, я полностью убедился в словах Нел – даже внешне оба пустых были идентичны. Ситуация повторилась. Разве что сейчас я не стал сразу пеленать его Хайнавой, а дал возможность двигаться. Впрочем, как я и сказал, это ничего, по сути, не изменило – жилистая собака с черепом на месте головы начала формировать Серо в тот же момент, как увидела меня. Я театрально вздохнул и, медленно вытянув руку в сторону адьюкаса, произнёс:

– Бакудо номер четыре: Хайнава, – энергетическая верёвка жёлтого цвета мгновенно оплела тело пустого, не забыв, по моей воле, обмотать пасть и тем самым схлопнуть формирующийся шар. Шутка с видимым, но абсолютно не ощущающимся физически Серо мне надоела.

Ухватив пустого за сияющую петлю Хайнавы, я шагнул в сонидо, возвращаясь к Нел. Девушка сидела на корточках рядом с собакоподобным и внимательно рассматривала Хайнаву. Пустой, в свою очередь, глухо рыча, пытался извернуться мордой к моей спутнице, но Бакудо держало крепко, и у него ничего не получалось. Несомую тушу я свалил рядом, но так, чтобы друг в друга они палить не могли. Хотя посмотреть на это было бы любопытно.

– А… Алукард-сан? – подскочившая при моём появлении Нел была немного смущена. – А что это за верёвки такие? Это твоя способность?

–Нет, Неллиель, это Кидо – искусство синигами, позволяющее управлять духовными частицами на очень высоком уровне, ему меня учит Айзен. И с чего это вдруг ты меня саном называешь?

– Ой, прости, я забыла, – Нел виновато и очень смущённо улыбнулась.

– Да-да, конечно, – я изобразил понимающую улыбку и сменил тему. – Что будем с ними делать? Тащить их в Лас Ночес явно бессмысленно, – Нел растерянно пожала плечами. Я ещё раз оглядел пленных, внимательно сравнивая их реацу. Нет, она всё-таки была не идентична, похожа, очень, но разная. – Нел, постой ещё немного здесь, я хочу кое-что проверить.

– Хорошо, – девушка была удивлена, я же опять подхватил принесённого пустого и ушёл в сонидо.

Через сорок километров я остановился. До этого момента пустой яростно вырывался, а тут вдруг резко затих, его реацу начала медленно слабеть. Понаблюдав за этим процессом минут пять, я сделал скачок назад, адьюкас оживился, вновь начав вырываться. Любопытно. После ещё нескольких перемещений я окончательно убедился, что между «собаками» есть связь и они не способны уходить друг от друга на большое расстояние. У меня начала зарождаться гипотеза, но требовался ещё один тест. Вернувшись к Нел, я встал точно перед мордой первого «пса», он ожидаемо начал формировать Серо, в этот момент я подвесил между собой и адьюкасом его близнеца, и Серо тут же схлопнулось.

– Нел, происходило что-нибудь необычное? – серьёзно разглядывающая меня девушка кивнула и в точности описала поведение моего собственного «пса» в момент превышения дистанции. К слову, адьюкас так и не решился атаковать меня, пока между нами был его двойник, но как только я отвёл руку с ним в сторону, Серо вновь начало заряжаться. – Ну что ж, у меня есть теория, хочешь послушать?

– Да, конечно, – Нел с интересом разглядывала удерживаемого мной в положении «за шкирку» пустого.

– Видимо, имел место какой-то сбой при эволюции из гиллиана, личность стёрлась, но зато получилось два тела. Интеллект нулевой, управляются одними инстинктами, да и те какие-то ущербные. Кстати, Нел, ты же сейчас скрываешь свою реацу? – я обратил на это внимание только сейчас.

– Да, я фоню как обычный средний адьюкас, ты разве не чувствуешь?

– Чувствую, – признал я, уже почти полностью уверившись в своих предположениях. – Но дело в том, что я постоянно ощущаю всю твою реацу и просто не обращаю на маскировку внимания, – и, повернувшись к адьюкасу, откинул его двойника в сторону, одновременно чуть приспуская собственную маскировку. Пустой сперва открыл пасть, но уже через миг заскулил и попытался от меня отползти. – Нел, встань, пожалуйста, на моё место и тоже убери маскировку, но только сперва встань, – девушка, похоже, поняла ход моих мыслей, а поведение адьюкаса их окончательно подтвердило.

– Всё, оказывается, просто, – произнесла девушка, смотря на скулящего пустого.

– Угу. Загадку их выживания при таком скудном интеллекте мы решили, вот только это не отменяет вопроса, что с ними делать? Хотя… – действительно, а почему бы и не сейчас проверить силы Мурамасы? – Думаю, оставлять их в живых точно не имеет смысла, ты не возражаешь?

– Нет, Алукард. Подобное существование хуже смерти, почти как регресс, – Неллиель чуть повернулась и отвела взгляд, похоже, тема регресса была для неё болезненной.

– Хорошо. В таком случае… – я плавно извлёк из ножен занпакто. – Явись, Мурамаса, – изумлённый взгляд Нел, полный страха, смешанного с удивлением. Испугалась, что я активирую ресуррексион. Рукоять чуть потеплела, а в метре от меня появилась фигура Мурамасы. Занпакто, как обычно, держал руки в карманах. Равнодушно оглядев связанных пустых, он перевёл взгляд на Нел и обозначил лёгкий поклон.

– Господин, вы желаете, чтобы я их поглотил?

– Да, – теперь Нел переводила изумлённый взгляд с меня на Мурамасу.

– Между ними существует странная связь, она может помешать. Мне придётся поглощать их одновременно, для этого вам придётся проткнуть мной второго, когда скажу, – я кивнул, отметив ещё больше округлившиеся глаза зеленовласки. Мурамаса не стал доставать свой собственный клинок, а, подойдя к первому пустому, присел и положил руку ему на голову, игнорируя сопротивление. – Я готов, можете протыкать.

Чёрная сталь Мурамасы легко вошла в грудную клетку второго «пса», тот дёрнулся, но больше ничего не успел. А дальше в клинок хлынул поток реацу, ощущение было схожим с использованием моего Полного Поглощения, но и сильно отличалось. По лезвию от тела проходили видимые волны реацу, но само оно истончаться не собиралось, у Мурамасы всё выглядело так же, только реацу вливалась в руку, а не в меч. Действие заняло от силы секунды три, после чего Мурамаса встал, а тела начали быстро развеиваться.

– Я закончил, – констатировал мой занпакто и, перейдя на мысленную речь, продолжил: – Теперь мне нужно позаботиться о них во Внутреннем Мире.

– Хорошо. Благодарю, Мурамаса, можешь идти, – занпакто ещё раз обозначил поклон Нел и исчез точно так же, как появился, просто растворившись в воздухе. Любопытство, источаемое четвёртой Эспадой, можно было ощутить физически.

Я немного загадочно и довольно улыбнулся, разглядывая умирающую от любопытства, но не решающуюся задать вопрос Нел. Ровно через семнадцать секунд девушка не выдержала и, состроив жалобную рожицу, произнесла:

– Ну Алукард, мне же любопытно! – я выразительно хмыкнул и отвернулся, с загадочной улыбкой разглядывая горизонт. – Ну Алу-чан! – ик!.. Накрытие и попадание. Если бы я двигался, то точно бы споткнулся и упал. Как я сейчас не грохнулся на пятую точку, ума не приложу.

– Нел. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Не называй меня «Алу-чан», – медленно и выразительно роняя каждое слово, произнёс я. От шока даже забыв на время о контроле реацу, что, впрочем, добавило моим словам дополнительный вес.

– Х… хорошо, извини, – чуть запнувшись, выдавила Нел. Вновь взглянув на девушку, я отметил побледневшую кожу и расширенные в страхе глаза. Н-да, что называется, хотел пошутить. Но «Алу-чан» – это слишком, даже для моего самообладания. Однако вид испуганной Нел меня немного отрезвил, и я поспешно убрал духовное давление.

– Ладно, извини, просто это было неожиданно. Очень не люблю, когда сокращают моё имя. Ты хотела узнать, что сейчас произошло? – Неллиель несмело улыбнулась и кивнула. – Тот, кого ты видела, был моим занпакто. Его имя Мурамаса, и он, как ты уже поняла, разумен. Ну а поглощение, как, собственно, и передача реацу – это одна из моих способностей, – незачем Нел пока знать, что я могу поглощать не только реацу, но и сущнось, а также пустого целиком. А то ещё станет бояться моих прикосновений и вообще присутствия.

– Но разве занпакто могут вот так… – Нел замолчала, пытаясь подобрать подходящие слова.

– Воплощаться в реальном мире? – подсказал я, и девушка поспешно кивнула. – Мой может.

– А как получилось, что у тебя разумный занпакто?

– У Айзена на этот счёт есть несколько гипотез, но точно даже он не может сказать, – и ведь ни слова не соврал, а в заблуждение ввёл.

– Поняаатно, – протянула Нел, со странным выражением лица разглядывая меня. – А хочешь увидеть мой ресуррексион? – внезапно, как умеет только она, перейдя в радостное и улыбчивое состояние, спросила она.

– А ты покажешь? – возвращаю улыбку.

– Конечно! – Нел достала свой занпакто и встала в стойку. – Воспой, Гомуза!

Шарообразный, закручивающийся вовнутрь вихрь фиолетовой реацу – и передо мной предстаёт кентавр с двухсторонним металлическим рыцарским копьём в руках. Выглядела Нел интересно – форма Эспады сохранилась только на груди, оголив стройный животик, на плечах – визуально тяжёлые металлические наплечники, руки покрыты облегающей чёрной тканью, и только на сгибе локтей наличествуют металлические щитки, ну а кисти рук закованы в такие же, как и наплечники, тяжёлые металлические перчатки. Маска Нел несколько изменилась, став больше и массивней, а конский торс был покрыт зелёной шерстью, того же оттенка, что и её волосы. Реацу тоже скакнуло вверх, увеличившись раза в два с половиной. Хотя до Тии она даже в таком состоянии немного не дотягивала, но вот Ноиторру и впрямь могла размазать тонким слоем по песку.

– Интересно выглядишь, я бы даже сказал – мило, – тепло улыбаюсь, глядя на девушку. – Но с двумя ногами ты мне всё-таки нравишься гораздо больше. Впрочем, голый животик тебе очень идёт, – Нел отчаянно покраснела, пряча глаза. Ну, ну, скромница. Однако моя похвала ей очевидно приятна.

– А… Алукард, а ты можешь показать мне свой ресуррексион? – невинно хлопая ресницами и состроив милую рожицу, попросила она.

– Я-то могу, вот только тебе будет плохо. Ты даже сейчас всю мою реацу, одной этой формы, вряд ли выдержишь. А в ресуррескионе она возрастёт в несколько раз, и сдерживать её в нём я ещё не умею, – хотя, также возможно, что ты перестанешь её чувствовать, ведь в ресуррексионе я перехожу на следующий уровень силы, но рисковать не хочется. Да и сообщать о таких вещах неразумно.

– Да? – на лице девушки отразилось изумление и разочарование. – А можешь тогда показать свою настоящую реацу, без маскировки?

– Ты точно этого хочешь? – Неллиель уверенно кивнула. – Мы же тогда точно уже никого сегодня не найдём, все пустые разбегутся.

– Они и так уже разбежались, от моего ресуррексиона. Ну пожалуйста, Алукард! – вот интересно, кто научил Нел строить такие рожицы? Или это природный талант?

– Ладно, ладно. Но предупреждаю, я делаю это, подчиняясь грубой силе!

– Какой? – изумлённо округляет глаза Нел.

– Силе красоты, естественно, – удивление на лице девушки сменяется смущением. Полюбовавшись на этот процесс, я с неохотой вздохнул и, убрав с лица улыбку, стал серьёзен. – Ладно, Нел, но это действительно будет неприятно. Ты готова? – кивок. – Хорошо.

Поток реацу разошёлся во все стороны, поднимая сильный ветер, Нел побледнела и отступила на шаг, слегка покачнувшись. Когда вся маскировка была снята, девушка тяжело дышала и опиралась на своё копьё. Нет, она вполне выдержала и даже, пожалуй, смогла бы драться, но… Словом, ей было тяжело. А ведь я своей реацу даже ускорения не придавал, не говоря уже о концентрированном ударе.

– Ну всё, – я поспешно убрал давление, подойдя ближе, взял Нел под локоток и начал тихонько вливать свою реацу. – Ты как?

– Уф… – ресуррексион Нел развеялся, и девушка повисла у меня в руках, чем я незамедлительно воспользовался и прижал её к груди, обнимая обеими руками. – А я ещё Тие-сан не верила.

– Тие?

– Ну, ты же помнишь, я опоздала на то собрание, когда тебя представляли Эспаде, а Тия-сан потом рассказала о твоей реацу, – помню, помню, зал собраний полностью изолирован, и Нел как раз пропустила моё представление.

– Понятно, – я запустил пальцы в волосы девушки, оказавшиеся необычайно шелковистыми на ощупь. Жаль, что макушку у неё прикрывает Маска и нормально по голове не погладить, впрочем, это такой маленький недостаток в сравнении с остальными достоинствами… – Возвращаемся в Лас Ночес? – Нел вздохнула.

– Наверное, да, только я немного отдохну.

– Как хочешь, – я плавным, но быстрым движением подхватил девушку на руки.

– Ой! – пискнула арранкарка. – Алукард-кун, что ты делаешь? – я внутренне горестно вздохнул – опять она забыла, что я не люблю приставки к имени.

– Ты же хотела отдохнуть, вот и отдыхай у меня на руках, а я пока тебя понесу.

– Но… но я ведь тяжёлая… – лицо Неллиель начала заливать краска. Я, не сдержавшись, хохотнул. – Чего ты смеёшься? – обиженно надула губки Куатро Эспада.

– Нел, а ты, случайно, не ходила смотреть фильмы к Тие? – подозрительно осведомился я.

– Нуууу… – вот теперь она действительно смутилась, покраснев и отведя взгляд.

– Всё с тобой ясно. На комплимент напрашиваешься.

– Ничего я не напрашиваюсь!

– Да, да, да. Я тебе, конечно, верю, разве могут быть сомненья…

– Ну Алукааард-кун, я правда не напрашивалась!

– Да, говорю же, верю, – хохотнул я. – Ты лучше держись крепче, а то моё сонидо несколько быстрее того, к которому ты привыкла.

– А? – но ждать дальше я не стал и ушёл в обещанное сонидо, на привычной для меня скорости.

– Что ты думаешь по этому поводу? – прервал тишину кабинета голос Айзена.

Я только что закончил просмотр записей видеонаблюдения за Ичиго, начинающиеся незадолго до встречи Ичиго с братом Иноуэ, превратившимся в пустого, и заканчивая финалом истории в Обществе Душ. Оказывается, Айзен следил за ним очень плотно, тут было практически всё – пара десятков мелких пустых, Удильщик, Менос Гранде, появление Рейнджи с Бъякуей, потом весь поход по Обществу Душ, Иккаку, опять Рейнджи, Кенпачи и, в конце концов, финальная битва с Бъякуей, с появлением на сцене Хичиго. Честно говоря, ощущения были – как будто пересматриваешь аниме, только картинка под другим углом и без нравственных и интеллектуальных терзаний персонажей. Да и бои проходят в реальном времени, без драматических пауз и безграмотности в вопросах реального фехтования у художников. И как только эти записи удалось вынести? Или они поступали уже сюда? Ведь, по идее, к моменту, когда Айзен получил Хоугиоку Урахары, Лас Ночес уже был почти достроен. А значит, вполне вероятно, что наблюдение ведётся и сейчас. Что ж, скоро я это узнаю.

– Интересная личность… У него определённо есть потенциал, я бы даже сказал – очень хороший потенциал. Однако… – я сделал небольшую паузу. – Он идиот. И никогда не сможет его реализовать.

– Вот как? – в показном удивлении вскинул бровь Соске. – Хм… Да, пожалуй, ты прав, самому ему ни за что не реализоваться.

– Кстати. Меня смущает один момент, – задумчиво протянул я, откидываясь в кресле.

– И какой же? – Айзен пригубил чашку с кофе.

– Возможно, я ошибаюсь, но мне показалось, что этот Ичиго с течением времени глупеет.

– Хм…

– Что-то не так?

– Нет, ты прав. Всё именно так.

– ?.. – теперь уже пришла пора мне удивлённо вскидывать бровь.

– Куросаки Ичиго – временный синигами, другими словами, силу синигами он получил посредством передачи, – Айзен ещё раз пригубил чашку с кофе.

– Ну, это я понял, её ему, вроде, передала эта Рукия Кучики.

– Да. Это действие считается смертным грехом в Обществе Душ, знаешь почему? – он скосил взгляд на меня. – Дело в том, что при передаче силы душа очень сильно повреждается. Занпакто, который в обычных условиях формируется довольно долго и, фактически, рождается в душе синигами, как её естественное продолжение, в случае принудительной передачи силы формируется из оторванного от этой души куска. Душа, которой передают силы синигами, просто разрывается, и из оторванной части формируется его занпакто, причём эта часть далеко не бесполезна, ведь занпакто – это отражение синигами, воплощение его сущности, квинтэссенция его «Я», а следовательно, и в отрываемом куске должно присутствовать всё, от жизненных принципов до основ личности. Другими словами, отрывается самая важная часть, то, что делает человека тем, кто он есть. И получается, что новоявленный синигами становится духовным инвалидом с повреждённой личностью, искалеченным разумом и перевёрнутыми жизненными принципами, ведь всё самое важное, что составляло сущность человека, ушло в занпакто, – Айзен замолчал, задумчиво разглядывая рукоять Къёко Суйгецу. – Когда-то Общество Душ сильно обожглось на этом, на первый взгляд, таком удобном и простом способе пополнять свои ряды, – голос Соске стал слегка презрительным и насмешливым. – Ведь это так просто, когда один сильный и опытный синигами передаёт частичку своей силы новичку, гораздо быстрее и надёжней, чем длительное время обучать этого же новичка и, медленно меняя его реацу посредством тренировок, добиваться возникновения занпакто.

– И что же тогда случилось? – интересный поворот. Хотя очень даже логично объясняющий прогрессирующую глупость Ичиго, а ведь у него ещё и пустой есть, опять же созданный принудительно, да и процесс этот наверняка был сопряжён с чем-то вроде отрывания части души.

– Ничего особенного, – Айзен поднялся из своего кресла. – Всего лишь гражданская война, сложно ожидать иного, когда большая часть синигами – умственные инвалиды. Правда, официально она началась по другой причине, но в Обществе Душ никогда нельзя доверять официальной версии.

– И это всем известно? – я не стал уточнять – что, но Айзен и так понял.

– Нет, что ты, – не оборачиваясь, ответил Соске, что-то просматривая на панели управления. Я так и не понял, что за модель компьютера установлена в Лас Ночес, но сдаётся мне, это какая-то разработка Бюро Технологических Разработок. – Эта информация хоть и не числится особо секретной, но, как и о многом другом, что связано с неприятными страницами истории Общества Душ, о ней не принято распространяться. Так что, кроме капитанов, об истинных причинах столь жестоких мер к передавшим свою силу синигами мало кто знает. Эта Рукия Кучики, например, наверняка даже не догадывалась о том, какую «услугу» оказывает Ичиго. Ну а в свете последних событий вряд ли кто-то станет их просвещать, – Айзен оторвался от панели управления и, повернувшись, одарил меня многозначительной улыбкой.

– Ладно, с этим всё ясно. Но, помнится, ты обещал продемонстрировать возможности Капитанов Готэя, а до сих пор я видел только двоих.

– Конечно. Начнём, пожалуй, с малого, – последние манипуляции с панелью управления, и на экране появляется картинка с молодым беловолосым и низкорослым парнем в капитанском хаори. – Сейчас ты видишь Капитана десятого отряда Хицугаю Тоуширо, он владеет сильнейшим занпакто ледяного типа…

Видео с участием капитанов было значительно меньше, чем с Ичиго, но зато Айзен сопровождал появление каждой новой фигуры комментариями, подробно рассказывая о сильных и слабых сторонах, пристрастиях и характерах всех своих бывших коллег. Предпоследней в его списке была Унохана, её он отрекомендовал как мастера Кидо высочайшего уровня, с которым лучше без острой необходимости не связываться. А вот последним был Командующий, Ямамото Генрюсай Шигэкуни. В качестве видеоряда была его битва с Укитаке и Къёораку.

И вот на экране Генрюсай достал свой занпакто:

– Обрати всё сущее в пепел, Рюджинджакка! – однако, впечатляет.

– Это у него такой шикай? – с некоторым изумлением в голосе осведомился я.

– Впечатляет, правда? – с улыбкой ответил Айзен, вновь расположившийся в кресле. Картинка на экране начала покрываться помехами, видимо, вследствие накала реацу на поле боя.

– А разве при таком уровне силы занпакто не должен находиться в вечном шикае? Да и команда высвобождения какая-то длинная.

– Так ты заметил? Да, ты прав, это не совсем шикай, вернее, не обычный шикай.

– М? – любит же Айзен делать паузы, однако, должен признать, интонацией он выражать свои мысли умеет великолепно.

– Проблема шикая Рюджинджакки в том, что он слишком опасен. Согласись, довольно неудобно жить, когда всё вокруг горит и плавится, в том числе и твои подчинённые, – ещё одна улыбка. – В результате, Командующему пришлось пойти на некоторую хитрость. Его трость – это особый барьер, потребляющий огромное количество реацу и сдерживающий разрушительную силу Рюджинджакки.

– Как глазная повязка у Зараки Кенпачи?

– Почти, – по загадочной улыбке и тону Айзена было ясно, что дальше он ничего объяснять не намерен. Может, и сам не знает – как я понимаю, Командующий вообще редко обнажает свой занпакто, а уж банкай и вовсе, скорее всего, за последние двести лет ни разу не использовал. Правда, как он при этом поддерживает форму? Или у него есть закрытый тренировочный полигон, вдобавок к тому – экранированный? Вполне возможно…

– С ним будет сложно драться, – задумчиво заметил я, когда запись прервалась. – Разве что Баррагана пустить, против его силы огонь малоэффективен.

– На этот счёт не волнуйся, у меня уже есть план по нейтрализации Командующего, – Соске наполнил свою чашку свежей порцией кофе из кофейника, так же как и чашка, стоящего на столике возле кресла.

– Могу я его узнать?

– Не сейчас, – глоток кофе.

– Ясно, – я положил руки на подлокотники кресла, готовясь встать. – На сегодня, как я понимаю, всё?

– Да. И если тебя не затруднит, когда будешь уходить, передай Тоусену, что я хочу его видеть. Он сейчас в малом зале.

– Как скажешь, – я встал и, не оборачиваясь, вышел из комнаты. Айзен мог бы и не говорить, где находится Тоусен, я и так охватывал своим радиусом чувствительности весь Лас Ночес. Но сейчас меня волновало другое.

– Мурамаса?

– Да, господин? – мгновенно пришёл мысленный отклик от меча.

– Ты всё узнал?

– Да.

– Рассказывай.

– Сейчас наблюдения за Куросаки Ичиго практически нет, Гарганта работает на совершенно других принципах, нежели Разделитель Миров, и через неё крайне сложно осуществить передачу данных из мира живых в Хоэко Мундо. К тому же раньше Айзен пользовался оборудованием двенадцатого отряда, а сейчас, несмотря на сделанные запасы, с техникой куда сложнее.

– А про мой контакт с Ичиго Айзену известно?

– Нет, но он подумывает сам спровоцировать этот контакт.

– Ясно… Что-то ещё узнать удалось?

– Нет. Я и так потратил почти всю доступную реацу, вдобавок теперь несколько месяцев буду неспособен воздействовать на другие занпакто. Къёко Суйгецу очень силён. Остаться незамеченным было крайне трудно, – голос меча был уставшим и даже измождённым, и я почти не ощущал в себе реацу синигами.

– Но ты справился. Спасибо, Мурамаса, – в ответ пришёл мысленный усталый кивок. Интересное ощущение.

Итак, Мурамасе удалось. Хоть риск и был очень велик, но он справился, хоть и не без последствий.

Занпакто синигами знает всё о своём синигами, а Мурамаса, в свою очередь, способен управлять другими занпакто, либо подчиняя их грубой силой, либо играя с их чувствами и стремлениями в тех случаях, когда одной грубой силы мало. Къёко Суйгецу, конечно, не из тех, кого можно обмануть или, тем более, подчинить на хоть сколько-нибудь долгий срок. Но ведь проникая в души других занпакто, Мурамаса узнаёт их чувства и стремления, а также получает доступ к памяти, и вот это-то мне и было сейчас нужно. Ведь как я уже сказал, занпакто знает всё о своём синигами. А узнать, насколько плотно опекается сейчас Ичиго, мне было необходимо. Просто если вспомнить возможности наблюдения у Айзена в каноне, то в дрожь бросает. Он ведь даже запечатлел и показал Эспаде, как Ичиго, Исида и Садо бегут к Лас Ночес, ещё до того, как к ним присоединились Рукия и Рейнджи. То есть практически сразу после открытия Гарганты Ичиго уже находился под колпаком. А если он может с такой лёгкостью наблюдать за Куросаки, то, значит, более чем способен отслеживать действия любого из членов Эспады, и конкретно – мои. Вот поэтому я и дал Мурамасе это рискованное задание – узнать разведывательный потенциал бывшего капитана пятого отряда. А так как Ичиго занимает в планах Айзена особое место, то и наблюдение за ним должно быть самым плотным. К сожалению, прочесть всю память у настолько сильного занпакто даже теоретически невозможно, так что приходится Мурамасе сосредотачиваться на какой-то конкретной цели. Остаётся надеяться, что я не ошибся в расчётах и для Айзена я не стал более интересной целью, нежели Ичиго. А ещё – что проблемы с оборудованием относятся также и к Хоэко Мундо.

За размышлениями я дошёл до малого тренировочного зала, Тоусен был здесь и сейчас как раз тренировался, отрабатывая удары катаной.

– Эй, Тоусен! – окликнул я бывшего капитана, не особо заботясь о вежливости. Тоусен не то чтобы мне не нравился – я относился к нему никак, он не представлял для меня ни интереса, ни опасности, а следовательно, и отношения у меня с ним были соответствующими.

– Чем обязан, Алукард-сан? – не прерывая тренировку, отозвался смуглокожий слепец.

– Тебя хотел видеть Айзен…

– Айзен-сама, – тут же поправил меня Канамэ.

– Как тебе угодно, – я развернулся, спорить с Тоусеном о субординации не было никакого желания.

Кабинет Айзена, парой минут ранее:

– В чём дело, Къёко Суйгецу? – клинок с зелёной рукоятью плавно покинул ножны.

– …

– Вот как? Интересно…

– …

– Хм… Всё-таки Мурамаса силён, как и его хозяин. Но не думаю, что стоит об этом беспокоиться.

– …

– Согласен, – шелест входящего в ножны клинка и тихий щелчок. На лице говорившего появилась лёгкая улыбка. – Кто же ты такой, Алукард?

***

Прошло уже больше двух недель с того момента, как я заказал у Заэля персональный гигай. Гигаи для моих фракционов он уже давно подготовил, и они дожидались своего часа в моём особняке. И вот сейчас я в очередной раз пришёл в вотчину учёного поинтересоваться ходом работ. Заэль-Аппоро Гранц обнаружился в главной лаборатории, вид у него был… своеобразный. Чистая лаборатория, везде точные приборы, стерильность, лаборатория изолирована от окружающего мира так, чтобы даже реацу сюда не проникала. И посреди всего этого – лохматый, нечёсаный розоволосый мужик в заляпанном кровью и чёрт знает чем ещё фартуке, с горящими безумным огоньком глазами и сумасшедшей улыбкой. При моём появлении он как раз, с этой самой улыбкой, перебирал помещённые в пробирки образцы.

Подойдя ближе, старательно топая и дождавшись, когда увлёкшийся учёный меня заметит, я обозначил вопрос приподниманием левой брови. Заэль резко спал с лица.

– В… всё готово, господин Алукард. Я как раз закончил. Прошу за мной, – и он, поспешно положив пробирку на место, заспешил в сторону хранилища. Я молча последовал за ним.

– Вот! Это моё лучшее произведение! Идеально проводящий гигай, не заглушает чувствительность, способен регенерировать за счёт реацу носителя, также есть функция изменения внешности, на случай если Вам будет нужно замаскироваться от взгляда случайных знакомых, по умолчанию подстраивается под Вашу внешность. Из минусов: не маскирует реацу, но это Вам, как я понимаю, и так не нужно, а также в нём невозможно использование ресуррексиона, просто не выдержит. Надеюсь, Вы довольны? – Заэль, очевидно, нервничал, непроизвольно спрятав за спину руку, которую я ему уже однажды оторвал.

– Вполне, – я внимательно изучил гигай на наличие дополнительных сюрпризов. – Хорошая работа, Заэль. Кстати, – я перевёл задумчивый взгляд на учёного. – Почему, кроме тебя, в лабораториях никто не работает?

– Понимаете, господин Алукард… – Заэль собрался, подыскивая слова. – Это довольно большая проблема, среди арранкаров очень мало тех, кто вообще способен заниматься наукой. Я имею в виду минимально необходимую сдержанность и усидчивость. И все они либо в Эспаде, либо во фракциях. Но даже среди них нет тех, кого бы интересовала наука. Я в этом отношении, можно сказать, уникален, так как любил эксперименты ещё в бытность обычным пустым.

– Ясно. Однако в таких условиях нам никогда не создать хоть что-то равнозначное Сэйрэйтэйскому Бюро Технологических Разработок. А отставание в науке – это отставание во всём.

– О! Вы очень правы! – глаза арранкара загорелись, на это я и рассчитывал. – Нам просто необходимо создать собственную организацию, занимающуюся развитием науки! И дело даже не в новых исследованиях и разработках. Существует много рутинных операций, которые требуют предельного внимания и точности исполнения, то есть однотонная, не слишком интеллектуальная работа, тем не менее, нуждающаяся в аккуратности! А мне сейчас просто некого на неё поставить! Всё приходится делать самому! А это потеря времени – и в результате опять отставание! А опасные эксперименты? У меня же нет ни одного лаборанта, которого можно без опаски в этом использовать. Всё же приходится делать с риском для себя!

– А ты не думал заняться поиском подходящих пустых, которые после превращения смогли бы быть полезны именно в качестве помощников и ассистентов?

– Но ведь пустых и так ищут, а если этим стану заниматься ещё и я, то времени на работу совсем не останется, – Заэль с тоской развёл руками.

– Однако сейчас пустых ищут по принципу силы, многих, чей уровень реацу недостаточен, просто игнорируют. Но ведь умный пустой – не обязательно сильный, ведь чтобы увеличить силу, нужно заниматься целенаправленной и постоянной охотой на других. А, насколько я понимаю, учёным такое поведение не слишком соответствует, – глаза Заэля изумлённо расширились, похоже, такая мысль ему в голову не приходила.

– Господин Алукард, вы правы, – медленно произнёс арранкар. – Вы, безусловно, правы! Ведь чтобы иметь нужный склад ума, не обязательно быть адьюкасом! Ведь… Ведь получается… Можно искать даже среди низших пустых! Тех, которые ещё помнят свою человеческую жизнь! Это же так просто! – учёный тряхнул головой. – Благодарю вас, господин Алукард, сейчас Вы мне очень помогли. А теперь прошу меня простить, если я Вам больше не нужен, мне нужно срочно бежать.

– Конечно. Удачи в поисках.

– Да-да, благодарю… – Заэль уже уносился куда-то по коридору, от переизбытка чувств даже забыв закрыть дверь в хранилище.

Проводив его лёгкой улыбкой, я подхватил гигай и направился к себе в особняк. Можно не сомневаться, скоро в Лас Ночес появится собственное Бюро Технологических Разработок. Заэль – энтузиаст своего дела, так что справится.

– Кин, Сёри, берите свои гигаи, мы уходим.

– Да, господин, – Сёри, умница, без всяких вопросов склонила голову в поклоне и тут же пошла к себе за искусственным телом.

– Простите, господин… А куда мы идём? – не удержалась от вопроса Кин, впрочем, тоже встав с диванчика и начав неуверенное движение в свою комнату.

– В мир живых, нужно сделать кое-какие покупки, – глаза девушки загорелись, и она, робко улыбнувшись, упорхнула к себе.

С Айзеном я этот вопрос уже решил. У него была в собственности какая-то фирма, через которую он закупал в мире живых оборудование и вообще всё необходимое, что нельзя было достать в Обществе Душ. Где он брал деньги и сколько времени существует фирма, я не узнал, но то, что лет двадцать точно – это факт. Хотя всё это для меня было не особо и важно.

Из Гарганты мы вышли в небе над заранее примеченным мной строящимся зданием, стройка по какой-то причине застопорилась, и работы не велись, а на верхних этажах я ещё в прошлый визит подготовил необходимые для хождения по миру живых мелочи, вроде одежды и обуви. С момента моего прошлого визита уровень реацу в окружающем мире заметно упал, но в целом оставался достаточно комфортным.

Взглянув на своих фракционов, что увлечённо разглядывали всё, до чего доставал взгляд, разве что с разной степенью энтузиазма, я слегка улыбнулся. В очередной раз поражаюсь возможностям Хоугиоку и Айзена – передо мной сейчас были не закалённые в боях с себе подобными пустые, а две самые обычные девчонки, которых отец или любимый дедушка повёл в парк развлечений. И как Айзен только такого добился?

– Гигаи не уроните, – хмыкнул я, заставив Кин вздрогнуть и покрепче сжать едва не выпущенный из рук гигай. – Пойдём, у нас не так много времени, тем более оно здесь течёт медленнее, чем в Хоэко Мундо, – девушки с готовностью кивнули, слегка покрывшись румянцем, на что я в очередной раз улыбнулся и ушёл в нарочито медленное сонидо.

После того, как мы влезли в гигаи и оделись так, чтобы не привлекать лишнего внимания, пришла пора прогулок. Девочки были счастливы, а уж когда получили по мороженому – вообще впали в нирвану, всё-таки в Лас Ночес с разнообразием кухни пока туго. Я же внимательно сканировал город, периодически отвечая на сыплющиеся на меня со стороны Кин вопросы. Сёри, как обычно, всё больше молчала и слушала.

Заэль хорошо сработал, своих фракционов я едва ощущал, и это при том, что дальше одного метра они от меня не отходили. Они, конечно, и раньше неплохо скрывали реацу, особенно на общем уровне арранкаров, но теперь, в таких экранирующих гигаях, их даже капитаны не почувствуют, что меня изрядно радовало. Мой гигай тоже, в целом, был неплох, хотя некоторый дискомфорт всё же доставлял, но это мелочи. В городе, по моим ощущениям, обнаружилось несколько мелких пустых и десятка два призраков, парочка из которых имела весьма неплохую реацу, для обычных духов, естественно, синигами же, как и в прошлый раз, я не почувствовал.

Потом были магазины, благо недостатка в деньгах я не испытывал, спасибо Айзену. Ничего существенного и крупногабаритного я не покупал, в конце концов, я теперь сюда хоть каждый день могу наведываться. Так, несколько книг, пару мелких и полезных в хозяйстве вещей, вроде часов и фотоаппарата, ну и продукты. Последних оказалось по объёму больше всего, и тут даже на Сёри с Кин особо не свалишь, ибо они-то как раз ничего выбрать не могли, так как банально не знали, что есть что и зачем оно нужно, а я всё-таки изрядно соскучился по возможности чувствовать вкус. И это ещё очень мягко сказано.

Как бы то ни было, компанией мы всё же были приметной. Как несложно догадаться – благодаря моим фракционам. К счастью, я это заранее учёл при выборе одежды, когда воровал её в прошлый визит. Так что выглядели мы как компания туристов, и должен признать, заподозрить в нас кого-то другого было практически невозможно – уж очень эмоционально девочки разглядывали город, что меня вполне устраивало.

В этот день я впервые с того момента, как очнулся в этом мире, почувствовал себя обычным человеком. Очень странное ощущение. И, к удивлению, приятное. Я даже не ожидал, что происходящее на меня так подействует. Впрочем… Всё закономерно. Ведь даже бессмертным время от времени нужен психологический отдых. Но даже в самый разгар окутавшей меня нирваны у меня не возникло мыслей об уходе из Лас Ночес.

Город мы покидали вечером, под яркий свет заката.

– Хирьюгекизоку Шинтен Райхо, – поток голубого света и яростно сверкающих молний устремился ко мне. Я поднял правую руку. Вспышка. Обжигающий, яростный поток врезался в мою ладонь, какую-то секунду мне удавалось сдерживать его, но потом он перехлестнул через пальцы и, словно упругая струя воды, окатил моё тело. Было больно, иеро с шипением поддавалось, одежда начала тлеть, а на коже вспыхивали ожоги, я чувствовал, как мои ноги медленно скользят по песку, оставляя глубокие рытвины. Наконец, через несколько очень долгих секунд, Кидо прервалось. Правая рука представляла собой страшное зрелище – кожа полностью выгорела, оголив мышцы, ладонь сгорела до костей, про одежду и говорить нечего.

– Весьма впечатляет, – произнёс Айзен, разглядывая мою руку. – В моём исполнении это Хадо убило бы большинство капитанов, даже если бы они попробовали его как-то заблокировать, а ты отделался всего лишь ожогом, при том, что полностью принял весь удар на себя.

– Это, безусловно, радует, – грустно хмыкнул я, наблюдая, как рука стремительно регенерирует. Уже через минуту от ожогов не останется и следа.

– Откуда такой пессимизм, Алукард? – со своей загадочной полуулыбкой вскинул бровь Айзен. – Арранкары во всём превосходят синигами, у капитанов не будет никаких шансов.

– Сказал синигами и капитан, способный в одиночку вырезать всех существующих арранкаров, – полным ехидства голосом ответил я.

– Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха. Ну, я особый случай, – уже совсем иначе улыбнулся Айзен. – Да и нет в Обществе Душ больше таких, как я.

– Угу, и Ямамото Генрюсай – просто трёхлетняя девочка с косичками, собирающая цветочки в окрестностях Руконгая, а нулевой отряд – вообще бригада сантехников.

– На тебя плохо влияют посещения мира живых.

– Да я был-то там всего пару раз, – хотя, на самом деле, уже раз десять. После того, как Заэль доделал мой гигай, я почти неделю не вылезал из мира живых, таская с собой и Кин с Сёри. Зато теперь мой особняк в Лас Ночес был наиболее обжитым и комфортным.

– Этого, как видно, хватило.

Мы находились примерно за сотню километров от Лас Ночес – Айзен решил, что дальнейшее обучение лучше проводить вдали от посторонних глаз, к тому же помимо занятий Кидо мы начали проводить тренировочные поединки, а уж их видеть остальным обитателям Лас Ночес точно не стоило. Хоть я всё ещё не мог составить ему достойную конкуренцию в бою, но благодаря регенерации был практически идеальным спарринг-партнёром, против которого можно работать серьёзно, без опаски случайно убить. Впрочем, эпических битв, как в первый раз, мы не устраивали, и остальные арранкары могли спать спокойно.

– И всё же. Несмотря на большую силу, подавляющее число арранкаров значительно уступают капитанам в опыте. И это проблема.

– Хм… Да, тут ты прав. Но время у нас ещё есть. Продолжим? – Айзен улыбнулся и поднял Къёко Суйгецу на уровень груди.

– Естественно, – я вернул улыбку и мгновенно ушёл в сонидо, атакуя Айзена со спины.

Мурамасу со звоном встретил жёсткий блок, и Соске без всякого видимого усилия, лёгким доворотом кисти, отбросил меня на пару метров.

– Бьякурай, – молнию я принял на клинок, одновременно запуская в Айзена Серо с левой руки. И тут же сонидо, выходя из-под удара занпакто. Чёрно-красный луч реацу достигает места, где только что стоял Айзен. Взрыв…

– Ты делаешь успехи, – задумчиво произнёс Айзен, рассматривая лёгкую рану на своём плече, кровь из которой уже успела прилично пропитать рукав.

– Учитывая твою манеру обучения, это не удивительно, – ответил я, поглощая окружающие духовные частицы и заращивая дыру в боку. Всё-таки вчистую я его достать ещё не мог.

– Я бы не стал называть это манерой обучения. Ты просто никак не умрёшь.

– А ты пытаешься меня убить?

– Конечно, – Айзен изобразил одну из своих любимых загадочно-многозначительных улыбок. – Ведь это даёт наибольший эффект.

– Ты просто милейшей души человек, – хмыкнул я, поправив восстановившийся плащ.

– Хм… – поднесённая к ране правая рука Соске осветилась зеленоватой реацу, а через миг на месте раны вновь красовалась чистая белая ткань рукава.

– Кстати. Я всё хотел узнать, насколько широки мои полномочия в отношении остальных членов Эспады?

– У тебя есть какие-то планы?

– Хочу проверить их возможности. И подтянуть, естественно.

– И кого же?

– Тия, Нел, может быть, Гриммджоу, он, по-моему, вообще единственный, кроме меня, кто серьёзно занят тренировками. Про остальных мне сложно судить.

– Ну, насколько я знаю, твои отношения с Нел и Тией и так достаточно хороши, вряд ли они откажутся составить тебе компанию, а Гриммджоу так и вообще будет только рад с тобой подраться.

– Это так, но всё же, как широко я могу приказывать другим членам Эспады? – Айзен убрал в ножны Къёко Суйгецу и перевёл взгляд на далёкие барханы.

– Ты Примера… – заговорил он спустя секунд тридцать. – Так что в любых разумных пределах.

– Ясно, благодарю.

– Не за что, – поведя плечами и переведя бесстрастный взгляд на меня, Айзен объявил: – На сегодня, пожалуй, закончим. Ты идёшь?

– Прогуляюсь.

– Понятно, – Соске улыбнулся своей фирменной улыбкой. – Удачных поисков, – и ушёл в сюмпо.

– Спасибо, – ответил я вслед стремительно удаляющейся реацу. Постояв пару минут, я вздохнул и направился в сторону от места тренировки.

– Мурамаса, ты разобрался в способностях наших «гончих»?

– Да. Они очень тонко чувствуют реацу, способны улавливать её на огромных расстояниях и определять по ней силы и способности противников, – пришёл спокойный ответ занпакто.

– Но ведь Нел реацу не очень-то и скрывала, причём же здесь тонкость?

– Слишком разный уровень и качество силы. Они всего лишь адьюкасы, причём далеко не самые сильные, а Неллиель Ту Одершванк – одна из сильнейших арранкаров. Про уровень интеллекта конкретно этих пустых я вообще молчу.

– Ясно, – я задумался. – Ты сможешь их мне подчинить?

– Да. Но для этого ты должен использовать ресуррексион, мне нужно получить контроль над твоей реацу пустого, а это возможно только в нём.

– Как много времени займёт процесс?

– Секунд десять, и то только потому, что они не занпакто.

– Хорошо. Только отойду подальше, – занпакто во внутреннем мире согласно кивнул.

Сонидо…

– Приступай, – мысленно произнёс я примерно через час непрерывного движения в сонидо, обнажив клинок и влив в него свою реацу пустого. – Шепчи, Мурамаса!

Вокруг тела поднялся вихрь реацу, почти сразу принявший вид огромного закручивающегося чёрного столба, упирающегося в небо. Вокруг бушевала настоящая песчаная буря, расходясь от меня во все стороны. Редкие верхушки белых деревьев, выходящие на поверхность из Леса Меносов, смело почти мгновенно. Где-то внизу, под слоем песка, начали массово погибать пустые, не выдерживая духовного давления. Когда своеобразный кокон из плотной чёрной реацу, обрамлённой красным светом, спал, я стоял в воздухе, а внизу была глубокая и широкая воронка, упирающаяся дном в ветви подземных деревьев-колонн. Восхитительное ощущение силы переполняло каждую клеточку тела. Даже страшно представить, во что я превращусь, когда достигну Сегунда Этапа или Банкая.

Не без труда подавив нахлынувшее чувство эйфории, я приступил к сокрытию реацу, а было это непросто. Слишком уж много её вырывалось, да и скорость её циркуляции возросла чуть ли не на порядок. Ветер, бьющий от меня во все стороны, постепенно утих. Красноватая плёнка вырывающейся из тела реацу начала меркнуть, и наконец – полностью исчезла. Маскировка вновь полностью скрыла мою духовную энергию от мира, и я облегчённо вздохнул.

– Мурамаса?

– Я закончил, – меч слегка потеплел, и спустя секунду под небом Хоэко Мундо материализовался мой занпакто. – Теперь они – продолжение твоей силы пустого, материализовать их можно так же, как и меня, – он достал правую руку из кармана и выставил её перед собой, плавно раскрыв ладонь. Фиолетовая вспышка – и в воздухе начинают проявляться две чёрные фигуры.

Собакоподобные пустые полностью материализовались и преданно уставились на меня. Разума в них я по-прежнему не чувствовал, одни инстинкты, или даже программы поведения, но вот контроль ощущался прекрасно. А через миг ощущаемая картина мира резко увеличилась на порядок. Я, будучи сильнейшим в Эспаде, и так обладал огромным радиусом чувствительности, но то, что я получил сейчас, превосходило его, как восприятие старого и сильного адьюкаса превосходит восприятие скороспелого гиллиана. Я ощущал всех пустых на сотни километров вокруг, чувствовал их реацу, различал её вкус и аромат, и благодаря этому точно мог сказать, кто из них на что способен. Это было восхитительно. Невероятное чувство осведомлённости и контроля за окружающим пространством. Из глубины памяти всплыла ассоциация с отключением «тумана войны» в стратегической игре и одновременным открытием всей карты. Если бы только…

– Мурамаса, скажи, а как далеко они могут от меня отходить? И обязателен ли ресуррексион для их материализации?

– Всё так же, как и со мной, – бесстрастно ответил занпакто. – Пока у них будет реацу, они способны неограниченное время существовать на любом расстоянии от тебя, и ресуррексион не обязателен, просто, являясь продолжением твоей силы, они сами будут сильнее, когда ты в ресуррексионе. Потратив всю реацу или будучи убиты, они вернутся в твой внутренний мир, на сторону силы пустого. Ну и пока они достаточно близко, они способны черпать реацу из тебя.

– Ясно. А что с радиусом чувствительности? Неужели они и раньше видели всё так?

– Разумеется, нет, просто их способности наложились на твой уровень силы и пришли в соответствие. Это касается и боевых качеств – пусть они и выглядят сейчас как обычные адьюкасы, но по силам не уступают арранкарам уровня Эспады.

– Любопытно, – я с новым интересом осмотрел «гончих». А что? Неплохое название, как-никак своих имён у них нет, как и личностей. – Они могут вместе с собой затащить в мой внутренний мир кого-то другого?

– Если его сила не будет превышать их собственную на момент процесса.

– Прекрасно, – моё лицо непроизвольно расплылось в улыбке. – А пожирать других пустых они способны?

– Да. Но так они будут только восполнять свои потери в реацу, ты от этого получишь не больше трети от вытянутой из жертвы реацу и сущности, причём использовать Полное Поглощение они неспособны.

– Почему?

– Если бы я попытался им его дать, то это значительно урезало бы их собственные способности к сенсорике, а тебе, как я понимаю, это не нужно.

– Понятно, – действительно, гораздо полезней иметь таких разведчиков, чем получить двух полуслепых охотников. Свою силу я смогу увеличить и сам, а вот иметь реальный шанс найти в бесконечности Хоэко Мундо кое-кого мне будет очень полезно. Тем более затащить в мой внутренний мир они всё же способны, а уже там я вполне могу полностью поглотить особо ценную жертву. – Что ж, всё правильно. Ты прекрасно справился, Мурамаса, спасибо, – занпакто коротко и с достоинством кивнул. – Ну, а теперь можно немного и поохотиться, ты не возражаешь?

– Хочешь поглотить тех трёх адьюкасов, что находятся в радиусе нашего восприятия, или поведёшь их в Лас Ночес?

– Поглощу, слишком грубая и хаотичная у них реацу, из таких получатся только идиоты вроде Ноиторры, – ответил я, с новым удовольствием отмечая появившиеся возможности. Раньше я и мечтать не мог, чтобы так точно судить о характере пустого по одному привкусу реацу. Интересно, чтобы я сейчас смог сказать про Заэля? Надо будет обязательно выяснить. Да и других «коллег» арранкаров «обнюхать», хе-хе…

– Я лучше вернусь во внутренний мир, там мне будет проще переносить применение Полного Поглощения. Да и местный пейзаж мне не нравится.

– Полное Поглощение для тебя болезненно? – изумлённо вскинул брови я.

– Нет. Не само по себе. Просто резкое изменение отношения пропорций силы синигами и пустого в сторону увеличения последнего вызывает у меня нечто вроде апатии.

– Ясно. Но ты не против, чтобы я его применял?

– Конечно нет, я твой занпакто, и чем ты сильнее – тем лучше для меня. Просто мне действительно не нравится эта пустыня.

– Хорошо, тогда отдыхай, ещё раз благодарю за помощь, – Мурамаса молча поклонился, и его фигура истаяла в воздухе. – Ну а вы – за мной. Давно я что-то не ел адьюкасов…

Гончие с готовностью защёлкали челюстями масок-черепов и стали с нетерпением переминаться. Кровожадно оскалившись, улыбкой настоящего Алукарда, я, не отменяя ресуррексион, шагнул к ближайшему намеченному в качестве жертвы адьюкасу, переходя в сонидо. Он был в двухстах с лишним километрах от меня…

Истошный вой адьюкаса захлебнулся, процесс поглощения был завершён, и внутри появилось приятное чувство напряжения, чем-то отдалённо напоминающее сытость. Чувство увеличения собственного могущества. Это уже был десятый адьюкас, съеденный мной за время «прогулки». Впервые на моей памяти мне удавалось охотиться с такой скоростью и эффективностью, а ведь я до сих пор не встретил ни одной группы.

Вообще, у моих гончих обнаружилась парочка недостатков. Так, например, я сам не обладал их чувствительностью, или нюхом, если это можно так назвать, так что как только гончие уходили от меня на определённое расстояние, «радиус обзора», который я получил с их появлением, исчезал, или, что вернее, возвращался к границам и качеству моего собственного. То же самое происходило, если я отправлял их в свой внутренний мир. Однако я вполне успешно мог ими управлять, мысленно отдавая приказы, даже если они были очень далеко от меня, и получать своеобразные ответы в виде мыслеобразов.

Впрочем, прогулка уже несколько затянулась. Всё необходимое я уже узнал, а дальнейшее увеличение силы за счёт пустых пока может и подождать.

Отправив гончих в свободный поиск необычной по каким бы то ни было параметрам реацу, я открыл гарганту в мир живых, а уже оттуда – прямо к Лас Ночес. Впереди была очередная тренировка фракционов, а там можно будет и к Тие заглянуть, а может, и Нел уже вернётся…

Кин беспокойно вздохнула во сне и плотнее прижалась к моему боку, Сёри почти синхронно повторила её движение с другой стороны, только без вздоха, а я поспешно устранил случайно возникшую утечку реацу в окружающий мир. Прошло около двух месяцев по времени Хоэко Мундо с момента, как я получил своих гончих. Всё это время они носились по пескам, изредка посылая мне мыслеобразы через внутренний мир и уже найдя несколько необычных пустых, но, увы, ничего действительно ценного. Также я всё-таки вытащил Тию и Неллиель в мир живых. Пришлось отдельно для них заказать дополнительные гигаи у Заэля, с функцией сокрытия реацу. Не знаю, как это описать – в целом, девушки, в том числе и фракция Халлибел, которая, естественно, тоже присутствовала, отреагировали в точности как и мои собственные фракционы, разве что Тия вела себя довольно сдержанно, но бурное поведение Нел это полностью компенсировало. В гигаях наша прекрасная половина Лас Ночес смотрелась весьма привлекательно, особенно это касалось Тии, избавившейся на время пребывания в искусственном теле от маски на лице. Ну и, конечно, Нел без маски на макушке изрядно похорошела. Единственным моментом, несколько омрачавшим лично мне прогулку, была необходимость регулярно одёргивать Милу Розу и Апачи. Слишком уж они были скандальной парочкой, Сун-Сун же только масла в огонь подливала, а мир живых – это не Хоэко Мундо, да и люди – существа хрупкие, женского арранкарского скандала могут и не выдержать.

Я аккуратно встал с кровати, чтобы не побеспокоить мох фракционов, которые всё-таки стали моими любовницами, взял одежду и, не оборачиваясь, вышел за дверь. Минуту назад я почувствовал, как реацу фракционов Неллиель начала уменьшаться, а приглядевшись, обнаружил рядом с ними реацу Заэля. За Нел и её фракцией я следил постоянно, всегда на границе сознания отслеживая их местоположение и состояние внутри Лас Ночес. С самими Пеше и Дондочакой я общался мало. Они были из той малой части арранкаров, кого можно назвать полностью адекватными и даже человечными, дураками они, кстати, тоже не являлись, даже близко не стояли с этим определением. А самое главное – были полностью и абсолютно преданны Нел. Наверное, так же французские солдаты могли любить Жанну Д'Арк. Кстати, очень интересное сравнение, если подумать… Правда, Нел французского не знает, я проверял, но мало ли…

Быстро одевшись, я вышел из своего особняка и мгновенно ушёл в сонидо к жилищу Нел. Ноиторра тоже уже был здесь. Встав на крыше одного из строений, я начал наблюдать за происходящим. Заэль был внутри покоев Нел, а Ноиторра меня видеть с такого ракурса не мог. Реацу Пеше и Дондочаки перестало уменьшаться и стабилизировалось на уровне слабого адьюкаса. Хм… А вот и Нел, странно, что она ещё не почувствовала… Вот она приближается к двери. Навстречу к ней от стены отлипает Ноитрорра. Я уже начал подавать реацу для сонидо, но тут из-за спины неожиданно прозвучал спокойный голос Айзена:

– Не стоит туда идти Алукард, – он стоял в нескольких метрах за моей спиной и бесстрастно смотрел на меня, заложив руки в разрезы карманов. Медленно поворачиваюсь вполоборота к нему. Если он здесь, то…

– Это часть твоего плана? – спокойно спрашиваю я, едва сдерживая бушующую внутри реацу. Если всё так, то я ничего не смогу сделать…

– Да, – следует лаконичный ответ-приговор.

– А Нел?

– Не волнуйся за неё, на ней и её фракционах лежит моё кидо, они не умрут, – всё понятно, когда-то я уже рассматривал такой вариант. Уж слишком просто Ноиторра всё провернул, да и его фобия на Нел выглядит уж слишком странно на фоне полного безразличия к Тие.

– Почему Нел?

– Кроме неё некого, – Айзен слегка повёл плечами, одновременно прикрыв глаза, как бы извиняясь. – Хотя ты бы тоже справился с отведённой для неё ролью, но для тебя и так хватит работы.

– И я должен спокойно на это смотреть? – внизу Заэль уже швырнул тела Пеше и Дондочаки под ноги к Нел, и она уже вызвала на бой Ноиторру.

– Да. Но ты можешь убить Ноиторру и Заэля, когда они закончат. И потом я хотел попросить тебя присматривать за Нел, пока она будет небоеспособна.

– Что это значит?

– Скоро увидишь, осталось совсем немного.

Айзен был прав, уже через несколько минут боя Неллиель угодила в заранее подготовленную ловушку, миг, и уродливая секира Ноиторры врезается ей в голову. Я сдержанно прикрываю глаза. Она жива, и добивающего удара не следует.

– Почему ты не отослал меня из Лас Ночес? – я вновь поворачиваюсь к Айзену, так и не изменившему своего положения.

– Это был бы глупый поступок. Ты бы всё равно обо всём догадался, но мне бы уже не доверял.

– А сейчас я тебе доверяю?

– Сейчас у тебя нет причин мне мстить.

– Вот как?

– Я знаю, что вы с Неллиель были довольно близки, но она жива и её жизни ничего не угрожает. А в будущем полученную сегодня рану можно будет и залечить.

– Медицинские техники мне до сих пор даются хуже всего, – уже успокаиваясь, произнёс я, наблюдая, как Заэль с Ноиторрой тащат тела к ближайшему проходу на крышу Лас Ночес.

– Время у нас ещё есть, так что нужным техникам я тебя научу. Я и сам не рад такому ходу, но, к сожалению, никто, кроме неё, действительно не справится с поставленной задачей.

– И что же это за задача?

– Куросаки Ичиго. Неллиель сможет обеспечить его проход в Лас Ночес, когда придёт время. Но, естественно, об этом не стоит распространяться. Кроме тебя, об этом знает только Гин.

– Ясно. Я пойду. Прослежу.

– Хорошо, – произносит Айзен одновременно с хлопком сонидо.

– Как всё прошло? – спросил улыбающийся голос из-за спины хозяина Лас Ночес.

– Не так плохо, как я опасался.

– Но всё же плохо? – лицо Гина отразило лёгкое беспокойство.

– Отнюдь, – Айзен улыбнулся и вполоборота повернулся к Гину. – Алукард в очередной раз доказал, что по праву является Примерой. Полагаю, он полностью понял весь расклад, или почти весь.

– А не слишком ли это опасно, капитан Айзен?

– Хм… Возможно, Гин… Возможно… Но в этом и весь интерес, – взгляд Айзена обратился к далёкому потолку, на его губах играла предвкушающая улыбка.

Вот так и рушатся планы при столкновении с реальностью, обращая в пыль всю кропотливую подготовку и многомесячное ожидание. Действительно, с чего я решил, будто такая вещь, как выкидывание из Эспады третьего номера, может произойти без Его ведома и непосредственного желания? Потому, что это не было чётко освещено в аниме? А с чего я решил, что мои воспоминания полные? Или, куда правильнее будет спросить, почему я, собственно, решил, что всё сказанное в аниме соответствует истине? Конечно, в отличие от канонной истории, Нел сейчас четвёртая, но сути это не меняет, она всё равно остаётся одной из сильнейших арранкаров, причём, что ещё важнее, искренне преданных арранкаров. Ну не могут какая-то восьмёрка и вообще не входящий в Эспаду пустой так спокойно и нагло совершить нечто подобное. С другой стороны, без Неллиель Ичиго ни в жизнь бы не добрался до Лас Ночес, хоть бы лет двести по барханам бегал. Тут и пустые-то не все ориентируются, что уж говорить об этих доморощенных спасителях-малолетках? Нет, определённо, встреча Ичиго с Нел не была случайной, как и все последовавшие за ней события. Итак, Айзену нужен Ичиго, и нужен добравшимся до Лас Ночес, а не потерявшимся где-то в пустыне, более того, в состоянии достаточно целостном, чтобы суметь продолжить прокачку уже здесь. Но Ичиго – дурак. Однако даже если бы он был гением, найти что-то конкретное в Хоэко Мундо – задача далеко не тривиальная и с наскока не решаемая. Вот Айзен и создаёт для Ичиго и компании проводника – такого, которого они точно не убьют, не воспримут для себя угрозой и от компании которого не откажутся. Ведь если подумать, то превратиться в ребёнка при повреждении маски – это что, естественная реакция для всех арранкаров? Что-то сомневаюсь. А значит, тут Айзен тоже поработал. Вполне возможно, что ещё в момент процесса синигамики, уж я-то, по крайней мере, этому не удивлюсь. Ну что ж, красивая комбинация, ничего не скажешь. А уж если вспомнить, сколько раз Нел и её фракционы спасали Ичиго с дружками жизнь уже внутри Лас Ночес… Да… Снимаю несуществующую шляпу. Вот только что мне теперь делать? На Нел у меня были вполне определённые планы, и не только личного характера, от большинства которых теперь придётся отказаться. Ну, Соске, ну удружил…

Впрочем, есть и положительные моменты. Меня, похоже, в очередной раз повысили, по крайней мере, раньше никто, кроме Гина, не знал об особом статусе Ичиго в планах Айзена, да и то сомневаюсь, что Соске доверял Ичимару полный расклад. А вот теперь посвятили и меня. Понять бы только, действительно это положительный момент или мне в срочном порядке нужно валить отсюда в Восточную Европу?

Пока я размышлял, Ноиторра сбросил тела Нел, Пеше и Дондочаки со стены, потом они с Заэлем несколько минут разговаривали и вот сейчас начали уходить. Я с трудом подавил желание прикончить Ноиторру прямо сейчас, хотя очень хотелось шагнуть в сонидо и, выйдя, пробить рукой ему грудную клетку, а после разорвать. Но нельзя. И не из-за Айзена, а потому, что месть – это блюдо, которое следует подавать холодным. Так что с Ноиторрой я разберусь чуть позже, как и с Заэлем, а сейчас есть куда более важное дело.

Реацу Ноиторры скрылось в глубинах Лас Ночес, и я шагнул в сонидо. Песок мягко хрустнул у меня под ногами, и я склонился над завёрнутым в мешковину телом. Нел уже преобразилась – отодвинув край ткани, я смог полюбоваться на залитое кровью лицо маленькой девочки, которой на вид я и трёх лет бы не дал. Роскошные зелёные волосы Нел стали короче, но так и не обратились в те коротенькие кудряшки, что я помнил. По маске шла широкая трещина, через которую выходила реацу, на лице был глубокий шрам, представляющий собой продолжение трещины. Я присел рядом и взял крохотное тело на руки. Реацу в Нел было на удивление мало, и утечка через маску просто не могла дать такой результат за столь короткий промежуток времени, но приглядевшись, я нашёл причину. Айзен, оказывается, озаботился не только внешностью Неллиель, но ещё и запечатал большую часть её реацу, а через маску вытекала как раз таки та, что постоянно вырабатывалась душой девушки. Удивительно. Интересно, смогла бы сотворить нечто подобное Унохана? А ведь кто-то слабее меня и не так хорошо умеющий манипулировать духовной энергией ничего не заметит, сколько бы он не приглядывался и какие бы усилия не предпринимал. Н-дааа…

Моя правая рука осветилась зеленоватой реацу, лечащая техника в этот раз далась на удивление легко, я даже почти не заметил, как её применил. Кровь остановилась, а рана под моими пальцами начала заживать. В этот момент начали шевелиться Пеше с Дондочакой.

– Г… Господин Алукард?.. – запнулся здоровяк, когда его взгляд сосредоточился на мне. Лица обоих представляли собой весьма неприглядное зрелище – открытые раны с целыми пластами вырванной кожи, и только те участки, что и так были свободны от масок, остались более-менее целыми. Но тут он заметил Нел у меня на руках: – ПЕ-ПЕ-ПЕШЕ!.. – взревел Дондочака, поворачиваясь к своему другу.

– Успокойся!!! – остановил тот начавшуюся истерику. – Господин Алукард, она… она жива?

– Да, – спокойно ответил я, мазнув по ним взглядом и переведя его обратно на лицо Нел. Девочка у меня на руках поморщилась и начала приходить в сознание, к счастью, рана уже закрылась.

– Агх… – издала невнятный звук Нел, открыв глаза и поднимая голову. – Где… Где я?.. – она мутным взглядом обвела окрестности. – Кто… Вы такие?.. – лица Пеше и Дондочаки, даже под слоем крови, отразили полный шок и потрясение.

– Она… – медленно выдохнул блондин. – Потеряла свою память?!.. – Нел обхватила ручками голову и зажмурилась.

– Моя голова болит… – едва слышным шёпотом произнесла она и уронила голову мне на руку. В тот же момент моя правая рука легла ей на лоб и опять осветилась зеленоватой реацу. – Хорошо… – прошептала Нел и уснула под действием моей техники.

– Пееешеее!.. – вновь завыл здоровяк.

– Молчи! В такой ситуации… Нам остаётся только… Господин Алукард!..

– Я ничего не могу сделать. Такие повреждения маски – это совсем не мой уровень. Если вы хотите жить, то уходите подальше от Лас Ночес, – я аккуратно уложил Нел на песок и медленно встал. – Мне понадобится несколько лет, чтобы освоить медицинское кидо на таком уровне, чтобы суметь излечить Нел, но… – я поднял правую руку к лицу и стал концентрировать реацу. Я уже не раз пробовал воссоздать свою прежнюю маску. По многим причинам. И мне это, в конце концов, удалось. Всё оказалось очень просто, всего-то и нужно было, что сконцентрировать и уплотнить поверх лица достаточное количество реацу, сопровождая это определённым эмоциональным настроем. Чем-то вроде слегка безумной весёлости, смешанной с жаждой убийства – так сказать, для придачи реацу нужного спектра и тональности. В результате я получал что-то вроде одной десятой ресуррексиона и примитивненькую, но вполне надёжную маскировку, особенно если удастся в будущем разжиться специальным балахоном для безобидного и слегка странного арранкара Тоби. Ведь давно известно, что чтобы тебя не узнали, достаточно сменить причёску и переодеться. Маска прохладной костью легла на лицо, при этом не вызвав никаких вихрей и вспышек реацу, что мне особенно в ней нравилось. Пеше и Дондочака стали первыми, кто увидел на моём лице эту маску, и, очевидно, перепугались. – Не стоит меня бояться. Запомните эту маску, в ней я буду периодически навещать Нел. Никто не должен знать, что Примера Эспада имеет к вам хоть какое-то отношение. Пока я ношу эту маску, меня зовут Тоби, и между нумеросом Тоби и Примерой Алукардом нет ни малейшего сходства. Запомнили? – я упёр хлодный взгляд в две сидящие на песке фигуры.

– Д… Да! Спасибо Вам, Алукард-сама! – Пеше, а затем и Дондочака низко поклонились, уперев лбы в песок.

– Хорошо, а теперь пойдём, кто-нибудь может выйти на стену, – я скинул плащ, завернув в него спящую Нел, снова взял её на руки и зашагал в сторону от Лас Ночес. Сонидо. Потребовался всего один шаг на полной скорости, в маске, чтобы от громады дворца Айзена остались только верхушки главных башен на горизонте. Сложив Нел на песок, я переместился назад – ни Пеше, ни Дондочака ещё долго не будут способны к использованию сонидо – и прихватил их за шкирки, перетащил к Нел. – Здесь мы попрощаемся. Берегите её.

– Да, Алукард-сама! – чуть ли не плача гаркнул Дондочака, Пеше только кивнул. Я ушёл в сонидо.

Остановившись за дальним барханом, я небрежным жестом развеял маску, после чего прикрыл глаза. Сегодня не самый лучший день в моей жизни, что ни говори. Взглянув в сторону, где оставил беженцев, я напитал глаза реацу и в деталях разглядел картинку. Пожалуй, при желании я даже мог бы услышать их разговор, но не стал этого делать. Вздохнув, я вытащил из ножен клинок и сосредоточился. Около двадцати секунд мне потребовалось, чтобы мысленно связаться с одной из гончих, затащить её во внутренний мир и материализовать уже здесь. Сияющие реацу провалы глаз на костяной морде ожидающе уставились на меня.

– Будешь охранять тех троих, – непонятно зачем произнёс я вслух, дублируя то же самое мысленно, с куда большими подробностями и деталями, вплоть до того, что Ичиго и компанию трогать нельзя. Гончая понятливо кивнула и ушла в сонидо – осматривать территорию.

– Мурамаса, ты присмотришь? – медленно вкладываю занпакто в ножны.

– Конечно.

– А ты мог бы сорвать ту печать с её реацу?

– Да. Но сейчас это делать опасно, она может умереть.

– Понятно, – я бросил ещё один взгляд на лежащее вдали маленькое тело Нел.

– Не стоит так переживать, ты же знаешь, что её ждёт… – спустя минуту вновь прозвучал голос занпакто из внутреннего мира.

– О чём ты, Мурамаса? – максимально небрежно ответил я, тряхнув плечами.

– Море начало штормить…

– Ясно. Прости… И ты прав. Мне действительно не стоит из-за этого переживать. Во всём нужно искать положительные стороны, и раз уж я не смог спасти Нел, то… Думаю, уже пришло время навестить одного интересного человека в мире живых.

Перешагнув порог своего особняка, я мрачно оглядел прихожую. Спустя несколько секунд из гостиной появилась встревоженная Кин, а за ней и Сёри. Девочки уже достаточно хорошо меня изучили, чтобы заметить моё состояние, даже при абсолютно равнодушном выражении лица.

– Господин Алукард, что-то случилось? – взволнованно спросила Кин, подходя ближе. Она в этой парочке всегда являлась этаким выразителем общих эмоций и вопросов.

– Хм, – хмыкаю, слегка улыбаясь. – Всё в порядке, котёнок, сейчас уже всё в порядке, – сделав шаг, я взъерошил волосы Кин, а потом, прижав девушку к себе, поцеловал в макушку. – Мне просто нужно немного отдохнуть. Я буду у себя, – и, отстранившись от девушки, я зашагал к лестнице, краем глаза уловив, как Кин с Сёри непонимающе переглядываются.

Поднявшись к себе в спальню и мазнув взглядом по плотно занавешенным окнам и закрытой двери на балкон, я, не разуваясь, лёг на кровать, заложив руки за голову. Пристёгнутый к поясу занпакто нисколько не мешал. Полумрак помещения настраивал на нужный лад, и я вновь и вновь прокручивал в памяти события сегодняшнего утра.

Что бы я ни говорил Мурамасе и девочкам, а на душе было паршиво. Отвратительно чувствовать себя абсолютно беспомощным. Что я мог сделать в тот момент? Плюнуть на слова Айзена и разворотить Ноиторре грудную клетку? Бред. Если бы этот вариант был действительно возможен, то Соске бы там не появился и наблюдал бы всю сцену со своего балкона, попивая кофеёк. Уж я-то успел его изучить, фразу: «Не стоит туда идти, Алукард» дословно можно перевести с айзеновского-многозначительного на обычный человеческий как: «Попробуй только шевельнись – голову оторву», и это ещё будет изрядным преуменьшением прозвучавшей угрозы.

Что? Настоящий мужчина должен защищать своих женщин, и плевать на всё вокруг? ХА! Может, какой-нибудь больной на голову идиот вроде Ичиго так бы и поступил, бросившись спасать Нел от впадения в детство, вот только я не идиот. Достаточно было взглянуть на его лицо, мимику тела и напряжённо бурлящую реацу, чтобы понять, что мне даже шагу ступить не дадут. Может, моё сонидо и быстрее сюмпо Айзена, вот только никаких сомнений в том, что он сумел бы меня остановить, у меня нет. И что, прорываться к Нел силой? С боем и руганью? Да если мы с Соске просто мечи скрестим, не сдерживаясь, половина Лас Ночес вымрет, а уж раненые Пеше с Дондочакой вообще шансов не имеют. Никаких. Им и с Ноиторрой-то сейчас рядом находится опасно. А устрой мы настоящую битву, в полную силу, то тут не только Нел, тут вся Эспада в полном составе по ветру развеется свеженькой золой. Вместе со всем городом. Разве что Барраган выживет, да и то не факт. И то, что я это всё прекрасно осознаю, Айзен тоже понимал, на чём, собственно, и сыграл. Ну и, наконец, главное. Да, на некоторое время я потерял Нел, но она жива и, откровенно говоря, сейчас находится в большей безопасности, нежели в банке с пауками, именуемой Лас Ночес. А когда придёт время, я её верну.

И всё-таки, какая же Айзен сволочь! Но, нужно признать, сволочь гениальная. Как он меня просчитал… И ведь никаких претензий к нему не предъявишь. За что? За то, что Нел получила по голове? Так он, наоборот, своим кидо ей жизнь подстраховал. Или за то, что у Ноиторры к ней уж больно подозрительная «любовь»? Так я и сам до конца не уверен, что это работа Айзена, а не самопальный бзик Ноиторры. Н-да… Как это ни прискорбно, но мне до такого уровня комбинаций ещё далеко, я ведь даже не представляю и половины действий, необходимых для её реализации. А ведь у него всегда так – до последнего момента подготовку заметить невозможно, да и после операций… Вот знаешь, что была она – подготовка, и колоссальная! Но где, когда и что? Никаких улик. Причём целей, судя по всему, было несколько. Первая и очевидная – подготовка к будущему визиту Куросаки, тут всё понятно. Да и моя реакция на эту новость, видимо, тоже представляла интерес, как-никак, Айзен уже не первый раз ненавязчиво указывает мне на этого недосинигами. Вторая – это уже моя проверка, так сказать, на вшивость. И тут Айзен умудряется оценить всё скопом – мою готовность подчиняться, поступаться собственными желаниями, реальное отношение к Нел и, по аналогии, к остальным близким мне арранкарам, проницательность и способность быстро оценить и просчитать ситуацию, а ещё очень скоро он оценит и уровень моей мстительности, на примере Ноиторры и Заэля. В общем, полный расклад. Да-а… По сравнению с таким гроссмейстером чувствуешь себя маленьким ребёнком. А ведь наверняка у этой комбинации было ещё и третье дно, просто я пока не способен его разглядеть…

От мрачных мыслей меня отвлёк едва слышный шелест открывающейся двери. Шесть секунд, кровать чуть скрипит – и мне в правый бок упирается носик Кин, ещё секунда – и то же самое проделывает Сёри, только уже с левым боком. Девушки молчат и не поднимают на меня взгляд, только Кин едва заметно дрожит, и обе норовят прижаться поплотнее. Какие же они в такие моменты милые. И не скажешь, что обе вполне способны претендовать на места в Эспаде с десятого по седьмое. Ни глупых вопросов, ни попыток задушевных бесед. Просто моральная поддержка в самой искренней и незамутнённой форме. Всё-таки мне с ними очень повезло…

***

Стук в дверь застал Тию Халлибел на первом этаже дома, Сун-Сун, Мила Роза и Апачи сидели наверху и листали журналы с одеждой из мира живых, уже который час о чём-то споря. За дверью чувствовались реацу фракционов Алукарда, Сёри и Кин. Слегка удивившись, Тия прошла в прихожую и открыла дверь. Вид тепло улыбающегося Примеры заставил её одновременно обрадоваться, расслабиться и вздрогнуть от напряжения. Последнее время Халлибел начала замечать, что испытывает какое-то странное удовольствие, находясь в обществе Алукарда, но и страх перед Примерой тоже никуда не делся. Эти противоречивые чувства изрядно нервировали Трес Эспаду, но как с ними бороться, она просто не представляла.

– Привет, Тия. Надеюсь, я не помешал? – во взгляде Алукарда промелькнуло что-то похожее на грусть, но тут же пропало.

– Нет, я рада тебя видеть, – честно ответила Халлибел. – Проходи.

– Спасибо, – улыбка Алукарда стала шире. – Я хотел бы попросить тебя о небольшом одолжении. У тебя есть время?

– Да. Что тебе нужно?

– Можешь вместе со своей фракцией прогуляться со мной за пределы Лас Ночес?

– В мир живых?

– Нет, в пустыню. Не волнуйся, ничего опасного для вас не будет. Обещаю.

– … – Тия опять удивилась. Она знала, что Алукард часто покидает Лас Ночес, но в пустыню он обычно уходит с Неллиель или своими фракционами, её же он ещё ни разу не приглашал. – Хорошо, – наконец, ответила девушка, гадая, чем же вызвано это приглашение. Но с вопросами решила подождать, всё равно скоро всё станет ясно.

Много времени сборы не заняли. Фактически, Сун-Сун, Апачи и Миле Розе было достаточно услышать приказ Тии, как они тут же всё бросили, а присутствие Алукарда обеспечило отсутствие обычных склок. И в результате уже через десять минут группа стояла на расстоянии примерно двадцати километров от Лас Ночес, на вершине ничем не примечательного бархана, каковых во все стороны были многие тысячи.

– Думаю, это место подойдёт, – произнёс Алукард, оглядывая окрестности.

– И что здесь? – внутренне холодея от внезапно появившейся догадки, спросила Халлибел.

– Ничего, просто хорошее место для боя, – пожал плечами Примера, заставив сердце Тии зайтись в бешеном темпе. – М? – Алукард обернулся и взглянул ей в глаза. – Тия, ну что ты, в самом деле? Я вроде бы не давал причин для подобных мыслей, – с укором в голосе произнёс мужчина. А Халлибел накрыла волна совершенно противоречивых эмоций, даже идентифицировать которые она была не в состоянии. – Я просто хочу, чтобы вы вшестером атаковали меня в полную силу, поэтому и вывел из Лас Ночес, чтобы ты могла использовать ресуррексион. Сам я бить в ответ не буду.

– Но зачем? – вопрос вырвался помимо воли, но Тия всё же начала успокаиваться, хотя сердце всё ещё сжимало непонятным чувством.

– Воспринимай это как тренировку, – улыбнулся Алукард. – Тебе ведь тоже редко удаётся побить кого-то в полную силу, – Примера исчез со звонким хлопком сонидо и появился в трёх десятках метров впереди. – Кин, Сёри, начинайте.

– Да, Алукард-сама, – два голоса слились в один, а в следующий момент обе девушки достали клинки.

– Пой, Асероскуро.

– Шипи, Гатоскуро.

«Сразу ресуррексион?» – в очередной раз за день удивилась Тия, наблюдая за двумя слившимися вихрями реацу. «А они сильны, точно не слабее Гриммджоу» – отстранённо отметила девушка, наблюдая за поднявшимся ураганом. Красная реацу опала, и спустя миг в Алукарда ударило два удивительно мощных луча Серо, совсем немного уступающих по силе её собственному. Потоки разрушительной реацу мгновенно преодолели расстояние до Примеры, который никак на это не отреагировал, и безвредно стекли по его фигуре, даже не подпалив одежду. «Пожалуй, действительно стоит использовать ресуррексион…» – пришла очередная мысль. «Только зачем ему всё это?..»

***

А всё-таки красивый у Тии ресуррексион. Я, конечно, уже видел её без маски в гигае, но всё равно выглядит она восхитительно, да и грешно мне не любоваться её лицом, если уж есть такая возможность. Всё-таки остатки маски её изрядно портят. Да и сила у неё удивительная, и как только такая могла возникнуть в этой бесконечной пустыне? Хотя… Да… Точно. Такая сила могла появиться только как реакция на нестерпимое желание души Тии изменить этот пустынный мир. Но всё равно удивительно. Честно говоря, я до последнего момента не до конца верил, что Тия способна по собственному желанию создать любое количество воды и столь виртуозно ей управлять. Но она могла, её Ла Гота и Каскада были воистину сильными атаками, а ведь она, совершенно очевидно, крайне мало занималась развитием своих сил. А если бы только занялась… Мммм… Признаться, раньше, опираясь на свои воспоминания, я несколько недоумевал, почему в оригинальной истории Улькиорра считался слабее Тии. Но теперь я понял причину. Возможно, Улькиорра и мог бы её победить, даже скорее всего, но вот само качество его способностей и потенциал были неизмеримо ниже, нежели талант Тии. Силы Улькиорры, большей частью, были вполне стандартными для пустого, и он освоил их в совершенстве, а талант Тии был уникален и, что печально, практически не раскрыт. Однако даже то, что она умела сейчас, всё равно впечатляло. Особенно мне понравился один её приём с Серо – Тия формировала Серо в верхней оконечности своего тараноподобного меча, в который превращался её клинок в ресуррексионе, а когда шар уже был полностью заряжен – поглощала его занпакто и выплёскивала всю энергию Серо в одном взмахе, создавая таким образом атаку, схожую с Гецугой Теншоу Куросаки Ичиго. Только жёлтую и менее упорядоченную, то есть у Ичиго Гецуга имела форму выгнутого правильного полумесяца, а у Тии это был скорее расходящийся в одной плоскости луч. Приём для меня практически бесполезный, но интересный. Фишка этого удара была в том, что такое плоское Серо перемещалось в пространстве значительно быстрее обычного Серо Тии, а следовательно, и противника достигало раньше. Но, увы, за скорость атаки приходилось платить уменьшением мощности в отдельно взятой точке. Бесполезным же для меня он был потому, что моё Серо и так двигалось с предельной для духовных частиц скоростью, и увеличить её ещё больше столь простым методом было нельзя. Хотя, безусловно, приём интересный и освоить его более чем имеет смысл. Кстати, Серо Тии формировалось довольно необычно, по крайней мере, я такого ещё не видел. Обычно Серо формируется из нескольких потоков реацу, выходящих не только непосредственно из руки или иного места, где происходит формирование, но и из потоков, стягивающихся со всего тела. Да и просто разлитая в окружающем мире реацу также участвует, хоть и весьма незначительно. Так вот, обычно эти потоки имеют вид либо прямых линий, втягивающихся в ядро шара, как у простых гилианов, которые довольно существенно зависят от окружающей реацу, либо кривых, втягивающихся в Серо как спираль. А вот у Тии эти потоки имели вид текущих извивающихся ручейков, совсем как обычная вода. И выглядело это довольно красиво, да и мощность радовала.

А вот зверинец у Халлибел разочаровал. Хм, н-да… Зверинец. Простите, девочки, но в ресуррексионе вас по-другому назвать нельзя. Разве что Милу Розу, но она не в моём вкусе… Серо они создавали медленно, очень медленно. Почти как обычные адьюкасы. Мощность их Серо тоже была так себе, хотя цвет реацу у девушек радовал глаз. Но это, пожалуй, было единственной хорошей новостью. Да и не очень-то они старались, особенно Апачи, до сих пор испытывающая по отношению ко мне изрядную робость. А вот кто действительно выкладывался на полную, так это Сёри и Кин, всё-таки их я тренирую регулярно…

– Ла Гота, – спокойно произнесла Тия, отправив в меня очередной уплотнённый сгусток воды, до предела насыщенный разрушительной реацу.

– Бакудо номер тридцать девять, Энкосен, – перед моей вытянутой рукой сформировался круглый желтоватый щит, слегка отдающий краснотой вследствие особенностей моей реацу. Удар… Шит, до предела напитанный равномерно смешанной реацу синигами и пустого, выдержал атаку, способную при прямом попадании даже очень сильного адьюкаса расплескать кровавыми брызгами по барханам. Под моими ногами остались две неглубокие борозды, примерно в шаг длиной. Губы сами собой послали Тие лёгкую улыбку.

Последние несколько минут я практиковался в Бакудо, парируя атаки девушек Энкосеном и собственным щитом реацу, тренировки по созданию которого я не забросил, даже став арранкаром и начав изучать Кидо. Хотя эффективность его оставляла желать лучшего, особенно в сравнении с Данку или особенно любимым Айзеном Шестигранным Барьером, которые, к слову, у меня пока не получались даже с произнесением полного заклинания. Впрочем, фракция Халлибел уже начинала уставать, хотя сама Тия делала успехи, уже несколько раз умудрившись знатно вкопать меня в песок своей Каскадой и соответственно искупать в грязи. Я не поддавался. Честно. Ну почти…

Я опустил руку, и щит Энкосена рассыпался мелкими гаснущими искрами. Лёгкий выброс реацу всем телом, и немногие ещё оставшиеся на мне пятна мокрого песка послушно осыпались с одежды. Сонидо. Тия ещё не успела опустить свой занпакто после атаки, когда я появился перед ней, аккуратно, даже, можно сказать, нежно, зафиксировал её правую руку, обнял девушку за талию и притянул к себе.

– На сегодня хватит, – улыбнулся я, глядя в расширившиеся от неожиданности глаза. А кожа у неё бархатная, просто невероятно приятная на ощупь, даже с учётом иеро. – Ты была великолепна. Спасибо.

– Халлибел-сама!!! – ну вот… Кто бы сомневался, что эти трое стерпят такое непотребное поведение. Ещё бы, какой-то мужик посмел обнимать их обожаемую госпожу. Ох, не бойся они меня так сильно, я бы сейчас узнал много новых, совершенно неожиданных деталей своей биографии и анатомии. По крайней мере, их глаза говорят именно об этом, а также о нестерпимом желании меня разорвать. Ещё два тихих хлопка сонидо, и рядом оказываются Кин и Сёри, обе слегка неодобрительно смотрят на девочек Тии.

– Вам тоже спасибо, красавицы, вот только над скоростью формирования Серо поработать стоит, – одарил я троицу фракционов Халлибел почти такой же улыбкой, что и саму Тию, разве что чуть менее тёплой. И, повернувшись обратно к удерживаемой за талию девушке: – Ты не против сделать такие тренировки регулярными?

– Я не возражаю, но зачем тебе это? – Халлибел смотрела на меня со спокойным интересом, не делая ни малейшей попытки вырваться из объятий или хотя бы показать, что поза для неё неудобна.

– Ну, я мог бы сказать, что это для вашего роста, и это было бы правдой, ведь всегда полезно иметь опыт боёв с противником гораздо сильнее тебя. Но на самом деле главная причина в том, что я просто хочу почаще видеть твоё лицо, – попал! Наконец-то! Броня спокойствия Тии треснула, и на щеках девушки появился лёгкий румянец. Умилительная картина.

То, что маска – её слабость, я уже давно заметил. И такой высокий воротник у её курточки появился далеко не случайно. Как бы странно это ни выглядело, но арранкары тоже могут стесняться. Даже сами зачастую не понимая причин стеснения, да и само это чувство определить далеко не всегда способны. Но остатки человеческой личности всё же время от времени прорываются и принимают форму вот таких невинных маленьких комплексов.

Полюбовавшись лицом девушки ещё несколько секунд, я всё-таки отстранился и выпустил Тию из объятий.

– Возвращаемся в Лас Ночес, – вздохнул я, пряча руки в карманы. – И не надо на меня так смотреть, особенно это касается тебя, Апачи. Если так хочешь, я и тебя с удовольствием обниму и даже поцелую, – девушка с разноцветными глазами издала невнятный панический писк и спряталась за спину Милы Розы. – Ну как хочешь, – улыбнулся я. – Как надумаешь, приходи.

– Алукард, – я повернулся на голос Тии, с её лица уже пропал румянец, и выражение лица стало обычным. – Ты сегодня ни разу не атаковал, но я хочу увидеть хотя бы одну твою атаку. Это важно.

– Вот как?.. – я пару секунд внимательно вглядывался в глаза Тии, пытаясь понять причины подобной просьбы. Не скажу, что у меня это полностью получилось, но… – Хорошо, смотри, – я вынул правую руку из карамана и вытянул её в сторону, противоположную Лас Ночес. Коснувшись мыслью своей гончей, что приглядывала за Нел, я убедился в её местоположении и отсутствии непосредственной опасности. Сёри и Кин, уже понявшие, что я собрался делать, быстро переместились ко мне за спину. – Старайтесь не моргать, до сих пор, кроме меня, это видел только Айзен… – как-то отстранённо произнёс я, выделяя голосом каждое слово. Раз уж Тия попросила, то, пожалуй, нет смысла сдерживаться…

Перед моей ладонью начал формироваться чёрный шар, стремительно увеличиваясь в размерах. Атака должна быть зрелищной и хорошо отложиться в памяти зрителей. Спасибо тебе, Тия, что сама позволила мне провести эту демонстрацию, надеюсь, ты хорошо всё запомнишь, и мне не придётся напоминать… Одна секунда. Шар уже размером с баскетбольный мяч. Две секунды. Теперь он достигает полуметра в диаметре. Я всё ещё скрываю реацу, но того давления, что возникает от готовящейся атаки, уже достаточно, чтобы у Сун-Сун, Апачи и Милы Розы начали дрожать колени. Три секунды. Шар полтора метра. СЕРО! Специально максимально расфокусированный луч под углом в почти сто двадцать градусов в горизонтальной плоскости с характерным звуком накрыл пустыню до самого горизонта. Грохота и взрывов не было. Урагана в месте, где мы стояли, тоже не поднялось. Только в первый миг – удар воздуха в лицо и гул. Непрерывный гул Серо… Через долгие девять секунд реацу, сконцентрированная мной для этой демонстративной атаки, иссякла, и нашему взору предстала панорама Леса Меносов, внезапно лишившегося крыши и тянущегося почти до самого горизонта. На сотни метров в глубину песок, вершины скал и белых деревьев, что ещё оставались целы после нашей тренировки, перестали существовать. Края гигантской впадины были оплавлены и спеклись в стеклоподобную массу. Живых пустых внизу не осталось, да и не было их там почти никого, все разбежались, ещё когда Тия активировала свой ресуррексион. На этот удар я потратил почти сорок процентов своей реацу, хватило бы, чтобы убить Айзена, если бы, конечно, он позволил мне её завершить и любезно постоял на линии огня, что крайне маловероятно.

Песок под ногами начал светиться, переходя в состояние свободных духовных частиц. Пришлось усилием воли подавить самостоятельно активировавшуюся способность. Но, к счастью, никто этого не заметил. Тия, Апачи, Сун-Сун, Мила Роза и даже мои Кин с Сёри, не замечая ничего вокруг, стояли, завороженно глядя на результат моего позёрства. Абсолютно бесполезная в реальной схватке атака как нельзя лучше подошла для демонстрации силы. И не стоит вспоминать, что даже шкура самого обычного адьюкаса испаряется с куда большим трудом, нежели песок пустыни. А в настоящем бою уровня Эспады даже одна секунда – это бездна времени.

– Хм… – прервал затянувшееся молчание я. – Похоже, я несколько перестарался с расфокусировкой луча, да и с вложенной реацу, пожалуй, тоже… – девушки вздрогнули и синхронно повернулись в мою сторону. На лицах зверинца читался откровенный суеверный ужас. В глазах Кин и Сёри, наоборот, сияли благоговейный трепет и обожание. А Тия… На лице Тии застыло выражение безмерного изумления, перемешанного с непониманием. – Ну что вы так на меня смотрите? – грустно усмехнулся я. – Не просто же так мы с Соске уходим тренироваться подальше от Лас Ночес, – имя Айзена я произнёс намеренно, хоть и без малейшего намёка на непочтение или неприязнь в голосе. Пусть привыкают, что для них я – первый после Бога, хе-хе… – Ладно, пойдём. И не забудьте деактивировать свои ресуррексионы, когда подойдём к Лас Ночес…

***

Тия Халлибел шагала рядом с Алукардом, медленно отходя от пережитого шока. По какой-то причине Примера не пожелал использовать для перемещения сонидо, чем вынудил и остальных от него воздержаться, но сейчас это было только к лучшему. Мерный шаг и лёгкий ветерок настраивали на нужный лад и помогали разобраться с бушующими внутри вихрями мыслей и эмоций. Пожалуй, впервые на своей памяти Тия радовалась вечному сумраку Хоэко Мундо, который, наряду с ветром и размеренным движением, успокаивал и помогал собраться с мыслями.

К тому, что она окажется неспособна победить Алукарда, Тия уже давно была готова и другого даже не предполагала. Но реальность оказалась гораздо страшнее. Ведь она не смогла сделать НИЧЕГО! Вообще. Даже используя ресуррексион, даже с помощью фракции! Алукард просто стоял на одном месте и с доброй улыбкой, обращённой к ней, спокойно принимал на себя все удары, не испытывая никаких видимых неудобств. Но самое страшное случилось потом, когда она попросила его показать свою атаку. И он показал… Море ужасающей чёрной реацу, заполнившее собой пустыню до горизонта… И он, так спокойно говорящий, что слегка перестарался… Это было не страшно. Это было даже не жутко. Ощущение непреодолимой бездны… Всё равно, что она, вновь новорождённый адьюкас, повстречала вдруг Вастер Лорда. Пытаться убежать бессмысленно, пробовать сражаться… Невозможно. И паническая мысль: «Неужели тогда, на собрании Эспады, он показал только малую часть своих сил?..» А он… Он, что неизмеримо сильнее… Он… Перед мысленным взором Тии вспыхнуло воспоминание: такие близкие красные глаза и рука, нежно обхватившая её за талию… Его пальцы, едва заметно поглаживающие её кожу… Его слова…

Халлибел зажмурилась, отгоняя наваждение. Но мысли продолжали путаться, и перед внутренним взором раз за разом вставала картина близких красных глаз, перебиваемая панически вспыхнувшим осознанием, что она даже не увидела его ресуррексиона… Сейчас Тия как никогда понимала чувства Апачи и поведение, что та демонстрировала, стоило только Алукарду появиться поблизости, а ведь ей ещё сложнее… Но как же?.. Как же фракция самого Алукарда? Неужели они не испытывают этого пробирающего до дрожи в животе ужаса?! Тия скосила взгляд на шагающих сбоку девушек. Нет, в их глазах не было страха, там стояло то самое, уже давно знакомое ей выражение обожания, что она так часто видела на лицах своих фракционов, и… ещё что-то, чему она не могла подобрать определения. Похожее выражение иногда появлялось у героинь человеческих фильмов, что так пристрастились смотреть её фракционы. Кажется, тот жанр назывался романтика?.. Но ведь они слабее её! Как же они могут, зная об этой бездне, смотреть на него такими глазами? Почему?..

– В чём дело, Тия? – подойдя ближе, задал вопрос Алукард, со своей обычной улыбкой и взглядом, от которых у Тии внутри всё почему-то начало дрожать и отчаянно захотелось спрятаться… Халлибел ещё одним усилием воли подавила вспыхнувшие чувства и ответила в обычной для себя спокойной манере:

– Я задумалась.

– О чём? – очередной вопрос Примеры поставил Халлибел в тупик. Но к счастью, она быстро нашла, что имеет смысл ответить:

– Насколько силён Айзен…

– Ну, если тебе интересно… – Алкард задумался и перевёл взгляд на виднеющиеся вдали вершины башен Лас Ночес, его лицо стало серьёзным. – Если судить по объёму реацу, то он примерно в десять раз сильнее меня… Тия? – Халлибел остановилась, устремив невидящий взгляд в пространство, отказываясь верить в услышанное.

–Но… – медленно произнесла она. – Зачем ему тогда нужны мы?

– Хм… Интересный вопрос, – в красных глазах Примеры вспыхнули странные огоньки неизвестных Тие эмоций, а на губух появилась загадочная улыбка. – Но вот что ты мне ответишь, если я спрошу, зачем тебе нужны твои фракционы?..

***

Гарганта послушно открылась, и я шагнул в пустоту. Под ногами появилась уже привычная красная дорожка, а спустя несколько шагов прорыв в Хоэко Мундо за моей спиной закрылся. Пару секунд я потратил, чтобы не торопясь материализовать на лице маску, как только это произошло, дорожка под ногами расширилась примерно на метр, хотя реацу я держал под полным контролем. Ещё пара секунд, чтобы осмотреть одежду на предмет упущений, всё-таки под ней было моё обычное одеяние Эспады, а светить им было бы неразумно, и я вновь зашагал вперёд. Я решил не выпадать из образа и около недели назад по времени Хоэко Мундо достал-таки себе балахон, похожий на одежду оригинального Тоби из «Наруто», даже облака скопировал, только вот мой балахон был белым с чёрными облаками. Получилось неплохо, если, правда, не обращать внимания на маску – увы, челюсть на ней мало соответствовала образу безобидного существа, но что-то с этим сделать я не мог. Маска не поддавалась волевому изменению формы, а брать искусственную поделку я не хотел, слишком легко разбить и потерять, не говоря уже о надёжности и удобстве ношения. Кстати, моя маска была очень похожа на маску Ичиго, только, в отличие от его маски, являлась полностью чёрной. Исключением были небольшие узоры вокруг глаз, цвета реацу Мурамасы, то есть светло фиолетовые, и по какой-то иронии судьбы вид этих узоров крайне подозрительно повторял тени на лице Орочимару из того же аниме «Наруто». Впрочем, выглядело это неплохо и мне нравилось, возможно, именно из-за моего вкуса раскраска и стала такой, хотя цвета, очевидно, отражали соотношение сил пустого и синигами.

Пространство передо мной медленно раскрылось с характерным звуком разрываемой ткани, и моему взору предстал залитый солнцем город. Каракура. Если судить по солнцу, то сейчас раннее утро. Давно же я тут не был… Произошедший несколько дней назад разговор с Айзеном никак не выходил из головы. Ему в очередной раз удалось меня удивить и поставить в тупик. Иногда создаётся впечатление, что это у него такое хобби – запутать и поставить в тупик всех окружающих, а может, и просто привычка. Впрочем, как бы то ни было, его просьба, которую следует воспринимать как приказ, вполне совпадала с моими собственными планами. Как он там выразился? «Ты единственный, кто сможет, оставаясь на виду, остаться незамеченным, особенно если не станешь снимать свою маску». То, что он знает про маску, меня уже не удивило. И как только Гин может рассчитывать его переиграть? Или надеется, что сто десять лет верной службы усыпят Айзену бдительность? Н-да… Блажен, кто верует…

Последний раз проверив маскировку реацу, я шагнул в проход и, не дожидаясь завершения процесса закрытия гарганты, ушёл в сонидо.

Прежде чем отправляться к дому Ичиго и, соответственно, нарываться на возможную встречу с его папочкой, я решил пройтись по городу, присматриваясь к реацу. Увиденное заставило задуматься. Прежде всего, я обнаружил реацу как самого Ичиго, так и Рукии, а также ещё целую кучу других, мне неизвестных, но явно более высоких, нежели среднестатистический человеческий уровень. Вероятно, две из них принадлежали Садо и Иноуэ, но их реацу я никогда не видел и, следовательно, узнать не мог. Исида, по идее, сейчас почти не излучает, ибо потерял свою силу квинси ещё в обществе душ. Реацу Урахары и Йоруичи я тоже не чувствую. Хоть Урахару я один раз и видел, но в тот момент почувствовать его реацу я не смог, а значит, и сейчас узнать не смогу. Но тут другое – среди всех ощущаемых мной источников духовной энергии нет ни одного, что соответствовал бы капитанам такого уровня, Ичиго не в счёт, а значит, весьма вероятно, что они, как и я, свою реацу успешно скрывают. Думаю, то же касается и Куросаки Иссена. Также в городе присутствует ещё один источник реацу, довольно близкий по уровню к капитану, если судить по объёму Ичиго, но этот неизвестный будет даже слабее рыжего. Ну и остаются ещё несколько относительно слабых источников, три из которых, с довольно странным привкусом, не похожим ни на синигами, ни на пустого, находятся примерно в районе дома Ичиго. Н-да… Информации мало. А для эффектного внедрения она необходима. Впрочем… Я остановился и уставился на игровую площадку, рядом с которой в этот момент проходил. Да, один вариант есть…

Найти Карин по знакомому запаху реацу оказалось несложно. Она как раз сидела на уроках в младшей школе, там же я впервые увидел Юзу. У второй сестрёнки Ичиго и впрямь был довольно низкий уровень духовной энергии, лишь самую малость выше, чем у обычных людей, но для общения с миром духов этого было всё же недостаточно. Хотя потенциал у девочки наверняка был. Подумав пару минут, я решил приколоться, всё равно пора входить в роль. Ох… Только бы этого не увидели в Лас Ночес…

Сбегав до ближайшего магазина, я честно стащил с прилавка понравившийся пакетик чипсов и бутылку минералки, после чего, переместившись обратно, демонстративно встал перед классным окном и начал оные чипсы употреблять, всем видом показывая, что крайне заинтересован лекцией учителя. Кстати говоря, уже давно обнаружил, что если взять небольшой материальный предмет в мире живых и пропитать его своей реацу, то он становится невидимым для обычных людей, хотя действует это только на действительно небольшие предметы и только пока держишь их в руках, такие, как, например, камень или вот пакетик чипсов. Не прошло и минуты, как я боковым зрением заметил ошарашенный взгляд Карин, уткнувшийся в мою фигуру. Выглядел я, наверное, колоритно – высокий мужик в белом балахоне с нарисованными чёрными облаками, страшной маске и непринуждённо висящий в воздухе, при этом челюсти маски спокойно открываются, и туда отправляется очередная порция чипсов… Бедная девочка… Спектакль продолжался минут пять, у меня уже начали заканчиваться чипсы, но я стоически «не замечал» обращённого ко мне ошарашенного взгляда, сама Карин, судя по всему, тоже ничего вокруг уже не замечала. В конце концов, это кончилось тем, что её окликнул учитель, и в момент, когда она отвернулась к нему, я ушёл в сонидо. Первый этап знакомства прошёл нормально, теперь ещё пару раз показаться – и можно будет вступать в контакт и вербовать, а уже потом с её пассивной помощью троллить Ичиго. Какая же я сволочь… Аж самому приятно!

Во время обеденного перерыва, когда все школьники разбрелись кто куда для приёма пищи и компанейских посиделок, я опять показался Карин. Она вместе с сестрой выбралась на крышу и в компании одноклассников, за разговором, начала есть свой обед. Крыша школы по периметру имела довольно высокое ограждение, видимо, для безопасности забирающихся сюда детей. Естественно, на ограждение время от времени садились птицы… Даа… Ну, в общем, сидит себе Карин с друзьями, неторопливо жуёт какой-то пирожок, запивая его чем-то из пластиковой бутылки, и тут, выйдя из за угла, в поле её зрения появляюсь я… Заложив руки за спину, прогулочным шагом иду по крыше, всем видом излучая самозабвенное любование небесами… И тут. Внезапно! Я замечаю птиц. А именно – тройку голубей, что сидели на ограждении и чистили перья. Дальше было страшное… Под внимательным взглядом расширенных в удивлении глаз я мееедленно «подкрался» к ограждению и, задействовав сонидо, чтобы подняться на три метра вверх, со всей заготовленной дури закричал «КАААР!!!» Бутылка в руках Карин с глухим стуком упала на крышу, а я, театрально хихикнув, глядя на разлетающихся голубей, исчез в сонидо.

Следующая и завершающая встреча состоялась уже после школы, когда девочки, отделившись от подруг, пошли домой. Карин буквально тащила Юзу на себе, подозрительно зыркая по сторонам, и что-то вполголоса отвечала в ответ на непонимающие реплики сестры. Всё-таки она умная девочка, подозреваю, что все мозги, отведённые вселенной семейству Куросаки, достались именно ей. В этот раз для своего появления я выбрал пустующую светлую улочку, рядом с магазином, где стояла парочка автоматов с напитками и сладостями. И когда сестры уже должны были на неё свернуть, встал на корточки и полез рукой в отверстие для выдачи купленного товара… Быстрые шаги двух человек… Вот они сворачивают на мою улицу… И резко останавливаются. Тишина…

– Карин-чан, почему мы остановились? – тоненький детский голос Юзу.

– Юзу… Ты его видишь? – пришёл приглушённый и напряжённый шёпот второй девочки.

– Кого?

– Того мужика, что ковыряется в автомате со сладостями, – несколько секунд тишины, я самозабвенно продолжаю делать вид, что что-то пытаюсь достать.

– Нет… Ой, а там и правда крышка шевелится!

– Так, понятно, – напряжённый вдох и несколько быстрых шагов. – ЭЙ! Ты чего творишь?! – интересный подход… Всё-таки нечто общее в семействе Куросаки определённо присутствует. Однако я сделал вид, что не слышу выкрика Карин, и продолжил ковыряться. – Эй! Я к тебе обращаюсь! – а голос-то слегка дрожит, боится девочка, хоть и не видит во мне особой опасности. Ну что ж, можно и ответить. Я поднял голову и прямо посмотрел на Карин.

– Ты видишь Тоби?

– Да, вижу… – Карин чуть отступила, вздрогнув от звука голоса, но тут же взяла себя в руки и продолжила возмущённым тоном: – Ты чего делаешь с автоматом?!

– Автоматом? А! Ты про этот ящик? Тоби хочет сладкого, Тоби любит сладкое! А в таких ящиках оно просто лежит, вот Тоби его и достаёт, – подробно разъяснил я свою позицию провинциального мальчика, с трудом сдерживаясь, чтобы не заржать.

– Ээ… Разве призраки едят сладкое? Ты же призрак, да?

– Я? – я вытащил руку из автомата и задумчиво почесал макушку. – Нет, Тоби не призрак. Тоби этот… Ну, который… Ну как же это?.. Сейчас-сейчас! Тоби помнил…

– Карин-чан, а с кем ты разговариваешь? – подошла к нам Юзу.

– Эм, сама не знаю, он говорит, что он не призрак, но…

– А, вспомнил! – подпрыгнул я, прерывая девочку. – Я всё вспомнил! Я – Тоби! – немая сцена. Судя по лицу девочки, она уже начала жалеть, что со мной связалась. Ладно, поможем преодолеть ступор… – Кстати, а почему ты видишь Тоби? Тоби никто никогда не видит!.. И не слышит…

– Эм… Ну, я давно могу чувствовать и видеть призраков… Так ты призрак или нет? Твоя маска похожа на маски монстров…

– Монстров? – «удивлённо» переспросил я. – А! Ты, наверное, имеешь в виду Пустых? Нет, Тоби не Пустой, Тоби полный! И Тоби не призрак… Наверное… – приняв задумчивую позу, я выразительно поскрёб ногтями маску в районе лба. – Тоби может кушать, а призраки кушать не могут! – спустя пару секунд мудро изрёк я. – И у Тоби нет цепи, даа…

– Но твоя маска… – осторожно произнесла девочка.

– О! Тебе нравится маска Тоби? Тоби рад! У Тоби самая красивая маска в Хоэко Мундо! У брата Тоби, правда, тоже красивая маска, но у Тоби красивее!

– У тебя есть брат?

– Да, только он страшный, постоянно смеётся и лезет драться, Тоби его иногда боится, – доверительно поделился я с девочкой.

– Карин-чан, а о чём вы разговариваете? – вновь подала голос скромно стоящая рядом светловолосая девочка.

– Кхм… Знаешь, Юзу, это сложно пересказать, – замялась Карин, подозрительно сощурившись на меня.

– Ну расскажи-расскажи, – тут же повисла на ней Юзу. Я молча переводил взгляд с одной девочки на другую.

– Хорошо-хорошо, его зовут Тоби, и он… эм… в общем, необычный призрак, со странной маской на лице и… эээ… необычной манерой разговаривать… – Карин, ты прелесть!

– А где он стоит? – детская непосредственность…

– М… Вот, прямо перед тобой, – Карин указала рукой на меня.

– Здравствуйте, Тоби-сан, – традиционно поклонилась Юзу, улыбаясь доброй детской улыбкой. – Вы так сильно любите сладкое? Я не знала, что призраки любят сладкое. Вы хотите?.. Вот у меня тут осталось немного печенья… – девочка с уморительно серьёзным видом залезла в школьный портфель и достала оттуда пакетик с парочкой печенюшек. – Вот! Будете? – ещё одна добрая детская улыбка, и рука с пакетиком протягивается в мою сторону.

Я чуть не прослезился… Такая умилительная картина… А главное, МНЕ предлагают печеньки, как низко я пал! Всё должно быть наоборот! Но какая же она сейчас милая… Теперь я полностью понимаю чувства Ичиго, за такую сестрёнку можно кого угодно порвать. Да блин, я сам кого угодно порву, если этот кто-то попытается обидеть эту чистую девочку! Так, умиляться сейчас нельзя, надо что-то ответить.

– Тоби… так тронут… – аккуратно беру пакет, наблюдая, как улыбка Юзу становится шире. – Тоби любит печеньки. Маленькая добрая девочка спасла Тоби, Тоби счастлив! – я развязал пакетик и, демонстративно зажмурившись, благо мои глаза были вполне видны через отверстия в маске, начал, явно смакуя, специально для Карин, отправлять в рот кусочки печенья.

– Ну как, ему нравится? Он что-нибудь говорит? – тут же пристала к сестре за разъяснениями Юзу.

– А?.. Да, похоже, ему нравится. Он очень тебя благодарит и говорит, что ты его спасла, – провожая печенье до моего рта странным взглядом, ответила Карин.

– Правда?! Я очень рада, Тоби-сан! – ещё раз чуть поклонилась в мою сторону девочка, сияя радостной улыбкой.

– Угум-угум… – промычал я, вытряхивая крошки из пакетика в открытый рот и пережёвывая. – Тоби тоже очень рад. Ой! – с показным ужасом воскликнул я. – Тоби совсем забыл!.. Тоби очень стыыыдно!

– Ээ?.. Ты чего? – отшатнулась Карин.

– Тоби такой невоспитанный, такой грубый! Плохой Тоби! Плохой!

– Эй, ты чего?! Не надо себя бить! Что случилось-то?

– Карин-чан?.. – удивлённо перевела взгляд на сестру Юзу.

– Тоби забыл спросить, как зовут добрых девочек, что так хорошо обошлись с Тоби! – рыдающим голосом, давя внутреннюю истерику, продолжил виниться я. – Тоби плохой! Плохой мальчик! Тоби должен себя наказать! – у Карин дёрнулся глаз. Она глубоко вздохнула, зажмурилась, постояла так несколько секунд и открыла глаза.

– Меня зовут Куросаки Карин, а это моя сестра Куросаки Юзу. И не надо так переживать.

– Ты такая хорошая… Такая добрая… Тоби плакать…

– Ты… Странный… – вполголоса произнесла Карин, с опаской глядя на меня.

– М? – «удивился» я, воззрившись на девочку.

– Ничего.

– Карин-чан, ну о чём вы разговариваете? Мне же тоже интересно!

– Э… Блин, – брюнетка озадаченно почесала затылок. – Это сложно рассказать.

– Да? – Юзу погрустнела. – Жалко, я сама не вижу призраков… – фраза ещё не успела отзвучать, а у меня в голове уже появилась интересная идея. Конечно, это может несколько повлиять на дальнейшие события, но… Но чтобы втереться кому-то в доверие, он должен тебя как минимум видеть или слышать, а тут с этим как раз проблемы… Да и уж больно грустное у неё лицо, проигнорировать просто невозможно, тем более она ещё ребёнок. Так что…

– Ой! А Тоби может помочь! Тоби не уверен, что получится, но Тоби попробует! – с энтузиазмом провозгласил я. И пока Карин не успела ничего сказать, касаюсь пальцем лба Юзу, а в следующий миг передаю девочке самую толику своей реацу синигами, минимально возможное количество, которое способен. Тут действовать пришлось очень аккуратно, так как своей духовной энергии у девочки было совсем мало, а уж в сравнении со мной – так и вообще не было. Так что дай я чуть больше – и мог бы вызвать в лучшем случае перенасыщение с травмированием духовного тела, а вполне возможно, что и смерть.

– Ой, – Юзу схватилась руками за лоб.

– ЭЙ! – тут же встрепенулась Карин, сверкая на меня яростным взглядом. – Ты чего делаешь?!

– Тоби… плохо… – качнувшись на ногах и изобразив потерю ориентации, я свалился на асфальт.

– Карин-чан… А я что-то вижу… – неуверенно произнесла Юзу, растерянно потирая лоб и глядя на меня.

– Видишь?..

– Да, только плохо, какое-то белое пятно…

– Ура, у Тоби получилось! – возликовал я, садясь на асфальте. – Тоби герой! Тоби… – я замолчал и медленно обхватил руками живот. – Опять хочет кушать…

– Ой! Я, кажется, слышу. Слышу! Карин-чан, я его слышу! – радостно заулыбалась девочка и вдруг резко состроила серьёзную мордашку и поднесла указательный палец к губам. – Значит, Тоби-сан сделал что-то, чтобы я смогла его видеть, и поэтому проголодался… – забавно хмуря лобик, поделилась своими выводами девочка и тут же опять улыбнулась: – Но это не страшно! Тоби-сан, пойдёмте к нам в гости, я приготовлю что-нибудь вкусное, и сладкое у нас дома есть.

– Э… Юзу… А ты уверена? – слегка неуверенно почёсывая голову, обратилась к сестре Карин.

– Конечно! – чистая улыбка счастливого ребёнка. И, повернувшись ко мне: – Тоби-сан, вы же не против?

– Тоби… сегодня такой счастливый…

– Ох… Ладно, только бы Ичи ругаться не стал… – обречённо вздохнула черноволосая девочка.

– А ты думаешь, он может? – тут же встревожилась светленькая.

– Не знаю, но ты же знаешь Ичи…

– Даа… Надо что-то придумать… – и девочки перешли на обсуждение способов нейтрализации возможной агрессии своего брата, по ходу дела возобновив движение к дому. Ну а я шёл рядом, молча слушая детские переживания Юзу, которые та изливала на сестру.

К дому мы подошли минут через десять, и минут пять из этого времени Юзу читала мне лекцию, что же такое ягодный пирог, как его готовить и чем он отличается от тортиков в магазинах, ибо «Тоби» этого «не знал». Началось всё, естественно, с вопроса, люблю ли я этот самый пирог, и моего невинного ответа: «А что это такое?» Карин же всё это время молчала и задумчиво изучала меня взглядом, особенно уделяя внимание маске, но тут уж ничего не поделаешь.

Всю дорогу я внимательно отслеживал источники реацу в городе. Встречаться сейчас с Ичиго было ещё рано, а потому я был готов в любой момент исчезнуть, сославшись на срочные дела, про которые неожиданно забыл, или вспомнил – не суть важно. Пожалуй, даже возможная встреча с Иссеном меня напрягала меньше, в конце концов, он на меня точно не станет нападать при дочках, а вне их поля зрения я легко избегу драки, просто сбежав. Моё сонидо по скорости даже сюмпо Айзена превосходит, так что тут опасности нет, а вот с Ичиго мне ещё не раз придётся контактировать, так что сейчас лучше подготовиться и не торопиться. К счастью, Ичиго вместе с Рукией сейчас чувствовался где-то за городом, в окружении нескольких неизвестных мне источников реацу. Мне, конечно, было жуть как интересно, что там происходит, но срывать операцию «Друг семьи Куросаки» ради удовлетворения сиюминутного любопытства было бы с моей стороны крайне глупо.

Зайдя в дом, Юзу почти сразу упорхнула на кухню – похоже, девочке действительно нравилось готовить. Впрочем, я что-то такое про неё помнил, вроде как она тут главная по хозяйству и ухаживает за всей остальной семьёй. А вот Карин…

– Эм… – черноволосая девочка неуверенно почесала затылок, явно пытаясь придумать, что же со мной делать. – Ты, это… Хочешь посмотреть телевизор?

– А что такое диливисор? – уже который раз за сегодня включил я дурачка, в смысле, «Тоби».

– Не диливисор, а те-ле-ви-зор, – раздельно произнесла девочка, всем видом выражая страдание. – Ладно, пошли покажу, – вздохнула девочка и зашагала вглубь дома, я молча последовал за ней, всем видом выражая любопытство, насколько это, конечно, возможно в маске. – И что ты за призрак такой, если не знаешь, что такое телевизор?

– Тоби не призрак. Тоби это Тоби. Правда, Тоби тоже был призраком, но очень давно, а о том, каким он был человеком, Тоби совсем не помнит.

– То есть ты когда-то был человеком? – взгляд Карин стал заинтересованным, и она даже остановилась, повернувшись ко мне, уже взяв в руки пульт.

– Наверно. Тоби этого точно не знает, потому как не помнит, но теоретически – да, Тоби должен был быть человеком.

– А… А где ты всё это время жил? Ведь если бы ты просто ходил призраком по городам, то не забыл бы, что такое телевизор, – умная девочка. Эх, Карин, ну почему тебе всего десять лет, было бы хотя бы пятнадцать – обязательно бы завербовал, и с силой бы что-нибудь решили. Ну ведь талант девочка, Талант!

– Тоби жил в Хоэко Мундо. Но там скучно и грустно. Везде только серый песок, редкие скалы и маленькие белые кусты, есть ещё Лес Меносов, но там совсем плохо и шумно. Тупые гиллианы постоянно орут и никогда не замолкают, а телевизоров там нет и вкусной еды тоже, только Пустые, а они невкусные и злобные, Тоби их не любит.

– Ааа… – вот я девочку загрузил, но вроде особо шокированной не выглядит, и переизбытка информации нет. Угу, вот уже оправилась: – А где это Хоэко Мундо находится?

– Тоби точно не знает, Тоби думает, что оно как бы другое измерение, но Тоби не силён в теории, это надо у Заэля спрашивать, а он противный.

– Что ещё за Заэль?

– Противный, очень противный и нехороший, Тоби он очень не нравится, поэтому Тоби с ним не разговаривает.

– Эм… Понятно, – было видно, что ничего ей непонятно и что она хочет ещё много о чём спросить, но девочка сдержалась и перешла на другую тему. – А чего ты вообще тут делал, я имею в виду, в городе?

– О! У Тоби страшно секретное задание, но Тоби не может его рассказать, потому что оно секретное! – принял гордую и пафосную позу я, а потом уже тише добавил: – А ещё потому, что Тоби его забыл… У вас тут так красиво, так интересно и весело! А ещё такие вкусные сладости!.. Только вот Тоби никто не видел, и это было грустно, но теперь Тоби совсем счастлив! – с лица Карин можно было рисовать картину «За что мне всё это?!», но взросление с таким отцом, как Иссен, сделало девочку весьма психологически устойчивой, и такой спич явно не мог пробить броню, выстроенную многолетней практикой существования в семействе Куросаки. Она только закатила глаза, вздохнула и ткнула пультом в телевизор.

А по телевизору в этот момент шло аниме «Наруто», где настоящий Тоби как раз стебался над Дейдаррой. Штирлиц как никогда был близок к провалу… Шутка. Хотя проверить наличие этой манги и аниме в данной реальности всё же стоит. На самом же деле, первое, что нам выпало – это какой-то музыкальный клип с несколькими девушками-солистками, поющими нечто лёгкое и зажигательное. Тоби «впечатлился» и задал вопрос в духе Карлсона: «А как все эти люди попали в эту маленькую плоскую коробочку?» Карин, стиснув зубы и повторно закатив глаза, сделала упражнение «рука-лицо»… Я, наверно, всё же слишком жесток к бедному ребёнку…

Через двадцать минут, которые я, старательно изображая искренний энтузиазм и возбуждение, пялился в телевизор, в комнату вбежала радостная Юзу и позвала нас кушать.

– Хм. А ты хоть знаешь, как обращаться с вилкой и ложкой, ну, или палочками? – поинтересовалась Карин, когда мы садились за обеденный стол.

– Конечно! Не надо думать, что Тоби глупый, Тоби очень умный и много знает! Просто Тоби немного рассеянный… – изобразив голосом нечто, что можно было бы характеризовать как оскорблённо-радостный энтузиазм, провозгласил я.

– Ааа… Ну хорошо…

– А вот и я! – Юзу с двумя тарелками в руках подошла к столу. – Горячее, ешь осторожно, – и поставила передо мной тарелку с пышущим жаром рисом, облитым какой-то непонятной подливкой, вроде бы мясной. Вторая тарелка была передана Карин.

– Как вкусно пахнет! Маленькая добрая девочка уже второй раз спасает Тоби!

– Вы так смешно разговариваете… – опять улыбнулась Юзу, хотя улыбка у неё с лица почти и не исчезала, и пошла к плите, видимо, за порцией для себя…

– Мммм… Вкусно… – промурлыкал я, что с моим голосом в маске звучало очень своеобразно.

– Правда? Я старалась! Карин-чан, а тебе нравится?

– Угу, очень вкусно.

…

– Эм… Тоби, – неуверенно заговорила Карин после того, как тарелки были опустошены, а Юзу упорхнула, иначе и не скажешь, заваривать чай. – Сейчас ни папаши, ни братика Ичиго нет дома. Но когда они придут, тебя надо будет куда-нибудь спрятать. А то Ичиго наверняка тебя увидит. Ну.. это… если ты, конечно, собираешься остаться, – хм… Интересно. И вроде бы прогонять меня она не хочет, по крайней мере, ни в голосе, ни в позе этого не чувствуется, но и брату показывать не хочет. Уже знает, что он синигами? Возможно. Она вроде бы это знала, на момент появления в Каракуре Улькиорры и Ямми так точно, а вот когда именно она это узнала, я не помню.

– А почему Тоби надо прятать? Разве брат Юзу и Карин плохой, и ему не понравится Тоби?

– Аа… – девочка опять почесала затылок. – Ну, понимаешь… Мм… Ты действительно можешь ему не понравиться, это всё из-за маски, очень уж она похожа на маски монстров, ну, в смысле Пустых… – и настороженный взгляд на меня.

– Тоби лучше уйти?

– Эм. Я совсем не это имела в виду! – вот, теперь она испугалась, что меня обидела.

– Но это правда? Брату Карин и Юзу не понравится маска Тоби, и он может разозлиться на Карин и Юзу?

– Аа…

– Тогда Тоби пойдёт. Тоби не хочет, чтобы из-за него кто-то ругал Карин и Юзу, – я начал вставать из за стола.

– Эй! Погоди! Я совсем не это хотела сказать! Я…

– А вот и чай! – опять появилась улыбающаяся Юзу. Впрочем, разговор она слышала и сейчас, похоже, просто пыталась сгладить ситуацию, потому и подгадала так. Всё-таки ранняя потеря матери сильно повлияла на обеих девочек, и хоть Юзу и выглядела полной противоположностью сестры-хулиганки, но тоже была умной девочкой, только свои силы тратила на создание идеальной домашней атмосферы…

– Спасибо большое, ты очень добрая, – я взял предложенную мне чашку и залпом выпил горячую жидкость, благо моему горлу никакой кипяток не повредит. – Очень вкусно! Но Тоби правда не хочет доставлять неприятности хорошим девочкам, которые теперь друзья Тоби, поэтому Тоби пойдёт. Но если Юзу и Карин не против, то Тоби навестит их завтра в том большом доме, где смешной человек рисовал смешные рисунки на стене.

– Конечно, Тоби-сан, мы будем рады! Правда, Карин-чан?

– Угу.

– Тогда Тоби побежит, а завтра принесёт подарки для Юзу и Карин!

– Погоди! Нам ничего не нужно… – но я уже скрылся в коридоре, изображая бурный энтузиазм…

Переступив порог, я мгновенно ушёл в сонидо, а выйдя из него в паре километров от дома, тяжело выдохнул. Всё-таки это тяжело. Нет, прикалываться – ещё не очень, но вот играть Тоби, когда нужно только изображать дурачка, но нельзя издеваться над собеседником, это каторга… Ведь под конец почти спалился. Ладно, пусть Тоби будет хоть и странным, но всё же временами вполне адекватным существом. Хм… А вовремя я ушёл, за городом, похоже, всё закончилось. Сходить посмотреть, что ли?

***

Как интересно… Вот вы какие, Баунто. И в самом деле, очень занимательно. Передо мной, примерно на расстоянии в три сотни метров, пылал крупный особняк, а перед ним стояла группа людей с очень примечательной реацу. Прежде всего, примечательным было сокрытие этой самой реацу – до последнего момента, а именно – до визуального контакта, я эту группу вообще не чувствовал, исключением был один синигами уровня слабенького капитана, если судить опять же по Ичиго. Но даже теперь, глядя на них практически в упор, я не мог с точностью сказать, каков реальный уровень силы этих людей, и это было странно. Нет, то, что для меня среди них противников нет, я мог сказать вполне определённо и без тени сомнения. Даже Кария, которого сложно было не узнать, и царапины бы на моём иеро не оставил, случись нам сражаться. Но вот назвать точный уровень реацу ни у одного из этой группы я почему-то не мог. Чувства как будто расфокусировались и никак не могли сфокусироваться обратно, и это было очень странно. Впрочем, что-то подобное я про них помню, вроде как без специального оборудования найти баунто, скрывающего свою реацу, вообще нельзя. Занятная способность, или лучше сказать опыт? Хотя, не важно.

Куда больше меня занимает другой вопрос. В прошлое моё посещение Каракуры я был всё ещё Вастер Лордом, и, помнится, Ичиго с Рукией тогда искали пропавшего Исиду, а с баунто уже всё завертелось. Но для меня в Хоэко Мундо уже чуть ли не год прошёл, а тут они даже не дошли до момента отбытия баунто в Общество Душ. Как это понимать? В мире Пустых время, конечно, течёт быстрее, но не до такой же степени? Или я что-то упускаю? И реально события занимали несколько больший промежуток времени, нежели я предполагал согласно моим воспоминаниям про аниме? Или я ошибся с подсчётом времени в Хоэко Мундо? Непонятно. Впрочем, наличие тут баунто даёт мне относительно точную информацию о нынешнем временном отрезке и дальнейших событиях. А также пищу для размышлений…

Ладно, пока не буду вмешиваться, хотя, безусловно, поглотить силу стольких баунто было бы весьма соблазнительно. Может, и поглощу… Но потом. После консультации с Айзеном – помнится, баунто тоже играли какую-то роль в его планах, да и ломать историю пока нежелательно. Кстати об Айзене… Пора бы уже заняться непосредственным выполнением задания. Так что живите пока, господа баунто, а там посмотрим…

Из сонидо я вышел метрах в ста в воздухе над местом, откуда в окружающее пространство истекала реацу Ичиго. Привкус у неё сейчас был… депрессивный… Осмотрев лежащие подо мной здания и улочки, я непроизвольно расплылся в довольной улыбке, благо маска это прекрасно скрывала. Вот ты какой, магазин Урахары. А внутри, помимо Ичиго и Рукии, ещё одиннадцать ранее ощущаемых, но не опознанных мной источников реацу, в том числе и синигами уровня слабого капитана. Готов поспорить, это не кто иной, как Рейнджи, помнится, именно он дежурил в Каракуре во время всего этого спектакля с баунто. А вот остальные десять… Хм… Сомневаюсь, что среди них есть Йоруичи или Урахара, вернее, они наверняка в здании, но реацу скрывают. Одна реацу принадлежит баунто, это точно. Уровень… средний адьюкас, тут я почему-то определить это могу. Ещё одна имеет едва заметный привкус реацу пустого. Чад? Он же Садо Ясутора? Хмм… Гиллиан. Уже немного отъевшийся, но ещё не адьюкас. А это, скорее всего, Иноуэ – духовная энергия тёплая и мягкая, напоминает по ощущениям Нел и, совсем немного, Тию, но объём маленький, даже меньше, чем у Садо. Ещё одна довольно странная, не знаю, как сказать, но ощущается в ней какая-то неправильность, хотя на первый взгляд вполне обычная, человеческая, разве что раза в три больше, чем у той же Карин, хотя это всё равно мизер. Ещё две хоть и выше нормы, но вполне человеческие, а вот оставшиеся четыре, хотя нет, всё же три из этих четырёх, я чувствовал в районе дома Ичиго, и людям они точно не принадлежат. Неужто души-плюс? Ну, эти, во главе с озабоченным плюшевым львом. Нет, быть такого не может. Это была выдумка сценаристов для глупого юмора, не могут же они реально существовать?! Так что пока – просто неизвестные реацу, до особого распоряжения!

Ёп!.. Это что за хрень?!

К магазину на крейсерской скорости скакал кабан… А на кабане сидел другой кабан, только уже прямоходящий и фонящий реацу. С дурным воплем ЭТО… ну пусть будет… Нечто… врезалось во входную дверь магазина, снесло оную и затихло где-то в глубине… Спустя секунд десять из магазина донеслись неразборчивые вопли, потом лёгкие всплески реацу, и всё стихло. Спустя минут пять, на протяжении которых я старательно пытался понять, не являлось ли всё произошедшее зрительными галлюцинациями и не затихарился ли где-то в окрестностях Айзен, таким образом решивший поиздеваться надо мной с помощью Къёко Суйгецу, ибо в реальности быть такого не может, потому что не может быть НИКОГДА! Так вот, спустя оные пять минут орангутангоподобное Нечто, верхом на том же кабане, выскочило из разбитых дверей магазина и умчалось в ту же сторону, откуда появилось.

В таких случаях обычно возникает пауза с многоточием. Нет, я, конечно, разглядел визитёра и даже готов с высокой степенью уверенности предположить, что это был Гандзё Сиба, младший брат Сибы Кайена, бывшего лейтенанта тринадцатого отряда, но вот в то, что всё произошедшее произошло в реальности, я не верил. Однако факты были налицо – разбитая стена магазина, хряк, ну и наконец, как бы мне от этого сейчас ни было грустно, но иллюзии Къёко Суйгецу на меня не действуют. А значит… Прости, Ичиго, я заблуждался, ты нормальный и адекватный парень, даже временами умный. Нет, ну это надо, а? Где он хряка-то в городе достал?..

Хм. Я не о том думаю. А ведь источник реацу Ичиго исчез. Остаточный фон остался, но это именно остатки, а вот изливающегося в окружающий мир источника уже нет. Да и второго, который предположительно принадлежит Рейнджи, тоже. Занятно… Было бы весьма любопытно взглянуть на защиту подвала Урахары, впрочем… В Лас Ночес тоже есть подобные помещения, но всё же любопытно. Ладно, заседать они тут могут ещё неделю, а у меня дел невпроворот.

Уйдя в сонидо, я всю оставшуюся ночь искал точки наблюдения, созданные в своё время Айзеном. Вернее, кем-то из его подручных, он не уточнял, но у меня сложилось впечатление, что помимо Гина и Тоусена на него работали и другие синигами. Косвенно это подтверждается событиями стадесятилетней давности, каковые я непонятным образом помню, но вот реальных доказательств у меня пока нет. Хотя, сам факт того, что на Айзена вполне может и сейчас работать некоторая часть синигами из Готэй 13, учитывать стоит. По крайней мере, я бы этому не удивился.

Точки наблюдения представляли собой участки свёрнутого пространства, в которых находилось записывающее оборудование из Общества Душ, видеокамеры, одним словом, только работающие на реацу. Сами по себе участки были созданы по тому же принципу, что и личное псевдопространство, создаваемое для себя пустыми в мире живых, этакие недогарганты, не ведущие никуда, но позволяющие пустому, в случае необходимости, спрятаться и отдохнуть. Работают они только в мире живых, имеют чёткую привязку к местности, и выйти из них можно только там же, где и зашёл, ну, может быть, с самой малостью манёвра. В общем, абсолютно для меня бесполезная вещь, до недавнего времени. Особенно если учесть, что размер этого пространства, а следовательно, и покрываемой им местности в реальном мире, не может превышать определённого значения, к слову, довольно незначительного, даже если создателем будет Примера Эспада.

Задача в их отношении у меня была довольно простая и банальная – забрать записи и принести их в Лас Ночес. Но всё равно, даже при наличии специального поискового устройства, аля наладонник, и зная примерное местоположение закладок, не говоря уже о сонидо, замотался я знатно. А вот невдалеке от последней точки меня ждал сюрприз.

Должен заметить, что обычных духов и даже пустых за весь этот день я не видел и не чувствовал ни разу. Хотя граница между миром живых и Хоэко Мундо была в этом городе довольно тонка, что позволяло прорваться сюда даже самым жалким из обитателей Хоэко Мундо. В принципе, это легко объяснялось наличием просто-таки бессовестного количества пользователей реацу, одних только синигами в Каракуре присутствовало аж восемь штук. Но всё же это было несколько странно, хоть и не бросалось в глаза, а только маячило на задворках сознания. До нынешнего момента.

На перекрёстке двух улиц, возле фонарного столба, стояла девочка, примерно одного возраста с Карин и Юзу. У девочки были коричневые волосы, собранные в два хвоста почти на макушке, короткие джинсовые шортики и маечка в розовую полоску. И девочка была призраком. Цепь, выходящая из центра груди, имела всего четыре звена.

