Стариков Антон

Вторая часть Великого похода. От океана до степи

Вторая часть Великого похода.

От океана до степи.

Глава 1

Пьяное море.

Четыре месяца со дня окончания операции ''Серебряные горы''.

Утро.

''Боров'' -- парусный корабль класса ''кит'' (древняя времен Второй Великой Империи эльфов классификация таких кораблей, ближайший земной аналог -- большая карака).

-- Кильки маринованные! - орал с головы (мостика) адмирал. - Куда верхние нервы (шкоты) тяните, косоручки!? Что, ''легкий путь'' (фордевинд) с ''потом'' (галфинд) перепутали, пропотеться охота, накликать?! - Адмирал эскадры из четырех кораблей, он же капитан флагмана, а по совместительству еще и маг Воздуха, был возмущен -- зря что ли он старался и сотворенный им полуразумный элементаль обеспечил эскадре самый благоприятный ветер, не ''поцелуй Даготера'' (бакштаг), чтобы не перенапрягаться сверх меры, а ''легкий путь'' -- самый лучший, не требующий от команды напряженной работы ход.

Сейчас шла вахта первого помощника, и непосредственным управлением корабля должен был заниматься именно он, а уже отстоявшему свою адмиралу хватало общих проблем с эскадрой, но в данный момент помощник по его же приказу пропадал в брюхе (трюме) и вместе с корабельными плотниками разбирался с ''первой горой'' (фок-мачтой), точнее почему та самая ''гора'' (мачта) ходит в ''жопе'' (степсе).

-- Мордоворот (боцман), ''обезьян'' на привалы (реи), - к облегчению матросов перешел от ругани к конкретным указаниям капитан в адмиральском чине. - Десятерых убирать ''раскоряку'' (кливер) на ''копье'' (бушприте), остальных -- на больные и рваные нервы (гитовые и гордени)! -

Боцман-непись из морских людей мгновенно распределил кому куда: послал по жилам (вантам) вверх наемных моряков-неписей, а сам остался внизу руководить моряками-заготовками. Несколько минут напряженной работы и наметившийся было беспорядок ликвидирован: рассыпавшиеся от пика (клотика) до обрыва (нок) моряки, ловко и привычно перебирая ногами по мосту (перт), сделали свое дело, а работавшие под руководством опытного боцмана внизу заготовки -- свое. ''Боров'' перестал рыскать и вновь полетел по волнам, глотая милю за милей.

Капитан-маг окинул критическим взглядом видимое ему пространство палубы и снастей и, убедившись что все в порядке, раскинул руки и сосредоточился, пытаясь ощутить ветер не только непосредственно над своим кораблем, но и над всей эскадрой, а так же на огромном пустом пространстве вокруг. Давно достигший шестого уровня школы Воздуха маг легко справился с задачей и всем своим существом ощутил им же вызванный ветер, почувствовал его мощь и даже зачатки эмоций (еще не полноценный элементаль, но близко -- лишь тонкая граница отделяла ветер от того, чтобы стать разумным существом, впрочем как решит его создатель). Маг недолго игрался со своим творением и вскоре вернулся к исполнению обязанностей капитана -- огромному кораблю и соответствующей команде требовался постоянный присмотр. Впрочем ничего сверхъестественного: приказ рулевому, послать пару людей подтянуть старший волос (фал), небольшая суета, когда нужно было выжать очередное облако (взять риф). Рутина не отнимала много времени и не мешала эльфу-адмиралу любоваться морем и размышлять -- привычная жизнь огромного корабля.

Пьяное море -- немаленьких размеров водоем на стыке трех континентов, океана и двух морей, дважды оправдывало свое название и таило в себе немало опасностей и бурь, но к эскадре из четырех разношерстных кораблей море отнеслось неожиданно благосклонно и за пять дней пути не только не побило бурей и не проверило на прочность встречей с многочисленными морскими монстрами-обитателями, но даже банальная качка -- фирменный признак этих вод, обошла их стороной. Хотя может быть дело было в том, что на каждом из четырех кораблей находилось не меньше десятка магов и 15 на флагмане, по любым меркам не самых плохих магов, много адептов Воздуха и Воды. Да что далеко ходить, сам адмирал был воздушником (маг школы Воздуха) и без ложной скромности неплохим и уж точно лучшим в клане Красных Драконов. А еще на флагмане эскадры присутствовал маг, очень особенный маг, один из сильнейших, а возможно самый сильный водник (маг школы Воды) среди десятков миллионов магов-игроков.

Несмотря на отсутствие угроз и столь избыточно-мощную магическую поддержку, проблем у эскадры хватало: тут и сборная солянка экипажей (треть наемные матросы-неписи, остальные недавно купленные и как всегда после рождения тупящие-требующие присмотра заготовки) и регулярно вылезающие проблемы с рангоутном и такелажем вроде бы совсем недавно хорошо отремонтированных кораблей, и общая неопытность старшего командного состава -- все это не давало скучать и предаваться праздности: и адмиралу, и капитанам, и старшим помощникам, и даже купленным заготовкам-морякам пришлось учиться на ходу -- загруженные в мозг навыки и умения морского дела помогали, но ни в коем случае не могли заменить реальный опыт моряков-неписей, как бы смешно это не звучало для игроков, которые точно знали -- Серединному миру не исполнилось еще и трех полных лет.

Адмирал вновь почувствовал гордость, ведь именно он буквально пробил это решение, в тяжелой борьбе сломив сопротивление остальных, в том числе и Главы клана, и все-таки настоял, чтобы в команды всех кораблей вошли набранные в портах неписи-моряки, а не только игроки клана и заготовки. Он понимал резоны остальных: нежелание пускать чужаков на свои корабли и раскрывать место, откуда клан отправлял свою первую эскадру, но поскольку адмиралом был именно он и никто другой, то решение было за ним.

-- Да, адмирал! - эльф-игрок усмехнулся, вспоминая как он им стал, как среди клана искали тех, кто обладал хоть каким-то морским, речным, любым опытом походов по воде, как нашли множество любителей рыбалки на реках и озерах, нескольких байдарочников, четырех морских пехотинцев, механика баржи и его -- недоучившегося нахимовца, отдавшего училищу пять лет из положенных семи, три года ходившего по Балтике на сухогрузах и еще три на частных парусных яхтах по Маркизовой луже, почти год из этих трех в качестве капитана.

Неприятное воспоминание о том, как закончилось его недолгое капитанство, несколько омрачило его мысли, и вновь как всегда от этих воспоминаний зачесались кулаки, будто чувствуя зубы друга хозяина яхты, обитателя Смольного и большого любителя малолеток. Бывший капитан крохотной яхты, а ныне адмирал грозной эскадры, ни о чем не жалел и, если бы представился случай, снова поступил бы как поступил, а может быть и пожесче -- после знакомства с его кулаками дружок хозяина яхты обзавелся вставной челюстью, а сам капитан потерял работу, получил волчий билет, хорошо хоть не срок, и вынужден был уехать из Северной Пальмиры в Златоглавую Москву. Впрочем все что не делается, то к лучшему -- он хорошо устроился в столице, но о море пришлось позабыть. Как бы то ни было, столь ''огромного'' опыта, да еще и на востребованных здесь и сейчас парусных судах, не было ни у кого в клане, и ''недоучившаяся макрель'' стала адмиралом.

-- ....аи!!! - проорал из расположенной на небоколе (топе) корзины наблюдатель, и хотя ветер отнес его слова, жест спецназовца позволил понять куда смотреть.

Разглядеть то что увидел наблюдатель простым взглядом пока было нельзя, даже хорошие эльфийские глаза, глаза урожденных лучников, пасовали и видели лишь ровный водный горизонт -- уж больно высоко располагалось воронье гнездо, и пусть каждая мачта несла всего три ряда прямых парусов, но действительно высокая как гора грот-мачта давала наблюдателю уж слишком большую фору. Но адмирал был не только эльфом-обладателем острых глаз, но и магом -- пара звучных слов, комок маны от резерва, мысленный приказ неразумному, но готовому услужить недоэлементалю и примерно в двух километрах от корабля, прямо из резко уплотнившегося воздуха сложился почти прозрачный шар -- линза-воплощение внимания создавшего ее мага.

Всего минута на настройку и создатель линзы смог увидеть то, о чем предупредил наблюдатель, причем гораздо лучше и подробней. Сперва показалось, что он видит большой поросший густым лесом остров, но чуть погодя адмирал осознал: остров движется, потом заметил что-то вроде отмели с видимой ему стороны. Отмель едва заметно порождала волнение и да, глаза его не обманули, мерно двигалась вверх-вниз и вперед-назад. Вскоре он увидел и огромную полную зубов пасть, каждый зуб как парус немаленького корабля, увидел и хвост, что как шея доисторического животного иногда взлетал из воды позади ''острова'' и тут же прятался в воду, но все это уже не могло его удивить -- адмирал наконец-то понял, кого увидел спецназовец-наблюдатель и кого он сам сначала принял за кусок земли.

Гафран-фахра -- название на древнем языке забытой расы, наиболее близкое по смыслу значение ''Жадный остров-пожиратель'' -- титанических размеров существо, виртуальный близнец Ершовского Царь-Рыбы-Кит. Впрочем были и отличия: поговорить с порождением фантазии создателей игры еще никому не удавалось, а вот корабли Гафран-фахра жрал прямо как Ершовский монстр, ну может только не по 40 за раз, и на его спине не было ни деревень, ни тем более церквей, а только враждебный всему живому лес, готовый собрать положенную ему часть добычи в виде уцелевших экипажей, хрустнувших на зубах у титанической рыбы кораблей.

Адмирал не испугался схватки с губителем кораблей, но и не пожелал на собственном опыте выяснять, хватит ли сил у клановых магов одолеть великанскую рыбу с лесом на спине -- несколько команд, продублированных флажками для остальных, и эскадра слегка изменила курс, окончательно исключив возможность встречи со столь могучим противником. Спокойное путешествие продолжалось.

Громко и немелодично заблажила корабельная баба (рында), и вошедшая в колею жизнь корабля несколько оживилась: раздались громкие команды мордоворота (боцмана), и на палубу из брюха (трюма) хлынула первая дневная вахта, а последняя ночная, она же первая утренняя, потянулась сначала к общей столовой для нижних чинов, которая располагалось рядом с камбузом под носовой палубой, а затем на три палубы вниз, спать и набираться сил.

Капитан флагмана проводил взглядом ловко карабкавшегося на вторую гору (грот-мачту) спецназовца и покачал головой: вот уж действительно цена имеет значение -- ни разу не обладавшие никакими морскими навыками эльфы-здоровяки моментально освоились на кораблях, чуть ли не лучше чем специально купленные моряки-заготовки из морских людей. Как жаль что цена и время, что понадобилось бы для их обучения (одно дело освоится, другое дело работать), не позволяли сформировать экипажи из них. Хотя если с другой стороны посмотреть -- невероятное расточительство использовать таких бойцов как простых моряков. Да и в общем-то заготовки из морских людей справлялись, и пусть им не хватало опыта, но пройдет время, полгода-год, и старательные, трудолюбивые и не способные филонить заготовки обязательно возьмут свое, и клан перестанет нуждаться в наемных командах.

Одновременно с первой вахтой из глубин корабля вынырнул и первый помощник, вымазанный в смоле и опилках воин-полуорк, но без доспехов и оружия -- не считать же за оружие поясной нож (еще один нож в сапоге, вернее по клинку в каждом из сапогов). Старпом ловко и уже привычно перепрыгнул через швабру драившего палубу заготовки, рыкнул, заметив непорядок в невидимом с мостика уголке, обменялся парой слов с ''мордоворотом'' и наконец взбежал по лестнице наверх, спеша доложиться капитану корабля.

-- Действительно ходит как х..й в пи..е! - эмоционально начал доклад Тралл. - Уж не знаю даже что там такое. Плотники тоже не знают, говорят: нужно снимать реи и стеньги и вытаскивать мачту, но в пути не сделаешь, придется так плыть. -

-- Ходить, - машинально в который уже раз поправил старпома капитан.

-- Ходить, - согласился орк. - Так вот придется нам идти с такой мачтой, мы ее укрепили как могли, верней плотники до сих пор крепят, говорят должна держаться, но опять же таки неизвестно что там такое, так что в шторм лучше не попадать. -

-- Ну это итак ясно, - согласился с очевидным капитан, поставив еще одну галочку в списке претензий к тем кто ремонтировал и модернизировал корабли. Не сильно большой список, но если продолжит расти, станет большим к концу пути.

-- Ну а тут у вас че ? Мы внизу почуяли поворот, - поинтересовался полуорк с интересом оглядевшись по сторонам и не заметив никаких изменений: все та же чуть зеленоватая вода, разбавленная косяками светящихся разноцветных рыб у самой поверхности, несколько небольших акул, что как собаки на привязи следовали за эскадрой последние пять дней, похожий на серебристую дорогу без конца и начала косяк крупной рыбы и девственно чистый горизонт.

-- Остров-пожиратель. Пусть себе идет своей дорогой, а мы своей. -

-- А че так? - немного расстроенно поинтересовался полуорк. - Размялись бы, а то уже пять дней скучаем, говорили тут пиратов и чудовищ полно, а оказалось брехали -- ни тех, ни других. -

-- Тебе что ли и другим воинам разминаться? - немного иронично посмотрел на него маг. - Кого собрался мечом рубить? В кого стрелять? Там такая махина -- один зубок как парус, а зубков тех сотни три! Так что никакой разминки -- Ам...! и ты уже в желудке. -

-- Ну ладно! - махнул рукой скучающий воин. - Может действительно это не наша весовая категория, пусть плывет, но кто-нибудь бы помельче или вообще пираты -- красота! Надоело матросов гонять и бестолку тренироваться -- хочется боя, а то все эти нервы (тросы) больные, верхние, старшие, рваные (гитовые, шкотовые, галсы, гордени), удила (леера), лавины (брамсы), остроги (ниралы), волосы (бегущий такелаж), старший, седой, живой(фал, ракс, брас) -- уссаться можно! А еще жилы: передние, боковые, лежачие (штанги, ванты, найтовы), ребра, позвонок, ложный позвонок, связки (шпангоуты, киль, фальшкиль, бимсы) и усраться! Я уже ох...л в первых помощниках -- списывайте меня в сухопутные крысы или хотя бы рубиловом обеспечьте! -

-- Накликаешь, - осуждающе покачал головой на слова воина капитан. С одной стороны он понимал воина-полуорка, но с другой, радовался такой тишине -- впереди немало опасных мест и если выпала возможность в такой спокойной обстановке приноровиться к кораблю, выявить все его недостатки, лучше узнать достоинства, а команде притереться друг к другу, то радоваться надо, а не стонать, да и каждая морская битва это риск, а ему хотелось привести на место ВСЕ корабли и никого не потерять.

-- О, это дело! - Тралл оживился, увидев вышедшую на палубу Юлу (Лауриндиэ). Воительница возглавляла абордажную команду, состоявшую наполовину из спецназовцев, наполовину из все тех же морских людей (купленных недавно заготовок), но не матросов, а воинов специально для боя на море. - Пойду разомнусь, - Тралл уже было собирался покинуть голову (мостик), но все же, вспомнив о своих обязанностях старпома и незаконченной вахте, остановился и виновато взглянул на капитана: - Можно? -

-- Иди уж, - кивнул головой эльф и уточнил: - У тебя есть полчаса, а потом станешь на вахту. -

-- Спа-си-бо-чки! - слетая по перилам как по горке, поблагодарил полуорк, спеша присоединиться к учениям абордажной команды и отдельного отряда стрелков, туда же стягивались и другие игроки корабля -- не только Тралл скучал без хорошей драки.

На какое-то время адмирал остался на мостике один, ну не считая молчаливого рулевого-заготовку, но вскоре его одиночество прервал тот, вернее та, кого он был рад видеть всегда. Эариэль была прекрасна и за эти пять дней еще больше расцвела, заставляя сильнее биться сердца даже еще пока что равнодушных к миру заготовок-новичков, что уж говорить про всех остальных?! Обилие вокруг воды и соответственно заключенной в ней стихийной магии наполняли и без того красивую Русалочку жизнью, силой, уверенностью в себе, глаза ее горели океанской синью, совсем не похожей на зеленоватые воды вокруг, кожа и волосы словно светились изнутри, а каждый шаг вызывал благоговение пополам с желанием у каждого кто на нее смотрел -- по палубе шла, нет, струилась, парила настоящая дочь морского царя, нет, царица морей и сердец!

Адмирал опустил голову вниз и, на мгновение закрыв глаза, встряхнулся, сбрасывая наваждение и только потом вновь взглянул на пусть и красивую, очень красивую и желанную, но совершенно обычную эльфийку, а не на то нереально-божественное создание, что привиделось ему мгновение назад.

Русалочке явно понравился произведенный эффект, и она, слегка поправив легкое цвета морской волны платье, танцующей походкой направилась к закаменевшему и старавшемуся не смотреть на нее адмиралу. Эльфу пришлось не легко, как впрочем пришлось бы любому мужчине -- трудно, очень трудно не смотреть на такую красоту, на адресованную только тебе улыбку на прекрасном лице, волнующиеся под легким бризом волосы, и тело под не скрывавшем точеную фигурку платьем. Мужчина искренне попытался сосредоточиться на корабле и масштабной тренировке абордажной команды, но как только он ощутил ее руку на своем плече и запах ее волос и кожи, наконец тепло ее тела в нескольких сантиметрах от себя, он сдался и посмотрел в синие глаза. Но все же он был адмиралом на мостике флагмана эскадры, был день и сотни глаз вокруг -- ни время и ни место для нежности -- адмирал удержался и не сделал того чего ждала от него Эариэль и чего он сам страстно желал, не обнял и не поцеловал в губы прекрасную эльфийку прямо здесь и сейчас. Впрочем кое-что он все же смог позволил себе: снял ее руку со своего плеча и слегка коснулся губами тыльной стороны ладони зардевшейся девушки.

Некоторое время эльф и эльфийка взявшись за руки молча стояли и смотрели на увлекательное действо на палубе корабля, на паруса и снасти, на спокойное море вокруг и наслаждались обществом друг друга и теплом сплетенных рук. Первым наполненное смыслом молчание нарушил адмирал, послав матросов на жилы (стоячий такелаж) и заднюю гору (бизань мачту), потом возникло дело у ''мордоворота'' -- волшебный момент упорхнул -- навалилась проза жизни.

-- Поплаваю немного, погоняю акул, - не спросила разрешения, а уведомила адмирала о намерении Эариэль. - У тебя есть дело, а мне скучно. -

Эльф отвлекся от разговора с боцманом и неодобрительно посмотрел на уже намылившуюся сбросить платье магичку:

-- Чем они тебе помешали? Плывут себе и плывут -- других хищников отгоняют. -

-- Те кого они могут отогнать, нам нестрашны, а кому серьезному, они не помеха, - озвучила прописную истину эльфийка, сбрасывая платье с плеч и оставшись в коротком купальнике из серебристого шелка с открытыми плечами и серьезным декольте.

Даже адмирал задохнулся в восхищении, забыв что хотел ей ответить, что уж говорить про рулевого и боцмана: и тот, и другой застыли выпучив глаза, но если рулевой так и стоял каменной статуей, то боцман вскоре пришел в себя и начал возмущенно жевать усы, но ничего большего себе не позволил -- он не был ни владельцем, ни капитаном корабля. Кстати, количество матросов на боковых жилах (вантах) резко возросло.

Тем временем предмет всеобщего восхищения ловко не допустила того чтобы платье коснулось палубы и, легкомысленно, но в тоже время аккуратно повесив его рядом с адмиралом, пояснила свою позицию:

-- Раздражают! Идут за нами как за стадом скота, ждут больных и отставших -- падальщики! Ненавижу падальщиков! И вообще скучно, а тут хоть какое-то развлечение. -

-- Всем скучно, всем охота драки, - думал адмирал, глядя на расширяющуюся книзу как кувшин фигуру эльфийки, которая неторопливо, напоказ покачивая бедрами, шла к краю мостика, - раз так охота -- будет, обязательно будет -- накликаете и к гадалке не ходи. -

Между тем эльфийка одним ловким движением вскочила на планшир и не удержалась бросила взгляд назад -- осталась довольна увиденным, провокационно отставила зад и рыбкой ушла в воду по ходу корабля.

Не успела блеснувшая серебром фигурка скрыться в волнах, как море рядом с ней вспухло резко потемневшим горбом, а затем буквально за секунду этот горб многократно вырос и будто пожрал участок моря метров в 100 вокруг себя.

У адмирала екнуло сердце и, хотя он прекрасно знал что это за горб, отпустило только после того как он увидел, как серебристая фигурка оседлала неестественно темную волну словно коня -- Русалочка и ее очень особенный маунт, ''подарок'' Гвыжахи Поедателя Кишок, развлекались и мотали ему нервы. Эариэль весело помахала рукой и, толкнув ногой то на чем сидела (больше напоказ -- хватило бы и мысленного приказа), бросила маунта в пробежку-заплыв, а затем захохотала, когда ее ''скакун'' не особо напрягаясь нарезал круг вокруг бегущего со скоростью не меньше чем в 10 узлов корабля, а потом его повторил.

Тем временем вызванный девушкой спутник все рос и рос -- вокруг него была родная стихия и с каждой секундой маунт набирался сил, все больше напоминая не обычную морскую волну, а грозный вал даже не воды, а почти твердой как у живого существа плоти. Вот сформировалась гигантская голова, на которой уже не сидела, а стояла хозяйка существа. Вот появились щупальца на многие сотни метров вокруг, некоторые из них даже будто пробовали на прочность борта кораблей. Да, именно кораблей, всех четырех, а не только флагмана. А затем уже вполне узнаваемый гигантский кракен открыл свои глаза, и море словно зажглось, заиграло и преобразилось под взглядом двух наполненных солнечным светом прожекторов.

Участь акул была решена! Если бы глупые рыбешки сразу рванули что было сил, желательно в разные стороны, то может большинство из них сумело бы уйти, а так они до конца не понимали что их ждет и не видели в уже приближавшихся к ним щупальцах кракена (воспринимаемых их куцим мозгом как простая вода) какой-либо угрозы. Лишь одна из акул, чуть покрупнее остальных и с двумя горбами вместо одного, рванула в сторону и сумела избежать судьбы ее уже корчившихся в полупрозрачных кольцах товарок, но вот прилетевшего со стороны одного из кораблей гарпуна увидеть не сумела и забилась на нем как рыба на остроге. Именно как рыба и именно на остроге -- цельнометаллический гарпун пробил морскую хищницу насквозь. А затем в дело вступила команда корабля и с помощью повода (шпиль), чья конструкция использовалась не по назначению (поднятие якоря), начала подтаскивать бешено бившуюся, но обреченную добычу к себе -- сегодня у подсуетившегося экипажа будет свежачок.

Огромный кракен потянулся было сорвать упущенную добычу с остроги, но, получив приказ хозяйки, разочарованно свернул уже почти коснувшееся акулы щупальце, а капитан удачливого на добычу корабля, вернее капитанша (одна из тех самых байдарочников) погрозила маунту и его хозяйке кулаком и прикрикнула на команду тащить быстрей. Необычно умная акула боролась за жизнь до конца: так билась на гарпуне, что едва не изменила-сбила курс корабля, и дежурной смене пришлось занять жопогрейки (банки) и немного, но напряженно поработать веслами, выравнивая курс; пыталась перекусить канат, к которому крепился гарпун, и даже изогнувшись подобно змее (что настоящая акула никогда не смогла бы сделать) попробовала его на зуб; уже поднятая из воды страшно билась хвостом и головой о борт, вызвав испуганные матюки команды -- дерево трещало; и даже оказавшись на палубе, сама пыталась пообедать удачливыми рыбаками, но судьбы своей избежать не смогла, и меньше чем через час вся команда хлебала обалденный суп из ее плавников.

-- Ну вот, мать их! Накликали все же любители приключений на свою и чужую задницу! - спустя полчаса почти со злостью думал адмирал, с раздражением взглянув на лыбившегося неизвестно чему Тралла. В отличие от адмирала полуорк был доволен (как впрочем и многие из заскучавших игроков) и радостным перекрывавшим надрывавшуюся бабу (рынду) голосом отдавал приказы команде.

Опасность, что наплескала скипидару в задницы командам кораблей, была еще не видна, но ощущалась как какое-то неуловимое чувство. На морскую гладь словно опустилась неестественная тишина, на фоне которой особенно громко звучали крики команд, звуки специальных рожков мордоворотов и скрип снастей. Все четыре корабля эскадры занимали свое место в кильватерном строю, благо сделать это было достаточно легко -- все-таки здесь была не Земля и контролировавшие ветер маги обеспечили эскадре самый благоприятный наветренный режим.

Да, именно линейная тактика и пусть на кораблях эскадры как и во всем Серединном мире не было ни одной пушки, но магам тоже был необходим обзор и минимум препятствий на пути, впрочем также как и лучникам, и станковым арбалетам на верхней палубе. Необходимость диктует тактику -- никто не собирался идти на абордаж или не дай бог на таран в этом бою, и адмирал решил использовать достаточно эффективный и простой (особенно когда контролируешь ветер) линейный порядок. Вскоре посреди океана выросла хоть и не сплошная, но вполне четко узнаваемая стена из идущих друг за другом кораблей.

Адмирал почувствовал гордость за себя, за капитанов, за команды и за корабли -- они справились, быстро и четко, как ни разу не получалось на учениях, особенно быстро и четко в самый первый раз, в самом первом настоящем бою.

Послышались хлопки и с флагмана и остальных кораблей взлетело несколько зеленых шаров, из-за разноцветных хвостов позади похожих на медуз или головастиков. Вслед за ними с палубы каждого из кораблей поднялось по паре грифонов, еще два летающих зверя всегда бороздили пятый океан над эскадрой, с них-то и заметили пока невидимую опасность. И грифоны, и медузы одинаково устремились в сторону все еще остававшегося вне зоны видимости команд врага, только грифоны заняли верхний эшелон и двигались побыстрее неторопливых шаров.

Эльф-адмирал огляделся по сторонам: вокруг напряженные, но и предвкушающие лица; лучники, спецназовцы и эльфы-стрелки заняли позиции у фальшборта и на марсах; маги либо с ним на мостике, либо на площадке у бушприта (копья); на снастях удвоенная смена готовых мгновенно выполнить любой приказ матросов, а у немногих станковых арбалетов (гоблинские трофеи из цитаделей) застыли воины-игроки. Лишь абордажной команде из заготовок-морских людей не было места в предстоящем бою -- противник не тот, но все равно они плотной группой находились непосредственно под верхней палубой, в доспехах с оружием и в полной готовности ко всему.

По снастям флагмана, а также других кораблей эскадры забегали ловкие как обезьяны фигуры -- адмирал отдал приказ и увеличил интервалы между кораблями, одновременно он же, маг, усилил ветер, и опять он же, адмирал, приказал прибавить облаков (парусов) -- колонна выросла в длину и побежала уже на полных 12-ти узлах.

Командующий эскадрой остался доволен как и главное с какой четкостью выполнили его приказы и сосредоточил свое внимание на непосредственно приближавшимся враге -- уже видимой черной точке на горизонте. Даже для зорких эльфийских глаз было еще слишком далеко, но не зря же в небо взлетели грифоны и те самые похожие на головастиков зеленые шары -- маг закрыл глаза и, проговаривая про себя несложное четверостишие, ментально потянулся вперед. Секунда-полсекунды и один из уже довольно далеко улетевших шаров словно налился светом изнутри, а адмирал смог воочию разглядеть причину общего аврала.

Лягушка, обычная болотная кваква, что храбро орет каждую ночь, а днем трусливо прячется под камышами, именно так могло показаться тому, кто увидел бы приближавшееся существо с высоты. Впору было бы посмеяться над могучей эскадрой, если бы не одно но -- обеспокоившее четверку кораблей существо превосходило своих обычных болотных товарок раз так в миллион, а может и два -- трудно так сразу судить, но даже темный бог, в чьей голове как в огромном замке ползал когда-то глава их клана, был меньше. Разумеется огромную лягушку нельзя было сравнивать с богом -- ни по божественной силе, ни по разуму, ни по много чему еще, тому чем обладал темный бог (любой бог Серединного мира, если на то пошло), но и фейри не свалил бога в прямом бою, а одолел хитростью, да и не было его здесь, а была титанических размеров тварь, пусть и без разума и капли магии, но тут был именно тот случай, когда размер решает все.

Впрочем Драконы не собирались соглашаться с этим спорным тезисом и готовились принять бой. Хотя почему готовились? Они уже приняли, и с грифонов-посланцев эскадры полетели бомбы. Полетели и ударились о грязно-серую вблизи плоть, взорвались мощными, яркими, громкими, несущими смерть и осколки раскаленного метала разрывами...

Гигантская морская лягушка как плыла, так и продолжала плыть, ни на сантиметр не изменив свой курс и никак не показав что вообще заметила усилия крылатых застрельщиков.

Алмантанирен (старший среди летунов) обиделся на такой игнор, и в следующий заход грифоны ударили прямо в правый глаз не обращавшей на них внимания лягушки и ударили на этот раз огнем, сосудами с зажигательной смесью.

Вспышку заметили даже на кораблях, да и лягва не смогла проигнорировать пожар практически на самом зрачке -- дернулась всем своим огромным телом, издав возмущенный звук (у всадников-игроков, да и у грифонов лопнули барабанные перепонки, кое у кого пошла кровь из глаз) и вроде как намылилась выскочить из воды, как обычная лягушка пытается схватить вкусного комара, но затем вся туша ушла в воду, неглубоко, на 5-10 метров и продолжила свой путь, корректируя курс с движением эскадры. Все последующие атаки грифонов ни к чему не привели -- толстое одеяло воды и прочнейшая шкура нивелировали наносимый ими урон, а зажигательная смесь бесполезно сгорала на воде в десятке метров над проплывающей под ней плотью. Но кое-чего Колобок (Алмантанирен) добился, и вынужденная полностью скрыться в воде лягва чуть-чуть, совсем немного, но замедлилась -- подушка воды хоть и защищала от огня и бомб, но и слегка тормозила ее стремительный заплыв. В тоже время сам того не желая Колобок подгадил магам на кораблях: и без того пока далекая цель погрузившись в воду предельно затруднила им жизнь, не говоря уж о том, что появившаяся водная броня мешала не только грифоньим всадникам.

Все же маги Драконов нашли выход, да и наблюдательные шары (детище друидов) изрядно помогли -- на скрытую в воде тварь обрушился вал из замедляющих чар и чар парализации -- им в отличии от молний и огненных шаров, а так же других боевых заклинаний совершенно не мешал десятиметровый слой воды, да и не обладавшая ни каплей магии лягушка не могла себя от них защитить, но опять же таки размер, РАЗМЕР самого монстра -- если порождение Пьяного моря и замедлило свой заплыв, то совсем не намного. Аналогично было с разнообразными дебафами на силу, ловкость, удачу, возможность наносить или получить крит -- может быть эффект и был, все-таки маги Драконов были сильны, но внешне это никак не сказывалось на все также догонявшей эскадру лягве.

Адмирал полностью устранился от боя и еще не нанес ни одного удара, лишь, выигрывая время, отдал несколько приказов касательно курса кораблей. Сильнейший воздушник клана был занят своим сотворенным существом: изменял его для боя и накачивал силой. Это было нелегко -- нужно было не переборщить и не потерять контроль над изменившимся созданием и в то же самое время поддерживать ветер для кораблей. Маг-адмирал справлялся, но пот на его лбу и перекосившееся от напряжения лицо показывали как тяжело далось ему такое колдовство, вершина стихийной магии на шестом уровне, а ведь ему нужно было еще и управлять эскадрой в бою.

Тем временем в битву вмешалась Эариэль и ее кракен-элементаль по имени Пауль. Русалочка не стала размениваться на ерунду и без всякой прелюдии ударила как могла, всей свой немалой силой и силой своего маунта: взметнулись вверх щупальца, и в воздухе начал формироваться шар воды, хотя не совсем воды, а того из чего состояло тело водного духа в виде кракена. Впрочем и обычная вода тоже наполняла шар, поднимаясь в воздух огромными вихрями-водоворотами и перекачивая по этим созданным магией рукавам тысячи литров морской воды. Питаемый из двух источников шар (тело кракена и море) рос как на дрожжах и вскоре обогнал в размерах флагман, а потом и сумму всех четырех кораблей, обогнал раз этак в пять и почти сравнялся в размерах с гигантской лягушкой, что продолжала плыть вперед. А вот кракен-элементаль несколько усох, пожертвовав большей частью тела в пользу висевшего в воздухе шара, но быстро восполнил потерю, когда перестал его питать.

Шар, вернее гигантский заряд, как снежок слепленный из похожей на воду субстанции был почти готов. Последний штрих и с рук засиявшей жемчужным светом Русалочки сорвался вихрь блестящих искр и как в пылесос втянулся в шар. В мгновение ока огромный водяной ком засиял, заискрился тысячами огоньков, что преломлялись в миллиардах капель воды. А потом шар пошел, покатился по самым гребням волн, с каждой секундой набирая ход, и щупальца маунта Эариель тянулись за ним как нити за клубком, только в отличие от клубка шар не уменьшался, а рос, вбирая воду по пути.

Корабли к тому времени успели уйти довольно далеко (все же 12 узлов), и соответственно лягуха оказалась к шару боком, но в отличие от яростно расходующих жезлы летунов (бомбы кончились) и начавших таки бомбардировать ее боевыми заклинаниями магов, проигнорировать такое она не смогла и совершила разворот в сторону катящегося на нее шара. Казалось бы лягве стоило уйти в глубину и переждать напасть там (Русалочка рассчитывала на это), но по каким-то своим загадочным велениям лягушачьей души тварь поступила ровно наоборот: выметнулась из воды и попыталась шар перескочить. Какое-то мгновение казалось у лягухи получится, но не судьба -- шар как баскетбольный мяч подпрыгнул вверх, и две огромных массы встретились в воздухе на полном ходу...

Гигантское неподвижное тело погружалось в жадную пучину -- внешне совершенно целая лягва тонула: вот скрылась под водой голова, вот розовый живот (удар бросил ее на спину), вот лапы, вот вода сомкнулась на последней из них и титаническая тень все так же неподвижно опускается в глубину. 50 метров, 100 -- нет движения, 150, почти 200... и вдруг к поверхности рванулся чудовищный клубок пузырей и слышимый даже сквозь толщу воды крик-вой очнувшейся твари, лишь временно глухие грифоны и игроки на них не услышали ничего, зато увидели стремительно поднимающуюся тень и как мошкара рванули вверх и в стороны.

Ожившая тварь вылетела из воды метров на сто, а затем бессильно распласталась на взбаламученной поверхности, глупо хлопая ничего не понимающими глазами. Таким состоянием ошарашенной лягушки тут же воспользовался Колобок, и десятки молний и копий из жезлов устремились к неприкрытому слоем воды телу.

Сегодня явно был не день летунов -- заряды жезлов не нанесли лягухе какого-либо заметного вреда, вместо этого бесполезные, но болезненные булавочные уколы привели монстра в чувство, и лягуха вновь устремилась вслед кораблям. Русалочка и ее маунт не успели и принуждены были догонять недобитого врага, впрочем нет худа без добра -- за время погони Пауль окреп и с лихвой возместил затраты на шар.

Маги кораблей вновь начали бить, пытаясь нанести как можно больший ущерб, но как и эскадрилья Колобка лишь раззадоривали тварь, что ускоряла и ускоряла ход и вскоре достигла скорости как до удара, а затем ее превзошла. Корабли приближались, даже выданные 14 узлов не могли им помочь -- лягуха была быстрей, много-много быстрей.

В ход пошли не боевые, а слепящие заклинания в виде масштабных похожих на электросварку вспышек. Вспышки взрывались прямо по ходу разъяренной и предвкушающей уже близкую добычу лягвы, иногда в нескольких метрах от гигантских глаз -- иллюминация не доставила лягухе радости, но и с курса сбить не смогла, лишь заставив немного вилять этот уже конкретно нацеленный на флагман живой чудовищный таран.

Лягуху невозможно было остановить, скорость наполненной яростью живой горы (именно так уже видели ее игроки на кораблях) еще больше возросла, а из способной проглотить любой корабль целиком и уже распахнутой пасти слышалось предвкушающее урчание. До флагмана и всей эскадры оставалось километра четыре -- почти ничто для титанического существа.

Над эскадрой поплыл басовитый гул, словно сотни гитаристов одновременно начали настраивать свой инструмент, а их поклонники шумно открыли десятки бутылок с шампанским -- в дело вступили лучники (особые, дорогие стрелы с увеличенной дальностью полета), при прочих равных серьезный противник, но только не сейчас, не против ТАКОГО врага. Какой-то урон стрелы с бонусами конечно наносили, особенно глазам, но ни в коем случае не могли остановить, тем более убить огромное существо, даже если бы количество стрелков чудесным образом выросло бы в 10 раз и на каждый выстрел каждого из них приходился крит.

Дело принимало отчаянный оборот: адмирал не успевал подготовить удар, Русалочка достойно, но все же проигрывала гонку шустрой на зависть ее маунту лягухе, грифоны истощили запас жезлов и перешли на обычные боевые заклинания, стрелы и гранаты, ручные гранаты, абсолютно бесполезные против такого врага и даже прилетевшие с одного из кораблей огромные воздушные тараны не сумели не то что остановить, но даже задержать тварь. Тараны конечно были хороши -- четыре бурлящих яростью грозной стихии клубка, вокруг которых трещал от статического электричества воздух и прогибалась вода, четыре способных выбить ворота крепости удара, точно также пробить мощные щиты, а уж что тараны могли сделать с живой плотью, не стоило даже говорить. Но в данном случае могучие удары лишь разозлили тварь, и она рванула вперед еще быстрей.

И вот в то самое мгновение когда все висело на волоске ( лягухе пара минут до кораблей), в битву вмешался тот, кто подобно адмиралу не нанес еще ни одного удара, но по совсем другой причине чем воздушник-адмирал.

Томинокер, маг Смерти и четвертый в клане по силе некромант, долго ждал и думал, пытаясь понять, чем таким удивить настолько огромное существо: с одной стороны, у магов Смерти было много разнообразных заклинаний против живых существ, сильных, хороших заклинаний, особенно против тех, кто не защищен щитом, прямо как эта лягуха -- тупая неразумная тварь, с другой стороны, опять же таки РАЗМЕР не давал возможности сделать с земноводным то, что он сделал бы с более компактным врагом, да еще и вода вокруг -- не самая лучшая для магов Смерти среда. Но все же Томинокер был хорошим магом, он не ограничивался самыми убойными и популярными заклинаниями, а постоянно и старательно работал над всем доступным ему списком, читал головоломные, муторные и иногда коряво составленные описания всех доступных ему заклинаний и, обдумывая каждую букву, искал ускользнувший от других смысл -- через-чур педантичный подход, но сегодня маг по имени Некро (Томинокер) спас всех -- вспомнил полузабытое за ненужностью заклинание третьего уровня и применил его.

Пусть использованное Томинокером заклинание находилось на начальном уровне силы (он никогда не вкладывал в него очки), пусть время жизни заклинания меньше минуты (уж сколько есть), пусть даже самый слабый щит Общей магии мог нивелировать его эффект (у лягухи при всех ее достоинствах не было и такого), но оно сработало, и возникшая на пути разогнавшейся твари лужица промертвевшей воды мгновенно разрослась.

Тварь влетела в слишком прозрачное для воды озерцо на полном ходу и мгновенно забыла о кораблях, о добыче, обо всем! Как нырнула в кипяток, только это был не кипяток, а концентрированная смерть! Лягуха забилась внутри озерца и, неуклюже развернувшись, рванула назад, пытаясь вырваться из объятий стремительно расширявшегося круга погубленной воды, кожа там, где ее коснулась жидкость, покраснела и покрылась трещинами, а по телу загуляли судороги. Еще чуть-чуть, на пару минут дольше и смертоносная жидкость убила бы даже такую огромную тварь, но время прошло, и озерцо растворилось в обычной воде, а воющее от боли существо совсем скоро вновь устремилось вперед. Лягуха поменяла цель -- каким-то животным чутьем поняла откуда пришла к ней такая боль и спешила свести счеты.

Новое озерцо промертвевшей воды уже не сумело остановить горящую местью квакушку -- огромное тело пусть и обожглось, но успело миновать лужицу прежде чем та разрослась, а угнаться за тварью заклинание не смогло.

Еще одно озерцо и еще одно! Томинокер зачастил и почти промахнулся во второй раз, но не суть -- ни вновь возникшая прямо перед тварью лужица промертвевшей воды, ни та что возникла чуть в стороне и лишь задела заднюю лапу твари (вернее тварь задела ее задней конечностью) не сумели остановить разогнавшуюся морскую хищницу-- мстительница уже не обращая внимание на боль рвалась к столь близкой добыче. До Бродяги, корабля на котором находился некромант, оставалось 30 секунд.

Перед лягухой поднялся плотный туман, а сразу за ним прощальный подарок истощенного Томинокера -- некромант и капитан его корабля ударили вместе: созданный друидой туман скрыл последнее озеро смертельной воды, и лягушка не сумела его увидеть и не успела обогнуть, что обязательно бы случилось -- последняя капля несущей смерть воды упала почти у самого корабля.

Тварь разметала друидский туман и вновь завизжала в круге уже разросшейся промертвевшей воды, и пусть заклятье некроманта терзало ее меньше десяти секунд, именно их лягушке и не хватило, чтобы достичь такого близкого корабля -- адмирал закончил и нанес свой первый удар.

Все кто был на эскадре отвернули лица и закрыли глаза -- гигантская молния упала с почерневшего неба вниз, ударила вздрогнувшую всем телом лягушку и оставила у нее на спине здоровенный круг черной паленой кожи. Лягуха еще не успела заорать от дикой боли как новый удар на этот раз в уже обожженное промертвевшей водой место и в воду полилась красная кровь -- молния добралась таки непосредственно до плоти. Новый удар и еще один и еще, еще, еще! Лягуха не видела ничего и не осознавала себя от боли, но и не собиралась умирать -- одних таких молний было мало, разве что долбить так пару дней. Тем временем корабли продолжали идти на последних каплях ветра (маг-адмирал вложил в молнии все) и удалялись от временно недееспособного монстра, впрочем закончатся молнии, и тварь догонит их в один момент.

Все же пока что молнии продолжали сверкать, а маг продолжал бить, чувствуя как с каждым ударом из него рывками уходит мана и умирает созданное им существо, корчится от боли, но выполняет отданный создателем приказ. Боль творения передавалась магу, и по прокушенной губе потекла горячая кровь, резерв показал дно, а значит еще два-три удара и все.

Адмирал выдал все что мог и даже сверх того (залез в жизнь), его создание тоже сделало все и осыпалось легким дождем и диким не контролируемым ветром, но их старание и жертва не были напрасны -- Пауль все же догнал уже приходившую в себя лягву, и десятки щупалец измененной магией воды сплелись, скрутились, закаменели вокруг ее задних ног и с непреодолимой силой дернули еще не оправившуюся тварь вниз. В самое последний мгновение, когда лягушка еще была наверху, не выдержал обстрела магов и стрелков ее правый глаз -- сказался нанесенный в самом начале битвы урон огнем.

Кваква булькнула и исчезла с поверхности взбаламученной воды, а корабли пошли своим путем. Если лягушка не всплывет, то работа у магов и стрелков закончилась, а вот работа моряков только началась -- магический ветер исчез, и пошла ''каторга'' (бейдервинд) -- корабли свалились под ветер, и лишь напряженный, действительно как на настоящей каторге, труд всей команды позволял им, пусть и виляя как проститутки по Тверской, но все-таки идти вперед.

Адмирал отхлебнул зелья восстановления маны и отдал приказ: двойки грифонов устремились каждая к своему кораблю, но лишь только пополнить боезапас, а затем снова взлететь и, рассыпавшись над местом боя, ждать чем закончиться поединок в глубине и кто всплывет на поверхность. Ну а адмирал, отдав общий приказ по эскадре, доверил управление флагманом первому помощнику, а сам уселся в позу медитации и занялся тем чем занимался практически каждый маг и друид эскадры -- восстановлением маны.

Через пару часов, когда адмирал уже не только более-менее восстановился, но и начал формировать новый ветер взамен потерянного в недавней битве, пришло сообщение от грифонов -- израненная квакушка проиграла схватку в глубине, а Русалочка и ее многорукий маунт соответственно выиграли и сейчас быстро догоняли еле-еле плетущиеся корабли.

Адмиральские апартаменты.

9 часов спустя.

Адмирал.

На борту бороздившего виртуальное море корабля (ясен пень, тоже виртуального) в кабинете, что располагался в роскошных апартаментах адмирала эскадры из четырех кораблей, сидел хозяин апартаментов, тот самый эльф-адмирал, и при ярком свете магического светильника как школяр зубрил алфавит давно забытого на реальной Земле языка. Дело шло туго: староиспанский и без того не самый простой в изучении язык, но главная проблема заключалась даже не в сложности самого языка, а в том что изучавший его игрок, как впрочем и все игроки, был избалован виртуальным миром и той легкостью с которой здесь изучаются языки -- к хорошему быстро привыкаешь и очень трудно отвыкать. Адмирал реально своротил себе мозги, мучительно перелопачивая алфавит, а ведь это всего-лишь алфавит и настоящие сложности даже еще не начались. Тем не менее эльф старался, и его старания приносили свои плоды -- хорошая память и высокий как и положено магу интеллект помогали продраться сквозь дебри абсолютно чуждого языка, еще день-два и он закончит с алфавитом и продвинется дальше на следующий этап изучения давно мертвого на Земле 21-ого века, но там, куда они (Драконы) отправятся, вполне себе живого языка.

Староиспанский -- компромиссный вариант и результат жарких споров между сторонниками трех разных времянных линий и континентов. Язык давно мертвой империи устроил всех: и сторонников Северной Америки 17-ого века, и Австралии того же века и не вызвал возражений даже у патриотов, ратующих за Сибирь на век раньше. Действительно очень полезный язык, который поймут хоть в 16-ом, хоть в 17-ом веке практически все и везде: поймут сами испанцы, создатели невиданной до того момента колониальной империи, опутавшей щупальцами колоний, миссий, торговых факторий практически весь мир; поймут португальцы, их соседи и старейшие конкуренты (забабахавшие империю не хуже); поймут голландцы, старые подданные испанской короны, а после непримиримые враги; поймут англичане и французы, что стремятся потеснить гордых иберов на Олимпе; поймут арабы, еще бы им не понять после стольких веков владения доброй половиной Пиренейского полуострова; поймут и в Новом Свете, куда в 17-ом веке только-только начали проникать другие европейские языки, а до этого безраздельно царил язык конкистадоров; поймут в Африке, Китае и Японии; поймут на Малайзийских островах и Филиппинах; поймут везде, где ступала нога испанского купца, завоевателя или миссионера -- в общем много где поймут.

Адмирал потянулся, протер усталые глаза и задумался, но не о мозголомательном языке, сквозь дебри которого он продирался всю последнюю неделю, а о флагмане и других кораблях эскадры и о том как он сам очутился здесь, да еще и в должности адмирала.

Тогда, более трех месяцев тому назад, предложенная Дриммом авантюра в Южном океане вызвала в клане массу споров и сильное недоумение, особенно сильное среди посвященных в тайну машины времени и предстоящего переноса. Вкладываться в корабли, в порт и крепость на другом конце Серединного мира -- зачем?! Ведь есть земли, которые нужно освоить и город, который нужно возвести! А тут отвлекать ресурсы, рабочие руки и деньги на другое...?! Но хитроумный как царь Итаки фейри умел убеждать и довольно быстро убедил обе половины клана (тех кто знал и кто не знал) принять его план. Легче всего оказалось убедить тех, кто не знал о предстоящей клану судьбе -- кураж победы в Гоблинских горах еще был свеж, и многим хотелось повторить подобный успех, вновь ощутить себя победителями, поднять добычи и взять очков. Сложнее было с теми кто знал, но и к ним Глава нашел подход: напомнил что денег много не бывает, особенно в свете предстоящих трат, плюс все те же очки и доступ к рынкам Юга: шелк, специи, рабы, семена редких растений, а так же много чего еще, что трудно было достать даже в Узле или не трудно, но разница в цене здесь и там...

Еще одним фактором, убедившим клан принять амбициозный план Главы, стали корабли, а конкретней то, что их не нужно было ни строить, ни покупать, лишь поднять с неглубокой отмели и привести в порядок. На Земле такой фокус не получилось бы провернуть, и столько пролежавшие на дне под толщей воды ДЕРЕВЯННЫЕ корабли пропали бы с концами -- не помог бы никакой ремонт. Но вокруг был виртуальный мир, и тысячелетиями томившиеся на дне корабли времен Второй Великой Империи эльфов прекрасно сохранились: защищенные мощной магией морские суда не тронули ни черви, ни гниль, даже кораллы не росли на чистых как в первый день после постройки корпусах, и рыбы не гнездились во внутренних помещениях.

По какой уж причине прекрасно сохранившийся флот из многих сотен вымпелов оказался на дне небольшой, скрытой от посторонних глаз бухточки, так и осталось неизвестным. Впрочем Драконов не очень волновал этот вопрос, и напрягаться выясняя они не стали -- их больше интересовали сами корабли и бесхозная бухта на почти не населенном острове. В результате быстрой разведки было достигнуто понимание с парой обитавших на острове племен-людей, потом поставлен постоянный портал в цитадель, а затем на берегу бухты вырос городок-не городок, крепость-не крепость -- в общем некий симбиоз поселения и военного лагеря, лучше всего подойдут слова ''форт'' и ''острог'' (что по сути одно и тоже) и некое подобие верфи при нем. Головастые умники из ремесленников-игроков даже спроектировали наливной док, а многочисленные умельцы-заготовки притворили их планы в жизнь -- неделя, всего какая-то неделя, и можно было поднимать корабли.

С самим подъемом сложностей не возникло -- небольшая глубина и много магов, а вот потом, когда подняли первую партию сразу в 10 судов, начался АД:

Корпуса действительно очень хорошо сохранились и прекрасно держались на плаву... примерно в половине случаев, а в другой -- текли и никакой ремонт не мог тут помочь, разве что заменить киль, шпангоуты, а иногда и весь набор -- неразрешимая задача для наспех сделанной верфи, не помог бы и ее гордость -- наливной док. Причем у части кораблей это обнаружилось не сразу и попервости неопытные Драконы потеряли время, потратили силы и ресурсы на не годные к эксплуатации суда. Время было не вернуть, но затраты все же удалось отбить, безжалостно каннибализируя разочарования в пользу годных и про запас.

Другой проблемой стал такелаж, любой, хоть бегущий, хоть стоячий, и дело даже не в запредельном количестве необходимых канатов, причем канатов не простых, а специальных корабельных -- это еще пол-беды (Анариэль могла бы поспорить, ну да ладно), а в том, что Драконы банально не справились -- закаченные в голову знания не очень помогли, нужны были инструктора, те кто знал как, куда и что, и мог это показать и научить -- строители корабелы как можно более высокого уровня (не всякий современный корабел Серединного мира смог бы разобраться в конструкции древних кораблей, а только настоящий мастер с десятками, лучше сотнями лет опыта за плечами). Таких кораблестроителей нашли, но встал их найм едва ли не дороже чем упомянутые канаты. Впрочем нет худа без добра, и с помощью задорого нанятых специалистов удалось не только восстановить, но даже и модернизировать такелаж и привести его к современным стандартам Серединного мира, именно Серединного -- тут Драконы изменили своему правилу и не внесли от себя ничего, просто не решились.

Чуть-чуть поменьше проблем возникло с рангоутном корабля, но именно чуть -- вновь пришлось приглашать специалистов и хороших. Паре кораблей нарастили бушприт, паре -- реи, а флагману -- и мачты, и реи, и бушприт, но зато корабли обзавелись еще и косыми парусами, а значит у них возросла скорость и управляемость в бою. Все это: реи, гафели, стеньги и утлегарей, сами полотнища парусов, не говоря уж о работе, тоже встало в копеечку и немалую.

Отдельной морокой стали днища пяти пригодных к плаванью кораблей. Нет, они не текли, пока, но могли потечь в любой момент -- магия магией, но сколько времени прошло, когда эти корабли были на плаву. Днища пришлось укреплять и конопатить, конопатить и укреплять, и все это до зеленых чертей в глазах, а потом для верности обшить медью, благо, спасибо гоблинам, подобного добра в цитадели хватало, но опять таки пришлось тряхнуть мошной и пригласить специалиста для контроля работ.

Помимо рангоута, набора и такелажа хватало и других никак не связанных с ними проблем и модернизаций, без которых корабли не смогли бы отправиться в путь, и первым из них были якоря, вернее отсутствие на всех поднятых кораблях нормальной системы их подъема, как впрочем и самих якорей. Как уж справлялись древние эльфы-имперцы так и осталось загадкой, а вот Драконам пришлось модернизировать часть помещений каждого корабля и на каждом же устанавливать нормальный шпиль (''повод'' по-местному), а в случае ''Борова'' даже два и соответственно покупать сами довольно дорогие якоря. Якорями дело не обошлось и пришлось попутно еще больше менять компоновку помещений и делать большой камбуз для всей команды, а не множество мелких, как было до них (до тридцати закутков на флагмане!!!). Ну и конечно внутренняя отделка и корабельное имущество от гамаков до ложек -- все это пришлось или покупать, или делать самим. Также Драконов ждало неожиданное, хотя ради разнообразия приятное открытие касательно внутренних объемов кораблей: оказалось в самой сердцевине каждого из них словно был вложен пенал из нескольких помещений. И вот какое дело, пусть с внешней стороны пенал был не так уж и велик (едва ли четверть внутреннего объема), но вот изнутри пенал оказался в пять раз больше чем снаружи и соответственно более чем в два раза увеличивал внутрикорабельное полезное пространство.

Адмирал усмехнулся, вспомнив лица ремонтников и их шок, когда они обнаружили на не имевших нормального камбуза и механизма подъема якоря кораблях разветвленные и изначально, еще при постройке, встроенные в конструкцию кораблей системы канализации, подъема и сброса забортной воды и сразу по две довольно качественных установки ее опреснения, отдельно для бытовых нужд (мытье -- баня и неплохая и собственный корабельный огород) и отдельно для питья. Шок испытали не только игроки, но и местные специалисты -- на современных кораблях Серединного мира не было ничего даже близко подобного. Еще один шок, когда систему удалось запустить, только зарядить маной магические накопители и исправить чисто механические повреждения, причем запустили на всех пяти кораблях, еще раз восхитившись мастерством и знаниями древних эльфов. Именно эльфов, тут уж не скажешь, что это наследие предков-фейри -- фейри вообще не строили таких больших кораблей, обходились совсем небольшими судами и порталами.

Отдельной статьей стояла проблема экипажа и командного состава будущей эскадры из тогда еще пяти вымпелов -- адмирала с грехом пополам нашли, как и трех капитанов, нашли и старших помощников и абордажную команду, другой обслуживающий персонал, вроде харчеваров (коков), конопатчиков и плотников, а вот недавно купленные заготовки-моряки из морских людей старались, но не справлялись, что и показал первый же учебный выход -- резной похожий на расписанную под хохлому игрушку красавец, второй по величине корабль эскадры сел на риф. Сел капитально, насмерть, до переломленного киля, причем сел еще на выходе из бухты. Да и другие корабли не далеко от него ушли и лишь каким-то чудом не повторили его судьбу.