Не знаю, почему она привлекла моё внимание, наверное, дело было в том, что за свою не такую уж и длинную жизнь в этом мире я впервые встретил «живого» призрака. Конечно, это звучит глупо, но я слишком хорошо запомнил пустые глаза духов в том самом городе, где я появился. Глаза, в которых нет ничего, даже страха перед пустыми. Глаза окончательно умерших и потерявших себя людей. И сейчас от зрелища того, как девочка, присев на корточки, жизнерадостно о чём-то болтает с замершей перед ней полосатой кошкой, что-то во мне шевельнулось…

– С возвращением, Алукард. Как всё прошло? – со своей всегдашней загадочной улыбкой поинтересовался Айзен, отвернувшись от сияющих мониторов и глядя на меня.

– Нормально, вот записи, – на столик возле кресла бывшего капитана легла белая коробочка.

– Прекрасно. Что можешь рассказать о событиях в Каракуре?

– Многое, но прежде всего я хочу задать вопрос.

– Я тебя слушаю.

– В окрестностях города я видел группу людей с довольно странной реацу, она похожа на реацу синигами, но в то же время сильно отличается. Возглавлял их некто Кария. А ещё с ними был некий синигами-отступник.

– И что? – Айзен взял со стола кружку с кофе, с лёгким интересом, а также тенью усмешки в глазах глядя на меня.

– Судя по всему, у Куросаки Ичиго, каковой тебя столь интересует, вышла серьёзная размолвка с этими людьми, и насколько я могу судить, он чудом избежал смерти буквально за несколько минут до моего прихода к месту событий.

– И каков же вопрос? – усмешка на лице Айзена стала очевидней.

– Могу ли я их съесть?

– Вот как?.. – Айзен, улыбаясь, перевёл взгляд на мониторы и отпил кофе. – Ты думаешь, я как-то связан с баунто? И их смерть может помешать моим планам?

– Я не упоминал их названия…

– Я заметил, – ещё одна улыбка, теперь глядя мне в глаза. – Да, ты прав, Алукард. Баунто и их лидер, Джин Кария, сейчас действуют согласно моим планам.

– Синигами-отступник?

– Верно. Маки Ичиносэ, бывший лейтенант одиннадцатого отряда, был фанатично предан своему капитану и не смог смириться с гибелью того от руки Зараки Кенпачи. Но поскольку не имел никаких шансов убить последнего, предпочёл сбежать из Общества Душ. Ну а после судьба свела его с Джином Карией, лидером баунто, который быстро стал для Ичиносэ новым маяком, указывающим путь в жизни.

– Эту судьбу, случайно, зовут не Соске Айзен? – заложив руки в карманы, поинтересовался я с тенью издёвки в голосе.

– Видишь, ты и сам всё понял, – довольная и слегка лукавая улыбка. – Правда, тогда большей частью сработал Канамэ, но всё же ты прав.

– Ясно. Значит, трогать их нельзя. Буду знать. Но ты не боишься, что Кария прикончит Ичиго?

– Нет. Джин Кария застрял в своём бесконечно повторяющемся времени, и он сам использует Ичиго, чтобы разорвать этот круг повторений. Поэтому если Куросаки Ичиго и умрёт, то только по своей вине. К тому же там теперь есть ты.

– Знаешь, Соске… Временами твои планы со стороны выглядят бредом умалишённого…

– Я рад, что ты так считаешь. Значит, и остальные недалеко ушли от этого мнения.

– А ты сам не боишься, что игра в какой-то момент станет реальностью?

– В жизни всегда есть место риску. Тем более что лучший актёр – это тот, что проживает свою роль…

После разговора с Айзеном я отправился к себе. Благодаря разнице в скорости течения времени между миром живых и Хоэко Мундо, оного времени у меня было в достатке…

– Алукард-сама! – радостно подпрыгнула с дивана Кин, когда я вошёл в комнату, и подскочила ко мне.

– Привет, Кин, – я легко привлёк к себе девушку и поцеловал, приправив поцелуй толикой своей реацу. – Долго меня не было? – этот вопрос мы с Айзеном как-то не обсуждали, да и не отлучался я до сих пор в мир живых больше чем на несколько часов, даже когда с Тией и Нел гулял, в сумме вышло около восьми, а сейчас для меня прошло больше суток.

Впрочем, вопрос я задал зря – после поцелуя Кин была потеряна для общества, покраснев до кончиков ушей и зажмурившись, она впала в то самое состояние, в котором у кошек дыхание превращается в раскатистое мурлыканье. А, исходя из моего опыта, выдернуть её из этого состояния было довольно сложно – либо резкой грубостью, либо большей лаской, переходящей в горизонтальную плоскость. Обижать своих фракционов я никогда не любил, а для секса сейчас было не совсем подходящее время, да и пара минут ожидания – это совсем не страшно. Так что, не долго думая, я потрепал Кин по голове, а потом, подхватив на руки, сам сел на диван, а девушку устроил у себя на коленях.

Также вставшая при моём появлении Сёри смотрела на всю эту сцену со сдержанным смущением. Она всегда хорошо умела контролировать эмоции и весьма старательно это делала, хоть в реальности была не менее эмоциональной, чем Кин. Вот и сейчас предательский румянец полностью выдал истинные чувства девушки, несмотря на бесстрастное выражение лица.

– Сёри, иди сюда, – девушка сделала пару шагов и остановилась рядом со мной. – Садись, – с улыбкой указал я на место рядом. Сёри села, краски на её лице заметно прибавилось. – Тот же вопрос, сколько меня не было?

– Пять дней, господин Алукард.

– Молодец, – я притянул бывшую пустую свободной рукой и повторил поцелуй, которым встретил Кин. – А теперь расскажи мне, что здесь происходило, пока меня не было.

К счастью, хоть Сёри, как и Кин, тоже ощутимо разомлела от вливания моей, куда более совершенной, реацу, но из мира не выпала и начала старательно и подробно рассказывать. Обняв девушку и уложив её голову к себе на свободное плечо, я начал слушать.

В Лас Ночес всё было как обычно, если не считать того, что фракция Тии начала проводить совместные тренировки с моими фракционами. Причём, по словам Сёри, было видно, что зверинец златовласки не очень-то этим обстоятельством доволен, из чего можно было сделать вывод, что на тренировки они ходили в принудительно-приказном порядке. Но всё же старались, этот факт моя двурукая фехтовальщица отметила особо. Сама Тия тоже появлялась, но узнав, что я ушёл выполнять некое задание Айзена (а этот факт совершенно не скрывался), быстро ушла, правда, несколько раз мои девочки видели её наблюдающей за совместными тренировками фракционов. Также девочками был замечен Гриммджоу, крутившийся поблизости вместе со своими парнями, но близко он не подходил и с предложениями подраться не лез, видимо, девушки-фракционы его как спарринг-партнёры не устраивали, хотя та же Сёри вполне могла составить конкуренцию. Последней новостью стало трёхдневное отсутствие в Лас Ночес Гина. Единственное, что знали мои фракционы – это то, что, вернувшись, он привёл двоих адьюкасов, но новых арранкаров они ещё не встречали, да и сама информация была от девочек Халлибел, то есть сплетни.

– Спасибо, Сёри, – произнёс я, когда она закончила доклад. – А теперь улыбнись и расслабься, у меня не так много времени, и я хочу отдохнуть, а ты слишком напряжена, и я это чувствую.

– Господин, я…

– Тихо, – мягко произнёс я, останавливая реплику арранкарки. – Просто расслабься. И тебя, котёнок, это тоже касается, или думаешь, я не заметил, как ты уже десять минут нас подслушиваешь? – взъерошил я волосы на голове у Кин, которая после моих слов зарделась и открыла глаза.

– Я не подслушивала, я просто не хотела мешать…

– Ну-ну, верю. А теперь всё, спать, – и я, поплотнее прижав к себе девушек, с улыбкой закрыл глаза. Кин и Сёри ещё секунд двадцать неуверенно и едва заметно ёрзали, излучая явное напряжение, но потом затихли и успокоились.

Не то чтобы я устал, хотя и до своего отбытия в мир живых не спал около четырёх суток, но расслабиться мне хотелось. Особенно учитывая, что мне предстояло возвращаться обратно в Каракуру и продолжать присматривать за Ичиго, и уже без чётко регламентированного времени возвращения. Конечно, вернуться я могу практически в любой момент, но вряд ли это получится делать часто, особенно когда всё завертится. Да и вообще, грех отказывать себе в таком удовольствии, как немного потискать своих собственных фракционов. Особенно если вспомнить, как я умаялся, пока приучил их вот так со мной сидеть, а главное – расслабляться при этом, а не быть оголённым комком нервов с бушующей в панике реацу. Была, правда, и помимо удовольствия одна причина таких вот посиделок. Просто, несмотря на мои навыки сокрытия реацу, при тактильном контакте она всё же чувствуется. Не всегда, конечно, и не всеми, да и далеко не в полном объёме, а, скорее, как некая тень или отголосок, но всё же. В общем, прижимаясь ко мне, девочки, сами того не осознавая, привыкали к моей реацу, а значит, и повышали свои шансы на выживание в случае, если мне придётся в их присутствии сражаться в полную силу. И процесс этот был далеко не так медлителен, как могло бы показаться, а всё дело в, так сказать, эмоциональной синхронизации, наступающей в такие моменты, всё-таки мои фракционы были ко мне далеко не равнодушны и отвращения от моих объятий точно не испытывали. Ну и как результат, под воздействием схожих эмоций наша реацу начинала резонировать.

Но всё же всё хорошее имеет обыкновение быстро заканчиваться, вот и мне пришлось выдернуть сознание из нирваны и начать думать. А подумать было о чём, прежде всего – об обещанных подарках для Юзу и Карин, мыслей насчёт которых у меня пока не было. Вторым, или даже первым, шёл вопрос с Нел – навестить её необходимо, но вот не рано ли? Впрочем, о чём это я? Наоборот, чем раньше я познакомлю её с «Тоби», тем лучше, хотя сомнения в необходимости этого знакомства у меня всё же есть… Н-да… В этот момент слегка заёрзала Кин, устраиваясь поудобней, и уткнулась носиком мне в ключицу.

Да какого чёрта?! Главный вопрос должен стоять так: хочу ли я навестить Нел? Ответ – хочу. Всё, вопрос закрыт! Подняв руку, которой прижимал Кин, с плеча девушки, я аккуратно зарылся ей в волосы и начал слегка поглаживать. Кин засопела чуть сильнее.

Итак, с этим вопросом всё, хотя, пожалуй, стоит прихватить для Нел конфет, у меня вроде бы была пара коробок, со сливочным суфле в качестве начинки, как раз как любит Нел. Если, конечно, Сёри с Кин всё не съели – они у меня тоже ещё те сладкоежки.

Теперь сестрёнки Ичиго. Что же им подарить? Первая мысль – слегка ограбить моих девочек и преподнести потомственным синигами (как-никак, отец бывший капитан) что-то из фасона арранкаров, вышел бы забавный прикол. Но тут проблема – обычные люди оную одежду видеть не будут, и получится некрасиво… Второй вариант – прогуляться в Лес Меносов и содрать пару масок с особо экзотического вида пустых, но… Не поймут. Хотя вариант запомним, любопытно будет взглянуть на физиономию Ичиго, если понавешать таких масок по всему его дому, как охотничьи трофеи, особенно если подгадать момент, когда к нему наведаются гости из Сэйрэйтэя. С отловом мелких пустых, вроде собачки Ямми, тоже не пройдёт. Сдохнут они в мире живых. Что же ещё? Ну, не мороженое же им дарить, честно украденное из ближайшего магазина?.. Хотя… Хм… Странно, что я сразу об этом не подумал… Да. Точно. Хум-хм-хм-хм-хм-хм-хм… Это будет весело.

От моего глухого смеха с закрытым ртом девочки всё же встрепенулись и возрились на меня, собственно, иного и ожидать не следовало.

– Всё хорошо, – с улыбкой ответил я на вопросительные взгляды. – Просто пришла в голову забавная мысль. Хм. Ладно, как это ни печально, но мне надо идти.

– А можно с Вами, Алукард-сама? – Кин прижалась плотнее и посмотрела на меня широко распахнутыми умоляющими глазами.

– Прости, котёнок, но нет. Вы нужны мне здесь. А там, куда я отправляюсь, действовать смогу только я.

– Понятно, – девушка опустила взгляд, хотя слезать с колен по-прежнему не пыталась. Хмыкнув, я легко ссадил девушку на диван и встал.

– Продолжайте тренировки, с девочками Тии не ругайтесь и с ней самой – тоже, в случае, если произойдёт что-то серьёзное, а меня ещё не будет, сразу идите к ней и старайтесь держаться поближе, – Сёри с Кин понятливо кивнули. Ещё раз им улыбнувшись, я пошёл на кухню.

Конфеты, к счастью, в моём доме ещё остались, так что с подарком для Нел проблем не возникло. Прихватив одну коробку и спрятав её под плащ, к балахону «Тоби», я покинул свой особняк. Нужно было ещё заглянуть к Тие, раз она меня искала, и отправляться.

Халлибел я увидел на балконе её особняка, задумчиво глядящую на раскинувшийся вплоть до внешней стены Лас Ночес полигон. Тот самый, где в будущем должны были сражаться Ичиго и Гриммджоу. Выйдя из сонидо рядом с девушкой, я тихим и мягким голосом обратился к ней:

– Привет, Тия. Прости, но я буквально на пару секунд и должен бежать, – тёплая улыбка. – Мои фракционы сказали, что ты меня искала, что-то случилось?

– Нет… – моё появление стало для Халлибел неожиданностью, отчего её глаза на миг приняли удивлённое выражение, но она быстро с собой справилась и, чуть задумавшись, продолжила: – Просто я хотела узнать, когда мы сможем провести ещё одну тренировку.

– Ясно. Думаю, это можно будет сделать, когда я вернусь, правда, я не могу точно сказать, как скоро это случится. Но если хочешь, я могу дать совет относительно развития твоей силы.

– Совет? – вот, опять изумрудные глаза Тии удивлённо расширились.

– Да, совет. Но только если тебе интересно.

– Хорошо, я слушаю.

– В прошлый раз я заметил, что большая часть твоих атак хоть и очень сильны, но реально не стремятся убить, – брови Тии опять поползли вверх. – Не удивляйся так. Вот вспомни, что является главными характеристиками Серо. Прежде всего, это, конечно, количество вложенной реацу, но сейчас речь не о нём. Ведь убойная сила Серо очень разнится от того, насколько расфокусирован луч, и при одном и том же количестве потраченной энергии результат может быть очень разным в зависимости от ширины луча. Понимаешь?

– Да, я это знаю, но какое это имеет отношение к моим атакам?

– Самое прямое, ведь воду тоже можно заставить резать, а у тебя она только бьёт. Если сравнивать с оружием, то твои атаки – это удары молота, вот я и предлагаю дополнить их танцем катаны.

– Я, кажется, поняла… – взгляд Тии стал задумчивым и сосредоточенным. – Благодарю, Алукард.

– Не за что, я всегда рад тебе помочь. А теперь извини, мне всё же нужно отправляться. Был рад тебя видеть, – я слегка поклонился и прежде, чем Халлибел успела что-то сказать, ушёл в сонидо.

Покинув Лас Ночес, я уже через несколько минут нашёл Неллиель и её фракционов по маячку от моей гончей. Пеше и Дондочака уже достали себе маски обычных пустых, и если с Пеше я ещё мог это принять, то вот где достал свою Дондочака, я понимать отказывался. К сожалению, моя гончая не давала возможности увидеть этот процесс, так как, во-первых, находилась за пределами видимости объектов, а во-вторых, разбиралась только с теми пустыми, что могли представлять угрозу, простых же был приказ не трогать. Был, правда, и третий момент – охраняла моя гончая в первую очередь Нел, и если её фракционы куда-то отлучались, за ними не следила. Вздохнув, я достал балахон и накинул его поверх собственного плаща, благо его размеры и фасон это позволяли, после чего создал на лице маску и, ещё раз вздохнув, шагнул в сонидо.

– ААААААА!!!

– ОООООО!!!

– ЭЭЭЭЭЭЭ!!!

Взвыли три дурных голоса при моём появлении. Великий Мрак! Они уже одичали! Я чуть Серо не саданул в открытую пасть Дондочаки, на одних только рефлексах и стремясь прекратить этот ор. Так, спокойно-спокойно. Главное – роль! Да, роль!

– НЕЛ-ЧАН! Тоби так переживал! Тоби так скучал! Тоби соскучилсяяяя!!! – и я схватил в охапку девочку и прижал к себе, одновременно сверкнув глазами на Пеше с Дондочакой и показав им кулак. Бывшие фракционы понятливо и испуганно закивали.

– Ты хто? – вопросило маленькое чудо у меня на руках.

– Я? Я Тоби! Нел забыла Тоби?! А Тоби принёс Нел её любимых конфет, теперь Тоби в печали.

– Конфет? – выловила главное для себя слово девочка.

– Да, конфет! Вот! – я достал из-под балахона коробку и протянул отпущенной девочке. – Такие, как Нел любит, Тоби стащил их у самого большого белого Айзена! Тоби велик!..

Через несколько секунд я сидел на песке с Нел на руках, а сама Нел с аппетитом опустошала коробку, предварительно постановив, что Тоби хороший. Пеше и Дондочака, быстро прочуяв ситуацию, начали активно подыгрывать, «вспомнив» брата Тоби и разливаясь соловьями на совершенно, на мой взгляд, не связанные темы, чем отвлекли внимание девочки от меня. Кстати, клоунов они изображали уже вполне профессионально и детское внимание держали крепко. Я же изучал реацу Неллиель. Моё медицинское вмешательство почти полностью избавило девочку от шрама на лице, но вот маска… Реацу через неё продолжала выходить, и довольно заметно, как-никак, Нел – арранкар и вырабатывает её весьма много, что в очередной раз доказывает, что и в известном мне каноне за Нел кто-то приглядывал и оберегал от пустых. И её собственные фракционы охраной быть не могли по очень простой причине – драка – это демонстрация силы, которую сложно не заметить, а маленькая Нел в каноне даже не догадывалась о том, что Пеше и Дондочака умеют драться. И насколько я успел узнать Айзена, доверяться случаю он бы точно не стал, а значит, приглядывал.

После еды девочка неожиданно уснула, прямо у меня на руках, уронив последнюю конфету в коробку. Пеше и Дондочака мгновенно замерли.

– Господин Алукард… – первым прервал молчание Пеше, когда убедился, что Нел спит.

– Меня зовут Тоби, – резко прервал его я, впрочем, не повышая голос.

– Простите…

– Она часто так отключается?

– Да, нам сложно следить за временем, но примерно раз в сутки точно.

– Понятно. Видимо, организм никак не привыкнет к травме и постоянно истекающей реацу…

– Это опасно? – встревоженный глубокий голос Дондочаки.

– Нет. Скорее полезно… Где вы взяли маски?

– Забрали у обычных пустых. Пришлось постараться, но без них нам было очень тяжело.

– Ясно, – я приподнял Нел и сложил её на песок, положив рядом коробку из-под конфет. – Где мой плащ?

– Мы его спрятали.

– А почему не использовали? – удивился я.

– Мы пробовали, но ткань не рвётся, слишком прочная. А носить плащ как у Айзена-самы и Примеры Эспады… – Пеше замолчал и вжал голову в плечи.

– Понятно, – да, с плащом моя недоработка, видимо, использование в нём ресуррексиона не прошло даром. – Происшествий не было?

– Нет, всё спокойно. Мы стараемся не отдаляться очень далеко от Лас Ночес – тут сильных пустых почти не осталось, и поисковые группы минуют эту территорию, не останавливаясь. Нам ещё Неллиель-сама рассказывала… – Пеше повесил голову, а Дондочака всхлипнул.

– Всё верно, – я встал. – Сейчас я уйду, когда Нел очнётся, скажите ей, что Тоби ушёл, но обязательно вернётся. Про мою истинную личность ни слова! Про Алукарда, Примеру Эспаду, вы говорить с ней можете, но Тоби и Алукард – это две разные личности.

– Мы помним, госп… – я поднял руку, прерывая блондина.

– Всё. Заботьтесь о ней и верьте – я верну Неллиель Ту Одершванг, – фракционы сдержанно кивнули, но волнение и надежда отчётливо чувствовались в их дрожащей реацу. Не став больше медлить, я бросил последний взгляд на сопящую маленькую девочку и ушёл в сонидо.

Идея, которая пришла мне в голову относительно подарков для Карин и Юзу, была до удивления проста и элегантна, даже стыдно, что я сразу не сообразил. Ведь действительно, подарок от «Тоби» не должен быть полезным, умным или что-то значащим, он должен либо шокировать своей несуразностью, либо умилять своей наивностью. Шокировать девочек я не хочу, для этого есть их брат, а вот умилить было бы очень полезно. А что я могу прямо сейчас подарить такого, что бы одновременно умиляло, то бишь радовало сердца девочек, и в то же время было абсолютно бесполезным и тем самым подчёркивало образ «Тоби»? И ответ совершенно очевиден, просто я сходу его отмёл, не подумав о том, что именно «Тоби», такой, каким я хочу его представить, ни за что бы не догадался о том, что сразу стало очевидно для Алукарда. А избежать неприятных для девочек инцидентов можно элементарно, тут даже напрягаться не потребуется.

В общем, ещё до выхода из Лас Ночес я заглянул в главный гардероб, что находился рядом с залом для прохождения синигамики. Размеры и фасоны там были практически на любой вкус, особенно в отношении женских вещей, хотя единый арранкарский стиль всё же был определяющим, но подобрать что-то элегантное, стильное и удобное для десятилетних девочек было вполне возможно. Вещи, взятые в гардеробе, я оставил недалеко от Лас Ночес, в одном из внешних строений. В своё время эти прямоугольные выпирающие из песка коробки служили местом трансформации для излишне крупных пустых, вроде гиллианов, тогда Лас Ночес только строился, но первые эксперименты по созданию арранкаров Айзен начал проводить, используя ещё только своё собственное Хоугиоку. А поскольку оно было несовершенным, да и первые подопытные особыми силами не обладали, процесс проходил долго, так что закрытые помещения были нужны. Насколько я знал, в некоторых коробках до сих пор кто-то сидел и медленно созревал, но были они, уже практически наверняка, браком, который в Лас Ночес не примут. Вот в одной из пустующих коробок я и оставил вещи, подобранные для подарка.

Выйдя из гарганты невдалеке от Каракуры, я несколько секунд изучал источники реацу в городе. Ичиго с компанией всё ещё находился в магазине Урахары. «Всё ещё», ибо ночью из магазина никто по домам так и не разошёлся, хотя, разбираясь с точками наблюдения Айзена, я этого постоянно ждал, а потому отслеживать реацу не прекращал. Баунто, которых я теперь хоть и плохонько, но всё же чувствовал, также оставались на развалинах своего особняка, по крайней мере, большинство и синигами-отступник, точнее, из-за размытости ощущений, сказать нельзя. А вот Юзу и Карин сейчас были в школе, или, по крайней мере, где-то в её окрестностях.

Хм… А это что? Та баунто, что находилась в магазине Урахары, сейчас в городе и, судя по направлению движения, идёт в сторону сгоревшего особняка. Что-то я такое помню… Точно! Если я не ошибаюсь, то это та девчонка, из которой Кария потом создаст своих комаров-собирателей. По крайней мере, иных баунто, посещавших магазин Урахары, я не припоминаю, да и вроде особняк сгорел незадолго до создания тех самых комароподобных кукол. Хм, значит, это произойдёт уже сейчас… Сонидо. Через несколько секунд я оказался над головой бредущей по улице женщины, меня она, естественно, не заметила, да и сама реацу почти не скрывала, если, конечно, сравнивать с остальными баунто. И впрямь лицо знакомое, и на пальце странное металлическое украшение, именно украшение, так как до оружия этому напёрстку довольно далеко. Но вот реацу у этой вещицы интересное, чем-то напоминает реацу занпакто, вроде бы очень похоже на реацу носителя, но немного отличается и «рисунок» другой. Значит, точно она, и ошибки нет. Плохо, что я почти не помню этот момент, а то сообразил бы ещё вчера при виде горящего особняка и стоящих рядом баунто. Итак, сейчас глупую девочку будут убивать… Вопрос… Что делать мне? Спасать? А зачем? Даже отбрасывая приказ Айзена. Сила у неё никакая и по критериям Лас Ночес вообще не смотрится, вот будь она адьюкасом… Но она не адьюкас, и в арранкара её не превратишь. А поскольку она не синигами, то и маску вайзарда не оденешь. Конечно, Айзен вполне способен что-нибудь придумать, но для этого нужны эксперименты, а для экспериментов – подопытный материал, и совсем не факт, что притащи я ему хоть всех баунто, оного материала хватит. Значит, в плане силы она бесполезна. Внешность? Да, она красива, но явно не в моём вкусе. Совсем. Вот будь иначе, на силу бы я спокойно наплевал, а так… Характер? Тут сложнее, но насколько я помню, у девочки были серьёзные проблемы, а именно – усталость от жизни и суицидальные наклонности. Точно! Ведь и сейчас она идёт к Карии, не желая его остановить, а с целью умереть. Вот и на кой мне этакое чудо? Полная бесполезность вкупе с кучей проблем. Ну и наконец, если я её спасу, то вся история с баунто пойдёт иначе, а вмешиваться в этот спектакль мне нельзя. Так что… Да и, в конце концов, я не рыцарь в сияющих доспехах и спасать всех подряд не обязан. Хм… Я усмехнулся под маской. Как будто сам себя убедить хочу. Ладно, таким темпом у меня ещё минут двадцать в запасе есть, пока она ещё до особняка дойдёт, а может, и все сорок. Успею заглянуть в школу, вручить подарки и вернуться, чтобы увидеть финал.

В школе шли уроки. Дааа… И девочки, естественно, сидели на них. Вооот… А я, значит, был Тоби… Н-да… И окно в класс было открыто… Угу…

Короче говоря… Если пытаться описать скромно и сдержанно… Дело было так: прогулочным шагом я прошёлся в воздухе до классного окна, пряча руку с вещами за спиной, при этом оные вещи было вполне видно, а второй активно махая Карин и Юзу. Карин меня заметила, и её глаз дёрнулся, но свою позу и даже выражение лица девочка сохранила. Потом я подошёл к открытому окну и через него влез в класс. Именно влез. Процесс сей был… Долгим. Тут меня заметила и Юзу, удивлённо распахнув глаза и забыв про учителя, уставившись на меня. Ещё раз размашисто помахав девочкам, я с интересом уставился на учителя, который что-то втолковывал вызванному к доске пареньку.

– Ниипоняяятноо… – выдал я гнусавым голосом через двадцать секунд, задумчиво почёсывая затылок. – Тоби ничего не понял, – обернувшись к девочкам, быстро подскочил к их партам, благо они стояли рядом, и, согнувшись, шёпотом обратился к ним: – Тоби нашёл добрых девочек! Тоби было тяжело, но Тоби справился! И принёс им подарки! Да-да! Подарки! Вот, Тоби старался! – и я начал раскладывать на партах арранкарские комплекты одежды, вплоть до мягких чёрно-белых сапожек, что были нашим ответом на сандалии синигами.

– Тоби, не сейчас, у нас урок! – зашипела на меня сквозь зубы Карин, Юзу же просто и откровенно глазела на вещи.

– Почему не сейчас? Тоби всё равно никто не видит.

– Но нас видят!

– Ааааа… – я выпрямился и опять почесал затылок. – Значит, вы не можете говорить с Тоби? Тоби всё понял! Тоби умный! Люди не любят тех, кто от них отличается, Тоби знает, дааа… Тоби спрашивал о людях у самого Алукарда-сама, Алукард-сама умный! – ну да, сам себя не похвалишь – никто не похвалит. – Он Тоби всё объяснил, и Тоби всё понял. Поэтому Тоби не будет мешать, Тоби оставит подарки и пойдёт, а потом ещё раз найдёт добрых девочек, чтобы подарить им ещё что-нибудь! Да! Тоби подарит что-то вкусное! Тоби пошёл искать!

– Э! Постой!.. – но было уже поздно, «вдохновившись», я успел подскочить к окну и неуклюже из него вывалиться, якобы споткнувшись. Потом, подтянувшись на карнизе, так, чтобы была видна одна голова, я ещё раз помахал изумлённой Юзу и нервно сжавшей зубы Карин, после чего исчез из их поля зрения.

В целом, всё прошло хорошо. В таких условиях будет крайне сложно не понять, что одежда так же невидима для окружающих, как и сам даритель, а главное, что общение сокращено до минимума. Ну, нет у меня никакого желания нервировать Карин и Юзу, жестоко это. Впрочем, Юзу-то, похоже, как раз и не нервничала, успев только удивиться ситуации, а вот Карин досталось. Пожалуй, на уроках к ним больше лучше не подходить.

Переместившись подальше от школы, я направился к особняку баунто. После нескольких секунд размышлений я решил не приближаться к самому зданию, во избежание случайного обнаружения – в конце концов, невидимым я становиться не умею, а сколько там сейчас дозорных, сказать точно не могу. Так что, затаившись на значительном, по меркам людей, и, соответственно, совершенно ничтожном по меркам моего сонидо отдалении, я стал ждать. Минут через пять баунто начали потихоньку расползаться, а непосредственно в особняке остался один Кария. В то же время девчонка-самоубийца из магазина Урахары уже подошла довольно близко и вот-вот должна была выйти к особняку. Я не вмешивался и не выглядывал, начало боя я всё равно почувствую. Вместо этого я внимательно следил за бегущими сюда двумя слабыми источниками реацу, один из которых человеку точно не принадлежал. В скорости к ним прибавились и ещё несколько источников, выбегающих из магазина Урахары. А всё же любопытно… Согласно моим воспоминаниям, Урахара и Йоруичи на равных сражались с арранкарами, и даже Улькиорра предпочёл с ними не связываться, не говоря уже про ту эпичную битву, что они устроили Айзену. А тут они как будто и ни при чём, хотя я почти уверен, что желай они того – раскатали бы баунто тонким слоем по стеклу и не поморщились. Так что же? Спектакль с баунто разыгрывает не только Айзен, но и его официальные злейшие враги? Занятно…

Мощный всплеск реацу в районе особняка, что так радостно пылал под луной вчера ночью, оторвал меня от раздумий. Сонидо, и вот я уже вижу, как самый настоящий огненный элементаль (или ифрит) разносит то немногое, что уцелело от здания, швыряя во все стороны свои огненные шарики. От шариков ифрита чуть ли не прогулочным шагом бегает Кария, явно не испытывая ни малейшего беспокойства и даже сверкая улыбкой. И элементаль бесится. Вот, простенькая уловка – Кария скрылся за противоположной от противника стеной, и тот сразу туда ломанулся, не слушая предостерегающие крики своей хозяйки. Зовут огненного духа, оказывается, Гейтэй… Ну действительно, уловка сработала. С рёвом пробив собой стену и пронесясь несколько метров, Гейтэй позволил Карии беспрепятственно добраться до своей хозяйки, а потом ещё, не иначе как сдуру, обернувшись, швырнул в того ещё одним огненным снарядом. Взрыв. Каменная крошка и довольно крупные осколки дождём пролились на девушку, а в следующий миг она уже была в захвате старшего баунто. Шах и мат.

О! А вот и новые действующие лица. Добежали-таки… Ну здравствуй, Исида Урю, будем знакомы. Выглядишь неважно, а это значит… Блин. Ну какого лешего, а?! Действительно, синяя плюшевая курица, фонящая странной реацу. Модифицированная душа-плюс с функцией поиска баунто и, кажется, иллюзий… Как же её звали то?.. Вроде имя очень простое… Блин, не помню. Нет, ну это же надо, а?! Они, выходит, реально существуют… Сумасшедший мир… Кстати, интересная мысль, а моё Полное Поглощение на способности души-плюс подействует?..

Так. Вторая часть марлезонского балета. Кария сломал то украшение на пальце у девушки и отпустил её. Драматурги, блин, доморощенные. Интересно, Исида понимает, что вся эта постановка – только для него? Сомнительно. Тем временем Гейтэя начало в прямом смысле ломать. Его внешне твёрдое тело сперва прибило к земле, а потом внутри него начали происходить взрывы, срывая покрывающую броню. Каждый взрыв сопровождался рёвом боли, но дух не умер, даже когда в мощной огненной вспышке взорвалась голова. Однако внешние спецэффекты меня мало волновали, я во все глаза глядел на реацу. А посмотреть было на что, так как творилось с ней, как у самой женщины баунто, так и у её куклы, нечто невообразимое. Похожее я видел только один раз – когда Кога на моих глазах убил Мурамасу. Правда, тогда всё было иначе, более губительно, что ли, а здесь… Да я вообще почти ничего не понимаю из того, что с этими двумя сейчас происходит! Неожиданно для меня, Гейтэй вдруг сумел подняться, что с его повреждениями казалось невозможным, и на солидной скорости атаковал Карию. Тот, впрочем, не стал уклоняться и принял удар, что называется, грудью. Естественно, почти не пострадал – слишком велика была разница в реацу. А вот дальше опять начался бред. Что они там друг другу кричали, я не слышал, но Кария опять позволил женщине подозвать то, что осталось от её куклы, и даже слиться с этим чем-то. Выглядело это… восхитительно! Всё равно, что моё Полное Поглощение с мгновенным результатом, то есть единомоментным получением всех сил и способностей, а также навыков поглощённого. И то это только описание видимого результата, а описывать процесс данного действия я вообще не берусь.

А дальше почти рядом из сюмпо вышли два брата-акробата в чёрных, висящих мешками одёжках синигами, с торчащими во все стороны цветными волосами и с ужасом любого истинного оружейника в руках каждый. И если меч Ичиго ещё напоминал вполне себе классический кухонный нож, то та жуть, что была в руках у мгновенно узнанного мной Рейнджи, могла заставить плакать даже мужчину, весьма далёкого от производства колюще-режущего инвентаря. Вживую Забимару выглядел даже более несуразно, нежели в аниме.

На пути у двоих из ларца, одинаковых с лица, встали синигами-отступник, он же Маки Ичиносэ, и здоровенный смуглый мужик-баунто. Дальше за ними я уже не следил, ибо началось самое интересное. Девчонка, слившись со своей куклой, сама стала выглядеть как некое огненное существо и сразу ломанулась атаковать Карию, каковой этого, кажется, только и ждал. Скорость у обоих была так себе. Техника боя ещё хуже. Я, конечно, не великий рукопашник, но как дерётся Гриммджоу, видел уже не раз и могу с полной ответственностью сказать, что в сравнении с ним то, что я наблюдаю сейчас – это бессмысленное рукомашество и ногодрыжество. Какую-то зрелищность бою придавало то, что сражались они, летая в воздухе, именно летая, а не стоя на уплотнённых духовных частицах, как я сейчас. Но всё равно выглядело это жалко. Впрочем, длилось это недолго. Кария уже где-то через семь секунд пробил рукой грудную клетку оппонентки, и весь огонь с её тела почти мгновенно осыпался, а сама девушка рухнула на землю. К ней бросился Исида, что-то невнятно крича, но звуки боя, исходившие от Ичиго и Рейнджи, всё напрочь перебивали.

И вот, в очередной раз за этот короткий день, мои глаза под маской изумлённо и восхищённо расширились. Тело женщины-баунто рассыпалось множеством зелёных искр реацу, и Кария начал ритуал. Стоя в воздухе, он создал под ногами огромную сияющую красную печать – вроде бы так это называлось? И к этой печати полетели искры, оставшиеся от женщины, начав впитываться в рисунок. А потом… О! За это зрелище Заэль не раздумывая отдал бы правую руку, с левой ногой впридачу. Из нижней стороны сияющего узора начали стремительно выходить маленькие коконы, которые тут же рассыпались, являя миру существ, крайне смахивающих на комаров примерно с ладонь величиной. Больше всего это напоминало дождь, капли которого не падают на землю, а формируют тучу. Процесс длился меньше минуты, но количество «комаров» уже наверняка перевалило за несколько тысяч. А потом вся эта туча разом рассыпалась, частично обрушившись на синигами, но не атакуя, а только отвлекая внимание, и пока ни Ичиго, ни Рейнджи ничего вокруг не видели, баунто вместе с Ичиносэ шустренько скрылись. Недолго думая, я поймал несколько «комаров» на краю тучи и быстро переместил их в свой внутренний мир, попросив Мурамасу проконтролировать. Позже либо отдам Заэлю на исследования, либо попробую подчинить, авось пригодятся. Когда все куклы улетели, узор в воздухе погас, а я, не теряя времени, отправился следом. Узнать, где находится главная база баунто, уж точно лишним не будет, а Ичиго и так не пропадёт.

Базу баунто я обнаружил и был неприятно удивлён тем, что оная база оказалась полностью экранирована от реацу из окружающего мира. Что-то слишком много я встречаю последнее время мест, где моя далеко не рядовая чувствительность к реацу оказывается бесполезной. Впрочем, любоваться горным пейзажем, как и лезть внутрь, я желания особо не испытывал. А потому, убедившись в отсутствии других выходов в обозримом пространстве, отправился назад.

Ичиго с Рейнджи, как и Исида, всё ещё были на руинах. Также к ним присоединились Иноуэ, Садо и Рукия в компании ещё двух мягких игрушек, источающих реацу. А вот Урахары почему-то не наблюдалось. Пойти, что ли, представиться?.. Хотя нет, рано, да и момент неудачный.

Наблюдая за компанией с безопасной дистанции, я проводил их до магазина Урахары и стал ждать. Вышли они оттуда примерно через полтора часа, уже без Исиды и Рейнджи. За это время я успел, от нечего делать, сбегать до ближайшего продуктового магазина и слегка отовариться. После короткой сцены прощания Иноуэ и Садо пошли в одну сторону, а Ичиго и Рукия – в другую, вместе с четырьмя мягкими игрушками, в одной из которых недвусмысленно угадывался лев.

В принципе, момент почти идеальный, вот только эти игрушки… Хотя ладно, всё равно с таким, как Ичиго, ждать удобного случая можно почти бесконечно. Скользнув в сонидо, я вышел из него на следующей улице по пути движения парочки. Людей, к счастью, тут не было. Глубоко вздохнув и морально приготовившись к худшему, я достал честно украденный пакетик конфет, напоминающих M&M’s, и направился прогулочным шагом навстречу парочке, небрежно забрасывая в рот по паре конфет, всем видом изображая туриста на новом месте.

Вот они подходят к повороту, поворачивают… Я в десятке метров впереди, смотрю в сторону… Шаги… И…

– АААААА!!! – резко поворачиваю голову и вижу, как от меня, вопя, пытается задом отползти мягкий игрушечный лев, а сама парочка ещё не показалась. – Ичиго!!! Сестрёнка! Тут пустой! – всё, начали…

– ААААААААА!!! Монстр!!! – завопил я, роняя пакетик и шарахаясь в сторону от льва, как только из за угла выскочили встревоженные Ичиго и Рукия.

– Кон, что слу… – и тут Ичиго увидел меня. Немая сцена.

– О! Привет, рыжий! – радостно возопил я, размахивая руками и бросаясь к Ичиго.

– Ты кто такой?! – Ичиго шарахнулся в сторону, нащупывая на поясе удостоверение временного синигами.

– Я? Я Тоби! Ты забыл Тоби?! Тоби в печали, рыжий злобный синигами обидел Тоби, рыжий синигами – бяка!

– ЧТО?! Это ты?! Ты же выглядел по-другому!

– Да! – я гордо выпятил грудь. – Тоби изменился, Тоби теперь арранкар! Тоби теперь сильный! Не то что крашеный дикий синигами.

– Я НЕ КРАШЕНЫЙ!

– Отрицание есть доказательство, – глубокомысленно изрёк я, наставительно подняв вверх указательный палец.

– Ах ты!.. – Ичиго задрожал от сдерживаемого гнева, но был прерван серьёзным голосом Рукии:

– Хватит, Ичиго! – и уже мне: – Ты действительно Тоби?

– О, маленькая красивая синигами помнит Тоби! Тоби очень рад! Тоби до сих пор хранит рисунок маленькой синигами! Кучики Рукия нарисует Тоби что-нибудь ещё? Тоби очень просит.

– Ээээ… – мне однозначно удалось сбить её с мысли, правда, длилось это недолго. – Да, конечно. Но сперва ответь на несколько вопросов.

– Конечно! Тоби с радостью ответит на вопросы красивой маленькой синигами.

– Эээ… Называй меня Рукия, хорошо?

– Хорошо, Рукия-чан!

– Рукия-чан… – гаденько заквохтал Ичиго. Кучики смутилась, злобно сверкнула глазами в сторону рыжего, но расспросы продолжила…

– Ты знаешь Айзена? – настороженно спросила она, вся подобравшись.

– О да, конечно! Тоби знает большого белого Айзена. Большой белый Айзен сделал Тоби арранкаром! Но он странный, – заговорщицким шёпотом сообщил я. – Всегда улыбается, когда видит Тоби, а ещё просит Тоби, чтобы он не разговаривал с другими арранкарами, говорит, что это вредно для здоровья. Странно, правда? Тоби много говорит, но Тоби здоров!

– Эм… – девушка слегка загрузилась, собрав глаза в кучку. В этот момент игнорируемый лев, а вернее, душа-плюс по имени Кон, не выдержал неизвестности:

– Эй! Ты кто такой?! Что здесь вообще происходит?! Ичиго, ты его знаешь?

– Э… Ну, вроде да… – почесал затылок рыжий, сжимая во второй руке удостоверение и подозрительно глядя на меня.

– А!.. Пфуо… – что хотел сказать Кон – осталось неизвестно, так как его придавила ногой Рукия.

– Так, Тоби, – предостерегающий зырк в сторону всё это время молчавшей троицы модифицированных душ-плюс, что выглядывали из-за угла, и на Ичиго. – Что значит, ты стал арранкаром? Ты работаешь на Айзена?

– Да! Тоби работает на большого белого Айзена, у Тоби есть жутко секретное и важное задание! Большой белый Айзен послал Тоби выедать мозг рыжему синигами! У Тоби великая миссия! Тоби велик! Тоби герой! Тоби хороший мальчик! А рыжий синигами плохой. Он обижает брата Тоби, большого чёрного друга брата Тоби, и не слушается Рукию-чан! И первое, что Тоби должен сделать по заданию большого белого Айзена – это перекрасить рыжего синигами в правильный белый цвет, чтобы он был больше похож на Хичиго, брата Тоби. Тоби очень рад, что так быстро нашёл рыжего синигами! Рыжий синигами должен сегодня лечь спать пораньше, чтобы Тоби всё успел. Тоби уже достал краску, да, Тоби хороший мальчик, Тоби предусмотрительный!

– А я чё-то ничего не понял… – гнусавым голосом прервал тишину из-за угла плюшевый заяц, выполненный в виде сумочки. После этого стоящая рядом с ним синяя курица рухнула на асфальт и забилась в истерике, безумно хохоча, ей вторил придавленный ногой Рукии лев. Правда, лёжа мордой в асфальте, получалось у него плохо.

Во внутреннем мире Ичиго стояла гнетущая и многозначительная тишина, где-то вдалеке, на самом пределе слышимости, звучали сиплые нечленораздельные вздохи и скрежет металла по камню, перемежающийся с глухими ударами. Наконец возвышающийся на своём шесте и запрокинувший голову к небу Зангецу медленно произнёс:

– Ичиго, он… – продолжительная пауза. – Издевается…

– … Убью, – веско произнёс Куросаки, касаясь груди удостоверением и вышибая себя из тела.

– Пф… Пх… Пха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!!!! – согнулась пополам Рукия, обхватив живот руками. – Белый… Уй-хи-хи-хи-хи-хи-хи-хи!!! Предусмотрительный… Ууууу… – из глаз девушки текли слёзы, она судорожно делала вдохи и каждый раз, когда разлепляла зажмуренные глаза и бросала взгляд на Ичиго, тут же взрывалась новым приступом смеха. Каким чудом малышка Кучики оставалась стоять на ногах, для науки оставалось загадкой.

– Дура! Это не смешно!!! – взревел взбешённый Куросаки, уже выхватив занпакто и небрежно им размахивая, дополняя свою экспрессивную жестикуляцию, нисколько не заботясь, что может что-то задеть.

– Аха-ха-ха-ха-ха-ха!!! – было ему ответом. Видя с каждым мгновением наливающуюся краской физиономию рыжего, я поспешил развить успех:

– Тоби правда не знает, что такое мозг и как он связан с покраской… – задумчиво протянул я. – Но Тоби будет стараться!

– БУЫЫЫЫЫЫ!!! – у Рукии уже не хватало воздуха. Удары, доносящиеся из внутреннего мира Куросаки, стали звучать громче и ритмичней.

– А ведь действительно… – я задумчиво почесал затылок. – Тоби не знает, где у рыжего синигами находится мозг, и как он тогда будет его выедать?.. Рыжий, ты просто обязан помочь Тоби! Иначе Тоби не справится! – Рукия что-то сипло простонала и отвернулась в другую сторону, одной рукой сжимая лицо, а второй – живот.

– ЧЕГО?! Да ты совсем охренел?! И вообще, у меня имя есть! Меня зовут Ичиго! А не рыжий синигами!

– Тоби всё понял, – с готовностью закивал я. – Тебя зовут рыжий Ичиго, так ты расскажешь Тоби, где у тебя мозг?

– АРРРР!!! – Зангецу прошёл в паре сантиметров от меня и врезался в асфальт, уклониться было совсем не сложно – скорость временного синигами с момента нашей прошлой встречи так и не изменилась.

– Ой, а зачем рыжий Ичиго сломал красивую дорожку? Тоби она нравилась…

– Я тебя убью! – занпакто с тихим звуком вышел из асфальта и начал подниматься для нового удара.

– Ты что? Тоби нельзя убивать! Тоби нужен! Большой белый Айзен так и сказал, что Тоби – это секретное и особое оружие! А Алукард-сама ещё добавил, что Тоби – это … … и … … вообще … в … …, а не якобы секретное оружие, и что какого … … … ему … … первому по силе … … … и запретили … … убивать … это, так сказать, … оружие, чтоб его … … и … в … на …, а потом … и … на …, да ещё и помогать обязали, – лицо Куросаки надо было видеть, у него явно случился культурный шок, наверное, сильнейший в жизни, даже занпакто из руки выпал. – Тоби правда не знает, что значат все эти слова, но звучит внушительно, Тоби понравилось, и он запомнил, Тоби важный! У Тоби длинное и внушительное название! И великая миссия! Да!

– Т… Тебе это всё… Про миссию… мозг и покраску… Айзен рассказал? – через силу простонала Кучики.

– Нет, большой белый Айзен сказал только не мучить его и идти есть мозг синигами, но белочка Тоби всё объяснил и рассказал, что надо делать! А Алукард-сама даже помог Тоби добраться! Алукард-сама вообще очень добрый и всегда помогает Тоби найти нужную дорогу, но он почему-то считает, что Тоби медленный, и всегда ускоряет Тоби ногой, это странно, потому что Тоби быстрый. Ии… немного больно… У Тоби всегда после ускорения Алукарда-самы немного болит нижняя часть спины, – я выразительно потёр зад, с огромным трудом подавляя бушующий в груди гогот. – Но Алукард-сама хороший, он всегда помогает и заботится о Тоби, и потому Тоби ему ничего не говорит, а то он расстроится! А Тоби не хочет, чтобы Алукард-сама расстраивался, он же придумал такое внушительное имя для Тоби! Тоби после того, как его услышал, ходить очень гордый! Потому что ни у кого из арранкаров такого больше нет, только у Тоби, и остальные арранкары всегда соглашаются, что это самое подходящее имя для Тоби, только оно очень длинное, и потому Тоби сохраняет и имя Тоби.

Вот же я их загрузил… Всё-таки, какая же я сволочь! Аж самому приятно!

– Хмм… – я сделал глубокий вдох, всем корпусом подавшись вперёд. Ибо немая сцена слишком затянулась. – А чем так вкусно пахнет? – ещё несколько демонстративных вдохов с поворотом головы туда-сюда. – Какой приятый запах… – я подался ещё чуть вперёд, начав обнюхивать Рукию. Та так удивилась, что даже отвисла, да и Ичиго, моргнув, вылупил глаза на меня. – Нет. Запах Рукии-чан тоже очень приятный, но Тоби его знает… – я замер как бы в растерянности и почесал голову. – Этот запах другой, и Тоби его ещё не чувствовал… – увлечённо принюхиваясь, я начал приближаться к углу поворота, за которым прятались души-плюс. – Точно! Тоби нашёл! Вот кто пахнет почти так же вкусно и приятно, как Рукия-чан! – выкрикнув это, я схватил не успевшую отреагировать плюшевую игрушку в форме синей птицы и гордо протянул её в сторону Ичиго. Челюсть последнего с громким стуком упала на тротуар, а лицо приняло донельзя дебильное выражение.

– ААААА!!! Отпусти меня!!! Спасите!!! Ичиго, сделай что-нибудь! – заверещала игрушка.

– Игрушка разговаривает, совсем как тот монстр, которого задавила Рукия-чан?!.. – пауза, долженствующая изображать изумление. Все, а именно игрушка, тоже замолчали. – Тоби… Так нравится!!! Такая милая птичка! КАВАЙ!!! – я, изображая детский восторг, стиснул игрушку в объятиях и начал крутиться вокруг своей оси. – Это игрушка Ичиго? Почему плохому рыжему синигами так везёт?! Тоби тоже хочет иметь такую игрушку! Тоби будет её любить! Ну почему рыжий синигами такой везучий?! – я резко замер лицом к Рукии. – Его надо перекрасить! Да! Срочно! Ради Хоэко Мундо! Нет, ради всеобщего блага! – я быстро вручил ошалевшую душу-плюс в руки не менее ошарашенной Кучики и с вдохновением поделился: – Тоби побежит готовить краску! Тоби хороший мальчик! Тоби спасёт бедную Рукию-чан от рыжего чудовища! Тоби велик! Тоби станет героем! И имя Тоби станет ещё длиннее и внушительней!

На этой оптимистической ноте я ушёл в сонидо. Очень быстрое и дальнобойное сонидо. Выйдя из него за городом, я снёс лбом несколько деревьев и пропахал глубокую борозду в земле, но мне было пофиг, я ржал. Ржал так, как никогда в жизни. Закопавшись с головой в землю, я бился в истерике, бросив все остатки сознания и силы воли на поддержание маскировки. Как мне было плохо… И как мне было хорошо оттого, что меня сейчас не видят мои девочки…

Поворот улицы, спустя десять секунд после исчезновения «Тоби»:

– Что… это… сейчас… было? – слегка дёргая глазом, спросил Куросаки Ичиго.

– Не знаю, – медленно ответила Рукия. – Но мне почему-то стало жалко Айзена… И страшно…

Ичиго сглотнул.

– Ты думаешь… Айзен так хотел от него избавиться?

– Да… Я почти уверена.

– Рукия… Может, поменяемся сегодня?

– Ты о чём?

– Ну… Можно я посплю в шкафу?..

***

Некоторое время спустя. Хоэко Мундо, Лас Ночес, полутёмная комната, конец записи.

Тишина…

Шелест плаща от встающей с кресла фигуры. Лёгкий звук прицепляемых к поясу ножен. Тихие шаги к выходу.

В коридоре навстречу тихо идущей фигуре выходит другой обитатель города, с извечной змеиной улыбкой на лице.

Первая фигура поравнялась со второй и остановилась.

– Гин.

– Да, капитан Айзен?

– Меня несколько дней не будет в Лас Ночес.

– Что-то случилось?

– Нет… Просто мне нужно побыть одному.

***

В этот день, несмотря на все составленные планы, я решил вернуться в Лас Ночес. Мне срочно требовалось расслабиться и успокоиться, настолько, что даже бесконечная серая пустыня Хоэко Мундо начала казаться очень уютным местом.

Но перед тем, как возвращаться, я всё же решил привести в реальность один эксперимент, идея которого уже давно витала у меня в голове, но я о ней всё время забывал. Суть в том, что меня давно интересовала возможность существования в Хоэко Мундо растений и вообще живых существ, не являющихся пустыми. Ведь те же Иноуэ, Исида и Садо там себя вполне комфортно чувствовали, хоть и являлись в первую очередь живыми людьми, а уже потом – пользователями реацу, и уж точно совсем не духами, как синигами и пустые. Поэтому, отойдя подальше от Каракуры вдоль берега реки, дабы открытие гарганты не было замечено синигами даже случайно, я, не мудрствуя лукаво, выкопал из земли первый попавшийся кусок дёрна. А заодно и воды в речке набрал, достав из третьей по счёту урны пластиковую полуторалитровую бутылку. Если трава не завянет сразу при переходе и проживёт несколько дней, буду думать о том, как быть дальше с её поливкой, всё-таки в Лас Ночес вода хоть и есть, но, по большому счёту, всё ещё является дефицитом, ну а если травка помрёт, то и заморачиваться нет смысла.

Звук вспарываемого пространства разнёсся по всему полигону, а через секунду я ступил на жёлтый песок. Благодаря ли искусственно созданному солнечному свету, или это личная причуда Айзена, такая же, как голубое небо на потолке, но песок внутри Лас Ночес был именно жёлтым, даже, можно сказать, золотым, какой редко встречается даже на лучших пляжах мира живых. Впрочем, данный момент меня волновал мало. Балахон «Тоби» был спрятан, маска развеяна, и образ грозного Примеры ничего не портило. Ну, разве что ком покрытой травой земли в одной руке и пластиковая бутылка с мутной водой – в другой. Но ведь это такие мелочи, а уж когда они в руках у Примеры, ни один арранкар даже не подумает усомниться, что так всё и должно быть.

Через пару минут я уже стоял рядом с крыльцом своего особняка и выливал содержимое бутылки на только что посаженный кусочек дёрна. Трава, вроде как, сохнуть и вянуть не собиралась, что радовало, хотя ни о чём существенном ещё не говорило. В крайнем случае, повторю эксперимент с растениями из Общества Душ, они-то уж точно прижиться должны, хотя ещё неизвестно, когда я туда попаду, но это уже частности.

Чем бы заняться?.. Мои девочки сейчас в доме и, судя по привкусу реацу, чему-то радуются, наверняка смотрят очередной фильм. Тия со своим «зверинцем» у себя, но мне что-то сейчас не сильно хочется общаться. Может, морду кому набить? Ноиторре, например? Тц… Нет, Ноиторре нельзя, банально не сдержусь, убью. Заэль и Аронильё сразу отменяются, убил бы я их с удовольствием, а вот так вдыхать миазмы их реацу, нет уж, увольте. С Барраганом драться просто нельзя, ибо взбеленится, и придётся убивать. Дордони? Хм… Я даже его ударов не почувствую, пусть он хоть ресуррексион активирует. Чируччи? Ещё хуже, тем более бить девушку… Москеда неинтересен, остаётся Гриммджоу. Ну что ж, можно и глянуть на его ресуррексион, авось не зашибу. Так, где он сейчас? Угу, нашёл. Сонидо…

Шаолонг Куфонг нервно отшатнулся, когда я вышел из сонидо перед дверным проёмом апартаментов Гриммджоу, видимо, он как раз хотел туда зайти. Меньше секунды ушло у арранкара на осознания того, кто перед ним стоит, и Шаолонг склонился в низком поклоне, прислонив правую руку к груди. Я небрежно кивнул и шагнул в проём. Мом глазам открылось просторное тёмное помещение с минимумом мебели. Недалеко от входа прямо на полу сидели двое арранкаров из фракции Гриммджоу и играли в нечто напоминающее карты, звали их, кажется, Ди Рой и Наким, фамилий я не помнил. Чуть далее сидел братишка нашего безумного учёного Иилфордт Гранц, хотя я лично не очень представлял, как у пустых могут наличествовать подобные родственные связи. Ну а в самом конце помещения на единственном диване возлежал Гриммджоу, всем видом выражая вселенскую скуку, и, что называется, плевал в потолок. Скользнув взглядом по Гранцу и отметив, что духовных паразитов в подарок от братишки в нём ещё не появилось, я неспеша направился к синеволосому кошаку. Всё внимание в помещении мгновенно переключилось на меня, даже Гриммджоу оторвал взгляд от потолка и скосил его в мою сторону.

– Привет, Джагерджак, размяться не хочешь? – лицо Гриммджоу озарил безумный оскал, а в глазах отразилось столько радости, что я почувствовал себя чем-то очень благостным и добрым. Брррр! Жуткое ощущение…

– Давай! – он ещё на ноги вскочить не успел, а уже выхватил занпакто и ускорил циркуляцию реацу в организме, отчего в помещении существенно возросло духовное давление. Мне-то, конечно, безразлично, но вот его фракция слегка побледнела, особенно тощий Ди Рой.

– Пф… Пошли на полигон…

До места мы добрались быстро, благо большая часть территории Лас Ночес и есть полигоны. Фракционы Гриммджоу в полном составе хвостиком отправились следом.

– Давай по нарастающей, – спокойно предложил я, заняв своё место напротив противника. Джагерджак только этого и ждал, в следующий же миг попытавшись пробить мне прямой в челюсть, выходя из сонидо. Его кулак я с лёгкостью блокировал, хотя смысла в этом не было, но ведь я пришёл сюда не унижать кису, а развеяться. Гриммджоу лихо извернулся в воздухе и, используя энергию вращения, попытался пробить мне в голову уже ногой, этот удар я тоже блокировал, правда, уже другой рукой.

Следующие пару минут синеволосый арранкар с бешеным азартом всячески пытался меня достать, вкладывая в удары столько реацу, сколько не у каждого адьюкаса наберётся. Я же без особого труда отбивался, преимущественно блокируя удары руками. У Гриммджоу был своеобразный стиль, смесь бокса с чем-то, что я бы назвал улично-азиатским. То есть некая школа бокса была видна, а всё остальное производило впечатление бессистемно надёрганного из других направлений, но в то же время откровенно подлых приёмов, каких можно было бы ожидать от чисто «уличного обучения», особо не наблюдалось. В целом, за эти пару минут я пришёл к выводу, что даже будь мы на одном уровне реацу, Гриммджоу я бы сделал – хотя по-прежнему не чувствовал себя великим мастером рукопашных схваток, но вот его ошибки я видел сходу.

В какой-то момент Гриммджоу отпрыгнул, доставая клинок, улыбка с его лица пропадать даже не думала. Я скептически осмотрел его занпакто и недовольно покачал головой.

– Давай лучше сразу ресуррексион.

– А что так?

– Твой занпакто просто не выдержит столкновения с моим, а значит, и смысла пытаться фехтовать нет, – чистая правда, это силу ударов руками я мог сдержать, а уменьшить остроту меча почти нереально, ведь занпакто – это квинтэссенция моей силы в самой разрушительной и крепкой её форме. Я даже при самом лёгком столкновении просто разрежу его меч, а могу и вообще распылить, если не сдерживаясь. Кстати, то же самое касается и его тела – получи он хоть малейший порез от Мурамасы, тот ни в жизнь сам не заживёт, слишком разный уровень силы. Дааа… Чем дальше, тем больше я убеждаюсь, что Соске очень постарался, чтобы не убить Хинамори…

Отвлёкшись на внезапно всплывшие мысли о лейтенанте пятого отряда, я едва не пропустил неожиданно серьёзный кивок Гриммджоу и его слова:

– Растерзай его, Пантера!!!

Ну, что могу сказать? Неплохо, очень неплохо. Реацу хорошая, скорость даже выше, чем у Тии, удары, правда, не особо сильные, но это поправимо. Контроль реацу, конечно, не очень, слишком много её уходит в пространство, но и эта проблема решаема обычным набором опыта. Так что в целом – даже хорошо, а если подтянуть технику – будет вообще отлично.

Дрались мы около получаса, за которые количество зрителей существенно увеличилось. Меня-то они не чувствовали, а вот разбушевавшегося Гриммджоу не почувствовать было крайне сложно. Очень забавно было наблюдать, как храбрецы, решившиеся полюбопытствовать, с кем же это дерётся десятый Эспада, уматывали, стоило им только увидеть ответ на этот вопрос. Тех, кто решался остаться, было куда как меньше – Тия со своими фракционами, мои девочки, что тоже не удержались от любопытства, изначально присутствовавшая фракция Гриммджоу, парочка фракционов Баррагана, Чируччи и, к моему удивлению, Лоли Аивирне и Меноли Малия.

О том, что эта парочка уже присутствует в Лас Ночес, я знал, но вот видел их впервые. Ну да тут ничего удивительно, я процентов семьдесят обитателей Лас Ночес в глаза не видел, а из тех, кого видел, едва ли у половины знал имена. А эти двое ещё и умудрялись удивительным образом заранее исчезать из тех мест, куда я иду, что, в свою очередь, привело к тому, что я о них просто забыл. Ну а вот сейчас наконец-то встретились. Симпатичные девочки, хотя, конечно, с масками им не очень повезло, впрочем, могло быть и хуже.

Пока разглядывал арранкарок, умудрился пропустить пару ударов Гриммджоу, так что пришлось прекратить отвлекаться, в конце концов, у меня свои девочки есть, да и фигурки у них получше. Через означенные полчаса я остановил бой, большая часть зевак почти сразу вспомнила о срочных делах и поспешила убраться подальше. Поблагодарив Гриммджоу, я заложил руки в карманы и неспешно направился к своим фракционам, а заодно и к стоящей невдалеке от них Тие. Относительно благодарности… Мне это совершенно ничего не стоит, а ему приятно, да и заслужил, чего уж там. Расстались мы полностью довольные друг другом, Гриммджоу получил возможность подраться в полную силу, абсолютно не сдерживаясь, а я морально отдохнул и развеялся. Конечно, в идеале хотелось бы кого-нибудь убить, но это уже перебор.

***

Сёри расслаблено лежала в куче подушек на полу и, слегка улыбаясь, смотрела телевизор. На диване, обхватив подушку руками, сидела Кин, тихонько хихикая и периодически меняя положение. Сёри мало что понимала из происходящего на экране, но поведение главных героев ей очень нравилось, оно было забавным, особенно реакция героини на некоторые действия главного героя. Смотрели они многосерийный фильм с немного странной картинкой, которую господин называл «аниме». Назывался же он «Kaichou wa Maid-sama!», по мнению Сёри – совершенно бессмысленный набор непонятных слов, впрочем, к непонятным словам и необъяснимым, с первого взгляда, действиям людей в их фильмах она уже давно привыкла, а потому просто пыталась понять и выучить, ведь в фильмах бывало и много полезного. Особенно учитывая, что она совершенно ничего не помнила не только о своей человеческой жизни, но и о существовании до встречи с хозяином…

Хозяин… Тот, кто её спас… Тот, кто дал ей имя… Тот, с кого началась её жизнь… Первым, что она увидела, очнувшись в серой пустыне, было тёмное небо и его маска, в которой алым светом горели внимательные глаза… Маски уже нет, но его глаза остались прежними. Глаза того, кто стал смыслом её жизни…

Сёри перевернулась на живот и уткнулась лицом в подушку.

Столько всего произошло с момента их встречи… Хозяин… Ему почему-то не нравится, когда его так называют, но Сёри чувствовала, что правильно именно так, хотя и не понимала почему. Алукард никогда их не ругал, но девушка видела, как он едва заметно морщится от такого обращения, поэтому она, как и Кин, старалась ограничиваться обращением «господин», которое, впрочем, тоже ему не очень нравилось. Но называть ЕГО просто по имени Сёри не могла!

– Эй, ты чего? – Кин разумеется, сразу заметила перемены в настроении подруги. Или сестры? Сёри только недавно начала задумываться над значением этих слов, после того, как Хозяин с улыбкой назвал их «сестрёнками». Он тогда, скорее всего, пошутил, но ведь, если подумать, то они действительно сёстры, по крайней мере, другого подходящего определения их отношениям Сёри не знала. К тому же они очень похожи внешне, хотя раньше имели совершенно различную форму. Ведь не происходят же такие вещи случайно? Посмотреть хотя бы на фракционов Тии Халлибел, которые совершенно не похожи ни друг на друга, ни на свою госпожу.

– Всё в порядке, просто задумалась, – Сёри не стала поворачиваться, продолжая обнимать подушку и отстранёно глядеть на экран. Прошла секунда. Другая. Третья. И прямо перед лицом Сёри сверху опустилась голова Кин, упёршись макушкой в пол. Сёри скосила глаза вбок. Кин, помимо макушки, опиралась на согнутые руки, а ногами, похоже, продолжала держаться за диван, таким образом нависая над девушкой. Несколько секунд они играли в гляделки, при этом Кин рассматривала подругу со всё более сужающимся прищуром и, наконец, медленно протянула:

– Поняяяяяятно… – от реплики «сестры» Сёри неожиданно для себя смутилась и, довернув голову, зарылась носом в подушку. Рядом раздалось хихиканье. – А с… – вновь начала та, с чего-то – очень довольным тоном, но договорить не успела. По Лас Ночес прошла волна довольно сильной реацу, Кин от неожиданности потеряла равновесие и в результате свалилась прямо на Сёри. – Ой!.. – арранкарка приподнялась на руках и недовольно потёрла нос, которым проехалась по полу. – Что это?

– Похоже на реацу Гриммджоу… – ответила ей Сёри, оторвав лицо от подушки и сосредоточившись. Развалившаяся на ней и не очень спешащая вставать подруга её сейчас мало волновала, куда важнее было то, что она никак не могла почувствовать ещё хоть какую-то реацу рядом с Гриммджоу, а он, судя по всему, сражался… – Похоже, он с кем-то дерётся, но я не могу почувствовать реацу его противника…

– Я тоже не могу… – растерянно поддакнула Кин. Одно долгое мгновение ушло у Сёри на осмысление ситуации, а в следующий миг в голове вспыхнуло одно слово:

– Хозяин! – хором выдохнули девушки и переглянулись друг с другом.

После того, как они все стали арранкарами, он постоянно куда-то уходил, иногда пропадая неделями, вот и сейчас он ушёл больше суток назад, и когда вернётся – было неизвестно. А ведь до того, как прийти в Лас Ночес, он редко когда оставлял их больше, чем на несколько минут, и всё равно всегда был рядом… Кин было легче, ведь она раньше путешествовала одна, а вот Сёри отсутствие рядом Алукарда переносила тяжело. Ведь он всегда был рядом, каждую минуту, сколько она себя помнила… Но она не могла позволить себе показать свои реальные эмоции господину, ведь раз он уходит, значит, для него это важно, а раз это для него важно, то она не смеет ему мешать. Так что Сёри для себя решила, что лучше она будет показывать свою радость от его возвращений, чем хоть раз посмеет усомниться в его решениях. Зато этим возвращениям она действительно была рада, и очень мало вещей могли затмить это чувство. И все эти вещи были связаны с Хозяином…

Кин тут же вскочила на ноги и бросилась обуваться, Сёри медленно повторила её действия, стараясь унять внутреннюю дрожь.

За дверью их встретил маленький кусочек травы, какую они видели только в мире живых. Обе девушки удивлённо замерли, в прямом смысле пялась на это чудо. И только всё возрастающие всполохи реацу с полигона возле апартаментов Гриммджоу заставили фракцию Примеры выйти из ступора.

Прибыв на место, Сёри незаметно выдохнула, расслабляясь, лицо Кин тоже расплылось в радостной улыбке. Он действительно был тут и действительно дрался с Гриммджоу. Хотя понятие «дрался» к тому, что происходило на полигоне, подходило слабо. Через некоторое время рядом появилась Тия Халлибел со своими фракционами, а чуть позже начали подходить и другие арранкары, большинство из которых сразу же исчезали, едва разглядев, КТО находится на полигоне. Но Сёри, как и Кин, этого почти не замечала, завороженно глядя на Примеру, что, не двигаясь с места, небрежно отбивал удары вошедшего в ресуррексион Гриммджоу. В такие моменты Сёри могла смотреть на него бесконечно, хотя сама не могла объяснить почему. Внезапно он пропустил несколько ударов, которые, впрочем, всё равно никак не повредили его иеро. Но Сёри успела заметить направление его взгляда, он смотрел на двух арранкарок со странно похожими и симметрично расположенными остатками масок, что недавно также пришли посмотреть на поединок. Заминка длилась всего мгновение, и уже в следующую секунду ни один удар Гриммджоу уже не мог пробить защиту Примеры, но Сёри почувствовала, что этих двоих нужно запомнить, хоть и не поняла, почему у неё возникло такое желание – просто почувствовала, что это нужно.

Девушка с двойным занпакто не заметила, сколько времени длился поединок, просто в какой-то момент он прервался, а оба члена Эспады стали о чём-то тихо говорить. Потом Гриммджоу отменил ресуррексион, а затем, не убирая с лица довольного оскала, крутанулся на пятках и зашагал прочь. А Хозяин… Он тоже повернулся, нашёл их взглядом и, слегка улыбнувшись, медленно зашагал навстречу. Сёри следила за каждым его шагом, не в состоянии оторвать взгляд, внутри всё напряглось, и с каждым его шагом это напряжение росло, а перед глазами стояла его улыбка и едва заметно сияющие красным светом глаза…

– Ну что, сестрёнки, соскучились?..

***

– Ну что, сестрёнки, соскучились? – с улыбкой спросил я, подойдя вплотную к своим фракционам.

Горящие глаза девочек ответили лучше всяких слов. Кин, совершенно не скрывая своей радости, тут же подскочила ко мне и привычно подставила голову для почёсывания (была у неё такая слабость), слегка её опустив и наклонив в сторону, чем я, собственно, тут же воспользовался, зарывшись пальцами в её серебристые волосы. Сёри повела себя более сдержанно, просто наклонив голову, хотя запах реацу у неё был не менее насыщен положительными эмоциями, чем у Кин. Причём сжатые пальцы и слегка подрагивающие руки от моего внимания не ускользнули. А ведь меня здесь не было всего ничего… Скользнув взглядом по оголённому животу девушки, я удовлетворённо отметил, что дыра стала ещё чуть меньше, хотя визуально это осталось почти незаметно. Ещё один шаг, я зарываюсь второй рукой в волосы Сёри и чуть привлекаю её к себе – то, что она этого не просит, не значит, что ей не нравится, просто Сёри вообще редко говорит и ещё реже о чём-то просит.

– Ну всё, остальное дома, – тихо буркнул я через десяток секунд, убирая руки.

– Да, господин Алукард! – просияла Кин и тут же юркнула мне за спину, порозовевшая Сёри молча последовала её примеру. Я перевёл внимание на стоящую в нескольких метрах Тию и шагнул к ней.

– Не знал, что здесь соберётся так много зрителей, неужели и правда было так интересно? – Халлибел, как всегда, выглядела невозмутимо, подпирая свою грудь сложенными под ней руками, и в момент вопроса со странным выражением в глазах разглядывала меня и мою фракцию. А вот её фракция (тоже, в общем, как всегда) повела себя по-разному. Сун-Сун и Мила Роза остались стоять на прежних местах, а Апачи, ещё когда я только приближался к своим девочкам, спряталась за спину Тии и уже оттуда следила за нашим общением, высунув голову. Сейчас же она опять спряталась целиком и старалась не выглядывать, хотя получалось плохо.

– Нет, – Тия оторвала взгляд от моих фракционов и сфокусировала его на мне. – Хотя, думаю, многим действительно было интересно, но я пришла сюда, так как не сумела почувствовать противника Гриммджоу, и мне стало любопытно.

– Понятно, – хмыкнул я, старательно копируя многозначительную улыбку Айзена. – Ну, извини, что разочаровал, – глаза Тии изумлённо расширились, хотя, возможно, это был и испуг.

– Я совсем не…

– Знаю, я пошутил, – рука буквально сама собой потянулась и поправила сбившуюся Тие на глаза косичку золотистых волос, чем только вызвала ещё больший прилив изумления во взгляде девушки. Ничего не могу с собой поделать, но я просто обожаю видеть это выражение безмерного удивления у неё на лице. Может быть, дело в том, что эта эмоция у неё получается наиболее выразительно. – Не возражаешь против небольшой совместной прогулки?

Тия молчала несколько долгих секунд, видимо, пытаясь осмыслить ситуацию, выражение глаз у неё при этом не менялось. Аккуратно выглянувшая у неё из-за спины Апачи встретилась с моим весёлым взглядом и, панически пискнув, спряталась обратно. Только после этого Тия, наконец, очнулась от раздумий и, предварительно скосив заинтересованный взгляд назад, моргнула и, повернувшись ко мне, спокойно ответила:

– Нет, я не против.

– Прекрасно. Тогда позволь мне проводить тебя до дома, – на это предложение Трес Эспада только кивнула.

Пару минут мы шли молча, благо при размерах Лас Ночес не было нужды спешить с разговором, более того, без использования сонидо тут можно было блуждать не один месяц, и всё равно весь комплекс обойти бы не удалось. Тия шла рядом со мной, а наши фракционы следовали чуть сзади, иногда о чём-то перешёптываясь, но редко. Наконец я решил нарушить молчание и, чуть повернув голову назад, обратился к одной пугливой девушке:

– Апачи, вот скажи мне, неужели я настолько страшный? – Эмилоу от неожиданности отпрянула, издав нечто среднее между вдохом сквозь сжатые зубы, писком и иком, но на ногах устояла. Я же, встав вполоборота к ней, с лёгкой полуулыбкой на лице терпеливо ждал ответа.

– Н… Нет… – наконец выдавила девушка, хотя весь её вид выражал обратное.

– Тогда что же ты всё время трясёшься в моём присутствии?

– Ну… Я… – арранкарка замялась, отведя взгляд разноцветных глаз в сторону и сжав губы в выражении, напоминающем досаду, при этом немного ссутулившись.

– Апачи. Ты, конечно, очень мила, когда пугаешься, но, может быть, стоит уже перестать? Я тебе не враг и есть тебя не собираюсь, – на нас скрестились сразу пять взглядов. У моих девочек в глазах виднелся лишь лёгкий интерес к ситуации, не более, а вот Мила Роза и Сун-Сун смотрели весьма занятно, видимо, обсуждение данного вопроса уже не раз поднималось в их компании, но сейчас моё присутствие не позволяло им хихикать над подругой – всё-таки меня побаивались все трое, просто у Апачи это выражалось более резко. По глазам же Тии можно было определённо сказать только то, что она встревожена, хотя вроде и не против этого разговора, по крайней мере, вклиниться в него она не попыталась, только переводила напряжённый взгляд с меня на Эмилоу.

Апачи совсем стушевалась и явно не знала не только что мне ответить, но и куда деть руки и глаза. Так что, подождав ещё несколько секунд, я сжалился над девушкой и, шагнув к ней, положил руку на покрытую костяным гребнем макушку.

– Глупышка… – совсем тихо произнёс я и, слегка взъерошив ей волосы, убрал руку в карман. Всё произошло так быстро, что Апачи успела только замереть и выпучить на меня глаза, к тому моменту, когда она должна была испугаться, моей руки у неё на голове уже не было. Полюбовавшись её полным растерянности лицом несколько секунд, я беззвучно хмыкнул и, развернувшись, зашагал дальше. Через несколько секунд сзади послышались и другие шаги.

Дальнейший путь проходил в молчании, которое никто не стремился прерывать. Мне, по большому счёту, даже этот разговор с Апачи был не нужен, достаточно было и того, что Тия и её девочки просто находятся в моём обществе. Почему? Всё дело в привычке. Ведь привычка – это великая сила, а если они привыкнут, что в обществе Примеры чувствуют себя спокойно и даже в безопасности, то дальше уже сами, пусть и подсознательно, будут к нему стремиться. Ведь не так уж важно, что именно сейчас они теряются в догадках, зачем мне сдалась эта пешая прогулка, и вообще находятся в полном недоумении от происходящего (даже Апачи перестала фонить опаской, углубившись в осмысление произошедших событий). Куда важнее закрепить у них в сознании ассоциативную связь между мной и безопасностью. А чтобы такая связь возникла, нужно не так уж и много, один из вариантов – вот такие неторопливые пешие прогулки, так хорошо располагающие к спокойным и размеренным размышлениям. Пусть мои действия для них загадка, но когда ты удивлён и растерян, ты забываешь о страхе. Более того, пытаясь понять моё поведение, они станут думать обо мне, даже когда сам я буду далеко, и не в плане «Какой же он страшный! Только бы он больше не подходил!», а в плане «Что же он этим хотел сказать?», и второй случай уже подразумевает интерес к дальнейшему общению, что мне и нужно.

Дойдя до особняка Тии, мы остановились. Обозрев тяжёлым, с толикой улыбки, взглядом замершую группу красавиц, я показательно вздохнул и покачал головой. После чего взял правую руку Тии и под удивлёнными взглядами четырёх девушек с поклоном её поцеловал.

– Был рад провести время в твоём обществе. Вам, красавицы, тоже спасибо. Очень жаль, что в Хоэко Мундо так мало приятных глазу вещей, но от этого ваше общество становится только ценнее. Спасибо вам за него, – ох, как они покраснели… Даже Тия смутилась и залилась краской, отведя взгляд. Ну да, разве от наших арранкарских мужиков дождёшься комплиментов? Угу, как же, я прям вижу эту картину: Ноиторра с букетом цветов и Гриммджоу, поющий серенады под окнами… Да скорее Генрюсай от обжорства помрёт, чем это случится. Один я тут. Единственный… И это прекрасно! – Ну а теперь, увы, мне пора, – и, изобразив ещё один символический поклон, я ушёл в сонидо.

Вышел из него я уже около своего особняка. Через полторы секунды рядом раздались ещё два синхронных хлопка сонидо, оповещающих о прибытии моих девочек.

Пройдя в дом, я, не оборачиваясь на Кин и Сёри, поднялся к себе в комнату, знаком показав девушкам, чтобы не шли за мной. Хотелось сделать очень многое. Прежде всего – схватить в охапку своих фракционов и банально затащить их в постель, ну или, как минимум, затискать, без перехода процесса в горизонтальную плоскость. Но пока что мне удавалось гасить в себе это навязчивое желание, во многом спровоцированное общением с Тией. Нет, девочки бы мне, конечно, не отказали, даже наоборот, но… не до того сейчас.

Скинув плащ на спинку стула, я рухнул на кровать, заложил руки за голову и уставился в потолок. Вторым желанием, что называется – из той же оперы, являлось скорейшее сведение знакомства с Лоли и Меноли, в идеале завершающееся взятием их обеих к себе во фракцию. Как-никак девочки очень симпатичны, и упускать их было бы глупостью. Правда, тут меня смущал один момент – помнится, в аниме они настойчиво крутились возле Айзена, что для обычных нумеросов крайне странно. Конечно, можно предположить, что девочки просто выполняли роль его любовниц, и данный вариант очень даже реален, всё-таки Айзен – тоже человек, и ничто человеческое ему не чуждо. Хмм… Главное – при нём этого не брякнуть… Так вот, это вполне возможно, но даже если истинная причина находится в другом, Айзен может и не захотеть отдавать своих служанок кому-то другому, я бы на его месте точно не захотел. Хотя пока что я их рядом с Соске не видел, а значит, есть некоторый шанс. Но всё равно, идея прямо сейчас срываться и нестись их отлавливать моим разумом воспринималась как однозначно безумная, а потому старательно глушилась. Я ими, конечно, займусь, благо теперь, когда параметры их реацу мне известны, найти их будет несложно, но позже. Терплю же я с той же Чируччи, хотя внешние данные у неё даже получше будут, вот и тут спешить не стоит, хоть и хочется…

Однако всё это лирика, о девушках думать можно бесконечно, особенно когда ты их хочешь, но сейчас важно другое. А именно – ближайшее будущее. Если разложить по полочкам, то в своих планах я упустил один довольно важный момент, что мне весьма наглядно продемонстрировал Кария в мире живых. Наука! Да, я способствовал зарождению нашего аналога БТР, сиречь Бюро Технологических Разработок, но сделал я это крайне неверным образом. Я дал идею к эффективному расширению и самоустранился, потому что сам в научной работе мало что понимаю, но это в корне неправильно! Ведь здесь, в духовном мире, одно-единственное открытие может стать оружием куда более опасным, чем ядерная бомба в мире живых. Хотя бы потому, что тут сделавший открытие учёный вполне способен самолично создать рабочий образец и применять его по своему усмотрению. Далеко ходить не надо, я сам тому прямое доказательство. Создали два пытливых ума Хоугиоку, и в результате возникла новая раса духов, что уже подчинила себе Хоэко Мундо и планирует покорение Общества Душ. А что дальше? Или вот готов ли я отдать в чужие руки, пусть и не обязательно Заэля, такие вещи, как информацию о создании баунто, модифицированных душ-плюс или, скажем, рейгаев? Ведь те же битто, что сейчас находятся в моём внутреннем мире и ждут, когда я, наконец, займусь их изучением, при некоторой доработке в перспективе вполне способны охотиться и на пустых. Вот, допустим, отдам я этих комаров на изучение Заэлю, а тот через пару месяцев создаст таких несколько десятков тысяч и отправит в пустыню собирать экстракт сущности и реацу пустых. А ещё через пару месяцев на этом экстракте качнётся так, что нам с Айзеном останется только нервно курить в сторонке и ожидать своей очереди на операционный стол. Я, конечно, утрирую, но ведь похожая ситуация возможна. А значит, если я не хочу получить её в той или иной вариации, контролировать все научные изыскания в Лас Ночес мне придётся лично. Или найти абсолютно и беззаветно преданного лично мне учёного, который всё и возглавит. А это уже из области ненаучной фантастики. И из всего этого проистекает вывод, что мне, как минимум, следует раскрутить на дополнительное обучение Айзена, а по-хорошему – ещё и своё собственное Бюро создать, параллельное научному отделу Заэля. Хотя можно сделать проще и просто убить учёного, взяв его отдел себе, хотя смысла сейчас в этом никакого нет, там пока только один лаборант появился, и тот – выходец из простейших пустых. Ну, или пойти ещё дальше и вообще отказаться от научного отдела, но тогда я сразу окажусь в ситуации, когда все потенциальные противники наголову меня превосходят. Ведь у Общества Душ куча выдающихся учёных, почти каждый из которых способен придумать какую-нибудь гадость, с которой одной грубой силой не справишься, особенно в этом смысле примечателен Урахара, да и любителя ядов – Маюри – забывать не стоит. В общем, тупиковый путь. Эх… Раньше всё казалось как-то проще…

– Мурамаса, – мысленно обратился я к клинку и почти сразу почувствовал его внимание. – Ты слышал мои размышления?

– Да, ты же сам хотел, чтобы я их услышал.

– Угу… – подтвердил я, сверля взглядом потолок. – Можешь что-то посоветовать?

– Немногое. Только то, что этой проблемой действительно надо заняться, если, конечно, ты всё ещё хочешь править в Лас Ночес после ухода Айзена.

– Это понятно… А среди твоей памяти о жизни Коги не сохранилось, случайно, информации о каких-нибудь учёных в Обществе Душ, что могли дожить до сего времени?

– Хм… – Мурамаса задумался, хотя ощущение его присутствия не уходило, пауза сильно затянулась. – Мне сложно сказать, я всё-таки многое потерял, но не думаю, что кто-то выжил. Разве что та женщина, Ран’Тао, о которой ты и сам знаешь. Но я попробую вспомнить.

– Спасибо. Как там, кстати, комарики?

– Я поместил их в состояние стазиса, так что можешь не спешить с изучением.

– Понятно. Ещё раз спасибо, Мурамаса.

Я ощутил нечто вроде мысленного кивка, и присутствие разума занпакто исчезло. Ну что ж… Ран’Тао, значит. Ну, не такой уж и плохой вариант для начала. Ладно, попробуем взять в разработку, а там как пойдёт…

Глубоко вздохнув, я скосил взгляд на дверь и устало буркнул:

– Заходите уже… – спустя пару секунд дверь приоткрылась, и в комнату шмыгнула Кин, старательно изображая на лице виноватое и смущённое выражение. За ней вошла Сёри, столь же старательно глядящая в сторону. Я усмехнулся, слегка вздёрнув бровь. – Иии?..

– Эм… Мы… Это… Ну… Простите, Алукард-сама, но… но… – Кин совсем смутилась и замолчала, причём смутилась совершенно искренне.

– Что «но»? – подбодрил я девушку, еле сдерживая всё расползающуюся улыбку.

– Вы сказали, что «остальное дома», – выпалила на одном дыхании арранкарка и залилась краской, потупив взор.

– А вы, значит, запомнили и пришли требовать обещаное? Ай-я-яй! Какие коварные девушки. Фракционы не должны использовать своего господина в личных целях, как вам не стыдно? – я уже практически не сдерживал рвущийся наружу смех. Вот так оно и происходит. Что называется: «за что боролись, на то и напоролись».

– Нет! Это не так! Мы совсем не!.. – испуганно залепетала Кин, но мой указательный палец лёг ей на губы, прерывая поток слов. Сонидо, в котором я двигался, даже не издало привычного хлопка. На меня же уставились изумлённо распахнутые рубиновые глаза.

– Ну-ну, – я второй рукой зарылся в волосы девушки. – Разве тут кто-то говорил, что я против? – убрав палец от губ Кин, я обхватил её за талию и притянул к себе, нежно целуя в губы. Девушка резко втянула воздух через нос и почти сразу обмякла, а её взгляд затуманился. Прервав через несколько секунд поцелуй, я повернулся к Сёри и, сделав шаг, привлёк к себе вторую девушку…

Проснулся я рано, хотя понятие времени для Хоэко Мундо весьма условно, но висящие на стене часы авторитетно заявляли, что сейчас ровно четыре часа сорок пять минут утра. По крайней мере, понизившаяся интенсивность искусственного света за окном это подтверждала. Нет, совсем «солнце» в Лас Ночес Айзен не отключал, но последнее время начал играться с интенсивностью, что отражало смену дня и ночи. Правда, «ночь» пока была похожа скорее на пасмурный день, но особо это никого не трогало. Разве что Аронильё, но тому вообще любой свет противен, так что его мнение никого не интересовало.

С боков тихо посапывали мои обнажённые фракционы, примостив свои головки у меня на плечах и доверчиво вцепившись в меня руками. Одеяло нескромно сползло в ноги, полностью открывая глазу все прелести моих фракционов. Весьма пикантные прелести, надо признать, а балконная дверь-то открыта… Впрочем, это неважно. Соваться без приглашения ко мне в комнату – в Лас Ночес дураков нет. Ну, разве что Гин, но там особый случай. Этот если и припрётся, то всё равно отбрехается.

Потратив несколько минут на разглядывание девушек, стойко прикидывая, как бы половчее вывернуться из захвата и никого при этом не разбудить, я отчётливо понял, что стойкость моя имеет пределы, а Каракура может и подождать… Не успел я ещё смириться с этим выводом, а руки уже начали тихонько ласкать девушек. Мысленно тяжело и обречённо вздохнув, я улыбнулся и, наклонив голову, поцеловал в макушку Сёри, одновременно чуть привлекая её к себе и усиливая интенсивность ласок. Девушка почти сразу проснулась, в первый миг её реацу отдавала удивлением и растерянностью, но уже через пару секунд пришло понимание, и меня накрыло волной смущения, едва заметного страха и желания, дальше я уже особо не вслушивался…

Через три часа я сидел на кухне и пил кофе. В душ я уже сходил, и сейчас там плескались девушки. Совместно его я принимать не захотел, иначе бы всё опять повторилась. Увы, но в организме арранкара имелись и свои минусы, так, например, силы в нём восстанавливались очень быстро, и применительно к данной ситуации это действительно было минусом. Хотя потом… Впрочем, неважно. Кстати, забавно, что когда я приносил траву из мира живых, я напрочь забыл о том, что у меня в особняке есть водопровод, и у Тии я его, кстати, тоже видел. Вот интересно, откуда они берут воду? Тия в ресуррексионе периодически наполняет некий подземный резервуар? Или Айзен сварганил агрегат, перерабатывающий в воду песок пустыни? Оба варианта мне что-то особого доверия не внушают, хотя и реальны. Ладно…

Я поставил пустую кружку на столик и встал.

Пора уже возвращаться в Каракуру. Но перед этим надо наведаться к Соске и уточнить пару деталей. Есть у меня интересные мысли насчёт парочки баунто, стоит посоветоваться…

Айзена, как и Гина, в Лас Ночес не оказалось. Странно… Тоусен обнаружился под городом, в глубинных галереях, практически переходящих в Лес Меносов. На его поиски ушло почти полтора часа, и всё из-за коридоров, представлявших собой настоящие лабиринты. Хоть сам проходы пробивай. Айзен – чёртов параноик, он строил так, чтобы враги умерли от голода прежде, чем что-то здесь нашли!

Прийдя к этой очевидной истине и подавив очередной порыв снести стену своим Серо, я, наконец, вышел к Тоусену. Тот стоял на подвесном мосту, соединяющем скалу с проходом, откуда вышел я, с одним из гигантских деревьев Леса Меносов, и наблюдал за бессмысленно толпящимися внизу гиллианами. Однако любопытное местечко… Встав рядом с безглазым капитаном, я сам принялся созерцать эту картину. Странно, прежде чем выйти на мост, я этих гиллианов не чувствовал, только Тоусена. Опять изолированные помещения…

Хм, а это что? По качеству реацу – гиллиан. Вот только по объёму этой же реацу он почти как Вастер Лорд. Как такое возможно?

Ощущаемый мной аномальный гиллиан находился довольно далеко и за деревьями был совершенно не виден. По началу я даже принял его за нескольких стоящих рядом меносов, но быстро понял свою ошибку. Н-да, сколько же у Лас Ночес ещё тайн?

– Чем я могу помочь, Алукард-сан? – нарушил молчание темнокожий капитан, я чуть поморщился.

– Я искал Айзена. Ты не знаешь, где он сейчас?

– Тут его нет, – сообщил очевидное капитан. Я посмотрел на него с некоторым подозрением и осторожно произнёс:

– Я это вижу…

– Если Айзен-сама отбыл из Лас Ночес, значит, у него есть какие-то дела, – мой взгляд стал ещё более подозрительным, а внутри возникла некоторая тревога.

– Это понятно… А скажите… Капитан. Вы не знаете, когда он вернётся?

– Мне это неизвестно. Вероятно, когда закончит дела, – что-то мне вдруг так сильно в Каракуру захотелось…

– Хорошо. Благодарю… Капитан… – Тоусен молча кивнул. Я же, развернувшись, пошёл к коридору. Очень сильно хотелось обернуться и посмотреть на… капитана, но я себя сдерживал. Оказавшись в коридоре и пройдя десяток метров, я открыл гарганту и покинул Хоэко Мундо.

***

– Иииичиигооо!!! – замогильным голосом завывал я, сидя на подоконнике.

– ЧЁ?! Где?! Какого?! – Рыжего из состояния лёжа подбросило на кровати на пару метров вверх. Это привело к срабатыванию основного механизма действа. Любовно заготовленное мной ведёрко с белой краской было герметично перетянуто столь же любовно приклеенным к бортику листом бумаги и с помощью псевдоматериальных конечностей, доставшихся мне от Мурамасы, подвешено вверх дном в воздухе точненько в том месте, где и оказалось голова рыжего в момент прыжка. Бумага, естественно, порвалась, тем более она уже была влажной от краски, и Рыжий стал Белым. «Задание Большого Белого Айзена» было выполнено в лучшем виде. – ТОБИ! Ты чё творишь, идиот?!!

– Иичиигоо! Ты доооолжен убииить шляпникааа! Он Злооооо! Боольшоой Белый Айзеен заплатит за голову шляпника мнооого деенег! Подууумай, Ииичигооо! – титаническим усилием воли продолжил завывать я, хотя сам был готов сдохнуть прямо на месте.

– ЗАТКНИСЬ, СКОТИНА! Три часа ночи! Пшёл вон отсюда!

– Убееей шляпникааа!

– АААРРР!!! МОИ ВОЛОСЫ!!! УБЬЮ ТВАРЬ!!!

О! Он заметил, пора линять.

На этой оптимистической ноте я ушёл в сонидо. Жизнь была прекрасна!

Там же, тогда же:

Дверца шкафа с резким стуком отъехала в сторону, и оттуда выглянула растрёпанная Рукия.

– Ичиго, что случилось?! Что это за шум? – с тревогой и изумлением глядя на временного синигами, спросила девушка.

– Ты чего орёшь идиот?! – вторил голосу Рукии плюшевый лев, он же душа-плюс по имени Кон и гиконган Куросаки Ичиго, всего минуту назад мирно спавший на столе.

– Сам ты идиот! – Кон пинком был сброшен на пол, а синяя плюшевая курица, она же Ририн, модифицированная душа-плюс, с гордым видом скрестила на груди то, что изображало у неё крылья. – Ты что, не слышал того завывания?! Тут был тот позавчерашний безумный пустой!

– Дура, что ты творишь?! Я спал! – возмутился с пола Кон.

– Эй, Ичиго…

Встревоженный и растерянный голос Рукии прервал очередной бурный скандал душ-плюс, что вот-вот должен был перерасти в драку, и взгляды всех присутствующих скрестились на временном синигами. Ичиго стоял у окна, его била крупная дрожь, зубы были плотно сжаты в оскале, безумный, полный ненависти взгляд был устремлён на улицу, руками же он сжимал небольшое пластмассовое ведёрко, которое натужно скрипело и грозилось вот-вот треснуть. Но самое главное – Ичиго был весь облит белой краской, которая сейчас медленно капала с его чёлки на подоконник.

– Аэ… Кхм… – Рукия проглотила смешок и на секунду отвела взгляд. – Ичиго?..

– Здесь был Тоби, – мрачно произнёс парень. – Он пришёл сегодня… Не вчера, а сегодня… И он покрасил меня! Ублюдок!!!

Рукия хрюкнула и зажала рот руками. Души-плюс проделали сходные манипуляции. В этот момент Ичиго повернулся на звук, и крупная капля краски оторвалась от его носа и упала вниз. Выдержать этого Кучики уже не могла:

– БВА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!!! – слёзы брызнули из глаз маленькой синигами, и она, зажмурившись, чуть не выпала из шкафа.

– ДУРА!!!

– Белый… Хи-хи… Ичиго… Я не могу… Уи-хи-хи-хи-хи!.. – смеху Рукии дружно вторили катающиеся по полу Кон и Ририн, а также неумело прячущие смех за кашлем Клод и Нова, также присутствующие в форме плюшевых игрушек и только-только вылезшие из-под кровати.

– Заткнитесь! Это не смешно!!!

– Ха-ха-ха-ха!..

***

Лёжа на противоположной от дома Куросаки крыше, я наслаждался чудесным спектаклем. Интересно, до Ичиго скоро дойдёт, что он своими воплями всех домашних перебудит? Да и не только их, вон в соседних домах уже кое-где свет зажёгся. Это я себе могу позволить хоть матерные частушки во всё горло в центре города распевать, без малейших последствий для окружающих людей, а вот Ичиго обычные люди очень даже слышат – голос у него молодой, сильный…

Ага, вон Карин встала и идёт проверять, да ещё и Юзу с ней. Прелестно! Ох, сейчас кому-то будет весело… Нет, мне срочно нужна видеокамера, это нужно запечатлеть для потомков! Точно! Ведь здесь одна из точек наблюдения! Ну-ка, ну-ка…

Я шагнул в тень мира и быстро нашёл нужный аппарат, пара секунд, чтобы взять камеру – и я вновь лежу на крыше. Хорошо, что Куросаки-старшего опять нет дома – он бы почувствовал возмущение пространства. А так все заинтересованные личности слишком заняты, чтобы обращать внимание на такую мелочь.

В комнате, тем временем, разразилась настоящая битва между душами-плюс и Ичиго. Смотреть, как здоровый детина пинает и трясёт несчастные игрушки, пытаясь прекратить гомерический хохот последних, и при этом сам орёт как умалишённый – это нечто. Рукия в полном восторге давится смехом, сидя в шкафу и судорожно цепляясь руками за дверцу. Что происходит во внутреннем мире Ичиго – даже представлять не хочется, не то что заглядывать. Чувствую, у меня теперь будет страшный компромат. Вот Карин и Юзу уже подходят к двери… Я не удержался и скользнул в сонидо прямо к окну. Ручка щёлкнула, и в комнате всё замерло, Рукия оперативно захлопнула шкаф, а души-плюс обвисли, притворившись обычными игрушками. Один Ичиго продолжать орать, потрясая зажатыми в руках плюшевыми львом и курицей:

– ЭЙ! Вы меня вообще слышите?! Эй, отвечайте!!!

– Братик… – тихо пискнула от дверей Юзу и замерла. Я чуть не взвыл, какой кадр! – Братик… – изумлённо повторила девочка, глядя на парня с таким непередаваемым растерянным выражением на лице, что я чуть не прослезился.

– Ичи… – медленно проговаривая звуки, выдохнула Карин.

– Ай! – Ичиго подбросило на метр вверх, и он попытался спрятать сжимаемые в руках игрушки за спину. – Это… Понимаешь… Сегодняшнее развлечение… Ну… Ночь… И…

– Всё в порядке! Не беспокойся, – замотала головой Юзу и, застенчиво улыбнувшись, неуверенно заговорила: – Если тебя что-то беспокоит, поговори со мной или с отцом, хорошо? Мы же всё-таки семья, – совсем открытая и добрая улыбка. – Ну, мы пойдём! Карин-чан! – и, схватив за руку Карин, чей правый глаз немножко подрагивал, потащила её из комнаты.

– А? Да… – та невпопад кивнула, а уже у самой двери обернулась и произнесла:

– Ичи… Тебе бы в душ сходить… Да… В душ… – и скрылась за дверью.

Я медленно сполз по стене. Юзу – кавай! Такая прелесть! Я буквально уничтожен. Сверху послышались какие-то звуки, вроде Ичиго начал кричать что-то о том, что его неправильно поняли, потом послышались ехидные комментарии Рукии, а дальше пошли комментарии уже от душ-плюс, но я уже не вслушивался. Бедные девочки, нужно им что-то подарить для успокоения нервов. Уфф… Какое же я чудовище…

Когда я немного пришёл в себя, то первым делом сменил флешку в камере и вернул её на законное место в тени мира. Хорошо хоть запас этих флешек у меня остался приличный. Когда с данным действием было покончено, я вернулся к наблюдению за квартирой Ичиго. Куросаки уже скрылся в ванной комнате, а вот четыре искусственно созданные души продолжали перемывать ему косточки. Рукия закрылась в шкафу и, похоже, пыталась уснуть, хотя далеко не факт. Что касается Карин и Юзу, то обе девочки пошли спать, но, судя по реацу, от состояния блаженного сна были весьма далеки. Идиллия сия длилась ровно до того момента, как Ичиго покинул душ и ввалился в свою комнату. Злой, мокрый, растрёпанный и наполовину белый, ибо краску из волос, как и следовало ожидать, полностью смыть не удалось. Увидев это зрелище, Кон (кажется, так всё-таки зовут плюшевого льва) сразу заржал и тут же получил смачный пинок от Куросаки, вместе с пожеланием заткнуться. На шум из шкафа с любопытством выглянула Рукия.

Дальше я ждать не стал и ушёл в сонидо, переместившись на пустынную площадку примерно в километре от дома Куросаки. Там я в очередной раз внимательно просканировал окружающее пространство. Не обнаружив нежелательных лиц, скользнул в тень мира и щёлкнул пальцами, разрывая грань реальности. Таким простеньким способом Гарганта оказалась замаскирована под обычный стихийный прорыв в мир пустых, который хоть и будет сразу засечён, но не вызовет такой паники у синигами, как полноценный проход. Гарганта вела в один из уголков Леса Меносов, где гнездилось довольно много обычных пустых, то есть в место неподалёку от одного из проходов в пустыню. Слабенькая волна реацу, сдобренная волевым посылом – и уже через пару минут из разрыва показались первые пустые. Это был мой первый опыт в подчинении безмозглых пустых, но, видимо, способность эта инстинктивная, так что прошло всё отлично. Сам я вернулся в материальный мир и, отойдя в сторонку, стал наблюдать за развитием сюжета. Сильных пустых я не призывал, только мелочь, ведущую животный образ жизни. Такие не то что Ичиго, даже обычному синигами проблем доставить не должны, но всё же их должно хватить, чтобы Куросаки немного сбросил стресс. Я, конечно, сволочь, но одно дело – невинная шутка, и совсем другое – доведение до нервного срыва, так что пусть выпустит пар, ему полезно.

Как я и ожидал, Ичиго примчался буквально галопом, не успело ещё и десятка секунд пройти после появления первого пустого. С безумным оскалом, больше подобающем его внутреннему пустому, рыжий набросился на бедных зверушек, на какой-то миг превратившись в живое воплощение бешеного миксера. Спустя минуту к месту действия примчалась слегка запыхавшаяся Рукия в одной клетчатой пижаме и босиком. Зачем она сюда бежала, я, собственно, так и не понял, но посчитал за лучшее прекратить удерживать Гарганту.

Ещё несколько секунд Куросаки понадобилось для добивания той мелочи, что успела пройти, после чего значительно повеселевший парень обернулся к Рукии. Подслушивать их разговор я не стал, вместо этого предпочтя убраться подальше, так как к месту действия уже приближалась реацу Рейнджи.

Расположившись на крыше домика примерно в пяти километрах от честной компании, я минут десять наблюдал за их неподвижной реацу. Наконец, они закончили болтать и разошлись в разные стороны. Проследив маршруты обоих дуболомов и одной милой девушки до их логического завершения в доме Куросаки и магазине Урахары, я пришёл к выводу, что теперь можно слегка расслабиться.

Но, увы, сделать это мне было не суждено. Не прошло и часа после окончания моей выходки с покраской, как я ощутил появление в городе отряда из почти полутора десятков реацу синигами. Все они были довольно слабыми, разве что только вместе дотягивая до уровня Рейнджи, но вот скорость их сюмпо, используя которое, они практически сразу рассредоточились по городу, внушала определённое уважение. А также наводила на мысли об их принадлежности ко вполне определённому отряду.

Предположение я подтвердил уже через минуту, разглядывая тройку синигами, обряженную в прикид классических ниндзя. Даже занпакто у большинства напоминали скорее короткие вакадзиси, чем полноценные катаны. Итого, в Каракуру прибыли представители Второго отряда Готэй-13, подчинённые малышки Сой Фонг. Хмм… Ситуация становится всё более интересной…

Однако интересные события на этом не закончились. Прошло не более получаса с появления Второго отряда, как в город наведались новые гости. А именно – несколько мелких стай бито. «Комарики», надо заметить, подросли, если раньше они вполне умещались в ладонь, то теперь размером превосходили взрослую кошку. И, к своему стыду, должен признать, что заметил я их непозволительно поздно. Бито практически не фонили реацу, скрывая её не хуже своих хозяев, а так как её вообще было немного, то даже я внимания не обратил. Ровно до того момента, как те совершили первое нападение…

Впрочем, всплеск реацу насильственным образом умирающего человека не заметить сложно, особенно когда таких внезапно становится много. Почувствовали эти смерти и бойцы второго отряда, за которыми я до того момента наблюдал. А дальше мне предоставилась прекрасная возможность собственными глазами оценить боевые качества сотрудников внутренней безопасности Готэя. Что могу сказать? Так себе у них боевые качества. Бито они достать не смогли, хотя тех на месте, куда мы прибыли, было всего пятеро, зато двое из этой тройки «ниндзь» отхватили парочку глубоких ран, чуть ли не самолично насадившись на жала «комариков», и скорчились на земле, судя по всему, переживая воздействие некоего яда. Так что либо я сейчас наблюдаю каких-нибудь стажёров, только-только принятых в отряд, либо одно из двух…

На счастье синигами, бито по какой-то причине решили ими побрезговать, скорее всего, просто были запрограммированы нападать только на людей, и после того, как те перестали активно нападать, «комарики» сами отступили, продолжая охоту. Через некоторое время схожую картину я наблюдал ещё три раза. Хотя бойцам второго отряда всё же удалось прикончить штуки три бито, но на общем фоне это выглядело совсем печально. Опять же, на счастье синигами, бито было довольно мало – десятка три, не больше, капля в море, если сравнивать с теми сотнями, что вылупились на моих глазах. Видимо, сейчас это были первые, что созрели, или подросли, для активной работы.

Активно вмешиваться в эту пародию на боевые действия я не стал. Только поймал ещё парочку «комаров» и перенёс их в свой внутренний мир, энергии они уже напились, и я хотел на досуге посмотреть, что же из себя представляет тот состав, что собирается у них в брюшке, а также узнать, как он подействует на меня. Впрочем, активно вмешиваться и не требовалось, нападение закончилось весьма быстро, и все бито организованно удалились из города. Что примечательно, всего за несколько минут до того, как в Каракуру начали прибывать подкрепления из Сэйрэйтэя. И что также примечательно, за всё время эпопеи в ней не принял участие никто из известных мне пользователей реацу. Вот такая вырисовывается занимательная картина…

Не желая быть случайно замеченным кем-то из прибывающих бойцов Сэйрэйтэя, я переместился ближе к центру города, где улицы проходили между многоэтажными домами. На одной из высоток я и расположился, просто улёгшись на крышу и устремив взгляд к покрытому тучами небу. Похоже, скоро должен был начаться дождь, но тем лучше, а то высокая фигура в белом балахоне достаточно приметна, чтобы какой-нибудь не в меру глазастый синигами случайно заметил её стоящей в воздухе. А мне такой радости сейчас точно не нужно.

Заложив руки за голову, я принялся размышлять над сложившейся ситуацией. Судя по всему, баунто уже на днях начнут активные действия, и если мои догадки верны, то это случится ровно в тот момент, когда основная масса бито достигнет кондиционных размеров. После чего они должны были как-то попасть в Общество Душ. Хм… А ведь вроде Исида после какой-то хитрой интриги в исполнении Ичиносэ должен был получить браслетик древнего квинси, каковой и даст ему возможность использовать свои силы. Вроде бы именно это обретение сил и позволило ему содействовать переходу баунто в Общество Душ. Если я, конечно, ничего не напутал.

Некоторое время я провёл, тщательно роясь в своих воспоминаниях.

Да, браслетик точно был, он ещё рассыпался от перегрузки почти перед самой смертью Карии. Хорошая вещица. Жаль будет, если пропадёт. Да и мне бы способности квинси не помешали. Конечно, я вряд ли смогу его использовать без должного обучения, но всё равно это не повод разбрасываться древними артефактами. Так что вещицу будет не лишним забрать себе, осталось только придумать, как это сделать…

Неторопливый ход моих мыслей прервал голос Мурамасы, прозвучавший одновременно с падением первых капель дождя:

– Алукард, спустись, пожалуйста, во внутренний мир.

– Что-то случилось?

– Твоя гончая только что притащила пустого.

– Хорошо, иду.

Нырнув во внутренний мир, я оказался на каменистом берегу, Мурамаса стоял чуть впереди и бесстрастно смотрел на тело пустого у своих ног, рядом с ним неподвижно застыла моя гончая. Подойдя ближе, я начал разглядывать гостя. Внешне он напоминал помесь человека со скорпионом, этакого членистоногого кентавра со скорпионьим хвостом и клешнями вместо рук, хотя ног, в отличие от реальных скорпионов, было только четыре. Позвоночник, или, точнее, то, что его заменяло, видимо, был весьма гибким, так как верхняя «гуманоидная» часть тела свободно вытянулась в той же плоскости, что и брюшко. Тело состояло из чёрной плоти, характерной для низших пустых, ни следа костяной брони или хитина, даже клешни не выглядели особо твёрдыми, только на голове, что сейчас была обращена лицом к земле, виднелась белая кость маски. Объём реацу пустого также более чем отчётливо указывал на то, что он является низшим. Сейчас, в присутствии своей гончей, я мог даже сказать, что превращение в пустого произошло совсем недавно, не более недели назад, а то и вообще пары дней. Совершеннейший младенец по меркам Хоэко Мундо. Однако реацу у пустого была необычной.

Одну из его способностей я разглядел сразу. В конце концов, создание ядов и, особенно, кислот не являлось чем-то необычным для пустых, особенно тех, что ещё не добрались до уровня меносов. Это дальше подобные способности становятся почти бесполезными, как из-за их медлительности, так и вследствие слишком высокой для эффективного воздействия кислот прочности тел у меносов. В результате эти способности либо переходят на новый уровень, либо, что происходит значительно чаще, атрофируются при эволюции. Однако среди обычных пустых подобным владеет чуть ли не каждый третий. Но это лирика. Куда интересней было то, что вторую способность лежащего у моих ног пустого я никак определить не мог, хотя и отчётливо чувствовал её наличие. Точно можно было сказать только то, что она как-то связана с первой, но и всё.

Углубившись в изучение реацу своего невольного гостя, я с запозданием в пару секунд заметил, что тело пустого покрывают довольно глубокие раны, парочка из которых была довольно опасна. Переведя взгляд на гончую, я потянулся к её воспоминаниям. Секунда изучения мыслеобразов, и я прервал контакт. Ничего экстраординарного, просто обычная свара пустых, когда моя гончая прибыла на место, этот пустой уже был в таком состоянии, хоть и продолжал отбиваться, сознание же он потерял от духовного давления, вызванного Серо, которым моя гончая испарила остальных участников кровавой свалки.

Что ж, вот и повод попрактиковаться в лечебном Кидо. Жаль, конечно, что он не адьюкас, но больно уж у него интересная реацу, первый раз встречаю такой привкус у пустого.

Спустя полчаса по меркам моего внутреннего мира я сидел подле полностью физически здорового, хоть и всё ещё бессознательного пустого и очень задумчиво глядел на едва заметную выпуклость в передней части торса, а также на белую маску, имеющую явные женские черты.

– Мурамаса, – обратился я к терпеливо стоявшему всё это время рядом занпакто. – Какова вероятность, что из всех обитателей Хоэко Мундо первым пустым с редкой реацу, которого встретит моя гончая, окажется пустой женского пола?

– Насколько я могу судить, процентов девяносто.

– А если серьёзно?

– Я серьёзно. Мужчины в своём большинстве одинаковы, сильнее ударить – быстрее убить, вот общий постулат, которого они придерживаются. Так что встретить пустого мужского пола с действительно необычными способностями крайне сложно, ты сам тому прямое доказательство.

– А моё Полное Поглощение?

– Эта способность возникла от твоей жажды силы, а также потому, что ещё до своей первой эволюции ты точно знал, что такая способность возможна в принципе. Однако остальные твои силы являются обычными и ничем не примечательными. Необычен только объём твоей реацу и её контроль, но и то, и другое ты наработал сам.

Я кивнул, подтверждая правоту Мурамасы, он же продолжил:

– С женщинами же всё иначе, мериться грубой силой для них несвойственно, и как результат – они ищут обходные пути решения проблем. Конечно, это всё условно, но, тем не менее, среди них носители необычных способностей встречаются чаще.

– Полагаю, ты сделал все эти выводы, основываясь на своих воспоминаниях по Обществу Душ. Неужели действительно среди девушек-синигами так много необычных занпакто?

– Да. По крайней мере, я не могу вспомнить ни одного силового занпакто, которым владела бы женщина, – Мурамаса на миг замолчал, что-то обдумывая, и добавил: – Если, конечно, не брать в расчёт Лас Ночес, хотя и там среди арранкаров женского пола необычные клинки не редкость.

Даа… Должен признать, Мурамаса прав. И я тоже хорош, раньше совершенно не обращал внимания на эту закономерность, хотя факты были перед глазами. Ладно, проехали. Но вот третий фракцион-женщина, да ещё и низший пустой… Эх… Придётся прокачивать. Но всё же, что у неё за способность?.. И что более важно, когда она, наконец, очнётся?!

– Возможно, лучше будет перенести её в Хоэко Мундо? – предложил Мурамаса, как будто прочитав мои мысли, впрочем, почему как будто?

Я кивнул и, поднявшись с земли, молча вернулся в материальный мир.

Небо всё ещё затягивали плотные тучи, а тугие струи дождя омывали спящий город. В зоне моей чувствительности копошилось множество источников реацу синигами, своим мельтешением вызывая у меня невольные ассоциации с муравейником. Окинув город напоследок внимательным взглядом, я ушёл в сонидо – следовало удалиться подальше для открытия гарганты.

При соприкосновении с поверхностью земли из-под ног поднялось облачко сухой пыли и песка. Гарганта за моей спиной медленно закрылась, оставляя меня наедине с серой безмолвной пустыней. Развеяв маску и скинув балахон, я с наслаждением втянул носом насыщенный реацу воздух. Кажется, я понемногу начинаю любить возвращения в Хоэко Мундо… Свернув и спрятав балахон «Тоби», я огляделся и, приметив в паре километров скальный выступ, переместился к нему. Присев на скалу, я более внимательно изучил окрестности, но, не обнаружив достойных внимания источников реацу, сосредоточился на своём внутреннем мире. Через несколько секунд у моих ног начало проявляться чёрное тело пустого, а рядом, с куда большей скоростью, материализовалась моя гончая. Радиус восприятия резко возрос, высветив на мысленной карте несколько десятков гиллианов и парочку скоплений мелких пустых в Лесу Меносов под землёй.

Мысленно отослав гончую в сторонку я, повинуясь возникшему импульсу, достал из ножен меч и воткнул его в песок.

– Мурамаса, пожалуйста, если сможешь, сделай так, чтобы она была вменяемой, лучше всего – подави инстинкты и максимально пробуди ту часть, что осталась от человека, – из внутреннего мира пришёл согласный кивок, и я ощутил, как сила занпакто потекла от клинка к телу пустой.

Гончая, выйдя из сонидо, замерла в десятке километров, а я стал наблюдать за пробуждением пустой. Оно происходило довольно быстро – всё-таки бессознательное состояние несвойственно для большей части пустых, особенно в условиях Хоэко Мундо, когда нет недостатка в реацу и, соответственно, её нет нужды экономить. Спокойное течение духовной энергии в насекомоподобном теле резко дрогнуло, и пустая вскинулась всем телом, не предприняв ни единой попытки скрыть своё пробуждение. Буря из настороженности, паники и удивления прекрасно отразилась на «привкусе» её реацу, а также наглядно сопровождалась метающимся в поисках опасности взглядом. Так как я сидел сбоку и реацу не излучал, сразу меня пустая не заметила, да и комплекция её тела тоже ощутимо мешала процессу вращения на месте.

– Успокойся и не мельтеши, – не стал я затягивать со знакомством, а также ждать, пока она меня обнаружит. В ответ «скорпиончик» резко дёрнулся и с впечатляющим проворством отпрыгнул в сторону, одновременно поворачиваясь ко мне.

– Ты кто? – проскрежетал встревоженный голос из-за маски, а чёрное тело заметно подобралось.

– Моё имя Алукард, я арранкар – пустой, снявший маску и перешедший на следующую ступень эволюции. Предупреждая следующий вопрос – в тебе меня заинтересовала необычная реацу, она ощутимо выделяется на фоне основного спектра реацу пустых, – я замолчал и стал выжидательно смотреть на собеседницу. Если я не ошибся в её возрасте, то сейчас последуют вопросы по самым общим и элементарным для меня вещам, впрочем, есть некоторая надежда что хоть о пустых она уже успела что-то узнать.

– … А… что такое пустой и реацу? – оправдала мои ожидания «скорпиончик», не оправдав надежды.

– Как давно ты появилась в этом мире? И что ты помнишь о своей прежней жизни?

– Эээ… Меня… Я… Я не помню, кажется, меня звали Мидори, а тут… я давно, но не очень, то есть недавно, хотя не уверена… Все воспоминания как будто из сна… расплываются…

– Ты помнишь, кем была при жизни?

– При жизни? – это прозвучало как-то испуганно и обречённо, не искажай маска её голос, наверняка он сейчас был бы очень тонким и надтреснутым. – Я… я что, правда мертва?

– Да. Ну так ты что-нибудь помнишь?

– Я… кажется, училась… Помню, кажется, лабораторию по химии и ещё профессора…

– Ясно. Что ж, пустой – это ты. Видишь дыру у себя на теле? Это внешнее отражение «внутренней пустоты», а вернее – дефекта в душе, вызванного превращением из души человека в то, чем ты являешься сейчас. Пустоту можно заполнить, но это довольно сложно – даже среди арранкаров очень мало тех, кто может похвастаться отсутствием данного сквозного отверстия. Ну а реацу – это духовная энергия, она имеет много форм, но всё, что ты видишь, состоит из неё, как и твоё собственное тело. Также реацу – это главная ценность в духовном мире, от объёма собственной реацу напрямую зависит личное могущество духа.

Повисла пауза. Мидори переваривала полученную информацию, а я просто ждал, краем глаза наблюдая за работой Мурамасы.

– А что такого в моей реацу и зачем я вам всё-таки нужна? – наконец подала голос моя собеседница, правда, учитывая поспешность произнесения фразы, сочиняла Мидори её долго.

– Объяснять про реацу сложно, это надо чувствовать. Просто поверь, что она у тебя отличается, скажем так, в тебе меньше тупой агрессии и жажды крови, в сравнении с остальными пустыми твоего уровня, естественно. А насчёт нужности… Я хочу сделать из тебя арранкара.

– А?.. То есть я могу вновь стать человеком?

– Не человеком, а арранкаром.

– Но зачем это вам?

– Помнишь тех, кто напал на тебя перед тем, как ты оказалась здесь? – растерянный кивок, вместе со вспышкой страха, злости и неприязни в реацу. – Так вот, они мне не нужны, но большая часть пустых – именно такие. Ты от них отличаешься, хоть и не сильно. Но если ты заметила, то сейчас ты говоришь и рассуждаешь скорее как человек, а не как пустой, что для твоего возраста и уровня силы крайне редкое явление, а реакции так и вообще почти уникальны. Не буду скрывать, большая часть твоей нынешней рассудительности – результат моего воздействия, но потенциал «вменяемости» у тебя высок. Я ответил на твой вопрос?

– Э… Да… Значит, в арранкары берут только тех, кто может… ээм… подавить животные инстинкты?

– А ты сообразительная, – я слегка улыбнулся. – Однако нет, обычно кандидатов в арранкары отбирают по принципу личной силы. Но у меня свои критерии. Правда, немного прокачать тебя всё равно придётся… Если ты, конечно, хочешь пойти со мной, – и я изобразил на лице одно из многочисленных многозначительных выражений, которые позаимствовал у Айзена.

– Хочу! – чуть ли не подпрыгнула пустая и тут же сжалась, испугавшись своего крика и моей возможной реакции.

– Хорошо. Но прежде, чем мы пойдём, я должен тебе кое-что показать, – я медленно встал и отряхнул полы плаща. – Сейчас ты находишься под воздействием одной из моих способностей, подавляющей твои инстинкты пустого, а также стимулирующей мыслительную деятельность, но постоянно поддерживать тебя в таком состоянии у меня нет ни малейшего желания, да и непросто это. Поэтому сейчас ты увидишь кое-что, что поможет тебе сдерживать себя, когда я уберу воздействие, и не совершать глупых поступков вроде нападения на меня. Возражения есть?

– А?.. Нет.

Я усмехнулся и медленно поднял правую руку…

Мидори мелко дрожала, следуя за мужчиной в странной чёрно-белой одежде, неторопливо шедшим прямо по воздуху в десятке сантиметров над поверхностью земли. И хоть шёл он явно никуда не спеша, но Мидори едва за ним поспевала, усиленно перебирая всеми нижними конечностями.

То, что он показал буквально несколько минут назад, было по-настоящему жутко. Чёрный луч чего-то невероятного, плотного и страшного, совершенно не похожего на свет, сорвавшийся с руки… Чудовищный взрыв, испаривший несколько барханов и оставивший на их месте оплавленный косой кратер… И ударная волна, что протащила её несколько метров и едва не унесла, несмотря на судорожные попытки вцепиться в песок…

Да… После этой демонстрации всё её существо трясло даже от одной мысли о том, чтобы на него напасть. И… это было хорошо. Потому что с каждой прошедшей минутой мысли путались всё сильнее и постоянно норовили уйти в сторону. Уже трижды Мидори ловила себя на том, что с наслаждением представляет, как разрывает на куски тех монстр… пустых, что чуть её не убили. И эти мысли доставляли ей огромное удовольствие, хотя, в то же время, по обрывкам памяти о своей прошлой жизни она помнила, что раньше от них скорее бы пришла в ужас. Но сейчас этого не было, и только одетая в белый плащ фигура перед глазами позволяла удерживать себя в мысли, что такое отношение к убийству – это ненормально и неправильно, хотя всё существо кричало обратное. Но ведь не может настолько могущественный чело… арранкар ошибаться, ведь он сильный. Как ни странно, но именно этот аргумент заставлял инстинкты притихнуть и хоть частично согласиться с доводами разума.

Как долго они шли, погрузившаяся в самокопание Мидори не знала, но в какой-то момент на её плечи обрушилась неподъёмная тяжесть, стало сложно дышать, и тело обессиленно рухнула на землю. Алукард остановился и повернулся к ней с лёгким удивлением на лице, но уже в следующий миг удивление прошло, и он просто исчез. Пустая попыталась что-то крикнуть, даже сама не осознавая что, но из-под маски вырвался только сдавленный сип. Прошла минута, Мидори, кажется, потеряла сознание, как вдруг давление начало спадать. Очень медленно, но дышать стало легче. Ещё через пять минут чёрное тело смогло с трудом встать на ноги. И тут давление совсем исчезло, настолько резко, что у пустой закружилась голова.

Сбоку раздался звонкий хлопок, и дёрнувшаяся от неожиданности девушка увидела фигуру задумчивого Алукарда.

– Гос… подин? – с трудом выдавила пустая.

– Это был Вастер Лорд… – как бы самому себе сказал мужчина. – Забавно, но я впервые встретил такого до арранкаризации… Он пришёл сзади, видимо, почувствовал возмущение реацу от моего Серо и решил проверить… А у тебя неплохая чувствительность, хотя, скорее – опасная восприимчивость, так как реацу он скрывал, его духовное давление было на уровне слабого адьюкаса. Хм… – мужчина опять задумался, глядя куда-то в пространство.

У Мидори в голове вспыхнуло море вопросов. Вастер Лорд? Серо? Духовное давление? Адьюкас? Что значат все эти термины? И почему на лице Алукарда такое озабоченное выражение?

Я медленно шёл по пустыне, на полном автомате отвечая на робкие вопросы Мидори. Пустая интересовалась обычными вещами, известными практически любому жителю Хоэко Мундо, так что напрягаться не требовалось, что было очень кстати, ведь мысли мои были очень далеко от этого разговора.

Вастер Лорд с занпакто и силой синигами… Вастер Лорд, владеющий силой, очень схожей с моим «Полным Поглощением»… А также силой управления тенями, похожей на способности Къёораку… Вастер Лорд, чей аромат реацу даже более мерзок, нежели «запахи» Аронильё, Заэля и Ноиторры вместе взятых… Конченый маньяк без тормозов. Совершенно изуродованная, практически уничтоженная личность, зацикленная на узкой связке инстинктов и неспособная воспринять ничего иного, причём как у самого Вастер Лорда, так и у его занпакто… Как такое вообще смогло выжить в Хоэко Мундо? Нет, как он мог выживать, будучи Вастер Лордом или адьюкасом, я понимаю, но ведь сознание пустого стабилизируется с ходом эволюции, это закон природы данного мира. Но даже если его личность пребывала в таком состоянии изначально и в ходе эволюции никак не развивалась, он просто не мог выжить на низших ступенях развития, это даже теоретически невозможно! Ну как, спрашивается, можно выжить, если с пеной у рта бросаться на гиллианов и адьюкасов, будучи обычным пустым? А ведь он бы бросился, пусть и не с пеной у рта, но бросился бы обязательно. Я этого просто не понимаю…

Вастер Лорд прибыл со спины, относительно нашего движения, причём совпало так, что, повинуясь приказу, моя гончая была далеко впереди, отслеживая возможные встречи с той стороны. И как результат, радиус восприятия сзади у меня ограничивался моим собственным, а, отвлёкшись на свою спутницу, я просто не обратил внимания на очень слабого адьюкаса, появившегося там, где недавно состоялся наш разговор. А ведь следовало, странной была эта реацу. Объём ничтожный, даже у гиллианов бывает больше, но вот качество никак не соответствовало количеству, и обратил я на это внимание только тогда, когда Мидори свалилась от духовного давления. Кстати, очень неприятно, что её так накрывает, хотя ожидать иного от двухнедельного духа было бы глупо, даже я в её «возрасте» ещё не помышлял о наборе силы и лишь пытался понять окружающие реалии.

Однако же, в тот момент, когда пустая свалилась, я почти мгновенно понял, что за странное ощущение несуразицы засело у меня на периферии мыслей. Всё-таки сказался опыт контроля реацу и навыки работы с ней. Иначе говоря, в момент использования сонидо я уже знал, что ощущаемый «адьюкас» совсем не тот, кем кажется, а дальше ситуацию уж если и не спас, то явно значительно облегчил и прояснил Мурамаса, просто выдернув меня во внутренний мир, как только я вышел из сонидо перед этим Вастер Лордом. Ну и попутно ускорив течение времени внутри него настолько, насколько вообще мог. Всё-таки Мурамаса – величайший занпакто из всех, и пусть Рюджинджакка с Зангецу вешаются в бессильной зависти. Наличие другого духовного меча он почувствовал мгновенно и за время, пока нежданный гость изучал место разговора и перемещался вслед за нами от него, а я разбирался в своих ощущениях и анализировал ситуацию, Мурамаса успел понять основные способности чужого занпакто и что более важно – состояние души, в которой тот существовал. Всё же разница в объёме реацу очень значительно облегчает этот процесс, а реацу у меня больше, чем у сотни Вастер Лордов. Ну а дальше… Мурамаса был достаточно лаконичен и в то же время красноречив, чтобы у меня не возникло даже тени желания беседовать с этим… выродком.

Однако, вернувшись в реальный мир, я не стал ничего делать, а решил подождать реакции ущербного Вастер Лорда, попутно его разглядывая. И реакция не заставила себя ждать. Не прошло и секунды, как мне в спину, из моей же тени, ударило чёрное лезвие клинка, иначе говоря, даже попытайся я заговорить и имей самые дружеские намерения, из этого ничего бы не вышло, ведь оппонент мой оказался полным отморозком и кретином. Кстати, именно это я и имел в виду, когда говорил о невозможности его выживания. Тактика «убивай без разбору всех встречных» работает только пока твои противники слабее тебя, стоит встретить кого-то сильнее – и ты труп, а жизнь такая штука, что любит подстраивать гадости. Бесконечно везти не может, вот и ему не повезло встретить меня, хотя должен признать, что сам факт того, что он дорос до Вастер Лорда, пусть и с аналогом Полного Поглощения и наличием занпакто, уже невероятная, невозможная удача. Но… Она закончилась.

Теневой клинок не смог даже поцарапать моё иеро, что и не удивительно, ведь даже в Эспаде на это мало кто способен, что уж говорить про скороспелого, ущербного Вастер Лорда? Но увидев такой результат, он не только не остановился, он стал заряжать в меня Серо. Должен признать, делал он это довольно неплохо, вот только оно всё равно бессильно стекло по моей одежде, не оставив даже намёка на своё попадание. Дальше я ждать не стал, всё равно говорить с ним у меня желания не было изначально, а давать ему возможность обдумать ситуацию или тем более обеспечивать ему даже тень шанса на побег было бы с моей стороны полной глупостью. Да и просто ощущать миазмы его реацу, вызванные ущербностью личности, являлось далеко не тем удовольствием, которое хотелось бы затягивать. Так что я на привычной по спаррингам с Айзеном скорости переместился в сонидо за спину противнику, где и перерубил его от макушки до пяток, практически не встретив клинком сопротивления. Пустой даже не дёрнулся для защиты, настолько велика была разница в скорости между нами. Однако рефлексы, вбитые спаррингами с Соске, работали чётко, поэтому следующим движением я отрубил ему руки с занпакто, после чего снёс ещё стоящую целой голову и добавил косым по диагонали через весь торс. Воскрешение Ичиго в бою с Кенпачи было уж очень наглядным примером, да и мало ли какие ещё могут быть способности у этого ничтожества, ведь как-то же он выживал и побеждал. И вот только после этого части мяса, только что бывшие весьма сильным пустым, начали распадаться.

Поглощение его останков заняло около пяти минут, и прежде всего – из-за особенностей силы. Даже в мёртвом теле его реацу сопротивлялась, пытаясь то отравить меня чем-то вроде яда, то заразить эмманациями безумия, но всё это меркло в сравнении с ощущением, как будто поедаешь какую-то гниль. И это при том, что поглощал я его рукой, а уж чтобы я ощущал, случись мне его есть до становления арранкаром – и представить страшно. Впрочем, в то время у меня и чувствительность была значительно хуже, но всё равно представлять противно. Однако, как бы банально это не звучало – всему приходит конец, пришёл он и этой «трапезе». Но вот вопросов возникло много…

Вынырнув из воспоминаний, я сосредоточил взгляд на чёрном провале пещеры, видневшемся у основания показавшейся на горизонте скалы. Вот и проход в Лес Меносов…

– Вот что, Мидори, времени у нас не так много, а сделать нужно многое. В твоём нынешнем качестве тебе даже близко к Лас Ночес приближаться нельзя, но в то же время и ждать, пока ты эволюционируешь обычным образом, у меня нет никакого желания. Остаётся вариант, что я сам поделюсь с тобой добытой сущностью и реацу пустых. Однако сразу предупреждаю, процесс этот вряд ли можно будет назвать приятным, так как та реацу, что я тебе передам, будет минимум на два порядка совершеннее твоей собственной, и как она будет тобой усваиваться – я не представляю. Ты готова пойти на такой эксперимент или предпочтёшь стандартный путь? Правда, во втором случае повторно встретимся мы с тобой нескоро.

– Нет! То есть я согласна на эксперимент! Я… Я не хочу…. опять оставаться одна… тут… – последнее предложение пустая произнесла уже совсем тихо и опустив голову.

– Хорошо, тогда пойдём. Думаю, пара суток у нас есть…

***

– Собираешься взять её в свою фракцию? – прервал тишину зала голос Соске, сам же Айзен только-только отвернулся от куба, в котором проходило преобразование Мидори, и сейчас укладывал Хоугиоку в открывшийся «лесенкой» постамент.

– Ещё не знаю… – эхом откликнулся я, сидя на одном из кубов, расставленных вдоль стен, и сверля взглядом бурлящую субстанцию, недавно бывшую телом Мидори. – Слабовата она для моей фракции, хотя реацу у неё интересная.

– Да, тут ты прав, – «лесенка» сложилась в цилиндрический постамент, который начал скрываться в полу, а Соске обернулся ко мне. – Способность исцелять своей кровью практически любые повреждения и ускорять выработку реацу… Очень любопытная сила.

Я перевёл взгляд на его лицо, где застыла чуть лукавая и насмешливая улыбка, выражаемая буквально краешком губ и прищуром глаз. Несколько секунд я честно пытался удивиться, но так и не получилось.

– Н-да… Я уже не удивляюсь. Может, заодно скажешь, какая способность у Кин? А то я никак не могу разобраться.

– Никакой, – Айзен спрятал руки в карманы плаща и перевёл взгляд на куб трансформации, а его улыбка неуловимо изменилась, теперь отражая что-то вроде грустного удовольствия от выполненной работы. – На момент прохождения синигамики её душа ещё не определилась, а потому имела только потенциал, который может стать чем угодно.

– Это возможно? – приподнял брови я.

– Конечно. Для всех синигами это вообще совершенно естественное состояние… до определённого момента, разумеется, – Соске улыбнулся чуть шире. – Исключения составляют только некоторые семьи, где способности, в некоторой степени, наследственные, но таких очень мало.

– А при чём тут Кин?

– Ты ведь уже и сам это понял…

– Ну… Я действительно начал догадываться, но лучше скажи ты, – и я вернул ему лукавую улыбку из начала разговора.

– Она, как и ты, не обладает пустотой в душе, что сделало её силу значительно ближе к силе синигами, отсюда и такой результат. Хотя, конечно, стандартный набор способностей пустых это у неё не отнимает.

– Хм… Это… занятно, – я задумался, сложив руки домиком перед лицом. Выходит, занпакто Кин очень даже способен обрести разум, и возникновение её личной силы должно совпасть с этим событием. Перефразируя Соске – «в момент, когда душа определится». Что ж, надо будет пронаблюдать за этим процессом… – Кстати, – я вынырнул из размышлений и перевёл взгляд на терпеливо ожидающего моей реакции Айзена, – я недавно был в галереях под Лас Ночес и нашёл там нечто интересное… Гиллиана…

– Я понял, о чём ты, – произнёс Айзен. – Тебе повезло наблюдать редкое зрелище, практически невероятное для жестокой реальности Хоэко Мундо… Это был Фулер, он результат регресса некоего Вастер Лорда. Судя по всему, бывшего весьма могущественным, ведь даже несмотря на деградацию, он до сих пор является аномально сильным пустым.

– Ясно… – так вот, значит, как звали того пустого, что сверкал глазом из-за спин гиллианов в момент ухода Айзена из Общества Душ… Его, вроде как, походя прикончили в битве за Каракуру, кто-то из вайзардов, кажется, зеленоволосая девчонка. Хм… Любопытно, результат регресса, значит… Очень интересно. – А что будет, если его превратить в арранкара?

Соске хмыкнул и одарил меня очередным чуть насмешливым взглядом, со своей любимой загадочной полуулыбкой.

– Ничего. Результат почти никакой, он просто ужался на несколько метров в диаметре, вот и весь эффект.

– Так ты пробовал… – невесело усмехнулся я.

– Естественно… Ход эволюции пустого почти полностью зависит от его сознания, а какое может быть сознание в неразумном гиллиане?

– Занимательное и своеобразное, Аронильё – наглядный пример.

Соске на это скромно хохотнул и повернулся к двери.

– Поверь, Алукард, в Обществе Душ встречаются куда более «занимательные» экземпляры… сознаний, – сделал он выразительную паузу перед последним словом. – Я пойду к себе. И насчёт занятий. Я пришлю тебе пару книг, для начала этого хватит, а там посмотрим. Хотя сразу предупреждаю, вряд ли у тебя будет время на науку, – и, так и не соизволив обернуться, он вышел за дверь.

Несколько секунд я смотрел ему вслед, одновременно отслеживая перемещение его реацу, но вот он вышел в коридор и, сделав пару шагов, исчез в сюмпо, уже через секунду оказавшись на своём любимом балконе. Забавно, я уже ощущаю его реацу, даже не напрягаясь… Приятно, чёрт возьми. Тут моё внимание привлекли две знакомые реацу, что крутились рядом с момента, как я нашёл Айзена после возвращения в Лас Ночес. Хм… А почему бы и нет? Время есть… Я бросил взгляд на Мидори.

Скорость трансформации зависит от многих факторов, и один из них – это личная сила пустого. Мидори удалось подтянуть до уровня гиллиана, а значит, преображение вполне способно затянуться на несколько лишних часов, да и форма её тела тоже не очень удобна для изменения…

Приняв решение, я встал и, привычно поправив плащ, пошёл к двери. Лоли и Меноли обнаружились прямо в коридоре, уже вовсю семенящие вслед за Соске и тихо переругивающиеся:

– …ерена, что это вышел именно он? – осторожно спросила светленькая, не заметив, как я открыл дверь позади них и бесшумно вышел в коридор.

– Конечно! Ты же сама слышала, как открылась дверь! – понизив голос, напористо втолковывала подруге тёмненькая девушка с двумя косичками и в довольно откровенном наряде.

– Но ведь Алукард-сама тоже не ощущается, откуда ты знаешь, что это вышел не он?

– А зачем ему выходить?! Он же сам привёл того пустого!

– Ну да, а что если он привёл, а когда Айзен-сама начал превращать того пустого в арранкара – вышел? Зачем ему там быть-то?

– Так ведь он сам привёл пустого!

– Ааа…

– Всё! Я сказала, это вышел Айзен-сама! Пойдём быстрее! – и Лоли, не оборачиваясь, уверенно пошла вперёд.

– Хорошо… – покорно сдалась Меноли. А я убедился, что чернявая действительно является лидером в этой парочке.

– Стоять! – скомандовал я, выпуская немного реацу в окружающий мир, совсем толику, но арранкаркам хватило, чтобы в ужасе замереть и, побледнев, обернуться ко мне.

– Имена, фракции? – Меноли судорожно вдохнула и попятилась, похоже, даже такое незначительное духовное давление было для них слишком велико. – Я жду, – подбодрил я девушек, немного снизив давление. Кстати, забавно у них чёлки зачёсаны, у каждой волосы лежат так, чтобы прикрыть остаток маски, а ведь сразу и не сообразишь. Первое впечатление – что всё получилось случайно, но уж больно тщательно и аккуратно чёлка убрана на второй половине лица. Неужто стесняются, как и Тия? Мило…

– М-Меноли Маллия…

– Лоли А-Аиверне…

– В чьей вы фракции?

– Ни… ни в чьей… – заикаясь, отозвалась Аиверне.

– А что тут делаете? – полностью убрал духовное давление я, однако по-прежнему держа нейтральное выражение лица.

– М-мы… – начала Меноли, но тут же была прервана:

– Работаем в башне!

– Ясно, значит, вы тут прислуга? – Меноли чуть дёрганно кивнула, а Лоли недовольно нахмурилась, хоть и постаралась это скрыть. – Хорошо, тогда у меня есть к вам просьба, – я слегка улыбнулся. – Через некоторое время там, – кивок в сторону двери, – должна очнуться новая арранкарка, зовут её Мидори. Помогите ей с одеждой и устройте экскурсию по Лас Ночес, после чего приведите в мои покои. Справитесь?

– Конечно, Алукард-сама, – Меноли склонилась в традиционном поклоне, а вслед за ней поклон повторила и Лоли, хоть и явно не получая от этого удовольствия.

Я хмыкнул, прикрыв глаза, а в следующий момент уже положил правую руку на голову девушки. Сонидо прошло совершенно беззвучно. Единственный глаз Лоли в ужасе расширился, да и на лице Меноли появилось такое выражение, как будто её подругу сейчас будут четвертовать.

– Тебе сейчас страшно? – Лоли нервно сглотнула и через несколько напряжённых для себя секунд сдавленно выдавила:

– Да…

– Но ведь я ничего плохого не делаю, мне всего лишь захотелось погладить тебя по голове, так чего ты боишься?

– В… Вы очень сильны…

– Однако Айзен куда сильнее меня, но ведь ты не боишься его прикосновений. Так в чём дело?

– Я…

– Это потому, что я арранкар? – девушка ещё раз сглотнула. Проклятье, как же приятно их пугать, они такие милые, когда боятся, так и хочется затискать! А уж какой будоражащий запах у их реацу, ммм… Невольно я даже наклонился ближе к Лоли, вдыхая запах её волос. – Хм… Это на самом деле так забавно. Мы перестали быть тупыми животными, но старые инстинкты по-прежнему руководят нашей жизнью… Ироничная ситуация, – я отстранился от Аивирне, напоследок слегка взъерошив ей волосы. – Не нужно меня бояться, по крайней мере, в Лас Ночес я – последний, кто захочет причинить вам вред. Удачного дня, девочки, и спасибо за помощь, – последнее предложение я сказал, уже отвернувшись и подняв руку в прощальном жесте.

***

Примера опустил поднятую руку и убрал её в карман плаща, после чего просто исчез, без какого-либо звука, только воздух чуть дрогнул, но этого стоящие в коридоре арранкарки уже не заметили.

Лоли выдохнула носом и, плотно стиснув зубы, обхватила руками себя за плечи, мелко дрожа.

– Жуть…

– Т-ты как? – взволнованно тронула подругу Меноли.

– Не знаю… – потерянно прошептала трясущаяся девушка, сильнее сжав пальцы. – Я… Я такого никогда не испытывала… Но… Но, кажется… – Лоли сглотнула. – Я хочу ещё… – и с силой прикусила губу.

Меноли потрясённо вылупилась на подругу, в шоке даже чуть отстранившись, но та сама пребывала в полном ужасе от сорвавшихся слов.

– Но… Но ведь… Он же не такой страшный, правда? Я… Я имею в виду… Ну, по сравнению с другими арранкарами, которые могли бы быть на его месте… Ну, в смысле… – светловолосая арранкарка замолчала, запутавшись в мыслях и не зная, что сказать дальше.

Тишина длилась пару минут, за это время девушки практически не шевелились, наконец, Меноли вновь открыла рот и неуверенно произнесла:

– Он… странный…

– Очень, – отмерев, поддержала её чернявая, а затем, ещё раз сглотнув, опустила плечи и с глубоким вдохом выпрямилась. – Пошли…

– К-куда?

– Выполнять работу, естественно! – сделав страшные глаза, вернее, один глаз, прикрикнула на подругу Лоли. – Он же дал нам задание!

– А-а… Ну да.

***

У выхода из башни мне пришлось немного задержаться, ожидая своих фракционов. Как и следовало ожидать, мою реацу они почувствовали, едва я её выпустил, но вот решение о том, чтобы мчаться ко мне, похоже, приняли не сразу. Или, что также весьма вероятно, потратили время на сборы. В любом случае, когда рядом со мной раздались два практически одновременных хлопка сонидо, я уже около минуты любовался небесным потолком Лас Ночес.

– Девочки… Вам нужно лучше контролировать свою реацу, – раздельно произнёс я, всё ещё глядя на потолок, после чего перевёл на них взгляд и с улыбкой пояснил: – Когда вы меня почувствовали, то секунд на пять обе совершенно перестали сдерживаться. Будь мы в мире живых или Обществе Душ, вас бы за это время наверняка заметили синигами, – Кин и Сёри дружно потупились и покраснели, искренне, между прочим, хотя радость от моего появления и не думала уменьшаться.

– Но ведь мы не в мире живых… – состроив милую рожицу, заметила Кин, робко подняв на меня хитрые-прехитрые глаза.

– Именно, – продолжая улыбаться, согласился я. – И пока вы не научитесь полностью скрывать свою реацу, мы по-прежнему не сможем бывать там вместе, – девушки, что называется, сделали стойку – хоть позы их визуально и не изменились, но вот ощущение… Жаль, что запах реацу не может показать эмоции собеседника, когда у того их слишком много, по ощущениям все они просто сливаются в тревогу, и ничего больше не разобрать, а ведь буря из эмоций у них сейчас наверняка знатная. – Ладно, ладно, расслабьтесь, – я одновременно взъерошил волосы девушек, при этом привлекая их к себе. – Пойдёмте-ка лучше навестим Тию, уверен, она не будет возражать против небольшой совместной тренировки.

Девочки синхронно кивнули, не уверен, правда, что они меня услышали… Прикрытые глаза, лёгкое дрожание ресниц и дыхания, расслабившаяся и слегка резонирующая с моей реацу… Точно не услышали.

– Эхх… – тяжёлый вздох никак не смог скрыть вылезшую на лицо улыбку, так что, полюбовавшись на девочек ещё пару секунд, я, хмыкнув, прекратил почёсывать им головы и, взяв за талии, шагнул в сонидо.

Тия действительно была не против моего визита, впрочем, будь иначе, сомневаюсь, что она бы мне об этом сказала. Однако негатива я в ней не заметил, только обычную скованность, что она всегда демонстрировала в моём присутствии. Кстати, девушка умудрилась изрядно меня удивить, предложив выпить чая. Для людей это, возможно, обычное дело, когда гостю предлагают напитки или угощения, но слышать подобное предложение от пустого, пусть и очень внешне привлекательного, но всё-таки ещё совсем недавно – монстра-каннибала, – это удивительно. Впрочем, отказываться я, естественно, не стал и благодарно кивнул, также воздержавшись от расспросов, ведь и так понятно, что Тия, скорее всего, почерпнула эту идею из многочисленных имеющихся в доме фильмов.

Забавная это была картина, мы с Тией сидим за маленьким столиком в гостиной, а наши фракции, расположившиеся тут же на диванчиках, старательно делают вид, что их нет, при этом напряжённо поглядывая на нас и друг на друга. А самое забавное было в том, что красавица Халлибел пить стеснялась, точнее, она стеснялась демонстрировать мне маску на своём лице. Вот мы и сидели, я с чашкой в руках делаю неторопливые глотки и смотрю на девушку, а она переводит неуверенный взгляд то на полную чашку перед собой, то куда-то в угол комнаты. Ситуация донельзя глупая, неловкая и смешная, но меня искренне умиляла, даже жаль, что её пришлось прервать.

– Благодарю за чай, – я отставил пустую чашку. – Как ты смотришь на то, чтобы провести небольшую тренировку?

– Я буду рада, – с готовностью кивнула Тия, последний раз взглянув на свою чашку. – Мы пойдём на прежнее место?

– Нет, я хочу проверить одну идею, и использование тобой ресуррексиона там не обязательно, так что можно спокойно занять один из полигонов.

– Хорошо… – судя по глазам, Халлибел была удивлена, но предпочла промолчать.

Сборы не заняли много времени, и уже через пару минут мы стояли на соседнем полигоне в окружении красных цилиндрических зданий, часть из которых, по непонятной причине, выходила из песка под углом, при этом имея вполне ровную параллельную горизонту крышу.

– Девушки, я бы, конечно, мог предложить вам потренироваться друг с другом, но что-то мне подсказывает, что это будет бессмысленно… – Тия вслед за мной повернулась к скучковавшимся фракционам, так что картину синхронного отвода глаз смутившимися девушками мы наблюдали вместе, даже сдержанная Сёри – и та взгляд отвела, что уж говорить про остальных. – … Так что просто наблюдайте, можете даже вернуться в дом, там с балкона будет всё видно.

– Халлибел-сама, мы…

– Идите, – спокойным, но, тем не менее, непререкаемым тоном произнесла Тия, закрыв на секунду глаза и поворачиваясь ко мне. Девушки немного помялись, неуверенно поглядывая на свою госпожу, но всё же шагнули в сонидо, мои задержались чуть дольше, но увидев, как я согласно прикрыл глаза, тоже ушли. – Алукард… – Халлибел сделала небольшую паузу. – Я по-прежнему не очень понимаю, чем могу помочь при нашей разнице в силе.

– Не волнуйся, сейчас разница будет невелика, пожалуй, у тебя даже будет преимущество, – зелёные газа Трэс удивлённо расширились. – Не удивляйся. Всё довольно просто – я хотел попробовать не использовать в бою реацу пустого, а полностью перейти на силу синигами. Ведь она присутствует у каждого из нас, просто обычно сливается с силой пустого, я же хочу прервать это слияние и переключиться на один источник.

– Но зачем?

– Любопытство, научный интерес, может, просто глупая прихоть, – я пожал плечами, показывая мимикой, что особой разницы нет. – В любом случае, синигами становятся сильнее в результате тренировок, обычные пустые этой способности лишены, по крайней мере, до тех пор, пока не станут арранкарами. Вот я и подумал, а не связано ли это со свойствами реацу синигами? Или, скорее, не связано ли это с неким дефектом в реацу пустых? Ведь помимо синигами, увеличить свою силу тренировками могут и различные одарённые люди, те же квинси.

– Но пустые могут становиться сильнее, тренируясь.

– Это лишь опыт, объём реацу больше не становится, да и на следующую ступень эволюции так не перейдёшь, сколько ни тренируйся.

–Я поняла… – Тия слегка склонила голову, внимательно изучая взглядом моё лицо. – Что я должна делать?

– Атаковать, – я слегка улыбнулся. – Убить ты меня в любом случае не сможешь, так что не сдерживайся. К тому же мне действительно интересно, ведь в прошлый раз я видел тебя только в ресуррексионе.

– Хорошо, – Халлибел потянулась рукой за спину и, подцепив пальцем колечко на гарде, вытащила меч.

***

На широком балконе царило безмолвие, тут не было солнечного света и голубых небес, лишь усеянная звёздами чёрная бесконечность и бледный свет луны. Центральная башня Лас Ночес уходила глубоко под землю и возносилась высоко в небеса, и балконы на ней были не только под куполом гигантского города, ставшего родиной арранкаров. В центре балкона стоял одинокий белый трон, на котором недвижно сидел человек, или, скорее, тот, кто лишь выглядел человеком. Его поза была расслаблена, глаза прикрыты, и, казалось бы, человек даже не дышал. Но спокойствие и тишина этого места оказались неожиданно прерваны появлением нового действующего лица:

– Дела-дела… – пепельноволосый синигами сокрушённо покачал головой, проходя в дверь. – Капитан Айзен, вы знаете, что сейчас происходит на пятом полигоне?

– Что случилось, Гин? – фигура в каменном кресле не пошевелилась и даже не открыла глаз, но глубокий голос, заставляющий буквально звенеть окружающую тишину, прозвучал как будто со всех сторон.

– Ну… Кажется, Халлибел-сан сейчас избивает Алукарда-куна. Мне кажется это несколько странным… Может, вы меня просветите, что происходит?

– Хм, – этот короткий звук, вероятно, должен был означать удивление, но дальше него проявление эмоций не зашло, вместо этого Айзен, казалось, к чему-то прислушался, при этом по-прежнему умудряясь остаться совершенно недвижным. – Полагаю, Алукард решил заняться тренировкой своих сил синигами.

– Да? А разве это возможно?

– Более чем. Впрочем, я полагал, что он займётся этим несколько позже… Но это и к лучшему.

– К лучшему?.. – Ичимару Гин шутовским жестом взъерошил себе волосы, наклонившись всем телом. – Капитан Айзен, я всё ещё ничего не понял…

– Это неважно, Гин. Просто Алукард обнаружил ещё один способ стать сильнее, а Тию использует, чтобы определить его эффективность.

–А это не опасно?

– Нисколько, – лицо хозяина Лас Ночес слегка поднялось к небу, хотя глаза по-прежнему были закрыты, лишь в уголках губ появилась тень улыбки. – Что бы ни делал Алукард, это не станет причиной проблем…

***

Каракура встретила меня живописным закатом, рыжими от заходящих лучей солнца улицами и полным отсутствием рядовых синигами в поле моего восприятия. Это было, мягко говоря, странно. Впрочем, внутренняя кухня Готэя меня не касается.

Гарганту я, как обычно, открыл далеко за городом, несколько сотен километров – не расстояние для моего сонидо, а вот следящая аппаратура, что Урахары Киске, что Двенадцатого отряда, уже не засечёт. А если и засечёт, то я всё равно маскирую выход под естественный прокол реальности, так что вероятность привлечения ненужного внимания с моей стороны минимальна.

Времени, судя по всему, прошло не так уж много. Ичиго, Рейнджи и Рукия по-прежнему были в городе, как и остальные герои предстоящих событий, те, кого я мог чувствовать. Бито с хозяевами нигде не ощущались, да и пустых почти что не было – так, парочка совсем мелких организмов, которых, пожалуй, даже Карин пристукнуть сможет, если припрёт. Скучно… Кстати о Карин… Если Юзу сейчас ощущается в районе дома, вместе со своим рыжим братцем и миниатюрной любительницей зайчиков, то вот Карин сейчас где-то за городом. Хм… Кажется, именно там то футбольное поле, где я её впервые увидел. Ну, раз делать всё равно нечего, почему бы не посмотреть футбол? Пусть и детский, зато искренний, да и за девочкой присмотрю, так, на всякий случай.

Ну, что могу сказать? Играли детки азартно, с огоньком, особенно одна чернявая особа в красной кепке. Даже как-то завидно стало, но мне такие развлечения уже недоступны, в смысле, играть-то я могу, но какое удовольствие от состязательной игры, если ты постоянно вынужден сдерживаться? Вот в такие моменты и начинаешь понимать Зараки Кенпачи.

Не став выпендриваться, я просто присел на скамеечку рядом с полем, откуда и наблюдал за игрой. Подозреваю, что Иссен тайно приглядывает за дочурками, ибо Ичиго этим особо не заморачивался, однако же, несмотря на высокий уровень реацу, тех почти не трогали происходящие события. За весь период жизни временного синигами на его сестёр покусились всего несколько далеко не самых сильных пустых, да и те появлялись именно тогда, когда рядом был кто-то способный защитить. Не верю, что подобное – случайность. Однако Иссен меня волнует мало, по крайней мере, пока я сам не проявлю враждебности к девочкам, он не нападёт, банально испугается зацепить дочерей, а даже если нападёт, то всё равно ничего мне не сможет сделать. Странные мысли, особенно если вспомнить, как он дрался с Айзеном, но всё равно не могу заставить себя считать его опасным противником. Хотя меня и напрягает, что за мной могут наблюдать, оставаясь незамеченными.

– Он этого не может, – прозвучал внтури спокойный голос Мурамасы.

– Что?

– Иссен Куросаки, как и любой другой синигами, не сможет наблюдать за тобой, оставаясь незамеченным.

– И почему же? Киске и Йоруичи я точно почувствовать не могу.

– Это неважно. У любого синигами есть занпакто и внутренний мир, пусть они могут скрыть свою реацу, но спрятать от меня наличие поблизости занпакто невозможно. Даже если поместить его в изолирующий душу барьер, я всё равно продолжу его чувствовать, хоть и не смогу воздействовать.

– Вот оно как… – я иронично усмехнулся под маской. – Что ж, это радует, хотя и жаль, что я сам не догадался.

– Просто ты мыслишь категориями пустого, подсознательно опираясь, прежде всего, на собственные навыки, а о моей силе вспоминаешь только иногда, – я напрягся и несколько десятков секунд сосредоточенно сопоставлял факты. Было очень похоже, что Мурамаса прав, я действительно редко вспоминаю о способностях своего меча, и хорошим этот факт отнюдь не был.

– Тебя это печалит? – наконец спросил я, понимая, что термин «печалит» должен являться самым слабым эквивалентом эмоций занпакто.

– Конечно, – тут же подтвердил он мои опасения. – Но я понимаю и подожду. Рано или поздно твоё подсознание привыкнет к тому, что я – тоже часть твоей силы, и проблема исчезнет сама собой.

– Ясно. Благодарю, Мурамаса, – всё-таки ты действительно лучший занпакто из возможных. Вторую часть фразы я подумал уже про себя, не обращаясь к клинку, хотя вполне возможно, что он её всё равно слышал.

Мысленный диалог занял всего ничего по времени материального мира, Карин даже ещё не успела меня заметить. Хм… Накаркал. Какой-то пухлый парень неудачно пнул футбольный мяч, и тот вылетел за пределы поля, после чего укатился вниз с холма. Пока виновник бегал за беглецом, остальные дети переводили дух и о чём-то болтали. Карин исключением не была и, утерев пот со лба, начала вращать головой, включившись в дискуссию. И вот её случайный взгляд упал на меня…

Какая прелесть… Обожаю это выражение лица! Какая восхитительная смесь удивления, шока и жуткого раздражения всего в одной секунде – единственном кадре мимики. Такое захочешь – не изобразишь, только случайно!

– Ребят, я сейчас, – Карин махнула рукой и сноровисто поспешила ко мне. – Ты чего здесь делаешь?! – «страшным» голосом зашипела она, поставив ногу на скамейку рядом со мной и принявшись делать вид, что перешнуровывает кроссовок. Умная девочка.

– Тоби следит! – патетичным шёпотом поведал я девочке, словно открыл жуткую тайну. Карин замерла и, спустя миг, плотно зажмурилась.

– И за кем ты следишь?

– Это большой секрет! Очень, очень большой! – я сделал драматическую паузу и заговорил, ещё сильнее понизив голос: – Но маленькой красивой сестре большого рыжего чудовища Тоби готов её открыть… – на моменте про рыжее чудовище девочка дёрнулась, но, взяв себя в руки, всё же промолчала и продолжила внимательно слушать. Я же заговорщицки наклонился к ней и, прикрыв рот рукой, совсем тихо прошептал: – Тоби забыл…

Тишина… Птички поют… Дети болтают… Девочка с чёрными глазами угрюмо смотрит на меня…

– Ты… идиот, – ох, милая, как ты права…

– Нет, нет, нет! – тем не менее картинно замотал головой я. – Я Тоби!

– Вот-вот, я про то и говорю… – мрачно согласилась Карин, но я ещё не закончил:

– Тоби не идиот, просто Тоби не может вести себя по-другому, это в основе его личности! К этому нужно относиться с пониманием и жалостью, а не разбрасываться оскорблениями! – вот теперь Карин реально припечатало, такого изумления я на её лице даже в первую встречу не видел. Какая же я сволочь…

– Ты… сам… это… придумал?

– Нет. Тоби слышал, как это говорил Большой Белый Айзен, и запомнил! – полным гордости голосом заявил я, всеми силами стараясь не заржать. – У Тоби очень хорошая память! – о Айзен животворящий, что я делаю с бедной девочкой?! – О! Точно! Тоби вспомнил! Тоби следил за мячиком!

Левая рука Карин звонко встретилась с лицом.

«Всё, всё! Больше не буду! Молчу! О небеса Хоэко Мундо, я сейчас сдохну…» К счастью, как раз в этот момент Карин окликнули с поля. Бросив на меня обречённый взгляд, та что-то невнятно пробурчала и вернулась к товарищам. Игра продолжилась, правда, теперь младшая Куросаки уже не уходила в неё с головой, а постоянно кидала на меня настороженные взгляды. Однако я сидел совершенно спокойно и никаких художеств не вытворял.

Ситуация мне не нравилась. Маска Тоби уже начала серьёзно мешать, заметно ограничивая спектр возможного поведения. Это было плохо, веселье весельем, но с той же Карин я бы с куда большим удовольствием пообщался как Алукард, но и открываться было нельзя, так как Тоби мог ещё не раз пригодиться. Проблема… Устраивать новое знакомство тоже не выход. Если Тоби – просто придурковатый, но в целом безобидный парень, то полноценный арранкар – это совсем другое. Пусть даже моё положение Примеры останется тайной, но сам факт наличия в Лас Ночес полноценных арранкаров уже очень многое скажет заинтересованным лицам, да и меня никто без внимания не оставит. Если господа синигами узнают о Тоби, это им ничего не скажет, так как по всем признакам тот является бракованным образцом – интеллектуально отсталый, с цельной маской и вышвырнутый из Лас Ночес, в общем, нечего бояться, а вот полноценный, разумный и адекватный арранкар – уже серьёзная проблема. Ладно, подумаю над этим позже.

Игра закончилась минут через двадцать победой команды Карин. Правда, как я мог судить, народ тут был весь свой. То ли один класс школы, то ли два разных, но одного года и опять же из одной школы, но суть в том, что оголтелого соперничества или там злобы к противнику не было, чем неприменно отличался бы матч, играй дети из разных школ. Да и знакомы все, судя по репликам, были очень неплохо. Как бы то ни было, после игры Карин опять подошла ко мне, удерживая мяч в руках.

– Ну и чего дальше? – как-то неуклюже начала девочка.

– А что должно быть дальше?

– Ну, я сейчас иду домой… Уже вечер просто…

– Отлично, Тоби проводит!

– Это не обязательно.

– Тоби будет приятно, Тоби нравится, когда с ним разговаривают! – Карин наградила меня своеобразным взглядом, но промолчала.

Шли мы молча, девочка держала мяч под мышкой и о чём-то усиленно думала, периодически бросая на меня изучающие взгляды, я же бодро вышагивал рядом и усиленно мотал головой, изображая живейший энтузиазм, но делал это тихо и не отсвечивая. Впрочем, уже минут через десять-пятнадцать юная Куросаки решила нарушить тишину:

– Эм… Тоби, слушай… А где ты вообще живёшь?

– Мммм… – признаться, вопрос был несколько неожиданным, так что удивлённое мычание получилось почти искренним. – Тоби живёт в Хоэко Мундо.

– А что это такое?

– Большая-большая пустыня, Тоби ведь уже рассказывал.

– Э… Да. Просто я тогда не очень поняла… – девочка опустила голову, опять уйдя в свои мысли. Только через пару минут она, как бы шёпотом, как будто для себя, но так, что я всё слышал, добавила: – Это Хоэко Мундо, там ведь живут монстры…

Эх… И вот что тебе ответить? Умная ты девочка, Карин. Блин… Как же хочется поговорить серьёзно, без необходимости корчить из себя невесть что…

– Но Тоби не монстр!.. Наверное… – я задумчиво поскрёб маску указательным пальцем. – Тоби не уверен… Или Карин-чан неприятно общество Тоби? – девочка резко встрепенулась, уперев в меня взгляд широко распахнутых глаз:

– Нет! Не в этом дело! То есть ты, конечно, иногда ведёшь себя странно, но совсем не неприятно! То есть я хочу сказать, всё совсем не так! Я просто… Ну…

Н-да, хоть и умная, но всё равно такая милая, особенно если разбить это вечно постное выражение лица, когда ты думаешь о чём-то серьёзном. Просто прелесть… Повезло всё-таки Ичиго с сёстрами, даже завидно.

– Да?! Правда?! Это же хорошо! Тоби счастлив!.. Правда, Тоби всё равно не уверен… Что означает слово «монстр»? – в ответ Карин обречённо уронила голову.

Следующие пять минут девочка честно пыталась объяснить мне термин «монстр» и, должен признать, у неё это получилось. Нет, проблема была не в том, что Тоби такой тупой, наоборот, я старался максимально облегчить девочке задачу, но… В общем, сложно это – пытаться объяснить простые и интуитивно понятные вещи, опираясь только на словесное описание. Но Карин справилась, чем в очередной раз заслужила моё уважение, уж я-то как никто понимаю всю трудность процесса, как-никак у меня лично парочка штатных почемучек есть, хоть и весьма сдержанных в выражении своих вопросов.

До дома Куросаки мы дошли спокойно. Единственное событие, заставившее меня слегка напрячься – это вывалившийся в мир живых примерно в двух километрах от нас пустой. Силёнками он не дотягивал даже до самого ватного гиллиана, но всё же был куда сильнее той парочки, что ошивалась здесь до моего прихода. Но моё беспокойство быстро прошло, пустой тихо поковылял куда-то в противоположную сторону, да и Карин ничего не почувствовала.

– Эм… – Карин остановилась и нерешительно почесала затылок. Находились мы уже у самого дома, а внутри ясно чувствовались реацу Юзу, Ичиго, Рукии и ещё четверых модифицированных душ. – Ты это, наверно есть хочешь, да?

Я задумался. Ясное дело, что Карин просто не может меня отправить гулять, помахав ручкой – воспитание не позволяет, да и на школьного приятеля, который живёт на соседней улице, я не похожу, вот только как мне поступить? С одной стороны, заходить с ней в дом и устраивать «продолжение банкета» с «театром абсурда» я не планировал, да и не хочу. Но с другой – это хороший повод сделать очередной шаг по сближению с семейством Куросаки, прежде всего с Ичиго, если попасться к нему на глаза, естественно. Интересно, он отмыться-то сумел? И как на меня отреагирует?.. Хотя, пожалуй, ещё слишком рано, взбеленится, а там и проблем не разгребёшь, лучше подождать.

Приняв решение, я заверил Карин, что сыт, и, тепло попрощавшись с девочкой, быстро удалился, не дав ей и слова вставить. Уже наблюдая картину издалека, я видел, как она тяжело вздохнула и, постояв ещё несколько секунд, вошла в дом.

Дальнейшее наблюдение ничем особенным не выделялось. Ровно до двенадцати ночи. Не скажу, чтобы я всё это время провёл рядом с домом Куросаки, отнюдь, я довольно быстро от него ушёл, но именно в двенадцать я почувствовал, как Ичиго вместе со своей бандой начал удаляться от дома. Точное время я знал, так как находился в торговом районе города, присматривая кое-что из техники и так, по мелочи, и тут во многих местах были хорошо видны часы. В общем, быстро проверив реацу всех фигурантов, я убедился, что те тоже куда-то направились. Пара минут – и я убедился, что все они движутся в одно место. Бросив печальный взгляд на уже приглянувшийся мне широкоформатный лазерный принтер, я грустно вздохнул и пошёл к выходу из магазина.

Ичиго, Рейнджи, Садо, Иноуэ, Рукия и трое душ-плюс собрались на небольшой детской площадке метрах в двухстах от дома Куросаки. Куросаки, как и Абарай, пребывал в своём духовном теле синигами, в отличие от Рукии, что находилась в гигае. Двое модифицированных душ тоже были в гигаях, очень своеобразных гигаях. Один выглядел высоким хлыщом в круглых очках, широкополой шляпе и с длинными двухцветными волосами, второй был пониже и носил нечто вроде мотоциклетного комбинезона с ковбойскими сапогами и штанами-галифе, на голове присутствовал капюшон с молнией на уровне глаз.

Разглядев это нечто, я медленно перевёл взгляд на свой балахон Тоби с облаками и отчётливо ощутил себя стильным человеком.

Наблюдал я за ними издалека, напитав глаза реацу, так что разговора не слышал. Однако через несколько минут собравшиеся разделились на группы и отправились в разные стороны. Догадаться, что ребята пошли патрулировать город, было несложно, однако меня продолжало напрягать полное отсутствие в городе оперативников Второго отряда. Сомнительно, чтобы они могли скрыть от меня свою реацу. Один, два, ну три офицера с каким-нибудь специальным оборудованием и подготовкой – ещё возможно, но все – никак. Тем более в прошлый раз я их чувствовал без малейших проблем. Выходит, товарищи Готэйцы, браво потеряв некую часть личного состава в тщетных попытках остановить битто, тупо спихнули всю работу на плечи гражданского населения самого славного города Каракуры? Ну и одного лейтенанта до кучи, с… Какой там Рукия офицер? Вроде что-то около шестого… Но не суть, а вот сама ситуация… Н-да… Если в Готэе всегда так, то… То я лучше промолчу.

Стоп. А это что? Возле магазина Урахары появилась весьма солидная реацу, уровень не меньше капитана, да и скрыта хорошо. Появилась и резко ушла в сюмпо по направлению куда-то за город. Интересно…

– Мурамаса, ты успел почувствовать его занпакто?

– Да, но я не успел узнать имя. Точно могу сказать, что раньше с ним не встречался.

– Что-то ещё?

– Личность этого занпакто напоминала женскую, это всё.

– Ясно, благодарю.

Итак, кто у нас владеет занпакто женского пола? Сомнительно, чтобы это была Йоруичи. Лейтенантов отбрасываем сразу, реацу у данного синигами было ощутимо больше, чем у Рейнджи, и её контроль явно лучше, что говорит об опыте. Также отбрасываются старые капитаны, их всех Мурамаса знает. Вайзарды… возможно. Они, пожалуй, могут иметь навыки в маскировке своего фона под обычного синигами. Ну и, конечно, молодые капитаны. Из капитанов подходит Сой Фонг, а вот вайзарды сомнительно, конечно, вероятность не нулевая, но всё же куда вероятней, что это была Сой Фонг. Хм… Посмотреть на неё было бы интересно, но… не за этим я сюда пришёл.

Времени на внутренний диалог с клинком и раздумья ушло немного, пожалуй, я даже смог бы догнать позднего гостя нашего горячо любимого «безумного шляпника». Вздохнув, я слегка взъерошил волосы и, несколько секунд разглядывая расходящихся людей, всё-таки решил составить компанию Ичиго и Рукии, которые шли одной группой…

Первые полчаса ничего не происходило, а вот вторые… тоже ничего. Ичиго, Рукия, а вместе с ними и одна из модифицированных душ, единственная оставшаяся в форме плюшевого игрушки, просто добрались до одного из центральных районов Каракуры, где и встали под фонарным столбом ожидая, пока что-нибудь случится. Для сравнения – другие группы всё-таки двигались, хотя, как по мне, в обоих методах действий принципиальной разницы не было, так как территорию они уже покрыли. Всё это время я лежал на крыше соседнего здания и любовался звёздами, было откровенно скучно, но упрямство не позволяло просто взять и уйти. Примерно ещё через полчаса я ощутил, как из магазина Урахары выходит Исида, это натолкнуло меня на вялые мысли о том, нельзя ли сделать из квинси арранкара? И какова вероятность того, что Исида согласится сменить видовую принадлежность ради получения силы? Тема казалась благодатной, я даже начал прикидывать возможные аргументы в гипотетическом споре с Урю, но развить мне её не дали. В секторе Рейнджи самым наглым образом появилось с десяток битто, хотя сам лейтенант этого, судя по всему, ещё не заметил. А, вот, уже заметил и направился навстречу. Встретились. И только сейчас Абарай соизволил выпустить свою реацу.

Встав с крыши, я глянул вниз на временного синигами. Тот, похоже, ещё ничего не почувствовал. Так. Три… семь… десять секунд, Рукия и Ичиго встрепенулись одновременно. Что у них за чувствительность-то? Абарай там, судя по всполохам, уже вовсю махаться начал, бессовестно юзая шикай, а они только сейчас заметили. Ладно Ичиго, но Рукию я искренне считал неплохим сенсором… Впрочем, может, она ещё не восстановилась? Как бы то ни было, парочка уже поскакала к месту действий, и не в одиночку – другие группы тоже подтягивались. Вот только… Почему Ичиго не использует сюмпо?!

Через пару очень грустных минут я чётко осознал одну вещь. Ичиго всего лишь пятнадцать лет, и он глупый. То есть глупый, как любой ребёнок… И все остальные не лучше. Даже Рукия с Рейнджи, которым минимум несколько десятков лет, остаются сущими детьми, коим просто физически очень сложно додуматься до элементарных вещей. Ведь, казалось бы, хватай Рукию на руки и прыгай в сюмпо, раз она сама сейчас не может, но нет, они бегут. Тупо бегут. На другую сторону города. Куда на автобусе часа полтора ходу… Я плачу.

Абарая сейчас, кстати, будут убивать. С первым десятком-то он разделался, да и со вторым справился, но только что к городу подошла настоящая туча битто, несколько сотен, если не тысяч особей, и почти все целенаправленно летят в сектор Рейнджи. Видать, баунто обиделись. Красный «ананас», конечно, зверь, и череп у него крепкий, и банкай имеется, но в данном контексте я поставлю на «комаров». По крайней мере, пока туда не явится хотя бы Ичиго, а надежды на это в ближайшие минут двадцать мало, и далеко не факт, что лейтенант столько продержится.

Н-да, дилемма. Неужели мне придётся вмешиваться? Не хотелось бы…

Оставив горе-спасателей бежать свой марафон, я шагнул в сонидо. А «ананас»-то герой, прям рыцарь без страха и упрёка, ну и манер заодно, хотя кому это важно? Одной рукой держит какого-то пацана с совершенно невзрачным объёмом духовной энергии, а второй отбивается от битто, что-то при этом эмоционально крича, вроде как подбадривая и себя, и ношу.

А Рейнджи-то досталось. Одежда в крови, видна пара открытых ран, да и с реацу что-то не так, как будто парень болен или траванулся, уж слишком вяло и неравномерно она циркулирует. Скорее всего, яд, вроде как битто им обладали. И до прибытия подмоги ему явно не дотянуть.

Битто это очень быстро подтвердили. Как бы Абарай не раскручивал своего Забимару, защитить всё тело и со всех сторон он был неспособен. Однако изучить этих существ мне хочется всё больше. Вот как они могут пробивать кожу лейтенанта, чей уровень реацу близок к капитанскому, при том, что у самих битто её объём даже меньше, чем у простых людей? Или взять скорость. Для меня-то она ничтожна, но ведь обычным пустыми или проводникам душ просто нечего ей противопоставить. Вот как это возможно?

– Алукард, – голос Мурамасы вывел меня из задумчивости. – Кажется, я ощущаю нити управления кукол.

– Что?

– Эти куклы баунто, я чувствую, как ими управляют.

– И?

– Это очень похоже на то, что делаю я, когда беру под контроль безликие асаучи. С полноценным занпакто нужно действовать в разы тоньше, играя на его чувствах и стремлениях, но когда клинок безлик, он также и безволен, и управлять им приходится практически напрямую. С этими битто всё очень похоже, и я чувствую нити контроля, тянущиеся от них.

– Интересно. Ты способен воспроизвести этот механизм контроля?

– Сейчас нет, мне нужно больше времени на изучение процесса.

– Сколько?

– Примерно два-три часа наблюдения по времени реального мира.

– Это плохо… – только что возникшая идея о том, как можно спасти Абарая, не засветившись личным участием, рассыпалась, так до конца и не сформировавшись. Хотя секунду… – Мурамаса, ведь это время нужно для того, чтобы ты смог полностью перехватить контроль, так?

– Да.

– А насколько раньше ты сможешь, скажем, просигналить им, чтобы они улетали?

– Один ложный приказ, да? – занпакто задумался. – Двадцать минут.

– Чудесно. Сообщи, как только сможешь, – из внутреннего мира пришёл согласный кивок, а в следующий момент ощущение связи с Мурамасой несколько изменилось, похоже, он максимально ускорил у себя течение времени.

Что ж, теперь осталось только ждать. Самое забавное, что сам Рейнджи был мне абсолютно параллелен, то есть что жив, что мёртв – разницы никакой. Но инструкции Соске были вполне однозначны: «Осуществлять наблюдение и проследить, чтобы Куросаки Ичиго и его друзья дожили до перехода Лас Ночес в активную фазу противостояния с Обществом Душ». Про друзей он тогда даже интонацией слова выделил. И всё-таки любопытно, кто осуществлял эту подстраховку в каноне? Не верю, что её не было – пусть даже Кария и играет исключительно отведённую ему Айзеном роль, от случайностей это всё равно не спасёт.

И всё-таки надо как-то сократить число кукол, иначе парня просто сомнут. Серо отпадает, это палево похлеще активации ресуррексиона, тот хотя бы можно будет выдать за какую-нибудь непонятную хрень, благо аномалий тут до чёртиков, может даже и поверят. Кидо – то же самое, только вид сбоку, да и не смогу я Кидо перебить сколь-нибудь существенное число этих мошек. Открыть гарганту и позвать в город пустых? Нет, ну можно, конечно, но, сдаётся мне, станет только хуже. А может, просто огреть Рейнджи по голове и утащить подальше в сонидо? Не идеально, но вариант… Если Мурамаса не будет успевать – так и сделаю.

А Рейнджи рубился, и неплохо рубился. Странно, конечно, что он не отнёс парнишку в безопасное место с помощью сюмпо и тем самым не увеличил свою подвижность и свободу манёвра, но пусть это останется на его совести, совести подростка-максималиста. Тем не менее посмотреть мне было на что. Не Айзен, конечно, и не Тоусен с Гином, но со своим железным топороподобным кнутом управлялся он весьма неплохо, даже в чём-то красиво. Хотя шансов у него всё равно не было.

Но тут туча, насевшая на лейтенанта, неожиданно дрогнула и начала расползаться в стороны.

– Мурамаса?

– Это не я. И они не улетают, их просто отправили на свободную охоту по всему городу, – пояснение занпакто уже было излишним, я и сам видел, что битто, разбившись на мелкие стаи, целенаправленно направились к городу. Против Абарая осталось десятков пять-семь, но этого ему всё равно хватит за глаза, просто продержится чуть дольше. Однако этого «чуть» уже может хватить Мурамасе… А ещё спустя минуту я ощутил, как к Каракуре вышли несколько баунто.

Н-да… Ситуация всё интересней и интересней. Кажется, я не так давно жаловался на скуку? Дожаловался… Теперь мне будет очень весело.

Действия баунтно мгновенно подтвердили мои нерадостные ожидания. Группа «кукольников» разделилась и оперативно стала распределяться по городу. Аналогов сюмпо и сонидо они не использовали, но всё равно было очевидно, что друзья Ичиго не успеют собраться вместе до того, как встретятся с противником. А я ведь не смогу караулить каждую стычку, чтобы, возникни такая нужда, обеспечить незаметное спасение детишек посредством какой-нибудь случайности. Хреново, что сказать…

Хмм… Опять кто-то вышел из магазинчика Урахары, две слабые реацу… Впрочем, сейчас это неважно, самого Урахару мне всё равно, скорее всего, не почувствовать.

Время текло бессовестно медленно. Абарай ещё отбивался, Ичиго бежал ему на помощь, а баунто, похоже, уже выбрали себе цели, так как их передвижения стали целенаправленными. Так прошло ещё несколько весьма напряжённых минут, и наконец, случилось то, что должно было случиться. Рейнджи не выдержал борьбы с ядом и кровопотерей и просто отключился. Стоя. Малец, которого он держал, уже давно потерял сознание, хотя, к чести лейтенанта, так и не получил никаких ран.

– Мурамаса?!

– Да… Материализуй меня.

Быстро коснувшись скрытой под балахоном рукояти, я направил в клинок реацу синигами и тихо прошептал команду материализации. Воздух рядом со мной задрожал и, буквально на миг вспыхнув фиолетовым светом, соткался в фигуру занпакто. Мурамаса, не теряя времени, вытянул по направлению к битто, окружившим тело Абарая, руку и что-то сделал. Чётко описать возникшее ощущения я не смог, но в тот момент меня это мало волновало, я следил за битто. В первый миг они никак не отреагировали, всё так же порхая вокруг ещё стоящего на ногах тела и, очевидно, примериваясь для уколов жалом, но спустя ещё секунду атаки не последовало и через ещё одну – тоже. А потом зависшие на месте «насекомые» резко метнулись в разные стороны, улетая из парка. И полминуты не прошло, а исчез даже гул крыльев.

– Мурамаса, ты гений, – произнёс я, наблюдая, как Абарай начал падать. Всё-таки его стойкость достойна уважения.

– Мне приятно это слышать, – занпакто опустил руку и устало прикрыл глаза. – Но это всего лишь часть моей природы

– Тем не менее… – короткое сонидо, и я склоняюсь над Абараем.

Быстрый осмотр показал, что лейтенант, скорее всего, выкарабкается, но на всякий случай, пожалуй, следует остановить кровь в паре наиболее опасных ран. Рядом никого не было, а перемещение в сюмпо я успею почувствовать и уйти. Мурамаса молча вернулся во внутренний мир, а я приступил к работе.

Терпеть не могу медицинское Кидо – слишком медленное! По крайней мере, на моём уровне мастерства. И это не учитывая сложности исполнения, когда почти всё внимание только на преобразование реацу уходит. А ведь мне её ещё и фильтровать предварительно надо, так как использовать духовную энергию пустого для медицинских техниках синигами если и возможно, то крайне тяжело. Я, по крайней мере, так до сих пор и не сумел её ни разу преобразовать. И это при том, что с моим контролем вообще мало кто поспорить может. Одно хорошо – объём реацу синигами у меня как у капитана, по меньшей мере, нижнюю планку этого уровня точно пересекает, а значит, и проблем с количеством энергии для лечения нет, вот только фильтрация…

Я успел закрыть только первую рану, когда Ичиго с Рукией за каким-то лешим разделились, и рыжего понесло прямо навстречу одному из баунто. Этому предшествовала встреча парочки с двумя слабыми реацу… Теми самыми, что вышли от Урахары… И почему я не удивлён?.. После чего Рукия с этими двумя продолжила путь к месту боя Рейнджи и должна была вот-вот пересечься с Иноуэ… и ещё одним баунто, крайне целенаправленно скачущим наперерез.

«Что ж, Рейнджи, извини меня, конечно, но латать тебя дальше будут уже другие специалисты, да и часов десять без медпомощи ты вполне протянешь». Поднявшись с колен и в последний раз окинув взглядом тело синигами, я шагнул в сонидо.

Приглядывать за Ичиго особого смысла нет, он сильнее своего противника, даже если учитывать только одну реацу синигами, а ведь есть ещё личные резервы занпакто, что обычно скрыты, и внутренний пустой, вот уж кто точно не даст рыжему сдохнуть. Правда, контролировать свою духовную энергию Куросаки практически не умеет, в то время как его предполагаемый противник явно не первый век этим занимается, но всё равно там опасаться особо нечего – завалил Бъякую с Кенпачи, справится и здесь. Другое дело Рукия и Иноуэ, у этих даже вместе с группой поддержки реацу, что называется, кот наплакал, да и бойцы сейчас из них…

В общем, переместился я к Рукии. И действительно, детишки из магазина Урахары. Маленькая девочка с двумя косичками по бокам головы, в розовой юбке и белой майке. Совершенно невинной внешности, рядом с ней даже Юзу покажется боевой девчонкой, а уж Карин – так вообще главной бандиткой на районе. И красноволосый пацан в бесформенных синих штанах и белой футболке, поставишь его рядом с Рейнджи – сто пудов братья, хоть в клинику иди, тест ДНК делать. И бегут эти трое прямо к Иноуэ, что, похоже, заблудилась в каких-то складах метрах в трёхстах от парка с Рейнджи, это если по прямой. А вот и баунто подоспела… Ещё одно сонидо, чтобы получить лучший ракурс, и я разглядываю застывшую на крыше фигуру. Да, действительно – девчонка. Длинные волосы зелёно-голубого цвета, свободные бежевые штаны и бледно-бордовое платье-ципао. Девушка могла бы быть даже симпатичной, если бы не лицо, вернее, его выражение. Такое бывает у борзых гопников под кайфом в фильмах, этакая смесь лживой жестокости с лёгким оттенком наигранного безумия. А так как подобное выражение, похоже, уже очень давно намертво срослось с характером женщины, то даже в расслабленном состоянии её лицо всё равно оставалось весьма отталкивающим.

Пока я наблюдал за баунто, баунто наблюдала за компанией каракурайзеров… Прости Господи, только сейчас всплыло это слово, не будь на лице маски – отплевался бы, честное слово. Чёртов Урахара. Рукия же, наконец, добежала до Иноуэ, и группы стали в темпе обмениваться информацией. Девчонка-баунто дала им какое-то время, сама при этом подбираясь ближе, и вот, заняв позицию на крыше ближайшего к компании склада, таки решилась атаковать. Слабо, медленно и неэффективно, у меня даже желания дёргаться не появилось. Оружием ей служил веер и китайский прямой меч, соединённые цепочкой, оба фонили как независимые структуры реацу, более независимые, чем занпакто синигами, но значительно менее, чем виденные мной персональные куклы, вроде Гейтэя Ёшино. Атаковала она веером, который просто метнула поверх голов собравшейся внизу компании. К слову, тот хлыщ в шляпе, что являлся душой-плюс, успел среагировать и даже оттолкнуть Иноуэ, хотя ей и так ничего не угрожало, веер пролетел бы в паре сантиметров, не задев кожу. Тем не менее плюс мужику за реакцию. Веер тем временем врезался в стенку контейнера над головами ребят и, пробив неплохую дыру, резко притянулся обратно в руку баунто. А дальше он заговорил… Нет, реально, на ручке появился рот и женским голосом посоветовал хозяйке целиться лучше. Нет, я всё понимаю, но нахрена духовному оружию рот?! Может, там ещё лёгкие впихнуть, гортань, связки…

– У меня всегда были проблемы с маленькими мишенями, – ухмыляясь, ответила женщина. – И как мы с ними поступим?

Не мне судить людей, разговаривающих со своим оружием… Не мне… Но я хотя бы делаю это мысленно!

– В чём дело? – осведомился очередной рот, возникший на гарде меча, этот уже мужским голосом. – Мы всё равно их разрежем или сокрушим.

– Точно, – согласилась зеленоволосая.

– Мурамаса, у нас с тобой столь же содержательные диалоги?

– Иногда… – с оттенком досады признал занпакто.

– Это печально…

В это время Рукия уже сориентировалась и начала прогонять остальных, в первую очередь детей, которым быстро придумала важные поручения. Пока те возмущались, ладно, возмущался один пацан, баунто опять швырнула веер, в этот раз уже на поражение, но опять весьма медленно, даже как-то ненатурально. Компания отпрыгнула. Веер ударил в тот же контейнер, но уже ближе к земле. Громко, пыльно, дыра большая, но нерезультативно. А Рукия – красавица!

– Хадо номер тридцать три, Сёкацуй! – белый сгусток энергии ударил точно в место, где стояла баунто, отпрыгнуть та успела только в последний момент. Вот только само хадо вышло не очень, слабенькое, совсем не уровень Сёкацуя, скорее, Бъякурай, да и то… На крыше только небольшое пятно гари осталось, да пыль поднялась. Всё-таки Рукия ещё не боец.

Девушка, разговаривающая со своим веером, тем временем начала диалог с мечом, естественно, после того, как приземлилась на землю:

– Мне станет гораздо веселее после того, как я сражусь с ней.

«После того… Не во время, а после… Зараки, Гриммджоу и Ноиторра негодуют… Что называется – женская логика в действии!»

– То же самое, если ты убьёшь её, – ответил меч.

«Не только женская… Или он хорошо знает, о чём говорит».

– Я это и хотела сказать, – ухмыльнулась баунто, принимая боевую стойку.

«Вот на кой ляд я слушаю эту ересь?..»

Тут же зеленоволосая метнула меч, уже чуть быстрее, но Рукия всё равно успешно уклонилась, пропуская его над собой. Однако не успел клинок вернуться в руку к хозяйке, как в полёт отправился веер, и уклониться от него Кучики уже не успевала. Что, впрочем, ничего не значило, так как на пути веера возник треугольный сияющий оранжевым светом щит, чем-то по структуре построения духовных частиц напоминающий бакудо Энкосен, а за щитом встала Иноуэ. Какое у неё, однако, решительное выражение лица – аж глаз радуется! И какое искреннее удивление на личике Кучики…

– Иноуэ?

– Позволь мне сражаться! У нас двоих будет больше шансов победить её одну!

– Кхм… – привлёк внимание хлыщ. – Думаю, мы будем сражаться втроём, – а затем, повернувшись к насмешливо разглядывающей их баунто, обвинительно ткнул в неё пальцем и выдал: – Скажи, где находится Кария!

«И-д-и-о-т… На кой тебе сейчас Кария? Тебе Кария не нужен. Тебя сейчас будут убивать…»

Девчонка с веером только рассмеялась, похоже, ситуация доставляла ей массу удовольствия. Что, впрочем, и так было очевидно, ведь единственный раз за всё время встречи, когда она действовала соразмерно своей реальной силе – это момент, когда она уклонялась от хадо Рукии. Хотя, я бы всё же не стал утверждать, что у ребят нет шансов, но баунто явно думает иначе.

Кстати говоря, детишки из магазина Урахары уже смылись и даже почти добрались до адресатов – пацан вот-вот выйдет к телу Рейнджи, а девочка почти встретилась с Садо. А вот Ичиго уже вовсю махается. С ним вообще сложно понять, когда он дерётся, а когда нет, объём выбрасываемой в окружающее пространство реацу почти не меняется. Но в данный момент он точно дерётся, хоть и вяло, видать, не раздухарился ещё. А, вот, потихоньку начинает, всплеск реацу и Гецуга, правда, без видимого эффекта, так как, если судить по духовному фону, его противник не пострадал.

– Хадо номер тридцать три, Сёкацуй!

Вспышка хадо отвлекла меня от слежки за источниками духовной энергии в городе. Красивое заклинание, но опять удар получился неудачным – зеленоволосая просто прикрылась веером, и тот спокойно выполнил роль щита, даже не обгорев.

– Слишком медленно, – с издёвкой хмыкнула баунто и тут же кинула в Рукию меч.

Чёрт! Бросок настоящий, в полную силу, Рукия просто не успеет уклониться. Иноуэ тоже не успеет поставить щит, а про хлыща я вообще молчу. Ранение будет в грудь, в лучшем случае – в левое плечо, а при имеющейся разнице в реацу это… Дрянь!

Сонидо! Семьсот пятьдесят метров влево, трое битто. Я ещё не вышел из сонидо, двоих сразу в расход – тушки просто лопнули от соприкосновения с ребром моей ладони, третьего в руку, смять голову, и пока прыжок не прервался – сонидо обратно. Меч глухо ткнул в спину. Успел…

– Йу! Рукия-чан! Хочешь комара? Вкусный комар! – я демонстративно откусил кусок брюшка битто и прожевал. Хм… Действительно вкусно.

Немая сцена. Малютка-синигами совершенно ошалело выпучила на меня свои прекрасные лиловые глаза, Иноуэ замерла с чуть приоткрытым ртом, лицо хлыща я вообще описывать не берусь.

– Т-ты… остановил… его… – молодец, Рукия! Даже в такой ситуации задаёшь вопрос по существу! Хоть и в стиле капитана То… эм, в смысле, Очевидность.

– А?.. Тоби ловит вкусных комаров! Они вдруг как начали летать по городу! Много-много! Маленькие, правда, невкусные, зато толстые очень вкусные, Тоби нравится… – и я опять откусил кусок битто.

– К-как ты остановил удар?

– Чего? – я демонстративно проследил за взглядом Кучики себе за спину и полюбовался ступором на лице зеленовласки и открытыми ртами на её оружии. Меч она уже успела притянуть.

– Ты… Твоя спина! У тебя нет раны! – с нотками упрёка в голосе насела на меня маленькая синигами.

– Ась?.. – я пощупал спину. – А у Тоби крепкое это самое… Ну как его… А, вспомнил! Иеро! У Тоби очень крепкое Иеро! Дааа… Сам большой белый Айзен так говорил! Правда, он почему-то тогда был очень грустный… Тоби так и не понял. Но Тоби сильный, дааа! – реплика сопровождалась активной жестикуляцией и гордым выпячиванием груди.

– Ты ещё кто такой?!

– Кучики-сан, а кто это?

Иноуэ и баунто задали вопросы одновременно, и если в голосе одной сквозило неприкрытое бешенство пополам с возмущением, то вторая была просто воплощением чистого, наивного любопытства.

– Это… – неуверенно начала Рукия, похоже, ситуацию она осознала ещё не до конца.

– Эй! Я задала вопрос, ты, уродец в маске!

– Уродец в маске?.. – я задумчиво доел битто, изображая могучую работу мысли, по какой-то необъяснимой причине все ждали моего ответа. И если Рукия, судя по лицу, просто не знала, как можно меня представить, и при этом активно пыталась просчитать ситуацию, то остальным действительно было интересно. – Это ты о Тоби? Тоби оскорблён в лучших чувствах! Тоби не уродец! У Тоби самая красивая маска во всём Хоэко Мундо! Даже у Алукарда-самы такой нет! И вообще, на себя посмотри, кикимора болотная, – наверно, будь у меня видны губы, я бы обязательно оттопырил нижнюю в лучших традициях реперов, а так пришлось довольствоваться гордой позой оскорблённой невинности. Результат не заставил себя ждать:

– Заткнись! – баунто напрочь забыла о всех остальных присутствующих и с рычанием набросилась на меня, пытаясь порубить на винегрет, естественно, без малейшего успеха.

То же место и время:

– Ай! Нельзя бить Тоби! Тоби хороший мальчик! Хватит хулиганить, противная кикимора! Плохая! Плохая! Ты даже пахнешь невкусно! Бу! Нельзя рвать кафтан Тоби, он у него единственный! Облака – это наше всё! Тоби хороший мальчик!..

Рукия с перекошенным лицом наблюдала, как это непонятное существо с криками бегает вокруг баунто, умудряясь уклоняться от непрерывных атак последней. При этом возгласы… Тоби были настолько искренними, что картина просто превращалась в какой-то театр абсурда. Рукия многое видела в своей жизни, но такое… На миг возникла мысль, что он просто играется, ведь скорость этого странного… пустого намного превосходила скорость его противницы, но уж слишком искренне он обижался, да и зачем настолько сильному существу было бы играть? От мыслей Рукию Кучики отвлёк вопрос Иноуэ:

– Кучики-сан, это же ваш друг, ему, наверное, надо помочь?

– Друг?.. – Кучики удивлённо моргнула.

– Ну, он же вас знает и относится хорошо, ему надо помочь! – настойчиво насела на неё Орихимэ, забавно нахмурив брови.

– Эээ.. Да, ты права, – Рукия дёрнула головой, собираясь с мыслями. – У нас есть шанс, пока она отвлеклась, я смогу прочитать полное заклинание, а вы в это время постарайтесь её ещё больше отвлечь и прикрыть, эм… Тоби. Поняли?

– Да!

– Я пойду первым! – фигура Клода засветилась, и спустя пару секунд он принял облик Рейнджи. – Держись! – крикнул поддельный Абарай и, выхватив меч, кинулся на баунто.

– Я тоже! – Иноуэ выставила руки вперёд. – Цубаки! Котензанщун! Отрази! (Котензанщун: Щит одиноких небес) – с заколки девушки сорвался одинокий лепесток, вмиг засиявший ярким оранжевым светом, и, увеличившись в размере, понёсся к зеленоволосой.

Рукия не стала больше ждать и, сложив руки в нужный жест, начала читать заклинание:

– Правитель! Тот, кто коронован с именем человека, – Клод добежал до излишне увлёкшейся баунто, и хоть та успела среагировать, сумел разрезать ей рукав, – носящего маску из плоти и крови, с десятью тысячами развевающихся крыльев! – сияющий лепесток Иноуэ достиг цели, но был в последний момент отбит поднятым веером. Клод, воспользовавшись моментом, едва не достал противницу в живот. – С правдой и сдержанностью впейся когтями ярости в стену мечты, которая не знает греха! – поддельный Абарай получает рану в плечо и отлетает от сильного пинка в живот, вслед ему летит брошенный в ярости меч, но врезается в возникший на пути оранжевый щит. – Хадо номер тридцать три, Сёкацуй! – расстояние до баунто поглотила мощная вспышка света.

Ох и разошлись же они. Даже хлыщ пару раз эту девчонку задеть сумел, а Иноуэ-то – глаза горят, грудь вздымается, хоть сейчас на обложку! И куда только Ичиго смотрит? Тут такая женщина, ну такая женщина… Эх… Самому, что ли, похитить?..

Рукия, однако, уже закончила подготовку хадо, сейчас прозвучат последние слова, иии… Вспышка. Всех участников на миг ослепило. Баунто начала поднимать веер для защиты. Отобьётся? Наверняка. А дальше перспектива не радостная, на мне она сильно распалилась, и сдерживаться уже не будет. Хмм… Пожалуй, я имею право слегка смухлевать, а потому…

– Гёки.

Фигуру зеленоволосой девушки мгновенно охватило красноватое сияние парализующего бакудо, впрочем, никто этого не заметил, так как сияние Сёкацуя полностью заглушало остальные источники света. Вот хадо преодолевает последние метры. Баунто судорожно пытается разорвать моё бакудо, даже не понимая, что происходит, но безрезультатно. Прямое попадание. Взрыв.

Площадку заволокло чёрным дымом и пылью. Причём дым практически полностью состоял из спиритонов и для обычных людей был невиден, зато для чувствительных к реацу создавал эффект, очень похожий на действие бакудо Секиэнтон. То есть мешал почувствовать реацу внутри себя, хотя, конечно, до самого бакудо ему было очень далеко.

Рукия с компанией напряжённо вглядывались в облако пыли, замерев на месте. С момента попадания хадо прошло не больше пары секунд, когда установившуюся тишину разрезал звон падающего на асфальт металла. Облако рассеялось, и нашим взглядам открылась обгоревшая, но всё ещё каким-то чудом стоящая на ногах фигура.

– Уб… людки… – выдохнула баунто, из фигуры которой вырывались зелёные искры. – Чт… – но закончить мысль она не успела. Ноги подкосились, женщина начала падать… Послышался практически беззвучный хлопок, и на землю упала уже кучка белого песка в остатках обгоревшей одежды. Оружия видно не было.

«Даже жаль. Соске наверняка вволю наизучался баунто в своё время, а вот мне совсем бы не помешало кого-нибудь из них поглотить. А кандидатов осталось не так много…»

– Кучики-сан! Мы справились! У нас получилось! – радостно замельтешила очнувшаяся от шока Иноуэ. И ведь у неё действительно всего секунду назад был шок, как-никак участие в убийстве почти человека. Не так-то просто для психики, тем более шестнадцатилетней девочки.

«Да и если присмотреться…» – я слегка напряг восприятие. «Верно. Её и сейчас колотит будь здоров… Но как играет! Всегда подозревал, что Иноуэ – куда более смышлёная девочка, чем хочет показаться, вспомнить хоть её канонное поведение в Лас Ночес…»

– Да… – Рукия, похоже, сама не очень верила глазам, а потому отмирала несколько дольше подруги. – Мы победили… – тут взгляд фиолетовых глаз остановился на мне. – Эмм… Тоби, спасибо тебе за п…

На город обрушилась волна жёсткой и агрессивной реацу… Жажда крови, азарт, злость, презрение, радость… Там чувствовалось всё, и… эта реацу была очень похожа на мою собственную… И исходила она из…

– Ичиго!.. – озвучила мои мысли побледневшая Кучики, безошибочно повернувшись в сторону эпицентра.

– Это реацу Куросаки-куна?! – маска беспечной весёлости Орихимэ опять дала трещину, уступив явной тревоге.

«Ну, пожалуй, пора прощаться. Пропустить такое представление я просто не имею права!»

– БРАТ! Ты вернулся?! Тоби уже идёт!!! – дурным голосом возопил я, чтобы не выбиваться из роли, и уже почти ушёл в сонидо, как…

– СТОЙ! – удивлённо и даже несколько ошарашенно оборачиваюсь к Рукии. «Это точно она прокричала, или мне послышалось?»

– Она, – размеренно подтвердил голос Мурамасы из внутреннего мира.

– Быстро соображает…

– Талант… – филосовски согласился со мной занпакто.

– Тоби, ты же умеешь быстро перемещаться?! Перенеси нас к Ичиго! Пожалуйста!

«Какой напор, какая экспрессия, а глаза-то так и сверкают… Хотя не вижу причин отказывать, разве что…»

– У Тоби только две руки! Тоби не может взять всех! Маленькая, красивая синигами не должна ругать Тоби! Тоби не виновааат!

– Успокойся! Ты прав, всех не надо, возьми только меня…

– Нет! Я тоже пойду к Курасаки-сану! Он может быть ранен! – вклинилась раскрасневшаяся от волнения Иноуэ.

– Хорошо, – быстро кивнула Кучики, хотя на пару мгновений всё же задумалась в нерешительности, но на очень мимолётную пару. И тут же набросилась на едва начавшего открывать рот хлыща: – Клод, найди Рейнджи и помоги Джинте, мы пошли. Тоби?!

– Хорошо… – заторможенно выдал дух-плюс и сразу добавил: – Не волнуйтесь, Рукия-сан, в… – дальше мы не слышали, так как я уже взял девушек за талии и ушёл в сонидо. Думаю, они этого даже не заметили, в смысле, момент, когда я их коснулся, но ещё больше тратить время я совсем не хотел. Насколько я помнил, на сколько-нибудь длительный срок Хичиго получал свободу очень нечасто, обычно Рыжему хватало нескольких секунд, чтобы сорвать маску, а то и меньше, там точно не определишь. Но учитывая, что при высоком уровне реацу скорость действий в разы превосходит человеческую, даже несколько секунд становятся весьма солидным сроком, я, например, за три секунды успею прикончить большую часть Эспады… Говорили девочки, конечно, почти скороговорками и весьма быстро, но лучше не рисковать, очень уж я хочу увидеть Хичиго своими глазами.

Миг – и мы стоим в воздухе рядом с каким-то строящимся зданием. Вернее, я стою и прижимаю к себе висящих на руках девушек. И так получилось, что я теперь вполне авторитетно могу утверждать, что грудь у Рукии есть, целых полторы единички или даже две, увы, точнее не определишь, слишком плотно стянута, но всё-таки…

Девочки ещё не успели осознать, что произошло, а снизу уже разносился полубезумный хохот «моего» голоса:

– ХА! Не думай, что я такой же, как Ичиго! – с нижнего этажа здания вылетел чёрный силуэт, толкающий вперёд себя некую металлическую паукообразную хрень, нанизанную на огромный меч. – Он – всего лишь ноша! Е-ха-ха-ха!!! – «хрень» издавала нечто напоминающее скрипящий стон, едва слышный на фоне смеха Пустого, и, похоже, была уже совершенно не способна двигаться. Я же буквально видел, как мощная багряная реацу разрушает её тело, растекаясь от лезвия занпакто, и кукла баунто вот-вот должна была потерять стабильность структуры. Но тихо рассыпаться ей не дали, Хичиго издал какой-то особо радостный смешок и с криком, обращённым, по всей видимости, к Ичиго: – Никчёмный слабак! – картинным движением выдернув занпакто, разрубил её поперёк туловища. Визг куклы перешёл в ультразвук и захлебнулся в момент полного распада тела, а хохот Хичиго стал окончательно безумным. В привкусе же испускаемой им реацу осталось только наслаждение, радость и восторг.

За время этого короткого представления я опустился на землю, аккуратно придерживая находящихся в завороженном состоянии девушек. Они, не отрываясь, пялились на буйствующее альтер-эго временного синигами и ничего вокруг не замечали. И даже твёрдо встав на землю, на что потребовалось секунд пять обнимашек, девочки не соизволили хоть как-то отреагировать. И тут смех пустого резко захлебнулся…

Левая рука Куросаки медленно поднялась к лицу и крепко взялась за край маски. По телу прошла волна судорог, сопровождаемая глухим хлюпающим звуком из горла.

– Убюдок!.. Снова?!.. Ты снова пытаешься всё испортить?!.. – Пустой начал судорожно размахивать зажатым в правой руке занпакто, продолжая обращаться к Ичиго. – Не надо этого делать! Я сильнее тебя! Ты этого ещё не понял?! – реацу пустого начало вытесняться реацу синигами, и уже через несколько секунд тело Куросаки окутал плотный покров голубоватой энергии. Крик Пустого, не обрываясь, сменился криком самого Ичиго, просто резко поменяв звук голоса, а в следующую секунду Рыжий оторвал маску от лица.

Отвратительно… На это бессмысленное действие Куросаки потратил больше духовной энергии, чем за весь бой до пробуждения Пустого. А заодно и капитально повредил себе духовное тело. Глядя на него напитанными реацу глазами, я всё это прекрасно видел – куча мелких, невидимых обычным глазом трещин и разрывов по всей поверхности тела, через которые теперь бесконтрольно выливалась энергия, образуя над площадкой плотное облако ничейной силы. Если бы не регенерация, присущая всем высокоуровневым духам, а тут ещё и пассивно усиленная наличием внутреннего пустого, он мог бы загнуться прямо здесь, уже минут через десять, несмотря на все бессовестные запасы духовной энергии. Если его и на холме Соукъёку во время боя с Бъякуей так же корёжило… Хотя нет, там должно было быть попроще, всё-таки духовный мир, пусть и не столь насыщенный реацу, как Хоэко Мундо.

Несколько секунд Ичиго тяжело дышал, слегка пошатываясь, и вот ноги «героя» подкосились, и он рухнул лицом на землю, каким-то чудом умудрившись не напороться на свой тесак, который, естественно, не выпустил из рук. В принципе, если бы даже напоролся, то ничего бы ему не было, это же его занпакто, но сам факт… Везучий «Иванушка-дурачок», однако.

– Ичиго!

– Куросаки-кун!

Синхронно отмерли мои «пассажирки» и ринулись к Рыжему. Я же… сосредоточился на паре только что появившихся в городе источников реацу, оба уровня лейтенанта и явно принадлежат синигами. Один направился к нам, второй – к группе Садо, которая, наконец, активно начала развлекаться с третьим баунто, хотя даже сейчас вспышки реацу там были чисто символическими. Двигались они не очень быстро, но через минуту доберутся. Тут же у нас вырисовывался невредимый противник Ичиго – здоровый мужик с радикально-рыжего цвета коротким ирокезом и объёмом реацу уровня слабенького капитана. Стоял он в тени здания и сейчас внимательно наблюдал за нашей компанией, стараясь не отсвечивать. А ещё имелась душа-плюс, заключённая в плюшевую игрушку курицы и сейчас в полной солидарности с остальными девушками рванувшая к Ичиго.

И что делать скромному Примере Эспаде?

Ичиго сейчас не боец, и даже лечение Иноуэ его таковым не сделает за ближайшие несколько минут, тем более она и лечить его не спешит, ведь повреждений-то «не видно». Рукия – боец ещё меньше, чем Ичиго, тот хотя бы пару ударов даже в таком состоянии выдержит. Про Иноуэ и говорить нечего. И стоит товарищу это понять, как им всем придёт край. А устраивать второе «случайное» убийство будет уже слишком.

«Что ж, придётся отвлекать, пока не подойдёт синигами…»

– ААААА!!! Толстый Ичиго! – я уже привычно возопил дурным голосом и рванул к баунто, начав водить вокруг него хороводы. Мужик не ожидал, но, к его чести, на ногах удержался, только отступил на пару шагов. Шум привлёк внимание девочек, и они даже как-то подобрались, правда, из-за собственных нечленораздельных воплей на тему «большой, рыжий, толстый, плохой – вылитый Ичиго!» и т.д. их диалога я не слышал, только чертыхания Куросаки пару раз уловил – бедняга, видать, силился встать, но неудачно. Но вот Иноуэ наконец приступила к лечению, а Рукия заняла защитную позицию перед ними. Источник реацу синигами лейтенанта приближался.

– Что ты такое? – наконец пришёл в себя панк.

– АААА!!! Оно разговаривает! Тоби трепетать! – и я спрятался за ближайшей стальной опорой здания. «Чем больше градус неадеквата, тем лучше. Больше времени потребуется на приход в себя». Впрочем, особого смысла тянуть уже не было, секунд десять – и синигами будет здесь.

Баунто прикрыл глаза и несколько раз вздохнул. Железная выдержка.

– Что ж, раз ты не хочешь отвечать, на этом стоит закончить, – мужик вынул из кармана железный шар и поднял его перед собой. – Величайшая кость, Даруку!

Шар с резким металлическим лязгом распался на десятки более мелких, что мгновенно рассредоточились в пространстве вокруг фигуры баунто, где и зависти в воздухе, причём «мгновенно» значит на скоростях, близких к сюмпо и сонидо. Повисев так пару секунд, шарики начали стремительно расти и бурлить, при этом стыкуясь и вплавляясь друг в друга, очевидно, стремясь собраться в прежнюю форму куклы. Захватывающее зрелище, особенно если смотреть на поведение реацу – взаимодействие духовной энергии с материей и материализация самой духовной энергии… У Ёшино всё было похоже, но в то же время иначе, да и у той зелёноволосой девчонки тоже поведение реацу отличалось. Также это очень напоминало шикай синигами, когда происходит само изменение клинка, но в то же время кардинально отличалось.

«Интересно… А можно ли так материализовать мою реацу? Теоретически, это вполне способно избавить меня от необходимости использовать гигай…»

Мои размышления прервало завершение процесса. Кстати, длился он уж очень медленно – и шикай, и ресуррексион действуют в разы быстрее, да и полное подчинение тоже.

– Что случилось? – спросила паукообразная кукла слегка неестественным женским голосом, удивлённо глядя по сторонам. «Тоже интересный факт, реацу пустого способно негативно воздействовать на память творений баунто?»

– Даруку, это конец. Убей их.

– Поняла, – одна из верхних конечностей, заменяющая кукле руку, пошла волнами трансформации и спустя секунду превратилась в нечто до боли напоминающее дуло. Калибра этак двенадцатого.

Я уже начал прикидывать, сумею ли поймать все «пули» в сонидо или вытащить из-под обстрела честную компанию, но, к счастью, дёргаться не потребовалось. Как раз в этот момент лейтенант наконец добрался до нас и, предварительно замерев в воздухе и обозрев картину, пафосно перенёсся в точку ровно между Рукией и Даруку, как, видимо, зовут куклу. Почему пафосно? Потому что идиот. Надо было за спину к толстяку и нежно ему по хребтику занпакто провести, этак наискосочек через всё тело. Но не срослось, что поделать – законы жанра, да и цвет волос лейтенанта намекал…

– Лейтенант третьего отряда Готэй-13. Кира Изуру, – тоном подыхающего меланхолика и с таким же выражением лица представился этот… перманентная жертва Белочки. «Если мне память не изменяет, то именно из-за „Белочки“ Кира дошёл до депресняка… Хм… Как-то даже не двузначно, а трёхзначно получилось…» – Это ты… один из баунто?

– Кира! Почему ты?.. – прохрипел с земли Куросаки, остальные предпочли сохранить молчание, я – размышляя на тему гениальных вопросов и их места в природе, а насчёт мотивов прочих присутствующих уверенности нет.

– Я здесь по приказу капитана десятого отряда – Хицугаи, – не поворачиваясь, пояснил блондин. – Сюда прислали четырёх лейтенантов. И вам лучше отойти.

– Хорошо, – собранно кивнула Рукия и, пятясь, отступила к куполу лечения Орихимэ. – Иноуэ.

– Да, – купол исчез, и дамы в четыре руки спорото потащили Ичиго в сторону, при этом стараясь не поворачиваться к противнику спиной. Куросаки особо не сопротивлялся, только судорожно тискал рукоять Зангецу и злобно зыркал на толстяка с его куклой.

– Трое синигами… – медленно произнёс здоровяк. – Это может быть неприятно. Будь осторожна, Даруку.

– Ха! Да я прямо могу и устать, – хихикнула кукла и без перехода навела своё ручное орудие на Киру, с грохотом, уместном при взрыве пороха в патронах, но совершенно непонятном в данном контексте, выпуская очередь. Кира легко ушёл в сторону, правда, опять даже не попробовав добраться до баунто.

– Подними голову, Вабиске! – во вспышке слабенькой фиолетовой реацу клинок меча изогнулся буквой «Г» с дополнительным сегментом вниз, как будто это была недорисованная «Р», так, что кончик лезвия меча начал смотреть строго на своего владельца. А в следующий миг Даруку изогнулась всем телом, и с кончика её брюха в Киру полетел здоровый металлический шар, на вид килограмм 30-40. Лейтенант принял оный подарок на клинок без видимого усилия, а отбив, метнулся навстречу паучихе. Пару мгновений они обменивались ударами, Даруку вовсю веселилась и даже что-то кричала из темы «У меня больше конечностей, малыш!», потом последовал очередной разрыв дистанции, пара гремящих очередей, из-под которых Кира опять без напряжения ушёл. Ещё один массивный шарик, принятый на занпакто. И, собственно, всё. Как по мне, бой уже закончился. Даже неинтересно.

Правда, Даруку и её хозяин этого ещё не поняли, потому вялое дёрганье длилось ещё несколько секунд, за время которых Кира настолько обнаглел, что начал принимать выстрелы на меч, аки джедай какой-нибудь. К слову, все шарики, которыми стреляла кукла, она же притягивала обратно и вбирала в себя, да… Бой определённо вышел скучным.

– А?.. – вот, началось. Даруку пошатнулась и недоумённо уставилась на одну из своих ног, которая начала прямо на глазах деформироваться. – Моё тело… Оно словно потяжелело… – с явным трудом выдохнула паучиха, ощутимо покачиваясь. Ещё одна нога деформировалась, поправка – две.

– Вабиске удваивает вес того, чего касается, – снизошёл до пояснений лейтенант, причём его тон нисколько не изменился, всё тот же подыхающий меланхолик. – Твоё тело сделано из железа, и оно уже исчерпало свой предел.

– Блин! А ты не мог сказать раньше? – грустно спросила Даруку, медленно пригибаясь к земле.

«А вообще, концептуальный наезд…»

– Теперь ты, – Кира повернулся к стоящему в тени баунто. Тот явно не горел желанием драться сразу с тремя синигами, так как Ичиго уже почти залатали, да и Рукия с Иноуэ в случае чего в стороне не останутся, но лицо держал.

– Не сегодня, – здоровяк резко нагнулся, хватая в руку железную балку с земли. – Ко мне, Даруку! – тело паучихи вспыхнуло красноватой реацу, мгновенно перейдя большей частью в нематериальное состояние, и только один стальной шарик полетел в сторону баунто. В этот же момент он швырнул поднятую балку в сторону девочек с Ичиго. Кира, естественно, отреагировал, встав на пути снаряда и приняв его на занпакто, но за это время шарик куклы уже оказался в руках хозяина, и тот, кинув в сторону синигами ещё парочку гостинцев, быстро отступил.

Вообще, блондин был готов за ним погнаться и даже имел шансы на успех, всё-таки баунто хоть и могут быстро двигаться, но не на уровне сюмпо, а от сокрытия реацу особого толку нет, если тебя видно визуально, но его остановил Ичиго. Как стало ясно из последующего диалога, тут где-то валялся один из друзей рыжего, уже подвергшийся нападению битто и потому едва живой. Я его не заметил из-за очень слабой реацу, сейчас едва ли превосходящей естественный Каракурский фон, да и вдобавок абсолютно заглушаемой объёмами духовной энергии, изливаемыми в пространство Ичиго. И вот этого друга Куросаки требовал срочно доставить Урахаре на лечение, так как сам он сейчас, даже несмотря на лечение, был не в форме, а тут же предпринятая попытка что-то сделать со стороны Иноуэ видимых результатов не принесла, отчего временный синигами только ещё больше распалился. В принципе, он был кругом прав, ну, с моей точки зрения. Жизнь своего куда важнее отбирания оной у противника, а жить пареньку, по ощущением, оставалось от силы минут двадцать. А Кира реально мог доставить пострадавшего на лечение куда быстрее самого Куросаки. Я, правда, мог вообще мгновенно, но появляться рядом с магазином Урахары мне определённо не стоит, даже со столь благородными намерениями.

Наконец народ пришёл к консенсусу, и безвольное тело русоволосого парнишки взвалили на спину эмо-синигами, после чего тот стартовал. Я всё это время просидел на третьем этаже недостроенного здания, куда забрался за пару секунд до появления Киры и откуда наблюдал за происходящим. Честная компания ещё секунд тридцать переругивалась (Ичиго/Рукия) и позитивно мельтешила (Иноуэ), и только когда все спустили накопившееся напряжение, в темпе ускакала по направлению в магазин Урахары. Про меня они так и не вспомнили, что к лучшему.

В удалении ещё чувствовались вялые вспышки реацу Садо, одной из душ-плюс и последнего баунто, к которым буквально только что присоединились ещё два источника с привкусом синигами и уровнем лейтенанта. Но мне это было безынтересно, справятся как-нибудь, не маленькие. Так что, забравшись повыше, я принялся созерцать духовный фон города, следя за всем происходящим, но уже не вмешиваясь, да и не требовалось этого. Ичиго с девочками успешно добрались до магазина, группа Садо тоже справилась, правда, своего баунто не убила, он просто сбежал. Наш последний противник успешно выбрался из города. Битто улетели ещё раньше. А лейтенанты, намотав пару кругов по Каракуре и никого больше не найдя, завалились всё к тому же Урахаре.

Светало…

Утро изменений не принесло, народ вдохновенно и деловито суетился, правда, со стороны это больше напоминало броуновское движение. Ичиго, как истинный… Ичиго, опять послал лесом свои семейные обязанности и ночевал не дома, оставив сестёр одних, ибо батя их тоже где-то пропадал. Вот мне интересно… Здоровый парень, спортсмен, хулиган, последнее время окружённый красивыми девушками и постоянно ночующий вне дома… Что о нём думают его сёстры?

Хм… А ведь, если подумать, у них вся компания такая… подозрительная. Да и Урахара – ну вылитый сутенёр. Блин, серьёзно, если не знать подоплёки, то складывается просто жуткая картина. Некто Урахара, официально – простой хозяин маленького магазинчика, чем-то подцепил несколько видных подростков обоего пола (а ребята реально выделяются на фоне сверстников) и заставляет ночами их чем-то заниматься, после чего те возвращаются смертельно уставшими, а иногда и со следами насилия на теле… И даже если они расскажут правду, им никто не поверит. Подкинуть, что ли, Соске идею? Нет, конечно, засадить шляпника за решётку не получится, но вот обеспечить несколько часов весёлой жизни – очень даже… Хотя нет, плохая мысль. Уж Карин и Юзу такой радости точно не заслужили, а ведь их первых дёрнут в качестве свидетелей. Однако намекнуть Куросаки, как его жизнь выглядит со стороны, всё-таки стоит, а то не я, так какой-нибудь внимательный доброжелатель решит «спасти детей» и сообщит куда следует…

Ближе к десяти часам у народа наметился прогресс, большая часть лейтенантов, до того мотавшихся по городу, резко сдёрнула за его пределы, как раз по направлению к убежище баунто. По-видимому, кто-то из сэйрэйтэйской братии таки сумел отследить, куда улетали битто. Вслед за лейтенантами начали подтягиваться и Ичиго с компанией, правда, делали это… странно. Я не знаю, как они обменивались информацией и что друг другу говорили, но собираться почти час, а потом не торопясь, прогулочным шагом добираться до пещерки, когда лейтенанты использовали сюмпо, это… своеобразно. К слову, бывший капитан двенадцатого отряда и бывший капитан отряда Кидо так никуда и не пошли. И ладно, я могу понять Ичиго, Садо, Иноуэ, даже Исиду, в конце концов, что такое пятнадцать лет? О каком жизненном опыте и наблюдательности тут можно говорить? Но Рукия и Рейнджи, они же не первое десятилетие варятся в соку Готэя, да и до этого жизнь понюхали во всей красе, как они могут не видеть очевидного? Ладно, к чёрту.

Проследив за пёстрой группой подростков с плюшевыми игрушками на плечах, да ещё периодически начинающих общаться с пустотой – Рейнджи шёл без гигая, я медленно обтекал и тихонько постукивал лбом встречные стены, стремясь хоть как-то успокоить нервы. Как их не увезли в дурку прямо с улицы – загадка, но, похоже, воистину человеческий пофигизм – великая сила, ибо даже те из встречных, кто косились, забывали о пёстрой компании через несколько шагов. И тут одно из двух, или местные японцы – какие-то неправильные японцы – где хвалёная японская бдительность и законопослушность? Или имеет место некое хитрое колдунство, заставляющее людей меньше обращать внимание на странные вещи, хотя никаких возмущений в духовном фоне я не чувствовал, но мало ли. В общем, обеспечив мне нервный тик с рукой, чуть ли не приросшей к лицу, они таки к середине дня добрались до входа в убежище баунто.

Что характерно, ребята остановились у входа и около минуты что-то выясняли между собой, я очень хотел верить, что обсуждали тактику дальнейшего передвижения и взаимодействия в случае нападения. Очень хотел! Но… не получалось. А подойти ближе и подслушать – не решился. Наконец тронулись, но обрадоваться я не успел – не пройдя и двадцати шагов, группа опять остановилась. Поговорить.

Убейте меня кто-нибудь, этот день явно проклят.

Шагнув в тихом сонидо к краю входа, я стал свидетелем глубокомысленных мычаний душ-плюс на тему: «Мы что-то чувствуем, но вроде и не чувствуем», в результате чего высокий консилиум из трёх школьников, четырёх плюшевых игрушек, одного тупоооого дуболома и няньки (прости, Рукия), устами няньки, постановил что, по всей видимости, что-то в пещере экранирует духовный фон. Народ проникся, с умным видом покивал и таки двинулся дальше.

Но мои мучения только начинались. Тактика малых групп, правильное построение, взятие оружия на изготовку, собранность и скрытность, да просто банальная внимательность к окружающей действительности. Нееет, это всё было не про них. Ребята шли аки туристы на прогулке, болтая за жизнь и чуть ли не позёвывая, рассуждали, живы товарищи лейтенанты или нет. Конечно, если отрешиться и не принимать близко к сердцу, то ничего страшного, но вот если над ситуацией начинать задумываться… Однако это были ещё цветочки. Когда узкий коридор, ведущий от входа, вышел в широкую пещеру метров двухсот в диаметре, под сводами которой кружили мелкие существа, отдалённо напоминающие коротких пиявок, юные энтузиасты соизволили их заметить, только выйдя в самый центр, да и то исключительно после того, как стая начала спускаться с явно агрессивными намерениями. И кстати, заметила атакующих не кто иная, как Иноуэ.

Дальше начался форменный бедлам. Красный и Рыжий дуболомы, выхватив свои тесаки, ломанулись… вперёд. Чтобы осознать всю красоту данного манёвра, надо отметить один-единственный факт – стая атаковала СВЕРХУ. То есть, чтобы их встретить, двигаться было не обязательно, но… они ломанулись. Третьим из «круга обороняющихся» выпал Садо, также посчитавший своим долгом отскочить сражаться в сторону и бросить девушек одних. Единственной, кто ударил вверх, по основному скоплению, оказалась Рукия, зарядившая в стаю Бьякураем. А единственной, кто поддержал командную работу, оказалась Иноуэ, прикрывшая Кучики своим щитом.

Глядя на всё это из-за угла, я пребывал в полной прострации. Разум услужливо перебирал картинки различных «необходимых и срочных» действий, начиная от банальной порки некоторых индивидуумов, срочного, дважды срочного объявления военных учений в Лас Ночес (чтоб я даже в страшном сне такого позора среди своих не видел!), и заканчивая коленопреклонённым умолянием Айзена убрать меня отсюда. Но эмоционального отклика все эти картины не вызывали, я просто смотрел и обтекал, чувства были в нокауте.

Кажется, я не так давно тяготился маской Тоби? Неееееет, ребята, не дождётесь. Теперь я буду мстить. Вы у меня познаете, что такое БОЛЬ разрываемого в диссонансе мозга!

Хотя, в принципе, всё не так страшно. Уже секунд через тридцать Ичиго с Рейнджи сообразили, что отрываться от коллектива не очень разумно, и вернулись к девушкам. Вероятно, разум у них всё-таки не совсем в зачаточном состоянии, а может, причиной послужила пара укусов за ляжки, пропущенных героями – пиявки, оказывается, могли открываться по диагонали, и в получившейся ротовой полости наличествовали весьма острые зубки. Впрочем, командной работой тут по-прежнему не пахло, просто одиночки встали ближе друг к другу. Вообще, до сих пор живы они были только по двум причинам. Первая – нападающие существа явно уступали в скорости, причём уступали они даже виденным мной ранее битто, так что ребята имели весомое качественное преимущество, что нивелировало даже такую, до крайности убогую, тактику обороны. Вторая – тактика нападения существ была ещё тупее, по сути, большая часть просто кружила вокруг, как косяк рыбы, а нападали разрозненные единицы, да и те преимущественно только с одной стороны. Скорее всего, в отличие от битто, имеющих некий набор инстинктов или заложенных программ, эти куклы управлялись неким баунто напрямую, и их хозяин просто был неспособен распределить внимание в стольких разных направлениях. Также складывалось ощущение, что он и сам не воспринимал данную атаку как непосредственно атаку, скорее, как отвлечение внимания, и дальнейшие события это подтвердили. Покрутив народ в карусели около минуты, часть «пиявок» распределилась по пещере и… открыла глаза. Смешно, но на тупом конце, который до этого открывался зубастым ртом, у них действительно оказалось что-то вроде глаза, причём в открытом состоянии глаз излучал свет, на уровне мощного фонарика. До того довольно тёмная пещера покрылась тенями от сталагмитов, а вот дальше бой стал куда интересней, настолько, что я даже «вернулся в реальность».

Началось всё с того, что Рукию едва не пронзил эпических размеров тесак, появившийся из тени за её спиной, причём действительно эпических, Зангецу Ичиго в сравнении с ним реально смотрелся кухонным ножиком. Девушка успела отреагировать и отпрыгнуть, а на сопровождавший это крик отреагировал Куросаки, решив «пофехтовать с достойным противником». Но дальше больше. За спиной рубящегося с торчащим из земли пятиметровым кинжалом Куросаки точно так же выросла не менее эпичных размеров циркулярная пила и попробовала оного распилить, но натолкнулась на щит Иноуэ.

Вопросы множились. Начать с того, что я при всём напряжении восприятия просто не понимал, как он это делает? То есть, теоретически, тень от света глаз создавала проход в некое подпространство, где и находилось тело куклы, но несмотря на это теоретическое понимание, я по-прежнему не мог ничего почувствовать. Эти куклы (хотя, вероятно, и пиявки, и конечности с оружием – одно существо) даже реацу толком не источали, она была, но от естественного фона отличалась мизерно, настолько, что даже я не был уверен, есть ли это отличие на самом деле или я его подсознательно выдумал. Тени же не излучали вообще ничего, никакого движения духовной энергии, никаких полей, никакого напряжения пространства, ничего. И в то же время далеко не самая сильная девочка – Иноуэ, по объёму реацу уступающая даже простому гиллиану, без видимого напряжения сил держит удар куклы того, кто способен на такие игры с пространством и материей. Ничего не понимаю…

Тем временем бой продолжался, ребята разобрались, что дело в тенях, и что характерно, первым источник опасности опять заметила Орихимэ, хотя особо это не помогло. Нет, ребята, разумеется, стали внимательнее, но вот что-то сделать не могли, так как все увязли в бою. Но самым эпичным моментом противостояния стало… Появление тентаклей.

…

Я думал, что уже ничему не удивлюсь, но в тот момент, когда пятиметровый кинжал, рубящийся с Ичиго, внезапно превратился в моток тонких щупалец, набросился на офигевшего от такой картины не меньше меня Куросаки и по ходу дела умудрился обвить Иноуэ, стоящую спиной к рыжему, я понял, что всё…

Реально стало страшно. Может, я уже сошёл с ума, и всё вокруг – глюки? Как ни парадоксально, но верить в это хотелось безумно… Ну, на порядок больше, чем в то, что Ичиго сейчас будет насиловать тентаклиевый монстр. Но вот глаза… Глаза упорно показывали картинку того, как двух опутанных щупальцами и вырывающихся подростков медленно, но верно тянет к тени. Ступор длился едва ли секунду, но вот эмоций мне хватило на месяц вперёд. К счастью для Куросаки и моих многострадальных нервов, до тени его всё-таки не дотащили, вспышка Сёкацуя снесла сталагмит, отбрасывающий тень, и щупальца исчезли.

Кажется, я теперь серьёзно должен Рукии…

После этого моим нервам, наконец, дали отдых. Относительно. Разумеется, смотреть, как люди в пещере крушат поддерживающие свод колонны сросшихся сталактитов со сталагмитами, тоже спокойствия не добавляет, но, по крайней мере, в этом случае они действовали логично. Дальше состоялась встреча с тремя пришедшими сюда ранее лейтенантами, которые из-за экранирующего свойства пещеры смогли незамеченными подобраться довольно близко, уже в сорока метрах по противоположному коридору я их практически не чувствовал. Уже знакомый мне Кира, плюс Хисаги Сюхей и Мацумото Рангику, чьи лица я видел впервые. Судя по ранам и общему потрёпанному виду, господам синигами досталось существенно, а из дальнейшего разговора стало ясно, что тут где-то должен валяться четвёртый герой-разведчик и по совместительству – пятый офицер одиннадцатого отряда.

Кстати о новеньких, Сюхей производил положительное впечатление – собранный, волевой взгляд и отсутствие во внешнем виде проявления персональных мозговых тараканов. А то тот же Кира тоже собранный, но внешний вид «Мир – это боль! Убейте меня об стену!» очевидно не добавляет веры в его психическое здоровье, про Рейнджи я вообще молчу – воли в его взгляде до одурения, но кроме самого одурения во внешнем виде больше ничего не читается. В общем, Сюхей пока был единственным увиденным мной лейтенантом, который с первого взгляда вызывал Уважение. А вот Рангику… Интеллектуальный уровень сего субъекта мне оценить сложно, как и психическое здоровье. Ибо, во-первых, подруга детства Гина, а это уже диагноз, а во-вторых, блондинка… Нет, ничего не имею против блондинок, особенно с шоколадной кожей и изумрудными глазами, но Мацумото Рангику являлась воплощением классической анекдотической блондинки, по крайней мере, пока не приперало. Даже сейчас, в боевой обстановке и имея несколько ран, она вела себя соответственно. Внешне она тоже практически не отличалась от своего образа из аниме и в целом была довольно красива, этакой классической, эталонно-шаблонной красотой, но… не цепляла. Та же Орихимэ рядом с ней была гораздо… интересней и даже сексуально привлекательней, хотя ещё совсем девчонка и малость не в моём вкусе, но если отношения с Иноуэ я ещё мог представить, то вот с лейтенантом десятого отряда… нет. Сравнения же с Тией она не выдерживала совершенно. Хотя понятно, что тут дело вкуса, наверняка Гин бы со мной не согласился.

К слову, по объёму реацу все трое явно уступали Ичиго и даже Рейнджи. Хм, прямо не верится, что в каноничной истории они умудрились успешно противостоять арранкарам, созданным из адьюкасов…

Как бы то ни было, закончив обмениваться информацией, группа двинулась дальше. Была небольшая попытка со стороны Ичиго оставить раненных с Иноуэ, но успехом не увенчалась, последствия разделения сил явственно просвечивали сквозь порванную форму лейтенантов, да и гордость у них взыграла. Однако теперь отряд действительно напоминал отряд, даже с некой претензией на приставку «боевой».

Хотя меня это уже не интересовало. Такой группой они уж точно смогут отбиться от одного баунто, пусть и с довольно интересной способностью, особенно теперь, когда знают принцип его атак. Конечно, риск оставался, но, в конце концов, я им не нянька, да и справились же в каноне.

– Мурамаса, ты можешь почувствовать куклу нашего визави? – шагаю в сонидо и незамеченным проскальзываю над группой.

– Смутно… Я слышу, как звучит его имя в устах хозяина… Чувствую движение в тени пещер… Но я не могу сказать, где находится сердце его силы, он как туман – всё время перемещается и исчезает из этого мира.

– А самого хозяина ты чувствуешь?

– Нет. Фон его куклы всё забивает, но если мы окажемся достаточно близко, я его найду.

– Прекрасно…

Если память мне не изменяет, то летающими фонариками управляет некий баунто-очкарик, по совместительству учёный, то ли единолично, то ли вместе с Карией разработавший битто, и что особенно важно – как раз в ближайшее время он должен умереть. Слишком расточительная трата ценного материала, как по мне. Но чтобы прибрать этот ценный материал к рукам, его сперва нужно найти, а учитывая экранирующие свойства пещер и способности к маскировке самих баунто, это будет непросто. Однако у меня ведь не просто так самое быстрое сонидо в Эспаде?

Следующие пять минут я практически не выходил из сонидо. Комплекс пещер впечатлял, хотя и не создавал ощущения лабиринта. Тут и там виднелись следы ручного труда, орнаменты, статуи, кое-где даже вырубленные в породе комнаты, правда, сильно обветшавшие под действием времени. Периодически встречаемые светильники явно указывали, что о секретности баунто не сильно задумывались… или на то, что группе гостей ненавязчиво указывают дорогу к подготовленной ловушке. Самой интересной находкой стали кристаллы, растущие преимущественно на потолке пещеры, судя по всему, именно они были тем, что экранирует реацу в пещере, и, видимо, внутри породы они тоже имелись. Надо будет перенести парочку в Хоэко Мундо…

Что касается баунто, то засечь его пока не получалось. Вообще никого из них. И это… раздражало. А вот Юмичику я нашёл, парень валялся без сознания буквально через две крупные пещеры от места, где я оставил Ичиго с друзьями, и выглядел малость помятым, но без открытых ран. Умышленно не добили и оставили как приманку? Или действительно просчитались? Да чёрт его знает, вероятность одинакова. Могли и действительно посчитать мёртвым, всё-таки атаки баунто в первую очередь физические, а синигами это духи, не разрушишь духовную структуру – оклемаются. Не став тратить на него время, я пошёл дальше, даже если он не приманка, всё равно появившись рядом с телом, куда больше шанс засветиться. Однако… дальнейший путь по имеющимся тоннелям закончился тупиками. Некоторые из путей были достаточно длинными и также имели на своём протяжении широкие пещеры, но все неизменно упирались в твёрдую горную породу. И никаких следов баунто, даже ощущение куклы, по словам Мурамасы, пропало. А это значило только одно – где-то раньше был замаскированный проход, который мы пропустили…

– Стой! – голос Мурамасы заставил меня замереть у свода пещеры с бессознательным Юмичикой. – Подойди чуть ближе к правой стене.

– Что-то чувствуешь? – интересуюсь, выполнив требование.

– Да. Очень слабо, но за этой стеной есть душа. Две души – кукла и её хозяин.

– Чудесно… – пассом руки продавливаю ткань реальности и проникаю в тень мира – самый простой способ незаметно зайти в закрытое помещение, даже с моей духовной массой миновать через изнанку мира пару метров реального пространства не проблема.

Серо-алая хмарь сомкнулась за моей спиной, и я шагнул к источнику возмущения, ощущением которого поделился со мной Мурамаса. Лёгкое усилие, и хмарь опять чуть расходится, открывая бледную картинку реального мира, но не разрывая пространство до конца. Да, действительно, тот самый очкарик, которого я уже однажды мельком видел на руинах особняка, даже одежду с того момента не поменял, хотя это, похоже, черта свойственная всем баунто. Чёрные брюки, белая рубашка, зализанные волосы и широкие круглые стёкла очков. Сидит за столом и раскладывает карты на деревянной доске с любопытными символами, среди которых было несколько знакомых по ритуалу создания битто.

Интересный субъект. Любопытно, как он следит за Ичиго и ко? Окон в помещении нет, мониторов, выводящих изображения с камер наблюдения – тоже, а ведь для его техники боя необходимо очень хорошо видеть и противника, и ближайшую к нему местность. Очень любопытно. Прямая зрительная связь со своей куклой? Хм… Тогда те глазики-пиявки обретают новый смысл.

Теперь вопрос дня – брать сейчас или подождать? Хотя вопроса реально нет, надо ждать.

Не знаю, что происходило в материальном мире, звук на изнанку, к сожалению, не проходит, только реацу, но она в пещерах глушилась. Очкарик злился, ругался сквозь зубы, судя по мимике, обещая всем кары небесные, собирал и раскладывал карты, потом заставил меня изрядно напрячься, явно с кем-то поговорив, при этом никаких вспомогательных устройств он не применял. Теперь уже мой интерес к нему подогревался не только возможными магическими/научными знаниями, но и непосредственными способностями. Есть, конечно, специальные Кидо для дальней связи, но одно дело – Кидо, и совсем другое – возможность обратиться к кому-то на большом расстоянии от тебя, игнорируя при этом изолирующие барьеры и естественные препятствия для потока духовных частиц. У меня буквально руки зачесались применить к нему Полное Поглощение.

Дальше случилось какое-то дикое представление с патетичным вскидыванием рук и изображением трогательных, едва не плачущих рож. Совершенно не понятно для кого, разве что он картинку куда-то транслировал. Закончившееся столь же театральным выражением обиды и приступом злости. Карты опять были собраны и разложены по-новой. Сколько-то времени он опять их вдумчиво перекладывал, периодически матюгаясь, и наконец, нервно хихикая, сделал какую-то гадость. Что гадость, было видно по роже. А вот дальше начался бедлам, судя по всему, сей достойный субъект, проживший на свете не одно столетие, изволил вступить в высокоинтеллектуальный диспут с противником, из серии: «Я тебя так! А я тебя так! Сам дурак! От дурака слышу!», просто иначе объяснить его кривляния я не мог.

Через моё импровизированное окно в реальность было видно, что пещеру начало слегка потряхивать. С потолка комнаты баунто толчками начала сыпаться пыль, но он не обращал на это внимания, продолжая азартно кому-то что-то кричать и перекладывать карты. Но вот что-то произошло. Поведение баунто резко изменилось – встревоженность, непонимание, изумление, и… одна из стен начала рассыпаться. Чуть сместившись, я заглянул в образовавшийся проём и непроизвольно вскинул брови. За стеной открывался вид пещеры, где я сам не так давно находился, и в центре этой пещеры бушевал утыканный сияющими штырями… Пустой? Огромная туша, достойная гиллиана, челюсть как у классической маски пустого, то есть без намёка на губы и с идеально ровно смыкающимися нижними и верхними зубами. Плоскими зубами, без всяких клыков. Единственным отличием от среднестатистического разумного гиллиана было отсутствие дыры.

– Это Гейзель, его кукла, – пояснил из внутреннего мира Мурамаса в ответ на моё немое удивление. – Хотя он действительно сильно похож на пустого… А ещё что-то только что повредило их связь. Не так, как это делаю я, намного грубее и без контроля, но для своего хозяина он сейчас очень опасен.

– Ясно, хм, теперь понятно… – действительно, всё встало на свои места, я не помнил точно, как этот баунто должен был умереть, только знал, что в Обществе Душ очкарик не мелькал, а ещё помнил, что парочка баунто погибли от собственных кукол. Видимо, это как раз тот случай.

А очкарик, похоже, сообразил, что происходит. Как я успел рассмотреть за время ожидания, стены его кельи были покрыты некими узорами, особенно та, что сейчас развалилась – наиболее тонкая и выходящая в пещеру. Не надо быть гением, чтобы понять, что назначение узоров далеко от декоративного, иначе, при моей чувствительности, я бы ощутил его без всякой помощи Мурамасы. Исключение одно – все стены, пол и дверь в комнате состояли бы из сплошного экранирующего кристалла, чего не было и близко. Да и Мурамаса почувствовал душу только в непосредственной близи, а это тоже существенный показатель качества рисунков. Но! Такой узор просто не может взять и тихо рассыпаться, или я ничего не понимаю в принципах воздействия реацу. Наполнил реацу – значит, укрепил, это закон. Так что пока в экранирующих узорах был хоть какой-то заряд, стены рассыпаться не могли. А раз рассыпались, значит, им кто-то помог, а в сочетании с обрывом управления куклой, которое баунто не почувствовать не мог…

Он что-то кричал. Истерично. В панике. Кому-то грозил… Но Гейзель уже начал приближаться.

Пора…

Разрываю тонкую плёнку, отделяющую меня от материального мира, и вхожу в сонидо. Мягкий рывок назад за поясной ремень создаёт эффект не хуже мощного удара под дых, отбрасывающего баунто к противоположной от осыпавшейся стене. Теперь из пещеры его должно стать не видно…

На всякий случай проверяю это, не выходя из сонидо. Заодно осматриваю собравшуюся там компанию – все тут, все живы и даже относительно здоровы. Успеваю отметить, что Рейнджи активировал банкай, но… реацу как-то не впечатляет, я ожидал большего… Дальняя часть комнаты действительно не видна. Отлично.

Возвращаюсь назад и замираю в самом дальнем и тёмном углу. Секунду спустя тело баунто впечатывается рядом, заставив деревянную дверь пойти трещинами. Живой? Живой, даже не сломал себе ничего, хотя определённо слегка поплыл, но это и к лучшему.

Шесть секунд, ровно столько понадобилось Гейзелю, чтобы добраться до проёма и, дико воя от боли и злости, запустить руку в комнату. Ещё не оклемавшийся баунто попробовал отшатнуться, но стоя на коленях, это сделать было сложно.

– Гейзель, нет! Прекрати! Это же я! – пальцы огромной руки сомкнулись вокруг тела, крик боли…

Сонидо… Мурамаса даже не встретил сопротивления, перерубая запястье куклы… Ещё мгновение, и сжимающиеся пальцы также отделяются от руки. Они всё ещё на своих местах, но стоит мне выйти из сонидо, как тут же упадут на пол отдельными кусками. Впрочем, зачем тратить время на излишние эффекты?

Щелчок пальцев, и материальный мир отсекает закрывающаяся Гарганта. Помнится, Улькиорра умел проводить этот трюк очень красиво, так чем я хуже? Всего-то и делов, что разрывать пространство не в плоскости, а чуть в глубину. Надеюсь, лишних спецэффектов это не вызвало. Хотя… Даже если они что-то и заметили, то понять не смогут.

– А? Что? Где… – удар. Баунто без сознания повалился на сияющую красным дорожку под ногами. Незачем ему видеть маску Тоби, как и приметный балахон. Я и так не уверен, что поступил правильно, не сняв их, пока ждал развязки. К слову, кисть руки, до этого сжимавшая моего пленника, как и ожидалось, развалилась на отдельные фрагменты, а сейчас… рассеивалась в пространстве. Интересное зрелище.

– Как думаешь, он потеряет куклу или сможет её восстановить?

– Не знаю. Взаимоотношения кукол и баунто… у них всё совсем иначе, чем у синигами и занпакто. Я пока не могу этого понять.

Развеяв маску, я скинул балахон. Скатав ткань, взял пленника за шкирку и зашагал вперёд по дорожке. Надо будет научиться переносить одежду «Тоби» во внутренний мир, как-то привязав к силе Мурамасы, или разбивать на духовные частицы, при необходимости вновь собирая, сейчас бы подобный навык весьма пригодился. А ещё быстро решить, кому в Лас Ночес я могу скинуть этого страдальца, ведь приказ контролировать действия Куросаки никто не отменял. Хотя к чему мудрить? Передам Соске, уж ему-то ни один баунто не сможет навредить, даже с учётом духовного фона Хоэко Мундо.

***

– Что?.. Что происходит?! Где я? – о, очнулся наконец. До ворот Лас Ночес ещё минут пять, увы, провести Гарганту прямо в город не удалось, надо было сразу пробивать туда канал, а я, когда её открывал, просто выходил из мира.

– Ты в Хоэко Мундо.

– Что?! Как?!

– Глупый вопрос. Предупреждая следующий вопль, я Алукард – Примера Эспада. И будь потише, этот мир не любит лишней суеты и шума.

– Что я здесь делаю? Где Гейзель? И хватит меня тащить!

– Твоё имя? – спокойно спрашиваю, полностью проигнорировав вопли.

– А? Что?.. Моё имя Угаки, и я…

– Чудесно, – слегка встряхиваю баунто за шкирку, тем самым обрывая поток слов. – Говорю один раз, поэтому слушай внимательно, – для пущей убедительности слегка отпускаю свою реацу. Угаки тут же захрипел, придавленный духовным давлением. – Я тебя спас, так как заинтересован в твоих знаниях. Это значит, что ты жив только до тех пор, пока я этого хочу. На увеличение собственных сил, которое ты получил, оказавшись в Хоэко Мундо, не рассчитывай, может быть, какого-нибудь из простых арранкаров ты и победишь, но против любого из Эспады ты не протянешь и нескольких секунд. Также советую хорошо запомнить, что, несмотря на внешность, мы все тут не люди и даже не синигами, мы Пустые, так что если умудришься кого-то разозлить, то просто умрёшь, быстро и весьма болезненно. Вопросы есть?

Баунто молчал, безвольно волочась по песку вслед за моим движением. Немного подумав, я убрал давление. И ещё через десяток секунд он, наконец, заговорил:

– Я всё понял, господин, я… – он сглотнул, – постараюсь быть полезным.

– Хорошо, если так…

***

Вежливо постучавшись в дверь, тем самым проявив необходимый минимум воспитанности, я, не дожидаясь ответа, её открыл. Всё равно этот жест был не более чем формальностью.

– Есть новости? – осведомился Соске, не отрывая взгляда от огромного экрана на стене.

Я же… на какое-то мгновение замер в шоке. Думаю, будь я полноценным человеком, не обошлось бы без резко участившегося сердцебиения и выступившей испарины.

На экране воспроизводилась запись первого боя группы Куросаки в пещере баунто.

– Учитывая, что ты смотришь… Сомневаюсь.

– Хм… – спинка белого кресла закрывала от меня фигуру Айзена, но я был уверен, что он сейчас улыбнулся. – Оборудование было установлено ещё тридцать лет назад. Обычно постоянный прямой канал в Разделитель миров или Гарганту очень легко отследить, но не в данном случае.

«В данном случае? Дело в изолирующих свойствах пещеры? Скорее всего».

– Зачем ты привёл Угаки? – ни интонация, ни громкость голоса – ничего не поменялось, как будто меня просто спросили, идёт ли на улице дождь. Вот и гадай, как восприняли моё самоуправство.

– Я решил, что давать ему умереть было слишком расточительно, да и некоторые техники баунто меня заинтересовали.

В комнате повисла тишина. Айзен или думал, или засмотрелся акробатическими трюками на экране, хотя во второй вариант я не особо верю. Молчание длилось около минуты, после чего, наконец, был озвучен вердикт:

– Разумно. Собираешься вытянуть из него знания, а потом поглотить?

– Да, – к чему отрицать очевидное? – Разумеется, если у тебя есть на него иные планы, второй пункт может подождать.

– Приятно слышать, – слова можно было бы принять за издёвку, но в голосе Айзена не прозвучало никаких эмоций, только констатация факта, или, что вероятней, слова были простой дежурной фразой. – Не уверен, что он может дать мне что-то новое, но ты прав, не стоит отказываться от шанса на развитие. Его сейчас сторожат твои фракционы? – бессмысленный вопрос, уж он-то без труда чувствует весь Лас Ночес, но игра есть игра, нужно придерживаться правил вежливости.

– Да. Они этажом ниже, ожидают в главном тронном зале.

– Хорошо, я спущусь через несколько минут, – правая рука Соске показалась над креслом и опустилась на подлокотник, по-видимому, поддерживая голову. – Думаю тебе уже нет смысла туда возвращаться, пару минут назад к пещере подошла Шихоуин Йоруичи, сейчас она уже должна быть внутри.

– Тоже старое оборудование?

– Нет, – в голосе Айзена промелькнула тень самодовольства, маленькая, но я заметил. Или мне позволили заметить. – Простой шпионаж, у меня есть несколько людей во втором отряде.

– Понятно. И что мне делать дальше?

– Отправишься сразу в Общество Душ, задача прежняя, хотя не усердствуй, там и без тебя будет кому подстраховать нашего юного друга.

– Капитаны или твоя агентура?

– И те, и другие. Кстати об агентуре, – Айзен щёлкнул невидимым с моего места переключателем, и на экране появилось изображение неизвестного мне синигами с короткими волосами и незапоминающимся лицом. – В месте прохода тебя встретит человек, пароль – «Здесь ли цветут камелии?», от тебя ничего не требуется, просто не убивай всех встречных синигами, едва увидев.

– И давно он там меня ждёт?

– С учётом разницы во времени… около суток.

Я, не сдержавшись, усмехнулся. Даже не знаю, что меня больше развеселило – факт знания Айзеном результата сегодняшних событий за сутки до их начала или то, что это меня совершенно не удивляет.

– Отправляться немедленно?

– Да, – хозяин Лас Ночес встал, и я, наконец, увидел его слегка ироничный взгляд с фирменной многозначительной улыбкой на лице. – Постарайся не показываться никому на глаза, он, – кивок в сторону экрана, – тебе с этим поможет, – Айзен сделал пару шагов в сторону и, щёлкнув пальцами, открыл Гарганту.

– Само собой, – глядя на манипуляции синигами, равнодушно подтвердил я. – Могу я задать вопрос?

– Разумеется.

– Когда ты спрашивал про охрану Угаки, ты делал это ради поддержания разговора или тебе было… – на язык так и просилось слово «лень», но это будет слишком нагло, – неинтересно фокусировать внимание на источниках реацу?

Айзен хмыкнул.

– Да, – и, пряча в уголках губ усмешку, пошёл к двери.

«Э?»

– И ещё одно, Алукард, – Соске на миг остановился в дверном проёме. – Пока будешь в Обществе Душ, постарайся ограничиться реацу синигами. У двенадцатого отряда очень хорошее оборудование.

Айзен вышел, только глухие шаги нарочито чётко звучали из коридора.

«И почему у меня чувство, что меня макнули, как щенка?»

Тяжко вздохнув на эту мысль, я ещё раз бросил взгляд на экран и молча вошёл в Гарганту.

Комната опустела. Ещё несколько секунд экран показывал лицо синигами, а потом… треснул. Прозрачными, истаивающими в воздухе осколками плёнка иллюзии осыпалась на пол, а на стене осталось висеть лишь чёрное стекло спящего монитора…

***

Проход привёл в небольшую пещеру, выход из которой зарос плющом, однако маленькое пространство между зелёными стеблями имелось, как раз чтобы протиснуться, не сильно тревожа маскировку.

Глубокий вдох воздуха нового для меня мира подтвердил, что насыщенность реацу здесь действительно была меньше, чем в Хоэко Мундо, примерно… в два-два с половиной раза. А ещё местная духовная энергия была какой-то… тяжёлой. Не в смысле дыхания и поглощения, а в смысле… гравитации? Сложно сказать, но то, что это совсем другой мир, ощущалось отчётливо.

Гарганта за спиной с характерным звуком закрылась, и, согнувшись, я шагнул к выходу. Снаружи пещеры меня встретил густой лес и небольшой пруд, поблёскивающий тёмной поверхностью всего в каких-то двадцати метрах от меня, также, словно специально, пространство между пещерой и прудом было расчищено от деревьев и кустарника. Пройдя по импровизированной дорожке, я вышел к воде. Никаких камелий или чего-то хоть отдалённо их напоминающего видно не было, чего не сказать о наблюдателе. Пещера, оказывается, и реацу маскировала, причём, судя по всему, в обе стороны.

Источник реацу синигами находился примерно в полутора сотнях метров от пруда и тянул на слабенького гиллиана. Меня же агент бывшего капитана пятого отряда до сих пор не обнаружил, что не удивительно. Но самому к нему идти было как-то не вежливо, да и не соответствовало инструкциям, а значит…

«Соске, кажется, просил использовать только реацу синигами? Так и сделаем».

Усилие воли – и духовная энергия пустого скрывается в глубине, в то время как сила Бога Смерти наполняет тело. Вот, хоть и сложно фильтровать, но справимся, теперь можно и выпустить немножко…

Агент появился практически сразу, сперва скакнув сюмпо в кусты и выходя на чистое пространство уже шагом, если бы не чувствовал перемещения, так бы и подумал, что он шёл всю дорогу пешком. Лицо мужчины было точь-в-точь такое, как и на экране монитора пару минут назад. Короткие тёмные волосы, незапоминающееся лицо, средний рост, стандартная форма синигами без малейших отличительных черт, что любят присовокупить на неё некоторые офицеры, в общем, идеальный шпион, такого, даже встречая каждый день, не запомнишь. Разве что по привкусу реацу, но… её он скрывал, и весьма неплохо, должен заметить. Кто-то уровня капитана, может, и почувствует, но у обычных офицеров шансов немного.

– Здесь ли цветут камелии? – поинтересовался мужчина, ни единой ноткой в голосе не выдав удивления или чего-то ещё, словно привычно спрашивал о погоде у давно знакомого человека.

– Пароль принят. Значит, это тебя не надо убивать при первой встрече… Ясно.

– Видимо, Айзен-сама опять шутил в своей манере, – и мускулом не дрогнув, перешёл на деловой тон синигами. – Моё имя Сейго Хамура. Лейтенант. Четвёртая дивизия разведывательного корпуса. Вы же – Алукард-сама?

– Да.

– Рад встрече, – мужчина коротко, но уважительно поклонился. – На время пребывания в Обществе Душ вам придётся изображать из себя синигами, форма для переодевания у меня я собой, что касается имени, то вы теперь Даисуке Сагара, капитан четвёртой дивизии Омницукидо, мой непосредственный начальник.

– Целый капитан? – я удивлённо вскинул брови.

– В Разведывательном Корпусе своя иерархия и свои задачи, капитан у нас совершенно не обязательно равен капитану в Готэй-13, как по силе, так и по влиянию. В одной и той же дивизии, как правило, сразу несколько капитанов, командующих разными отрядами.

– С моим назначением и фактом, что меня никто не знает, тоже всё в порядке?

– Так точно. Настоящий Даисуке Сагара погиб ещё восемьдесят лет назад на задании в мире живых, с тех пор его изображали разные люди, в том числе и я, а после уничтожения последнего состава Совета 46-ти наверху не осталось никого, кто знал бы настоящего капитана в лицо. В то же время, личные контакты внутри Омницукидо крайне ограничены, даже в четвёртой дивизии никто не сможет опровергнуть вашу личность.

– Кроме тебя и твоих коллег.

– Разумеется, – с готовностью кивнул Сейго и тут же усмехнулся: – Но среди нас нет самоубийц и идиотов.

– Не сомневаюсь, – возвращаю усмешку. – Если не секрет, давно служишь Айзену?

– Сто семь лет, – пожал плечами синигами, – ещё с Пятого отряда.

– Ясно. Ну, веди к вещам, а заодно просвети меня относительно тех моментов, что тут нужно знать, – лейтенант кивнул и развернулся к кустам…

Полчаса спустя:

– Сейчас мы в восьмидесятом районе южного Руконгая, до Сэйрэйтэя примерно двое суток пути в сюмпо, потому…

– Всё это хорошо, – прервал я Сейго, поправляя чёрную форму, – но что мне делать с глазами? Сомневаюсь, что для синигами такой цвет естественен.

– Глазами? – лейтенант выглядел удивлённым. – А что с ними не так?

– М? – теперь уже удивился я. Помнится, когда глаза Ичиго наливались схожей чернотой и меняли цвет радужки, кирпичи начинали откладывать не только бойцы Готэя, но и некоторые арранкары. Однако что-то мне подсказывает, что тут дело не в «привычности» шпиона… – У тебя есть зеркало?

Хамура удивился ещё больше, но промолчал и стал рыться в вещмешке, из которого недавно извлёк мою новую одежду.

– Сожалею, капитан, но, боюсь, я не подумал об этом, – разогнувшись через минуту, сообщил синигами.

– Неважно, – в голове как раз возникла одна идея, и я вытащил из ножен Мурамасу.

Поднеся зеркально ровную плоскость клинка к глазам, я на несколько секунд задумчиво замер. Из отражения на меня смотрели обычные человеческие глаза, с белым белком и серой радужкой. Это было… неожиданно. Ведь даже после арранкаризации цвет моих глаз не изменился, разве что когда я надевал гигай, глаза становились карими. Сомнительно, чтобы дело было в климате Общества Душ, а если это не так, то что конкретно я с собой сделал за время пребывания здесь для такой перемены? Хмм… А ведь верно. Потянувшись к силе Пустого, я аккуратно наполнил ей тело, разбавляя реацу синигами, и когда объём обеих составляющих стал примерно равен, тень в уголках глаз дрогнула. По глазному яблоку медленно начала расползаться чернота, полностью покрывая собой белок, и когда она коснулась радужки, та резко налилась багровым сиянием. Секунда – и вот из отражения на меня смотрят привычные глаза Пустого.

– Всё ясно, – я вернул глазам прежнее состояние и убрал клинок в ножны. – Мы можем идти.

– Да, сэр, – Сейго, внимательно наблюдавший за всем происходящим, никак внешне не выдал своих чувств. Хотя если судить по привкусу эмоций, промелькнувших в его духовном фоне, подобное преображение глаз он уже видел. – Как я сказал, мы в восьмидесятом районе Руконгая, происходящее тут практически не фиксируется оборудованием Двенадцатого отряда, но дальше нужно быть очень осторожным. Одежда, которую я вам выдал, состоит из специально обработанной ткани, экранирующей испускаемые спиритоны, но эта защита не абсолютна, и при активном использовании сил приборы капитана Куроцучи нас засекут.

– Ясно. Что насчёт основной задачи?

– Пока нам следует добраться до Сэйрэйтэя, маршрут прохода в город уже подготовлен, но по нашим данным риока потребуется некоторое время для подготовки штурма, а значит, часть событий будет происходить за стенами города.

– Хорошо, показывай дорогу…

Дорога до Сэйрэйтэя не отличалась ничем примечательным, разве что выдалась возможность полюбоваться на старинную японскую архитектуру, так сказать – в разрезе и мельком, хотя… не сказал бы, что вся она была такой уж японской и старинной. В общей массе – пожалуй, но то и дело среди домов мелькали строения явно не характерной внешности для средневековой Азии. Если не приглядываться, то они были незаметны, но если начать высматривать специально, открывалась интересная картина. Пожалуй, будь у меня на то желание, можно было бы даже составить примерное процентное соотношения населения по сроку жизни в Обществе Душ и географическому происхождению, но желания не было. Хотя за время перемещения от восьмидесятого до первого района южного Руконгая я ещё больше уверился в одном своём старом предположении, а именно – в том, что большая часть душ умирающих на Земле людей сразу отправляется на перерождение, а в Общество Душ и Хоэко Мундо попадает лишь малый процент.

Как бы то ни было, добрались мы без происшествий. Хамура привёл меня на окраину первого района восточного Руконгая, в скоромненький, не привлекающий внимания домик на отшибе поселения, примечательный лишь густой растительностью, как бы случайно отсекающей его от основной улицы. Почему сюда, спрашивать смысла не было.

Внутри нас ждал бритоголовый синигами среднего роста, назвавшийся Лисеном. Моему появлению он совершенно не удивился, и звание «капитан» из его уст звучало так, словно он меня так называет уже лет двадцать. От него я узнал подробности появления баунто, в прямом смысле свалившихся на Руконгай с неба.

Явление это было шумным и ярким – несколько белых комет прочертили небо и рухнули на жилые кварталы, в паре мест даже покалечив случайных прохожих. Пыль осела, и взглядам остальных свидетелей предстали целые и невредимые ребята в приметной одежде, любопытно осматривающиеся вокруг и беззастенчиво впитывающие в тела целые потоки сияющих духовных частиц…

Не замеченным это, само собой, не осталось. В Сэйрэйтэе состоялось внеочередное собрание капитанов, но ещё до его завершения в Руконгай отправились лейтенанты второго и седьмого отрядов со своими людьми. Оперативность похвальная, чего не скажешь о результате. На кого точно они напоролись, агент Айзена пока не знал – разброс по местности оказался достаточно сильным, но, напоровшись, лейтенанты, ожидаемо, были биты. Тот, кто их отделал, не особо усердствовал, даже не став добивать, но несколько трупов рядовых синигами на улицах Руконгая осталось. В это время Командующий Ямамото делал капитанам грозный втык на тему бдительности и ответственности за свои сектора. Потом завернул про чрезвычайность ситуации, в связи с чем пафосно повелел «Пленных не брать!» Вальяжно макнул Маюри, сообщив всем присутствующим о том, что у того в отряде безбожно течёт, и, в завершение, назначил козлом отпущения десятый отряд. В смысле, объявил ответственным за поимку вторженцев капитана Хицугаю.

Всё это Лисен знал по той простой причине, что текст официального приказа, как правило, слово в слово повторяющий монолог Генрюсая, был доведён до сведения рядового состава посредством кидо.

Уже после собрания к месту стычки явился десятый отряд, возглавляемый лично капитаном. Раненых спасли, кого-то допросили, но баунто уже благополучно скрылись, а найти их по следам реацу не получилось. Поиски продолжались до сих пор, но без фанатизма, похоже, Тоуширо прекрасно отдавал себе отчёт в том, что шансов у рядовых синигами найти баунто немного, не говоря уже о выживании в схватке. Остальные же отряды пока бездействовали.

Впрочем, всё это меня волновало лишь постольку-поскольку, моей целью был Ичиго, и как раз насчёт него новостей не было.

– Сэр, позволю себе заметить, что начинать поиски сейчас бессмысленно, – произнёс Сейго, едва его товарищ закончил доклад.

– Имеешь в виду, что баунто в любом случае попрутся в Сэйрэйтэй?

– Да, но не только это. Куросаки Ичиго – очень сильный человек, убить его быстро крайне сложно, а если начнётся бой с его участием, мы узнаем об этом сразу.

– Логично, тогда подождём…

Дальнейшие события слились в один весьма скучный процесс, а именно – наблюдение и бездействие. Ичиго действительно появился довольно скоро и в точности так, как он это любит, то есть шумно, громко и пафосно. Самое забавное, что в этом начинании он был не одинок, и компанию ему составил не кто иной, как лично капитан Шестого отряда Кучики Бъякуя – высокий брюнет с железным покерфейсом на челе, странной заколкой для волос и красивыми способностями занпакто. Он и впрямь очень походил на изображение в моей памяти, даже голос соответствовал. И вот они на пару с Ичиго и пытались забороть Карию, бессовестно используя Банкай, едва ли не с первых секунд битвы. Впрочем… Нет, самым забавным было другое. В паре «пятнадцатилетний рыжий эмоциональный пацан» / «капитан синигами со стажем более сотни лет и железобетонной выдержкой» наиболее адекватно и разумно вёл себя… рыжий пацан.

Это был очень сильный удар по моей картине мира, усугублялся он тем, что Ичиго отнюдь не отрастил внезапно мозг, не перекинулся в Пустого и не словил в себя попаданца, он просто был собой – парнем, который в меру сил и разумения пытается достигнуть цели. Но Бъякуя… С совершенно индифферентным лицом, взглядом из серии «вы все тлен под моими ногами», с небрежно-аристократическим пафосом в каждом движении и фразе… Во всём остальном он вёл себя как натуральный Ноиторра! То есть совершенно не заботился о том, что у него есть союзник и вообще во вселенной существуют такие понятия, как тактика и стратегия. Он тупо бил. Пару раз едва не зашибив Ичиго и как минимум один раз сорвав тому почти удавшуюся атаку. Результат предсказуем – притомившись, Кария гордо ушёл в туман, а эти двое сделали вид, что смакуют «позорное бегство ничтожного врага». Ладно, вид сделал один Бъякуя, Ичиго был более честен с собой и окружающими. И, честно говоря, в этом бою я его даже зауважал, так как он был единственным, кто пытался хоть как-то подстроиться под товарища.

Но на этом события не завершились. Ещё во время боя явилось новое действующее лицо – женщина, один в один похожая на погибшую в ритуале создания битто девушку-баунто. Ран'Тао…

Собственно, в некоторой степени я уже утрирую – Карии помог уйти подоспевший товарищ, коего «Тоби» окрестил «толстый Ичиго», да и явление Ран'Тао в разгар боя было, мягко скажем, заметным и хорошенько сбило всем настроение. А как тут не сбить, если идущий уже не первую минуту бой только начал клониться к победе одной из сторон, и тут появляется некто, жахает по окрестностям реацу не хуже крайне толстокожего капитана, да ещё не спешит объявить взволнованной общественности, на чьей он стороне? После этого приход хозяина железной куклы стал уже так – вишенкой на торте. И всё равно это никак не умаляло моих чувств от увиденного.