Красавца, на которого ушло столько времени, сил и денег, было жалко до слез, жалко было и его капитана -- Ниэллон будто потух, жалко команду -- адмирал их вообще не винил -- считал виноватым во всем себя. Именно после этого он и насел на верхушку клана и не слезал до тех пор, пока не получил того чего хотел: каждому кораблю до трети экипажа из наемных неписий-моряков во главе с опытным боцманом-мордоворотом, а потом целый месяц учебы прежде чем выходить в поход.

Адмирала отвлек шум за спиной, и он, слегка встряхнувшись, посмотрел назад: в столовой двое из трех его личных слуг накрывали стол на две персоны. Адмирал улыбнулся -- не мог не вспомнить историю обретения каждого из них и как всегда испытал при этих воспоминаниях смущение пополам с весельем, как будто услышал неприличный, но смешной анекдот.

С первым все было ясно: он сам собственноручно купил его в игровом квартале Узла. Подумал, что на корабле, да еще и одновременно в двух должностях (капитан корабля и адмирал) ему обязательно понадобится денщик. Брать кого-то из клановых заготовок не захотел, деньги у него были, время он тоже нашел (буквально выкроил в своем плотном графике целый день), оставалось сделать выбор. А выбор заготовок в игровом квартале был богат, как говорится на любой вкус и кошелек. Некоторые игроки не понимали такую политику ''Основы'' -- огромный выбор заготовок и самый необходимый мизер способных возрождаться спутников, но эльф-игрок считал, что это справедливо -- маунтов и петов нужно находить в игре, выполнять для этого сложные квесты, решать загадки, убивать врагов, одним словом ИГРАТЬ и играть хорошо, а в награду получить редкого, бывало что и уникального спутника. В отличии от способных возрождаться маунтов и петов заготовок невозможно было обрести в игре, а только купить в игровом квартале -- потому и выбор: есть деньги -- приходи и покупай кого пожелает твоя душа, а нет -- гуляй Вася, Петя, Маша или кто ты там.

Через несколько часов и сотни просмотренных позиций он наконец принял решение и выписал чек. Выбор его пал на не самого дорогого, но и далеко не дешевого заготовку расовой принадлежности из южных хопешей, охарактеризованного в описании как воин, оруженосец и слуга князей этого воинственного народа -- в общем то что нужно адмиралу на военном корабле. Описание не обмануло, и невысокий крепыш оказался отличным слугой, а вот его хозяин не подумал и, не похваставшись покупкой, сразу перебросил нового слугу в форт -- большая ошибка, особенно в свете дня рожденья адмирала, который шумно отметили в Греческом зале всего через два дня...

О том что адмиралу в походе понадобится денщик, подумал не только он, но и другие и, когда пришло время подарков, ошарашенный именинник получил сразу двух новых слуг, что мгновенно стало еще одним поводом для веселья и предметом постоянных шуток, а уж когда записные шутники клана узнали о купленном за два дня до этого заготовке, количество хохм возросло на порядок. Подобно самому адмиралу дарители подошли к делу творчески и не стали дарить стандартных, не очень дорогих заготовок -- в общем-то заготовкой был, была, лишь одна из новых слуг -- очень красивая смуглокожая полуэльфийка-маг с короткой стрижкой темных волос и стандартным для магов-заготовок комплектом вещей. Очень дорогой подарок! Но скинувшиеся на этот коллективный дар почти две сотни игроков смогли себе это позволить. Полуэльфийка действительно была хороша, не как боевой маг (средний уровень в Общей магии, в магии Воды, Воздуха, Света и Природы), а как поддержка: заготовка умела лечить, снимать проклятья, делиться маной и владела многочисленными заклятьями бытового назначения, что делало ее просто неоценимой в качестве служанки. Но выбрали ее дарители не только за это, но и за другие качества, как выразился Шутник, известный в клане пошляк, ''чтобы адмиралу было кого дрючить вместо команды''. Как уже было сказано ранее, второй подарок не был заготовкой и вообще живым -- очень качественный зомби, продукт экспериментов, почти два месяца безвылазно сидевшей в цитадели Дробителей Костей Туллиндэ, к тому же бывший слуга одного из старейшин этого клана, а значит в отличии от заготовок, и купленного, и подаренной, обладатель реального опыта по своей профессии.

Так он и обзавелся сразу тремя слугами, хотя реально ему за глаза хватало всего одного. Но не продавать же собственноручно купленного и подобранного под себя слугу? Избавиться от служанки? Но не хотелось обижать сделавшее подарок от чистого сердца ''обчество'', и пусть красавица-служанка и не делала того ради чего ее подарили (у адмирала было кому согреть постель), но все остальные ее качества он успел оценить и остался доволен. Обижать Королеву Мертвых (Туллиндэ ) тоже не хотелось, тем более слуга-зомби так же был хорош. Так что несмотря на шутки все того же Шутника и других хохмачей, он был доволен как все повернулось и уже потихоньку начал привыкать к тому комфорту, что обеспечивали ему сразу трое слуг, кстати, прекрасно поладивших между собой: привык к чистому белью на постели и такой же одежде каждый день; привык есть за сервированным столом свежую и горячую еду, а не как раньше давиться, перекусывая на ходу; привык к идеальному порядку в своих апартаментах и отсутствию пыли; наконец привык всегда иметь посыльного под рукой, а сегодня, например, после того как он перенапрягся, ему очень помог массаж и магическое лечение служанки.

Вспомнивший о лечебном массаже адмирал повертел шеей, убедился в отсутствии каких-либо неприятных ощущений и, напоследок еще раз с благодарностью взглянув на слуг, вновь повернулся к столу. Заниматься испанским сегодня больше не хотелось, и он убрал алфавит в ящик стола, достал большую собственной рукой начерченную карту, открыл игровой интерфейс и карту в нем, а затем, постоянно сверяясь и ставя пометки, долго работал с обеими картами.

Вначале занятый делом адмирал почувствовал запах -- запах знакомых духов, вина и немного моря, но не того что окружало корабль, а совсем другой. Он сразу понял кто вернулся домой, в адмиральскую каюту -- та для кого и был предназначен второй прибор на столе. Отложил бумаги, но повернуться не успел -- запах стал сильней, на плечи напрягшемуся мужчине легли две женские руки, а к затылку прижались упругие полушария, и только тонкая ткань отделяла его от горячей кожи и бьющегося под ней сердца. Несколько минут в тишине и неподвижности, а затем адмирал откинул голову назад и посмотрел в глаза нависшей над ним любимой и вскоре получил от нее многообещающий поцелуй.

Вернувшаяся со смены Эариэль уже успела переодеться в домашнее и была голодна, но не голод желудка был у нее в приоритете. Вскоре подруга адмирала обошла кресло и, полуприсев на край стола, завозилась с завязками его штанов, а сам бравый флотоводец, спустив лямки легкого полупрозрачного платья, ласкал руками упругую грудь, и в тоже время парочка не прерывала серии поцелуев. Вот подруга наконец справилась и наружу к ее удовольствию вырвался штык возбужденной мужской плоти, Русалочка властно толкнула любовника назад, и адмирал откинулся в кресле, ну а девушка стремительно задрала подол и ахнув насадилась на ''штык'', а затем, вцепившись в спинку кресла, начала ритмичные движения вверх-вниз...

Через полчаса несколько утолившие страсть любовники отдали должное позднему ужину, а затем отправились в роскошную адмиральскую постель, где продолжили праздновать победу и снимать стресс, а потом усталые и довольные уснули в объятьях друг друга.

*

Уснул адмирал и его подруга, но огромный идущий сквозь ночное море корабль не спал: на голове (мостике) зевал Тралл, по жилам и привалам (ванты и реи) ползала первая ночная вахта, на вороньем гнезде сидел наблюдатель-спецназовец, ни на секунду не прерываясь работал камбуз и многие другие службы корабля, а в кают-компании для офицеров-игроков все еще продолжали праздновать сегодняшнюю победу и как раз сейчас играли в интересную познавательно-алкогольную игру. Суть игры заключалось в том, чтобы без запинки повторить весь староиспанский алфавит: тот кто сумел, получал золотой из общего банка (все скинулись по три золотых), а кто не сумел, пил штрафную и ждал пока до него дойдет очередь. Весело проводившие время игроки совершенно не боялись последствий -- 3-4 часа крепкого сна и здоровый эльфийский организм без посторонней помощи выведет из себя хмельную отраву.

Среди ящиков и бочек небольшой похожий на ласку зверек выслеживал немногочисленных и его стараниями вконец зашуганных крыс. Кри -- одно из первых когда-то прирученных древними фейри существ, полуразумные хищники-телепаты, смертельные враги крыс, мышей и любых других вредителей, обязательно имелись на каждом корабле и исправно несли свою ''вкусную'' вахту. Вскоре кри улыбнулась удача: он в один присест сожрал очередную серую неудачницу вместе с костями и головой, но оставил хвост, за который позже получил на камбузе любимое лакомство -- кусок белого как снег сахара, который потом полночи грыз в полусне.

В адмиральской каюте убирал со стола зомби-слуга, в кабинете прибирался уже заготовка, в это же время служанка укрыла одеялом обнаженных любовников и, прочитав над ними заклинание для лучшего сна, собрала разбросанную одежду -- одежду следовало постирать и выгладить.

Эскадра спокойно и мощно неслась сквозь ночную тьму и с каждой пройденной милей приближалась к своей цели. На ее пути еще будут враги и схватки, но первое, совсем непростое крещение боем она уже прошла и прошла с честью.

Глава 2

Боров -- корабль класса кит.

Адмиральские апартаменты.

Два дня спустя после боя с фрог-хта (чудовищем похожим на огромную лягушку).

Утро.

Адмирал вновь сидел за рабочим столом и занимался картами, работая как с бумажной, так и с той что находилась у него в интерфейсе. До его вахты оставался целый час, и он решил еще раз проработать маршрут -- сегодня предстоял тяжелый день, но зато если все пройдет как надо, то половина пути останется позади.

Пьяное море и Курорт ( остров в Великом Южном океане) разделял почти что весь Серединный мир -- десятки океанов (!) и многие сотни морей (!!!). Если бы перед эскадрой стояла задача миновать все это необозримое пространство так сказать естественным путем и своим ходом, то вряд ли они управились бы и за год, и за два, и даже за десять -- слишком велик был Серединный мир. К счастью существовал выход -- древний портал, вернее целая система таких порталов, соединявшая разные концы мира друг с другом, в том числе Пьяное море и Великий Южный океан, то есть бухту затонувших кораблей и будущую стоянку флота. За давностью лет точно не было известно, кто был творцом системы порталов и был ли он вообще: возможно порталы -- остаток наследия древних фейри (больших любителей подобных штук) или -- порезвился какой-нибудь бог, а то и один из великих магов древности, не намного уступавших в силе богам, а может быть -- действительно творение неразумных природных сил -- неважно -- главное, в разных концах Серединного мира прямо из вод морей и океанов поднимались сотни почти одинаковых внешне гор, а по сути единая гора, как хороший швейцарский сыр пронизанная дырами-пещерами, и каждый вошедший в эти гигантские пещеры корабль мог в тысячу раз сократить свой путь и оказаться на другом конце света или... никогда никуда не приплыть -- примерно один из десяти кораблей так и не покидал населенных тварями тьмы и племенами троглодитов пещер. Многочисленные пираты тоже собирали кровавую дань с путешественников и купцов, но слишком выгоден был путь, слишком много времени и сил, а значит денег экономили расположенные в горе дикие порталы, и потому ни троглодиты, ни пираты, ни прочие опасности не могли остановить богатый поток кораблей и целых эскадр.

Разумеется упустить такую возможность Драконы не могли и отправили в качестве пассажиров зафрахтованного торгового корабля представительную делегацию из Дримма (главного в клане специалиста по порталам), адмирала и капитанов будущей своей эскадры, а так же командиров абордажных команд. Разведка отняла у них до двух недель драгоценного времени, но зато адмирал собственными глазами увидел пещеры, их так называемых хозяев (капитан торгового корабля заплатил троглодитам за проход) и главное заложил маршрут в карту интерфейса, а потом для верности сделал и ее бумажный вариант.

Троглодиты -- довольно примитивные существа, напоминали худых бесшерстных горилл с коричневой будто смазанной маслом кожей и ровным пространством на месте где должны были быть глаза. Хозяева пещер не произвели на большинство игроков впечатления грозных врагов: оружие в своем большинстве из камня и кости, нет луков и пращ, как и каких-либо самых плохоньких доспехов -- гоблины одноименных гор по сравнению с ними были богачи (даже непонятно куда троглодиты девали дань за проезд). А вот их суда адмирал оценил по достоинству: вроде бы на первый взгляд примитивные гребные долбленки, выточенные из стволов огромных деревьев с чуть наращенным досками бортом, но вот если присмотреться и задуматься для чего служит массивный скрытый под водой нос этих лодок-переростков, становилось ясно -- лучшего оружия, для того чтобы топить или хотя бы повредить неспособные особо маневрировать в пещерах корабли, нельзя и придумать, адмирал оценил и гребцов этих живых торпед, впечатлился и поделился своими опасениями с остальными.

Несмотря на заплаченную дань, путь внутри системы огромных пещер нельзя было назвать спокойным: корабль трижды обстреливали из темноты в одном случае камнями из пращ (не используемым троглодитами оружием), дважды налетали гигантские нетопыри, а у самого выхода за кораблем увязалась подозрительная галера, и лишь несколько молний-демонстраций от магов-игроков заставили пиратов, или кто это там был, изменить свои планы и оставить слишком ''зубастого'' торговца в покое.

-- Ты уснул там что ли? - вывел его из задумчивости вопрос, заданный расслабленным и в тоже время довольно бодрым голосом. Адмирал глянул на часы в интерфейсе -- время еще не поджимало, но и тратить его зря не стоило и он, свернув ''окно'', повернулся в сторону спальни и задавшей вопрос подруги.

-- Кто бы говорил! - ухмыльнулся адмирал, мужским взглядом окинув приятную глазу картину. И он был прав -- поторопившая его Русалочка еще даже не оделась и не встала с постели, а лежала на животе и, подперев ладошками подбородок, смотрела на него. На спине эльфийки (скорее даже ниже) сидела его служанка и делала ей массаж, руки магички-заготовки светились зеленым и будто проникали сквозь кожу внутрь, хотя это всего лишь казалось со стороны. На мгновение адмирал испытал зависть к подружке -- на собственном опыте знал, что такое этот массаж, и одновременно в голове у него мелькнула довольно похабная мысль-фантазия с ним и двумя прелестницами на кровати, мелькнула и тут же прошла. И тут же вернулась, когда Эариэль охнула и выгнулась дугой, уткнувшись лбом в постель, а массажистка будто бы легла на нее, с силой вдавливая кулаки в поясницу, и невольно показала сквозь вырез свободной рубахи свою весьма и весьма аппетитную грудь.

Адмирал ''героическим'' усилием отвлекся от более чем приятной взору картины и занялся утренними делами: сходил в умывальню, оделся и сел завтракать. Уже в самом конце к нему за столом присоединилась прямо таки цветущая подружка и, нагло украв у него уже сделанный бутерброд с икрой, поинтересовалась:

-- Значит сегодня портальные пещеры? -

-- Угу, - кивнул с набитым ртом эльф и взглядом приказал слуге подлить вина в бокал.

-- Любопытно будет на них посмотреть. Юла все уши прожужжала, говорит там красиво, есть на что посмотреть. - Русалочка наяривала как будто не ела неделю и еще успевала говорить.

-- Красиво, - согласился адмирал. - Но думаю времени любоваться красотой у нас не будет -- в тоннелях точно будет бой, а может быть еще до и после прохождения. -

-- Будет так будет, - подруга легкомысленно отнеслась к его словам. - Справимся так же как и два дня назад. -

-- Справимся, но будет не легко -- это незнакомая нам территория. -

-- Да ладно тебе волноваться, зря что ли готовились? Гоняли абордажников и стрелков, опять же глушилки, ну и в конце-концов столько магов на каждом корабле -- кровью умоются безглазые! Да и пиратов если полезут разделаем под орех! -

-- Ну я пошел. - Он не стал разубеждать подружку и сбивать столь полезный перед битвой настрой -- в общем-то она говорила правильные вещи, но и он остался при своем мнении и настраивался на настоящий бой, а не на легкую прогулку.

-- Давай, - девушка махнула ему напоследок столовым ножом, - я буду через полчасика. -

Адмирал кивнул и, накинув поданный слугой плащ, вышел из апартаментов, а затем пошел по переходам корабля, отвечая на приветствия встречавшихся ему на пути членов команды.

На голове (мостике) его встретили Тралл и Лауриндиэ. Тралл зевал (ночная вахта), а Юла хоть и выглядела свежей и отдохнувшей, но была напряжена как струна -- командир абордажников флагмана так же как и он не рассчитывала на легкий проход.

-- С добрым утречком, - немного расхлябанно поприветствовал его Тралл -- дисциплина и субординация среди игроков не желала приживаться как на суше, так и на море.

-- Привет, - взглянула в его сторону собранная Юла. Адмирал ответил на приветствие и хозяйским взглядом оглядел палубу корабля.

-- Смотри уже видно, - вновь завладел его вниманием Тралл. Первый помощник был прав: на горизонте отчетливо проступал пока что небольшой темный бугорок -- выраставший прямо из моря остров-гора был уже недалеко. Изменилось и море вокруг, вчера пустынное в какую сторону не посмотри, сегодня полное кораблей: пять или семь точек парусов на горизонте и совсем рядом колонна из восьми небольших парусных судов идет в полукилометре от эскадры, идет от горы и ее порталов, видимо гости с другого конца Серединного мира. Чем ближе они будут подходить к горе, тем больше будет кораблей: купцы, путешественники и даже целые флотилии не давали простаивать порталам, пираты скорей всего тоже где-то недалеко, впрочем не пиратов опасался адмирал эскадры из четырех буквально ломившихся от воинов и магов кораблей.

-- Общий сбор: капитанов и командиров абордажников ко мне, - отдал приказ адмирал, и немедленно на мачты взлетели сигнальные флажки. - Хоп! - прозвучало имя старшего мордоворота (боцмана) корабля, и перед адмиралом как из-под земли (из-под палубы в нашем случае) вырос кряжистый усатый здоровяк с татуировкой пробитого гарпуном нарвала во всю покрытую множеством шрамов грудь. - Команде вздеть защиту и все делать только в ней! - Боцман приложил кулак к груди и отправился выполнять приказ. Вскоре мерзко загудел небольшой рожок, раздался соленый мат и команды на наречии морских людей, а среди матросов началась необычная возня: небольшие партии исчезали под палубой и вскоре возвращались, но теперь каждый вернувшийся был одет в прошитую стальной нитью куртку из жесткой кожи, а на голове имел легкий открытый шлем.

-- Не устанут? - кивнул на ''прибарахлившихся'' моряков Тралл. - До горы ведь еще часа три, если не больше. -

-- Пусть привыкнут к тяжести, - пояснил свои действия адмирал, имея в виду тяжесть доспехов. Морякам действительно придется нелегко -- ползать по снастям, имея четыре дополнительных килограмма и стесняющую свободу движений кожу доспеха на плечах, то еще удовольствие, но пусть лучше они привыкают сейчас, чем под обстрелом.

-- Ну тебе решать, - не стал спорить первый помощник и заразительно зевнул. - Я поприсутствую на совещании, а потом с твоего разрешения пойду всхрапну -- пару часиков у меня есть, не охота на зелья без надобности садиться, опять. -

*

Тут Тралл был прав на все 300%. Зелья -- помощник и друг игроков несли подвох: одно дело принять их перед битвой, ну или пару раз продлить эффект в процессе, а другое, буквально жить на них в течении нескольких дней. Целую неделю практически весь клан сидел на многочисленных и разнообразных зельях и успел за это время захватить Большой рудник, пресечь все попытки гоблинов его отбить и хорошо им насовать перед главной битвой в Хлебной долине. Потом сама битва и цитадели четырех главных кланов -- Драконы сумели переделать уйму дел, не тратили время на сон, были бодры и невероятно трудоспособны, успевая за считанные часы и дни сделать то, на что ушли бы недели и месяцы соответственно. Но в результате разливанного моря поглощенных продуктов магического и алхимического производства (в основном зелья выносливости и бодрости) клан в полном составе что называется ''подсел'', и когда после столь напряженной недели некоторые игроки попытались ''соскочить'', сделать это удалось с большим трудом. Проблема коснулась всех и решали ее опять же таки всем миром: подключили лучших магов-целителей клана, те же зелья, из тех что очищали организм от последствий отравлений, немного помогал выход из игры, ну и народные средства одинаковые как на Земле, так и в Серединном мире -- банька, выпивка и сон. Драконы справились с нежданной проблемой и заодно получили полезный урок -- за все приходится платить.

*

Совещание провели довольно быстро: порядок действий был утвержден еще до выхода эскадры в море, и каждый знал что ему делать, а сегодня в план внесли последние штрихи, ну и адмирал лично оценил состояние руководящего состава кораблей. После совещания капитаны с абордажниками разошлись, Тралл двинул к себе прикорнуть пару часов перед весельем, ну а адмирал и Юла начали готовить флагман к предстоящей битве, тем же по возвращении занимались и капитаны других кораблей.

Команда забегала шустрей, и из трюма потек бурный поток необходимых в будущем бою вещей: багры на длинных древках -- отпихивать лодки от бортов, а заодно срезать как абордажные кошки, так и головы и руки тех, кто решится корабли штурмовать; сети -- набрасывать сверху на штурмующих, тем самым предельно осложнив им жизнь; щиты, прочные еще и покрытые рунами деревянные щиты -- усилить фальшборты и создать на марсах своеобразные уголки-укрытия для стрелков и управлявших парусами такелажников; связки дротиков, малая частичка огромных трофеев после Гоблинских гор -- угощать нападавших; дополнительные колчаны стрел и болтов -- с той же самой целью.

Часть болтов принесли не в колчанах, а в специальных пересыпанных песком ящиках. Груз этих ящиков -- особые болты, где металл заменял фарфор в форме небольших вытянутых стаканов, внутри которых плескалась смерть -- токсичный зажигательный состав, продукция мастерских цитадели Драконов. Изюминкой именно этой новинки Драконов было то, что составу не нужен был запал -- все сделает сам воздух, когда от удара треснет хрупкий фарфоровый стакан, потому и песок -- не дай бог треснет раньше. Разумеется существовала и местная продукция с подобным же эффектом (наконечники с уроном огнем) и не только для арбалетов, но и для луков, мало того продукция местных мастеров была много безопасней в хранении и не так перегружала древко, но вот цена таких болтов и стрел кусалась, особенно если учесть сколько боеприпасов требовалось заточенным под дистанционный бой заготовкам (хоть спецназовцам, хоть эльфам-стрелкам). Насчет стрел пока нечем было похвастаться и их продолжали покупать, а вот пусть и экспериментальные, но собственные образцы зажигательных арбалетных болтов обошлись много дешевле стандартных покупных изделий и не самых плохих (самые дешевые из местных наконечников с трудом поджигали сено и пасовали перед многими породами дерева, самые дорогие взрывались как мощная зажигательная граната, бывало наносили и фугасный урон).

Тем временем эскадра бежала по волнам и незаметно, но постоянно росла гора. Росло и количество кораблей вокруг, в основном пузатых купцов или быстроходных военных галер, но встречались и совсем необычные корабли из разных концов Серединного мира, вроде небольших, но юрких сделанных из бамбука кораблей южных хопешей, или огромного плота неизвестной Драконам расы, настоящей плавучей крепости с каменными (!) башней и стеной на нем. Встречались и катамараны людей-дикарей, уроженцев нужного им Южного океана и сшитые из шкур морских чудовищ челны ледяных эльфов, и привычные можно сказать родные корабли торговцев Узла, и странные цельнометаллические галеры с головой орла на носу, и много-много кто еще, всех и не перечислишь.

Но не стоило думать что раз такая толпа, то здесь безопасно -- эскадра миновала пару избитых и полузатонувших кораблей, вокруг одного из них все еще плавали трупы, а по залитой кровью палубе стелился огонь. Как уже знали Драконы, в этом месте каждый был сам за себя и если и вмешивался в битву, так только лишь для того, чтобы добить и урвать свое, а уж кого добивать пирата или его жертву -- не суть.

Подготовка на палубах кораблей эскадры продолжалась и вступила в заключительную фазу: у бортов развешивали сбрую, карманы которой оттопыривались шариками и рукоятками гранат, а также концами одноразовых жезлов-пистолей; эльфы-стрелки и рейнджеры-игроки настраивали орудия своего труда; маги накладывали личные и групповые щиты и готовили особый сюрприз для безглазых, но обладавших отменным слухом жителей подземелий; появились и зелья (куда же без них?) -- пойдут вход перед самым боем.

Час назад присоединившаяся к подготовке Русалочка отдала мысленный приказ, и ее маунт буквально прилип к днищу корабля -- ''Боров'' немного потерял ход, а вода вокруг него потемнела, впрочем чтобы это заметить, нужно было внимательно смотреть и знать что искать.

Разобрался со своим созданием и адмирал: новый магический ветер, взамен потерянного в битве с фрог-хта, сгустился и спустился вниз, заставив неестественно сильно затрепетать паруса, а каждого из членов команды, от неписи-моряка до игрока, ощутить тяжесть уплотнившегося воздуха. Теперь создание магии Воздуха видел и невооруженный глаз -- как будто полупрозрачная клубящаяся вата окутала снасти четырех кораблей и связала их между собой.

Эскадра была готова к бою, оставался лишь один последний штрих: появились комочки воска и вскоре все экипажи оглохли. Ну как оглохли? Потеряли возможность слышать все, кроме команд командиров и друг друга -- надежно укрытый в недрах флагмана друид создал ментальный кокон, что заключил в себя все корабли эскадры и одновременно защитил ее от ментальных атак. Очень тяжелое и затратное колдовство, во время которого друид не сможет отвлечься на что-то другое. Жить кокону часов 5, но эскадра должна управиться за 3, если конечно не произойдет чего-то совсем уж непредвиденного, но на это есть два дополнительных часа. А вот если эскадра все же не уложится в лимит, тогда проблема -- придется вынимать затычки из ушей и общаться по-старинке сигналами, но все, и в первую голову адмирал, искренне надеялись, что до этого не дойдет.

Вскоре показался нужный тоннель, один из тысяч пронизавших гору тоннелей, и постоянно сверявшийся с картой в интерфейсе адмирал отдал приказ править туда. Но прежде чем эскадра нырнула в зловещий черный провал, навстречу им вылетел совсем маленький гребной корабль всего с одной мачтой, да и то короткой снимаемой однодеревкой (мачта из одного цельного ствола), уложенной на днище корабля.

Выскочивший на свет ''малыш'' ошалело рванулся эскадре наперерез, но потом отвернул и разминулся с флагманом буквально в десятке метров, позволив тем самым хорошо себя рассмотреть с высоких бортов драконьих кораблей. Шустрый кораблик был утыкан дротиками подобно ежу и усыпан трупами по всей палубе, трупов было настолько много, что они мешали команде грести. Адмирал сразу понял: перед ними игроки -- на палубе в несколько слоев валялись только трупы троглодитов и больше никого. За кораблем тянулся кровавый след и уже выброшенные в воду тела, а команда, примерно двадцать с небольшим человек, успевала не только грести, врачевать свои раны и чистить палубу от мертвяков, но и что-то ритмично орать. Через некоторое время наблюдатели догадались -- песня, но по понятным причинам не смогли услышать слов (Из-за острова на стрежень, на простор речной волны выплывали расписные Стеньки Разина челны...).

Напряженный адмирал несколько приободрился и расслабился -- если уж такая крохотуля максимум с полусотней бойцов на борту (больше на кораблик при всем желании не вошло бы) сумела пройти, то им сам бог велел. Одно плохо -- удачливые путешественники наделали шума и окончательно похоронили для эскадры шанс пройти по-тихому, впрочем хилый шанс, на который адмирал особо никогда и не рассчитывал.

-- Готовность! - адмирал отдал мысленный приказ. За прорвавшимися игроками вполне возможна погоня и эскадре сразу придется вступить в бой. Но его опасения не оправдались, и в холодной темноте заполненного водой тоннеля их никто не встречал.

Корабли погрузились в темноту и тишину: тишину из-за воска в ушах и темноту, потому что ни один огонек не горел на палубах -- для внешнего наблюдателя эскадра стала частью этой непроглядной тьмы. А вот для команд слившихся с тьмой кораблей было не так уж и темно (кошачий глаз на каждом члене экипажей).

Эскадра осторожно, всего на 3-х узлах, двигалась вперед, и постепенно ожидавшие немедленной схватки Драконы успокоились, и даже у адмирала мелькнула тень надежды на то, что им удастся проскочить, и он ошибся насчет наделавших шуму игроков.

10, 15 минут -- эскадра все также беспрепятственно скользит вперед, скользит точно по заложенному в карте маршруту. Адмирал отдал приказ, и скорость увеличилась до 5-и узлов.

Еще 10 спокойных минут и расслабилась даже недоверчивая и всегда ожидавшая подвоха Юла, а Тралл затравил анекдот, над которым посмеялась вся услышавшая его по мысленной связи эскадра.

5 новых спокойных минут... и вдруг сигнал от занятых сканом пространства впереди магов!

Адмирал мгновенно отдал приказ о готовности и тут же уже своими магическими умениями ощутил лодки, большие лодки впереди, как раз на таких и передвигались троглодиты -- у эскадры не получилось незаметно пройти.

*

Когда перед Драконами встал вопрос, как через порталы проводить корабли, ни у кого из них не возникло и тени мысли договориться и заплатить троглодитам за проход -- только прорваться силой или незаметно и быстро проскочить. Может быть тому виной была жадность и не желание расставаться с потом и кровью заработанными деньгами, может уже все более очевидный сдвиг в сознании -- аватары все сильней подминали своих игроков. Хотя скорей все было проще: только что победившим в тяжелой войне Драконам было просто западло платить гораздо более примитивным чем побежденные гоблины троглодитам.

*

Эскадра вновь уменьшила ход до 3-х узлов, абордажные команды и стрелки заняли свои места, а на носу ''Борова'' несколько магов приготовили жезлы и сами приготовились.

Еще пара напряженных минут и в зону действия кошачьего глаза вторглись дюжины полторы уже знакомых адмиралу долбленок и десяток совсем других судов -- больших широких лодок, неспособных на таран, но зато на каждой из них было море бойцов как почти на четырех тоже не обиженных экипажем долбленках.

Маги на носу ударили без приказа, ударили из жезлов и сразу из всех, ударили чем-то, что не впечатлило внешним эффектом как молния или огненный шар, а вот эффективность этих совсем не впечатляющих ударов оказалась на высоте -- у всех на ''Борове'' несмотря на воск заложило уши, а троглодиты на лодках и вовсе будто сошли с ума: большая часть из них забилась в припадках, пуская кровавую пену ртом, часть попрыгала в воду и камнем пошла на дно (плавать троглодиты не умели), часть упала среди скамей гребцов и сжавшись в клубок не реагировала больше ни на что. Глушилки, вложенные в жезлы заклинания Большой звуковой резонанс, ждал полный и в прямом смысле оглушительный успех -- троглодиты спеклись и не представляли больше угрозы. В общем-то их можно было даже и не добивать, но тут игроки в телах аватар и аватары, все более и более влиявшие на мысли и суждения игроков, были полностью солидарны -- всех троглодитов ждала смерть.

Очень быстрая по времени бойня (все-таки 3 узла) принесла немало очков игрокам первого корабля и жалкие крошки игрокам остальных. Троглодиты не сопротивлялись и не реагировали ни на что вокруг: игроки и бойцы абордажных команд как в тире забрасывали их дротиками и расстреливали из арбалетов, гранаты и жезлы-пистоли берегли, да и не было в них нужды, так же и эльфы-стрелки получили приказ отдыхать и не вмешиваться. Бойня имела еще один полезный аспект -- на оглушенных троглодитах провели испытания, оценив действие нового оружия, тех самых особых болтов: аэродинамика у перегруженных керамикой болтов конечно подкачала, и они клевали вниз, но зато один такой болт и лодка, неважно долбленка-таран или грузовая, превращалась в объятый пламенем погребальный костер, да и с бортов высоких кораблей по недалеким крупным целям болты летели хорошо, а большего от них и не требовалось -- для дальней дистанции есть лучники и маги.

Вскоре эскадра оставила десятки горящих лодок позади и канула во тьму -- следующий шаг был за троглодитами, если конечно они знали о гибели своих.

*

Троглодиты знали -- тоннели внутри острова-горы тысячи лет служили им домом, и хотя убитые воины были частью лишь одного из нескольких часто враждебных друг другу племен, но убийство своих чужаками троглодиты не прощали и всегда в таком случаи забывали на время внутреннюю грызню и все вместе старались покарать убийц. Именно ВСЕ и именно ВМЕСТЕ -- из этого правила не было исключений НИКОГДА, иначе бы у троглодитов давно отняли столь вкусный ''пирог'', как связь между настолько удаленными частями мира. Желающие не переводились, но всегда получали отпор. Вот и теперь по всей системе тоннелей побежала волна: ''чужаки напали и убили, и еще не успели сбежать''.

*

Адмирал сумел переломить себя и как бы ему не хотелось не отдал приказ повысить скорость, 3 узла -- самый оптимальный вариант в хоть и больших, но все же тоннелях, особенно когда впервые сам проводишь через них корабли.

Снова потянулись минуты, потом десятки напряженных минут: эскадра бодро бежала вперед и никто не вставал у нее на пути, но в отличие от прошлого спокойного периода, на этот раз напряжение не спадало, а только росло. Все ждали атаки и эти спокойные полчаса нелегко дались всем от адмирала до неписей-моряков, зато когда атака все же началась, буквально все вздохнули с облегчением -- лучше самый жаркий бой, чем вот такое ожидание.

Пришел сигнал сзади, колонна кораблей как раз вошла в прямой широкий тоннель, и адмирал ничуть не удивился, когда менее чем через минуту получил такой же сигнал о множестве лодок впереди -- хозяева тоннелей выбрали место и перекрыли эскадре все пути.

На этот раз троглодиты отнеслись к ним серьезно: с каждой стороны к эскадре приближались до сотни способных проткнуть борт долбленок и еще больше легких посудин с десятком-двумя бойцов внутри, а вот пузатых лодок больше не было, видимо не оказалось в данный момент под рукой.

Снова пошли в дело ''глушилки'', и снова они не подвели -- несмотря на то что троглодитов было как минимум в десять раз больше чем в первый раз, они разделили судьбу первого отряда и те кто не попрыгал за борт, не сопротивлялись, когда на них обрушился град дротиков и болтов с проходивших мимо кораблей. На это раз работы хватило всем, подключили даже заскучавших эльфов-стрелков, даже Пауль высунул щупальца из-под днища флагмана и перевернул десяток-другой долбленок и легких плетеных лодок.

Так же попавшему под ''глушилки'' отряду преследователей в какой-то степени повезло -- эскадра удалялась от него на все тех же постоянных трех узлах и за тот короткий период что беспомощный отряд был в пределах досягаемости, достать его могли только с концевого ''Бродяги'', впрочем тамошние маги сумели хорошо попотчевать оставшийся за спиной отряд, и эскадра уходила под зарево горящих лодок и дикие вопли вынужденных выбирать тонуть или сгореть троглодитов.

-- Вот идиоты! - думал адмирал, имея в виду очередной уже который по счету обстрел дротиками из темноты.

Весь последний час эскадра не встречала преград на пути, ее никто не догонял, лишь с редким постоянством прилетали дротики и, даже не повреждая бортов кораблей, бесполезно разбивались о щиты. Лучники и маги вяло отвечали на обстрелы, но неизвестно доходили ли стрелы и боевые заклинания по назначению -- троглодиты ловко прятались в нагромождениях камней у стен тоннеля.

-- Лучше бы вообще оставили нас в покое, - между тем пытался поставить себя на место врагов адмирал. - Усыпили бы бдительность и устроили ловушку впереди, а так они сами постоянно напоминают нам о себе и о том что про нас не забыли. Хотя..., - в голову адмирала неожиданно пришла мысль и совершенно разбила все прежние его логические построения: - может статься они строят расчет на том, что мы подумаем что дротики это все что они могут, и тогда именно эти постоянные обстрелы и призваны нас усыпить, убедить, что кроме них нам больше ничего не грозит, а затем напасть. Впрочем то что они нападут, несомненно, так что им не удалось меня обмануть. Но что это будет? Новая атака долбленок? Банально -- два раза не получилось, неужели попытаются наступить на те же грабли в третий раз? Нет, сомневаюсь -- они же троглодиты, а не дебилы. Что же тогда? А как бы я сам поступил? Какое у нас слабое место? - задумался адмирал и через минуту понял -- зрение, точно также как и у самих троглодитов -- слух. Пускай временно крайне уязвимые к заклятьям ослепления команды прикрывают специализированные щиты, как раз против таких чар, но адмирала не оставляла мысль, что он что-то упустил. Он понимал что излишне перестраховывается, но все-таки отдал несколько приказов по флагману и всей эскадре.

Чутье не подвело адмирала, и когда на эскадру обрушился яркий колдовской свет, укрытые в брюхе (трюме) кораблей первые помощники и половина всей команды избежали судьбы тех, кто был в это время наверху.

План троглодитов был изящен и прост, не хуже чем могли бы придумать искусные в разных каверзах Драконы: магический свет не тронул накачанные силой щиты и не был направлен непосредственно против команд, защищенных чарами кораблей, но яркая вспышка во тьме сама по себе послужила оружием, особенно против тех, на ком был кошачий глаз. Все кто находился на палубах ослепли и не могли увидеть сотен заточенных бревен в воде, к которым стремительно приближалась в один момент ослепшая эскадра.

Но без преувеличения гениальный план не сработал -- из трюмов повалили абордажники и моряки, а бревнами без приказа со стороны хозяйки занялся маунт Эариэль, десятками щупалец отбрасывая эти первобытные торпеды с пути кораблей.

У троглодитов имелся и резервный план: откуда-то с суши ударили жрецы Неназываемых богов (собственный пантеон этой расы), а с галереи под низким потолком тоннеля посыпались камни размером с быка и все те же дротики, в основном с наконечниками из камня, но встречалось и железо.

Мгновенно загудели, затрещали щиты, и в то же время лучшие маги эскадры, включая и адмирала, пытались с помощью зелий и заклинаний вернуть себе зрение, хотя бы сперва себе, ну а потом и остальным попавшим под удар. К счастью ''зрячих'' магов оказалось более чем достаточно (пригодился избыток магов на кораблях), и они сумели сдержать и камни, и жрецов, а с метателями камней и дротиков на карнизе разобрались эльфы-стрелки -- ни один из них не сумел уйти от длинных эльфийских стрел.

Последняя судорога неудавшейся засады -- настоящий дождь из дротиков от слишком приблизившегося участка стены. Щиты кораблей выдержали и это, а половинная команда ответила баш на баш -- градом дротиков, стрел, особых болтов и пистолей. Третий в очереди корабль уже не обстреливали, да и кому стрелять из настоящего моря огня? ''Глушилки'' на этот раз никак себя не показали -- их просто не сумели применить.

Троглодиты взялись за нарушителей всерьез и не собирались отпускать столь дорого вставшие им корабли -- новое препятствие ожидало эскадру всего спустя десять минут пути. К тому времени ни адмирал, ни капитаны, ни маги, ни тем более простые воины и моряки не успели ''проморгаться'', и следующий бой стал боем первых помощников, вынужденных рассчитывать лишь только на половинные команды.

На этот раз хозяева пещер действовали иначе: не стремились проломить борт или пробить палубу камнем, а вместо этого попробовали эскадру задержать и запечатали путь плавучей стеной из связанных вместе бревен и лодок. Троглодиты не пожалели лодок, перегородив тоннель в несколько рядов, плюс бревна, которые должны были смягчить удар разогнавшихся корпусов, плюс намертво связавшие лодки канаты, плюс колдовство жрецов Неназываемых богов, а на самой стене из судов и на камнях у стен пещеры колыхалось живое море готовых ринуться вперед безглазых бойцов.

Принявший командование Тралл мгновенно понял -- кораблям не прорваться: даже если он отдаст приказ, и корабли эскадры успеют разогнаться узлов так до 5-7, то не факт что удастся прорвать столь качественный затор, но даже если и удастся, стопроцентно будут повреждены корпуса и значит все зря. Должность первого помощника на флагмане эскадры Тралл получил не за красивые глаза -- полуорк всегда быстро соображал и потому не отдал ожидаемый всеми приказ об увеличении хода, а вместо этого разродился целой серией совсем других приказов: запустить ''глушилки'', магам все силы на щиты, стрелкам и абордажникам бить по троглодитам у стен, а сам первый помощник, ныне командир эскадры, сосредоточился на разговоре с временно слепой Русалочкой. Впрочем уже пару минут не слепой -- девушка наконец-то догадалась посмотреть на мир глазами маунта и потому Траллу не пришлось особо объяснять ей ситуацию -- Русалочка уже сама поняла что ей делать. Жаль что так же на мир не мог посмотреть адмирал: Ветер, создание магии Воздуха, всем был хорош и прекрасно поддерживал ход кораблей в лишенных ветра пещерах, но он не был ни петом, ни маунтом, ни даже полноценным воздушным элементалем, так что адмиралу оставалось только ругаться, лечиться и ждать, когда же придут в норму глаза.

Троглодиты вновь попытались повторить свой трюк со светом -- неудача. Как только Тралл взял функции адмирала на себя, то тут же приказал ликвидировать эффект кошачьего глаза и зажечь корабельные фонари.

Применивших ''глушилки'' игроков тоже ждал облом -- на этот раз жрецы Неназываемых богов сумели защитить себя и воинов, так что несколько Больших звуковых резонансов не то что бы отработали зря, но и до прежних результатов было как до луны -- троглодиты испытали море неприятных ощущений, но могли сражаться и, ожидая приближавшиеся корабли, твердо стояли на ногах и так же уверенно сжимали оружие в руках.

Под флагманом вскипела вода, и набирающий скорость водный брун, к концу настоящая волна, устремился к плавучей стене.... Взрыв без огня!!! И в воздух взлетели целые суда, бревна, обрывки канатов и сетей, ну и конечно серые вопящие тела. Пауль не только освободил эскадре путь, но и бешено работал щупальцами по остальным судам, да и по толпам троглодитов на суше. Чудовищный в своей ярости маунт полностью переключил внимание на себя и отгреб полной мерой -- жрецы Неназываемых богов ударили всем чем могли, и псевдокракен сначала неестественно застыл со вздыбленными для ударов щупальцами, а потом превратился в песок. На месте разорванной стены судов возникла огромная песчаная фигура, которую быстро размывала вода. Впрочем вода не успела, и фигуру легко разбил борт первого вошедшего в разрыв корабля -- эскадра прорвалась!

Напоследок троглодиты на оставшихся судах и суше еще раз хорошо отгребли, причем четыре раза подряд от каждого из проходивших кораблей -- команды не пожалели для безглазых гранат, обычных и особых болтов, а так же дротиков и стрел. В веселье не поучаствовали лишь маги -- держали щиты.

-- Мать! - чуть не заорал адмирал -- в глаза будто плеснули кипятком, а потом втерли в обожженное место соль, но зато он наконец увидел свет и понял, что зрение возвращается.

-- Как больно! - пожаловалась почувствовавшая тоже что и он Русалочка, и адмирал, забыв о себе, нащупал руку подруги и, ласково сжав женскую ладошку, постарался ее приободрить:

-- Немного осталось, потерпи, скоро пройдет и зрение восстановится. -

-- Знаю, - Русалочка сжала его руку в ответ, - я поте... -

Девушка не успела закончить предложение и с визгом полетела на мужчину, повалила его и вместе с ним покатилась по доскам мостика к фальшборту, эльфы с хрустом врезались в него, а потом в них врезался здоровенный доспешный Тралл и еще один ослепший маг. Корабль словно врезался в скалу -- никто из команды не смог устоять на ногах, а несколько недостаточно ловких моряков грохнулись на палубу со снастей, лишь чудом никто из них не свернул себе шею, но две-три кости на брата сломал.

''Боров'' и корабли эскадры не налетели на риф, а стали жертвой искусства жрецов Неназываемых богов: вода вокруг кораблей перестала быть водой, а превратилась в какое-то желе, некое подобие грязной воды болот, но поплотней, по крайней мере ринувшиеся по ней в атаку троглодиты и не думали тонуть.

-- Гранаты!!! - ментально заорал первым очухавшийся адмирал, но сам не последовал своему же приказу, а почти вслепую ударил по надвигавшейся серой волне воздушным тараном, а потом еще одним и еще...!

Троглодитам почти удалось -- несмотря на град болтов, стрел, гранат и заклинаний хозяева пещер добрались до бортов кораблей и полезли вверх. Троглодиты не обращали внимания на потери, а желали только одного -- прикончить всех чужаков, а потом сделать из их берцовых костей свирели и порадовать своих богов искусной игрой. Но планам безглазых меломанов так и не суждено было осуществиться -- неожиданно, впрочем почему не (?), вполне ожидаемо хорошо сработал Томинокер и открыл еще одну грань применения промертвевшей воды...

Между берегом, откуда хлынула серая волна, и корпусами попавших в ловушку кораблей одна за другой упали восемь прозрачных капель и тут же начали расти. И да, измененная жрецами троглодитов вода ничуть не повлияла на эффект заклинания и точно так же как обычная морская вода послужила для него питательной средой. Сперва совсем мелкие, а потом уже нет, озерца мертвой смертельной для всего живого субстанции слились в одно огромное озеро от берега до самых бортов кораблей, и атака тут же прекратилась -- некому стало атаковать.

На какое-то время в пещерах установился мир: эскадра не пыталась достать немногих оставшихся на берегу троглодитов, а жрецы Неназываемых богов не мешали магам игроков снять сковавшие корабли чары. Через 15 минут эскадра вновь двинулась вперед, спеша покинуть место бойни, и не один дротик, ни одно заклинание не полетели им вослед.

-- Думаешь это все? - поинтересовалась у адмирала Русалочка, адмирал с сомнением покачал головой:

-- Не знаю, умыли мы их вроде хорошо, да и выход близко уже -- им понадобится время подтянуть силы. -

-- Но? - Тралл почувствовал в его голосе сомнение.

-- Если напрягутся, могут успеть, все-таки у них есть час, ну чуть поменьше, и главное у них есть стимул. - Все поняли что имел в виду адмирал, и Траллу с Русалочкой не пришлось объяснять какой такой стимул есть у троглодитов -- скрытая под сплошным ковром из разлагающихся на глазах тел твердая вода все еще стояла у них перед глазами.

-- Значит готовимся? - не спросил, а скорей констатировал Тралл.

-- Да, - согласился с первым помощником адмирал и благодарно кивнул подруге, вытиравшей кровь с его лица. - Думаю в последний и решительный они пойдут в большой пещере, перед самым выходом -- там можно навалиться с разных сторон. -

-- Ты уверен? - усомнился листавший карту Тралл. - Я бы на их месте зажал нас в узком тоннеле. -

-- А что они последние два часа делали? - вопросом на вопрос ответил ему адмирал. Первый помощник задумался, а потом кивнул -- действительно, так троглодиты уже поступали и у них не получилось.

Тем временем корабли двигались вперед, а их палубы напоминали гигантский лазарет -- все свободные маги пытались вернуть зрение морякам, стрелкам-лучникам и членам абордажной команды -- дело продвигалось туго, особенно с людьми (неписи-моряки).

Почти час троглодиты не напоминали о себе, не пытались остановить корабли, и вообще тоннели как будто вымерли -- ни одного звука и огонька, один только скрип снастей, лишь иногда маги ощущали слабое присутствие на берегу, на самой границе магической зоны восприятия.

Уверенность адмирала окрепла -- их ждут и готовят встречу. Решил подготовиться и адмирал: магам было приказано завязывать с лечением, выпить зелья восстановления маны и укреплять щиты; все недолеченные раненные были спроважены вниз в безопасное нутро корабля, благо большинство пострадавших эльфов-стрелков и спецназовцев все же удалось вернуть в строй; усевшаяся в позу медитации Русалочка разложила вокруг себя несколько предметов для довольно сложного колдовства и исчезла для мира, отгородившись от всех стеной застывшего в неподвижности тела, каменного лица и потемневших глаз; а сам адмирал вновь начал накачивать маной ветер, что двигал корабли. Все готовились: троглодиты наказать дерзких чужаков, а Драконы совершить рывок.

И вот наконец огромная пещера, последний перекресток на их пути в полной опасностей подземной тьме, за ней совсем короткий тоннель и сразу искомый и желанный океан. Пещера была действительно большой: стены и потолок терялись во мраке, а чтобы пересечь ее от края до края требовалось как минимум 30-40 минут на трех узлах и потом еще пара минут на короткий тоннель.

Адмирал практически сразу постарался сломать сценарий ожидавших их троглодитов: эскадра почти моментально увеличила ход до восьми узлов и начала перестраиваться в клин из прежней колонны, к потолку пещеры устремились мощные и с каждой секундой разбухавшие осветительные шары, а вместо четырех кораблей возникло 28, 23 из них иллюзий -- 6 иллюзорных эскадр окружили настоящую со всех сторон и по мере движения вперед чуть расходились в стороны.

Минута, другая, корабли стремительно набирали ход в как казалось абсолютно пустой и безопасной пещере, а затем маги на носу обнаружили множество лодок впереди, еще одна группа лодок пыталась зайти им во фланг (видимо вынырнули из отсутствующего на карте адмирала прохода), но внезапный рывок оставил их позади и им пришлось догонять уже набравшие ход корабли. Вскоре погоня резко увеличилась в числе -- к ней присоединились выскочившие из покинутого эскадрой тоннеля суда, что все это время не приближаясь шли эскадре вослед. В результате неожиданного маневра перерезавшие путь троглодиты оказались с эскадрой один на один, а две другие группы, 2/3 предназначенных для атаки сил, не успевали ее догнать.

Эариэль сумела разделить свое внимание: одновременно позади драконьих кораблей возникли невидимые пока в них не попадешь водовороты, а навстречу идущим эскадре в лоб добленкам-таранам устремились призванные светящиеся угри -- огромные фиолетовые существа, каждый с большую акулу величиной. Но прежде чем голодные твари успели достичь своих жертв, над головой у них пронеслись мощные воздушные тараны.

Да, тараны не показали себя в битве с гигантской фрог-тха, но здесь был совсем другой враг -- предназначенные ломать стены и вышибать ворота заклятья школы Воздуха одинаково переворачивали мощные суда и легкие лодки, а те что не смогли перевернуть, отбрасывали прочь. Затем на выпавших из лодок троглодитов накинулись угри, и вода закипела кровавым бульоном. Зубастая фиолетовая смерть пришла не только к троглодитам в воде, но даже и к тем, кто все еще был на лодках -- жуткие порождения магии не боялись выбираться из воды. Следом за угрями на троглодитов обрушились классические копья, молнии и шары, а так же магические заряды пистолей, стрелы и болты, черед дротиков пришел позже, когда разогнавшийся клин кораблей как нож сквозь бумагу прошел через беспорядочную свалку перевернутых и пустых (угри) судов.

Маги-жрецы двух преследующих эскадру групп пытались что-то сделать, но все их удары либо приходились по иллюзорным кораблям, либо разбивались о щиты, а вскоре первые лодки преследователей влетели в водовороты и троглодитам стало не до того.

Когда жрецы Неназываемых богов сумели ликвидировать ловушки-водовороты, им пришлось разбираться с угрями Русалочки, а потом с собственными собратьями, которые совсем не рвались преследовать ТАКИХ врагов. Время было упущено -- Драконы победили, эскадра вырвалась в Великий Южный океан!

Глава 3

Веселый остров, город Взломанный Замок (имеет и другое неофициальное и совсем неприличное значение, касаемое девственниц и первого раза).

Ригли-Тиль-Ша -- воровка-дроу (имя не настоящее).

Спустя два дня после того, как эскадра Драконов прошла через дикий портал в Великий Южный океан.

Взломанный Замок -- вольный город и столица пиратской вольницы этой части Великого Южного океана, город безграничной свободы и в тоже время крупный поставщик рабов, город тысяч борделей и одновременно полный истовой веры город, где фанатично чтят Бога морей и вод (Даготера) -- в общем город контрастов. Со стороны казалось что город жил своей обычной жизнью и почти не обратил внимания на четверку незнакомых кораблей. Хотя нет, обратил, уставился сотнями внимательных глаз с пристани и палуб уже стоявших на рейде судов, но внешне все было благопристойно и тот кто не знал здешних обитателей, вполне мог и не заметить этого ненавязчивого внимания, и действительно подумать, что городу плевать на чужаков. Потом, когда команды кораблей сойдут на берег, их будут ждать десятки торговцев и бордельных зазывал, найдутся сотни приятелей, почти все трактирщики будут готовы бесплатно налить, а жрицы любви сделать скидку красавчикам-новичкам. Веселый остров закрутит их водоворотом бухого веселья: отсосет, нальет, спляшет, даст, сделает все что угодно, но вытянет из ошалевших гостей ВСЕ: кто, откуда, куда и что в трюмах их кораблей, а потом, когда похмельные путешественники покинут гостеприимный город, вчерашние приятели-собутыльники встретят их в открытом океане...

Еще не протрезвевшие гулены вновь вернутся на Веселый остров, в столь дружелюбный к ним когда-то Взломанный Замок, но теперь им никто не нальет и не даст -- рабам не наливают трактирщики и не дают шлюхи.

Известная в городе под прозвищем Ловкая воровка-дроу смотрела на нездешние корабли, но смотрела не так как другие обитатели города, смотрела совершенно под другим углом, и мысли, что бродили у нее в голове, очень бы не понравились ее соседям, друзьям и торговым партнерам. Впрочем никто бы не смог прочитать мысли по ее лицу -- обычный с налетом скуки взгляд на бухту, и только соленые орешки трещат на крепких изящных клыках, а свободная рука гладит голову здоровенной черной змеи, похожей в своей неподвижности на мраморный столб.

Воровка бросила в рот последний орешек и скомкала хорошо послуживший кульком пальмовый лист, а затем, взглянув напоследок на обустроившиеся на рейде корабли, повернулась к бухте спиной и сопровождаемая привычно заскользившей рядом змеей покинула сослуживший службу утес. После задумавшаяся девушка так же неторопливо, машинально загребая босыми ступнями крупный белый песок, отправилась к недалекому городу и совершенно не обратила внимания на пристроившихся метрах в десяти за ней двух опасных на вид громил.