Хорошо хоть, что, отправившись посмотреть на бой своими глазами, я оставил агентов Айзена подальше. Не то чтобы мне было стыдно, но они-то люди привычные, а вот я с такой рожей сидел, наблюдая весь этот бедлам, что, боюсь, и специально не повторить, а авторитет «начальственного человека» надо блюсти. Впрочем, изначально я ни о чём таком даже не думал, просто маскировка маскировкой, но поле боя трёх ребят, по силе соответствующих полноценным капитанам – это не то место, где можно легко и непринуждённо прятаться в кустах. Пусть мой спутник был заявлен лейтенантом, но это был лейтенант одного из отрядов Омницукидо, не входящей в структуру Готэй. Другими словами – разведки, где ценится скрытность и скорость, но никак не сила, а тут то шальная «Гецуга» устроит просеку в лесу, то Бъякуя своим банкаем в пару миллионов «лепестков» жахнет, снося всё вокруг. В общем, даже для боевого лейтенанта выжить тут задачкой являлось непростой, про кого слабее я и не говорю, а уж выжить и остаться незамеченным – вообще на грани эпичного подвига. Мне и то покрутиться пришлось.

Но вернёмся к нашим баранам. Милейшей души животинки отнюдь не стремились щадить моё душевное здоровье и после боя. Скажу больше – находить цензурные слова для описания происходящего удавалось уже с очень большим трудом, не помогали даже самый жестокий мысленный сарказм и утрирование. Ибо… Вот как цензурно назвать эту ситуацию?

Пятнадцатилетний пацан остался и начал допрашивать пришедшую «на шум» Ран'Тао, причём начал он ещё при капитане, а этот самый капитан, разменявший уже вторую сотню, вместо того, чтобы притащить ценного свидетеля в Сэйрэйтэй и выжать из него всю доступную информацию, просто… гордо удалился. Повернулся кормой и ушёл…

– Мурамаса, проверь. Быть может, я нахожусь в иллюзии Соске?

– Нет, Господин, ваши чувства вас не обманывают… – бесстрастно отозвался дух клинка.

– Тогда я просто отказываюсь понимать его логику.

– Кучики Бъякуя ещё весьма молод, возможно, «ничья» с Карией слишком сильно уязвила его самолюбие, и подобное поведение – просто защитная реакция. Отрицание проблемы.

– М-да, надеюсь.

– Ну, или просто все синигами немного больны на голову, по крайней мере, мужская половина, – под конец припечатал занпакто.

– Ты умеешь… обрадовать.

– Всегда к вашим услугам, господин, – невозмутимо заверил меч.

Пока я вёл философские беседы, к Ичиго подошло подкрепление в лице Исиды. Причём квинси явно имел надежды прийти к самому пику разборок и внести свою лепту в общий мордобой, и облом в этом стремлении настроения ему не прибавил. Правда, всю досаду как рукой сняло, стоило парню увидеть лицо изгнанницы-учёной. «Потерял дар речи» отражает выступившие у него на лице эмоции весьма слабо. Однако ситуацию довольно быстро разрулил Ичиго, и вся честная компания отправились обсуждать «важдные вопросы» в убежище их новой знакомой.

Проследив за группой и отметив на своей мысленной карте вход, я облегчённо вздохнул. Что ж, некоторое время за них можно не волноваться, а вот Карию надолго без внимания лучше не оставлять. Сюмпо…

Вот уж кто времени даром не терял – его подельники в лице «толстого Ичиго», Маки Ичиносэ, «старичка» и подозрительного рыжего типа, почему-то вызывающего у меня ассоциации с «гоповатым Гином», как бы странно это не звучало, уже завербовали целую толпу местного сброда и даже, к моему изумлению, уговорили пойти на Сэйрэйтэй. Судя по уровню этих вояк, у них есть неплохие шансы… запинать рядовых синигами… в расчёте десять на одного. На кой чёрт они сдались Карии, было загадкой.

Ответ пришёл ближе к вечеру, когда толпа «гастарбайтеров» начала рубить лес и конструировать… хммм… ну ладно, назовём это «осадными машинами» – монструозного вида деревянные конструкты, этакие гибриды тарана и требушета непонятного назначения. То есть, из общих соображений здравого смысла, их целью было помочь преодолеть стену из камня «сейки», но вот алгоритм этого преодоления от меня пока ускользал, хотя в памяти что-то такое крутилось, но очень размыто.

Как бы то ни было, но, с учётом размера брёвен и размаха работ, изготовление оных машин займёт «армию» нападающих как минимум на остаток дня и всю ночь, а то и пару суток. В любом случае, кажется, у меня появилось немного свободного времени.

Немного поразмыслив, я пришёл к выводу, что руконгайская часть операции подходит к концу – план у баунто явно есть, таким образом, в Сэйрэйтэй они проникнуть смогут, а значит, и мне нужно каким-то образом последовать за ними. К тому же в Сэйрэйтэе концентрация синигами куда как выше, следовательно, повышается и вероятность столкнуться с ними. Отсюда имеем логичный вывод – мне необходимо хотя бы в общих чертах представлять права и обязанности моей маски, да и способы проникновения за ограду нужно уточнить – никогда не поверю, что у разведки не найдётся парочки вариантов незаметного обхода барьера. Нет, можно, конечно, попробовать проскочить вместе с баунто, но велики шансы попасться на глаза какой-либо из заинтересованных сторон. Про вариант со «взломать барьер» я вообще молчу – даже если у меня это получится без задействования реацу Пустого (что маловероятно), то незамеченным точно не останется. Конечно, у синигами голова в первую очередь будет болеть об известных риока, но зачем оставлять лишние следы, когда можно обойтись без этого? Так что… Сюмпо!

Лейтенант Сейго Хамура ждал меня в условленном месте. Выхожу из «поступи» метров за двадцать от него и спокойно приближаюсь.

– Капитан Сагара, – поклон.

– Лейтенант, – я ограничиваюсь простым кивком.

– Вам удалось узнать то, что вы хотели?

– Да. Кстати, напомни-ка мне права и обязанности старших офицеров Разведывательного Корпуса, – лейтенант на мои слова понимающе кивнул.

– Подробный рассказ займёт несколько часов.

– У нас есть это время. Начинайте.

– Да, сэр, – и лейтенант начал повествование…

Если отбросить некоторые тонкости и нюансы, то Омницукидо выполняло роль личной спецслужбы Совета 46. Именно Совета, а не Готэя-13. Готэй – это регулярная армия Сэйрэйтэя, и, как у всякой уважающей себя армии, у него есть свой «особый отдел», чью роль исполняет Второй Отряд, вернее, «Отряд тайных операций», входящий в его структуру. Разведка, контрразведка, военная полиция, своя фельдъегерская служба и так далее – всё это находится в его ведении.

Разведывательный же Корпус – это контора, подотчётная напрямую политическому руководству Общества Душ. Этакий «Комитет Государственной Безопасности», если переводить на земные реалии. Данная структура также имеет имеет в своём составе силовые подразделения, включая весьма зубастые и даже специализированно нацеленные на борьбу с пустыми, но армией не является, концентрируясь на вопросах, не требующих широкой огласки. С учётом же отсутствия у Общества Душ внешних врагов (если не считать пустых), главная задача Омницукидо как раз и заключалась в обеспечении внутренней безопасности. Присмотр за благородными кланами, контроль деятельности Готэя вообще и коллег из Второго отряда в частности, осуществление наказаний, особые поручения Совета – всё это и ещё чуть-чуть сверху входило в их сферу деятельности. В общем, система мало отличается от аналогов в Мире Живых, где всяческие КГБ приглядывают за ГРУ, а ГРУ за КГБ, и оба жутко конкурируют в работе, стремясь выслужиться и обойти «коллегу».

Четвёртая Дивизия специализировалась на курьерской службе (в широком понимании этого слова), благодаря чему моё мельтешение в Сэйрэйтэе, коли мне всё-таки придётся действовать в открытую, ни у кого вопросов не вызовет. Что же касается прав и обязанностей, то по должностным полномочиям я был где-то между капитаном и лейтенантом Готэя. Мог привлекать к работе членов других дивизий и даже отрядов Готэй, вплоть до младших офицеров включительно, просто приказом. Лейтенанты имели право мне не подчиняться и имели приоритет командования в своих отрядах, но любое наше взаимодействие (а такое взаимодействие возникает только в случаях чрезвычайных ситуаций) будет пристально рассматриваться Советом Капитанов.

Кстати о последних, капитаны Готэй-13 формально стояли выше меня, но, де-факто, в прямой цепочке командования надо мной находился только Совет 46. То есть, в принципе, я мог игнорировать приказы хоть самого Ямамото Генрюсая, но за две тысячи лет существования данных структур случаев «тёрок» между «молчи-молчи» и «силовиками» замечено не было, что лично мне кажется не просто подозрительным, а очень, очень подозрительным! О взаимной любви СБ и армии в любой стране чуть ли не анекдоты ходят, сомневаюсь, что в Обществе Душ должны быть в этом плане сильные отличия. Но… какая разница? Главное, что я могу невозбранно шляться по Сэйрэйтэю, не утруждая себя объяснениями формата «а что ты тут, парень, делаешь?» ни перед кем, кроме капитанов, да и тех, в принципе, можно посылать, но в данном случае уже нужно быть осторожнее.

Лазейки в Сэйрэйтэй и из оного, разумеется, тоже имелись. Не очень много, но тайных ходов хватало. Охранялись они, правда, не менее тщательно, чем официальные ворота, или даже куда более тщательно, но у моего проводника и его людей была пара строго своих отнорков, чья система безопасности контролировалась только ими.

Разговор наш и впрямь затянулся – как-то не было у меня до сего момента возможности подробно кого-то расспросить о внутренней кухне Общества Душ, а тут такой случай. Тем более и впрямь получилось бы крайне подозрительно, если бы вдруг капитан СБ не знал некоторых естественных для жителя Сэйрэйтэя вещей, вроде расположения госпиталя Четвёртого отряда или ресторана, в котором регулярно зависают 80% старших офицеров Готэя. Магазины, полигоны, границы территорий и зон ответственности, знаковые события и традиционные мероприятия, наконец, просто кто есть кто – всё это следовало запомнить и осознать. Причём второе оказалось куда сложнее.

Несмотря на обилие времени, в реальности его оказалось недостаточно, и наша беседа в конспиративном домике под стакан ароматного чая оказалась прервана мощным всплеском реацу в направлении строительного лагеря баунто. Не знаю, что подумал мой собеседник, но собрался он мгновенно, да и я как-то не спешил щёлкать клювом. На то, чтобы покинуть помещение, потребовалось не больше пары секунд, и я ушёл в сюмпо.

К сожалению, то ли я что-то неправильно делал, то ли техника сама по себе не очень, но сонидо гораздо, гораздо быстрее. И удобней. Возможно, синигами чувствуют это иначе, но для меня техника «лёгких шагов», любезно переданная Мурамасой, ощущалась как попытка бежать в кавалерийских ботфортах, что этак размеров на десять больше, чем надо. В общем, крайне неудобно. Тем не менее, если я правильно помню, тот же Къёраку Шинсуй в битве над Каракурой вполне поспевал за Старком, а канонный Первый в Эспаде тормозом быть не мог по определению, значит, потенциал сюмпо не уступает сонидо… в теории. Как бы это дело правильно перевести в практику, а в идеале – совместить две техники?.. О, а вот и место назначения, что мы там видим?

А видели мы там презанимательнейшую картину. Вся гоп-компания Рыжего Чудовища, включая Рукию и Абарая Рейнджи, плюс, судя по росту и шевелюре, капитан Десятого отряда, его лейтенант, а довеском – целая толпа каких-то гопников на кабанах, стояли на краю поляны, а на противоположном конце находился Маки Ичиносэ. А главное, вид у всех такой серьёзный, что только протяжного дуновения ветерка и сухого кустика перекатиполя не хватает.

Н-да… Что-то мне подсказывает, что закон жанра требует, дабы Маки сейчас отвесил им всем пиздюлей. Учитывая свойство его занпакто – вполне реальная перспектива, пусть там далеко не Къёко Суйгецу, но на них хватит, да и что-то такое у меня в памяти шевелится.

Не прошло и пары минут, как я понял, что был абсолютно прав. Вдохновлённые численным преимуществом ребята совсем не впечатлились обещанием «задержать преследователей, дабы они не мешали Карии-сама», за что закономерно поплатились. Понять-то их было можно, всё-таки что может сделать один бывший какой-то там офицер против двух капитанов с группой поддержки? А с учётом Рейнджи – так и всех трёх. В данном рассуждении всё было логично, кроме одного момента – в отличие от них, Ичиносэ знал, против кого идёт драться, а раз пошёл, то он или идиот, или у него есть козырь.

Идиотом бывший член одиннадцатого отряда не был.

Площадку накрыла плотная световая иллюзия. Всех тонкостей я не понял, так как закрыл глаза, стоило яркой вспышке накрыть всё вокруг непрерывным белым сиянием, за которым не видно и руки в метре от себя, но пару моментов уловил. Прежде всего, в отличие от меня, ребятам оказалось очень сложно ориентироваться только на чувство духовной энергии, и Маки они, как я понял, вообще ощутить не могли. Причём это касалось не только не прошедшего никакого внятного обучения Ичиго, но даже капитана Хицугаи и заточенного на управление спиритонами квинси Урю. Народ элементарно ослеп. Второй момент, хотя я не совсем в нём уверен, заключался в создании дополнительной иллюзии, когда при приближении друг к другу товарищи начинали видеть вместо друзей фигуру Ичиносэ, что едва не закончилось порубленным на ломти Абараем.

А вот дальше стало совсем кисло. По идее, они могли просто задавить иллюзию совместным выбросом реацу – силёнок бы хватило с лихвой, но… Что Ичиго, что Рейнджи, что, откровенно говоря, Тоуширо, про остальных я уже и вовсе молчу, тупо растерялись. Сильные, талантливые… но молодые и неопытные столкнулись с матёрым ветераном. И, закономерно, их начали резать.

Вскрик Мацумото стал спусковым крючком. Больше ждать было нельзя. Группа стояла очень плотно, и даже если Маки сам испытывал некий дискомфорт от своей техники, во что верилось с трудом, ему достаточно было махнуть клинком по сторонам, чтобы прикончить не меньше трёх человек, включая Садо и Иноуэ. Да и сам Ичиго стоял всего в метре – для сюмпо не расстояние.

Сонидо. Сейчас можно, всё равно никто не заметит. И лезвие клинка Ичиносэ замирает в нескольких сантиметрах от шеи Кучики Рукии, крепко сжатое моими пальцами.

И пока на лице бывшего члена Одиннадцатого отряда не успела появиться даже тень удивления, резко выпускаю волну реацу синигами. Её у меня не так уж много, но на разрушение иллюзии хватает. Заливающий всё вокруг белый свет меркнет, подёрнувшись рябью, и, наконец, полностью исчезает.

– Чт… – замедлившийся во время исполнения сонидо мир рывком вернулся в норму, и сдавленный выдох Рукии первым ознаменовал сей факт. Маленькая синигами смотрела на кончик замершего перед ней лезвия, широко распахнув глаза и, по всей видимости, никак не решаясь осознать, что именно те видят.

Короткий взгляд на вскрикнувшего мгновением ранее лейтенанта показал, что, несмотря на серьёзную рану плеча, среагировать на атаку она всё же успела, иначе бы только раной не отделалась. Отпрыгнула, извернулась, отмахнулась мечом, зажатым в здоровой руке – не суть, главное, выжила, заставив Маки переключиться.

– Ты ещё кто такой? – только на самый короткий миг показав удивление на лице, угрожающе спросил Ичиносэ, начав тянуть катану на себя. Не особо успешно, надо заметить. Реацу-то я скрывал, вот только иеро – это свойство организма, которое хоть и зависит от объёма духовной силы, но только в сторону усиления, и стать слабее, чем оно уже «выросло», не может, даже если реацу запрятать. Ну и с остальным телом, в принципе, то же самое, оно же «духовное» и сформировалось под определённый объём той же самой духовной энергии, так что даже если убрать часть подпитки, качество материала останется.

– Не вижу причин отвечать.

– Ты кто такой? – принял эстафету Тоуширо, фоня пафосом, что в сочетании с его ростом выглядело… Н-да. Я медленно повернулся в его сторону и посмотрел… очень выразительно.

– Да, ты ещё кто такой?! – поддержал его стоящий рядом Рейнджи, воинственно вскинув меч в боевую стойку.

Я отпустил клинок Маки и, прикрыв глаза, помассировал лицо… Атаки не последовало, во-первых, ренегат сперва отшатнулся – он же всё это время катану на себя тянул, а во-вторых, потом ещё и отпрыгнул на безопасное расстояние. Я бы тоже отпрыгнул от того, кто может перехватить удар моего меча голой рукой, а потом ещё и удерживать его, не шелохнувшись, когда я активно пытаюсь его вырвать.

– И, эээ… – мой хмурый взгляд из-под пальцев впился в мужика в натуральных шароварах и бандане, обрывая его на полуслове. – Ну, мне тоже интересно, – зачесал он затылок, глупо ухмыляясь и бочком пододвигаясь к матёрому хряку, стоящему поблизости.

Хм, а может, всё-таки дать их всех убить? А перед Айзеном я как-нибудь отмажусь. Он мужик разумный, поймёт… Начинаю оборачиваться, окидывая всю компанию взглядом и видя исключительно любопытство в чистых-пречистых глазах, пока мой уже ставший умоляющим взгляд не доходит до Ичиго.

– Мне пофиг, спасибо, что помог, – небрежно вскинул на плечо свой жуткий тесак парень.

– Ну хоть один нормальный, – выдыхаю с чувством, даже как-то пощупав грудь в районе сердца. Типа отпустило. Хотя играть почти не пришлось, сам от себя не ожидал, но облегчение испытал – не описать. В этот момент я был готов рыжего обнять по-братски, объявить лучшим другом и даже заречься навещать его в облике Тоби… какое-то время… небольшое… очень.

– Эй, ты на что это намекаешь? – с пол-оборота завёлся Абарай. А вот к нему Тоби придёт обязательно.

Тем временем, судя по начавшей опускаться на поляну реацу, по своей жажде убийства и разрушения ничем не уступающей духовной силе Пустого, а также шуму и треску от валящихся деревьев, местный носорог по кличке Зараки вышел на финишную прямую и жаждет махача. С учётом того, что я не из Готэя, но, по его меркам, достаточно сильный, могут возникнуть… недосказанности, в общем, мне такого счастья не надо.

– Хм… Кажется, сюда приближается Кенпачи-сан… – так, держать лицо. – И я только что вспомнил о парочке срочных дел. Тоуширо-тайчо, – вежливый лёгкий поклон капитану. – Риока, – просто кивок остальным. Хех, забавные у них лица, особенно у Урю, кажется, «маска Тоби» на меня дурно влияет. Ладно, не важно, встречаться с Зараки у меня действительно нет никакого желания – мало ли что взбредёт в голову этому психу, так что лучше спрячусь где-нибудь неподалёку и проконтролирую ситуацию со стороны.

Я героически затаился в кроне дерева и принялся наблюдать за приближающимся к месту действия синигами. Всё-таки моей миссией была защита задницы Куросаки и его команды (но это уже по возможности), а оставление его наедине с психованным капитаном Одиннадцатого отряда целостности вышеозначенной задницы может сильно помешать.

Тут из-за близлежащих кустов (на рояле) вышел сам капитан, Великий и Ужасный Зараки Кенпачи. Нет, кроме шуток, мужик фонил сильнее, чем все собравшиеся здесь личности вместе взятые. Правда, фонил он… ну, скажем, не шибко умело, примерно такой же по структуре фон идёт от гиллианов, у которых тупо нет мозгов, чтобы хоть как-то учиться управлять своей силой. Другое дело, что объём тут был – не каждый в Эспаде допрыгнет. Хотя… Не сказать, что так уж запредельно, та же Тия имеет неплохие шансы потягаться на голой мощи. Айзен же его вскроет и вовсе за пару движений. Но на фоне абсолютного большинства обитателей Хоэко Мундо с Обществом Душ – и вправду Монстр.

– Ты? – сдавленно выдохнул Ичиносе, крепче сжимая рукоять клинка.

– Зараки, ты… – с той же интонацией поприветствовал его Хицугая, и даже с тем же движением рук.

– Ичи, мы нашли тебя! – полностью игноря ренегата с пацаном, радостно помахала ручкой маленькая девочка с розовыми волосами, устроившаяся на плече брутального гиганта. Уровень реацу у оной девочки, надо сказать, если и уступал тому же Тоуширо, то очень незначительно, и в отличие от Зараки, она её контролировать явно умела, весьма неплохо скрывая большую часть сил от окружающих.

– Ячиру-чан! – обрадовалась Иноуэ.

– Рыжая, давно не виделись! Как ты? – блииин, милашка, да ещё и с карманным монстром. Кто в их паре главный, я не сомневался. Тем временем верная последовательница заветов некоего И. Сусанина (если верить моим воспоминаниям) спрыгнула с плеча своего транспортного средства при помощи сюмпо и уже вовсю трещала о чём-то с Орихимэ.

– Ичиго, – продолжая эстафету наглого игнорирования врагов с сослуживцами, ухмыляясь, повернулся мужик к временному синигами. Выглядел он, кстати, как и все мне известные персонажи, почти идентично «канону» – высокий, жилистый, со зверскими шрамами на лице и повязкой на одном глазу, в чистом, но заметно потрёпанном и просто-таки «заслуженном» капитанском хаори, где нет-нет, да угадывались многочисленные следы штопки (интересно, сам зашивает?). И, что меня особо удивило, с той же колючей причёской аля «дикобраз». По всей видимости, ещё и твёрдой, так как знаменитые бубенчики там тоже присутствовали и даже задорно звенели при ходьбе, – коль уж ты прибыл сюда, зашёл бы в наш отряд, мы бы тебе организовали встречу по высшему разряду! – и… мне захотелось протереть глаза – похлопал тыльной стороной меча по шее, причём угрозы в этом жесте не было никакой. Более всего данное действо напоминало… предложение выпить.

– Звиняй, был сильно занят, – досадливо оскалился Куросаки, зыркая в сторону Ичиносе. – Но вообще… – Ичиго ещё раз окинул «светлячка», что чуть не прирезал Рукию, недобрым взглядом, – очень заманчивое предложение. Давай, как всё закончится, а? – теперь взгляд парня стал каким-то мрачным и решительным. С таким видом обычно принято говорить «Ааа, наливай!». Достали парня…

– О! – Кенпачи от нежданной радости аж брови вскинул и глаз выпучил. – А жизнь-то налаживается! Но сначала… – ренегат наконец-то был замечен. – Привет, Маки…

Так, убивать рыжего вот прямо сейчас «Кен-чан» явно не собирается, у него другое мясцо перед глазами нашлось. Было бы, конечно, неплохо остаться и посмотреть, как «работает» Зараки, но, увы, тратить время на зрелища нельзя – мне ещё до тайного хода скакать и встречать и оберегать временного синигами в Сэйрэйтэе. Эх, но что поделать, попрыгали потихоньку…

«Тайный ход» на деле оказался хорошо скрытым извилистым коридором, довольно широким и неплохо освещённым, да чего там, он вообще напоминал чуть ли не тоннель автострады из Мира Живых. Да, неплохо отрылись «почтальоны». Впрочем, количество различных кидо на стенах, полу и потолке, совершенно не ощущаемых снаружи, свидетельствовало о том, что всё не так уж просто и беспечно, как кажется на первый взгляд.

После выхода из тоннеля у меня было ещё примерно полчаса на быстрое ознакомление с местностью. К счастью, Хамура был ещё со мной и неплохо выполнял роль навигатора, на практике показывая места, о которых он до этого упоминал. Временами даже замечали «моих» подчинённых, бегающих с докладами по всему Сэйрэйтэю – «Адская Бабочка» – это, конечно, хорошо, но она имеет ряд недостатков, не позволяющих использовать её «на все случаи жизни». А вот спустя означенные тридцать минут в дверь к синигами «вежливо постучал» Кария с остальной командой. Поскольку стучал он при помощи тарана, скрещенного то ли с требушетом, то ли вообще с каким-то изощрённым произведением сумрачного японского гения, выходило у него на диво громко. И вот, после того, как дверь таки поддалась, баунто поспешил избавиться от балласта, просто прирезав главаря «революционеров» и напугав до мокрых штанов остальную банду. Хм, видимо, даже у способностей «зависимых» есть свой предел, и продавить защитный купол на голой силе и пожирании спиритонов они не смогли, потому и использовали «гастарбайтеров». Всё равно глупый ход – на месте Карии я бы послал этих гопников бегать по элитным районам – реальной пользы это бы не дало, но вот внимание синигами бы отвлекло неплохо. Он этого не сделал, на идиота баунто с опытом более чем в полтысячи лет точно не похож, значит, у него есть другой вариант. Интересно, какой именно?

Спустя пару часов я таки узнал. Во-первых, разделились сами баунто, что уже добавляло некоторые проблемы в наблюдении за ними, мне даже пришлось рассредоточить лейтенанта и его людей по близлежащим районам, чтобы более-менее локализовать гостей. Во-вторых, «гоповатый Гин» оказался марионеточником. Его кукла брала под полный контроль выбранную им жертву, причём методом, явно отличающимся от используемого Мурамасой. Если мой занпакто использовал тонкие манипуляции в глубине души жертвы, искажая её побудительные мотивы и оставляя полную иллюзию самостоятельности решений, то тут была или грубая ломка личности, или столь же грубый перехват «управляющих функций мозга», насколько данное выражение применимо к духовной природе проводников душ. В любом случае, навык весьма опасный, к тому же, судя по косвенным признакам, он или его кукла при этом получали доступ к памяти и, как минимум, физическим навыкам жертвы. Во всяком случае, заражённые синигами вели себя вполне естественно, использовали сюмпо и могли переброситься фразой-другой с коллегами.

Сам кукловод, как и положено, оставался за сценой, постепенно расширяя зону обхвата, «похищая» патрули. Блестяще – чем дальше, тем больше синигами вставало под его знамёна, а баунто чуть ли не чай попивал, привалившись в тенёчке. Пожалуй, тут можно снять шляпу и выразить своё восхищение. Чисто, быстро, эффективно – паника поднялась такая, что уже и капитаны с лейтенантами вышли лично «успокаивать» взбесившихся солдат. Если этот план разработал Кария – то он гений, если «гопо-Гин», то «оригиналу» нужно записаться к нему на уроки – парень ничего не делает, знай себе лыбится, а вокруг него творится полный хаос.

Во всей этой красоте был только один недостаток – она прямо била по моей миссии. Ичиго с друзьями уже проникли в Сэйрэйтэй и, как следствие, оказались втянуты в самый центр разыгрывающегося действа. Из-под удара вышла только Иноуэ, по какой-то причине оставшаяся снаружи, но остальной компании хватало за глаза. Причём самая большая проблема заключалась в том, что они ещё и разделились, закономерно вляпавшись в уличные бои поодиночке. И если для самого Куросаки это сложностью не стало, так как он мог тупо разгонять всех с дороги пинками, небрежно насвистывая какой-нибудь мотивчик и не вынимая рук из карманов, но вот для остальных…

Капитан Хицугая – понятно, там ситуация схожая, Рейнджи Абарай и Мацумото Рангику, в целом, то же самое – большая проблема «не пришибить случайно заражённых», чем «отбиться». Исида Урю и Садо Ясутора, которого рыжий упорно называл «Чад» (я так и не понял, в чём тут прикол, хотя очень старался, а народ на это внимания не обращал, видимо, давно свыклись), в принципе, тоже за себя постоять могли вполне успешно. Бугай по имени Гандзю от них мало отставал. Но вот Рукия…

Не знаю, чем они оба думали, скорее уж, совсем не думали – что подросток, что малышка-аристократка, но факт есть факт – девчонка оказалась одна на улицах посреди восстания. Без занпакто. Без сколько-нибудь заметного объёма духовной энергии для адекватного использования кидо, да и кидо это… Это в мире живых она могла, со скромной помощью одного арранкара, прикончить баунто, откровенно подловив на пренебрежении, а тут даже полный «Сёкацуй» в её исполнении будет им как слону дробина. Хорошему такому слону, жрущему спиритоны, из которых, кстати, то же кидо и состоит. Даже Садо мог хоть «по морде» кому зарядить (если попадёт), юная Кучики же была беззащитна чуть менее чем полностью, и, что самое грустное, это не преувеличение – на неё бы хватило и пятёрки «бунтовщиков».

Так что, по здравому размышлению, я решил лично «пасти» именно её, ведь остальные могли хоть сколько-то протянуть. И это никак не связано с тем, что при выборе между всякими подозрительными парнями и милыми девушками я выбираю последних, да.

И… В общем, я не ошибся – у Рукии начались проблемы. Проблемы выглядели как отряд из десятка одержимых рядовых синигами, для одного из офицеров Готэй (кстати, нужно будет спросить потом у Рукии или Хамуры, на какой она позиции) – угроза отсутствует, вот только, как я говорил ранее, у маленькой синигами не хватало сейчас сил даже на призыв меча.

Не сказать, что всё было очень уж плачевно – двигалась она на заглядение грамотно, но крутиться волчком против в десять раз большего числа врагов, при том, что разница в духовной силе почти минимальна, оружия нет, да и само нападение оказалось полной неожиданностью… Короче говоря, прыгать в сюмпо мне пришлось почти сразу.

– Кучики-сан, вам следует что-то срочно поменять в своей жизни, ибо такие традиции надо ломать в зародыше, – мягко сообщаю девушке, удерживая рукой остановленный в десятке сантиметров от её головы клинок.

Синигами судорожно сглатывает, не отрывая взгляда от блестящего лезвия, и утвердительно кивает, в то время как одержимый судорожно пытается вытянуть свой асаучи обратно. М-да, дежавю. Такое захочешь – не спланируешь. Пара мгновений, во время которых я едва не сорвался в привычное сонидо (желание распушить хвост перед красивой девушкой такое желание…), и нападающие ложатся отдохнуть и поразмышлять о своём поведении.

– С-спасибо, вы уже второй раз спасаете мне жизнь.

– Всегда к вашим услугам, – намёк на поклон. – Однако я бы не советовал вам и дальше продолжать гулять по улицам Сэйрэйтэя в нынешнем состоянии.

В ответ недовольный зырк, уже спустя миг сменяющийся досадливым смирением с правотой сказанного в отведённых в сторону глазах.

– Я могу доставить вас к поместью семьи Кучики, – продолжаю, видя неготовность дамы к ведению диалога.

– Нет, я!.. – с непонятным ужасом встрепенулась девушка, но я её грубо прервал:

– Вы всё равно не сможете им ничем помочь. Судя по уровню вашей реацу, вы всё ещё не восстановились после инцидента на Сонгоку и просто бессмысленно погибнете от рук не только напавших на Сэйрэйтэй, но и таких, как они, – киваю на лежащие без сознания тела.

– Н-но…

– Кучики-сан, – слегка улыбаюсь, – мне искренне приятно общаться со столь очаровательной девушкой, но я уже второй раз отвлекаюсь от выполнения собственных задач, чтобы вас спасти. И как бы мне того не хотелось, сомневаюсь, что капитан Кучики сможет хоть в малейшей степени повлиять на недовольство моего начальства, даже в благодарность за вышеозначенные действия. Хотя бы потому, что Разведывательный Корпус никак не подчиняется Готэю. Так что давайте не будем пререкаться, и вы просто чуть-чуть поизображаете слабую девушку в сложном положении. В конце концов, я ничем не хуже вашего рыжеволосого друга, более того, готов обещать, что бросаться вами в помощников не собираюсь даже в пьяном угаре, – не заржать, главное – не заржать!

– Эээ… – как у неё на лице шок выразительно перемешивается со смущением и стыдом, любо-дорого посмотреть.

– Вот и договорились, – подхватываю девушку на руки.

– А?! Кья! – вот и весь ответ. Что ж, дорогу до особняка Кучики я знаю, «добрые люди» просветили и показали, так что… сюмпо!

Поместье семьи Кучики представляло собой целый комплекс зданий, соединённых различными террасами, переходами и просто внутренними двориками. Да чего там, на земле Кучики был настоящий пруд, в котором плавали рыбки (ммм, ухааа), стояли фруктовые деревья и цвели кусты роз или чего-то подобного. Красота. Всё это богатство располагалось за монументальной стеной метровой толщины и четырёхметровой высоты. Караулящие ворота слуги по-первости схватились за асаучи и изощрённого вида древковый ужас, напоминающий собой потомка противоестественного скрещивания рогатины и печного ухвата, но признав «госпожу Кучики», сразу же забегали и засуетились, организовывая ей «условия».

– Ну, мне пора. Всего доброго, Кучики-сан, – изображаю вежливый наклон головы, уже поставив девушку на ноги и собираясь уйти в сюмпо.

– Стой! – рявкнула синигами, от нервов превысив нормативно-сержансткую громкость на пару децибел. – То есть подождите, – тут же поправилась. Смотрелось забавно. – Эм, благодарю, я… Вы сказали «из Разведывательного Корпуса»… – вот как в ней это сочетается? Я же сам видел, как она общается с Ичиго – натуральная жена с нерадивым мужем, только скалки в руках не хватает, а интонации, мимика – всё один в один. И тут же вот эта неуверенность в себе и… даже не знаю… своих обязанностях? Занимаемом положении? Допустимой форме общения?

Ведь по глазам видно – хочет завалить вопросами, одновременно считая, что обязана выразить благодарность «коллеге», причём выразить «как положено», но одновременно с тем жутко теряется от данной необходимости, да ещё и боится напортачить – слова про Омницукидо тут не зря присутствуют, структура-то мутная. Причём, как мне любезно сообщил Хамура, до недавнего времени даже контакты между разными отрядами Готэя являлись довольно редким явлением. В смысле, официальные контакты. Да что тут говорить, если первое общее собрание лейтенантов за, только вдуматься, два года произошло чуть ли не в день памятного спектакля Соске с собственной гибелью? Так что причины мандражировать при встрече с оперативником местного НКВД, прямо подчинённым исключительно высшему руководству, у девочки и впрямь имелись, тем более что совсем недавно она в его застенках, «Башней Раскаяния» именуемых, уже побывала.

– Капитан Четвёртой дивизии Даисуке Сагара, но буду очень признателен, если это имя не станет предметом пересудов всех ресторанов и пивных Сэйрэйтэя. Надеюсь на вашу и капитана Кучики выдержку в этом вопросе, – не скажи я чего-то подобного, легенда была бы неполной, а так… И с Бъякуей разрешил поделиться, и на одну из «болевых точек» надавил (оказаться недостойной принявшей её семьи? Да ни в жизнь! Молчать будет, как рыба об лёд), и расположение ещё раз показал. Глядишь, чего и выгорит.

– Я… поняла, Сагара-доно. Ещё раз спасибо вам, – поклонилась. Уважительно. Приятно, чёрт подери. Зажрался я, однако, на Примерских харчах, ох, зажрался! Уже кланяющиеся девушки почти как само собой разумеющаяся вещь воспринимаются, разросшемуся Эго животик почёсывая, чуть ли не с позиции «только так и надо» и «вооот, можете же, когда хотите». Тьфу-тьфу-тьфу, сплюнуть от такого сдвига и по возвращении вытащить Айзена на тренировку, пусть мозги вправит методом вдумчивого рёберного учёта.

– Для вас – всегда пожалуйста. А теперь всё же прошу простить, у меня и вправду много дел.

И, не дожидаясь ответа, ухожу в сюмпо. Уф, с одной проблемой сладили. Не то чтобы я был против подольше пообщаться с Рукией, но не тогда же, когда в городе натуральная революция и моих подзащитных могут в любой момент прирезать? А шансы на последнее всё же были отнюдь не нулевые, в конце концов, здесь и сейчас более чем реально шла натуральная резня, и пусть погибали пока лишь слабые души, но это ничего не значило. Ну вот, хотя бы, возьмёт кукла под контроль кого-то из лейтенантов, подойдёт к рыжему вроде как помогать, а потом раз – и голову снесёт со спины, оно мне надо – так опозориться? Так что прыг-прыг к Куросаки, ну и за остальными поглядываем вполглаза, но главное – Ичиго.

Несколько десятков секунд спустя (ненавижу сюмпо, слишком медленное) я с комфортом устроился на крыше одного из зданий, наблюдая, как парень отмахивается от наседающих синигами. Лежать грудью на тёплой черепице было в какой-то степени даже приятно, зрелище же и вовсе настраивало на умиротворяющее, с лёгкой примесью злорадства, настроение.

Ну а как ещё уважающий себя арранкар должен реагировать на картину смачно метелящих друг друга синигами? Надо отдать Куросаки должное – трупов видно не было, а вот вывихи, свёрнутые челюсти, живописно распластанные мордой в пыли тела и россыпи выбитых зубов, напротив, очень даже имелись. Особенно живописно всё это смотрелось, если ракурс позволяет сразу созерцать весь маршрут следования рыжего, ну или хотя бы значительную его часть. Прям даже завидно…

Опасностью тут и не пахло. Ну, для моего подопечного, во всяком случае. А вот за его противников не поручусь – судя по отдалённым возгласам, общему рисунку движений и, главное, роже этого типуса, кою я прекрасно видел во всех деталях, напитав глаза духовной энергией, он решил не ждать визита к Кенпачи и сейчас отрывался за всё, начиная от «помощи» Урахары в возвращении сил и заканчивая последними выходками «Тоби» пополам с недавним гонором Бъякуи.

Несчастная душа-плюс, что опять сидела в плюшевой игрушке курицы, могла лишь судорожно цепляться всеми конечностями за плечо отрывающегося на всю катушку парня и вносить в картину сурового мордобоя без правил последний, самый важный и завершающий её штрих – женские вопли и причитания.

Увы, долго развлекаться мне не дали – в один «прекрасный» момент я почувствовал, как одна из реацу уровня капитана окрасилась в весьма странный «оттенок», начав заметно уменьшаться. Ни Рейнджи, ни Хицугае она не принадлежала точно, так что, по большому счёту, шевелиться мне даже с очень сильной натяжкой причин не было, да и опять оставлять объект охраны без присмотра – поступок, мягко говоря, не слишком мудрый и профессиональный. С другой стороны, взглянуть на то, как кто-то из баунто пинает капитана, а ничем другим это быть не может, очень хотелось. В конце концов, мне с ними, капитанами, то бишь, в будущем драться – «когда нас в бой пошлёт товарищ Айзен» и всё такое. Упустить шанс на получение полезного опыта, зная, что даже у учеников Генрюсая его в несколько сотен раз больше, чем у меня… Чревато.

Ещё более мучительной дилемму делало то, что непосредственно рядом с позицией реацу ослабшего капитана никого из кукольников не было, как не было и других капитанов. Собственно, даже офицеров не наблюдалось. И любопытство это разжигало – дай боже.

В общем… Мысленно признав себя галимым дилетантом и плесенью штатской, я сдался и поспешил откланяться. Чувствую, получит Соске подробный отчётик от Сейго и сильно задумается, но… Он знал, кого посылал, да и справляется Ичиго нормально, вон как красиво чьи-то зубы полетели.

Провожаю последним взглядом картину и делаю очередной шаг в сюмпо, выходя за зону прямой видимости.

Хмм, а ведь действительно, что-то переклинило меня после Рукии, ведь жил же Куросаки сколько времени, не так давно вообще сам Сэйрэйтэй штурмовал, так чего сейчас сопельки подтирать?

Ещё раз окидываю мысленным взглядом город, фиксируя внимание на источниках реацу друзей подростка. Всё в порядке, бодры и активны, сопоставимых противников рядом ни с одним нет…

Блин… При очередном прыжке досадно мотаю головой, коротко помассировав лицо. Эта нервотрёпка реально с ума сводит – тупею просто на глазах…

Чёрт! Чуть не пропустил момент, когда наперерез ослабленному источнику духовной энергии вильнула траектория движения «гопо-Гина». Чего это он?

Спустя минуту ответ я узнал… Помнится, я говорил что-то о восхищении данным баунто? Забудем. Всё моё восхищение пропало в тот же миг, когда он решил выйти «лоб в лоб» против капитана. Им, кстати, оказалась не кто иная, как Сой Фонг – начальник Второго отряда и, по идее, главный конкурент «моего» ведомства.

Нет, начало было великолепным – собственный подчинённый метнул в спину то ли дротик, то ли отравленный нож (я точно не разглядел), девушка излишне расслабилась и проворонила атаку, но вот дальше… Если бы он просто слегка позакидывал её подконтрольным «мясом», то потом смог бы взять голыми руками, но нет. Не знаю, что на него нашло, то ли пресловутое «благородные джентльмены должны во время разборок встречаться лицом к лицу и, обмениваясь ударами, вести светскую беседу», то ли «классовая ненависть» невовремя проснулась, то ли просто захотелось поглумиться, но этот гражданин просто рухнул в моих глазах на самое дно.

И ведь мало того, что он лично полез разбираться с капитаном, так ещё и любезно сообщил, чем её отравил, и расписал принцип действия! Кстати, в то, что «слюна комарика» может отправить на тот свет такого монстра, как капитан синигами, верилось с трудом. Вывести из равновесия, нарушить контроль реацу и просто ослабить – поверю, но вот так? Того же Рейнжи вообще несколько десятков битто укусило, и ничего. Сдаётся мне, эта лисья морда просто блефует и глумится.

Но чёрт с ним, вопрос в другом – мне-то что делать? По поводу вытаскивания капитанов Соске распоряжений не давал, плюс светиться не хочется. Ладно ещё Рукию спас, там ничего особенного-то и показывать не пришлось, а тут… На глазах у капитана завалить противника, с которым оный капитан не могла справиться, да учитывая, что тот же капитан курирует одну из структур внутренней безопасности Общества Душ… Кому наверху я так нагадил, что мне подобные ситуации соображают?!!

И ведь точно он её сейчас прибьёт, та и встать-то уже не может – одно усилие, и всё, нету больше у Второго отряда командира. А Сой-тян, между прочим, довольно миленькая… и удивительно маленькая, если приглядеться. Не Рукия, конечно, и не Тоуширо, но очень миниатюрная. И что ещё бросалось в глаза, в её реацу не было давящего эффекта, чего стоило бы ожидать от капитана, а было что-то… хм, по ощущением… ну, не знаю… домашнее? Да… Хорошее слово. И фигурка тоже отнюдь не пышет броской сексуальностью или совершенством форм, но… гибкая. Хмм…

Н-да… С другой стороны, если выбирать между симпатичной капитаншей (интересно, Сёри и Кин будут сильно ревновать? Хмм… А какое лицо будет у Йоруичи? А то есть у меня на её счёт некоторые подозрения…) и «гоповатым Гином», то выбор очевиден.

– …но, как видишь, время вышло, – ухмыльнулся баунто, наблюдая за обессиленно упавшей девушкой. – Эээ? – мощный удар в корпус буквально впечатал его в стену.

– Что ж, глумиться над ослабленными женщинами ты мастер, а как насчёт злого мужчины? – боги, неужели и я заразился этим их «правилом джентльменов»? Бррр… Не, это просто для впечатления, как известно, первое впечатление можно произвести только один раз.

– Т-ты ещё кто? – марионеточник уже пришёл в себя, более того, судя по колебаниям реацу, он спешно зовёт подкрепление.

– И почему всех так интересует этот вопрос… – печально вздыхаю, изображая расслабленного и готового к длительной беседе «джентльмена».

Сюмпо. Мой кулак врезается под диафрагму противника, заставляя того судорожно хватать воздух ртом. Довольно забавно… Все мы – духовные сущности. Кровь, органы, дыхание – всё это, по большому счёту, бутафория. Да, она работает, но скажите на милость, какую функцию в организме синигами выполняет кровь? Кислород до клеток организма доводит?

В сущности, реально опасны для нас повреждения лишь нескольких ключевых точек, типа «сна души» и ещё пары мест, так или иначе отвечающих за целость духовной структуры, да и то, чем ты сильнее, тем менее критично для тебя будет получить по ним удар. За примером далеко ходить не надо, достаточно вспомнить того же Ичиго, которого в начале карьеры старший Кучики одним небрежным порезом лишил всех сил, а всего через пару месяцев даже дёрнуться в эту сторону не решился. Про Айзена и вспоминать нечего – была бы возможность устроить ему «Level out» организацией пары дырок в организме, никто бы и думать не стал о заключении.

И всё равно, человеческое сознание и рефлексы говорят нам о том, что если ты получил удар, должный выбить из тебя воздух, то ты начнёшь задыхаться, даже если тебе и не обязательно дышать. Причём нечто подобное проявляется даже у арранкаров, а ведь будучи адьюкасами и Вастер Лордами, таких проблем мы не знали. Если подумать, то большинство ограничений есть только в собственной голове. Надо будет поразмыслить над этим в свободное время, ну а пока… Удар коленом в подбородок выбивает баунто за пределы «ринга»… и зоны видимости госпожи Фонг. Сюмпо за жертвой, и напитанная реацу рука входит в его грудь, а начавшийся было вой прерывается лёгким ударом ребром ладони по горлу. Баунто – очень интересные существа, так почему бы не поглотить одного, пока есть такая возможность?

Короткий осмотр окрестнотей на предмет свидетелей, и Полное Поглощение активировано. Пара минут, и всё было кончено – на земле осталась лишь одежда, не являющаяся частью духовной сущности и потому не исчезнувшая вслед за своим владельцем. Хорошо, что зависимые умирают схожим образом – ни у кого не возникнет вопросов из серии «а куда делось тело?»

Закончив с трапезой, я вернулся на площадку. За время моего отсутствия ничего не изменилось, разве что бравая капитанша кое-как доползла до ближайшей стены и сейчас сидела на полу, прислонившись спиной к означенной стене и закрыв глаза.

– Кто ты такой? – сказано было без какой-либо враждебности, девушка оказалась слишком вымотана борьбой с ядом, чтобы проявлять агрессию.

– Даисуке Сагара, капитан четвёртой дивизии Омницукидо, – представился я текущим именем.

– П-почтальон? – от удивления юная синигами распахнула глаза, хех, понимаю её чувства – не каждый день боевого капитана спасает «обычный курьер».

– Вы даже не представляете, через что порой приходится пройти, чтобы доставить почту, – мягко улыбаюсь, очень уж забавным у неё лицо делалось от удивления, хотя, казалось бы, уж кто-кто, а она питать иллюзий на тему «коллег» не должна.

– Хм, – девушка отвела глаза, ха, кажется, она немного смутилась, поняв, что могла оскорбить своего спасителя. Впрочем, извиняться она тоже не спешила… – Сагара… – госпожа Фонг забавно нахмурилась. – Я никогда не видела тебя при тренировках совместных действий Омницукидо и Готэя, – хех, профессиональная паранойя. Эта девочка нравится мне всё больше.

– Благодарю за столь высокую оценку моих скромных сил, – улыбка стала шире.

– О-о чём ты?

– Ну как же, если капитан отряда, специализирующегося на скрытности и обнаружении тех, кто скрывается, заявила, что меня не видела – есть повод для гордости, – эх, как бы ни приятно мне было болтать с этой синигами, но, увы, время всё-таки поджимает, а я здесь не для развлечений, значит…

– Юморист. Эй, что ты делаешь?!

– Беру вас на руки, Сой Фонг-сан, – хм, а на ощупь она весьма фигуриста – и талия, и попка выше всяческих похвал. Да и при более близком рассмотрении выясняется, что грудь у неё стягивается одеждой, причём так хитро, что глядя со стороны, даже при учёте широких вырезов с боков, это незаметно. Но твёрдых полтора размера там будет, а без «маскировки», думаю, и полноценная двоечка. Кхм, после миссии нужно будет взять Сёри с Кин и отправиться в небольшой «отпуск» на неделю-другую, а то все мысли мои при виде симпатичных синигами в последнее время идут в одну и ту же сторону. – Вас нужно показать капитану Унохане.

– Нет, мои люди…

– Их тоже нужно показать медикам. Не беспокойтесь, их сбором и доставкой сейчас займутся представители четвёртой дивизии, – хех, опять смутилась.

– Я должна быть с ними! – тем временем я уже вовсю использовал сюмпо.

– Нет. О них есть кому позаботиться, а вот вам самой забота нужна не меньше.

– Ты… – сколько негодования в серых глазах! – Доставь меня к ним, я приказываю!

– Простите, капитан, но я подчиняюсь только приказам Совета 46 и Короля Душ. А теперь будьте хорошей девочкой и лежите смирно, – дежавю, однако… Опять. Хотя кто я такой, чтобы жаловаться? Хе-хе.

– Ты… Ты… Я тебя убью! – ммм, злобствующая симпатяжка… даже раскрасневшаяся от возмущения. Захотелось облизнуться. Но я себя сдержал.

– Всенепременно сразимся, если вы того желаете, сразу же, как вас выпишет Унохана-сан и вы меня найдёте, – тут я всё-таки не выдержал и усмехнулся. Всё, теперь Сой-тян будет чем заняться, а легенды о некоем Неуловимом Капитане Сагаре скоро можно будет послушать в любой забегаловке, уверен. Что называется – не можешь предотвратить – Возглавь!

Передав ценную ношу медикам из Четвёртого отряда и сославшись на срочные дела, я отбыл. Эх, посмотреть бы за Уноханой, ведь наблюдая за работой Мастера, можно многое почерпнуть, что было бы весьма полезно – медицинские кидо по-прежнему давались мне из рук вон плохо (на фоне заклинаний, предназначенных для уничтожения – так вообще никак), а до уровня, на котором можно взяться за исцеление Нел, ещё ползти и ползти. Но попадаться на глаза столь опытному товарищу – не лучшая мысль. Пусть маскировка и хороша, но с опытом Уноханы… Не стоит подвергать излишнему риску задание из-за любопытства, пусть не совсем праздного, но всё же. Лучше Соске растрясу на дополнительные занятия. Ага, сразу после отпуска.

Стоило отнести милую, но Очень Злобную (мужика ей надо, срочно!) Сой-тян к медикам, я нашёл Хамуру и выдал ЦУ на тему помощи Второму отряду. Лейтенант бесстрастно кивнул и отбыл исполнять, я же вновь занял стратегическую позицию для наблюдения. Проще говоря, завис на крыше Башни Раскаяния, откуда открывался прекрасный вид на Сэйрэйтэй и, что куда важнее, можно было прыгнуть практически до любой точки означенного Сэйрэйтэя всего за несколько «шагов» сюмпо, главное – успеть затормозить.

Примерно через полчаса я вновь почуял колебания реацу уровня капитана. Вновь незнакомая духовная сила, но была она какой-то… мерзкой, поганой на «вкус». Пожалуй, даже хуже, чем у Аронильё с его «палитрой», а это уже говорит о многом. Решив посмотреть, кто это такой, устремляюсь к месту битвы, благо далеко скакать не пришлось – противники сошлись почти что у подножия башни – дед-баунто на «чудо-рыбе» и… капитан Двенадцатого отряда Куроцучи Маюри. Никем другим эта раскрашенная образина быть просто не могла. И именно от него так мерзко «разило» гнилой реацу.

Руки прямо-таки зачесались помочь баунто. Хотя… Айзен ведь не давал распоряжений по капитанам, не так ли? Но сначала стоит присмотреться к его стилю.

Меж тем битва набирала обороты, а Маюри доказывал на практике выкладку по некоторым моим теориям, касающимся ограничений духовных сущностей, точнее, наличию большей части таких ограничений только в голове самой сущности. Например, откушенная по самое плечо рука почти не доставляла ему проблем, а после инъекции какого-то препарата означенная рука отросла вновь со скоростью, достойной самого Улькиорры! Про то, что вообще-то он должен валяться в болевом шоке и истекать кровью, учёный, видимо, не знал. Из обрубка, пока он не вколол в него этой чудо-сыворотки, не вылилось ни капли крови. М-дааа.

Битва продолжалась, баунто без проблем затягивал все свои раны, поглощая духовные частицы. Данный процесс сильно напоминал мою собственную способность, а потому я продолжил наблюдение – очень меня интересовал вопрос, как Маюри с ним справится? Слабосилком дедок не выглядел, да и скорбностью ума явно не страдал, хотя светский разговор двух блааародных донов таки имел место, но я уже привык. Почти… Главное, что дрались они на равных, даже с заметным перевесом в сторону баунто, и это интриговало.

Оказалось, всё просто… и непросто одновременно. Как бы странно это не звучало. В какой-то момент озверевший Маюри прекратил попытки взять противника живьём и накачал того большой порцией различных декоктов, в результате чего означенный противник скоропостижно скончался в диких мучениях.

Яд на основе реацу… Как им можно отравить того, кто эту реацу ест?

Эх, как же не хватает знаний, я всё-таки больше прикладник, а тут явно тема для целой научной работы. Единственное, что могу предположить – это то, что безумный учёный влил в свою отраву столько силы, что быстро растворить её баунто не смог, а дальше уже подействовал сам яд. Откровенно говоря, очень хлипкая теория, но чем богаты.

По итогам сражения Куроцучи опять лишился руки, правда, на этот раз вместе с рукой капитану оторвали (точнее, откусили, но не суть) ещё и всю левую сторону груди – плечо, рёбра и, кажется, даже часть таза. По идее, вот это уже смертельно, там ведь и лёгкие задеты, и почки нет, и… Короче говоря, любой другой синигами и почти любой арранкар на его месте бы скончался. Маюри же стоял и вслух размышлял на тему того, что у него кончился регенератор и надо бы сходить в лабораторию за новой порцией, после чего спокойно вложил меч в ножны и потопал по направлению к Двенадцатому Отряду.

Впрочем, моё, в некотором смысле, близкое к культурному шоку состояние не помешало мне отметить, что духовной энергии у него почти не осталось, и… Тут я уже не смог не воспользоваться моментом. Он был слишком опасен, к тому же эта хитрозадая скотина мне сильно не нравилась.

– Кхе… Ты ещё кто? – эта штука недоумённо обернулась ко мне! С моим занпакто в своём «сне души»! Да что же это за тварь такая?

– Хадо номер 33, Сёкацуй! – вместо ответа я вдарил прямо с клинка одним из самых мощных Хадо. Точнее, из тех, что я мог использовать – была бы возможность, я и Курохитсуги бы на него не пожалел, но увы – там сложность такая, что даже под руководством Айзена и с подсказками Мурамасы мне его ещё учить и учить.

И даже после этого урод выжил! Успел вытащить единственной рукой занпакто и проткнуть себе ногу, после чего растёкся зеленой слизью и попытался сбежать, а ведь в кидо я вложил едва ли не пятую часть моего резерва синигами! Мне его что, Серо приложить? Нет, слишком демаскирует. Был ещё один вариант, но как же я не хотел его использовать… Хотя, так я сильнее «прокачаю» Мурамасу…

– Рассыпься, чёрный пёс Ронданини. Гляди сам на себя, вырви своё горло. Бакудо номер 9, Гёки, – парализующее бакудо с полным заклинанием и вложением четверти резерва не самого слабого капитана сковало обессиленную слизь. – Чувствую, мне будет очень плохо, – втыкаю руку в эту гадость и начинаю поглощать сущность. Видит Тьма, жрать такое я бы не стал, но как ещё наверняка пришибить ЭТО и не раскрыть маскировку, я просто не знал. Ладно, в конце концов, это целый капитан, он даст мощный прирост моей части синигами, к тому же он очень много знал, и эти знания можно попробовать ассимилировать, они будут полезны, да, несомненно полезны Научному Бюро Лас Ночес… Не блевать, не сметь блевать! Пусть пустые не испытывают ощущений вкуса, пожирая очередную жертву, но… В тот момент я реально жалел, что стал арранкаром.

Пока я приходил в себя и судорожно размышлял, чем бы сбить мерзкий привкус, если он присутствует исключительно в моей голове, события не стояли на месте. Ичиго, Садо и Исида встретились неподалёку от помещений многострадального 12-го Отряда (ну и на кой чёрт тогда было расходиться?), на встрече также присутствовал Кария. Как только до меня дошёл этот факт, я постарался оказаться там как можно быстрее. За Рыжее Чудовище я не переживал, но вот квинси и его друг-недофуллбрингер могли и не выжить. Как же меня всё это уже задолбало! Сюмпо.

На основные разборки я не успел – Кария благополучно разбил какое-то хранилище и успел что-то с собой сделать. Что точно, я так и не понял, но его реацу возросла чуть ли не в три раза. Однако не успел я испугаться, подумав о том, что это уже начинает становиться серьёзным, как всё неожиданным образом закончилось. Серьёзно – самым неожиданным! Кария просто взял и улетел, обещав вернуться через сутки и раздать всем люлей.

Лицо Куросаки в этот момент… Даже не знаю, как выразить… Тем более, подозреваю, у меня было точно такое же. Ну, может быть, за вычетом жгучего желания порвать кое-кого на лоскутки и ногами по яйцам, по яйцам ему, с круговым движением каблуком, что отчётливо проступало в мимике рыжего. А вот побиться лицом о стену мы с ним точно хотели одинаково.

Ситуацию разрядил Исида. Выяснилось, что он в ноль уработал свой браслет на Карию, из-за чего означенный браслет рассыпался кучкой праха. Вандал, такой интересный артефакт угробил, эх… Впрочем, чего уж теперь.

Оставив Героев приходить в себя, я пошёл подыскать себе укромное местечко – день затишья следовало использовать как можно лучше, стабилизировать энергетику, получившую огромный заряд сущности синигами от Куроцучи, да и тот зависимый, что наседал на Сой Фонг, тоже был ближе к Проводникам Душ, чем к пустым. Мысли текли как-то лениво, вяло, я неторопливо шёл по Сэйрэйтэю, размышляя о текущих событиях, причинах и следствиях тех или иных поступков. Смерть Маюри (надеюсь, он всё-таки сдох окончательно и в лабораториях 12-го отряда нет какого-нибудь «запасного» психа-учёного) сильно затормозит развитие науки Общества Душ, в идеале, было бы неплохо ещё и их лаборатории и ведущих учёных уничтожить или выкрасть. Хотя нет, последнее слишком опасно – нелояльный деятель науки, получивший допуск к ресурсам Лас Ночес, может подложить очень большую свинью. И если подставы Заэля я ещё обнаружить могу, просто в силу своей чувствительности и отсутствия опыта и фантазии у этого пустого, то вот что смогут подсунуть учёные-синигами, мне даже думать не хочется.

Но вернёмся к Героям, хе-хе, Сэйрэйтэя. Ичиго чем дальше, тем больше меня радует. Не знаю, какие точно у Соске на него планы, канон по этому поводу молчит, но если после их завершения он останется жив, то я бы хотел видеть его в качестве союзника Лас Ночес. Он ещё, конечно, очень молод и неопытен, но какой же потенциал! Да и учится он аномально быстро. Тоуширо, что за десяток лет, всего лишь в пятьдесят-шестьдесят, стал капитаном, называют гением? Хех, от рядового до капитанского уровня за полгода и банкай за три дня, без нормального обучения, наставников (Урахара, конечно, крут, но он, насколько я знаю, толком ничему не учил – только спарринг-партнёром выступал) и литературы, а вам слабо? Хотя опыта и некоторого цинизма ему очень не хватает. Вот на кой чёрт он попёрся за зависимыми в Общество Душ? Тут бы и без него их благополучно положили, не капитаны, так дедушка Ямамото бы тряхнул стариной, но нет, вместо этого он мало того, что сам лезет туда, куда его не просили, но ещё и друзей своих тащит. В голове мелькнула мысль воспитательного процесса ради если и не убить, то серьёзно ранить кого-нибудь из спутников рыжего, в идеале – Иноуэ. Травмы парней воспринимаются совсем иначе, но… во-первых, это противоречит прямому приказу Соске, во-вторых, вряд ли после этого мы с Ичиго сможем стать друзьями… в том случае, если он узнает, по чьей вине пострадала девушка, ну и в-третьих, нападать на слабого, да ещё и женщину – это не по мне. Что ж, придётся есть ему мозги и задавать неудобные вопросы в качестве Тоби, посмотрим, как он будет выкручиваться.

– Хм, а это ещё что такое? – автопилот, ведомый чувством реацу, привёл меня в незаметный тупичок, где валялся небезызвестный «Толстый Ичиго» с ранением живота. Хм, реацу почти не чувствуется, не закуси я «гопо-Гином», мог и проглядеть, даже с учётом моей чувствительности. Синигами, видимо, как раз и проглядели. Интересно, кто это его так? Если бы кто-то из Готэя – добили бы на месте. Команда Рыжего – оттащила к медикам или сдала другим готэевцам, после чего с бородачом случился бы вариант 1. Пустых тут тоже не наблюдалось, а квинси в Обществе Душ сейчас один и в состоянии чуть лучшем, чем никаком. Отсюда делаем логичный вывод – наподдал мужику Кария. Остаётся понять, что вызвало причину их разногласий, ну и решить, что мне делать с этим страдальцем дальше.

Вариант «сожрать» казался очень привлекательным – после Маюри до сих пор ощущаю гадостный привкус, который не помешало бы заесть. Просто убить? Можно, но как-то жалко и бессмысленно – уж лишних пару минут у меня будет. Однако варианты устранения пока что отложим. В духовном мире баунто вполне сопоставим с капитаном Готэй-13, и просто так выкидывать такой ресурс нерационально. Так-так-так, а если попробовать его завербовать? Раз они пришли сюда с целью нагадить синигами, то арранкаров вполне могут счесть своими союзниками, к тому же один баунто у меня уже есть. Да, это определённо куда лучше, чем просто убить или даже поглотить.

В крайнем случае – отдам Заэлю на опыты, да и сожрать ближнего своего никогда не поздно… Так, мне ДЕЙСТВИТЕЛЬНО необходим отпуск и расслабленная атмосфера – что-то в последнее время я всё чаще начинаю думать как обычный пустой. Слишком много нервов, вот инстинкты и пытаются предложить «старые проверенные способы поднятия настроения», что, кстати, парадоксально, ибо до становления арранкаром они меня особо не баловали вниманием.

Так, ладно, подумаю об этом позже, для начала попробуем это тело привести в чувство и подлатать. Странно, почему он сам ещё не затянул свои раны? Я думал, это происходит у них чуть ли не автоматически. Неужели причина в том, что он без сознания? Или раны, нанесённые зависимыми друг другу, затягиваются куда медленнее? Слишком много вопросов, ответов на которые я не имею. Что ж, быть может, мой визави что-то сможет подсказать?

Вобрать спиритонов, а потом просто передать их в тело «Толстого Ичиго» было нетрудно, разве что процесс продолжал оставаться для меня весьма неприятным, но что уж теперь. Полминуты – и от раны на животе не осталось и следа. Мужчина медленно открыл глаза.

– Ты… кто? – у меня дёрнулся глаз, да что не так с этим местом? Почему каждый – каждый! – встречный задаёт мне этот вопрос?

– Пустой в пальто. Хочешь, сожру? – видимо, появилось что-то такое в моём взгляде, заставившее мужика резко взбодриться и замотать головой. – Вот и хорошо. А теперь ты ответишь на мои вопросы, – кивок. – Что вы не поделили с Карией?

– Кария… Он окончательно обезумел, хочет уничтожить весь Сэйрэйтэй! – воскликнул Зависимый.

– Эээ, а разве вы сюда не за этим пришли? – я, признаться, как-то не уловил момента столь лихого поворота мысли.

– Мы хотели отомстить синигами, но… новое поколение ни в чём не виновато, уничтожать всех – это слишком!

– Кхм… – я чего-то явно не понимаю… – Прости, правильно ли я понял, вы с товарищами несколько десятилетий, если не веков, планировали уничтожить Проводников Душ, смогли проникнуть в их дом, ради своей цели убивали и теряли товарищей, а теперь ты говоришь, что не хочешь уничтожения синигами?

– Я понял, что месть ничего не решит, – как-то неуверенно ответил баунто. У меня вновь дёрнулся глаз.

– Ладно… Допустим, я тебе верю. Тогда как насчёт помочь синигами?

– Как?

– Скажи, что Кария с собой сделал? Он в одночасье стал в несколько раз сильнее.

– Дзёкайсё, – «объяснил» рыжий.

– А если чуть подробнее?

– Я точно не знаю, что это, вроде бы – сила, что была создана вместе с баунто. Возможно, неудачные остатки экспериментов по улучшению душ. Как бы то ни было, но Дзёкайсё увеличило… ммм… сущность Карии, он словно впитал в себя всю силу Клана Зависимых, правда, процесс ещё не окончен, – так, а вот это интересно.

– В каком смысле?

– Пусть мы и поглощаем духовные частицы, но на их перестройку и усвоение необходимо некоторое время. Чем сильнее и опытнее баунто, тем меньше времени требуется. Кария – сильнейший из нас, но с учётом того, сколько силы и сущности он впитал, на полное освоение и увеличение его возможностей уйдут примерно сутки, – фух, так он объявил этот «ультиматум» не нагнетания пафоса и нервозности для, а разумных целей ради. Как там говорила незабвенная фрау Фрёкен Бок? «Ай, как хорошо! Траля-ля-ля-ля-ля-ля, траля-ля-ля-ля-ля-ля!» Как же я её сейчас понимаю – моя вера в здравый смысл вновь восстановлена!

– Понятно, благодарю за информацию, – я слегка задумался, ещё раз взвешивая перспективы, и… вбил свою левую руку ему в грудь, прикладывая правой по голове. О, даже в таком состоянии он пытался сопротивляться, но силы были всё-таки неравны. Ну, вот я и «заел» мерзостный привкус, хотя положить чего-нибудь простого и стандартного в желудок всё равно хочется. Возможно, подобный боец в Хоэко Мундо и был бы весьма полезен, но принимать к себе личность, что просто плюнула на то, ради чего столетиями работала его семья, его клан, что просто так плюнула на их смерти? Да, пустые безумны, но всё-таки не настолько. Лучше бы, конечно, его было как-то обезвредить и доставить нашим вивисекторам в лице Заэля, но, увы, долговременных средств сдерживания у меня не было, а где-то прятать, глушить или ещё как развлекаться – слишком ненадёжно. Но на будущее надо будет вытрясти из Айзена что-нибудь на подобный случай.

Итак, осталось меньше суток до развязки этой истории. Фигуры занимают уготованные места, события набирают оборот, затишье перед бурей установлено. Хм, почему бы пока не зайти в то популярное среди синигами кафе? Раз уж выдалась возможность посетить Общество Душ, то почему бы не оценить и его кухню? Надеюсь, в мирное время Ичиго-то не убьётся… Сильно надеюсь.

Ну что же, первые часов пятнадцать так всё и было. Другими словами, оставшийся вечер и ночь прошли на диво спокойно, я таки смог оценить кухню Сообщества Душ, наконец-то добравшись до местной кафешки. Встал, конечно, вопрос оплаты, ибо гнилому капитализму Мира Синигами было ещё далеко до светлого пути коммунизма Арранкарьей Общины, направляемой твёрдой рукой товарища Ста… я хотел сказать – Айзена. К счастью, у меня всё ещё был «мой верный лейтенант» Хамура. А у лейтенанта Хамуры – кошелёк с местной валютой. Довольно забавно, мы в мире, состоящем из духовных частиц, покупаем одни духовные частицы за другие духовные частицы, по сути своей, практически ничем не отличающиеся от первых, за исключением плотности. Хотя… Если задуматься, то в обычном мире всё точно так же – люди отдают одну кучку атомов в обмен на другую. М-да, но вернёмся к деньгам.

Выглядели они как старинные японские монеты века эдак восьмого – во всяком случае, нечто похожее я видел в музее, пока ещё разгуливал обычным духом. Что же касается кухни… Нет, по сравнению с пустыми, являющимися совершенно безвкусными и в девяноста процентах случаев ещё и выглядящими, мягко говоря, неаппетитно, меню поражало богатством выбора, оттенков вкуса и продуктов питания, но вот если сравнивать с Миром Живых… Честно сказать, остался разочарован. Нет, пиво было ещё туда-сюда, но вот старояпонская кухня – это что-то за гранью добра и зла. И если к сырой рыбе с маринадами я ещё отнёсся нейтрально – в конце концов, мы тут духовные сущности и подхватить какого-нибудь солитера или другого червяка нам нереально (тем паче, что рыба-то тоже по сути… хм… духовная), то вот саке по самым старым традициям, включающим в свою технологию пережёвывание и сплёвывание риса, который потом начинает бродить… Впрочем, я и до этого не питал к алкогольным напиткам какой-то симпатии, скорее любопытство – как алкоголь будет действовать на духа. В итоге выяснил – почти никак. Да и что-то приличное в Обществе Душ найти проблематично. Но признаю, даже такой алкоголь – это уже большой шаг вперёд по сравнению с тем, что я знал в этом плане ещё вчера.

Мой компаньон, кстати, на подобные заморочки внимания не обращал и вполне себе наслаждался ужином. Просто так сидеть было скучновато, и как-то сама собой у нас зародилась беседа.

– Хм? Жизнь Сэйрэйтэя? – задумался лейтенант, неспешно пожёвывая кусочек рыбы. – У нас тут довольно интересно. Официально всем правит Король Душ, но поскольку о нём никто не слышал уже лет так девятьсот и никаких действий, кроме пополнения Нулевого Отряда, с его стороны не предпринимается, всем заправляет Совет 46, в чьём прямом подчинении мы и находимся.

– Меня всегда интересовало, а что же он из себя представляет? Все говорят «Совет 46», но почему именно 46? По каким признакам их избирают?

– Ну, это-то как раз очень просто. В Совет входят представители благороднейших фамилий Общества Душ. Как из Четырёх Великих Семей, так и из кого попроще.

– Подробнее.

– Кхм… Ах да, вас же давно не было в центре, капитан, – Хамура проводил мимолётным взглядом прошедшего мимо синигами. На мой взгляд, совершенно обычного, но раз мой собеседник решил мой опрос замаскировать под пересказ слухов вернувшемуся из долгого рейда начальству, то имел на это какие-то основания. – Сейчас, конечно, у Сиба дела обстоят не очень – от всей семьи осталась только однорукая девчонка да мальчишка, что вместо серьёзных вещей гоняет на ручной свинье по Руконгаю. Недавно он вместе с тем рыжим риока вламывался в Сэйрэйтэй, чтобы освободить Кучики Рукию. Хм, возможно, так Сиба хотели поправить своё состояние? Всё-таки Кучики – тоже один из четырёх великих кланов.

– Интересная мысль, – я мысленно улыбнулся таланту лейтенанта – тот непримечательный синигами, замеченный им ранее, действительно немного погрел уши на нашем разговоре, но не услышав ничего, кроме очередной «придворной сплетни», двинулся дальше.

– А что, почему бы нет? Не к Шихоуин или Фонг же ему свататься. У Шихоуин всё равно глава клана – мелкий парнишка с явным комплексом «сестрёнки»… Ходят даже слухи, что на самом деле он не мальчик, а девочка, притворяющаяся мальчиком.

– Эээ, – вот тут я, честно говоря, сильно загрузился. У Йоруичи есть младший брат? Ну, или сестра? – Зачем бы это ему… ей?

– Да чтобы замуж не потащили за какую-нибудь «выгодную партию» лет на пятьсот старше. Да и женщина-глава клана… Нет, если она – синигами уровня капитана Готэй, то никаких вопросов, но вот если нет… Ну, будет как с Касуми-Одзи, – знакомая фамилия из уже малость подзабытого аниме, что я, правда, пытался вспомнить по максимуму, царапнула слух.

– А это ещё кто?

– Тоже благородный дом, весьма влиятельный, хоть и не столь высокопоставленный, как Четыре Великих Семьи, но, можно сказать, он идёт сразу за ними. У них недавно произошла очень мутная история с гибелью главы семьи с супругой. Так что официально там правит «принцесса», а по факту – старейшины, раньше выступавшие, в лучшем случае, в качестве советников. Правда, там случай не столь печальный – девочку хотят выпихнуть за недоросля из дружественного клана. Не сказать, что мезальянс, но… – мой собеседник помахал в воздухе рукой. – Опять же, нормально расследовать это дело нам никто не дал – Касуми-Одзи неприкосновенны, так как ведут дела напрямую с Нулевым Отрядом. Официальная версия – поставка оружия, но… – Хамура неопределённо повёл рукой.

– М-да. И так везде?

– Почти что. Та ещё клоака. И самое печальное, что солянка от этих кланов отдаёт приказы всему Готэю и Омницукидо, – мужчина тяжело вздохнул. Да, нелегко ему приходится, у арранкаров всё куда проще и честнее – кто сильнее, тот и прав. Логика, конечно, звериная, зато нет таких проблем. Хотя… Арранкаров пока что куда меньше, чем даже синигами, не говоря уже об обычных душах, так что вполне может статься, что и мы к подобному придём рано или поздно… Бррр.

Дальнейший ход моих мыслей прервал довольно громкий голос некоего индивидуума в другой части зала, что, активно размахивая руками, жаловался на жизнь своему спутнику. Хмм… Кого-то этот лысый мне напоминает… Впрочем, собеседник его был куда более запоминающимся и привлекающим внимание. Нечто с аляповатыми, попугайскими перьями, в оранжемом… ммм… мини-пончо, накинутом поверх стандартного косодэ. В этот момент я подумал о Заэле, эти двое точно бы нашли общий язык в плане «красоты и совершенства»…

– Иккаку, не нужно так нервничать, всё идёт просто прекрасно – из риока в живых остался только один, Маки встретился с Капитаном. Всё просто замечательно.

– Как ты не понимаешь, Юмичика! Мы двое суток как ненормальные бегаем по всему Сэйрэйтэю, надеясь хоть с кем-нибудь сразиться, и что?! Почти всех вторженцев перебили, этот невидимый засранец попался капитану, а нам пришла разнарядка помогать разгребать завалы после очередного взрыва у наших яйцеголовых! – в этот момент голова горячившегося синигами чуть ли не засветилась, словив отполированной лысиной последние лучи заката.

– Ну, как я слышал, Ичиго пообещал заглянуть к нам в отряд, когда всё это кончится.

– Да? – оживился Иккаку. – У меня к этому рыжему должок, хе-хе. А от кого информация?

– От лейтенанта Ячиру, – при упоминании этого розового электровеника лысый (или всё-таки бритый?) как-то немного присел и даже пощупал свою голову. Хм, странная реакция, я чего-то не знаю? Перевожу взгляд на Хамуру.

– Лейтенант Кусаджиши периодически кусает Мадараме Иккаку… в голову, – понизив голос, сообщил мой собеседник и покосился на шумный столик. – Не спрашивайте меня «как» и «зачем» – это одна из загадок Сэйрэйтэя, наравне с вопросом «зачем капитан Маюри накладывает на себя макияж, да ещё в таком количестве?» и «почему капитан Комамура вечно ходит с ведром на голове?» Последняя, впрочем, ответ уже нашла, – хмыкнул лейтенант.

– Н-да… Кстати говоря, на вакантные места капитанов никого назначать не собираются?..

Проболтали мы ещё долго, периодически прерываясь на визиты «знакомых», которые в заведение заглядывали «совершенно случайно», но все как на подбор знали последние новости – надежда на здравомыслие рыжего – это, конечно, хорошо, но несколько «топтунов» – как-то лучше.

Хотя как раз в случае Ичиго надежда оказалась на удивление приятно оправдана. Куросаки проявил не только признаки благоразумия, но и интересные зачатки командира – мало того, что сбегал за Иноуэ, так ещё сразу же привлёк её к лечению своих спутников, а позже, немного подумав, предложил Тоуширо (Капитан Хитсугая!!! Сколько можно тебе повторять, риока?!) связаться с Четвёртым Отрядом и предоставить им услуги неплохого медика. С учётом того, что рядовых в беспорядках пострадало очень много, Унохана Рецу девушку чуть ли не с руками оторвала. Помощь Орихимэ оказалась просто бесценна – рядовые вставали на ноги за минуты. Как следствие – госпиталь опустел уже к позднему вечеру, а счастливые медики (правда, почему-то возглавляемые Мацумото) организовали «дорогим гостям из Десятого Отряда» хороший такой стол. Впрочем, Тоуширо на этот счёт (что стол хороший) имел совсем иное мнение, но, технично используя наличие вокруг большого числа посторонних, «хозяйственная» лейтенант успешно ушла от вопроса: почему стол на две трети состоит из бутылок саке?

Раздосадованный таким возмутительным поведением Хитсугая неожиданно нашёл моральную поддержку в лице подростков из Каракуры, кои все как один заявили, что, будучи несовершеннолетними, пить не имеют права. Данное заявление вызвало неоднозначную реакцию в обществе, причём как на месте непосредственного действия, так и в нашем скромном шпионском коллективе. Не знаю как синигами, хоть и подозреваю, что для большинства из них само понятие «несовершеннолетний» к числу знакомых не относилось, но лично я глубоко задумался о японском менталитете и глубинах его загадочности с точки зрения русской души. Тем не менее, заострять внимание на данном моменте и подкатывать к Ичиго с наездами вида «ты меня уважаешь?» никто не стал. Не исключено, что присутствующие капитаны могли бы попробовать, но… Тоуширо сам осуждал, а представить быкующую Унохану…

Впрочем, она тоже отличилась – после пары бокалов явно чего-то более интересного, чем простой сок, вовсю агитировала Иноуэ вступать к ним. Даже заверения девушки в том, что она ещё жива, особой роли не сыграли – Рецу обещала подождать, а уж её улыбка при этом была… Да, даже её описание через подчинённого Хамуры внушало – умела капитан Четвёртого Отряда убедительно улыбаться. В общем, заверив девушку, что подождать лет семьдесят-восемьдесят для неё не проблема, главный медик удалилась.

Примерно там же и в то же время, но не принимая участия в попойке, пышущая праведным гневом капитан Второго Отряда накручивала хвосты своим поднятым на ноги подчинённым. Основные тезисы сводились к восстановлению порушенного пригляда за Сэйрэйтэем и… поиску одного скромного капитана Четвёртой дивизии Омницукидо. На последнее Хамура горестно вздохнул, явно предчувствуя объём головной боли по общению с конкурирующей структурой, но заверил, что шевелиться сейчас смысла нет, так как последнее, что сейчас сделают оперативники Второго Отряда – это появятся рядом с питейными заведениями. Оказывается, Сой-тян умела быть настоящим тираном и у себя в отряде дисциплину держала железную, даже её лейтенант, получивший место исключительно благодаря влиятельности своей семьи, после всех сегодняшних треволнений не решился бы навлечь на себя даже тень подозрения в отлынивании от службы.

Но всё хорошее имеет тенденцию заканчиваться, вот и отдых подошёл к концу, сменившись резким возникновением проблем. На этот раз их источником стала Ран'Тао. На кой чёрт её понесло за Карией с утра пораньше, я так и не понял. Вернее, это-то я как раз понять мог, а вот на что она рассчитывала, с запечатанными силами пытаясь остановить того, кто и полноценному капитану вломить может – загадка. Увы, перехватить её заранее не получалось – и так на фоне кучи новых, незнакомых ранее источников реацу её куцый огонёк совершенно терялся, так ведь и находилась она в Руконгае – за стеной из камня «сейки», глушащего духовную энергию в ноль. То есть даже пожелай я всё время следить за её местоположением – не смог бы. Пока заметил её появление внутри Сэйрэйтэя, на фоне местной-то какофонии, пока понял, куда она направляется… Короче, пришлось всё бросать и бежать спасать эту идиотку.

Нет, можно было бы, конечно, и не спасать – на её счет никаких распоряжений не было, но ведь если она помрёт, рыжий может сильно огорчиться и полезть на рожон. А из-за этого уже у меня головной боли прибавится. В общем, лучше перебдеть, чем потом носиться, высунув язык. Кстати, на тему перебдеть. Что-то там в каноне ведь было с этими Касуми-Одзи и Ичиго. И я уже догадываюсь, что мне скажет Айзен, если этот герой опять попрётся всех спасать – второго раунда в игре в наседку я могу уже и не выдержать. Может, их лучше превентивно… того? Хм… Стоит об этом поразмыслить, но чуть позже, а пока… Сюмпо!

– Фух, успел! – подхватываю женщину буквально за секунду до того, как воздушное лезвие прошлось по месту, где только что пребывала Ран'Тао.

Дело происходило в каком-то дворике, и успел я в самый последний момент. Судя по разрушениям и доносившимся чуть ранее колебаниям реацу, эти двое уже успели подраться, хотя чёрт его знает, как это возможно с имеющейся у них разницей в духовной силе, разве что Кария больше уделял времени глумлению, чем стремлению уничтожить противника.

– Ты ещё кто такой? – хором вопросили спасаемая и её незадачливый убийца.

О, пресвятой Айзен! Я бродил по Хоэко Мундо много долгих и одиноких недель, чей счёт не смог бы назвать и под пытками, и ни разу ни одна сволочь (хотя убил я их очень много) не догадалась во время боя задавать мне этот вопрос! Ни единый, даже самый тупой пустой! А здесь как сговорились! Плевать на ситуацию, плевать на обстоятельства и непосредственное занятие – всем, блин, паспорт покажи! Придурки…

– Джо, – представляюсь, замерев на крыше. Ох уж это сюмпо, чуть не навернулся, подхватывая эту дуру, ещё бы чуть-чуть – и мордой в стену влетел бы, как пить дать.

– Какой ещё Джо? – опять хором.

– Неуловимый, – сюмпо.

Тц, прыгать с ценным грузом на руках – это натуральный мазохизм, у меня и так в нём скорость не очень, а тут вообще начинает тянуть впендюриться во все окружающие поверхности разом, словно на велосипеде по плацкартному вагону поезда во время движения едешь. Неудивительно, что спустя пару мгновений воздушная волна долетела до моего тела и врезалась в спину, разрывая накидку и косоде. С иеро, впрочем, этот фокус уже не удался.

– Что-то не похоже, – усмехнулся Кария, картинно спрятав левую руку в карман кожаного плаща.

– Хадо номер 31, Шиккахо, – нужно приличия ради огрызнуться, да и огонь должен быть эффективен против этих вихрей. Угу, вот только баунто об этом сказать забыли – небрежный взмах рукой – и пламя буквально сдувается.

– Бесполезно, синигами, такие слабые атаки не причинят мне вреда, – да-да, Пафос – наше всё.

– Бакудо номер 4, Хайнава, – сияющий жёлтым светом канат энергии устремился в сторону противника. Сонидо. – Бакудо номер 10, Хёрин, – красно-жёлтая цепь встретила Карию точно в том месте, куда он стал перемещаться.

Ещё миг, и два связывающих кидо, в каждое из которых я вложил по полному резерву лейтенанта, опутали не ожидающего такой прыти мужчину. Мысли я его, само собой, не читал, но распахнувшиеся в удивлении глаза и растерянная физиономия были весьма красноречивы. Вот что значит родное сонидо – наличие женщины на руках вообще не ощущается. Надеюсь, на фоне реацу Карии использование мной духовной энергии пустого никакие радары не засекут. Но не будем останавливаться.

Растерянную не меньше баунто Ран'Тао аккуратно ставим на ноги и быстро вспоминаем заученные жесты с идиотским стишком:

– Карета грома. Мост крутящегося колеса. Раздели светом на шесть частей! Бакудо номер 61, Рюкуджю Короу! – поднявшиеся от меня волны жёлтого света принимают вид плоских, эм, досок и с шести сторон врезаются в тело Карии, образуя некую пародию на цветочек. Вот теперь, чтобы выбраться, ему потребуется секунд тридцать и растрата солидного куска резерва, можно и свалить. Тем более…

Концентрируюсь на духовном фоне. Да, верно – два источника уровня капитана несутся сюда на всех парах. Первый – Хитсугая, второй – Куросаки. Ичиго, конечно, «деревянный» в плане чувствительности, но тут явно сыграло наличие рядом нескольких душ-плюс с сенсорными способностями и нескольких более опытных товарищей. Так что даму опять на руки – и ходу отсюда.

Можно, конечно, устранить Карию и своими силами, и чего уж душой кривить – соблазнительно это, но палевно настолько, что даже броди я по Сэйрэйтэю в привычной одежде арранкара с плакатом «Шпион Айзена Соске. Синигами – козлы!», то переполох вызвал бы меньший. Да и не нанимался я спасать задницы синигами от сотворённых ими же проблем.

– Стойте, вы должны остановить его, пока не слишком поздно! – стоило мне сделать всего пару шагов в сюмпо, как женщина-учёный начала буянить и вырываться.

– Не стоит переживать, – продолжаю движение, концентрируясь на том, чтобы не оступиться. – Пусть Кария и неплохо отъелся на Дзёкайсё, но скоро ему придётся иметь дело с двумя капитанами, а это, даже с учётом возможности поглощать спиритоны, дело непростое.

– Вы не понимаете, ему и не нужно справляться с ними! Если он полностью высвободит всю силу Дзёкайсё, он сможет вызвать резонанс остальных установок! Их суммарной мощности и силы взрыва хватит, чтобы уничтожить весь Сэйрэйтэй!

Я остановился, сорвав с крыши кусок черепицы.

– Каких ещё остальных установок? – что за чёрт? Разве эта штука была не одна? Как там говорил этот толстяк? «Остатки от экспериментов с зависимыми»?

– Дзёкайсё – это установка по генерации реацу и изменению её типа. Взрыв, из-за которого в своё время закрыли проект, уничтожил лишь одну из них и десятую часть Сэйрэйтэя в придачу. Но у нас к тому моменту было больше десятка установок! Их сила имеет общую… ммм… как бы проще сказать, определённую управляющую частоту. Поглотив и полностью усвоив одну из установок, Кария вполне сможет активировать и заставить пойти вразнос остальные, рассредоточенные по всему городу! – за-ши-бись. Об этом ныне покойный Го Кога упомянуть как-то «забыл». Хотя он мог и не знать, но это роли уже не играет.

– Что ему нужно для активации?

– Почти ничего, – был дан моментальный ответ. – Хотя… Для наибольшего эффекта установки необходимо подорвать одновременно, а для этого требуется выплеснуть реацу в таком месте, чтобы эхо выплеска прокатилось по всему городу и достигло остальных Дзёкайсё одновременно.

– И где же есть такое место? – но ответ я уже знал и сам – совсем недавно я лежал на его крыше и прикидывал, что с неё так удобно добираться до любого района Сэйрэйтэя… – Башня Раскаяния?

– Хватит и холма Соукьоку и нескольких минут, – «обрадовала» меня женщина.

– Где находятся остальные Дзёкайсё? – появилась мысль тупо сожрать заряды, и пусть Кария выплёскивает управляющий сигнал сколько заблагорассудится.

– Вот, – Ран'Тао вытащила из-под своей одежды тетрадь и передала мне, хм… Опускаю женщину на землю, в смысле – крышу, позволяя встать на свои ноги, – там есть карта, на ней отмечены места расположения… – я взглянул на отметки. Полтора десятка установок. Вот на кой чёрт они наштамповали столько «реакторов»? А что, по эффекту очень похоже – генерирует реацу, даёт некое излучение, а в случае подрыва делает непригодной для жизни солидную область вокруг себя… М-да. Вариант с «сожрать заряды» отбрасываем – за оставшееся время, даже используя сонидо, я успею поглотить две, максимум три штуки, да и то при условии, что на поиски почти не буду тратить времени. Не вариант.

– Так. Вот что, уходите из города, прямиком на свою базу в Руконгае. Я попробую остановить Карию.

– Нет, это моя вина, и я должна всё исправить! – ррр, мозгов нет, а ведь учёный человек. Как же с фракцией проще – приказал, и они делают, а уже потом задают вопросы, если те появляются.

– У меня нет времени пререкаться и уговаривать! При вашем уровне реацу в бою вас просто убьют и не заметят, так что делайте что велят, иначе я вас вырублю и выкину из города с ближайшим агентом омницукидо, – Ран'Тао вздрогнула, видимо, доводилось ей общаться с моими «коллегами», и воспоминания о встрече у неё остались не самыми лучшими. Что-то решив, она быстро полезла в карман.

– Хорошо, но… остановите его, – из кармана показалась странная… хм, игла? Кинжал? Что-то между. – Это инъектор с ядом. При попадании в организм баунто он должен отключить его способность поглощать спиритоны на некоторое время.

– Понял, – беру этот самый инъектор. – А теперь поспешите, – и, не обращая больше внимания на женщину, устремляюсь назад. И почему ничего никогда не идёт по плану?

Увы, прямо как в той песенке «тополь не ответил мне…», в общем, пространство промолчало, а вот события в оставленном мной дворике уже вовсю неслись вскачь. Потоки льда перемежались чёрными Гецугами и порывами ураганного ветра, Карию, со всей очевидностью, теснили, вот только «совершенно случайно» отступал он именно в сторону холма Соукьоку. Кстати, в отличие от Бъякуи, Тоуширо принимал в расчёт своего напарника и даже пытался подстраиваться, так что шансов у баунто было действительно немного. Правда, сказывалась разница в опыте – даже со скоростью банкая Ичиго, Кария просто предугадывал его атаки, спокойно успевая парировать или уклониться, с капитаном десятого отряда ситуация была похожей.

– Бакудо номер 30, Шитотсу Сансен! – сходу включаюсь в сабантуйчик, подловив момент, когда Кария раскроется и окажется напротив стены. Золотой треугольник послушно сформировался и выстрелил в баунто тремя лучами, прибившими его к поверхности.

– Снова ты?! – хором (что за день?!) поприветствовали меня мелкий капитан и террорист-долгожитель. Второй – с явным оттенком злости.

– Звиняй, – перемещаюсь вплотную и всаживаю инъектор в бок мужчине, – но ты сам сказал, что мои атаки тебе не интересны, вот я и перешёл на игры со связыванием. Нужно быть осторожней в своих желаниях.

– Проклятый синигами! – искривлённое от боли лицо Карии наполнилось гневом, и он начал активно поглощать спиритоны, в том числе и из кидо.

Действует не сразу? Печально. Впрочем, пусть. Как я уже успел заметить, поглощение спиритонов у баунто идёт по фронту, то есть сконцентрировать способность именно на бакудо он не может, а так как в нём и плотность их куда выше, чем в окружающем воздухе, то и поглотить их было делом утомительным, даже без учёта, что я опять хорошо вложился в заклинание.

– Что ты тут делаешь? – и не подумал прекращать своё «приветствие» капитан Десятого Отряда.

– Хм… Буквально несколько секунд назад спасал одну тихую самоубийцу от другого самоубийцы, правда, буйного. Но обстоятельства несколько поменялись, и мне срочно потребовалась ваша помощь, Тоуширо-сан.

– Капитан Хитсугая! – с пол-оборота завёлся мелкий, а рыжий… Рыжий ухмыльнулся и за спиной капитана показал мне большой палец. Хм, мне кажется, или во время пребывания в десятом отряде Ичиго решил протестировать на его старшем офицере некоторые методики Тоби? Больно уж физиономия у него счастливая и довольная.

– Как скажете, Тоуширо-сан! – да, у мальчишки задёргался глаз, и набухла жилка на виске. Видать, его уже реально достали. Куросаки за спиной старательно сдерживал попытки не заржать да в полглаза следил за приходящим в себя баунто. Вот тоже странно. Мне-то пофиг, что с зависимым, но почему эти двое не спешили его добить, пока был шанс? Хотя, о чём это я, ведь эти двое, считай, дети. Опыта нет от слова совсем. Готов поспорить, тот же Къёораку уже воткнул бы в Карию свои тесаки, а потом бы поинтересовался, кто я, собственно, такой. – Собственно, – перехожу к делу, – суть в том, что вы должны ни в коем случае не дать Карии добраться до холма Соукьоку с окрестностями, в противном случае он сможет подорвать весь Сэйрэйтэй, вызвав цепную реакцию в законсервированных под городом Дзёкайсё…

На месте, где я стоял, пронеслось воздушное лезвие, слегка порвав мне штанину.

– Ладненько. Развлекайтесь, а я пошёл, – сюмпо.

Оставив «двух капитанов» развлекать дорогого гостя, я приступил к следующему этапу хитрого плана. Возможно, мне ещё не раз придётся прибегать к маске члена Омницукидо, а значит, нужно изобразить несколько шевелений, что должна была совершить данная маска, покинув поле бое «со слишком сильным для его уровня противником». Хм, надеюсь, у неё поправилось настроение…

Территория Второго Отряда. Немного позже.

Капитан была недовольна, впрочем, это её нормальное состояние последние сто лет, с момента таинственного исчезновения прошлой капитана, и отряд давно к этому привык. Но в этот раз всё было несколько иначе – капитан Второго Отряда Сой Фонг была Сильно недовольна. Ей был нанесён чуть ли не плевок в лицо! Какой-то… Какой-то «почтальон» игнорировал её приказы, видел в момент слабости и даже (О ужас!) таскал на руках! Это было… необычно и… и просто непростительно! Хуже того, он притащил её в госпиталь и сдал с рук на руки медикам! Да уже через десять минут об этом знал весь Сэйрэйтэй.

– Омаэда, доклад! – стоило бочкоподобному лейтенанту, что пытался казаться как можно меньше и незаметнее, шмыгнуть в кабинет и сесть на своё место, как убийственный взгляд начальства буквально прикипел к неудачливому синигами, вытащившему короткую соломинку и отправленному на заклание остальными офицерами. Сой знала своих подчинённых и их традиции – интересно, когда этот жирдяй догадается, что «честный, случайно отловленный рядовой» отламывает именно его соломинки каждый раз, когда нужно найти жертву капитану? Что поделаешь, Омаэду в отряде, мягко говоря, недолюбливали.

– Нарушителей не обнаружено, капитан! – офицер вытянулся по стойке смирно и стал стремительно потеть под ласковым взглядом. – Вот досье на капитана Сагару, – синигами быстро передал своему начальству на редкость тощую папку.

– А сам он сейчас где? – после столь невинного вопроса коленки подчинённого начали трястись.

– Н-не могу знать, капитан!

– Как это понимать? Вы – отряд, специализирующийся на поиске и обнаружении, не смогли обнаружить в ЗАКРЫТОМ Сэйрэйтэе одного синигами, получив детальное его описание и портрет? – кисточка, которой славная дочь семейства Фонг подписывала указ, жалобно хрустнула. Лейтенант судорожно сглотнул.

– Мы обыскали весь Сэйрэйтэй! Обшарили всю канализацию, чердаки, тупики и переулки! Капитан Сагара просто исчез!

– Ты ни на что негодный идиот! Вон отсюда, и пока не обнаружите этого типа, на глаза мне не показывайся! – начальственный пинок прямо из сюмпо придал туше лейтенанта должное ускорение, а раздражённая девушка, сумевшая спустить немного пара, заглянула в папку – на диво пустую, да чего там – в личном деле даже изображения лица этого капитана не было! Да и самой информации – дата поступления в Разведывательный Корпус, несколько простеньких поручений и… всё! Ни откуда, ни нормальных связей, кроме его лейтенанта, которого также не смогли найти, вообще ничего. Сой Фонг начало казаться, что над ней издеваются. Осталось понять кто – собственные подчинённые, которым, в таком случае, явно надоело жить, или этот чёртов «призрак». Ответ она получила довольно быстро, но весьма неожиданно.

– Прошу прощения, что отвлекаю, капитан Сой Фонг, но у меня есть к вам крайне важное дело, – неожиданно сказал смутно знакомый голос прямо у неё из-за спины. Капитан Второго Отряда мееедленно повернулась и подняла глаза на гостя, умудрившегося незамеченным проникнуть в её кабинет. Стоящий меньше чем в полуметре Сагара дружелюбно улыбнулся.

– Т-тыыыы! – у девушки перехватило дыхание от избытка эмоций. – Ты где был?! – спросить и сказать она хотела совсем другое, но вырвался почему-то именно этот вопрос.

– Эээ? Ну, меня довольно долго не было в Сэйрэйтэе, так что сразу, как закончил дела, ребята вытащили отметить моё возвращение и потащили в ресторан. Мы там полночи просидели, слушая возмущённые вопли Иккаку-сана о его тяжёлой судьбе и отсутствии возможности подраться, – обезоруживающе улыбнулся этот тип, а глава Второго Отряда просто замерла в шоке, не зная что и сказать. Её подчинённые перерыли все отнорки города синигами, а этот подонок всё время сидел у них под носом и хлестал саке! А сейчас ещё и издевается – почему бы ещё ему так улыбаться, наблюдая за ней?! Последний раз так глупо она чувствовала себя только при «проверках» во время обучения у Йоруичи-са… просто у Йоруичи.

– Убью! – девушка потянулась к занпакто.

– Кхм… Кажется, я не вовремя… – место, где был Сагара, пересёк клинок Фонг, вот только сама жертва нападения уже успела исчезнуть.

«А он шустрый!» – заторможено подумала девушка, в прострации осознав, что не различила даже направления движения, и это она – ученица Богини Скорости!

– Да как ты только посмел сделать со мной такое?! – новый удар клинка и новое перемещение противника.

– Ч-чего? Когда?! – на этот раз неподдельно изумился уже её собеседник.

– У башни, идиот! – ещё серия ударов, не выходя из сюмпо. Но, к ярости девушки, жертвами становились только мебель и стены, а проклятый мужчина ускользал.

– Ты что-то путаешь. Ничего такого ведь не было! Я бы не забыл!

– Подонок! – стол с многочисленными отчётами приказал долго жить, а агент Разведывательного Корпуса опять не пострадал.

– Эй, я серьёзно, мой занпакто только что подтвердил – у меня нет амнезии, да и не мог я забыть такое с пары глотков саке. Я бы в принципе не мог такое забыть.

– Ублюдок!!! – Сузумебачи перешла в шикай на одной ярости. – Ты ещё и делаешь вид, что не понимаешь, о чём речь? Ты подло воспользовался моим состоянием!!!

– Эмм… Очень странное проявление благодарности и симпатии, – деликатным тоном заметил противник.

– Благодарности? Я тебя за это ещё и благодарить должна?! Стой смирно и прими свою смерть, как подобает мужчине!

– Так, хватит, – очередной удар оказался перехвачен в полёте, а запястье девушки оказалось в мёртвой хватке неожиданно сильных пальцев. – Наши отношения я готов выяснить позже. А сейчас я вообще-то по делу, – перешёл на серьёзный тон незваный гость. Чем дольше она с ним общалась, тем больше он своей манерой напоминал Йоруичи. Пожалуй, именно этот факт заставил девушку прийти в себя и, с силой выдохнув сквозь сжатые зубы, постараться успокоиться.

– По какому делу?

– Вот, – Сагара положил на приведённый в нормальное положение стол какую-то тетрадь, – наш риока решил подорвать Сэйрэйтэй, используя запечатанные давным-давно установки Дзёкайсё.

– Эта штука была не одна? – капитан Второго Отряда уже получила выжимку из доклада Къёораку и представляла, о чём идёт речь, но вот то, что установок много, было для неё новостью. Очень неприятной новостью.

– Я тоже сильно удивился, когда узнал об этом. Их больше полутора десятков, и если они рванут все разом – от города даже пыли не останется.

– И ты молчал?

– Я был занят попытками не быть нарезанным на ломтики, – отрезал собеседник, заставив прикусить язык с досады. Её горячность сыграла с ней злую шутку, впрочем, «разборка» заняла не больше полуминуты, так что ничего страшного. – Вот карта, нужно организовать синигами и запечатать, пока Тоуширо-сан и его рыжий друг не дают риоке выйти на Холм Соукьоку – точку подрыва – и отдать команду, – Сой скрипнула зубами, мысленно пообещав себе дрючить своих остолопов до потери последними сознания – «конкурент» мало того, что спокойно скрывался от их поисков, так ещё и информации по противнику и его местоположению набрал больше, чем они – отряд, отвечающий за безопасность Готэя!

– Почему ты пришёл ко мне, а не к Главнокомандующему?

– Если убрать за скобки все многогранные последствия ситуации, когда капитан Омницукидо докладывает Главнокомандующему Готэя, то потому, что, при всём моём к нему уважении, он – старый пердун, который всё равно с места не сдвинется, а спустит приказ вниз. Так что я просто сократил маршрут.

– А… – только и смогла сказать Сой Фонг, на памяти которой ещё НИКТО не смел в таких выражениях отзываться о Ямамото Генрюсае…

– Я буду направлять Четвёртую Дивизию, – как ни в чём не бывало сообщил Сагара, направляясь к окну. Видимо, так он и проник в кабинет. – Увы, как бы мне не нравилась твоя компания, предлагаю продолжить наше общение в следующий раз – сейчас времени нет.

– Хорошо… Но разговор ещё не окончен, – временно отложив проблему неуловимого капитана в дальний ящик, девушка выглянула из кабинета и… Чуть ли не нос к носу столкнулась со своим лейтенантом, третьим и четвёртым офицерами, что «совершенно случайно» прогуливались под дверью и… судя по их лицам, подслушивали.

Мысленно прокрутив беседу с Сагарой в голове, дочь семьи Фонг столь же мысленно схватилась за голову – КАК со стороны могла смотреться первая часть разговора с капитаном Омницукидо, она поняла только что. Но если сейчас она начнёт оправдываться… Так, хватит, на это нет времени. Устроить внеочередные тренировочные спарринги с не в меру любопытными подчинёнными она сможет и потом – сначала нужно известить всех и постараться сделать так, чтобы Сэйрэйтэй уцелел. С личными проблемами и одним засранцем, который явно всё это спланировал и специально так вёл разговор, она разберётся позже…

Алукард, он же – Даисуке Сагара.

Уф, аж напугала… Я ведь на какой-то миг реально поверил, что мог с ней сделать… всякое. Даже за Рукию переживать начал, мол… а вдруг с ней тоже? Мы же, как бы, почти одновременно с ними пересеклись. Как же хорошо, что у меня есть Мурамаса, как классно, что во внутреннем мире время может течь на порядки быстрее, чем в реальном, и ещё лучше, что на занпакто не распространяется эмоциональное состояние их владельца. Сузумебачи оказалась вполне сдержанной девочкой и милостиво разъяснила, что Сой-тян под всеми этим двусмысленными намёками имеет в виду мою помощь. Оказывается, для малышки-капитана всё это было настолько смущающе, что просто оскорбительно. Средневеково-японское воспитание в традициях верного вассала наложилось на то же самое средневеково-японское воспитание, но уже как женщины, со всеми вытекающими комплексами, а сверху этот коктейль ещё и придавили необходимостью командовать кучей здоровых мужиков. И тут такой красивый я мало того, что имел наглость увидеть её в момент слабости, так ещё и цинично надругался над чувством собственного достоинства, посмев оказать помощь – подвергнуть её силу сомнению! Как, весело хихикая, сообщила занпакто девушки – теперь для Сой-тян я враг номер один, и мне будут Мстить. Да-да, жестоко и страшно.

Кстати, сама Сузумебачи и вправду оказалась такой, какой я смутно её помнил из той же арки, где развлекался Мурамаса – миленькой золотистой феей вида «пчёлка-стайл». Причём Мурамасе не пришлось на неё даже особо воздействовать – сама всё с удовольствием рассказала, да ещё и пожаловалась нам, что её хозяйка совершенно не имеет чувства стиля, одеваясь в совершенно безвкусные тряпки. После чего последовал гениально «логичный» (из сложившейся ситуации) совет типа «в магазине лучше выбирай для неё одежду сам, а ещё лучше вытащите меня – я всё сделаю!» Какими тропами хошимина женская логика (и пусть мне хоть кто-то заикнётся, что мечи бесполые!) шла к данному предложению, я не решился даже задумываться, но заметку в уме сделал.

К сожалению, долго приходить в себя после общения с главой Второго Отряда и её занпакто у меня возможности не было, уже через минуту пришлось повторять ЦУ для Хамуры, благо карту я запомнил, вернее, просто создал копию тетради Ран' Тао во внутреннем мире. Не сказать, чтобы шпион обрадовался лишней работе, но и недовольства в его духовном фоне (по лицу там что-то определить вообще было гиблым делом – единственный раз, когда он позволил себе эмоциональную мимику в моём присутствии – это ночные посиделки под саке, и то без гарантии, что это не была очередная личина) не сквозило, скорее, там было что-то вроде иронии.

– Мне кажется, или тебе нравится идея взорвать Сэйрэйтэй? – перед прощанием решаю высказать догадку. Реацу моего собеседника мгновенно колыхнулась странной смесью оттенков.

– Видите ли, капитан… – протянул мужчина и… замолчал, задумчиво пожёвывая губу.

– Сложный вопрос?

– Сложный ответ. Я бы вполне уверенно высказался за пару кварталов, но…

– Понятно.

– Да…

– Думаю, нам пора за работу.

– Согласен.

– Удачи, Сейго.

– Вам тоже, капитан.

Закончив беседу, я устремился к холму, были у меня некие дурные предчувствия… Кстати, странный момент: Кария остался один, почему бы той же Сой-тян не прихватить с собой Комамуру (он, по словам разведки, никогда и никому не отказывает в помощи), Бъякую, лейтенантов и не пойти поговорить по душам с баунто? Ему и против двоих «молодых гениев» выстоять было непросто, а подключившиеся три матёрых убивца, даже если не будут учитывать и подстраиваться друг под друга, разотрут его в кровавую кашу за минуту, и никакой ветер и поглощение спиритонов не поможет. А потом уже разбираться с установками, хоть запечатывать, хоть распечатывать, хоть на сувениры растаскивать. Вместо этого она действительно пошла напрягать все силы и офицеров Готэя на срочное запечатывание. Единственным логичным аргументом в пользу такого хода (кроме массового разжижения мозга у жителей Сэйрэйтея) может быть опасение, что Кария сможет подорвать Дзёкайсё даже на пороге смерти. Пусть не все, но даже одна «сработавшая» установка – это сотни, если не тысячи трупов. Вот только каковы причины подобных выводов? Или тут обычная перестраховка?

С этими мыслями я и вышел к источникам реацу оставленных чуть ранее двоих лоботрясов, призванных спасать столицу Общества Душ. Что ж, при виде того, как Кария уже почти стоит на холме Соукьоку, а эти два индивидуума с ним спокойно треплются, версия с разжижением мозга, причём передающимся воздушно-капельным путём, перестала казаться невероятной.

Хуже всего, что ситуация с последней нашей встречи нисколько не изменилась, и просто подойти и снести баунто голову я не мог, а взывать к разуму молодёжи… типа, «придурки, вы чего делаете?! Гасите его!» было как-то… тоже неудобно. Я и так уже засветился сверх всякой меры, надо и совесть иметь!

Тем временем, походу никто ничего взорвать и не пытался, напротив, Кария едва ли не на порядок более самозабвенно, нежели его оппоненты, предавался ораторскому искусству, изливая на слушателей трагическую повесть о тяжкой судьбе своего вида.

Вообще, по его словам, история получилась довольно банальной. Был эксперимент, не сильно «гуманный», но и не особо зверский. Ничего особенного – очередная попытка синигами как-то себя усилить, добавить живучести. Вполне разумный шаг с учётом того, что примерно в это же время отношения с квинси начали накаляться, а стрела из спиритонов здоровья не добавляет (кстати, интересный факт, пожирание спиритонов – как раз основная способность баунто, их куклы – скорее побочный эффект, нежели что-то запланированное). Но что-то, как водится, пошло не так. Такие эксперименты вообще редко когда выдают ожидаемый результат, по большей части прогресс движется на побочных открытиях, а тут и вовсе получилась натуральная катастрофа с кучей жертв и, вероятно, грязных штанов у членов Совета 46. Как-никак, десятая честь Сэйрэйтэя – в пыль, тут у любого правительства кое-где жамкать начнёт.

Лабораторию прикрыли. Выживших учёных раскидали по другим проектам, а неудачные результаты экспериментов просто выкинули в Мир Живых и благополучно забыли. Взыгравшая у Ран'Тао совесть, замешанная на материнском инстинкте, не в счёт. Учёная попыталась как-то укрепить позиции баунто, позаботиться о них, в результате чего закономерно привлекла к ним ненужное внимание, а там ещё и предвоенное состояние с квинси. В итоге нервное руководство не стало разбираться, чем люди, управляющие спиритонами, отличаются от существ, эти спиритоны кушающих, и постановило вырезать всех. С чем синигами успешно справились, наваляв и лучникам, и «вампирам». Остатки баунто расползлись по норам и пообещали «страшно отомстить». Далее были столетия тренировок, развития своих способностей и исследований новых вариантов. Например, те же Куклы. Раньше зависимые призывали их чуть ли не спонтанно, совершенно случайно и неосознанно, а сейчас это чуть ли не конвейерный метод.

И вот, разработав методику быстрой прокачки за счёт битто и как следует покрутев, Зависимые воспользовались горячностью Исиды и пришли в Общество Душ, и сейчас он, Последний Баунто, сровняет с землёй Сэйрэйтэй и покажет всем синигами всю глубину их падения.

Вообще, речь была пылкой, я бы даже сказал Пафосной, а уж в лучах окончательно взобравшегося на горизонт светила – так вообще. И тут я обнаружил то, что стоило заметить сразу. Ичиго и Тоуширо (для друзей просто Капитан Хитсугая) по мере спича баунто этак бочком-бочком сдвигались к Карии. Хм, похоже, у них таки не хватило опыта и тактического мастерства оттянуть его от холма, а зубы они заговаривают для лишнего времени, более удобной позиции, да и судя по реацу мелкого капитана, ему нужен отдых – парень как-то умудрился сильно потратиться, да и те здоровенные ледяные столбы явно появились в пейзаже совсем недавно. Что ж, моя вера в здравый смысл, во всяком случае, юного поколения Проводников Душ…

Да вы издеваетесь?! Вот хрен я опять куплюсь на эту удочку! Они же обязательно… Тут же! …найдут, чем опять вынести мозг! Сколько уже раз за эту «поездку» было? Уж что-что, а с Богами Смерти я уже познакомился достаточно, так сказать, узнал много нового.

Интересно, Айзен с самого начала всё это планировал, и насколько мотив «присмотреть за рыжим и Ко» был силён в его приказе?

Тем временем молодые люди заняли, как они посчитали, правильные и выгодные для атаки позиции и рванули на Карию. Вот только и он, похоже, не просто так молол языком – видимо, яд Ран'Тао уже подействовал и сильно замедлил его естественную способность к поглощению, и всё время, что зависимый болтал, он потихоньку восстанавливался, извлекая максимум из своей передышки, а потом наглядно показал защитникам Сэйрэйтэя, что их «хитрые манёвры» для него не были сюрпризом, а противника-регенератора нужно долбать постоянно, не давая ему ни мгновения передышки – ведь восстанавливает свои силы он куда быстрее… К тому же Кария имел в рукаве и другой трюк. Причём в этот раз фразу можно было воспринимать буквально – вместо кисти правой руки у вторженца появилась рукоять весьма необычного клинка, словно состоящего из спрессованного воздуха, по которому периодически ещё и разряды молний пробегали. И этот самый клинок он всадил в грудь не ожидавшего такого хода Хитсугаи. На достигнутом результате Кария явно останавливаться не собирался, и дальше, судя по началу движения, должно было последовать конкретное потрошение тушки беловолосого, но Ичиго таки показал, что его банкай даёт чудовищную скорость, даже несмотря на то, что его техника сюмпо ещё кривее, чем у меня. Парень буквально снял с лезвия капитана десятого отряда и отпрыгнул от противника.

– Тоуширо, держись!

– Капитан… кхе… Хитсугая… ну сколько же можно тебе… кха… повторять, – рана выглядела довольно грозно, но судя по реацу мальчишки, смертельной не являлась даже близко. В принципе, слегка отдышавшись, он бы мог вполне себе продолжить бой. Вот только Ичиго, во-первых, был деревянным в плане чувствительности и таких нюансов по фону своего нового друга явно определить не мог, во-вторых, был в стрессовом состоянии, ну а в-третьих – рос в семье медика и хотя бы общее представление о ранах имел, и судил о них с точки зрения человеческой физиологи. Рана же выглядела скверно, но это я уже говорил.

– Ублюдок, – Ичиго, аккуратно положив раненого товарища на землю, повернулся к баунто и окинул его бешеным взглядом. Давление реацу резко возросло, сделав её потоки почти видимыми в воздухе, тело временного синигами окутала голубоватая дымка, и в следующий миг на Карию налетел вихрь бешенства и злобы.

Дабы случайно не попасть в поле зрения поединщиков, я переместился в чахлый лесок, занимающий треть холма Соукьоку. Использовал сонидо – в такой какофонии его всё равно не отследят. Спасать же рыжего сейчас не требовалось. Не в таком состоянии. Тоуширо… Ну, по-хорошему, оттащить его в сторонку не мешало, но… Что-то я сегодня ленивый.

Да-да, циник-стайл активирован. Серьёзно! Не хватало ещё, чтобы я спас половину капитанов Готэя! Ладно, не половину, но уже второго за два дня, и это без учёта того случая в лагере. У девяносто девяти (и ещё десяток знаков после запятой) процентов населения этого мира такого опыта даже в плане дальних перспектив не маячит, а я вообще арранкар – другой лагерь, стратегическое противостояние, все дела. Это же будет совсем сюр!

И кстати говоря, у него свой лейтенант есть, вот пусть она его и спасает, тем более как раз сюда спешит. Парню, опять же, приятней – глядишь, расстрогается Мацумото, заключит в объятья, а там такие выдающиеся, хм, достоинства, так сказать… приложатся. Или он, наоборот, этого не любит? Хммм, не помню…

Пока я мужественно искал оправдания своему безделью, Ичиго вовсю теснил Карию. Баунто активно сопротивлялся и был всё ещё на уровне, спокойно предугадывая большую часть ударов и успевая контратаковать, в том числе и натуральными молниями, но даже так его давили грубой мощью. Да, Серьёзный Ичиго – это уже совсем другой уровень, в таком состоянии он порвал бы Зараки и не заметил. Была только во всей этой бочке мёда одна маааленькая ложечка дёгтя – контроль у него был ниже плинтуса. За несколько последних секунд боя он вылил в окружающий мир больше духовной энергии, чем было во всём Карии до прокачки на битто, и уменьшать напор даже не думал. А такие траты – они, во-первых, и сами по себе вещь очень неприятная для здоровья духа, во всех смыслах этого слова, так ведь и его духовное тело было банально не приучено выдерживать подобные потоки мощи – пропускной канал «узковат». Да и с чего ему быть широким, если парень большую часть времени действует даже не на десятую, а чуть ли не на тысячную долю своего потенциала?

Пока резерв «держал», заставляя себя невольно уважать, но вот насколько его хватит? Хотя… Боюсь, правильнее будет спросить: насколько хватит тела подростка?

От данных вопросов меня отвлёк приближающийся огонёк реацу. Вернее, второй из двух – Мацумото я уже давно отслеживал, она, кстати, вот-вот… Угу, уже – пышногрудая блондинка (и пофиг, что с каштановыми волосами!), чуть пошатываясь и с бледным лицом, не иначе как от духовного давления, выскочила на гребень холма и быстро оценила ситуацию. Мгновение – и она уже прыгнула в сюмпо к своему капитану, ещё секунда на то, чтобы взять беловолосого парня на руки, и вновь сюмпо, из которого она вышла на границе леса, метрах в двухстах от моего укрытия. Но возвращаясь к привлёкшему моё внимание источнику. Он был мне знаком, вот только не сказать, чтобы приятно, да и что-что, а увидеть его здесь я точно не ожидал.

Ичиносе. Живой. Какого гиллиана?..

Прыжок к нему подтвердил, что моё чувство реацу не ошиблось. Маки Ичиносе собственной персоной. Правда, с раной через всю грудь и со сломанным занпакто, но, блин, реально живой.

– Ты тот… – удивлённо выпучив глаза, начал было синигами-ренегат при виде меня. Но тратить на него время мне было ещё более лень, чем транспортировать Тоуширо.

– Нет, парень, я – этот, – сонидо. Тюк. Бессознательное тело завалилось на землю.

Но если кто-то предположил, что на этом сюрпризы закончатся, это я так скромно на себя намекаю, то он плохо знает реалии Общества Душ. Хотя я ведь говорил, что они найдут способ заставить меня получить синяк от упражнения «рука-лицо»!

Только я вернулся на позицию, только собрался настроиться на идущий бой, как… ощутил быстрое приближение ещё двух источников духовной энергии, и опять знакомых. В общем, когда у границы леса из сюмпо вышел Абарай с Рукией на руках, я уже практически со всем смирился. Честно сказать, чувству смирения сильно помог вид пафосно нагибающего Ичиго. Да – бездарно, да – неумело до крайности, но… Зрелищно. Что называется – глаз радовался.

Короче говоря, встретил я эту парочку почти как родных. Мог бы не встречать, но очень уж редким был лесок – в таком сложно остаться незамеченным, а они ещё как назло встали у лучшего места обзора, то есть того, где я сидел и откуда было ближе всего вмешаться, коли это потребуется.

– Добрый день, Рукия-сан, – стараясь, чтобы мой голос звучал не слишком трагически (читай – убито окружающей суровой правдой жизни), поприветствовал девушку я.

– С-Сагара-доно? – почему-то испуганно заикнулась синигами, начав шарить по окрестностям взглядом нашкодившего и отчаянно ищущего, как избежать наказания, человека. Хм, хорошая реакция.

– А? Это ты помог нам в лагере баунто? – заморгал Рейнджи.

– Если говорить откровенно, – киваю на вопрос лейтенанта, – то я не удивлён тем, что мои скромные надежды оказались тщетны, и сдаётся мне, повлиять на этот факт я никак не в силах, но… Кучики-сан, если вас будут спрашивать – я пытался увести вас в безопасное место, но вы меня избили и вернулись обратно, договорились?

– Ааа… – вот этого она не ожидала. Синие глаза натурально распахнулись на пол-лица, похоже, в этот момент она даже забыла, зачем вообще пришла.

– Вот и прекрасно, – киваю, уже отвернувшись к полю боя. И воообще не удивляясь возникшему чувству приближения ещё нескольких источников духовной энергии!

Впрочем, без шуток – мне действительно стало не до них. Дела у Куросаки начали стремительно ухудшаться – Кария пережил первый, самый сильный натиск, а дальше тело временного синигами пошло в разнос. По всей видимости, из-за сильной привязки разума парня и переноса отношения к обычному телу на духовное Ичиго получил разрывы «мышц», трещины в «рёбрах» и, кажется, несколько переломов. Движения сразу замедлились, напор реацу ослаб, и очередная молния, пущенная баунто, достигла цели, протащив временного синигами по земле.

– Что, уже всё? – улыбнулся Кария, зависнув в воздухе менее чем в десятке шагов от Куросаки.

– Ублюдок… – рыжий обливался потом, дрожа всем телом, но меч из рук не выпускал, хотя ещё секунду назад не сдержал крик боли.

– Очень хорошо. Сейчас самое время закончить наш поединок…

– Мурамаса, – мысленно обращаюсь к мечу, положив ладонь на рукоять.

– Он уже проиграл, – лаконично отозвался занпакто, без лишних слов поняв мою мысль. Значит, резерв синигами уже подошёл к концу…

– Ты сможешь?.. – ещё одна мысль, не требующая пояснений.

– Этот вопрос почти оскорбителен.

– Тогда… Шепчи, – у меня есть важный разговор к одному… Пустому. Сейчас самое время, хотя нет, беседу стоило бы провести и пораньше, но всё не выпадало нужной возможности…

Мгновение – и белый балахон, украшенный чёрными облаками, дрогнул от порыва ветра чужого внутреннего мира. Изнанка души парня представляла собой всё тот же странный, смещённый на 90 градусов мир, сейчас небо стремительно закрывали облака и начинал накрапывать дождь, что несколько раздражало единственного обитателя этого места.

– Ты что ещё за хрень? – вежливо поприветствовал меня чёрно-белый брат-близнец Ичиго.

Банкай уже активирован, белый клинок небрежно закинут за голову, на лице наглая ухмылка, и голос… Точь-в-точь как мой, когда я не загоняю духовную силу пустого в глубину.

– Братик Хичиго, как ты не узнал своего братика Тоби?! Тоби так скучал!

– На меня этот бред не действует, – и бровью не повёл Пустой. – Хотя мозг Королю ты кипятишь прекрасно. Чего тебе надо? И что за идиотское имя ты мне придумал?

– Сразу к делу? – откидываю шутливый тон. – Мне надо, чтобы ты перестал стращать Куросаки обещаниями его сожрать.

– И с чего бы мне это делать?

– С того, что заниматься самоедством – это идиотизм. Он – часть тебя, как и ты – часть его. Вместе вы не человек, не пустой и не синигами, а нечто куда большее. Если же ты одержишь верх, то получишь дыру в груди и маску на лице со всеми вытекающими, включая эмоциональную кастрацию и вечный страх перед регрессией. Обычный Вастер Лорд, каких уже было и будет несчётное число штук… Не самая лучшая судьба для венца эволюции, не находишь?

– Хххе! – мощный удар клинком, несмотря на успешное парирование, протащил меня пару метров – Пустой переместился вплотную на уровне, до которого Ичиго в банкае было ещё топать и топать. – Вот только не надо этой философии! – скалясь мне в лицо и давя на меч, продолжил он. – Ичиго – слабак! Заставить его развиваться может только инстинкт самосохранения!

– В данном случае этот инстинкт заставляет его отвергать больше половины своей силы, – ни разу не смутился я напора, вот только под маской этого было не видно. – Он уже воспринимает тебя как врага, а если так и дальше пойдёт, то в определённый момент он скорее сдохнет, чем воспользуется твоей помощью. Или тебе не хватило двух обломов?

– Завались! – на меня обрушилась серия ударов, и должен признать, по части техничности и мастерства ему даже Сой Фонг уступала.

– Скажи ещё, что я не прав, и недавний случай в Мире живых не ощущался как прерывание оргазма ударом по яйцам.

– Да что ты знаешь?!

– Я там был и слышал твои крики.

– Ублюдок, – ухожу от снежно-белой Гетсуги в лицо – Ичиго тут Царь и Бог, с некоторыми ограничениями, конечно, но тем не менее, а вот его двойник жёстко скован «обычными» законами и превысить планку не может. Сейчас его уровень – это Вастер Лорд, полноценный Вастер Лорд, но… Выхожу из сонидо немного над ним, и моя нога встречается с его челюстью… Этого мало.

– В первый раз вижу пустого, что сам сознательно отказывается от силы. Пожалуй, ты правильно называешь себя Конём – интеллект как раз на уровне лошади.

– Гррр, – в следующую секунду Хичиго использовал сонидо. И должен признать, это было уже действительно быстро – даже для моего восприятия Примеры Эспады он смазался в белое, трудно различимое, постоянно мерцающее пятно.

Пришлось действовать радикально, и с моей руки сорвалось Серо. Тугой луч чёрной реацу пронёсся в миллиметре от головы белолицего, вынуждая резко менять траекторию и прыгать «куда-нибудь, но только быстрее». Промазал я, само собой, специально, а то ещё распылю его ненароком, а ведь мне нужно не это, а договориться.

Ещё одно Серо, опять на волосок от цели, и направление бега Хичиго опять меняется, сопровождаясь чем-то подозрительно похожим на отборный мат.

– Видишь? И ты ведь сможешь ничуть не хуже, если перестанешь страдать хе*ней, – Бала! Упс, попал. Эээ? Не припомню, чтобы умел применять эту технику. Хотя… Ничего сложно, просто «плевок» сжатой массой духовных частиц. Куда проще, чем концентрировать Серо, неудивительно, что Ямми её так любил, приём – натуральная мечта лентяя. Интересно, почему я его именно сейчас «пробудил»? Хм, а ведь действительно, так намного лучше – в моём исполнении скорость распространения у Серо и Балы одинакова, но вот вторая намного слабее, как раз то, что доктор прописал, если не хочешь убить противника.

Тем временем вылезший из дыры в стене слегка подкопчёный и очень недовольный Пустой сплюнул штукатуркой и… метнул в меня свою катану. На первый взгляд – приём самоубийственный, вот только, как выяснилось, «декоративная» цепочка на рукояти – совсем не декоративна и может неплохо так удлиняться, превращая меч в подобие шенбяо. О последнем я узнал, когда клинок, от которого я уже думал, что увернулся, изменил траекторию и задел мой бок. Бестолку, правда – иеро удар выдержало без проблем. Однако, что-то подобное, помнится, было у него в шикае, только с бинтом, хотя тут уже совсем другой уровень.

– Гетсуга Теншоу! – ухмыльнулся «платиновый блондин», и в мой многострадальный бок врезалась волна Белой Гетсуги, дополнительно подтверждая только что сделанный вывод. Вот ЭТО уже было больно. – Хех, не так уж ты и крут, – рассмотрев порванный балахон и ожог на моём теле, развеселился Пустой.

– Бакудо номер 9, Гёки, – расслабившегося противника окутала аура алого света.

– Ч-что? Техники синигами? У пустого? Как? – искренне удивился он.

– Если бы ты вынул голову с ушами из собственной задницы, то понял, о чём я тебе пытаюсь сказать! – Серо! М-да, это обиженно-недоумённое лицо в тот момент, когда в него летел чёрный луч реацу, было чертовски забавным. Если бы ещё ослабление атаки не потребовало таких затрат концентрации – вообще хорошо было бы!

– Кха, – снесённый атакой сквозь пару зданий Хичиго кое-как отскрёб себя от пробитой стены. – А вот это уже было серьёзно, – белая рука резко выпрямилась в мою сторону, и перед ней начала закручиваться алая сфера. Медленно, но судя по объёму духовной энергии, удар будет не слабее, чем у Тии.

Поднимаю руку навстречу.

Серо.

С низким воющим гулом наши атаки столкнулись, и хоть моя атака «количественно» была слабее (не хотелось бы случайно прибить «занпакто» рыжего), но вот качественно по реацу превосходила, так что луч Хичиго, могущий снести небольшой район города, был поглощён потоком чёрной реацу и вернулся к создателю, попутно добив небоскрёб и отбросив пустого на соседнее здание. Сонидо.

Начавший было вставать пустой получил очередной пинок и сполз по стенке. Да, неудачный у него выдался денёк.

– Венец эволюции, значит? – прямо как тот кот, «изрядно потрёпанный, но не побеждённый», Хичиго силился встать, тяжело опираясь на меч.

– О, неужели я слышу заинтересованность в твоём голосе? – ухмылки под маской всё равно не видно.

– Ты привёл убедительные доказательства, – белый несколько раз хрустнул шеей. – Но терпеть над собой этого слизняка я не намерен! Он слишком жалок. А это его милосердие ко всем подряд! Смотреть противно, а я не только смотрю, я ощущаю!

– Ну так и сделай его похожим на тебя, – от моей фразы «блондин» впал в ступор.

– А разве ты пришёл не для того, чтобы потребовать от меня отдавать ему мою силу?

– И на кой чёрт мне бы это было нужно? Белый и пушистый, – тут я хмыкнул, как и мой визави, – Куросаки будет сожран – не пустыми, так синигами, что и так на нём пашут, как на любимом ослике. А вот понимающий, кто есть кто в этом мире, гибрид – уже интереснее.

– И какой от этого прок тебе?

– Очевидный. Я – пустой, с синигами нам друзьями не стать. С некоторыми личностями – возможно, но не с «расой». Таких, как я – очень мало, а их – много. Пусть большинство – это слабаки и мусор, но есть и те, кто могут создать проблемы. В одиночку выжить в Хоэко Мундо трудно даже для Вастер Лорда. Я сильнее, но и враги у меня из другой категории.

– Тебе нужен фракцион? – Хичиго был пустым с рождения, а потому многие понятия, что мне приходилось изучать, были известны ему на инстинктивном уровне.

– Да.

– Гррр! – он вновь попытался атаковать, но был вбит моим ударом обратно в стену… Ещё парочка подобных приземлений, и очередной небоскреб рассыпется грудой осколков.

– Сейчас ты жалок и слаб. Тебя побьёт любой из моей фракции (ну, тут я сииильно преувеличиваю, реально ему в текущем состоянии из моих знакомых смогли бы навалять только Тия с Барраганом, да и то – в ресуррексионе и сильно напрягшись). – Хочешь стать равным партнёром – изволь соответствовать требованиям.

– И для этого нужно быть много большим, чем обычным Вастер Лордом.

– Именно. А для этого тебе придётся признать Ичиго… И правильно его выдрессировать.

– Это будет непросто. Ты сам сказал, что он скорее сдохнет, чем примет мою помощь, – сейчас Хичиго ухмыльнулся как-то… печально.

– Я сказал, что такими методами ты доведёшь его до этого состояния, но пока что всё ещё можно исправить. И у меня есть план. Следовать ли ему или попробовать что-то своё – решать тебе.

– И как же выглядит твой план? – теперь в нём была заинтересованность. Именно с этого момента можно считать мою победу состоявшейся. Внутренний пустой Ичиго уже мой, пусть пока что не подозревает об этом и, скорее всего, уже обдумывает, как бы меня превзойти и сделать уже своим фракционом или вовсе сожрать. Что же, пусть думает – это полезно, ну а пока… Я склонился ближе к уху пустого и заговорщицким шёпотом начал излагать Идею…

Тем временем, на холме Соукьоку.

Ичиго сплюнул кровавую слюну и тяжело опёрся на меч. Колени предательски дрожали, а о своём теле он мог сказать только то, что оно есть – судя по тому, что болело у него всё, что болеть может, и даже то, что болеть не может в принципе, нормально работать этому телу осталось недолго. Висящий в воздухе на расстоянии пары десятков метров от него Кария тоже не отличался здоровьем – его плащ был изорван, на теле виднелись многочисленные порезы, из которых сочилась кровь, уже и не думающая останавливаться, но общий вид был явно лучше. По крайней мере, он мог стоять на ногах без помощи подручных предметов.

– Зачем ты всё это делаешь?! – говорить было тяжело, но это – вопрос принципа. – Ты убьёшь своих товарищей, синигами и всех остальных, включая себя! Зачем тебе это?!

– Баунто слабы, – холодно отозвался Кария, тыльной стороной левой руки смахивая выступившую из пореза над бровью кровь – пяток сантиметров ниже, и он бы лишился глаза. – Нам даровали такую силу, а мы даже не попытались сбросить кандалы, в которые нас заключили синигами… – алые глаза наполнились застарелой ненавистью, а рука с оружием резко рубанула воздух от избытка чувств. – И поэтому синигами ещё слабее! Они дали жизнь Зависимым, а потом испугались даже признать это! Сделали вид, что ничего не было, и попытались забыть, а когда не получилось, бросились уничтожать «улики», как мелкий воришка пытается выбросить украденный кошелёк, когда его уже схватили за руку! – баунто на мгновение прикрыл глаза, глубоко вдыхая и явно пытаясь сдержать эмоции. – Я никогда не смогу их простить… И я заберу их всех с собой! Я уничтожу всех синигами до последней души!

– Ты… Ты безумец!

– Хм, – искажённое злостью лицо мужчины разгладилось, и на него вернулась улыбка. – Наоборот, – руки баунто распахнулись в стороны, словно стремясь охватить всё вокруг. – Наш мир безумен!.. Но это больше не имеет значения. Вскоре этого мира не станет.

– Да что ты говоришь? Как будто… – трясущиеся руки вырвали остриё меча из земли, и Тенса Зангецу медленно поднялся в боевое положение, – я позволю этому случиться! Я не позволю тебе… – воздух обжигал горло, в глазах расплывалось, но это не имело значения, – уничтожить всё!

– Боже, – Кария, будто и не ярился пару секунд назад, удручённо покачал головой, упирая левую руку в пояс. – Думаешь, что сможешь меня остановить, с такими-то ранами?

– Заткнись! – прилив злости, наконец, заставил непослушный кончик занпакто не дрожать, а зрение – сфокусироваться на фигуре врага.

– Ты просто хочешь отсрочить неизбежное, – вздохнул мужчина и… мгновенно переместился почти вплотную. – Ничего не поделать. Перед тем, как я уничтожу этот мир, я уничтожу тебя. Прощай, Куросаки Ичиго, из всех моих противников за последние триста лет ты был самым достойным, – меч, состоящий из спрессованного воздуха и электрических разрядов, поднялся вверх для удара…

«Чёрт! Мои силы тоже имеют предел!»

Полупрозрачное оружие начало опускаться… Мир застыл. Ни заблокировать атаку, ни увернуться уже не было сил, в глазах то и дело темнело, руки налились чудовищной тяжестью, никак не реагируя на его попытки ими пошевелить, ноги будто приросли к земле…

«Ну же… Двигайся!» – силуэт Карии расплылся, небо исчезло, звуки прекратились, голову словно засыпали изнутри цементом, мысли едва шевелились, всё на свете перестало существовать… Всё, кроме чёрного металла занпакто перед глазами. – «Давай! Давай! Давай!!!»

– Слабак! Я тебе уже говорил – ты недостоин этого меча, – знакомый металлический голос ножом прошёлся по сознанию. – Ты даже не стараешься! Второй раз тебя почти убивает какая-то жалкая пародия на синигами, а мне уже пятый приходится спасать твою задницу! Такими темпами ты никогда не станешь достоин Зангецу.

– Ты… – в прострации не то выдавил, не то подумал Куросаки.

– Я не собираюсь марать руки, чтобы опять в ответ получить чёрную неблагодарность от ничтожества, трясущегося, как девственница-истеричка на пляже за свою обожаемую промежность, – насмешливо продолжил голос, игнорируя попытку заговорить. – Нравится изображать цундере-недотрогу – разбирайся сам, но если и так ты этому недобитку продуешь – СОЖРУ! – с последними словами Пустого в тело вошла знакомая сила… злая, агрессивная… Но теперь ему не приходилось сражаться с самим собой и бороться за уплывающее сознание. В этот раз всё было иначе. Пустой не пытался перехватить контроль над телом, а лёгшая на лицо маска не вызывала немедленного желания вцепиться зубами в горло противника…

С лёгким щелчком переломанные рёбра встали на место, вывихнутую ногу прострелило секундной болью – суставы восстановились. Порезы и синяки просто исчезли, как совсем недавно они затягивались у Карии. Куросаки поднял взгляд, по его ощущениям уже прошло несколько минут, но занесённый для последнего удара клинок Зависимого только-только приблизился к его телу. Ичиго подставил руку и перехватил оружие – лёгкое жжение и покалывание – вот и весь эффект.

– Что?… – удивился противник. – Маска Пустого?

– Сам в шоке, – проскрежетал Куросаки и вздрогнул от собственного голоса.

– Х… Ха… Ха-ха-ха-ха-ха! – беззаботно и, казалось бы, совершенно неуместно рассмеялся Кария в лицо подростка. – Подумать только, за синигами сражается не просто человек с силой синигами, а человек, умеющий превращаться в пустого. Какая ирония… А ты ведь ещё считаешь их друзьями.

– Они и есть мои друзья! – проскрежетал Ичиго, чувствуя, как в груди разгорается злость.

– У синигами нет «друзей», кроме других синигами, лишь инструменты. Когда ты станешь им ненужен, тебя просто вышвырнут вон и благополучно забудут. Во всяком случае, тебе бы стоило молиться, чтобы забыли, – усмехнулся баунто.

– Заткнись!

– Неприятно слышать правду? Ну уж извини, – оскал на лице мужчины стал издевательским. – Люди ненавидят тех, кто отличается от них. И это не изменится, даже если сейчас они твои товарищи. Со временем в тебе отпадёт необходимость, и их страх перед твоей силой обострится. И это касается не только синигами. Тебе повезёт, если они просто покинут тебя!

– Хватит переносить на меня свои проблемы! – достигшее пика раздражение выплеснулось наружу, и Куросаки сделал шаг вперёд, нанося косой удар по груди, одновременно выпуская Гецугу.

Поток чёрной, отдающей красноватым сиянием реацу с заставляющим дрожать воздух гулом накрыл половину холма, изумив самого создателя. Но когда волна рассеялась, глазам подростка открылось, что Кария всё ещё жив. Баунто стоял на полусогнутых ногах, от его одежды остались только изрядно потрёпанные штаны, тело покрывала плёнка бледно-зелёной духовной энергии, которая явно его и спасла, став таким же защитным покровом, как недавно использовал сам Ичиго, но грудь зависимого всё равно прочерчивала глубокая, сочащаяся кровью рана.

– Какая… Сила, – тяжело дыша, выдавил мужчина. – Теперь… понятно… – баунто выпрямился и, опустив руку с оружием, улыбнулся. – Похоже, что это конец. Жаль, но я не смогу увидеть путь, который ты изберёшь для себя, – в голосе беловолосого не чувствовалось злости или разочарования, только какая-то странная радость. – Куросаки, я…

Слова оборвались, так как тело Карии мгновенно распалось тут же подхваченной ветром кучкой пыли…

Алукард.

Я смотрел, как к застывшему на холме Соукьоку временному синигами устремились его друзья. Что же, Хичиго внял моему «совету» и выстроил правильную линию поведения… для Пустого, конечно же. Если не облажается и дальше, то к моменту путешествия рыжего в Хоэко Мундо он будет куда лучше понимать наш вид, а там слегка почистим его руками население от неадекватно реагирующих на окружающую обстановку личностей. Ну, или уберём их под шумок, не суть.

Впрочем, до этого ещё далеко, сейчас у меня есть дела куда важнее – опасности для Куросаки больше нет, если не считать таковой вероятность получить цирроз печени, «отмечая победу» с одиннадцатым отрядом, ведь, судя по виду паренька, он уже плюнул на хвалёное японское законопослушание и планирует как следует надраться вместе с местными «варварами». Слишком много на него свалилось, ну да ладно, это уже не мои проблемы. Да и заслужил он отдых. Ему бы ещё слегка внимательности и соображалки добавить, чтобы данный «ёжик в тумане» наконец-то увидел и осознал, как на него смотрит некая рыжая девица. Кхм, опять отвлёкся, пойду я, пожалуй, дела не ждут… Сонидо.

Сой Фонг. Не выспавшаяся, уставшая и очень, очень сердитая. Примерно восемь часов спустя.

Капитан Второго Отряда чуть ли не вползла в свой кабинет. Это был второй раз за последние пятьдесят лет, когда единственным её желанием было забраться куда-нибудь глубоко-глубоко, окопаться там и спать-спать-спать. С учётом того, что первый был меньше года назад и тоже был связан с этим чёртовым рыжим риока, помимо страстного желания спать было не менее страстное желание его прибить. Просто на всякий случай. Хотя… Девушка задумалась. Лет через шестьдесят он сам благополучно помрёт и попадёт в Общество Душ, а с такой духовной силой дорога ему будет одна. И вот тогда, когда он станет капитаном одного из отрядов, она, Сой Фонг, будет жестоко ему мстить! Еженедельные проверки! Учёт малейших оплошностей и доклад командующему, пусть это… этот… старый пердун (девушка сама была в шоке от подобной наглости со своей стороны. Но мысль вырвалась сама по себе) полоскает ему мозг по пять часов к ряду! Дааа, месть – это то блюдо, что нужно готовить очень тщательно и неторопливо! А как этот рыжий будет мучиться с отчётами… Ммм. О да, он узнает, каково было ей после открывшейся гибели Совета 46 и предательства сразу трёх капитанов! Она ему припомнит все долгие часы унижения, когда ей приходилось оправдывать собственное бессилие и неспособность что-то предотвратить! Он узнает, каково это – чувствовать свою беспомощность!

Девушка позволила себе небольшую слабость и предалась мечтаниям о будущей очень нелёгкой судьбе Временного (хотя, к тому моменту уже, скорее всего, Постоянного) Синигами. Войди в тот момент в кабинет Оммаэда, он рисковал умереть от сердечного приступа – вид коварно улыбающейся капитана, издающей что-то вроде злобного хихиканья, поверг бы незадачливого лейтенанта в шок. Но, к его счастью, лейтенанта в кабинете не наблюдалось, зато…

– А это ещё что? – уставшая капитан обратила внимание на свой письменный стол. На означенном столе лежал огромный букет белых лилий, а поверх него – аккуратно сложенная записка. Девушка с подозрением окинула букет взглядом. Нет, она знала, что значит букет, когда его дарят женщине, но… никогда не могла подумать, что это случится с ней. Подозрительно оглянувшись и убедившись, что в кабинете всё ещё никого нет и никто её конфуза не видел, синигами взяла записку. Минуту стояла гробовая тишина, но потом…

– Даисуке Сагара!!!! Я убью тебя! – одновременно смущённая и дико взбешённая капитан второго отряда источала непередаваемое желание убивать. – Называть меня «милой», – пальцы сжали лист, едва не разорвав, а голос вырывался из груди сдавленным шипением, – а потом заявлять, что у него окончена некая «миссия», и он возвращается на прежнее место службы, но надеется ещё со мной увидеться?!! Ууу, – духовная энергия вырвалась из тела, окружая хозяйку смертоносной аурой ярости, – точно его убью! Но сначала… – резко успокоилась глава отряда спецопераций, – я перетряхну весь Сэйрэйтэй, но узнаю, откуда ты вообще взялся на мою голову!

Пылая праведным гневом, девушка рывком преодолела расстояние до двери и оказалась на улице. Младшие офицеры должны были находиться в соседнем здании, и она, не замечая ничего вокруг, сразу направилась туда. Нужно было отловить этих бездельников и выдать ЦУ, отправить патрули ко всем Вратам Сенкаймон, запросить данные об их открытии за последние тридцать часов, встретиться с…

Ход мыслей капитана прервал обрывок разговора, донёсшийся из-за двери, которую она уже собралась было открыть, но, едва осознав услышанное, сбилась с шага и в шоке приложила ухо к дереву.

– … я же серьёзно! У капитана Сой Фонг появился парень! – полушёпотом сообщил первый голос.

– Откуда знаешь? – заинтересованно отозвался второй.

– Из надёжного источника.

– Точно! – вклинился третий. – Мне знакомый из Четвёртого Отряда рассказывал, что сразу после прекращения массового безумия на улицах какой-то красавчик принёс капитана Сой Фонг в госпиталь на руках, – от нахлынувшего возмущения у миниатюрной синигами перехватило дыхание, а зубы сами собой сжались до боли в скулах. Как она и боялась, та выходка этого идиота Сагары не осталась без внимания, и теперь уже весь Сэйрэйтэй в курсе. Но вот дальнейшее продолжение повергло её в шок.

– Угу, говорят, он крут. Смог без единой царапины пережить скандал.

– Скандал?

– Приятель рассказал, что сам видел разгромленный кабинет капитана, там вообще ничего целого не осталось – порублено в клочья, но ни капли крови. А лейтенант Оммаэда проболтался, что слышал, как капитан ругалась на кого-то за то, что тот её соблазнил, и пыталась его в этот момент убить. Прямо там – в кабинете.

«ОММАЭДА!!! Я уничтожу эту жирную свинью! Все следующие десять лет испытывать новые типы ударов и болевых приёмов исключительно на этом мешке жира! Он у меня сожрёт собственную униформу! Я ему…» – внутренний монолог капитана Второго Отряда продолжался бы ещё долго, но за дверью разговор и не думал утихать, и Сой пришлось смирить гнев и сконцентрироваться на звуке.

– И что, ни капли крови? – недоверчиво переспросил кто-то. – Да, мужик реально крут!

– А я о чём?

– Из какого отряда, известно?

– Не, я слышал, он вообще не из отрядов, а прямо из Омницукидо, и как бы тоже не капитан.

– Ну, это-то понятно, хотя Омницукидо… Да, наверно, только там и можно найти отморозков, готовых приударить за Фонг-сама…

«Ленивые скоты! Живьём закопаю! Языки повыдергаю! Да как они посмели! Что они вообще себе позволяю…»

– А ещё… – голос стал совсем тихим, заставляя девушку мгновенно прижаться ухом к дереву ещё сильнее. – Так, никого рядом нет?

– Да нет, капитан, наверное, всё ещё на собрании у Ямамото-сама. Главнокомандующий не на шутку разошёлся. А что такое?

– Ну… – рассказчик замялся. – Мужики, только вы никому! В общем, поговаривают, что у них с капитаном уже всё было.

– ЧЕЕЕГООО?!! – грянул хор голосов.

«Ч-чего?!!» – чуть ли не упала на месте решившаяся подслушать, на свою голову, подчинённых Сой Фонг.

– Да-да, она так и кричала «Ты где был?», а потом «Ты воспользовался моим состоянием!»

– А он?

– А он оправдывается, потом ещё сказал, что ей всё нравилось, говорит, мол, «странное проявление благодарности и симпатии».

– Охренеть! – сплетники (или лучше назвать их смертниками?) фонтанировали удивлением. – Ну, может, теперь она станет добрее? Ну, знаешь, говорят, что когда женщина постоянно злая, у неё этот, недотр… – подобного капитан стерпеть уже не могла и рывком открыла дверь.

– Тренировка. Всех вас. Со мной. Немедленно! – с колоссальным усилием проталкивая через горло членораздельные звуки, прорычала красная, злая и растрёпанная Сой Фонг.

– Ксо… Он её отшил, – провыл один из младших офицеров, глядя куда-то вниз. Видимо, ляпнул он свою мысль вслух чисто от шока, но было уже поздно. Проследив за его взглядом, капитан с ужасом обнаружила, что до сих пор сжимает в руках букет цветов и записку.

– Зажаль их до смерти, Сузумебачи!..

А в это время на окраине Руконгая.

– Приветствую вас, Ран'Тао-сан. Надеюсь, я не помешал? – привлекаю внимание женщины, едва спустившись в её землянку. Жила она, к слову, небогато: маленькая комнатка, метров, может быть, десять на шесть, значительную часть которой занимала старинная кровать с балдахином, пара шкафов, простенький очаг в центре – практически обычный костёр с подставкой для котелка. Потолок был низкий, стены то ли чисто глиняные, то ли покрыты её слоем, как штукатуркой. Правда, внутри было сухо, стоял приятный запах трав и чувствовался некоторый уют.

– Вы? – учёная удивлённо отвернулась от какого-то сундучка, в котором до этого увлечённо копалась. – Капитан Сагара, верно?

– Не совсем, – улыбаюсь, чуть поправляя белые полы любимого пальто, в которое заблаговременно переоделся. – Моё имя – Алукард, я имею честь быть арранкаром, а конкретно – Примерой Эспадой. Если сравнивать с иерархией Готэя-13, то я занимаю положение, эквивалентное положению Ямамото Генрюсая, – ну да, если Соске у нас за Короля Душ.

– Арранкар? Пустой, снявший маску?.. – глаза моей собеседницы чуть сузились, и уже более собранным голосом была озвучена догадка: – Айзен Соске?!..

– Да, вы всё правильно поняли.

– Однако… – женщина взяла себя в руки и привычным движением потёрла переносицу. – Ямамото Генрюсай – командующий Готэй-13, но при этом он ещё и сильнейший синигами в Обществе Душ…

– Всё верно.

– Вы хотите сказать?.. – в её глазах отразилась испугавшая женщину догадка.

– Именно. Я – сильнейший Пустой в Хоэко Мундо. Впрочем, понятие Пустой ко мне уже не совсем применимо, так как я не имею пустоты в душе.

– Что вам от меня нужно? И зачем был этот маскарад ранее?

– Так было нужно, к сожалению, пока это всё, что я могу сказать. А насчёт первого вопроса… Знания, талант, опыт. Я пришёл предложить вам работу. У нас уже есть один учёный, но, к сожалению, он мало отличается от Куроцучи Маюри, капитана Двенадцатого Отряда, а лично мне хотелось бы иметь дело с адекватным человеком.

– А как же Айзен?

– Соске Айзен – наш лидер, ему по должности не положено сидеть в лабораториях.

– А если я откажусь? Вы меня убьёте?

– А вы откажетесь? После всего, что вам сделало Общество Душ? Впрочем, ответ «нет», я не стану вас убивать.

– Странная позиция для пустого, – женщина постаралась произнести это как можно небрежней, но получилось плохо, и внутреннее напряжение прорвалось наружу. Кстати, на мой взгляд, это было странно, ведь она, как минимум, прожила более тысячи лет, хотя… Вполне может быть, что это последствия долгой жизни в одиночестве, когда нет нужды ни от кого скрывать свои чувства.

– Я же уже сказал, этот термин ко мне малоприменим. Я не люблю бессмысленных убийств, а ваше убийство будет именно бессмысленным. Ведь даже если вы захотите, то всё равно ничего не сможете рассказать командованию Готэя-13. По крайней мере, ничего такого, что представляло бы для нас хоть какую-то угрозу, – даже сдай она то, что «капитан Сагара» – на самом деле Пустой, это ничего не изменит. Помогавшие мне синигами включат дурочку и будут всё валить на способности занпакто Айзена и утверждать, что видели именно своего покойного капитана. Сама же засвеченная маска в любом случае своё отжила и более, скорее всего, не пригодится.

– И все арранкары такие… миролюбивые?

– К сожалению, нет. Среди нас хватает «интересных» личностей. Итак, что вы ответите?

– Я могу подумать?

– Конечно. Суток вам хватит? Время в Хоэко Мундо бежит куда быстрее, чем в Обществе Душ, а мне ещё нужно проверить состояние моих подопечных.

– И много их у вас? – заинтересовалась женщина.

– А вот это я смогу вам сказать только в том случае, если вы пойдёте со мной, – растягиваю губы в вежливой улыбке. – Но кое-что поведать могу. Среди них есть один баунто, так что Кария несколько заблуждался, когда говорил, что он последний.

– Вот как… Хорошо, я скажу вам своё решение завтра, – ответила синигами, но я уже видел, что она согласна. Не хочет так быстро покупаться? Пускай, это промедление всё равно ни на что не повлияет.

– Тогда завтра в полдень я приду, чтобы услышать ваш ответ, Ран'Тао-сан, – один лёгкий поклон, скорее кивок, и сюмпо. Волнения духовного фона улеглись, а потому не стоит лишний раз привлекать внимание к своей скромной персоне вспышками духовной энергии Пустого, пусть и незначительными, но мало ли.

Покинув даму, я не стал особенно отдаляться от её жилища и, найдя укромное местечко, расположился в том же лесу. Прежде всего, как говорится, доверяй, но проверяй – то есть пусть я и уверен, что она никуда не побежит, но это не значит, что с моей стороны было бы разумно оставлять её без присмотра на время раздумий, ведь гости могут прийти и к ней, а там и всякие неожиданности начаться могут. Ну а вторым мотивом решения посидеть на природе стало ясное понимание того факта, что после моей последней выходки с любовным письмом к Сой-тян в Сэйрэйтэе мне лучше не появляться минимум неделю, а то и пару месяцев. Алчущая праведной мести женщина способна творить чудеса, а на благотворное влияние Йоруичи рассчитывать особо не приходится. В городе-то она была, вот только где и что делала – оставалось покрытой мраком тайной, подчинённые Хамуры смогли узнать, что в запечатывании Дзёкайсё она засветилась, ещё разок мелькнула рядом с Ичиго, явно проверяя, как он там, но потом исчезла и к своей ученице-воспитаннице не забегала, а значит, всё внимание последней будет направлено на скромного капитана Сагару. Оно нам нужно? Оно нам нужно. Но позже, когда Примера Эспада получит санкцию верховного командования на свободное каперство против Готэя-13, а пока мысли на тему «схватить в охапку и утащить к себе в пещеру» оставим до лучших времён.

Впрочем, у меня было чем себя занять и помимо построения планов на основе уходящих в глубины веков традиций взаимоотношений полов. Всё, что можно было сделать на данный момент, я сделал, сейчас же следовало попробовать разобраться с «наследством» Маюри.

Несмотря на то, что такой глупости, как перенос сущности учёного в свой внутренний мир с сохранением её целостности, я совершать не стал, из её обрывков всё ещё можно было извлечь нечто полезное. Как минимум, это позволялось в теории. Так что, устроившись поудобней между густыми кустами, само собой, полностью скрыв реацу, я привычным движением скользнул в дом Мурамасы.

– Как наш гость? – приветствую дух меча, что встретил меня привычным выражением равнодушия на лице и спрятанной в левый карман рукой.

– Скован и постепенно растворяется, – не уточняя, о ком я, ответил занпакто и указал глазами на соседнюю вздымающуюся над морем колонну.

Короткое сонидо, и я уже на ней, мигом позже рядом встал и Мурамаса. Остатки сущности Куроцучи во внутреннем мире выглядели как груда футуристический аугментики: протезы рук, ног, внутренних органов, перемежающиеся кусками оплывшей, словно воск, плоти, соединительными трубками и обрывками каких-то журналов. В центре кучи возвышалась колба с плавающим в ней мозгом, покрытым мигающими лампочками. И всё это потихоньку растворялось поднимающимися в воздух спиритонами.

– Скажи, занпакто ведь знает всё, что знает его владелец?

– Как правило, это так, – подтвердил мой собеседник, – но знания не всегда осознанны, многое зависит от личностей меча и синигами, а также от того, насколько они доверяют друг другу.

– Ты смог узнать что-то из его меча? Ты ведь понял моё желание получить его знания?

– Да, я это понял, но… – Мурамаса шагнул вперёд и, нагнувшись, поднял из кучи изъеденную ржавчиной рукоять, – Асисоги Дзизо нельзя назвать полноценным занпакто, его личность неполноценна, памяти практически нет, а его отношения с хозяином далеки от понятия «доверие».

– То есть ответ «нет»?

– Мне жаль, – огрызок упал обратно, оставив после себя в воздухе облачко белых спиритонов, разлетающихся вокруг, словно рой снежинок.

– Ясно. Что ж, я попробую всё сделать сам, но не уверен, что это безопасно. Присмотришь за мной?

– Разумеется. Хотя я бы не советовал этого делать, его душа… Сильно искажена.

– Я бы тоже не советовал, – вздыхаю. – Но нужно…

– Я готов.

Благодарно киваю мечу и опускаю руку на колбу с мозгом, пытаясь настроиться и уловить в огрызках сущности то, что мне нужно. Тут же нахлынуло пренеприятнейшее ощущение – словно засунул руки в разлагающийся труп и пытаешься вытащить из него проглоченные драгоценные камни, причём действие происходит в тёмной комнате, и действовать приходится на ощупь… Бррр.

Но вот, эм, субстанция дрогнула, и появилось чувство, что мне удалось что-то нащупать. Ещё секунда, и я потянул это «что-то» на себя. В мысли ворвались смутные, бессвязные образы. Какие-то исследования, формулы, вскрытые трупы, эксперименты по переливанию крови пустых синигами и обратно. Весь этот бессвязный бред ударил по мне, подобно кузнечному молоту. Но худшее началось дальше – эмоциональная оценка, мировоззрение, утверждающее, что этот мир нужно препарировать, а остальное – мелочи…

В себя меня привёл мощный удар, буквально отправивший моё тело в полёт к противоположной стороне широкой колонны и оторвавший от перевариваемого Маюри.

– Как себя чувствуешь? – как ни в чём не бывало поинтересовался Мурамаса, чья духовная энергия потихоньку успокаивалась.

– Нормально, это был психосоматический транс, вызванный слишком тесным сплетением личных ноосфер субъекта и объекта воздействия, видимо, одновременное поглощение физической и информационной матрицы активизирует процесс взаимного проникновения, – мне захотелось почесать висок, привычное движение, но вместо того, чтобы специально удлинённый для почёсывания ноготь шкрябнул по коже, виска коснулся лишь воздух. – Эээм? – я осмотрел свою правую руку. Обычная скучная ладонь с обычными пальцами, и никакого чесательного ногтя на среднем пальце. Минуточку, а какого чёрта там должно быть нечто подобное? – Мурамаса… Врежь мне ещё раз. Срочно, – занпакто повиновался и атаковал.

Более-менее в себя я пришёл только минут через сто двадцать, проведённых в постоянном избиении. Чтобы я ещё раз когда-нибудь полез в мозг к психу-вивисектору… Да никогда и ни за какие сокровища! Мои и так подтекающие мозги (что поделаешь, здоровый индивидуум до маски Тоби не додумается) повторения подобного опыта не выдержат точно, а поехавший крышей Примера Эспада – это очень грустно, в первую очередь, самой Примере. М-да, но вернёмся к влезанию и освоению памяти. Это был провал, не полный, но близко к этому. Не знаю, «повезло» мне так или это нормально, но память этого психа была очень плотно завязана на эмоциональную палитру. А та, в свою очередь, была надёжно сплавлена с личностной матрицей. В итоге, начиная «смотреть» даже простейший опыт, я получал полный букет ощущений и мыслей Маюри в тот момент, а уж если это был не безобидный «опыт с пробирочкой», а вскрытие какого-нибудь квинси, то поток эмоций и чувств меня реально вышибал, стирая грань между памятью и реальностью. В общем, к чёрту такое обучение – в своём уме мне его не закончить, а становиться реинкарнацией Куроцучи я точно не хочу. Ладно, основы какие-то есть, пусть они мутные и полуинстинктивные, дальше подтяну сам или Айзена упрошу.

Окончательно растворив то, что осталось от душонки потрошителя, и попрощавшись с Мурамасой, я покинул внутренний мир. Во внешнем было уже около десяти утра, и скоро мне предстоял визит к другой учёной. Хм, прошло порядка четырнадцати часов в мире внешнем… М-да, неплохо так «поучился», но лучше больше так не делать.

Учёная-синигами уже «сидела на чемоданах», если можно так выразиться о небольшой котомке у неё за спиной.

– Вижу, вы решили принять моё предложение, Ран’Тао-сан?

– Да, Алукард-сан, с синигами мне оказалось не по пути. Возможно, с Пустыми сложится лучше… Кхм, никогда бы не подумала, что скажу такое.

– Всё бывает в первый раз, – пожимаю плечами. – Вы готовы? Обратного пути уже не будет.

– Да, – подтвердила своё согласие женщина.

– Тогда мне понадобится немного вашей крови.

– Зачем? – недоверие и любопытство.

– Учёную-синигами Ран’Тао сожрал пустой, вылезший из гарганты, после чего скрылся обратно. Не повезло, бывает.

– Понятно, – женщина делает надрез и щедро брызгает кровью на ближайшую стену. – Сгодится?

– Почти, – для завершения картины творю несколько бала и запускаю их в стены и пол, с учётом моих сил, вполне потянет на полноценное серо адьюкаса. Самое то для «захавывания» синигами с её уровнем реацу, пусть и запечатанной, но от обычного минуса она бы отбилась с лёгкостью, а вот адьюкас подходит идеально. Закончив с постановкой, я открыл гарганту. – Прошу.

Хоэко Мундо встретило нас привычной ночью и диском бледной луны. Перенасыщенный спиритонами воздух родины бодрил и вселял уверенность в завтрашнем дне, а вот моя спутница наоборот как-то сжалась, «злая» атмосфера, должно быть, не слишком положительно сказывалась на и так угнетённой энергетике. Хм, с этим тоже нужно что-то делать, в идеале – снять печать и провести для Ран’Тао полноценную пустофикацию. Только не как у тех недоделок-вайзардов, а нормальную, по типу Тоусена. Впрочем, это подождёт. Для начала неплохо бы её представить непосредственному начальству. Приобнимаю удивлённую таким подходом женщину, и… Сонидо!

– Добро пожаловать в Лас Ночес! – мы оказались перед входом в циклопическое здание. Вход охраняли два гиллина-арранкара, ещё из первых, пробных партий. Ни интеллектом, ни силой они не отличались, но выглядели внушительно, эдакий аналог Джиданбо, или как там звали того «стража врат Сэйрэйтэя».

Не став откладывать дело в долгий ящик, я устремился на реацу Соске, тот уже наверняка заметил моё прибытие и то, что прибыл я не один. Глава всея пустых ждал нас в своём кабинете с кучей мониторов. Кстати, мне всегда было интересно, а чем он занимается тут всё время, не исследованиями и планами по захвату мира же? Или у него где-то здесь замаскированный DVD-бокс с «Властелином Колец» и т.д.? Я бы не удивился.

– С возвращением, Алукард, – сидя на своём «троне», улыбнулся кареглазый синигами, слегка покосившись в мою сторону. – Смотрю, ты пришёл с пополнением?

– Да, разреши представить тебе, – женщина, стоящая рядом со мной, полыхнула удивлением, судя по всему, не ожидала такого панибратского обращения между «начальником» и «подчинённым», – Ран’Тао – выдающийся учёный…

– Не стоит, – ещё раз улыбнулся Айзен, покидая кресло и поворачиваясь к нам. – Я прекрасно знаю о её талантах. Пусть лично мы и не знакомы, но многие мои разработки основаны на её исследованиях. Рад встретиться с вами лично, Ран’Тао-доно, – Соске легонько поклонился женщине, а я едва удержал лицо от позорной изумлённой мины. Нет, что наш лидер как минимум наслышан об этой женщине, я догадывался, но вот то, что он отнёсся к ней с неподдельным уважением, лично меня сильно впечатлило. Хотя у синигами очень немного выдающихся учёных, можно буквально по пальцам одной руки пересчитать. Так что уважение эта женщина действительно заслуживала. – Итак, каким же образом Алукард сумел вас заинтересовать?

– Эм…

– Я хотел выделить ей помещение и персонал. Нам не помешает собственное Бюро Технологических Разработок, – то, над чем тужится Заэль, выглядело отвратно, о чём Соске прекрасно знал. Ну и синигами я под этого арранкара точно не отдам, проще самому зарубить на месте, чем так, что для Айзена также было очевидно.

– Ясно. Поступай как знаешь. Кстати, Угаки ожидает тебя двумя этажами ниже, мы с ним слегка побеседовали, и он изъявил желание быть полезным. Думаю, ты захочешь его навестить, а я бы не отказался поговорить с нашей гостьей. Её проводят к тебе чуть позже, – понятно, большая начальника хочет поболтать с коллегой-учёной и просит всяких варваров погулять в сторонке. Что ж, не имею ничего против. К тому же он не спросил, как всё прошло в Обществе Душ, значит, уже доложили. Эх, и смысл было меня туда посылать, раз у него и так всё было под контролем? Хм, пожалуй, это можно будет попозже и спросить – интересно, что он скажет?

Дальше я встал перед нелёгким выбором, кого навещать первым – мою фракцию, Тию или баунто? По здравому размышлению пришёл к выводу, что если начну я с фракции, то на ней моё сегодняшнее общение с народом и закончится, да и с Тией я могу провести несколько часов кряду. Элементарно из любви к прекрасному, так сказать. И это минимум. Увы, как бы мне такого ни хотелось, но сначала дело – развлечения потом, а значит, начнём с Зависимого. Сонидо! Боги, как же хорошо снова использовать его без оглядки на возможность спалиться.

Угаки действительно ожидал меня в «гостевых покоях». Ну, как ожидал? Его просто оставили в этой комнате и настоятельно не рекомендовали куда-либо выходить, в качестве развлечения подсунув каких-то книг. Вот и сидел баунто в кресле и читал эти самые книги. Меня он не то чтобы был рад видеть, скорее, присутствовала здоровая опаска. Разводить излишние политесы мне было откровенно лень, а потому я поставил товарища перед фактами. Он – последний Зависимый, если, конечно, у них ещё где общин не было, и если он не хочет, чтобы его вид полностью исчез с лица земли, ему надлежит быть «белым и пушистым». Понимая, что на одном кнуте далеко не уедешь, я предложил и пряник – возможность работать с «мамой», а значит, в перспективе, создать новое поколение баунто, к тому же усиление пустых и подвиги на благо науки Хоэко Мундо будут прекрасным способом как следует нагадить синигами. Ведь что может быть лучше, чем помочь врагу своего врага?

Разумеется, друзьями мы не стали, да и доверия сей типус у меня не вызывал, но искренняя радость, промелькнувшая у него на лице при известии о смерти Карии, который его несколько ранее кинул, подстроив бунт куклы, и тем самым едва не лишил жизни, давала некоторые надежды на то, что в будущем мы сработаемся. По крайней мере, он не был помешанным психопатом, как Заэль и Маюри, а уже одно это дорогого стоит. К тому же у меня найдётся кому за ними присмотреть, ибо, как ни крути, а любой персонал намечающегося научного отдела будет так или иначе отбираться мной, а то и вовсе принадлежать к моей фракции. Потому следующим пунктом программы были мои девочки. Пора наконец-то познакомиться с новым обликом Мидори.

Решив устроить девочкам небольшой сюрприз, я не стал открывать своё присутствие и последовал на ощущение реацу моих фракционов, рядом с источниками которой, к некоторому удивлению, обнаружилась и троица подчинённых Тии. Увы, без прекрасной блондинки. Трес Эспада ощущалась в районе своего дома, а вот мой путь закономерно привёл меня к собственному особняку.

Итак, дом, милый дом. Что о нём можно сказать? Цел, чист и вроде бы даже покрашен. О! И кустик травы из мира живых всё ещё здесь, даже разросся в небольшую площадку. Хотя стрижка новоявленному газону явно не помешает, надо будет озаботиться, а то, судя по виду тянущихся ввысь стеблей, тут скоро вырастут настоящие заросли. Но это потом, итак, дверь открыта, петли смазаны – не скрипят, никто, ясное дело, не встречает… Идём дальше.

Фракция обнаружилась на кухне и была занята жизненно важным делом. Они вместе с подопечными Тии учились готовить. Ну как учились… На данный момент вся честная компания с философским выражением лица медитировала над прожжённой кастрюлей. Кстати, откуда у меня дома эта кастрюля? Ни разу её не видел…

– Мидори к готовке больше не подпускаем. Никогда, – с выражением мрачной решимости на лице постановила Кин.

– И-извините, я не специально, – потупилась означенная Мидори.

Выглядела она довольно примечательно – невысокая хрупкая фигура, метр пятьдесят пять-метр шестьдесят росту, белые волосы едва достигают лопаток, да и то их почти не видно – всё скрывает маска-шлем, выполненная в виде странного гибрида «классической» самурайской «каски» с полуличиной спереди, больше свойственной славянской и византийской традиции. Одета была девушка… Хм, или всё-таки ближе к девочке? Пока никак не пойму, ну да ладно, временно оставим этот вопрос. Так вот, одета она была в нечто вроде обычного спортивного костюма, как и положено, бело-чёрной расцветки, разве что рукава были наподобие того, что носила Сун-Сун, хоть и не такие широкие.

– Это уже пятая кастрюля за день! – злобно накинулась на неё Апачи, словно все пять принадлежали запасам Тии… Хмм… А может, и не словно. – Что можно такого смешать из мяса, воды и специй, чтобы оно разъедало и железо, и керамику?! А в прошлый раз твоя адская стряпня вообще взорвалась! – кхм… М-да, сильно.

– Я не знаю, оно само! – вжала голову в плечи маленькая арранкарка. Кстати, со всех сторон маленькая – рост небольшой, грудь… не обнаружена, даже её оружие представляло собой не катану или, на худой конец, вакидзаси, а имело вид танто с довольно странной и кажущейся неудобной рукоятью. Резерв с большой натяжкой можно принять за адьюкаса, судя по обмолвкам, контроля над реацу тоже нет, а если её способность вырабатывать различные яды и прочие… хм, вещества, усилилась вместе с арранкаризацией, то ещё хорошо, что посуда только плавилась и взрывалась, а не, допустим, обретала самосознание и уходила постигать дзэн. Мало ли…

– Кто-то просто не умеет держать в узде свою духовную силу… Прямо как Апачи собственные эмоции, – полным сладкой патоки голосом заметила Сун-Сун, пряча нижнюю часть лица в ладошке и лукаво стреляя глазами в подругу.

– Чего сказала, гадюка хладнокровная? – мгновенно переключила фокус негодования брюнетка с разноцветными глазами.

– Что слышала, необузданное парнокопытное, – самым ласковым и нежными голосом проворковала провокаторша, пряча довольные глазки.

– Эх… – грустно вздохнула Кин, не обращая на начинающийся скандал никакого внимания, видать, привыкла. – Значит, нужно будет увеличить количество занятий по управлению духовной энергией, иначе мы рискуем остаться без посуды…

– И господин Алукард может нас наругать, – ровным голосом поддержала её Сёри.

– Не забывай о Тие-сама, мы готовим для неё! – сразу же включилась Мила Роза.

– Да-да, конечно, – согласилась с «неизбежным злом» Кин, не отрывая печального взгляда от кастрюли.

– Да, оставлять уставшее начальство без ужина – это плохо, – включился я в беседу.

– Правильно, Алукард-сама, – на автомате ответила кошка, потом резко выпрямилась, словно швабру проглотила, и неверяще обернулась ко мне. – Г-господин… – рубиновые глаза девушки распахнулись почти на пол-лица, и… – С возвращением! – моя первая слуга радостно повисла у меня на поясе, счастливо прижимаясь лицом к груди. Сёри тоже дёрнулась было вперёд, но в последний момент засмущалась и, постаравшись принять как можно более сдержанный вид, опустила взгляд.

– Э-э-э… Здравствуйте, господин Алукард! – поклонилась Мидори, прямо-таки фонтанируя «мандражом», плавно переходящем в панику. Фракционы Тии также дружно поклонились, мигом забыв о своих склоках.

– Я тоже рад вас всех видеть, – нежно зарываюсь рукой в волосы моего белоснежного котёнка и глажу её по голове. – Апачи, не хочешь присоединиться? – ну не смог я удержаться, не смог! Она так очаровательно меня испугалась и смутилась при моём появлении, так мило переключилась из грозной скандалистки в дрожащую, просто-таки требующую срочной защиты девочку… А я только от Сой-тян… Нет. Не могу сдержаться!

– Я… Я… – в панике задрожала пустая.

– Ну же, иди сюда, я тебя не съем, – улыбка так и лезла на лицо. О, Великая Тьма! Как же я по этому скучал! – Даже не укушу. Честно-честно…

– Н-н-но… – пытаясь что-то возразить, арранкарка тем не менее сделала маленький шажок навстречу мне. Прямо как бандерлоги к Каа.

– Молодец, – подбодрил я, – ещё чуть-чуть…

Апачи подчинилась, а дальше я уже не стал ждать и, протянув руку, привлёк брюнетку к себе. Ох, как хорошо её духовный фон полыхнул паникой! Мммм… Инстинкты пустого внутри просто взбурлили.

– Видишь, ничего страшного, – шепчу, наклонившись к мелко трясущейся в моих объятьях девушке. – А ты боялась, – все вокруг молчали. Кин сместилась так, чтобы у моей груди появилось место, но чтобы самой остаться «приближённой к телу», и теперь терпеливо ждала, что будет дальше. Сёри тоже не испытывала особого волнения, как и подруга, лишь с интересом следя за развитием событий. Мидори ничего не понимала и мандражировала. Сун-Сун и Мила Роза переживали за судьбу сцапанного страшным Примерой товарища, но не слишком сильно, скорее, всё происходящее было для них неожиданным, а перечить язык не поворачивался. Я же откровенно наслаждался. – Ну как, хочешь продолжения? – в моём шёпоте появились явные нотки вожделения, на понимание которых со стороны бывшей адьюкаса я, впрочем, не особо рассчитывал.

– Н… Н-нет, – протолкнула сквозь непослушно стучащие зубы ответ Апачи, покрываясь гигантскими мурашками и ни секунды не веря в то, что я остановлюсь.

– Жаль, – обдаю горячим дыханием её ушко. – Но как хочешь, – отпускаю левую руку, и пустая оказывается на свободе.

– А? – реацу «пленницы» полыхнуло полным непониманием происходящего.

– Ну, ты сказала, что не хочешь, и я тебя отпустил, – поясняю, с кайфом садиста наблюдая, как в духовном фоне брюнетки медленно поднимается буря из облегчения, пьянящего чувства свободы и… медленно разгорающейся досады.

– Д-да, с-спасибо, Алукард-сама, – арранкарка судорожно поклонилась и начала пятиться в сторону выхода. – М-мы пойдём, вы не против?

– Нисколько. Передавайте Тие от меня привет, и если она пожелает, я буду очень рад увидеть её завтра на чай. В любое время, как ей будет удобно.

– Конечно, Алукард-сама, мы передадим! – заверила Мила Роза, и вскоре вся троица скрылась из виду, после чего почти мгновенно ушла в сонидо, вынырнув только у дома своей госпожи.

– Какие они милые, когда боятся не пойми чего, – с улыбкой поясняю свои действия фракционам. – А ведь напади я на Тию, все трое бросились бы на меня без раздумий, даже не вспоминая о каком-то там страхе.

– Мы тоже за вас бросимся на кого угодно! – горячо заверила меня Кин, будто испугавшись, что я их корю за небрежение.

– Я знаю, Кин, вы у меня хорошие девочки, – ещё раз взъерошиваю ей волосы, наблюдая в духовном фоне незамутнённое мление от счастья с одной стороны, зависть – с другой и непонимание – с третьей. – Итак, расскажите, как жили здесь без меня, – разворачиваюсь к гостиной и увлекаю всех за собой. – И, Мидори, ты уже освоилась?

– Я… Я старалась, господин Алукард! – «давшим петуха» голосом пискнула девушка. Да-да, всё-таки девушка – не скрытое шлемом личико было довольно милым, но принадлежало всё-таки скорее молодой девушке, чем ребёнку.

– Простите, господин, мы ещё не успели ей всё рассказать и объяснить, – шепнула мне в левое ухо Сёри, перемежая слова жарким дыханием и прижимаясь ко мне высокой грудью.

– Сначала нужно было сделать так, чтобы она не отравляла воздух вокруг себя. Ничего смертельного или даже опасного, но все продукты в доме мгновенно портились, – а это уже было в правое, от и не думающей отлипать неки.

– О, значит, вы тут не скучали? – усаживаюсь в кресло, а девушки, нисколько не стесняясь новенькой, усаживаются ко мне на колени. Хотя вряд ли Мидори поймёт подтексты подобных действий, всё-таки она ещё совсем недавно была обычной пустой, причём из низших ступеней, а это оставляет определённый отпечаток на восприятии и скорости развития. Не думаю, что она адаптируется раньше визита Ичиго в нашу скромную обитель. Ладно, это может обождать. Показав новенькой присаживаться на диванчик, я откинулся в кресле и принялся выслушивать «доклад» моих фракционов, мысленно прикидывая, как бы отправить заниматься чем-нибудь полезным бывшую скорпионку, а самому уединиться в спальне с двумя прекрасными арранкарками, по которым я успел сильно соскучиться.

Однако решение вопроса пришлось немного отложить в свете одной неожиданно всплывшей новости…

– Как-как? – переспросил я, вклинившись в монолог Кин.

– Улькиорра, господин, – с готовностью повторила кошка. – Его привели две недели назад, и он сразу получил четвёртый номер в Эспаде.

– Кто привёл? – мне стало искренне интересно.

– Я точно не знаю, – поникла девушка. – Мы сами не видели, как его привели, и фракция госпожи Тии тоже, но он сильный!

– Понятно, – придётся спросить у Айзена. – А его самого видели?

– Да, – синхронно кивнули все три пустые. – Он такой худой, бледный, с короткими чёрными волосами…

–Глаза зелёные, и от них полоски по щекам вниз… – вставила свои пять копеек Сёри.

– А на голове половина шлема, почти как у Мидори, – продолжила Кин.

– Очень спокойный, но рядом с ним неприятно, – чуть тише дополнила мечница. – Не страшно, но… Его реацу очень холодная… Неприятно…

– Вот как, значит… – а ведь она удивительно точно описала суть Улькиорры. Холодный и опасный… Настоящий наёмный убийца. – Что ж, ладно. Ещё что-нибудь?..

Больше ничего столь же интересного не было, и, наконец, придумав, чем занять новенькую, я с чистым сердцем это и сделал. А если точнее – приказал ждать внизу прихода некой Ран'Тао со спутником (вряд ли она не прихватит с собой баунто), после чего позвать меня. Я же, мол, в это время буду занят очень важным делом наверху, и мешать мне нельзя, да.

Того, что может получиться конфуз, я не боялся – данный приказ был просто видимостью приобщения к «Важному Делу», чтобы девочка банально не считала себя брошенной, а уж реацу синигами я смогу почувствовать задолго до того, как эта дамочка постучится в мою дверь. И совершенно не важно, чем я буду заниматься в этот момент.

Так что, напустив на себя серьёзный вид (ах, какой нехороший обманщик маленьких наивных арранкарочек!), я поднялся на второй этаж в сопровождении почтительно притихшей парочки старших фракционов. И только после того, как дверь спальни отсекла нас от остального дома, позволил себе дать волю рукам, сцапав радостно пискнувших девушек. На кровать мы повалились прямо в одежде, ибо сил терпеть уже не было, и, сжав в руках сразу две аппетитные попки, я приступил к архиответственному делу – практическим экспериментам по теме «у кого из моих фракционов наиболее сладкие губки»…

Увы, все самые лучшие моменты жизни до отвратительного быстро заканчиваются. Нет, на Кин с Сёри грех жаловаться, они честно выдержали восемь кругов каждая, и ещё по два после отдыха, но даже выносливость арранкаров имеет предел. Мой, правда, был заметно выше (очень заметно), но чего уж теперь? Сам хотел стать самым сильным бугром в Хоэко Мундо, вот и остался… кхм… бугром. Н-да… Не будем о грустном.

В общем, когда Мидори стучала в нашу дверь наверху, мы с девочками ничем шокирующим детскую психику уже не занимались. Откровенно говоря, девочки вообще бесстыдно спали, прижавшись ко мне с двух сторон и по-хозяйски узурпировав коленом каждая свою ногу. А вот я не спал и всё чувствовал… Негодяйки! Но любимые, чего уж там. Правда, появление Ран'Тао, как и ожидалось – на пару с Угаки, я всё равно воспринял почти как манну небесную, или, вернее, как законный повод отвлечься и не терзаться муками широкого морально-физиологического спектра, но это уже частности.

– Итак, как прошла ваша беседа? – присаживаюсь в кресло, жестом указывая им на диванчик напротив.

– Познавательно, – улыбнувшись кончиком губ, ответила синигами, принимая предложение. – А вы с Соске Айзеном, как я понимаю, друзья? – женщина лукаво сощурила глаза.

«Хо-хо, какие вопросы, да сразу в лоб. Неужели она действительно настолько долго жила без общения с людьми, что забыла самые основные правила поведения? Впрочем, можно и ответить – с меня не убудет».

– Сомневаюсь, что он считает меня другом, – пожав плечами, отвечаю чистую правду. Врать в таких вещах элементарно глупо, а приукрашивать и вовсе вредно. – Скорее, любопытной подопытной зверушкой. Хотя это лишь гипотеза.

– И почему вы так считаете? – Ран'Тао напряглась, как и Угаки, до сего момента старательно притворяющийся ветошью.

– Айзен… – улыбаюсь слегка ироничной улыбкой, припоминая собственные размышления на поднятую тему, – человек загадочный. И гораздо более умный, чем я. Он больше сотни лет водил за нос весь Готэй-13, подчинил Хоэко Мундо и по какой-то причине почти мирно ушёл из Общества Душ, вместо того, чтобы спокойно вырезать капитанов, как он сделал с Советом 46. Я, конечно, могу тешить своё Эго иллюзиями сколько угодно, выдавая собственные фантазии за реальные причины его поступков, но я ещё не настолько интеллектуально деградировал, чтобы всерьёз мнить, будто понимаю суть его целей или о чём он думает. Так что, – развожу руками, – я могу только строить гипотезы и стараться не слишком переоценивать собственную значимость в чужих глазах.

– Другими словами, вы ему не очень и доверяете, – стараясь держать лицо, продолжила явно очень важный для себя разговор женщина, рефлекторно поправляя очки.

– Ну почему же? – почти искренне удивился я. – Я доверяю ему сильнее, чем абсолютному большинству своих знакомых, как минимум за то, что он точно не будет поступать импульсивно, необдуманно и бессмысленно. Другое дело, что я не собираюсь забывать, кто из нас кто, – да и сложно забыть после случившегося с Нел, очень уж показательное было представление. Отрезвляющее. Если, конечно, уметь думать.

– Кто из вас кто? – переспросил решившийся вступить в диалог баунто. – Что это значит?

– Айзен, – убираю из голоса все намёки на шутливый тон, – нам ничем не обязан – ни мне, ни любому другому арранкару или пустому. Мы не спасали ему жизнь, не лечили терзающие его недуги, не оказывались рядом в трудную минуту, даже в его исследованиях наша роль исчезающе мала. Так что он ничего нам не должен. Абсолютно. А вот наш долг весьма и весьма существенен… Избавление от страха регрессии, возможность ощутить всю полноту жизни, заполнить пустоту в душе… Это только самое основное, но даже это много больше, чем один разумный может дать другому. Потому я доверяю Айзену, просто не забываю, что он здесь и сейчас преследует свои интересы, а не мои.

– Довольно… самоотверженная позиция, – произнесла Ран'Тао спустя несколько секунд.

– Вы так думаете? – вскидываю брови. – Я считал её просто честной.

– А если он попытается вас уничтожить? Вас и всех арранкаров? – хо-о-о, да что же он такого ей наговорил, что она задаёт такие наглые вопросы, по сути, едва знакомому мужику?

– Хм, Мурамаса, а я сейчас, случайно, не в иллюзии Къёко Суйгецу? – мысленно обращаюсь к мечу.

– Нет. Но я обязательно сообщу об этом сразу же, как почувствую, – в голосе занпакто слышалась едва различимая ирония. Ах да, я же его уже несколько раз спрашивал… Так и достать недолго.

– Прости, – и, уже обращаясь к собеседнице, улыбаюсь: – Если это случится, полагаю, мне будет больно.

– Вы так спокойно к этому относитесь…

– А как я должен к этому относиться? – подавляю смешок. – Если Айзен попытается меня убить – я буду защищаться, если он не попытается меня убить – я буду честно выполнять свою работу. Это логично. Не начинать же мне строить против того, кому я фактически обязан вторым рождением, какие-то коварные планы на основе лишь предположения, что он, может быть, когда-нибудь захочет меня убить? Это как минимум попахивает предательством и очень сильной неадекватностью, – а ещё это бесполезно, потому как его реальных целей я действительно не понимаю от слова «вообще», а на официальную версию из воспоминаний о мультике с позиции моего нынешнего опыта можно смело класть благоухающую кучу.

– Ммм… Ясно, – сосредоточенно о чём-то задумалась женщина.

– А с чего вообще такие вопросы, которые можно интерпретировать как очень неудачную попытку прощупать на предмет вербовки? – улыбаюсь, с интересом глядя на учёную.

Женщина встрепенулась и густо покраснела.

– Я… Ничего подобного не собиралась… – синигами слегка нервно поправила очки. – Просто хотела разобраться… Отношение бывших пустых к вернувшему им человеческий облик – это очень интересная тема.. Мне интересная… Я не подумала, что это может быть неудобно, прошу прощения, – ещё мгновение на лице Ран'Тао сохранялось выражение конфуза, но внезапно в глазах вспыхнула какая-то мысль, и учёная с любопытством посмотрела на меня. – А скажите, понятия «прощупать почву» и «вербовка» доступны всем арранкарам?

– К счастью, нет, – вновь улыбаюсь, копируя мимику Айзена. – Большинство очень плохо помнит свою жизнь до становления пустым, а о человеческих взаимоотношениях имеет крайне смутные представления.

– А вы?

– А я любил гулять в Мире Живых, будучи ещё Вастер Лордом, – и ведь ни слова не соврал! – Но что мы всё обо мне да обо мне? Вы ведь пришли решить какие-то организационные проблемы по будущей лаборатории?

– Вы правы, – женщина взяла себя в руки и придала взгляду предельную серьёзность. – Соске Айзен сказал, что я могу взять любое свободное помещение в этом городе, и что вы поможете с ознакомительной экскурсией.

– Да, это так, – киваю на слова синигами. – Есть какие-то конкретные предпочтения, пожелания?

– Хм, – задумалась Ран’Тао, – ничего особенного. Круг исследований ещё не определён, хотя варианты один интереснее другого, так что ограничимся общей схемой… – и замолчала.

– Неплохо было бы узнать, что именно входит в эту «общую схему», – намекнул я на недостаток информации, хотя что-то такое в глубине сознания шевельнулось, из разряда смутных образов. Не иначе, наследие Маюри среагировало.

– Ах да, простите… Экранированное помещение под хранилище образцов, несколько залов, желательно защищённых, расположенных на значительном расстоянии друг от друга и имеющих возможность блокировки. Они пойдут под риск-лаборатории…

– Вряд ли в мире найдётся много вещей, способных представлять серьёзную опасность для местных обитателей… Да даже если и найдётся, то это лишь плюс им. Но прошу прощения, я вас перебил. Ещё что-нибудь?

– Кхм, м-да, а я только начала забывать, где именно нахожусь… – кашлянула синигами-учёная. – Ещё… Ну, можно пару полигонов для испытаний, но в ближайшее время вряд ли они будут эксплуатироваться.

– Думаю, вы спокойно сможете использовать обычные полигоны Эспады. Во всяком случае, не вижу никаких препятствий к этому.

– Хорошо. Следующий вопрос… Правда, я не уверена, что это к вам, Алукард-сан.

– Ну, задавайте, а там посмотрим, – пожимаю плечами.

– Лаборанты и помощники. Даже вдвоём проводить что-либо действительно интересное весьма трудно, а уж отвлекаться на «мытьё пробирок»… В общем, это не очень продуктивно.

– Хм, пожалуй, тут я тоже смогу вам помочь. Одна из моих фракционов до смерти работала в лаборатории, да и её силы могут вам помочь в исследованиях.

– Спасибо… наверное. Надеюсь, её работа не стала причиной её смерти? – нервно пошутила учёная.

– Не исключено, – я сохранял равнодушную мину. – Её воспоминания о прошлой жизни крайне обрывочны. Но ладно, я примерно представляю, что вам нужно. Думаю, с помещениями проблем не возникнет, а подбором персонала займёмся во вторую очередь.

На этом разговор увял сам собой, а потому я официально представил гостям Мидори, и уже в пополненном составе мы отправились проводить «ревизию помещений».

С ними, как я и думал, проблем не возникло, а если будет требоваться что-то сильно специфическое, то у нас ещё остались нумеросы, в своё время возводившие Лас Ночес. Опыта в постройке у них хватает, организуют всё необходимое за пару дней. С оборудованием для лаборатории уже было немного сложнее, что-то простенькое добыть нетрудно, но вот сложную технику… Впрочем, синигами заверила, что Айзен в курсе затруднений и обещал с техникой подсобить, ну, раз так, волноваться не стоит. Не удивлюсь, если у этого типа в заначке лежит резервное оборудование 12 Отряда. А то, чего доброго, ещё и прототипы, которых нет и у самих синигами.

Остаток дня мы убили на отбор сотрудников лаборатории. Как ни крути, но одной арранкарки-новичка и одного баунто маловато будет на полноценную команду исследователей. Конечно, тот же Заэль или Урахара Киске вполне справляются и без толпы помощников, Айзен, как мне думается, тоже не шибко светил своими исследованиями перед чужими глазами, но если есть возможность создать полноценную научную структуру, то зачем отказываться?

Начать мы решили с ближайшей округи, сиречь, нумеросов. Во-первых, среди них уже есть какие-никакие технари, хоть тот же мужичок, что устанавливал у меня в доме часы. Во-вторых, большая часть нумеросов всё равно шлялась по Лас Ночес без дела, а так хоть польза от них будет.

Собеседования шли по-разному. У одних меня не устраивал уровень развития мозга – просто тупые силовики, для которых простейшее квадратное уравнение – что новые ворота для барана. Другие откровенно не подходили по складу характера – то есть вроде бы и не дурак, но к аккуратной и тихой работе совсем не приспособлен (если бы Гриммджоу оставался нумеросом, он бы попал именно в этот класс). Третьи словно ничего в жизни вообще не хотели, этакие инертные, послушные и безынициативные болванчики, рядом с которыми по коридору пройдёшь и не заметишь.

Находить подходящих кандидатов получалось только среди третьей группы, но работать с ней было в разы сложнее, чем с первыми двумя. Котов в мешке мне было не надо, а потому каждого приходилось мурыжить и колоть, пока не удавалось более-менее понять его характер. А ты пойди вызнай подноготную у безжизненно пялящейся на тебя «амёбы», которая мечтает лишь о том, чтобы ты поскорее оставил её в покое.

В большинстве случаев оказывалось, что перед нами стоит «пофигист по жизни», которому реально плевать на всё вокруг и который по инерции влачит бесцельное существование, как делал это будучи обычным пустым. Только страха регресса уже нет. Впрочем, новых побудительных мотивов тоже ещё не возникло.

Реже, но тоже часто, встречались убеждённые мизантропы-эгоисты, из той плеяды тихих и незаметных психов, которые вечно в плохом настроении и всё время мечтают прибить всех вокруг, да только руки коротки, вот и молчит такой, блуждая по коридорам никому не нужной тенью вселенского укора.

И наконец, самыми редкими были, так сказать, «забитые жизнью». Рядовые из армии Баррагана или члены мелких групп пустых, которых более сильные и морально прогнившие собратья назначали чем-то вроде «козлов отпущения», срывая на них злость или просто потешаясь путём систематических избиений. Такой когда-то была и Кин.

Именно из последних состояла основная часть обслуги Лас Ночес – зашуганные сверх всякой меры, давно смирившиеся с судьбой слабаков, которым ничего не светит, уже и не пытающиеся огрызаться на нападки, несмотря на все инстинкты хищников, они, тем не менее, всё равно пытались что-то делать. Часто неосознанно, на одном подсознательном уровне, но тужились улучшить своё положение хотя бы тем, чтобы стать нужными.

Их-то мы в «лаборанты» и отбирали. Не всех, конечно. Снедаемые жаждой мести и ненавистью к более удачливым собратьям мне были не нужны, но несколько подходящих личностей мы худо-бедно нашли.

Более-менее закончили мы только часов через десять. Нет, работы было ещё навалом, но дальнейшее моё присутствие не требовалось. К тому же Ран'Тао банально устала – блокирующая её силу печать оказывала на общую выносливость очень негативный эффект.

Как бы то ни было, за один день всё равно всех дел не переделаешь, а потому, с чистой совестью оставив учёную с подопечными в выбранных для неё покоях, я со спокойной душой отправился на встречу с начальством.

Айзен нашёлся всё там же и даже в кресле сидел всё так же, поглядывая в пустые мониторы. На столике под правой рукой исходила паром белая чашка кофе. Ножны с Къёко Суйгецу мирно покоились приставленные к креслу с левой стороны.

– Алукард, ты что-то хотел? – не оборачиваясь, поприветствовал меня бывший капитан.

– Да, у меня накопилось много вопросов, на которые я бы хотел узнать ответы, – вряд ли он ответит на всё, но вдруг.

– Спрашивай, – плавное движение рукой, и Айзен делает глоток ароматного напитка.

– Зачем всё это? Мои «командировки» в Общество Душ, присмотр за Куросаки, который и так под колпаком, моё обучение, наконец…

– О, хорошо, что напомнил, – поставив на столик кружку, синигами что-то сделал, и из пола «выехал» новый столик с несколькими очень толстыми и внушительными фолиантами. – Тут изложены теоретические основы кидо и физики духовных тел – наиболее подходящий для расширения кругозора материал.

Нет, теперь мне не кажется, я уверен: издеваясь над окружающими, Соске получает какое-то изощрённое удовольствие.

– Спасибо, но что по остальной части моего вопроса? Или ты не хочешь отвечать?

– Нет, – совершенно спокойно донеслось из кресла, – тебе, Алукард, я, пожалуй, отвечу. Возможно, ты сможешь понять. Скажи, в чём главная беда того, кто поднялся на вершину? Чему он может завидовать, чего желать?

– Одиночество? И завидовать он может тем, кто, пусть и слабее, но имеет возможность не испытывать его?

– Верно. Даже вы, Вастер Лорды, с какого-то момента начинаете собирать себе свиту, последователей, хотя, казалось бы, вся природа пустых кричит «сожри или будь сожран». Но в какой-то момент стремление к обществу пересиливает даже стремление к развитию.

– Но не ты ли хотел стереть грань? Выйти на новый уровень?

– Хотел, – вновь улыбнулся Айзен. – Но что делать, когда вершина достигнута? – хммм… Значит ли это, что он уже эволюционировал? По его словам – вполне, но тогда зачем вообще вся эта хрень канонная была в Каракуре? Нет, не понимаю.

– Пойти искать новую?

– А если это невозможно?

– Помочь подняться на вершину кому-то ещё и продолжать искать способы. Даже если ты поднялся на самую вершину и думаешь, что дальше уже невозможно, то разве преодоление этого «невозможно» не будет очередной вершиной? – что-то во взгляде Айзена на меня изменилось. Слух донёс чуть слышный хмык.

– Ну, вот ты и ответил на свои вопросы, – отчего у меня возникло ещё десять.

– При этом, как всегда, породив новые, – лёгкое пожатие плечами – вот и весь ответ, м-да, непрошибаем. – Ладно, я бы хотел осведомиться по поводу ещё нескольких деталей.

– Спрашивай.

– Ты можешь решить проблему с печатью на силах Ран’Тао?

– Пустой, заботящийся о синигами… Всё-таки ты действительно очень необычен, Алукард. С чего такие позывы? Или… – тут он сделал театральную паузу, – своих фракционов тебе уже мало? – вот же… Даже не знаю, как его назвать. Но Мрак, как же непривычно оказаться в шкуре того, кого троллят, обычно ведь троллю как раз я… Эх, и в этом Соске меня обставил, того гляди, начну испытывать чувство неполноценности в его компании.

– Эта печать сильно снижает её эффективность как учёного, – ухожу от второй части вопроса. – Да и фон Хоэко Мундо с её текущим уровнем сил может пагубно сказаться на её душе. В идеале, лучше бы сместить её баланс ближе к нашему виду, так ей будет проще акклиматизироваться.

– И станет невозможно уйти обратно в Общество Душ, – дополнил Айзен. – Хорошая идея, но я никогда никого не обращаю насильно. Печать можно снять, можно воздействовать на Ран’Тао Хоугиоку, а можно просто создать специальные условия в месте её проживания, чтобы нивелировать эффекты Хоэко Мундо. Пусть выбор будет за ней.

Хм, неплохо, к тому же кто помешает мне подтолкнуть её к правильному? Думаю, именно этого от меня Айзен и ждёт, хотя… Он не может не знать, что я догадываюсь об этом, но в то же время он знает, что я знаю, что он… Так, хватит! Голова начинала болеть от попыток осознать, сколько подтекстов было в речах мятежного капитана и были ли они вообще. Он сказал то, что сказал, или имел в виду что-то совсем другое? Самое поганое заключалось в том, что я знал, что он знает о моей проблеме и… просто улыбается. Гррр.

– Ладно. Спасибо. Ну и ещё один вопрос.

– Всего один?

– Боюсь, мой скудный разум не в силах будет переварить ответы на большее число в текущий момент времени, – этот гнусный тип даже бровью не повёл. Жопой чую, гад развлекается за мой счёт, но не то что вывести его на чистую воду, даже уличить не получается.

– И что же это за вопрос?

– Кто привёл Улькиорру? – спросить, конечно, можно было бы и у кого другого, но мне уже просто хотелось вызвать хотя бы тень удивления на его физиономии, а для этого нужно было как-то выбить его из колеи, и бытовуха после «философской беседы о смысле жизни» – как раз неплохой вариант.

– Гриммджоу. Став членом Эспады, он со всем своим пылом принялся за поиск новых кандидатов, – эффекта – ноль. Ну ладно, не стоило на это сильно и рассчитывать.

– Спасибо. Это всё, что я хотел узнать.

– Не стоит благодарности. Как госпожа Ран’Тао определится со своим выбором, приводи её ко мне, для начала, мне нужно подготовиться. В любом случае, потребуются некоторые материалы.

– Кхм. Ну, тогда не буду отвлекать, – в ответ синигами только кивнул и вновь устремил свой взгляд на выключенные мониторы… Или выключены они были только для меня?

Нет, хватит насиловать себе мозги, лучше пойду расслаблюсь, благо скоро настанет время чаепития с прекрасной Трес, и я смогу хотя бы ненадолго выкинуть все эти интриги из головы.

Чаепитие с Тией после всей этой нервотрёпки, «собеседований» тупых нумеросов, выедания мозга и прочей радости было подобно глотку свежего воздуха, вселяло веру во что-то чистое, доброе, вечное. К тому же чай у Тии с каждым разом получался всё лучше и лучше. Да и поговорить нам было о чём.

– Слышал, у нас пополнение.

– Да. Улькиорра Шиффер стал Четвёртым в Эспаде, – девушка отогнула воротник и аккуратно попробовала напиток. Она всё ещё сильно стесняется демонстрировать свою маску, но прогресс уже есть. Раньше она при мне вообще только печально смотрела на чашку.

– И как он тебе?

– Довольно силён и имеет сильнейшую регенерацию. В случае столкновения требуется уничтожить одним ударом, иначе он очень быстро нивелирует весь полученный ущерб, – дала оценку Халлибел. Ну да, о чём бы ещё арранкару рассказывать, как не о сильных и слабых сторонах потенциального противника. – Теоретически, его способность может позволить ему пережить силу Баррагана… Некоторое время.

– Вот как? А что касается его характера? Целей? Стремлений?

– Сложно сказать, я почти не общалась с ним. По результатам одного разговора – очень неприятный. Всех, кто слабее, считает мусором под своими ногами, – кажется, кто-то из её фракции имел «удовольствие» столкнуться с нашим «чистильщиком». Впрочем, раз Улькиорра ещё жив, если подопечные Тии и получили какой-то ущерб, то, скорее всего, только моральный. – С сильными наоборот, признает нашу власть и готов подчиняться. Очень, – девушка задумалась, подбирая слова, – иерархичен.

– Ясно, спасибо за информацию, – ну что же, удалось убедиться, что его характер полностью совпадает с тем, что был в каноне. А то вдруг бы нарвался на фанонный образ «печального готического принца», никем не понятой романтичной няшки? Бррр, ну и лезет же всякое в голову.

– Не стоит благодарности, я сказала то, что ты и сам мог узнать, приложив каплю усилий, – отвела взгляд арранкарка, а в её реацу я уловил слабую тень смущения. Всё-таки весьма интересно и, я бы даже сказал, захватывающе наблюдать, как она постепенно раскрывается. Становится не такой замкнутой. И эти изменения меня безмерно радовали.

– Тем не менее ты помогла мне сэкономить эту каплю усилий. А главное – время, которое я теперь могу с удовольствием потратить на чаепитие. Или, допустим, тренировку. Не хочешь немного поупражняться со мной?

– Если ты этого желаешь… – начала она опять свою старую песню.

– А чего желаешь ты? Если тебя тяготят наши встречи, то мы можем прекратить их. Жаль, что я не смогу больше видеть твоё прекрасное лицо, но если таково твоё желание… – каюсь, слегка спровоцировал, но мне безумно хотелось сделать следующий шаг в нашей странной дружбе с Тией, но тут требовалась инициатива именно с её стороны.

– Нет! – она даже вскочила с места.

– Ну, тогда не буду больше тяготить тебя своим обществом, – «неправильно» понял я. И даже начал подниматься с кресла.

– Я не это имела в виду! – ого, она даже встала и чуть ли не навалилась на меня, «мешая» уйти. – Мне… нравятся наши посиделки и тренировки! Пусть я всё равно не понимаю, зачем это нужно тебе, но… я хочу продолжать! – ммм, а какой коктейль чувств царит в её духовном фоне. Забавно, она сама толком не понимает, что и зачем делает, но при этом твёрдо уверена, что хочет, чтобы всё так и продолжалось далее.

– Ну тогда, – всё-таки встаю и… подхватываю Тию на руки, в ответ на меня смотрят большими-большими глазами, – как насчёт немного размяться? – кивок от пребывающей где-то «глубоко в себе» девушки был каким-то механическим, но меня это не смутило.

Сонидо, и мы уже далеко за пределами Лас Ночес. С некоторой неохотой ставлю «ценный груз» на песок и даю минуту-другую на прийти в себя.

– Начнём? – стоило прозвучать этому вопросу, как пустая преобразилась.

Ушли колебания, смущение и задумчивость. Передо мной стоял готовый к броску хищник. Подобная перемена арранкарки будоражила кровь и заставляла предвкушающе оскалиться. Всё-таки мы, пустые – монстры, живущие в сражениях, и как бы не улучшалась наша природа, основа остаётся неизменной.

– Уничтожь, Тибурон! – и над песками Хоэко Мундо взвился жёлтый смерч реацу.

Тренировка с Тией ещё больше подняла настроение и повысила мою веру в челов… кхм, в разумное, доброе, вечное, а то после Общества Душ душевное моё состояние было всё ещё взвинченным. Всё-таки Пустые куда ближе к агрессивным животным, чем к людям, такова наша природа, а потому человеческие способы снять стресс, типа секса или алкоголя, не то чтобы не работают, но всё-таки не столь эффективны, как у тех же синигами. А вот хорошая драка – это да.

Ещё бы самому иметь возможность вдарить во всю силу, но увы. Тия если и выдержит, то из строя выйдет надолго. Баррагана я однозначно прикончу, просто потому, что он не захочет останавливаться в бою, впрочем, как и я. Наши капитаны – тут интереснее, по голой мощи их спокойно разотрёт в пыль любой из первой половины Эспады, всё-таки набиралась она из Вастер Лордов, а мы, даже будучи обычными пустыми, заметно превосходим «средних» капитанов. Не всех и не всегда, ясное дело, на того же Ямамото стандартным Лордам нужно выходить минимум десятком, чтобы были хоть какие-то шансы. Но «в среднем по больнице» высшая форма пустого превосходит высший ранг синигами. А уж арранкары… Ну, случай с Тией показателен – арранкар, получаемый из среднего адьюкаса, способен на равных биться со средним Вастер Лордом, а если Лорд будет чуть слабее среднего – то и завалить. Проблема заключается в опыте и мастерстве. Люди физически слабее большинства животных. В рукопашную завалить не то что медведя, но даже волка могут единицы. Медленные, слабые, хрупкие… всё это помогло им стать доминирующим видом на планете. Приспособиться, научиться использовать окружающий мир, чтобы стать лучше и сильнее.

При всех отличиях миров духовных и материального, у них остаются общие принципы развития их обитателей. Синигами слабее, но они тренируются, развиваются, постигают новое и улучшают старое. То же Кидо эволюционировало от безобидного «Щё» до «Курохицуги», а пустые как били Серо, так и продолжают им бить. Становление арранкаром во всех случаях прибавляет дурной силы. Для привычного нам стиля противостояния с себе подобными – это, несомненно, плюс. Даже появление «уязвимых точек», связанное с большей человечностью, компенсируется иеро, а про подавляющую мощь я уже говорил. Вот только мы продолжаем воевать так, как привыкли, но ведь когтей и клыков у нас больше нет, как и должного мастерства. И, что куда печальнее, нет и стремления всё это развивать. При правильных тренировках и нашей силе за год-два развития мы сможем выйти на уровень, достаточный, чтобы не опасаться средних капитанов синигами, а лет за двадцать-пятьдесят та же Тия сможет без проблем если не утопить «дедушку Ямамото», то уж его учеников – точно. Но это никому не нужно. Бывшие пустые ещё просто не поняли и не осознали открывшихся перспектив, Айзену это не особо интересно – он нам не нянька и кашку в рот совать не будет. Вот и может получиться такая же фигня, как и в каноне, когда тварей, что могут перемалывать Вастер Лордов, как скот на бойне режут обычные лейтенанты, которых означенные Лорды прихлопнули бы, не сильно напрягаясь.

Но вернёмся к нашим капитанам. Как ни печально, но лично мне спарринговаться с ними (если ещё удастся уговорить на бой) бесполезно. Пробить моё иеро им не хватит сил, разве что в банкае, мне, если придерживаться их скорости – навыков фехтования, чтобы хотя бы задеть. Давить грубой силой – бессмысленно, я не Ноиторра, кому требуется так самоутверждаться. А перенять у них что-то дальше основ не получится – слишком уж у них специфические стили. Что у Гина, способного менять длину своего клинка прямо на середине удара, что у Тоусена, старающегося разорвать дистанцию и завалить издали либо подойти из слепой зоны и воткнуть железку в спину. Так что оставался только Айзен, как представитель «чистой» школы, к тому же с ним не требовалось сдерживаться, но и времени у него было не так чтобы много…

Из размышлений меня вывел очередной удар Тии. Пусть отразил я его, как и прошлые её атаки, особо не задумываясь, но вот то, что у меня за спиной оказалась ещё одна Тия, со всего маху воткнувшая мне в спину своего монстра, было неожиданно.

Силой удара меня толкнуло вперёд, заставляя сделать несколько шагов, а судя по не самым приятным ощущениям, девушка умудрилась содрать у меня со спины немного кожи. Оборачиваюсь назад и вижу шок в глазах Халлибел, рассматривающей окровавленный меч. Тут она поднимает взгляд на меня, и шок мееедленно сменяется страхом. Так, а вот этого не надо.

– Поздравляю, Тия, прекрасный приём и удар. Что это было? – мягко улыбнуться в стиле Айзена.

– Ой, – услышать такое от Трес Эспады – уже немало, – Алукард-сама, простите… – а уж её лицо, которое она почти не умеет контролировать, так как большую часть времени ходит в маске – это отдельная песня.

– За что? Разве мы тренируемся не для того, чтобы стать сильнее? Так что меня безмерно радует твой успех… И разве мы не перешли уже на ты? Или я тебя чем-то обидел? – делаю шаг к девушке.

– Нет! Что вы…

– Кхм… – ещё шаг.

– То есть ты… – кажется, этот удар окончательно сломал её скорлупу, во всяком случае, в моём направлении. Никогда не видел её такой эмоционально открытой. Знал бы, что так оно будет, подставился бы раньше.

– Очень рад твоим успехам, – совсем близко, но… Нет, ещё рано, да и сама Тия явно чувствует себя очень… неопределённо. – Так что это было?

– Как-то Тоусен-сан рассказывал, что синигами считали, будто занпакто Айзена-сама обманывает противника в бою, используя блики воды и отражения. Тибурон – меч водяного типа, а создаваемая им вода насыщена моей реацу, вот я и подумала, что может получиться… – арранкарка была сильно смущена.

– И ты была права. Как я говорил раньше и готов повторить вновь – у тебя потрясающие способности, – ладно, хватит смущать девушку, пусть её эмоции и пьянят весьма необычной для пустых смесью, но нет, достаточно. Пока что. – Кстати, не хочешь начать практиковаться в кидо?

– Магия синигами? Я не вижу в ней особого смысла, – покачала головой девушка. – Может быть, позже, а сейчас лучше сосредоточиться на освоении своих собственных возможностей.

– Она права, господин. В отличие от вас, у неё нет полноценного занпакто, способного помочь и подсказать изнутри. Следовательно, усилия, затраченные на кидо, будут несоразмерно меньше получаемого результата, особенно на первых порах, – включился в беседу Мурамаса.

– Тоже хороший вариант, – особенно меня радовало то, что девушка уже сама совсем не против тренироваться и даже изобретает что-то своё. – Ну, тогда, полагаю, на сегодня всё?

– Да, мне требуется восстановить реацу.

– Поужинаем вместе? – вопрос вырвался сам собой, как логичное продолжение разговора.

– Это… свидание? – а вот тут я чуть было не споткнулся, вопрос Тии поверг сильнее её удара, вот от кого, а от неё я подобных умозаключений не ждал.

– Свидание?

– Это было в тех обучающих фильмах. Хм, наверное, я что-то не так поняла, – Тия задумалась. – Верно, там говорилось, что на свидания ходят привязанные друг к другу и симпатизирующие разнополые компаньоны, – вновь непонятный оттенок чувств в реацу. – Да, прости, Алукард, я ошиблась.

– Ммм, почему? – сейчас странные чувства испытывал и я. Мне было интересно, как Халлибел пришла к таким выводам, но подспудно я очень опасался лезть в женскую логику. Даже логику арранкара… Хотя это, наверное, будет покруче, чем «обычная», м-да.

– Ты… никогда не демонстрировал, что я тебе нравлюсь, – вот тут я впал в ступор. А чем я тогда, простите, занимался чуть ли не всё время нашего знакомства?!

– Что ты имеешь в виду? Почему не демонстрировал? – я даже остановился.

– Но… ты же сам говорил, что люди часто целуют тех, кто им нравится, – и она отвела взгляд

Кстати, только сейчас я как-то осознал, что несмотря на довольно серьёзно просаженное реацу, Тия не спешила отменять высвобождение клинка.

– Кхм… Ммм, – дожили, уже мямлю, как школьник на первом свидании. – Я… давно хотел, но подумал, что тебе это будет неприятно. Та же Апачи, помнится, чуть ли не повысила скорость сонидо в своё время, но… – приобнимаю её за талию и приближаюсь к её лицу, – если ты не против… – аккуратно коснуться губами её губ, небольшое усилие – и капля реацу перетекает от меня к девушке.

Глаза Тии в удивлении расширяются, а ротик чуть-чуть приоткрывается, чем я начинаю беззастенчиво пользоваться. Разорвали поцелуй мы только минуты через четыре – всё равно дышать никому из нас не было необходимости.

– И как тебе?

– Это было… странно. Очень необычное ощущение. Не испытывала ничего подобного ранее, – Трес Эспада была очень задумчива. – Хм… Наверное, теперь я должна продемонстрировать симпатию? – осмыслить эту фразу я не успел – теперь инициативу проявила Тия.

Ещё немного времени спустя.

– Очень необычно, но мне понравилось, – вынесла вердикт зеленоглазая блондинка. – И ты делаешь так со своей фракцией? – я припомнил, чего мы только с моей фракцией не делали.

– Да. Ведь они мне нравятся. Даже больше, но не мне тебе объяснять, – в ответ арранкарка серьёзно кивнула.

– Нужно будет попробовать это с Апачи, Сун-Сун и Мила Розой, – события приняли неожиданный оборот.

–Кхм, хотел бы я на это посмотреть…

– Если хочешь – смотри, – вновь пожала плечами красотка.

Я подозрительно взглянул в небеса. Вселенная решила компенсировать мне те страдания и мучения, что я перенёс в Обществе Душ? Или… это аванс перед новой задницей?

– Тия, ты уверена? Это всё-таки весьма личное… ммм, занятие.

– Да. Моим фракционам ты нравишься, пусть они и боятся, а значит, нет ничего, что не позволяло бы тебе смотреть. Но у меня вопрос.

– Да?

– Если это столь личное, то почему те люди в обучающем фильме этим занимаются? Ведь их могут видеть многие. Все, кто будет иметь диск…

– Оу… Как бы сказать…

Ну что же, Алукард, насладился ощущениями? Получил приглашение на лёгкое юри в исполнении трёх красоток и одной сногсшибательной красотки? А теперь соизволь ей объяснить, почему актёры в эротическом фильме спокойно целуются… Бли-и-ин, а ведь если Тия просмотрела их все, то в курсе не только о поцелуях… Кхм. Да и концепцию, что арранкары мужского пола весьма негативно относятся к ситуации, когда симпатичные арранкарки, целующие их, потом начинают целовать других лиц мужского пола, стоит пояснить. А то вдруг Тии понравится какой-нибудь Укитаке или Улькиорра? Я же замаюсь их всех убивать! А если Айзен? Бррр…

В общем, наше «свидание» так и не состоялось – пришлось устраивать целую лекцию, а потом ещё и объяснять недоумевающей Халлибел понятие собственничества (тут было просто – вот представь, что какой-нибудь там Барраган припрётся и захочет включить Апачи в свою фракцию, забрав у тебя), почему целующиеся женщины – мило, а мужчины – должны быть умерщвлены самым болезненным способом… В общем, циничный злобный Примера толкал на путь разврата милую и невинную Тресс.

Нет, если серьёзно, то просветительскую деятельность я старался вести как можно более открыто и беспристрастно, но я уж точно не сексолог, или как там эти врачи называются, а потому вся эта лекция так или иначе, но опиралась на моё мировоззрение и принципы. А поскольку Тия в это плане оставалась почти что чистым листом… Ладно, всё равно рано или поздно кто-то просветить её был должен. И лучше уж я, чем Гин с его «учебными пособиями»…

– Ну, с фракцией всё ясно, – кивнула после очередного витка объяснений девушка. – Но что тогда по отношению ко мне? Я не являюсь твоим фракционом.

– А тебе неприятно видеть, как я целую кого-то другого?

– Хмм… – зелёные глаза опустились к песку. С секунду подумав, Тия вновь подняла взгляд на меня и совершенно спокойно ответила: – Нет, ничего такого.

– Вот, а если бы ты поцеловала кого-то другого из мужской части населения Лас Ночес, мне было бы неприятно.

– А из женской?

– Я уже упоминал, по мне, так это весьма мило…

– Ясно.

– И это всё, что ты хочешь сказать?

– Да, – совершенно серьёзно кивнула красавица.

– Тия, ты… ты… Ты – идеальна!

Хвала Вселенной, что она не догадалась после объяснения феномена собственничества и ревности спросить что-то на тему «надо ли ревновать меня самого к другим девушкам-арранкарам, и если нет, то почему?» Я не представляю, как стал бы выкручиваться!

Что мне особенно нравится в Тие, так это её прямота. Выяснила про тему приязни, пошла испытывать, а я не знал, что мне делать – смеяться над всей этой ситуацией, наслаждаться видом или идти тролллить Гина, благодаря его за столь «прекрасные пособия», а может, присоединиться к девушкам? Хех, а началось всё довольно безобидно.

Мы вместе пришли в домик девушки, которая так и не сняла «высвобождение», впрочем, с учётом того, сколько она потратила реацу, ничего страшного в этом не было – её фон сейчас не превышал таковой в обычном состоянии. И вот мы входим.

– Госпожа Тия? – на шум выглянула Апачи, ну а следом за ней показались уже и остальные фракционы. Тия же не стала откладывать дело в долгий ящик.

– Апачи, подойди, – девушка послушно подошла.

– Госп… М-м-м! – Трес обняла свою подопечную за талию, прижала к себе и ещё неумело, но очень старательно начала целовать. Смотрелось это просто превосходно. А уж как хотелось присоединиться…

– Хм… – Халлибел отпустила свою жертву, сразу же плюхнувшуюся на пол и ушедшую куда-то очень глубоко в себя. – Необычно и приятно… Но с тобой приятнее, – сообщила она мне, чем добила оставшихся фракционов.

– А… Эм… Что? – но вот расслабиться им не дали.

Помимо того, что слова Тии не расходились с делом, было и ещё одно несомненное достоинство у этой арранкарки – основательность. В итоге, «перепробована» была вся фракция Трес Эспады.

– Хм… – вновь задумчиво протянула Тия. – Немного отличаются, но с Алукардом всё равно приятнее, – ну да, я же ещё и делюсь каплей реацу, а с учётом плотности и того, что пустые этой самой реацу питаются… Совмещение приятного с приятным. – Но нужно удостовериться. Алукард, могу я поцеловать твоих фраксионов, когда с ними встречусь?

– Конечно! Я же целую твоих… – интересно будет посмотреть на выражение лиц Кин и Сёри, когда к ним начнет «приставать» Трес. Хотя… Нет, они уже слишком много со мной общались, так что вряд ли сильно удивятся…

Пока я размышлял, Тия прошлась по второму кругу, «закрепляя результат». Бедные девочки сидели ни живы ни мертвы, глупо лупая глазами и абсолютно не зная, что на всё происходящее сказать.

– Ну и как тебе?

– Очень необычно и действительно приятно. Сун-Сун, Апачи, Мила Роза, попробуйте.

– Д-да, госпожа, – полными прострации и чего-то похожего на тень смущения голосами отозвались подопечные Тии, начав делать то, что в мире людей бы назвали «повальным развратом и попранием всех возможных общественных норм».

Мне же надоело быть просто зрителем на этом празднике жизни, так что, схватив в охапку Халлибел, я, с полного одобрения девушки, продолжил практику в столь понравившемся ей занятии. Через некоторое время мы вовлекли и фракционов, начавших входить во вкус.

Первой моей «жертвой» среди них по уже сложившейся традиции стала Апачи. Перенесла она мою «агрессию» стоически, без попыток потерять сознание или сбежать, а под конец попробовала даже ответить, хоть и весьма неуверенно и осторожно.

Мила Роза была совершенно другой. И куда более фигуристой (на мой взгляд, излишне накачанной, но это мелочи), и эмоциональной, и темпераментной, к тому же инстинкты в ней были раскрыты несколько больше, нежели у других, потому, когда моя рука легла на её попку и сжала очень приятные нижние девяносто, девушка подалась чуть вперед и сама агрессивно начала меня целовать, прикрыв глаза и, кажется, немного порыкивая. Правда, когда к ней пришло осознание, что и с кем она делает, прикрытые глаза в ужасе расширились, язычок попытался покинуть мой рот, а она сама – отшатнуться, но кто же ей позволит? На подтянутую попку опускается вторая рука, а инициатива вновь переходит ко мне. Девушка признаёт поражение и отдаётся на волю победителя, уже сама плотнее прижимаясь, и даже набирается смелости в ответ приобнять такого «жуткого и страшного» Примеру.

Десертом стала Сун-Сун, маленькая, изящная и очень гибкая, а уж что она начала проделывать своим язычком, когда немного освоилась и начала входить во вкус… М-м-м, змеиные корни определённо очень положительно на неё повлияли в этом плане. И даже некоторый недостаток округлости в определённых местах был не так уж страшен.

Но всё хорошее имеет дурную привычку заканчиваться. Нет, девушки были полны сил, а очеловечившиеся тела давали и что-то вроде базового набора инстинктов. Вот с этим и была проблема. Поцелуи, ласки, мои поглаживания то по груди, то по попке начали настраивать их на вполне определённый лад. Проблема была в том, что они толком не понимали, чего хотят, с чем это связано и действительно ли они этого хотят. А я ведь не железный и зайти дальше поцелуев очень даже не против, однако как раз зайди я дальше, и это будет уже не столько совращением, как было с моей фракцией, сколько изнасилованием под гипнозом или чем-то сродни. Доводить до такого не хотелось, а потому я вынужден был покинуть дом Тии, пока очередной лёгкий стон, слетевший с губ девушки, не снял мои тормоза окончательно и бесповоротно. Ещё слишком рано, пусть лучше Трес вдоволь наобщается со своей фракцией в этом плане, с ними дело дальше поцелуев зайдёт вряд ли – не настолько «инстинкты» включились всё-таки… Так, всё, не думать об этом.

В последний раз жадно поцеловав шикарную блондинку, я со слышимым (во всяком случае, мне) треском оторвал себя от девушки и сказал, что должен идти. Тия была недовольна, ей явно хотелось ещё, но всё-таки дисциплина взяла верх, и она с сожалением попрощалась. Правда, в качестве утешения ей тут же была поймана и зажата у стеночки Сун-Сун, а я пожалел, что не прихватил из Мира Живых камеру, а лучше – несколько. Впрочем… Нет, всё, уходим! Сонидо!

Домой я ввалился уже на пределе.

– Господин? – повернулись ко мне фракционы, новенькая, правда, была занята – ушла в глубокую медитацию, дабы подтянуть контроль, а потому на внешние раздражители не реагировала. Отлично.

– В спальню. Обе. Живо, – коротко и ясно.

– Да, хозя-я-я-яин, – протянули пустые и очень живо отправились по указанному адресу. Этой ночью им придётся сильно выложиться – слишком много пара мне нужно выпустить, но… Судя по довольным лицам, они точно не против, хе-хе.

Следующим утром, если такое понятие применимо к Хоэко Мундо, я отправился навестить Нел, прихватив с собой конфет и зефирок, оставив свою фракцию дрыхнуть и набираться сил. Кстати о силах, неплохо бы как следует покопаться и систематизировать всё то, что удалось урвать, правда, нужна лаборатория и ассистентка. Я остановился на середине шага. Ассистентка? Хм, Маюри очень долго работал с Нэму, видимо, что-то остаточное из ассоциаций. Вот же живучая сволочь! Даже будучи сожранным и переваренным, всё равно хоть самую малость, но что-то от себя оставил. Ладно, пока я не испытываю навязчивого желания вскрыть своего собеседника и посмотреть, как он внутри устроен, то всё хорошо.

Позитивную кроху вместе с сопровождающими «секьюрити» я нашёл уже в Лесу Меносов. Ну что же, очень разумный выбор – сильных пустых тут нет, а тех недоадьюкасов, что играют в лесу в королей, Пеше и Дондочака смогут разобрать и в своём текущем состоянии. Всё-таки «пуфиков» они изображают только для малышки Нел. Ладно, хватит размышлений, маска на мне, балахон тоже, конфеты из Мира Живых, подкачанные моей реацу – на месте. Сонидо!

– Тоби! – Нел среагировала с поистине чудовищной скоростью. – А у тебя есть вкусняшки?

– Да! Тоби принёс! Правда, Тоби слегка заблудился по пути, а потому задержался, но Тоби пришёл! Маленькая Нел не сердится на Тоби?

– Нефть, – уже хрустя зефиркой, ответила девочка. – Тоби – хороший! Пеше! Дондочака! Воть, – зефир протянули и прислужникам, явно отрывая от сердца,

– Спасибо, – кивнул худой пустой, ловким движением пряча подарок.

Завтра он «найдёт» его и отдаст обратно Нел, которая, по детской наивности, будет радоваться и благодарить пустого. Я уважаю Айзена, даже понимаю, в меру своей информированности, его мотивы, но… В такие моменты мне очень хочется вырвать ему глотку.

– Господин, держите себя в руках. Давление вашей реацу может повредить Неллиель.

– Да. Спасибо, Мурамаса, – прикрываю глаза. Всё. Я спокоен.

Как бы мне это ни не нравилось, но поделать я почти ничего не могу, а Айзен был в своём праве, даже если отбросить «право сильного» и прочее. Он – дитя своей эпохи, а нравы там были… Хотя, почему были? В Обществе Душ с тех пор мало что поменялось. К чёрту. Просто не думай об этом. Я встряхнул головой и, вновь натянув улыбку под маской (пусть её никто и не увидит), принялся тискать Нел.

Через полчаса, когда утомленный ребёнок уснул, можно было уже говорить нормально.

– Было ли что-нибудь в моё отсутствие?

– Нет, Алукард-сама, всё так же… Разве что… Когда мы оказались в лесу, то заметили, что все местные обитатели стараются держаться подальше от нас.

– В этом нет ничего удивительного. Пусть Нел чудовищно ослабла, но качество её реацу остаётся на уровне арранкара, созданного из адьюкаса. Если наверху, в пустыне, ещё могли найтись желающие взглянуть на источник, то простейшие минусы на голых инстинктах стараются держаться как можно дальше. То же самое и с вами, хоть и на меньшем уровне.

– Ясно, – склонил голову покалеченный пустой. – Могу ли я узнать, как продвигаются ваши изыскания?

– Очень медленно. Энергия пустых просто не предназначена для исцеления, и синигами во мне всё ещё мало, хоть я и несколько сгладил эту проблему, сожрав одного из капитанов Готэя. Но чистая сила синигами может и не подойти – она сама по себе не очень сочетается с нашей родной силой, и использовать её на тяжелораненом пустом может быть опасно.

– Если вам нужны подопытные, мы с Пеше согласны! – сразу же предложил арранкар.

– Нет, в этом нет необходимости, с тем же успехом я могу поймать дикого адьюкаса. Даже с большей пользой – он куда хуже должен переносить положительную силу синигами, и если получится на нём, то получится и на Нел, – хотя идти этим путём я не собирался. Даже если я смогу освоить медицинские Кидо на высочайшем уровне, даже вылеченная травма не пройдёт без последствий. А вот если «отменить» саму травму… К тому же, проводив рыжего во Дворец, мини-Нел свою роль сыграет, и её спокойно можно будет изъять. Осталась мелочь – уговорить Орихимэ, но не думаю, что с этим будут проблемы.

– Тогда нам остаётся только ждать, – на этом мы и расстались.

Ещё приподнятое с утра настроение здорово упало, но тут ничего не поделаешь. Ну ничего, я ждал неизвестное количество времени появления Айзена и арранкаризации, подожду и сейчас.

Вернувшись домой, я… Нет, не отправился домогаться до собственной фракции или любоваться Тией, удовлетворяя потребность в лицезрении прекрасного. Увы, как бы мне этого ни хотелось, но нет. Время утекало сквозь пальцы, пусть разница в потоках между Миром Живых и Хоэко Мундо велика, но сей ценнейший ресурс всё-таки конечен. К тому же опеку над Ичиго с меня никто не снимал, а значит, стоит этому рыжему опять полезть затычкой в новую бочку, как любимое начальство тут же выдернет меня из дома и отправит караулить паренька дальше. А там уже и разборки над Каракурой подоспеть могут, и… Полная неизвестность, но, скорее всего, Айзен нас покинет, так или иначе. Следовательно, мне требуется взять от него всё, что он согласится передать, в первую очередь – процессы синигамики и пустофикации. Вот только сейчас это даже близко не мой уровень, мне не хватает базиса. Пусть я неплохо понимаю природу духовных взаимодействий и управления реацу, трудно их не понимать, когда сам «изобретаешь» Серо или Сонидо, но я самоучка, не знающий даже правильных терминов, а значит, просто не пойму объяснений сложнее «мальчик на пальцах показал, что его зовут Хуан». Таким манером можно объяснить конкретные заклинания, да просто пару десятков раз показать – и сразу станет понятно, что, куда и как направлять и сколько силы в какие узлы вкладывать, но вот научить создавать новые конструкты – вряд ли, не говоря уже о чём-то фундаментальном. В общем, учиться, учиться и ещё раз учиться! Надеюсь, что съеденный Маюри мне в этом поможет. Кстати о съеденных, неплохо бы разобраться, что теперь может Мурамаса – поглощение большого количества различных «контролёров» просто обязано было на нём как-то сказаться. Но это потом, а пока теория.

Найдя в доме переданные мне Айзеном книги, начинаю изучать заглавия: «Теоретические Основы Кидо», «Духовное Моделирование», «Анализ Духовного Тела» и ещё пара десятков такого же плана. Каждый томик радовал своей пухлостью, я бы даже сказал, монументальностью. Ну что же, начнём просмотр…

Тщательно пролистываю книги, внимательно рассматривая страницы, но не пытаясь читать. Однако даже это заняло около двух десятков часов.

Заботливые фракционы периодически приносили чай, кофе и просто что-то пожевать, но на их лицах печаль и смутные подозрения. Правильно подозревают, кое-что из этого им тоже придётся изучить, просто чтобы эффективнее сражаться. Ну и кругозор расширить, само собой. И да, я прекрасно понимаю, что пустым не требуется пища, а все те соблазнительные ракурсы на не закрытые одеждой части тела, которые Кин и Сёри старательно демонстрировали мне во время «заботы о моём питании», были совсем не просто так, но ничего – потерпят. Хорошего помаленьку… Я же терплю!

Закончив «разглядывание», я погрузился в свой внутренний мир.

– Чем я могу помочь вам, господин? – за моим плечом показался Мурамаса.

– Мне нужно прочитать и осмыслить несколько десятков книг.

– Ускорить время?

– Это само собой, но я хотел бы ещё попробовать как-то увязать прочитанное с тем, что нам досталось от Маюри.

– Хм, – занпакто задумался. – Я попробую что-нибудь придумать, всё-таки часть знаний мы действительно усвоили, и эти знания лежат именно в силе синигами. Но ничего не могу гарантировать.

– Хорошо, сделай что сможешь, Мурамаса. И спасибо.

– Я всегда к вашим услугам, господин, – кивнул меч и растворился в окружающем мире, а я, усевшись на ближайшем бархане, достал первую из увиденных мной книг, те самые «теоретические основы». Это будет долго…

Очень много скучных часов спустя.

Я встал с бархана и хрустнул шеей, пусть ничего у меня затечь не может в принципе, но долгое сидение в одной позе требовало каких-то действий, да и просто размяться я бы не отказался. К тому же кое-что мечу сделать удалось. Не знаю, как именно он всё провернул, но порой при чтении на меня накатывало… нет, не воспоминания или понимание, но некоторое… хм, осознание процессов, скажем так. Части мозаики послушно вставали на нужные места, и картина приобретала особую целостность, но до завершения процесса было ещё далеко.

С этими мыслями я и вышел в мир нормальный, где соизволил потянуться ещё раз. Моё телодвижение не осталось незамеченным, и уже через секунду ко мне прижалась Кин.

– Господин Алукард, вы снова с нами! Мы уже соскучились!

– Долго меня не было?

– Вы провели в медитации почти две недели!

– Двенадцать дней, восемнадцать часов и сорок две минуты. Если быть точным, – чуть менее уверенно пристроилась с другого бока Сёри.

Так, с учётом ускорения времени во внутреннем мире… Это же больше полугода!

– Мурамаса?

– Вы несколько заблуждаетесь, господин. Максимальное ускорение доступно, только если я полностью сосредоточусь на этом. Сейчас же мне нужно было передать вам понимание Куроцучи Маюри, при этом отсекая его безумие. Этот процесс требует большой концентрации, так что ускорение было не более чем трёхкратным. Впрочем, теперь, когда я приобрёл некоторый опыт, я смогу быть эффективнее. К тому же… Работа с тем, что осталось от этого синигами, открыла мне другие грани моих возможностей, хотя с той же вероятностью это может быть связано с поглощёнными вами сущностями.

– Понятно. С тобой всё в порядке?

– Да. Простите, что не сказал сразу, но изначально я не предполагал ничего подобного, используя лишь то, к чему привык, а потом вы слишком ушли в себя.

– Ничего страшного. Ещё раз спасибо тебе, Мурамаса. Если возможно, попробуй понять, что изменилось в тебе.

– Я займусь этим немедленно, – меч «отключился».

Значит, эволюция всё-таки есть. Но клинку, как и мне, придётся всё постигать методом научного тыка. Эх, где же вы, инстинкты и интуитивное понимание природных особенностей собственного организма, должные быть у порядочного Вастер Лорда? Увы, не завезли, ну что же, будем вспоминать старые добрые времена…

– Хм…

– Господин Алукард? – встревоженно позвала меня Кин, не иначе как испугавшись, что я опять их покинул.

– Понятно. Я что-нибудь пропустил?

– Нет, если не считать того, что стряпня Мидори как-то раз отрастила щупальца и попыталась… – девушка смутилась. – В общем, теперь к кухне мы её не подпускаем ближе, чем на залп Серо. А кастрюлю отдали Ран’Тао, она что-то говорила про прорыв в технологии душ-плюс, но мы не поняли.

– А как там Тия и её фракция?

– Ну… Она… Мы… Тренируемся. Все вместе, – так, лица ещё более смущённые, всё ясно.

– Ясно. Как насчёт небольшой разминки?

– С удовольствием! – обрадовались фракционы. – Господин Алукард, а ваша медитация как-то связана с теми талмудами, что лежат в ваших покоях?

– Да, – я кивнул. – Это знания по «Духовным Искусствам». Если мы хотим стать чем-то большим, чем просто разумными монстрами, они нам пригодятся.

– Я не совсем поняла, это Кидо? – почесала себе за костяным ушком Кин.

– Не только. Кидо – это готовые приёмы, здесь же – объяснения, почему они такие, какие есть. И правила, на основе которых можно строить новые.

– Хм… Понятно.

– Кое-что из этого вам нужно будет прочитать. Возможно, это поможет вам с вашими силами.

– Х-хорошо, – хором сказали девушки, но в их реацу я уловил досаду, беспокойство, панику, неуверенность и ещё целую бурю чувств.

– Что-то не так?

– Мы… Не умеем читать… – буквально сгорая от стыда, призналась Кин, а я, если бы уже не сидел, там бы и сел.

Секунд десять в голове крутился вопрос «как так?», потом разум очухался и прояснил, что навыки чтения и письма вообще-то не самые насущные в огромной пустыне, полной вечноголодных безумных тварей. Там как-то больше в цене то, что позволит выжить и, крайне желательно, кого-нибудь сожрать. Стоп, но ведь той же Тии Гин приносил учебные пособия… В виде фильмов. А обучить пользоваться проигрывателем – минутное дело. К тому же Тия всё-таки Эспада, её могли и обучить, хотя и не факт.

– М-да…

– Простите, хозяин, – поникли мои подчинённые.

– Вам не за что извиняться, тут скорее моя вина – не подумал об этом. Что же, я знаю, кто может нам помочь… – Гин, я же обещал, что отомщу? Хе-хе. – Ну а пока предлагаю позвать Тию с фракцией, если они не заняты, и немного потренироваться.

Тия потренироваться была совсем не против, более того, сегодня мне выпала возможность сражаться сразу с тремя блондинками, две из которых при ударе расплескивались водой, но сам факт того, что в бою я реально не мог отличить копию от оригинала, поражал. Хорошо, что у меня есть Мурамаса, которого и иллюзии Айзена смутить не могут, не то что «блики солнца на воде», ну и прогресс самой Трес радовал. И нет, мысли о том, что эти клоны вполне материальны и что можно делать с Халлибел в тройном комплекте, тут совсе-е-е-ем ни при чём, да-а-а. К тому же после тренировки меня ждала заслуженная награда в виде приятных объятий и мягких губ девушки. А за время моего отсутствия видно повышение навыка, а это движение язычком очень часто использует Сёри…

После Тии были отловлены и как следует продегустированы и остальные девушки, а моё сознание начали посещать скользкие мысли из серии, что «Ну они же явно не против, а то, что неопытны… Ну так у всех бывает первый раз!» Но пока Воля была крепче низменных позывов, к тому же атмосферу уединённости нам порушили, пусть и не специально, а это сбило настрой и остудило голову. Но вот «рушитель» был довольно интересен.

– Хм, необычная реацу, – я оторвался от Сун-Сун.

Девушка тут же закрыла ротик рукавом и смущённо потупилась, но вырываться не только не спешила, но и прильнула поплотнее. Как оказалось, змейка очень любила «пригреться» на сильной реацу, само собой, если оную ей аккуратно передавали, а не выбрасывали в окружающий мир всеразрушающим прессом.

– М-м-м, о чём ты? – повернулась ко мне Тия, выпуская из объятий Апачи.

– Холод и равнодушие. Этот пустой довольно далеко, но в то же время весьма силён, а столь холодная сила… заставляет задуматься.

– Холодная? – Тия сосредоточилась, всё-таки чувствительность у неё была хуже моей, и всплеск высвобождения почти на другой стороне от Лас Ночес она не ощутила. – Улькиорра, – определила она хозяина духовной энергии, – я рассказывала тебе о нём.

– Да, помню. Но хотел бы посмотреть на него своими глазами, ты не возражаешь?

– Нет, с чего бы? – пожала она плечами. – Но фракцию я к нему не подпущу.

– Думаешь, он что-то сделает?

– Нет, но им становится плохо от одного его присутствия, – невозмутимо сдала своих подчинённых блондинка, заставив тех дружно вспыхнуть от стыда. – Они привыкли к твоей силе. Насыщенной, яркой, тёплой. И окунаться в реацу этого арранкара после такого просто противно. А собственных сил, чтобы закрыться, у них недостаточно, – продолжила безжалостно топтаться по гордости красавиц моя прекрасная Трес. – Разве что только твоя Сёри сможет, по силам она уже давно достойна места в Эспаде.

– Халлибел-сама… – с умоляющими нотками в голосе сквозь зубы хором прошипели Апачи и Мила Роза, не зная, куда деть глаза.

– Согласна с рогатенькой и блохастой, – игриво сообщила Сун-Сун у меня с груди. – Это действительно неприятно, но не настолько, чтобы мы не могли этого выдержать.

– Ах ты, пресмыкающееся!.. – всё тем же хором вызверились означенные.

«Пресмыкающееся» хихикнула и ещё сильнее прильнула ко мне.

– Это неважно, – не обращая никакого внимания на привычную перепалку подопечных, сложила руки на груди Тия. – Я знаю, что вам это неприятно, и мне этого достаточно.

– Простите, Халлибел-сама… – теперь хор был тройным. Какие они всё-таки очаровашки…

– Хорошо, тогда я сам посмотрю. Или ты со мной?

– Да, – фигуру Трес окутал жёлтый вихрь спиритонов, и спустя миг она стояла в своём обычном облике, с воротом на половину лица.

Я кивнул и вошёл в сонидо. Для тренировки мы, как обычно, вышли в пустыню и отошли от Лас Ночес довольно далеко, для того же, чтобы добраться до источника реацу нового члена Эспады, город требовалось обогнуть по касательной и пройти примерно такое же расстояние. К слову говоря, если не использовать техники вроде сонидо, то чтобы обойти Лас Ночес по кругу, вдоль внешних стен, потребуется больше месяца.

Совершив несколько прыжков, на каждом дожидаясь Тию, я наконец-то добрался до нужного места, а пару секунд спустя ко мне присоединилась и блондинка.

– Тия Халлибел и… Алукард? – повернулся к нам арранкар с апатичным лицом.

Он находился в ресуррексионе: белое, закрытое и похожее на платье одеяние до самой земли; стоячий воротник; дыра пустого под самой шеей; костяной шлем с широко разнесёнными боковыми рогами; бледная, почти сливающаяся цветом с одеждой кожа, две пигментные полосы, проходящие от глаз до подбородка, будто слёзы; ярко-зелёные глаза с вытянутым зрачком и, конечно же, крылья: широкие, кожистые, местами покрытые мехом, как у летучей мыши. И реацу у него хорошая. Сильная, густая, призванная убивать. В её объёме он уступает Тие, но очень незначительно – достаточно, чтобы в случае поединка рассчитывать на успех.

А вот по его интонации невозможно даже понять, он вопрос задал или просто констатировал факт. И в реацу полный штиль – ледяная гладь озера. Хотя при нашем появлении там и прокатилась небольшая волна настороженного удивления.

– Вы что-то хотели? – продолжил разговор арранкар, не спуская с нас бесстрастного взгляда.

– Нет. Я некоторое время отсутствовал, вот и решил посмотреть на нового члена Эспады и поприветствовать его.

– Ясно, – кивнул пустой. – Вы удовлетворены увиденным?

– Пока не знаю…

– Господин. Его занпакто. Мурсиелаго. Он имеет разум.

– Ты уверен, Мурамаса? – глупый вопрос, но это известие несколько выбило меня из колеи. Случай уникальный, ведь не подсуетись я в той истории с Когой, велика вероятность, что мой меч не имел бы разума, пусть я и не обычный Пустой.

– Да, – ответил занпакто. – Более того, он активно взаимодействует с этим арранкаром и, как и занпакто синигами, обучает его пользоваться собой.

– Тебя не заметили?

– Нет, я лишь наблюдаю издали, и заметить меня нельзя. Если вы пожелаете узнать возможности Мурсиелаго, то мне придётся подобраться ближе, и вот тогда уже шансы обнаружения повысятся. Он довольно силён.

– В этом нет необходимости. Того, что ты рассказал, уже вполне достаточно.

– … Не мог бы ты использовать на мне своё Серо? В полную силу, – делаю пару шагов в сторону, чтобы Тию не задело.

В духовном фоне Улькиорры вновь скользнуло удивление, которое тот даже продемонстрировал, слегка вскинув бровь, но быстро успокоился.

– Прямо сейчас?

– Да, – складываю руки на груди.

– Как скажешь, – не став больше тянуть, арранкар поднял руку и направил на меня указательный палец.

Тия забеспокоилось, но не позволила себе этого показать, а перед рукой Четвёртого уже закручивался чёрный шар спиритонов. Реацу у него и впрямь была хорошей. И чёрной, почти как моя, только вместо алого по контуру было зеленоватое сияние.

Серо вышло на заглядение: мощное, сфокусированное, быстрое, убийственное… В этой технике он явно превосходил Тию – у той, несмотря на больший объём духовной силы, Серо получалось слабее. И всё же эффект оказался тем же самым – поток спиритонов просто соскользнул по моей одежде, не сумев преодолеть даже верхнюю оболочку души, которая пассивно уберегает духовное тело от повреждений.

– Благодарю, – слегка киваю изумлённому арранкару – даже его невозмутимость пробил вид того, как его атака в ресуррексионе не сумела даже одежду на противнике подпалить. – Теперь я узнал всё, что хотел.

– Тогда, – Улькиорра опустил руку, беря чувства под контроль и вновь превращаясь в безмятежную льдину, – если у вас нет больше ко мне дел, я продолжу свою тренировку.

Я кивнул и, приобняв Тию, ушёл в сонидо. Информации к размышлениям было сегодня более чем достаточно, нужно всё как следует обдумать. Ах да, и таки припрячь Гина, но тут, боюсь, без Айзена уже не обойтись.

Некоторое время спустя.

Как ни хотелось бы мне ещё немного полап… в смысле, пообнимать девушек, но раз уж назначил себе планы, то их надо выполнять. Проводив Тию и её фракцию до их дома, я отослал своих девочек, а сам отправился в центральную башню.

Дело в том, что найти Гина по отпечатку реацу, сканируя местность, у меня не получилось. Возможно, этот синигами развил у себя предчувствие неприятностей до уровня, способного прозревать будущее, и вовремя смылся. С учётом его характера в этом нет ничего неожиданного. В любом случае, это было даже хорошо – будь Ичимару на месте, у него был бы шанс отмазаться, сейчас же… Вряд ли, только если его Айзен послал надолго по личному поручению. Теперь же я шёл к «рейд-боссу», как единственному, кто точно знает, где искать эту «Белочку», а также владельцу неограниченного административного ресурса.

Мой путь пролегал по огромным залам Лас Ночес. Дворец был явно рассчитан на куда большее количество жильцов и пока выглядел пустынно и едва ли не заброшенно. Впрочем, впечатление было не совсем верным – слабеньких нумеросов в твердыне Эспады обитало немало, но абсолютно все предпочитали убраться с пути Примеры – пусть я и скрывал реацу, но «в лицо» меня уже знали многие. Приятным исключением стала парочка весьма забавных девушек, настолько увлёкшихся спором, что они даже не обратили внимание на «вымершую» атмосферу.

– … сколько можно? Нас так никто не будет воспринимать всерьёз!

– И что ты предлагаешь? Сдаться? Мы так никогда не станем фракционами!

– Лоли и Меноли, – «поздоровался» я.

Судя по всему, они опять «делили» Айзена, ну, или мечтали попасть к нему поближе. Вот только самому мятежному капитану на них было наплевать от слова «совсем», не удивлюсь, если он даже не помнит об их существовании. Всё же интересовали его только более-менее удачные «образцы», если я правильно изучил его характер, остальные же были просто серой массовкой, недостойной внимания.

– А ты не л… – начала Лоли, всё ещё буравя взглядом свою подругу и пребывая в раздражении, что кто-то их отвлекает. Но вот она повернулась ко мне, её ярко-фиолетовый глаз медленно распахнулся, лицо побледнело, и… – Ал-лук-кард-сама?

– Угу, мне бы пройти… – делаем задумчивый вид, продолжая осматривать девушек, стоящих аккурат посреди нужного прохода.

Не то чтобы их нельзя было обойти или миновать при помощи сонидо, но никому из арранкаров в здравом уме не пришло бы в голову, что сильнейший в Эспаде вдруг должен обходить (читай – уступать дорогу) каких-то нумеросов. Ну, если я хоть что-то понимаю в Пустых.

– А? Д-да, простите, – девушки чуть ли не размазались по стенам, открывая путь. Ну и согнулись в глубоких поклонах.

– Хм… – задумчиво наклоняю голову набок. – Я тут краем уха услышал ваш разговор. У вас что-то случилось?

– Н-нет, что вы, Алукард-сама, всё хорошо! – старательно закрутили головами красавицы. – Просто… – и тишина.

– М-м-м? – но нет, жмутся, трусятся, но не признаются. – Ладно. Сейчас, пожалуй, не лучшее время и место для разговоров. Не составите ли мне компанию этим вечером за чашечкой чая?

– Д-да, конечно, Алукард-сама! – нашла в себе силы ответить Меноли.

– Вот и хорошо. И да, не нужно меня так бояться, ну не съем же я вас, – о, уровень бледности повышен.

Кхм… М-да. В среде пустых – та ещё заявочка, но не подумал – слишком занят мыслями. Оставив девушек приходить в себя, я двинулся дальше и через некоторое время всё-таки вошёл в святая святых Лас Ночес.

– Алукард, – кивнул владыка Хоэко Мундо, всё так же сидящий на своём троне. Как-то это даже подозрительно. Как ни придёшь, он здесь и даже позу не меняет. Но ведь не иллюзия, Мурамаса бы предупредил. – Что привело тебя ко мне сегодня?

– Осознание.

– Осознание? – в голосе послышалась лёгкая заинтересованность, и мужчина обернулся ко мне.

– Да, я вдруг понял, что большая часть населения Лас Ночес даже читать не умеет.

– Это так. Навыки чтения и письма – не самые востребованные в Хоэко Мундо, владеют ими только те, кто был обучен им при жизни и хотя бы частично вспомнил эту жизнь. Ну, или же обучился, будучи обычной душой. Но ты ведь не просто так пришёл ко мне с этим? – Айзен пригубил чашку кофе.

– Верно, я хотел бы попросить тебя выделить Гина для обучения арранкаров чтению и письму.

– Ичимару? А почему не займёшься сам? – карие глаза смотрели на меня спокойно и выжидательно, видимо, ему и в самом деле интересно было бы послушать, как я обосную такую просьбу с логической точки зрения и отмажусь сам. Ну, или ему было просто лень изображать какие-то эмоции – по его духовному фону я их читать всё равно не мог.

– У меня совершенно нет опыта обучения чему-либо, кроме способов убийства противника, да и твоё задание ведь до сих пор в силе, – синигами легко кивнул. – Следовательно, в любой момент меня могут сорвать спасать этого рыжего паренька и тем самым нарушить процесс передачи знаний, в то время как Гин – капитан с десятилетиями стажа, за который он должен был обучать хотя бы своих офицеров. К тому же он прошёл нормальное обучение в Академии Синигами. Да и желание обучать арранкаров он уже продемонстрировал, – не удержался я от шпильки.

– Но всё это можно сказать и о Канаме-куне и мне, – логично возразил мой собеседник, не меняясь в лице.

– Да, но слепой, обучающий читать и писать… – я покрутил кистью в воздухе. – Есть в этом что-то… неправильное. Ну а отвлекать тебя… Не дело главнокомандующему наставлять рядовых и младший офицерский состав. Хотя вот от личных курсов генералу я бы не отказался.

– Хм, – Соске хмыкнул, позволив на лице появиться загадочной улыбке. – Ты очень необычный арранкар, Алукард. И с каждым нашим разговором я открываю новую грань и новые… Хм, лучше понимаю потенциал твоего вида. Хорошо, я передам Ичимару-куну, когда он вернётся, что у него появилось особое задание, – да-а-а, месть сладка!

– Спасибо.

– Не стоит, – Айзен на мгновение застыл, словно во что-то вслушиваясь. Сосредоточился и я, сумев уловить возмущение реацу в одном из залов под дворцовым комплексом. – О, начинается…

– Начинается что? – мне стало интересно.

– Заэль Аппоро Гранц решил, что ему пришло время занять место в Эспаде, – пояснил синигами и, тронув пульт, включил основной обзорный экран на стене.

– Чируччи? – прокомментировал я личность противника нашего штатного безумного учёного.

По голой мощи этот «нетрадиционный» учёный девушке уступал, но ненамного, а если учесть его природные способности и тот факт, что честно эта скользкая тварь сражаться не будет из принципа, то шансы примерно равны. Хотя нет, этот тип не бросил бы вызов, не будучи уверенным в своей победе.

– Что думаешь? – владыка Лас Ночес опёрся локтем о подлокотник трона и коснулся пальцами подбородка.

– По голой силе у него нет шансов. Но в бою победит именно Заэль.

– Верно, – эхом согласился Айзен.

– Примешь его в Эспаду?

– Мне нужны лучшие. Если Заэль продемонстрирует, что он лучше, он войдёт в Эспаду.

Ну да, чего ему-то париться о подопытных кроликах, какими бы милыми или забавными они ни были. Он ведь и меня считает просто «интересной зверушкой», хотя, может быть, я уже и вышел на уровень «младшего партнёра». Хоть и маловероятно, но потешить своё эго всё-таки порой хочется.

– И что будет с ней? – киваю на экран, где Заэль, превратившийся в фиолетового наполовину человека-наполовину тентаклиевое дерево, создал копию Чируччи и сейчас вместе с этой копией зажимал её в и так не слишком широком коридоре.

Попытки девушки отмахнуться своими крыльями-лезвиями споро пресекались непонятными артефактами, отдалённо напоминающими цепные мечи. Правильно подобранное место, судя по всему, изученные способности противника, да и слабеет девушка как-то черезчур быстро, яд? В общем, всё сделано в лучших традициях «Искусства Войны».

– Она станет обычным нумеросом, «Приварон Эспада», как и Гантенбейн Москеда.

– То есть тебе она не нужна, – констатирую факт.

– У тебя есть на неё какие-то планы? Неужели своей фракции и Тии с её подчинёнными тебе уже мало? – о, сколько смыслов содержал его вопрос. И, самое печальное, кое в чём он был прав. С Тией мы ещё не дошли до таких отношений, но вот моей фракции мне действительно было мало – слишком разные уровни сил и, как следствие, выносливости.

– Я – очень жадное существо, – пожимаю плечами. Тут нечего стесняться или мяться.

– Это заметно. Знаешь, – не изменился ни тон, ни громкость, но голос владыки Хоэко Мундо приобрёл некую особую, завораживающую глубину, – я считаю, что у каждого в Эспаде есть некий основной мотив, то, что является ключевой чертой характера и императивом поведения арранкара. «Безумие» Заэля, «Разрушение» Гриммджоу, «Отчаяние» Ноиторры, «Старость» Баррагана и так далее. И твоя «Жадность». Даже твоя сила прекрасно характеризует эту черту.

– Но в то же время я «очень необычный», – встаю рядом с троном, не сводя глаз с монитора.

– Верно. Императив Ааронильё Арруруэри тоже «Жадность». Более того, ваши силы очень похожи, но его потенциал куда ниже. И дело тут не только в том, что он был гиллианом до становления арранкаром… – Соске сделал паузу для очередного глотка кофе. – Следуя логике, ты должен был желать получить Хоугиоку и занять моё место или поглотить всех, как об этом мечтает Арруруэри. Да и не только он, даже Барраган, имея своим аспектом старение, желает этого, а его фракционы периодически предпринимают попытки украсть артефакт. Но ты лишь учишься, обретаешь новую силу, развиваешься и совершенно не стремишься стать не «первым после Бога», а самим «Богом». И это странно. Твоя «Жадность» меньше, чем у Ааронильё, но при этом ты сильней. Только из-за изначальной разницы в степени развития? Или она «чище»?

– Всё куда проще, – интересный разговор и очень интересный собеседник, – я «подгребаю к себе» лишь то, что мне интересно. Я достаточно силён, чтобы быть свободным и следовать своим желаниям. Это достаточная власть для меня, по крайней мере, до тех пор, пока на моём уровне есть то, что мне интересно и ещё не изучено. Так что моя, как ты говоришь, «Жадность» много превосходит желания этого пустого. Просто, в отличие от него, я жажду удовлетворять не только свои первичные потребности, но и более высокие ступени пирамиды Маслоу.

– Ты знаком с этой теорией? – Айзен изобразил лёгкое удивление, скосив на меня взгляд. – И ты не хочешь получить Хоугиоку?

– Хочу, – легко признал я. – Но что толку от камня, если я не смогу понять, как он работает? Потому я не просто хочу Хоугиоку. Я хочу создать его.

– Амбициозно, – синигами вновь облокотился на руку. – Но для начала ограничишься пополнением своей фракции?

– И общим просвещением арранкаров.

– Хорошо, поступай, как пожелаешь, – он посмотрел на монитор. – И если всё ещё хочешь получить Чируччи Сандервиччи, то я бы советовал тебе поспешить.

На экране бой и впрямь вошёл в финальную стадию, и жизнь пустой могла оборваться в любой момент. Я, конечно, помнил, что в каноне этого не случилось, и Заэль даже на эксперименты её тело не заполучил до появления Ичиго, но Айзен был прав. В конце концов, что я знаю о том, как всё это происходило в том варианте истории?

– Да. Заэлю что-нибудь передать?

– Пусть подойдёт для смены номера, – отозвался Соске.

Несколько секунд спустя.

– Заэль, – выйдя из Сонидо за спиной этого маньяка, судя по задумчивому виду, уже планирующего, с какой стороны лучше всего начать препарировать побеждённого противника, обозначаю своё присутствие.

Чируччи выглядела печально. Её ресуррексион был почти уничтожен: «металлические» крылья-лезвия расколоты, длинные костяные руки, появляющиеся поверх настоящих при высвобождении, свисали переломанными палками, хвост порезан во многих местах и кровоточит. Духовной энергии почти ноль – её сейчас и простой гиллиан размажет. А ещё в фоне реацу ощущается какая-то посторонняя примесь, нечто вроде тех духовных паразитов, которых Заэль как-то пытался подсунуть мне в гигае.

– Алукард-сама? – дёрнулся от неожиданности розоволосый арранкар.

– Айзен попросил меня передать тебе, чтобы ты зашёл для получения номера в Эспаде, – от лежащей на полу Чируччи донеслось что-то вроде сдавленного сипа ярости.

– Да! Благодарю вас, Алукард-сама, сейчас! Только… – Гранц бросил голодный взгляд на поверженную девушку.

– Немедленно, – чуть-чуть приоткрываю давление.

– Д-да, простите! – понял намёк учёный и, одарив меня холуйской улыбкой, исчез в сонидо.

– Скользкая тварь, – я вздохнул, убирая пресс. – Ты как, встать можешь?

– Ал-лукард-сама? – «Приварон Эспада» отозвала ресуррексион и честно попыталась подняться, но увы – общее истощение, какая-то дрянь от учёного и моё давление, как завершающий штрих, сделали своё дело – девушка продолжала лежать. – Ксо… Простите…

– Тебе не за что извиняться, – наклоняюсь и беру её на руки, что приводит к полному ступору арранкарки. Но, к чести сей леди, справилась она с замешательством на удивление быстро.

– Меня ведь уже выкинули из Эспады? – стараясь держать себя в руках, спросила она, когда я пошёл к выходу из коридора.

– Да, – глупо отрицать очевидное. – Твоё место теперь займёт этот… тип.

– И… Вы здесь для того, чтобы выгнать меня из Лас Ночес? – в голосе и реацу тоска и безнадёжность, кулаки и зубы плотно сжаты, будто она готова даже со мной драться, только бы избежать этой перспективы.

– Нет. Ты станешь «Приварон Эспада». Я здесь, чтобы передать сообщение Заэлю… И проследить, чтобы он не перешёл рамки, – девушка поёжилась.

Об «увлечениях» этого вивисектора, похоже, знали все. Впрочем, даже если и нет, ей и боя должно было хватить для полного и всеобъемлющего понимания его личности.

Кстати о личностях. Пусть ранее я и имел возможность полюбоваться данной представительницей прекрасной половины Лас Ночес, но так близко общался с ней впервые. Волнистые фиолетовые волосы до плеч, такого же цвета глаза, остатки маски похожи на заколку с шипами и находятся на волосах слева надо лбом, тёмно-фиолетовые пухлые губки и пигментные пятна в виде светло-фиолетовых слёз на обеих щеках. Что я могу сказать? Во-первых, она любит фиолетовый цвет, во-вторых, она секси. Одежду ей, между прочим, кто-то явно подбирал под образ готичной лоли: белое вычурное платье с пышными рукавами, высокие перчатки без пальцев, что-то наподобие чулков, которые крепятся на фиолетовых подтяжках, матерчатые крылышки бабочки за спиной… Вот только грудь третьего размера и рост сантиметров на пятнадцать больше, чем у Рукии, никак не позволяли её воспринимать именно как лоли. Что меня, однако, ни разу не печалило.

– Выкинутой на обочину неудачницей, – прошипела между тем Чируччи. – Но… это всё равно лучше жизни в пустыне.

– У меня есть к тебе другое предложение, – не замедляя, но и не ускоряя шага, сообщаю девушке. – Как ты смотришь на то, чтобы присоединиться к моей фракции?

– А? Эм… – чуть отпавшая челюсть, вытаращенные глаза и полный шок на лице. – Н-но… зачем вам я? Я же проиграла…

– В нашем мире очень мало красоты, – спокойно ответил я. – За годы скитаний по пустыне я видел бессчётное количество монстров, но вот того, что могло бы порадовать глаз – увы. Ты же красива, Чируччи, и я хотел бы видеть тебя подле себя. К тому же пусть твоя реацу и агрессивна, но в ней нет откровенного безумия или беспощадного разрушения, а это – тоже не самое частое явление в этих краях. Я не настаиваю на немедленном ответе и ни к чему тебя не принуждаю. Просто прошу подумать.

На несколько минут установилась тишина. Я продолжал неторопливо идти в сторону своего дома, впрочем, с учётом размеров дворца, таким темпом мне топать дня два. Но почему бы и нет?

– Стать свободной неудачницей или получить покровительство сильнейшего арранкара, но лишиться свободы? – девушка скривилась. – Очевидный выбор. Я согласна, Алукард-сама.

– Ну что же, тогда добро пожаловать, – а теперь наклонимся и поцелуем сию леди, передавая реацу – ей сейчас это крайне полезно, да и с точки зрения лучшей привязанности… Ну и удовольствия чисто для меня, само собой.

Сандервиччи от такого поворота впала в ступор: глаза широко раскрыты, на лице шок, тело буквально задеревенело, но вот ощущения от дозы живительной силы ей явно нравятся.

– Ч-что вы делаете?! – явно окрепшая девушка судорожно поспешила исчезнуть из моих рук, к некоторому моему сожалению.

– Поцелуй. Так в Мире Живых люди выражают свою приязнь, впрочем, подробнее об этом ты сможешь расспросить у Кин, Сёри или Тии и её фракционов.

– Я… Я знаю, что такое поцелуй! – мордашка арранкарки налилась краской, а в духовном фоне поровну взметнулись возмущение со смущением. – Вы, мужчины, делаете это перед тем, как!.. – она задохнулась, не решаясь озвучить мысли. – Я… Я для этого вам нужна? Вы хотите сделать со мной… Т-т… То самое! И… Это! Все мужчины такие?! Только об этом и думаете?!

«Опаньки…»

– Ты знаешь о половых отношениях?

– К-конечно, я знаю! – на грани истерики возмутилась Чируччи. – Я тебе не какая-нибудь дикарка только из пустыни! Н-не н-недооценивай меня! Я была в Эспаде, ещё когда Айзен-сама находился в Обществе Душ! – сколько паники и экспрессии…

– И у тебя уже кто-то есть?.. Или был? – неужели неудачный первый опыт?

– Ч-что значит «б-был»?! – степень смущения взяла новую высоту. – Н-никого у меня не было! Чтобы я с этими психованными уродами?!.. И к-кому эта мерзость вообще нужна?!

– Вот как… – по-новому осматриваю девушку, отчего она резко бледнеет.

Если подумать, то Нел тоже порой демонстрировала не совсем типичные для обычного пустого реакции, да и её фракционы довольно подкованны во многих вещах, самые старые нумеросы, опять же, шарят в технике и прочих бытовых моментах, так с чего бы первому составу Эспады, пребывавшему в этой роли неведомое число лет, не самообразовываться?

– О-о чём ты думаешь?! – нервно повысила голос Чируччи. – Что у тебя с лицом? Ч-чего задумал, а?! Собираешься воспользоваться моей слабостью?! Д-думашь, всё можно, раз самый сильный?! – по-моему, она сейчас в слёзы ударится, хотя и старается скрыть это агрессией.

– Успокойся, – делаю подшаг в сонидо и кладу руку ей на макушку, позволяя через прикосновение ощутить духовную энергию, скрытую в моём теле. Пустую пронзила короткая дрожь, и она замерла, не в силах пошевелиться. – Хотел бы я тебя изнасиловать, меня бы ни твоя полная сила, ни пребывание в Эспаде не остановили. Ты ведь умная девочка и прекрасно можешь это понять, потому прекрати истерику.

– И… и вы не хотите?.. – осипшим голосом попыталасть выдавить она.

– Я был бы не против, – улыбаюсь. – Тут глупо врать, ведь ты действительно красива, но никто не станет тебя ни к чему принуждать. И в свою фракцию я хочу тебя взять именно по тем причинам, которые тебе описал. Их мне более чем достаточно.

– П-понятно… – девушка постаралась взять себя в руки и успокоиться хотя бы внешне. – Прошу меня простить. Я была… Слишком эмоциональной. Какие будут указания, Алукард-сама?

– Ну, для начала, можешь называть меня просто Алукард, – убираю руку с фиолетовых волос. – А указания… Обустройся на новом месте, отдохни, познакомься с девушками, потренируйся с ними. В общем, просто вливайся в мою фракцию. Да, кстати, ты умеешь читать?

– Читать? – удивление. – Да… Немного.