Дикарей с самых южных островов Южного океана часто можно было встретить во Взломанном Замке -- дикари-людоеды постоянно воевали друг с другом и всеми вокруг, так что щедрый поток изгоев, рабов и целых мигрировавших племен никогда не прерывался. Капитаны пиратов любили нанимать воинов-дикарей, и чуть ли не пятая часть здешних команд щеголяла черными как сапог мордами с белыми татуировками изгоев на них. Остальные жители Веселого острова давно уже привыкли к обилию черномазых как на улицах, так и в борделях и кабаках, но не забывали кто они есть, не желали становиться обедом и пожертвовать свою кожу на ритуальный барабан, а кости на амулеты и игрушки для дикарских детей, а потому относились к ним с привычной и уже въевшейся в кровь опаской, причем относились так ко всем, даже к затраханным шлюхам и последним рабам.

Преследователи дроу довольно сильно отличались от остальных дикарей, и нет, черные рожи и татуировки изгоев были при них, но вот рост, редкие даже среди не обиженных здоровьем дикарей мышцы, одежда, оружие, повадки и что-то неуловимое в глазах и поведении сразу выделяли их из общей черномазой толпы воинов и рабов. Во-первых рост: каждый из них как минимум на полголовы возвышался над общей массой и без того высоких собратьев. Во-вторых, довольно впечатляющий каркас мышц, причем не мертвых тяжелых мышц как у земных культуристов, а полных тугой и гибкой силой, мгновенно способной взорваться ударом или броском (черномазые южане тоже были здоровы, особенно их воины, но опять же таки не настолько). В-третьих одежда: не обычные для южных дикарей плащи, сандалии и куча амулетов, заменявших им всю остальную одежду, а нормальные белые хлопковые штаны и распахнутая на груди безрукавка того же материала. Казалось бы, что в том удивительного? Обычная одежда местных, от пиратских капитанов до рабов, но вот свободные черные пираты так не одевались и ностальгируя предпочитали свои привезенные из дома плащи. Плюс отсутствие у этих конкретных здоровяков обычной связки из множества амулетов, заговоренных браслетов, ввинченных в волосы бусин и много чего еще -- без всего этого ''мусора'' суеверные дикари боялись даже посрать или выйти за порог. А вот здоровяки имели всего по три-четыре амулета на груди, причем не дикарских амулета, а гильдейских (Гильдия Магов), из дорогих. Оружие тоже выбивалось из общей канвы: разумеется примкнувшие к пиратам дикари поневоле учились использовать обычный пиратский арсенал, но все же предпочитали привычные копья и булавы и уж конечно не носили необычные даже для пиратов прямые мечи по типу палашей.

Тем временем Ловкая миновала незримую границу не имевшего какой-либо ограды города и... все также загребая пальцами песок, продолжила свой путь. В городе отродясь не было мостовой, а обилие все тех же рабов гарантировало улицам чистоту. Воровка отбросила прочь свою задумчивость и окунулась во всегда шумную толпу с головой. Дроу была здесь как рыба в воде: приветствовала и отвечала на приветствия многочисленных приятелей и приятельниц; весело перешучивалась со шлюхами, что заманивали ошалевших в море морячков голыми титьками, а то и поднятым подолом; дала пенделя неудачливому воришке -- тот позарился на ее кошелек, но не преуспел; врезала по морде пощупавшему ее за попу пирату -- пират упал и сплюнул пару зубов на песок, а потом потянулся за оружием... пинок в почки, и стремительно прилетевший в затылок черный здоровенный кулак надолго отбили у него желание буянить. Очнулся неудачливый пират уже в темноте, глубокой ночью, и не на улице, а в тупике за зданиями, очнулся без оружия, денег и одежды, а так же без вырванного с мясом золотого кольца в носу и двух золотых же зубов во рту.

Между тем сопровождаемая змеей дроу как ни в чем не бывало продолжала свой путь: перекинулась парой слов со знакомым капитаном; на минутку остановилась обсудить совместные дела с пузатым гремлином-купцом, обладателем большой роскошной серьги в ухе и не менее роскошных усов; как через скакалку перепрыгнула через блюющего пьяницу и наконец достигла своей цели -- небольшого кабака. Дроу кивнула паре вышибал у входа, как братья-близнецы похожих на здоровяков у нее за спиной, и вошла во всегда, в любое время суток открытую дверь.

-- А-аа! Здорово, Ловкая! - поприветствовал воровку эльф-игрок с бритой башкой и лишь небольшой косичкой на затылке. Эльф приканчивал уже второй кувшин и явно был навеселе. - Садись выпей со мной на посошок, сейчас допью, дела с тобой порешаю и по бабам, - тут он подмигнул темной-эльфийке и как бы между делом спросил: - А может, ну их этих шлюх, и ты сама мне дашь? -

-- Мечтай и дрочи! - ухмыльнулась ему дроу, но предложение присоединиться приняла и, приказав низко склонившемуся трактирному слуге принести чистую кружку, а так же еще вина и закусок, присела к знакомому за стол. Черная змея привычно заползла головой хозяйке на колени и также привычно подставила горло -- чесать.

-- Уже, - сознался отхлебнувший вина игрок, - только тем и занимался пока мы были в походе, чуть кожу на ладонях не содрал. Наш капитан -- жадный ублюдок, решил задержаться в заливе титястых (заливе Русалок), потом два дня гнали купца, потом неделю, целую неделю чинились -- у суки-купца на борту оказался маг -- так что я почти месяц ''Дуньку Кулакову'' эксплуатировал. -

-- Бедняжка, - дроу неискренне посочувствовала ''страдальцу'' и его натруженной правой руке, между делом щедро наливая себе принесенного слугой вина.

Тем временем в кабак вошли оба ''преследователя'' и по небрежному кивку дроу привычной дорогой отправились на второй этаж.

-- Ну а вообще как, удачно сходили? - задав вопрос воровка отхлебнула вина, заела выпивку тонкой пластинкой копченой рыбы, а другую тут же скормила змее.

-- Грех жаловаться, - довольно откинулся на стуле пират, а затем достал из-под стола весело звенькнувший мешочек приличных размеров и, бухнув его перед собой, подтолкнул к собеседнице. - Вот, решил тебе долг отдать, потому здесь и сижу, а не в борделе. -

-- Ты еще и Стрекозе должен, - напомнила уже бывшему должнику Ригли-Тиль-Ша. Дроу не прикоснулась к пузатому мешочку, зато чуть-чуть скосила глаза -- этого оказалось достаточно, и кабатчик-полуэльф бережно отнес заветный мешочек в не предназначенную для посетителей часть кабака.

-- Знаю, - кивнул отдавший долг пират. - От тебя сразу к ней, заодно и своего ''дружка'' побалую с ее девочками. -

-- Значит действительно хорошо сходил, - сделала вывод темная эльфийка, - раз долги раздаешь, да еще и на вино и веселье с девками деньги остались. -

-- Да, пошел фарт, до своего корабля конечно еще далеко, но это тока начало -- со временем я не хуже твоего хахаля развернусь, сначала корабль, а потом и несколько -- всех в океане нагну! -

-- Смотри не кончи прямо в штаны, - шутливо осадила мечтателя воровка, но пират не обиделся, а закинув в рот содержимое кружки, поинтересовался делами дроу:

-- Как сама-то? -

-- Дела идут лучше некуда: трактир в прибыли, все лавки тоже, денежка капает, ваш брат пират исправно тащит хабар и нажирается. Но ты знаешь, скучно стало, хочу смотаться на континент: почистить данжи, попутешествовать, повертеться в настоящих больших городах. Устала я что-то от моря -- хочется суши. -

-- Бывает, - согласился с ней пират. - А твой дружок-капитан как на это посмотрит? -

-- Как посмотрит, так и посмотрит, - легкомысленно махнула рукой дроу. - Ты ведь правильно сказал -- он дружок, а не муж, да к тому же пират-в каждом порту по бабе. -

-- Тебе видней, - не стал с ней спорить вставший из-за стола пират, но предупредил: - Ты его конечно лучше знаешь, - и похабно подмигнув уточнил, - с самых разных сторон. Но насколько я понимаю Чуму, он будет недоволен, и это не очень хорошо -- он хоть и непись, но крутой, сама знаешь 5 команд под ним и еще не меньше десятка за него подпишется, если очень надо. -

-- Ты вообще о чем? - удивленно взглянула на собеседника темная эльфийка. - Я ведь не воевать с ним собираюсь, причем здесь сколько он может выставить бойцов? -

-- Да так, к слову пришлось, но ты все равно подумай. -

-- Разберусь как-нибудь, - слова приятеля не очень обеспокоили дроу -- по целому ряду неизвестных игроку-пирату причин она совершенно не боялась гнева своего дружка.

Пират попрощался и ушел, радовать свой истосковавшийся член в борделе и разносить запущенную темной эльфийкой дезу про ее скуку и скорый отъезд, впрочем отъезд был настоящем, разве что причина и пункт назначения сильно расходились с озвученной девушкой версией. Сама дроу не задержалась в общем зале принадлежащего ей кабака, а поднялась на второй этаж и, миновав давнишних ''преследователей'', зашла в свой кабинет.

До-Ши-Со (Темная Карамелька) -- агент клана Красного Дракона во Взломанном Замке.

-- Значит сегодня, - думала Карамелька, направляясь к своему роскошному письменному столу, снятому пиратами с одного из разграбленных купцов и приобретенному два месяца назад. - Спешат наши -- я думала еще неделя у меня есть. -

Дроу присела за стол и привычно пробежалась по ящикам, некоторые бумаги оставляя на месте, а другие складывая в две папки перед собой.

-- Так, отчеты по лавкам, по кабаку, по общему складу, по закупкам, общая приходная книга -- оставляем на месте для Рари. Долговые расписки -- тоже как и договора на поставки продуктов и вина. Это тоже -- зачем мне списки кому наливали в долг -- пусть Рари занимается, его тема. А вот этого вообще не должно здесь быть! - Карамелька раздраженно уставилась на заполненный ее рукой листок -- график выхода в море и прибытия назад всех базировавшихся в гавани Взломанного Замка пиратских кораблей, а так же развозивших по миру пиратскую добычу ''добропорядочных купцов''.

Карамелька сунула компрометирующий ее листок в папку и продолжила разбор:

-- Письма о доходах от контрабандистов-купцов тоже для Рари, а вот рекомендации заберу с собой -- пригодятся. Личную переписку тоже заберу, а вот отчеты об агентах, - дроу вновь сморщилась -- совсем она разленилась (такие документы просто лежат в ящике стола), - оставлю для сменщика -- копия у меня уже есть в быстром наборе (наборе на случай бегства). Так, документ о том что Рари представляет мои интересы. Вроде все? - Карамелька оглядела стол, еще раз по-быстрому проверила ящики и, несколько раз нажав специальную завитушку, открыла тайник. Из расположенного в столешнице небольшого плоского пенала появились пять мешочков: два с золотом, один с серебром и два с дорогим зеленым жемчугом.

Хозяйка тайника разделила мешочки: два, один с золотом и один с серебром, оставила на столе, а три других и одну из папок пододвинула к себе. Потом встала и подошла к стене кабинета, где ее ждал очередной тайник, а внутри две густо заставленные папками полки, еще одна полка с зельями и пара совершенно обычных на вид сумок. Карамелька не торопилась разбирая содержимое тайника, лишь мешочки сразу же отправились в одну из сумок, а вот прежде чем отправить или не отправить той же дорогой папки, она бегло просмотрела каждую из них. Через полчаса дроу оставила полупустые полки и потяжелевшие сумки, закрыла тайник и вернулась к столу.

Небольшое мысленное усилие и внутрь помещения ушел ментальный сигнал -- через минуту быстрый стук в дверь и в кабинет вошел давнишний кабатчик.

-- Госпожа, - изящно поклонился хозяйке полуэльф -- бывший придворный, мелкая сошка при одном из дворов эльфийских королевств (младший помощник подателя третьего кубка четвертому в очереди наследования), неудачник примкнувший к проигравшей стороне в борьбе за власть, беглец на край света, пиратская добыча и раб, собственность купившей его одновременно со столом Карамельки. Впрочем неудачнику-беглецу наконец-то повезло: Карамелька оказалась не самой плохой хозяйкой, а дроу пригодился умный и исполнительный раб. К тому же раб немного владел магией и цифирью, а еще отлично говорил и писал на многих языках -- большая редкость в здешних не обремененных интеллектуалами краях.

-- Мне нужно будет отлучиться на континент, - сразу без прелюдий огорошила своего доверенного раба дроу. - Другие мои предприятия требуют внимания, а здесь за меня останешься ты. Вот здесь на оборот, - дроу пихнула мешочки с золотом и серебром, - здесь, - коснулась папки, - все что тебе нужно знать, остальное в столе. Изучай, но сперва пошли за хозяевами лавок -- я дам им последний инструктаж и тебя, как главного в мое отсутствие. Месяца через три-четыре вернусь, а если нет, пришлю гонца с письменным приказом как будет дальше. -

-- Я повинуюсь, госпожа, - вновь поклонился бывший придворный, а ныне распорядитель в кабаке и доверенный раб, и без того уже почти месяц занимавшийся всеми финансовыми делами немалого хозяйства Карамельки. - Дозволено ли будет мне спросить? - Несмотря на известную демократичность дроу, к которой даже кабацкие прислужницы-поломойки обращались на ты, бывший придворный оставался верен себе и всегда обращался к хозяйке чуть ли не как к королеве или особе благородных кровей -- девушке льстило, и она иногда под настроение поддерживала эту игру.

-- Дозволено, спрашивай. -

-- Как мне поступать с прибылью? -

-- Складывай в тайник, - дроу прихлопнула по столу, о тайнике в стене не знал никто, кроме нее, а если бы узнал, не смог открыть. Все-таки девушка была не только ВОРОМ, но и неслабым магом и постаралась обезопасить себя и свое дело как могла -- тайник скорее сожжет свое содержимое, чем отдаст его в руки чужака. - Если увидишь возможность, половину вкладывай в дело, но только в проекты на год-два не больше. Новые лавки не покупай, старые можешь расширить, если будет нужно, так же и кабак. Да, в кабинете и в моих жилых комнатах ничего не переделывать, только пыль вытирать. -

-- Я понял, госпожа. Что-нибудь еще? -

-- Нет, Рари, давай посылай гонцов и изучай бумаги, если что непонятно, спрашивай. -

Расторопный Рари быстро отправил посыльных и, вернувшись в кабинет, уселся у стола, шурша бумагами, а Карамелька откинулась в кресле, закинула ноги на стол и задумалась о себе, своей судьбе и миссии в этом островном городе на самом пересечении морских дорог.

После того как Драконы убедились в том, что затопленные корабли можно будет поднять и починить, встал вопрос о маршруте и как следствие о небольшом островке в Южном океане, том самом островке, который находился неподалеку от портального острова-горы и служил местом базирования десятков, возможно сотен пиратских кораблей. Можно конечно было попытаться остров обойти, тем более благодаря магам Драконьи корабли мало зависели от ветра и течений, но маги имелись не только на их кораблях, а вдали от старых проверенных морских путей встречалось множество проблем и угроз, на фоне которых самые страшные пираты казались гораздо меньшим злом.

На острове нужен был свой человек -- агент, что соберет как можно больше сведений как о пиратах, так и обо всем остальном: их охотничьих угодьях; способах охоты на купцов; взаимоотношениях с государствами, чью торговлю пираты что называется пасут; как-куда они сбывают захваченный товар, рабов и корабли; могут ли представлять опасность не только для Драконьих кораблей, но и для самой острова-базы; возможно ли тех самых пиратов нанять и с их помощью проворачивать крупные дела -- в общем вопросов хватало, и в свете того чем Драконы САМИ собирались заняться в Южном океане, ценность подобной информации нельзя было переоценить.

А вот выбрать агента оказалось не так-то легко. Хотели многие, но немногим можно было доверить такое важное и сложное дело -- это ведь не мечом махать или пускать заклинания, следовало вжиться в пиратскую среду и за самый короткий срок (чуть побольше трех месяцев) стать там своим, не вызывая подозрений собрать возможный максимум информации и обеспечить ей подошедшую эскадру. Сразу отсекли чистых рейнджеров, воинов и магов: рейнджеров понятно -- их стихия лес; воин конечно соберет немало информации в команде пиратского корабля, но за три месяца капитаном ему не стать, пираты неделями и месяцами в море, а значит в момент подхода эскадры шпиона на острове может и не быть; в свою очередь сильный маг непременно вызовет подозрение, особенно если начнет вынюхивать что да как.

*

Тут следует упомянуть морскую специфику Серединного мира. Многие игроки игнорировали морские пути и приключения -- большинство для путешествий между континентами и островами использовали порталы, а в основном предпочитали искать приключений на земле. Причиной таких предпочтений основной массы игроков было то, что для путешествий по морю-океану требовались корабли, лодки, ну или на худой конец плоты и умение всем этим управлять, в случае кораблей еще и команда, которой следовало платить и кормить, плюс припасы, сменные снасти, дерево для починки корпусов, вода и много чего еще -- в общем полные штаны гемороя, особенно для низкоуровневых нищих игроков. Еще одной причиной того что многие предпочитали амплуа сухопутных крыс были точки возрождения -- слишком велик был риск , что расположенная на корабле точка окажется на дне морском вместе с самим кораблем, даже клановым игрокам не улыбалось в подобном случае умирать 5 раз подряд и терять очки, что уж говорить об одиночках, которых в этом случае ждала смерть, потеря всего имущества и вынужденная покупка новой аватары. Не удивительно что большинство игроков предпочитало сушу, и бескрайний водный простор виртуального мира был несколько подзабыт и подзаброшен.

*

Оставались воры и убийцы, ну еще те, кто ушел в ремесло, но ремесленников тоже отмели -- по полученной через Гильдию Контрабандистов информации те, кто честно работал руками, не пользовались почетом на острове полном рабов. Так что нужной информации ремесленнику не добыть -- с ним никто не станет говорить просто по факту его занятия, а вот в раба легко могут попытаться превратить, конечно с игроком такой фокус не пройдет, но и миссию ремесленник провалит. Значит -- только воры и убийцы. Одно время отправиться на остров порывался Альдарон, вор по первому классу, но тут встал на дыбы Дримм -- слишком много было завязано на главном безопаснике клана, причем завязано не только в вирте, но и в реале, да и слишком высокий уровень обязательно вызвал бы подозрения если не у неписей, то у игроков точно. Потом все тот же Альдорон попытался сосватать на миссию нескольких своих друзей, но опять облом: во-первых, ни одного вора среди них не оказалось -- снова рейнджеры, воины и маги; во-вторых, несмотря на все уважение к выбору Альдарона, прочие старшие клана и сам Глава отвергли кандидатуры таких низкоуровневых и суперзеленых в Серединном мире новичков -- как говорится, нос еще не дорос (какой бы возраст не был у них в реале); и наконец в-третьих, нужен был действительно опытный игрок с приличным сроком жизни одиночкой, то есть вне клана. Выбор пал на Карамельку, и тут даже Альдарон не нашел аргументов чтобы возразить (да и несмотря на досаду не очень-то и хотел). Дроу подходила по всему: сама горела желанием попробовать свои силы; годилась по классу (вор); как маг не очень сильна, но и уже далеко не слабачка -- может за себя постоять, хороший средний уровень; общий уровень так же не слишком велик -- по-крайней мере не должна вызвать подозрений; да и просто -- темная эльфийка являлась хорошим бойцом, а так же обладателем невероятной удачи, и тут не только игровая удача имелась в виду.

Выбор оказался верным, и воровка-дроу довольно легко вписалась в жизнь Взломанного Замка, а также в небольшую, но сплоченную общину игроков, которые несмотря на мнение большинства, предпочитали непредсказуемый океан скучной суше. Правда попервости у дроу едва не случился конфликт с игруньей по прозвищу Стрекоза, хозяйкой самого большого борделя во Взломанном Замке. Стрекозу несколько напрягли деловые повадки наглой как танк дроу, а так же десант из заготовок, что прибыл вместе с ней (разумеется богатый клан Драконов как мог ''упаковал'' своего агента, в том числе и специально купленными для этой миссии заготовками -- по понятным причинам отправить вместе с Карамелькой спецназовцев и эльфов-стрелков они не могли ). Причины беспокойства Стрекозы насчет заготовок были довольно просты: Стрекоза сама являлась крупным владельцем заготовок -- именно женщины-заготовки разных рас, фигур и цвета кожи составляли основной персонал ее заведения (по крайней мере на первых парах ) и лишь около четверти -- купленные с доходов рабы. Стрекоза чутко реагировала на спрос и потому выбор у нее всегда был максимально богат -- тем и брала, безжалостно давя конкурентов (остальные бордели на острове разорялись один за другим, бывало горели или в лучшем случае становились филиалами развратной империи Стрекозы).

Со временем дроу и эльфийка подружились: Карамелька не лезла в налаженный бизнес Стрекозы, мало того, пару раз поддержала ее в сложных ситуациях мечами своих бойцов-заготовок, а Стрекоза в свою очередь помогла подруге с кабаком и лавками, заодно став бесценным источником информации о местных делах.

Вспомни черта, а он тут как тут -- Стрекоза вихрем ворвалась в кабинет лучшей подруги и, согнав безответного Рари на кресло в углу, бухнулась напротив Карамельки.

-- Это правда?! - эльфийка по давней привычке теребила переброшенную на грудь косу. - Дикошарый правду сказал?! Ты на континент собралась?! Когда!? Почему!? Почему сейчас!? -

-- Ага, собралась, - подтвердила слова упомянутого игрока Карамелька -- запущенная ей деза начала гулять по ушам.

-- А что так неожиданно? -

-- Да нет, - пожала плечами Карамелька и солгала мастерски, по Станиславскому на 5, - давно об этом думала и вот собралась. Погуляю, развлекусь, отдохну, да и по нормальной земле хочется походить -- тебе разве нет? -

-- Иногда, - согласилась с ее словами Стрекоза. - Но дела не пускают, вот стану на острове монополистом, тогда можно и об отдыхе подумать. -

-- Каждому пирату п...да от Стрекозы, - грубо пошутила Карамелька. Ну что тут сказать? Местные нравы не могли на нее не повлиять.

-- Так и будет к концу года, - ничуть не обиделась на ее слова эльфийка.

-- Не сомневаюсь. -

-- Все-таки грустно что ты уезжаешь, - сентиментально вздохнула Стрекоза и тут же уже более деловым тоном поинтересовалась: - А как наши совместные дела с контрабандистами? -

-- Все в силе, только в ''штаб красной армии'' нужно зайти решить дела с Гиденом. -

Штабом Красной Армии здесь на острове называли отделение Гильдии Контрабандистов (разумеется гильдия не могла упустить такой вкусный участок как полный пиратов остров). Заправлял в отделении гильдии не непись, а игрок по имени Гиден Красный (отсюда и прозвание местного отделения), что-то где-то не поделивший с кучей игроков, прибившийся к контрабандистам и сейчас пережидавший пока уляжется шум -- довольно мутный тип, но очень полезный для основной миссии Карамельки.

-- А че ждать, - подскочила со стула Стрекоза и махнула рукой в сторону двери на открытую террасу, что по местной моде опоясывала все здание на уровне второго этажа, - вон он чапает, сейчас позову! -

Слова у Стрекозы не расходились с делом -- эльфийка как спортивного козла перемахнула стол (прикорнувшая змея-питомица едва успела убраться у нее из-под ног и раздраженно зашипела), метеором вырвалась на балкон-террасу, перегнулась через жалобно заскрипевшую балюстраду так, что ступни оторвались от земли, и заорала вниз на весь город:

-- Буденовец мелкий! А-уу !!! - Вполне респектабельный франтовато одетый полурослик аж подскочил от неожиданности, затем сморщился как от зубной боли и поднял глаза вверх.

Сверху на него ехидно пялилась черноволосая эльфийка, одетая по местной моде в белую рубашку из хлопка и такие же штаны. Впрочем если присмотреться и вообще знать куда смотреть, можно было заметить необычно высокое качество простеньких на вид вещей, и это если еще не знать о наложенных на одежду чарах и вышитой рунами подкладке с внутренней стороны -- тонкая ткань могла защитить не хуже чем полные рыцарские латы и отклонить серьезное боевое заклинание. Хотя напасть на хозяйку такой замечательной одежды, кроме того еще и ВОИНА, и жрицу Даготера вряд ли кто-либо решился, а если бы такой дурак и святотатец все же нашелся, то в тот же момент каждый пират -- ярый адепт Морского Князя, стал бы его врагом и жрице бога морей не пришлось бы марать рук.

-- Что тебе? - с недовольной миной на лице спросил у крикуньи контрабандист.

-- Зайди, у Ловкой к тебе дело есть. -

-- Потерпеть не может? Я вообще-то спешу. -

-- Не может, давай шевели поршнями и поднимайся! -

Недовольный Гиден был вынужден оставить охранника в общем зале кабака (тот в отличие от шефа был доволен) и подняться на второй этаж, а потом целых полчаса разбирать общие с девчонками дела, про себя костеря на чем свет внезапно заимевшую шило в попе дроу. Хотя к концу стихийного совещания он несколько успокоился -- ничего кардинального не менялось, просто вместо темной эльфийки будет ее раб, да и судя по всему сама Ловкая также не собиралась совсем уж забрасывать местные дела. Мысль в отсутствие попробовать ее наколоть как мелькнула, так и прошла: во-первых не даст Стрекоза, а во-вторых, как давно понял полурослик, Ловкая действовала не одна и за ней кто-то стоял, кто-то серьезный с деньгами и связями, в том числе и в его родной гильдии, и то что он так и не смог узнать кто лучше любых договоров, вооруженных головорезов-заготовок и преданных подруг охраняло интересы дроу.

В конце-концов все дела были решены и партнеры расстались к взаимному удовольствию, только Стрекоза немного дулась на подругу за то, что та так и не сказала когда уезжает, и не дала себя проводить, но как бы не была недовольна Стрекоза, она все же, как и Дикошарый недавно, постаралась предупредить дроу насчет ее дружка-капитана и его реакции на отъезд. А Карамельку ждало уже новое совещание в гораздо более расширенном составе -- на этот раз в кабинет вошли не друзья или деловые партнеры, а подчиненные: Рари -- кабатчик и ее доверенное лицо, приказчики трех лавок, один из которых к тому же заведовал общим складом в порту, два десятника от чернокожих бойцов и закутанный в плащ невысокий субтильный тип, проникший в кабинет незнамо как, но точно не через дверь.

Совещание подходило к концу, верней уже было закончено, и Карамелька открыла рот всех распустить, но не успела -- дверь кабинета распахнулась от мощного пинка и на сцене появился новый персонаж. Высокий статный мужчина в кожаной заплатанной одежде и с усыпанным жемчугом и драгоценными камнями клинком на боку обвел помещение властным взглядом голубых глаз и, найдя глазами хозяйку кабинета, небрежно бросил остальным:

-- Все вон. -

Управляющие лавок было подчинились и начали вставать, а вот кабатчик остался на месте и не подумал двинуться без приказа госпожи, встали и десятники, но не ушли, а положили ладони на рукояти мечей и застыли черными глыбами мышц по обеим сторонам стола.

Хозяин голубых глаз не привык к неисполнению отданных им приказов, его глаза начали темнеть, напоминая штормовое небо, а пальцы сжали рукоять кривого клинка и даже на ладонь выдвинули лезвие из ножен.

-- Вы знаете что делать, - поспешила погасить начинавшийся конфликт дроу, - можете оставить меня. -

Мужчина недовольно скривился, но все же убрал руку с клинка, убрали грабки от мечей и заготовки, а уже готовый бросить нож субтильный тип в плаще разочарованно спрятал метательный клинок в рукав и отступил в густую тень в углу кабинета, пират так и не узнал как сегодня была к нему близка смерть. Только Скоропея (питомица-змея) даже не пыталась играть в эти игры, а, глянув на все происходящее мудрым змеиным взглядом, вновь сунула сонную морду под кончик хвоста.

Через минуту хозяйка кабинета и голубоглазый остались наедине. Дроу двинулась ему навстречу, обходя стол и что-то говоря, но он не стал ее слушать -- как хищник одним стремительным броском кинулся вперед и сграбастал девушку в плен своих сильных рук. Дроу не сопротивлялась, сама впилась в его губы поцелуем, ногами взяв его талию в замок. Некоторое время они целовались: дроу как привыкла запустила пальцы в короткие волосы дружка, а голубоглазый Чума, пират и капитан, уверенно ласкал ладонями шоколадные бедра подружки. Вскоре последовало продолжение: мужчина посадил ее на стол, затем развернул к себе спиной, толкнув грудью и животом на гладкую поверхность, задрал на ней платье, недолго возился с завязками штанов и мощно вдвинулся своим немалым естеством в упругую и мокрую норку подружки.

Карамелька вскрикнула и вцепилась ладонями в край стола. Некоторое время она сдерживала себя, ощущая сильные казалось готовые разорвать ее толчки, потом начала стонать, после, уже не сдерживая себя, кричать в полный голос, вплетая свой крик в скрипение ножек стола и мужской рык за спиной. Тяжелый дубовый стол в кабинете ходил ходуном, в общий зал сыпалась пыль со второго этажа и доносились лишь слегка приглушенные стенами полные страсти крики.

Уже ближе к вечеру, лежа в постели на груди своего любимого мужчины, Карамелька всплакнула, прижавшись к нему мокрой щекой и стараясь его не разбудить. Нет, все было прекрасно, как впрочем и всегда -- ее пират вновь провел ее по всем кругам блаженства, заставил забыть саму себя, ''залил'' что называется до краев. Дроу плакала не поэтому, а потому что скорей всего все происходило в последний раз, и хотя думать так не было никаких особых причин, но интуиция в таких делах редко подводила Карамельку. Осознание неизбежной разлуки разрывало ей сердце и заставляло бороться с собой.

Влага на коже разбудила мужчину: капитан проснулся, прижал к себе тело подруги и подмял ее под себя, парочка отправилась на новый уже седьмой круг, за ним немедленно последовал восьмой уже на грани взаимно и одновременно истощившихся сил. Потом потные и усталые любовники просто лежали: болтали, целовались, пили вино, угощались фруктами из стоявшей на столике у постели чаши. Карамелька узнала что думает ее любимый, а так же остальные пиратские капитаны о неизвестных кораблях и поняла, что до него еще не дошли слухи о ее отъезде. Дроу так и не смогла сказать любовнику о скором расставании, не захотела портить момент и решила оставить письмо. Затем снова был секс: Карамелька разошлась и безжалостно выжимала мужчину до конца, прославленный капитан так же не подкачал и раз за разом вбивал ее в готовую вот-вот развалиться постель. Спустя какое-то время битва двух разгоряченных тел подошла к концу, и оба вновь провалились в довольный, усталый сон.

Через пару часов Карамелька проснулась и выглянула в окно -- ночь вступила в свои права, а значит ей пора было в путь. Но девушка не сумела отказать себе в последней радости и еще немного полежала, нежась в могучих объятьях на широкой покрытой нитями старых шрамов мужской груди.

История ее знакомства с Чумой была довольно банальной: вернувшийся из долгого похода пиратский капитан вместе с доброй половиной своей команды отправился в бордель, в лучший бордель на острове, увидел там красавицу-дроу и захотел ее на ночь. Разумеется Чума получил отказ от возмущенной Карамельки, которая не собиралась заниматься древнейшей профессией и находилась в заведении Стрекозы по торговым делам. Но вот что интересно, так сильно возмущалась Карамелька еще и потому, что красавец-капитан с небесно-голубыми глазами пришелся ей по душе, и в любой другой ситуации она была бы совсем не прочь, но позволить снять себя в борделе как шлюху...!? Карамелька перестала бы уважать сама себя, и в результате Чума был послан на много разных букв в разные весьма интересные места. Конфликт предотвратила опытная в таких делах Стрекоза, а так же к удивлению собственной команды сам оскорбленный капитан. Но история только начиналась: тем же вечером Чума пришел к Карамельке домой, пришел один без команды, пришел в лучшей своей сухопутной одежде и несколько наивно, на взгляд женщины 21-ого века, предложил дроу стать его и... Карамелька согласилась. За ней всегда водилась такая вот странная черта влюбляться вдруг, неожиданно и сразу, так же было и сейчас -- Карамелька влюбилась как кошка и то что она игрок, а предмет ее любви непись-пират ничего не могло изменить. Дроу нырнула в омут любви с головой и, если бы не частые отлучки любимого, могла бы и вовсе забросить все дела. К счастью прославленный по всему Южному океану пиратский капитан не мог не выходить в море и закруживший ее розовый туман на время отступал -- Карамелька со всей нерастраченной страстью бросалась в работу и явные, и тайные дела буквально горели у нее в руках: появлялись лавки, торговые партнеры, агенты и друзья среди контрабандистов, пиратов и купцов, пополнялась скрытая в тайнике картотека. А потом на Веселый остров возвращался тот, о ком дроу думала каждый день и каждую ночь, и на несколько суток мир вокруг переставал существовать.

Карамелька осторожно, стараясь не разбудить выскользнула из-под мужской руки, не удержалась и легко коснулась губами тыльной стороны ладони любимого, а потом соскользнула с постели на пол. Еще минуту девушка стояла босыми ногами на деревянном полу, рвала себе сердце, с любовью рассматривая столь родную фигуру на постели, потом мотнула головой, хлестнув себя волосами по щекам и, стряхнув вновь набежавшие слезы, отправилась в кабинет в чем была, то есть голышом. В спальне остался счастливый, уставший и спящий мужчина и женская одежда на софе.

-- Так, нужно добраться до кораблей, - думала загнавшая в глубину себя все переживания Карамелька, влезая в прошитый стальной нитью и усиленный металлическими вставками кожаный доспех. - Легенда на мое отсутствие подготовлена, проблем быть не должно. -

Особый не купленный, а сделанный под заказ воровской доспех ложился как вторая кожа, и с каждым надетым элементом движения воровки-дроу становились все точней, быстрей, экономней -- словно Карамелька надевала не только доспех, а другую личину, как змея оставив в соседней комнате старую -- личину содержательницы кабака, любовницы пиратского капитана, личину Ригли-Тиль-Ша по прозвищу Ловкая и надевала еще более старую, носимую задолго до Взломанного Замка. Почувствовав ее настроение проснулась питомица-змея и вопросительно уставилась на хозяйку. Короткий мысленный приказ и Скоропея отправилась ждать ее снаружи.

-- Так, меч, ножи, струна на месте, - Карамелька проверила свой арсенал, привычным движениям пробежавшись по рукоятям восьми кликов, убедилась что все они легко выходят из ножен и не стесняют движений. Особый вопрос -- удавка-струна, хотя скорее жгут из сотен сплетенных в одну структуру мифриловых нитей. Нитей столь тонких, что нить которую сплел паук показалась бы корабельным канатом в сравнении с гитарной струной. Удавка -- оружие даже не воров, а убийц тоже была под рукой и пустить ее в ход -- один момент.

Дроу проверила кармашки с зельями и встроенные в доспех амулеты, проверила щиты, дымовые, ослепляющие и боевые гранаты и прочий воровской арсенал -- все на месте, амулеты заряжены до упора, аналогично щиты. В общем-то Карамелька сама в свое время собирала весь надетый на нее комплект, потом сама его паковала и не доставала до этого дня и по идее могла бы не проверять, но все равно по вбитой Серединным миром привычке проверила на всякий пожарный. Потом пара быстрых и сухих строк спящему в соседней комнате любовнику и Карамелька, окончательно задавив в себе бабу, направилась к тайнику. Она больше ни разу не оглянулась ни в сторону спальни, ни на короткое письмо на столе.

Темная эльфийка не ожидала особых проблем на пути, но пиратская столица любила обижать беспечных людей, любила даже днем, что уж говорить про ночь. Во Взломанном Замке царил неприкрытый, лишь чуть-чуть подретушированный пиратскими понятиями закон силы и отсутствовали самые примитивные зачатки стражи или правоохранительной системы, как результат -- десятки мертвых, ограбленных, изнасилованных тел каждое утро. Тел могло быть больше, но черномазые рабы не упускали возможности разнообразить рацион. Иногда терпению пиратских капитанов и барыг-контрабандистов приходил конец (не столько даже из-за трупов, а когда грабили очередной склад), и пираты словно брали штурмом свой собственный город: устраивали облавы на воров, своих же опустившихся собратьев и разную шваль; свежевали слишком жирных рабов; считали зубы и ребра их хозяевам; сурово ''расспрашивали'' шлюх, требуя от них ''доказательств'' того что они не воровские подстилки; ну и между делом обыскивали на предмет украденных вещей и денег все лавки и кабаки без разбора и вообще переворачивали все вверх дном. На некоторое время Взломанный Замок замирал и словно пустел: не работали лавки и кабаки, закрывались бордели, а многие шлюхи лечились или спешили покинуть Веселый остров, что оказался для них не так уж весел, но затем все возвращалось на круги своя: завозили новых рабов, кабаки и лавки открывались, шлюхи вновь начинали давать, а по утрам на песке оставались мертвые тела (ну или части тел) -- город возвращался к своей обычной жизни и так до следующего раза. Именно потому сегодня ночью Карамелька была не одна -- десять одетых в кольчуги и шлемы телохранителей сопровождали ее на пути к гавани и кораблям, впрочем рядом с ней вернее чуть позади шло всего два, а остальные, разбившись на две четверки, двигались по параллельным улицам. Но не только питомица-змея и нарочитая охрана из черных воинов-заготовок сопровождала Карамельку в ее ночном путешествии -- 5 невысоких бесплотных теней скользили по крышам домов и чуть опережали основной отряд. Карамелька не видела и не слышала ''верхолазов'', но знала что они есть.

-- Вас ждут, - пришло ментальное сообщение от старшего той самой пятерки теней и тут же еще одно уже подлинней: - Мы насчитали 13 душ, но может быть больше, за вами тоже кто-то должен быть. У четверых арбалеты. Разбиты на три группы: центральная с арбалетами -- 7, левая -- 3, правая -- 3. Нет, к правой подвалило еще двое с арбалетами. -

Карамелька ничуть не удивилась комитету по встречи -- как уже было сказано ранее по Взломанному Замку опасно было гулять по ночам, да и у самой Карамельки хватало врагов, причем даже не столько ее, за три месяца она не успела отдавить много ног, а ее любовника-капитана ( один раз девушку пытались убить, один раз украсть) или Стрекозы (вот Стрекоза за год с лишним своей монопольной политики успела отдавить целую армию ног, и ее конкуренты готовы были на все, чтобы хоть как-то ослабить ее позиции). Получив сообщение дроу даже не сбилась с ноги, продолжая идти как шла, а про себя стремительно просчитывая варианты. Пара секунд и готовым ко всему теням на крышах ушел ее приказ:

-- Дайте им выстрелить и работайте по правой группе, потом проследите, чтоб ни один не ушел, свидетели нам тоже не нужны. -

-- Понял, - пришел лаконичный ответ, а Карамелька усилием воли активировала специальный амулет -- теперь десяток телохранителей уже не застать врасплох, а после она дополнительно вложилась в щиты, особенно щит против метательного оружия.

На секунду, полсекунды, едва уловимое мгновение закутанная в плащ фигура словно подернулась рябью разогретого воздуха и тут же все прошло -- троица продолжала двигаться вперед навстречу неизбежной схватке.

Карамелька ощутила притаившихся врагов: как маг почувствовала слабый отклик-ощущение живых тел впереди, на боковых улицах и позади (старший группы теней был прав), а как вор услышала шуршание кожи и звяканье металла. Тонкое обоняние дроу ощутило запах немытых тел, и за секунду до того как щелкнули рычаги арбалетов Карамелька поняла -- Сейчас!

Гоп-стоп -- не такое простое дело как может показаться со стороны, грабишь ли ты большой, повозок так на 50 караван с кучей приказчиков и охраны или машешь пером перед рожей лопоухого фраера в переулке, и 50, как минимум 50%, в этом деле играет неожиданность. Тот кого выставляют на бабки не должен ничего сообразить от самого начала до самого конца, ему ни в коем случае нельзя дать настроиться на драку, а с первых же самых важных секунд давить, пугать, унижать и если нужно убивать, тем самым на корню ломая даже зачатки сопротивления, подавляя волю и внушая мысль об обреченности любой борьбы. Если у тебя все получилось, то с бабками надо еще уйти -- эффект внезапного нападения может уже пройти, а жертва превратиться в охотника и мстителя. Именно поэтому грабители в любые времена, любых рас, стран, народов стараются, раз представилась возможность, нанести жертве как можно более длительный ущерб: вырубить, избить, порезать, унизить-опустить в собственных ее жертвы глазах и как самый верный, проверенный временем способ -- убить.

Примерно так и рассуждали местные романтики с большой дороги, тем более их обычные клиенты пираты, даже в пьяном угаре, даже расслабленные после постельных утех, в любом состоянии не терялись при виде обнаженных клинков, не расставались с оружием и всегда были готовы к драке, а значит арбалет самое лучшее решение -- с десяти шагов болт как промокашку пробьет легкую хлопковую рубашку и тело под ним. Да, эти конкретные грабители знали свое дело и знали пиратов, быть может потому что были одними из них. Не раз и не два менявшая амплуа часть одной из команд выходила на ночной промысел, и всегда им сопутствовал успех, а потом уже в кабаках среди возмущенных членов пиратского братства они громче всех кричали о том, что нужно вновь прижать вконец обнаглевших воров.

Шесть выстрелов почти в упор, по два на нос -- у жертв не было никаких шансов! По крайней мере так должно было бы быть, а даже если кто-то из них и выживет, то не отмашется от толпы из 24-х хороших бойцов. Но в эту ночь пиратам-грабителям впервые не повезло -- кусок оказался не по зубам и застрял у них в глотке....

Щит Карамельки не только без проблем отразил предназначенные ей болты, но и отклонил еще три слишком близко пролетевших -- в цель попал только один: с великим трудом пробил-протиснулся сквозь личный питаемый амулетом щит заготовки, на последнем издыхании раздвинул стальные звенья кольчуги, проколол кожу, слой мышц и пустил кровь, а вот ребро уже не смог пробить, хотя и сломал.

В обнажившую оружие троицу полетели метательные ножи, а за ними стремительные молчаливые фигуры -- восемь головорезов против троих, еще пять таких же перекрыли жертвам путь к бегству. В общем-то разбойников должно было быть больше, но двое из основной группы заряжали разряженные арбалеты, а из переулка, откуда должны были выскочит еще пять, доносилась подозрительная возня. Брошенные ножи как и болты пропали зря.

Карамелька сжала пальцы в кулак, и один из нападавших закричал так, что напугал собратьев по ремеслу: бандит посерел и схватился за сердце, а потом и вовсе упал, задергавшись в конвульсиях. Та же Карамелька махнула рукой -- сверкнула молния, и еще один пират с обугленным пятном на груди рухнул на песок. Тут же попытался подняться (хороший амулет отразил смертоносное заклинание), но не смог -- Скоропея вцепилась ему в рожу, и в дело вступил яд.

К чести разбойников-пиратов они не обосрались, поняв что против них маг, а лишь ускорили бег и сразу четверо из них бросились на невысокую фигуру в плаще, а двое занялись кольчужными здоровяками.

Первый из бандитов -- несколько оплывший в талии бородатый мужик с ходу и со всей немалой силой рубанул странно завертевшуюся фигуру в плаще, но к собственному удивлению промахнулся, не достав тяжелой саблей даже полы мелькнувшего плаща, зато сам плащ каким-то непостижимым образом оказался у него на голове. Ослепленный пират не успел сорвать тряпку с лица -- почувствовал подножку и боль в боку.

Дроу выпустила рукоять застрявшего в доспехе ножа и забыла про противника -- вряд ли с зазубренной сталью в печени он сможет встать и тем более сражаться, да и не даст привыкшая подчищать за хозяйкой питомица.

Второй пират попытался достать гибкую фигуру кистенем, но так же промахнулся и заорал -- короткий кривой клинок отсек ему кисть вместе с кожаной петлей. Больше в схватке этот пират участия не принимал -- баюкал и причитал над изувеченной рукой.

Третий из противников дроу ловко, носком сапога, швырнул ей в лицо песок и как розгой хлестнул ее длинной тонкой саблей.

Темная эльфийка увернулась от песка и отбила резкий и умелый сабельный удар своим клинком, но вот булава четвертого, негра с длинными руками, едва не влетела ей в башку.

Снова ударил обладатель сабли, и снова дроу отбила удар, но не чисто -- кончик изогнувшегося клинка чиркнул ее по плечу, не достал до доспеха, но заставил заискриться щит.

Вновь взмахнул булавой его черный напарник -- Карамелька нырнула под удар... и опять отбила ловкий сабельный клинок. Попыталась достать шустрого саблиста -- вновь булава, а затем пропущенный удар пяткой под дых от чернокожего дикаря -- Карамелька покатилась по песку, лишь доспех и щит уберегли ее от сильной травмы.

Саблист отвлекся на Скоропею (не убил, но ранил), и Карамелька хоть и не успела встать сумела прийти в себя.

В бою не на жизнь, а на смерть нет права на ошибку -- Карамелька поймала сабельный клинок в специальный захват-зубец на наруче и прямо с земли врезала слишком глубоко провалившемуся саблисту ногой в лицо. Пират получил перелом челюсти и, выпустив рукоять клинка, отвалил, а вот его напарник-дикарь подсуетился и со всей дури зафигачил по не сумевшей увернуться дроу булавой.

Карамелька отделалась лопнувшим щитом и не теряя времени врезала черномазому ногой по яйцам, подождала пока выронивший оружие противник согнется и, схватив его за связку амулетов на груди, крест на крест рубанула по лицу. Дернувшийся назад дикарь помог ей оказаться на ногах, и дроу бросила быстрый взгляд по сторонам, оценивая ситуацию.

Ловкий саблист неловко ворочался на песке, вцепившись обеими руками в челюсть, потерявший кисть по-дурацки пытался остановить хлещущую из обрубка кровь свободной рукой, черномазый умирал у ее ног и все слабее дергал ногами, а получивший нож в печень толстяк сумел сорвать плащ с лица, но встать уже не сумел -- укус в пах от Скоропеи сделал свое ядовитое дело. Двое ее непосредственных телохранителей рубились с одетыми в панцири умелыми бойцами. Пятерых перекрывших путь назад разбойников перехватила одна из четверок, и сейчас там шел бой, неравный бой пятерых против четверых, неравный по отношению к бандитам -- заготовки были явно сильней и уже нивелировали численное превосходство, прикончив двоих. Вторую четверку задержали четверо же пропущенных тенями бандитов, и пусть трое из тех бандитов были уже мертвы, но оставшийся в живых негр с двумя булавами стоил десятерых и на равных бился с тройкой бойцов-заготовок, а один из заготовок неподвижно лежал на песке.

Что происходило в проулке, где орудовали любители скакать по крышам, Карамелька видеть не могла, а вот то что двое не пошедших в рукопашную бандитов почти перезарядили свое оружие увидела и шагнула к ним, по пути наступив изувеченному саблисту на яйца и, когда он инстинктивно подался вперед, небрежно проехалась клинком по его лицу и многострадальной челюсти.

Как всякий ВОР Карамелька отлично метала ножи, и один из успевших перезарядиться налетчиков выронил оружие и сполз по стене с лезвием в глазу. Второй навел и нажал на рычаг, а потом с ругательством отбросил поврежденный арбалет -- брошенный дроу нож не пробил неплохой щит, но срикошетил и перерезал тетиву -- удачи хоть игровой, хоть нет, Карамельке было не занимать, а скорей делиться.

Новый нож от дроу: игрунья попыталась повторить недавний успех и достать доспешного врага в глаз. Вновь щит помешал ее планам и отклоненный нож бессильно отскочил от украшенного рунами панциря на груди.

Доспешный бандит шагнул вперед, доставая из-за спины свое оружие, и Карамелька принимая вызов скользнула к нему навстречу.

Оружие главаря бандитов, а это был именно главарь, заслуживало отдельного внимания: меч не меч, копье не копье -- похожее на косу лезвие больше метра в длину, грозный клинок насадили на метровую рукоять и заточили с обеих сторон. Тем что получилось в результате творчества неизвестных оружейников можно было одинаково хорошо рубить, колоть и резать то удлиняя, то укорачивая удар, использовать как копье, как двуручный меч, как саблю -- в общем грозное и непредсказуемое оружие, верный помощник для тех, кто сумел им овладеть, а главарь бандитов, он же второй помощник на пиратском корабле, сумел и владел им, если и не лучше всех на острове, то в первую десятку точно входил.

Тем временем обоерукий дикарь сумел свалить еще одного из заготовок, но сам к тому времени получил раны в живот, в плечо и в грудь. Плохие раны -- дикарь терял кровь, да и двигался уже не так шустро как раньше, хотя заготовок все же держал и постоянно атаковал. Вторая четверка заготовок не потеряла ни одного бойца и добивала последнего из своих врагов, вернее добивали только двое, а двое других спешили на помощь своей госпоже и остальным. Совсем плохо обстояли дела у жертвы единственного относительно удачного выстрела из арбалета: панцирник-бандит загнал его в угол и безжалостно добивал, доставая каждым вторым выпадом, лишь кольчуга и шлем пока сохраняли заготовке жизнь. Напарник подстреленного держался лучше, но все же не мог сломить сопротивление своего умелого врага и тоже пропустил пару плохих ударов.

Карамельке приходилось туго -- противник не подпускал дроу на длину ее короткого клинка, теснил, давил, постоянно пытался подсечь ноги.

Девушка скакала как коза, вертелась как юла и изгибалась как акробатка -- пока что бастард ее не доставал, но долго так продолжаться не могло. Сильно помогала Скоропея, черной молнией имитируя броски и отвлекая искусного грабителя-пирата на себя.

Из проулка одновременно вылетел короткий болт и скользнула здоровенная гораздо большая чем питомицы Карамельки змея, вернее змей: болт вошел в затылок мастеру булав, а как пружина распрямившийся змей молнией ударил в спину панцирника, что зажал израненного заготовку в углу. Второй панцирник отвлекся, и его противник не упустил свой шанс -- палаш разрубил панцирь в области плеча. Бандит еще пытался сопротивляться, но это была уже агония, тем более через пяток секунд он оказался один против трех.

Командир теней, единственный кто появился из проулка, попытался помочь вертящейся подобно ужу на сковородке девушке и, каким-то удивительным образом возникнув у последнего пирата за спиной, почти его достал длинным, похожим на японскую катану мечом, но именно почти -- пират не только сумел отбить удар, но и сам едва не развалил нового врага, одновременно все также умудряясь держать Карамельку на расстоянии.

-- Сама! - заорала взбешенная вмешательством дроу, и командир пятерки теней отступил, опустили короткие разборные луки его вновь оседлавшие крыши подчиненные, отступили воины-заготовки, отползла раненая Скоропея -- темная эльфийка и главарь остались один на один.

Карамелька не была самоуверенной дурой, ей не хотелось на респаун, и она прекрасно понимала -- сражаясь как воин, ей никогда не победить умельца-главаря, но вот какая штука: дроу и не была воином по классу, а была ВОРОМ, а у воров имелись особенные, специально заточенные против воинов примочки, и Карамелька вложила в них немало очков...

-- Оп!!! - и вместо доспешной девчонки перед ошарашенным противником возникло плоское словно нарисованное на бумаге изображение, только вот изображение атаковало и атаковало повернувшись так, что за ним невозможно было уследить.

-- Оп! - и неловко попытавшийся все же достать нестандартного врага главарь промахнулся, ударив не туда, а на возврате его клинок попал в ловушку -- Карамелька впервые позволила соприкоснуться своему ''каратышу'' и тяжелому клинку врага, поймала его в зажим-зазубрину на тыльной стороне и на короткое мгновение остановила клинок и сбила отточенный ритм противостоявшего ей мастера.

Девушка выпустила рукоять своего оружия и, всего на секунду ускорившись в несколько раз (спец-способность), как в танце обернулась вокруг руки замершего противника, совсем не танцевальным движением с подвывертом вонзила кулак ему в подмышку, а тонкий гибкий нож меж пластинами поясничного доспеха и тут же встала на мост, уходя от удара оправившегося от неожиданности главаря.

Казалось бы разбойнику ничего не стоит добить потерявшую основное оружие противницу, но главарь смог лишь отогнать гибкую дроу несколькими уже не такими ловкими как раньше взмахами лезвия-косы, причем каждое следующее движение теряло в резкости и скорости, сильно теряло. В конце-концов он оперся на меч как на посох, оперся одной лишь левой рукой, а правая, в подмышечную впадину которой пришелся удар девичьего кулачка, повисла безжизненной плетью.

Воин не только потерял одну из рук (лезвия-шипы на тыльной стороне латной перчатки перерезали ему связки), но и испытывал мутящую сознание боль -- сломанный в ране клинок жег его холодом и ворочался в теле словно живой. Пират-разбойник все же преодолел себя и, взявшись за рукоять у самого основания, попытался достать противницу в глубоком выпаде. Опытный боец потерял сознание от боли, уже нанося так и не достигший цели удар.

*

Очнулся воин от движения скатившегося с него тела. Осознал: на голове нет шлема и ощутил странное давление в горле, но на плечах у него все еще был доспех, а ладонь сжимала рукоять верного клинка. Воин приподнялся на руках, собираясь встретить свою судьбу и убить столько врагов, сколько сможет и тут же понял, он не может даже встать, не то что сражаться -- только что полное сил тело ломило от слабости и клонило вниз. Но воин держался, пытаясь перетерпеть, вынести эту непозволительную в данный момент слабость и преодолев ее встать. Вскоре он забыл о своем желании, забыл о врагах, о странном давлении в горле, у него в голове осталась лишь одна только мысль: удержаться, не дать согнуться рукам и бухнуться лицом в темно-красный песок, держаться сколько можно, держаться, держаться, держ...

*

Карамелька, уже не обращая внимания на главаря, вытерла окровавленное лезвие ножа о доспех и, подхватив по пути брошенный меч, направилась к своеобразному лазарету, который у стены одной из лачуг организовал старший теней.

-- Как парни? - Карамелька кивнула на четверых уже избавленных от кольчуг телохранителей.

-- Будут жить, - успокоил ее Дядя, тот самый лидер пятерки теней и хозяин здоровенного удава. - Зелья я им дал -- через час будут в порядке, жаль что они не эльфы -- было бы быстрей. Кинь парочку лечилок и что-нибудь для ускорения регенерации. -

Дроу послушалась и наложила на каждого исцеление и регенерацию. К сожалению чернокожие заготовки действительно были людьми и даже с помощью заклинаний им требовалось как минимум полчаса, чтобы прийти в норму, а вот ее питомица оправилась гораздо быстрей и через 5 минут забыла о ранах.

-- Твой-то как, - дядя кивнул на упершегося в землю руками главаря, - не встанет? -

-- Нет, - покачала головой Карамелька, мельком глянув в интерфейс, - он мертв -- очки за него уже пришли. -

-- Дивно, - поразился Дядя, - как будто сейчас отожмется или встанет. Сильный кадр был. Очков-то хоть много за него дали? -

-- Прилично, - не стала вдаваться в подробности Карамелька и, закончив с ранеными, последовала за Дядей, который заинтересованно рассматривал застывшего главаря.