– Прекрасно, – кивнул я своим мыслям. – А теперь пойдём, – вновь подхватываю её на руки, – из твоего тела ещё нужно убрать ту дрянь, которую подсадил Заэль…

Наш путь лежал в дом Ран’Тао (поиск по реацу показал, что она сейчас именно там, а не в лаборатории) – больше у меня не было знакомых, способных помочь с данной проблемой. Нет, теоретически, можно предположить, что «оно и само рассосётся», но что если нет? Попытаться перехватить контроль над этим нечто при помощи Мурамасы? Опять же, я не уверен в успехе предприятия и что от этого самого успеха или провала не станет хуже. Выжечь всё лишнее своей силой? Кхм, если маленькая порция подбросила Чируччи с места, как смесь кофе с энергетиком, то от чего-то более существенного девушку и разорвать может. В прямом смысле слова. Так что лучше применить надёжный метод, а экспериментировать мы будем потом… На Ноиторре – его не жалко.

Учёная нашлась на крылечке. Дама сидела на ступеньке и посасывала длинную трубку, выпуская изо рта колечки ароматного дыма. Смена одежды на что-то более лёгкое и открытое скинуло с неё визуально лет пять, так что на свою копию-баунто она стала походить ещё больше. А как нормально разблокирует реацу и помолодеет ещё немного, то у меня могут начать в её сторону появляться различные интересные мысли, хе-хе. Но не будем отвлекаться, сначала дело.

– Приветствую, Ран’Тао-сан, – выхожу из сонидо рядом с ней.

– Алукард? Что привело тебя ко мне? И кто это у тебя на руках? – в первый момент женщина немного вздрогнула, но быстро взяла себя в руки.

– Чируччи Сандервиччи, моя новая фракцион. Она проиграла в бою с Заэлем Аппоро Гранцем, и теперь в её организме много лишней живности.

– Что-что он сделал? – аж подавилась дымом синигами.

– Точно сказать не могу, но похоже на духовных паразитов, хотя возможно и отравление, я не слишком часто сталкивался с ядами на духовной основе, чтобы судить наверняка.

– О, фух…

– А вы о чём подумали?! – приподнимаю бровь.

– Неважно, – отвела она взгляд, а бедная арранкарка на моих руках вновь налилась краской. – Ладно, я поняла, в чём проблема, требуется очищение организма и восстановление, хотя с этим вы и сами прекрасно справляетесь, – говорила она уже скорее для себя, чем для нас. – Сейчас принесу пару препаратов. Полчаса под капельницей – и будет как новая, но на всякий случай оставлю на пару часов у себя, – выдала своё заключение Ран’Тао. – Пойдём, положишь её на кушетку.

– Ясно, благодарю.

– Эй, я уже вполне могу стоять! – возмутилась у меня на руках девушка.

– Хм? Странно… – теперь синигами задумчиво склонилась над Чируччи, пристально изучая ту взглядом, чем явно очень насторожила означенную. Так насторожила, что та даже дышать начала через раз. – По идее, ты должна лежать с истощением ещё несколько часов минимум… – постановила женщина, закончив осмотр.

– Я поделился реацу.

– О, ты и это умеешь? Любопытно… – теперь пристального взгляда удостоилось моё лицо, а Чируччи как-то вдруг взяла новый оттенок красного, при этом люто негодуя в духовном фоне. – Ладно, всё потом. Тогда пошли со мной, – это она уже моей фракцион. – Алукард, ты ещё чего-нибудь хотел?

– Нет, на сегодня всё, – опускаю красавицу на ноги. – Чируччи, слушайся госпожу Ран'Тао. Как закончите, собери нужные тебе вещи и переселяйся.

– Да… Как скажешь, – с досады прикусив фиолетовую губку, выдавила «почти» готичная лоли. В реацу у неё до сих пор штормило смятением и злостью на то, что всё так повернулось, но в руках себя девушка держала неплохо.

Попрощавшись с дамами на сей высокой ноте, я отправился обратно к себе – продолжать грызть гранит духовных наук.

Дома я застал очень интересную картину. Кин и Сёри сосредоточенно пыхтели за листами бумаги и кисточками. Компанию им составляла вся фракция Тии, вместе с самой Трес во главе, а рядом ходила Мидори с пришибленным видом и…

– …в современном мире в Японии используется три вида письменности. Кандзи – иероглифы китайского происхождения, и две звуковые азбуки – хирагана и катакана. В самой Японии эта система традиционно называется «смешанное письмо иероглифами и каной». Помимо этого часто встречаются латинские буквы и арабские цифры…

… читала лекцию.

Но это было не всё. Убило меня следующее. Тия… робко подняла руку.

– Эм… Вы хотели что-то спросить, Тия-сама?

– Да, – совершенно спокойно и серьёзно кивнула блондинка. – Зачем в одной стране три вида письма и ещё и привлечение письменности других стран?

– Эм, – маленькая фракцион почесала свой шлем-маску, – не знаю. Или не помню. Наверное, так сложилось исторически.

– Понятно. Спасибо, – невозмутимо кивнула Халлибел, продолжая смотреть на «лектора» очень внимательным и заинтересованным взглядом зелёных глаз.

– Эм… Не за что, Тия-сама. Ну… Я тогда продолжу. Вот эта, – Мидори подняла над головой газету, – штука называется «газетой» и содержит все три вида письма, а также дополнения из букв и цифр…

Я не стал мешать процессу, а аккуратно, бочком-бочком, прокрался в свою комнату. Нет, я знал, что арранкары весьма быстро адаптируются и находят решения проблем – как-никак, суровый сюрвайв в Хоэко Мундо прекрасно отсеивает всех «тормознутых» за очень редким исключением, но что мои девочки найдут «шарящего», проинформируют союзников и организуют курсы, да ещё и меньше чем за день – не ожидал. Всё-таки великолепные у меня подчинённые, нужно будет их как следует поощрить. Единственный минус – это то, что организовали сии курсы они только для нашей (а Тия от меня уже точно никуда не денется) группировки, хотя, с другой стороны, ничего неожиданного – стая-фракция – это привычная модель, а «вся арранкарья община» – модель таки непривычная, и оперировать ей девочки даже и не думали. К тому же вряд ли тот же Барраган согласился бы слушать «поучения» от «жалкого мусора». Равно как и остальные члены Эспады, если их, конечно, не Тия бы тащила. Ну да ничего, как Гин вернётся, пусть собирает. Да-а… То ещё развлечение ему предстоит, хе-хе. Но ладно, девочки образовываются, это хорошо. Но нужно их проинформировать о новой постоялице, пришлось всё-таки на мгновение раскрыться и «маякнуть». Как я и предполагал, Кин этого хватило, и она на некоторое время оставила подруг.

– Хозяин? – девушка поднялась в мои покои. – Вы что-то хотели?

– Да, с сегодняшнего дня к вам присоединится Чируччи Сандервиччи. Помогите ей устроиться и адаптироваться.

– О… – беловолосая нэка в изумлении распахнула рубиновые очи. Духовный фон полыхнул каким-то странным оттенком восхищения и обожания. – Хорошо.

– Кстати, прекрасная идея с привлечением Мидори, вы молодцы, – решаю отвлечь её от непонятных мыслей. – Я тем временем договорился с Айзеном. Когда вернётся Ичимару Гин, он организует курсы для всех арранкаров.

– Мы будем стараться и станем первыми, как и полагается вашей фракции! – радостно заверила меня пустая, начав сиять уж совсем нездоровым энтузиазмом. Похвала понравилась…

– Не сомневаюсь, – улыбнулся я и чуть взъерошил ей волосы. – А теперь беги, мне нужно немного помедитировать.

Довольная кошка покинула комнату, а я, вздохнув, вновь погрузился во внутренний мир.

– Приветствую вас, господин, – привычно появился за моим плечом дух меча.

– Рад видеть тебя, Мурамаса. Как продвигаются твои исследования?

– Без практики я могу только теоретизировать, но, похоже, теперь мои таланты распространяются не только на занпакто, а также, с учётом доступного мне ныне запаса реацу, я смогу не просто «шептать», пробуждая потаённые желания клинков, но и полностью подчинять ваших врагов. Тело, разум, реацу. Всё. Фактически переписывая души.

Полный майнд-контроль?.. С одной стороны, это, безусловно, отвратительно и аморально, но вот с другой… Я буду последним лицемером и лжецом, если скажу, что это не соблазнительно. Превращать врагов в покорных слуг, менять жизненные установки и даже черты характера – что может быть желанней? А уж какие перспективы открываются для общения с прекрасной половиной синигами… Но не будем забегать вперёд.

– Звучит слишком хорошо. Должны быть какие-то ограничения, не так ли?

– Да, – кивнул меч, – чтобы подчинить тело, вы должны нанести мной хотя бы царапину жертве. На порабощение или даже просто замутнение разума вашего противника потребуется время, а реацу я могу контролировать только на относительно близком расстоянии от вас и только в свободном виде или во время создания техники кидо – развеять уже готовое заклинание не в моих силах.

– Всё равно очень неплохо, – это ещё мягко сказано, взять контроль над врагом, просто порезав его? Да это же мечта! Всякие огненные смерчи, волны тьмы и прочие разрушительные воздействия просто теряются на этом фоне. А испепелить кого я и Серо могу.

– Нет, – возразил Мурамаса, – я ещё не настолько эффективен, как хотелось бы. Противники с большим количеством реацу мне не подвластны. Я смогу срывать заклинания у капитанов, но не подчинить их… Во всяком случае, за время, которое занимает бой. На кого-то уровня Айзена эта сила не подействует вообще – разница между вами и им, господин, всё ещё очень велика. Также я не уверен, что смогу подчинить Ямамото Генрюсая или его учеников. Простите.

– И тем не менее – впечатляет. К тому же силы синигами растут с практикой и опытом. Сейчас мы только в начале пути. Дальнейшие же перспективы… вдохновляют.

– Благодарю за столь высокую оценку, господин, – вынув руки из карманов, занпакто почтительно поклонился. – Но, полагаю, сюда вы пришли не только для того, чтобы поговорить со мной.

– Да, мне нужно закончить с книгами. Пусть осталась всего четверть, но они куда сложнее, чем были до этого.

– Я ускорю время в этом мире и вновь налажу канал к остаткам Куроцучи, – сразу же отозвался меч, прикрыв глаза. – Думаю, в этот раз мне удастся поддерживать пятикратное ускорение.

– Превосходно, – я достал из воздуха следующую книгу. «Сон Души. Строение и Значение». Ну что же, продолжим…

Примерно через сутки «внутреннего времени» пришлось прерываться – в Хоэко Мундо наступил «вечер». Чируччи перетащила свои вещи, и мои девочки ушли показывать ей «новое место обитания», заодно проведя краткое выяснение иерархии. Бывшая Эспада хотела было сходу подмять арранкарок, но тут на секунду Кин «прессанула» на уровне в «полтора Заэля», а потом Сёри добавила нажима в «два Заэля», и всё разрешилось само собой. И всё это втихую, молча, на одних взглядах. В общем, девочки сработаются, ну, если не поубивают друг друга, но этого мы не допустим.

Следом за обладательницей фиолетовых волос, глаз и губок «на чай» явились Лоли с Меноли. При этом состояние у них было, словно сами на свою казнь пришли. Инстинкты пустого во мне от данного факта выли в экстазе – наслаждение от чужого страха было почти физическим, но разум уже более-менее привык справляться с подобными порывами, так что обошлось без попыток «задоминировать» несчастных девочек ещё больше. Предельно вежливо и корректно пригласив их за стол, я постарался сгладить углы, а заодно поинтересовался, из-за чего у них возник весь сыр-бор. Я-то понимал, но озвучить проблему нужно было, в первую очередь, для них самих.

– Итак, – я отхлебнул чай, – как я понял, вы хотите вступить во фракцию к Айзену, но он совершенно в этом не заинтересован?

– Рано или поздно он обратит на нас своё внимание! – упрямо воскликнула брюнетка.

Сидит напряжённо, неосознанно стараясь держаться ближе к подруге, вся на нервах, к своей чашке так и не прикоснулась. И всё же, неправильно её назвали «Лоли». У лоль не бывает груди, чуть-чуть не дотягивающей до троечки, да и девушка она хоть и невысокая, но тянет в худшем случае на подростка, а никак не ребёнка… Эх, всё-таки их страх знатно бьёт по мозгам, заставляя мысли уходить совсем не в ту степь. Хотя, им и без этого туда уйти не мудрено, с таким-то вырезом платья – через всю ложбинку между грудей и до животика, н-да…

– Лоли, – шикнула на подругу Меноли.

В отличие от брюнетки, она чашку в руках держала и даже отпила разок. Ну и одета была куда более скромно, правда, и здесь вырез на груди имел место, хотя сама грудь размером заметно уступала. Впрочем, менее соблазнительной девушка от этого не становилась, скорее наоборот: светловолосая скромняшка и тихоня с зелёным глазом на подхвате у злобненькой маленькой брюнеточки, что может быть завлекательней?

Хмм… Я сегодня явно слишком много общаюсь с красивыми девушками, надо будет снять напряжение, а то нижний мозг на верхний очень уж давит.

– Ой, простите, Алукард-сама, – потупилась спохватившаяся арранкарка.

– Ничего страшного, но вынужден вас разочаровать. У Айзена уже есть фракция.

– Что? Как? – брюнетка аж подскочила.

– Она называется «Эспада», – как ни в чём не бывало продолжаю, прихлебывая чай, – и вы вряд ли сможете в неё войти. Ваш уровень – сильный адьюкас или очень слабый вастер лорд. Если не допустите ошибок, то сможете разобрать большую часть лейтенантов Готэя-13, при доле везения и подготовки имеете шансы против парочки капитанов, но даже до нынешнего уровня слабейшего в Эспаде вы не дотягиваете, а со временем этот уровень будет только расти.

Комната погрузилась в мрачную тишину, за время которой гостьи усиленно думали. Я был практически уверен, что о сегодняшней судьбе Чируччи они уже слышали, не могли не слышать, всё время крутясь в центральной башне, а ведь даже у них вдвоём против неё шансов нет. Что ни говори, а пример очень наглядный.

– Ясно, – не поднимая взгляда от столешницы, обронила Меноли. – Спасибо, что просветили нас, Алукард-сама. Мы тогда, наверное, пойдём, если вы не возражаете…

– Конечно, вы совершенно свободны, но, позвольте утолить моё любопытство, что вы собираетесь делать дальше?

– Мы… – начала было брюнетка, – …не знаем, – разбито закончила она, опустив плечи. – Наверное, попросимся во фракцию к Баррагану-сама. Он принимает всех… – прозвучало почти с отвращением, но обречённо.

– Хммм… – окидываю их задумчивым взглядом.

Меноли явно согласна, но при этом решение приняла только Лоли, без совещаний и обсуждений. Безусловный лидер? Нет, их уровень сил примерно равен, просто так подчиняться равному – не в природе Пустых. Более сильному – да, безусловно. Но не равному. И тем не менее… Что-то Айзен намудрил при их синигамике, точно намудрил. Или у меня уже паранойя? Впрочем, если судить по схожести масок, они могли быть родственниками ещё при жизни или столь долго путешествовали вместе по Хоэко Мундо, что в прямом смысле сроднились, по пути давно и прочно выстроив отношения.

– А не хотите стать частью моей фракции?

– Мы? Вашей? – если уж даже более сдержанная Меноли выпучила глаз, то что творилось с энергичной Лоли… – Н-но… мы же слабы.

– Если бы я собирал фракцию исключительно по силовому принципу, мне пришлось бы основывать вторую Эспаду, – ставлю пустую чашку на столик между нами. – Сила меня интересует лишь постольку-поскольку.

– Но… Тогда что? – продолжила не понимать брюнетка.

– Ну, вы мне просто нравитесь, – пожимаю плечами. – На мой взгляд, это – более чем достаточная причина желать видеть вас в своей свите. На вас приятно смотреть, и у вас красивая реацу, – о, дружно смутились, смотреться начали ещё забавнее. – Так что скажете? – девушки переглянулись.

– Мы согласны! – словно бросаясь головой вниз с обрыва, объявила Лоли.

Хм, опять она озвучивает решение. Как лучше освою материалы Айзена, нужно будет их осмотреть… Да-а… Особенно Лоли… Кхм, отставить поползновения! Ещё не время. Да и никуда они теперь от меня не денутся.

– Тогда добро пожаловать, – встаю с кресла и наблюдаю, как они обе мгновенно вскочили следом. – Пойдём, выберем вам комнаты, заодно и представлю вас остальным, – такими темпами мне придётся заказывать дополнительный этаж или пристройку, но я буду последним, кто станет по этому поводу плакать, хе-хе.

Новоиспечённые фракционы слегка заторможено кивнули и отправились вслед за мной.

Общее знакомство и представление прошло без эксцессов, хотя взгляды, которыми обменивались новенькие – это было что-то с чем-то. «Наглые выскочки! Только попробуйте возомнить себя ровней мне!» – читалось в фиолетовых глазах Чируччи; «Это мы ещё посмотрим! Теперь мы официально равны, и ты ничего с этим не сделаешь! Буга-га-га-га-гашеньки!» – симафорил ей в ответ единственный (к слову, тоже фиолетовый, только чуть более светлого оттенка) глаз Лоли. На заднем фоне неуверенно мялась Меноли, которая вроде бы и стояла на стороне подруги, но всем видом, от макушки до кончиков каблуков, кричала, как она несогласна с идеей задирать бывшую Эспаду, и что очень просит ту не сильно их убивать. Мидори пряталась за спиной Сёри, с беспокойством наблюдая за этими «опасными девицами» и явно не испытывая ни малейшего желания рисковать, обращая на себя внимание. Ну а Кин с Сёри в перестрелке взглядами участия не принимали, стоя как бы рядом, но в сторонке, вполне обоснованно считая себя заслуженными и опытными «ветеранами», положению которых ничего не угрожает и угрожать не может. Короче, познакомились.

Убедившись, что все всё поняли и столь счастливое пополнение моего семейства не перерастёт в потасовку, я отправил фракцию помогать в переносе личных вещей на новое место жительства, а сам вернулся к изучению теории.

На завершение данной работы мне потребовался ещё месяц внутреннего времени или три дня по меркам мира внешнего. Возможно, предоставлять свежеиспечённых фракционов самим себе было не лучшим вариантом с точки зрения человека, но психология пустых была куда ближе к животному началу. А потому, попав на новое место, девушкам нужно было пару дней на «унять стресс» и освоиться. Кроме того, это было неплохим испытанием их адекватности, ибо внешность – внешностью, но я не настолько болен сперматоксикозом, чтобы терпеть подле себя тех, кто не может держать свои инстинкты в узде и находить общий язык с остальными. Но никого выгонять не пришлось – идея одной стаи во враждебном окружении, даже без облечения в слова и тезисы, всем арранкаркам была понятна на инстинктивном уровне. Да и визиты Тии, полагаю, помогли, всё же в присутствии третьей по силе не забалуешь, да и перед её фракцией позориться стыдно.

Однако теория теорией, но если «практика без теории слепа», то «теория без практики мертва», и теперь мне предстояло именно на практике увидеть и познать всё то, о чём я прочитал. К тому же заниматься я буду не самодеятельностью, а под руководством заслуженного и уважаемого (без шуток, если даже Айзен признал талант этой женщины, то уважения она достойна) научного сотрудника. Вопрос был лишь в том, брать с собой фракцию или не брать? С одной стороны, даже будучи лаборантом на уровне принеси-подай-отойди-не мешай, просто наблюдая за экспериментами со стороны, они смогут почерпнуть массу интересного, пусть даже на чисто прикладном уровне. С другой, не все они умеют читать и реальной пользы делу не принесут, а толпа в лаборатории – это не то, что нужно для этой самой лаборатории. Наверное.

Немного пораскинув мозгами, решил принять соломоново решение и, для начала, сходить в одиночку, в процессе поинтересовавшись мнением, собственно, хозяйки лаборатории. Заодно и узнаю, как идёт подготовка помещений, всё-таки я там последний раз был только на начальном этапе.

Лаборатория Ран’Тао встретила меня напряжённой атмосферой, а также знакомой розовой шевелюрой одного на редкость неприятного типа. Что-то часто он стал мелькать у меня перед глазами…

– … и теперь я, Октава Эспада, возглавляю Научное Крыло Лас Ночес! И мне нужны результаты ваших работ!

– Послушай, – у учёной-синигами уже нервно подёргивался глаз под стёклами очков, – мне без разницы, кто ты и что ты возглавляешь. У меня чёткие договоренности с вашим руководством, и без их прямого приказа я ничего никому передавать не собираюсь.

Оба спорщика моё появление из сонидо проморгали, что немудрено при полном сокрытии реацу, вот только…

– Ты слишком много себе позволяешь, синигами, – угрожающе прошипел Заэль.

… У него что, моча в голову ударила? Или он не в курсе, на кого работает данная женщина? Да даже если просто включить логику – все синигами тут находятся по прямому «приглашению» Айзена, а значит, она, с вероятностью крайне высокой, в прямом подчинении нашего уважаемого лидера. Хотя… Аспект Заэля же «Безумие», как говорил Соске. Могло и переклинить на ниве открывшихся перспектив и повышения в иерархии. Ну что же, будем приводить в чувства. Рекомендуемыми у Пустых методами.

– Заэль, – обращаю на себя внимание, расслабляя скрепы духовного фона, отчего по воздуху прокатывается волна искажений, – ты уже не первый раз вызываешь моё неудовольствие. Это – моя лаборатория, и работают тут мои люди. Ты об этом не знал?

Стараясь, чтобы фокус давления не задел женщину, с каждым мигом всё больше ослабляю маскировку, пока побледневший Гранц не падает на колени, не в силах вдохнуть.

– Я… Хр-х-х…

– Ещё раз увижу тебя или твоих фракционов рядом с этим местом – и ты сам станешь подопытным образцом, – продолжаю говорить спокойным голосом, не двигаясь с места. – Я достаточно внятен? – убираю давление ровно настолько, чтобы он мог ответить.

– Да… Не извольте беспокоиться, господин Алукард.

– Чудесно, – вновь полностью скрываю свою силу. – Можешь идти.

Поднявшись, Заэль, с трудом переставляя ноги и пошатываясь, поспешил убраться, не рискнув поднять взгляд ни на меня, ни на учёную-синигами. Похоже, мозги встали на место, хотя он всё запомнит и будет мечтать отомстить, но это бы случилось в любом случае.

– Добрый вечер, Алукард, – кивнула мне женщина, когда за арранкаром закрылась дверь. – Я, конечно, рада, что вы решили проблему, но не было ли это… слишком сурово?

– С вашей точки зрения – возможно, но арранкары произошли от пустых, а пустые, в большинстве своём, признают лишь силу, которую, – я внимательнее вслушался в её реацу. Блокировка была всё ещё на месте, – вы пока что продемонстрировать не можете, а значит, демонстрировать её приходится мне. К тому же он уже не в первый раз нарывается.

– Хм, быт арранкарьей общины под этим углом я ещё не рассматривала, – пробормотала себе под нос Ран’Тао, впрочем, мне слуха хватило. – Итак, что привело тебя сюда? Хочешь узнать, чем мы уже занимаемся?

– И это тоже, – я кивнул.

– Проходи, – вздохнула женщина и посторонилась, пропуская меня во внутренние помещения. Стоило миновать порог, и я сразу почувствовал разницу в духовном фоне. – В моём состоянии насыщенный отрицательный духовный фон противопоказан, так что Айзен-сан любезно помог мне инвертировать его в более подходящий.

– Здесь почти как в Обществе Душ, только насыщенность больше… – озвучил я свои ощущения.

– Что-то в этом роде, – кивнула учёная. – Итак?

– Я изучил массу литературы по духовным наукам вообще и строению духовного тела в частности. Теперь хотелось бы закрепить изученное практикой, к тому же, думаю, лишний лаборант, хоть что-то понимающий в предмете, вам пригодится.

– И сильнейший в Эспаде согласится таскать пробирки? – удивилась синигами.

– Мой аспект существования «Жадность», а не «Гордыня», так что да. Я вполне не против и «потаскать пробирки», если это обогатит мои знания и увеличит возможности.

– Аспект существования?

– Теория Айзена, – пояснил я. – Что-то вроде «пунктика» каждого арранкара, этакая доминирующая черта характера. Довольно занимательная гипотеза, похожая на правду. Если хотите, спросите у него сами, думаю, он с удовольствием вас просветит.

– Ладно, – дама явно заинтересовалась. – Вернёмся к опытам, – мы вошли в одну из лабораторий, где уже находилась Мидори и ещё двое невзрачных нумеросов, отобранных нами в персонал лаборатории ещё на этапе подбора помещений. – Сейчас мы исследуем одно интересное существо, созданное, кстати, вашей подопечной. Тема как раз по части духовной анатомии.

– Что же в нём такого интересного? – кивнув всполошившимся арранкарам, проявляю естественное любопытство.

– Помимо того, что само по себе созидание жизни из «ничего» – процесс архисложный, требующий огромных знаний, усилий, времени и материалов, так ещё и жизнеспособность полученных на начальных этапах особей очень невелика. Но то, что сотворила ваша фракцион из воды, риса и собственной реацу, видимо, не знает, что не должно существовать, и прекрасно себя чувствует.

– М-да.

– П-простите, я больше не буду! – жалобно отозвалась слушавшая «искреннее негодование» Мидори.

– Что значит «не буду»? Нам требуется собрать статистику, выявить закономерности и понять принципы! Вполне возможно, что благодаря этому мы сможем серьёзнейшим образом улучшить процессы изменения и развития духовных сущностей! – вошла в раж Ран’Тао, впрочем, кое за что моё ухо зацепилось.

– Изменения? В том числе пустофикация и синигамика?

– Да! Айзен-сан в общих чертах пояснил теорию, благо та основывается на кое-каких моих старых исследованиях, но то, чего он достиг… Поразительно! Просто поразительно! Вот, например, «Сон Души», что находится рядом с сердцем у синигами, является основанием Цепи у души обычной и… полностью отсутствует у Пустого! Там вместо него Дыра с совершенно иными функциями. Да у них даже направленность диаметрально противоположна, как и полярность спиритонов! Однако, как выяснилось, преобразовать одно в другое можно, как и совместить их работу. Именно это и делает процесс синигамики/пустофикации!

– А маска? – как ни странно, но суть её речи я понял, хотя та же Мидори лишь расширяла глаза по мере выступления воодушевившегося исследователя. Двое оставшихся нумеросов и вовсе пикнуть боялись в присутствии «больших боссов».

– Это более «регулирующая» часть, хотя я могу и ошибаться.

– Вот сейчас я не понял, – рановато я обрадовался, рановато.

– Признаться, я и сама до конца ещё не поняла всей тонкости процессов. Сейчас я склоняюсь к теории, что маска – это «управляющий конструкт». М-м-м, лучше объяснить на примере. У обычного пустого она полностью закрывает лицо, его «дыра» работает только на «отрицательной» реацу, а развиваться он может, лишь пожирая других. Арранкар хоть и сохраняет «дыру», но она начинает выполнять и функции «Сна Души», в его теле образуется собственный запас положительной силы, а «отрицательная», для контроля которой и требуется «Маска», составляет уже не 100% резерва сил, следовательно, часть маски «ломается». Соответственно, при полной перестройке и адаптации организма к положительным спиритонам арранкар полностью лишится маски… и дыры, – и на меня бросили очень… сложный взгляд. Что-то между восхищением шедевром творчества, желанием «разобрать и посмотреть, как оно работает» и просто любопытством. Брр…

– Хм, а как же философское значение маски, как желания закрыться и спрятаться от мира?

– Я учёный, а не философ, – покачала головой женщина. – Но связь между реацу и душевным состоянием известна давно, так что такая интерпретация не противоречит моим выкладкам. Кстати, появление Маски у так называемых вайзардов, опять же, подтверждает мою теорию. Вряд ли опытные синигами вдруг возжелали «закрыться от мира», в то время как атрибут контроля негативной реацу им как раз был необходим. И у них появились Маски. Но не «дыры». Способности усиливать себя, пожирая других, насколько я знаю, у них тоже не появилось.

– Любопытно, – да-а-а, вот что значит учёный с хорошей базой знаний. Как всё логично и красиво звучит и вроде даже похоже на правду. – И что тогда, по вашему мнению, будет при «полной перестройке» вайзарда?

– Хм… – на миг задумалась Ран’Тао. – Я подозреваю два варианта. Если сила Пустого разовьётся больше, чем сила Синигами, то должна будет проявиться «дыра», появится возможность пожирать других духов и использовать активные техники пустых, вроде Сонидо и Серо.

– Но разве тогда синигами не станет обычным пустым, пусть довольно могущественным и без «голода» и страха регресса?

– Нет, маска останется инструментом контроля отрицательной реацу во «Сне Души», и при её снятии или разрушении негативные спиритоны инкапсулируются в источнике, и вайзард будет неотличим от синигами, во всяком случае, без высокочувствительных приборов.

– Хм, а второй случай?

– О, он более интересен, но представляет собой просто гипотетический вариант. Если потенциал пустого по той или иной причине не сможет превысить потенциал синигами, но при этом будет продолжать расти, то инструмент контроля тоже должен улучшаться и усложняться. Другими словами, маска такого вайзарда со временем будет видоизменяться, пока… – она замолчала, о чём-то задумавшись.

– Пока что? – насколько я помнил, с Ичиго что-то такое и происходило, а теории этой женщины на редкость стройные. А поскольку Рыжий – очень интересный зверёк, то что из него может получиться в конечном итоге – знать будет крайне полезно.

– Пока… Контроль не вырастет до уровня, достаточного для слияния источников, как у «завершённого» арранкара. И это удивительно! Два совершенно разных пути, едва ли не противоположных, в конечной точке своего развития приводящие к одному и тому же результату! Правда, – воодушевление несколько увяло, – я не представляю, как возможно развитие подобного Вайзарда. Негативная реацу очень быстро развивается при наличии у носителя собственного источника реацу положительной. Потому мы получаем или первый вариант развития, или, как с теми вайзардами, о которых рассказывал Айзен, зарождающаяся «дыра» во «Сне Души» синигами купируется, тем самым останавливая развитие негативной реацу, оставляя лишь определённый резерв, пусть и восполняемый, – хм, полагаю, это она про убийство внутреннего пустого.

М-да, меня окружают чёртовы гении, нужно соответствовать, хотя даже от её пояснения «на пальцах», с минимумом теории и, считай, без выкладок, мозг начинает как-то подозрительно почёсываться. Но… надо, Алу, надо!

– Удивительно, – я действительно был поражён. – Но, признаться, пока что я не могу в полной мере представить себе все эти процессы – не хватает опыта, – я покосился на Мидори, стоящую рядом с абсолютно пустым взглядом. – А кое-кому однозначно нужно что-то попроще для начала.

– Да, простите, я увлеклась – давно у меня не было возможности как следует подискутировать или изложить интересную концепцию, – Ран’Тао глубоко вздохнула и выдохнула.

– А как же Угаки и Айзен? Кстати, где наш друг-баунто?

– Они-то мне душу и разбередили, – со вздохом пожаловалась женщина. – Угаки сейчас занят экспериментом с мечами арранкаров, его очень волнует предательство собственной куклы, и мечи, не обладающие разумом, но дающие силу, вызвали предельный интерес. Но давайте действительно начнём с более приземлённых вещей. Мидори, проводи нашего нового ассистента в гардероб и выдай халат! Займёмся снятием показаний духовного давления и состава спиритонов у «кастрюльки». Хочу скоррелировать их при разных внешних условиях и проверить когерентность!

– Будет сделано, Ран'Тао-сенсей, – отозвалась моя фракцион. – Пойдёмте, Алукард-сама, – девочка в лабораторном халате поверх формы арранкара жестом предложила мне следовать за ней.

***

Следующие четыре месяца можно было бы назвать райскими – я вкусно кушал, сладко спал, тискал своих фраксионов, включая Лоли и Меноли, уже пообвыкшихся и очень даже не возражающих, хотя дальше объятий у нас дело не заходило. Чируччи на всё это смотрела со странной смесью боязни, отвращения, любопытства и зависти, что, опять же, меня изрядно веселило, ну а Мидори сутками напролёт пропадала в лаборатории, так что и вовсе осталась вне этих кипучих страстей. С Тией мы уже не просто целовались – теперь она вполне комфортно чувствовала себя у меня на коленях, а я стремительно прокачивал Волю, дабы не зайти дальше. Периодически я тренировался с Гриммджоу в спарринге на кулачках. Котэ, кстати, за эти месяцы сильно вырос, как по мастерству, так и по уровню реацу. Вероятно, частые тренировки на пределе сил давали свои результаты, к тому же, как я заметил, его дыра пустого стала на пару сантиметров меньше. Пожалуй, ещё полгода в таком же темпе – и он сможет выбить дурь и из Ноиторры, Дордонни он, как выяснилось, уже уделал, пока я бегал по Обществу Душ. Из Эспады Сокаччио ещё не турнули, но очевидно, что это становилось делом ближайшего времени.

Всё это разбавлялось ежедневными многочасовыми визитами в лабораторию, где я под чутким руководством Ран’Тао постигал хитрости духовной науки. А ещё был Гин! Грустный-грустный Гин, пытающийся на пальцах объяснить Ноиторре про «три стиля письма». После каждого занятия он печально вздыхал, брал свой занпакто и уходил далеко в пустыню, откуда потом доносились волны его реацу. Мне его было даже жалко. Чуть-чуть. Впрочем, не настолько, чтобы не «восхититься» его тягой к «просвещению». Мол, сначала Тия и социальные аспекты, теперь общая грамотность. Вы – прекрасный и добрейшей души человек, Ичимару-сан! М-м-м, лицо Белочки в этот момент было таким восхитительным!

В общем, всё было прекрасно. Ложкой дёгтя в бочке мёда было лишь состояние Нел, но я уже видел четыре варианта решения данной проблемы, так что тут был лишь вопрос времени и обстоятельств, точнее, когда «большая босса» даст отмашку или покинет наши ряды, тем самым сделав правителем уже меня.

Таким образом, ничего не предвещало беды, я как раз отправил кошака в очередной полёт, когда рядом со мной из сюмпо вышел Гин. Примечание: очень счастливый, буквально сияющий от радости Гин. С учётом того, что раньше при виде меня он всегда был немного грустен, я начал подозревать что-то нехорошее. Да чего там, пятая точка буквально возопила о грядущей подставе.

– Алукард, – улыбнулся Белочка.

– Гин, – киваю бывшему капитану. – Ты что-то хотел?

– Да, капитан Айзен просил передать, чтобы ты зашёл к нему, как освободишься, – а сам чуть ли не лапки потирает.

– Ясно. Спасибо. Что-то случилось?

– Как я слышал, у Куросаки-куна возникли некоторые проблемы… – лыба стала ещё счастливее. – И тебе нужно будет за ним присмотреть… Опять, – сейчас кто-то получит в рожу кирпичом! – Ладненько, я побегу, есть ещё некоторые дела. Пока-пока! – и эта сволочь свалила с полигона.

– Почувствовал, гад, – сквозь зубы вздохнул я, расслабляя сжатый кулак. – На сегодня всё – появилось задание от Айзена, – сообщаю вышедшему передо мной из сонидо Джагерджаку.

– Хорошо, – арранкар недовольно скрипнул зубами и отменил ресуррексион. – Спасибо за бой, Алукард.

Забавно, авторитетов для него нет, подчиняется он только по стандартной системе пустых – «кто сильнее, тот и прав», но вот ко мне испытывает уважение, а всего делов – раз-два в неделю как следует повалять по полигону да дать пару советов из серии «посмотри соревнования в мире людей, рекомендую „бои без правил“, и всё.

– Угу, – и, не став откладывать дело в долгий ящик, направляюсь к Соске.

Владыка Лас Ночес встретил меня на балконе центральной башни, медитируя на виды бесконечной серой пустыни. На столике рядом с его креслом покоились белый кофейник, не менее белая кружка и аккуратная вазочка с кубиками сахара. Над чашкой поднимались тонкие полупрозрачные струйки пара.

– Ты быстро, Алукард, – поприветствовал меня Айзен, едва я перешагнул порог.

– Зачем оттягивать неизбежное? – я был настроен весьма мрачно. – Куда опять лезет этот рыжий?

– Пока никуда, проблемы нашли его сами. Буквально свалились на голову… – я не столько увидел (спинка кресла была высокой), сколько почувствовал пробежавшую по губам мужчины улыбку.

– И ты тут совсем ни при чём? – приподнимаю бровь, подходя ближе.

– Алукард, мне весьма лестно, что ты считаешь, будто я стою за любым взмахом крыла бабочки, но я не вездесущ, во всяком случае, пока что.

– И тем не менее, чёткого отрицания я от тебя так и не услышал, – в ответ меня наградили смеющимся взглядом карих глаз и спрятали улыбку в чашку с ароматным напитком. – Ладно, перед смертью не надышишься. Что у него случилось?

– Ты слышал про клан Касуми-Одзи? – блин… Была, была же мысль всех их вырезать ещё в прошлое посещение! Просто на всякий случай! Но не-е-ет, решил, что я параною, что это всё излишне. Воистину, ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным.

– Оружейники?

– Да, – кивнул Соске, – но не только. У Третьего Отряда совсем недавно появился капитан. Далеко не такой „доблестный“, как считают окружающие.

– Ты хочешь его завербовать? – вот это уже было интересно.

– Нет, – Айзен покачал головой, – он всецело разделяет идеи синигами и нам бы был дурным союзником. Но у него есть претензии к Главнокомандующему, и если сможешь правильно разыграть карты, тебе доведётся воочию увидеть силу занпакто Ямамото Генрюсая.

– Вот как… Интересно. Основная задача такая же?

– Да, Ичиго и его компаньоны должны выжить. Всё остальное – на твоё усмотрение. Ну и выдавать силу Пустого не рекомендуется, впрочем, если ты сможешь это выдать за прорыв из Хоэко Мундо, то я не возражаю. В остальном – действуй согласно своему усмотрению. Как и в прошлый раз, можешь привлекать знакомого тебе лейтенанта и его людей – соответствующие распоряжения я уже передал.

– Ясно. Когда отправляться?

– С учётом разницы во времени, пара дней у тебя ещё есть, завершить срочные дела хватит.

– Понял, тогда я отправлюсь предупредить мою фракцию, – киваю.

– Хорошо. Сообщи, когда будешь готов.

На этом мы и распрощались. Что же, приговор ясен, мне таки придётся вновь испытывать БОЛЬ и ОТЧАЯНИЕ, глядя на рыжего и его компаньонов. Причём рыжий мне уже кажется вполне адекватным товарищем. Не иначе как благотворное влияние внутреннего Пустого, благополучно зарастившего „надрез“ от ритуала передачи Силы Синигами, да и просто правильно мыслящего в реалиях мира. Ну, на взгляд другого Пустого правильно мыслящего, но неважно. Итак, мне предстоят страдания, но я себя не буду уважать, если не поделюсь ими с окружающими. И с главным виновником торжества, даже если конкретно за Куросаки вины по этому случаю нет. А значит… Тоби выходит на тропу войны!

Так, что мне нужно? Конечно же, поиздеваться над рыжим. Но нужно переходить на следующий этап демотивации… Хм… Да-а-а, это будет шедеврально. Но как осуществить задумку? Нет, сам материал я представляю, но как его создать? Не обращаться же с такой просьбой к Ран’Тао или Заэлю. Первая подумает, что я таки спятил окончательно, второй – подложит какую-нибудь гадость, а вбивать в него мозг у меня сейчас просто нет времени и желания. Ладно, попробую вытащить из внутреннего мира. Раз я поглощаю спиритоны извне, то могу и материализовать их, вопрос лишь в точности исполнения…

Тем временем в Каракуре. Ичиго и Ко.

Парень медленно открыл глаза и тяжело вздохнул. Утро. Ещё одно отвратительное утро. Почему отвратительное? Потому что почти всю прошлую ночь, как и ночь до этого, кое-кто во внутреннем мире вытирал им пол. Парень до сих пор не мог понять, как так случилось, что Пустой, что жил в его душе, вдруг решил пойти на контакт вместо обычных попыток захватить тело. Сам пустой на прямой вопрос столь же прямо ответил: ему надоело вытаскивать их общую задницу из всех передряг, куда эта задница под управлением Куросаки лезет, а с учётом всё повышающейся силы противников, в один „прекрасный“ момент даже сил такого совершенного создания, как он, может и не хватить. Поскольку внутренний Пустой очень не хочет помирать, то пришёл он к выводу, что нужно идти на сотрудничество, пока очередной враг не пришиб их обоих.

Разумеется, Ичиго заподозрил, что это просто обман и новая попытка занять его тело, но на этот раз более тонкая и хитрая, но Пустой лишь рассмеялся своим металлическим, лязгающим смехом и довольно заявил, что наконец-то он начал использовать голову не только для того, чтобы в неё есть. А заодно добавил, что захватить тело для него – это не такая уж и большая проблема. Он неоднократно брал Ичиго под контроль, и было бы его желание – вполне смог бы повеселиться „с твоими милыми одноклассницами и сестрёнками“.

Куросаки прикрыл глаза. После этих слов Пустого он испытал то, что до этого испытывал лишь раз, по отношению к тому „Удильщику“. Чистая, незамутнённая ненависть и желание разорвать врага, если потребуется, хоть голыми руками. И он атаковал, но Пустой лишь смеялся и скалился, играючи уклоняясь от выпадов. Да… Тогда-то и началось их странное сотрудничество…

– Да, „Король“, вот это – правильный взгляд! Выпусти наружу свой гнев. Свои инстинкты! Бейся! Убивай! Наслаждайся этим! К врагу не может быть жалости или пощады!

Сорвавшая с лезвия Гецуга вспорола стену одного из зданий, подняв кучу пыли, но пустой лишь довольно скалился, издевательски отступив с её траектории на жалкий миллиметр. Взгляд Ичиго дёрнулся по сторонам, рефлекторно желая найти знакомый чёрный силуэт, но…

– Где старик Зангецу? – сквозь зубы прошипел парень, так и не найдя привычного партнёра в своём внутреннем мире.

– Ты всё ещё не понял? – металлический голос пустого наполнился иронией. – Когда ты говоришь Зангецу, ты имеешь в виду того, что у тебя в руках, – левая рука чёрно-белой копии Куросаки указала на меч в его ладони, – или того… – правая с ленцой поднялась к плечу… Чтобы сомкнуться на чёрной рукояти, которой секунду назад там не было, – что у меня?!

До боли знакомый изгиб огромного лезвия взвился в воздух, единым движением высвобождаясь из обмотки чёрного, как смоль, бинта, чтобы открыть…

„Белый… Зангецу?“

– Хочешь узнать, где Зангецу? – небрежно крутанув клинком, чей металл отливал фарфоровой белизной, оскалился пустой. – По правде говоря… – мгновенное сюмпо противника едва не застало Ичиго врасплох, – я – Зангецу! – и только в последний момент он успел подставить под чудовищный удар собственный меч.

Грохот столкнувшегося металла на миг оглушил, а промявшийся под ногами камень перевёрнутого небоскрёба вынудил ещё сильнее напрячься, чтобы не потерять равновесие.

– Ублюдок! Где старик Зангецу?! – прокричал он в лицо своему карикатурному отражению.

– Ты что, тупой? – не переставая давить, иронично вскинул брови тот. – Я не хочу тебе повторять это снова и снова! Я – Зангецу!

Живот взорвался болью, выбив весь дух из лёгких, а следующее, что запомнило помутившееся сознание – это сильный удар спиной в стену и пыль, забивающая глаза.

– Ичиго, – терпеливо дождавшись, пока тот откашляется и восстановит дыхание, вновь заговорил пустой, картинно положив меч на плечо, – не знаю, поймёшь ты или нет, но Зангецу и я всегда были одним целым. И Зангецу, и я – твоя сила. Я был частью Зангецу. Мы все делим одно тело, и когда доминирующая сторона меняется, то и внешность меняется вместе с ней. Когда доминирует жизнь – снаружи плоть. Когда доминирует смерть – кости. Здесь то же самое. Моя сила росла, пока не стала доминирующей, и тогда Зангецу стал частью меня.

– Ублюдок! – рука крепче сжала рукоять меча, а душащий душу гнев всё более отчаянно требовал выхода.

– И это всё, что ты хочешь сказать? Ну же, Ичиго! Ты разве не хотел только что меня прикончить? – дрожащим на грани смеха голосом подбодрил его пустой.

– Убью! – клинок Куросаки взметнулся, принимая нужное положение. – Банкай! – в небо взметнулся столб чёрной реацу, и без перехода: – Гетсуга Теншоу!

– Неплохо, – враг исчез из поля зрения, а спустя долю секунды правый бок взорвался болью. – Но этого недостаточно. Ты слишком отвлекаешься после атаки. Пожелай я этого – и ты уже был бы трупом.

– К-когда ты научился Банкаю? – изумлённо выдохнул рыжеволосый, глядя на изменившиеся вместе с его собственными одежду и меч противника.

– А разве это не очевидно? – скорчил издевательскую рожу противник. – В тот самый момент, что и ты!

– Гр-р-р! – парень принялся атаковать Пустого.

Без системы. Без навыков, фактически, он просто махал клинком в желании задеть врага. Но все его удары проваливались в пустоту или натыкались на блоки, заставляющие клинок скользить вниз, а его владельца – терять равновесие и получать болезненные тычки и зуботычины.

– И почему мне достался такой тупой Король?! Ты уже неоднократно сталкивался с врагами-фехтовальщиками, но в твоей пустой голове ни разу даже не мелькнуло желания подтянуть свои навыки. Хотя бы в секцию записаться!

– Я тренировался! – сам не зная зачем, возразил парень. – С Урахарой-саном! И Йоруичи! И когда обретал Банкай!

– „Тренировался?“ – смеясь, прошипел Пустой. – С каким мечом ты тренировался, тупица?! Неужели незаметно, что в Банкае твой меч отличается от того, что в Шикае?! Или ты мне заикнёшься, что освоил всё в Шикае? И сколько раз ты использовал тот приём с бинтом, который я тебе показал при нашей первой встрече? Ты даже ни одной стойки не знаешь, идиота кусок, вытягивая только на объёме реацу! Я несколько раз материализовывал Маску в критически важных местах. Тех, что ты должен был без проблем защитить, не будь в твоей голове сплошной кости!

– Как будто ты умеешь больше! – выкрикнул парень в лицо… опять исчезнувшему противнику.

– Вообще-то… – послышалось у него за спиной. – Умею, – и новая порция боли резанула по лопаткам.

– Х-хаа… – Ичиго упал на один из повёрнутых небоскрёбов своего мира.

– И хочу, чтобы умел и ты, пока нам с тобой не снесли голову или не проделали лишних дыр в теле в очередной авантюре, в которую ты влезешь по собственной глупости. Если уж ты, малыш, хочешь влезть во взрослые разборки, то встань хотя бы на соответствующий уровень. Иначе и тебя, и всех тех, кого ты считаешь близкими, просто сожрут.

– И… ты предлагаешь мне учиться? У тебя? – парень опёрся на клинок.

– Ичиго, в чём разница между королём и его лошадью? – играючи перекинув меч из одной руки в другую, пустой в полёте просунул палец в последнее звено цепи, свисающей с рукояти, и раскрутил оружие так, что то смазалось в прозрачный белый круг.

– Чего? – недоумённо переспросил временный синигами.

– Мне не нужен детский лепет, типа „король – человек, а лошадь – животное“ или „у короля две ноги, а у лошади – четыре“, – скалясь, продолжил говорить противник. – Если их форма, способности и сила будут одинаковыми, тогда почему один становится королём и управляет битвой, а другой – лошадью, которая везёт этого короля?! – неуловимым движением белый клинок вернулся в правую руку. – Ещё раз спрашиваю: в чём разница между ними?!

– … – Ичиго просто не знал, что на это ответить.

– Есть только один ответ, – обманчиво спокойно произнёс Пустой. – Инстинкт! – отдающий скрежетом металла крик пробрал Куросаки до позвоночника. – Чтобы существа стали сильнее и получили власть стать королём, они должны искать сражения, искать силу! Они жаждут битвы и живут, чтобы беспощадно давить, рвать в клочья и разрубать своих врагов! Глубоко-глубоко внутри покоится инстинкт убийства, который пронизывает каждую клеточку наших тел. Но ты делаешь не так! Ты сражаешься, используя логику, и пытаешься с её помощью победить своих врагов! Но так ничего не получается! Ты сражаешься мечом, вложенным в ножны! Вот почему ты слабее меня, Ичиго! Я – твой инстинкт! Но ты отказываешься от меня из-за своей трусости! Из-за страха превратиться в такое же ничтожество, которое убило твою мать! Ты всё ещё недостоин ни своего меча, ни своей силы! – неразличимое глазу сюмпо – и острие белого, как фарфор, меча упирается временному синигами в горло. – Но ты всё-таки можешь быть королём, а не только безмолвным скотом, – отбросив крик, серьёзно взглянул ему в глаза белый Зангецу. – А потому я помогу тебе, пока не стало слишком поздно, – меч у шеи исчез, и… пустой протянул руку.

Долгое мгновение Ичиго молча глядел на бледную, словно снег, ладонь с угольно-чёрными ногтями. В голове творилась настоящая каша, однако…

– Возможно, я ещё пожалею об этом. Но… ты действительно меня неоднократно спасал. Дай мне силу, – парень пожал руку своему отражению.

– Возьми сам, как и подобает королю! – и… в живот парня врезался кулак его визави. – Начнём наше обучение, ха-ха-ха-ха!..

Куросаки зябко передёрнул плечами, стараясь запрятать воспоминания о последующих боли и унижении как можно дальше. Ладно, сейчас наступило утро, и до вечера он совершенно свободен от своего персонального мучит… в смысле, учителя. Ну, если не считать „голос в голове“. Пустому было скучно во внутреннем мире, и теперь, наладив отношения, он довольно часто вставлял своё „веское мнение“ куда надо и не надо.

– Хватит ныть, лучше проверь, что тебя разбудило, – подал о себе весть недавно упомянутый „квартирант“. Как всегда вежлив и дружелюбен, но он был прав – странный шум за окном никуда не делся. Парень подошёл к окну и открыл секцию.

– И-чи-гоооо!

„Куросаки Иссен“ – успел подумать парень. „Куросаки Иссен на батуте“ – продолжилась мысль. „Куросаки Иссен, что оттолкнулся от батута и летит сюда!!!“

Временный Синигами отшатнулся и смог полюбоваться, как его отец воспарил на пяток метров вверх, влетел в открытое окно, ударился о потолок, растянулся на полу, но быстро поднялся на ноги и понёсся на сына.

– Вернулся?! – прыжок!

Куросаки-младший вновь отшатнулся, да ещё и из-за новоприобретённых рефлексов придал родителю ускорения путём мощного пинка под зад. Заодно подправил траекторию – этот кретин и так ему потолок попортил, только выбитого окна для счастья ещё и не хватало! Жертва улучшенных навыков Ичиго вновь вылетела в открытое окно и затихла где-то на земле.

– Знаешь, Король, люди, когда падают головой вниз со второго этажа, как правило, разбиваются…

– Ай, ничего с ним не будет, это уже не первый раз и не первый его полёт, – отмахнулся временный синигами. – Через пять минут уже будет клянчить у Юзу завтрак.

Как и предполагал Ичиго, дорогой родитель был совершенно цел и здоров и жаловался дочерям на „злого и жестокого сына“. Всё было как всегда. Поблагодарив сестёр за еду, парень вместе с Рукией направился в филиал Ада, школой именуемый. Там всё тоже было как всегда – шум, гам, одноклассники, за редким исключением, вроде Тацуки, вызывающие глухое раздражение. Ничего интересного. Только Орихимэ, демонстрирующая свой „шедевр“ творчества, повеселила – занимающийся йогой розовый тиранозавр… впечатлял. Рукия в ответ продемонстрировала своих любимых кроликов. В купальниках. Ну, или пижамах, если верить экспертному мнению Орихимэ. Куросаки прямо физически ощутил, как его Здравый Смысл начинает отъезжать в сторону. Где-то во внутреннем мире ржал Пустой. Но тут рутинное умиротворение разорвал писк мобильника. Того самого мобильника.

– О, будет драка. Это хорошо! – во внутреннем мире началось оживление.

– Ичиго! – Рукия повернулась к парню.

– Знаю, пошли, – парень нехотя поднялся из-за парты. Как же это всё было напряжно…

Пустых набежало порядочно – навскидку Ичиго насчитал десятка четыре, а разрывы в пространстве продолжали открываться, являя всё новых монстров.

– Разделимся и избавимся от них! – скомандовала Рукия.

– Пф, на этих слабаков даже её одной бы хватило, лучше бы ты остался в классе и поболтал с Тацуки.

В ответ Ичиго лишь вздохнул – его собеседник был той ещё задницей. Смутно кого-то напоминая, но вот кого? Впрочем, времени на размышления тратить не хотелось – сюмпо-удар, сюмпо-удар, повторять, пока вокруг никого не останется. На миг парню стало стыдно – он вспомнил, как совсем недавно просто бегал за врагами, не догадываясь использовать поступь нигде, кроме как в самом бою. Уже за одно разъяснение его ошибки внутреннему Пустому можно было бы сказать спасибо… Если бы он ещё при этом не смешивал его чувство собственного достоинства с грязью.

– Эй! Ты! – донёсся до Ичиго звонкий голос.

– Хм? – парень начал оглядываться по сторонам, ища источник звуков.

– Мы здесь! – наконец-то он смог заметить маленькую фигуру внизу. – Ты синигами этого города?

– Душа? – новое сюмпо – и вот он уже перед… Ну, наверное, это была девочка. В розовом, расшитом цветами кимоно очень традиционного вида и с торшером на голове, но девочка. – Знаешь, эти монстры могут тебя сожрать, если ты будешь просто так стоять… – поделился насущным синигами.

– Это мы сейчас очень хотим есть! – небрежно отмахнулось от предупреждения это „нечто“.

– Хотим есть? Мы? – ничего не понял Ичиго, в сознании которого начали клубиться подозрения, что он нарвался на душу с душевным расстройством.

– У неё нет цепи. Это не просто дух, идиота ты кусок!» – указал на оплошность своего… хм… напарника «Белый Зангецу».

– От второго куска слышу! – огрызнулся Куросаки.

– Это неважно, мы… – что хотела сказать девочка, осталось загадкой. Сделав шаг, она умудрилась запнуться и растянуться на брусчатке. Непонятный торшер слетел с её головы, открывая взгляду длинные светлые волосы и симпатичную мордашку. Цвет глаз незнакомки тоже был очень необычен – сочетание зелёного и голубого. Не «морская волна», но что-то близкое. – Ай! Как же я ненавижу эту шляпу…

– Хммм, а она очень даже ничего. Только мелковата. Хотя тебе же нравится Рукия?

– Ты на что это, морда белая, намекаешь? – мысленно взревел Ичиго.

– Я – это твои инстинкты, а дальше думай сам, ха-ха-ха-ха!

Тем временем девочка, или всё же девушка? Неважно. Прекрасная особа натянула на своё личико равнодушно-пренебреждительное выражение и манерно протянула парню руку, тыльной стороной вверх.

– Где-то двадцать процентов Бъякуи, – авторитетно заключил внутренний собеседник.– Неплохо в её возрасте.

Рыжий синигами вспомнил своего знакомого капитана и вынужден был согласиться – чем-то напускная манерность этой девочки напоминала Кучики, правда, тот умудрялся даже проткнутым насквозь сохранять отстранённо-брезгливое выражение лица, в этом Куросаки убедился лично.

– Эй, хватит смущаться! Помоги нам встать! – внутренний диалог славного сына рода Сиба (в народе Куросаки) дама приняла за нерешительность.

– Э-э… Хорошо, – парень помог девочке встать на ноги.

Стоило этому свершиться, как блондинка отдёрнула руку (излишне резко), на пару мгновений замерла, отвернув личико, потом нарочито сосредоточенно принялась отряхивать рукав кимоно… поправлять пояс… выправлять складки… И только закончив все процедуры, она опустила руки по бокам и, по-прежнему избегая смотреть на парня, важно произнесла:

– Ты как раз вовремя. Принеси нам что-нибудь поесть.

– Э?..

От подобной наглости Ичиго просто опешил, а где-то внутри появилось желание надавать этой нахалке по заднице – у него и так вышла на редкость насыщенная и неудачная неделя, а сейчас ещё какая-то больная на голову душа пытается им командовать посреди вторжения Пустых! К счастью для пятой точки неизвестной, парня вновь отвлекли – очередной разрыв в пространстве породил очередную волну низших пустых, что Куросаки смог заметить своим слегка подправленным за последнее время чутьём.

– Эй, ты нас слушаешь? – возмутилась зеленоглазая, заметив, что внимание Ичиго переключилось на небо.

– Помолчи, – отмахнулся временный синигами, пытаясь лучше ощутить источники чужой реацу.

– Мы очень хотим есть! – разозлилась девочка и не нашла ничего лучше, чем повиснуть на спине обернувшегося к противникам синигами. – Ты нас не понимаешь? Мы сказали, что хотим есть!

– Эй! Ты чего?! – прифигел от такого манёвра рыжий.

– Мы хотим есть! Мы хотим есть! Мы хотим есть! Мы хотим есть! Мы хотим есть! – впала в истерику девчонка, начав трясти Куросаки за шею, для полного счастья парня одной из рук вцепившись в его щёку.

– Эй! Хватит! Не лезь! – противница оказалась до неприличия цепкой, прям как клещ, но после нескольких неудачных попыток рука Ичиго всё-таки схватила раздражающую помеху за шиворот и просто отбросила в сторону. Однако упасть ей не дали.

Откуда-то сверху появились два незнакомых синигами, за которыми гналась целая орава Пустых, и, обогнув в сюмпо рыжего с двух сторон, на лету подхватили капризную девчонку, после чего буркнули что-то про «оставляем их на тебя» и исчезли, оставив Ичиго наедине с полусотней низших пожирателей душ. Ошарашенный парень не успел даже пикнуть, как его погребла волна минусов. Сделать с ним они ничего не могли – разница в реацу была слишком велика, но вот просто погрести массой – это запросто.

– Король, тебя отмудохала мелкая безоружная девчонка, а два каких-то недоноска в прямом смысле утопили в дерьме… Ты не представляешь, как меня сейчас опозорил… – убитым голосом сообщил внутренний Пустой. – Да ну нахрен! – воскликнул он спустя миг, вызвав металлический звон в ушах. –Пойду погамаю во второй Фолыч! – и постороннее присутствие в голове исчезло.

– Я. Их. Прибью! – с непередаваемым чувством ненависти выдохнул Куросаки, и волна «злой» реацу шибанула во все стороны, просто рзвеяв всех Пустых чёрным пеплом.

– Ты чего делаешь? – появилась рядом Рукия, с беспокойством глядя на озверевшее лицо временного синигами. – С ума сошёл? Выплёскивая такое количество реацу, ты только истончаешь барьер между мирами!

– Я… Чёрт! Неважно, – стиснув зубы, постарался успокоиться парень.

Мелкой блондинки и тех двух недоносков уже нигде не было видно, а ориентироваться по духовному фону Ичиго до сих пор умел очень плохо.

Некоторое время спустя.

– Ммм, принцесса? – удивилась Орихимэ.

Отмучившись в школе, компания двинулась по домам. Поскольку жили все в одном районе, то и шли привычной толпой, заодно начав разговор о происшествии. Поостыв за время занятий, Куросаки решил ничего не скрывать, так что повод для удивления был.

– Ичиго сказал, что она на неё похожа.

– Ну, сама она этого не говорила, – поправил уткнувшуюся в телефон Рукию рекомый Ичиго, – просто постоянно повторяла «мы», «нас» и прочее, да ещё говорила, что хочет есть.

– Звучит так, словно она игралась с тобой, – всё ещё уткнувшись в телефон, провозгласила маленькая синигами. На взгляд Куросаки – совершенно не в тему, но… Видимо, это был какой-то хитрый женский язык, потому что Иноуэ её прекрасно поняла… А вот дальше…

– Принцесса… игралась с Куросаки-куном… – рыжеволосая красавица даже остановилась, а в глазах её зажёгся какой-то странный огонь. – Держу пари, на ней был дорогой латексный корсет, чёрные кожаные сапоги и в руках плётка?! И говорила она, – Куросаки замер на половине шага, интонации Орихимэ изменились, а ставший глубоким голос молвил: – «кто тут у нас голоден, раб? Я!» – и девушка счастливо зажмурилась.

– Орихимэ, это «Госпожа», а не «Принцесса», – поправила подругу Рукия, даже оторвавшаяся от телефона.

«Это что сейчас было?» – Ичиго просто впал в ступор.

Он никогда и в страшном сне не мог себе представить, чтобы тихой и скромной Иноуэ не то что нравилось что-то подобное, а что она вообще о подобном знает! Но судя по энтузиазму девушки, ей это именно нравилось. Хотя… Нет-нет, Орихимэ просто всегда энергичная и испытывает энтузиазм, да! Определённо!

– Хм, а она начинает мне нравиться! Крошка определённо знает толк в развлечениях. Да и у этой аристократической пай-девочки, как видно, хороший кругозор. Какие любопытные подробности мы узнаём о семье Кучики, ты не находишь? С учётом пиетета этой мелкой перед братиком, мне страшно представить, кто у них в паре госпожа, ха-ха-ха-ха!

– Заткнись! – образ Бъякуи в кожаном корсете и с плёткой вызывал чувство подкатывающих к глазам кровавых слёз. – Какого ты вообще вылез?! Ты же куда-то ушёл?!

– Я завалил Хорригана, теперь мне скучно, – вальяжно отозвался белый Зангецу. – Слушай, купи чего-нибудь из новинок, а? Достало перепроходить древнюю муть.

– Постой…– до Ичиго только сейчас дошло. –Ты можешь играть в моём внутреннем мире в компьютерные игры???

– Ичиго, хватит ужасать меня своей тупостью! Это твой внутренний мир – то, что составляет твою личность! Здесь есть всё, что хоть раз было у тебя в руках.

– Но как же… Ведь компьютеры…– растерянно пробормотал временный сигинами, у которого концепция существования компьютеров в собственной голове никак не хотела укладываться в эту самую голову.

– А-а-а, завались!– в расстройстве чувств ответил Пустой. – Пойду забурюсь в Принца Персии… – дальше следовало ещё какое-то ворчание, но оно постепенно утихало, пока ощущение чужого присутствия полностью не исчезло.

Чувствуя, что ещё немного, и у него реально потечёт крыша, Ичиго поспешил отвлечься, а заодно и сменить тему:

– Рукия, а что ты делаешь с телефоном?

– Пытаюсь найти тех синигами и девушку, о которых ты рассказывал, но пока без толку.

– Ладненько, мне направо! До завтра, ребята! Рукия, Куросаки-кун! – помахала всем ручкой Иноуэ.

– Да и нам пора, – начала разбредаться остальная компания.

– Угу, бывайте, – попрощался с друзьями временный синигами и вместе с Рукией направился к себе домой, ещё не подозревая, что Зло пришло в город и сделало свой ход.

На подходе к дому Ичиго.

Парень и девушка сверлили взглядами висящий на стене плакат, слегка фонящий реацу. С плаката на них взирала улыбающаяся фотография хорошо знакомого обоим молодым людям типа в полосатой панамке. Но вот надпись на плакате…

Из Сэйрэйтэя сбежал особо опасный преступник, погоняло – Заяц, в Западной Европе и Америке известен как Безумный Шляпник, в Восточной Европе заслужил псевдоним Юхим Наибало.

Особые приметы: хитрожопость, полосатая шляпа, трость с секретом, неумение причёсываться, хроническое умалчивание особо важной информации, эксплуатация детей и кошек.

При встрече просьба дать по яйцам.

– Это… что? – сказать, что Ичиго недоумевал – значило сильно приуменьшить действительность.

– Розыскной лист… – ничего не выражающим голосом ответила Рукия, – с Урахарой…

– Хм… – за спинами подростков раздался смутно знакомый голос. – Ну, шутку про зайца я слышал, как и прозвище «Безумный Шляпник», но вот про то, что он ещё и в Восточной Европе накуролесить успел – не знал. Надо будет обновить архивы.

– Сагаро-доно? – повернувшаяся на голос девушка встретилась с задумчивым взглядом капитана четвёртой дивизии Омницукидо. – З-здравствуйте!

– О, добрый день, Кучики-сан… Ммм, Куросаки-кун, кажется? – парень настороженно кивнул. – Простите, не узнал вас со спины и в этой одежде.

– Ничего страшного, – махнула рукой Рукия. – Но что офицер Омницукидо дела… – начала было она, но была перебита:

– Что там про зайца? – нетерпеливо вклинился Ичиго, у которого никак не выходил из головы список особых примет, которые были… Ну просто не в бровь, а в глаз!

– Ну, – Сагара неуверенно почесал затылок, – это что-то вроде внутренней корпоративной шутки. В принципе, думаю, ничего не случится, если я дам вам запись, но только если обещаете не рассказывать никому в Готее от лейтенанта и выше.

– А чего так?

– Некоторые шутки не стоит знать тем, про кого они сочиняются, поверьте, вы поймёте, если увидите, – серьёзно сообщил синигами.

– Эм, – Куросаки переглянулся с девушкой, – ну хорошо, а…

– Ичиго! – одёрнула друга Рукия. – Так… Сагара-доно, что офицер Омницукидо делает в мире живых? Или это секретная информация?

– Нет, что вы, Кучики-сан, – улыбнулся мужчина маленькой синигами. – В Каракуре были зафиксированы странные возмущения реацу, и я прибыл проверить обстановку. Вы, кстати, ничего необычного в последнее время не замечали?

– Сегодня утром я наткнулся на странную душу в компании двух синигами, – ответил Ичиго. – Кажется, они спровоцировали прорыв низших пустых, – и парень принялся более подробно рассказывать о случившемся накануне.

– Хм, «шляпа-торшер»? – переспросил капитан. – Похоже на какой-то барьерный артефакт для сокрытия реацу. Ладно, в любом случае, спасибо за информацию, теперь я более-менее представляю, что искать. До встречи, постараюсь принести запись на днях, – и, кивнув на прощание, разведчик скрылся в сюмпо, а подростки, ещё раз с подозрением воззрившись на розыскной лист, направились домой.

Дома была тишина и покой, Юзу с Карин задерживались в школьных клубах, папашка наверняка завис в клинике, а потому подростки оказались предоставлены сами себе.

– Уф… Я в душ, – сообщила Рукия, скидывая вещи прямо в прихожей.

– Угу, – кивнул Куросаки, размышляя, пойти ему сейчас по магазинам с компьютерными играми и «подержать в руках» новинки или обождать до выходных.

– Король… Ты – тупица. Вы остались одни в доме, девушка отправилась в душ, а всё, о чём ты можешь думать – это компьютерные игры? Вселенная, за что ты так со мной?

– Захлопнись, озабоченный! – уже привычно рыкнул в ответ Куросаки.

Порой парень начинал сожалеть, что они нашли «общий язык» с белым Зангецу. Когда Пустой просто пытался его сожрать – всё было просто и ясно, сейчас же он не знал, как на такое реагировать. «Внутренний голос» озвучивал то, в чём Ичиго сам себе боялся признаться – желания, неприличные и постыдные. Его желания, что мелькали в тени мыслей… Набор инстинктов, да?

Тем не менее «плохое поведение» квартиранта решило дилемму подростка – с играми Пустой обождёт и до выходных, а пока можно зайти в свою комнату, переодеться и поваляться на кровати. Приняв решение, Куросаки подхватил школьный портфель и поднялся в свою комнату, вот он открыл дверь и… застыл на пороге. Его комната сильно изменилась за время его отсутствия. Плакаты. Плакаты занимали все вертикальные поверхности помещения, за исключением разве что окна. В первый момент сознание ещё ничего не успело осознать, но защитный механизм сработал, и Ичиго зажмурился, мотнув головой. Подняв лицо к потолку, он открыл глаза, в смутных надеждах, что зрительные галлюцинации сейчас исчезнут… И чуть не обделался.

С потолка на него с упрёком взирал и требовательно указывал пальцем одетый в белый плащ поверх формы синигами Соске Айзен. Чуть ниже шла фраза: «Ты нужен Хоэко Мундо!» Нервно икнув, Ичиго уже открыл рот, чтобы позвать Рукию, но, повернувшись к шкафу, задохнулся воздухом. На шкафу висел ещё один плакат, на этот раз с несколькими красивыми девушками в откровенных нарядах чёрно-белой расцветки и надписью: «Вступай в ряды Арранкаров!» С ужасом метнув взгляд на соседнюю дверцу, Куросаки узрел ещё один плакат, с Айзеном в сияющем ореоле: «За родину! За Айзена!» Взгляд временного синигами судорожно заметался по комнате и везде натыкался на цветные плакаты: «Долой лживый режим Короля Душ!», «Долой генрюсайское иго!», «Бей белобородых!», «Смерть Урахаре Киске! Наглому вору и плагиатору!», «Свободу кавайным няшкам от домашнего рабства!» Последняя фраза располагалась под откровенным фото Шихоуин Йоруичи, у которой из волос выглядывали кошачьи ушки, а на лице застыло жалобное и смущённое выражение.

Но на этом дело не закончилось:

«Запишись в армию Лас Ночес! Порадуй няшку!» – гласила надпись под изображением очень красивой девушки в белом платье и с кошачьими ушками и хвостиком.

«Арранкарки ждут своих героев!» – с шикарной блондинкой с очень большими… глазами в окружении пяти не менее красивых девушек.

«Ура научному отделу Лас Ночес!» – над подписью было изображение миниатюрной, ещё меньше, чем Рукия, девушки в забавном шлеме, а уж удивлённо-обеспокоенный взгляд не мог оставить равнодушным. Вся поза этого создания словно просила защиты и поддержки.

И таких плакатов было несколько десятков. Причём девушки изображались на них разные, на любой вкус, как в весьма скромной манере, так и в позах и одежде (точнее, паре тесёмочек), что не каждый мужской журнал себе позволит опубликовать. Были даже целующиеся девушки! Ичиго ощутил, как ему стало несколько… дискомфортно.

– Слышь, Король… Я тут подумал… А на кой чёрт нам эти синигами? Давай собирать чемоданы! Гарганту я открою!

– Эм… – Куросаки впал в просветлённо-созерцательное состояние. Ему было хорошо, на несколько секунд он даже действительно задумался о переезде. То была минута слабости, но кончилась она довольно быстро. На моменте, как Ичиго обратил внимание на самый большой плакат, висевший над его кроватью. На нём вновь был изображён Айзен.

«Секс-символ Хоэко Мундо! Он замочил Совет Сорока Шести, спиздил Хоугиоку и наебал весь Готэй. А чего ты добился к ста пятидесяти годам?»

В голове Ичиго начало зарождаться Подозрение. Вторжение в его комнату, установка дополнительного «оборудования» и идиотская аннотация. Это могло означать лишь одно.

– То-о-оби! – прошипел временный синигами. Его личный кошмар вернулся.

Но в этот раз всё будет иначе. Он тренируется во внутренним мире, договорился со своим Пустым, и теперь это бедствие до него не доберётся! Размышления парня были прерваны звуками шагов. Рукия вылезла из душа и, очевидно, поднималась наверх. Взгляд Куросаки упал на плакаты. «Если она увидит в моей комнате эту кучу изображений полуголых женщин, мне будет очень больно!» – мысль была кристально ясна, и Куросаки бросился к агитационному материалу, но… Клей был очень качественным, и просто так покидать стены листы из спиритонов не спешили.

– Ну давай же! – отчаянное усилие, и листок с изображением фигуристой брюнетки с декольте до низа живота отрывается, а парень валится на пол с этим листом в обнимку, утыкаясь в изображение носом.

– Ичиго, я… – и именно этот момент выбрала Рукия, чтобы навестить Куросаки. Открывшаяся девушке картина раскрасневшегося парня, что буквально уткнулся в постер с какой-то полуголой красоткой, не оставляла двоякого трактования. – Э-э-э, попозже зайду. Извини, не хотела мешать… – и дверь шустро закрылась с той стороны.

– Ты феерический неудачник! – заключил Пустой, в голосе которого странно смешались злорадство, осознание «облома» и даже тень сочувствия рыжему.

– Я буду убивать его ме-е-едленно! – пообещал изображению арранкарки временный синигами. – А может, попрошу Орихимэ его ещё и подлечивать…

Куросаки Ичиго. Вечер.

Героический школьник тяжело выдохнул. Сегодняшний день, пожалуй, можно было назвать одним из худших в его жизни. Не настолько поганым, как тот, когда он хоронил мать или медленно умирал под струями дождя с пробитым «Сном Души», но, пожалуй, в личный «топ-10» его можно было смело включить. Итак, плакаты… Недопонимание с Рукией было устранено довольно быстро, в конце концов, она неоднократно бывала в его комнате, даже жила там какое-то время, и прекрасно знала, что ничего подобного у него не было! В конце концов, он приличный парень! Правда, Пустой утверждал, что «не приличный парень, а слепой тормоз», но это к делу не относилось. Проблема была… в Коне. Этот чёртов лев-извращенец устроил форменный скандал, просил, молил и требовал отправить его «в это благословенное место». И его совершенно не смущало, что Хоэко Мундо – родина кровожадных монстров. «Я готов умереть ради такой шикарной груди!» В общем, чёртов квартирант нашёл собрата по духу и, возможно, разуму. От воплей изнутри и снаружи головы означенная голова начала побаливать. На счастье, Рукия быстро поняла его состояние и, прихватив за шкирку придурочную душу-плюс, оставила школьника одного, но… В итоге, узнав от той, что «Ичиго слегка нездоровится», ещё и Юзу заволновалась и принялась окружать его заботой. И пусть это было чертовски приятно, но, во-первых, девочке ещё нужно было сделать домашнее задание, а во-вторых… Она теперь тоже отчётливо видела духовные объекты, и виноват в этом был…

Ичиго застонал, погружаясь в воспоминания.

– Б-братик, – девочка с холодным компрессом в руках застыла на пороге его комнаты. Её взгляд блуждал по стенам, и чем дальше, тем сильнее наливалось краской её лицо.

– М-м-м? Юзу? Что-то не так? – лежащий на кровати Ичиго приоткрыл глаз и потёр саднящий висок. В глаза тут же бросилась самодовольная морда Айзена, подпортившая настроение ещё больше.

– Я… Нет, ничего, э-это же т-твоя комната… – тут парень соизволил перевести взгляд на сестру. Секунда на осознание – и он понял всё. – А-а я тут… это… компресс принесла… – потерянно сообщила девочка, делая ма-а-аленький шажок назад.

– Юзу, постой! Я могу всё объяснить! – взвился с кровати Ичиго.

– Нет-нет, я понимаю, я читала, что мальчики в твоём возрасте… И это нормально… – взгляд сестры временного синигами прошёл ещё и по потолку… – Н-но… з-зачем тебе плакаты с мужчинами?!

– Король, я говорил, что ты фееричный неудачник? Забудь! Твой уровень давно перевалил за «божественный», – в металлическом голосе пустого звучало неподдельное сочувствие.

– Это всё просто… эм, розыгрыш одного моего знакомого… Эмм-мма, духа, – начал оправдываться рыжий. – О, раз ты увидела этот розыгрыш, значит, теперь ты можешь видеть духов?! – попытался соскочить со скользкой темы парень.

– А? Да! – Юзу в своём позитиве сильно напоминала Орихимэ и, как и его одноклассница, тоже мгновенно переключалась с темы на тему, если это не было чем-то очень важным для неё. – Как-то по пути из школы мы встретились с забавным духом и угостили его печеньем. Он был нам очень благодарен и хотел сделать что-то в ответ. Ну и как-то сделал так, чтобы я могла видеть духов! Мы с Карин его ещё домой пригласили и накормили обедом!

– А как звали этого духа? – Ичиго уже чуял ответ копчиком, но робкая надежда оставалась.

– Тоби. Его звали Тоби! – улыбнулась сестрёнка. – Он хороший, но очень неуклюжий и наивный!

– Да, не сомневаюсь, – сквозь силу улыбнулся временный синигами. – А давно вы с ним виделись?

– М-м-м, уже несколько дней прошло с нашей последней встречи. Он нам тогда подарил красивые белые платья, а мы угостили его пирогом, – улыбнулась девочка. – Правда, кажется, эти платья видят только те, кто может видеть духов, так что в город в таком не выйти, – теперь вздох был печальным. – А жаль.

– Понятно, – кивнул рыжий. – Вот что, Юзу, когда Тоби в следующий раз появится, позовите меня, пожалуйста. Он мой старый знакомый, и я хотел бы с ним перекинуться парой… слов, – Ичиго пришлось сильно постараться, чтобы не сказать чего лишнего, но, к счастью, девочка ничего не заметила.

– О, так Тоби – друг братика? Хорошо, когда мы в следующий раз увидимся, я тебя позову!

– Спасибо, – кивнул Куросаки. На этом разговор с младшей сестрёнкой сошёл на нет, девочка, передав компресс, удалилась, в голове же парня крутилась одна жуткая мысль-осознание.

«Они… Они прикормили его. Они покормили Тоби…» Внутренний мир отзывался поражённым молчанием. Видимо, ранг титула «Неудачник» перешёл в разряд неописуемых даже для весьма просвещённого и злоязыкого внутреннего пустого.

Парень ещё раз вздохнул и оторвал последний плакат – после того, как он немного отошёл от известий, он принялся сдирать листовки. Занятие это оказалось куда более трудным, чем можно было бы предположить. Мало того, что духовные листы крайне плохо отдирались от стен, даже когда Ичиго, окончательно озверев, воспользовался Удостоверением Временного Синигами. Ну не Зангетсу же ему плакаты отдирать? К тому же чёртов квартирант обещал устроить ему незабываемые впечатления, если он повредит хоть одно изображение «таких шикарных женщин». Впрочем, повредить эти плакаты нужно было ещё умудриться.

Закончив с фотографиями и убрав их в дальний угол шкафа – попытка выбросить подобное «сокровище» привела бы к началу войны с плюшевым львом (надо было отдать его Урахаре!) и Внутренним Пустым, а войны на два фронта он бы точно не выдержал – Ичиго довольно потянулся. На Каракуру опустился тёплый летний вечер, можно было отдохнуть, почитать мангу…

– … сделать свою домашку… – ехидно вбил очередной гвоздь в крышку его хорошего настроения квартирант.

– Я начинаю ненавидеть этот мир… – простонал Ичиго, хватаясь за голову.

И словно всего этого было мало, стоило только парню открыть учебники и начать вникать в суть задания, выбросив из головы мысли о дурацком дне, как в его комнату по-хозяйски ввалилась Рукия с мобильником и толстой книгой наперевес. И Кон тоже был с ней…

– Куда ты дел эти божественные плакаты?! – с порога возопил плюшевый дегенерат, угрожающе тыкая в сторону хозяина комнаты лапой. – Признавайся, мерзавец, куда ты их дел?!! Ты же… Ты же мог их уничтожить! Безмозглый импотент! Только скажи, что я прав, и…

Вопли разбушевавшейся игрушки прервал врезавшийся ей в морду учебник временного синигами. Кидал Ичиго не сдерживаясь, потому лёгким шлепком возмутитель порядка не отделался.

– Заткнись! – резюмировал рыжий свои действия, едва удерживаясь, чтобы не добавить с ноги.

– Тупой неудачник… – стонущим голосом огрызнулись с пола. Куросаки предпочёл привычно проигнорировать хамство квартиранта и поднялся за книгой, но… – Я тебе ещё покажу!.. – посулил плюшевый лев и таки заработал молодецкий пинок с рикошетом о несколько стен.

На этом эпизод был исчерпан: изрядно потрёпанный, но не побеждённый Кон изобразил гордую независимость и заткнулся, Рукия, не обращая внимания на происшедшее, разместилась на кровати со своими книгой и телефоном в позе «сэйдза», а Ичиго таки сел за уроки. Несколько минут в комнате царила идиллия тишины, но вот Кучики начала что-то набирать на мобильном. В первые секунды Куросаки не обратил на это внимания. На вторую минуту это начало немного настораживать. На пятую жилка на виске подростка отчётливо забилась. На десятую он поймал себя на том, что вместо домашнего задания видит в книге исключительно картины уничтожения отдельно взятого телефона топорами Джидамбо, со всей великанской душевностью, присущей этому привратнику Сэйрэйтэя. А девушка и не думала прекращать, завороженно уткнувшись в экран и ожесточённо тыкая по кнопкам…

– Ты не могла бы делать это где-то в другом месте?! – наконец не выдержал парень. – Это пиканье меня уже достало!

– Нет, в твоей комнате наибольшая концентрация духовных частиц, а следовательно, лучший сигнал, – невозмутимо ответила Кучики, не соизволив даже оторвать взгляд от экрана мобильника.

– Поставь его хотя бы на беззвучный режим!

– А? О! Тут и такая функция есть?! – удивилась Рукия.

– Что ты вообще делаешь?!

– Чтобы попасть в Мир Живых, синигами должны пройти через врата Сенкай. Я пытаюсь найти информацию по той «принцессе» и тех двоих синигами, о которых ты упоминал, все записи должны быть доступны… Ар-р-р!!! – внезапно рыкнула девушка, со злостью переведя взгляд на страницы книги. – Это руководство меня уже достало!

Ичиго раздосадованно запустил пятерню в волосы на затылке, после чего помассировал шею. Запоздало парень вспомнил, что в Обществе Душ со сложной вычислительной техникой дела обстоят не так чтобы очень, а потому то, что делает Рукия – это и так подвиг и очень сложная для неё работа…

– Сестрёнка-а-а! – плюшевый лев вновь вылез из своего угла, спеша подобраться к Рукии. – Предоставь всё мне!

– Э?.. – реакция Куросаки и Кучики оказалась на редкость синхронной, Кон же успел уже взобраться на кровать.

– Я лучше всех понимаю руководства! – заявил этот припадочный, гордо выпятив грудь.

– Да неужели? – желчная ирония в голосе Ичиго разве что не брызнула.

– Молчать! – вскинулся не понимающий уроков искусственный дух. – Я продукт Бюро Технологических Разработок! Не смей меня недооценивать!

– Правда? – оживилась Кучики. – Ну попробуй.

«Чёрт… Она серьёзно?» – закатил глаза Куроски, для которого бахвальство души-плюс представлялось насквозь открытой книгой.

– Хорошо! – между тем с энтузиазмом ответил Кон и… – Сейчас я только сяду сюда… – полностью подтвердил верность прогноза подростка, то есть полез на колени к Рукии.

Мрачно наблюдая эту картину, Ичиго в очередной раз подивился, как кусок ваты и ткани, каковой была морда игрушки, может принимать настолько сальное и пошлое выражение. А ещё ему почудилось, что он, кажется, знает, почему сам ведёт себя столь сдержанно с девушками…

– Не льсти себе, ты просто слепошарый тормоз, – мигом влез со своим «ценным мнением» внутренний «голос».

– Завались…

– Ну? – так и не заметив его истинных намерений, поторопила льва Рукия. – Ну что?

– Сейчас, сейчас… – наслаждающийся (интересно, каким образом?) редкой возможностью посидеть на голых коленках девушки Кон играл свою роль откровенно фальшиво, тем не менее, всё-таки уткнулся взглядом в книгу. – Э… Э… Э… Ах! – с придыханием воскликнул он спустя несколько секунд, разворачиваясь на месте. – Ничего не понял! – и попытался зарыться лицом в грудь маленькой синигами.

Звук смачного удара правой мог бы возвещать о тяжёлом сотрясении мозга, увы, в голове игрушки была только вата, тем не менее последовавший рикошет тела о стены вдвое побил достижение Куросаки десятиминутной давности. А ведь он бил ногой…

– Ладно, – Ичиго вздохнул, – прости, что накричал, – после выходок некоторых знакомых ему всегда становилось стыдно за собственную несдержанность, вот как сейчас с телефоном…

– М? Угу… Ага… – впрочем, спустившая пар девушка уже вновь успела уйти в телефон и не сильно обратила внимание на его высказывание – хорошо хоть информационный посыл дошёл.

Вновь вздохнув, парень решил немного подышать свежим вечерним воздухом и, встав из-за стола, открыл окно.

– Рукия… – Ичиго философским взглядом смотрел на двух знакомых типусов, что занимались разгрузкой грузовичка с мебелью в соседнем дворе. И почему это постоянно случается именно с ним?

– Ну кто так пишет? Кем я должна быть, чтобы это понимать? – продолжила возмущаться синигами.

– Рукия, – устало повторил Ичиго. – Я нашёл их.

– Что? Как? Ты что-то почувствовал? – оживилась молодая Кучики.

– Нет. Я просто выглянул в окно. Они в соседнем дворе. Разгружают мебель, – внутренние ощущения парня пришли в странный покой и умиротворение. Он и не ожидал, что этот день кончится хоть чем-то хорошим. – Пойти, что ли, поздороваться…

– Э-э-э… – подскочившая к нему девушка убедилась в наличии на улице грузовика и незнакомых людей. – Ичиго… Ты это… Не убей там никого. Мы же не знаем, кто они и зачем появились в городе, – похоже, его спокойствие не на шутку обеспокоило уже Рукию.

– Угу…

– Эй ты, – Ичиго подошёл к черноволосому синигами с аристократично-надменной рожей, что командовал грузчиками у машины. Означенная рожа сразу не понравилась Куросаки, а то, что тот был в гигае и даже одет в нечто очень традиционное, плохие предчувствия только подстёгивало.

– Хм? – повернулся к нему мужчина. – А-а-а, тот самый мальчик на побегушках? Чем могу помочь?

– Король, пусти меня на секундочку.

– Зачем?

– Нет-нет-нет, так это не работает, – в металлическом голосе Внутреннего Пустого появилось веселье. Очень знакомое Ичиго веселье. Он даже без труда представил, как его белая копия небрежно раскручивает за бинт свой занпакто. – Если я отвечу, ты меня точно не пустишь.

– Хм… – учитывая, что и у самого парня первой реакцией на такое хамство было заехать нахалу в нос, о мыслях белого Зангецу он мог кое-что предположить. – Сначала я хочу узнать, какого чёрта тут вообще происходит.

– Тц… Это всегда можно сделать, когда у него уже будет сломана пара костей.

– Кто вы такие? Что вам вообще понадобилось в этом городе? – проигнорировав последнюю реплику собеседника, вернулся в реальный мир подросток.

– Я не могу ответить на твой вопрос, – надменно прикрыв глаза и сложив руки в широких рукавах кимоно, ответил так и не соизволивший представиться брюнет.

– Чего вы добиваетесь, вызвав столько пустых? – Куросаки сощурился. Предложение своего Внутреннего Пустого про кости с каждой секундой казалось ему всё более соблазнительным.

– Я не понимаю, о чём ты говоришь. У тебя есть доказательства? – всё столь же надменно, с ноткой презрения, продолжил «отвечать» на вопросы временного синигами незваный гость.

– Так, с меня хватит, – парень запустил руку в карман, намереваясь достать удостоверение временного синигами.

Откровенно говоря, Ичиго было плевать на мотивы этого полудурка, но вот то, что он подверг опасности кучу людей, в том числе и его родных сестёр, чей уровень реацу по умолчанию привлекал пустых сильнее, чем обычные люди, Куросаки прощать не собирался. Чем бы они там ни занимались и к какому бы отряду ни принадлежали, терпеть такое в своём городе он был не намерен, тем более что эти двое даже пальцем не пошевелили, чтобы нейтрализовать вызванных пустых. Ну и кое-что в плане общения с синигами он уже уяснил. Нормальных среди проводников душ можно перечислить по пальцам: Хицугая Тоуширо, Зараки Кенпачи, Унохана Рецу и капитан Къёраку с его другом, правда, в последних он уверен не был – слишком мало довелось общаться. Но на этом всё. Зато если синигами набить морду, то хотя бы временно, но он становится нормальным! Доказано Бъякуей! Вот только планы его были несколько прерваны.

– Ичиго! – та самая душа, правда, уже без торшера на голове и явно в гигае, влетела во двор. – Мы знали, что это ты, Ичиго! Не надо формальностей! Ты пришёл нас поприветствовать?

– Это и есть та принцесса? – временный синигами чуть было не подпрыгнул на месте. О Рукии, к своему стыду, он умудрился забыть, потому её голос под самым ухом стал полной неожиданностью.

– Да, это она… – тут до парня дошёл один существенный момент… – Постойте-ка. Откуда вы знаете моё имя?

– Мы вели своё исследование ещё до того, как пришли сюда, – надменный синигами одарил его презрительным взглядом.

– Энрю, что ты делаешь? – возмутилась «принцесса», когда в тот же момент второй мужчина группы – здоровый лысый бугай – перегородил ей путь рукой, присев рядом.

– Да ты издеваешься… – глаз Куросаки невольно дёрнулся.

В ответ его собеседник выставил вперёд руку, едва не уткнувшись ладонью в лицо подростка:

– Надменное дитя! Разница между нами столь же велика, как и океан! Если ты нам понадобишься, мы дадим тебе знать, – и… он просто развернулся и пошёл в свой двор.

– Э?.. – от сюрреализма картины Ичиго не сразу нашёл, что сказать. Он не считал себя тщеславным, но вот так открыто хамить, а потом поворачиваться спиной к парню, что практически брал штурмом Сэйрэйтэй, причём вполне успешно – это было за гранью понимания. Даже Бъякуя, который до сего момента занимал почётное первое место в личном топе спесивых говнюков, известных Куросаки, в сравнении с этим выглядел почти своим парнем и душой компании.

Как-то незаметно глубокое спокойствие в душе рыжего начало уступать место первозданному бешенству.

– … Отпусти меня! – тем временем бушевала светловолосая девочка, тщетно пытаясь обойти не проронившего ни слова, но упорно преграждающего ей дорогу бугая.

– Луричиё-сама, – миновав ворота, привлёк её внимание «безымянный» хам, – солнце скоро сядет.

– А? – девочка и впрямь отвлеклась от бурного негодования и повернулась на голос, а брюнет уже встал перед ней на одно колено, чем ещё больше добавил непонимания во взгляд временного синигами.

– С приходом ночи могут появиться пустые, – продолжил свою речь черноволосый. – Прошу вас вернуться в ваши покои, пока у нас есть время.

– Ладно, – на мордашке ребёнка появилось расстроенное выражение, – как скажешь… – спустя мгновение она перевела взгляд на подроста и оживлённо замахала рукой. – Ичиго, увидимся!

Чувствуя, что ещё немного – и у него взорвётся мозг, Куросаки дождался, пока девочку уведут, и шагнул к выбесившему его брюнету.

– Что за хрень здесь происходит?

В ответ его визави сложил пальцами несколько фигур, и… идущий напролом парень врезался носом в мигнувшую радужными всполохами невидимую стену.

– Барьер? Сукин ты сын, думаешь, это меня остановит? – удостоверение временного синигами само прыгнуло в руку и уже почти достигло груди, когда…

– Ичиго! Тоби так рад вновь видеть Рыжее Чудовище! – и его личный кошмар радостно помахал ему ручкой… Находясь по другую сторону барьера.

– Ты?.. – школьнику показалось, что фиолетовые обводы вокруг глаз чёрной маски выглядели чуть больше тех, которые он запомнил, но балахон с чёрными облаками был тот же самый, да и ощущение непросветной идиотии, буквально клубящееся вокруг фигуры, не могло принадлежать никому другому! – Что ты здесь делаешь?

– Тоби проголодался и отправился искать еду. И Тоби нашёл! – психованный пустой принял гордую позу с указывающим вверх перстом одной из рук. Точно такую, как принимают герои в некоторых детских аниме… – Тут совсем неподалёку есть странный шкаф, внутри холодный-холодный! И в том шкафу лежит еда! Ничейная! Просто так! Тоби спас эту еду! – ужас в маске демонстративно потряс батоном колбасы. Поправка. Надкушенным батоном колбасы.

– Ты знаешь это существо? – «недобъякуя», едва ли не подпрыгнувший на месте во время появления Тоби, но напрочь забытый на фоне того подростком, был ощутимо напряжён. Всё же маска данного существа выглядела совсем не мирно…

– Да-а-а, – гнусная улыбка сама собой вылезла на лицо временного синигами. – Он безобиден, не бойся. Ладно, пойду я, чуть не забыл, у меня есть ещё пара срочных дел. Присматривай за Тоби.

– Ичиго должен подождать Тоби! Ам-ням… У Тоби есть новая краска для волос! Ням-хрум… Тоби сам её делал! Чмок-чмок… Рыжий ужас станет белым – красивым! Совсем как братец Хичиго! – ночной кошмар Куросаки в один присест сточил батон колбасы и рванул к временному синигами.

– Король, что бы оно ни говорило, ЭТО не мой родственник! – ушёл в несознанку постоялец, в чьём голосе послышался натуральный испуг.

Тем временем Тоби достиг барьера и… «БЭЭЭЭМС!» – картинно сполз по невидимой стене.

Эти люди… Поставили барьер… И заперли в нём Тоби! Едва эта мысль мелькнула в голове Ичиго, как он проникся к этому надменному синигами самыми тёплыми чувствами. Разом были забыты вся спесь, подстава с пустыми и их мутные цели. Они заперли Тоби! Они – его лучшие друзья! Ну а то, что они остались в барьере вместе с ним… Ичиго не забудет их жертву и даже помолится за их души в храме. Да-да, обязательно!

– Ладно, простите за беспокойство, не буду больше вас отвлекать, всего хорошего, – раскланялся с его новым лучшим другом Куросаки.

– И-ичиго, – Рукия была выбита из колеи поведением парня.

– Всё потом, пойдём, Рукия! – и, взяв девушку на буксир, подросток спешно покинул двор, ещё успев краем уха услышать «О-о-ой, Тоби ушибся… О?.. Тоби чувствовать стекло… Тоби в аквариуме! А-а-а!!! Тоби теперь рыба! Паника! Тоби не хотеть кушать червячки!», после чего прибавил скорости. А день-то неплохо кончился, хе-хе.

Капитан Сой Фонг.

– И почему этим должна заниматься я? Я что, похожа на почтальона? – шипела славная представительница дома Фонг сквозь зубы, хотя при мыслях о «почтальоне» её душу накрыл странный коктейль эмоций.

Она нутром чуяла, что что-то тут не так, но что именно, понять никак не могла. Да она даже плюнула на гордость и написала официальный запрос в Омницукидо, и… ничего! Ей прислали лейтенанта из отряда Сагары. Который лишь разводил руками. Ну да, капитан опять отправился на миссию. Какую? Не могу знать, простите, госпожа капитан. Что? Давно ли я знаю Сагара-доно? Лет сто, но «знаю» – это слишком громко сказано, у нас не принято распространяться о себе, а тем более расспрашивать – специфика работы, простите, госпожа капитан. И всё в таком же духе. Присланный синигами был безукоризненно вежлив и ни на пядь не отходил от протокола, но у неё сложилось ощущение, что над ней тонко издеваются. С учётом взаимной «любви» их структур – вполне возможно.

Но этих неприятностей было мало. Главнокомандующий, очень «довольный» работой Второго Отряда, умудрившегося «проморгать» пару десятков бомб, способных стереть с лица Общества Душ весь Сэйрэйтэй с половиной Руконгая впридачу, чуть ли не тростью своей её отходил! А уж в выражениях он не стеснялся вообще. И этому… старому маразматику было совершенно плевать, что вся история случилась ещё не то что до становления Сой Фонг капитаном, тогда и Йоруичи-самы ещё даже в Академии не было! А дело засекретили и положили под сукно прямым распоряжением Совета, в обход Готэя вообще! И ладно бы дело закончилось одним выговором, это бы она ещё могла пережить, но настроение у Командующего было преотвратнейшим – вторженцы умудрились прикончить Маюри! Бюро Технологических Разработок оказалось обезглавленным, сил и умений лейтенанта Нему хватало лишь на то, чтобы не допустить лишней самодеятельности того сборища маньяков, что из себя представляет Двенадцатый отряд, но ни нормально руководить, ни открывать новые проекты она не могла. В итоге у них образовалась ещё одна «вакансия», а ведь они только-только начали затыкать дыру, образовавшуюся из-за дезертирства сразу трёх капитанов! Амагай был силён, да и подчинённым помогал развиваться, и всё бы хорошо, но начальника контрразведки напрягало, что он был выходцем из всё того же Омницукидо! Вторая дивизия – разведчики! К тому же его приняли на должность слишком поспешно, толком не проверив связи и историю. Меньше месяца на утверждение! А ведь по обычным процедурам может пройти лет десять с момента заявки до назначения на пост. И вот у них новая потеря. Разумеется, старик рвал и метал. Она просто попала под горячую руку, но ничего теперь не попишешь, придётся исполнять унизительный приказ «раз обычный почтальон оказался эффективнее капитана отряда спецопераций, поработай на доставке. Возможно, это пойдёт тебе на пользу». В этот момент она даже не знала, чего хочет больше – провалиться под землю, прикончить Сагару или выцарапать глаза Генрюсаю!

Сам приказ тоже восторга не вызывал. Но… было нужно. За мрачными думами девушка сама не заметила, как прошла через Сенкаймон и оказалась в мире живых. Каракура, именно сюда лежал её путь. Точнее, в один небольшой магазинчик…

Найти базу Урахары было нетрудно. Небольшое помещение в отдалённом и полупустынном районе города, у входа дежурили двое детей, изображающих бурную деятельность в виде подметания двора. Молча миновав привратников, девушка очутилась внутри магазина. За стойкой стоял капитан Тессай. В переднике. На секунду Сой Фонг зажмурилась, силясь прогнать вызывающую зубовный скрежет картину, но нет, печально известный лидер Отряда Кидо никуда не делся, и передник всё ещё был на нём.

– Добро пожаловать, – торжественно кивнул ей здоровяк. – О, Сой Фонг-доно, для нас большая честь принимать вас в нашем магазине. Чем мы можем помочь?

– У меня дело к Урахаре Киске. Он здесь? – насколько знала девушка, в этом магазине была масса экранированных помещений, так что то, что она не могла почувствовать Киске, ещё ни о чём не говорило – Тессая она со входа тоже не ощущала, да и сейчас – едва-едва, вот что значит Мастер Кидо.

– Да, подождите минутку, – кивнул здоровяк и, поднявшись на ноги, скрылся где-то в глубинах магазина.

Сой окинула взглядом скромные потёртые деревянные панели на стенах, простые циновки под ногами и недовольно поджала губы. Каждый раз при посещении этого места в голове набатом гремела мысль о том, что Йоруичи-сама приходится обитать в грязном клоповнике… Непростительно! Но дочь семьи Фонг могла только глухо скрипеть зубами от злости и терпеть, как она терпела ещё сотню лет назад, когда это белобрысое ничтожество было ещё лейтенантом Второго Отряда…

Мрачные думы контрразведчицы прервало появление нового действующего лица. Светловолосый высокий мужчина в зелёном халате, полосатой панаме на растрёпанных волосах и с извечной придурковатой улыбочкой на лице, прикрываемой веером, вошёл в залу. Что называется – лёгок на помине… Следом за ним показался Тессай с подносом, на котором исходила паром пара чашек.

– О! Какой неожиданный и приятный гость на моём пороге! – обрадованно воскликнул Урахара. – Чем скромный торговец может помочь вам, Сой Фонг-сама?

– Я здесь от лица Главнокомандующего Готэй-13, – официально начала она. – Урахара Киске, в связи с открывшимися обстоятельствами, решение о вашем изгнании аннулировано. Вы, а также Тессай Цукабиши и Шихоуин Йоруичи полностью амнистированы. Вам лично также предлагается восстановление в прежней должности Главы Бюро Технологических Разработок и капитана Двенадцатого Отряда Готэй-13.

– Оу… Это весьма неожиданный поворот! – гипертрофированно-радостно воскликнул этот… тип, вновь прикрыв улыбочку веером. – Но как же малыш Куроцучи?

– Капитан Маюри был убит в недавнем инциденте с баунто, – отчеканила Сой Фонг.

– Вот оно как, – Урахара задумчиво постучал сложенным веером по губам. – Вы уверены, что он не отлёживается где-нибудь, восстанавливая тело? Это было бы вполне в его духе…

– Его лейтенант лично засвидетельствовала, что все убежища и подготовленные Маюри помещения реанимации нетронуты. Дополнительная проверка и сканирование духовного фона аппаратурой Двенадцатого Отряда также не выявили никаких следов.

– Что вы говорите… – наигранно удивился Киске. – Ну что же, это очень щедрое предложение, и… Я должен его обдумать! Приходите через пару лет! – девушка скрипнула зубами. С учётом ритма жизни Общества Душ, времени на раздумья Киске взял минимум, но с учётом текущей ситуации, страшного дефицита кадров, возможной войны с Айзеном и просто общего состояния дел его ответ иначе как изощрённой издёвкой не воспринимался. Тем более этот мерзавец уже лет сто живёт в Мире Живых, а тут принят совсем другой ритм жизни!

– Хорошо… – прошипела дочь семьи Фонг. – Тогда я вас покину.

– Как же? Вы даже на чай не останетесь? А Тессай так старался! – чего стоило контрразведчице, исполняющей роль обычного курьера, в этот момент не выплеснуть означенный чай в лицо этого нагло ухмыляющегося урода, знает только Король Душ, да и то – не факт.

– Благодарю, но у меня нет на это времени, – коротко кивнув, дабы сохранить хотя бы подобие приличий, молодая синигами развернулась и спешно покинула магазин.

Чтобы немного успокоиться, Сой Фонг решила пройтись – монотонное перебирание ногами способно хотя бы немного пригасить тот вулкан, что сейчас бушует у неё в душе. Вот только день решил преподнести ей ещё пару сюрпризов. Стоило пройти буквально пару кварталов, как взгляд её наткнулся на плакат. Самый обычный розыскной лист с фотографией её недавнего собеседника. Правда, выполнен он был на бумаге, состоящей из спиритонов, да и текст был несколько нетипичен для подобного.

Из Сэйрэйтэя сбежал особо опасный преступник, погоняло – Заяц, в Западной Европе и Америке известен как Безумный Шляпник, в Восточной Европе заслужил псевдоним Юхим Наибало.

Особые приметы: хитрожопость, полосатая шляпа, трость с секретом, неумение причёсываться, хроническое умалчивание особо важной информации, эксплуатация детей и кошек.

При встрече просьба дать по яйцам.

– Кошек? – девушка растерянно моргнула. Описание до боли соответствовало реальности – если бы не этот белобрысый растрёпанный тип, Йоруичи-сама не пришлось бы уходить из Сэйрэйтэя. Но всё же стиль написания… Он был странный. И почему «Заяц»? Девушку мучили и другие вопросы, но более её заинтересовал автор плаката. Просьба в этом плакате как нельзя лучше коррелировала с её настроением и желаниями, направленными на Урахару. К счастью, этот самый автор влил в свои изделия очень много реацу, а потому они оставляли заметный след. Точнее, заметный для опытного поисковика, такого, как Сой Фонг. Поскольку желание скинуть пар никуда не делось, ученица Йоруичи решила, что небольшое «расследование» – как раз то, что поднимет ей настроение. Капитан встала на след.

Через десять минут и полтора десятка плакатов девушка вышла к месту, где, по её ощущениям, подобных плакатов было несколько десятков, видимо, где-то здесь неизвестный автор или, по крайней мере, распространитель их и складировал. И… каково же было удивление контрразведчицы, когда рядом с предполагаемым хранилищем она почувствовала знакомую реацу. Мощную, агрессивную, но вместе с тем довольно хаотичную и неструктурированную… Хотя в последнем уже были видны кое-какие подвижки, поразительные, если вспомнить, сколько всего прошло времени, но, тем не менее, ошибиться было нельзя.

– И что Куросаки Ичиго забыл рядом с местом, где хранятся плакаты? – Сой Фонг задумалась. Хотя, с учётом того, что там было написано про «умалчивание информации, эксплуатацию детей и кошек»… Неужели Куросаки и есть автор этих постеров? Выходка действительно подростковая, хоть, признаться, Сой Фонг и сама бы подписалась там под каждым словом, включая требование как следует ударить Шляпника. Но оставался ещё один вопрос. Почему «Заяц»?

Не став привлекать внимание, девушка аккуратно, по крыше, прокралась к месту, где хранились привлёкшие её материалы. Помещение, судя по характерному фону, являлось жилищем Ичиго. Кровать и письменный стол с лежащими на нём канцелярскими принадлежностями, что совсем недавно использовались, это подтверждали. Но фон комнаты всё же отличался от фона плакатов, нет, определённая похожесть была, но очень и очень небольшая. Сказать что-то более без специальных приборов и сложного анализа было нельзя. Но, возможно, Куросаки развешивает эти плакаты, а изготавливает их… Хм, вроде бы Кучики Рукия занималась изобразительным искусством… По старой привычке докапываться до истоков девушка решила взглянуть на плакаты и открыла шкаф.

Пять минут спустя.

– Ч-чёртов извращенец! – фотографии. Там были десятки фотографий различных девушек, как синигами, которых она знала лично, так и неизвестных особ с разбитыми масками Пустых. – Это возмутительно! Непростительно! Это… – от негодования она даже совершила немыслимое для своей профессии – совершенно не заметила подписей. Скорее всего, сие упущение она бы вскоре исправила, но тут её взгляд упал на полураздетую Йоруичи-сама с кошачьими ушками и хвостиком. – …Нужно конфисковать!.. – воровато оглядевшись, Сой Фонг осторожно свернула один из плакатов и убрала его в карман косодэ. – Но этого извращенца я кастрирую!

Покинув комнату парня, она собралась немедленно исполнять обещание, но, услышав шум разговора, замерла на середине шага.

– Ичиго, давай иди сюда!

– Что там, Рукия?

– Капитан Сагара передал мне обещанную запись.

– О! Ты снова с ним пересеклась? Могла бы и позвать на чай – он один из немногих адекватных синигами, – несколько ворчливо отозвался парень.

– Он был занят. Изучал неподалёку от нас барьер… – на секунду установилась тишина. – Прогрызенный изнутри барьер… А ещё там были следы подкопа…

– Не может быть… – в голосе Временного Синигами слышался нешуточный испуг.

– Ичиго, я тебя не понимаю. Твоя реакция на Тоби… Тебе не кажется, что ты перегибаешь палку? Он просто забавный дух. Пусть с необычными способностями, но я от него реацу даже не ощущаю – настолько её мало. А ты нервничаешь, словно он, по меньшей мере, Менос Гранде.

– Лучше бы он был Меносом, – недовольно пробубнил Куросаки. – С тем хоть понятно, что делать.

– Так ты будешь смотреть запись от капитана Сагары или нет? – проявила раздражение Кучики. – Или тебе уже не интересна эта «корпоративная шутка»?

– Ладно-ладно, запускай, – Сой Фонг бесшумной тенью скользнула в гостиную. Два подростка сосредоточенно смотрели в экран. Настолько сосредоточенно, что она спокойно встала за спинкой дивана, почти даже не скрываясь, но осталась незамеченной молодыми синигами. «Куросаки ладно, он Проводником Душ стал, считай, только что, но Кучики? Чему их в Академии учат? Нужно будет сказать Бъякуе». Но дальше пошли картинка и звук, и все мысли контрразведчицы мигом улетучились, кроме, пожалуй, одной. «Это провал. Полный и безоговорочный провал!» А меж тем, текст звучал:

В нашем лесу, в нашем лесу

Много уродов четвероногих,– неизвестный оператор выхватывает погоню представителей Одиннадцатого Отряда за одним из риока во время первого проникновения в Сэйрэйтэй. Сой Фонг поймала себя на мысли, что «уроды четвероногие» – самое точное определение подопечным Зараки.

Каждую пятницу пьяный барсук

Ищет дорогу в родную берлогу,

Даун-олень, запрокинув рога,

С воем проносится через чащобу,

Типа, уйди, кому жизнь дорога! – а вот досталось и самому Кенпачи. Нет, чувство юмора у составителя этого «видеоматериала» однозначно было, пусть весьма чёрное. Но в печаль девушку вогнало совсем не это. Кадры. Подборка. Создавалось ощущение, что оператор снимал, чуть ли не прижимаясь носом к действующим лицам, при этом оставаясь незамеченным. С учётом того, что одним из таких кадров была рубка Куросаки Ичиго с Зараки Кенпачи, где общее давление реацу было таковым, что вырубало и четвёртых-пятых офицеров, рискнувших приблизиться к месту битвы ближе чем на квартал… Это заставляло задуматься о возможностях Омницукидо вообще и «почтальонов» в частности.

Но самый в эпическом смысле особенный

Зверь в нашем лесу – это бе-е-ело-о-очка, – в кадре показался Ичимару Гин. Также, видимо, не догадывающийся о съёмке. И вот это было ещё хуже. Сой Фонг тоже могла бы спрятаться так, чтобы мятежный Капитан её не заметил. Но вот в своих подчинённых она уверена уже не была, тут же… Очередной удар кованым сапогом по её отряду.

Много уродов в нашем лесу,

Но белка средь них – неестественный гений, – на записи мелькнул ещё лейтенант Ичимару, рубящий каких-то пустых. Шутка была очень тонкой – Ичимару не раз называли Гением, но вот в таком контексте… Волей-неволей, но капитан Второго Отряда улыбнулась.

Это она предложила лосю

Снять абстиненцию пачкой пельменей, – а за кадр связанного и беспомощно барахтающегося Зараки многие будут готовы на многое. В первую очередь – сам Зараки, чтобы этот кадр никуда более не ушёл.

Странные звери живут на земле,

Но белка – зверёк сверхъестественной силы.

Она проебала в своём же дупле-е-е…

Пять килограммов грибов и моби-и-илу!

Самый продвинутый зверь в лесу – это бе-е-ело-о-очка… – а вот тут Сой Фонг стало уже не до смеха. Это было видео с Собрания Капитанов с самим Главнокомандующим. И никто, никто не почувствовал этого «призрака», включая Ямамото!

Всякое можно сказать о бобрах.

Редкостная раздолбайка синица, – на этом фоне запись столкновений Ичимару с Куросаки и с Хитсугаей уже не смотрелась, как и пьянка, организованная лейтенантом Мацумото.

Зайку из леса отправили нах, – у Сой Фонг дёрнулся глаз. Что же, она узнала, почему «Заяц», да и с «отправили»… По-другому и не скажешь, но… Собрание Капитанов всё ещё не отпускало.

Но с нашею белкой никто не сравнится!

Рыженький хвостик, пушистый флажок,

Чёрные глазки блестят как агаты, – они… они засняли Ичимару Гина в тот момент, когда он не щурится. Причём он смотрел прямо в кадр!

Вот она скачет с пенька на пенёк –

Спок! – промелькнула и скрылась куда-то.

Боже, храни нас от страшного зверя – от бе-е-ело-о-очки…

Боже, храни нас от страшного зверя – от бе-е-ело-о-очки!..

В гостиной установилась звенящая тишина, впрочем, ненадолго.

– Бва-ха-ха-ха, Зайку… Из леса… Белочка… Олень… Ох, я ща помру… – рыжий синигами просто упал с дивана и, судорожно подвывая, катался по ковру. Кучики просто свернулась калачиком на диване и мелко вздрагивала, из последних сил пытаясь сдержаться.

Сой Фонг же размышляла. Пусть песенка была издевательской, но чего-то особо злобного в ней не ощущалось, к тому же ни её саму, ни Командующего, равно как и его учеников, в ней вообще не упоминали. То есть никого, кто мог начать серьёзные разборки. Шутник оказался столь же предусмотрителен, сколь и незаметен. Вдруг вспомнилась фраза капитана Сагары «если капитан отряда, специализирующегося на скрытности и обнаружении тех, кто скрывается, заявила, что меня не видела – есть повод для гордости». Нет, хватит – тряхнула головой девушка, – нельзя во всех своих бедах винить одного конкретного типа, пусть на него всё и указывает.

Истерика парня длилась минут пять, но всё же он смог как-то взять себя в руки и, утирая слёзы, кое-как приподнялся над диваном, и… Встретился взглядом с пребывающей в состоянии ледяного бешенства Сой Фонг.

– Кажется, у меня галлюцинации, – парень встряхнул головой, так же, как и она минутой ранее.

– Ичиго? О чём ты? – кое-как отсмеявшаяся Кучики с недоумением обратилась к парню. Тот в ответ просто ткнул в сторону Сой Фонг пальцем.

– Мне мерещатся взбешённые капитаны синигами у меня дома, – Рукия проследила за направлением и…

– Ой! Сой Фонг-сама… А мы… Это…

– Кто. Как. И когда передал вам эту запись? – голосом, способным проморозить округу не хуже Хъёринмару, поинтересовалась глава контрразведки. Не таких результатов она ожидала от своего желания чуть-чуть прогуляться и подостыть. Совсем не таких.

Вдруг раздался звук открытия входной двери, и из коридора донеслись торопливые шаги, а главное – очень знакомый голос:

– Ребят, такое дело, я совершенно внезапно узнал, что в город прибыла капитан Сой Фонг, так что я у вас диск пока забер… – в этот момент говоривший дошёл до входа в комнату и… – Я попозже зайду… – мазнул взглядом по немой композиции, и, не снижая темпа движения, развернулся на месте… Шелест сюмпо ознаменовал конец последнего слова.

В голове Сой Фонг будто щёлкнул выключатель.

– Стой, ублюдок! – девушка рванула следом.

– Э-э-э… – несущийся впереди парень настороженно обернулся, не снижая темпа. – Что-то мне подсказывает, что лучше мне этого не делать, – новое сюмпо – и этот недоносок опять скрывается за горизонтом…

Сцепив зубы и мысленно кляня на чём свет стоит долбаные правила, обязывающие всех капитанов и лейтенантов Готэй-13 запечатывать львиную долю своей силы при посещении Мира Живых, синигами также прибавила ходу. Эта сволочь, под запрет не попадавшая, явно наслаждалась ситуацией, демонстрируя на редкость кривую поступь, за которую, будь он её подчиненным, она бы сгноила на гауптвахте! И при этом он был быстрее неё! А ведь он мог и нормально двигаться, в Обществе Душ он продемонстрировал это, но сейчас…

– Да как ты посмел?! Ты мне всё расскажешь! – девушка вновь догнала свою прыткую цель. – Да вы там у себя совсем больные? – новый рывок – и, на миг приблизившись, она хватает его за край косоде, впрочем, её противник умудряется вывернуться, оставив означенную часть одежды у неё в руках. Вот только это было далеко не единственным, что он успел сделать.

– Знаешь… – Сагара завис в воздухе… сжимая в руках уже развёрнутый «конфискованный» плакат, – говорить, что мы больные, таская при себе такое, как-то… В общем, обидно было, – Сой Фонг схватилась за карман, куда убрала ценный вещдок, но, увы, там было пусто. «Когда он успел?»

– Это… Всё не так! – смутилась и возмутилась одновременно бравая капитанша. – Это вещдок! Отдай! – и новая попытка. Опять – неудачная.

– Судя по твоей реакции, из этого такой же вещдок, как из Зараки Кенпачи – балерина, – веско и почти доверительно поделился с ней «мнением» этот гад. – Но… Понимаю… Я бы тоже такое повесил к себе на стенку. Очень… – почтальон окинул плакат взглядом большого ценителя, – мотивирующее изображение.

– Мужлан! Извращенец! – Сой была в ярости, хотя и кое-что другое бурлило в её эмоциях. Обида?

– Эй, это не у меня в кармане была фотография полуголой Шихоуин Йоруичи с кошачьими ушками и подписью про няшность! – возмутился Сагара, уходя из-под лезвия её занпакто.

– Сволочь! – попытка достать лицо собеседника ногой провалилась, но гнев как-то резко ушёл, оставив позади себя опустошённость и заставляя девушку невольно остановиться. Только обида продолжала грызть где-то внутри, выступив на глазах каплями влаги. – Ну и катись! – она уже хотела было развернуться, но… Теперь они поменялись местами.

Короткий миг – и перед ней стоит капитан Сагара.

– Так, Сой Фонг-сан, что с вами? – лицо мужчины, ещё секунду назад казавшееся наглым и нахальным, теперь выражало только глубокую озабоченность.

– Убирайся! – резкий выпад занпакто ушёл в пустоту, а за ним ещё один, а потом ещё и ещё! Девушка била, вкладывая в удары всю свою злость, всю свою обиду на несправедливые обвинения и унизительные наказания, всю усталость от вечного аврала и раздражение от шепотков подчинённых у неё за спиной… – Оставь меня в покое!

– Нет, – покачал головой Сагара, перехватывая руку с клинком, – пока ты не объяснишь, что происходит. Я был, конечно, не верхом приличий, но не сделал ничего такого, за что заслужил бы такую глубокую черноту в твоих глазах. Где та стальная леди, что совсем недавно строила целую толпу мужиков, отправляя их запечатывать Дзёкайсё? Что случилось?

– А то ты не знаешь?! – прошипела контрразведчица, вновь, как и тогда в кабинете, не способная вырвать руку из стальных пальцев. – Вы же едва ли не за каждым чихом в Сэйрэйтэе следите, выставляя Второй Отряд и меня полным мусором! – очередная попытка вырваться закончилась только тем, что противник схватил её уже двумя руками, лишив всякой возможности манёвра.

– О чём ты? – лицо парня приняло недоумённое выражение. – Мы не настолько всеведущи, и уж тем более у нас нет намерений выставлять кого бы то ни было мусором.

– А как же тогда то видео про «Белочку»? – с издёвкой процедила девушка. Если это было не полоскание в отходах половины Готея, то она вообще не знает, что это было!

– Эм… – капитан четвёртой дивизии Разведывательного Корпуса смущённо замялся. – Просто нарезка кадров из официальных хроник да несколько действительно удачных моментов, попавших в объективы наблюдателей совершенно случайно.

– Не держи меня за дуру! Какие официальные хроники и случайные наблюдатели?! Там были кадры с Совета Капитанов!

– Э-э-э… Ну-у-у… – серые глаза парня заблуждали по сторонам. – У каждого должно быть хобби…

– Ты называешь это хобби?! – от праведного негодования Сой Фонг чуть не взорвалась. – ЭТО – хобби?!! Да тебя зарезать мало за такие развлечения!

– Но-но! Да будет тебе известно, что прошлая лейтенант Къёраку Шинсуя, Ядомару Лиза, вообще имела хроническую страсть подглядывать за собраниями капитанов, несмотря на все приказы начальства – и ничего, даже наш обожаемый Главнокомандующий не возмущался.

– А тебе откуда знать?! – небрежно выложенные Сагарой подробности только подстегнули бушующее в душе девушки негодование. – Ядомару Лиза погибла сотню лет назад!

– Понимаешь, – лицо парня приняло серьёзное и доверительное выражение, – вокруг зала собраний не так много удобных мест для наблюдения…

– Что ты хочешь сказать? – скрипнула зубами капитан Второго Отряда, когда собеседник многозначительно замолчал.

– Ну, грубо говоря, она самым наглым и варварским образом узурпировала мою любимую позицию… – от наглости этого мужлана у синигами перехватило дыхание. – И… Мне, конечно, очень приятно, что ко мне прижимается столь прекрасная девушка, но… Может, всё же не будем это делать, стоя на воздухе посреди города? – только сейчас Сой обратила внимание, как они смотрятся со стороны – полуголый мужчина прижал её плотно к себе, их руки сплетены, а лица так близко друг к другу… Ощутив, как стремительно горячеют щёки, гордая дочь семьи Фонг резко отскочила назад. В этот раз её никто не держал. Оказавшись на свободе, девушка выдохнула и, секунду поколебавшись, убрала оружие в ножны. – Ну вот и хорошо. Так не расскажешь, что тебя гложет? Обещаю, дальше меня это не уйдёт, а, со своей стороны, я попробую помочь.

– Да ничем тут не поможешь, – вздохнула первая ученица Йоруичи. – Просто… Я устала, наверное…

Вновь добывший своё одеяние Сагара просто приблизился к ней и аккуратно приобнял. Сой Фонг хотела было возмутиться, а то и по новой начать попытки его зверского убийства, но… Неожиданно ей стало как-то… комфортно.

– Держи, – мужчина протянул ей обратно плакат. – Пойдём, я знаю одно хорошее место в этом городе.

Сой Фонг робко кивнула и последовала за странным почтальоном. Их короткий путь окончился на вершине многоэтажки, откуда открывался действительно красивый вид на город. Даисуке встал рядом, молча глядя на неё, а девушка резко почувствовала себя не в своей тарелке. Вообще, с какого рожна она должна ему что-то рассказывать? Кто он такой? Она его видела всего пару раз в жизни! А тут откровенничать… Что он о себе возомнил?! Откуда он такой взялся?! Этот…

– Почему ты ещё не капитан? – вопрос вырвался сам собой, возможно, оттого, что она не знала, как начать разговор, а может, ей и правда было интересно – сейчас Сой затруднялась определиться в своих чувствах.

– Эм… Вообще-то капитан… – осторожно заметил Сагара.

– Ты понял, о чём я говорю! – ученица «Богини Скорости» недовольно развернулась к собеседнику. – Капитан не в Омницукидо, а в Готэе! Почему ты ещё не возглавил один из отрядов, как Амагай?! Он же тоже из ваших! Силы у тебя для этого более чем хватит!

– А-а… Как тебе сказать… – мужчина перевёл взгляд на небо, сконфуженно запустив пятерню в волосы на затылке. – Дело в том, что у меня нет Банкая…

– У тебя?! – от удивления лицо синигами перекосило. – Это шутка?!

– Нисколько. У меня есть только шикай, да и тот не так чтобы очень боевой… – тут парень что-то сообразил и укоризненно посмотрел ей в глаза. – Но не переводи тему! Что тебя гнетёт?

– Вот же привязался… – Сой досадливо отвернулась, неуютно обхватив себя за предплечья.

– Да, я такой, – Сагара шагнул ближе и, раньше, чем девушка успела среагировать, подхватил её на руки.

– А ну отпусти!!! – к щекам гордой дочери семьи Фонг вновь прилила кровь.

– Непременно, – улыбающийся парень поднёс её к карнизу и аккуратно усадил на край здания, сам примостившись рядом. – Рассказывай.

– Наглец! – только и смогла выдохнуть распираемая праведным возмущением синигами.

– Да-да, как скажешь, – продолжил тепло улыбаться этот тип. – Так с чего всё началось?

Глубоко вздохнув и сжав кулаки, Сой всё-таки удержалась от рукоприкладства – всё равно это было бесполезно, как показала практика, а в очередной раз позориться – это последнее, что она сейчас хотела делать. Секунды текли одна за одной, всё больше тревожа и так расстроенные нервы синигами, чему только способствовало терпеливое ожидание со стороны собеседника. Капитан Второго Отряда уже успела несколько раз проклясть себя за то, что вообще согласилась с ним куда-то идти, и вообще… Во всём виноват Урахара! Если бы не его мерзкая лыба и возмутительное отношение, ей бы не требовалось спускать пар какими-то прогулками!

В какой момент Сой начала рассказывать – она и сама толком не поняла. Но слова полились. Сперва медленно и неохотно, вскоре они наполнились резкостью и уверенностью. Девушка начала делиться тем, что никогда бы не поведала ни подчинённым, ни немногочисленным подругам, точнее, сослуживцам, так будет правильнее их назвать. О том, как восхищалась Йоруичи, о том, как вынуждена была принять командование отрядом, даже Банкай толком не освоив, о том, как с бесконечной работой, самосовершенствованием, традициями и желанием превзойти учителя вдруг поняла, что ничего, кроме работы и этого желания, у неё нет. О том, как в её собственном отряде от неё шарахаются, о вечной усталости и последних провалах… И с каждым словом действительно становилось легче. В какой-то момент Сой Фонг почувствовала, что Сагара, вновь приобняв, гладит её по голове. Было необычно и… очень приятно.

– Знаешь, я никогда не задумывался, что под оболочкой железного капитана может скрываться столь ранимая и прекрасная девушка, – лёгкая улыбка появилась на его губах. – То есть я хочу сказать, что всегда знал, что ты прекрасная и очень милая, но то, что такая ранимая…

– Идиот! У меня просто не было выбора, я не могла поступить иначе!

– И это мне в тебе тоже нравится, – улыбка стала шире. – Хотя, ты слишком серьёзна – порой всё же нужно отдыхать и расслабляться.

– Делая глупо-оскорбительные нарезки видеоматериалов? – не удержалась от колкости бравая капитан.

– Почему нет, если это приносит радость и удовольствие? Можно, конечно, пользуясь своими навыками, проникать в женский душ какого-либо отряда… – задумчиво предложил этот… Этот… Эта скотина! – Хотя… В твоём случае должен быть мужской, но этого я позволить не могу!

– Это почему ещё? – возмущение смыло образовавшуюся было меланхолию и взяло новые горизонты. Этот хам ещё смеет что-то ей запрещать?!

– Я – очень жадный…

– Причём тут эт… – договорить ей не дал поцелуй, надёжно закрывший рот.

«Мой… Первый поцелуй… Сволочь!» Руки девушки, взметнувшиеся было в попытке оттолкнуть наглого «почтальона», замерли на половине пути. «А-а-а, к меносам всё!» И руки девушки вновь устремились к целующему её парню, чтобы как можно плотнее прижать.

Над городом догорал закат, Каракура плавно погружалась в сон, но юной синигами-капитану было уже всё равно. На этот вечер были только она, он и это прекрасное ощущение тепла, растекающееся по душе.

Позже…

Я наклонился вперёд, целуя сжавшуюся спиной ко мне синигами в ушко. Когда от поцелуев мы перешли к постели, Сой Фонг мгновенно превратилась в страшно робкую и неуверенную девочку, полыхая лицом так, что от него можно было прикуривать, и при этом не в силах вымолвить ни слова от сковавшего голосовые связки приступа заикания. Это было так очаровательно и мило, что я до сих пор не мог согнать с лица глупой улыбки, от которой бравая капитан совсем теряла присутствие духа и всеми силами избегала встречаться со мной взглядом. Вот как сейчас, когда она развернулась ко мне спиной и сжалась калачиком.

– И… Что теперь? – нахохлившись от моих действий, тихо-тихо произнесла девушка.

– Теперь… – я ещё раз поцеловал её в ушко, не забыв обдать то жарким дыханием, одновременно сильнее прижимая тело красавицы к себе, – я отнесу тебя в ванную и потру спинку, – ещё один поцелуй. – И не только спинку…

Сой-тян вздрогнула всем телом и попыталась не то вжать голову «в панцирь», не то робко выскользнуть из захвата моих рук. Второе я пресёк в зародыше, а заодно спустился губами уже к шее девушки.

– П… Прекрати, – прозвучало панически.

– Тебе же нравится… – чёрт, я обожаю эти мурашки на её коже!

– Н-н.. Неправда!

– Обманывать нехорошо, – мой язык нежно прошёлся по её шее, отчего из уст брюнетки вырвался отчаянный вздох.

– Я… Я капитан Второго от… ряда! К-как ты себя в-ведёшь?!

– Оч-чень развратно! – с мурлыкающими нотками отвечаю ей прямо в ушко, начиная более активно распускать руки. Увы, но, несмотря на целую ночь, я совершенно не насытился, к тому же она так очаровательно реагировала… Мур-р-р!

– Т-ты псих! П-почему ты… Ты!.. Дурак! П-прекрати! – меня попытались отпихнуть спиной.

– Капитан, я готов пойти навстречу вашим пожеланиям, но только на время дороги в ванную, и это моё окончательное предложение, – перегибаюсь через девушку и закрываю ей рот до того, как успели последовать возражения.

Вялая попытка сопротивления успехом не увенчалась, и спустя минуту настойчивых ласк с моей стороны синигами сдалась, позволяя мне развернуть её лицом к потолку… И делать всё что угодно. Этот приём сработал уже далеко не первый раз за прошедшую ночь.

– Ты не ответил… – проворчала девушка, пряча глаза под моим обожающим взглядом.

– Чего именно? – упруго спрыгиваю с кровати и единым движением подхватываю миниатюрное тело красавицы на руки.

– Ты… Я… – Сой-тян попыталась прикрыться и одновременно спрятать красное как помидор лицо. – Что… С нами… Ну… Дальше…

– Не знаю, – честно ответил я, направляясь к ванной комнате узурпированной нами квартиры в одной из высоток Каракуры. – Хотелось бы «жили они долго и счастливо», но… Впереди война, ты – капитан Второго Отряда, я – вечно на заданиях….

– Да… Верно, – девушка отвернулась.

– На самом деле, я хочу, чтобы ты была моей. Совместная жизнь, общие интересы и задачи… Но хочешь ли ты этого? И сможем ли мы это?

– …Откровенно, – спустя паузу ответила дочь семьи Фонг, так и не подняв на меня взгляд.

– Ну, играть в конспирацию после того, что между нами было, как-то глупо, не находишь?

– Да… пожалуй. Мне… нужно всё обдумать.

– Понимаю, – я кивнул. – Но думать ты будешь после ванной! – и, войдя в соответствующее помещение, я беззастенчиво забрался в означенный предмет, усадив обнажённую девушку себе на колени.

– Вот же!.. – от возмущения она даже слегка растеряла свою робость, хотя никаких попыток сопротивления не последовало. – Псих!

– Ты даже не представляешь какой… – из крана хлынул поток воды, а мои руки в который раз за последние несколько часов плавно заскользили по изгибам изящного тела…

Тем временем, Куросаки Ичиго.

Настроение Временного Синигами продолжало скатываться всё ниже и ниже. Причиной тому был даже не сбежавший и затаившийся в неведомых далях Тоби, в конце концов, чего-то такого он подспудно и ожидал. Он не настолько удачлив, чтобы надеяться избавиться от этой мелкой пакости на сколь-либо долгий срок, к тому же Тоби был всего лишь досадной помехой. Выброшенный Айзеном прочь дурачок, неудачный эксперимент или кто он там ещё?.. В общем, он мог вызвать лишь жалость, собственно, наверное, потому «Рыжее Чудовище» терпеливо сносило выходки этого существа, а не очистило его душу при помощи занпакто.

Причиной пребывания его настроения на дне стала Луричиё. Сегодня утром в их класс «перевелись» три новых ученика. Девочка, которой место в средней школе, парень, выглядящий их ровесником, и амбал, явно переросший возраст старшей школы лет на десять. Тут и без пояснений Внутреннего Пустого было ясно, что его пытаются втянуть в какую-то авантюру. И пытаются втянуть втёмную. Не попросить помощи, не нанять, а просто использовать. В памяти всплывали слова Карии. «У синигами нет „друзей“, кроме других синигами, лишь инструменты. Когда ты станешь им не нужен, тебя просто вышвырнут вон и благополучно забудут. Во всяком случае, тебе бы стоило молиться, чтобы забыли…»

Как бы ни гнал от себя подозрения Куросаки, но слова баунто вновь и вновь будили в нём чувство тревоги. Он был уверен в Рукии, в Рейнджи, в Кенпачи и Тоуширо (Капитан Хитсугая, чёртов человечишка!!!). С девушкой они пережили многое и не раз прикрывали друг другу спину, да и порой… Впрочем, неважно. Касательно же парней – они были просты и понятны. Случись чего, они скажут это прямо. Но вот остальные… Тот же Бъякуя вполне бы провернул что-то такое, и сомнения его бы не терзали. Потому все эти подозрительные шевеления вокруг него и его друзей сильно беспокоили парня. Хоть и не до такой степени, чтобы согласиться на предложение Внутреннего Пустого и зажать одного из незваных гостей в тёмном уголке с целью предметно поговорить, стимулируя откровенность собеседника тычками занпакто в тело означенного собеседника. Во всяком случае, пока что. Выкинув из головы кажущиеся всё более соблазнительными картины с предметным разговором, Ичиго вновь склонился над столом – подвиги подвигами, а домашнее задание никто не отменял. Это Рукии хорошо – нажала кнопку на корректоре памяти, и все учителя считают, что она уже всё сдала, написала и защитила. Нет, девушка предлагала подобную «опцию» и для него, но подобное не устраивало парня. Это она в Мире Живых временно, а ему тут ещё жить и жить. И жить неучем он не хотел. Потому приходилось стискивать зубы и продолжать учить математику, историю и литературу. Хотя, в последнее время появились у него мысли, как можно облегчить себе жизнь. Если у Пустого во внутреннем мире есть компьютеры и даже игры, то в них можно записывать и что-то полезное. Например, учебники по истории. Или попробовать «установить» в голове что-то вроде маткада. Правда, для использования всех этих благ требовалось уговорить несносного квартиранта, и что-то подсказывало Куросаки, что в текущий момент времени проще и быстрее будет вызубрить всё необходимое самому – что за свои услуги потребует пустой, парень не знал, но подозревал, что это что-то будет или очень кровавым, или… будет касаться других… инстинктов.

Парень украдкой бросил взгляд на склонившуюся над телефоном Рукию. И должен был признать, что все те предложения Пустого действительно могут принадлежать его инстинктам и запрятанным глубоко внутрь желаниям.

Внезапно размышления школьника были прерваны резкой вспышкой реацу под окном.

– Ичиго! – Рукия мгновенно вскочила на ноги.

– Знаю. Это совсем близко! – парень ударил себя в грудь удостоверением Временного Синигами. Тело уткнулось лицом в учебник, а сам он уже открывал окно, дабы выбраться из дома кратчайшим путём.

Искать источник возмущений долго не пришлось. Его новый «лучший друг» (то была лишь минута слабости!) напряжённо стоял на соседней крыше, и настороживший чувства подростков поток реацу закручивался именно вокруг его фигуры.

Одно сюнпо – и парень уже стоит рядом с новоприбывшим, проходит долгих полторы секунды, и только потом новый обитатель района замечает стоящего рядом с ним временного синигами и судорожно отпрыгивает. Внутренний Пустой довольно оскалился, почуяв испуг чужака. Спустя ещё три секунды рядом очутилась Рукия.

– Итак, что тут происходит? – спросил Куросаки, его «собеседник», быстро совладав с лицом, продолжал изображать каменную невозмутимость и равнодушие.

– Эй, тебе задали вопрос! – подключилась и девушка.

– Опять вы… Чёрт, он здесь!

– Кто ещ… – рыжий синигами оборвал фразу на середине – по чувствам ударила новая волна реацу, какой-то странной, но в чём именно заключалась странность, парень сказать не мог – не настолько хорошо у него ещё было развито чутьё, да и опыт отсутствовал. Но в том, что что-то с обладателем подобной духовной силы не так, Ичиго готов был поручиться.

– Проклятье! – выругался брюнет, а в следующую секунду события завертелись: в алой вспышке показался размытый силуэт, показался лишь на миг, чтобы в следующий уже пробить черепицу крыши и скрыться в недрах здания. Ставшие свидетелями явно недружественного вторжения синигами устремились следом за налётчиком. Точнее, следом за ним рванул новый сосед Временного Синигами, а Ичиго, которого, мягко говоря, не радовала возможная разборка духовных сущностей под окнами его дома, был вынужден направиться следом.

Тем временем этот ублюдок, которого он совсем недавно считал «лучшим другом», надменно бросил «Куросаки, разберись с ним» и смылся через окно здания, оставив его наедине с явно агрессивно настроенным синигами. Правда, форма у него была странной – чем-то отдалённо похожая на костюмы ниндзя, что он краем глаза как-то заметил во время визита в Сэйрэйтэй, но именно что отдалённо. Да и судя по форме клинка, он уже активировал шикай, а значит, «просто поговорить» с этим типом не получится. Впрочем, он уже знал, как нужно поступать в таких ситуациях, хотя… Ладно, можно попробовать.

– Может, ты просто скажешь, что тебе здесь надо? – не надеясь на нормальный ответ и мирный исход, всё же спросил Куросаки. Увы, его собеседник лишь атаковал в ответ.

Медленно, слишком медленно. Парень без труда подставил свой занпакто под клинок незнакомца и принялся давить в клинче – его объём реацу куда больше, чем у незваного гостя, а значит, вполне может получиться просто «задавить» противника, связать и уже нормально поговорить. Получив по голове, большая часть синигами обретала мозги, хотя бы временно. Вот только всё пошло не совсем так, как планировал парень. Внезапно отблеск лунного света попал на зеркало, расположенное на клинке его противника, а с него – прямо в глаза Ичиго. Казалось бы, ничего страшного, но парень ощутил, как немеет его тело. Осознание положения молнией пронеслось по нервам, вызвав краткую вспышку страха, а тот, в свою очередь, вызвал волну гнева, что смыла наваждение. Но даже этих долей секунд его противнику хватило, чтобы едва не повернуть бой в свою пользу – ещё бы несколько мгновений, и горло парня оказалось бы перерезано клинком врага. «Мягко» поступать по отношению к врагу сразу расхотелось.

– Ичиго! – запоздало вскрикнула Рукия, а парень уже вновь скрестил мечи с закутанным в тёмную ткань противником.

– Гетсуга Теншоу, – удар направленного потока духовных частиц в исполнении разозлившегося Временного Синигами просто разбил меч неизвестного, врезался ему в грудь и проломил его спиной стену, отбросив на внутреннюю лужайку.

Куросаки не стал фокусировать атаку в режущий серп, ограничившись просто мощным потоком силы, на этом битва и закончилась – вторженец остался лежать на газоне, его одежду знатно изорвало, потоком частиц сорвало маску, открыв ничем не примечательное лицо мужчины среднего возраста. Общее состояние было довольно плачевным, но он был жив и вполне мог быть приведён в чувства и как следует расспрошен.

– Ичиго! С тобой всё в порядке? – едва ли не налетела на парня маленькая, но очень встревоженная девушка.

– Да, Рукия, ни царапины, но что это вообще было?

– Я…

– О, Куросаки, ты разобрался с нападавшим, хорошо! – из сюнпо вышел его «сосед», явно довольный устроенной подставой. Рядом с ним оказался и давешний амбал, на спине которого спала девочка-блондинка.

Ичиго почувствовал, как начинает звереть. С такой наглостью и надменностью пытаться его использовать! Судя по тому, как быстро оказался здесь этот тип, он всё время был неподалёку, но не спешил помогать подставленным им же самим людям. А ведь развейся это странное оцепенение хотя бы на полсекунды позже, Куросаки мог и умереть! По крайней мере, в своей способности подобно Зараки или Айзену останавливать высвобожденные вражеские клинки голой кожей он изрядно сомневался и проверять отнюдь не жаждал.

Парень посмотрел на довольную и надменную рожу брюнета, перевёл взгляд на свой занпакто… Из внутреннего мира пришло ощущение одобрительной и предвкушающей улыбки, и… Это-то и отрезвило парня. Впрочем… Временный синигами просто подскочил при помощи сюнпо к раздражающему его типу, удар пяткой клинка в солнечное сплетение заставил «дорогого соседа» согнуться, а последовавший за этим удар коленом в лицо – стремительно разогнуться и отправиться в нокдаун. Временный Синигами всерьёз задумался, не попинать ли сведшее глаза в кучку тело – для профилактики и душевного успокоения, но размышления были прерваны властным голосом.

– Прекратить! Всем стоять на месте! Офицер Кучики, докладывайте! – на воздухе стояла капитан Сой Фонг. Видимо, она сильно спешила сюда – лицо было раскрасневшимся, форма в некотором беспорядке, а ленты, вплетённые в косы, несколько выбились, явно намекая на то, что причёску неплохо бы и уложить заново.

– Ой. Сой Фонг-сама. Мы… На нас тут напал неизвестный, и, – выбитая из колеи Рукия принялась сбивчиво обрисовывать ситуацию старшему офицеру. Кстати, при виде этого офицера соседи Куросаки постарались стать как можно меньше и потихоньку принялись отползать подальше.

– Доброй ночи, Куросаки-сан. Не могли бы вы пояснить, что тут произошло? И кто эти синигами? – тактично позвал его со спины знакомый голос.

– Капитан Сагара! – облегчённо выдохнул парень. Связываться с явно очень злой капитаншей Ичиго не хотел, так что дача показаний куда более спокойному (и, по мнению самого Ичиго, вменяемому) синигами была куда как более завлекательной перспективой. И Куросаки начал повествование. И как почуял странную реацу, и как столкнулся с ещё более странным типом, и про не менее странные способности его занпакто. Умолчал он только про посылы собственного Внутреннего Пустого, но это была не та информация, которой следовало с кем-то делиться.

– Занятно, – заключил капитан, бросив задумчивый взгляд в сторону Сой Фонг, которая также закончила опрос Рукии.

– Эм, что именно вам кажется занятным?

– Видите ли, Куросаки-сан, занпакто синигами – очень важная часть Проводника Душ. И очень прочная. Это материальное воплощение его силы, так сказать, закалённая и сконцентрированная квинтэссенция его реацу. Разлететься же от одной вашей атаки… Будь он на уровне рядового с безымянным асаучи, я бы поверил, но шикай – это уже офицер. Сломать занпакто офицера… Вы бы, безусловно, это смогли, но не с одного же удара? Причём относительно слабого, раз уж ваш противник остался жив.

– Д-да, – обескураженно ответил парень. – Действительно как-то странно, – тут он вспомнил один эпизод из своего прошлого. – Хотя, я как-то раз такое уже делал, – взгляд Сагары стал заинтересованным. – Ну, – Ичиго немного сконфуженно запустил пятерню в волосы на затылке, – это было во время той истории на холме Соукьоку. Ну, с таким толстым парнем, занпакто которого – это шипастый шар на цепи.

К тому же тогда Временный Синигами вообще бил голой рукой и раскидал сразу троих лейтенантов… Но напоминать об этом Ичиго стало как-то неудобно, да и бил он тогда в полную силу, не делая никаких скидок. Всё же перед ним тогда стояли ещё несколько полноценных капитанов, и предстоял бой насмерть, так что парню было совсем не до сантиментов… Что, впрочем, только подтверждает слова Даисуке.

– Омаэда… – прошипела слушающая их Сой Фонг. Подсердечное презрение, сквозившее в одном этом слове, заставило что-то сжаться в животе Куросаки. – Рыхлое ничтожество!

– Кхм, – Сагара бросил встревоженный взгляд на пребывающую в крайней степени раздражения девушку. – Ну, насколько я знаю, у лейтенанта Маричиё существуют давние проблемы с, эм, дисциплиной духовного тела…

– Не выгораживай это ничтожество! – рыкнула на коллегу капитан Второго отряда. – Я сама прекрасно знаю, чего стоит мой лейтенант!

– Ей стыдно, точно тебе говорю! – непонятно чему оскалился внутри белый Зангецу. – К слову, Король, меня одного интересует, почему эти двое пришли вдвоём и у этой боевой цыпочки наблюдается явный беспорядок в одежде? – ощущение чужого оскала стало откровенно похабным, заставив Ичиго скрипнуть зубами.

Вот как эта тварь умеет подбирать момент? Секунду назад его вообще не интересовали эти вопросы, а сейчас хоть под землю проваливайся!

– Кстати, а за что вы били ногой по лицу этого парня? – решил сменить тему Сагара.

– Кхм… Хе-хе… – всё ещё сконфуженный Куросаки почесал в затылке, прикидывая, как бы ответить на столь неудобный вопрос.

Всё же, если подумать, он сам вылез на крышу и столкнулся там с этим типом, а то, что эта сволочь, скорее всего, на это и рассчитывала и подставила парня, доказать будет нереально. В итоге получалось, что Временный Синигами просто взял и настучал добропорядочному духу по лицу просто так… Хотя, Даисуке показал себя нормальным парнем, так что рыжий просто и без затей рассказал всё, начиная от уже упомянутой в прошлую встречу подставы с пустыми и заканчивая подставой с непонятным мужиком в костюме ниндзя и с явно враждебными намерениями.

– М-да. Вообще, за такое можно и прибить, – заключил капитан Омницукидо. – Так что я ничего не видел, – синигами усмехнулся. – Но вашему терпению, Куросаки-сан, я всё же поражаюсь.

– Жизнь закалила, – пожал плечами подросток, вспоминая выходки своего дражайшего папаши.

– Понятно. Сой, что думаешь? – обратился Дайсуке к капитану Второго Отряда.

– Наёмный убийца, причём, судя по снаряжению, не из дешёвых. И мне очень интересно узнать, что он тут делает, – девушка повернулась к пытавшейся осторожно скрыться паре синигами, – и из-за чего мне пришлось прерывать… – тут капитан внезапно осеклась. – Впрочем, это неважно.

Ичиго принял самый честный вид, на который был способен, всей мордой лица выражая, что ничего такого из оговорки девушки, фамильярного обращения к ней по имени со стороны Сагары и того факта, в каких многозначительных обстоятельствах он видел их в последний раз, не понял. Судя по расширенным и слегка бегающим глазам Рукии на фоне того самого лица, с которым она изображает пай-девочку перед незнакомыми людьми, он был не одинок в своих попытках. На счастье, синигами-разведчики вроде бы ничего не заметили…

– Жаль, что сейчас допросить его не получится, – Даисуке внимательно осмотрел тело. – Знатно досталось, тут нужен кто-нибудь из Четвёртого Отряда, чтобы привести его в чувства.

– Я могу позвать Орихимэ, – предложил Ичиго, радуясь, что можно отвлечь мысли «важными делами».

– Капитан Унохана отзывалась о ней исключительно лестно, – кивнула своим мыслям капитан Второго Отряда. – Хорошо, Куросаки Ичиго. Мы будем признательны за вашу помощь, – сообщила девушка подчёркнуто официально и тут же повернулась к оставшимся представителям Общества Душ. – А теперь – я слушаю. Кто вы, что делаете в Мире Живых и как сюда попали из Общества Душ? Я очень внимательно слушаю…

***

Да-а-а, пребывающая в состоянии крайнего раздражения Сой-тян – это что-то. «Опрашиваемые» даже не вспомнили, что принадлежат к «старшему» клану и потому имеют некоторые преференции перед Готэем, в том числе право не допускать представителей данной организации ко внутренним делам клана. Но, как я уже говорил, раздражённая капитан Второго Отряда одним своим видом выбивает из дурных голов дурные мысли типа «не пойти на сотрудничество со следствием». В общем, эти два умника начали колоться, и рассказали они массу интересного. Итак, в клане всё было хорошо, пока на свет не появилась та самая милая девочка, чей покой охраняют эти два комбинатора-манипулятора. Нет, к самой девочке никаких претензий, но вот после её появления на свет… мать не переживает родов. Ещё раз, здоровая, сильная душа (а слабой глава клана быть не могла, пусть это и не Великий Клан, но вряд ли бы его смогла возглавить женщина, не обладай она потенциалом хотя бы офицера Готэй), имеющая связи, деньги и влияние, чтобы пригласить на свои роды офицера-медика из Четвёртого Отряда, берёт и умирает родами. Был ли медик, кстати, опрашиваемые не в курсе. Дальше – больше. Не прошло и нескольких лет – умирает отец малышки. Как и почему – опять никто не знает. То ли какая-то болезнь, то ли несчастный случай. Причём, по меркам Общества Душ, его смерть происходит почти одновременно со смертью жены. Тут бы уже любой, имеющий хоть каплю мозгов, задумался бы о причинно-следственных связях.

Но и этого было мало! Череда смертей начала преследовать и некоторых старейшин клана. Причём смертей совершенно не скрываемых – трудно представить перерезанное горло или три десятка дырок в спине несчастным случаем. Самое интересное – все, без исключения, погибшие старейшины принадлежали к лагерю противников некоего Гёкаку Кумои. Сам Кумои, к слову, был главой «младшей ветви», входил в состав старейшин, а по должности своей курировал новые разработки оружейников.

Сказать, что мы с Сой-тян были в лёгком шоке – изрядно преуменьшить наше состояние. Если слова этих Генрю с Энрю правдивы, то столь наглого и открытого беспредела я не встречал… да, пожалуй, что вообще никогда не встречал. И всё это под носом Готэй-13 вообще и Второго Отряда в частности.

– И вы не придумали ничего лучше, чем, фактически, похитить принцессу и скрыться в Мире Живых? – у капитана нервно подёргивалось правое веко.

– Ну, мы… – взгляд опрашиваемого упал на Ичиго, что восседал рядом с доставленной Иноуэ и внимательно слушал рассказ, с каждым словом мрачнея всё больше.

– Зачем-то собирали данные обо мне, – взгляд парня не предвещал ничего хорошего.

– Мы получили информацию о действиях Временного Синигами во время… происшествия с Кучики Рукией. Расправиться с несколькими лейтенантами и капитанами… Нам бы не помешала… помощь такого человека, – заюлил Энрю, стараясь не встречаться взглядом с начинающим звереть Ичиго.

– И поэтому вы решили втёмную втянуть непричастного человека, использовать, а потом выкинуть… в лучшем случае, не так ли? – тут уже вмешался я, стараясь выдать в голосе максимум презрения, на которое только способен. Заодно ещё немного негатива Куросаки по отношению к синигами накинем. – Проходят века, но кланы не меняются, – Сой просверлила меня недовольно-рассерженным взглядом, но возражать не стала – уж кому, как не ей, знать о грязном белье кланов, являясь, по сути, лидером одного из них.

В ответ нам была тишина.

– Ну что же, – взгляд Сой Фонг изменился, теперь перед нами стояла даже не Капитан Второго Отряда, а само воплощение Закона и Неминуемой Кары, да, пожалуй, это – самое точное определение.

– Клан Касуми-Одзи неприкосновенен. Данное происшествие – внутренние дела клана, а потому Готэй-13 не будет вмешиваться, – другими словами, девушка дала добро на то, чтобы их рано или поздно прирезали. Жестоко, но… мы всё же говорим о Готэе и нравах средневековой Японии.

– Омницукидо также не видит причин для вмешательства, – поддерживаю бравую капитаншу. Хватит с меня уже помощи синигами, ещё немного – и мне будет стыдно смотреть в глаза другим арранкарам. Ну… не то, чтобы стыдно… но перед Айзеном как-то неудобно получится.

Впрочем, лично для меня дальнейшие действия этой парочки были вполне очевидны, для Сой Фонг, думаю, тоже. Так что только Ичиго припух, когда к нему в ноги упали эти два типа и принялись молить о помощи. Думаю, рыжий бы их послал, но стервецы молили не за себя, а за Луричиё, которая была немногим старше сестрёнок Куросаки, а по внешности так и младше. А тут ещё и Иноуэ разжалобилась историей бедной девочки, и…

– Ладно, – сдался рыжий. – Пока вы находитесь в моём городе, я присмотрю за Луричиё, – с видом мученика, идущего на пытки, согласился Временный Синигами.

– Ура, Куросаки-кун, ты такой добрый! – на ошарашенном парне повисла Иноуэ и прижалась к нему своими несомненными достоинствами.

– Я, конечно, весьма рад за вас и вашу девушку, Куросаки-сан, – о, как они оба покраснели и отпрянули друг от друга, хе-хе, – но нам бы не помешала её помощь для приведения задержанного в чувства. Всё же покушение на главу клана – очень серьёзное преступление, которое карается… Ммм?

– Тысяча лет на нижних уровнях Гнезда Личинок или казнь, – продолжила мою фразу Сой Фонг. – В зависимости от обстоятельств.

Смущённая Орихимэ, видимо, пропустила мимо ушей наш обмен фразами, но вот то, что от неё просят подлечить очередного страдальца, всё же уловила, ну и исполнила. Наблюдая вблизи, как действуют её способности, я не мог не восхититься вновь. В одной старой книжке один сын плотника говорил, что «если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: „перейди отсюда туда“, и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас». И вот сейчас я наблюдал это воочию. Девушка не лечила, нет. Она верила, что лечит. Но, не будучи медиком и не представляя, как это должно быть на самом деле… просто отменяла повреждения. Стирала их из реальности. Причём реацу на это почти что не тратилось! Да чего там, у меня в одном ногте силы на порядок больше, чем в ней всей. И всё же, чудо происходило прямо на моих глазах. А ничем иным подобное «исцеление» быть просто не могло. То, что нарушает основополагающие законы мира. Или всё же нет? Но тогда откуда такой уровень воздействия на реальность? Единственное, что приходило на ум – жреческая магия, но эти воспоминания были со мной ещё с момента моего осознания себя в этом мире, и их достоверность была сомнительна. Нет, опираться на законы одного «придуманного мира», оказавшись в другом, может быть, и логично, но всё же… Хотелось бы эту девушку изучить потщательнее… Кхм, кажется, опять Маюри икнулся.

Вернувшись в реальность из размышлений, я обнаружил уже исцелённого ниндзюка… с восстановленной катаной. Добрая девочка и сломанный меч «вылечила», благо рукоять этот тип так и не выпустил. Впрочем, как показал более детальный осмотр – выпустить вросшую в руку рукоять было бы весьма проблематично.

– Мурамаса? Можешь что-нибудь сказать об этом мече? – обратился я к своему клинку.

– Это не занпакто и даже не асаучи. Это что-то… – меч задумчиво умолк. – Какой-то паразит. Он никак не связан со внутренним миром синигами и пьёт из него реацу.

Попытка отделить непонятное «нечто» от тела успехом не увенчалась. Приводить в сознание вооружённого врага было глупостью, даже если он, теоретически, ничего сделать не может.

– Видимо, придётся подключать Двенадцатый Отряд, – заключила девушка-капитан и поморщилась, видимо, уже предвкушая весь тот объём документации, что придется составлять.

– Да… Пожалуй, это – наилучшее решение. Вот и кончился отдых…

– Угу, –тяжело вздохнула синигами, создавая «Адскую Бабочку». – Что сейчас будешь делать?

– Да так… прогуляюсь немного, – поглядывая на пленного «ниндзюка», отвечаю на вопрос.

– Ясно, – со странными интонациями ответила Сой-тян. – Хорошо.

– Тогда… до, надеюсь, скорой встречи, капитан, – я не удержался и всё же на прощание галантно взял девушку за руку, и, пока она не опомнилась, запечатлел на изящных пальчиках поцелуй.

О-о-о! Какой коктейль удовольствия, смущения и негодования я получил в ответ… Не говоря про волну полного обалдения со стороны Рукии. А вот подростки отнеслись ко всему индифферентно – оба всё ещё краснели и смущались после той сцены с обнимашками.

Ну ладно, это всё, конечно, прекрасно и даже замечательно, но никакого желания сидеть и смотреть, как рыжий отражает одну волну убийц за другой, а потом, раскачавшись, идёт совершать контратаку в Сообщество Душ, у меня нет. Да и вообще, нужно было решить проблему с тем кланом ещё в прошлый раз, так что пора исправлять свои ошибки. Отойдя подальше от города и от возможных сенсоров, я открыл гарганту. Солидной части Касуми-Одзи жить оставалось лишь несколько часов.

Чуть позже. Общество Душ.

Лейтенанта я нашёл в указанном Айзеном месте, эдакой заимке Омницукидо, путь к которой мимоходом показал мне сам синигами ещё в первую мою «экскурсию» по Обществу Душ. Что тут скажешь, очень неплохо устроились «почтальоны». Ну, или конкретно старший офицерский состав отдельной дивизии. Относительно небольшая подземная база была оборудована всем необходимым для комфортной жизни – свет, тепло, водоснабжение. Причём вся эта роскошь работала на кидо, некоторые элементы которых мой уровень познаний в данной науке уже позволял выявить. Встретили меня тоже вполне приветливо и так, словно появление моё было в порядке вещей.

– Капитан Сагара, – лёгкий поклон от поднявшегося офицера.

– Добрый вечер, Хамура-сан, – машу рукой, позволяя ему садиться обратно.

– Чаю? – поинтересовался лейтенант.

– Не откажусь, – вообще, я бы с куда большим удовольствием сразу отправился к оружейникам, перерезал всех ненужных и ушёл домой, но с другой… Приличный чай в Хоэко Мундо – вещь редкая, поскольку доставляется исключительно из мира живых. Да и, говоря откровенно, доставляется только моей фракцией и компанией Тии, пристрастившейся к этому напитку. И пусть заварка на воде Трес Эспады на вкусовых качествах напитка сказывается в лучшую сторону, но попробовать полностью выращенный в духовном мире чай… Пожалуй, это стоит небольшой задержки.

Тем временем лейтенант крикнул в дальние помещения, и уже через пару минут ничем не примечательный рядовой жнец принёс нам пару дымящих ароматным паром чашек и заварник к ним.

– М-м-м, недурно, – пригубив напиток, я блаженно прикрыл глаза. В блаженном расслаблении прошло несколько минут, прежде чем Хамура решил продолжить разговор.

– Итак, чем мы можем быть вам полезны, капитан?

– Моя прошлая миссия получила продолжение. Так что мне вновь нужны будут услуги гида.

– Я – весь внимание.

– Клан Касуми-Одзи. Ветвь Гёкаку Кумои. Мне нужна информация, где они базируются, кто входит в состав, с кем плотно контактируют и так далее.

– Оружейники всё же доигрались, – кивнул своим мыслям лейтенант. – У нас есть интересующая вас информация. Но потребуется пара дней, чтобы уточнить детали по конкретной группе и выяснить их текущее местоположение.

– Нет необходимости, – у меня не сильно много времени. Готэй, конечно, весьма неторопливая организация, но Сой сейчас зла и решительна, того наёмного убийцу в научный отдел она сдаст в течение пары часов. А дальше… любой синигами, в чьей голове есть больше одной извилины, при внимательном осмотре сообразит, что оружие этого убийцы ничего общего с асаучи не имеет. Информация о «новой игрушке» сразу же уйдёт к Ямамото. И вот тут я уже не берусь предсказать реакцию старика. Может и под сукно засунуть из нежелания что-либо менять и лишний раз шевелиться, а может и вцепиться в интересную разработку. Пусть искусственно, пусть не без риска, но это оружие-паразит может духа с уровнем реацу сильного рядового Готэй вывести до старшего офицера, а то и лейтенанта. С учётом грядущей войны с Айзеном, старичок может и принять решение забить на невмешательство и влезть в это дело если не лично, то уж проявить повышенный интерес. Возможно, я сгущаю краски и переоцениваю реакции, но ну его к меносам. – Мне нужен только Гёкаку и его ближайшее окружение. Остальные – желательно, но не обязательно, – уж кто-то из них точно должен знать об этом оружии и местах его производства и хранения. Ну и это решит проблемы Ичиго заодно, что тоже является приятным бонусом.

Пожалуй, я начинаю понимать, почему Айзен из всего Омницукидо взял под контроль «почтальонов» (ну, или, что более вероятно, из всех возможных выдал мне именно данный инструмент). Мало того, что «шляющихся» где только можно и не совсем можно курьеров воспринимают как должное, так и информационные потоки через них проходят весьма впечатляющие. Причём выходы они имели не только на военные ведомства и внутренние структуры Омницукидо, но и вполне себе были вхожи в кланы. Тем более в такой близкий к «военке», как оружейники. С учётом же «глазастости» людей мятежного капитана… В общем, кто, где и зачем, я узнал уже через час. М-дааа, и почему у меня складывается такое чувство, что Айзен и это заранее просчитал? Ай, не важно, не моя проблема.

Лидер заговорщиков очень удачно расположился в отдельном домике прямо на территории клана. Совсем у мужика от вседозволенности крыша поехала. Устраивать заговор и встречаться с исполнителями прямо на территории клана, пусть и несколько удалённой и обособленной… Пусть он даже уже вырезал всех несогласных, а номинальная властительница клана вообще в Мире Живых скрывается, но всё же собирать целую толпу «ниндзюков» и толкать перед ними возвышенные речи… Ладно, я уже устал упоминать, сколько раз Общество Душ вообще и всякие синигами в частности ломали мою веру в Будущее и Здравый Смысл. Всё равно потом как-то выворачивались и их идиотским, с точки зрения нормального пустого, поступкам находились причины, но… К меносам. Собрались все в одном месте – мне же проще.

Сам глава младшей ветви выглядел как пожилой мужчина благообразной наружности. Эдакий милый старичок, но вот нацепленные очки-пенсне и лёгкая улыбочка, которую так и тянуло назвать глумливой, образ заметно портили.

Поскольку ситуация меня уже изрядно достала, да и с Сой-тян из-за выкрутасов данных личностей пришлось распрощаться куда раньше, чем мне бы хотелось, я не стал заниматься дополнительной проверкой и выслеживанием всех фигурантов, а просто и без затей перебил присутствующих. Предварительно испытав на «добром старичке» новоприобретённые способности Мурамасы, благо реацу у моей жертвы было немного – один крошечный порез, и «второй человек в клане» был полностью в моей власти.

– Мне нужна информация о вашем оружии. Что это? Как производится? Каковы его свойства?

– Бакото, хозяин, – слегка заторможенно и уж точно совсем неестественно ответил контролируемый. – Псевдоживой симбионт, генерирующий реацу за счёт перерабатывания духовного тела носителя. Выведен на основе исследования Пустых и их процесса питания, – послушно делился информацией болванчик. – Его свойства… кх-ххх, – захрипел пленник на полуслове.

– Мурамаса, что происходит? – мой вопрос не помешал мне начать накладывать на хрипящую душу лечебного кидо.

– У меня есть несколько предположений, господин. Первое – разница в духовной силе. Пусть ваш контроль весьма хорош, но при такой разнице даже случайно выпущенная капля энергии при царапине может оказаться смертельной. Второе близко к первому, но в плане качества. Пусть в вас есть реацу синигами, но изначальная ваша сущность – Пустой. А для слабой души даже реацу простого минуса неприятна и может обжечь, – меч ненадолго умолк и, словно несколько смущаясь, продолжил вновь. – Также, очевидно, что я ещё плохо освоил эту грань своих возможностей, и такое поведение жертвы может быть вызвано моей ошибкой. Простите, господин.

– Понятно… Кстати, на сколько его ещё хватит? – старик перестал хрипеть и даже вроде как пришёл в себя, но обольщаться не стоило – вряд ли моих медицинских талантов хватило на нормальное исцеление. Максимум – временное облегчение.

– Я не уверен. Полчаса-час. Вряд ли больше.

– Понял. Спасибо, – я оборвал разговор с мечом и вернулся к жертве.

– …но основная проблема заключается в том, что симбионт не имеет ограничений и при повышении скорости расхода реацу увеличивает скорость поглощения организма носителя, вплоть до полной переработки. К сожалению, решить данную проблему мы всё ещё не смогли, разве что как-то предварительно насытить симбионтов… – м-да, он всё ещё отвечает на вопрос, не заморачиваясь тем, что ещё минуту назад умирал и испытывал явно сильную боль. Всё же способность Мурамасы действительно чудовищна. Прекрасный меч.

–Достаточно. Где хранятся записи по процессу производства и готовые образцы?

– В этом доме. На нижних ярусах, – м-да, то есть он собрал всю эту кодлу не просто на «конспиративной квартире», пусть и чертовски нагло расположенной, но вообще едва ли не в святая святых? Н-да, они не перестают меня «радовать».

– Проведи меня туда.

– Да, хозяин.

Мастерская, или лучше сказать лаборатория? Словом, производственная площадка занимала относительно небольшой зал. Уже готовые бакото покоились в оружейных стойках, разнообразием, впрочем, представленный ассортимент не блистал. Уже виденные мной клинки с «зеркалом» да странные гибриды пилы с алебардой. После уникальных занпакто и способностей пустых такая унификация смотрелась откровенно чуждо.

Помимо готовых образцов были и «полуфабрикаты». Вот там было куда интереснее – колбы с питательным раствором, в котором нечто аморфное, глазстое и щупальценосное постепенно свёртывалось в форму клинка и обрастало металлом. Ну, или чем-то, что металл напоминало. В высшей мере интересно. Нашему научному отделу подобное точно пригодится. Пусть идея «подкармливать собой» кого-либо ни одному пустому, даже самому отбитому, в голову не придёт, какие бы перспективы такое подкармливание не обещало, но вот если можно будет клинку скармливать кого-то другого… Я бы и сам не отказался от такого «фракциона», пусть и своеобразного, но способного в самый подходящий момент как следует удивить врага.

Дальше было просто – пару бакото поглотить, дабы лучше понять их структуру, с десяток перетащить в свой внутренний мир, документы и схемы кидо – туда же, остальное – сжечь Сёкацуем. Но что делать с самим Гёкаку? Он и так не жилец, но не ивзлечь ли из его смерти дополнительной выгоды? А заодно можно направить одну особу по хитрому следу. Сыграть с Сой-тян в «я знаю, что ты знаешь, что я знаю» и «поймай чёрную кошку в тёмной комнате, когда её там нет» будет захватывающе. Да, хороший вариант.

– Ты, бери бумагу и пиши признание в убийстве прошлого главы клана и попытке захватить власть в настоящее время. С подробностями.

– Да, хозяин, – раб способности Мурамасы принялся послушно писать, глянув ему через плечо и оценив детали, лишний раз убедился, что мать Луричиё умерла не сама. Ей в этом помог… Я остановился и ещё раз прочитал три короткие строчки. – Что это за техника – влезание в чужую кожу?

– Одна из старых разработок. Пригодна только на слабых душах. При убийстве требуется применить кидо консервации образа и реацу, далее подготовленный убийца надевает снятый образ. Его реацу скрывается остаточной реацу жертвы. Определить подмену практически невозможно, – н-да, весёлые люди эти оружейники. Сколько всего полезного у них есть. И это только «Старший» клан. Что же тогда может быть в закромах у «Великого»? Хотя… Та штука, запечатавшая совокупную мощь тысяч сплавленных воедино занпакто, кажется, как раз от Шихоуин.

– У тебя есть образцы?

– Да. В моём доме. На третьем этаже, вторая комната справа. Хранилище в секретной комнате за книжным шкафом. Чтобы попасть в него, необходимо том сочинения Оды Нобунаги поменять местами с «Историей эпохи Эдо» и вдавить свиток «Мастерство Каллиграфии» в заднюю стенку шкафа, – ответил будущий труп, продолжая писать своё сочинение. Блин. Вот заморочились-то как! Что же так сплоховали с местом для заговора? Ну и задал я Кумои этот вопрос. Ответ оказался прозаичным. От кого-либо шифроваться ему уже было не нужно, поскольку, за исключением двух личных слуг наследницы клана, все остальные нерядовые члены были или на стороне данного старейшины, или мертвы.

Через пару минут старик закончил своё сочинение. Состояние его опять начало ухудшаться, но ещё на чуть-чуть должно было хватить.

– Теперь пиши, что осознал и раскаиваешься, а потому уничтожаешь «проклятое оружие» и всех, кто о нём знал, после чего, – вытаскиваю из внутреннего мира один из бакото, – убей себя, скормив этому клинку своё тело.

– Будет исполнено, хозяин, – всё так же невозмутимо ответил «раскаявшийся» глава младшей ветви и, шустро оформив предсмертную записку, «подключился» к оружию, став тянуть из него реацу. Бакото сразу же начало жрать организм оружейника, и чем больше он тянул силы, тем больше оружие поглощало его тело. Через минуту от уже бывшего старейшины не осталось ничего, бакото переварило даже собственный металл, свернувшись в шар-глаз. Наблюдая за этим процессом, ещё раз убедился, что арранкарам пока что сииильно далеко в плане технического развития даже до клановых разработок, а мысль подорвать весь Двенадцатый Отряд уже не казалась столь радикальной, как раньше. Хотя там сейчас уже может сидеть Сой-тян, да и внимания к нему привлечено многовато. Может, в следующий раз.

Свернувшийся в шарик бакото я банально раздавил. Пусть лучше синигами считают эту штуку «одноразовой», чем ищут, куда исчез образец очень неприятного оружия. Касательно же резни младшей ветви… Вряд ли следователи поверят в версию с раскаявшимся/рехнувшимся оружейником, да и у капитана Второго Отряда, когда я говорил о «прогулке», взгляд был очень выразительным, но вот формально предъявить кому-либо что-либо будет нереально. А домыслы, как известно, к делу не пришьёшь. Ну и заставить Сой-тян лишний раз поскрипеть мозгами и поиграть в теорию заговора будет весело, впрочем, это я уже упоминал. Ладно, тут я закончил, заглянем по указанным координатам и можно отправляться домой – закинуть образцы Ран’Тао, скинуть стресс с Кин и Сёри, увидеть Тию… Да и полевые испытания подчиняющей способности Мурамасы показали, что работать в этом направлении ещё и работать. И, с учётом перечисленных проблем, отрабатывать технику на низших пустых будет решением оптимальным. М-м-м, сколько дел! Ну и настроение существенно повысилось.

Выбравшись из квартала Касуми-Одзи и переместившись подальше от обжитых мест, я открыл гарганту в Хоэко Мундо…

Чуть позже. Капитан Второго Отряда.

– Итак, что вы можете сказать по этому вопросу, лейтенант Куротсучи?

– К сожалению, немного, – вздохнула девушка. – Существо совершенно точно искусственного происхождения, общие концепции такие же, как и у душ-плюс, но если для последних за основу брали параметры Синигами, то тут в основе выступал Пустой.

– То есть это оружие – искусственный пустой? – только этого ей для полного счастья не хватало. Впрочем, после такого известия никакая «неприкосновенность» клану уже не поможет. Пустых и так легионы, пусть большая их часть – это самые примитивные минусы, но тем не менее производство их искусственных аналогов – точно не та вещь, на которую Совет 46 будет закрывать глаза.

– Не в большей мере, чем душа-плюс, – несколько успокоила её в ответ лейтенант. – Но сам факт подобных исследований очень настораживает.

– Ясно, а что сам убийца?

– Обычный исполнитель, но приказы он получал напрямую от Гёкаку Кумои.

– Совсем страх потерял, – прошипела миниатюрная красавица. – Ну ничего, на это Генрюсай-доно уже глаза не закроет и позволит нанести к ним визит… – дальнейшую мысль девушка развить не успела – в кабинет лейтенанта Маюри влетел Омаэда.

– Капитан! Капитан! Срочные известия! – Сой Фонг поморщилась. Этот боров был всё таким же громким, тупым и бесполезным. Вот кто так докладывает?

– Что? – коротко бросила подчинённому девушка.

– Касуми-Одзи… Они… Они… – начал тот мямлить.

– Не трясись! Докладывай, как подобает лейтенанту Второго Отряда, – рявкнула синигами. Крик подействовал. Ну, или Омаэда понял, что ещё немного, и никакие связи его уже не спасут – пребывающая во взбешённом состоянии вот уже который месяц капитан таки дойдёт до ручки и прирежет гордого наследника не менее гордого клана.

– К нам обратились представители клана! Гёкаку Кумои… Говорят, он сошёл с ума, перебил всех, кто был рядом с ним, а после совершил самоубийство!

– Ч-чего?! – сказать, что капитан была сильно удивлена – изрядно преуменьшить её состояние.

– Пятый офицер с группой следователей уже на месте происшествия. Я направился к вам с сообщением…

– Ясно. Нему, – повернулась девушка к своей собеседнице, – я пришлю к вам пару следователей, пусть допросят пленника как следует.

– Хорошо, Сой Фонг-доно, – поклонилась «дочь» Маюри.

– Омаэда, веди.

– Куда? – не понял толстяк.

– На место преступления, идиот! – поднявшееся было после встречи с Сагарой настроение вновь опустилось на привычную отметку раздражения на всё живое.

На месте резни уже вовсю кипела деятельность. Члены второго отряда обследовали тела, изучали следы и составляли первичный рапорт.

– Куруми, докладывай, – ознакомившись с вещдоками в виде записки и безнадежно поврежденного нечто, с реацу, отдалённо напоминающей ту, что источало оружие убийцы из Мира Живых, обратилась капитан к своему пятому офицеру – выглядящему лет на пятьдесят сухопарому мужчине без каких-либо выразительных и запоминающихся черт. Впрочем, это можно было сказать о подавляющем большинстве синигами, входящих во Второй Отряд. «Ярких индивидуальностей» здесь не жаловали.

– Предварительный вывод – убийство, что попытались замаскировать под «зачистку под раскаянием с последующим самоубийством».

– Основания для подобных выводов?

– Характер ран. Гёкаку Кумои был довольно невысокого роста, но судя по расположению ранений на телах жертв, убийца должен был быть выше него на голову или даже больше. К тому же… Мы не обнаружили следов борьбы. Работал явно опытный и сильный ликвидатор – его жертвы до последнего не замечали опасности. Более того, смертельным во всех случаях был именно первый удар. Остальные если и наносились, то лишь для отвода внимания. Исходя из показаний свидетелей, глава побочной ветви не обладал ни нужными навыками, ни необходимой силой. Здесь был кто-то ещё, но его следов обнаружить пока что не удалось.

– Ясно, что-нибудь ещё?

– Да, – кивнул старший следователь. – Внизу мы обнаружили полностью уничтоженную и сожжённую лабораторию. Очевидно, именно там производилось то самое «проклятое оружие», о котором упоминается в записке. И есть ещё одна странность… – замялся офицер.

– Говори, – поторопила его капитан.

– Точное заключение выдать можно будет только после заключения нашего отдела криптографов, но предварительно… И признание, и предсмертная записка были написаны рукой Гёкаку Кумои. При этом написаны ровно, чётко, без помарок или дрожания руки. То есть обе записи написаны без принуждения.

– Что противоречит версии с посторонним убийцей, – кивнула своим мыслям капитан.

– Да, мы собирались отправить записи на проверку подлинности прямо перед вашим появлением, Фонг-сама.

– Хорошо, отправляйте, – дала разрешение девушка. – Держите меня в курсе событий. Я буду у себя.

– Есть, – поклонился офицер и вернулся к своим делам. Капитан ушла в сюмпо – у неё появилась пара мыслей, требующих срочного обдумывания.

Около двенадцати часов спустя. Кабинет капитана Второго Отряда.

– Бред! Или всё же нет? Но какая наглость, хотя… должна признать, это бы всё объяснило… И было бы в его стиле, – Сой Фонг вновь углубилась в папку с данными по делу Касуми-Одзи. Работа следователей была окончена буквально пару часов назад, но вот результаты… Результаты иначе, чем бредовыми, назвать было нельзя. Итак. Всю ту небольшую толпу убийц вырезал один человек, обладающий прекрасными навыками скрытности и поступи. Но записку написал именно Гёкаку Кумои. Без принуждения и тем более пыток. Без использования психотропных препаратов. Он был полностью спокоен и сосредоточен. Но лабораторию сожгли «Сёкацуем», причём очень мощным. Уровень лейтенанта минимум. Но никого даже близкого по уровню сил в доме не было. Точнее, не было следов присутствия. Девушка перевела взгляд на соседнюю папку. Раньше она была довольно тощей, но с тех пор несколько набрала в весе и объёме.

– Капитан четвёртой дивизии Омницукидо. Даисуке Сагара. Скрытность – уровень старшего офицера Второго Отряда Готэй-13. Скорость – уровень старшего офицера Второго Отряда Готэй-13. Запас реацу – уровень капитана Готэй-13. Стиль боя – неизвестен. Тип занпакто – неизвестен. С его слов – небоевой шикай, банкая нет. Уровень владения Кидо – неизвестен, по косвенным данным – не ниже младшего офицера, – девушка вспомнила смонтированную «шуточную» запись и испытала ряд трудноклассифицированных эмоций. – В инциденте с баунто уничтожил одного из вторженцев. Свидетелей боя нет. Следов и образцов реацу – нет. Несколько раз был замечен в Сэйрэйтэе, имел контакты с группой Временного Синигами Куросаки Ичиго и Кучики Рукией. Как в Обществе Душ, так и в Мире Живых. Больше достоверных сведений нет. Опросы сослуживцев результатов не дали. Что-то слишком серьёзно для простого «почтальона». Больше напоминает элитного телохранителя, приставленного к Кучики… Или ликвидатора… Всё же у Совета 46 тоже обязаны быть люди для деликатных поручений, но не вносить же их в картотеку таким образом? – Сой Фонг задумчиво прикусила кончик кисточки. – Да и рост совпадает… К тому же та его фраза о «прогулке» после всего услышанного… Но вот что тогда с запиской? – девушка прищурила глаза. – «Небоевой шикай»? А какой тогда? – кончик кисти несколько раз ударил по губам. – Нет… Слишком мало данных. Или всё же да? Нет, после Айзена нельзя рисковать… – кивнув самой себе, девушка обмакнула кисточку в чернила.

«Даисуке Сагара. Предположительно – телохранитель/ликвидатор. Возможный тип занпакто…»

В Мире Живых. Примерно в это же время.

– Не спится? – Ичиго выбрался на крышу здания, где сидела светловолосая девочка-подросток с изумрудно-зелёными глазами.

– Мы не могли уснуть, – она вздохнула. – Небо в Мире Живых… Оно такое красивое. В Обществе Душ всё совсем иначе. Спасибо, – вдруг сказала принцесса.

– За что? Я просто охраняю покой моего города… – чуть отвёл глаза парень.

– Не нужно, Ичиго. Мы – не дура и не ребёнок, как считают Энрю и Генрю. Мы знаем, что за нами охотятся и Гёкаку Кумои направляет своих убийц за нашей жизнью. И что ты взялся защищать нас.

– Э-э-э?.. Что?.. Откуда? – парень был в шоке.

– Мы всё-таки будущая глава клана Касуми-Одзи, – грустно улыбнулась девочка. – Мы благодарны, что Энрю и Генрю заботятся о нас, но мы не слепые и не глухие. Их неловкие улыбки и попытки сделать вид, что всё хорошо… Мы благодарны за них, но незнание об опасности делает эту опасность лишь сильнее.

– А у девчонки есть мозги, Король. Тебе есть чему у неё поучиться, – привычно прокомментировал квартирант у парня в голове.

– Завались, – столь же привычно ответил голосу в голове временный синигами.

– Ну… Э-э-э, всегда рад помочь…

– Твоё красноречие не знает границ! – продолжал квартирант. – Тут летний вечер, звёздное небо, грустная девушка, которая говорит тебе спасибо, но всем своим видом просто молит, чтобы её утешили и поддержали, и всё, на что тебя хватило – это «всегда рад помочь»? Ты серьёзно? Нет… Ты даже не конь, ты – конченный ишак. И с таким подходом сдохнешь девственником!

– Кха-кхе, – подавился воздухом (и возмущением, да) парень.

– Ичиго?

– Эм… Да… Что-то не в то горло попало, – бедный Куросаки не знал, что делать. – Заткнись, Заткнись, чёртов набор инстинктов! Она же ребёнок!

– Это ты акселерат-дегенерат, а она может быть старше твоей бабушки. Не говоря о том, что в Обществе Душ она уже считается полностью взрослой. Так что не тупи и хотя бы утешь её, кретин! Или, клянусь ГЕККом, на следующей тренировке я буду убивать тебя долго и с выдумкой! – последняя угроза имела не шуточную опасность для нервов и чувства собственного достоинства Куросаки. Да и кое в чём его квартирант всё же был прав, а потому, осторожно и неуверенно, но парень обнял сидящую рядом с ним блондинку, ожидая в любой момент удара и злого окрика. Но в ответ… та лишь прикрыла глаза и прижалась к нему, чуть улыбаясь.

– Ты тёплый… Давай посидим так… ещё немного, – чуть сонно попросила Луричиё, а Ичиго поймал себя на том, что в этот вечер девочка открылась для него с новой, неожиданной и, чего уж там, приятной стороны. Избалованная и капризная принцесса могла быть и мудрой, понимающей и… Так, куда-то не туда его начало нести! Это Пустой во всём виноват, однозначно!

Но долго наслаждаться тишиной и покоем не получилось. По чувствам ударило появление чужой реацу. Её было не много, но и не так уж и мало, но главное – это чуть гниловатый привкус в силе. И подобное он уже ощущал ранее. Когда столкнулся с убийцей, вооружённым этим их Бакото, или как там это странное занпакто называлось? Осторожно внеся в комнату пригревшуюся и уснувшую девушку, парень присел рядом и «выбил из себя дух» своим удостоверением временного синигами.

– … – во внутреннем мире царило молчание. Очень такое… многозначительное.

– Давай уже, – вздохнул рыжий. – Я же чувствую, что ты что-то очень хочешь сказать.

– Да, но у меня просто нет слов, – с нотками отстраннённого потрясения в металлическом голосе сообщил Белый Зангецу. – Только ты перестаёшь тормозить, как случается какая-то фигня, что полностью запарывает атмосферу. Я даже не знаю, как подобную «удачу» назвать, – сейчас был один из немногих моментов, когда голос квартиранта не сочился ядом, не пытался издеваться и не звенел от ярости и предвкушения. – Кому же наверху ты так сильно подгадил, что у тебя такая карма?

– Набил морду половине Готэй-13, поссорился с Айзеном, чуть было не прибил последнего квинси… – начал вспоминать свои достижения Куросаки.

…вопрос снимается, – в голосе собеседника парню послышалось даже что-то вроде небольшого сочувствия. Показалось, наверное. – Если наложить на это твою природную тормознутость, то всё становится на свои места, – точно показалось!

– Да-да, а теперь, будь добр, умолкни – мне нужно оторвать пару голов, – раздражённо рыкнул в ответ синигами.

– Хе, вот такой подход мне по душе! – разразился привычным металлическим смехом пустой.

Несколько сюмпо, и парень увидел тех, кого до этого лишь чувствовал. Четыре духа: какой-то лысый карлик, иначе как «стрёмным» его не назовёшь, вооружённый то ли камой-переростком, то ли «недокормленной» косой; мужик в бежевом балахоне с вычурной нагинатой… или копьём; и два относительно нормальных индивидуума – худощавый парень с тонким клинком и мужик в тяжёлых латах с мощным полуторнирком… вросшим в его правую руку.

– Кто вы такие? Что вам нужно в моём городе?

– А то ты прям с первого взгляда не понял? – ехидно донеслось изнутри, а Ичиго вдруг действительно стало стыдно, но… не мог он просто так взять и начать рубить всех подряд. Быть может, удастся договориться? Парень сам в это не верил, но вдруг?

– Ханза Нукуи. Я здесь за жизнью принцессы Луручиё. Уйди с моего пути! – из внутреннего мира донеслось мерзкое хихиканье, будто Пустой искренне наслаждался этим диалогом.

– Я не позволю вам это сделать!

– Тогда ты умрёшь! – незваные гости пошли в атаку, и Ичиго пришлось прервать беседу и сосредоточиться на вещи несколько более важной – собственном выживании. И если один на один, да даже против двоих, он бы справился без проблем, то против четверых… У него не осталось выбора.

– Банкай! – сюмпо, уходя от града лезвий, что жутковатый карлик отращивал и метал прямо из собственной спины. Клинок устремляется к тощему, чуть дёрнуть цепью, меняя траекторию, и, – Гецуга Теншоу! – громила в балахоне получает поток реацу в лицо, а Тенса Зангецу возвращается обратно в руку, на обратном ходу перерезая горло карлику.

– Ублюдок! – рыкнул тощий и, полыхнув новой порцией гнилой реацу, создал вокруг себя дымовую завесу.

– Да хватит уже, – едва ли не рычал Куросаки. Пусть он уже принял и осознал, что стал убийцей, ведь пустые – это тоже души, пусть и искалеченные, вывернутые, но всё же… Да даже если и не брать их в расчёт, были и другие. Тот же Кария…. Но… Не думать. Не сейчас.

– Мы не остановимся, – вновь ответил представившийся Ханзой воин. – Принцесса Луричиё должна умереть. Таков был приказ Гёкаку-сама!

– Да зачем вам сдалась эта девочка? – пнув так и не представившегося тощего, синигами скрестил клинки с тяжелобронированным воином.

– Таков закон нашего мира. Она слишком слаба, чтобы быть главой клана, а потому она должна умереть, – непреклонно заявил убийца. – Веками мы были тенью клана Касуми Одзи, его карающим клинком, – новый поток реацу от меча, а броня на противнике трещит и лопается, открывая захваченное омерзительно выглядящими щупальцами тело воина. – Мы защищали клан и уничтожали неугодных. Мы – клинок, что скрывается в тени. И мы служим только сильному.

– Ублюдочная философия, – парень старался не смотреть на клинок противника – зеркало на цубе было ему уже хорошо знакомо, и вновь попадать под эффект парализации ему очень не хотелось. Вроде бы его противник хотел сделать что-то ещё, но давать ему сделать это «что-то» парень не собирался, а потому каждый раз отправлял Гецугу, стоило Нукуи лишь на мгновение остановиться.

– Таков наш мир. Таково Общество Душ! Сильный правит, слабый будет подчиняться или умрёт. И я докажу это, сокрушив тебя! – сила убийцы и поток направленной от него духовной энергии ещё немного возросли, но… – Аррргх!.. – щупальца, растущие из клинка, сдавили тело воина, вызвав полный боли и ярости вой. Тело и глаза противника засияли алой реацу, его крик стал ещё ниже, переходя почти в рычание, а духовное давление подскочило, но прошла пара секунд, и… он растворился в узле из щупалец. Несколько мгновений отвратительная тварь питалась, по-другому это было не назвать, а потом съёжилась, превратившись в небольшого осьминога с ярким жёлтым «глазом».

– Да что за хрень тут творится? – завершить мысль парень не успел – инстинкты буквально завопили об опасности, а сознание судорожно отметило, что последнего нападавшего он просто пнул, пусть весьма сильно и чувствительно, но ничего фатального или даже просто «нейтрализующего». Но…

– Сёкацуй! – поток синего огня буквально запёк последнего убийцу, пытавшегося проникнуть в дом. Пусть Рукии не хватало его скорости и силы, а потому успела она лишь на завершение драки, но, главное, успела.

– Спасибо, – кивнул парень, выходя из сюмпо рядом с девушкой. Только что он так или иначе, но убил четверых духов. Пусть очень неприятных, пусть для защиты того, кто сам не мог защитить себя, но почему-то… Почему в груди появилась эта тяжесть, ощущение усталости и… пустоты? Или во всём виноваты слова того воина? Сам он не мог понять, чувствуя себя полностью разбитым, а квартирант в кои-то веки решил проявить тактичность и просто молчал.

– Пойдём домой, Ичиго? – пристально глянув ему в глаза, осторожно спросила маленькая синигами, словно тоже ощущая состояние парня.

– Да, Рукия… Пойдём домой, что-то я устал сегодня, – Ичиго отменил банкай, и молодые люди неторопливо пошли внутрь дома. Небо на востоке начинало выцветать. А в перевёрнутом на 90 градусов мире улыбался Пустой. Всё шло по плану.

И ещё немного времени спустя. Резиденция Первого Отряда.

– …таким образом, Второй Отряд получил неопровержимые доказательства предательства и подрывной деятельности клана Касуми-Одзи в лице одного из его Старейшин, Гёкаку Кумои, – продолжала доклад Сой Фонг. – Более того, нашими специалистами при обыске в доме старейшины Кумои были обнаружены дневники с описаниями ранних опытов по так называемым Бакото. Данный проект вёлся кланом более сотни лет. Испытания проводились как на случайных жертвах, так и на… синигами.

– Что? Не может быть! Это недопустимо! – разошлась рыжая девушка за плечом молодого парня с седыми волосами.

– Лейтенант Мацумото, – чуть повернул к ней голову могучего телосложения старик, опирающийся на резной посох. Не было ни окрика, ни духовного давления, но даже мимолётного проявления внимания Главнокомандующего Ямамото Генрюсая хватило лейтенанту Десятого Отряда, чтобы прикусить язык и вытянуться по стойке смирно (к тщательно скрываемому удовольствию мужской части Капитанов).

– П-прошу прощения!

– Продолжайте, капитан Сой Фонг, – кивнул старик.

– Есть! – чуть поклонилась девушка. – В ходе расследования нам удалось выявить, что Гёкаку Кумои пленил, а позже использовал в качестве подопытного офицера Первого Отряда…

– Шиньецу Кисараги, – продолжил за руководителем «отдела внутренней безопасности» сам главнокомандующий, – мой ученик.

– Яма-джи? – вопросительно приподнял бровь капитан Кьёраку, также являвшийся учеником Главнокомандующего.

– Касуми-Одзи и их подозрительная активность давно попали в поле нашего зрения, но Совет 46 запретил предпринимать в их сторону какие-либо действия. И тогда Кисараги-кун вызвался добровольцем, он должен был проникнуть во владения клана и выяснить, что конкретно там происходит и как с этим связаны исчезновения в Руконгае. Но… он исчез сам, чтобы спустя немного времени появиться вновь вооружённым странным клинком. Точнее, одержимым им. Мне пришлось прервать его путь, – склонил голову Генрюсай, отдавая дань уважения своему ученику, впрочем, с учётом его возраста, вряд ли это была первая потеря на его веку. Старик давно привык.

– Капитан Амагай? С вами всё в порядке? – с лёгким беспокойством обратилась к чуть пошатнувшемуся коллеге Унохана Рецу. – Вы как-то побледнели.

– Да, всё хорошо, Унохана-доно, просто сказываются последствия вчерашнего отмечания с отрядом…

– Ну да, Амагай-кун совсем не умеет пить, – тихонько поделился со своим другом бессменный чемпион по литрболу Общества Душ.

– Обсудите это после собрания, – вернул присутствующих в деловое русло Ямамото. – Вам есть что ещё добавить, капитан Второго Отряда?

– Только то, что информация об изготовлении этого оружия, как и большая часть образцов, была уничтожена неизвестным диверсантом. У нас есть только прототипы и клинки рядовых исполнителей, уцелевших при зачистке так называемой «Кузницы Бакото».

– Есть указания на то, кто это сделал?

– Только рабочие версии. С высокой долей вероятности, это был агент Совета 46.

– Ясно, – чуть склонил голову старый синигами. – Продолжайте работать, капитан. На этом объявляю собрание законченным. Решение по Касуми-Одзи будет выдано следующим собранием Совета.

Чуть позже. То же место.

– Вы что-то хотели, капитан Третьего Отряда? – повернулся к подчинённому Ямамото. Собрание закончилось, и синигами разошлись по своим делам, так что присутствие старшего офицера было несколько необычным.

– Да. Я прошу рассказать вас о Шиньецу Кисараги, – ответил Амагай.

– Зачем тебе? – в голосе древнего духа послышалось лёгкое любопытство… что могло нести очень много проблем объекту этого любопытства.

– Я… – молодой (относительно) синигами прикрыл глаза. – Изначально я вступил в Готэй-13 только с одной целью. Выяснить о судьбе Шиньецу Кисараги и отомстить повинным в его смерти. Дело в том… что… Шиньецу Кисараги – мой отец.

– Вот как, – огладил бороду Ямамото. – Значит, Амагай – не твоя настоящая фамилия, – это было скорее утверждением, чем вопросом. – И раз ты вступил в Готэй не под своим именем… Ты подозревал, что к убийству твоего отца причастен кто-то из старших офицеров.

– Я… думал, что это были вы, – признался капитан. – Но теперь… я просто не знаю, что делать. Всё стало каким-то бессмысленным.

– В намерении выяснить обстоятельства гибели отца нет ничего плохого. На службе ты зарекомендовал себя стоящим офицером и грамотным командиром. Мне нужны такие подчинённые… а Третьему Отряду – такой Капитан, Амагай Сюске.

– Н-но… я же… – замялся синигами.

– Мысли и намерения ничего не значат, пока они не стали делами. Твои же дела показали тебя хорошим капитаном. Приведи свои мысли со своими делами в одно русло. И возвращайся к своим подчинённым.

– Д-да, сэр! Спасибо, Ямамото-сама! – поклонился лидер отряда, обещая себе оправдать возложенное на него доверие и продолжить дело отца.

– Что же касается истории Кисараги… Хорошо, я расскажу о том, как служил твой отец и что там произошло, – старик задумчиво огладил бороду и ещё раз прошёлся взглядом по Амагаю. На этот раз взгляд был куда более цепким. Оценивающим. – Но сперва я хочу задать тебе ещё один вопрос. Твой отец был моим учеником. Он был талантлив, пусть и не успел раскрыть свой талант в полной мере. Я вижу его талант в тебе и предлагаю свою помощь в его огранке. Твой занпакто, как и мой, относится к огненному типу. Я могу помочь раскрыть его потенциал.

– Вы… предлагаете мне стать вашим учеником? – капитан не мог поверить собственным ушам.

– Да, – офицеру на миг показалось, что Главнокомандующий чуть улыбнулся, хотя разглядеть подобное за столь внушительной бородой… Должно быть, действительно показалось. Что же касалось предложения древнего синигами… ответ мог быть только один.

– Я буду вам безмерно благодарен, Ямамото-сенсей, – ещё раз склонился в поклоне Сюске.

– Ну что же, – фигура Главнокомандующего неуловимо изменилась, точнее, ощущение от неё. Ещё миг назад это был просто лидер, могущественный дух, но и всё. Сейчас же… Капитан поймал себя на мысли, что, возможно, вот так вот сразу соглашаться было не такой уж блестящей идеей, – начнём со следующей недели. Уладь срочные вопросы и передай дела своему лейтенанту. Потом возвращайся сюда, и я начну свой рассказ.

– Есть! – принял к исполнению приказ Наставника капитан и поспешил откланяться. Сделать предстояло много, а вот времени – в обрез. И для начала, нужно было избавиться от Третьего Офицера. Его участие было необходимо для плана мести, но с учётом новых реалий держать в отряде и покрывать синигами, который только действиями в рамках своей службы заработал себе пару тысяч лет в Гнезде Личинок, не говоря уже о «внеслужебной деятельности»… Нет, это было точно лишним. Впрочем, для Отряда Разведопераций Омницукидо подобное было пусть случаем не частым, но вполне рабочим, а среди высокопоставленных тюремщиков у него осталась парочка должников. Третьему Офицеру предстояло бесследно исчезнуть в самое ближайшее время.

А тем временем в Хоэко Мундо.

– Ску-у-учно, – тихим голосом пожаловалась Сёри своей подруге, с грустным видом лёжа животом на диване. – И у меня уже голова пухнет от всей этой письменности… Кто вообще додумался до трёх видов письма, применяемых в зависимости от обстоятельств? – уже совсем перейдя на едва различимый шёпот, проворчала она в обивку мебели.

– Угу, а ещё эта корова фиолетовая. То, что она занималась каллиграфией, не даёт ей права смотреть на нас свысока! – вторила ей Кин, нахохлившись в кресле, куда забралась с ногами. – Может, пойдём потренируемся?

– Хм… – задумалась арранкарка, потеревшись щекой о мягкое сиденье. – Лоли и Меноли оккупировали кухню, – принялась всё столь же тихо перечислять девушка, – Мидори пропадает в лабораториях Ран’Тао, Чируччи хочет туда же… До занятий у Ичимару ещё четыре часа… Ну, можно. Только позовём Апачи, Милу-Розу и Сун-Сун.

– А может, не надо? – возразила подруга. – После того «проявления приязни» от Тии-сама… Не то чтобы мне не понравилось, но без Алукарда-сама это как-то… не столь приятно. Да и начинать с подобного тренировку… Ведь совсем настрой убьёт.

– Хм… – вновь задумчивое хмыканье. – Тогда Гриммджоу и его парни?

– Фракция недотягивает и будет скучно, – вздохнула девушка с маской в виде костяных ушек. – А сам «бойцовый кот», как его называет Алукард-сама, всё-таки немного слишком для нас. Сдерживаться он не умеет, а если будем атаковать вдвоём… Тем более, – буркнула она опустив носик к коленкам. – Хозя-я-яин может огорчиться.

– Это же просто тренировка, – ответила Сёри, по-прежнему не отлипая щекой от дивана. – Всё будет в порядке. Или лень?

– Мне не лень! – вскинулась кошка. – Ну… Разве что чуть-чуть. Без Мастера скучно. И грустно. А он опять ушёл и не взял нас с собой.

– Сама же предлагала, – поникла и вторая девушка.

– Угу, но без Хозяина плохо…

– Ладно-ладно, мне стыдно, уговорили, – неожиданно донёсся от входа знакомый голос.

– Господин Алукард? – дружно повернулись фракционы и… – Вы вернулииись! – повисли на обозначившем своё появление Примере.

– Да, я снова дома, – улыбнулся тот. – Так что там было с «выражением приязни» Тии?

– О! Думаю, – арранкарки хитро переглянулись между собой, – мы сможем вам это продемонстрировать…

– Звучит интригующе, – ухмыльнулся Примера.

И снова Мир Живых и Временный Синигами.

– Ну, вот и всё. Угроза миновала, – чуть неловко улыбнулся Куросаки, – и ты можешь отправляться обратно домой, – «коллеги» Рукии связались с ней сегодня с утра и рассказали о радикальном разрешении вопроса с Кумоем и его планами.

– Да. Мы благодарны тебе… всем вам за помощь и поддержку, – прикрыла глаза девушка.

– Да мы толком и не участвовали, – смутилась Иноуэ. – Это всё Куросаки-кун…

– Всё равно, – покачала головой принцесса. – Знать, что у нас есть друзья – это очень приятно. И… мы хотели сказать кое-что ещё… – теперь в голосе главы клана Касуми-Одзи звучала некоторая неуверенность, но, поборов минутную слабость, Луричиё продолжила. – Возглавлять клан в одиночку – очень сложная задача, а потому мы… мы… называем Куросаки Ичиго своим будущим мужем и главой!

– Ч-чего?! – выпучил глаза рыжий, натурально отшатнувшись от девчоки. – К-каким мужем?!

– Вот это поворот, – с тем же охренением в голосе согласился с парнем его несносный квартирант.

– Это – огромная честь, Куросаки, – как всегда надменно начал Энрю. – Как ты смеешь отвечать с таким пренебрежением к словам Луричиё-сама? – его извечный молчаливый спутник сурово покивал, соглашаясь с товарищем.

– А?.. Э?.. Н-но… Лури-тян, так же нельзя! – в голосе Орихимэ сквозила настоящая паника. – Как можно в таком возрасте думать о браке… и… и вообще! – что это было за «вообще», парень понимал смутно, а вот восхищённый присвист из внутреннего мира намекал, что его сожитель разобрался куда как лучше. В любом случае, это не имело смысла.

– Кхм… Лур… – начал было рыжий, но… – Ай! Ты чего? – повернулся он к метко пнувшей его под коленку Рукии.

– Молчи, дурак, – сквозь стиснутые зубы прошипела парню маленькая синигами. – Это официальное намерение о помолвке от представительницы высшей знати, сделанное в присутствии свидетелей. И если ты сейчас ляпнешь что-то не то, на тебя может объявить охоту вся аристократия Общества Душ во главе с моим братом и капитаном Сой Фонг.

– Ёк, – сглотнул парень. Пусть он не боялся драки, но и получать толпу врагов на ровном месте желанием не горел, а уж то, что Рукия в таком случае будет выедать ему мозги чайной ложечкой очень и очень долго, было очевидно.

– Мы весьма благодарны за столь щедрое предложение, Луричиё-доно, – поклонилась Рукия. – Но не могли бы вы уточнить, с чем связано подобное желание и время подготовки церемонии?

– А… – парень, понявший, что без него его женили, хотел было вновь возмутиться, но с силой опустившаяся на его стопу ножка девушки вновь помешала этому благому намерению.

– Ичиго, – застенчиво улыбнулась Луричиё, – такой добрый… и надёжный… и красивый. Он нам очень понравился и тогда, ночью, на крыше, когда мы были одни, и он обнял нас… – принцесса залилась румянцем и ушла куда-то в свои грёзы. – Нам было так хорошо и спокойно…

– К-куросаки-кун и Лури-тян… ночью… одни… – Иноуэ тоже ушла в грёзы, на её лице отчётливо виднелась борьба различных эмоций. – А после этого ему говорят жениться… – грустно продолжила девушка, вновь радуя окружающих целой волной противоречивых эмоций.

– Что?! Что ты сделал с Луричиё-сама, ублюдок? – бешеной белугой взревел Энрю и потянулся к занпакто.

– Да вы совсем спятили? Мы просто сидели на крыше! – сделал шаг назад Куросаки.

– Зря ты начал оправдываться, Король. Да ещё и отступил. Если жертва бежит, желание догнать и разорвать её становится только сильнее, – слова Пустого подтвердились почти сразу же. Генрю также взял в руки меч и очень недобро глянул на парня.

– Хм… – мудро сказал Садо и просто отступил в сторону. Пусть он и обещал драться за Ичиго, но порой бывают ситуации, когда мужчина должен сам нести ответственность за свои поступки. Исида последовал за товарищем. Ибо Гордость Квинси говорила, что синигами должны страдать.

– Не обращайте внимания… Мальчишки и их ритуалы, – поспешила представительница клана Кучики отвлечь правительницу Касуми-Одзи от того безобразия, что устроили эти придурки. Сама девушка хотела придушить идиотов, но вынуждена была сдерживаться. Всё-таки она пусть и из клана, что выше по положению, но она – рядовой член, пусть и является названной сестрой главы. Луричиё же – полноценная глава, и если что-то пойдёт не так… Они-сан будет очень разочарован, а этого Рукия допустить не могла. Но и бросить Куросаки она не могла тоже. – Но всё же, почему Куросаки-сан? Я слышала, у вас есть жених…

– Сью всегда был нам другом, – кивнула блондинка, – и другом останется, но за всё время знакомства с ним мы никогда не испытывали того, что испытали с Куросаки-куном всего за один вечер. Ичиго удивительный… – «идиот» – хотела продолжить Кучики, но всё же сдержалась.

– Да, но помолвка…

– Мы твёрдо решили! – непреклонно заявила девушка. – Но понимаем, что для него это очень неожиданно. К тому же нам потребуется убедить Старейшин и… И завоевать самого Ичиго! Думаю… лет пятьдесят хватит.

– Пя… пятьдесят? – в шоке переспросила Рукия. – Но ведь этого очень мало! Для столь ответственного решения и ста лет может не хватить!

– За-завоевать? – от лица рыжей красотки можно было прикуривать. – П-принцесса завоёвывает Куросаки-куна… Неужели… в латексном корсете и с плёткой… и… и… вааай! – зажмурилась девушка.

– Чего это с ней? – не поняла означенная принцесса.

– Не обращайте внимания, Луричиё-доно, просто в Мире Живых несколько иные традиции, и для Орихимэ наши обычаи кажутся странными, – а вот глаза Рукии уже загорелись. – Но давайте обсудим будущий интерьер на мероприятии. Кролики Чаппи весьма популярны, и, думаю, оформление в подобном стиле будет смотреться прекрасно…

Пробегающий мимо Куросаки, за которым гнались два разъярённых дуболома, всё же успел заметить и горящие щёки своей рыжей подруги, и заговорщицки склонившуюся к блондинке Рукию… Да и интуиция подсказывала, что он в очередной раз попал. И в свете этих событий мысль с обращением в Хоэко Мундо для предоставления политического убежища, а то и иммиграции, уже не казалась такой глупой. Да и плакатики, опять же…

Нет, Король. Список перечисленных тобой прегрешений всё же не тянет на ТАКУЮ карму. Ты ничего не забыл? – во внутреннем мире тихонько угорал его несносный клинок, получая искреннее удовольствие от злоключений своей «гуманной» половины. Жизнь продолжала бить ключом.

Хоэко Мундо. Алукард.

Пару дней я просто отдыхал, телом и душой. Нормальные, адекватные разумные, чётко понимающие свою роль и своё место в иерархии. Никакого идиотизма, кривляний и необходимости изображать из себя няньку. Только оказавшись дома, понял, как же на меня всё это давило, а вот вернувшись, вдохнув «воздух», наполненный знакомыми отрицательно заряженными спиритонами, и обняв своих фракционов, смог счастливо улыбнуться. Для полного постижения дзэн и ухода в нирвану не хватало только Нел и Сой-тян. Ну и зайти на чай к Тие… ещё раз… будет очень даже неплохо.

Мысли о «впавшей в детство» арранкарке несколько подпортили настроение и по цепочке ассоциаций сместили нить размышлений в другую сторону. Айзен, его планы и исполнители. И если сам мятежный синигами был всё так же недосягаем и невозмутим, и знал «всё и обо всех» – во всяком случае, никаких отчётов он с меня не спрашивал, а вот об успешном завершении очередного этапа моей миссии уже знал и даже поздравил, всё с той же лёгкой улыбкой на лице. То вот с исполнителями было куда интереснее.

После отдыха я первым делом посетил Ран’Тао и сгрузил ей партию бакото и документации по ним (в которые сразу вцепился мёртвой хваткой Действительно Последний Баунто), заодно поинтересовавшись, как идут дела. Дела шли неплохо. Айзен, как и обещал, подогнал множество интересных «игрушек», в функционале которых лично я не понимал вообще ни черта, но вот синигами-учёная едва ли не слюной захлёбывалась, периодически выдавая что-то вроде «если бы нас так родное начальство обеспечивало, наши космические корабли уже вовсю бы бороздили просторы Большого Театра». Такой энтузиазм был похвален, но нужно будет налечь на занятия с утроенной силой – это сейчас сия дама на нашей стороне и вроде как не сильно дружит с проводниками душ, но что может случиться завтра? Конечно, выловленные мной пустые и Мидори с Чируччи в первую очередь служат мне, а не ей, вот только знаний для того, чтобы не то что проконтролировать, но и зачастую просто понять, что делает синигами, нам сильно не хватает. А в мире духов от разработки теории до «я собрал оружие судного дня, и сейчас к вам всем придёт пушной зверек» может пройти всего пара дней, если не часов. Впрочем, я уже размышлял по этому вопросу. Пусть Ран’Тао смотрится куда адекватнее Заэля, и жажды силы и, как следствие, власти, обязательных для почти любого арранкара, за ней не замечено, но всё же… Мысль применить на ней способности Мурамасы после нормального их освоения казалась очень привлекательной. Просто на всякий случай. Но это – вопрос будущего. В настоящем же мы имеем уже относительно нормально работающую структуру, имеющую право называться Научным Крылом. Из чего следует вывод, что… Заэль мне больше не нужен, и я наконец-то могу удовлетворить свою жажду мести, хотя бы частично. Ноиторру следовало отдать Неллиель. Он – её законная добыча, да и с точки зрения… ммм… «психологии пустых», не отомсти она лично, нет… парией считать её не станут, всё же сила уровня первой половины Эспады – это очень серьёзный аргумент, но вот от косых взглядов избавиться будет сложно. А зачем доставлять лишние неудобства девушке?

Итак, Заэль. Можно, конечно, просто прийти к нему в лабораторию и у всех на виду оторвать голову, но, откровенно говоря, это не самый лучший вариант. Бесспорно, не удержи меня тогда Соске, именно так я бы и поступил, но вот имея время всё обдумать… Подобный шаг сейчас может оказаться очень большой свиньёй в будущем. Ведь что, в первую очередь, привлекает пустых в Лас Ночес? Ну, помимо избавления от страха регресса. Почему даже побеждённая и сломленная Чируччи едва ли не больше смерти боялась быть выкинутой обратно в пустыню? Ответ, как ни странно, тривиален. Безопасность и стабильность. Отсутствие необходимости у слабых дрожать за свою жизнь, едва почувствовав приближение кого-то более сильного. Разумеется, есть кретины типа того же Ноиторры, что могут просто пришибить нумероса по настроению, но подобное, с точки зрения даже тех же нумеросов – «оправданный риск» и всяко лучше, чем возвращение в пустыню. Однако если пришибать начнут элиту, тем более займётся этим «первый после Бога»… Нет, может и сойти с рук, но может и не повезти. Тогда начнётся стремительное откочёвывание населения. Что-то вроде «лучше быть живым одиночкой без страха регресса в пустыне, чем случайной жертвой шефа-психопата в дружной толпе». Это я ещё не говорю о том факте, что местные нумеросы пока не осознали простую истину: это здесь они считаются слабосилками и, чего уж там, отбросами. А вот в пустыне даже самый никчёмный из них имеет шансы завалить средненького адьюкаса, а наиболее развитые если не прикончить Вастер Лорда, то уж свалить от него будут способны точно. В общем, давать своим будущим слугам (всё-таки Айзен был прав, и с Жадностью у меня действительно есть некоторые проблемы – выпускать из своих рук хоть что-то ценное мне очень и очень не нравилось) лишний раз задумываться о том, что на вольных хлебах может быть куда как сытнее и приятнее – не самый разумный вариант действия. Даже если я сгущаю краски, и все только пожмут плечами.

Вариант второй. Просто отправить Кин или Сёри бросить ему вызов за место в Эспаде, и в ходе разборок арранкарки могут чуть-чуть «перестараться». В девушках я был уверен, любая из них была вполне способна прикончить нашего маньяка-учёного, благо инициатива будет не на его стороне, а значит, в заготовленном наборе подлых трюков у него вряд ли найдётся что-то специфическое специально под них. Гибель пустого во время «выяснения места в иерархии» – вполне укладывающееся в логику и мировоззрение обитателей Лас Ночес явление и шевелений не вызовет точно. Но оставался вопрос с «нычками» этого учёного. В таких подробностях канон я не помнил, что и когда этот тип мог накрутить, достоверно не знал. Точно была «закладка» неких духовных паразитов в его брате, но когда она образовалась? И был ли это предел его возможностей? Историю я помню уже плохо, но ощущение, что тема возрождения через чужое тело тут вполне актуальна, на грани сознания зудит. Или это «наводка» от Маюри?.. В любом случае, рисковать и давать шансы возродиться Заэлю в теле кого-то из арранкаров я был не намерен, а прикончи его кто-либо без моего Полного Поглощения – и совсем не факт, что Октава Эспада не сможет вернуться из небытия. Я и так не уверен, что не придётся вырезать всех его помощников, опять же, на всякий случай.

В итоге, решил остановиться на варианте три – «несчастный случай в лаборатории». Никаких вопросов не вызовет, можно будет под шумок убрать всех подозрительных или просто ненужных пустых, ну а то, что никаким несчастным случаем там и не пахнет, простым нумеросам и даже членам Эспады не понять. Не привык наш вид к «подковёрной борьбе», как раз только Заэль и демонстрировал зачатки чего-то похожего с этими его ядами, засадами и духовными паразитами, и то дальше применения «подлых трюков» именно в бою он так и не продвинулся. Что, честно говоря, не могло не радовать. Оставался, конечно, Айзен и другие капитаны синигами, но наш «Отец Народов» сам дал мне отмашку в своё время и разрешение не отзывал. А Белочке и… Капитану было как-то всё равно. Хотя нет, первый бы мне ещё и приплатил, случись такой же «несчастный случай» ещё и с Ноиторрой. Что поделать, грустно Гину было от попыток научить его грамоте, очень грустно…

В это же самое время на другом краю Лас Ночес.

– Эй, что за дела? – возмутился Ди Рой Ринкер, вместе с приятелями возвращаясь с полигона. – Тут же был коридор! Откуда стена?!

– Я без понятия, – почесал висок Эдрад Лионес, непонимающе таращась на препятсвие к их аппартаментам.

– Тут какая-то писулька висит, – заметил на стене табличку с иероглифами и каким-то знаком Наким Гриндина.

– И чего написано?

– Эм… Жи… вы… Я не помню, как это читать!

– Пагади-пагади! – засуетился Ди Рой. – Я знаю, Ичимару-сама что-то такое нам показывал, вот эта закорючка читается как «Ку»! – арранкар ткнул в один из символов.

– А чего дальше, и чё это значит? – заинтересовался Эдрад.

– А я знаю?! Вы же рядом сидели! Что Ичимару-сама объяснял?

– Да я не слушал, у меня на третьей минуте башка отрубилась, – вновь почесал висок здоровяк.

– А я спал с открытыми глазами, – тут же присоединился к теме Наким.

– И чего делать?

– Ну… Тут нужен Шаолонг, он, кажется, что-то понимал в этих людских каракулях.

– Тьфу ты… – сплюнул с досады Лионес. – Надо было слушать капитана…

В этот момент Ичимару Гин за поворотом триумфально улыбнулся.

– Да нахрена! – всплеснул руками Ринкер. – Раздолбаем стену и пойдём дальше!

– Точно! – обрадовались идее ещё два голоса.

По коридорам Лас Ночес прокатился резкий глухой звук удара и грохот, а улыбка медленно покинула лицо бывшего капитана Третьего Отряда.

И вновь Алукард…

Приняв решение, не стал откладывать его в долгий ящик и засобирался на прогулку.

– Ммм, господин? – приоткрыла глаз Сёри и сладко зевнула. На миг меня посетила постыдная мысль, что Заэль ждал своей участи уже с год по времени Хуэко Мундо, и ещё пара часов ни на что не повлияет, но момент слабости прошёл быстро – если постоянно откладывать казнь, то она и отмениться в конечном итоге может, а это точно было недопустимо.

– Спи, я скоро вернусь.

– Мррр, – глаз закрылся, а лежащая с другой стороны Кин была схвачена и притянута в качестве подушки для обнимания.

Перед выходом я тщательно спрятал все отличительные черты и переоделся в безразмерный белый балахон, заодно замотав лицо на манер прокажённого. Всё-таки в Лас Ночес полным полно камер наблюдения, и пусть Айзен и так всё будет знать, банально сопоставив ощущения от моей реацу с исчезновением реацу Заэля в момент их сближения, но давать зацепки остальным всё равно не надо. Дом я покинул на максимальном ускорении сонидо, так что даже камеры ничего не рассмотрят, а весь путь до лаборатории вивисектора занял не более пары секунд. Далее пришлось немного постараться, чтобы не попасть никому на глаза, но, к счастью, я чувствовал всех, а вот меня во всём городе ощутить мог только Айзен, потому вовремя избегать случайных встреч в коридорах получалось без особого напряжения сил. И вот я уже в святая святых, наблюдаю, как Заэль увлечённо режет прикрученного к столу бедолагу, попутно разговаривая с ним и вещая что-то на тему Совершенства и Идеала, такие вещи как наркоз или обезболивание, разумеется, не предполагались. Мне разговаривать с ним было не о чем, хотя, признаю, на миг мелькнуло желание побыть джентльменом и обменяться парой фраз и обвинений с противником, скрещивая с ним мечи. Бррр, идиотия и традиции Общества Душ начали и меня пронимать! Срочно лечиться!

После осознания данной мысли всё и закончилось. Рука, усиленная дополнительным вливанием реацу, пробивает голову местного доктора Менгеле, и я сразу же активирую свою способность, с отвращением чувствуя, как поток гнили проходит через мою сущность. Будто мне Маюри мало было. Тем не менее предосторожность оказалась не лишней, я ощущал, как буквально выдираю, хмм… «куски Заэля» откуда-то издалека. Чёртов лич со своей филактерией! Но вариант интересный, возможно, имеет смысл посмотреть, как он этого добился и какие это несёт последствия, ведь случаи в жизни бывают разные. Особенно если имеешь дело с Айзеном.

Закончился процесс минут через пять, информации с арранкара-учёного урвать я даже не пытался – ощущений от Куроцучи мне хватило за глаза, но вот притянуть и вырвать сущность, умудрившуюся как бы распределиться между несколькими носителями, было непросто. Зато теперь уж точно не возникнет проблем. Во всяком случае, на этом направлении. Как финальный штрих – прикончить «подопытный образец», и так уже обеими ногами стоящий в могиле, да выпустить немного полупереваренной сущности розововласки. Теперь любой пустой, попавший в эту комнату, будет уверен, что наш маньяк-учёный зачем-то пытался впихнуть кусок себя в этого нумероса (что чистая правда), но что-то у него пошло не так, и в итоге незадачливого экспериментатора просто развеяло. Бывает.

Лабораторию я покидал в приподнятом настроении – всё прошло быстро, чисто и без осложнений. У Ран’Тао в ближайшее время может появиться несколько дополнительных лаборантов, имеющих некоторое количество мозгов и даже кое-какой опыт, ну а мне нужно будет проверить их на всякий случай. Да и братца Гранца из фракции Гриммджоу стоит осмотреть, если он, конечно, выжил. Всё-таки откуда-то я кусок арранкара-исследователя вытащил, и здравый смысл и те знания, что у меня уже есть, говорят, что работать с «родственником» всяко проще, чем со случайным пустым. Моральную сторону вопроса опустим – с ней у нашего вида и так проблемы, а уж у таких типов, как Заэль – и подавно.

Моё благодушное настроение продержалось недолго. Стоило мне только выйти из комплекса, как передо мной зависла Адская Бабочка и…

– Алукард, будь добр зайти ко мне, когда закончишь свои дела, – пригласила меня на ковёр к дорогому начальству. Извещение сразу после ликвидации не устраивающей меня личности… М-да. Первая мысль была чем-то между «нужно свалить» и «нужно подготовиться к драке», но за ней вовремя подоспела вторая, куда более рациональная – хотел бы Айзен меня прикончить, размениваться на приглашение он бы не стал, а сразу бы атаковал. Разумеется, был вариант с «заманиванием в ловушку» и прочие конспирологические теории, но это имело бы смысл, будь мы сопоставимы по уровню, тогда преимущество от засады очевидно. Но при расхождении на порядок или чуть меньше (всё-таки я успел немного отъесться и развиться за счёт силы синигами) все подобные телодвижения – просто пустая трата времени. Так что я просто пожал плечами и переместился к любимому балкону начальства – «совершенно случайно» мои дела закончились только что.

– Звал? – я вошёл в зал. Всё было как всегда: выключенные мониторы, кресло, столик и белый кофейник на нём. Ну и владелец Лас Ночес, восседающий в кресле и смакующий напиток из белой чашки.

– Ты быстро, – констатировал факт Айзен.

– Как раз закончил дела перед получением бабочки.

– Как раз по этому поводу я и позвал тебя, – синигами отхлебнул из чашки. – Поскольку в Эспаде вновь образовалась вакансия… – и многозначительно замолчал, наблюдая за моей реакцией.

– Хмм… – ну а я что? Не оправдываться же.

– Я не предлагаю кому-то из твоих фракционов занять место Октавы. Если, конечно, у них нет соответствующего желания, – лёгкая улыбка скрылась за очередным глотком. Оба мы понимали, что такого желания у моей фракции нет. Возможно, Чируччи была бы не против, но вот её данное предложение не касалось.

– И что же тогда? – чуть шевельнулось любопытство где-то глубоко внутри. Или это наш учёный ещё не до конца переварился?

– Поисковые партии наткнулись на странную аномалию вот в этом районе, – взмах рукой, и экран оживает, транслируя изображение карты Хоэко Мундо, по мне – ничем не примечательный кусок бесконечной пустыни, если верить масштабу и указателям, от нас эта область отстояла этак на пять-семь тысяч километров. Довольно солидное расстояние даже для сонидо. Хотя ничего удивительно тут не было – все ближайшие и не очень окрестности Лас Ночес были изучены вдоль и поперёк, вот и забираются партии неудачников-поисковиков с их «Великой Миссией» всё дальше. Правда, я не ожидал, что Айзен как-то их отслеживает. С другой стороны, почему бы и нет? Даже для меня налепить кидо-следилку – задача нетрудная, а уж Соске подобное наверняка может провернуть вообще одним мимолётным желанием. Или вообще встроить в татуировку номера. Или… Да вариантов тьма и ещё немного сверху. Да и какая разница, по большему счёту?

– И в чём же заключается странность?

– Никто из отправленных на поиск арранкаров, что вошли в эту область, не вышел назад. Более того, их уже нет в живых. В прошлый раз визит Неллиель Ту Одершванг в похожую область закончился твоим появлениям в наших рядах, – значит, в той зоне может быть или хорошо отъевшийся адьюкас, или Вастер Лорд. Или… кое-кто ещё более интересный, в конце концов, в той информации, которую я помню, нет упоминаний, как Айзен нашёл его. Вполне возможно, что имела место похожая схема – где больше всего ненужного материала свернуло шею, там и нужно искать интересное.

– Ты хочешь, чтобы я сходил и посмотрел? – а зачем бы ему ещё меня звать?

– Думаю, прогулка по Хоэко Мундо – это именно то, что тебе нужно после визитов в Мир Живых и Общество Душ. Да и я не отказался бы пройтись.

– Эм… Ладно, – честно говоря, он вновь ввёл меня в ступор. Вот зачем это ему? Добыть нового сильного пустого? Тут бы и его одного хватило, а если лень идти самому, есть Белочка, Капитан, ну или я, на худой конец. Но вдвоём? Или… ему просто тупо скучно?

– Да, – вновь улыбнулся этот… Кхм, ладно. Подозреваю, что он опять меня просчитал и вновь просто развлекается за мой счёт. А, к чёрту! Пусть делает, что хочет, а пройтись… Можно и пройтись. А потом обязательно загляну к Тие. Ну что же, похоже на план.

– Я готов, – вздыхаю, наблюдая, как «любимое начальство», чтоб ему икалось, ставит пустую чашку на столик и неспешно пристёгивает ножны с занпакто к поясу.

– Тогда пойдём, – и мы пошли, сонидо и сюмпо, лишь немногим ему уступающее по скорости… Хм, может, попросить пару уроков ещё и в поступи?

По мере приближения к аномалии я всё отчетливее ощущал мощное духовное давление. И когда я говорю мощное, оно действительно таковое. Я был неслабым Вастер Лордом до арранкаризации, а после неё, благодаря своей Жадности, стал едва ли не на порядок сильнее. Но находящееся прямо по курсу существо уступало мне нынешнему всего раза в три. Такая мощь могла на месте прикончить даже сильного адьюкаса и заставить бежать без оглядки и вершину пищевой цепочки Хуэко Мундо, во всяком случае, из тех, кто имеет хотя бы каплю мозгов. Лично я бы бежал точно и весь регион десятой дорогой обходил. А ещё в этом духовном давлении отчётливо ощущалась полнейшая апатия и безысходность. Да с таким настроем только в петлю и лезть!

– Необычно, – обронил Айзен, в чьём спокойном взгляде действительно появилась тень интереса. – Ещё немного, и он смог бы меня чувствовать. Невероятный уровень развития для обитателя этого места.

– Ну, тут все друг друга жрут тысячелетиями, – поддержал разговор я. – Даже по теории вероятности мог найтись тот, кто достиг в этом нехитром деле высот и смог продержаться достаточно долго, чтобы накопить такую силу.

– Да, вы, Пустые, в этом удивительны – отсутствие такого понятия, как предел развития, редчайший феномен, – всё с той же спокойной задумчивостью ответил бывший капитан Пятого Отряда.

– Тем не менее, развитие обычных пустых ограничено внешними факторами. Без «внешней подпитки» происходит деградация. Синигами же как раз предела не имеют, – что-то меня потянуло на философию…

– Вообще-то он есть, – Соске заложил руки в карманы, перейдя с сюмпо на обычный шаг. – Хоть и весьма отдалён и довольно условен, но есть. Как тот, кто смог его достичь, могу тебя уверить, – владыка Лас Ночес остановился и поднял взгляд к небу. – Можо сказать, что с усилением души синигами возрастает и «косность» его души. Эти процессы нелинейны, взаимосвязаны и чуть отличаются по прогрессии роста… – прекратив любоваться небом, Айзен со странным, не поддающимся точному определению выражением лица повернулся ко мне. – В итоге, в какой-то момент всей твоей силы становится недостаточно, чтобы преодолеть барьер собственного могущества и шагнуть вперёд. Пустой же становится сильнее с каждой поглощённой сущностью. Пусть на каплю, пусть почти незаметно, но душа Пустого продолжает развитие до тех пор, пока не наступает следующая стадия.

– Следующая стадия? – не понял я собеседника. Вернее, мысли были, но очень уж любит Соске делать многозначительные заявления, напускающие излишнего туману. Видимо, следствие его конспиративной деятельности на протяжении веков.

– Арранкар. Существо, вышедшее на совершенно иной уровень, – где-то глубоко внутри меня что-то дёрнулось от этих слов. – Становление арранкаром – пусть и крайне редкий, но тем не менее вполне природный механизм, в отличие от Пустофикации синигами. Хоугиоку лишь искусственно подстёгивает данную трансформацию, дальше всё зависит от конкретного пустого… – взгляд синигами обращается в сторону аномалии. – Те, кто сам уже готов к ней, могут миновать лишние стадии и сразу дойти до логического конца… Думаю, не встреть тебя Неллиэль, лет через пять ты сам бы разбил свою маску, через двадцать-тридцать – проявил клинок, ну а ещё через пятьдесят избавился бы от остатков маски и вышел на примерно нынешний уровень сил, – внезапно сообщил мне любопытный факт правитель Хоэко Мундо.

– А что же тогда остальные арранкары?

– У них процесс синигамики замер на начальном этапе, – пожал плечами мой собеседник. – Некоторые смогут освоиться и со временем завершить процесс, обретя куда более широкие возможности к дальнейшему развитию. Частично это происходит уже сейчас, хотя наиболее ярко выражено у бывших адьюкасов, но вот полностью завершить становление арранкаром… Одного Хоугиоку здесь мало. Требуется ещё и развитие «духовное», как бы странно это ни звучало применительно к духам. Желание превзойти не врага, а себя самого. Для Пустых это особенно сложная концепция – мало кто даже задумывается в этом направлении. Первый состав твоей фракции, Тия Халлибел, Улькиорра и Гриммджоу. Вот и всё, пожалуй.

– Интересно… Но зачем ты мне всё это говоришь? – нет, сведения, без сомнения, ценные, хотя вместо философии и психологии хотелось бы, конечно, услышать более… хм, подкреплённые материальным выкладками факты, но, увы, в мире духов скидывать со счетов как раз душевное состояние было глупо.

– Разве ты не хотел создать Хоугиоку? – в брошенном на меня взгляде карих глаз проскочила толика иронии. – А ведь кроме как создать, нужно уметь им правильно пользоваться… Но это обсудим позже. Мы на месте.

Нашему взору предстала довольно впечатляющая, но вместе с тем унылая картина. Среди однообразных серых барханов, неотличимых друг от друга, в какую бы часть пустыни ты ни попал, высились две рукотворные горы… из трупов Пустых. Впрочем, быть может, никто их и не стаскивал друг на друга, а те сами забирались на тела собратьев, стремясь устроить трапезу, да так и умирали, не рассчитав своих сил и мощи духовного давления того, кто сидел между этих памятников смерти. Как бы то ни было, источником давления была сгорбленная фигура в какой-то потасканной серой тряпке, сидящая прямо на песке. Даже удивительно, где ему удалось раздобыть хоть такую одежу, задача явно была нетривиальна.

Айзен не спешил начинать разговор, безмолвно рассматривая источник аномалии. Я тоже молчал, изучая нового знакомого. Старк, что и следовало ожидать. Нет, по лицу я его не узнал – всё же очень примерный рисованный образ, уже изрядно подёрнувшися в памяти пеленой, довольно сложно сопоставить с реальной картиной, но вряд ли в этой пустыне найдется ещё один арранкар, что будет депрессивно сидеть в одиночестве и прижимать к себе маленькую спящую девочку.

Не знаю, сколько длилось наше молчание – атмосфера места, вернее, «вкус» реацу Старка навевал совершенно меланхоличное настроение. Не хотелось начинать разговор первым, окликать или ещё как-то рушить момент скорбной и вместе с тем такой покойной безмятежности. Возможно, Соске тоже ощущал нечто подобное, а может, всего лишь рассматривал что-то невидимое для меня. В любом случае, первыми тишину прервали не мы.

– Вы… живы? – незнакомец поднял к нам лицо с остатками маски, напоминающими ожерелье из клыкастой нижней челюсти.

– Да, – просто ответил Айзен. – Это ты убил их всех? Сделал эти горы из трупов Пустых?

– Нет, – Старк смотрел на нас с усталосью и апатией. – Они приходили сюда, а потом просто умирали. Вот и всё.

– Понятно…

– Вы… сильны? – в голосе арранкара даже с большим желанием сложно было заметить надежду, столь бесцветным он был, но вот его реацу вместе со словами колыхнулась и почти как волна обрушилась на нас давлением с удвоенной силой. Теперь понятно, как умирали все эти Пустые.

– Да, – повторил я манеру ответа нашего лидера, мягко отпуская наружу свою духовную силу. Из-за плавности снятия маскировки и спокойствия моей силы никаких спецэффектов не возникло, но глаза арранкара чуть расширились.

– Как?

– Мы пришли из места, где обитают достаточно сильные существа. Пусть даже на их фоне ты существенно выделяешься, но… – Соске кивнул в мою сторону, – не уникален.

– И мы бы хотели пригласить тебя… вас обоих в это место, – продолжил я агитацию. Ведь зачем-то же меня сюда взяли, и явно не для того, чтобы стоять столбом, пока вербуют существо, что после «дорабатывания», вполне возможно, перекроет мой потенциал и вплотную приблизится к мятежному капитану?

– Я… действительно могу пойти с вами? И там есть ещё такие же, как вы? – с надеждой спросил… Хм, даже не знаю, как его назвать. Пустой? Точно нет. Арранкар? Слишком он отличается от всех моих знакомых, носящих подобный титул. Его реацу буквально пропитана тем, что люди называют «безысходностью». В ней нет агрессии, просто какая-то безумная усталость. Это существо было старо, очень старо. Одиноко и устало. И, честно говоря, мне как-то не по себе от того, каким должна быть его настоящая способность. Та ерунда, что он показывал в аниме, со стреляющими Серо пистолетами и призывами волков… Глядя на ЭТО, я отчётливо понимал, что все показанные в сериале возможности того Примеры – даже не вершина айсберга. Те же самые Серо он так же бросал с такой же скоростью и до ресуррексиона. Призыв? Я сам могу вытаскивать из внутреннего мира своих «собак», пусть это в некоторой степени завязано на мои способности, но даже той теории реацу, что я уже успел выучить и осознать, хватает, чтобы понять: что-то похожее провернуть может любой пустой, было бы желание и время научиться. У Старка, очевидно, в избытке было и того, и другого. Да и не показали в сериале эти волки ничего особенного. Существо же с таким реацу одним своим присутствием убить может. Что наглядно демонстрируют два кургана.

– Не такие, – отрицательно качнул головой Айзен, – но достаточно сильные, чтобы выжить в твоём присутствии. К тому же я могу помочь и с этим. В обмен ты должен будешь стать одним из тех, кто будет сражаться с синигами, когда придёт время.

– Мне всё равно. Если ты избавишь нас от одиночества, я согласен на всё! – встал на ноги арранкар, продолжая прижимать к себе уже не спящую девочку с бледно-зелёными волосами, выбивающимися из-под шлема-маски.

– Да будет так. Моё имя – Соске Айзен, а это – Алукард.

– Старк… и Лилинет, – ответил мужчина.

– Ну что же… Добро пожаловать в Эспаду, Старк. Следуй за мной, – и мы начали смещаться обратно к Лас Ночес. Странная вышла прогулочка. И, чует моё сердце, пригласил меня Соске не просто для небольшой философской беседы. Осталось понять «зачем» и «что с этим делать». Уже начинаю скучать по Рыжему. Его приключения просто вызывали Боль, но хотя бы не плавили мозг в попытках разглядеть пять смыслов в действиях и мотивах.

Несколько сонидо – и мы вновь в Лас Ночес. Старк с любопытством оглядывается, порой замечая настороженные лица слегка бледных нумеросов, но тот факт, что они таки живы, явно доставляет ему удовольствие. Айзен тем временем ведёт нас в знакомую комнату для преобразований пустых.

– Зачем мы здесь? – чуть нахмурившись, интересуется естественный арранкар. Всё же жизнь в пустыне Хоэко Мундо прививает определённые рефлексы и мировоззрение, включающее некоторый градус паранойи. Пусть чем ты сильнее, тем менее это проявляется, но всё же сама такая… ммм, «концепция» является частью нашей природы.

– Это зал для эволюции, – поясняет Соске. – Пусть ты и твоя… спутница, – чуть улыбнулся синигами, – стали арранкарами естественным образом, но процесс преобразования ещё не завершён. Хоугиоку может помочь с этим, дать то, что вы желаете.

– Что желаем? – не понял пустой.

– Да, этот артефакт откликается на желание сущности того, на кого воздействует. И исполняет его.

– Желание сущности… – явно мысленно пребывая не совсем здесь, повторил Старк. – Хорошо, я согласен. Что нужно делать?

– Просто расслабься, – вновь непринуждённый жест, из пола вылезает столб, его вершина раскрывается, и моему взгляду представляется одно из величайших сокровищ мира. Никакого фона или ощущения. Ничего. – Алукард.

– Мне выйти? – я смотрел на вырубившегося Старка.

– Наоборот, смотри внимательнее, – вновь лёгкая улыбка на губах синигами. – Для понимания сути Хоугиоку тебе будет полезно посмотреть за преобразованиями столь могущественного существа. Используй кидо, что я тебе показывал в прошлый раз.

Пожимаю плечами и активирую тот комплекс заклинаний, которым снабдил меня Соске после моего заявления о желании создать столь интересный камушек. Мир чуть изменился, и я стал не просто ощущать изменения реацу в преобразовываемом пустом, но и видеть, как переплетаются потоки и модернизирутеся сущность. Вот только…

– Что-то идёт не так? Почему он слабеет? – пусть реацу и начало переходить на более высокое и совершенное качество, но вот общее количество… И это было не запечатывание в занпакто, сила просто… исчезала. Лично для меня подобное было просто страшно.

– Видимо, таково было его желание… – с очень странными нотками в голосе ответил Айзен.

– Стать слабее? Для пустого? – это было даже не странно, а просто противоестественно.

– Всё та же проблема, Алукард. Проблема того, кто поднялся на вершину…

– Одиночество? И он решил не пытаться поднять за собой других, но спуститься самому?

– Да, – пребывая где-то в своих мыслях, ответил мятежный капитан.

– Он просто сдался. Жаль, – действительно жаль. Не просто не раскрыть свой потенциал, а добровольно отрезать от себя едва ли не половину, а то и две третьих своей сущности и силы. Нет, для того, кто едва ли не всю сознательную жизнь стремился вверх, подобное не просто неприемлемо, я ощущаю смесь брезгливости и жалости, как к умственнонеполноценному. Возможно, с точки зрения человека подобный ход мыслей аморален… Хорошо, что я не человек.

– Возможно, но я могу понять его выбор.

– Понять, но не принять, не так ли? – Бог Хоэко Мундо кивнул, продолжая смотреть на покрытого костяной оболочкой переходного процесса арранкара. Не берусь судить, о чём сейчас думал синигами, но, как мне кажется, в его голове крутился лишь один вопрос «а что, если бы и я пошёл тем же путём?» Хм, ну ладно, попробую, всё равно, самый максимум, буду выглядеть просто глупо. – Тогда бы не было нас. И многие другие не получили бы самой возможности подняться вверх.

– Всё же ты действительно очень проницателен, – теперь извечная улыбка синигами казалась грустной. – И быстро учишься.

– Жажда знать и понимать – это тоже своего рода Жадность, – кстати о понимании. Тема явно стала очень личной, скажем так, и дальше развивать её не стоит, а потому я перевёл взгляд на вторую… часть Старка. – А что с ней?

– Довольно интересная концепция. Если ты в прошлой жизни действительно был синигами, и воплощение собственной силы в виде меча для тебя естественно и подсознательно, интуитивно верно, то вот для арранкара подобная концепция не является родной. В отличие от фракции.

– То есть она – это его занпакто? – не то чтобы я не понимал этого раньше, но лишнее понимание перед Соске не стоит засвечивать, он и так обо мне знает куда больше, чем нужно для моего спокойствия. К тому же некоторые моменты под продолжение этой темы всё же стоит прояснить.

– Верно, – кивнул мятежный капитан.

– Тогда как же остальные арранкары?

– Их эволюция из пустых была вызвана искусственно. И проводил её синигами, для которого воплощение силы в мече… Думаю, ты понял. Старк же стал арранкаром естественным образом, и мы видим естественный вариант силы.

– Получается, что остальные арранкары… искалечены? – подобрал я слово после некоторых размышлений.

– Первые версии, на которых только проводилась отработка технологии – да, но ты это и сам знаешь. Эспада, ваши фракции и нумеросы, оставшиеся в Лас Ночес – нет. То, что воплощение силы приняло форму меча, не делает их ущербными, это просто форма. К сожалению, мало кто из арранкаров стремится превзойти себя, совершенствоваться. Отсюда и мало кто доходит до того, что воплощение их силы обретает разум. Все удовлетворяются просто «безымянным асаучи», получаемым при искусственной эволюции, – в голосе Айзена послышалось что-то похожее на разочарование, а может, мне лишь показалось. – На данный момент вас всего трое, тех, кто имеет разумные клинки. Ты с твоим наследием синигами, Старк, фактически самостоятельно развившийся до нужного уровня, и Улькиорра. Единственный арранкар, полученный из «классического» Вастер Лорда, что смог пробудить разум у своего оружия.

– Думаю, не всё так плохо, – данная тема разговора мне тоже перестала нравиться. Вот так посокрушается наш учёный, а потом решит избавиться от результатов «неудачного эксперимента». В каноне, кстати, что-то подобное тоже мелькало. Пусть вся та история с битвой над Каракурой была подана совершенно идиотским образом, с перекорёженной мотивацией и натягиванием несчастной совы на глобус до вылезания у последней глаз из орбит, но какие-то общие корни могут иметь место быть.

– Возможно, – неожиданно кивнул синигами. – Твоё влияние действительно оказывает благотворный эффект на некоторых арранкаров. Допускаю, что Тия Халлибел со своей фракцией и Гриммджоу смогут, в конечном итоге, разбудить свои клинки. Равно как и твоя фракция.

– Вот как? – разговор дал мне много пищи для размышлений, впрочем, как всегда. – Буду иметь в виду.

На этом беседа исчерпала себя, да и панцирь на переделываемых Старке и Лилинет начал трещать и лопаться. Пока голый мужик со здоровенной дырой в груди приходил в себя и разглядывал проявившийся-таки меч, Айзен повернулся ко мне.

– Что думаешь? – как всегда, вопрос содержал массу подтекстов и имел столь же много ответов. Если о размере дыры, то меня вообще удивляет, как его «внутренняя пустота» его не прикончила, если о спутнице, что начала судорожно оглядываться, явно не понимая, как она тут вообще оказалась и что происходит, то ничего особенного, кроме огромной и крепчайшей связи между ней и Старком, я не вижу. Вопрос «что с ними делать» тоже очень интересен. Стоит ли затрачивать усилия на попытки «вправить мозг» в плане отношения к самому себе, своей сути? Или пусть живёт как хочет? В конце концов, этот пустой – далеко не первая «безынициативная амёба», пусть и сильнейшая из них. Если же речь как раз об уровне силы…

– Даже в таком состоянии он сильнее Баррагана, но на этом всё.

– Да, Сегунда Эспада, – кивнул Соске. – Покажи им тут всё, Алукард, – величественно распорядилось начальство, кивнуло на прощание свежеиспеченному Сегунде и самоустранилось, показывая всякую утрату интереса к новому приобретению. Я же тяжело вздохнул и… создал Адскую Бабочку. Помощь Кин и Сёри, а лучше ещё и Лоли с Меноли мне не помешает. Чую, день будет напряжным… Эх.

Чуть позже. Алукард.

День выдался не просто напряжным, это была какая-то изощрённая пытка! Если сначала бывшие «кандидатки во фракцию к Айзену-сама» несколько чурались Старка, то под конец уже были готовы сами его едва ли не пинками гнать. Почему? Мысленно назвав его амёбой, я не сильно погрешил против истины. Этому «гуру пофигизма» было вообще плевать на всё. Он чуял рядом с собой других живых существ, что не стремились умирать от одного его присутствия, и… всё, больше ему ничего не требовалось. То есть вообще. Дом? Без разницы. Знакомство с остальной Эспадой? Угу, да-да… Хррр. Даже его собственная замп… хм… воплощённая сила под конец начала психовать и чуть ли не на себе тащила, периодически отвешивая пинки, чтобы хоть как-то взбодрить. Во всей этой ситуации плюсом было только одно: лицо Баррагана, когда он понял, что уже не просто «не самая толстая лягушка в этом болоте», но и вообще перекочевал почти что в «середнячки», как бы кого из своей фракции не прибил в порыве гнева. Хотя, даже если и прибьёт – никого особо ценного там нет. Хотя и маньяков, что неплохо бы усыпить, тоже не наблюдается. Всё, к черту! Мне нужно скинуть стресс. И чаепитие с милой… уже Куатро Эспадой как раз подойдёт. Решено, сонидо!

Халлибел и её неизменный зверинец… сидели и дружно обсуждали сериал. И какой!

– А я говорю, что на самом деле Хуан Карлос – это давно потерянный дядя дона Диего и сводный брат Рамиля! – Мила Роза.

– Тупой комок шерсти… – промурлыкала в рукав Сун-Сун. – В сорок третьей серии же чётко сказали, что он – муж сестры племянницы Селесты Эскобар. А она – мать Рамиля, значит, он не может быть дядей дона Диего и, тем более, братом Рамиля.

– А… быть может… это та самая запретная любовь между родственниками? – робко (!) предложила Апачи. – А вы что скажете, Тия-сама?

– Взаимоотношения у людей – очень сложные. Я запуталась, – смуглая блондинка сидела за столом и с явным недоумением смотрела на расчерченную схему, судя по всему – пыталась понять, кто, кому и каким родственником приходится.

– Ещё раз приветствую всех, – ладно, подслушивать чужие разговоры невежливо, а женские – ещё и опасно. В первую очередь – для мужского рассудка.

– Алукард, – поднялась мне навстречу Куатро Эспада и крепко обняла, к сожалению, без ресуррексиона ничего более сделать она не могла, чёртова маска. Судя по глазам девушки, в подобном ключе думал не я один.

– Алукард-сама, – чуть зажато, но уже без паники, как было раньше, поприветствовали меня спутницы Тии. Ну и пара дежурных поцелуев, куда уж без них, хе-хе.

– Ты к нам по делу или просто поболтать? – спросила блондинка.

– На этот раз – просто. Наконец-то можно чуть отдохнуть от миссий Айзена и представления нового члена Эспады, – блаженно растягиваюсь на диване, нагло укладывая голову на колени к бывшей Трес. Та, чуть подумав, начинает приятно копошиться в моей причёске. Кааайф.

– Он довольно инертен, – задумалась девушка, вспоминая свеженазначенного Сегунду, – но реацу у него приятная. Спокойная, но без холода и безразличия.

– Ммм, – приоткрываю один глаз, – мне нужно начинать ревновать?

– Нет, – серьёзно покачала головой Тия. – Ты и твоя реацу нравитесь мне куда больше.

– Рад слышать, – м-да, так серьёзно обдумывать и отвечать на безобидную шутку, хотя, в этом вся Халлибел. Воплощение серьёзности и обстоятельного подхода. – А чем вы занимались, пока меня не было?

– Ненадолго наведывались в Мир Живых за новыми обучающими фильмами, – последовал ответ. – Вопрос человеческих взаимоотношений всё ещё не совсем понятен, продавец дисков посоветовал нам взять эти фильмы.

– И как вам? – обучаться чему-либо на основе мексиканского сериала? Брр, хуже в этом плане может быть только продукция Болливуда. И то – не уверен.

– Часть вопросов получила ответы, но возникли новые. Семья – это что-то вроде фракции, как я поняла. Но тогда почему ей зачастую руководит не самый сильный? Почему члены этой фракции зачастую предают других членов фракции? И что такое «наркомания»? Это какие-то духовные паразиты или что-то похожее на отравление ядовитой реацу? И…

Плакал мой отдых – вот что я понял, слушая вопросы арранкарки. Но, как и в прошлый раз, лучше ответить и просветить её мне. А то всякие левые Гины с их «пояснениями» не дремлют. Да и, как выяснилось, продавцы мексиканских (или всё же бразильских? Ааа, какая, блин, разница?!) сериалов – тоже.

– Всё не так просто, – начал я отвечать, ещё раз тяжело вздохнув. – Люди – очень сложные существа, зачастую не понимающие сами себя. Простые правила и взаимоотношения «кто сильнее, тот и прав» у них действуют не так, как у нас… – вечер обещал быть не менее напряжным, чем день. Но хоть слушатели у меня в этот раз куда более благодарные и приятные. К тому же всегда можно было прерваться на чашечку чая, а перебравшаяся ко мне на колени Тия так и вообще примиряла с суровой действительностью и необходимостью просвещать и объяснять вещи как интуитивно понятные, а потому трудно объяснимые, так и напрочь непонятные самим людям. Ну да ладно, справлюсь как-нибудь, надеюсь, что даже неплохо.

Некоторое, довольно продолжительное, время спустя.

– Алукард-сама? Старк-доно? Вы что-то хотели? – дверь нам открыла Апачи, явно изначально намеревавшаяся высказать всё, что она думает по поводу внезапных визитёров, но увидев, кто именно почтил дом её госпожи визитом, резко изменившая решение.

– Привет, красавица, – киваю растерявшейся арранкарке. – У меня есть просьба к Тие, она у себя? – вопрос был данью вежливости, я прекрасно чувствовал реацу Куатры и знал, что пребывает она в своём доме.

– Д-да! Проходите, я сейчас позову Халлибел-сама!

– Я всё ещё не понимаю, зачем ты потащил нас в этот зверинец, – как всегда сварливо поинтересовалось занпакто Старка. Сам он, по уже сложившейся традиции, пребывал в сонно-невозмутимо-пофигистичном состоянии.

– Считай, что помогать арранкарам – это моя обязанность, как Примеры Эспады, – наверное, уже в десятый раз ответил я на вопрос шебутной девчонки, задумываясь, как я вообще дошёл до жизни такой. Началось всё с… Нет, назвать подобное любопытством будет не совсем верно, пожалуй, тут сошлись понятие «заинтересованность» и «за не имением рыбы сойдёт и рак». После преобразования Старка Айзен полностью устранился от какого-либо дальнейшего участия в его судьбе. Подозреваю, что он был сильно разочарован естественным арранкаром и не видел смысла в каком-либо общении с ним. Я, признаться, изначально тоже был далеко не в восторге от существа, что само себе вырвало ноги, переломало руки, да ещё и радуется этому. Но, тем не менее, в реацу Койота не было безумия, гнили и прочей гадости, только привкус прежней усталости и безнадёжности. К тому же – немаловажный факт! – он был единственным арранкаром мужского пола, с которым можно было говорить относительно на равных, грубо говоря, одним-единственным «нормальным парнем» с которым «можно пойти выпить пива». Всё. Без вариантов. Остальные же… Одни вызывали ощущение «подростковой тусовки для взрослого дядьки», вроде Гриммджоу с его командой, другие раздражали и вызывали подспудное желание прикончить, как тот же Барраган и, в большей степени, Ноиторра, третьи вообще были «никакими», да и разница в уровне сил тоже говорила о многом. Не было равного адекватного собеседника. Ведь даже Айзен в этом плане не подходил, опять же из-за разницы природы, сил и мировоззрения. Остальные капитаны-синигами тоже. Угаки, наш единственный и неповторимый последний баунто, в приницпе, мог бы подойти, но очень уж специфическое у нас было знакомство, да и, опять же, разница в мировоззрении и природе. Вот и решил я всё же попробовать наладить хоть какой-то контакт со Старком. В конце концов, второй по силе арранкар, как ни крути – лишним не будет. Тут и всплыла вторая проблема «стрелка». Полное отсутствие даже зачатков социализации. Он, может, и хотел бы с кем-то общаться, но совершенно не знал, как это делать. Даже потуги его собственной силы, Лилинет именуемой, тут были почти бесполезны, поскольку и с ней он устанавливал контакт с огромным скрипом. Вот тут я и вспомнил о прекрасной блондинке, что имела проблему пусть и схожую, но куда как менее серьёзную, и подумал – «почему бы и нет?» Убедить самого арранкара с его «фракционом» было несложно. Первому всё фиолетово, вторая – за любой кипиш, что способен, пусть даже теоретически, хоть как-то растолкать её партнера. Интересный феномен, сила сама пытается привести в нужное состояние её обладателя, а раз так, то не всё потеряно и можно попробовать помочь. И вот мы здесь.

Тем временем нас проводили в зал, где Тия в окружении своих подруг всё так же пыталась выяснить, кто там кому кем приходится в очередной бразильской мелодраме.

– Алукард? – подняла она на меня взгляд. – Старк?

– Привет, – мои губы сами расплылись в улыбке. Спутник просто прикрыл глаза и… кажется, начал чуть похрапывать, за что тут же получил от своей «подопечной».

– Что-то случилось? – с лёгким беспокойством и интересом спросила девушка. Всё же обычно я приходил один или со своими фракционами, а тут вдруг заявился в компании Второго.

– Да, сегодня я пришёл попросить тебя о небольшом одолжении. Видишь ли, как и тебе раньше, Койоту нужно разобраться в Мире Живых, а главное – общении между людьми, – а там уже на их примере, думаю, сможет проникнуться и способами общения арранкаров.

– Хмм, – задумалась девушка. – Хорошо, думаю, я смогу помочь.

– Отлично! Рассчитываю на тебя! – улыбаюсь и ободряюще киваю девушке.

– Хн, – задрала нос Лилинет, демонстрируя, что ей никакая помощь не нужна, впрочем, под уныло-сонным взглядом своего «патрона» девочка быстро утратила ерепенистость.

На этом мы и расстались, я передал Старка в надёжные руки Куатры, обещая себе навещать их почаще, а сам отправился дальше – «наследие» Заэля было всё ещё толком не разобрано и не изучено, так что чем заняться в срочном порядке – у меня было.

Две недели спустя. Дом Тии Халлибел.

– А я говорю, что Санчес – это потерянный сын Хуана, тайно похищенный его второй женой, чтобы развалить его третий брак! – утверждала Апачи.

– Нет, она в тот момент была со своим любовником в другой стране, – покачала головой Кин, попутно размышляющая, как она вообще здесь оказалась, какое ей дело до этого Хуана и почему этот вопрос её вообще волнует и не отпускает уже третий день.

– Это могло быть просто алиби, которое она организовала при помощи сводного брата Хуана, Жулио, для того, чтобы заполучить состояние Хуана, – негромко внесла предложение Сёри, задающаяся примерно тем же вопросом, что и её подруга.

– Зачем это было бы нужно Жулио, если он – муж троюродной сестры свояченицы Хуана и имеет ключевой пакет акций их нефтяной компании? – встала на сторону Кин Мила Роза. – А вы что скажете, Тия-сама?

– Кажется, я начинаю… опасаться бразильцев. И людей вообще, – девушка сидела над очередной схемой. – И всё ещё не понимаю, как у них всё устроено. Даже консультации Алукарда не помогают!

– Хм… – подал голос приоткрывший один глаз Старк, что всё это время вроде как и был у них, и присутствовал при просмотре сериалов, но был настолько тих и столь органично вплетался в окружающую среду, что если бы не Лилинет, о нём бы и вовсе забыли. – Так… В 78 серии сообщили, что Санчес приходится сыном как раз Жулио, тем самым он – потерянный племянник Хуана и двоюродный брат его дочери Агнес, но поскольку он об этом не знает, то собирается на ней жениться, и если их не остановит Маирика, что влюблена в Санчеса, то у них всё получится. Правда, это будет нарушением законов самих людей…

В зале установилась мертвая тишина. Тия принялась судорожно рыться в своих диаграммах, Сун-сун – устремилась к залежам дисков в поисках нужной серии, а Лилинет…

– Он проснулся! – О_о – Он заговорил!

– И он прав, – тихо констатировала Сёри, что-то прикинув в уме. – М-м-м-м-м… – плечи девушки поникли. – На его фоне я чувствую себя полной дурой. Он же всё время спал, а всё понял лучше нас всех… – беловласая фракцион погрузилась в уныние и печаль, отчего Койот испытал нечто очень странное, а Лилинет самым краешком губ улыбнулась.

– Хммм, – задумалась Халлибел. – Старк-сан, а как у вас с чтением?

– С чтением? – всё ещё не разобравшись в своих ощущениях, повернулся к ней арранкар. – Вы про те странные закорючки, значение которых объясняет Ичимару Гин? Я запомнил, какая из них что означает. Это нетрудно, – где-то рядом простонала Апачи.

– Хм, тогда… попробуйте вот это. Алукард сильно рекомендовал для «дальнейшего развития», но нам пока это слишком сложно, – девушка протянула ему пухлую книжку. Арранкар нахмурился.

– Ар-тур Ко-нан-Дойль «Со-ба-ка Бас-кер-вил-лей». Хммм. Почему бы и нет? – бывший пустой открыл первую страницу.

И вновь Алукард.

Поток рутины всё-таки смог увлечь и меня. Слишком много дел накопилось. Проведать Нел, потом всё же осмотреть братца Заэля, он, кстати, стал чувствовать себя гораздо лучше и даже несколько набрал сил. То ли «дрючанье» от Гриммджоу дало эффект, то ли вырывание чужеродной сущности, что на нём, похоже, паразитировала. В общем, ничего подозрительного во фракционе нашего кошака я не нашёл, так что оставил его в целости и сохранности. Помимо всяких левых мужиков, следовало уделить внимание и своим подопечным. Лоли и Меноли уже вполне освоились и вовсю «дежурно собачились» с Чируччи. Без рукоприкладства, само собой, но вот сходство с отношениями в «зверинце» Тии однозначно прослеживалось. Признаться, это было даже забавным. Ну а в случае чего Кин или Сёри могли дать профилактический втык. С Мидори дела обстояли и того лучше. Едва ли не переехавшая к «Ран’Тао-сенсей» маленькая арранкарка довольно споро постигала сложную науку духовных изысканий, а бывшая синигами (или всё же не бывшая?) то ли от скуки, то ли для получения лучшего помощника из смышлёной девушки выдала ей упражнения для подтягивания контроля и даже научила парочке Кидо. Пусть самых первых и примитивных, но сам факт! В таком темпе пролетело месяца три, может, чуть больше, жизнь стремительно налаживалась, проблемы решались, уровень знаний и сил рос. Даже появление Ями не внесло разнообразия. Но на последнем можно остановиться чуть подробнее.

Привёл этого здоровяка Улькиорра, что было несколько необычно. Нет, наш «летучий мыш» очень тщательно относился к приказам вышестоящих. Сказали ему «проводить поиск и доставлять кандидатов на синигамику», он и проводил поиск. Проблема заключалась в том, что при его уровне силы «достойного кандидата» найти проблематично. Он ведь и большую часть Вастер Лордов сейчас может спокойно называть «мусором» – объём его реацу и боевая мощь вполне позволяют. Так что голой силой нашего «готического принца» заинтересовать мог бы только кто-то уровня Баррагана до его арранкаризации. Ну, или около того. Ями же едва дотягивал до планки среднего адьюкаса. А по уровню интеллекта – так и некоторые низшие пустые, едва обрётшие самосознание, его превосходили наголову. Возникал вопрос, чем же тогда это недоразумение привлекло Улькиорру, а позже ещё и место в Эспаде за ним закрепилось, пусть и самое низкое? Ответ оказался довольно интересным. Тот факт, что на духов влияет душевное состояние, был мне уже хорошо известен, влияние эмоционального состояния на реацу также очевидно, пусть лично я в этом направлении всё ещё сильно плаваю. Но «фишка» Ями заключалась в том, что его эмоции не просто временно повышали «качество» реацу, позволяя добиваться большего эффекта за меньшие затраты, он натуральнейшим образом перерабатывал чувства в собственную силу. Точнее, одно конкретное чувство. Собственную ярость. Чем он становился злее, тем сильнее вырастала его мощь. Впрочем, на мой взгляд, добавление его в Эспаду – это скорее шутка Айзена, чем реальное отображение силы данного индивидуума. Пусть потенциально он может перекрыть в суммарной мощности даже самого Соске… Правда, когда мятежный синигами пояснял этот момент, на лице его царила улыбка, больше подошедшая бы Гину, но не суть. Проблема Ями в том, что качество его реацу остаётся всё на том же уровне средне-слабого адьюкаса, а потому какие бы объёмы он не наращивал, толку от этого – чуть. Особенно если добавить к и так безрадостной картине тот факт, что с контролем собственных сил у него тоже проблема. Он даже собственную форму нормально удержать не может, раздуваясь от приобретаемых сил, словно гиллиан какой. Ну и «раззадориваться» для выхода на сколь-либо внушительные объёмы ему нужно, по меркам скоростей пустых, неимоверно долго. Та же Чируччи его десять раз успеет зарезать, главное, чтобы не подхватила эту чёртову болезнь синигами, да-да, ту самую с «джентльменами во время дуэли», приводящую к словесному поносу на полчаса, не излечиваемую даже попытками «собеседника» снести голову оратора. Н-да. Но из милой и ставшей такой привычной и приятной рутины меня вырвал сразу ряд событий. Началось всё с посещения домика Халлибел….

Как говорится, ничего не предвещало беды. Я, прихватив пару интереснейших сортов чая, как-то по случаю добытых у Айзена, направлялся к девушке для совместного приятного времяпрепровождения. Почти две недели толком не виделись, так что я успел соскучиться. И вот, открываю я дверь и вижу Старка. После чего мой мир уже никогда не станет прежним. Нет, случись невероятное и соврати он Куатру за это время, я бы был в меньшем шоке, ну, прибил бы просто… Но тут… Тут было что-то уже за гранью Добра и Зла.

Вот я захожу и вижу следующее: Койот. Койот в подозрительно знакомой шляпе. В его руке не менее подозрительно знакомая трубка, из которой идёт дымок. В другой руке – подозрительно знакомая книга за авторством некоего почтенного британского писателя. Но это ещё ладно, проблема в том, ЧТО он рассказывал.

– … элементарно, Лилинет. Дон Реба – это внучатый племянник Пабло Рамиро Эсмекады, приходящегося давно потерянным племянником главы рода Карлос. Он прибыл, чтобы отомстить предавшим его родственникам и получить наследство, подставив своего троюродного брата, дона Амина… – завороженные арранкарки потерянно кивали. Да чего там, я сам почувствовал, как у меня в черепе что-то очень подозрительно так чешется. Заметив меня, стрелок вежливо кивнул и продолжил «лекцию».

– Мурамаса…

– Сожалею, господин, но нет. Это НЕ иллюзия, – понял меня без слов клинок.

– Кажется, подключить к социализации Старка Тию и её фракцию было не самой лучшей идеей…

– Вам виднее.

– Алукард? – заметила меня Куатро.

– Привет, Тия. Вижу, Старк уже влился в коллектив? – это было скорее утверждением, чем вопросом, но ответственная девушка столь же ответственно принялась отвечать.

– Не совсем, – она проводила взглядом арранкара, что, ответив на вопрос своей занпакто, вновь уселся в углу и уткнулся в книгу, посасывая трубку. – Изначально он только спал, реагируя лишь на пинки Лилинет, сейчас – читает, реагируя лишь на тычки Лилинет. Но, тем не менее, он всё замечает и отвечает на вопросы…

– Ясно, – кажется, я поспешил с выводами. Но… Старк с трубкой и небольшой лекцией. Это было весьма сокрушительное зрелище для моего разума. – Эм… И что он предпочитает?

– Детективы. Хотя недавно приходил Ичимару-сан и принёс несколько книг, что также понравились Старку. Гин-сан сказал, что это для закрепления навыка.

– И что это за книги? – у меня начало возникать некоторое Подозрение.

– Вон, – девушка кивнула на небольшую полочку. У пустых довольно острое зрение. А если усилить его каплей реацу… В общем, прочитать корешки было нетрудно. Стивен Кинг «Тёмная Башня». И почему я не удивлён? Ладно, дёргаться всё равно уже поздно.

– Понятно. Как ты смотришь на организацию небольшого перерыва и дегустацию нового сорта чая?

– Сейчас поставлю воду, – согласилась девушка и направилась в сторону кухни, позволяя мне немного полюбоваться совершенством заднего плана её фигуры.

То, что передышка закончена, я понял по новой Адской Бабочке, пригласившей меня на ковёр к шефу сразу же после того, как я покинул гостеприимный домик повелительницы воды. Ну что же, рано или поздно это должно было случиться. Да и Эспада уже «доукомплектована», пусть состав её и отличается от канона – Заэля и того контролёра уже нет, я за него, пусть и на иной позиции, а Дордони хоть и потерял несколько позиций, из «элитного десятка» смещён так и не был. В принципе, логично – Чируччи он всё-таки превосходил, да и против того же Ями у него очень неплохие шансы есть. Но всё же складывалось ощущение, что последние номера в Эспаде набирались если не на «отвали», то и без такого же тщания, как первая её половина. Ну да ладно, что толку об этом размышлять, тем более когда и других дел хватает? Послушаем, что скажет руководство. Быть может, уже пора рассылать «приглашения» для Ичиго и его друзей?

– Звал? – вновь знакомый балкон, знакомое кресло и знакомый кофейник. Словно бы и не проходило этих месяцев.

– Да, – чуть улыбнулся Соске. – Скоро в мире живых начнутся события, способные повредить Куросаки Ичиго.

– Опять? – каюсь, не удержался. Но, во имя всех демонов и ангелов, сколько можно? – Куда теперь он лезет? В Ад?

– Нет, – невозмутимо ответил мятежный капитан. – Проблема не в нём и, тем более, не в Аде. Так совпало, что в круговороте душ накопилась… хм… критическая масса «неочищенных» сущностей, – и замолчал, потягивая напиток.

– И как это связано с Куросаки и проблемами для него?