Девятикратный -- игрок по прозвищу Дядя, представитель редкой расы тошта и еще более редкого доступного только тошта класса ''Скользящий в сумерках'', появился на Веселом острове одновременно с Карамелькой, но в отличие от дроу не сразу прописался во Взломанном Замке, а вместе со своим небольшим отрядом из четырех бойцов почти полмесяца ховался в окрестностях города и, даже когда перебрался в него, мало кто из обитателей пиратской столицы знал о новых городских жителях, что днем отсиживались в тайных комнатах принадлежавших дроу лавок, а ночью предпочитали не попадаться никому на глаза. Провернуть такой трюк было не то что бы легко, но Дядя справился, может и не идеально, но дальше редких слухов о странных ночных тенях дело не пошло. Даже друзья, партнеры и работники Карамельки толком ничего не знали ни о нем, ни о подчиненных ему бойцах: хозяева лавок были сурово предупреждены о молчании, да и боялись они всегда закутанных в плащи и выходящих только по ночам фигур, а друзья и партнеры (та же Стрекоза или Гиден Красный) знали только (хотя скорей догадывались), что у дроу есть отряд отборных бойцов, а вот кто они такие и сколько их не знал уже никто.

Чтобы понять как Дядя умудрился провернуть такой трюк, нужно подробнее остановиться на том, кто такие тошта и что это за класс ''скользящие в сумерках''.

Тошта -- внешне очень похожая на эльфов раса, но гораздо древней. Задолго до того как фейри были вынуждены изменить себя, тошта уже жили в Серединном мире. Немногочисленная раса никогда не пыталась бросить вызов фейри или кому-либо еще, а мирно и уединенно жила в небольших укрытых среди дремучих чащоб городках-полисах, пестуя свою самобытную культуру и может быть и не такую могучую и изощренную как у фейри, но собственную оригинальную расовую магию. Совсем спрятаться от мира тошта все же не могли, а помимо равнодушных к ним фейри в Серединном мире были и другие расы, и некоторые из них проявляли к отшельникам-тошта интерес, вполне определенный и совсем не добрый интерес. Но представители малочисленной расы всегда давали умелый отпор отрядам ли или целым армиям захватчиков, а потом точно так же ВСЕГДА приходили к ним домой и то что там творили обычно мирные тошта повергало в ужас даже не склонных к сантиментам фейри. Разумеется фейри легко смогли бы найти и уничтожить все немногочисленные города немногочисленной расы, а со временем и уничтожить их всех, но не желали: во-первых, тошта не были им ни врагами, ни конкурентами; во-вторых, даже исполняли полезную для фейри функцию -- многие из тех, кто могли бы конкурентами стать, сперва пробовали свои силы на тошта и как говорится срезались на взлете; ну и в-третьих, бесполезная в смысле выгоды война отняла бы много сил и ресурсов, а каждого тошта пришлось бы выслеживать как зверя, только вот тошта не звери, а умелые маги и бойцы, которым больше нечего было бы терять и которые несомненно стремились бы отомстить своим убийцам-фейри. Так ли посчитали древние фейри или не так, или у них были и другие причины -- доподлинно неизвестно, но вот факт: за всю историю этого мира воинственные фейри и жестокие если их побеспокоить тошта никогда не воевали друг с другом.

Менялся мир, ушла в небытие великая раса фейри, а вместо нее появилось несколько новых рас, самой многочисленной из которых стала раса эльфов, а тошта продолжали жить как жили и почти не росли в числе. Эльфы оказались глупей своих прародителей фейри, а может не глупей, а просто моложе, и во времена Второй Великой Империи огромная армия эльфов-имперцев вторглась в заповедные леса древней и никак не угрожавшей им расы. Первые среди наследников фейри рассчитывали на легкую победу, но началась жестокая, тяжелая и длившаяся многие сотни лет война, что послужила пусть и не главной, но одной из причин будущего падения очередной империи эльфов. Тошта пришлось измениться, навсегда оставить свои некогда лелеемые древние города и превратиться в лесных кочевников, которые бродили по всему миру и по всему же миру безжалостно резали своих врагов эльфов. Именно тогда среди тошта возникло сообщество лучших из лучших воинов -- ''скользящих в сумерках'' -- защитников гонимого народа и одновременно мстителей их гонителям, бесплотными тенями, несущими эльфам смерть даже если те прятались за стенами городов и мощных крепостей. Каждый тошта независимо от пола стремился пополнить ряды ''скользящих в сумерках'' и примерно у каждого пятого получалось, достаточно было принести старейшинам 100 эльфийских голов (мужских, женских, детских -- не важно) и съесть перед ликом богов 100 горячих еще бившихся эльфийских сердец.

*

Тот кто подумал бы что гоблины единственная в Серединном мире раса поедающая разумных существ, сильно бы ошибся -- это было не так сейчас и тем более было не так в гипотетическом сгенерированном при создании виртуального мира прошлом. Если даже в настоящем любителей закусить разумными было сколько хочешь, то в прошлом Серединного мира жрали буквально все, кто больше по бытовым мотивам (как например дварфы), кто по религиозным (как тошта), или жуткой смеси и того, и другого. Например, те же фейри тысячелетиями поедали своих врагов, и хотя со временем жуткий обычай ушел в прошлое, но воины фейри еще очень долго продолжали съедать сердца поверженных врагов и пить их кровь. Только на излете своей цивилизации фейри избавились от омерзительного обычая и... тут же сами канули в небытие.

Пришедшие им на смену эльфы, крылатые, природные вампиры, хопеши пережили краткий период позорного возрождения ужасной традиции в самой ее отвратительной форме (каннибализм), но по примеру предков нашли в себе силу и волю отринуть ее. И пусть до сих пор остались некоторые пережитки (природные вампиры продолжали пить кровь, а ледяные эльфы съедать сердца убитых врагов), но к тому что было раньше не было возврата, правда было одно единственное исключение из общего правила -- дроу, но не будем о грустном.

Похожая картина творилась и среди других рас: чем старше и цивилизованней был народ, тем меньше у него была тяга к поеданию разумных существ, конечно бывали исключения, но такие что только подтверждали это правило. Одна из древнейших рас, ровесники фейри, так и не вышедшие из полуживотного состояния тролли жрали всех и всегда и не особо задумывались над обоснованием необходимости поедания разумных существ. Примерно такой же продовольственной политики придерживались более молодые, но гораздо более развитые гоблины, а вот для огров или некоторых употреблявших оркских племен бытовой характер уже рядился в одежды религиозных обрядов. Такая же картина творилась и у варварских племен людей, а например, гнолы придумали сложный ритуал определения годной в пищу разумной добычи и так же строго как ортодоксальные евреи кашрута придерживались этого ритуала. Хотя случались и исключения, но ведь положа руку на сердце и многие евреи так любят на Новый Год под водочку ''кошерного'' поросенка с гречневой кашей.

*

Спустя долгие тысячи лет после падения Второй Великой Империи эльфов вражда между тошта и эльфами не то что ушла совсем, но утихла: тошта вели любимый ими замкнутый полукочевой образ жизни и все меньше из них шли по пути ''скользящих в сумерках'', а сами ''скользящие в сумерках'' в основном занимались охраной своего народа и не так строго придерживались правила про головы и сердца; поумневшие эльфы вернулись к политике предков-фейри и не беспокоили своих давних врагов, превратив ''скользящих в сумерках'' в героев страшных сказок и жутких легенд, и постепенно сами начали считать, что это всего-лишь сказки и легенды.

Ну эльфы могли поступать как им хотелось и думать все что взбредет в голову, тем более после всех испытаний тошта не намного превосходили почти исчезнувших фейри в числе, а вот взявший аватару из расы тошта игрок по имени Девятикратный вывернулся из кожи, но все же заимел класс ''скользящего в сумерках'', ради которого он в общем-то и взял не очень популярную среди игроков расу. Дядя, большой любитель фантастики, а точнее книг Генри Лайона Олди, руководствовался больше эстетическими соображениями, чем практическим расчетом и принес в образ ''скользящего в сумерках'' много своего, как например, меч-катану и боевого питона в качестве пета. Как бы то ни было Дядя мог дать сто очков вперед любому вору в проникновении куда угодно, а убийце в умении убивать. Под стать Дяде была и его команда: четыре безумно дорогих лесных эльфа-заготовки (когда Анариэль узнала сколько стоят выбранные Девятикратным заготовки, то встала насмерть, в ультимативной форме потребовав от Дяди обойтись чем- нибудь попроще, но Дядя не отступил, и после жуткого скандала стороны сошлись на компромиссном решении: половину стоимости вносит клан, а половину Дядя из собственного кармана). Действительно 30000 золотых за одного заготовку -- чересчур даже для разбогатевших Драконов, и добро бы какой-нибудь жуткий монстр, способный одним своим видом напугать целую армию, а тут за четыре хлипких даже для эльфов подростка 120 тысяч золотых -- Анариэль можно было понять. Но зато стоившие в несколько раз дороже своего веса в золоте заготовки могли почти все что и Дядя -- ''скользящий в сумерках'' 61-ого уровня. Ирония судьбы заключалась в том, что эльфы-заготовки значились как ''приносящие рассвет'', то есть особые специально тренированные воины, чьим предназначением была охота на тех самых давно считавшихся легендарными ''скользящих в сумерках''.

Вот так и появился этот отряд из игрока-скользящего в сумерках, который не то что не срубил 100 эльфийских голов и съел 100 эльфийских сердец, но даже не убил ни одного эльфа (за все время в Серединном мире как-то не сложилось) и четверых заготовок-приносящих рассвет, оказавшихся в подчинении у того, кого они должны, обязаны были убить, но кому как всякие заготовки были преданы всей душой. Невозможный, сказочный, противоречащий всем обычаям и представлениям как эльфов, так и тошта отряд, отряд, что сумел 3 месяца жить в густо населенном городе и практически никому не попасться на глаза.

-- Значит решено, - подвел итог краткого совещания Дядя и подбил руку главаря носком сапога -- главарь шлепнулся мордой в мокрый от крови песок и сразу перестал казаться живым. - Ты берешь всех целых черномазых и двигаешь к бухте, я пошлю с тобой одного своего проводить и потом доложить мне как вы дошли, а я тут приберусь и дотащу раненых до хаты, хотя они и сами через полчасика смогут мало-мало ползать.

-- Ты уж доведи их до самого кабака, - проявила заботу о подчиненных Карамелька.

-- Разумеется, - кивнул Дядя и, посмотрев ей за спину, возмущенно зашипел: - Вот ведь засранец! -

Речь шла о его питомце удаве по имени Зу. Пока хозяин был занят, удав позаботился о себе и, выбрав наиболее понравившегося ему пирата, заглотил его целиком и сейчас похожий скорее на мешок картошки чем на змею удав виновато и в тоже время с надеждой глядел на возмущенного его поведением хозяина.

-- Ну-ка срыгивай давай! - надежды питона не оправдались, и тяжело вздохнув Зу исполнил приказ, единым движением вывалив из невероятно широко растянувшейся пасти седого, живого (!!!) бандита с отрубленной кистью руки и безумными глазами. Весь покрытый желудочным соком пират тихонько заверещал и куда-то пополз, неловко суча ногами и целой рукой.

-- Может зря? - спросила у Дяди Карамелька. - Так и скормить их всех ему -- улики долой, нет тела, нет дела. -

-- Не получится, - отверг ее план Дядя, ударом ребра ладони по шее прекратив мучения несчастного верещавшего безумца. - Этого он бы дней пять переваривал, может и больше, дня три, если порубить на куски, а их тут 20. - Дядя брезгливо вытер испачканную ладонь о песок. - Мы их лучше тут на месте оберем, все ценное в сумки, половину разбросаем по округе, а половину тоже в сумки, должны войти. Потом выбросим где-нибудь за городом или вообще в воду раков... Тьфу! ...крабов кормить. Тут крабы хорошие, с чемодан размером. -

-- Знаю, - согласилась с товарищем дроу. Местные крабы действительно производили впечатление, а вот на вкус подкачали и всех крабов, что подавали в местных кабаках, привозили с других островов.

-- Давай уже, - поторопил Карамельку Дядя. - Мои только что прикончили трех черножопых рабов. -

-- Уже бегу, - Карамелька махнула рукой, и шестеро телохранителей тут же оказались на ногах. - Ты вроде бойца обещал? - дроу напомнила Дяде о его словах.

-- Стрига, - Дядя не то что не послал ментальное сообщение (хотя мог), но даже не повысил голос, - проводишь, если надо поможешь, потом ко мне. -

Карамелька метафорически сглотнула слюну -- бойцы Девятикратного стоили всех потраченных на них денег. Девушка попрощалась и вместе с телохранителями и питомицей одной плотной и готовой к бою группой продолжила прерванный путь, а по крышам их сопровождала невидимая, но смертельно опасная тень.

Минут через десять группа из семи бойцов и пета (восьми, если считать эльфа на крыше) достигла гавани, но не пошла к основной хорошо освещенной и людной даже в такое время стоянке лодок, а свернула в сторону от огней. Пара минут и вокруг пустой девственный пляж, даже без следов человеческих ног на песке.

Дроу зашла в воду по колено и вытянув руку произнесла заклинание -- с ладони сошло белое облачко. Облачко опустилось на накатывающую волну, замерло, выросло, уплотнилось, приобрело форму, и через минуту прибой потащил к берегу небольшую деревянную лодку с парой весел на дне.

Вскоре сотворенная колдовством лодка, жить которой ровно 24 часа, бодро бежала по волнам в открытый океан. Минут через 20 дроу приказала поменять курс, а еще через столько же показался первый из стоявших в гавани кораблей -- небольшая одномачтовая шхуна, так сразу и не поймешь пиратов или местных островных ''купцов'', впрочем это было не так важно, и заходившая со стороны моря лодка обошла шхуну по большой дуге. Еще один корабль на пути, на этот раз точно купец (можно даже без кавычек) -- большой пузатый корабль с двумя солидными мачтами и двумя рядами парусов. Потом была грозно сверкающая обитым бронзой тараном боевая октера (восьмирядная галера), а вот после нее показались нужные корабли.

Карамелька приказала гребцам притормозить и, усевшись на носу лодки в позу медитации, сосредоточилась, послав ментальный сигнал на самый большой из кораблей. Через пару секунд дроу получила ответ -- ее ждали...

Глава 4

Веселый остров. Бухта Слез.

Раннее утро (до восхода солнца).

''Кто рано встает, тому бог подает, а кто поздно встает, тому черт в жопу х..й сует''. Именно этой народной мудрости придерживался возглавлявший эскадру адмирал, тем более принесенные ночью сведения о планах обитателей Веселого острова просто не оставляли ему другого выхода, если конечно он желал в целости и сохранности довести куда нужно доверенные ему корабли.

И вот, еще до рассвета, так и не пополнив запасы продовольствия или воды ( все же для вида кое-что вчера успели погрузить), эскадра снялась с рейда и в абсолютной какой-то неестественной тишине устремилась к выходу из бухты. Причем командам удалось полностью скрыть подготовку к выходу, а благодаря наколдованной волне, корабли начали движение с голыми мачтами, то есть совсем без парусов. Паруса ставили на ходу и, когда вахтенные на соседних судах заметили четыре сияющих во тьме белых облака, корабли эскадры не только почти вышли из бухты, но и прибавляли в скорости с каждой минутой. Рассвет застал эскадру вдали от уже скрывшегося на горизонте острова на скорости в 12 узлов, причем вокруг на десятки морских миль (включая покинутую бухту) стоял почти полный штиль.

Корабли эскадры буквально летели по волнам, с каждой пройденной милей увеличивая свою фору в преддверии скорой и неизбежной погони -- пиратов с Веселого острова вряд ли сумеет надолго задержать штиль (работа адмирала-воздушника), а здешние моря, ветра и течения они знают намного лучше чем гости с другого конца Серединного мира.

Тем временем в каюте адмирала происходил интересный разговор: Карамелька уже закончила отчет по результатам своей трехмесячной ''командировки'' и просвещала внимавшее ей общество о том, какие планы пираты строят насчет них и что могут предпринять.

-- Вас еще не просчитали, - рассказывала Карамелька, - команды ведь толком не ''попаслись'' в борделях и тавернах, но все равно нашелся какой-то болтун и они знают про магов и воинов, как и то, что и тех и других на кораблях полно, - отвечавшая за погрузку Юла морщилась при каждом слове дроу и нет-нет виновато поглядывала на адмирала. - Знают и про то, что корабли недавно прошли капитальный ремонт и что половина команды моряков -- салаги.

-- Ни че себе себе не просчитали! - звучно хлопнул себя ладонью по бедру Колобок. - Да они почти все знают, кроме пункта назначения! -

-- Лопухнулись вы, - не упустила возможности воткнуть шпильку Карамелька, но сама же добавила половник меду в бочку с дегтем: - Но вот про наших палубных авиаторов (кивок на Колобка) ничего не знают, как и про то, сколько мы можем по настоящему выжать тоже (реверанс в сторону адмирала и Русалочки). Да и про воинов и магов -- только то, что их много, а насколько много, какие это воины и маги и что они могут не знают.

-- Может уйдем? - с надеждой спросила Русалочка. Недавний бой в пещерах троглодитов с большой, просто гигантской лихвой удовлетворил все ее потребности в битве. - Вон какая у нас фора, да еще штиль. -

-- Фора конечно хорошо, - задумчиво произнес адмирал, - но по словам нашей Маты Хари почти все их корабли имеют весла вдобавок к парусам, а те кто не имеют, имеют мага на борту. -

-- Значит нас им уже не догнать, - сделала скоропалительный вывод Лауриндиэ. Она вопросительно взглянула на адмирала: - Ну если у них не получится твой штиль полностью снять? - Адмирал пожал плечами. - На веслах галеры могут дать не больше двух-трех, ну четырех узлов, в бою больше, но ведь у нас не бой, а погоня -- часами и на 6-7-ми узлах не погребешь, а нужно 12-15. -

-- Маги могут быть и на галерах, - напомнил адмирал.

-- Обязательно будут, - поддакнула темная эльфийка.

-- Да и не нужно идти на веслах все время, а только пока не кончится зона штиля -- полчаса-час. Потом, учи матчасть, - продолжил адмирал: - У здешних галер походная скорость до пяти узлов, а боевая с семи только начинается. Не у всех и не везде, но у пиратов точно. И разумеется зелья -- не только мы можем на них ''присесть''. Дороговато, но пираты ребяты состоятельные, смогут себе позволить, опять же маги. Кстати! - вновь обратился к дроу адмирал: - Как у них с магией? Какого уровня маги? -

-- Середнячки, примерно как я, плюс-минус. - Дроу трезво оценивала свои возможности мага и не считала себя ровней адмиралу или тем более Русалочке.

-- Ну вот, значит неплохие у них маги, - польстил (и заслуженно) Карамельке адмирал. - Еще меня смущает озвученная тобой милая пиратская привычка -- цеплять корабли к морским змеям. Сколько говоришь они с таким локомотивом могут дать? -

-- От размеров корабля и змея зависит, в среднем до 20 узлов. Среди пиратов говорили и больше бывает, но тогда есть риск развалиться или перевернуться. Но тут нам может повезти -- змеи не всегда отзываются на зов, или их просто не будет в окрестностях, бывает маги призвать призовут, но не справятся, разозленная змеюка может и напасть, тогда держись -- погони точно не будет. В любом случае больше 4-х змей вряд ли удастся призвать -- это не стайные животные. -

-- Значит 4 корабля максимум, остальные под парусами и на веслах. Теперь что ты там говорила насчет связи между пиратами и про 37 кораблей в море? -

-- Пиратские маги могут поддерживать связь, хотя тут все от силы конкретного мага зависит. А кораблей действительно 37 в море, из тех что постоянно якорятся на Веселом острове, про тех кто заходит временами, а якорится в другом месте не скажу. Скажу только: за последнюю неделю заходило 28 чужих пирата, 21 ушел в море до вашего прихода, соответственно 7 стояли когда вы вошли в бухту, а сколько их поблизости честно не знаю, да и никто не знает. -

-- Понятно, - кивнул и задумался адмирал, а пока он думал, Русалочка спросила у Карамельки: - Как там Дядя и его ''золотые мальчики'' (самые дорогие заготовки в клане)? -

-- Цветут и пахнут! Дядя со мной целую стопку тетрадей послал для Отличницы (Исилиэль). Как на остров прибудем, нужно будет не забыть переслать в цитадель. -

-- Для школы? - прошамкал скусошничавший Колобок.

-- Ага, для нее: учебные планы, распорядок занятий и план здания -- Дядя хорошо погорбатился в свободное дневное время. -

-- Значит так! - легонько прихлопнул ладонью по столу адмирал. - Нас могут попробовать перехватить и задержать, не все 37, но 1-2-3 вполне могут оказаться у нас на пути, могут и две такие группы по очереди, вряд ли больше. Если такое случится, то их нужно обязательно топить и в темпе -- не стоит тянуть их за собой, но и время терять негоже. Если нас догоняет оседлавшие морских змеев, то их тоже нужно будет утопить и тоже всех и побыстрее. Русалочка, готовь масштабную зыбкую кожу и ледяной туман, когда уйдем от оживленных путей, сделаешь за нами, а я подгоню вихрей и закручу шторм. -

-- А получится? Мы ведь только в теории это считали, на практике ни разу. -

-- Вот и узнаем. Если повезет, пираты нас не догонят до бури. -

-- Нам итак в этом путешествии везло, - пробормотала Юла. Адмирал ничего на это не сказал, но в мыслях согласился с командиром абордажной команды.

-- Так, Юла, проинформируй Тралла: пусть передаст на остальные корабли готовиться к бою, потом к буре, ну и сама тоже готовь своих. - Лауриндиэ кивнула и, одним глотком прикончив бокал, отправилась на выход. - Русалочка, готовь заклинания для бури, Пауля -- для боя, и дополнительно что-нибудь типа этих фиолетовых угрей -- они хорошо себя показали. -

-- Сделаю, - и не подумала вставать Русалочка -- со всем о чем ее попросил адмирал можно было справиться и в каюте, не вылезая из-за накрытого стола.

-- Колобок, тоже готовься: все что нужно против кораблей, ты лучше меня знаешь что. -

-- Будет, - неторопливо встал старший над грифоньими всадниками. - Попробуем разные типы зажигалок, меня Самоделкин (Морнэмир) просил разные испытать. Еще свинцовые шары испробуем, по идее должны две-три палубы прошивать насквозь. -

-- Карамелька, наша с Русалочкой каюта и слуги в твоем распоряжении: спи, отдыхай, набирайся сил. Будет что-то серьезное, тебя позовут. -

-- Да я не то чтобы устала, лучше с вами на палубе постою, - Карамельке действительно не очень хотелось отдыхать, а хотелось поближе познакомиться с первыми кораблями клана.

-- Дело твое, - пожал плечами адмирал, служанка подала ему меч и плащ, а зомби готовился помочь с сапогами. - Но на твоем месте я все же бы отдохнул -- ближайшие несколько часов не будет ничего интересного, обычная рутина, а вот потом могут понадобиться силы. -

-- Оставайся, - толкнула дроу в плечо Русалочка. - Расскажешь мне о пиратском житье-бытье. -

-- Ладно, - согласилась с доводами адмирала темная эльфийка.

Адмирал удовлетворенно кивнул и одев сапоги вышел вслед за Юлой и Колобком. Последнее что слышал адмирал, как Карамелька в красках расписывает своего любовника-капитана и как восхищенно охает Эариэль.

Пять часов спустя.

-- А вот и комитет по встрече, - подумал адмирал, получив сообщение от патрульной двойки летунов. - Все-таки местные пираты наглецы, но и храбрецы тоже -- выходить на двух небольших суденышках против эскадры из четырех больших кораблей! Да у меня даже на ''Бродяге'', самом маленьком из всех, людей столько же сколько на них обоих. Не наглецы и не храбрецы -- безумцы! Неужели они рассчитывают связать нас боем до подхода своих?! Психи с железными яйцами, как только не звенят при ходьбе! -

В любом случае, что бы адмирал не думал о душевном здоровье пиратов, отнесся он к ним достаточно серьезно: на все корабли ушел сигнал приготовиться к бою, с палуб взлетели шесть остальных грифонов, а из глубин флагмана полезла наверх абордажная команда и эльфы-стрелки. Минут через десять флагман и остальные корабли эскадры были полностью готовы, вскоре показались и пираты -- две небольшие одномачтовые галеры, что нагло шли эскадре наперерез.

Тем временем Драконы закончили выстраиваться уступом и обеспечили себе хороший носовой обзор.

-- Колобок, твой левый, пошел! - скомандовал летунам адмирал и тут же отдал приказ магам своего корабля и через сигнальщиков магам других: - Все на нос, ждать сигнала, ударим одновременно, бить только по правому.

Маги еще спешили занять указанные места, как по ходу раздался страшный грохот -- грифоньи всадники первыми вступили в бой и сразу же размочили счет. Колобок даже немного перестарался (воспоминания о гигантской лягушке были еще свежи) и обрушил на небольшую галеру столько огня, что хватило бы сжечь десяток таких, да и щитов у пиратов не оказалось НИ-КА-КИХ.

Не оплошали и маги: 42 очень неплохих мага ударили одновременно и правый кораблик был буквально сметен в горящие куски дерева и разлетавшиеся по ветру обрывки парусов -- по-видимому щитов не было и у него, а даже если что-то и было, то не помогло.

-- Что тут у вас за шум? - поинтересовалась поднявшаяся на голову (мостик) вместе с Карамелькой Русалочка. Девушки подоспели к шапочному разбору и недоуменно оглядывались по сторонам.

-- Все уже, - озвучил очевидное адмирал, кивнув на горящее море по ходу движения кораблей. Колобок действительно перестарался и двум из четырех кораблей эскадры пришлось обходить и не думавшее утихать пламя ( соленая вода океана горела еще полчаса). Адмирал ошибся и через несколько минут ему пришло ментальное сообщение от летунов. Колобок не был особым искусником в ментальных разделах магии, и адмирал с трудом понял, что '' О..н пар север, за..д идет 10 у... '' значит, что с северо-запада на 10-ти узлах идет один парусный корабль. Но все же довольно быстро догадался и послал уже свое гораздо более качественное сообщение.

Восьмерка летунов рванула в сторону пока невидимого корабля, у адмирала же мелькнула запоздалая мысль: вдруг это не пират, а какой-нибудь купец, но возвращать грифонов он не стал -- нет времени разбираться, если купец, то ему не повезло, а вот если пират, то будет очень плохо, если он сможет повиснуть у них на хвосте и наводить своих дружков.

Грифоньи всадники не оплошали и в этот раз -- без проблем утопили парусник, ну а через полчаса успокоилась и совесть адмирала -- вернувшийся на флагман Колобок подтвердил, что парусник несомненно был пиратский.

Три с небольшим часа спустя.

-- Я готова, можно начинать, - сообщила адмиралу его подруга. Эскадра уже покинула оживленные места и удалялась в дикие полные опасностей нехоженые воды. Разумеется адмирал не сразу лег на ведущий к цели их похода курс и эскадре еще несколько раз придется его менять, но как бы то ни было, они вышли на финишную прямую и до будущей базы оставалось 3-4, от силы 5 дней чистого океана без остановок и встреч (если повезет).

-- Дава... - адмирал не успел дать разрешение готовой запустить процесс создания бури Русалочке -- пришло сообщение от Колобка:

-- 4 дол...ба на змеях, быстро 20-30 у..ов, д...гоняют! - За время похода адмирал приноровился его понимать, понял и теперь и не смог удержать слова на языке:

-- Гандольеры уе..ные, рас..пи..ые б...и! Чуть-чуть ведь не хватило! - И тут же повинился перед ошарашенно взиравшей на него подружкой, в лицо которой он и выплеснул прорвавшееся словами раздражение: - Прошу прощение за мой французский. С бурей придется погодить -- у нас очередные гости. -

-- Что, все-таки змеев оседлали!? - первой догадалась Карамелька. Адмирал раздраженно кивнул.

-- Но они никак не могли нас сегодня догнать, даже на двадцати узлах! - непонимающе посмотрел на адмирала первый помощник (Тралл) и пояснил: - Я ведь посчитал: мы идем на 12-14 узлах, даже если они в темпе собрали морячков по борделям и кабакам, протрезвили их, загрузили припасы, подготовили корабли к плаванью, призвали змеев, сумели их поставить под поводья и кинулись в погоню через скажем 3-4 часа, хоть убейте не верю в такую оперативность, но допустим, то догнали бы нас только к вечеру и то, если бы точно знали куда мы идем. -

-- Они идут быстрей, - пояснил адмирал.

-- А еще есть способы срезать путь, - приковала к себе внимание Карамелька, - примерно как Дримм в лесу с тропами квелья или эльфы-рейнджеры с лесными дорогами, только для моря-океана. -

-- Почему я не знаю?! - тут же вскинулся адмирал, оглядев лица соратников, Русалочка и Тралл тоже недоумевали, а Юле было не до этого -- она свесилась через перила и отдавала приказы кому-то на палубе.

-- А я откуда знаю? - пожала плечами Карамелька. - Что такие вещи есть, знают все, - тут она поправилась, - по крайней мере я так думала -- информация ведь не секретная, каждый моряк об этом знает. А вот как на эти пути выходить, посторонним не говорят и в каждой местности они свои. -

-- Значит мой косяк, - не стал снимать с себя ответственности адмирал, - не поинтересовался и не услышал. Самое обидное, ведь можно было такое предположить. -

-- Да ладно, я ведь тоже ни сном, ни духом, - высказался Тралл.

-- Я тоже, - Русалочка положила руку на плечо адмирала и сделала большие глаза готовой схохмить Карамельке.

-- Ладно! - встряхнулся адмирал. - Позже обсудим, а пока готовиться к бою! -

-- Может не надо боя? Пусть грифоны поработают, они неплохо справляются с кораблями, и мы вроде бурю хотели устроить. Давай устроим! - внесла предложение Русалочка.

-- Нет, - категорически отверг предложение адмирал. - Грифоны хорошо отработали, теперь и наш черед -- нужно учиться. Попробуем абордаж: посмотрим как у нас получится, возьмем добычу, карты, судовые журналы и языков. Потом поспрошаем их насчет этих самых водных путей или как там они здесь называются, заодно и узнаем. Юла, ты слышала? Карты, журнал и языки, лучше несколько. Тралл, передай тоже самое на другие корабли, ну и готовиться к бою и повороту. -

Четверка пиратских кораблей очень быстро догнала сильно уступающую им в скорости эскадру, и как только принявшие вызов Драконы начали разворот, спустили с поводьев своих ''скакунов'', некоторое время летели по инерции, а потом почти одновременно хлестнули воду веслами.

Морские змеи -- огромные злобные твари серо-синего цвета, понеслись на не закончившие разворот корабли. Причем неслись разъяренные монстры просто таки с чудовищной скоростью, ведь корпуса пиратских судов больше не тормозили их мощь. Минута-другая и вполне способные перевернуть корабль твари достигли бы желанной (навязанной призвавшими их магами) цели, но морским хищникам помешали: двоих как будто слизнуло с поверхности воды и утянуло в глубину -- постарался Русалочкин маунт и взял половину на себя; оставшихся змеев встретили Русалочкины же фиолетовые угри, и хоть порождения водной магии и не могли убить огромных по сравнению с ними морских монстров, но задержать сумели, а большего было и не нужно.

Вокруг с аппетитом поедавших угрей змеев почти одновременно упали 3 капли промертвевшей воды, а на самих чудовищ несколько мощных заклятий парализации. Капли как им и положено начали расти, сливаясь в одно уже не маленькое озеро несущей смерть всему живому жидкости, что же касается парализации, то тут в отличие от случая с фрог-хта все сработало как надо, и на пару минут морские змеи потеряли подвижность и потому не сумели избежать своей судьбы.

Пираты сильно впечатлились столь быстрой расправой над столь могучими существами, но даже не подумали отступить и все также неслись вперед на идущих им в лоб Драконов. С обеих эскадр ударили маги и над всеми кораблями что с той, что с другой стороны вспыхнули магические щиты. Все-таки маги игроков были лучше, да и численное превосходство было на их стороне, и вскоре поток боевых заклинаний с пиратских кораблей практически иссяк -- маги пиратов бросили все силы на щиты.

Капитаны пиратов поставили все на таран и отсутствие таранов у кусачей добычи. Перетерпеть, выдержать пару минут и обшитые медью бревна как ножи плоть вспорят беззащитные борта, ну а потом привычный абордаж тонущих судов -- неплохой план. Хотя имелось одно слабое место, одно НО -- маги Драконов оказались уж слишком сильны.

Жопогрейки (банки) пиратского корабля мгновенно покрылись вонючим дерьмом, тем самым кровавым дерьмом, что хлынуло из задниц одновременно обосравшихся гребцов, туда же хлынула чистая кровь из ушей и носа и туда же рухнули многие не выдержавшие дикой головной боли невольные ''засранцы'', а те кто сумел остаться в сознании, по известным причинам не могли грести.

Весла другого пирата покрылись черными короткими шипам -- одна самая маленькая царапина -- судороги, розово-черная рвота и смерть.

Лед, толстый голубоватый лед сковал корпус резко осевшего в воду и сбросившего скорость корабля. Дерево жопогреек, палубы и кожи (рангоут) уподобилось металлу на морозе: ломалось и жгло привычные к жаре тела даже сквозь одежду.

Здоровенный гребец-пират дико закричал и сам собственными руками вырвал себе глаза, а затем бросился на товарищей. Борт где это произошло перестал грести и корабль повело, ведь другой продолжал делать свою работу. Только сумели успокоить сошедшего с ума безумца (восемь ножей в разные части тела), как стрелок на марсе начал пускать стрелы в своих, отдавая предпочтение все тем же гребцам. Как только сняли стрелка, в брюхе (трюме) корабля начался пожар, а с парусов вниз потекли потоки крови -- чрезвычайно достоверные, но не способные причинить реального вреда иллюзии надолго отвлекли экипаж.

Все пиратские корабли замедлили многочисленные подушки сильно уплотнившегося воздуха, и странные волны, что били в нос и будто сотнями цепких рук хватались за корму, вырывали весла из рук, перехлестывали через фальшборт, пытаясь утянуть гребцов за собой.

Роли поменялись: теперь не пираты шли на таран, а высокобортные Драконьи корабли брали их на абордаж, и на открывшиеся как ладони палубы низких по сравнению с Драконами пиратских галер полетели гранаты и стрелы с болтами, а затем хлынули усиленные спецназовцами рейды игроков и абордажники-заготовки из морских людей.

И все же пираты дрались, дрались так как умели -- самозабвенно и яростно не жалея ни себя, ни врагов и ничуть не пугаясь их численного превосходства.

Карамелька спрыгнула на палубу знакомого ей корабля и еще в воздухе успела отправить в полет два метательных ножа. Мускулистый полуголый пират с обломком стрелы в плече тут же попытался развалить ее топором, но дроу с присущей всем эльфам ловкостью вывернулась из-под сильного, но слишком медленного удара и тут же резанула провалившегося вслед за своим оружием здоровяка обратной зазубренной стороной своего меча. Следующий пират получил пинок по яйцам и кончиком клинка по глазам, другой -- удар в спину от буквально размазывающейся в воздухе воровки (всех подранков оперативно добила Скоропея). Карамелька чуть отклонила корпус, впритирку к телу пропуская арбалетную стрелу, и встретила нового врага, пожилого одноглазого пирата с двумя саблями в руках.

-- Я говорил Чуме тебе не доверять! - выкрикнул между ударами одноглазый. - Разве можно доверять дроу, да еще сучке-дроу! - Карамелька ничего не ответила на слова знакомого по Взломанному Замку пирата, а сосредоточилась на бое: сумела увернуться и отбить первый натиск, затем сама перешла в наступление и поймала в ловушку наруча один из клинков. Быстрое-умелое движение руки, а также всего тела и сабля сломалась у рукояти.

Пират тут же попытался наказать дроу, но не сумел -- единственная оставшаяся сабля встретила короткий эльфийский клинок, ну а дроу пробила с разворота ногой по корпусу.

-- Сука! - отброшенный к фальшборту пират с трудом сумел разогнуться и вновь начать дышать. По прокушенной губе бежала кровь, как и по разбитому о фальшборт затылку, каждое движение причиняло ему боль, но все же пират готовился продолжить бой, свой последний бой и крепко сжимал рукоять сабли в руке.

Карамелька поигрывая клинком двинулась к нему, чтобы закончить то что начала. Дроу не нужно было беспокоиться о своей спине и на что-то отвлекаться -- спрыгнувшая вслед за хозяйкой шестерка вооруженных щитами и мечами черных заготовок присоединилась к прикрывавшей ее спину питомице, и Карамелька могла полностью сосредоточиться на враге.

-- Не я, так Чума тебя прикончит, черножопая б..дь! - сказал свои последние слова знакомец и как ему казалось хитро попытался подрезать нижней атакой слишком далеко выставленную ногу. Пират так и не успел понять что это ловушка -- рухнул с проломленным виском.

Тем временем бой на каждом из пиратских кораблей набирал обороты и первоначальный, достигнутый с помощью магии, гранат и стрел успех разбивался о яростное сопротивление привычных к абордажной схватке пиратов, лучших из лучших бойцов Веселого острова (именно таким доверили морских змеев и усилили сильнейшими бойцами других команд).

-- Где же все-таки Чума? - задумалась Карамелька, оглядывая кипящую на палубе битву из-за спин своей шестерки. Дроу не удержалась увидев момент и метнула нож. - Наверное там, где жарче всего, - приняла решение дроу и помогла своей шестерке справиться с парой наскочивших на них умелых бойцов.

Радужно вспыхнул щит Карамельки, и вполне реальным пламенем полыхнули щиты в руках у ее бойцов -- один из еще живых пиратских магов попробовал ее на прочность. Карамелька ударила в ответ и так совпало, что ударила не только она: несколько стрел от эльфов-стрелков и заклинания от трех разных магов (включая Карамельку) буквально размазали пиратского мага по палубе. Ну а дроу и ее команда пошли вперед, мощным тараном рассекая кипящую схватку и приближаясь к тому месту, где она кипела яростней всего. Под прикрытием доспешной полудюжины с длинными мечами она наконец сумела попрактиковаться во втором классе и действовала как чистый маг, но иногда все же срывалась и метала ножи, всегда удачно. Скоропея тоже не теряла времени зря и, используя заготовок как передвижное укрепление, делала частые вылазки-броски -- немало пиратов получили укус ядовитых клыков в щиколотку, голень или стопу.

Карамелька не ошиблась и обнаружила своего капитана точно там где и думала: Чума собрал вокруг себя лучших бойцов и вместе с ними давал прикурить как игрокам, так и абордажникам-заготовкам. Еще до того как группа дроу сумела протолкаться к этой части корабля, Чума потерял большую часть своих бойцов, но сумел положить целый рейд и какой рейд -- рейд самого Тралла (двух воинов, друида и мага), теперь же крутился с Юлой. От магии прославленного капитана защищали многочисленные амулеты, а от стрел -- доспехи и скорость (не раз и не два эльфийские стрелы уходили в рикошет или бессильно и вскользь царапали заговоренный металл доспеха). Немногие воины-игроки или неписи могли сражаться с Лауриндиэ-Юлой на равных, и пиратский капитан явно входил в их число, по крайней мере его изогнутый клинок успевал за двумя клинками эльфийки, и даже больше -- не только успевал, а уже дважды прорвался сквозь них и не сильно, но обидно достал сплоховавшую Юлу. Лауриндиэ стоило бы отступить или по крайней мере принять помощь, но гордая игрунья что называется закусила удила и рычала на любого, кто осмеливался соваться. Рыкнула и на Карамельку, когда та попыталась достать Чуму по ногам.

Но дроу не обратила на рык эльфийки ни малейшего внимания и, ели вывернувшись из-под клинка Чумы, ударила уже магией, потом бросила очередной нож, попыталась сделать подсечку из нижней стойки, снова достать его мечом -- все ее попытки-наскоки закончились неудачей и Карамельке пришлось отвлечься на пирата с широким обоюдоострым клинком.

Не вовремя вмешавшегося пирата прикончил один из заготовок (рубанул по спине мечом), и она сумела вернуться к схватке. На этот раз Юла приняла ее помощь более благосклонно -- больно уж жал Чума. Девчонки не сговариваясь закрутили вокруг пиратского капитана синхронную карусель из атак и отскоков, а так же использовали все свои навыки и умения, все что могли.

В какой-то момент изогнутый меч пирата сорвал с Карамельки глухой шлем-маску, и Чума увидел лицо дроу, знакомое до малейшей складки у губ лицо любимой, всего на секунду застыл, пораженный открывшимся зрелищем, и тут же получил клинок от не упустившей шанса Юлы.

Уже оскалившаяся в предчувствии победы Лауриндиэ попыталась закончить дело, и второй ее клинок устремился к лицу пирата, но встретил меч. Юла совершила ошибку и не выпустила вошедший в тело клинок -- опомнившийся Чума сумел навязать ей прямую борьбу скрещенных мечей и не только навязал, но и сумел в ней победить -- по палубе покатилась срезанная женская голова.

Еще прежде чем тело Лауриндиэ упало на залитые кровью доски, Чума обернулся, ища глазами свою бывшую любовницу, предательницу-дроу, и получил в глаза распыленную в воздухе пыль -- закашлялся, ослеп и попытался вслепую достать гибкую фигуру -- промахнулся, хотя и был близок.

Карамелька кубарем прокатилась под свистнувшим над ней лезвием и выбросила ногу, метя в рукоять наполовину вошедшего в бок Чумы клинка -- попала и по яблоко вогнала его в тело. Дроу тут же откатилась -- в то место, где она только что была, вонзился изогнутый меч, вонзился так, что прочная палуба брызнула щепой и пошла трещиной не меньше чем на метр в обе стороны от глубоко ушедшего в нее клинка.

Все еще слепой капитан несмотря на рвущую внутренности сталь попытался вытащить увязшее в дереве оружие -- не сумел, но зато слепота не помешала ему встретить кинжалом гибкое тело питомицы-змеи и мощным взмахом клинка разорвать Скоропею на куски. Все же пират потерял время, и когда он вновь потянулся за мечом, Карамелька ударила воздушным кулаком!

Амулеты вновь защитили пирата, но не до конца -- его все же отбросило от желанного клинка. Впрочем отбросило не далеко и лидер пиратов вновь упрямо кинулся к своему оружию.

Дроу ударила его обеими ногами в прыжке, а затем бросилась на рухнувшее на палубу тело.

И все же Чума, один из славнейших пиратов Южного океана, гроза прибрежных стран и городов, был невероятно силен и даже с клинком внутри тела сумел перехватить вооруженную руку и, дав девчонке леща другой рукой, перевернуться и подмять ее под себя.

Карамелька было забрыкалась, но поймав взгляд знакомых голубых глаз затихла. Некоторое время они смотрели друг-другу в глаза и Карамельке казалось, что сейчас будет задан вопрос, она даже начала обдумывать ответ, но вопроса так и не последовало -- хватка капитана ослабла, тело обмякло, а глаза подернулись смертельной мутью.

Капитан был еще жив, когда дроу вновь оказалась наверху, и вот что особенно сильно задело и без того готовую расплакаться Карамельку, в глазах капитана была только боль, грусть и теплота, но ни грамма сожаления или ненависти к ней, его убийце.

Дроу разрыдалась у него на груди, а умирающий капитан еще и провел рукой по ее растрепавшимся волосам, утешая бывшую подругу. Вскоре его рука упала, и пират захрипел, на губах у него выступила кровь, а тело забилось в предсмертных конвульсиях.

Горе Карамельки стало еще сильней, но она на несколько секунд сумела взять себя в руки: прижала острие меча под подбородок бьющегося в судорогах тела и со всхлипом резко толкнула руки от себя и вверх.

Капитан в последний раз выгнулся дугой и опал, ну а Карамелька окончательно перестала владеть собой и позабыв обо всем, мече, продолжавшейся вокруг битве, свидетелях, репутации разрыдалась, вовсю покрывая окровавленное лицо убитого поцелуями.

Смущенный зрелищем адмирал приказал спецназовцам и личным заготовкам Карамельки прикрыть ее от посторонних глаз. Вскоре Русалочка и уже отреспанившаяся Юла, а так же пара других девушек из клана увели безутешную Карамельку с захваченного корабля.

15 минут спустя.

Капитанская каюта ''Невесты Ветра'' бывшего корабля Чумы.

-- Я против! - аж подскочила со своего места Таурэтари, капитан ''Бродяги''. - Бросать практически целые корабли и это при том что нам приходится гонять их почти через весь Серединный мир! Глупость -- несусветная глупость! -

-- Да пойми ты, все четыре нам не потянуть, - адмирал не обязан был ничего объяснять, а мог приказать, но тем не менее старался объяснить мотивы принятого им решения -- формула '' Я начальник , ты дурак'' не пользовалась у него любовью. - Мы просто не справимся с четырьмя незнакомыми трофеями, к тому же они больше галеры, чем парусники и даже под моим ветром не угонятся за нами -- не хватит парусов. -

-- Можно абордажников и спецназовцев на весла посадить, - не сдавалась Таурэтари, уж больно ей хотелось сохранить захваченные трофеи, в том числе и захваченный лично ей. - Вон они какие здоровые, справятся, а на паруса выделить несколько моряков с каждого корабля -- по ходу разберутся. -

-- ''Молодец''! - не выдержал командир одной из абордажных команд. - ''Хорошо придумала'': оставить корабли без защиты, превратить воинов в гребцов, уменьшить команды, да еще и разбираться с незнакомым такелажем на ходу, и это когда у нас пираты на плечах висят! Ни че не скажешь ''молодец'' -- ''хорошее предложение''! ''Класс''! -

-- Предложение действительно неплохое, - неожиданно вступился за друиду-капитана адмирал, вызвав этим недоуменные взгляды остальных не решившихся противоречить ему капитанов (каждому из них хотелось оставить свой трофей и привести его на базу). - Но к сожалению ничего не получится, и вот почему, - адмирал поднял руки и начал загибать пальцы: - Во-первых, даже если мы посадим воинов-заготовок на весла, даже если они справятся, то пираты (имеются ввиду захваченные корабли) все равно не смогут за нами угнаться -- одно дело грести с такой скоростью в бою, другое, многие часы и дни. Да, - адмирал жестом остановил готовую что-то сказать Таурэтари, - можно было бы воинов-гребцов посадить на зелья, только вот заковыка, нет их у нас, столько точно нет. Во-вторых, пока будем разбираться с парусами, как ты сказала ''на ходу'', будем тащиться как черепахи, да и потом такую как сейчас скорость не возьмем -- нам ведь придется отдать на пиратов опытных неписей-моряков -- заготовки не справятся, и даже если не всех отдадим, старые корабли все равно сильно осиротеют. В-третьих, несколькими моряками дело не обойдется -- нужно как минимум две, лучше три вахты, да и на наших кораблях вахты уменьшатся, не говоря о том что непеси-моряки это тебе не заготовки -- возмутятся таким режимом и будут правы. -

-- Но свой-то ты оставляешь!? - вновь вскочила на ноги эльфийка и даже притопнула по палубе ногой.

-- Да ладно тебе, - вмешался доселе молчавший ее коллега капитан. - Сама же знаешь, этот кораблик совсем другое дело -- парусов почти как на наших, да и один это не четыре.

-- Есть еще кое-что, - решил привести последний довод адмирал и закругляться: они итак потеряли много времени на пустые разговоры -- наверно действительно нужно было просто приказать. - Проверь его опознанием и закончим на этом. -

-- Кого, корабль? - изумилась эльфийка, но сделала так как сказал адмирал, все кто присутствовал на совещании последовали ее примеру и не пожалели.

*

Морской корабль.

Название -- Невеста Ветра.

Класс -- галера.

Принадлежность -- пираты (в настоящий момент статус до конца не определен).

Материал --70% какаширское дерево (определяющий материал). Бонусы за определяющий материал: средняя скорость + 20%, осадка корабля -15%, прочность корпуса + 15%, выносливость команды + 10%, ловкость в управлении парусами +10%, шанс члена команды нанести критический удар +10%, не подвержено гниению, не подвержено жучку, + 1 к удаче каждого члена экипажа (находящегося на борту).

Особенность: флагман Чумы -- капитана пиратов (статус -- ликвидирован) +10% к скорости, +10% прочности во время бури, - 5% к шансу попадания снарядов из метательных машин.

*

В общем-то на этом совещание и закончилось -- все, в том числе и Таурэтари, признали правоту адмирала и то что такой корабль нельзя было упустить. Адмирал дал еще полчаса ободрать остающуюся троицу пиратов (вернее дообдирать -- пока отцы-командиры совещались, команды занимались делом) и ограбил таки как флагман, так и остальные корабли эскадры, не пожалел даже своего мордоворота (боцмана), лучшего мордоворота на эскадре, но зато когда подросшая эскадра продолжила свой бег, на Невесте Ветра не возникло никаких проблем, и пиратский корабль ни в чем не уступил остальным.

Через два с половиной часа адмирал и его подруга сделали то, что хотели еще до боя, и за кормой стремительно удирающей эскадры возникло нечто, даже трудно сказать что: масштабные заклинания двух могучих магов превратили океан в какой-то водоворот из смеси воды, воздушных вихрей, чудовищных ветвистых молний и неестественного в этих широтах холода, и все это все сразу и все вместе. Сложно сказать что творилось в эпицентре этой жуткой фантасмагории, но даже жалкие остатки волн и ветров заставляли скрипеть корпуса и снасти удиравших судов, а молнии -- трещать щиты. За бортами кораблей бушевал невообразимый вихрь, протянувшийся от горизонта до горизонта и от поверхности воды до самых облаков. Естественный ветер утих, и воздух, а так же вода океана устремились к втягивавшему их в себя вихрю. Какое счастье, что эскадра не зависела от природных ветров и двигалась силой созданного адмиралом полуразумного магического существа -- только благодаря этому корабли Драконов продолжили убегать, а не устремились к собственной гибели!

Сотворенная с помощью магии и законов земной физики буря все набирала и набирала обороты, продолжая расти и догонять драпавшую на всех парусах эскадру, а творцы этой бури с тревогой смотрели на свое ужасное детище и как могли ускоряли движение кораблей. Русалочка и адмирал перестарались и вложили слишком много сил, слишком большой участок океана оказался под созданной с помощью магии разницей давлений и температур, и теперь должная лишь укрыть их от погони буря казалась готова была поглотить весь огромный Южный океан и пойти дальше...

К счастью так только казалось и рукотворная буря хоть и догнала и потрепала корабли своих создателей, но все же милостиво их отпустила, и не только сделала то для чего была создана, но и дала эскадре хороший пинок под зад, тем самым выиграв ей как минимум два дня, а заодно распугав всех чудовищ на ее пути.

Гаваи (Курорт) -- остров-база клана Красного Дракона в Великом Южном океане.

Трое суток спустя.

Нельзя было сказать, что цель полного опасностей похода внезапно возникла на горизонте и радостный крик наблюдателя ''Земля!'' переполошил команды четырех, нет, пяти кораблей. Ничего подобного не было -- адмирал, да и капитаны (да и все игроки на кораблях) прекрасно знали сколько им осталось до цели и ориентировались не на бумажные карты или компас, а на супернадежную карту интерфейса, которая всегда была у них в голове. К тому же задолго до того как искомый остров показался на горизонте, их встретила дюжина грифонов и не только встретила, но и ссадила несколько десятков пассажиров на флагман и остальные корабли.

Ссыпавшийся с грифонов ''десант'' в основном состоял из любопытствующих приятелей и приятельниц членов экипажа (разумеется игроков), что принесли на эскадру свежие новости, шутки и смех, а так же особое радостно-предвкушающее настроение -- цель похода близка. Но часть из неожиданных пассажиров, а конкретно троица из друида, убийцы и ремесленника прибыла по делу и, тут же с ходу едва не забыв поздороваться, как настоящие десантники атаковала адмирала, хорошо хоть только вопросами, а не с оружием в руках:

-- Ну как!?- с явно читаемым на лице волнением задал вопрос Робокоп. Начальнику над работами по подъему и ремонту кораблей не хватило терпения дождаться пока эскадра достигнет острова своим ходом -- изводивший себя друид не выдержал, и как только пришло известие о подходе со дня на день ожидаемых кораблей, он одним из первых прошел, буквально промчался, сквозь портал на остров и, обогнав многочисленных желающих, первым занял место пассажира, да еще и застолбил два места для друзей-коллег.

Несмотря на класс (друид) из Робокопа получился неплохой, можно даже сказать хороший корабел, хотя попал он на эту должность совершенно случайно, по какому-то странному выверту судьбы: во время недолгого отпуска в цитадели движимый любопытством Робокоп прошел сквозь портал на остров и точно также из чистого любопытства принялся помогать. Друид и сам не заметил как втянулся: помог в одном деле, потом в другом, разрешил конфликт между мастерами, сам поспорил с тогдашним старшим над работами Морнэмиром и оказался прав, решил возникшую проблему с помощью своих друидских способностей и... наступила ночь, все разошлись на отдых. На завтра, с утра спозаранку друид вновь был у вытащенных на берег корпусов и вновь включился в работу причем как-то так получилось, что сразу на руководящих должностях, и странное дело, это не вызвало отторжения ни у игроков, ни у нанятых неписий-мастеров, ни даже у Морнэмира. Морнэмир вообще тяготился своими обязанностями старшего над работами по кораблям и душой рвался в строящийся город, но безропотно тянул эту лямку... пока не появился инициативный и увлеченный делом друид, вполне способный его заменить (честно сказать Морнэмиру очень хотелось, чтобы это было так, и с выводом он явно поспешил, хотя и не ошибся). Так что через три дня рейд Робокопа ушел без него, сопровождать в путешествие к городу Ожившей Бабочки сдавшего дела на верфи Морнэмира, а сам ошалевший и явно не ожидавший подобного развития дел Робокоп оказался в подошедшей скорее ремесленнику чем друиду роли начальника верфи. Робокоп справился: до хрипоты спорил с будущим адмиралом эскадры, с прижимистой Анариэль и даже с самим Главой, заслужил искреннее уважение ремесленников-игроков и приглашенных мастеров-корабелов, сумел грамотно организовать работы на верфи, сам внес чуть не 3 десятка рац-предложений по ремонту кораблей -- в общем действительно справился, и пошедший на поводу у Морнэмира Дримм не пожалел о своем решении.

Двое высадившихся вместе с Робокопом коллег тоже немало потрудились над поднятыми со дна Пьяного моря староэльфийскими кораблями, и во многом благодаря им они вообще смогли выйти в поход. Дорн -- недавно присоединившийся к клану ремесленник, в отличие от Морнэмира не проч был бы поработать над кораблями, но застрял в городе и лишь только после того как в город вернулся Морнэмир, сумел отпроситься у старого земного приятеля на верфь -- радостный от того что сбросил с плеч нелюбимое дело Морнэмир отпустил его с легкой душой. Возможно Дорн смог бы стать еще лучшим руководителем чем горящий энтузиазмом, но все же плававший во многих вопросах друид, но ему хватило ума не пытаться лезть на рожон -- таким авторитетом как Робокоп недавно принятый в клан новичок не обладал, но изрядно его поднял на таком важном для клана деле. Лейтенант -- игрок избравший класс УБИЙЦА и совсем не эльфийское имя Иван, был последним участником этой троицы: выросший в Кронштадте пацан, юноша, построивший множество моделей парусников, не мог, просто НЕ МОГ не поучаствовать в таком деле как ремонт настоящих кораблей и в отличие от тех же Робокопа и Дорна с самого начала участвовал сначала в экспедиции к бухте, на дне которой находился затонувший флот, потом в постройке форта, затем верфи и наконец непосредственно в подъеме и ремонте кораблей. Так что в какой-то степени Иван являлся старожилом и мог бы выбиться в начальство, но предпочитал дерево корпусов, рангоут и такелаж, то есть непосредственную работу руками статусу начальника. Странное увлечение для избравшего класс УБИЙЦА игрока, и возможно в свое время Лейтенант поспешил с выбором класса, но далекий от ремесла класс не помешал ему реализовать детско-юношескую мечту -- он строил настоящие парусные корабли.

-- Да не волнуйся ты так, - между тем попытался успокоить накрутившего себя друида адмирал. - Дошли же и не одного вымпела не потеряли, а остальное все е-рун-да. Ну всплыло несколько проблем, так куда же без них? Вот, как и договаривались, тетрадку для вас составили, если что непонятно, спрашивайте у Ламакила (игрок-ремесленник -- старший корабельный плотник), он все недочеты исправлял. -

Робокоп чуть не вырвал тетрадь из рук адмирала и, тут же забыв обо всем, углубился в чтение, хмуря время от времени брови и шевеля губами.

-- Тетради по другим кораблям у их капитанов, - по прежнему обращаясь к Робокопу закончил адмирал, но Робокопу пока было не до него -- друид увлеченно листал тетрадь, часто возвращаясь к тому, что он уже прочитал, и обменивался комментариями с заглядывавшим ему через плечо Лейтенантом.

-- Тетрадь это конечно прекрасно, - перехватил инициативу Дорн, - но что больше всего бросилось в глаза и доставило больше всего неудобств? -

-- Канализация! - опередив адмирала, категорично заявила Русалочка. - Засорилась уже через два дня после выхода, потом ее чуть не сутки чистили, но через два дня опять то же самое и так всю дорогу. -

-- Узкие люки у трюмов и погреба -- большая морока продукты и припасы доставать, еще передняя мачта шатается, - не смог не высказать претензию Тралл. -

-- Чего?! - ошарашенно, будто не веря своим ушам переспросил отвлекшийся от тетради Робокоп, переглянулся с Лейтенантом, и оба уставились на упомянутую мачту так, словно ожидали что она упадет в любой момент.

-- Того! - передразнил их Тралл. - На пятый день пути обнаружили, закрепили и дальше пошли. Так что можете особо не пялиться -- если за столько не упала, то до базы точно дотянет.

-- Рангоут и такелаж надо дополнительно укрепить, все канаты заменить на более прочные, - наконец-то смог высказаться адмирал, - не выдерживают магического ветра, может потому и мачта пошла, но у остальных все же выдержали, так что это не основная проблема. По той же причине нужно заменить паруса -- мордоворот мне жаловался что трещат, особенно там где крепятся к реям. Еще с носом нужно что-то делать -- плохо рвет волну, вы уж покумекайте. Есть еще с полдюжины замечаний, но эти основные. -

-- Земля-я! - заорал наблюдатель из вороньего гнезда. Показался остров. Известие не вызвало ажиотажа -- все итак знали, что цель похода близка: повернули голову, бросили взгляд на растущую точку, отвернулись и продолжили заниматься своими делами.

-- Значит тут все ясно, - закончил изучать записи Робокоп. - Это, - он помахал тетрадью, - я конфискую и нам нужно пообщаться с Ламакилом. -

-- Без проблем, - кивнул адмирал, а первый помощник уже отдал приказ проводить троицу, хотя облазившие корабль сверху донизу корабелы вряд ли бы заблудились, но порядок есть порядок.

-- А я пожалуй здесь постою, - озвучил свое желание Дорн и пояснил, - погляжу как корабль идет, как работает бегущий такелаж и как на снасти влияет магический ветер. -

-- Отлично! - не стал возражать Робокоп. - Полезное дело, а мы полазим в брюхе и на мачту посмотрим. -

-- Не забудьте про канализацию! - громко напомнила о наболевшем Русалочка.

-- Первым делом туда полезем, нырнем с головой и не вынырнем! - не оборачиваясь на ходу бросил ей Лейтенант и вслед за шефом исчез в глубинах корабля.

Тралл заржал, а Русалочка недовольно поджала губы, хмыкнул даже невозмутимый и опасавшийся обидеть подругу адмирал -- судя по тону Лейтенанта вряд ли корабельной канализации стоит скоро ждать гостей, скорей всего только после того как будут сделаны все остальные дела.

-- Не переживай, - поспешил успокоить недовольную магичку Дорн, - все сделаем, людей хватает -- в ожидании вашего подхода сюда перебросили половину народу с Кури (местное название острова в Пьяном море). Тут даже свой наливной док сварганили и получше чем там. -

Так в делах и разговорах пролетела пара часов и преодолевшая последний отрезок пути эскадра вошла в предназначенную стать для нее домом бухту.

Сравнительно небольшая бухта Курорта напоминала скорее лагуну чем нормальную бухту, но зато никакой шторм не смог бы побеспокоить расположившиеся в ней корабли -- разбился бы о мощные многослойные рифы и заблудился бы в пусть и широких, но похожих на радиатор батареи проливах. Да и не так уж она была мала, конечно не бухта Веселого острова, но 20-30 кораблей вполне могла бы принять, а если потесниться, то войдет и полсотни.

Первое что бросилось в глаза почти два месяца не появлявшемуся здесь адмиралу (хватало забот с флотом и маршрутом), так это дно -- дно бухты-лагуны буквально сияло нетронутым песком: исчезли многочисленные камни и наслоения кораллов, что раньше в некоторых местах даже поднимались над водой, исчезли и заполненные водорослями ямы и вообще все неровности рельефа -- по всей бухте теперь стояла одинаковая глубина. Взгляд пораженного объемом и качеством работ адмирала скользнул дальше и уткнулся в два капитальных каменных причала, что протянулись почти до половины бухты и изрядно облегчали жизнь встававшим на разгрузку кораблям. Даже один из причалов мог принять всю приведенную адмиралом эскадру, включая подобранный по пути трофей, и еще осталось бы место, а ведь таких причалов было два. Мало того, с берега уже протянулись вкопанные в дно каменные тумбы еще двух, а в стороне у правого края бухты имелся еще один небольшой деревянный причал, к пушкам которого было пришвартовано несколько больших лодок, похожий на игрушку катамаран и маленькая однопалубная яхта со сложным парусным вооружением -- все что Драконы сумели собрать из местных и доставленных сквозь портал материалов.

Взгляд адмирала пошел дальше и уткнулся в земляную башню с деревянным срубом наверху, от башни защищая пляж от остального острова протянулась живая стена. И башня, и сотворенная друидами стена напомнили адмиралу прошлое, и пусть башня была раз так в двадцать меньше построенной когда-то в Хлебной долине, а здешняя живая стена во всем уступала той, что являлась одной из составных частей обороны большого рудника, но все равно адмирал сностальгировал и на пару минут вернулся в прошлое, заново переживая приятные воспоминания.

Как и когда-то в Хлебной выращенная тут живая стена имела сестру, и обе они начинались от похожих древо-земляных башен и заканчивались у стен полуразрушенной и заброшенной крепости фейри. Хотя теперь крепость никак нельзя было назвать заброшенной, да и полуразрушенной тоже: серые камни стен и зданий с трудом выглядывали из-под строительных лесов, по которым даже сейчас, в столь знаменательный момент как прибытие эскадры клана сновали нагруженные фигурки, пространство вокруг крепости было загажено кучами разнородного мусора, земли и битого камня, а так же аккуратными штабелями целых каменных блоков, бревен, ящиков, горками мешков с цементом и известью. Но главное, над крепостью гордо развевалось на ветру знамя клана -- Светлана все же нашла время и превратила свой эскиз в то, что можно показать: расправивший крылья Красный Дракон на фоне золотого солнца грозно смотрел с полотнища на Серединный мир. Адмирала кольнула зависть -- он хотел бы поднять над эскадрой такой сильный флаг и жалел, что первый поход прошел без него.

Взгляд адмирала оттолкнулся от несмотря ни на что продолжавшейся стройки и покатился назад к пристаням. Катился он по многочисленным навесам складов, столовых, мастерских, летних кухонь, даже жилых домов. Строители не затруднили себя ненужными по здешней погоде стенами и в крайнем случае обходились легкими плетенками и тканевыми занавесями, а то и вовсе оставляли внутренности навесов открытыми для взглядов и свежего океанского бриза. Вот взгляд достиг толпы встречающих на берегу и белого песка пляжа, скользнул чуть дальше и задержался на незаконченном наливном доке. Такой док -- гордость и украшение любой верфи, гораздо более капитальное сооружение, чем такой же док на острове затонувших кораблей.

На время адмирал отвлекся -- корабли швартовались или, как говорили в Серединном мире, ''становились отдыхать'', и адмирал хоть и не сам встал за штурвал, но повис над душой у рулевого -- не хотелось опозориться на глазах всего клана и проехаться обшивкой по камню. Все прошло гладко: флагман даже не уткнулся, а легонько погладил камни причала, матросы-заготовки бросили концы коллегам и начали готовить трап. Остальные корабли эскадры справились не хуже флагмана, и на них так же наблюдалась возбужденная суета.

Весьма представительный комитет по встрече терпеливо ожидал прибывших на берегу. Тут вам и Дримм -- Глава клана, и Таурохтар, Морнэмир, Анариэль. Последняя сосредоточила свое внимание на трофейном пирате, не отводя жадных глаз от красавца-корабля. И Альдарон, который хоть и был так же как и все рад прибытию эскадры, но больше ждал отчета Карамельки. И больше сотни игроков-клана, что радостно махали и перекрикивались с экипажами кораблей.

С грохотом бухнулись о камень сходни, и первым по ним сошел адмирал, подал руку спускавшейся следом Русалочке, потом Юле и несколько оправившейся от недавних переживаний Карамельке, подождал капитанов и офицеров своего и других кораблей и только потом во главе группы игроков двинулся к встречающим.

Эскадра клана впервые возвращалась из похода, и у Драконов не было еще специальных морских ритуалов на такой, да и на любой другой подобный случай (не успели появиться), так что адмирал и Глава клана просто пожали друг-другу руки, обнялись, и Дримм прочувствованно произнес:

-- Спасибо за флот, Халлон! -

Глава 5

Земли клана Красного Дракона.

Город Ожившей Бабочки, окрестности города.

Но довольно о морях и океанах, об островах и кораблях, о пиратах и чудовищных обитателях вод -- все это конечно интересно, но давайте вернемся на земли клана Красного Дракона и, пролистав по-быстрому страницы книги жизни, посмотрим что же происходило сразу после знаменательной свадьбы некромантки и воина и до настоящих дней.

Как всегда основательные и на зависть шустрые Драконы не теряли времени даром и, несмотря на то что немалое количество сил и ресурсов отвлекли на себя все те же корабли и база в Великом Южном океане, сумели развернуться не на шутку и с обычным присущим их клану масштабом. Вообще с самого момента основания клана масштаб стал его отличительной, можно даже сказать фирменной чертой: если уж торговать вином, то чуть не по всему Серединному миру; если уж чистить данжи, то очень сложные и полные опасностей древние фейрийские поселения за пределами обычно посещаемых другими игроками территорий; если бить и грабить гоблинов, то не мелкие отряды и отдельные поселения, а один из старейших и самый населенный центр этой агрессивной и многочисленной расы; наконец, если уж готовиться к переносу в прошлое, то захватить с собой не набитый добром дом и даже не цитадель, а немного-немало город и чуть ли не целую страну вокруг него.

Больше всего сил отвлекли на себя семь опоясавших бывший лес додревней фортов -- каждый из них ничуть не уступал центральному форту в размерах, а по защищенности многократно превосходил. Сложенные из огромных не ошкуренных стволов широкие двухэтажные срубы служили основой стен каждого из фортов. Набитые в срубы камни и земля придавали укреплениям солидную тяжесть и устойчивость к внешним воздействиям. Толстая скорлупа из термически обработанной смеси глины и земли покрывала бревенчатые стены снаружи, и эта неказистая на вид, но довольно прочная скорлупа прекрасно защищала дерево от гнили, жучка и открытого огня. Кое-где получившаяся стена специально утолщалась за счет дополнительных пристроек как снаружи, так и изнутри: внешнюю также засыпали землей и камнями и покрыли глиняной скорлупой, а вот внутренняя не удостоилась такой чести и, серея не содранной корой, оставалась полой внутри. На получившуюся таким образом вынесенную за основную линию стены площадку ставили еще один сруб, стены которого пестрели слабосветящимися рунами и чернели провалами многочисленных бойниц, смотревших не только вперед, но и вдоль стены. Венчали срубы высокие двускатные крыши из толстых обшитых медью досок, впрочем крыша имелась и над стенами, но уже не из дорогих, защищенных металлом досок, а из связанных веревками и обмазанных сверху глиной жердин -- не очень надежная защита, но зато по всей протяженности стен каждого из фортов. Для доступа на вершину стены с внутренней стороны были сделаны широкие деревянные аппарели, по которым защитники форта быстро могли попасть наверх и легко вкатить-втащить какой-нибудь груз. Башни не имели доступа на вершину стены (отдельный вход внизу), зато прекрасно могли простреливать стену из бойниц. С внешней стороны вместо палисада располагалась живая стена, а перед ней утыканный по дну кольями ров. У каждого из фортов имелось всего по двое ворот: неширокие покрытые рунами створки в четыре трехпальцевые доски толщиной, да еще на пол пальца окованные медью снаружи. Такие створы сами по себе представляли проблему для решившихся на штурм, а ведь чтобы достичь арки ворот и непосредственно створов, нужно было преодолеть ядовитые шипы и прочные как железо лианы и корни живой стены, которая утолщалась в районе ворот и освобождала путь только по приказу владельца специального амулета. Ров в районе ворот перекрывал надежный, но быстро разбираемый мост из досок, в крайнем случае вылитое со стены ведро смолы и горящая стрела (можно просто бросить факел) -- мост сгорит меньше чем за минуту. Взять каждый такой форт было бы нелегко любому врагу, ну а если учесть вмурованные в основание срубов амулеты, усиливающие прочность заклинания отдельно на срубах, отдельно на глиняной скорлупе, станковые арбалеты в башнях, магов, эльфов-стрелков и то что каждый форт мог опереться на поддержку остальных и немедленно получить помощь как из них, так и из базового лагеря, то эти форты без ложной скромности можно было назвать неприступными -- самые мощные укрепления на сотни, если не тысячи километров вокруг.

Но и это было еще не все -- от каждого из опорных пунктов общей обороны протянулась тонкая по сравнению с ними, но не уступающая когда-то выращенной в Хлебной долине живая стена и такой же широкий ров, но в отличие от усиленного кюветом, чесноком и рогатками рва в Хлебной этот ров не нуждался в подобных ухищрениях, так как был не только широк, но и по-настоящему глубок. Замкнутый в гигантское кольцо стен, рвов и неприступных фортов лагерь мог чувствовать себя в полной безопасности и не торопясь, но и не мешкая трансформировать себя в город.

Работы кипели не только внутри будущего города, где уже исчезли временные навесы и палатки и почти достроили более качественное хоть и так же временное жилье для рабочих и гарнизона, но и за пределами фортов и стен: множество экспедиций тщательно исследовали окрестности, уничтожали недобитых или заново сгенерированных Системой монстров, охотились, рыбачили, собирали ягоды, дикие плоды, присматривали порубочные места (лес додревней уже мало соответствовал определению -- лес) и вообще осматривались и оценивали где что есть на землях клана. Одной из этих экспедиций недавно повезло -- был обнаружен и немедленно взят в оборот невероятно ценный в данных обстоятельствах ресурс, и сейчас у ворот одного из фортов формировалась экспедиция, вернее не экспедиция -- смена, заменить уже три дня добывавших тот самый ресурс рабочих и столько же охранявших их игроков и воинов-заготовок.

-- Влетит тебе -- Каскадер (Нарамакил) и Мирмик (Миримон) будут в бешенстве, - злорадно посыпала соль на рану Рыжий Огонек. Куэ поморщилась -- замоталась, забыла, и в результате очередная смена отправлялась сегодня, а не как положено сутки тому назад. - Да и вообще на фиг было отправлять туда столько заготовок-шахтеров -- там ведь не шахта? -

-- А куда их!? - огрызнулась Куэ.

-- В город дварфов на олово или туда же камни таскать, или здесь бы сгодились, все-таки они не мертвяки и у них мозги в голове есть -- можно для разных хозяйственных нужд использовать. - Рыжий Огонек поправила кожаные ремни разгрузки и кивнула на молчаливый ровный строй за своей спиной: - Там работа простая: долби, копай, таскай, да пихай в мешки, в общем -- глиняный карьер 2 человека или в нашем случае 222 зомби -- работка как раз для них. -

-- Так их ведь 250? - не поняла шутки переживавшая свой косяк Куэ.

-- 222 звучит похоже, в рифму, - пояснила Рыжий Огонек, а Куэ против воли улыбнулась -- до нее дошло: ''Напарник'' -- отличный фильм, хотя зомби никак не назовешь хулиганами, дебоширами и тунеядцами, если конечно им не приказать или отпустить на волю, но и тогда к ним вряд ли подойдут вышеперечисленные эпитеты, а скорее убийцы, пожиратели живой плоти и... в общем-то все -- ничем другим вольные зомби не занимались, только убивали живых и жрали еще теплую плоть.

-- Все равно придется смены менять, хотя бы охрану -- их ведь (зомби) не бросишь без присмотра, да и мешки с накопанной глиной нужно будет сюда доставлять. -

-- Это точно, - согласилась Рыжий Огонек. - Но одно дело отряд воинов и магов в 30-50 рыл, а другое -- четверть тысячи работников. Плюс жрачку и воду туда тягать -- с зомби нет такой проблемы, а добытую глину может и охранная смена притаскивать, не надорвутся. -

-- Ты что на себя мешок (безразмерный) с глиной взвалишь и будешь тащить километров 20? - не поверила Рыжей Куэ.

-- Зачем?! - удивилась Рыжий Огонек. - У меня есть мой жеребец! - и звонко хлопнула по крупу своего питомца, покрытого серебристой чешуей кентавра по имени Кротон. - Если надо, он десять таких мешков утащит, бычара! -

-- О, Солнышко (Оаиэль)! - указала на небо Куэ.

-- Ну все, значит щсчас выступим, - Рыжая встала со штабеля досок, на котором сидели чесавшие языки девчонки, и прикрикнула на увлеченно игравших в домино парней двух подчиненных ей рейдов: - Все, хорош -- рыба! Малыш (огромный маунт-грифон Оаиэль) прилетел -- выступаем! -

Поторапливать спецназовцев ей не пришлось -- дисциплинированные заготовки уже рассыпались походным порядком вокруг тупо и равнодушно стоявших зомби. Смена выступила через 5 минут и бодро зашлепала в сторону глиняного карьера, где чуть не буквально писал кипятком Миримон, вынужденный отправить часть охраны карьера на охоту (в отличи от зомби заготовкам нужно было что-то жрать).

Отвлечемся от шагавшего по уже слегка натоптанной тропе отряда и на секунду заглянем внутрь защищенного мощными укреплениями пространства, за живые стены и форты. Экспедиции игроков не зря присматривали места будущих порубок -- лес додревней практически исчез: вместо десятков тысяч деревьев сотня-две, вряд ли больше. Но погубленная лесная красота погибла не зря: выросли могучие форты, многочисленные жилые бараки, склады и мастерские, на месте будущей клановой цитадели и в некоторых других местах вознеслись строительные леса, а разрыхленная корчеванием замусоренная земля покрылась нитками дорог из горбыля, разумеется не по всей территории будущего города, но на самых важных направлениях можно было ходить не хуже чем по каменной мостовой. И при всем при этом глаз наблюдателя продолжали радовать многочисленные штабеля ровных уже очищенных от ветвей и корневищ бревен, огромные кучи годных для жаркого огня древесных остатков и снова десятки штабелей, но уже разноразмерных досок -- целых три лесопилки работали день и ночь, обеспечивая масштабную стройку деловой древесиной.

Город только начал приобретать свои будущие черты, и клан Драконов пока не взялся за окружающие земли всерьез, но уже радикально менял жизнь вокруг себя и населявшим окрестные земли племенам Белки пришлось определяться: многие из них спешили воспользоваться обрушившейся на них неожиданной свободой и уйти подальше в леса, подальше ото всех, от бандитов, варваров, орков и Драконов; другие наоборот не спешили делать резких шагов и просто жили в своих селениях, ожидая что будет дальше -- таких было примерно столько же, сколько тех что ушли; и наконец, совсем небольшая часть -- мелкие кланы или даже отдельные семьи, что потеряли многих, а то и всех мужчин-кормильцев. Раньше у таких оставался один только выход -- прибиться к сильному клану на положении полурабов и то их могли не принять, не пожелав кормить лишние рты. Теперь у них появился новый вариант -- Драконы. Пропаганда через уже связавших свою судьбу с кланом Белок дала результат в виде нескольких сотен женщин, детей и стариков, ну и считанных десятков мужчин. Драконы приняли всех, накормили, одели, обули и пристроили к делу: мужчины занялись привычной охотой (не на стройку же отправлять лесных охотников -- вряд ли много наработают, скорее покалечатся, а мясо огромному лагерю пригодится ); женщины -- готовкой, стиркой и штопкой, привычными женскими делами, тем более имеющийся у Драконов инвентарь (стальные кухонные ножи, утварь, иглы, нити любого материала и так же ткань) и сколько угодно горячей воды многократно облегчили им знакомый труд; ну а дети стали ''подопытными кроликами'' -- первыми учениками организованной Исилиэль и Девятикратным школы. Пока что дети учились счету и эльфийскому алфавиту, ну а когда ребятня не была занята уроками, то с радостными криками носилась вокруг, играя в свои нехитрые детские игры, путаясь по ногам и оживляя серый пейзаж гигантской стройки, а то и зарабатывая, примерив на себя роль посыльных.

Теперь давайте оставим масштабную стройку и веселую, а главное здоровую и сытую детвору и еще не ставший, но страстно стремившийся стать городом лагерь и через ворота одного из фортов перенесемся на знакомый нам путь -- тот самый путь, по которому Драконы когда-то достигли центра своих будущих владений. Последствием прохода 20-ти тысячной колонны стала здоровенная утоптанная полоса, без деревьев и даже травы -- почти готовая дорога. Да, почти, но все же не совсем: позже утоптанную землю разбили множеством ног, копыт и колес; дикие звери и возродившиеся монстры продолжали беспокоить путешественников; сохранялся риск нападения недобитых бандитов или пришельцев из степей и варварских чащоб; да еще две пусть и небольшие, но полноценные реки затрудняли движение. Некоторое время Драконы совсем не занимались дорогой, строили расчет на будущий постоянный портал, но не судьба -- связь старой цитадели с Узлом и с островом, где поднимали корабли, оказалась важнее, да и тратить постоянный портал там, где можно обойтись парой часов пути...? План замаскировать старую цитадель пришлось отложить до лучших времен -- не все в жизни происходит так как хочется нам.

Драконам поневоле пришлось заняться дорогой всерьез: выровнять грунт и поработать с покрытием (как говорится ''одеть'' дорогу), обеспечить безопасность, наладить переправы -- в общем привести востребованный тракт в божеский вид. Делать все пришлось на ходу и в темпе, да еще не прерывая все нараставший и нараставший грузопоток. Мелкий просчет в планировании обернулся сущим мучением для вынужденных изворачиваться строителей, лишними затратами и временем -- на сравнительно небольшой участок ушло почти два месяца авральных полных тяжелого труда работ. Но все же вложенные силы, время и средства окупились -- дорогу закончили и между городом и цитаделью протянулась хорошая ровная грунтовка, которую не постеснялись бы взять в эксплуатацию даже на Земле. С двух сторон по всей протяженности дороги протянулись нитки живых стен (палочки-выручалочки на любой случай) и невысокие сторожевые башни, сбитые из жердей и обшитые досками для безопасности. Каждая башня со станковым арбалетом наверху и запасом болтов, через каждые 5 башен дежурил маг-игрок, а через три -- двойка эльфов-стрелков, помимо того щедрая россыпь дешевых магических и воровских ловушек с внешней стороны стены. На речках и на лесном озерце поставили шикарные понтоны, способные выдержать даже тяжелого шестиногого маунта Главы. Последним штрихом стало создание спец-команды из пары друидов, мага, рейнджера, двух десятков ремесленников-универсалов (заготовок) и вдвое большего числа зомби. Команду создали для того чтобы за дорогой следить и не допускать ее скатывания к прежнему состоянию, заодно обеспечивать нерушимость живой стены, а кроме того старшему команды подчинялась вся дорожная охрана и патрульные грифоны во время патруля.

Что же такого везли по столь замечательной дороге и откуда такой грузопоток? Ведь казалось бы все что нужно для строительства города можно было найти на месте? Есть дерево, есть глина, есть даже галька с берега одной из рек, ну про землю не стоит и говорить, продовольствие и то есть как и вода, а все то что нужно было покупать в Узле, легко умещалось в магические сумки и мешки. Так что же такое везли на многочисленных телегах, в которые впрягали даже не лошадей, а специально купленных здоровенных волов?

Камень -- тяжелые почти не обработанные и тем более не отшлифованные валуны, блестевшие искрами свежих сколов и отбитыми углами, именно валуны и являлись основным и самым тяжелым грузом, что заставлял трещать крепкие доски возов и жалобно скрипеть щедро смазанные оси колес. В основном на телегах лежал серовато-зеленый гранит, но встречался и базальт, и песчаник, и даже мрамор. Помимо разноразмерных глыб на телегах присутствовал и совершенно другой камень -- крупные, но все же меньше грубых валунов каменные блоки: ровные, одинакового размера с едва заметными следами сколов на боках, блоков было лишь чуть меньше чем грубых глыб. Откуда же такое богатство спросите вы, и почему клан использует при строительстве дерево, а не такой хороший и долговечный материал как камень? Ответить на второй из вопросов довольно легко -- использует, но пока еще и дикого грубого камня, и радующих глаз блоков было недостаточно для того, чтобы строить из них все, тем более грубому камню следовало сперва придать нужную форму и даже если использовать магию, то это не так уж и легко. Ну а в свою очередь дерева полно, его гораздо легче обрабатывать, да и строить временное жилье, склады и мастерские все же лучше из него -- легче потом будет разбирать, да и не так давно в город потек пока еще тонкий, нагруженный камнем ручеек скрипящих телег.

Первый вопрос сложнее и чтобы получить на него ответ, нужно пробежаться по забитой дороге вперед, миновать ведущий на остров посреди лесного озера понтон, угадать момент и встать на камень телепорта, перенестись в клановую цитадель и прямой дорогой не отвлекаясь ни на что отправиться по ее широким коридорам прямиком в зал порталов. Но и это еще не все: нужно будет войти в один из порталов, именно тот из которого и изливается ручеек нагруженных камнем телег, а в него телег пустых, миновать своеобразный терминал, в который превратилось бывшее обиталище порождения демонических сил и Хаоса и в котором зомби под руководством заготовок нагружали ровные блоки и необработанные валуны на телеги, проникнуть в некогда тихий город дварфов, нырнуть в его нынешний грохот, разноголосицу и вездесущую каменную пыль и... вуаля (!) вы на месте.

Именно мертвый заброшенный город давно покинувшей его расы стал источником жизни и строительным сырьем для города, который еще не был рожден, но стремительно рождался в настоящий момент. Драконы не только разбирали улицы и дома самого города, но и освоили его недостроенную часть, вернее множество таких частей, незаконченными коридорами и целыми проспектами протянувшиеся в недра земли, плюс заброшенные вместе с городом каменоломни, где обрадованные игроки нашли вполне функционирующее оборудование в виде подъемников, инструментов, одежды для шахтеров (пришлось перешивать -- дварфы), насосов для откачки воды и даже груды целых-только заряди осветительных шаров. Наладить добычу камня и разборку города оказалось не просто, но в конце концов Драконы справились, приобрели бесценный опыт и теперь постоянно наращивали объем работ, а соответственно и количество поступавшего на стройку камня. Но не только камнем разжились всерьез взявшиеся за заброшенный город игроки: десятки слишком хорошо спрятанных тайников, тщательно замурованных ниш в стенах, полах и потолках, тайные комнаты с бесценным содержимым -- вот чем поделился с ними казалось ранее уже начисто выпотрошенный город и наконец и вовсе неожиданный, но приятный сюрприз -- вход в оловянную шахту за одним из расчищенных коридоров.

*

Шахты Серединного мира -- источник богатства и постоянных войн игровых кланов между собой. Сами шахты подразделялись на два типа. Обычные шахты, мало чем отличавшиеся о тех, что встречались в реальном мире на Земле: их находили, начинали добычу, в зависимости от богатства разрабатывали некоторое время, потом, когда кончалось встречавшееся в шахте сырье, бросали -- ничего интересного. А вот второй тип шахт -- совсем другое дело: сгенерированные по типу игровых данжей шахты не привлекали внимания непесей, не пустели, по крайней мере естественным путем, и обеспечивали нашедших их игроков постоянным доходом. Найти любую такую шахту (желательно конечно золото, алмазы или серебро) мечтал любой игрок и любой клан. Потом, когда шахту находили, перед удачливым игроком вставало три вопроса: добычи -- кто будет добывать сырье, сохранение тайны -- тут многое решал размер шахты и наконец самый главный вопрос -- защита своего источника дохода.

Вопрос добычи -- самый простой вопрос: либо карячься с киркой сам, либо привлекай наемных работников или рабов, либо (и это лучше всего) покупай заготовок-шахтеров. Разумеется 99% игроков предпочитали третий вариант, хотя бывало что и первый, но это если совсем уж пусто в карманах и у нашедшего шахту счастливчика просто не с чем сходить в Игровой квартал.

Сохранение тайны -- уже не такой простой и очевидный вопрос: найденное сырье мало добыть, его нужно еще и продать, а значит доставить к продавцу и получить за добытое в шахте хорошую цену. Тут же выскакивают еще два вопроса, вернее даже не вопроса, а условия: объем и выгода. Если шахта не велика и с выработкой справляются скажем 3-4, ну пусть десять шахтеров-заготовок, то это одно дело -- хороший безразмерный мешок вместит добычу такой крохотули и если хозяин шахты сам не будет болтать, он долго сможет сохранять ее существование в тайне. Ну а если размер шахты много больше и хозяин-игрок хочет получать с нее все, что она может ему дать? Ладно если шахтой владеет целый клан: опять же таки безразмерные мешки, но уже не один, и не болтать. Хотя и в этом случае все зыбко -- не зря ведь говорят: ''что знают двое, знает и свинья'', а если это не двое и не трое, а десятки, сотни, тысячи игроков? И у каждого свой характер, желания, обиды, разной болтливости язык, наконец, каждый из них в любой момент может покинуть клан -- ну как тут долго сохранять тайну? Совсем плохо если хозяин богатой шахты один -- в первую очередь плохо для него: или сиди как собака на сене и не отсвечивай, или начинай собирать клан, но это зыбкий, а для многих горький путь -- мало того что в любом случаи нужно будет делиться, так еще и нет никакой гарантии, что новорожденный клан, если вообще получится его собрать, сумеет сохранить в тайне местонахождение шахты или отстоять ее в жесткой борьбе с другими кланами, но даже если сумеет, то шахта окажется в собственности клана, а не нашедшего ее игрока. Для одиночки есть еще один вариант: вступить в какой-нибудь уже существующий клан, но и в этом случае шахту он все равно теряет, а вот что бывший владелец шахты получит, зависит от того, как хорошо подвешен у него язык и как он сумеет поладить с соклановцами. Второе условие -- выгода: сдавать лучше не руду, а концентрат и тут (если это конечно не драгоценные камни) не важно, что добывается в твоей шахте золото или свинец. К тому же концентрат занимает меньше места в мешках, а если скажем в твоей шахте добывается свинец, то пупок развяжется таскать свинцовую руду, да и насчет выгоды такого нерентабельного занятия встает большой-большой вопрос. Если же ты решил переплавлять руду в металл, то сохранить тайну становится сложней: нужно безопасное место (желательно рядом с шахтой), где будут работать с рудой, куда будут складывать отходы производства, нужно оборудование и ресурсы (инструменты, печи, уголь или дерево), наконец нужен дополнительный персонал. И тут вновь вылезает объем -- если шахта маленькая, то еще ничего, а если большая...? Так что чем больше сама шахта и чем больше игроков ли, заготовок, рабов, торговцев, что принимают руду или концентрат, знают или только догадываются об ее существовании, тем сложнее сохранить тайну и когда неизбежный момент придет (чем больше шахта, тем быстрей) и местоположение перестанет быть тайной, то шахту придется защищать.

Защита известной всем шахты -- самый тяжелый и сложный вопрос. Защищать придется не только от игроков, но и от неписей -- подобная шахта невидима для них только до того момента, как ее не найдет первый игрок, а вот потом... Тут действовало тоже самое правило что и с выпадающей из неписей добычей, той самой, что на основе характеристик самого игрока генерировала Игра и давала завалившему моба игроку в качестве особой награды. Получалось: отнять шахту могли не только собратья-игроки, но и теперь способные ее увидеть неписи и ладно если это были варвары или дикари, лесные разбойники или пираты, а если государство, на землях которого игрок нашел шахту? Справиться с государством (еще смотря с каким) и отстоять свои права (хотя бы на компенсацию) мог только клан, поправка -- очень-очень сильный клан, но никак не одиночка. Можно конечно было пойти другим путем: приобрести хорошие отношения с тем самым государством (племенем, баронством, королевством, империей), возможно даже купить землю, на которой и располагалась шахта, но все это требовало времени, много времени -- за это время переставшую быть невидимой шахту вполне могли найти, а значит все зря -- игрок уже не мог предъявить на нее права.

Так и выходило: шахта это не только постоянный доход, но и постоянная же головная боль и страшнейший геморрой, да еще и поводок, способный лучше мифриловых цепей привязать игрока-владельца к одной небольшой области бескрайнего Серединного мира. Так что взвалить на себя столько проблем и сильно ограничить себя в свободе передвижений решался не всякий клан, что уж говорить про одиночек. Если конечно шахта относится к категории ''богатых'' и в ней добываются все тот же мифрил, драгоценные камни, золото, ну или в крайнем случае серебро, тогда это совсем другое дело, но большинство шахт относились к ''средней'', ''бедной'', а то и ''очень бедной'' категории (кстати, ''очень богатых'' почему-то не было или их просто пока никто не нашел, или нашел, но не болтал об этом) и добывались в них железо, медь, олово, свинец, поделочный камень вроде малахита или яшмы и уголь (угольные шахты воспринимались игроками как издевательство администрации игры). Да, многие игроки мечтали найти шахту, богатую шахту, а как только находили, то сразу стремились выгодно ее продать другим игрокам, клану ли, неписям -- неважно. К настоящему моменту в Серединном мире сложилась следующая ситуация: большинством сгенерированных для игроков шахт (тех которые нашли) владели неписи, а игрокам принадлежал ничтожный процент (5-8%) и даже не из всех найденных за время игры шахт, а только из тех, где добывали драгоценные металлы и камни.

*

-- Даже не знаю стоит ли с ней возиться? - неуверенно кивнул в глубины короткого понижавшегося тоннеля Морнэмир. - Зачем нам здешнее олово, да еще и такие крохи? После гоблинских цитаделей у нас этого олова хоть жопой жуй, девать некуда. -

-- Да ты что!? - эмоционально не согласилась с ним Анариэль. Эльфийка смотрела внутрь небольшой шахты совсем другими глазами чем Морнэмир и как музыку воспринимала доносившиеся оттуда удары железа о камень. - Такой подарок судьбы -- шахта под самым носом, а ты кривишься! Охранять не надо -- сквозь кровавых стражей Королевы Мертвых никто в город не попадет. Кормить, поить рабочих не надо -- потому как зомби, единственный живой заготовка-бригадир (из шахтеров), но он один, а шахтеров-зомби три десятка, и они не филонят, не спят и работают как папа Карло 24 часа в сутки, без перерывов и выходных. -

-- Еще двоих универсалов забыла, - напомнил восторженной эльфийке Морнэмир и кивнул на двоих рабочих-заготовок, что заканчивали собирать малую походную печь для плавки руды.

-- Да, еще двое, - легко согласилась с ним Анариэль. - Будут плавить руду на месте и не придется тащить ее черти куда. Раз в неделю будет прибегать спецназовец с мешком (безразмерный мешок) и забирать то что зомби накопали, а универсалы наплавили. Шахта ведь хоть и значится как ''бедная'', но думаю под тонну олова будет выходить. Тонна в неделю, четыре в месяц, 48 в год. 48 тон олова в год! И я даже не знаю как мне считать процент прибыли -- расходов ведь почти никаких: ни на охрану, ни на шахтеров, ни даже на жрачку для трех заготовок-- трофейный гоблинский сух-пай, его ведь не продашь -- больше на перевозку затратишь чем за него выручишь, а тут он не пропадет, а пойдет в дело. Инструмент для шахтеров тоже гоблины ''подарили'', как и уголь для плавильни. Раз в три месяца будем менять заготовок и все. Ну может инструмент через полгодика заменим и то если этот износится. -

-- Да ты оптимистка! - придрался к последним словам Морнэмир. - Видел я эти кирки: не скажу что говно -- нормальная вещь, но полгода никак не вытянет и не мечтай! Готовься менять вместе с заготовками месяца через три, а то и раньше -- сама ведь говоришь, зомби будут пахать круглые сутки -- так что либо метал, либо дерево не выдержат такого темпа. -

-- Все равно расходов почти что и нет -- доходы одни, - упрямо гнула свою линию Анариэль, и Морнэмир не стал с ней больше спорить, только пошутил:

-- Амортизацию зомби тоже учла? Неизвестно сколько им осталось ''коптить'', да еще с такими нагрузками -- самые старые считай полгода уже пашут. -

Морнэмир хотел пошутить, а затронул больной вопрос, и мгновение назад довольная жизнью и собой Анариэль сморщилась как от зубной боли.

-- Зря смеешься -- как начнут они рассыпаться один за другим, тогда поплачешь. Мы ведь уже все привыкли: ''Тысячу копать ямы под фундамент!'', ''Пять тысяч копать ров!'', ''Три тысячи таскать стволы!'' и все в том же духе. А теперь представь: не будет этих тысяч, а останутся одни заготовки! Кошмар! -

-- Да-а, согласен -- проблемка! - Морнэмиру сразу расхотелось шутить -- Анариэль была права на все 100 -- они все и он в том числе привыкли к обилию бесплатной рабочей силы и, честно говоря, Морнэмиру очень не хотелось отвыкать. - Может что-то можно сделать? Перетереть с Туллиндэ и прочими трупорезами (некромантами), попросить чтобы как-то исхитрились продлить срок эксплуатации мертвяков. Слушай! - пришла ему в голову мысль. - А ведь стражи Туллиндэ долго пашут, некоторые больше года?! -

-- Сравнил! Стражи -- штучная работа самой Королевы Мертвых. Ну может быть и не штучная, - поправилась Анариэль, вспомнив, что стражей делают партиями, - но все равно это не зомби, а как калькулятор и компьютер, - эльфийка привела странное, но по сути верное сравнение. - Стражи -- почти что высшая нежить, да еще именные создания, а зомби -- тьфу (!) штамповка, большинство даже не работы Туллиндэ, а других трупорезов. -

-- Но может все-таки можно что-то сделать? -

-- Да говорила я с ней уже, - раздраженно созналась Анариэль. - Они (некроманты) думали об этом и кое-что делают: кое-какие ритуалы провели -- так что месяца два точно не рассыпятся, а вот потом неизвестно -- если проводить тот же ритуал на тех же самых зомби, то с каждым разом эффект будет слабее, пока совсем не сойдет на нет. Еще они самых качественных отбирают и индивидуально с ними работают, но это дорого и медленно, зато после такой обработки мертвяки будут пахать десятки, если не сотни лет, еще и с нами на Землю перенесутся -- порадуют местных, особенно разных попов, своим видом! Жаль только что таких будет немного -- пока всего четыре сотни есть. Туллиндэ говорит, что она сильно поднялась после Хлебной и много работала над усовершенствованием процесса в цитадели Дробителей Мослов (Костей), так что теперь сразу может таких вот вечных зомби поднимать, но нужны свежие тела. -

-- Тогда нужно свежих где-то доставать: напрячь вояк и Дримма, пусть сходят на кого-нибудь войной, достанут побольше мертвяков и приволокут трупорезам. Или нет, раз уж нужен свежак, пусть мертвячья контора Туллиндэ в полном составе отправляется с ними и уже на месте работают со свежим материалом. -

-- Ходила я к Главе, - Анариэль действительно не на шутку обеспокоила эта проблема, и она приложила все силы, чтобы голова болела не только у нее одной. - Он знает, пообещал как только, так сразу, но сейчас много сил и народу забрал проект в Южном океане, ну и город -- так что не до похода. Еще я, дура, рассказала ему, что два месяца зомбаки точно пропашут! - самокритично призналась в своей промашке Анариэль. - Он успокоился и теперь не особо торопится -- говорит: разгребем дела, наберем побольше новичков, тогда и сходим -- набьем свежих трупов и заодно новичков обкатаем. -

-- В общем-то верно он рассудил, - поддержал Главу Морнэмир, - и про новичков, и про дела -- ни вздохнуть, ни пернуть. Да и стоит хотя бы сперва подумать на кого напасть, и как это нам отольется, потом разведку заслать, выяснить все, а не переть с бухты-барахты -- все это не быстрые дела. - Тут Морнэмир щелкнул пальцами, пытаясь не упустить пришедшую ему в голову идею: - Слушай, я тут подумал: а как зомби сами по себе в данжах и подземельях тысячи лет живут, или дикие в развалинах всяких тоже? -

-- Фиг знает? - пожала плечами Анариэль. - Я ведь маг Смерти второго уровня, за все время подняла полтора зомби. Наверно система Игры их как-то поддерживает, плюс там всякие проклятые места и кладбища -- там ведь сильный магический фон Смерти, вот он их и подпитывает наверное. В старых данжах (данжи по правилам старых онлайн игр) вообще все обновляется. А еще я где-то читала, что зомби когда жрут живую плоть вылечивают нанесенные им раны и становятся шустрей и бодрей, ну и сильней. Может свежак им и существовать дольше помогает? - неуверенно закончила Анариэль и осеклась.

Игроки встретились глазами и поняли, что каждый из них подумал об одном и том же.

-- Живой поросенок? - предложил Морнэмир.

-- Курица? - вторила ему Анариэль. - Надо будет посоветоваться с Королевой Мертвых как лучше: заставить зомби ее сожрать или перерезать курице горло и полить зомбака кровью, а мясо не переводить, - замелочилась эльфийка. - Или может лучше: чан с кровью и купать их в нем, тогда кур не надо, а каких-нибудь копытных -- только все надо быстро делать, пока кровь свежая -- кровь в чан и скорей купать в ней сколько успеем зомби пока не остыла, а мясо на кухню. -

-- Ты права, стоит сперва посоветоваться с Туллиндэ, - прервал полет ее фантазии Морнэмир. Потом он скосил глаза на закончивших возиться с печью универсалов и, похвалив заготовок, приказал им приступать к работе -- местные зомби-шахтеры уже успели накидать рядом с печью руды. -

-- Значит куры -- нечего их поросятами баловать, - рассуждала на ходу Анариэль. - Куры в Узле идут по пять-семь медяков, за городом напрямую с фермерами можно дешевле сторговаться, а вот если бараны или коровы... -

Сопровождаемая своими питомцами парочка игроков скрылась за поворотом коридора, а за спиной у них осталась исправно функционировавшая система из шахты и комплекса первичной переработки руды.

Помимо города дварфов гигантская стройка протянула свои загребущие щупальца и в другие места: песок для обратной засыпки, для строительных растворов и смесей, да мало ли еще для чего другого брали на острове затонувших кораблей и на Гаваях; известь таскали из Великого леса (квелья любезно указали место ), плюс из того же Великого леса шла особо качественная смола и черви квелья -- игроки скупили у обрадованных квелья всех их червей, буквально ВСЕХ, что те могли продать, и заказали еще (квелья обещали постараться) -- деликатесные черви-трудяги не только изрядно облегчили земляные работы, но и пополнили собой рацион; ну и разумеется склады клановой цитадели также подверглись безжалостному разграблению, заставляя скрипеть зубами Анариэль, но зато живых денег в виде монет и слиткового серебра уходило удивительно мало. Казалось если покопаться, то в вывезенной из Гоблинских гор добыче можно было найти решительно все, все что угодно, даже то, чего Драконы и не могли предположить. Так что Анариэль скрипела зубами, жутко кривила красивое эльфийское лицо, кусала губы, грызла ногти, но раз за разом удовлетворяла каждый, ну или почти каждый поступавший к ней запрос, только бы не трогали ее драгоценное серебро. Конечно так не могло продолжаться вечно, ведь строительство города только началось, а количество ресурсов в забитых до потолка залах цитадели все равно конечно, хотя и очень велико, но пока что все было именно так.

Росла и численность клана, пускай и не теми темпами как хотелось бы некоторым игрокам в руководстве клана, но зато такой неторопливый рост полностью устраивал Альдарона -- старый разведчик считал, что лучше меньше, да лучше и не просто считал, но сумел убедить в своей правоте остальных посвященных. Кстати количество посвященных в клане тоже неуклонно росло и уже больше половины Драконов знало что клану предстоит -- дискуссия-спор в какой временной отрезок и на какой континент отправляться все набирала обороты и масштаб.

В общем дела у клана Красного Дракона шли хорошо, и авантюра в Великом Южном океане не слишком повлияла на разогнавшийся маховик освоения клановых земель и гигантскую стройку -- план, ТОТ САМЫЙ ПЛАН Драконов, претворялся в жизнь и незаметно для самих занятых множеством дел Драконов выходил на новый этап.

Глава 6

Неизвестно где.

Дримм.

Лопата легко вошла в уже отогревшуюся после зимы землю и выворотила огромный больше самой лопаты ком, за первым последовал второй, третий, десятый и дальше... Через пару минут Дримм воткнул штык лопаты в землю и более внимательно осмотрел то, что скрывал под собой поднятый им дерн. Несмотря на короткий срок созревания компост удался и радовал взгляд своим равномерным видом, а нос правильным густым ''ароматом''. Честно сказать Дримм опасался, что год -- слишком маленький срок и содержимое ямы просто не успеет созреть, боялся несмотря на то, что сам щедро сдобрил его медвежьим и козьим говном, птичьим пометом, рыбьими внутренностями, кишками животных, дикой падалицей и много чем еще, что оказалось в тот момент под рукой. Но все удалось -- жирная и богатая червями почва превратила траву и прелую листву, а так же все вышеперечисленное в крайне необходимый фейри продукт. Дримм еще немного поворошил его лопатой, убедился что все действительно как надо и, в темпе накидав тачку с верхом, повез первую партию к огородам.

Катить нагруженную и подозрительно скрипевшую тачку было не далеко и вскоре Дримм орудуя все той же лопатой равномерно раскидал компост в заранее выкопанные лунки, добавил выброшенной из тех же лунок земли и хорошенько все перемешал. Поливать не стал, он несколько раз уже пролил высокую огуречную грядку: первый раз еще не вскопанную, когда окончательно сошел снег, второй раз перед тем как собирался ее вскопать, третий раз, когда уже вскопал и сделал лунки -- все три раза поливал теплой водой. Работа не отняла у него много времени и уже через 20 минут Дримм бодро скрипел тачкой за новой партией -- еще две такие же грядки ждали столь необходимый им компост.

По пути фейри серьезно задумался, стоит ли потом укрывать посаженные огурцы, после недолгих раздумий решил -- нет, не стоит -- мягкая здешняя зима уже далеко и ночью достаточно тепло чтобы рассада не замерзла. В любом случае до непосредственной посадки еще два-три дня -- смеси компоста и земли в лунках нужно ''отдохнуть'' и ''привыкнуть'' друг к другу.

-- Может следовало кинуть сперва свежего навоза? - размышлял Дримм, орудуя лопатой. - Нет, все правильно -- было бы слишком круто и нежные корешки могли сгореть. -

Вновь скрипит наполненная с горкой тележка, а привычно на автопилоте кативший ее фейри размышляет о том, что он уже сделал этой весной и что только предстоит:

-- Морковь и редиска посажены, ростков еще нет, но скоро будут -- семечки дойдут и пойдут в рост. Лук, чеснок и парум перезимовали хорошо, ралгун тоже неплохо -- значит должен быть хороший урожай. Я много в прошлом году посадил, даже через-чур много -- зачем мне столько одному? Ну да ладно, не пропадет. Копу неделю назад посадил -- вроде не рано, землю к тому времени хорошо прогрело, а через день брызнул дождь. -

Дримм выпустил ручки тачки и достал воткнутую в наваленный на нее компост лопату, при этом продолжая неторопливо и обстоятельно размышлять:

-- Капуста пережила весенний холодок на удивление хорошо -- все-таки не зря я мучился с керамической трубой от печки -- покорячиться конечно пришлось, но зато выжила вся рассада, а если бы поленился, то как минимум половину потерял, даже при такой теплой зиме. Огуречная рассада так же радует, всего пару горшочков потерял-не уследил, но поскольку делал с запасом, то не страшно. Вурм вообще растет ка на дрожжах, как бы глину не расколол, а ведь его нужно высаживать позже огурцов. Может высадить одновременно? - задумался над судьбой на удивление быстро набравшей силу рассады Дримм и, закончив с очередной грядкой, принял решение: - Так и сделаю: займусь завтра грядками для него, значит сегодня кучу (компостную) закапывать не буду, а завтра по утряне подсоберу еще листвы, сегодня вечером переберу не пошедшие в посадку остатки копы и завтра, после того как возьму из ямы все что нужно, загружу побольше нового сырья. Только обязательно не забыть все хорошенько перемешать. -

Опять катится-скрепит тачка, а мысли фейри бегут своим чередом:

-- Не сегодня, так завтра нужно будет проведать коноплю, хотя может и не стоит -- что ей сделается, растет как сорняк, поливать-удобрять нет особой нужды. Хотя все-таки стоит не полениться и посмотреть. Кусты малины в лесу тоже проведаю, заодно по пути к конопле загляну. А у дичка (дикой яблони) поставлю силков на зайцев: шкуры и мяса с них весной конечно не возьмешь, но зато хоть не будут драть кору. Решено, сегодня и поставлю. -

Дримм вновь накидал полную тачку компоста и отправился в последний третий заход, но по пути неожиданно свернул и около часа возился на двух длинных ягодных грядках шарума, не доверяя лопате рыхлил землю ножом и черпая компост руками бережно удобрил каждый куст, а потом теми же руками аккуратно вернул землю на место. Тут он и встретил наступавший рассвет, полюбовался первыми солнечными лучами, закончил с шарумом и покатил на три четверти опустевшую тачку назад к компостной яме.

Солнце еще не успело как следует взойти, а Дримм уже закончил с последней грядкой и поспешил отвезти немилосердно скрипевшую тачку в небрежно сделанный шалаш, что притворялся сараем для инструментов. Пора было завтракать, но прежде чем идти домой фейри перевернул тачку и, сняв подвешенную под потолком серебряную баклагу с дегтем, щедро смазал сначала скрипевшее колесо, а потом не так щедро второе, покрутил оба колеса, для того чтобы деготь разошелся, а потом мазнул еще.

Дримм вспомнил сколько ему пришлось мучиться, чтобы заиметь столь щедро расходуемый сейчас деготь и сколько драгоценной, действительно драгоценной живицы извести на него и скипидар, как он едва не устроил пожар и как тяжело было не спать несколько суток к ряду, поддерживая огонь и следя за уже запущенным процессом. И главное та же история что с луком и чесноком -- зачем ему столько одному?! Зато теперь не придется беспокоиться ни о скипидаре, ни о дегте -- уже наделанных запасов хватит на много-много лет.

На лицо фейри набежала тень: мысль, что его почти полуторогодичное заточение в этом месте может продлиться неопределенно долго, потянула за собой еще кучу безрадостных мыслей и всегда подступавшую вместе с ними хандру. Дримм закончил с тачкой и отправился домой, привычно гоня хандру от себя и пытаясь переключить голову на что-то другое.

Дом как всегда встретил спустившегося по лестнице фейри успокаивающим полумраком горящих гнилушек, столбиками света из вентиляционных отдушин, одновременно зимой служивших источником необходимого рассаде солнца, привычными запахами трав и зелий, а так же блеянием коз.

-- Друг -- вернулся -- хорошо. Завтрак -- вкусно -- сейчас, - встретивший фейри небольшой похожий на ласку зверек привычно куснул погладившую ладонь и вновь ментально передал: - Завтрак -- сейчас. -

-- Будет тебе завтрак, - вслух ответил ему Дримм и на мгновение собравшись послал ментальный ответ: - Скоро. -

Фейри довольно улыбнулся, когда зверек что-то пропищав скользнул в глубину их общего дома -- месяц от месяца у него получалось все лучше и такое общение уже не требовало столько сил как раньше.

Настроение снова поднялось, и Дримм привычно заскользил по своему жилищу среди солнечных лучей, как среди колон. Проверил солнцелюбивую рассаду, передвинул несколько оказавшихся в тени горшков, потом прошел в отделенное от основного дома плетеной стеной помещение и, расталкивая тершихся о него боками и тянувших морды коз, подошел к отдельному выходу наверх. Фейри напрягся и отвалил тяжелый камень, который вряд ли подняли бы и десять обычных человек, потом отвязал жердяную промазанную глиной дверь, вытащил цельную дубовую плаху и едва успел освободить проход ломанувшимся на солнце и воздух козам. Козы за зиму соскучились по солнцу и сочной зеленой траве и несмотря на то что Дримм уже несколько раз выпускал их в летний загон, каждый раз ломились как советские граждане за дефицитной финской колбасой. Лишь одна из коз, всегда резвая Звездочка не проявила обычного рвения и поднималась последней, грустно вздыхая и словно прислушиваясь к чему-то слышимому только ей.

Дримм взял козу на заметку и, сходив за корзиной с сушеной травой, полез за козами наверх. Вылез фейри в довольно обширном овраге, напоминавшим тот, в котором находился построенный им дом, вернее не находился, а являлся им, еще вернее, тот овраг им стал после того, как Дримм укрепил земляные стены, сделал крышу и сложил первую печь (сейчас их было три). Этот овраг был шире и по размерам превосходил служивший домом примерно раза в три, напоминая собой футбольное поле, еще он прекрасно подходил под летнее пастбище коз и обеспечивал им безопасность, а так же вкусную, сочную и главное, благодаря всегда влажной почве быстро растущую траву.