– Для подобных сущностей, – продолжил Соске, – есть специальное место. Долина Криков. Своеобразное отдельное измерение, находящееся в тени Общества Душ. Точнее, она находится в пространстве между Обществом Душ и Миром Живых. Такой своеобразный буфер, сочетающий в себе не только перевалочный пункт, но и место очищения душ от воспоминаний. Попасть туда вне определённого времени, как раз когда этот буфер переполняется, довольно сложно. Да и смысла в этом нет. Проблема заключается в том, что из-за повышенного духовного фона границы между измерениями в Каракуре ослаблены. Как следствие – прорыв «критической массы» именно в ней наиболее вероятен. Давление всегда стремится в сторону наименьшего сопротивления. В каком-то смысле, Каракура притягивает Долину Криков к себе, а вместе с ней «тянется» и Общество Душ, грозя глобальным прорывом, или, если хочешь, столкновением сфер реальности. А это, как ты понимаешь, может вызвать серьёзный катаклизм, чего требуется избежать.

– Я всё ещё не улавливаю, при чём здесь я? Остановить движение измерений вряд ли в моей власти. Или мне нужно просто эвакуировать Ичиго? – я понимаю, что едут на том, кто везёт, но предложение мне «поиграться» с измерениями – это всё-таки перебор.

– Нет, «останавливать движение измерений» не потребуется. Проблема с Долиной решается несколько иначе, да и появляется она уже не в первый раз. Всё, что тебе потребуется – это проконтролировать, чтобы Куросаки не пострадал, в очередной раз выполняя за синигами их работу. Действуй по обстоятельствам. А здесь, – вновь театральный жест, и из пола вылезает новый столб, на котором лежит средних размеров книжка, – есть вся информация по Долине, её обитателям и принципу их взаимодействий.

– Хорошо. Сколько у меня времени на подготовку? – отбрыкиваться было бесполезно, так что лучше сразу «расслабиться и получать удовольствие».

– Неделя или чуть меньше. Проход в Долину ещё не стабилизировался.

– Понял, сделаю, – вздыхаю и разворачиваюсь на выход.

– Удачи, Алукард, – кивнул мне вслед владыка Лас Ночес.

Эх, может, прибить всех по-быстрому и вернуться к Тие и девочкам? Ладно, решу на месте, а пока почитаем, что там за Долина такая и с чем её едят. В каноне что-то не припоминаю ничего подобного, но мало ли?

Книга, переданная Соске, содержала действительно исчерпывающую информацию о Долине Криков, Чистых – очищенных от воспоминаний душах, а также о Розарии Памяти. И чем больше я читал об этом механизме «помощи реинкарнации», тем меньше он мне нравился. Во-первых, если раньше я просто подозревал, что вся эта система с Обществом Душ, Хоэко Мундо и Миром Живых была создана искусственно, то теперь я в этом практически уверен. Слишком громоздкий и ненадёжный механизм для естественного процесса. Итак, в чём вся соль? Есть круговорот душ между Обществом Душ и Миром Живых, но порой он «сбоит», и слишком «тяжёлая», перегруженная чувствами и воспоминаниями душа вылетает из цикла. Кстати, больше всего таких вылетов происходит с маршрута Общество Душ – Мир Живых, что, впрочем, логично. Даже если душа там была просто лавочником или бродягой, не имеющим никакого отношения к Академии Синигами или благородным семьям Сэйрэйтэя, набродить она могла пару-тройку веков, прежде чем «умереть» и отправиться на новый круг в Мир Живых. Но ладно, это так… небольшая особенность. Куда интереснее дальнейший процесс. Души стекаются в своеобразный буфер, где проходят очистку от воспоминаний, а также связанных с ними чувств и эмоций. С учётом того, как сильно всё это связано с самим духом, такое «соскабливание» всего «лишнего» этот дух сильно деформирует, вплоть до утраты индивидуальности и превращения в инертную духовную массу. После чего эта масса отправляется по дальнейшему маршруту или в Мир Живых, где, появляясь на свет естественным путём, вновь обретает нужный опыт, силы и черты, либо в Общество Душ, где становится очередным ничего не помнящим о себе жителем. Куда девается энергия и память? Сила идёт на поддержание самого буфера, а вот знания душ… Нет, они не уничтожаются, что было бы логично для естественного процесса. Во всяком случае, вся моя сущность уверена, что в природных условиях души очищаются сами, постепенно теряя приобретённое при жизни, хотя и не сильно проседая в силе. Здесь же мало того что у них едва ли не кусок отрывают, так ещё и память «складируется» в некоем сосуде, именуемом Розарий Памяти. Воспоминания, привычки, даже навыки тысяч и тысяч людей помещаются в одну, самую сильную душу. Контролирующий элемент и предохранитель. В итоге у этой несчастной души в голове образуется куча «параллельных» воспоминаний. А с учётом того, что «скорость» движения духовных сущностей по циклу перерождения также различна, переживания какого-нибудь клерка вполне могут переплетаться с тренировками самурая, а то и миссиями офицера Готэй-13, благо (не совсем подходящее слово, хотя, если смотреть со стороны Пустого…) те помирают хоть и не часто, но всё же регулярно. Даже капитаны вполне смертны. И смерть личностей подобного калибра далеко не всегда связана с поеданием Пустым.

В общем, умей этот Розарий воспоминания фильтровать, и мы вполне можем получить очень серьёзного бойца с очень большим запасом компромата на очень многих личностей Общества Душ. Вот только была тут и ма-а-аленькая проблема. Скорость появления новых душ для очистки превышала скорость отправки их по дальнейшему маршруту. И это закономерно вело к переполнению «дампа памяти», расширению буфера и проявлению Долины Криков в, скажем так, более материальной форме. И тогда нужно было проводить очистку вручную. Проще всего это было сделать, банально уничтожив текущее воплощение Розария – «очищенные» души всё же имели привязку ко вместилищу своей памяти и, лишившись её, сразу же отправлялись по предназначенному маршруту вместо положенного «отстаивания» в буфере. Тот очищался, схлопывался обратно, и все были счастливы. Ну, кроме души-Розария, которую калечило так, что о сколь-либо нормальном перерождении в ближайшие много тысяч лет вряд ли могла бы идти речь. Второй вариант… это избавиться от Чистых иным путём, но приписанные к «буферу» души невозможно было «отправить на Небеса» путём Духовного Погребения, равно как и «очистка» их при помощи разрубания занпакто ничего не давала – они просто возвращались обратно в буфер. Помочь в этом вопросе могли бы Пустые, нейтральная душа без намёка на сопротивление – это всё равно что каша или куриный бульон, покушать может любой, но для слабого или «больного»-раненого пустого подобное будет ой как полезно. Вот только синигами в здравом уме никогда не будут откармливать Пустых. Так что всё упиралось в уничтожение Розария. Кстати, для полного счастья последнего – вообще-то почти полностью инертные Чистые тоже стремились его сожрать, дабы вернуть своё отобранное «Я». Сами по себе они все были не слишком сильными, так, чуть мощнее рядовой души, но их было реально Много. С учётом того, что методами синигами данный противник уничтожен быть не мог, уничтожение самого Розария было лишь вопросом времени. Кто-нибудь его точно прикончит, так или иначе.

Словом… Я призадумался. Через Розарий можно попасть в данный буфер, вполне себе заменяющий хорошую реанимацию для любого Пустого, захватить подобное место было бы очень кстати, особенно с учётом приближающихся разборок над Каракурой и полного непонимания того, что может выкинуть Соске. Да и действительно много знающий союзник будет ой как полезен. Вопрос же переполнения решить просто. Оставался сущий мизер – найти этот самый Розарий, способный выглядеть как угодно, использовать любой набор воспоминаний и навыков и едва ли не внешность менять, в не такой уж и маленькой Каракуре. Та ещё задачка… если забыть о Ичиго и его Карме. Ну или об Айзене, который явно знает больше, чем сказал. В общем, готов поспорить, рано или поздно Временный Синигами сам во всё это вляпается и приведёт меня к нужной цели. Ну что же, попрощаюсь с девочками и… капитану Сагаре вновь нужно будет выйти на задание, хе-хе.

Чуть позже. Мир живых.

Конец сентября в Японии выдался на диво приятным. Каракура нежилась в мягком солнечном свете, утопала в золотистых листьях, коими весело играл всё ещё тёплый, но уже норовистый ветерок, а в воздухе явственно ощущалось всеобщее ожидание праздника. И нет, это не было моим субъективным мнением – сам духовный фон города нёс в себе отпечаток чувств и эмоций, подогреваемых грядущим сезоном фестивалей и ярмарок.

Пожалуй, надо будет вывести моих девушек на прогулку – такой накал положительных эмоций и атмосфера праздника должны их порадовать, а то в Хоэко Мундо, несмотря на то, что «мы подключили кабельное», с развлечениями всё ещё не очень. Кстати, нужно подумать, как бы провести туда интернет. Правда, с учётом разницы в течении времени между мирами, будет он ну оч-чень медленным. Но вернёмся к нашей цели…

– Ищи, – мысленно командую своей гончей, прошедшей в окрестности Каракуры через другую гарганту. Вторая сейчас всё ещё охраняла Нел, но одну я решил взять с собой.

Маскировка у них была на уровне, а с учётом скорости и чувствительности, можно было не переживать о нежелательных встречах. В то же время их сенсорные способности явно могли здорово помочь при обнаружении аномалий, связанных с Долиной Криков.

Я же, сосредоточившись на собственном восприятии реацу, устремился в сторону Куросаки, благо тот продолжал фонить на половину города. Кстати, с момента нашей последней встречи фон этот стал куда как более упорядоченным, а также – более агрессивным. Не сильно, но если вглядываться, разница ощутима. Значит, или квартирант делает своё дело, или рыжего опять кто-то довёл. Но довольно размышлений – пара сюнпо, уже не таких кривых, как раньше, но всё ещё печально медленных и неудобных, и я замираю на крыше одного из торговых центров, расположенных рядом с парком. Ичиго же… просто гулял с Рукией. Со стороны они казались обыкновенной парочкой, вон даже подарок для девушки в виде мягкой игрушки присутствует. Но… всё портил тот факт, что парень был в форме синигами, а Рукия в гигае, так что вариант со свиданием отпадает. А потому я добавил реацу к органам слуха.

– …не используй своё Удостоверение так бездумно! – госпожа Кучики точно пребывала в не самом лучшем расположении духа.

– Но почему? – возмутился парень, за что сразу же получил локтем по рёбрам и… мои глаза, Коном по лицу в «поцелуе». И Куросаки, и несчастный плюшевый лев стали старательно отплёвываться. Та ещё картинка.

– У тебя есть он, помнишь? – перед носом парня потрясли всё ещё приходящим в себя львом. – Мне надоело, что ты бросаешь своё тело где попало и мне приходится за ним приглядывать! – девушка возмущённо сложила руки под грудью, уткнув бедную игрушку куда-то в бок. Н-да, очередное распекание супругой нерадивого мужа лет так после десяти совместного брака. Бедняга. Но вообще, претензия более чем обоснованная, бросать тело чёрт знает где – не самая умная идея, если, конечно, рыжий уже не начал предпринимать шаги по переезду в мир духов.

– Но почему? – Куросаки всё ещё притормаживал.

– Например, вот что обычно происходит, – девушка принялась изображать небольшие сценки. То смущённо-испуганное «он в порядке?», то сильно растерянное «Боже мой, он не дышит! Быстрее, вызовите скорую! Хотя нет, если он умер, то нам нужен катафалк!» – последняя часть была сказана с некоторой кровожадностью. Н-да, маленькая синигами вышла на тропу войны. – Смекаешь?!

– Они не станут вызывать катафалк, – Ичиго явно пытался хоть что-то ответить на вполне резонные замечания своей подруги, но выдать смог только это.

– В любом случае, это всегда отражается на мне, – Кучики пошла вдоль дорожки и вышла… к скорой, которая уже оперативно упаковывала тушку парня. Кхм, заметка на память – надо лучше следить за обстановкой, ориентируясь не только на духовный фон.

– Быстрее, у него остановка сердца! – тройка медиков принялась оказывать экстренную первую помощь: один чуть приподнял ноги, второй начал делать непрямой массаж сердца, а третий явно намылился на искусственное дыхание. Всё по инструкции.

– Моё тело! Не-е-ет! – очевидно, сын владельца клиники тоже понял, к чему дело идёт, и рванул к вместилищу своей души так, что и Йоруичи могла бы призадуматься.

В итоге получили удивлённую толпу и охреневших медиков, когда «труп» рыжего открыл глаза и очень бодренько вскочил на ноги. Более того, медики, следуя, очевидно, всё тем же инструкциям, всё равно вознамерились доставить Куросаки в больничку, даже с учётом того, что, навалившись втроём, скрутить и зафиксировать синигами у них не получалось. Пусть человеческое тело и не может передать всей мощи души, но какой-то процент силы всё же на него приходится, что укрепляет и усиливает сосуд души.

– Вот же… – грустно вздохнула Рукия и вытащила из сумочки странного вида прибор. Нажатие на кнопку, вспышка и какой-то фиолетовый дым, и простые смертные в некотором ступоре. Так вот ты какой, Заменитель Памяти. Забавно. Подростки, меж тем, сделали ноги. Но всё же интересно, что они изначально забыли в парке? Как ни крути, а на патрулирование Ичиго выходит, «припарковав» свою тушку в комнате, а тут был явно форс-мажор. Неужели действительно попытка свидания? Хех, лучше бы позвал Иноуэ или Тацуки, а раз нет – то сам виноват, теперь слушай новую порцию вразумлений от маленькой синигами в режиме «строгая супруга»…

– Теперь понял, о чём я говорила? Тебе повезло, что у меня с собой был Заменитель Памяти. Подобная безответственность недопустима для будущего главы клана Касуми Одзи. Что сказала бы Луричиё-сама о подобном?

Да, стукай его, стукай его полн… Стоп!.. Чего?!! Какого главы клана Касуми Одзи?!!

– Ох, ради всего святого, Рукия! – взмолился с явными нотками отчаяния парень. – Я вообще не понимаю, что на неё нашло! Это не говоря уже о том, что я до «через семьдесят пять лет» вряд ли доживу! И почему никто не спросил моего мнения?

– Дурак! Я и так оттянула дату, как смогла. И вообще, это большая честь и… – сама девушка замялась. – Неважно, – что, чёрт подери, здесь происходит? Когда он успел? – Так, Кон! – резко сменила тему маленькая синигами.

– Да-да? – игрушка всегда была готова услужить. Девушке. Рукия молча подобрала льва и метнула в парня.

– Какого чёрта?!

– Сестрёнка, за что-о-о-о?! – на два голоса взвыли эти двое.

– Если он не с тобой, то смысл в нём отпадает, – сказала как отрезала Кучики, морально уничтожив бедную душу-плюс.

– Почему я должен таскать его с собой? – вполне грамотное замечание, кстати. Носить сию сущность гораздо проще и удобнее в виде таблетки, а ещё лучше – заменить на нормальную, адекватную модель «хранителя гигая». Правда, в таком случае Кона, скорее всего, утилизировали бы. Да и без тела он был бы всё равно что в коме. Хех, как бы Куросаки не бухтел, но он – довольно добрый малый… чем всяческие проходимцы-синигами и пользуются. Впрочем, потихоньку он становится на верный путь. Вот сейчас явно собирается оторвать плюшевому льву всё «лишнее».

От жестокого и «кровавого» расчленения игрушку спас порыв странной реацу. Погружаюсь в ощущения, совмещая свои чувства с восприятием Гончей… Не Синигами и не Пустой, не Квинси и даже не Фуллбрингер. Ни с чем подобным прежде я не сталкивался, был он пресным, чем-то отдалённо напоминающим как раз «фон» Пустого, но ни малейшей агрессии, эмоций… хоть какого-то отблеска сознания в духовном наполнении, ничего. Рукия вновь взялась за свой «чудо-телефон», к счастью, свой прошлый опыт я давно учёл и доработал маскировку, благо Айзен прекрасно знал принципы работы данного устройства и то, как от него можно полностью спрятаться, но вот источник аномалии прятаться не думал и на дисплее явно светился. Ещё порадовал Ичиго – теперь его чувствительность отличалась от уровня полена, во всяком случае, истязать Кона он прекратил до того, как запищал аппарат. Ну а там и Рукия почуяла неладное уже сама и, судя по изменившемуся лицу и выплывшей на него задумчивости, опознать реацу также не смогла.

– Это у станции! – взмах рукой, и подростки рванули в указанную сторону, сопровождаемые свистом ветра и воплем развевающейся на этом ветру плюшевой игрушки.

– Что это за реацу такая?

– Не знаю. Никогда подобного не чувствовала, – моя гипотеза только что подтвердилась. Обе гипотезы. Правда, я не ожидал, что рыжий приведёт меня к возможной цели спустя пять минут наблюдения.

Недолгий забег действительно закончился на автобусной станции, где оказалась весьма многолюд… хм, многодуховно. И духи эти были в высшей мере необычными. Высокие фигуры под два метра, всё тело скрыто белым плащом, выполненным под пух и перья, хотя, может, и не плащом. Вместо головы – какой-то несуразный алый хохолок. Ни рта, ни глаз, ни ушей. И на этой площади их было сотни три или чуть больше. Однако… помимо них присутствовал и ещё кто-то. Почти сливаясь с этой толпой, но всё же несколько из неё выпирая, тут был ещё один источник духовной силы. Он был рядом, прямо на площади или где-то близко, но в то же время размывался, никак не давая обнаружить своё местоположение. Что-то отличало его от обычного Чистого (а никем больше эти хохлатые существа быть не могли), что-то помимо объёма реацу, но даже моей чувствительности вместе с гончей не хватало, чтобы понять, в чём это «что-то» состоит.

Тем временем Чистые вели себя совершенно инертно, порождая у парочки целый ворох вопросов и недоумения. Попытка мозгового штурма в три лица полностью провалилась, потому как ни душа-плюс, ни Кучики ни о чём подобном никогда не слышали, ну а с Ичиго и спросу нет.

– Ничего не поделаешь, – подвела итог обсуждению Рукия и, достав из кармана капсулу гиконгана, покинула гигай.

– Что, опять? – проворчал рыжий, но тоже полез в карман.

– Используй его! – строго одёрнула парня девушка, указав глазами на плюшевого льва. В ответ Ичиго тяжко вздохнул, но послушался и…

– Эй, под… – запихал руку в рот попытавшемуся было запротестовать Кону.

С секунду игрушка конвульсивно сопротивлялась, но как только таблетка души-плюс покинула вместилище, сразу безвольно обвисла. Куросаки же с явным неудовольствием вытер извлечённый шарик о толстовку и взял в рот, тут же покинув тело.

– Кон, спрячься где-нибудь! – бросил рыжий новому постояльцу своей тушки и поспешил за успевшей чутка отойти вперёд девушкой.

Кучики уже пыталась связаться с Обществом Душ по «волшебному» телефону и доложить ситуацию, вскоре, не отрываясь от первого дела, ребята попытались провести Духовное Погребение, но выбранный Ичиго Чистый только мотнул головой, когда в его лоб упёрлась рукоять занпакто.

Не знаю, сколько бы это всё продолжалось, но неожиданно по городу прокатилась ещё одна мощная волна этой странной духовной энергии. Точнее, «волна» – не совсем правильное слово, на нас будто хлынуло потоком из-за грани мира, а на площади появились новые лица. Их появление было очень похоже на выход обычных пустых с «изнанки» мира, а вот сами они скорее напоминали по внешности синигами. Шестеро «людей» – такие же косодэ и хакама, как в стандартной форме Проводников Душ, только тёмного-зелёного цвета, поверх них надеты зелёные металлические нагрудники, выполненные в каком-то восточном стиле. Ну и самая разнообразная номенклатура вооружения, от здоровенных, в рост человека, дубинок, до чего-то вроде системы залпового огня, закреплённой на спине. Словом, нормальные шикаи нормальных синигами. Главным явно (о чём свидетельствовал уровень духовной силы) был высокий мужчина в длинном дорожном плаще поверх доспеха. Белые волосы, утончённые черты лица, надменность во взгляде, в общем, я бы сказал, что передо мной очередная версия Бъякуи. Тоже аристократ? Правда, лицо всё же ему кто-то слегка попортил – на левой стороне от виска вниз шёл старый шрам. Но самым примечательным во всех них было реацу, я лишь на пределе чувствительности смог уловить черты, свойственные синигами – больно сильно они забивались этой «никакой» реацу.

А между тем Чистые начали беспокоиться, кое-кто даже «отрастил» гипертрофированные багровые руки и потихоньку направился в сторону Куросаки с подругой. И… это было странно, они же должны проявлять «инициативу» только по направлению к Розарию. Или он где-то рядом… или Ичиго действительно попал. Хотя это вряд ли, «почётная жертва» выбирается из душ, что уже находятся в Долине Криков, а не случайным образом со всего света.

В первый миг подростки растерялись, так и не заметив за спинами белых духов новых гостей. А дальше, вторя моим мыслям, на сцене появилось очередное действующее лицо. Тот самый странный источник духовной силы, который я до сих пор не смог визуально обнаружить, резко изменился. «Никакая» реацу буквально расцвела спектром синигами, словно раскрывшийся бутон, если подобное сравнение допустимо для ощущений поведения духовного фона. Вот она почти терялась на фоне Чистых, проходит какое-то неуловимое мгновение – и безвкусная нейтральная белизна наливается красками настолько, что даже я едва могу уловить в её духовном фоне крошечный привкус «никакой» реацу Чистых.

Не прошло и секунды, как на площадь выскочила миниатюрная девушка в традиционной чёрной форме синигами, дополненной только алым поясом. Выскочила уже с обнажённой катаной и сходу начала рубить возбуждённых недодухов. И двигалась она, надо заметить, очень даже хорошо. Бесконечно отставая в скорости от Сой-тян, но естественно и грациозно, без суеты, ошибок или излишне сильных, заставляющих сбиться с ритма и терять силы ударов. Ах да, ещё у неё были янтарного цвета глаза, фиолетовые, собранные в хвост волосы и очень… очень симпатичная мордашка.

– Она хочет высвободить занпакто! – пока я придавался эстетическому наслаждению, попутно наблюдая за зелёной шестёркой, Рукия заметила, как, завершив очередную связку ударов и прыжком поднявшись в воздух, неизвестная девушка начала выполнять что-то вроде комплекса необходимых жестов для высвобождения меча. Не все занпакто высвобождаются одной командой, многим требуется ещё и правильная поза, очерёдность движений, а то и вовсе целый стих – всё зависит от личных качеств меча и его владельца. Похоже, здесь было так же.

– Чего? – почему-то насторожился Куросаки, метнув шальной взгляд на девушку.

– Призови сумрак… – катана в руках незнакомки налилась жёлтым светом, начав удлиняться, но в тот самый миг, когда должно было последовать заветное имя клинка, а хозяйка янтарных глаз уже завершала необходимый поворот, её занпакто был остановлен встречным ударом Зангецу.

– Остановись! – игнорируя встревоженный окрик Рукии, Ичиго жёстким блоком зафиксировал оружие незнакомки. – Какого чёрта ты делаешь?! Это же совсем не Пустые!

На лице девочки с фиолетовыми волосами на секунду проступило замешательство, но уже в следующий миг она взяла себя в руки.

– Заткнись, дубина! – не знаю почему, но то, как разозлившиеся девушки произносят японское слово «бака» (первый звук «а» обязательно растянуть), вызывает во мне просто море умиления. Или это работает только с красивыми девушками?..

– Дуби?.. – не успел я додумать мысль, а Куросаки – с возмущением переспросить свою характеристику, как новенькая использовала его меч в качестве опоры, оттолкнулась и прошлась одной ногой по роже рыжего, взбираясь по воздуху ещё выше, а его самого отправляя к земле. – Сучка! Ты мне на лицо наступила! – возопил оскорблённый до глубины души подросток, в последний момент избежав позорного падения на спину. Но девочка его уже не слушала.

– Призови сумрак, Мирокумару! – клинок изменился, обратившись в копьё, на конце которого была связка колец, как на монашеском посохе, и тут же с его навершия в сторону толпы Чистых опустился торнадо, внутри которого искрили жёлтые молнии.

Сила занпакто буквально аннигилировала белых духов, да и ветер вокруг нас словно начал подчиняться воле неизвестной, вплетаясь в развернувшееся буйство силы. Я же, всё ещё оставаясь незамеченным, отчаянно пытался вспомнить сию юную леди. И попытки эти были безуспешны. Нет, само собой, я не мог знать всех жителей Блича, в том же Лас Ночес нумеросов на два порядка больше, чем вообще упоминалось в тех «первоисточниках», что хранились в моей памяти. Но такая симпатяжка, да ещё «засветившаяся» рядом с Куросаки… и этот «душок» Чистых в её реацу… Что же, методом дедукции можно смело заявить, что Розарий я нашёл.

– Что скажешь, Мурамаса? – обратился я к клинку.

Это невероятно, господин, – обычно спокойный и даже несколько меланхоличный голос клинка сейчас едва ли можно было узнать – не припомню, чтобы мой меч вообще когда-либо так сильно удивлялся.

– Что ты имеешь в виду?

– У неё… больше сотни занпакто. Но все они… Нет, не спят… Пробуждены. Но в то же время и нет. Это трудно описать для не-занпакто.

– Серьёзно? – я думал, Розарий получает только память и навыки, но клинок… это же кусок души.

– Это не совсем так, – ответил на мои мысли Мурамаса. – Занпакто рождается из души синигами, но мы всё же отделены от них. Иначе Кога не смог бы уничтожить того меня, а повреждение клинка в бою приводило бы к очень серьёзным повреждениям души синигами. Мы – часть внутреннего мира, где хранится всё то, что представляет собой душа. В том числе и память. И если Розарий получает эту память путём присоединения Внутреннего Мира погибшего, то он может получить и его занпакто.

– Интересная теория. И похожа на правду. Но давай пока оставим теоретизирования для более подходящего времени. Что по поводу этого Мирокумару?

– Раньше она принадлежала совершенно иному синигами, а не Сенне, именно так сейчас зовут Розарий… Фамилии нет, – Мурамаса явно общался с клинком прямо сейчас. – Да, Сенна смогла пробудить её из-за схожести характеров. Упрямство и ветреность, лёгкость в жизни и достаточная решимость, чтобы идти вопреки шторму… Прошу прощения, господин, Мирокумару довольно витиевато изъясняется.

– Ничего страшного. И, как всегда, спасибо за работу, – я мысленно кивнул своему клинку.

– Как всегда, рад быть вам полезным, господин.

На этом разговор завершился, а события в мире живых тем временем набирали оборот. Группа странных типов в зелёном молча исчезла на изнанке мира, так и не проронив ни слова и никак не проявив себя для Ичиго и компании. И вовремя, так как девушка при помощи «электроторнадо» благополучно зачистила всех Чистых (гм…) за какие-то двадцать секунд, тем самым лишая их очевидного укрытия. А вот после… «исчезла», точнее… Я зажмурился и подавил в себе желание протереть глаза. Она… Она ушла сюмпо за ближайший уголок, после чего сотворила себе гигай. Буквально из подручного материала – опавших листьев. Просто взяла и сделала материальное тело. За пару десятых долей секунды. Без лаборатории, без видимых усилий, вообще чисто рефлекторно. Это что же за мёртвый гений у неё в голове живёт? Хочу с ним познакомиться!

– Что это было? – первой нарушила молчание Рукия, глядя туда, где только что в воздухе танцевала со своим копьём девушка.

– Она исчезла, – констатировал очевидное Куросаки, пялясь в ту же точку. И, кстати, да… Источник реацу Сенны опять скрылся, почти исчезнув из восприятия. Я бы сказал, что она маскируется схожим со мной способом, но…

– Да! У меня получилось! – глядя на то, как девочка радостно выскакивает из-за поворота прямо за спины подростков и начинает триумфально пританцовывать, у меня как-то невольно начинали закрадываться сомнения насчёт её стремлений маскироваться. – Уо! Е-е-е! – прыжок на месте и ручки-ножки туда-сюда, туда-сюда. Среди её воспоминаний определённо есть что-то о болельщицах из американского футбола. – Как круто! – присесть восторженной пружинкой и последний раз подпрыгнуть, завершая выплеск эмоций.

Даже не знаю, что сказать…

Кавай!

Между тем два Суровых Синигами медленно обернулись. Блин, эти серьёзные лица и вселенская тяжесть во взглядах… Нет, я этого не выдержу. Ладно, тут я увидел достаточно, пора бы и вмешаться, пока не случилась какая-нибудь фигня. А то, что она точно случится – тут гадать не приходилось. Это же Ичиго, в конце концов.

– Так, а вы кто? – заметив интерес к своей персоне, Сенна упёрла правую руку в бок и прожгла парочку взглядом строгого следователя. Я говорил «пока не случится»? Я опоздал. Но чёрт подери… Леди знает, как переводить стрелки! Она мне всё больше нравится.

– Э?! – от наглости наезда Куросаки потерял дар речи. – Ты!.. – видимо, сказать он хотел очень многое, ну, об этом красноречиво свидетельствовало выражение его лица, но, как видно, рванувшие в дружном порыве наружу тезисы застряли «в дверях», по образу и подобию незабвенного Винни-Пуха. Впрочем, один таки прорвался: – К-Когда ты успела вернуться в гигай?!

Блин, когда он успел стать таким умным? Это же один из самых неудобных вопросов, что он вообще мог ей задать, уж всяко неудобней наездов на тему хождения по чужим лицам.

– Ха?.. – девочка с гениально пренебрежительным выражением «Да фиг его знает, кому какая разница?» пожала плечами. Так, вмешательство подождёт. Я хочу это видеть!

– Ты кто, чёрт возьми, такая?! – окончательно взъярился парень.

– Синигами, конечно же.

– Я это знаю! – притопнул ногой Куросаки.

– Прежде чем задавать такие вопросы, лучше бы сам представился, – сделав глазами влево-вверх, мол «с кем приходится работать», посетовала эта прелесть.

– Эм, – сделав над собой явное усилие, рыжий выдохнул, но, видимо, претензия затронула что-то в области воспитания, так что, выпрямившись и согнав с лица остатки негодования, парень натужно представился: – Куросаки Ичиго…

– М?.. – Сенна мгновенно развеселилась и, сложив ручки за спиной, по-детски подалась корпусом вперёд, заглядывая в лицо временному синигами. – А ты очень честный, – троллинг – десять из десяти! – Я Сенна! – не меняя выражения лица, представилась она, едва у Куросаки на лбу пролегла ещё одна складка, и тут же… – Пока, – девочка крутанулась на носочках с явным намерением удалиться.

Ещё немного, и я влюблюсь…

– Какое «пока»?! – Ичиго пошёл на новый виток негодования. – Зачем ты это сделала?!

– А разве это не очевидно? – «что же ты такой глупенький?» невинно захлопали янтарные глаза, заставляя меня титаническими усилиями давить улыбку.

– Ты вообще что-нибудь знаешь о них? – строгим голосом присоединилась к допросу Рукия.

– А-а?! – лицо Сенны отразило смесь ужаса и потери, после чего, полностью игнорируя парочку, она метнулась к окну здания вокзала.

– Эй, что случилось? – припустил следом временный синигами.

– Вот же, так и знала, – расстроенно произнесла девушка, коснувшись руками стекла и рассматривая что-то на той стороне.

– Что?! – Ичиго уже неподдельно переживал.

– М-м-м… – Сенна выпрямилась и покрутила головой, всё ещё что-то высматривая. – Жёлтый мне не идёт… – наконец сообщила она новость мирового значения и… начала придирчиво поправлять ленточку, которой её волосы были завязаны в хвост. Ленточка была жёлтой.

– Да забудь ты об этом! Эй! – Куросаки схватил её за плечо, разворачивая к себе, но уже в следующую секунду девушка скинула его руку, одарив обжигающим взглядом.

– Ичиго, да? – к уничижительному взгляду добавились руки, убранные в карманы бежевого форменного пиджака, надетого на ней поверх белой блузки.

– Да, – не очень уверенно подтвердил парень.

– Это… – Сенна заглянула ему за спину и снисходительно улыбнулась.

Все участники, включая меня, перевели взгляд в указанном направлении, чтобы обнаружить… тело рыжеволосого подростка, распластавшееся в другом конце площади. Таблетка души-плюс лежала рядом, выпав изо рта. Над телом с озабоченным видом уже столпились трое работников вокзала, явно намереваясь вызвать скорую. Ну что сказать? Это карма.

– Кон! – временному синигами сразу стало не до выяснения отношений. И, блин, не знал бы точно, что это не так, то, глядя на довольную моську Сенны, что уже развернулась и навострилась сделать ноги, побился бы об заклад, что это она всё подстроила.

– Я, пожалуй, пойду, – промурлыкала няша с фиолетовыми волосами, начав отступать. Но не тут-то было!

– Я так не думаю! – грубый, агрессивный самец нагло схватил невинную девушку за руку. – Пойдём со мной! – и поволок куда-то с самыми мерзкими намерениями.

– П-постой! – попыталась сопротивляться девушка, но на этот раз Ичиго держал крепко.

– Дубина, – констатировала себе под нос наблюдавшая за всем этим бедламом Рукия.

– Ну как сказать… – выхожу из сюмпо за её спиной. Я и так подзадержался с вмешательством. – Сенна умеет выводить из себя.

– Сагара-доно? – изумлённо выпучила глаза Кучики, повернувшись в мою сторону. – Здравствуйте, – чуть поклонилась.

– Взаимно, – улыбаюсь. – Очень рад вас обоих видеть, хотя тенденция наших встреч исключительно во время каких-то неприятностей немного напрягает.

– А… Да, наверное… – маленькая синигами попыталась собраться с мыслями. – Вы её знаете?

– Да, это Сенна, мой стажёр, – мы наблюдали, как второй раз уже оживший «труп» Куросаки отбивается от сотрудников автовокзала. Получившая-таки волю во время процесса «влезания в тело» девушка весело хихикала рядышком, напрочь забыв все обиды.

– Заменитель Памяти есть? – как бы между делом интересуюсь у Кучики.

– А? Да, конечно, – кивнула Рукия и полезла за пазуху.

Спустя минуту последовала вспышка и розовый туман. Простые люди в ступоре, а Куросаки свободен.

– Спасибо, Рукия.

– С тобой я замучаюсь писать отчёты по перерасходу картриджей для оборудования… – проворчала девушка.

– О! – тут рыжий заметил меня. – Сагара-сан? А вы что тут делаете?

– У нас тут небольшое ЧП с Долиной Криков. Полагаю, скоро на уши встанет и Готэй, так что вам всё объяснят. И простите за Сенну, – невзначай подхожу к девушке и зарываюсь рукой в её фиолетовые волосы, – она действовала по инструкции.

– А? – ответом мне стали две пары глаз, карие и фиалковые, выпученных в немом изумлении. И ещё два янтарных омута, с непониманием воззрившихся на меня исподлобья, так как руку я не убирал.

– При встрече с представителями Готэя-13 во время исполнения миссии члены Омницукидо, как правило, не имеют права раскрывать свою личность, ведомственную принадлежность и детали операции. Мы обязаны всеми средствами сократить общение и исчезнуть с места действия. Это называется «секретность».

– Она танцевала за нашими спинами! – возопил о наболевшем Куросаки, невежливо ткнув в сторону девушки пальцем.

– А тебя это так задело? Сам, что ли, не умеешь? – надулась Сенна, сложив руки на груди. Так, будто выпад парня её по-настоящему обидел.

– Всё я умею!

– Да? С девушкой-то хоть раз танцевал? – сверкнула толпами бесенят в глазах эта прелесть, опять переключившись на позитивный настрой.

– Я? Да… Ты!

– Всё-всё-всё, – успокаивающе качаю рукой, привлекая внимание Сенны. – По «риторике» получишь отлично, убедила. Но вообще, он прав – надо было просто уйти в сюмпо, пока никто не видит. Ладно! – чуть повышаю голос, видя, что девочка хочет что-то ответить. – Рад был вас увидеть, ребята, но у нас ещё полно дел. К тому же кое-кто, – опять кладу руку на голову Сенны, – уже вторые сутки на ногах и давно проголодался, в результате чего очень ворчлив и не позитивен. Надо этого кое-кого задобрить каким-нибудь ресторанчиком, пока, чего доброго, Тринадцатый Отряд не начал писать на меня доносы, – подмигиваю Кучики. – Словом, мы пошли к еде, а вам желаю удачного продолжения свидания.

– А?.. Э?.. Свидания?.. – как подростки-то резко заволновались, даже казавшаяся секунду назад верхом невозмутимости Рукия.

– Парень. Девушка. Вдвоём. У развлекательного центра. В сцене присутствует мягкая игрушка… – пальцем указываю на основное тело Кона.

– Н-нет, ничего такого, вы нас неправильно поняли, Сагара-доно! – чем яростнее отрицала Рукия, тем сильнее расплывалось в улыбке лицо Сенны, уже явно задумавшей новую шкоду.

– О! Так вот почему он был такой злой и грубый? Вам помешали! Всё-всё, удаляемся и больше не мешаем! Так что там с едой? – последняя фраза уже предназначалась мне.

– Веселитесь, ребята! – подхватываю девушку под руку и быстренько ухожу в сюмпо. Уф, самая сложная часть выполнена…

Чуть позже.

– Ом-но-мном, м-м-м, фкуфно! – Сенна уминала уже третью порцию, после жаркого, рыбки на пару и классического рамена. И куда это в неё только умещается? Впрочем, пусть кушает, раз нравится, благо карточка, что мне в своё время выдал Айзен, и не такие траты позволяет.

– Да, тут действительно неплохая кухня, – я ограничился чашечкой чая, благо выбор сортов тут был весьма приличным.

– Уф, словно сто лет не ела, – счастливо выдохнув, блаженно растеклась по стулу девушка, от удовольствия зажмурив глазки. – Да, кстати, – встрепенулась, цапнула со стола бокал с фруктовым коктейлем, поймала трубочку ртом и, нацепив на лицо серьёзную моську, окинула меня подозрительным прищуром, – а ты кто такой вообще?

Ох, чего мне стоило не прыснуть чаем от смеха… нет, это просто неописуемо. Вот так пойти с непонятным левым типом, пронаблюдать, как он влезает в гигай, предварительно добытый из ухоронки в тени мира, объесть его на кругленькую сумму и только потом поинтересоваться, кто он вообще такой. Это шикарно!

– Это… очень сложный вопрос, имеющий массу ответов. На данный момент самым верным будет, что я твой друг, – ставлю чашку на блюдечко. – Куда интереснее другой вопрос. Кто ты, Сенна?

– Что за глупость? – чуть нахмурился этот источник позитива. – Я синигами.

– Да? Тогда из какого ты отряда?

– Эм… Я как-то не заморачивалась такими подробностями… Не помню, – беззаботно пожала плечами девушка, вновь присосавшись к трубочке.

– Хорошо, допустим. Но тогда когда ты обучалась в Академии? Где жила? С кем дружила? С кем соперничала? Когда освоила шикай?

– Я… – зрачок чуть расширился, а напиток оказался забыт. – Я… не помню.

– А что если я скажу, что настоящий владелец твоего меча погиб более сотни лет назад в Разделителе Миров?

– Ха-ха, глупая шутка… – ненатурально рассмеялась девушка, поспешно поставив бокал на стол. – Пожалуй, я лучше пойду! Спасибо за угощение!

– А что если я скажу, что знаю, почему у тебя в голове столько противоречивых воспоминаний, почему ты помнишь одно, но совершенно не можешь вспомнить другое? – Сенна замерла на половине шага и… вновь уселась передо мной.

– Выкладывай, – буркнула она.

– Хорошо, – чуть хмыкаю и неторопливо отпиваю из чашки, за что на меня начинают смотреть как на врага народа. Хех, кто-то не может и минуты усидеть на месте. – Но начать придётся чуть издалека. Точнее, с круговорота душ в этом мире…

Почти час спустя.

– …так что ты не совсем синигами. Возможно, была им когда-то, всё же для Розария Памяти подходит только сильнейшая из доступных душ, а это, как правило, действительно синигами.

– То есть… – на меня потерянно смотрели испуганные янтарные омуты, – ты хочешь сказать, что я… просто сосуд с воспоминаниями толпы мертвецов? Что меня никогда не было? Нет! – девочка отрицательно замотала головой, схватившись за виски руками. – Бред! Я – Сенна!

– Тогда какая у тебя фамилия?

– Я… не помню… – девушка зажмурилась, начав легонько подрагивать, – но… – тут она внезапно замерла, даже перестав дышать, будто что-то вспомнив, – но я жила в этом городе! – Сенна распахнула глаза, впившись ими в моё лицо с какой-то отчаянной надеждой. – Играла у реки! Да тут мой дом неподалёку! Я даже помню свои похороны!

– А ты уверена, что это были твои похороны? – вскидываю правую бровь. – К тому же, бытие Розарием несёт множество плюсов. Правда, Готэй-13 с этим бы не согласился, но… помимо Готэя есть и другие организации духов.

– Нет! Ты всё врёшь! – девушка порывисто вскочила и выбежала прочь.

– У вас всё в порядке, сэр? – подошёл ко мне официант.

– Да, просто сообщил новости, на принятие которых нужно время. Счёт, пожалуйста.

– Минутку, – чуть поклонился работник ресторана.

Оплатив счёт, я неторопливо направился в сторону, куда вёл след реацу Сенны, да и Гончая моя за ней продолжала присматривать вполглаза. На улице уже давно село солнце, и ночь попыталась заявить свои права на город, хоть и столкнулась с яростным сопротивлением фонарей, неоновых вывесок и отсветов костров вечерних ярмарок.

След привёл меня на старое, обнесённое забором кладбище, существующее прямо в городской черте. Место последнего пристанища человеческих тел встретило меня тишиной и темнотой. И невысокой фигуркой, судорожно стиснувшей край юбки. Сенна глядела пустым взглядом на могильную плиту.

– Йомей Накамура. Друг. Муж. Отец, – глухим голосом зачитала Розарий, стоило мне встать рядом. – Никакой Сенны. Но я помню… вспомнила его. Как жена подавала ему чашку с саке, как он качал на руках своего первенца… девочку. В прошлый раз я думала, что это мой отец… но он лежит на том месте, где должна была быть моя могила.

– Нет смысла зацикливаться на проблемах прошлого, живи настоящим, мечтай о славе будущего.

– Тебе легко говорить, – со слезами в голосе ответила девушка, – а я… я просто кусок Долины Криков, обрётший сознание. Винтик в колесе перерождений. Всё моё существование… – всхлип.

– Если бы кое-кто слушал меня внимательнее, – осторожно приобнимаю вздрагивающие плечи, – то услышал бы, что я говорил. Да, синигами Сенны, возможно, действительно никогда не существовало. Но… была душа. Сильная, яркая, волевая. Настолько, что оказалась сильнейшей среди прочих. Что же касается воспоминаний… Очень малый процент душ помнят их прошлые жизни. Я свою не помню. Тебе же, в некотором роде, повезло.

– Повезло? Как это можно назвать везением? – девушка немного успокоилась и украдкой вытерла слёзы.

– Тебе досталась превосходная база. То, как ты двигаешься, сражаешься, даже используешь маскировку – многие синигами идут до этого уровня десятилетиями, даже веками. Ещё большее количество не доходит никогда. У тебя же всё это есть на инстинктивном уровне.

– Но это всё – не моё, – слабо, скорее из принципа, возразила Розарий.

– Почему же? Просто считай это своей особенностью. У каждого синигами есть своя фишка. Так почему бы не быть такой? Хотя кое в чём я с тобой соглашусь. Сейчас, – выделили я голосом, – это действительно не твоё. Лишь инстинкты, но нет понимания и сознательного использования. На твоём месте я бы приложил все возможные усилия, чтобы освоить и развить всё то, что мне досталось. Хотя бы из уважения к тем, кто это оставил.

– Н-но… – растерянная девушка подняла глаза на меня, – ты же говорил, что Готэю проще всего решить проблему с Долиной. Уничтожив Розарий… Уничтожив меня.

– А ещё я говорил, что я твой друг, – выпускаю на лицо мягкую улыбку. – Я могу тебе помочь, если ты захочешь принять эту помощь и пойти за мной.

– А вся та история, что ты рассказал тому рыжему и девице с ним? Откуда я могу быть уверена, что ты и сейчас не врёшь? – подозрительно сощурилась Сенна.

Разумная паранойя. С учётом того, что на неё сейчас обрушилось – это ещё ничего, многие другие на её месте постарались бы сбежать и забиться в какой-нибудь темный угол. Хотя… такая душа вряд ли бы прошла «проверку на профпригодность» от Долины.

– И в чём же я соврал? – приподнимаю бровь. – Омницукидо действительно не рекомендуется лишний раз связываться с Готэем. Засветившись, с учётом твоего таланта к маскировке, действительно лучше всего было бы отскочить в сюмпо на пару районов.

– Я… – на меня удивлённо захлопали ресницами, но тут же воинственно нахохлились и перешли в атаку: – Я не твой стажёр, вот! – о, этот полный гордости и превосходства взор… Нет, такое чудо я по любому с собой утащу, даже если оно будет брыкаться и кусаться.

– Я занимаю командную должность в той структуре, в которой состою, так что вполне могу назначить тебя своим стажёром, что я и сделал, – и вновь чистая правда, обратись Примера Эспада к любому другому арранкару с приказом «ты мой стажёр», любой арранкар согласится и будет радостно кивать. Ну, кроме Баррагана. Ну, ещё Гриммджоу и Ноиторре, скорее всего, сначала придётся объяснять, что это страшное слово означает.

– Ла-а-а-адно, – призадумалась девушка, окидывая меня, ну не знаю… женским подозрительно-оценивающим взглядом. Этаким «а не слишком ли космат сей бабуин?» – Но мне нужно обдумать твоё предложение! – солидно постановила мелкая. – Нельзя вот так сразу брать и соглашаться идти куда-то с непонятно откуда вылезшим типом! – ручки невинно сцепить за спинкой, качнуться на носочках, глазки в сторону… Словом, «я вся такая пай-девочка».

– Пфффф, кхе… – меня разобрал приступ «кашля». Нет, она точно будет лучшим другом Тоби! И любимой племяшкой Примеры!

– Ну а пока я думаю… – хитро стрельнув на мою реакцию глазками… – Хочу туда! – девушка ткнула пальчиком в сторону… парка аттракционов с колесом обозрения.

– Почему бы и нет? Правда, я не совсем улавливаю, как это сочетается с твоей фразой про «идти куда-то с непонятно откуда вылезшим типом», после того как ты уже ходила с ним в ресторан… – в ответ на меня посмотрели точно так же, как сегодня днём смотрели на Куросаки – «что же ты такой глупенький?»

– В ресторан – это не куда-то, это в ресторан! – на пальцах объяснили мне, в чём я не прав.

– А сейчас?

– Сейчас тоже не куда-то, а вон туда! – изящный пальчик ещё раз ткнул в сторону колеса обозрения.

– А, ну да, женская логика, как я мог забыть…

– Ты на что это намекаешь? – с прищуром почуявшего ересь инквизитора покосилась на меня Сенна. Переживания и грусть были если и не забыты, то отринуты, информация принята к сведению, и девушка двинулась дальше. Хорошая устойчивость и гибкость сознания. Думаю, и идею сотрудничества с Пустыми она воспримет куда как легче и проще, чем «нормальные» синигами. Вот только вспышка уже знакомой «никакой» реацу несколько нарушила наши планы.

Появление Чистых было во всех смыслах странным. Только что их не было, и вот уже по чувствам ударяет то самое возмущение, будто в небе появилась дырка и ровно тебе на голову опрокидывают ведро холодной воды. Никакого возмущения пространства или напряжения тени мира, просто резкий всплеск реацу буквально со всех сторон, и вокруг начинают проявляться Чистые. Не все разом, что примечательно, а по одному-двое, но очень быстро, настолько, что территория кладбища оказалась полностью заполнена за какие-то секунды.

– Ай! – вскрикнула от неожиданности Сенна, когда ближайшая белая душа попыталась её грубо схватить. Мгновение, и гипертрофированные багровые руки были сброшены с плеча, а девушка отступила ближе ко мне, упираясь в грудь спиной. – Опять эти штуки? – прозвучало в равной степени растерянно и недовольно.

– Ты пойдёшь со мной! – не дав мне и секунды на ответ, с неба свалился темнокожий здоровяк поперёк себя шире и… к моему беспредельному изумлению, одним тычком отбросил меня в сторону, после чего схватил не ожидавшую ничего подобного Сенну за горло, в то время как на мне начали виснуть Чистые, явно намереваясь сковать движения.

Абсурдность ситуации настолько меня шокировала, что на какое-то время я впал в натуральный ступор. Уровень реацу темнокожего был так себе – где-то пятый-восьмой офицер, а я не то что среагировать на его появление – даже устоять на ногах не смог! Это было настолько бредово, что разум просто отказался принимать происходящее. Ведь в одном моём ногте больше силы, чем во всей этой толпе, включая здоровяка!

– Ты кто такой?! Чего тебе надо?! – просипела девушка, безуспешно пытаясь разжать хватку.

– Ты пойдёшь со мной, – повторил громила, лишь на полголовы уступавший в росте Ямми. – Таков приказ Ганрю-сама, нашего лидера!

– Ганрю? Не знаю таких… – девочка попыталась лягнуться.

– А тебе и не надо, – сально усмехнулся темнокожий, а я, наконец, понял, какой я дурак…

Гигай. Я находился в гигае. Ни один гигай не рассчитан на то, чтобы в нём драться! А мой и вовсе был вынужден держать в себе сущность, на несколько порядков превосходящую по силе обычных духов. Естественно, я не успел в нём среагировать!

Едва столь простая мысль пробилась до моего сознания, как я покинул материальное тело…

Чуть ранее. Куросаки Ичиго и все-все-все.

– М-да, сходили за хлебушком, – рыжий парень мрачно оглядывал площадь, где совсем недавно они с Рукией умудрились вляпаться в странных духов, ему наступила на лицо какая-то несносная девица, а позже один из немногих вроде бы нормальных синигами предупредил, что «скоро Готэй встанет на уши». А ведь всё началось с банального похода в магазин за продуктами.

– Да чтоб тебя тазом с помоями по хребту приложило! О чём ты только думаешь?! – вторгся в мысли противный голос сожителя.

– Что сейчас не так?!

– Кретин… – прозвучало с такой обречённостью, что Ичиго испытал непреодолимое желание заехать собеседнику в морду. С ноги. Два раза.

– Я смотрю, у тебя голова с последней тренировки уже прошла, – внутренне оскалился Куросаки, намекая на своё состояние – в последнее время у него наметился прогресс, и чёртов квартирант уже не мог безнаказанно протирать им внутренний мир. Теперь они пробивали небоскрёбы своими телами оба.

– Не зарывайся, неудачник! Я всё ещё тебя щажу… – с нотками неудовольствия проворчали ему в ответ, вызвав лёгкую улыбку. – Но вернёмся к твоей тупости! Тебе прямым текстом сказали, что тебе делать с твоей девственностью! Девушка смущена и растрогана! Пользуйся моментом, идиотина! Или ты мазохист?!

– Ничего я не мазохист! – возразил успевший густо покраснеть Куросаки. Просто чтобы ну хоть что-то возразить.

–Да ла-а-адно?! При первой встрече с этой маленькой симпатяжкой тебя связали заклинанием, Тацуки тебя превратила в отбивную в своё время, и вот теперь тебе наступили на лицо, и ты вместо компенсации моральных потерь думаешь о каких-то батонах… Какого хрена?!

– Ну не бить же мне её было? Она всё же синигами… – возразить по сути парню было нечего.

– Вообще, было бы неплохо, ишак ты синигамский. Но раз у тебя кишка тонка, то мог хотя бы не позволять ей это делать! Вот что тебе мешало оттолкнуться от воздуха и разорвать дистанцию или толкнуть клинок, отправив в полёт её? А-а-а, кому я это рассказываю?! Ты опять забыл о самом важном, а Рукия уже пришла в себя! Ну что за тупой неудачник?! – ощущение присутствия в голове вновь пропало, а приподнявшееся было настроение вновь опустилось на дно. Найти ошибку в логике Пустого парень не мог, хоть и старался. Да и те разговоры, что они вели в перерывах между попытками друг друга убить, маскирующимися под тренировки… В общем, пищи для размышлений в последнее время у него было предостаточно. И вот новые проблемы.

– Кстати о покупках, – вывела временного синигами из мрачных дум Рукия. – До магазина мы так и не дошли…

– Ох, точно! – парень хлопнул себя по лбу, радуясь, что можно отвлечься. – Пойдём, – но брошенный на подругу взгляд заставил в голове опять засвербеть недавние слова Зангецу. – Эм… Купить тебе мороженого?

– Ичиго? – в широко распахнутых фиалковых глазах Кучики проступило столько неопределяемых эмоций, что парень тут же пожалел о своих словах.

– Что?! – голос подвёл, самовольно поднявшись в громкости, а глаза уже искали пути спасения. – Если Сагара что-то там подумал, это ещё не значит, что я теперь не могу купить тебе мороженое!

– … – во взгляде подруги прибавилось удивления, почему-то заставляющего Ичиго чувствовать себя очень неуютно. – Как скажешь… – после паузы негромко сообщила девушка, отворачиваясь к дороге.

– Ну, может быть, ты и не безнадёжен, – задумчиво подбодрили его из Внутреннего Мира.

– Завались!

Но если уж день начался паршиво (а срочное уничтожение Пустого в парке, из-за которого ему пришлось бросать тело едва ли не на дороге – явно не самое лучшее начало дня), то не менее паршиво он должен был продолжиться. Хотя в данном конкретном случае всё было не так уж плохо, просто на выходе из магазина их уже ждали старые знакомые.

– О! Привет, Мацумото, Тоуширо, – кивнул парень. Рукия ограничилась почтительным поклоном.

– Для тебя – Капитан Хитсугая, ну сколько можно повторять? – раздражённо дёрнул бровью синигами, выглядящий немногим старше Карин. На этом их ритуал приветствия завершился, и глава десятого отряда приступил к сути. – Куросаки, пошли за мной.

– Если вы по поводу Долины Криков, то сначала я отнесу сумки домой и нормально устрою тело! – испытывать риск попасть в больницу (а то и сразу в морг) третий раз за день Ичиго точно не хотелось.

– Откуда ты знаешь? – насторожился парень.

– Да тут капитан Сагара со своим стажёром работали, сказали, что Готэй тоже скоро узнает, кого-нибудь пришлёт и нам всё расскажут. Так что сначала я отнесу еду домой, а уже потом пойду с вами!

– Ладно, – нехотя отозвался капитан, – будущего главу клана Касуми Одзи можно недолго и подождать.

– Тоуширо, только ты ещё не начинай… – вздохнул парень, и тут его взгляд привлекла стая детишек в сторонке… активно тыкающих в него пальцами. – А ещё мне нужно купить гарнитуру…

– Купить что? – не поняла Мацумото.

– Зачем? – поняла Рукия, но не углядела причины.

– Да затем, что на парня, разговаривающего с пустотой, многие смотрят с подозрением. А так хоть буду делать вид, что разговариваю по телефону.

– Король, когда ты успел стать таким дохрена умным?

– Сказал – завались!

Немного спустя. Резиденция Безумного Шл… кхм, скромного торговца Урахары Киске.

– О! Куросаки-кун! Хитсугая-сан, Рангику-сан и Рукия-сан! Чем обязан вашему появлению?! – как всегда радушно встретил гостей маньяк-учёный.

– Сегодня, в 12:25… Спасибо, Тессай-сан, – капитан Десятого Отряда благодарно кивнул, получив чашку чая. – Так вот, в 12:25 город из Мира Живых внезапно появился в небе над Сэйрэйтэем. В это же время Отдел Связи обнаружил большое количество перебоев в работе, а через минуту мы вообще лишились какой-либо связи с нашими агентами вне Общества Душ.

– Иначе мы бы просто связались с Рукией-сан, – продолжила за своим капитаном Мацумото. – Но такие неполадки – слишком серьёзное дело, так что Главнокомандующий решил направить нас для разведки обстановки.

– Фух, – выдохнула Кучики, – а я уже думала, что у меня сломался телефон.

– Минуточку, что ещё за «город в небесах», как это вообще возможно? – Ичиго чувствовал себя несколько лишним в этой беседе. Все синигами, находящиеся в этой комнате, восприняли такое явление как само собой разумеющееся, один он чувствовал себя идиотом. И это несколько злило.

– Он даже этого не знает… – устало прикрыл глаза Тоуширо, всем своим видом выражая ту обречённость и тоску, что он испытывает, будучи окружён толпой некомпетентных индивидуумов.

– Ичиго… – закатила глаза Рукия.

– Тише-тише, – махнул рукой Урахара и повернулся к Куросаки. – Давай-ка я всё тебе объясню, – учёный вытащил из разворота кимоно сложенный веер и принялся использовать его в качестве указки. А Тессай… уже где-то раздобыл целый альбом, изрисованный в подозрительно знакомом стиле, разве что без медведей. – В нашей вселенной существуют Мир Живых и Общество Душ, а чтобы они не пересекались, есть такая штука – Разделитель Миров. Куросаки-кун, ты уже был в нём… – Тессай перелистнул страничку, и… это были точно не медведи, но и кролики получились у художника… не очень.

– Не на то смотришь, Король.

– Хм? – Ичиго и сам улавливал, что что-то тут не так, но эти фантасмагоричные рисунки, к которым уже прикипела Рукия с пылающим взглядом, несколько сбивали.

– У него уже был альбом с такими иллюстрациями к нашей маленькой проблеме. Тебе не кажется это странным? На рабочую методичку подобный «шедевр» живописи точно не похож, а значит…

– Они знали. Не уверен, насколько раньше нас к ним попала информация, но они знали, – и так не сильно нравящаяся Куросаки цепь событий перестала нравиться ему окончательно. Меж тем, Урахара продолжал, и кое-что из его речи заставило парня удивлённо воскликнуть.

– Три дня? Причинит огромные разрушения?

– Тебя что-то смущает, Куросаки-кун? – улыбнулся своей фирменной улыбкой синигами.

– Да, – Ичиго поймал себя на мысли, что очень хочет вдарить по этой ухмыляющейся роже. Из внутреннего мира поступило ощущение полной солидарности. – Вам было известно о том, что эта штука появилась и очень быстро растёт, ещё три дня назад, вы знали, к чему это может привести, но вместо того, чтобы что-то с этим делать… тупо сидели и рисовали в альбоме эти дебильные иллюстрации?! – Тессай удручённо склонил голову, на миг парню стало даже как-то неудобно и совестно перед этим молчаливым, но очень добрым мужиком, однако осознание того, что из-за такого наплевательского отношения город, в котором живёт его семья, подвергся смертельной опасности, любую совестливость пинками загоняло в самый тёмный угол его внутреннего мира.

– Мы отправили специальный отряд ко входу в это измерение, – остудил порыв парня спокойный голос Тоуширо, – но эта затея оказалась неудачной. В итоге, у нас остался лишь один способ исследования появления новых спектральных колебаний в этом мире. И я командую этой операцией! – чуть пафосно закончил капитан.

– Почему именно ты? Ну, в смысле, разве этим должен заниматься не научный отдел и ваш Второй Отряд?

– Все другие капитаны отмаз… отказались, – «тихонько» шепнула Рангику, явно пытаясь разрядить обстановку, вот только Ичиго было не до шуток. И факт того, что синигами, которые вроде как должны защищать живых и простые души, просто взяли и «забили» на подобную «мелочь», потому что нужно немного шевелиться… Скажем так, пребывающее на дне настроение добыло кирку и продолжило зарываться вниз.

– Это совсем не важно! К тому же мы теперь знаем, с чем имеем дело. Долина Криков.

– О, Хитсугая-тайчо, – прикрыл улыбку веером Урахара, – вы уже что-то выяснили?

– Не я. Эти сведения я получил от Куросаки, – вся компания повернулась к подростку.

– Мы сегодня в парке встретили капитана Омницукидо Сагару-сана с помощницей. Они уже вторые сутки, как я понял, работали над ситуацией и смогли выяснить, что это за измерение, – в голосе парня так и читалось «пока Готэй страдал фигнёй».

– Значит, Долина Криков и Чистые… Понятно, – Киске постучал себя веером по губам. У Ичиго дёрнулась бровь.

– А можно для тех, кому не совсем понятно?

– Да-да, сейчас я тебе и это объясню… – и учёный просто перевернул страницу, где уже также был подготовлен рисунок. И начал объяснения.

Ичиго очень хотелось ругаться, а ещё больше – как следует отделать учёного, он или считал его за идиота, или откровенно издевался. Ну или не считал проблему столкновения двух реальностей проблемой. Последняя мысль послужила хорошей заменой ведру ледяной воды на голову. А ведь действительно… Что для этого существа, разменявшего уже не одну сотню лет, проблемы смертных? Что ему Общество Душ? Ведь, как понял парень, он там уже лет сто не появлялся. А Каракура? Ну исчезнет город с лица Земли, несколько сюмпо, и он уже на другом краю Японии, если не мира…

– Эй, ты меня слушаешь? – наклонился вперёд Киске.

– Да, – эту проблему, скорее всего, придётся решать ему. Хотя… возможно, синигами из Общества Душ также будут заинтересованы, но одно было ясно точно. Доверять Урахаре он больше не может. И до этого методы учёного были сомнительны, а цели – очень не ясны. Но сейчас… Очень хотелось высказать всё, что парень думает об этом «скромном торговце», вот только момент был очень неподходящий.

– Отлично, продолжим. Ты же уже видел Чистых, души, чьи воспоминания были отделены?

– Эм, да. А куда, кстати, деваются эти воспоминания?

– Они помещаются в отдельное существо, называемое Розариумом Памяти. С его помощью они возвращаются в Мир Живых. Появление этой долины – довольно частое явление. Мы уже видели его много раз…

Ичиго вновь ушёл в свои мысли, пытаясь понять, сколько сказал ему учёный и о скольком умолчал. В конце концов, у этого «Зайца» даже в особых приметах стояло «хроническое умалчивание жизненно важной информации» и «эксплуатация детей и кошек». Меж тем, парень продолжал следить краем уха за беседой синигами. И чем дальше она шла, тем более неприятные подробности открывались. В этот раз кто-то чрезмерно усилил связь Долины с двумя мирами, что и могло привести к катастрофе. Тут ещё и Кон «проснулся», заявив, что видел какого-то странного типа среди тех призраков. Как бы то ни было, всё упиралось в Розарий Памяти. Он был ключом ко всему. По итогам беседы был выработан «план», точнее, его подобие: синигами отправляются назад на доклад Главнокомандующему, Урахара потрошит Кона с целью получения описания их нового врага, а они с Рукией патрулируют город, надеясь отыскать этого странного типа, а если повезёт – найти Розарий… Правда, что это такое и как выглядит – никто пояснить не смог.

– Блестяще, – резюмировал Куросаки, выходя из магазинчика Урахары, – просто блестяще.

– С тобой всё в порядке, Ичиго? – с беспокойством обернулась к нему маленькая синигами.

– Да, Рукия, всё в полном порядке. Нам угрожает очередной психопат-синигами, который на этот раз хочет уничтожить мой город, ещё один ничем не примечательный день моей жизни.

– Мы ещё не уверены, что он синигами!

– Он прятался за духами и выглядел как «положительная» душа. Если он и не синигами, то точно из Общества Душ. И мне от этого не легче! – рыкнул рыжий. – Опять ваши разборки, в ходе которых опасности подвергаются простые люди. Моя семья! Прости, – парень сбавил обороты, – ты тут ни при чём. Просто… Не знаю, у меня такое чувство, что мне не говорят и половины того, что я должен знать. Создаётся ощущение, словно… не знаю… – на ум пришло слово «используют», но парень не мог отрицать и того факта, что вляпался во всё это сам.

Внезапная вспышка уже немного знакомой «странной» реацу пришлась как нельзя вовремя, позволив закруглить очень непростой разговор.

– Ты почувствовал?

– Да, это оттуда, – Куросаки махнул рукой на северо-запад.

– Знаешь, что там?

– Да… Одно из кладбищ Каракуры. Пошли!

И вновь Алукард.

Шаг вперёд, слившийся с ударом снизу вверх. Пискнув, Сенна падает на землю, сжимая в руках отрубленную конечность противника, а я, завершая движение, просто перевожу направление удара, разваливая этого «негра» на две почти одинаковые половины. Правда, просуществовали они недолго – Полное Поглощение такого количества «пищи» много времени не занимает, а тут была ещё и «нейтральная» и «положительная» реацу, в общем, тело «истаяло» в воздухе, не успев даже упасть.

Чистые мигом исчезли, растворившись в «воздухе», аналогично тому, как появились. Я же разглядел ещё несколько источников «никакой реацу», ранее скрывавшихся за общим фоном белых душ. Однако те не стали себя проявлять и показали на редкость похвальное здравомыслие – видя скорость (ну и жестокость, убийство противника без получаса разговоров для синигами – жуткая жестокость, да), с которой расправились с их подельником, гости отступили, вновь таинственно растворившись в «нигде». Безусловно, это было похоже на то, как низшие Пустые прячутся в тени мира, но именно что «похоже» – принцип точно был иной. Впрочем, имея в поглощённом виде одного из них, до механизма я докопаюсь, хотя провести вивисекцию парочки столь интересных образцов тоже бы не помешало… Я тряхнул головой. Закусывать Заэлем после недавнего поглощения Маюри, наверное, было всё же не столь блестящей идеей – до сих пор икается.

– Как ты? – поднимаю девушку на ноги, заодно помогая «отодрать» отрезанную руку. Конечность шлёпнулась на землю и тут же была прошита лезвием Мурамасы, последовав вслед за всем остальным телом.

– Нормально, – буркнула Розарий, нервно поправляя одежду и ленту в волосах. Её руки слегка подрагивали.

– Не люблю ходить в гигае, – подпускаю в голос извиняющихся ноток, – реакции в нём никакой. Прости.

– Ха! Подумаешь! – вильнула носиком Сенна, отчётливо застеснявшись, но тут же спохватилась и перешла «в атаку»: – Зато чёрный костюм-тройка тебе идёт! – подразумевая одежду гигая, улыбнулась она от уха до уха. И не поймёшь, подбадривает на полном серьёзе или подкалывает.

– Ну хоть кто-то оценил! – принимаю игру.

– Не хватает только красной розы в кармашке, – авторитетно заверила меня мелкая, теперь уже очевидно подкалывая.

– Это будет уже пижонством.

– Зато сидеть в ресторане с таким парнем намного круче! – а самодовольства-то, самодовольства…

Так бы мы и развлекались (заодно помогая девушке скинуть стресс), но я ощутил приближение реацу Ичиго и Рукии, а вскоре те и сами показались, выпрыгнув из сюмпо.

– Сагара-сан? Сенна? – первым опознал нас Куросаки.

– О, Куросаки-сан, Кучики-сан. Что вас привело сюда? – улыбаемся и машем.

– Мы почувствовали вспышку реацу и решили посмотреть, что тут творится, а вы?

– Просто изучали этот район, а когда подошли к кладбищу, на нас напал какой-то странный тип с группой поддержки из кучи Чистых. Кажется, кто-то очень не хочет, чтобы наше расследование увенчалось успехом.

– Да, он что-то там говорил про какого-то Ганрю-сама или как-то так, – Сенна как ни в чём не бывало присоединилась к беседе.

– Урахара тоже считает, что связь Долины Криков с Обществом Душ и Миром Живых кто-то умышленно усилил, чтобы использовать Каракуру в качестве орудия против Сэйрэйтэя, – внесла свою лепту Рукия.

– М-да, погорячился я с устранением противника, – пришлось досадливо цыкнуть, – нужно было сначала допросить, но, увы, рефлексы.

– А вот лично я рада таким рефлексам, – Розарий потёрла шею.

– Хех, учись, стажёр!

– Хай, сенсей! – вытянулась девушка, демонстрируя мне вполне созревшие и приятные изгибы своего тела.

– А вы ничего не слышали по поводу Розария Памяти? – перешёл к следующему вопросу Ичиго.

– Розарий? Значит, Готэй хочет решить проблему кардинально?

– В смысле? – хором спросили двое молодых синигами.

– Вы не знаете? Проще и быстрее всего развоплотить Долину Криков, банально уничтожив вместилище памяти Чистых. Тогда они потеряют «якорь» и уйдут на перерождение. Долина очистится и исчезнет на пару-тройку сотен лет.

– Че-е-его? – опять хором. Причём если у парочки гостей на лицах проступило выражение шока, то у Сенны там отразилась тень страха.

– Киске в своём репертуаре – «забыл» сообщить исполнителям пару «незначительных» деталей.

– Ну, заяц… Ну погоди! – посулил ночному небу Куросаки, а я чуть было не уронил челюсть, слыша подобную фразу.

– Кхм… И что делать? – вновь вернула беседу в конструктивное русло Рукия.

– Лично я собираюсь пойти поужинать и снять номер в отеле, – пожимаю плечами, как бы говоря, что это само собой разумеющиеся вещи, – а завтра с утра заняться поисками. Эти типы что-то ищут в городе, думаю, понятно что. Сейчас они потеряли одного из своих и отступили, им потребуется немного времени на перегруппировку и доклад своему главному. Так что эта ночь должна быть спокойной.

– Понятно, – кивнул Куросаки. – Хм, может, тогда поужинаете у нас? Не зря же я сегодня за продуктами бегал.

– М-м-м, ещё еда… – согнав с личика обеспокоенное выражение, Сенна мечтательно зажмурилась. – Ещё еда – это хорошо!

– Значит, вы согласны?

– Да, к тому же… – девушка стрельнула глазами и ухватила меня под руку, – двойное свидание – это та-а-ак интересно! А ты смелый парень, Ичиго! – вот же… тролль! Матёрый, тонкий и такой милый. Прямо так и тянет пустить скупую мужскую слезу. А бедные дети оба залились краской и судорожно хватали ртом воздух. Вот только я ещё не представлял, как весело будет и мне от этой шуточки Сенны.

Немного позже, Общество Душ.

– …таким образом, доказан умысел в появлении Долины Криков и укреплении связи между двумя мирами, – закончил доклад Тоуширо.

– У вас всё, капитан Хитсугая? – осведомился Главнокомандующий.

– От себя могу добавить, что представители Омницукидо также занимаются этим вопросом и уже вступили в контакт с Временным Синигами.

– Хм… – многозначительно прогудел старик. – Хорошо. Готэй также будет заниматься решением данной проблемы. Капитан Сой Фонг, Капитан Амагай, – названные капитаны сделали шаг вперёд, – вы будете представителями Готэй-13 в Мире Живых на время проведения операции. По вашему возвращению жду доклад.

– Есть, – хором ответили названные. На этом собрание закончилось.

– Когда отправляемся, Сой Фонг-семпай? – подошёл к девушке новенький капитан. За ним тенью следовал лейтенант Кира Изуру, заставляя завидовать коллеге – её лейтенант с трудом пролезал в дверь, а уж быть незаметным… И это во Втором Отряде!

– Как можно скорее, но сначала мне нужно переговорить с капитаном Хитсугаей, – девушка скосила глаза на выход, куда устремились остальные капитаны, но те, как назло, поспешили ретироваться почти мгновенно, оставив после себя только лёгкое дрожание воздуха. – Кстати, капитан Амагай, вы же сами из Омницукидо. Отряд разведки.

– Да, вас что-то интересует? – вежливо улыбнулся мужчина.

– Что вы можете сказать о Четвёртой дивизии? – девушка ещё не была уверена, но выработанное сотней лет практики чутьё во всю мощь сигнализировало, что без её… ммм… очень хорошего знакомого из курьерской службы не обойдётся.

– Почтальоны? Честно говоря, немного. У нас и в пределах отряда не особо принято распространяться о себе и заводить больше, чем пару-тройку товарищей. А уж междивизионное общение так вообще… Но почтальоны… Не знаю, никогда об этом не задумывался. Всегда непримечательные, всегда в одинаковой форме и со скрытыми лицами, но если подумать… эти ребята умудрялись находить нас и передавать или принимать послания даже в самых глухих далях. Вас интересует что-то конкретное?

– Да, их капитан, Даисуке Сагара.

– Хм… – синигами задумчиво потёр подбородок, – простите, семпай, никогда не сталкивался, да и вообще, только и знаю, что такой капитан вроде как есть, но его почти никто никогда не видел.

– Ясно. Спасибо, предлагаю подготовить группы сопровождения и встретиться через час у Сенкаймона.

– Час? Х-хорошо, тогда мне нужно поспешить, – откланялся Амагай и ушёл в сюмпо – по меркам Общества Душ срок был минимально возможным, так что капитану-новичку действительно предстояло попотеть, чтобы успеть собрать группу вовремя. А в это время Сой Фонг уже была на полпути к казармам Десятого Отряда…

– Чашечку саке, капитан? – Рангику занималась спаиванием несовершенноле… кхм… предлагала своему капитану чуть расслабиться.

– У нас масса работы, Мацумото, так что отставить распитие алкогольных напитков на рабочем месте, – как всегда, урезонил свою подчинённую Тоуширо, в очередной раз понимая, что его слова были пропущены мимо ушей. Эх, вот бы поменять Мацумото на лейтенанта Къёраку-сана, но здравое опасение, что в этом случае капитан 8-го отряда окончательно сопьётся, не давало ответственному парню вынести подобное предложение на Совет Капитанов. Ещё раз тяжело вздохнув, Тоуширо продолжил. – По Долине Криков появились новые сведения, пока я был на собрании?

– Не-а, – Мацумото изволила дуться, – всё так же, как и полдня назад. Ни-че-го. О! – последнее «О!» было связано с открывшейся от пинка дверью, в которую влетела капитан Второго Отряда.

– Капи… – начал было Хитсугая, но…

– Омницукидо! Кто там был от Омницукидо?! – бедного подростка едва ли не начали трясти за шкирку.

– А? Э-э-э-э…

– Я спрашиваю, кто это был?!

– Са-са-сагара! Капитан Даисуке Сагара! – кое-как выдавил из себя ответ подросток, больше озабоченный способом не быть задушенным собственным косодэ.

– Так и знала! Куда он пошёл, что делал? – продолжала выпытывать у своего коллеги Сой Фонг.

– Да не знаю я! – парень уже подумывал отбиваться от психованной капитанши стулом или даже трусливо загородиться Мацумото. Нужно было срочно что-то делать. – Киске! Урахара Киске должен знать больше! Он живёт в Каракуре, знает там всех!

– Точно! Заяц! – кивнула девушка и исчезла в сюмпо. О визите грозного Капитана Второго Отряда в помещении теперь напоминали лишь беспорядок в одежде Хитсугаи да чуть шатающаяся дверь.

– Это вообще что было? – парень перевёл большие-большие глаза на своего лейтенанта.

– Кажется… слухи оказались верными. И теперь я знаю, про кого они ходили! – в глазах Рангику зажёгся нездоровый огонь. – Простите, капитан, мне нужно срочно поговорить с лейтенантом Ячиру! – и новое сюмпо оставило парня совершенно одного.

– Да что тут вообще происходит? – у Тоуширо нервно дёрнулся глаз. – Ещё и зайцы какие-то… Дурдом, – парень задумчиво покосился на заначку своего лейтенанта. – Хмм…

Сорок минут спустя. Врата Сенкаймон.

– Готов? Отправляемся! – встретив коллегу кивком, отдала распоряжение грозная леди. Её сопровождающие были бесшумны и почти что невидимы, благо тупой увалень остался «за главного» и ещё получит по возвращению руководительницы. В то, что её лейтенант не сможет не накосячить на ровном месте, Сой Фонг верила безоговорочно.

– Ага, – кивнул Амагай, сопровождаемый пятым и шестым офицерами. Своего лейтенанта он тоже предпочёл оставить «на хозяйстве».

Мир живых встретил новоприбывших синигами вечерней темнотой и огнями вывесок. Ночной ветер нёс прохладу и палую листву, где-то вдали ощущались отзвуки музыки. Город не спал, продолжая празднества.

– Первая группа, установить наблюдение за городом. Вторая – патрулирование. Обо всём нестандартном докладывать немедленно.

– Есть, – отозвались тени.

– Быстро у вас…

– Нельзя терять время понапрасну! Он может уйти в любой момент, – жёстко ответила девушка.

– Вы думаете, Урахара-сан попробует сбежать?

– Урах… – кажется, на миг Сой Фонг потеряла нить беседы, чем изрядно удивила Амагая, но быстро взяла себя в руки. – Да, как показывает практика, Урахара Киске может очень не вовремя исчезать в никуда, – чуть отвела взгляд капитанша. – Пойдём.

Урахара Киске явно не ждал гостей. Тем более гостей, которые вот так вот вломятся к нему посреди ночи.

– Где он?! – именно этот вопрос, заданный взбешённой главой дознавателей, вырвал «честного торговца» из страны снов. В голове учёного за мгновения пронеслись табуны мыслей, начиная от «как они узнали?», заканчивая «что делать?» Но вскоре проснувшееся сознание решило попробовать использовать старый приём: закосить под дурачка и ни в чём не сознаваться. В конце концов, пусть его и амнистировали, но незаконный ход в Общество Душ – это две сотни лет в застенках башни Раскаяния.

– О, Сой Фонг-сан, какой приятный сюрп… – Урахару встряхнули.

– Я повторяю, где он?! – испарина выступила на лбу Киске. Ученица Йоруичи явно была настроена очень серьёзно.

– Эм… Я могу всё объяснить, понимаете, вопрос был очень срочным, дело касалось жизни и смерти…

– Меня не волнуют твои жалкие оправдания! Где он, где Даисуке Сагара?!

– Э-э-э… кто?! – мало что могло заставить Киске удивиться, но вот сейчас он пребывал в полнейшем ступоре. Его подняли среди ночи, одним взглядом обещают самые жуткие и изощрённые пытки, и всё это… для того, чтобы выяснить про какого-то Сагару?!

– Не пытайся изображать из себя идиота! Я ежедневно общаюсь со своим лейтенантом. Вот он – идиот, а у тебя для этого слишком умный вид! Где он?! – тут, наконец, Урахара окончательно пришёл в себя и понял, о чём идет речь. А после – растянул губы в привычной улыбке.

– О, так вы о капитане Омницукидо и его помощнице? К сожалению, я точно не могу сказать, где они.

– Они? – что-то во взгляде капитана Второго Отряда очень сильно не понравилось Урахаре, а потому он, вопреки своей привычной традиции, постарался выдать как можно больше информации.

– Их встретил Куросаки-кун, всё, что я знаю, я знаю только с его слов! Наверное, вам лучше расспросить его, Сой Фонг-сан.

– Ладно, – девушка наконец-то отпустила вечернее кимоно учёного, что позволило ему подняться с футона – чисто на всякий случай. – Амагай, допроси пока Урахару по поводу Долины Криков, а мне нужно наведаться ещё в одно место, – и синигами исчезла в сюмпо, вызвавшем бы одобрительный мявк даже у Йоруичи.

– Эм… Здравствуйте, извините за вторжение, – смущённо потёр шею и улыбнулся капитан Третьего Отряда.

«Хороший и плохой синигами» – невольно подумал Киске, но, подумав ещё немного, пришёл к выводу, что что бы там ни было, но лучше общаться с этим Амагаем, чем вновь иметь «удовольствие» лицезреть бешенную Сой Фонг. И какая муха её укусила?

– Ничего страшного, – привычно прикрыл улыбку неизменным веером опальный (в прошлом) синигами, – я понимаю всю серьёзность ситуации и обеспокоенность Готэя. Быть может, чаю? Тессай превосходно заваривает чай.

– Да, благодарю. Если вас это не затруднит, – не успел капитан договорить, как рядом с ним буквально материализовался здоровяк в фартуке и с подносом, на котором уже исходили паром три чашки.

Между тем, в доме у Ичиго…

– Я дома, – чуть повысив голос, оповестил парень, заходя в прихожую. Наша дружная гурьба, деликатно помалкивая, проследовала за ним.

– Ты вовремя, братик, сейчас будем ужинать, – донёсся в ответ радостный голос Юзу.

– Ичи, ты с каким соусом рис бу… – к нам вышла Карин и споткнулась на полуслове. – Эм, здравствуйте, – спустя секунду проявила она воспитание, удивлённо переводя взгляд с нас на брата.

– Это мои друзья, я пригласил их на ужин, – пояснил парень, уже освободившись от обуви.

– Понятно… – моргнула девочка. – Добро пожаловать…

– Хм… – Куросаки оглядел коридор, к чему-то прислушиваясь. – А где отец? Вы что, одни?

– Странно, что вы его не встретили, – наклонила голову девочка. – Он буквально минуту назад куда-то умчался, вякнув что-то невнятное про какое-то срочное дело, – младшая Куросаки пожала плечами, будто такие события были в порядке вещей. – И может, ты нас всё-таки представишь? – и уже куда-то в сторону кухни: – Эй! Юзу, у нас гости!

– А?.. – удивлённая мордашка второй сестры Ичиго не заставила себя долго ждать, уже через пару секунд выглянув из-за угла.

– А да, прости, – парень почесал в затылке. – Это Сагара-сан, Сенна и Рукия, мы с ними познакомились во время моей… эм… подработки.

– Ты не говорил, что где-то подрабатывал, – со святой наивностью захлопала глазками Юзу.

– Эм… Понимаешь… Ну… Это было всего несколько раз и не очень регулярно… Я не хотел вас беспокоить… – врал парень не очень убедительно.

– Значит, вы друзья братика? – к нам обернулся милейший ангелочек. – Тогда добро пожаловать, – девочка отвесила традиционный поклон. – Скоро всё будет готово, проходите в гостиную, пожалуйста.

– Помыть руки можно там, – Карин ткнула пальцем в конец коридора и, одарив нас этаким подозрительно-догадывающимся взглядом, последовала за сестрой.

– А тебе повезло с сёстрами, – заметил я, когда нас уже не могли слышать.

– Ага, но тёмненькая тебе точно не поверила, – авторитетно заметила Сенна, лёгкой танцующей походкой обгоняя нас по коридору. – Тебе надо больше практиковаться, Ичи, – девушка замерла в дверях ванны и произнесла это уменьшительное прозвище с таким чувством, что рыжего аж перекосило, – а то что ты будешь делать, когда надо будет тайно притащить домой девушку?

– Ты… – но голова провокаторши уже скрылась за дверью, тихонько хихикнув напоследок. Закипающий аки чайник Куросаки мог только в бессилии сжать кулаки.

– Однако, – привлекаю его внимание к себе, полностью «игнорируя» выходку «подчинённой», – ты уверен, что держать их в неведении относительно мира духов – хорошая идея?

– М?.. – Ичиго не сразу сообразил, о чём я, но когда до него дошло, мигом стал серьёзней. – Не думаю, что им следует знать, что в свободное от учёбы время я ношусь в бестелесной форме с мечом за злобными монстрами… Лучше уж подработка.

– Ну, дело ваше, – пожимаю плечами, глядя в другой конец коридора, следя, чтобы нас не подслушали. – Хотя с учётом духовной силы ваших родственниц, я бы всё-таки рекомендовал им рассказать правду. Так они хотя бы вовремя смогут убежать от опасности, если случайно встретят низшего Пустого.

– Хм… – парень задумался, но так ничего и не ответил, а вскоре дверь ванной открылась, и к нам выскочила посвежевшая Сенна.

Мигом ощутив, что прошлая подколка уже себя изжила и речь идёт о чём-то серьёзном, Розарий тактично промолчала, бочком пристроившись рядом со мной и с интересом начав наблюдать. Следующей мыть руки отправилась Рукия, а через пару минут мы уже сидели за столом. Ага, я рядом с Сенной, Ичиго рядом с Рукией, а напротив это дело созерцали две пары любопытно-подозрительных детских глаз.

Тишина медленно устремилась к отметке «гнетущая»… Для Ичиго. Не знаю, о чём думала малышка Кучики, но мы с Розарием явно поймали одну волну и теперь нетерпеливо ждали развязки.

– А кем вы работаете, Сагара-сан? – первой нарушила молчание Карин.

– Ну… – отложив вилку и тщательно прожевав оставшийся во рту рис, изображаю задумчивость. – Я что-то вроде начальника охраны премьер-министра и специалиста по особым поручениям… – ни одного слова лжи, хочу это особо отметить!

Ка-а-ак на меня посмотрели Ичиго и Рукия… В этих взглядах просто широченными буквами читалось, что они уже решили, будто я по наивности запалил им всю конспирацию. Ну как я мог удержаться, чтобы их не обломать?

– Шутка, – сдержано улыбаюсь. – Я почтальон.

Фаталити! Рукия выпала в астрал… И ведь с её точки зрения я опять ни словом не соврал!

– Почтальоны ходят в таких костюмах? – скептический взгляд Карин прошёлся по чёрному пиджаку.

– Ну не мог же я пойти в гости в чём попало? К тому же мой стажёр – большой специалист в новинках моды, и он настоятельно рекомендовал мне именно такой стиль.

Прыснувшая при этих словах в тарелку Сенна (хорошо хоть рот был свободен, так что обошлось без конфуза) поспешила исправить оплошность и активно закивала, мол, да, есть у нас такой большой профи, и он всё знает.

– У почтальонов есть стажёры? – Карин Куросаки начала смотреть на меня как на… Хм, даже не знаю, ещё не инквизитор на допросе еретика, но где-то близко.

– Даже у чистильщиков есть стажёры, – назидательно поднял я палец. Рукия при моих словах несколько сбледнула.

– Это те, кто выносят мусор и следят за чистотой? – поинтересовалась Юзу, лучась искренним любопытством.

– Да, что-то в этом роде, – Сенна довольно хихикнула, косясь из-за моего плеча на реакцию подростков. – Выносят и следят за чистотой…

– Кхе… – бедная Рукия, мне её даже немного жалко. Чуть-чуть, но слишком давно я не выпускал «погулять» Тоби, а тут такая шикарная возможность выесть всем мозг чайной ложечкой, при этом блюдя образ строгого и серьёзного человека. Как тут можно удержаться? И вообще, это всё дурное влияние Розария, так и запишем.

– Вам нехорошо, Кучики-сан?

– Нет-нет, Сагара-доно, всё в порядке.

– «Доно»? – теперь взгляд Карин даже напоминал прищур Сой-тян. Кстати, с учётом её потенциала, для обычного человека просто выдающегося, и того уровня разумности, что я уже имел удовольствие наблюдать, лет через сто-сто двадцать, если не форсировать события, у госпожи Фонг может появиться ученица с таким же тяжёлым характером. Заранее сочувствую Второму Отряду.

– Компания, в которой подрабатывает Кучики-сан, входит… м-м-м, в один концерн с нашей, а я всё-таки у нас руководитель департамента. Потому и такое обращение, хотя семья Рукии-сан входит в состав совета… учредителей. И обращаться ко мне можно просто по имени.

Лицо Ичиго стало неподражаемым. По виску ме-е-едленно стекала капелька пота, взгляд метался с одного участника беседы на другого, при этом я не мог не заметить, что парень пребывает в некотором восхищении оттого, что я, не соврав ни в слове, смог навешать такого качественного рамена на уши его сестёр. А тут ещё и Мурамаса мне подсказал, что во внутреннем мире парня сейчас ржёт Хичиго и советует «учись, салага, вот как нужно отбрехиваться».

– Э-э-эм… – Карин переводила подозрительный взгляд с меня на подростков и обратно. – Вы же из мира духов, да?

Чёрт! Я уже говорил, что весь разум, отведённый вселенной семейству Куросаки, достался этой девочке, так вот… Удваиваю данное утверждение!!!

– А-а… О чём ты?! – рыжего подбросило на месте. – Т-ты не должна говорить такое при посторонних! Что о нас могут подумать?!

– Ичи… – девочка произнесла это почти жалобно. – По твоей реакции всё видно…

– И ничего не видно! – нервно заёрзал подросток, неосознанно повысив голос. – Не пугай наших гостей!

– Да ты своим криком их больше пугаешь… – уже с откровенной жалостью глядя на брата, негромко произнесла Карин.

– Да, Ичиго, ты сегодня какой-то депрессивный, – с истинно женским участием, ну таким, знаете… полный игнор темы раскрытия и всё внимание на недостойное поведение самца, поддержала девочку Сенна. – Тебе надо выпить зелёного чаю.

– Э?.. – Куросаки перевёл затравленный взгляд на Розарий.

– Что? – вздёрнула бровь та, отправляя в рот вилку с рисом. – Ты очень нервный.

– Ты…

– Ичиго, прекрати, – Рукия силком усадила парня обратно, быстро бегая глазами по столешнице в поисках решения.

– Ладно, можешь не говорить, – со вздохом отступилась девочка.

– Замечательный соус, – очень «к месту» вставляю своё мнение, возвращаясь к еде. – Вы используете какие-то особые специи или это готовая смесь?

– А можно мне добавки? – тут же подключается Сенна, в два движения умяв остатки своей порции и невинно захлопав ресничками. Вот уж точно мой стажёр! И судя по взглядам двоих синигами, они теперь окончательно и бесповоротно уверены, что мы из одной конторы.

– Конечно! – лучась позитивом, улыбнулась Юзу и приняла тарелку.

Карин проводила действия сестры тяжёлым взглядом, смерила им наши честные лица и… просто вздохнула.

К сожалению, именно этот момент мироздание решило выбрать для того, чтобы прервать наши милые посиделки. Или, если быть совсем конкретным, я ощутил приближение сильного духа. Пусть он, точнее, она мастерски скрывала своё присутствие, но, имея занпакто, от Мурамасы не спрячешься.

– Куросаки! – в дверь вежливо постучали… ногой. – Где он?!

– Э-э?.. – изогнула бровь тёмненькая сестрёнка Ичиго.

– Братик?.. – а это уже была Юзу.

– Я сейчас открою, – парень встал из-за стола. При этом он явно хотел успокаивающе улыбнуться, но получился у него только кривой оскал затравленного паралитика.

– Ичиго? – в фиалковых глазах малышки Кучики также отразилось нешуточное беспокойство.

– Я сейчас, – махнул рукой школьник, явно уже мысленно проклиная себя трёхэтажным матом за то, что решил позвать нас в гости.

Однако не успел парень сделать и пары шагов, как прямо перед ним из сюмпо вышла изящная, но очень взвинченная леди.

– Куросаки, у меня нет времени ждать! Где… – и тут её взгляд наткнулся на меня.

– Семпай, а это кто? – Сенна настороженно наклонилась ко мне. Глаза Сой-тян мгновенно прикипели к новому объекту наблюдения.

– Сой! Как я рад тебя видеть! Ты как раз вовремя, – быстренько встаю из-за стола и, технично цапнув грозного капитана под ручку, тащу к коллективу.

– Что?.. – сбитая с толку синигами на секунду растерялась, безропотно позволяя себя усадить на тут же пододвинутый стул. – Что всё это значит?

– Куросаки-сан любезно пригласил нас на ужин, и мы как раз обсуждали кулинарные таланты его сестёр, – не прекращая молоть языком, наполняю одну из чистых тарелок из кастрюли (Юзу ещё в начале ужина поставила её прямо на край стола, чтобы далеко не бегать за добавкой) и ставлю перед капитаном. – Вот, ты обязана попробовать этот соус, – поливаю рис смесью из второй ёмкости, – это что-то невероятное.

– Э-э-э… – бедненькая, как ей, наверное, сейчас тяжело. Я такой негодяй. Но если сейчас предоставить инициативу грозной леди, без членовредительства может и не обойтись.

Растерянность Капитана Второго Отряда длилась недолго, впрочем, этого времени хватило, чтобы заботливая Юзу принесла внезапной гостье обеденные принадлежности и стакан с соком, а устраивать разборки прямо за едой дочери благородного, пусть и не самого знатного клана не позволяло воспитание. Ну или шок был всё же несколько больше, чем я думал.

Самым крайним в этой ситуации оказался Ичиго, уже просто не знающий ни куда деваться, ни что теперь говорить сёстрам – это мы были в гигаях и «походили на людей», Сой-тян же подобным не заморачивалась и пребывала в духовной форме. Ну и обстановка за столом потихоньку начинала дестабилизироваться – Сой Фонг приходила в себя, а деятельный характер девушки требовал немедленно во всём разобраться. Впрочем, оставалась ещё Сенна, которой очень не нравилось пребывать в информационном вакууме… и, вполне возможно, выпадать из центра внимания.

– Так кто это, семпа-а-а-ай?! – промурлыкала Розарий, совершенно не стесняясь убийственного взгляда капитанши.

– Сенна, знакомься – Сой Фонг, капитан Второго Отряда Готэй-13 и лидер Военной Полиции Сэйрэйтея.

– Сой-сан, позволь тебе представить: Сенна – мой стажёр и будущий лейтенант, если её характер не прибьёт её раньше…

– Просто «Сенна»? – нехорошо прищурилась бравая капитанша.

– Просто «Сой-сан»? – столь же нехорошо прищурился этот тролль в юбке. Причём взгляды обеих девушек были направлены именно на меня.

– Я-а-а-а… принесу десерт! Юзу, Карин, помогите-ка… – в критической ситуации рыжий соображал на диво быстро, сразу виден большой опыт. Правда, насколько я знаю, обычно его пытались просто нашинковать в мелкую соломку, а вот женские разборки – это область новая, впрочем, по опасности она вполне может и превосходить банальные попытки убийства. Но смылся с места возможных разборок (да ещё и родственниц прихватил) он на диво оперативно. А вот за то, что не взял Рукию, ему минус в карму и внеочередной визит Тоби. И неважно, что маленькая синигами явно навострила ушки и никуда уходить сама по себе не собиралась.

Что же касается непосредственно меня, то… я сохранял невозмутимость и каменное спокойствие – инстинкты шептали, что стоит лишь дрогнуть, и меня попытаются сожрать.

– Кохай, твой талант подставлять всех вокруг, конечно, велик, но всё же я куда старше и опытнее. Но ладно, актёрскую игру, так и быть, зачту.

– Не понимаю о чём ты, семпай! – сразу же состроила невинный вид девушка.

– Может, мне всё же предоставят объяснения? – раздражённо поинтересовалась глава Второго Отряда.

– М-м-м, двойное свидание? – невинно «предоставила объяснение» Розарий. Рукия подавилась воздухом. У Сой Фонг дёрнулся глаз.

– Сенна, – прикрываю глаза, – достаточно. Иногда нужно быть серьёзной.

– Но это слишком скучно! – «подчинённая» слегка надулась и… правильно, пошла «заедать стресс» очередной вкусняшкой. Всё же интересно, как в неё столько влезает? Ладно бы это была «пища духовная», но вполне материальная еда?!

– В общем, – показательно игнорирую эту оторву, – мы получили информацию о странных возмущениях духовного плана. Долина Криков вновь проявилась, и нам требовалось выяснить подробности, исследовать феномен. В ходе расследования мы столкнулись с Куросаки-саном, и он любезно пригласил нас на ужин. А ты тут какими судьбами? Я, безусловно, всегда рад тебя видеть, но если тут проходит операция Второго Отряда, не хотелось бы лишний раз сталкиваться с твоими подчинёнными, ты не хуже меня знаешь, как у нас налажено взаимодействие, – чуть морщусь.

– Ясно, – напряжение чуть ушло, девушка расслабилась и даже обратила внимание на предложенное угощение. – Мы здесь примерно по тому же поводу: Долина Криков, Розарий Памяти и те, кто пытается использовать это измерение для нанесения вреда Обществу Душ.

– А вот и мы! – Куросаки как почуял, что буря миновала, и торжественно вернулся вместе с пирогом.

– О! Пахнет вкусно! – в глазах Сенны проявился нездоровый блеск.

– Знаешь… А ведь чрезмерное употребление пищи портит фигуру…

– Я молодой и растущий организм! – фирменный взгляд из ряда «что же ты глупенький такой» прилагался. – И вообще, семпай, девушки любят щедрых парней! Вот Куросаки-кун мне уже глубоко симпатичен…

– Он уже помолвлен с принцессой клана Касуми Одзи, так что без шансов, – нет, я не ревную, просто… ну да, жадный. Очень, очень жадный.

– Дзынь! – Карин уронила тарелку.

– Б-братик… п-помолвлен?! – неверяще воззрилась на временного синигами уже Юзу.

– Э-э-э… – парень посмотрел на нас загнанным взглядом. – Я был против! И вообще, меня никто не спрашивал!

– Мы несколько ушли от темы, – спасла положения Рукия. – Так что там по Обществу Душ и Долине Криков? Омницукидо и Готэй будут работать над этим вопросом вместе?

– Лично я не вижу причин, чтобы не объединить усилия, так что со всем удовольствием, – улыбаюсь Сой-тян, та так забавно отводит взгляд.

– У меня тоже нет возражений, – всё же нашла в себе силы ответить девушка, и в этот самый миг… я ощутил ещё одного духа, а Мурамаса поведал о его занпакто.

– Эм… Простите за вторжение! – из сюмпо вышел слегка небритый субъект слегка за тридцать на вид в слегка растрёпанном косодэ. Слишком много «слегка». Первое впечатление – не нравится он мне. Нечего всяким подозрительным хлыщам крутиться рядом с моей синигами.

– Капитан Амагай Сюске, – кивнула Сой-тян.

– Разведка? – припомнил я рассказы лейтенанта Хомуры о важных лицах в Омницукидо.

– Уже нет, – тот виновато улыбнулся и взъерошил себе волосы на затылке. – Я теперь возглавляю Третий Отряд Готэй-13, а вы?

– О, мои поздравления. Даисуке Сагара, Четвёртая Дивизия Омницукидо, – протягиваю руку, которую новоиспечённый капитан незамедлительно пожимает.

– О, наслышан! – вновь улыбнулся этот тип. – А вы?

– Куросаки Ичиго, временный синигами, – отозвался парень, уже точно жалеющий, что затеял всю эту историю с ужином. А ещё он забыл, что тут сейчас сидят Карин и Юзу, хе-хе.

– Кучики Рукия, пятый офицер Тринадцатого Отряда! Рада знакомству, Амагай-доно!

– Не нужно так формально, мы же не на плацу. Рад с вами познакомиться!

– Мы принесём ещё тарелок, – резюмировали младшие Куросаки, у которых, очевидно, накопился ОЧЕНЬ большой пласт вопросов к брату. Мне Ичиго даже чуть-чуть жалко стало. Может быть, визит Тоби всё же отменится.

– Амагай, ты же должен был допросить Урахару, – повернулась к очередному гостю Сой-тян. Смена темы явно была использовала девушкой в попытке перейти на рабочий лад. Если и было у неё какое-то смущение от нашей встречи, то сейчас оно оказалось полностью задвинуто, хотя, судя по взглядам, от «последующих разборок» какое-то жалкое ЧП с угрозой существования Общества Душ (третий раз за год, прошу заметить) меня всё равно не спасёт. Ну что же, это будет забавно.

– Я как раз по этому поводу. Киске-сану и Тессай-сану удалось просмотреть воспоминания души-плюс и идентифицировать того духа, что был замечен среди Чистых.

– И?

– Судя по символам на одежде и цветовой гаме, это представитель так называемого «Клана Тёмных», – пояснил капитан.

– Клан Тёмных? – не понял Куросаки, да и я, признаться, был в некотором замешательстве. – Это ещё кто?

– Этой истории около тысячи лет, – принялся пояснять Амагай. – В ту пору существовал Благородный Дом, достаточно богатый и могущественный, чтобы с его интересами считались, но не входивший в Совет 46, что сильно раздражало лидеров клана. И они попытались провернуть какую-то интригу, чтобы возвыситься ещё больше, нарушили запреты, но об этом узнали остальные. Состоялся суд, – на этом месте Рукия чуть вжала голову в плечи, а Куросаки явственно поморщился – судебная система Общества Душ вызывала у него массу неприятных воспоминаний. Точнее, почти полное отсутствие означенной системы как таковой, – и весь клан был приговорён к изгнанию и оказался вышвырнут в Разделитель Миров.

– Минуточку! – встрепенулся рыжий. – Но ведь в Разделителе Миров обитает поток Корью и эта… Как там эта штука-чистильщик называется?

– Верно. Так что никто не ждал, что этот клан сможет там выжить, – пожал плечами Сюске – то, что для героического японского школьника звучало полной дикостью, было абсолютно нормально для выходца из самого Общества Душ, даже сейчас живущего по правилам феодализма тысячелетней давности, а что было означенную тысячу лет назад? Странно, что «мятежников», которые, как я понял, просто хотели влезть к уже поделенной кормушке, на месте не прирезали.

– То есть этот ваш Совет 46 просто взял и приказал выкинуть на съедение чистильщику целый клан? Стариков, женщин, детей?

– Как бы ни были суровы законы, они остаются законами, – отрезала Сой Фонг, также дитя своей эпохи и общества.

– А их и в самом деле так зовут? Клан Тёмных? – Сенна вновь смогла сместить разговор с неприятной темы. Будь у нас действительно «зачёт по красноречию» в сдаваемых материалах – поставил бы «автомат». Хотя вопрос был не самым актуальным, я бы на её месте интересовался не самоназванием противника, а его потенциалом. Или в её библиотеке памяти что-то отозвалось на это имя? Да и с точки зрения отвлечения внимания что-то такое нейтрально-неважное – как раз самое то.

– Нет, конечно, – тут уже включилась капитан Второго Отряда, то ли тоже желая сменить тему, то ли просто «потыкивая безграмотного стажёра в прописные истины». Ну или она просто привыкла всё разжёвывать своему тупому лейтенанту, – просто имя запятнавшего себя клана навсегда вычёркивается со страниц истории, остаётся только «Тьма» или «Зло». Сейчас сказать, как раньше назывался этот клан, сможет разве что Ямамото-доно, да и то совсем не факт, что и он о них помнит.

– Вот как… – задумался Ичиго. Разговор явно перестал ему нравиться, да и, пожалуй, на сегодня было сказано достаточно.

– Ладно, время уже позднее, не будем злоупотреблять твоим гостеприимством, Куросаки-сан, – глядя, как в комнату возвращаются девочки, спешу встать. – Дамы, – лёгкий поклон сёстрам рыжего, – благодарю за угощение, всё было очень вкусно.

– Да-а-а, спасибо! Наелась от пуза! – поддержала меня «стажёр».

– Заходите ещё, – вежливо попрощалась Юзу, а вот по лицу её брата так и читалось: «Куда?! Подставили, а мне одному отдуваться?!»

– Эм… Да, до свидания, – Карин замерла в некоторой неуверенности. – А можно вопрос?

– Конечно, – киваю девочке.

– А такой паренёк моего роста, с белыми волосами и в похожей одежде, – девочка указала на хаори капитанов, – он тоже с вами?

– Тоуширо?! – шокировано выдохнул Куросаки.

– Ну да, Тоуширо-тян, так его звали… – почесала в затылке девочка.

– Тян? – хором произнесли все присутствующие синигами. Ичиго же, как мешком по голове ударенный, тупо вылупился на сестру, про которую, как оказалось, не знал нечто очень важное.

– Кхм, – прочищаю горло. – Да, капитан Хитсугая тоже с нами.

– Он и правда капитан? – во взгляде девочки возник скепсис и ожидание.

– Да, и очень ответственный.

– Понятно… – Карин о чём-то задумалась.

– Думаю, мы пойдём… – тактично увлекаю к выходу набившуюся в дом Ичиго синигамскую банду.

Оказавшись за дверью, наша бравая пятёрка впала в раздумья.

– Почему у меня такое чувство, что мы здорово подставили Куросаки? – озвучиваю, надеюсь, общую мысль.

– Я… – Рукия неуверенно покосилась на дом, – наверное, останусь. Надо помочь ему с объяснениями…

– Разумно, – согласился Амагай.

Наскоро попрощавшись, Кучики направилась назад к двери, мы же переглянулись. Не знаю, о чём думали остальные, но я размышлял над общей задачей миссии. Обитающий где-то в Разделителе Миров клан – это даже не иголка в стоге сена, это натуральная капля в море. Разделитель огромен, даже Долина Криков при всей своей «толстости» и «перегруженности» занимает там ничтожно малое пространство относительно общего массива – иначе проблемы со «связью измерений» появлялись бы каждый раз при её возникновении, а не только когда та разрастается до неприличных размеров. В общем, ни саму Долину, ни этих «Тёмных» было не найти, разве что совершенно случайно. Оставалось только ждать их визита самим. То, что он будет – это несомненно, один раз они за Сенной уже пришли, значит, она им для чего-то нужна. Но и соваться к ней, когда её окружает целая толпа синигами, они вряд ли будут… Хотя, вопрос в степени их отмороженности и наглости. Если это те же личности, что смогли выжить в Разделителе и даже как-то там устроиться, то и того, и другого у них хватает. Но просто сидеть и ждать «в засаде» было бы неинтересно, да и время потратить можно с куда большей пользой. Я окинул взглядом Сой-тян. Да-а-а, с куда-а-а-а большей пользой. Но в этом «гениальном плане» была одна маааленькая закавыка. Амагай точно был лишним, Сенна… Ну, у нас ещё совсем не такие отношения, и не факт, что «такими» они вообще будут, к тому же Сой-тян тоже вряд ли оценит подобный поворот сюжета. Но не сплавлять же мне их вместе? Не то чтобы я не доверял выходцу из очень мутной конторы, которого вижу первый раз в жизни… но отпускать Розарий, который ищут синигами, с означенным синигами… так себе идея. Даже если принять во внимание парадигмы, что «темнее всего под пламенем свечи» и «прятать нужно на виду». Так что, увы, придётся превозмогать все тяготы и лишения полевого агента, а не тискать сипатичную капитаншу. Во всяком случае, я так думал, но… кое-чего не учёл. Сенна лишилась своего любимого объекта для оттачивания остроумия в лице Ичиго, но её страсть к троллингу не давала просто так взять и успокоиться. И даже общая физическая усталость и пережитые за сегодня приключения на это влияли слабо.

– Ха-а-а… – богатырски зевнула Розарий, одновременно сладко потягиваясь, обхватив себя правой рукой за локоть. – Что-то я устала… Пойдём спать, что ли? – в этот момент пребывающая где-то в своих мыслях руководительница Второго Отряда чуть было не подпрыгнула.

– Чт... В смысле «спать»? – сделала страшные глаза не сразу сообразившая, о чём речь, Сой-тян. Ой, зряяя…

– Ну не знааю, – Сенна с полуприщуром, направленным на меня, чуть склонила голову вбок, эдак оценивающе разглядывая. – Кто-то обещался снять номер в гостинице.

– К-какой ещё гостинице? – определить чувства Сой-тян в этот момент было очень сложно, там и паника, и гнев, и Тьма ведает, что ещё. – З-зачем это?

– Ну… – тролль в юбке сделала вид, что озадачена вопросом, – спать? – после чего повернулась к бедной брюнетке со сложным характером, оценила выражение её лица, и… В общем, вот теперь моей маленькой синигами точно достанется. – А ты… – драматическая пауза, – о чём подумала, ммм? – инквизиторский прищур и полностью отброшенная сонливость за ноль целых, четыре десятых секунды – шикарно. Кхм, но лучше всё же вмешаться или хотя бы чуть разрядить обстановку, а то бедная капитанша попробует или сбежать, или прибить провокаторшу. И что тут хуже – вопрос сложный.

– Как ты разговариваешь с капитаном, стажёр?! – да-да, моя злая деспотичная начальника. Моя делать нагоняй и вгонять в трепет.

– Простите, семпа-а-ай! – и в следующий миг на моей руке уже висели, прижимаясь всем телом и сверкая хитрой моськой, причём так, чтобы остальные участники этого представления означенную моську не видели. – Ну пойдём уже, я та-а-ак устала сегодня, – и зырк-зырк в сторону бедной Сой-тян.

Кхм… Да, признаю, я слегка «недооценил её мощь» – привык, что даже «полушутливая» угроза со стороны Примеры вгоняет жерт… кхм, подчинённых и коллег-арранкаров в священный трепет и точно обрывает все поползновения куда бы то ни было, но вот для Сенны не существовало авторитетов, к тому же у синигами нет такого чёткого иерархического строя с «кто сильнее, тот и главный», точнее, он не так ярко выражен… да и уровень моих сил она ещё не оценивала. В общем, сам виноват – слишком расслабился и, как результат, тоже получил.

– Эм, я, пожалуй, пойду, нужно доложить обо всём в Общество Душ. Если что-то выясню, то пришлю вам Адских Бабочек! – на одном дыхании протараторил Амагай и исчез в сюмпо – похоже, чуйка у разведчика была прекрасно развита, а потому он сделал вторую вещь, что мог сделать истинный мужчина при виде женской разборки – постарался свалить подальше, дабы не стать крайним.

– Сенна, – с серьёзным лицом поворачиваюсь к ней, – издеваться над офицерами Готэй – плохо, над собственным начальством – очень плохо. Над ними обоими одновременно – совсем плохо. Начальство может отправить на отработки… к офицерам Готэй, – провокаторша оценила выражение лица Сой-тян, потом, видимо, припомнила, как та «стучалась в двери», и поняла, что угроза куда как серьёзнее, чем кажется на первый взгляд. Вон как её передёрнуло, ну ладно, надо дать и пряник. – И лишить карманных денег! – девочка неглупая, секунда небольшого ступора – и приходит понимание, что с учётом «хорошего поведения» карманные деньги таки будут.

– Всё-всё, умолкаю! – покаялась девушка, принимая игру и даже отлипая от меня, к некоторому моему сожалению.

– Карманных денег? – повернулась ко мне миниатюрная брюнетка.

– Любимая племяшка, – самовольно назначенная самодуром-Примерой Эспада, но это мы опустим.

Означенная «любимая племяшка» одарила меня таким оценивающим взглядом, что я буквально услышал, как у неё в голове зазвучала та моя фраза о том, что могу сам назначить своим стажёром кого угодно. Активно закрутившиеся на заднем фоне шестерёнки прилагаются.

– Вот как… – с убийственно серьёзным видом ответила Сой-тян, очевидно, достраивая в уме добрых две третьих картины.

– Ты сама надолго в город? – как бы ненароком перевожу тему.

– Пока не поступит новый приказ, – прикрыв глаза, отвернулась девушка. – Необходимо найти Розарий Памяти и тех, кто за ним охотится. Приказ Главнокомандующего, – и тон такой, как будто иголки выпустила…

– Уже где-то остановилась?

– Нет! – капитан дёрнулась, ещё сильнее отворачиваясь от меня, вот только в её духовном фоне явственно проступил испуг. – То есть да… То есть… – резко мотнула головой. – Мне надо работать!

– Постой… – делаю вид, что что-то сообразил. – Ты, что, злишься?

– Я? – тактика сработала, и девушка на миг забыла про иголки.

– Ну да, ты так ворвалась в дом Куросаки, что…

– А как я должна была врываться?! – с пол-оборота завелась синигами, наглядно показывая, что я задел больную тему. – Ты уже третий раз узнаёшь о проблеме раньше меня! Ты хоть представляешь, как я выгляжу в глазах других капитанов после этого?!

– Не третий! – пытаюсь воззвать к объективности. – С Баунто ты была первой!

– Да?! А кто дал мне информацию по Дзёкайсё?!

– Это получилось совершенно случайно…

– Тем хуже! – малышка Сой Фонг, не дотягивающая мне макушкой даже до плеча, каким-то мистическим образом умудрилась нависнуть сверху, не отрывая носков от асфальта.

– Но про ситуацию с Касуми Одзи мы же узнали одновременно!

– Расскажи это моему тупому лейтенанту! Ты уже был в городе, когда я сюда только пришла! А потом срочно ушёл по делам, после чего тот клан убийц и их лаборатория совершенно неожиданно превратились в дымящиеся руины без единого следа постороннего вмешательства!

– Не понимаю, о чём ты…

– Не делай из меня дуру! Во всём Готэе не наберётся и пяти человек, которые смогли бы так же легко уклоняться от моего меча, как это делал ты! И после этого ты будешь отрицать, что полсотни убитых с первого же удара мерзавцев, каждый из которых, по данным экспертизы, не уступал в силе третьему офицеру Готэя, были не твоих рук делом?!

В таких случаях, кажется, надо говорить «упс»…

– Даже не знаю, что тебе на это сказать… – раскрасневшаяся Сой-тян в праведном гневе выглядела чертовски грозной и в то же время очаровательной, но что сказать, я действительно не знал. Срочно требовалась пауза для выработки официальной позиции по вопросу.

– А вы встречаетесь, да? – громом среди ясного неба обрушился на капитана Второго Отряда вопрос Сенны. Сама Розарий смотрела на нас с невинностью ангела, не забывая трогательно хлопать глазками.

– НЕТ! – бедняжка Сой-тян отпрыгнула от меня спиной вперёд почти на два метра.

– Точно? – эта проказница подозрительно прищурилась.

– Да! У нас чисто деловые отношения! – в панике, со скоростью пулемётной очереди, протараторила гордая дочь семьи Фонг.

– Как жа-а-алко… – протянула девушка, а в следующий миг этот электровеник в одно движение повис на моей правой руке. – Тогда, может быть, всё-таки отправимся в номер? Умираю от усталости, – в обращённых к моему лицу янтарных глазах плясали тысячи бесенят.

– А… – Сой подавилась воздухом. – Но… Где вы остановились?! Мне надо… для согласования совместных действий!

– Мы ещё не выбрали отель, – как можно нейтральней заверяю перенервничавшую синигами. – Быть может, составишь компанию?

– Я не знаю… Я…

– Семпай, не надо беспокоить капитана Сой Фонг, она же сказала, что у неё работа, – укорила меня Сенна, причём так фальшиво пряча радость в голосе за напускным укором, что у меня и тени сомнения не осталось, что это очередная провокация.

– Я помогу! – тут же клюнула наивная капитан. От волнения на её щёчках выступил румянец, а в глазах появился лихорадочный блеск. Ох уж эта ревность… – Мои люди могут подождать!

– Вы уверены? – теперь взгляд мелкой стал «участливо-недоверчивым».

– Да! – Сой, независимо вздёрнув подбородок, встала рядом. – Сагара, веди.

– Как скажешь… – усилием воли давлю улыбку.

***

Выбор гостиницы не занял много времени – Каракура не самый большой город в префектуре, так что и заведений должного уровня было всего два. Всякие мелкие мотели с картонными стенами или и вовсе «человеческие пеналы», само собой, не рассматривались. В конце концов, не пропадать же карточке от Айзена без дела? Да и привык я уже к определённому уровню комфорта и при возможности старался его придерживаться.

С арендой номера с двумя спальнями тоже проблем не возникло – пусть осенний сезон фестивалей и привлекает туристов, но Каракура – не Киото, особых наплывов гостей не предвещалось, в итоге, уже через десяток минут мы осматривали предоставляемые апартаменты. Хотя «осматривали» – не совсем правильное слово. Стоило Сенне в поле своего зрения обнаружить кровать, как ничто иное её уже не интересовало. Плюхнувшись попкой на мягкий матрац и сладко зевнув, девушка, видимо, на «рефлексах тролля» пожелала нам как следует повеселиться и… просто вырубилась, даже обувь не скинув.

Переглянувшись с Сой-тян, я вздохнул и устроил девушку на кровати, заодно освободив ноги от ботинок, хотя для гигая это роли не играло. Капитан наблюдала за этим со странными чувствами на лице, среди которых я смог точно определить только смущение, ну и судя по состоянию духовного фона, ей было несколько неуютно. Тихо покинув комнату, мы прикрыли за собой дверь и замерли, глядя друг другу в глаза.

– Знаешь… я успел соскучиться, – прервал я тишину, начавшую становиться неловкой.

– Я тоже, – отвела взгляд бравая капитан Второго Отряда. Какая же она всё-таки милая. Как бы то ни было, но «отделывание» от посторонних явно помогло моей прекрасной собеседнице немного расслабиться и даже приободриться.

– Расскажешь, что новенького в Сэйрэйтее?

– Неужели вездесущий капитан Сагара что-то не знает? – с толикой обиды надулась девушка, впрочем, продержалась она недолго. – Всё так же, как и всегда, если не считать продолжающегося разбора происшествия с Касуми Одзи, расследования гибели капитана Маюри, ЧП с Долиной Криков…

– Смотрю, работы у тебя прибавилось. Чувствую себя лентяем, и мне даже стыдно.

– Это говорит мужчина, который сделал «песенку про лес»? – а скепсиса во взгляде можно было бы и поменьше. – Почему-то я тебе не верю.

– Ладно, немного стыдно… – под скептическим взглядом собеседницы я «сдался», – в душе… где-то глубоко… очень.

– Как ты умудрился стать капитаном Омницукидо? – раздосадованная моим несерьёзным отношением Сой-тян поджала губы. Возникло нестерпимое желание эти губы поцеловать, что я с огромным удовольствием и проделал, с лёгкостью подавив вялые и не очень натуральные попытки сопротивления.

Остаток вечера и почти всю ночь мы провели на крыше в компании пары бутылочек вина, прихваченных как-то мимоходом. С Сой Фонг, после того, как она чуть «привыкла» и отпустила свой образ «железной леди», было очень приятно просто посидеть и поболтать ни о чём, ну и помолчать, любуясь звёздами.

Утро началось с совместного завтрака, во избежание недоумения обычных людей и последующего использования на них стирателя памяти, завтракать решили в номере, а не в зале ресторана при гостинице, благо подобная услуга в отеле предоставлялась. Сам завтрак прошёл совершенно невинно и спокойно. Если не считать того, что у Розария обнаружился ещё один талант – она умела та-а-ак молчать, с та-а-акииим невинным видом, что немного неловко становилось даже мне, а Сой-тян вообще не знала, куда прятать взгляд. Пусть она и опытный, матёрый оперативник, что подчинённых строит по струнке одним фактом своего присутствия где-то в округе, но вот в делах более… м-м-м, мирных она просто терялась. Хм, кажется, я начинаю понимать Йоруичи – нельзя просто так взять и не поддразнить эту милашку.

– М-м-м, Сой Фонг-сан… – очевидно, не удержалась и Сенна.

– А? Что? – едва ли не подпрыгнула на месте капитан.

– Передайте соль, пожалуйста, – и глазками так хлоп-хлоп.

– В-вот…

– Спасибо. Эх, что-то вы такая напряжённая, вам бы расслабиться, отдохнуть, пройти курс расслабляющего массажа, – с каждым словом этого тролля представительница гордого клана наливалась краской всё ярче.

– Увы, Сенна, с нашей работой особо не расслабишься, так что учись ценить моменты покоя, когда они у тебя появляются, – чуть сгладил я неловкость, да и тему стоит сменить. – Кстати об отдыхе и работе, есть предложения, как нам искать наших «друзей»?

– Они ищут Розарий, – сразу же переключилась на рабочий лад Сой-тян, – так что будут лезть в Мир Живых, пока не найдут его. Значит, нужно найти его первыми.

– Это замечательно, Сой Фонг-сан, но что это даёт нам? И как нам искать этот Розарий? – с совершенно невинным видом и полными энтузиазма глазами поинтересовалась сама Розарий Памяти. Признаться, сохранить невозмутимый вид и не заржать в тот момент было очень сложно – если бы не «тренировки воли» во время пребывания в образе Тоби, сейчас я мог бы самым некультурным образом давиться смешком.

– Пока у меня только одна идея – при помощи оборудования Двенадцатого Отряда отслеживать открытие межмировых переходов, отвечающих образцам реацу Чистых.

– То есть перенастроить оборудование с фона пустых на выходцев из Долины Криков? – Сенна выглядела задумчивой, видимо, «сыграла» память какого-то синигами-учёного. Хм… Вполне возможно, что даже кого-то из тех, кого расщепило при подрыве Дзёкайсё. Там же целое «НИИ» отправилось в никуда…

– Именно. Хотя с этим, безусловно, возникнут сложности, – госпожа Фонг озабоченно сложила руки в рукава своей одежды и задумалась, уставившись в пространство.

– Почему? – чуть наклонила голову вбок Сенна.

– После смерти Маюри дела в отряде ведёт его лейтенант Нему Куротсучи, – пустилась в объяснения капитан, всё ещё параллельно о чём-то размышляя. – Пусть она и старательна, и дисциплинирована, но она только лейтенант, к тому же… с учётом характера Маюри, даже его лейтенант может не знать и половины проектов, которые он вёл.

– В общем, у них сейчас завалы, и заниматься ещё и нашей проблемой им просто некогда, – резюмировал я.

– Не совсем так, но близко, – устало кивнула Сой-тян. – И это только половина проблемы. Вторая заключается в сбоях со связью между измерениями. И чем дальше, тем сильнее они будут, вплоть до блокировки Сенкаймона.

– Как насчёт оборудования Урахары? Думаю, у него тут есть «игрушки», что заставят и Маюри истекать слюной. Пусть хоть с того света.

– Возможно, но мне бы не хотелось прибегать к помощи Урахары Киске, – теперь девушка явственно морщилась, видимо, отношения с Зайцем у них не задались.

– Понимаю, но, боюсь, вариантов не так уж много. Если сама не хочешь с ним общаться, быть может, попросим капитана Сюске? Мне вчера показалось, что он нашёл язык с Безумным Шляпником.

– Эти твои шутки совершенно неуместны в нашей ситуации, – нахохлилась Сой-тян. – Особенно в присутствии подчинённых. Это… непростительная безалаберность!

– Да ладно тебе, как будто в Готэе нет своих шуток на эту тему. Та же Хинамори-тян до сих пор называет Тоуширо Снежком, ничуть не смущаясь тем, что он стал капитаном, а она только лейтенант, а если вспомнить…

– Я не хочу этого слушать! – вскочила со стула синигами, для вескости сказанного упираясь руками в столешницу.

– Снежком?.. – в противовес разведчице, заинтересовалась… Хм, а можно ли ненастоящего сотрудника Омницукидо, прикидывающегося стажёром не особо достоверно изображающего «простого почтальона» непонятного типа, назвать контрразведчицей? И как при таком ходе мыслей не сломать себе мозги?

– Ладно-ладно, не будем, – постарался я чуть сгладить углы, но…

– Ладно, – пожал плечами этот Тролль, – потом узнаю… – янтарные глаза с хитринкой стрельнули в мою сторону, причём так, чтобы капитан синигами это заметила, – мно-о-ого всего интересного…

– Кхм… – тишина начала становиться неуютной, а уж как начала сгущаться реацу Сой-тян… – Давайте всё же вернёмся к делу, обменяться, м-м-м… «разведданными по персоналиям» мы сможем и потом.

– То есть посплетничать о всяком? – нездоровым блеском загорелись глаза Сенны.

– Мне кажется, в вашем кружке женщин-синигами может появиться новый представитель… Отделение Омницукидо, так сказать…

– Ты и об этом знаешь… – вздохнула Сой-тян, в голосе звучала вся мировая скорбь и смирение. – Я не буду спрашивать, как и откуда. Давай для сохранения остатков моего самоуважения мы просто сделаем вид, что этого разговора не было.

В ответ я всем видом изобразил немого пай-мальчика, очень сильно заинтересовавшегося отделкой стен. По реацу чувствую – не убедил. Тем не менее, завтрак всё же вскоре завершился и мы миро покинули гостиницу. А вот дальше Сой чуть выдвинула клинок своего занпакто из ножен и послала от него волну любопытно структурированной духовной энергии. В ту же секунду все агенты Второго отряда в городе устремились в нашу сторону, а уже спустя минуту капитан выслушивала сухие отчёты подчинённых о результатах поисков, ну и мы рядышком постояли.

Что не говори, а рядовой состав Второго Отряда не бездельничал, старательно роя землю носом в поисках хоть каких-то следов – разочаровывать своего капитана им очень не хотелось. Вот только ничего путного синигами не нашли – враг затаился и не проявлял следов своего присутствия, полтора десятка ликвидированных Чистых и походя пришибленный низший Пустой – вот и весь результат ночных патрулей. Впрочем, никто и не рассчитывал, что вот так вот сходу удастся что-то выяснить, да и настроение у Сой-тян, не смотря на все «старания» Сенны было довольно хорошим, так что господам и дамам разведчикам не досталось даже профилактического втыка и… Судя по глазам уходящего докладчика и бросаемому им на меня взгляду, кое-кто во Втором Отряде может начать на меня молиться, ну или хотя бы «ставить свечку» в храме.

Мне же… оставалось просто присутствовать, изображая кипучую деятельность (кивать в нужных местах с умным видом) и… учиться. Как ни странно, но оперативники Готэй могли дать очень и очень много, особенное, если видели, что их капитан к «непонятному типу из Омницукидо» относится очень даже лояльно. Так что особо не скрывались и не запирались с ответами на вопросы, если те у меня возникали. Учёба же у профессионалов в «поле» дать могла многое, а то вон как засветился со своей «прогулкой» по «тёмной стороне» Касуми Одзи. И, главное, на сущей мелочи – рост и точность ударов! Вот что мне мешало просто и незатейливо нарубить тех идиотов в капусту, изображая сильного, но неумелого пользователя бакото, которым вполне мог бы стать тот старик? Как там его звали, кстати… впрочем, без разницы. В общем, даже простое наблюдение за работой профессиональных диверсантов и следователей давало пищу для размышлений. От общих понятий о методах ведения дел в таких подразделениях до принципов командной работы. Пустые, при всех своих плюсах, имели ряд лакун в образовании – навыки сокрытия следов и маскировки были далеко не у всех, а те, кто всё же их имел, в том числе и я сам, ограничивались сокрытием реацу и переодеванием. Минус небольшой, особенно в рамках Хоэко-Мундо – там никто диверсиями не заморачивается и нападение из засады как раз и есть потолок способностей моих сородичей в данной области. Что более чем логично. Зачем существам, что живут, максимум, на уровне стаи, навыки сокрытия своей деятельности в социуме с правоохранительными институтами? Вот-вот, совершенно ни к чему. Но вот с Арранкарами всё уже сложнее, там и социум потихоньку образуется, и возможны контакты с другими социумами, а значит, с учётом истории отношений синигами с Пустыми, могут быть и элементы подковёрной борьбы. В общем, уметь правильно скрываться и искать таких скрытников может быть очень полезно в перспективе. Да и вообще, когда это я отказывался от лишних знаний и возможности усилиться за их счёт? Моя Жадность мне такого не простит. Но одно я понял уже сейчас – очень хорошо, что в маске Тоби я выступал только перед Рукией, Ичиго и семейством Куросаки в целом – не особо внимательными подростками без набора даже минимальных знаний в деле сыска, а вот та же Сой-тян меня бы раскрыла если не моментально – то очень и очень быстро. Хотя бы просто по одинаковой моторике. Так что, как завещали Великие – учиться, учиться и ещё раз учиться. Ну и Сенну напрягать в том же направлении. Тут, кстати, тоже был сюрприз – мой «стажёр» всё схватывала на лету, словно просто вспоминала слегка подзабытое, порой даже высказывала дельные замечания, чем, кстати, сыскала некоторое уважение в глазах рядовых и младших офицеров Второго Отряда, а уж когда те каким-то неведомым образом узнали, что сия девушка «учится на лейтенанта», в глазах многих синигами сквозило что-то подозрительно похожее на зависть и мысли класса «вот же везучие сволочи, у них будет умница и красавица, а нами руководит жирный дегенерат». Н-да, Омаэду в отряде точно не любили.

Тем не менее, вся активная деятельность плодов не приносила – трудно найти чёрную кошку в тёмной комнате, особенно, когда её там нет. Возможный переход в Долину Криков, если он вообще был, фонил нейтрально и засечь его на общем повышенном фоне Каракуры при помощи того оборудования и кидо, что было у Второго Отряда возможным не представлялось, а ведь у нас был ещё Куросаки, пусть последнее время его сила стала куда как структурированее и он всё лучше её контролировал, но даже зачатков попыток как-то замаскироваться или отгородить свою мощь там не наблюдалось, как следствие – засветка на половину города. Порой мне кажется, что все неприятности случаются в Каракуре как раз из-за особенностей рыжего – его излучение способно скрыть и прорыв инферно или ещё какую гадость, точнее, не позволит точно определить, где именно эта гадость случилась и окопалась. Вот означенная «гадость» и пользуется моментом.

До полудня мы честно искали иголку в стоге сена, но потом всё же решили прерваться на небольшой ланч и очередной «военный совет», благо от Безумного Шляпника подтянулся и Амагай, толку, правда, было чуть – Урахара в лучших своих традициях пообещал, что приложит все силы, дабы помочь, но, де-факто, просто выставил капитана за дверь… вместе с небольшим презентом.

– Это… что? – тон, которым это было сказано, оставался совершенно нейтральным, но вот взгляд Сой-тян обещал, при не устраивающем её ответе, виновнику, как минимум, пару переломов средней тяжести.

– Я могу ошибаться, но похоже на плюшевую курицу. Миленько, – стараясь сохранить «вид серьёзный и оззабоченнй», ответила Сенна. Вот только любой, знающий её хоть чуть-чуть, мог с уверенностью констатировать – ещё немного и её разорвёт от смеха. Могу её понять. Суровый Капитан Синигами. Взгляд полон чувства долга и осознания Важности своей миссии. И на плече у него сидит плюшевая курица в синем платье. Поправка, говорящая курица в синем платье.

– Я не какая-то там курица! – довольно приятным голосом напористо ответила игрушка, – я – Душа+, модифицированная для обнаружения и поиска аномалий… и ещё раз модифицированная с баунто на Чистых, – уже тише и куда как более грустно добавила птичка.

– Урахара-сан работал всю ночь, чтобы помочь нам с обнаружением аномалии, – принялся пояснять Капитан Третьего Отряда. И вроде бы всё было хорошо, но почему у меня такое чувство, что Шляпник его просто напарил и всучил первое, что подвернулось под руку, дабы от него отвязались?

– И как ты работаешь? – чуть повернула голову разведчица, при этом повеяло от неё чем-то таким… нехорошим. Только не ясно, она хочет препарировать эту игрушку или её автора?

– Ч-чистые приходят из Долины Криков, н-но она находится в Разделителе миров, а значит, на них могут остаться мельчайшие частички потока Корью. Е-его я и м-могу определить! – под добрым взглядом капитана Второго Отряда плюшевая игрушка начала натурально потеть.

– И как далеко ты чувствуешь? – добрым голосом серийного убийцы продолжала допрос разведчица.

– С-сто метров! – курица пустила петуха… кхм… в смысле, под конец, сорвала голос на хрип…

– Эм, то есть, при средней дальности обзора человеческого глаза в условиях нормальной освещённости в 4-5 километров, ты можешь чувствовать вероятного противника на ста метрах? – в голосе Сенны так и звучало «ты бесполезна».

– Ну, противник может прятаться… – неуверенно возразил Амагай, хотя понимание того, что он убил, минимум, полдня на уговоры учёного ради наскоро сварганенного сенсора, что «видит» врага только на дистанции поражения кидо или даже способностью занпакто… скажем так, оно у него явно было.

– Я-я… могу переместится в свой гигай! Тогда мои возможности возрастут!

Примечания

1

2

3

Content

Малышонок Сергей Александрович Путь «Синигами» [СИ, недописано]

Седрик Путь «Синигами»

Примечания