Дримм наполнил кормушку сеном -- трава-травой, но держать коз на ней одной нельзя, тем более робкий пока зеленый пушок не смог бы удовлетворить аппетит стада почти в 3 десятка прожорливых голов. Затем фейри открыл заслонку и в поилку потекла вода. Тем временем козы толкая друг друга с мемеканьем оккупировали кормушку, а вот Звездочка лишь только вяло попила воды и даже не сделала попытки приблизиться к аппетитно хрустевшим угощением товаркам.

Именно там у поилки Дримм ее и поймал: заглянул в пасть, потрогал вымя и живот, почувствовав пальцами не то, заглянул под хвост. Кивнул своим мыслям и отпустил все так же вялую козу. Вернулся в землянку и щедро насыпал в глиняную плошку конопляных семян, потом ягод шарума и немного сушеной земляники (одного из любимейших лакомств Звездочки). Несколько несложных манипуляций со ступкой, во время которых Дримм повторял заклинание школы Природы, и нужный ему состав готов. Помогли ли заклинания он так и не понял -- лишь один раз почувствовал даже не отклик, а тень его (может и показалось), а ведь повторил не меньше десятка раз. Опять сходил в загон и почти силой накормил Звездочку этой смесью, потом некоторое время разминал жалобно блеющей козе живот, и так до тех пор до тех пор пока не подействовала конопля, ''полюбовался'' на срущую козу и покинул загон, предварительно подоив пару ее готовых поделиться молоком товарок.

Пришло время позаботиться о себе и о пищащих кри: встретивший его зверек привел к завтраку все свое многочисленное семейство из подруги, четырех их совместных детенышей, брата, его самки, трех уже их детенышей и общей престарелой матери, а возможно и бабушки -- Дримм так до сих пор и не разобрался кто она им.

На завтрак у фейри было парное козье молоко, большую половину которого он пожертвовал в пользу кри, вчерашний творог -- тут Дримм постарался сам, а что осталось доели всеядные кри, копченую рыбу разделили по-братски -- брюшко и бока фейри, а костистая спина, голова и хвост кри. Вареную копу кри не любили, так что Дримм хорошо оприходовал щедро сдобренный луком и чесноком корнеплод, еще и осталось на обед. Венчал довольно плотный завтрак сладкий десерт -- отвар из смеси шарума и других ягод на меду.

После завтрака кри тут же разбежались по своим делам, а Дримм немного посидел, подумал, убрал со стола и, еще раз посмотрев рассаду и передвинув пару горшков на свет, отправился к реке.

Река побаловала его кучей серебристых торпед в одной из вершей, а так же двумя незваными гостями -- злых и здоровенных раков фейри отпустил, а рыбу нанизал на пару длинных ивовых прутов и помахивая ими в воздухе понес эти гигантские, частично еще живые шашлыки к расположенной недалеко коптильне. Потом он довольно долго потрошил и обрабатывал новую партию, потом загружал ее в коптильню. Брать из коптильни ничего не стал, хотя пара щук вполне была готова для стола, перевесил их в не жаркое место и закрыл довольно узкий проход тяжелым дубовым пнем. Обошел коптильню по кругу, ища следы подкопов (не раз и не два лесные воришки пытались добраться до аппетитно вонявшего на весь лес содержимого), в паре мест поправил загородку из колючек, а затем минут двадцать колол заранее заготовленные дрова. Часть наколотых дров отправились в довольно большую поленницу, а часть перекачивали в недра коптильни, и ароматный запах дыма и рыбы стал сильней.

С коптильни Дримм прихватил с собой большой плетеный короб из лыка, короб немилосердно вонял как уже тухлыми рыбьими потрохами и головами, так и свежими заброшенными в короб чуть больше часа назад. Фейри хотел было опять заглянуть к реке и переправить часть содержимого короба в воду на прикорм, но передумал и по нахоженой тропе бодро зашлепал домой.

-- Нужно на время притормозить с рыбой, - думал шагавший по тропе Дримм. - Той что есть хватит месяца на три и то если есть ее каждый божий день, а так на семь-восемь месяцев, или даже на год -- не охота чтобы пропала. Хотя у меня не пропадет -- использую как прикормку или приманку в ловушках, в крайнем случае отправлю в компост, но не хотелось бы так переводить отличную рыбу. Решено: завтра вытащу обе верши и месяцев пять не буду их снова загружать, за это время подъем уже готовую рыбу, соскучусь по свежей, а осенью поставлю опять. Да, так и сделаю, - принял окончательное решение Дримм и пошел быстрей, мог бы и побежать, но не захотел, и не 50-ти килограммовый вонючий груз за спиной был тому причиной.

У самого дома его встретили несколько детенышей кри и некоторое время следовали за ним, пища и пытаясь допрыгнуть до короба, общаться ментально они еще не умели, но догадаться чего они хотят не составило особого труда. Дримм сжалился и бросил им пару голов посвежей, остальное высыпал в здоровенный ящик, сделанный из обмазанных глиной жердей, что заменял ему бак для пищевых отходов, и закрыл его крышкой из все тех же жердей. Запер крышку на свою гордость -- пусть и не хитрый, но собственноручно вырезанный из дерева запор. Фейри не желал чтобы кри отравились тухлятиной, да и не хотел приваживать лесной вороватый сброд из мелких зверьков -- ему итак хватало проблем с коптильней и с запасами зимой, хотя те же соседи кри изрядно помогали особенно от наглых как уроженцы Пиндостана крыс и мышей.

Какое-то время Дримм занимался разными мелкими делами во дворе, поколол дрова и прежде чем успел закончить, окончательно затупил уже поработавший сегодня топор. Немного сжульничал и остатки предназначенных на раскол поленьев разорвал жесткими как сталь пальцами игрока с СИЛОЙ под 100. Затем поправил топор точильным камнем и, собрав нехитрый инвентарь, вновь отправился в лес.

Фейри ждал-не дождался мед, что собрали для него (ну ладно, не для него) трудолюбивые местные пчелы. Дримм очень аккуратно относился к такому ценному ресурсу как лесной мед (а другого у него и не было) и вел в голове строгий учет всех доступных ему бортных мест: когда-какие посетил, сколько взял, возраст и появление новых. Мало того, он ревностно оберегал сладкое золото от конкурентов-медведей, и многие из них слетели на землю после удара отброшенной могучей лапой дубовой колоды, которую хитроумный фейри привязал над входом в каждое медоносное дупло и которое било по медведю с той же самой силой, с которой он нанес удар, плюс масса самой колоды и ее дубовая плоть. Нехитрая защита не давала осечек, и большинство любителей меда понимали более чем прозрачный намек после второго-третьего падения, а шкуры тех кто не понимал пошли на одежду, постель и украшение жилища фейри, хотя сам Дримм упрямцев только добивал -- в противостоянии колода:медведь всегда побеждала колода.

По пути он нарвал несколько пучков весенних цветов и трав, надрал коры и, легко срезая полосы коры острым лезвием, еще раз похвалил себя за то, что когда-то на заре своей игровой жизни увлекся работой по металлу, причем начинал он не только с готового металла (слитки серебра), но и с кусков медной руды.

Дримм никогда не ходил в учениках у кузнецов Серединного мира, а получил свой опыт из книг и собственноручно набитых шишек. Потом кузнечное ремесло как-то вышло из орбиты его интересов и ушло даже не на второй или третий, а на десятый-двадцатый план, в приоритете оказалась магия и алхимия, а из ремесла все что нужно для резки рун по дереву и кости, а если возникала необходимость нанести руны на металл, то к услугам фейри всегда был прекрасный набор для нанесения рун, благодаря которому от него не требовалось каких-либо особых умений в обращении с металлом. Но приобретенные когда-то знания он не забыл, и в этом странном лесном раю-тюрьме, где магия дала осечку, а из всех алхимических реагентов был доступен лишь самый примитив, навык работы с рудой и металлами пришелся ко двору.

Начинал Дримм с золота, вернее не так, сперва он долго мыл его в реке с помощью самодельного лотка, благо еще в своей прошлой земной жизни сумел не только увидеть и подержать такие лотки в руках, но и немного подкалымить по пояс в ледяной воде, пополняя свой небогатый лейтенантский бюджет. На мороженое и сигареты он тогда заработал, но не более того, а вот радикулит едва не приобрел. Нынешнему его телу нипочем была ледяная вода, сил и выносливости фейри хватило бы на сто человек, а зрению мог позавидовать любой орел, да и отсутствие конкурентов и богатство самой реки тоже сказались -- он легко делал пару килограммов в день в виде песка и мелких самородков. Но золото -- очень мягкий метал, а фейри нужны были оружие и инструменты, и он продолжил искать -- нашел медь, потом серебро, свинец и олово. Ему невероятно повезло, что на участке всего в несколько десятков километров встречалось все вышеперечисленное, мало того, имелся даже гематит, а значит железо, но по понятным причинам железо он оставил в покое, а сосредоточил усилия на меди, свинце, олове, серебре и первом из найденных металлов золоте.

Получить руду из камней оказалось не сложно, хотя и пришлось не имея нормального инструмента валить деревья и разделывать их на нормальные дрова -- опять выручила сила, непомерная сила и еще такая же выносливость высокоуровневого игрока. Сложить из камней печи, одну для плавки руды, другую уже для металла было все-таки сложней. Муторней всего встало обмазать печи глиной изнутри и снаружи, прогреть, дать остыть, снова обмазать и снова прогревать и опять добывать дрова, много, много-много дров, благо с медью и остальным можно все же было обойтись дровами -- с железом бы этот фокус не прошел и сперва пришлось бы пережигать дрова в уголь. Потом все было намного легче -- знакомая работа с медью и серебром, несложная с золотом и быстро освоенная с оловом и свинцом.

Дримм прервал давние воспоминания и, без всяких премудростей легко воткнув пальцы в кору, полез на первое из бортных деревьев. К сожалению слазил он зря -- пчелы еще не восстановили свои запасы после зимы, и Дримм вынужден был съехать по стволу вниз не солоно нахлебавши -- лишать пчел тех крох что они успели собрать он не стал. Все же пчелы кое-чем его наградили, и полдюжины укусов чесались еще минут пять, а вскоре как всегда исчезли и как всегда без каких-либо последствий.

Свинец пошел на снаряды для пращи, на ступки для перетирания орехов, зерна, трав и всего чего угодно, на различные противовесы и в общем-то все -- малополезный оказался металл (для той же пращи вполне можно было обойтись речной галькой), разве что потом он стал его понемногу добавлять к смеси олова и меди, но это уже другой разговор. Золото и серебро использовал в качестве посуды, и вот уже чуть ли не год запертый в лесной глуши обитатель землянки в самом прямом смысле ел и пил только с золота и серебра, и ладно бы только он, но даже кри ели из золотых мисок, а козы пили из серебряной поилки. Ну с медью ясно -- пошла на все, буквально на все от гвоздей, до оружия, знакомый еще по Великому лесу материал стал в руках фейри пластилином и обеспечил все его потребности в изделиях из металла.

Второе бортное дерево, настоящий лесной исполин с дуплом, в котором при желании можно было не только стоять в полный рост, но даже ходить и бегать, не разочаровало Дримма: огромный обитавший в нем рой может быть в процентном отношении и не обогнал в добыче меда уже посещенный, но пчел здесь было как минимум раз в 30 больше, и Дримм без стеснения выгреб часть их добычи, получил 3-5 десятков укусов и весело матерясь сбежал, продираясь сквозь отсекший разъяренных пчел орешник. Вообще, если так подумать, то бортник из фейри получился еще тот -- ни один его поход за медом не обходился без настоящей войны с пытавшимися наказать воришку пчелами, но опять же таки высочайшая даже по меркам Серединного мира регенерация, а еще ПОЛНАЯ нечувствительность к ЛЮБЫМ ядам позволяли ему переносить такие жесткие сеансы апитерапии без каких-либо проблем и последствий для организма.

Медь конечно сняла основную потребность в металле, Дримм любил и умел с ней работать, но ему хотелось большего, тем более есть олово под рукой, а олово и медь -- совсем другой коленкор. Бронза, тем более такая в какой нуждался фейри, получилась не сразу: вычитанный в книгах по кузнечному делу рецепт (80% меди, 20% олова) почему-то не пошел (слишком хрупкий получился сплав), и Дримм больше месяца искал оптимальный вариант. В конце концов остановился на сплаве меди, олова, свинца и серебра -- новый сплав тоже не дотягивал до установленного самому себе стандарта, но задолбавшийся, черный от копоти и сжегший брови Дримм устал и решил сильно урезать осетра и не разыгрывать из себя ГОСТ. Впрочем получилось не так уж и плохо и вскоре везде где только можно бронза сменила медь.

Третья уже не такая большая борть (но все же побольше первой) так же порадовала фейри медком -- Дримм заполнил все захваченные туеса и добрым словом помянул полосатых стахановцев. Стахановцы впрочем не оценили его похвалы и злыми укусами наградили тоже от души, ничуть не меньше чем их более многочисленные собратья, обитавшие во втором посещенном сегодня дупле.

-- На сегодня хватит, - подумал на бегу стремительно несущийся по лесу Дримм. Не то что бы он боялся пчелиных укусов, но не хотелось терять столь работящих пчел, так что фейри наддал и вскоре оторвался. - Пора домой: приберу мед, заодно и пообедаю, а еще к двум запланированным на сегодня бортям наведаюсь завтра или послезавтра, или через неделю, в общем когда захочу -- пусть спокойно работают и копят медок. -

Фейри не прерывая шаг сунул руку в карман и достал свинцовый шар, небрежно встряхнул кистью, размотав тем самым ремень пращи. Через несколько мгновений раздался похожий на винтовочный выстрел хлопок, и довольный своей меткостью фейри чуть-чуть сошел со своего пути и поднял еще трепыхающуюся тушку гигантского голубя с кровавым месивом на месте головы. Прицепил тушку на специальную петлю на поясе и весело насвистывая продолжил свой путь. Свинцовый шар искать не стал -- не меньше сотни таких шаров валялось в шалаше-сарайке вместе с огородным инвентарем и вдвое больше было раскидано по лесу -- благодаря его охоте и тренировкам свинец валялся чуть не под каждым кустом.

Внезапно без всякой видимой причины на лицо фейри набежала глубокая скорбная тень, шаг замедлился, а плечи опустились -- тяжелые черные мысли вновь овладели им:

-- Что же все-таки произошло?! Где я?! Что с кланом!? Что с Землей?! И когда я и все это место исчезнем?! И ладно если осуществится задуманный нами план и наши перенесутся на Землю прошлого, а если нет!!!? - в тысячный раз безответные вопросы терзали душу и разум фейри, и в тысячный раз внутри него поднимался еще один вопрос: покончить с собой и очнуться в загрузочной темноте, а потом, здравствуй респаун и клан. Но опять же в тысячный раз инстинкт не дал принять окончательное решение -- внутренняя суть не словами, но говорила ему, что ни к чему хорошему это не приведет, а своему чутью Дримм привык доверять.

Каждый раз, когда на него накатывали подобные темные волны, Дримм старался отвлечь себя чем-нибудь другим, вот и сейчас он почти побежал по тропинке и в тоже время вертел по сторонам головой:

-- Кусты, деревья, взлетевшие пичуги -- все не то! Свинцовый блеск под кустом -- нужно запомнить место! Грибы, я так и не научился разбираться в местных грибах -- совершенно незнакомые грибы, причем незнакомы не только по Земле, но и по книгам Серединного мира! Где я, мать их всех за ногу подери!!! Так -- опять!? Нужно отвлечься! Деревья, весенняя трава, порскнувший заяц, тропа, поршня. О как! Правая ''калоша'' совсем от бега истрепалась -- нужно будет или чинить, или сплести новую. Скорей бы сделать нормальную обувку, а не то убожество что сейчас на мне. -

Способ сработал, и Дримм сумел переключить свои мысли на... обувь, и ради истины следует все же сказать: фейри не был к себе справедлив, и сварганенные из сырой кожи поршни неплохо служили своему создателю, а плетеные из лыка лапти поверх них (те самые ''галоши'') исправно продлевали поршням жизнь. Впрочем продлевать-то продлевали, но... это были уже пятые поршни и бог знает какие по счету ''галоши'' и все это при том что первые месяцы своей жизни здесь он и вовсе ходил босиком.

Дримм вихрем ворвался во двор и так же стремительно нырнул в полумрак землянки -- как всегда приятная прохлада и в то же время тепло от никогда не остывавших печей подействовали на его мятущуюся душу успокаивающе. Помогли и кри, как взрослые почувствовавшие его тяжелое состояние, так и детеныши, которых манил пахучий свежий мед. Фейри немного пообщался-успокоил взволнованных старших кри (или они успокоили его -- трудно разобраться), потискал облепивших его детенышей и разумеется угостил и тех, и других медом. Сам съел липкий и сладкий комок, хрустнул трупиком пчелки на зубах и окончательно пришел в себя. Фейри как мог процедил мед и слил его в общую корчагу, потом снял поршни, освободил их от ''калош'', секунду их рассматривал, а потом бросил износившуюся пару в жерло одной из печей, подложил дров во все три и занялся домашними делами.

Некоторое время фейри мял глину в специальной яме в самом темном и далеком от печей углу: мял долго, сначала руками, затем топтал и снова руками, отделил от общей массы немалый комок и еще немного его помял. Сплел короб и новые ''галоши'', доделал топорище, проверил преющие крынки с травами, что с ночи стояли в отделении одной из печей (некоторые оставил как есть, другие убрал в холодок), сунул в кухонную печь горшок с недоеденной копой, медной кочергой нагреб углей для жара и занялся голубем. Вскоре по землянке поплыл восхитительный запах жаренной дичины, щедро сдобренной травами и чесноком. Пока жарился голубь Дримм заварил ралгун и налил в небольшую мисочку на столе немного меду. Когда голубь был уже почти готов, порубил к нему на сковородку вурма, не очищая его от кожуры, туда же отправил копу из разогревшегося горшка, хорошенько перемешал, вновь сунул в печь минуты на три, достал, поставил на стол и щедро бросил сверху луковых перьев.

Фейри не стал давиться и обжигаться шипящим и стреляющим жиром блюдом, а дал ему подостыть, за это время успел еще раз сходить покормить коз, помыть руки, достать крынки с квашенной капустой, морковью, солеными огурцами и страшно кислыми мочеными дикими яблоками, любимым блюдом Рики-Тики-Тави (именно так Дримм назвал главу семейства кри). Он не боялся оставлять готовую еду на столе -- кри не начнут без него и не дадут ничего утащить со стола неразумным детенышам. На этот раз большую часть умял Дримм, заедая недавний стресс, но и кри хорошо похрустели нежными голубиными костями, перехватили немного мяса и много яблок, капусты, моркови и огурцов, поморщились, но съели несколько кусочков копы и с гораздо большим энтузиазмом почти весь жаренный в голубином жиру вурм. После обильной трапезы фейри позволил себе расслабиться и не меньше получаса сидел, баловался ралгуном и балдел от тяжести в желудке и пустоты в голове. Кри ему не мешали: дружно вылизывали давно остывшую сковороду и подъедали что осталось на столе, а после так же дружно отправились на послеобеденную сиесту.

Дримм не последовал примеру своих соседей кри, а, помыв и отчистив золой посуду, в третий раз за сегодня отправился в лес.

''Успевает всегда тот, кто никуда не спешит'' -- сказал когда-то один мудрый человек, вот и фейри не особо торопясь успел все: как и хотел навестил место, где должна была взойти конопля, и остался доволен; посетил заросли малины; как и хотел поставил у яблони силки; нашел несколько потерянных зарядов для пращи и надрал немного коры; дошел до самого солончака-окраины своей тюрьмы без стен и стражей, но охотиться не стал, а только отколол себе хороший ком соли и повернул назад, но прежде чем отправиться домой, зашел в еще одно место.

Последняя остановка на пути домой встретила его жуткой вонью чуть ли не за километр. Дримм фыркнул, но продолжил путь, хотя чувствительный нос фейри даже немножко распух и начал дергаться к концу пути. На сотню метров от источавшей такие оху.....ные ароматы ямы не было ни зверей, ни даже кажется птиц, насекомые так же избегали приближаться, а вот Дримм дошел до самого конца и несмотря на жутко чесавшийся нос, довольно оглядел внутренности распугавшей всю живность ямы.

Жуткая, какая-то нездоровая даже на вид жидкость выглядела ненамного лучше чем пахла -- в общем так как и должна была выглядеть смесь мочи, прокисшего козьего молока, птичьего помета и соли. Дримм взял прислоненную к дереву жердь и поворошил ей внутри этого мерзотного бульона, отвалил один из камней, что прижимали утопленную оленью шкуру и подцепив ее за край частично поднял на поверхность.

-- Да, пчелкам придется потерпеть, - подумал Дримм, оценивая тошнотворного вида разводы на обеих сторонах шкуры. - Завтра надо будет доставать, отскоблить что осталось, а потом мыть, мять и жировать. Наверное дня два придется мучиться, но зато потом останется только продымить яблочными дровами, вот и пригодилась та старая яблоня -- за месяц дрова должны хорошо просохнуть. Сделаю все это, можно уже по-настоящему работать, только бы не запороть столько труда. -

Дримм притопил шкуру, разгладил ее как мог и вновь привалил камнем чтобы не всплыла.

-- С такой шкуры должно получиться 3-4, а то и 5 пар сапог, - мечтал удалявшийся от вонючей ямы Дримм. - Половину скорей всего запорю, - все же не стал он лгать себе, - первые так точно -- это не сырую кожу обернуть вокруг ноги и сшить пока не засохла, да и нити из жил вызывают сомнения. Особый вопрос -- пропитка. Жира у меня много: и медвежий, и свиной, так что попробую и тот, и тот и не буду экономить, а вот в дегте не уверен -- березы я здесь так и не нашел, а сгодится ли местный, станет ясно только после пропитки. Может попробовать конопляное масло? - он серьезно задумался о замене дегтя, но так до самого дома и не пришел к какому-то решению.

Вернувшийся из леса Дримм не поперся сразу домой, а сперва раздевшись до гола отмылся от пропитавшей его вони, не пожалел смеси эфирного масла из хвойной коры и свиного сала, сумев почти ликвидировать неприятный запах. Надел свежие кожаные штаны и не обуваясь прошел в дом. Кри все еще спали, а до вечера было далеко, и Дримм решил поработать с металлом: пошуровал внутри кузнечной печи кочергой, подбросил дровишек, покачал меха, еще раз пошуровал, задвинул специальную задвижку и еще несколько раз налег на меха. Огонь внутри объединенной с горном печи загудел совсем по другому и на фейри плеснуло жаром, заставив выступить пот на обнаженном торсе. Он начал раскладывать инструменты, одновременно решая какой из металлов удостоить своим вниманием:

-- Точно не свинец, - сразу исключил его Дримм. - Может поработать с серебром или медью? Но ни инструменты, ни посуда мне пока не нужны. Что же выбрать? - неторопливо размышлял фейри, перебирая похожие друг на друга металлические бруски. - Может что-то из бронзы? - он взял в руку приятно холодивший разгоряченную кожу металл, но отложил. - Олово? Давно хотел попробовать сделать из него что-нибудь типа чашки, может что-то поглубже и побольше? - тоже отложил, лаская кончиками пальцев гладкую поверхность брусков.

Взгляд Дримма упал на висящий на крючке темно-красный браслет, его недавнюю работу, и он наконец решил:

-- Попробую опять золото и медь, но не как для браслета 50/50, а возьму-ка побольше золота и поменьше меди -- интересно что получится? -

Сказано, сделано: за полтора часа работы он объединил два металла в один сплав и придал ему на наковальне форму.

Проснулись разбуженные ударами металла о металл кри и возмущено попищав поспешили ретироваться на улицу, а фейри-кузнец еще целый час возился и доделывал получившийся браслет какого-то зеленоватого цвета.

-- А ничего так! - через какое-то время думал Дримм, вертя свою работу в руках. - Цвет приятный, нежно-зеленый в желтизну, обод получился тоньше и изящней чем тот, в котором половина медь, и вообще расту -- скоро передо мной и Фаберже будет в пыли валяться. -

Довольный получившимся результатом Дримм повесил зеленоватый новодел к красному собрату, прибрался в кузне и пошел колоть дрова. После дров занялся запасами копы и отобрал полкорзины гнилья, ну и несколько слабых, но годных в пищу клубней себе на сегодняшний ужин и завтрак следующего дня. Отнес очистки в жердяной бак и почистил копу, поскольку до ужина все еще было далеко, бросил ее воду и, решив еще поработать, достал набор для резьбы. Но прежде прибрал зелья: вытащил часть горшков из печи, процедил одно из зелий, в другую емкость бросил немного печной золы, соли, живицы и хорошо укутав поставил в темное место, у других удалил осадок или помешал, кое-где долил ключевой воды или масла. Наконец оставил отнявшие неожиданно много времени горшочки в покое и сел за стол.

Руны сегодня почему-то не шли: рука то соскальзывала раз за разом, то спотыкалось острие резца, а то и вовсе трескалась кость, и ладно бы в начале работы, но по распространенному во всех мирах закону (закону подлости) каждый раз трескалась именно в конце. Еще и кри начали беспокоиться и, напрямую не тревожа занятого работой фейри, намекая завозились около кухонной печи.

В конце-концов Дримм отложил резец и, смахнув брак и мусор в специальное лукошко, принял решение что на сегодня все -- не идет, так не идет. Убрал чистые плашки и инструмент, закрыл специальный горшочек, где в настое из трав, меда и его крови сиротливо лежали пять, всего пять готовых медальонов -- результат полугодового труда. Сегодня резанные на кости руны не получили пополнения -- обидно, ведь Дримм чувствовал отклик, ощущал как полузабытая магия струится по его рукам и наполняет резец и кость. Сколько раз бывало, что получался идеальный медальон и точный до последней черточки знак, одна проблема -- он не нес ни грамма магии, и фейри со вздохом откладывал его до лучших времен, когда он сможет наполнить мертвую кость силой, которой пока что у него нет. Каждый правильный медальон получался в результате тяжкого труда, бывало Дримм неделями не брался за резец -- чувствовал не пойдет. Тем обидней было потерпеть фиаско сегодня, когда казалось сошлось все: время, желание, нужный материал, наконец магический отклик.

На ужин Дримм пожарил копы с чесноком, запил ее козьим молоком (перед этим покормил и подоил коз и загнал их на ночь обратно под землю), на десерт угостился засахаренными в меду орешками. Кри тоже не остались в обиде -- до сумасшествия любимые ими орешки и щедрая доля молока -- вполне пристойный ужин.

-- Дед бил-бил -- не разбил! Баба била-била -- не разбила! - Дримм и сам не заметил как увлекся, рассказывая кри очередную вечернюю сказку и начал помогать себе не только интонацией, но даже руками. Хотя в случае кри ни то, ни другое не имели особого значения -- полуразумные телепаты воспринимали его эмоциональный фон, и все эти интонационные паузы, тем более жесты были не для них. Тем не менее плавный полет мысли и смысл рассказываемой истории улавливался ими довольно четко, даже не способными пока транслировать мысли детенышами, и при следующих словах Дримма все возбужденно подскакивающее при каждом ''бил!'' семейство испуганно замерло: - Тут пробежала мышка-норушка, хвостиком махнула -- яичко упало и разбилось! -

Дримму пришло мысленное сообщение, но не словами, а в виде образа: как Рикки перекусывает глотку большой серой мыши.

-- Плачет баба, плачет дед, - при этих словах детеныши кри начали тихонько подвывать. - А курочка им и говорит: не плачь баба, не плачь дед -- снесу я вам другое яичко, уже не золотое, а простое. - И фейри уже от себя добавил: - И снесла. Даже два. -

Кри понравился конец истории, и рассказчику-фейри пришел целый ворох мыслей-воспоминаний о вкусе яиц и разоренных хищными кри птичьих гнездах. Затем когда восторги улеглись, Дримм отнес детенышей на руках в специально предназначенное для кри спальное место и перед тем как оставить собравшихся в общую кучу кри, погладил каждого из зверьков, не делая различий детеныш перед ним или взрослая особь. Некоторое время посидел рядом с гнездом, ловя остатки той ментальной волны, что каждый раз возникала когда он рассказывал сказки, а затем ушел, но не спать, а тренироваться в магии.

Вечерние посиделки с кри не только помогали ему бороться с хандрой и доставляли и ему, и кри истинное удовольствие, но и приносили реальную, а не только развлекательно-моральную пользу: именно после них, точнее после четвертой рассказанной им сказки-истории фейри ощутил забытое к тому времени чувство, сперва не поверил -- подумал показалось, но сказки рассказывать продолжил и примерно через месяц сказочного марафона сумел зажечь в ладони магический огонек. Огонек горел чуть больше секунды, но радости фейри не было предела -- его магия не пропала навсегда и может вернуться! С тех пор вечерние сказки превратились в обязательный ритуал, а фейри внимательно прислушивался к себе. Изменения накапливались неторопливо и незаметно: со временем он лучше начал понимать кри, чувствовать лес вокруг себя, а пчелы стали меньше кусать (ну тут можно поспорить, жаль не с кем). Однажды от нечего делать Дримм нарисовал порезанным пальцем руну, простейшую руну огня... и деревянная столешница обуглилась под вдавленной пальцем кровью как под кислотой -- руна отозвалась!

Сегодня вечером фейри еще раз как много-много раз до этого попробовал зажечь свечу и расколоть или хотя бы просто сдвинуть орех. В прошлом, еще до попадания неизвестно куда, Дримм легко и просто смог бы сделать и то, и другое, не просто сделать, а сделать десятками разных способов по 2, по 3, по 5 от каждой из доступных ему школ (16 магических школ, лишь одна на 2-ом уровне, а больше половины уже перешагнули за 3-й). Сейчас же лишенный магии фейри вложил все свои силы, внимание, терпение и желание в то, чего раньше мог достичь одним щелчком пальца или парой слов. За пару часов он попробовал многое: Огонь, Порядок, Хаос, Свет и даже расовая магия фейри обрушивались на свечу -- нет ответа или даже легчайшего тления фитиля; в орех ударили заклинания Воздуха, Тьмы, Земли, Порядка и Хаоса -- впечатляющий арсенал... бессмысленных, ничего не значащих слов и напоминавших фиглярство жестов -- орех как лежал, так и продолжал лежать, нагло блестя абсолютно целой скорлупой.

Несмотря на очередную неудачу Дримм остался доволен -- ясный, хоть и не воплотившийся действующим заклинанием отклик стал сильней, и возможно ему показалось, но когда фейри обратился к своей расовой магии, воздух между пальцами чуть потеплел. Точно так же было и с рунами: сначала предчувствие, после едва заметные толчки в руке и в голове, затем дерево плавится под вымазанным кровью пальцем, а после он уже рисует руну на лезвии бронзового топора, и тот, пусть всего на несколько секунд, приобретает прочность стали.

С тех пор как фейри ответила рунная магия утекло много воды, и пусть он не достиг всего чего хотел, но его уверенность в себе и в том что магия к нему вернется росла с каждым днем, и для того чтобы поддержать в себе эту уверенность, Дримм протянул руку вперед и, почти касаясь фитиля свечи, нарисовал пальцами несложный знак -- свеча загорелась ровным огнем. Несколько больше времени понадобилось на орех, но и прочная скорлупа не выдержала руны-знака и звонко треснула пополам.

Некоторое время Дримм смотрел на пламя свечи, потихоньку отправляя в рот содержимое ореха, потом затушил робкий огонек и отправился спать.

*

Битва кипела шестой день подряд, и истекавшие кровью защитники покинули Средний город, как и Нижний три дня назад. Теперь защищать им предстояло только Верхний, самый богатый и хорошо защищенный из городов, ну и порт все еще оставался в их руках. Впрочем судьба порта была уже решена -- протянувшаяся по склону пуповина из стен на треть простреливалась из захваченных врагом районов потерянной только что части города, а из Нижнего ее и вовсе можно было штурмовать, чем несомненно вскоре займутся нанесшие защитникам города очередное поражение враги. Вдобавок ко всему неожиданно обрушившиеся на процветавший полис дикари умело осаждали город еще и с воды, и пусть их лодки уступали снабженным таранами кораблям горожан, но их было много и на них находились великолепные стрелки с прекрасными луками, а на некоторых и вовсе незнакомое жителям города оружие, напоминавшее огромный положенный плашмя лук на бревне, и больше похожие на копья чем на стрелы заряды из этого лука легко пробивали прочные борта кораблей, срубали мачты, калечили гребцов.

Ихлаху-леха-хайй -- процветающий полис многочисленной и заселявшей эти земли до самого моря расы иллайн оказался не готов к тому, что всегда щедро делившиеся с городом деревом и дичью леса исторгнут из себя огромную орду отдаленно напоминавших дварфов существ. Пришельцы мгновенно разорили все малые поселения и заставы на своем пути, безжалостно уничтожая даже храмы и драгоценные кладки внутри священных мест -- погибли тысячи иллайн, а сотни так и не появились на свет. Иллайны умели сражаться, а гибель стольких не успевших проломить скорлупу малышей вселила ярость и жажду мести в сердца воинов -- немедленно собрался священный храмовый отряд из тысячи закованных в прочнейшие стальные латы воинов, и пять тысяч мстителей, в основном родственников тех кто уже погиб, готовы были поддержать несущий справедливое возмездие порыв.

Войско не успело далеко отойти от городских стен, и весь полис с ужасом мог наблюдать, как погиб священный отряд и примкнувшие к нему мстители. Страшные луки раскрашенных дикарей засыпали благородных защитников города десятками тысяч длинных стрел, и пусть щель в стальных латах находила лишь одна из ста, но их было слишком много, а копья-дротики илайнов сперва не долетали до вражеских стрелков, а потом просто терялись на фоне закрывавших собой небо туч из стрел. Все же дело дошло до клинков, и острые как бритва серпы иллайнов собрали щедрый урожай, рубя прикрытые лишь собственной раскрашенной кожей тела дикарей, но и короткие прямые мечи дикарей обагрила горячая кровь: варварские изуродованные какими-то знаками бронзовые (!!!) клинки и не думали поддаваться, встречая великолепную сталь боевых серпов, и пусть и с трудом, но пробивали стальные латы. Лишь усилия благочестивых жрецов и могучих магов в рядах войска несколько сравняли счет, но и то все происходило неправильно, НЕ ТАК КАК ДОЛЖНО БЫЛО ПРОИСХОДИТЬ! Могучая магия словно слабела, ударяясь в орущую раскрашенную толпу, и вместо сотен и тысяч забирала считанные десятки, а магические щиты не могли остановить поток дикарских стрел. И все же лучшие воины полиса ушли с честью, взяв за себя втрое больше врагов, половину которых забрал с собой священный храмовый отряд.

Два дня дикари разоряли местность вокруг города, а ночью третьего пошли на штурм: сотни пловцов с ножами в зубах проникли в порт, торя путь множеству лодок с десантом, а стены Нижнего города атаковали сразу в двадцати местах.

Порт защитники города тогда отстояли, но вот штурм городских стен отразить не смогли, но зато целых три дня сдерживали прорвавшихся в город дикарей, с боем отдавая каждый квартал, улицу, дом.

Еще до того как раскрашенные безумцы не считаясь с потерями сумели взять стены Среднего города до высшего совета полиса дошло: им не устоять одним, нужно обратиться за помощью к другим городам. Делать этого не хотелось -- все полисы традиционно конкурировали, иногда воевали друг с другом, и пусть соседи несомненно помогут против общего врага (дикари могут напасть и на них), но непременно потребуют себе уступок: земель, торговых льгот, возможно даже ограничить кладки и тем самым на десятилетия или века замедлить рост населения полиса-конкурента. Но выбирать не приходилось и засунувшие под хвост гордость советники дали разрешение жрецам...

Через день весь город знал, что помощь не придет -- ближайший к ним полис не отвечал, а все полисы на месяц пути вокруг находились в похожем положении и сами желали помощи.

И все же иллайны бились до конца: отчаянно хотя и бесполезно защищали порт, и запертые в нем воины держались целый день после того как дикари перерезали связывающую порт и Верхний город пуповину; бились на стенах, бились на улицах, в жилых домах, в храмах и садах мудрости, бились все, даже самки и старики, и никто не смог бы сказать, что защитники города опозорили своих предков. Но все же город пал, тела его жителей отправились на прокорм орде, стальное оружие и доспехи вызвали сильный интерес воинов-дикарей, а магические книги -- их шаманов.

*

Дримм очнулся весь в поту, дыша как загнанная лошадь, а потом едва не захохотал от избытка чувств -- первый сон-видение с того момента, как он очутился в здешних краях! Явно хороший знак, тем более к нему возвращается магия-- со временем он либо сумеет разрушить незримый барьер вокруг его лесной тюрьмы, либо сможет подать сигнал своим, и если клан Красного Дракона все еще существует, то его члены несомненно захотят освободить своего пропавшего Главу. Дримм снова уснул, но, впервые с тех пор как он попал в это место, уснул счастливым и спокойно проспал до самого утра.

*

Вурм -- по виду похожий на баклажан овощ, но на вкус ничего общего (скорее томат).

Копа -- корнеплод, что-то среднее между репой и картошкой. Хранится хуже чем картошка, но лучше чем топинамбур.

Парум -- трава-приправа. Самая распространенная приправа в Серединном мире.

Ралгун -- мелкий напоминающий дикорастущую траву кустарник (сильный тонизирующий, омолаживающий и оздоравливающий эффект). При частом употреблении может вызвать зависимость.

Шарум -- сладкие ягоды, листья можно заваривать как чай. Шарум называют: ''радостью желудка'' -- только что сорванные ягоды помогают при запорах и отравлениях.

Глава 7

Цитадель клана Красного Дракона. Лаборатории некромантов.

5 суток спустя после прибытия эскадры клана на Курорт (Гаваи).

Дримм.

-- Какая ''прэлесть''! - с чувством произнес Дримм, стряхивая с рук кишки. Липкие и влажные ''колбасы'' с хлюпаньем падали в медный наполненный кровью таз и будто шевелились в нем, скользя по гладким стенкам и друг другу. - Пора кончать с такими делами, по крайней мере месяца на два, а там посмотрим, - уже про себя решил Дримм, с отвращением ощущая случайные брызги крови на щеках и лбу . - Надоело! - фейри почти не скрывал эмоций на лице, но все же через не хочу готовил необходимый инвентарь -- погубить результат своих, да и не только своих трудов он тоже не желал.

Занятая чтением сложного заклинания Туллиндэ никак не прокомментировала его слова и недовольный вид -- некромантка полностью ушла в процесс и, точно так же не желая загубить общую работу, не позволяла себе отвлекаться ни на что.

Срывавшиеся с почерневших от напряжения губ тяжелые слова заставляли тревожно и в такт колебаться ярко-голубое пламя сложной гексограммы и вздуваться пузырями подвешенные к потолку мешки внутри нее. Мешки, на самом деле инкубаторы из измененной некромантией плоти, стонали и проступали кровавым потом будто живые существа. Казалось то что скрыто внутри рвется наружу и вот-вот прорвет трещавшую плоть, но шло время, играло пламя и звучали слова в данный момент мало напоминавшей человека или эльфа некромантки, а инкубаторы так и не порвались.

Заклинание было долгим, и Дримм не только подготовил все что нужно и брезгливо вытер кровь с лица и рук, но даже успел соскучиться, наблюдая за впавшей в своеобразный транс напарницей и омерзительными эволюциями мешков-инкубаторов.

Наконец некромантка простонала последние слова, и напоследок особенно ярко взметнувшееся пламя исчезло -- пришло время фейри, и он, обреченно вздохнув, поспешил к несколько успокоившимся мешкам. Тулиндэ сжимала натруженное горло, а Дримм сноровисто начал покрывать мешки густой вязью мгновенно вспыхивавших золотом и тут же гасших рун, умело и быстро макая специальную кисточку в кровь, свою свежую кровь, которую он только что смешал с кровью находившихся в инкубаторах существ. Вернее не существ, а отдельных частей тел, плававших в специально созданном алхимическом составе, в основе которого была все та же кровь фейри, а так же редкие и дорогие ингредиенты.

Вскоре к Дримму присоединилась прочистившая горло Туллиндэ, и пока фейри методично работал над каждым из мешков-инкубаторов, некромантка щедро поливала ожидавшие своей очереди мешки свиной кровью из ковша, тем самым не давая плоти сохнуть.

''Чисто случайно'' заглянувший в лабораторию Менелтор (узнать, чем больше трех часов занимаются его любимая жена и Глава клана) пулей вылетел из зала, зажимая рот рукой, едва не сбив при этом ранее пытавшегося его остановить Некро. Томинокер с усмешкой посмотрел в спину облегчавшего желудок воина и перевел заинтересованный взгляд назад, пытаясь запомнить, понять и главное осознать, что делали Дракон и Королева Мертвых с кучей недавно захваченных бандитов, не меньше половины из которых захватили живьем...

Спустя полчаса.

-- И все-таки слишком дорого, - намыливавший голову Дримм не утерпел и поделился своими мыслями.

-- Посмотрим какой выйдет результат, - отмывавшаяся в соседней душевой кабинке Туллиндэ не была столь категорична. - Возможно такие ''красавчеги'' выйдут, что все расходы покажутся не стоящей упоминания мелочью. Мы ведь в них столько вложили -- просто жуть.

-- Вот именно -- жуть! - Дримм акцентировал последнее слово и, не прерывая манипуляций с волосами, разъяснил выделенный акцент: - Расходы на реагенты сократились совсем на чуть-чуть -- 2-3 сотни золотых -- это не серьезно. Моей крови на каждого из них ушло как бы не в трое. Больше трех месяцев, ТРЕХ МЕСЯЦЕВ я каждый день отливал поллитру! Я не собираюсь больше поддерживать такой темп -- все, есть же предел! Потом время и мана: ни то, ни другое меня не устраивает. Может быть тебя? -

-- Действительно долго возились, - вынужденно согласилась Туллиндэ. - А насчет маны не тебе жаловаться, ФЕЙРИ -- у тебя она восстанавливается быстрее всех! Я вот, например, тоже почти пустая и ничего, а ведь мне дольше пополнять резерв чем тебе и намного. -

Дримм не стал спорить с очевидным и, подставив лицо под струи воды, продолжил:

-- Насчет того кто вылупится -- большой вопрос! Ответ на который мы узнаем только через месяц минимум, и это тот срок, который ТЫ назвала. -

-- Раньше просто не имеет смысла, - напомнила про свои расчеты Туллиндэ. - Вытащим раньше, будут несколько улучшенные копии тех что были в Хлебной, только без мечей и может быть досмертная память сохранится и все. А вот если они как следует дозреют в инкубаторах, да еще и под твоими рунами, да еще и постоянно, весь этот период получая подпитку маной и ментальное обучение, то тогда получатся совсем другие существа. Плохо только что ни ты, ни я не сможем их вести от начала до конца, но с другой стороны, может и хорошо -- будут черпать знания из разных источников, а для Отличницы, Шутника и Иримэ это станет хорошей тренировкой, да и пора их уже привлекать к проекту -- чем раньше привлечем, тем лучше -- когда выйдем на серийное производство, его будет легче запустить. -

-- Вот посмотрим что вылупится, тогда и поговорим, - несколько поумерил ее восторги Дримм. - Кстати, а почему ты Томинокера не хочешь привлечь? По-моему он был бы не против -- очень уж заинтересованно сегодня смотрел. -

-- Обязательно привлеку, но на этом этапе он к сожалению нам не помощник -- слишком мало менталку развивал, зато по зомби почти как я, - признала достижения коллеги-некроманта Туллиндэ и повернув серебренный рычаг выключила воду.

-- Ау-у! Уже можно? - Дримм деликатно спросил раньше него закончившую мыться девушку и не дождавшись ответа приоткрыл дверь кабинки -- голая и все еще мокрая Туллиндэ взасос целовалась с поджидавшим ее мужем. - Ну-ка, половые активисты, разошлись! - шуганул парочку Дримм. - Дома, в семейной постели будете этим заниматься, а не в общественных местах! -

Чуть позже, когда все трое переместились в ''столовку'' и ожидали свой заказ, Дримм вернулся к теме зомби:

-- Ко мне тут Анариэль подходила насчет срока службы мертвяков... -

-- До тебя тоже добралась?! - перебила его Туллиндэ и возмущенно хлопнула себя ладонью по бедру. - Я же ей сказала: мы делаем все что можем! Часть зомби сохраним, а остальные проработают столько сколько смогут, ни больше, ни меньше. А если она хочет заменить тех кто рассыпется, то пусть достает нам свежак! Мы (некроманты) тоже ведь все понимаем и ради такого дела отставим все и сделаем ей ВАХ каких зомби! - Туллиндэ прикоснулась щепотью к губам и послала воздушный поцелуй. - Сотни лет будут бегать, мамой клянусь! -

-- Так собственно по этому вопросу она и приходила: склоняла меня в поход на кого-нибудь сходить и приволочь вам кучу свежего материала и про два месяца что ты ей обещала тоже не забыла упомянуть. Мне прям неудобно стало -- как раз тех разбойников захватили и всех спустили на наш эксперимент.-

-- Значит в большой рейд отправимся? - возбужденно подпрыгнул на валике для сидения Менелтор. - Это хорошо, просто замечательно! Большинство, даже те кто знает зачем мы так сосредоточились на городе, заскучали и рвутся в бой. Новичков также желательно обкатать, сбить новые рейды, позволить старичкам и новичкам лучше узнать друг друга в бою, наконец, нормальной добычи взять -- многие соскучились по добыче. -

-- Может подскажешь на кого? - вполне искренне поинтересовался Дримм, но тут же поставил несколько условий: - Только чтобы отдача была как можно более высокой, приоритет -- живые пленники, здоровые сильные мужики любой расы. Еще, мы не можем себе позволить надолго отвлекаться от здешних дел. Ну и желательно как можно дольше сохранять наше местоположение втайне или как минимум не привести за собой мстителей на плечах. Ну как, сможешь подсказать куда нам отправляться, кого бить? -

-- Вот так вот сразу нет, - задумался Менелтор. - Подумать нужно, прикинуть варианты, тряхнуть Папашу (Альдарона) насчет разведданных, возможно выслать опытные рейды проверить информацию и сориентироваться на месте -- непростое это дело, думать нужно, - пошел по второму кругу явно глубоко задумавшийся Менелтор.

-- Вот и отлично! - внезапно хлопнул ладонью по столу Глава. Менелтор и Туллиндэ аж подпрыгнули от неожиданности, а Ларирира (бессменный администратор ''столовки'') даже устремилась к столу, но с поклоном отступила, правильно истолковав жест Главы (все же на всякий случай отправила на кухню гонца поторопить поваров и заодно напомнить им, для кого они готовят). - Ты и займешься! - между тем объяснял свою реакцию Дримм: - Подумаешь, прикинешь, тряхнешь! Папашу я предупрежу, он окажет тебе всю необходимую помощь и ''даже сверх того'' (не удержался от цитаты из фильма Дримм). Нужны будут люди в помощь и для разведгрупп -- бери, но сильно не наглей. Средства -- обращайся прямо к Анариэль, думаю для такого дела она расщедрится. Сроку тебе два месяца на все про все или нет -- месяц -- время с зомби поджимает. Через месяц представишь на совете клана доклад: куда, как, какими силами, сколько времени займет и какая ожидается прибыль. -

-- ХМ, - привлекла к себе внимание Туллиндэ.

-- Ну? - вопросительно посмотрел в ее сторону Глава, а вот ошарашенный Менелтор сидел как истукан и медленно переваривал новое назначение и свалившуюся на него ответственность.

-- Можно не гнать лошадей, - высказала предложение эльфийка и пояснила: - Про два месяца я подстраховалась -- есть конечно особо паршивые мертвяки -- именно они и могут скопытиться через пару месяцев, может и раньше, но таких немного -- большинство вполне себе качественные и 3-4 месяца точно прослужат. -

-- Мамой клянешься? - усмехнулся невинной хитрости некромантки Дримм.

-- Ага, клянусь, - кивнула Туллиндэ и уточнила: - мамой Сукашвилли, а еще правой рукой Гиращщенко и левой ногой Басруева. - И уже без шуток подтвердила свое обещание: - Три месяца основная масса зомби будут в рабочем состоянии -- точно. Потом сыграют разные нюансы, но одновременного выхода их из строя не будет, и это тоже точно. Потом, мы как минимум 800-1000 успеем к тому моменту обработать, так что они по-любому останутся в распоряжении клана, а вот остальные постепенно будут сыпаться. -

-- И сколько? - все же задал вопрос Дримм, хотя ответ он в общем-то знал, ну или по крайней мере как маг Смерти 5-ого уровня мог предположить.

-- Месяца 2-4, отдельные может 5, хотя нет, - тут же поправилась некромантка, - самый лучший материал в первую очередь идет в обработку -- сам понимаешь, с ними проще работать, да и поголовастей и пошустрей они обычного дешевого ''мяса''. -

-- Ну что ж, Горец (Менелтор), благодаря жене у тебя есть еще месяц, - несколько подкорректировал сроки Дримм. - Но если справишься раньше, будет совсем хорошо. -

-- Я сделаю, - кивнул головой уже собранный будто прямо сейчас в бой Менелтор.

Вскоре компании принесли заказ, но должное прекрасно приготовленным блюдам воздал один только Дримм -- Менелтор был слишком напряжен, задумчив и вяло ковырялся в еде, а Туллиндэ наоборот расслабилась и увлеченно просвещала бодро жующего фейри о других проектах, при этом совершенно забыв про стынущий перед ней обед. Минут через пять голодный (уже сытый) фейри прикончил все что было перед ним и некоторое время лениво сидел попивая чаек, вполуха слушал что ему рассказывает некромантка, наслаждался музыкой, а так же атмосферой этого во всех отношениях приятного места и лениво отвечал на приветствия так же как и он решивших пообедать соклановцев -- в общем ловил послеобеденный кайф. Вскоре к их столу подсели Ватсон (Мулкорх) и недавно вернувшаяся в цитадель Карамелька (До-Ши-Со), чуть позже подсели Светлана с Людмилой и тихий стол на троих превратился в кагал. Впрочем уже набившему брюхо и как минимум на месяц сбросившему мороку с мертвяками фейри по барабану был весь этот шум. Дримм был доволен собой, своей сегодняшней работой в лаборатории, ясностью с зомби и общим состоянием дел: город строится, территория вокруг города осваивается, на Курорте после перехода ремонтируется эскадра, на Кури подняли очередную партию затонувших кораблей, а у замаячившей проблемы нехватки рабочей силы только что появился свой куратор -- дела шли и шли неплохо.

Незаметно смыться не составило труда, и через час Дримм уже сидел в Холме, точнее в его библиотеке и, приняв зелье 4-х кратного ускорения и активировав расовое умение ''Взгляд'', читал доступные только ему тексты. Потом Дримм изучал свитки заклинаний по пятому уровню магии фейри, внимательно до запятой вникая в описание каждого заклинания, и решал стоит ли вкладывать очки. Чаще всего заклинание не получало ничего, но иногда Дримм все же распределял в него часть своего драгоценного запаса. Всего за без малого 3 часа он изучил 10 заклинаний и лишь в два из них добавил очков, оставив остальные на начальном уровне. Поработал он хорошо и, разминая на ходу гудящие от долгого сидения плечи, отправился в зал с травяным отваром вместо воды, в тот самый зал, где творились непонятные штуки со временем и где, как он недавно обнаружил, удивительно хорошо думалось.

В зале Дримм провел примерно полчаса и около шести часов по времени Серединного мира -- вышел оттуда отдохнувшим как после здорового многочасового сна и одновременно мастерски сделанного массажа, с кучей новых идей, догадок, озарений. Как всегда Дримм был в восторге от удивительного зала, от того как он влияет на его разум и организм, но в то же время осторожный фейри старался не злоупотреблять -- он помнил как совсем недавно весь клан и он в том числе слезали с зависимости от зелий и подозревал, что и с этим местом может получиться подобная же чехарда. Нет, каких-то особых побочных эффектов кроме эффекта быстрого времени (5 минут в зале -- час снаружи) Дримм пока не замечал, хотя после посещения зала у него на сутки-двое пропадала потребность во сне, но слишком уж ему хотелось там остаться и каждый раз когда фейри покидал зал ему приходилось буквально переламывать себя, не задержаться еще на минутку, две, три, додумать эту идею, поймать вот эту мысль, ухватить за хвост внезапную придумку.... было тяжело, причем когда он находился в зале, то даже не осознавал насколько тяжело. Несмотря на все свои подозрения Дримм не стал отказываться от того что мог и давал ему зал, лишь ввел железное правило -- посещать его не чаще чем раз в неделю и не больше чем на полчаса. Но как бы то ни было несомненная польза от странного места была: за те самые полчаса разум фейри будто раскрывался и начинал работать с невиданной быстротой и продуктивностью, выдавая порой совершенно неожиданные результаты, благодаря чему Дримм не только лучше руководил кланом и изрядно продвинулся в своих занятиях магией и алхимией, но и переосмыслил многое как из старой земной, так и новой виртуальной жизни, не просто поняв как (?) и почему (?), но и шагнув куда дальше до самого важного: как узнать уже совершенную ошибку в новом обличье и как избежать ее в будущем (?).

Окрыленный и посвежевший Дримм на пару секунд задумался, а потом решил навестить зал-парию, в котором он был от силы пару раз и с которым следовало наконец разобраться и узнать, что тот может ему дать. Дримм подозревал что не мало -- в конце концов это ведь один из начинавшихся в Храме залов, и второй из них зал Раздумий (так он назвал столь много дававший ему зал) находится у него за спиной.

Снова фейри приняла неестественная темнота ведущей вниз лестницы. Возможно именно из-за непроницаемой даже для его глаз тьмы он и не любил посещать этот зал, к тому же крутая лестница напоминала ему похожую лестницу в доме Первого во время финального испытания -- страх лишиться магии крохотным червячком пролез внутрь него, спрятался глубоко-глубоко на дне подсознания и, пусть фейри не признался бы в этом даже самому себе, иногда влиял на его дела и поступки. Вот и сейчас Дримму до дрожи в коленях захотелось зажечь магический огонек и убедиться что магия по прежнему с ним, тем более темень-вырви глаз вокруг -- есть повод. Но Дримм почему-то пересилил себя и мало того, что не зажег стоивший всего лишь щелчка пальцев огонек, так еще и ускорил свой шаг, а когда ожидаемо оступился, прыгнул вперед, перевернулся через голову, оттолкнувшись ладонями от ступеней... и ринулся по лестнице вниз, вложив в безумный бег все свои воинские навыки и чувства за исключением зрения, но удержался и не применил ни одного из множества доступных магических умений. Фейри победил и достиг конца лестницы на своих двоих, ни разу, НИ РАЗУ не то что не споткнувшись даже не оступившись в кромешной тьме.

-- И что это было? - недоуменно подумал Дримм, оглядываясь назад. Разумеется он имел в виду не привычную для этой лестницы тьму, а свое собственное странное, если не сказать больше поведение. - Какого х..ра я не зажег светлячок, а как напонуженый рванул вперед, рискуя в любой момент свернуть себе шею?! - Дримм был зол и зол сам на себя, пытаясь объяснить самому себе причины своего дебильного поступка. Некоторое время он старательно вспоминал свои мысли и чувства на лестнице минуту ( меньше) назад и благодаря все еще не прошедшему эффекту после посещения зала Раздумий почти докопался до истины, но все же не смог.

Сознание разумного существа -- странная штука, а сознание такого разумного как Дримм, человека в теле фейри и фейри, думавшего что он все еще человек -- очень-очень странная штука. Благодаря прекрасной еще и обострившейся после зала Раздумий памяти, он отлично помнил свои чувства и мысли в тот самый момент и знал почему так поступил, но, НО его разум не принимал это знание и отбрасывая прочь продолжал искать. Кончилось все тем что злой незнамо на кого Дримм обвинил во всем абсолютно невиновный в произошедшем зал Раздумий, скоропалительно посчитав что наконец-то вылез побочный эффект, и дал себе слово уменьшить время пребывания в несправедливо обвиненном зале, на том и успокоился.

Взвинченный фейри умастил свою задницу в единственный предмет мебели (здоровенный каменный трон) и уставился на ведущую в никуда дверь. По своему прошлому посещению Дримм примерно знал ( думал что знает) что нужно делать -- сесть в кресло и пытаться установить с дверью ментальный контакт. В прошлый раз ему не хватило навыка и терпения, теперь же он решил пройти весь путь до конца, тем более сегодня будет легче -- благодаря залу Раздумий его разум силен как никогда. Кстати, расовое умение ''Взгляд'', на которое он возлагал столько надежд, не очень помогло ему в тот раз -- под ''Взглядом'' изменилась только дверь: один незнакомый рунный алфавит сменился другим и.. все. Кое-что Дримм тогда все же вынес: переписал знаки новоткрытого языка и хорошо в очередной второй уже раз прошерстил библиотеку, результат был такой же, то есть никакой -- записей на этом языке он так и не нашел. Разве что на обложке одной из старейших фейрийских книг ему повстречался похожий на эти руны полустертый от времени орнамент, но именно похожий, да и что ему с того орнамента, если не ясен его смысл? Книга называлась: ''Взросление Воина'' и рассказывала как в древние, буквально в первобытные даже для древнейшего народа фейри времена молодые представители этой расы становились изгоями: сами из подручных материалов изготавливали себе оружие и добывали славу и честь в сражениях с чудовищами и враждебными инородцами (тогда -- представители всех других рас) и только убив многих врагов и заслужив право называться воином, возвращались к своему народу. Никаких ссылок на странный орнамент Дримм так и не нашел.

В этот раз у него что называется пошло -- взвинченный пробежкой и недавней вспышкой мозг переполнял свежий адреналин, а благодаря залу Раздумий на время многократно возрос ментальный потенциал, да и не совсем удачный опыт прошлого посещения был ему в помощь -- Дримм ломился вперед как носорог на огонь, один за другим взламывая незнакомую ментальную структуру, будто вплавленную в руны и камень двери.

Когда он увидел, как без всякого ''Взгляда'' проступает рисунок вторых скрытых рун, он понял что близко и поднажал.

Скрытые руны засияли черным огнем, а те что поверх -- ярким режущим глаза пламенем. Фейри закрыл глаза (при этом видя все), но усилил ментальный нажим.

Тьма второго слоя рун наложилась на свет и родился новый, еще один неизвестный, но в тоже время чем-то знакомый Дримму алфавит, кресло под ним так же начало сиять, а заодно и теплеть -- фейри все продолжал и продолжал жать, одновременно пытаясь проникнуть в суть манивших и на что-то намекавших рун.

И вот когда все время ускользавший смысл был у него почти в руках... Вспышка!!! И темнота...

Неизвестно где.

Дримм очнулся от холода -- давно позабытого им чувства и некоторое время не осознавая и не помня себя сжимался в комок, пытаясь согреться. Вспомнил! Вскочил, меся ногами по-весеннему рыхлый и вязкий снег. Всюду вокруг ошарашенного голого фейри простирался бело-грязный зимний лес, и в тоже время его слезящиеся глаза терзало не по зимнему яркое солнце.

Фейри потерял равновесие и, взмахнув руками, упал -- слишком резкий переход из темноты на свет, да и то куда от попал слишком сильно отличалось от того где он, по его ощущениям, был секунду назад. Некоторое время он лежал, неловко ворочаясь в снегу и ничего не понимая, потом все же встал и отряхнул прилипшие к плечам и волосам белые хлопья. Огляделся по сторонам, прижмурился, пытаясь прогнать видение, вновь огляделся -- все тот же лес и подтаявшие сугробы. Завертелся как загнанный зверь, а потом побрел незнамо куда, широко загребая ногами. Остановился, прислушался к себе, взмахнул рукой, выматерился-прорычал, еще раз взмахнул и еще раз, еще, еще, еще... Тряс руками минут десять и вновь застыл, уставившись в пустоту, будто пытаясь увидеть что-то доступное только ему -- не увидел. Сжал голову руками и снова побрел вперед, не разбирая дороги, натыкаясь на стволы деревьев и ломая телом хрупкие обледеневшие кусты.

Дримм по настоящему психанул, потерялся и некоторое время не осознавал себя, да и немудрено -- очнулся голым в совершенно незнакомом месте, без магии, без интерфейса, без ставшей частью его самого связи с питомцами и маунтами, а открывавшая вход в Холм татуировка стала просто татуировкой и все -- как одновременно потерять зрение, слух, кожу, руки и несколько внутренних органов, да еще его давний страх (лишиться магии) вылез в полный рост и вцепился в то немногое что осталось от разума фейри. Да, некоторое время по снежному лесу брел не Глава могучего клана, убийца темного бога, Дримм Красный Дракон, а жалкое полубезумное существо. Неизвестно сколько времени бесцельно бродило потерянное существо, все больше и больше погружаясь в пучину отчаяния, но внешний мир напомнил о себе -- голодный по весенней поре гашрук (похожий на росомаху зверь) прыгнул на подвернувшуюся добычу с высоты и глубоко погрузил изогнутые как у рыси, большие как у медведя и острые как булатные ножи когти в беззащитную спину.

Он очнулся от дикой боли в спине! Пошатнулся от чудовищной тяжести и раздирающей муки уже внутри себя, но устоял на ногах. На мгновение ему захотелось поддаться, не делать ничего, упасть глазами в снег и дождаться сладостного мига, когда боль сменится темнотой.

Вместо этого фейри оттолкнулся ногами от земли и всей массой упал назад, подминая захребетника под себя, перекатился, вскочил и силой ударил визжащую тварь о ствол дерева, о другой... и сам заорал -- острый обломанный сук пронзил обоих! Несмотря ни на что тварь не собиралась отказываться от добычи -- похожие на клыки саблезубого тигра природные кинжалы воткнулись в плечо, попутно смахнув фейри ухо.

Вновь рванулся не желавший становиться обедом фейри и сломал сук в обоих телах, схватил торчащий из живота обломок и одним движением вырвал его!

Упрямый гашрук взвыл от боли, но еще сильнее сомкнул способные перекусить бычью шею клыки и вновь еще глубже втыкая когти попытался повалить добычу и подмять ее под себя. Вонзившийся в глаз острый обломок заставил зверя забыть свой план и, оставив покамест истекавшую кровью добычу, безумно забиться в снегу, пытаясь вытащить деревяшку из правой глазницы.

Отброшенный зверем Дримм рухнул в мгновенно покрасневший сугроб и тут же, не обращая внимания на боль и изодранную в лохмотья спину, вскочил и повернулся лицом к врагу.

Оба и яростно взревевший Дримм, и преодолевший боль гашрук бросились друг на друга одновременно и также одновременно разлетелись! Фейри, грудь которого теперь мало отличалась от спины, вновь поглотил бурый от крови сугроб, а лишенный сорванного носа и половины клыков гашрук кубарем покатился по земле.

Дримм раньше своего противника пришел в себя и, вырвавшись из слабых объятий почти растаявшего сугроба, вновь устремился вперед, теряя по пути кровь и лохматы кожи.

А вот лесной хищник не бросился ему навстречу -- слишком силен был последний удар не пожелавшего стать добычей врага.

Фейри был страшен в свой ярости: белеющие сквозь разодранную плоть кости, толчками выходившая из него алая и черная кровь, органы (внутренние органы), что шевелились внутри глубоких ран, а также безумная жажда жизни и яростное желание убивать. Гашрук так и не успел прийти в себя -- фейри схватил его за хвост и раскрутив начал бить о стволы деревьев.

Первый удар! Треснули ребра и задние лапы, а из пасти вместе с воем хлынула кровь.

Второй удар! Слишком тонкий ствол сломался под разогнавшимся живым снарядом и пеньком-облмком пропахал хрипящей твари бок, срывая кожу и мясо и вырывая из тела обломки сломанных ранее ребер.

Третий удар! Загудел могучий восьмиохватный ствол: в пыль, в труху разлетелись позвонки, а обнаженные легкие лопнули на всю длину и частично остались на коре.

Третий удар стал и последним -- не выдержав ярости фейри, оторвался хвост. Хищник был мертв, возможно уже после второго удара, но Дримм озверел и еще очень долго бил, рвал, пинал, грыз зубами мертвое тело и только после того как от твари остался лишь красный утоптанный снег и непонятные клочки, задрал голову к небу, и над притихшим лесом разнесся его победный рык.

-- Ух е... твою в ср...у на...ю в пе...чьную б...ь!!! - фейри в голос и с чувством проинформировал мир о проснувшейся боли. Дримм постепенно приходил в себя и почувствовал весь букет болевых ощущений. У него болело все: изодранная в лохматы спина, на которой практически не осталось кожи, да и все остальное под ней словно познакомилось с бороной; лишь немного меньше пострадали грудь и живот, из живота вообще чуть-чуть не вылазили кишки; плечу, правой руке и шее тоже досталось -- в сломанной ключице застрял обломанный клык, а плечевая кость ''гуляла'' в широкой ране; другая рука и ноги также болели, видимо за компанию, так как не имели на себе следов когтей и клыков; ну и конечно болела голова, болела от боли всего остального тела.

Половины, да что там половины! Десятой доли полученных им ран хватило бы, чтобы свести в могилу здорового, сильного, терпеливого человека, но Дримм был игроком и фейри -- он сумел выжить в первые самые сложные минуты, а потом перестала идти кровь, мышцы, связки, жилы и в конце кожа пошли в рост, и через несколько минут он вновь на ногах готов к бою, лишь змеятся уродливые шрамы по груди, животу, пле.... проще перечислить где их нет. Последний шрам рассосался к вечеру следующего дня, а вот боль и ломота преследовали Дримма почти неделю.

Внезапный бой и смертельная опасность помогли ему прийти в себя и на время прогнали отчаянье и переходящую в безумие хандру, доказав самому фейри что несмотря ни на что он все же хочет жить и готов за эту жизнь бороться. Вообще ему повезло, по настоящему повезло как везло немногим из игроков -- ни разу за все время жизни в Серединном мире он не умирал, не воскресал в точке респауна, а значит его подсознание не привыкло к смерти, и потому он продолжал ее бояться (пусть и на уровне инстинкта, а не разума) и каждый раз, каждую схватку, каждый новый бой, каждого врага встречал в полную силу и бился как в последний раз. Ни разу не умиравший Дримм побеждал там, где другие игроки предпочитали сдаться-умереть, а потом, после возрождения, уже зная что их ждет, попробовать с новыми силами: с одной стороны -- верный, игровой подход, а вот с другой -- у многих рождалась порочная привычка отступать и умереть, там где они могли бы победить, но не победили и не победили именно потому, что не боялись умереть, а значит не сделали все что могли.

Впрочем что толку об этом рассуждать -- все произошло как произошло, и пришедший в себя победитель отправился дальше, имея первостепенной целью найти хоть чего-нибудь пожрать, потом прикрыть наготу, ну и само собой разумеется выяснить, что с ним произошло и куда он попал. Вообще отсутствие магии, связи с питомцами и интерфейсом породили в голове у Дримма ворох предположений, вплоть до того что он уже перенесся на Землю прошлого, а отсутствие воспоминаний как все произошло -- неожиданный побочный эффект. Но нападение гашрука, прекрасно знакомого ему существа, позволило отбросить этот вариант, да и знакомые растения Серединного мира вокруг и незнакомые, но точно не земные, окончательно убедили фейри, что он по прежнему в вирте.

Между тем голод, постоянный спутник естественного процесса заживления, беспокоил его все сильней, и Дримм все ускорял и ускорял свой шаг, переходя на легкий бег и мечтая поймать хотя бы тощего зайца, пичугу, даже полевую мышь и сожрать со шкурой и костями. Добычи не было -- сцепившиеся фейри и гашрук распугали всю живность вокруг, и голодный победитель начал в прямом смысле жевать кору, срывая полоски с деревьев на ходу и толкая их в рот.

Огромный орешник стал настоящим подарком судьбы, а крупные с кулак прошлогодние орехи показались Дримму изысканным лакомством и лучше всякого мяса утоляли голод.

Размолоть в кулаке не такую уж и прочную скорлупу, выгрести не аппетитную на вид, но вкусную мякоть, сунуть ее в исходящий слюной рот и пока жуешь, сорвать новый орех -- все повторить и так раз за разом. Дримм настолько увлекся процессом что забыл об всем вокруг и, когда мохнатая башка попыталась ткнуться ему в руку и слизнуть с ладони мякоть очередного расколотого ореха, фейри ее машинально оттолкнул, рыкнул в испуганно закатившиеся глаза и чуть ли не дал пенделя жалобно и обиженно ревевшему существу, на всех парах удиравшему от него сквозь сминаемый орешник. Через мгновение Дримм все же осознал: тварь была даже побольше недавно заваленного гашрука, но главное, там куда удирал плачущий мохнатый толстожопый стог, паслось еще два таких же и еще одно вообще необъятное существо, раз так в пять крупней обиженного фейри медвежонка -- Дримм наконец разглядел кому он едва не навешал пенделей.

Мохнатый комок ткнулся в мамку и на своем медвежьем языке попросил ее себя пожалеть и защитить от неласкового двуногого. Медведица лизнула лобастую башку и двинулась по уже протоптанной отпрыском дороге, в конце которой ее ждал обидчик ее сыночка, сам сыночек и два других медвежонка заинтересованно покосолапили ей вслед. Медведица не была в ярости как могло бы быть -- в конце концов отпрыск не так уж и пострадал, не имел ни одной раны, а конфликты за орехи с другими медведями и другими существами случались с редким постоянством. Но и спустить обиду медведица тоже не могла, тем более, как она успела понять по незнакомому запаху, чужаку, еще одному претенденту на орехи. Прогнать! Напугать обидчика сына и навсегда отвадить его от кустов! Вот что хотела рачительная мамаша, тем более имелся повод -- хнычущий за спиной годовалый щенок, да и чужак был не так уж и велик, будет зарываться -- порвет, и медвежата немножко раньше чем должны узнают вкус мяса.

Именно такие мысли гуляли в огромной голове, а грозное ворчание и нарочито вальяжное пугающее своей неотвратимостью движение сквозь кусты призваны были дать понять серьезность намерений многотонной туши, а так же возможность обидчику задать стрекача -- медведица не собиралась преследовать чужака, а лишь презрительно поворчала бы ему вослед. Но многократно отработанный на лосях, оленях и кабанах порядок действий сразу же дал осечку -- чужак не собирался убегать, а встретил медведицу рычанием и взглядом голодных глаз. Впервые в жизни на могучего зверя смотрели как на добычу, и медведице не понравился этот взгляд -- она обнажила клыки и рыкнула по-настоящему. Получила в ответ не менее грозный рык и напряглась, оценивая перспективы схватки: незнакомое ей существо было не велико, но от него пахло кровью, не его кровью, а кровью недавно убитого врага и не простого врага, а страшного в ярости и подлости гашрука, многочисленные шрамы на бесшерстном теле намекали на множество выигранных схваток, а отсутствие страха и ярость в глазах на то, что чужак рассчитывает победить. Если бы медведица была одна, возможно она и решилась бы на схватку, как когда-то в молодости (2 года тому назад) вышла против стаи огромных волков, но сейчас у нее за спиной драгоценные дети, и она не имела права умирать.

На некоторое время два хищника застыли в готовой ко всему неподвижности: Дримм приготовился умирать и убивать, а медведица опасалась, что незнакомый зверь примет отступление за слабость и бросится на нее и детей. Выход из сложной ситуации нашли заскучавшие медвежата, которые затеяли между собой веселую возню и провалившись в скрытый под снегом овраг дружно заревели, зовя могучую мать. Медведица не могла не ответить на призыв сразу всех своих чад и поспешила к уже самостоятельно выбиравшимся медвежатам. Вспомнила о чужаке и своей подставленной спине, стремительно обернулась -- двуногий мирно объедал ореховые кусты и даже не думал нападать.

В орешнике вновь установился мир, и стороны мирно паслись на разных концах зарослей. Вскоре медведица увела малышей, ушел и Дримм, но прежде выломал себе гибкий, длинный, толстый прут -- его первое оружие с момента попадания сюда-незнамо куда.

Вновь фейри шел по зимнему лесу, но теперь он был сыт, в памяти и можно сказать вооружен, одно плохо -- он не знал куда ему идти и шел наугад, внимательно запоминая ориентиры по пути. Через час неторопливой ходьбы кое-что привлекло его внимание, и он свернул, направившись к зарослям выглядывавших из-под снега растений, и очень обрадовался, узнав в стеблях коноплю. И нет, не подумайте плохого, фейри не заинтересовал валявшийся под снегом ''план'', да и косяк из пролежавшей всю зиму под снегом ''травы'' получился бы не очень, если вообще получился. Дримма заинтересовало другое: желудок он уже набил, на очереди была одежда, а тут такой подарок судьбы в виде одного из древнейших что на Земле, что в Серединном мире источников волокна.

Долго рассказывать как Дримм разрывал снег и рвал ломкие замерзшие стебли, потом не разбирая где посконь, а где матерка драл их на волокна, обрабатывал, используя зубы, ногти, ледяную воду недавно обнаруженного ручья и свое единственное оружие, оно же инструмент (ореховый прут), потом неловко плел получившийся в результате тяжелой и непривычной работы результат, собирал кору и мох. Прочитанные когда-то книги были прочитаны не зря, ''бесполезные'' знания пригодились, и к тому моменту как на лес почти опустилась тьма, Дримм обзавелся одеждой и сомнительной прочности веревкой метров этак в двадцать длинной. Одежда тоже была не фонтан -- скорее вдвое сложенная сеть с мелкими и крупными ячейками и большими дырами для головы и рук, своеобразное пончо с напиханными между ячейками мхом и корой. Несмотря на околонулевую полезность подобной пародии на балахон всем известной звезды Российской эстрады, фейри был доволен своей работой и тем, что хотя бы жопу и яйца он все же прикрыл и не сверкал ими на весь лес. Он имел все основания для гордости -- в таких условиях и с такими инструментами вряд ли даже творивший для примадонны известный модельер справился бы лучше него, скорее хуже, не говоря уж о том, что голодный гашрук не оставил бы модельеру с подходящей для съедения фамилией шансов приступить к работе.

Уже не только вооруженный, но и одетый Дримм весело насвистывая вновь двинулся вперед, подступавшая тьма ничуть не пугала способного видеть ночью не хуже чем днем фейри, а на 3-4 градуса опустившаяся температура не сумела пробить его дубленую и недавно ''расписанную'' кожедером-гашруком кожу.

Через час небо украсили 5 знакомых лун, и фейри окончательно убедился в том что итак уже знал -- он все еще в Серединном мире.

Спать не хотелось, желудок был полон, и вопросы роились в голове -- фейри долго почти до середины ночи шел и шел, и шел, и... и.... неожиданно понял, что уже не меньше двух часов идет по собственным следам, причем уже не первый и не второй раз -- успел протоптать тропинку. Ярко светили луны, и вокруг него было довольно светло -- он не мог заблудиться или сбиться с пути.

-- Что за морок...? - подумал Дримм, поудобней перехватив прут. Застыл, замер, припал к земле и напряг все свои чувства -- ничего. По привычке обратился к магическому чутью и чуть не выругался в голос, но вовремя остановился и вновь прислушался. Лес жил обычной ночной жизнью: кто-то шебуршал в ветвях и корнях; пахло прелой листвой и какашками; где-то рычали, но слишком далеко; в километре сквозь подлесок ломилось стадо, возможно лоси или другие копытные -- вокруг не чувствовалось опасности, ни запаха или дыхания крупного хищника, ни взгляда на коже, ничего.

Фейри постоял еще немного, а затем неожиданно для внешнего наблюдателя (если таковой был) скользнул вперед, но теперь он был напряжен и собран, прут в руке напоминал меч, да и снег не скрипел под стремительными, какими-то рваными и в то же время плавными шагами. Дримм постоянно менял скорость и порядок движения, то приседал, то совершал рывок, то замирал, на мгновения вслушиваясь в лес, и внимательно смотрел на свои следы. Вновь замер -- он опять совершил круг и в очередной раз ступил на отпечаток своей ноги.

-- 10 минут, - на этот раз Дримм прекрасно помнил сколько он прошел, снова замер -- и вновь никого. - Попробуем по иному, - решил Дримм и, спрыгнув с натоптанной тропы, пошел параллельно ей, но метрах в 5. Снова тот же отрезок времени и фейри вновь уткнулся в свои же следы. Немного подумал и пробежался назад и в бок, сделав полноценный двухкилометровый полукруг. Опять попробовал идти вперед и пробовал три раза подряд -- не получалось -- путь закрыт...

Некоторое время размышлял что бы это значило, а затем вернулся назад, на первую утоптанную тропу и пошел уже в другую сторону, через каждые полчаса пытаясь преодолеть замкнутый круг. Так он и встретил рассвет.

Через час после восхода солнца вышел к реке, спугнув стадо коз у водопоя, поглядел им вслед, но преследовать не стал, напился холодной зуболомательной воды и пересек реку, прыгая по здоровенным валунам. За рекой вновь попробовал сунуться вперед и вновь неудача. Переправился обратно на свой берег и продолжил путь вдоль незримой границы.

Через три дня Дримм вернулся, вернее не так -- вышел к все той же реке и, усевшись на берегу, задумался. За эти три дня он много прошел и много чего увидел и нашел: дважды встречал знакомое стадо коз, видел оленей и лосей, обнаружил еще один небольшой орешник, нашел пару масштабных зарослей малины и пару же зарослей конопли, побеспокоил еще не проснувшихся пчел в дупле дерева и наелся меду, сломал сук и с помощью подобранного осколка кремня выточил себе настоящую дубину, благодаря тому же кремню и другому камню добыл огонь и испек на костре отрытую из-под снега мелкую дикую копу -- в общем много чего смог, не смог только одного -- вырваться за пределы незримых стен и сделав полный круг вернулся туда, откуда уходил три дня назад.

Дримм довольно долго сидел на берегу реки и шевелил ногами в воде: в мозгах и душе было пусто -- он не знал, что ему делать и как выбираться из этой ситуации. Мозг просто перегорел и будто отключившись отдыхал. А вот желудок захотел жрать и, громко заурчав, толкнулся, напоминая о себе и подстегивая апатичный мозг. Фейри вновь запрыгал по камням, но на этот раз его целью был не противоположный берег, а самая середина реки. Вскоре он достиг нужного камня и присел, потом лег, практически свесившись в воду и выставив руки вперед. Долгое неподвижное ожидание.

И резкий рывок! В руках у фейри забилась большая рыба, побилась, покрутила хвостом, поразевала рот и успокоилась в глиняной скорлупе под слоем углей. Думать все так же не хотелось и Дримм до самой ночи сидел у костра: лениво ковырял прутиком угли, смотрел на огонь, съел обалденную рыбу, слепил из глины чашку и не расстроился, когда она треснула при обжиге. Ночью он спокойно спал у костра, впервые за три дня позволив себе провалиться в сон и ничего не бояться. Утром встал, позавтракал остатками рыбы и пошел исследовать свой новый дом.

Глава 8

Неизвестно где.

Дримм.

Дримм играл в зеленые шахматы, то бишь садил огурцы: аккуратно разбивал золотым молоточком одноразовые горшки и садил огуречную рассаду на постоянное место жительство в лунки. Работал осторожно, опасаясь повредить нежные ростки, и потому специальная небольшая лопатка оказалась не у дел -- все делал самым надежным из инструментов -- собственными руками. Дело шло медленно: Дримм не спешил и качественно как для себя (впрочем почему как?) работал с рассадой и именно потому до сих пор не погубил ни одного ростка и через полтора часа встал с колен, с гордостью в глазах оглядывая высокую огуречную грядку, последнюю грядку из трех. Оставалось еще одно дело, и фейри со вздохом направился к началу своего пути, попил воды из мятой серебряной кружки, вновь встал на карачки и пополз, поливая корни каждого ростка из той самой кружки, из которой пил секунду назад. Небольшой деревянной бадейки не хватило и ему пришлось сходить за водой. Дримм поливал до упора и только когда он вновь прошел ''шахматную доску'' и напоил всю без исключения рассаду, можно было сказать, что теперь действительно все. Довольный собой фейри присел рядом с грядкой и попивая воду предался заслуженному отдыху, а заодно воспоминаниям о том, что с ним произошло больше года назад...

После того как Дримм убедился что ему не покинуть лесную тюрьму без стражи и видимых стен, он несколько дней бродил по лесу: убил броском дубинки тощую косулю и поел мяска, вновь попасся в орешнике, набрел на несколько огромных оврагов, нашел дикую яблоню и заросли прошлогоднего шарума, земляники, ежевики, несколько раз шугал упрямо пасущееся в этих местах стадо коз -- в общем бродил и смотрел. Спал где придется, ел что попадалось по пути и думал, все время думал, что ему делать дальше и как жить. Примерно через неделю таких хаотичных, но все же не бесполезных скитаний он принял единственно-возможное решение -- жить и попробовать наладить свой быт, а также ждать каких-нибудь изменений в себе ли, в свой тюрьме, мире снаружи -- любых каких угодно и лишь потом попробовать покинуть это место через смерть (каждый раз когда Дримм думал о респауне, он ощущал внутренний толчок и странную пугающую мысль, что смерть в этом месте это именно смерть и ничто другое). Дримм еще раз прошелся по всем посещенным местам, но теперь он не просто ходил, а вспоминал, смотрел, искал и анализировал все что нашел.

Прошло не так много времени, а фейри обзавелся жильем -- выложенная лапником пещерка в одном из оврагов; обувью -- примитивные поршни из сырой плохо обработанной кожи; одеждой из той же кожи и конопляных веревок и во всю мастерил инструменты и оружие из единственных доступных ему материалов: дерева, камня и кости -- получалось не так уж и плохо. Все-таки Дримм оказался не в таком отчаянном положении в каком оказался бы на его месте обычный человек или даже собрат-игрок -- огромная сила и выносливость помогли ему выжить в зимнем лесу, а многочисленные прочитанные книги отложили в памяти и загрузили прямо в мозг столько инфы, что только успевай вспоминай или нет, выбирай из того что вспомнил, ну и память его земной жизни тоже бывало играла свою роль. Ну а магия, а что магия? Здесь не нужны были щиты и боевые заклинания, не было врагов, на которых нужно накладывать дебаф, или друзей, нуждавшихся в магическом усилении. Даже если бы магия и вернулась, то не очень-то и помогла -- не сумела бы снабдить его одеждой, инструментами и жильем, а огонь он прекрасно добывал и сам с помощью чуть ли не первых попавшихся ему каменных осколков.

Вскоре он понял, что вокруг не зима, а скорее ранняя весна и, пока не полезла из-под снега трава, а на деревьях не начали распускаться почки, сосредоточился на жилье -- крохотная пещерка устраивала его как времянка, но ни в коем случае не как постоянный дом. Лопаты из дерева, скребки из лосиных рогов, каменные рубила и топор могли ровнять стенки определенного под жилье оврага, с трудом, но управлялись с сучьями, веревками и осиновыми корнями, могли соскабливать кору со стволов и шкуры с животных -- много чего могли, но вот валить с их помощью многоохватные стволы... тут и со сталью пришлось бы нелегко, а с хрупким камнем и ненадежной костью и вовсе невозможно. И вновь чудовищная сила фейри-игрока пришла ему на помощь: Дримм выворачивал из земли целые деревья, обрубал, часто отрывал-скручивал руками корни и сучья, а затем тащил на плечах неошкуренные древесные стволы, потом стелил из них крышу над будущим домом и намертво связывал конопляными веревками и осиновыми корнями, прокладывал корой в два слоя, мазал глиной -- в общем извращался как мог и добивался неплохого результата. От мха Дримм отказался: во-первых, его было мало по весне, а во-вторых, мох конечно хорошо держит воду, зато потом очень долго ее отдает -- в дождь в крытом мхом доме будет сухо, а на следующий день с потолка пойдет дождь и будет идти неделю.

После того как хорошо проконопаченный настил из стволов был готов, он возвел над ним своеобразный шалаш из вкопанных в наклон стволов молодых деревьев, покрыл его лапником и все той же корой, засыпал поверху слоем земли и глины и у самого основания пробил узкие щели-отдушины. Основной смысл всей этой дополнительной городьбы -- тепло: дым из будущей еще не сложенной печи не пойдет прямиком на улицу, а попадет из дома в этот своеобразный чердак и образует дополнительную теплую подушку -- хороший заслон на пути возможных холодов. Летом тоже немалая польза: темный, прохладный, крытый землей чердак притушит жару и не допустит прямые солнечные лучи непосредственно до крыши. Весной снег опять же таки будет таять и мочить только внешний слой, а осенью тот же слой возьмет на себя основной удар обильных дождей. В общем такая правильно сделанная крыша -- большое дело, и фейри, несмотря на то что делал такое впервые в жизни, справился на удивление хорошо. А вот с печью пришлось помучиться -- не помогла даже сила и выносливость фейри: Дримм брался за нее не меньше двадцати раз, разбирал на середине или в конце пути и начинал складывать по новой, один раз даже сложил и начал топить и вновь с ругательствами разбирал -- от жара треснули камни. Каждый раз камни, тяжелые валуны, следовало сложить-приладить друг другу, оставляя как можно меньше щелей, потом много глины и булыжников в неизбежно оставшиеся щели, потом печь следовало сушить и изнутри, и снаружи, потом пробовать топить, потом разбирать и начинать все сначала... и так 20 раз подряд! Дримм ох..ел от такой работы и, когда все же худо-бедно сложил работающую конструкцию, то сил радоваться у него уже не осталось.

*

Через несколько месяцев поднабравшийся опыта, обзаведшийся нормальными инструментами и решимостью фейри вновь разобрал коптящее, дымящее и плохо исполнявшее свои функции убожество, а затем сложил нормальную теплую печь и гораздо быстрей чем в прошлый раз -- переделывал всего дважды.

*

Как бы то ни было и чтобы Дримм не пережил пока клал столь тяжело обошедшуюся ему печь, с домом работавший как пчелка фейри управился до того как окончательно сошел снег и даже успел хорошо прогреть свое жилище, отрыть погреб, утоптать земляной пол, украсить стены полками и крюками, сообразить мебель из поставленного на четыре колоды стола, пары пней вместо стульев и грубого лежака, а также похожих на детские манежи жердяных ящиков для вещей. А еще и совершенно неожиданно для себя он обзавелся жильцами-соседями и не одним, не двумя, не тремя, а сразу пятью.

Знакомство произошло практически самой весной, когда снег уже почти сошел и оставался лишь в виде черных от грязи сугробов, и то только там, где на него не падали прямые солнечные лучи, а Дримм только-только сложил е...ную печь, прогрел ее, затопил, поплевал через левое плечо и спешно доводил все остальные дела.

Фейри вернулся домой с реки, приволок 3 пуда жирной красноватой глины и пару рыбин на обед, стукнувшись головой о низкий потолок при входе, спустился в дом, бухнул глину у печи и только собрался заняться рыбой, как почувствовал что-то не то -- внутри землянки-дома кто-то был. Запах, незнакомый запах мокрой шерсти, выдал вторженцев с головой, а через мгновение и острый слух фейри подтвердил то, что учуял нос. После, внимательно оглядевшись вокруг, он заметил некоторые изменения в обстановке, а именно, уменьшение итак небольших запасов еды -- незваные гости чувствовали себя как дома и не отказывали себе ни в чем.

Дримм не торопясь подвесил рыбин на крюк под потолком, достал из-за пояса каменный нож и осторожно двинулся на запах и звук. Воришки -- два небольших напоминавших ласку зверька обнаружились за печкой, где наглецы сладко спали, прижавшись к теплым камням. Сперва Дримм хотел прирезать сонных обжор (мясо с них не получить, а вот шкурки на что-то сгодятся), но внимательней присмотревшись к прижавшимся к печи худым телам, опустил уже занесенный нож. Кри -- очень полезные существа практически не встречались в дикой природе, а значит где-то поблизости есть жилье. От радости Дримм забыл об осторожности и случайно стукнул ножом о камень печи.

Кри взлетели как подброшенные пружины, и один из них метнулся, метя фейри клыками в лицо, а другой в пах!

Каменный нож упал на землю, а Дримм с удивление рассматривал сжатых в кулаках кри (наружу из здоровенных кулаков торчали только головы и хвосты). Он недоумевал -- кри не должны так себя вести, но вели: пытались вырваться и укусить!

Некоторое время кри продолжали бесполезное сопротивление, а потом до них видимо дошло -- одно синхронное усилие каменных тисков в виде кулаков и все, хрустнут мелкие кости, и потечет кровавый сок. Кри застыли и уставились друг на друга. Тот что был зажат у фейри в левом кулаке тихонько завыл, а тот что в правом запищал, но несколько по другому, словно успокаивая и одновременно прощаясь с подругой.

-- С какой такой подругой? - недоуменно подумал Дримм и тут же понял, что уловил чужой ментальный посыл.

От шока он едва не разжал кулаки.

-- Неужели магия!? - мелькнула паническая и в тоже время полная надежды мысль. - Ну да, ведь кри телепаты! - через секунду он вспомнил особенности этих существ и попытался услышать что-нибудь еще.

Услышал: кри, как они думали, общались в последний раз, и молодой самец утешал беременную подругу, мысленно обещал ей что все будет хорошо, самка вроде бы соглашалась, хотя даже фейри почувствовал фальшь в том что вещал самец-кри, а уж его подруга совершенно точно знала, что он ей врет, но грустно соглашалась, в свою очередь пытаясь утешить уже самца.

Дримм лихорадочно вспомнил все известные ему ментальные разделы магии разных школ. Напрягся, пытаясь вмешаться в разговор -- не получалось! Он слышал кри, а они его нет! Вслух произнес заклинание школы Порядка ментальной направленности -- снова нулевой результат! Аналогично попробовал Хаос -- опять ничего!

Природа!

Тьма!

Магия квелья!

Все по нулям! Запаниковал, напрягся, успокоился -- и все это за секунду!

Поднес прервавших разговор кри поближе к лицу (самочка испуганно закрыла глаза, а самец ощерился) и изо всех своих сил попытался мысленно докричаться до них, уже не прибегая к какой-либо школе, а надеясь на голую силу, ну и на то, что он все-таки фейри, а не гном, человек или орк.

Получилось! У фейри получилось! И пусть у него заболела голова, потемнело в глазах, а из носа прямо на запищавших кри хлынула кровь, но у него получилось! Самка изумленно открыла глаза, а самец спрятал клыки и осторожно попросил отпустить.

Фейри сел прямо на пол и разжал кулаки -- кри стремительно рванули прочь и если бы хотели, смогли бы убежать -- внезапно ослабевший Дримм не смог бы их догнать. Но неожиданно самец остановился, обернулся и, несмотря на требовательный писк и ментальные просьбы подруги, осторожно двинулся назад. Уселся так чтобы вытиравший кровь фейри не смог его сразу схватить и постарался затеять разговор.

Нельзя сказать что кри и фейри быстро нашли общий язык и тут же стали друзья не разлей вода -- скорее их свел общий интерес: Дримму нужна была компания, чтобы банально не сойти с ума от одиночества, а так же подмога от вездесущих лесных грызунов; в свою очередь кри был нужен дом (старый затопило весенним половодьем), да и голодная весенняя пора заставляла их ценить любой источник еды, тем более такой как способный прокормить себя и других фейри -- так что тут возник скорее симбиоз чем дружба, по крайней мере поначалу.

Тогда, в ходе их первого общения Дримм выяснил две вещи. Во-первых, ему ''повезло'' и он наткнулся на невероятную редкость -- диких кри, никогда в своей жизни не встречавших разумных существ, не видавших даже каких-нибудь развалин, не то что жилых поселений любых рас.

-- В какую же глухомань меня занесло! - с изумлением подумал тогда Дримм -- кри так и не стали его билетом наружу.

Ну а во-вторых, эта парочка оказалась не одна, и как только между хозяином дома и Рики (Рики-Тики-Тави -- именно так Дримм назвал храброго самца) была достигнута договоренность, последний послал мощный мысленный сигнал, дублируемый странным свистом, от которого у фейри вновь стрельнула болью голова и заложило в ушах.

Так у Дримма появилось пятеро постояльцев, а позже настоящий друг, и пусть это был похожий на ласку зверек, другого друга и собеседника у фейри не было и не предвиделось. С самого начала кри добросовестно исполняли заключенный договор и безжалостно давили террористов-мышей, Дримм тоже не ударил в грязь лицом и баловал их разнообразными разносолами -- вряд ли за свою дикую жизнь кри когда-либо так обильно потребляли рыбу, мясо и мед и уж точно никогда не пробовали вареную, печеную, моченую, соленую и жаренную пищу. В общем выставляемый щедрым фейри харч как небо и земля отличался от прежнего довольно однообразного и скудного рациона кри, так что неудивительно, что вскоре у них заблестела шерсть, исчез вечный голодный блеск в глазах и округлились бока, дошло до того, что задавленных мышей кри часто не ели, а уносили и закапывали в лесу.

Вскоре началась весна, потом плавно наступило лето. Для фейри настали интересные времена -- ни секунды свободного времени, но он сам выбрал себе такую жизнь: постоянные труды и заботы отвлекали его от темных мыслей и не хуже кри прогоняли периодически подступавшую хандру. Занятия фейри были невероятно разнообразны, каждое тянуло за собой другое, а потом еще и еще: вот он ловит рыбу руками, а вот сплел морду, потом другую, потом поставил уже настоящую вершу, потом сразу две, построил временную коптильню, ту вскоре разорил медведь, поставил капитальную, обложил ее камнем и вырыл утыканную по дну кольями медвежью яму; обнаружил золото в реке, намыл, сложил печь для получения метала (ох уж эти печи -- морока, но куда денешься?!), выплавил, понадобился горн, наковальня и инструменты, как мог извернулся-извратился с деревом и камнем, но добился своего -- пошли первые золотые изделия, захотел большего, начал искать залежи других металлов, нашел, убил старую двух месяцев не прослужившую печь, сложил новую -- пошло серебро, свинец, олово; надоело таскать овощи из леса, задумался о будущем, сперва сделал несколько грядок для парума, лука, чеснока, захотел большего и посадил копу, потом вурм, потом переселил из леса несколько кустов шарума, половина прижились, переселил еще, устроил компостную яму, вторую и третью, посадил ралгун и коноплю, конопля начала лавинообразно распространяться, ликвидировал все свои посадки конопли и отправил их в компост, нашел дикие огурцы, морковь, укроп, озаботился деревянной и глиняной тарой для засолки, закваски, за... в общем для запасов на зиму -- и таких вот цепочек было сколько хочешь и еще столько же. Одной из таких цепочек стала добыча золы для огорода -- Дримму стало жалко губить деревья только за ради одной золы, и вначале он рачительно обдирал кору и собирал живицу, а там и до дегтя со скипидаром было недалеко. Фейри несколько увлекся интересным и требовавшим выдержки и терпения делом, ну а когда отошел от угара, с ужасом понял, что добытого дегтя и скипидара лично ему хватит на сотню лет, а может и побольше. С корой и живицей была похожая история, но кору Дримм пристроил -- перестелил внешнюю крышу перед самой зимой, а вот живица породила новую цепочку: Дримм вспомнил старый, не забытый, но отодвинутый когда-то алхимией и магией навык и вновь занялся Травничеством, конечно больше для развлечения и чтобы не пропала драгоценная смола.

Кри не долго оставались единственными живыми душами в быстро растущем хозяйстве фейри -- Дримм давно положил глаз на стадо упрямо не уходивших из этих мест коз, и когда он придумал где их держать и как содержать, то тут же прибрал полезных животин к рукам. Получилось все довольно легко: за месяцы жизни в этом месте Дримм примерно знал любимые места козьего стада, но все равно последил за ними несколько дней и только потом, уже точно определив нужное место, щедро рассыпал мешок сонного порошка по свежим вкусным листьям и сочной молодой траве.

Очухались козы уже в летнем загоне, в который превратился соседний с землянкой фейри овраг. Жалобно блеяли первые дни, отказывались от еды, а козел, вожак стада, пытался Дримма забодать, получил по рогам, но не успокоился и переселился в лучший мир. В результате Дримм получил рога -- прекрасный материал для тела лука, а два молодых козла-претендента на освободившуюся вакансию увлеченно начали делить власть. Месяца через три козы окончательно освоились. А что? Дримм обеспечивал их едой, водой, безопасностью, а больше козам ничего и не было нужно, и за все это требовалось отдавать фейри лишь немного молока -- вполне равноценная, хоть и не совсем добровольная сделка. Кри очень понравилось козье молоко, а фейри наконец-то смог поесть обычного творога, и этот грубо сделанный, слишком зернистый, подозрительно пахнущий творог показался ему вкуснее самых изысканных яств. Со временем Дримм прокапал длинный ход от самой своей берлоги и на ночь стал загонять коз туда, тем самым обеспечивая дополнительную безопасность столь драгоценному ресурсу и заодно постепенно приучал коз к месту, где они будут жить зимой.

Так и получилось что весь остаток зимы, весну, лето и большую часть осени Дримм провел в трудах и заботах, часто упахиваясь в ноль и просто физически не оставляя себе времени на тяжелые мысли. Зато можно было без ложной скромности сказать, что за такой короткий срок он сделал все что хотел и даже больше: обзавелся домом, огородом, инструментами, кое-какими запасами ввиду приближавшейся зимы, даже обрел неожиданных друзей. Впрочем запасы на зиму могли быть и побольше, и Дримм даже собирался начать целенаправленную охоту на медведей и других крупных животных, возможно на нагулявших сальца кабанов, увеличить количество морд и загрузку коптильни, но не успел -- началась обычная в здешних краях осенняя миграция копытных на юг. Дримм несколько изменил приоритеты и переделал уже почти готовую рогатину в тяжелое метательное копье.

Вообще-то основная миграция шла несколько в стороне от доступного ему ему участка, и фейри мог только догадываться насколько она велика, но и тех жалких остатков, мелких ручейков гигантского потока хватило ему за глаза. Сотни разных видов оленей, лосей, похожих на зубров быков, поросших шерстью носорогов и непонятных мохнатых тварей размером с некрупного слона наводнили его лес, как стадо взбесившихся газонокосилок сжирали всю зелень, обдирали кору, ломали кусты, задирали и в конце-концов оттеснили дальше в лес медведей и несколько раз покушались на пока небогатый огород. Несмотря на все неприятности и неудобства, что доставили беспардонные и наглые копытные, фейри не имел бы ничего против такого ''вторжения'', если бы не одно но -- за травоядными копытными шли хищники и в довольно таки большом числе.

Прежде чем отщипнуть толику от проплывавшего мимо мясного изобилия, фейри пришлось позаботиться о себе и безопасности своего маленького мирка: раньше срока определить коз на зимний постой и не выпускать их долину-пастбище, укрепить вход, на полную раскочегарить все три печи и топить их так, чтобы они давали как можно больше дыма, разбросать вокруг землянки особо сделанные шарики из трав, что давали неприятный резкий запах, и всегда держать копье, пращу, медный топор и каменный нож под рукой (бронзы он тогда еще не получил). И все равно принятые меры помогали не до конца: каждое утро он находил следы когтей на внешней поверхности двери, через день ликвидировал подкопы, чинил раздербаненную внешнюю крышу и все время успокаивал вообще переставших спать кри. И разве можно было их винить (?), ведь следами дело не ограничивалось: дважды похожие на леопардов твари доводили подкопы до логического конца, и хорошо что Дримм в то время был дома и сумел ''тепло'' встретить не званных гостей; в ведущий в козью долину ход забрался неизвестный, но видимо крупный монстр, долез почти до землянки и застрял неспособный ни преодолеть построенную фейри многослойную преграду, ни развернуться -- долго выл пугая коз, а затем издох (потом его кто-то ел пару дней, не оставив даже костей); несколько раз самого Дримма подкарауливали на выходе из его жилья, бросались сверху, из сугроба чуть в стороне, из-за угла, бросались по-двое и по-трое. С Дримма не сходили следы клыков и когтей и пусть ему каждый раз удавалось отбиться, еще и заполучить пару весьма и весьма неплохих шкур, но часто такие схватки ставили его на грань -- даже его силы, выносливости и ловкости могло не хватить. Доходило до того что кри, мелкие кри (!), отвлекали врагов на себя и давали фейри возможность, нет, не победить, а выжить и забаррикадировавшись в землянке залечить полученные раны.

Тем не менее на охоту Дримм все же сходил и изрядно пополнил зимний запас мяса. Вырваться получилось три раза, и если первые два раза фейри повезло и он сумел не только убить лося, во второй раз большого оленя и дотащить их до дома, при этом не угодив в когти и клыки конкурентов, то третий и последний раз Дримму вновь пришлось отстаивать свое право как на жизнь, так и на добычу.

В тот раз фейри повезло завалить отбившегося от стада хромого зубра -- две, минимум две тонны мяса, прочная шкура и густая, теплая даже на вид шерсть! Лишь один удачный бросок копья и он стал обладателем всего этого богатства! Правда копье пришлось потом искать -- Дримм перестарался, и пущенное со страшной силой полутораметровое копье пробило быка даже не насквозь, навылет и так потом ушло в землю, что он едва его нашел, а после того как нашел, едва откопал.

По идее Дримм и сам был виноват -- слишком замешкался, сначала с копьем, потом с тушей, все же огромный зубр был слишком велик даже для него, и пока фейри ''ковырял пальцем в носу'', решая что лучше: разделать тушу прямо здесь или все же волочь до хаты, кое-кто решил взять все (в лице конкретного зубра) и поделить. ''Дети Шарикова'' -- восемь горящих пролетарской яростью морд, восемь огромных с теленка размером белых волков, без всяких прелюдий и лишних метаний вылетели из-за деревьев и молча понеслись ''раскулачивать'' фейри.

''Несознательный мелко-буржуазный хозяйчик'' в лице Дримма резко отрицательно отнесся к носителям социалистических идей и отправил в вождя зубастых революционеров насквозь контрреволюционное копье. Изрядно уже сегодня поработавшее копье (могучее тело зубра и более чем метровый слой земли) не выдержало нового напряжения: кремневый наконечник треснул и слетел с древка, но свою задачу копье все же выполнило и лишило стаю вожака.

Отряд не заметил потери бойца и ненамного меньшая чем почивший вожак самка попыталась сходу подмять фейри под себя -- дубина последнего с хрустом встретила волчью башку. Дерево оказалась прочнее кости, и самка отлетела с проломленной головой.

Следующего за самкой волка Дримм встретил прямым ударом ноги -- сломал волку два ребра, а сам лишился клока мяса с бедра. После двух трупов и скулящего товарища до остальных хищников все же дошло: переть буром -- не самая лучшая идея, и стая рассыпалась, закручивая вокруг фейри смертельный хоровод.

Но фейри -- не зубр, не лось и даже не медведь: Дримм сломал белым продотрядовцам привычную тактику и сам прыгнул вперед, метнув дубину в самого крупного из оставшихся самцов и выхватывая из-за пояса медный топорик. Получивший тяжелой дубиной волк кубарем покатился по земле, а Дримм уже развернулся и вогнал лезвие топора в пасть его собрата, увернулся, вернее пригнулся и пропустил над собой другого и, подхватив подлетевшую вверх после броска и удара дубинку, в глубоком выпаде буквально срезал нос горестно завывшей волчице. Волчица еще выла по потерянной красоте, волк с топором в пасти бился в предсмертных конвульсиях, здоровенный претендент на место вожака скуля отползал, волоча безжизненную заднюю половину (сломанный позвоночник), а Дримм уже отправил дубину в новый полет и подрубил лапы еще не участвовавшей в схватке самке, сломав при этом три лапы из четырех.

Промахнувшийся волк вновь прыгнул на фейри и вновь красивым эффектным прыжком -- фейри снова увернулся, но на этот раз еще и наказал позера: перехватил его за задние лапы и встряхнул, крепко приложив башкой о землю, а затем дал оглушенному волку пинка под хвост и раздавил-растер в порошок его яйца. Кастрированный волк даже не выл, кричал как человек!

Пылавшую местью безносую волчицу Дримм встретил уже ножом -- два тела покатились по земле, кромсая и рвя друг-друга в упоении схватки. Фейри встал меньше чем через пару секунд, и владелец двух сломанных ребер с визгом порскнул назад, так и не успев помочь уже мертвой подруге. Покалеченный волк отбежал довольно далеко, но все же не бросил еще живых членов стаи: выл, рычал на Дримма, делал угрожающие движения, скулил и вообще похоже не знал что ему делать. Молодая саблезубая тигрица приняла решение за него и убила мятущегося волчару одним ударом лапы, посмотрела на выскочившую следом сестру-погодка и вместе с ней неторопливо направилась к месту недавней схватки.

Дримм изготовился было встретить ''зубастых сестер'', вытащил из пасти волка топор, в другой руке у него был нож, а в сердце решимость не отдавать свое, но не пригодилось -- сестры признали в победителе волков хищника равного себе и легко добив подранков начали их жрать, не претендуя на убитых непосредственно фейри. Дримм не стал испытывать судьбу, искать отлетевшую дубинку и подбирать обломки копья, а поволок тушу зубра к себе, сытые кошки его не преследовали и не пошли потом по его следам.

До самого первого снега фейри не покидал безопасное нутро землянки, да и потом какое-то время ограничился ее ближайшими окрестностями. Дел хватало и дома: возникли проблемы с хранением и переработкой таких объемов мяса, да и овощи, орехи, корнеплоды тоже неплохо было бы сохранить, как те, что предназначались на еду, так и на посевы, благо с дровами и кормом для коз не возникло никаких проблем до самого конца зимы -- и того, и другого неопытный в этих делах Дримм заготовил с таким запасом, что хватило бы на три таких зимовки. Со временем все успокоилось: копытные и хищники ушли, медведи вернулись, но залегли в спячку, все проблемы были решены или решались в рабочем порядке, а землю и крышу жилья покрыл густой серебренный слой -- наступила зима.

Отдохнувший Дримм отвлекся от давних воспоминаний и допив воду бросил кружку в бадейку, затем еще немного подумал и занялся другими делами. Дел в довольно таки не маленьком хозяйстве фейри хватало с избытком, так он еще несколько часов крутился как пчелка. Потом присел, но через пять минут отправился готовить обед -- сегодня на обед была цельно-запеченная свиная нога -- обалденное блюдо если уметь его приготовить, а Дримм как раз таки умел, еще по той земной жизни.

Да, пришедшая в ставший фейри домом лес зима принесла с собой не только снег, но и покой... всем кроме самого фейри -- вновь его начали одолевать тяжелые и мрачные мысли о своей судьбе, судьбе клана и Земли. Наполненные трудами и заботами весна и лето, опасная осень как-то тушили постоянно маячившую рядом хандру, а вот зима вновь обострила проблему -- Дримм начал потихоньку погружаться в жесткую депрессию, и ни помощь серьезно обеспокоившихся кри, ни домашние дела, ни уход за козами не могли остановить накатывающий вал отчаянья. Ему нужно было дело, а лучше несколько, чтобы банально не сойти с ума, и он постарался найти себе такие дела -- нашел, сначала одно, потом другое, третье и так пока не загрузил себя не хуже чем в наполненные хлопотами летние дни.

Первое из таких дел подбросили разом окотившиеся самки кри -- семеро пищащих комочков нуждались в ласке и молоке, и молоко так же резко окотившихся коз пришлось весьма к месту, кстати девять народившихся козлят стали вторым из дел.

Третьим стали травы (не только сами травы, а еще мох, семена, кора, смола и т д) -- не зря Дримм собирал их все лето и осень, сушил, хранил в темных местах или высаживал в специально огороженном для них углу. Он повторил множество уже когда-то приготовленных им рецептов и изготовил много новых, про которые знал лишь из книг. Увлечение травами обрело и практическую пользу, когда заболела несколько козлят или у коз неожиданно пропало молоко -- снадобья фейри быстро прогнали хворь и вернули нужное не только козам молоко. Потом, изготовленные из тех же трав добавки помогли взойти рассаде, извели каким-то чертом в середине зимы проникших в жилище блох, помогли кри сохранить здоровую шерсть, разнообразили рацион обитателей землянки, придавая новый незнакомый вкус привычным блюдам и много-много чего еще.

Четвертым делом стал металл: Дримм далеко продвинулся в изготовлении оружия и инструментов, посуды и украшений, просто красивых безделушек, которые на завтра могли опять отправиться в горн. Замахнулся и на бронзу и довольно быстро получил результат, правда не такой какой хотел изначально, но лиха беда начало -- к концу зимы в отдельно взятой землянке наступил бронзовый век.

Пятым и предпоследним из самых масштабных занявших его на всю зиму дел неожиданно стала резьба по кости, дереву и рогу. Сперва Дримм воспринимал не приносившее никакой практической пользы занятие как еще одну возможность убить время, занять руки и голову, заполнить пустоту и наконец как еще один барьер на пути зимней хандры. Неожиданно ему понравилось творить красоту, да и требовавшая предельной концентрации работа лучше чем что-то другое прогоняло подступавшую временами скуку, в том числе когда он любовался результатом своего труда. Сперва он резал фигурки животных, людей, эльфов, монстров, всего что видел и помнил из своей жизни, потом взялся за рукояти ножей, топоров и некоторых инструментов, потом жертвой его увлечения стал стол, стулья-чурбаки и полки. К концу зимы его жилище совершенно преобразилось: всюду стояли маленькие и большие фигурки странных существ, непохожих на людей людей и похожих на орков эльфов, незнакомых в Серединном мире машин и летательных аппаратов; во всю столешницу шла красивая со вставками из кости, рога и металла карта Земли, а ножками преобразившемуся столу служили мантикора, феникс, грифон и дракон -- в общем ранее довольно скучная землянка превратилась в какой-то необычный музей народного творчества неизвестно какого народа. Но все это была ерунда, все резные драконы и прочие фигурки, а так же все другие занятия Дримма отошли на второй план, когда после очередной рассказанной кри сказки он вновь взялся за резец и почувствовал в себе силу рун.

Ну и наконец последним из важных зимних дел был лук, который фейри мастерил на протяжении практически всей зимы и закончил только поздней весной. Дримм не торопился и делал все обстоятельно, на десять раз просчитывая каждый свой следующий шаг и до миллиметра выверяя каждое движение, если он чувствовал что сегодня не пойдет, то и вовсе откладывал работу на день, а то и на два. Зато в конце-концов, спустя более чем полгода родилось великолепное оружие -- покрытый черно-золотым лаком, украшенный искусной резьбой по рогу и дереву и в то же время предельно функциональный асимметричный эльфийский лук -- настоящее произведение искусства. Вообще-то подобные луки использовали еще древние фейри, но ко времени заката их цивилизации слава непревзойденных лучников-фейри отошла в далекое прошлое -- все больше и больше любое другое оружие им заменяла магия, так что в какой-то степени потомки-эльфы действительно вдохнули в полузабытое оружие новую жизнь, а потом и затмили подернутую пылью тысячелетий славу лучников-фейри.

Если так подумать и разобраться, пока Дримм сидел в своем лесном заключении, он не очень нуждался в новом метательном оружии -- все его потребности с лихвой удовлетворяла праща, а на крупную дичь вполне годилось несложное в изготовлении копье. Лук, настоящий эльфийский (фейрийский) боевой лук обладал избыточной, невостребованной в его условиях дальнобойностью и, например, никак бы не помог ему ни в схватке с атаковавшими с минимальной дистанции волками, ни тем более когда хищники караулили его у входа из землянки -- и в том, и в другом случае он просто не сумел бы использовать лук, а если бы попытался, то мог не успеть достать оружие ближнего боя. И все же Дримм не жалел о том что потратил столько времени, сил и терпения на прекрасный, но по факту бесполезный здесь и сейчас лук и не только потому что работа над ним хорошо помогала прогонять скуку и хандру, но главное потому, что он не переставал надеяться выбраться в большой мир и отправиться домой, в свой настоящий дом к своему клану -- вот тогда и должно было пригодиться столь грозное оружие.

Был и еще один эпизод, что не дал фейри заскучать зимой, и несмотря на всю свою быстротечность этот эпизод встал в один ряд с другими гораздо более длительными делами, а в какой-то степени их затмил...

Неизвестно где.

5 месяцев назад.

Дримм проснулся среди ночи, почувствовав укус мелких, но острых как бритва зубов, жертвой агрессии стал большой палец на левой ноге. Упахавшийся вчера фейри спросонья не сообразил что это значит, дернул пострадавшей ногой, отбрасывая мелкого агрессора и, что-то пробурчав, вновь попытался заснуть.

-- Враги!!! Снаружи!!! Страшные!!! - тремя огненными копьями ворвался в его голову ментальный крик, и у фейри мгновенно заболела голова. Ну а сидевший у него на груди Рики (за ногу Дримма кусал его брат) подпрыгнул и выдохнул в открытые глаза фейри еще один ментальный вопль-удар: - Проснись!!! Проснись!!! Нас всех съедят!!! -

Даже еще не проснувшись он понял, дело плохо -- кри не стали бы так волноваться из-за ерунды! Не раз и не два кри выручали фейри, когда он находился на грани поражения (те самые засады у входа в землянку) и бесстрашно вцеплялись в загривки, уши, бывало и яйца способных прикончить его хищников и давали ему возможность отступить в дом, а дома и стены помогают, особенно когда вдоль них разложено оружие и обладавший острыми и режущими поверхностями инструмент. Кри никогда не боялись хищников много больше себя, но сейчас видимо что-то изменилось, и Дримм окончательно проснулся, взглянув в наполненные диким ужасом глаза самого бесстрашного из кри.

Не вставая с лежанки Дримм плавно положил свою ладонь на дрожащее тельце кри и, мысленно успокаивая друга, огляделся по сторонам -- ничего не увидел и напряг слух, обоняние и свое внутреннее чутье, вновь пожалев о пока еще не способной помочь магии. Обоняние тоже ничего не дало -- все перебивали травы, и несмотря на вентиляцию спертый воздух самого жилища, плюс дрова в печах, остывающий металл, не выветрившийся запах позднего ужина, да и козы из соседнего помещения добавляли в общую атмосферу щедрый букет из особо пахучего козьего дерьма, шерсти и запаха хлева. Кстати, козы тоже волновались -- похоже познее всех обеспокоился засоня-Дримм, едва не проспав все на свете, в том числе и свою собственную смерть. Внутреннее чутье молчало, но молчало как-то странно -- после довольно таки бурной осени Дримм, помня о способных на подкоп хищниках, всегда был настороже, а тут его словно разбил паралич, не в смысле что ему перестало подчиняться собственное тело, нет, тело было в порядке, но зато словно задеревенел и как-то подозрительно расслабился разум -- ему хотелось забыть о наводящем панику кри, забыть обо всем и уснуть под теплой и мягкой шкурой.

-- Это не мои мысли! - мгновением позже понял Дримм и покрылся холодным потом. Когда ему была доступна магия Природы он и сам так умел, но с другой стороны, почему не заснули козы и кри, и в конце-концов, почему он сумел проснуться?!

*

Дримм об этом так никогда и не узнал, но его спасло новое увлечение -- резьба, вернее даже не она сама, а по привычке вырезаемые тут и там, вплетаемые в лица и одежду резных фигурок руны. И пусть в половине из них вообще не было магии, а в другой половине -- с гулькин хрен, но сотни даже таких почти бесполезных магических знаков сильно исказили и ослабили враждебное обитателям землянки колдовство.

*

В данной ситуации слух оказался гораздо полезнее других чувств, и все еще неподвижно лежавший фейри понял наконец, что же обеспокоило кри. Во-первых, по внутренней крыше (уже по внутренней!) ходили, именно ходили двуногие прямоходящие существа, а не ступали четвероногие хищники. Причем судя по тому как скрипели огромные стволы кровли, неизвестные имели солидный вес или (и это гораздо хуже) были обременены тяжелыми доспехами. Во-вторых, со стороны входа раздавался едва слышимый шум -- кто-то осторожно, видимо стараясь не потревожить спящих обитателей жилища пробовал на прочность дверь. Ну и в-третьих, сразу из двух углов землянки и с небольшого участка потолка исходила непонятная вибрация, а еще едва уловимый гул. Углы с такой позиции не получалось разглядеть, а вот потолок оказался доступен для взгляда, и Дримм попытался визуально обнаружить участок, откуда исходил подозрительный гул -- почти сразу это удалось, и он уставился на легкое марево, скорее даже полуметровый в диаметре круг слегка подогретого воздуха. Круг постепенно рос в размерах, а марево также неторопливо становилось все сильней.

Фейри понял все что хотел и все что ему было нужно: быстрым, но аккуратным и тихим движением сел, спустил кри на земляной пол к брату, потом также тихо встал (оба самца кри уже юркнули к своим в убежище за самой массивной из печей). Бесшумным шагам босого фейри позавидовал бы охотящейся леопард -- Дримм тоже охотился, точнее охотился на тех, кто решил поохотится на него.

Марево, вернее три марева в трех разных местах становились все заметней и сильней, усилились ковыряния в двери.

Дримм тоже не терял времени даром: натянул штаны, сунул за пояс нож; выпил содержимое серебряной бутылочки, потом золотой и снова серебряной, но на этот раз не выпил полностью, а поморщившись отпил пол-глотка; затолкал в одну из печей медный совок на деревянной ручке и покамест оставил его внутри, заодно поудобней переложил кочергу; снял с полки пару мешочков и высыпал их содержимое в один из преющих горшков; передвинул стул-чурбак под уже скрывшее под собой земляную стену марево в одном из углов и мгновенным, чудовищно-сильным движением не вбил, а вертикально ввернул копье в землю тупым концом и острием в направлении уже довольно сильно гудящего участка потолка. Фейри тенью скользнул к подпертой здоровенным камнем дубовой плахе (Дримм хотел сделать нормальную дверь, даже отковал медные петли и засов, но не успел) и усилил камень толстой жердью.

Из-за двери раздался злобный рев! Видимо он все же нашумел, и те кто ломал дверь услышали движения внутри. События понеслись вскачь -- короткий наводящий зевоту ролик перед фильмом закончился -- началось интересное кино...!

Дримм еще бежал от двери, как гудение скачком усилилось, а на месте марева, во всех трех местах возник лилово-желтый туман, даже не туман -- кипящий, пузырящийся бульон, из которого шибануло сквозняком и запахом зимнего леса.

Дримм почти по наитию выплеснул подготовленный горшок в возникшую в глубине левого марева-бульона тень и не прогадал -- многократно превосходящее по действию серную кислоту содержимое горшка влетело прямо в отвратительную, мохнатую и кажется даже рогатую харю -- дикий вой, и харя вместе со всем остальным канула туда откуда пришла!

Фейри как на шарнирах развернулся к правому мареву и со всей силой метнул тяжелый с толстыми стенками горшок -- попал! Горшок разбился о высунувшуюся из правого марева рогатую башку!

Почему-то правое марево оказалось меньше остальных, и получивший ''глиняный привет'' обладатель бараньих рогов замешкался в слишком тесном для него магическом входе. А вот хозяин жилища не мешкал, и вслед за горшком на голову слегка оглушенного существа опустилась кочерга. Дримм нервничал и потому перестарался -- медная кочерга тут же изогнулась, и ее и без того околонулевая ценность в бою упала до абсолютного нуля. Впрочем тот, по чьей шее пришелся чудовищный удар толстым прутом металла, так не думал -- даже не пикнув ткнулся мордой в земляной пол, полностью перегородив вывалившейся до пояса тушей небольшой лилово-желтый проем (Дримм не ошибся -- покрытый шерстью здоровенный гуманоид).

Но фейри уже не смотрел на перегородившего собой правый проход мохнача, а летел к наливавшемуся темнотой левому. Он успел и вытряхнул совок углей в очередную мохнатую харю -- тот же результат, что и от кислоты!

Быстрый взгляд на потолок, на державшуюся дверь (почему в случае двери не применили такое же марево?) и он вновь полетел по знакомому маршруту -- еще один гость пытался протолкнуть себя прямо поверх тела оглушенного. Кстати, получивший горшком и кочергой шевелился и стонал -- в общем приходил в себя.

Дримм сходу вмазал кулаком куда-то внутрь бульона, схватил высунувшуюся из него руку и, используя угол не превратившейся в проход земляной стены, взял ее на излом, а затем и вовсе сломал в локте. Снаружи раздался полный боли вопль, и повисшая на одной коже рука втянулась в бульон. Дримм же занялся приходившим в себя -- взявшись за короткие витые рога откручивал тому башку. Дело шло туго -- рычащий гуманоид сопротивлялся и оказался неожиданно силен.

Здоровенная туша свалилась с потолка, и... землянка содрогнулась от небывалого воя, пара крынок треснули в черепки -- вертикально вкопанное под маревом копье вошло точно в очко, вернее сам рогатый ''десантник'' снайперски насадился очком на острие. Острие прорвало кожу чуть выше ключицы, а древко в нескольких местах сломалось у ''десантника'' внутри.

Дикий вопль сослужил фейри добрую службу и всего на мгновение заставил замереть его тогдашнего неудобного противника-здоровяка. Да, всего на мгновение, но фейри хватило времени покрепче и поудобней перехватить бараноподобные рога. Хозяин головы опомнился, но было поздно, и через несколько секунд в руках у рухнувшего на спину фейри осталась оторванная башка, а на земляной пол хлынул настоящий водопад густой красной крови.

Дримм оставил бьющееся в конвульсиях тело позади и вновь полетел к левому проходу, заодно метнув башку в дырку над головой (вылетевшая с той стороны оторванная башка дала фейри пару лишних секунд). Он успел, опять успел, пусть и в последний момент, и очередного исторгнутого левым маревом рогатого ублюдка встретил тяжелый чурбак. Удар на мгновение ошарашил и без того споткнувшегося о другой чурбак рогача, кстати фигуристую самку, чурбак раскололся именно о впечатляющие груди и на секунду выбил из нее дух. Секунда не успела закончиться, как фейри по рукоять вонзил ей в глаз нож, неловко его повернул и не специально сломал лезвие в глазнице (первое бронзовое лезвие получилось слишком хрупким).

Дверь еще держалась, а безголовое тело еще загораживало собой правый проход, но Дримма вновь осчастливил ''гость'' -- очередной ''десантник'' спрыгнул с потолка! Спрыгнул спиной к уже залитому чужой кровью фейри и тут же пожалел об этом.

Здоровенный гуманоид, опять самка с впечатляющим титьканом(!) только еще поворачивалась, а Дримм уже летел к ней в высоком прыжке и в стиле Брюса Ли впечатал стопу правой ноги в изумленно перекосившуюся харю. Масса тела помножилась на скорость и действительно здоровенную (два Дримма), мохнатую бабу буквально унесло как листок порывом ветра. Землянка наполнилась криками, шипением раскаленных и прижигавших плоть камней, а так же паром -- рогатая титькастая (и зубастая) б...ть развалила своим огромным телом одну из печей и забилась среди обломков!

Новому ''десантнику'' не повезло дважды -- фейри снова оказался у новичка за спиной, а еще хозяин дома успел подхватить свинцовый молоток и серебреный серп. Серп прошелся по сгибам обеих ног, а молоток врезался сначала в затылок, потом под лопатку, потом вновь по башке. Тут Дримм немного не рассчитал, и когда свинцовая головка смялась о рога, деревянная рукоять не выдержала напряжения и сломалась. Фейри повалил оглоушенного и израненного врага лицом (пардон -- мордой) вперед и начал старательно перерезать тому (опять пардон -- той) горло внутренней стороной серпа. Дела у фейри шли неплохо, пока он не увидел, как из правого прохода по безголовому трупу лезет очередное рогатое чмо -- серп отправился в полет и бешено вращаясь врубился внешней стороной в харю очередного вторженца, а фейри резко взялся за рога хрипящего под ним существа, уперся коленом в спину и как мог рванул голову на себя, как можно сильнее открывая и расширяя рану, потом вскочил и не оглядываясь кинулся к обожженной самке, что как раз в тот момент вставала из курящихся дымом обломков печи.

На этот раз примером для подражания послужил не Брюс Ли, а Мохаммед Али -- Дримм легко уходил от неловких ударов даже приблизительно не представлявшего что такое бокс существа и бил, бил и бил: бил точно, быстро, умело, вкладывая в удары всю силу и скорость фейрийского тела и местные (загруженные в мозг) навыки кулачного бойца. В общем парил как бабочка и жалил как пчела, очень-очень быстрая бабочка, и невероятно злая пчела -- каждый удар вызывал сотрясение всего огромного тела, не говоря уж о том, что кулаки как в тесто уходили в брызгавшую кровью плоть. За три секунды Дримм нанес больше пятидесяти ударов и, почувствовав движение за спиной, обернулся к двум новым врагам. Ну а мертвая самка, точнее лопнувший в нескольких местах мешок изломанных костей, медленно осела на обломки печи.

Двое новых врагов явно боялись хозяина дома, фейри уже научил их себя бояться, и потому им понадобилось несколько вздохов, чтобы преодолеть свой страх и броситься вперед, но фейри их опередил и уже стелился к ним рваным и в тоже время плавным воинским шагом. Худой и какой-то мелкий (в сравнении с остальными) самец улетел после стремительного удара в челюсть, а самку Дримм поймал на прием и швырнул через плечо, швырнул удачно, прямо позвоночником на угол опрокинутого на бок стола. Мощная резная столешница на пару миллиметров ушла в прочный земляной пол, Южную и Северную Америки (резьба) украсила причудливая трещина, а позвоночник молодой и если бы не рога, шерсть, уродливая харя и клыки даже симпатичной самки хрустнул как гнилая ветка. Удар сверху вниз ладонью в кадык задушил вопль боли. Ну а после, озверевший фейри схватил отбитое горло в ладонь, сжал кулак и... и вырвал кадык вместе с языком!

Отряхивая руки от крови, Дримм глянул на трещавшую дверь, на марево, на трясущего головой худого самца и деловито направился к недобитку. Удар подъемом стопы в пах, прямой кулаком в нос, пяткой по почкам -- худой ''сдулся'' и не мешал фейри оттащить себя к ближайшей целой печи и сунуть башкой внутрь одного из открытых отверстий. Потом он конечно же бился, но фейри был много сильней и поджаривал мохнатого задохлика пока не надоело, то есть пару минут, пока снаружи не втянули безголовое тело, освобождая правый проход. Отпустил и, подхватив подвернувшуюся под руку заостренную жердь, побежал к правому мареву, а задохлик смог таки посмертным усилием вытащить прожаренную до угольков башку и наконец-то умереть.

-- На миру и смерть красна! - с усмешкой подумал Дримм, глянув на ворочавшийся камень-запор у двери. Фейри глубоко вздохнул как перед прыжком в воду и, выставив перед собой жердь как копье, хотя нет -- как винтовку со штыком, нырнул в правый проход. Внутри оказалось темно как у негра в жопе, но зато можно было дышать, и Дримм полез вперед, мощными толчками ног отталкиваясь от гладких похожих на металл или бетон стен. Через мгновение после того как фейри нырнул в лилово-желтое марево сдался-не выдержал вход, а с потолка рухнул очередной ''десантник''.

Десять секунд стремительного движения и орущий фейри пробкой из бутылки шампанского вылетел на белый свет, вылетел не один, а с насаженным на жердь как жук на булавку очередным ''бараноголовым'' -- дурачок сам массой своего тела и стремлением вниз насадился на не такую уж острую жердь.

Снаружи Дримма встретили трое (не считая издыхавшего на колу): знакомое лицо, вернее после знакомства с серпом -- пол-лица, хиляк со сломанной рукой и здоровенная, самая большая из всех виденных сегодня ''бараноголовых'' самка с отвисшими чуть не до колен грудями и здоровенной дубиной в руках. Хиляк умер сразу -- попытался неловко ударить фейри целой рукой, но не только не попал, но и сам получил убивший его удар в челюсть (сломанная шея и челюсть в осколки), полулицая поползла от фейри прочь, а вооруженная дубиной самка знакомо взмахнула своим нехитрым оружием.

Фейри спас проснувшийся инстинкт! Он припал, буквально распластался по земле -- над головой у него пролетел самый настоящий ледяной шар! Полулицей сегодня явно не везло -- сначала острый серп изуродовал ее лицо, а теперь предназначавшийся фейри ледяной шар и вовсе убил невезучую страдалицу.

Ну а Дримм мгновенно бросился вперед и не дал шаманше, или кто там она была, повторить магический удар. Но и без магии самка могла постоять за себя -- могучий замах и огромный комель устремился к голове ее врага.

Да, огромная самка конечно могла постоять за себя, но не против такого как Дримм: фейри легко ушел от мощного, но неуклюжего и слишком медленного удара, сократил дистанцию и открытыми ладонями обеих рук врезал мохнатой по ушам, тут же воткнул большие пальцы в глаза, а затем не останавливаясь тем же движением рук порвал ей губы в трех местах и все это меньше чем за секунду. Страшные живодерские приемы мгновенно вывели самку из игры, ну и разумеется оправиться ей Дримм не дал: вырвал дубину из рук и с оттягом и полуоборотом приголубил по изорванному лицу, вернее по лицу не попал -- попал в висок, но так даже лучше.

Потом Дримм встречал лезущую из дыры четверку и как заправский бейсболист махал битой-дубиной, отоваривая каждого следующего по рогатой башке, потом долго бил оглушенных мохначей, потом, когда сломалась дубина, пинал, потом сбросил с жерди труп и для верности проткнул все трупы, включая полулицую ледышку. Закончив месить трупы, Дримм нырнул в дыру и готовый ко всему вывалился в разгромленной землянке. Внутри дома ему не пришлось никого добивать -- догадливые кри постарались облегчить ему жизнь и перегрызли всем живым ли, мертвым ли мохначам яремные вены.

Единственного ''бараноголового'', что не погиб и попытался убежать, Дримм настиг на самой окраине своих владений и, когда тот переправлялся через реку, всадил ему в затылок свинцовый желудь из пращи -- тело с обезображенной углями мордой и истекающей мозгами башкой унес стремительный поток.

Неизвестно где.

Настоящее время.

Фейри наслаждался правильно запеченной свиной ногой, не столько даже самой ногой как запеченным вместе с ногой гарниром -- пропитавшаяся духом свинины копа была дивно хороша и на вкус фейри даже затмевала основное блюдо, особенно в тандеме с кислой капустой и соленым огурцом. Впрочем в этом вопросе у фейри имелись жесткие оппоненты в лице с урчанием поглощавших свою долю кри -- вот они-то как раз на 100% отдавали предпочтение мясу и на радость фейри полностью игнорировали обалденный гарнир. Впрочем от мяса Дримм тоже не отказался и с удовольствием умял большой жирный кусок запеченной свинины.

Кри успели выпросить и сожрать добавку и теперь сидели и провожали каждый исчезавший во рту у Дримма кусок грустными глазами, но не просили еще -- благоразумно не хотели лопнуть. Немаленькая порция уже показала дно, как вдруг фейри положил нож и вилку на стол и замер, превратившись в натянутую струну. Обеспокоились и кри: начинавшаяся послеобеденная сиеста была забыта, и зверьки завертели головами, пытаясь понять, почему напрягся их большой друг.

Дримм и сам не смог бы так сразу ответить на этот вопрос: с одной стороны, он не слышал и не видел, не ощущал обонянием ничего угрожающего, но с другой стороны, за полтора года жизни здесь он прочувствовал этот лес как себя: знал сколько в нем пчелиных ульев, кустов орешника, малины, зарослей конопли, кто и когда из животных их посещает, где еще осталась дикая копа и где лучше растет трава, а где палая листва сбивается в удобные для него кучи, даже как должен звучать ветер в ветвях и множество подобных вещей. Сейчас знакомый лес звучал немного по другому -- по нему шли чужаки, те кого этот лес еще не встречал, пока еще они были далеко, вне пределов доступной ему территории, но приближались.

Помимо всех вышеназванных причин имелось и еще кое-что: нельзя было точно сказать с какого момента у Дримма так обострилось чутье и что было тому причиной -- его занятия магией, поединок с ''бараноголовыми'' гуманоидами или просто время пришло, но с какого-то момента мир начал приоткрывать для него ранее закрытые двери, примерно как до попадания сюда. И нет, к нему не вернулось магическое чутье, а скорей вновь проснулось то, что делало его фейри -- связь с его внутренним скрытым глубоко внутри Я, ну а там, как считал обрадованный переменами Дримм, и до полного возвращения магии недалеко, по крайне мере он на это надеялся. Возможно также чутье проснулось от того, что за зиму фейри добился впечатляющих успехов -- сумел пробудить в себе магию рун и активно каждый день работал с другими школами. Так это было или не так -- неважно, главное -- фейри сумел ощутить потенциальную угрозу себе и выстроенному им мирку и в отличие от зимней истории у него имелось достаточно времени чтобы подготовиться.

Дримм не сразу вскочил из-за стола, нет, он не торопился и сначала тщательно прожевал оставшийся у него во рту кусок, потом вытер руки, встал и... собрал посуду, отнес ее к печи, вернулся (все это не торопясь, но и не медля -- ровными экономными движениями), смахнул со стола крошки, вымыл руки в бадье, тщательно их вытер и только потом отправился за установленным в изголовье кровати сундуком, что появился там примерно через месяц после зимнего нападения и все это время до самого настоящего момента прирастал содержимым.

Здоровенный фейри без труда принес сундук к столу и, поставив его на край, начал доставать из него разные и весьма интересные вещи. Первым появился гораздо более мелкий сундучок, но все же сундучок, а не шкатулка. Вторым -- тщательно завернутый в хорошо выделанную кожу лук. Третьим -- пустой колчан от этого лука и масса жесткой кожи: несколько небольших вогнутых пластин, грубое подобие наголенников, каких-то манжетов, множество ремней, и чем-то напоминавший корсет пояс с большой, круглой как тарелка пряжкой из толстой бронзы, несколько меньшие пластины из того же металла украшали пояс по всей длине. Четвертым появились похожие на короткие мечи клинки с резными рукоятями из рога, с навершия одного из клинков скалилась зубастая голова кри, а с другого -- голова дракона. Несмотря на немалый размер это все же были именно ножи: не очень широкими чуть изогнутыми клинками удобно было и рубить, и колоть, и резать, да и метнуть их во врага не возбранялось -- не подведут и попадут точно в цель, особенно в руках своего создателя-фейри. Бронзовые лезвия были заточены с двух сторон. Пятым появился еще один тщательно запечатанный кожаный сверток и занял свое место на столе. Шестым -- бронзовый же одноручный топор, топор чем-то напоминал парные клинки, не внешним видом, но возможностями, что он давал своему владельцу: топор прекрасно мог рубить и даже резать -- изогнутая как сабля чуть изломанная на нижнем конце рабочая часть прямо намекала ''вспори мной чье-нибудь горло'', а гнутая как нужно рукоять сообщала лезвию дополнительную силу при ударе. А еще топор тоже можно было метать, и брошенный умелой рукой топор (а фейри умел) был поопасней любого ножа. Седьмым предметом стали общие ножны для не менее чем полудюжины ножей, из которых лишь один был изготовлен из бронзы, материалом остальных служили медь, камень, серебро и даже кость, ну и конечно у каждого великолепные резные рукояти. Восьмым появился бронзовый шлем, и на этом сундук почти опустел, а хозяин сундука спустил его со стола на пол. В сундуке сиротливо остался лежать круглый, весело раскрашенный щит с бронзовым умбоном и заточенной медной полосой по краям.

Дримм хозяйским взглядом окинул разложенные на столе предметы, словно здороваясь, провел над каждым из них рукой и первым открыл сундучок : достал из него глубокую глиняную чашку, острый как бритва кремневый нож, мешочек с каким-то порошком, кисть козьего волоса и больше нечего, хотя пузатое нутро сундучка буквально ломилось от похожих мешочков, узких золотых и серебряных колб и запечатанных воском глиняных горшочков. Затем Дримм, изрядно потеснив остальные предметы, чуть не на половину стола разложил элементы самодельного доспеха, с помощью кремневого лезвия пустил себе кровь и собрал ее в чаше, добавил туда же порошка и размешал все кистью. Потом фейри немного подождал и, используя все ту же кисть, нанес густую смесь на неглубокие симметричные вмятины на коже доспеха -- кожа приняла смесь как родную, и посреди коричневой почти черной поверхности появилась вязь рубиново-красных знаков, сама жидкость тут же застыла и стала напоминать краску, нанесенную неделю назад.

На время фейри отложил кисть и наполовину израсходованную чашку, сбросил домашнюю одежду и моментально влез в доспех, повозился затягивая многочисленные ремни, но тоже управился довольно быстро. Повертелся-присел, подтянул пару ремней, а один наоборот ослабил. Наклонился вперед и назад: сдвинул пару ремней, поправил пояс, снова проделал весь комплекс движений, затем довольный вернулся к столу.

То в чем сейчас щеголял Дримм трудно было назвать полноценным доспехом, скорее сбруя с отдельными элементами защиты: дополнительно усиленный бронзой широкий пояс защищал уязвимый живот; поножья и наручи -- руки и ноги; а несколько средней толщины пластин прикрывали некоторые другие уязвимые места и при этом почти не стесняли движений. Не такая уж и плохая защита -- жесткая хорошо обработанная кожа точно остановит коготь зверя, ослабит удар дубины и сгодится как дополнительная преграда для средней паршивости клинка, а уж с рунами даже хорошему стальному мечу придется постараться чтобы прорубить или проколоть измененную-усиленную магией кожу.

После того как фейри облачился в доспех пришло время лука и стрел: оба покрытых слоем жира свертка были вскрыты и отложены в сторону, на свет появился выгнутый в обратную сторону лук и тридцать стрел -- весь изготовленный за зиму запас. Дримм легко натянул тетиву на лук, но не следовало обманываться этой легкостью -- вряд ли даже легендарный Одиссей смог бы совладать с луком фейри, а если бы взялся из него стрелять, скорей всего отрубил бы себе пальцы тетивой и конечно уж не смог бы пустить стрелу не то что через кольца в рукоятях двенадцати секир, но даже на метр. Натянутый лук и стрелы (половина наконечников -- бронза, остальные -- медь и серебро) заняли места в своих отделениях колчана, а сам колчан чуть позже утвердился у фейри за спиной. Но сперва Дримм обработал наконечники стрел, лезвия ножей и кромку топора прозрачной пахучей жидкостью из золотого флакона, что в свою очередь появился из сундучка. Нанес совсем немного, дал засохнуть и только потом стрелы отправились в колчан, а ножи в ножны и вместе с топором в петли на поясе.

Шлем Дримм не стал пока одевать, а зацепив его за специальный крючок, повесил на плечо. Затем пришло время пузатенького сундучка, и он подвергся умеренному грабежу: часть флакончиков переместились в кармашки сбруи, а часть Дримм употребил прямо здесь: пару флакончиков опустошил, а зеленоватую мазь одного из горшочков втер себе в ладони, другой промазал глаза и заложил по комочку в уши.

Пора было выходить, но Дримм сделал еще кое-что: достал из специальной стойки одно из десяти своих копий и, поворачивая древко, вылил на него остатки смеси крови и порошка. Тяжелое и длинное, обладавшее мечевидным наконечником копье будто вздрогнуло в руке и неуловимо изменилось: словно готовые кровоточить набухшие жилы протянулись по всему древку, а наконечник будто потемнел от времени и слега начал отдавать красным как медь.

Дримм хотел было попрощаться с кри, но Рики спутал ему карты и заявил что идет с ним. Дримм не стал возражать и, послав остающимся кри успокаивающую и бодрую мысль, направился вслед за другом на выход. По пути достал из общих ножен один из малых ножей и сунул его в интегрированные в правое поножие ножны.

10-15 минут и фейри с кри достигли края своих владений, того самого природного моста из камней через бурную и никогда не замерзающую реку. Искать позицию не пришлось и Дримм устроился на том же самом месте, с которого несколько месяцев назад прикончил из пращи последнего ''бараноголового'' йети. Хорошее, не видимое с той стороны реки место, плюс небольшой пригорок, за который можно присесть, и укрытый кустами овражек, в который можно скатится-отступить.

Зелья уже начали действовать так же как и мазь: и без того отличное расовое ощущение леса выросло многократно, мышцы заиграли силой, комары и стрекозы чуть не замерли на лету, а в теле фейри появилась неестественная легкость и ртутно-резиновая гибкость -- встряхнувшийся как пес перед дракой Дримм был готов встретить любого врага.

Между тем чужаки уверенно шли по лесу, и пусть кто-то бы и вовсе не заметил (только не эльф или фейри) как они умело, почти не тревожа птиц идут к реке, но хозяин лесных владений чувствовал их сердцем и внутренней сутью, слышал бесшумные шаги, обонял смазанные какой-то отбивающей запах смесью тела, а вскоре увидел как изменились тени меж деревьев и кустов. Дримм положил первую стрелу на тетиву -- чужаки приближались и их было много...

Глава 9

Неизвестно где.

11 месяцев спустя.

Дримм.

Фейри почувствовал рядом с собой движение, слега напрягся в полусне, но тут же вновь расслабился -- то что ощущали его руки, вызвало поток приятных воспоминаний о том, что было вчера, да и сегодня тоже. Дримм чисто машинально прижал к себе теплые и сонные тела и не открывая глаз зарылся лицом в пахнущие луговой травой волосы. Он снова провалился в объятья сна и в следующий раз проснулся только через два с лишним часа.

На этот раз он не ощутил рядом с собой теплой плоти одни лишь шкуры и меха. Некоторое время лежал, закрыв глаза и предаваясь остатней неги сна и слушая шумы, что звучали в когда-то тихой землянке невольного робинзона. Сейчас же в его обширном полуподземном доме звучали голоса, стук посуды, шумы иных домашних дел, в разожженной не его руками печи трещал огонь, а весело булькавший на нем котелок распространял запах вкусной похлебки. Дримм действительно наслаждался тем, что рядом с ним живут другие разумные существа, как бы не были хороши кри, но все же многого они не могли ему дать. Наконец он открыл глаза и, сладко потянувшись, вылез из постели, отбросив с голого тела меха, не одеваясь сделал несколько разминочных движений руками и торсом, после неторопливо натянул штаны, поправил пояс с ножом и как был босой, зевая отправился на выход из землянки. По пути хлопал попадавшихся под руку девушек по аппетитным попкам, сказал пару ласковых слов хлопотавшей у печи беременной женщине, принял кружку с брусничным отваром от другой тоже беременной и у самого выхода наружу ласково провел рукой по волосам очень красивой женщины, кормившей грудью ребенка. Та на секунду отвлеклась от полностью захватившего ее процесса, улыбнулась фейри и вновь опустила глаза на самое важное и дорогое для нее существо.

Наконец Дримм покинул то бабье царство, в которое превратилось его некогда холостяцкое жилье, и вывалился во двор. С тех пор как фейри жил один утекло много воды, и двор его жилища, да и местность вокруг изменились кардинально: во-первых, намного вырос сам двор, раз этак в ...надцать (трудно так сразу сказать на сколько, ведь он продолжал расти), количество разнообразных построек внутри него вплотную приблизилось к двадцати и это не считая полудюжины временных навесов и груды намекавших что это не предел камней и древесных стволов; во-вторых, даже такой огромный двор был полон людей, нет, не людей -- фейри, не менее полусотни фейри кололи дрова, везли в огромной поставленной на колеса бочке воду из ближайшего ручья, что-то чинили и копали, в одном из углов спускали кровь из подвешенной за ноги дикой свиньи -- в общем кипела привычная жизнь большого подворья.

Дримм посторонился, пропуская в дом мальчишку с дровами в руках, и, потрепав его по голове, отхлебнул щедрый глоток кисловатого, но освежающего отвара, а затем отправился к бочке с водой. Умывался он долго, щедро зачерпывал воду резным ковшом и выливал на себя, фыркал и смывал остатки сна, напоследок хорошо промыл голову и вытерся своим личным и неприкосновенным для других обитателей двора полотенцем, повесил его на крючок и, поздоровавшись с терпеливо ожидавшими пока он закончит водовозами, направился обратно в дом. Вновь окунулся в бабье царство и двинул прямиком к столу, по пути подобрал кри, вернее это Рики-Тики вскарабкался по нему и устроился на плече, а затем, когда Дримм уселся за стол, соскочил на столешницу и с важным видом уселся рядом, ревниво поглядывая на засуетившихся женщин.

С тех самых пор как в их общем с его большим другом доме появились новые жильцы, кри боялся потерять свое место в изрядно выросшей стае и постоянно старался напомнить всем вокруг, что именно он занимает в местной иерархии второе место после Дримма. Вот и сейчас, несмотря на то что семью кри весьма щедро покормили (обитавшие в жилище Дримма женщины старались угодить ему не только в постели и давно заметили его особое расположение к кри), Рики не упустил возможность показать свою близость к хозяину дома и весь завтрак сидел рядом с ним и благосклонно мявкнул-послал ментальное сообщение на поставленную перед ним мисочку козьего молока. Все эти ''придворные'' игры смешили хозяина дома, но вот только смешили они его одного, а остальные обитатели изрядно подросшего хозяйства относились к ним довольно серьезно. Вот и сейчас он с иронией поглядывал на надувшегося от собственной важности кри, не забывая при этом уминать густую и наваристую похлебку. Сегодня похлебка была особенно хороша, гораздо лучше чем получалось у самого Дримма, и это несмотря на то, что именно он и научил женщин готовить это блюдо каких-то 7-8 месяцев тому назад. Ну что тут сказать? Ученицы превзошли довольного сим фактом учителя!

После завтрака Дримм уже по-настоящему оделся, натянул сапоги, нежно попрощался с дружным женским коллективом (как это не удивительно, действительно дружным) и отправился по своим обычным каждодневным хозяйственным делам. Сперва навестил изрядно подросшие огороды и полюбовался как десятки фейри вскапывают землю с помощью бронзовых и деревянных лопат и таких же мотыг -- дело шло шустро, уже копанная по осени земля легко поддавалась прекрасному инструменту, тот до сих пор казался неизбалованным фейри настоящим чудом. Причем чудом им казались не только инструменты из металла, над изготовлением которых Дримм корячился всю прошлую зиму, но даже обычные деревянные лопаты с наспех насаженной медной полосой на острие. Впрочем до знакомства с Дриммом племя фейри вообще не знало лопат и прекрасно обходилось заточенной палкой. Сама концепция столь качественной вскопки земли казалась им чуждой -- там откуда они пришли у них не возникало необходимости ни копать, ни удобрять, ни даже особо ухаживать за посадками -- и без всего этого невероятно плодородные почвы родины фейри обеспечивали кочевым земледельцам и собирателям изрядный урожай. Честно сказать и ассортимент того что выращивало довольно примитивное племя каменного века был небогат: похожий на кукурузу злак с крупными семенами, горох и вездесущий парум -- вот в общем-то и весь весьма скудный ассортимент, все остальное, что употребляли в пищу фейри, а также из чего они делали одежду и разные другие вещи, росло в дикой природе, и племя не утруждало себя даже минимумом усилий как с той же кукурузой, горохом и парумом.

В здешних краях теплолюбивому и не приспособленному к местным условиям племени пришлось несладко: не та почва, не то солнце -- все не то, почти нет знакомых растений, а вместо изрезанной частой сетью рек и укрытой буйным разнотравьем суперплодородной равнины глухая чаща леса. Вряд ли они сумели бы выжить, если бы очутились здесь как Дримм зимой, но фейри повезло -- они попали сюда уже поздней весной, да к тому же не успели толком хлебнуть лиха как наткнулись на жилье своего сородича, который едва не нашпиговал их стрелами при первой встрече.

Науку Дримма в отношении земли фейри воспринимали не без труда, но старательно, хуже было бы если бы они оказались чистыми собирателями и охотниками, а так все же кое-кой опыт у них был, да и поневоле навостряковшийся в земледелии Дримм сумел все правильно и доступно объяснить и главное показать на личном примере.

Следующими на повестке дня стояли козы, и Дримм, в последний раз окинув взглядом множество аккуратных грядок, не спеша потопал к ним. Концепция содержания животных оказалась для фейри еще более далека и Дримму пришлось изрядно помучиться объясняя им: коз не стоит сразу убивать, а наоборот нужно кормить, поить, лечить и охранять -- в общем всячески заботиться, а в ответ регулярно получать от них молоко, шерсть, навоз для огородов и иногда мясо -- в конце-концов до фейри дошло, особенно коз как источник молока оценили женщины. Все же первое время Дримму пришлось следить за стадом в три глаза, он даже привлек к этому делу кри, но все же не допустил и пресекал в зародыше всякие нехорошие поползновения самых тупых и жадных до мяса представителей племени. Кстати, вот с восприятием кри у фейри не возникло никаких проблем -- они со всей своей простотой посчитали мохнатых, но способных общаться зверьков частью племени Дримма и потому совершенно спокойно отнеслись к реакции на них старшего из кри -- это для Дримма все выглядело смешно, а для фейри кри защищали свое по праву. Было и еще кое-что: у себя дома фейри постоянно страдали от невозможности делать большие и долгохранимые запасы, и именно потому они сразу же по достоинству оценили вклад кри в борьбу с длиннохвостыми любителями чужого (крысами и мышами). Но вернемся к козам: со временем фейри сумели все понять и найти с козами общий язык, привыкли иногда получать на завтрак полкружки молока и подкармливать козьим молоком только родившихся детей, полюбили творог, оценили пользу для огородов козьего дерьма, да и саму идею иметь живой и даже увеличивающийся в размерах запас мяса, особенно применительно к долгой и суровой зиме (долгой и суровой для них, но никак не для Дримма).

-- Вот ведь интересно, - думал по дороге Дримм. - Ведь и козью шерсть и коноплю они увидели лишь здесь, на их родине они не встречались с такими материалами, а тут не успел я оглянуться, как пошла сначала пряжа, а потом и ткани. Ну с коноплей все ясно -- у них дома росло похожее на лен растение, и они умели с ним работать. Но совершенно не понятно с козьей шерстью-- я ведь пытался ее использовать, бросал и снова пытался и ни разу у меня не получилось ничего путного! И это у меня, того кто знал что это возможно, по крайней мере представлял себе принцип, а они только от меня узнали, что можно так использовать шерсть, и бац! Через два месяца смастерили некое примитивное подобие прялки и начали на этом убожестве прясть! И снова бац! Еще через месяц таких прялок уже десяток, а ткани из козьей шерсти вошли в повседневный оборот! Пришлось выделить металла и наделать для них всякой портняжной фигни, от иголок до ножниц. -

Воспоминания как на него смотрели фейри после того, как он сделал несколько нехитрых, облегчавших их труд вещиц, а потом объяснил, как ими пользоваться, заставили Дримма поежиться -- он не привык, что на него смотрят как на бога. Почему-то после этого среди фейри распространилось мнение о том, что вся история с тканями была испытанием, которое устроил им Дримм, и в награду за то, что фейри сумели его пройти, он одарил их новыми знаниями. Дримм несколько эгоистично не стал их в этом разубеждать, но стал более тщательно контролировать себя.

Дримм вышел на берег реки и, приложив ладонь ко лбу от солнца, оглядел новое летнее пастбище коз. Идиллическая картина: козы лениво пасутся у самой воды, пьют воду прямо из реки, резвятся и играют, народившиеся за зиму козлята робко ступают на неокрепших ножках и подражая взрослым пытаются пастись, так же кажется вокруг никакой охраны, будто стадо пасется само по себе. Но нет, вот и пастухи -- шестеро мужчин-фейри, на вооружении у каждого лук и полный колчан стрел, а еще медные и бронзовые топоры. На взгляд Дримма пастухи-фейри очень неплохо справлялись со своей работой, особенно для тех, кто меньше года назад узнал, что коз не нужно сразу убивать -- сами не напрягались и не напрягали излишней заботой коз, успевали тренироваться в стрельбе из луков по плетеной мишени и рыбачить, но и не забывали следить за окрестностями -- по крайней мере Дримма они срисовали раньше чем он их.

Обширный заливной луг прекрасно подходил в качестве пастбища: обилие сочной травы, много солнца и простора, источник воды в виде реки, что одновременно служила и защитой, по крайней мере с одной стороны. Разумеется и ранее используемый овраг имел имел свои преимущества, главным из которых была безопасность -- утром Дримм мог выгнать туда коз и забыть о них чуть ли не на весь день, а вечером за считанные минуты загнать обратно в земляку. Но теперь у него в распоряжении был не только он сам, а множество рабочих рук, сиречь пастухов для стада. Да, бывшее летнее пастбище коз понадобилось для другого: большой с крутыми стенами овраг, еще и связанный с домом Дримма общим ходом-пуповиной, стал новой землянкой и домом почти для всего сотенного племени фейри, ну конечно исключая тех, кто поселился непосредственно в землянке самого Дримма.

Некоторое время он провел с пастухами: не стал их обижать и попробовал свежей ухи; потренировал их в борьбе; показал пару новых приемов с ножом; заценил сделанный одним из фейри лук (похвалил зардевшегося юношу-умельца); послужил арбитром в соревновании стрелков (как не хотелось юнцу с новоделом победить, верх одержал один из первых его учеников, обладатель лука, который по большей части сделал сам Дримм, ну и совсем немного его нынешний владелец ); напоследок осмотрел радостно замемекавших и буквально лезущих к нему коз (еще один из признаков что магия возвращалась к Дримму); попрощался с пастухами и продолжил обход своих владений.

По пути встретил возвращавшийся охотничий отряд (в отличие от Дримма для фейри не существовало незримой стены) -- похвалил добывших оленя охотников; потом наткнулся на группу несущих соль женщин -- сделал замечание беременной носильщице, что не стоит носить такую тяжесть; приказал двум так же оказавшимся поблизости подросткам оставить груз глины здесь и помочь беременной с ее тяжелой корзиной. Пока Дримм шел к нужному месту, он размышлял о пастухах, точнее об их луках, еще точнее о себе и о том, что он фейри-Дримм дал в руки своим сородичам...

До знакомства с Дриммом арсенал племени был небогат: метательные дубинки, ножи, хотя скорее примитивнейшие пыряла из кости и камня, копья-колья с обожженным на огне заостренным концом, ну или иногда вставленным в ращеп и привязанным куском камня или рога и... в общем-то все -- ни мало-мальски эффективного метательного оружия, ни щитов, ни зачатков доспехов. На искушенный взгляд Дримма даже доступные фейри материалы использовались ими крайне не эффективно: где простейшие каменные топоры и доступные даже самым варварским племенам Серединного мира деревянные мечи с вделанными в них каменными лезвиями, ну или хотя бы примитивнейшие палицы со вставками из костей, рогов и камня!? Ничего этого не было и в помине -- фейри были абсолютно беззащитны!

Ну а вообще Дримм сломал себе голову, пытаясь понять КАК в Серединном мире могло сохраниться настолько дикое племя фейри? Сохранились ли они с древнейших времен или стали такими после уничтожившей великую цивилизацию катастрофы? Если последнее, то что они делали все это время и почему так одичали, окончательно утратили не только расовую магию, но и другие присущие фейри навыки и особенности? И если так, то почему их до сих пор никто не нашел, или они сами не вступили в контакт с более развитой цивилизацией, хотя бы с теми же людьми, эльфами, да мало ли кем? В конце-концов за такую прорву времени они и сами бы могли достичь большего, но нет -- примитивные дикари! Или Дримм напрасно мучает себя и все это штучки программистов, ошибка системы, баг при создании вирт-мира -- нет ответа.

Каждый раз когда Дримм размышлял на эту тему, ему казалось что он упускает какой-то факт, незаметную, но значимую деталь, вывод-звено в цепи размышлений, которое объяснило бы ему если не все, то многое, и каждый раз он словно упирался в какой-то незримый барьер, подобный тому что окружал доступный ему лесной участок, но только у себя в голове. Голова как всегда заболела, и Дримм вновь отступил, вернувшись мыслями к оружию.

Ну и кто бы сомневался, фейри просто влюбились в лук -- грозное и красивое оружие, способное послать смерть на сотни шагов, сразу же прописалось в сердцах и головах смотревших на него как на чудо фейри, и первое время каждый раз как Дримм натягивал лук и спускал тетиву, они встречали воплями восторга. Не удивительно что все они, мужчина, женщина -- неважно, захотел приобщиться к этому чуду. Дримм не стал им отказывать и начал учить... пятерых самых на его взгляд способных -- обучать всю сотенную толпу не было ни сил, ни времени, ведь фейри нужно было научиться не только стрелять из лука, да и в конце концов, всю эту толпу следовало банально накормить. Начал он с основ: каждый из пяти учеников под его руководством изготовил лук по себе, вернее сложнейшую часть работы сделал Дримм, но ученики тоже приложили свои непривычные к такой работе руки, поняли какой лук для каждого из них должен быть, из каких материалов он изготовлен, сам принцип и процесс его сборки. Потом все повторилось со стрелами. Но и после этого Дримм не стал учить их стрелять, а нагрузил множеством упражнений на растяжку, внимание, глазомер и лишь затем, через необходимое время дал им в руки желанное оружие. Первые стрельбы прошли ожидаемо хорошо (все же фейри -- предки эльфов, и стрельба из лука просто должна была быть у них в крови), а затем Дримм неожиданно даже для себя вновь их загрузил и не только разными упражнениями с луком, но и борьбой, фехтованием на копьях, владением топором, ножевому бою, даже выстругал деревянные мечи и учил первую пятерку основам фехтования. Возможно игрок-фейри соскучился по воинским порядкам, возможно его возмущало то, что фейри, его сородичи, не могут толком постоять за себя, возможно сработал инстинкт, но как бы то ни было, кое-какой свой воинский опыт он передал, а потом с помощью этой пятерки учил и остальных. Да, именно учил, но как недавно понял Дримм, учил он не только воинским ухваткам, ремеслу или земледелию. Совсем скоро он с удивлением понял, что невольно перенес на фейри многие свои черты, вернее фейри позаимствовали многое у своего учителя: стали смелее и предпочитали охоту с луком собирательству; уже не только то что делал и показывал им Дримм, а вся жизнь воспринималось ими как испытание, даже не так, как вызов, который нельзя не принять; фейри вкладывали душу в любое дело и пытались достичь в нем совершенства -- от былой расслабленности полу-земледельцев-полу-собирателей не осталось и следа; стали жестче к миру и в случае опасности предпочли бы не убежать как раньше (именно так они оказались в этих краях), а сражаться за свое и возможно до конца; даже женщины, с которыми Дримм делил постель, словно зажглись внутренним огнем и к большому удовольствию Дримма ночи стали много интересней и горячей. Как на все это реагировать и к добру это или к худу Дримм не представлял, одно он знал точно: фейри изменились и именно он ответственен за это.

К слову: гораздо более простая в изготовлении праща почему-то не пошла в среде фейри (Дримм до сих пор не понимал почему), лишь несколько детей и молодых женщин проявили к ней интерес и вскоре ловко били птиц и мелких зверей. Казалось такой успех должен был вдохновить остальных, но нет -- интерес к праще был окончательно потерян, немногие взрослые что все же ей овладели предпочли учиться пользоваться луком, ну а праща окончательно переместилась в разряд детского оружия, даже то что ее активно использовал сам Дримм не смогло поколебать как-то сразу и навсегда сложившееся мнение.

Вонь как всегда шибанула задолго до того как Дримм достиг ям с отмокавшими шкурами. Именно ям, во множественном числе -- как и все в хозяйстве Дримма процесс превращения сырых шкур в пригодную для обработки кожу увеличился в несколько раз и даже приобрел зачатки разделения труда: пока часть шкур отмокала в своих вонючих ''ваннах''; другие скоблили металлическими и каменными скребками; уже отскобленные разминали с помощью камней, топтали, скручивали, протягивали через огромную расческу из дерева, отправляли под пресс из двух больших свинцовых пластин, а потом все сначала и так много-много раз; одновременно все это время в них втирали жир и мозги и не жалели ни того, ни другого; несколько в стороне происходил процесс дымления, и только после него готовая к использованию кожа покидала это вонючие и шумное место. Без всякой иронии можно было сказать, что это настоящая мануфактура и на ней по очереди работало практически все племя (кроме беременных и детей) -- племени фейри как воздух нужна была качественная зимняя одежда и много, а значит -- горе всем окрестным зверям-обладателям подходящих шкур.

Дримм немного понаблюдал за процессом, убедился что все идет как надо и налаженное им производство работает как часы и, поскольку его очередь работать здесь и совать в нос специальные затычки из мха еще не пришла, поспешил поскорее, почти бегом, покинуть смертельную для обоняния зону и отправился к землянке, заодно попутно захватил с собой три тюка с готовой продукцией.

Не более чем полчаса спустя он неторопливо, с видом умудренного гуру ходил между напряженно работавшими с глиной фигурами. Шел урок гончарного мастерства, и дюжина учеников (в основном женщины, но не только) старательно, каждый на индивидуальном гончарном кругу лепили горшки из собственноручно подготовленной к работе глины.

-- Так, хорошо, у тебя тоже, - курсировал между учениками Дримм и внимательно присматривался к их работе. - Чоорни, не нажимай так -- проткнешь и испортишь заготовку. Кулии, внимательней -- криво пошло. Гааричу, поленилась не промяла как следует глину -- теперь посмотрим, что у тебя получится и что будет вечером при обжиге. Хоонирун -- хорошо, но не торопись. -

Фейри справлялись неплохо и бодро и старательно лепили неказистые, но нужные в хозяйстве глиняные горшки. Впрочем как могло быть иначе? Им из них и есть, а если не им, то их родным, как говорится: личная заинтересованность -- лучший стимул хорошей работы. Дримм еще некоторое время походил, потом не утерпел, подсел к одному талантливому, но неуверенному парнишке и водя его руками показал как надо (в общем-то Дримм и сам был невеликий специалист, но пока получше неопытного паренька). Затем была совсем молоденькая девчонка, что слишком спешила и постоянно теряла контроль над убегавшей глиной. Вскоре уже помогал той самой ''ленивой'' Гааричу -- одной из тех, кого Дримм первыми обучал стрельбе из лука и несмотря на пол лучшему в клане стрелку. Причиной почему девушка сейчас краснела и боролась с недостаточно подготовленным материалом была вчерашняя охота и три добытых ей косули, так что упрек Дримма был несколько несправедлив, но он и сам это уже понял и пришел ей на помощь: прямо на кругу мгновенно размял своими железными пальцами неуступчивую глину и помог девушке (скорее даже сам) сформировать желанный горшок.

Очень может быть что амазонка специально допустила такой просчет, поскольку как только Дримм подсел к ней помочь, тут же ничуть не смущаясь чужих глаз, начала тереться об него обнаженной спиной и попой и сильно прогибаться вперед -- если бы не одетые на ее учителя штаны, то как пить дать прямо на гончарном кругу начался бы совсем другой урок (пришедшие из очень теплых краев фейри не жаловали одежду, да и не желали пачкать ее глиной, так что у многих из одежки был только фартук, прикрывавший тело от верхней четверти груди и до колен и только спереди ). Как уже было сказано, Дримм едва устоял и даже не испортил заготовку горшка, но после того как закончился урок, некоторое время сидел, приходя в норму, и ждал пока его едва не порвавший толстые кожаные штаны ''дружок'' успокоится. Коварная амазонка-соблазнительница только подлила масла в огонь несколькими взглядами и тем, как и сколько времени она снимала с себя фартук, водя руками по телу отмывалась от глины, а потом нарочито неторопливо одевала охотничью одежду. Ощутившая его желание женщина явно ждала от него следующего шага, но сегодня ее ждал облом -- с большим трудом мужчина удержался и проигнорировал ее зов -- Дримма ждал другой урок.

Кузница встретила его обычным жаром и огнем, и Дримм поспешил выплеснуть напряжение в работе и совсем загонял шестерых учеников, неспособных даже вшестером поспеть за своим десятижильным учителем-игроком. Сегодня они работали с бронзой, уже готовыми брусками. Довольно таки капризный металл потребовал от будущих кузнецов предельной концентрации, тем более они учились делать лезвия ножей. Ученики справились неплохо и дружно заулыбались от скромной похвалы учителя. Дримм действительно был доволен -- лезвия ножей стали своеобразным экзаменом, и вся шестерка фейри только что успешно его прошла. Но почивать на лаврах им не пришлось -- племени требовалось много изделий из металла и вскоре по наковальням вновь застучали молоты. В конце-концов Дримм раздал им задание и выпив ковш воды отправился на воздух колоть дрова. Позади кузницы (одно из новопостроенных зданий) всегда в достатке имелись чурбаки, и некоторое время Дримм действительно махал колуном, а вот потом, почувствовав спиной взгляд, повернулся...

В кузню Дримм вернулся не раньше чем через час, проверил уроки учеников, похвалил работу одного и хмыкнул, но все же принял изделия остальной пятерки и по-быстрому закруглился. Оставшись в кузне один долго и жадно пил воду, выпил не меньше трех ковшей и еще парочку вылил на голову.

-- Неугомонная девка совсем меня загнала! - На Дримма нахлынули жаркие воспоминания о подкараулившей его Гааричу, о ее раскинувшемся на поленнице ослепительно голом теле, о большой груди и бесстыдно раскинутых ногах, о стонавших под двумя сплетенными телами дровах, о гибком женском стане в его руках, о своем прокушенном плече, исцарапанной буквально истерзанной спине и едва не отгрызенной ладони, которую ненасытная девка сама засунула себе в рот чтобы не кричать и не переполошить весь двор. - Час с ней как целая ночь с тремя другими! - с восхищением подумал Дримм, впрочем он был не в претензии и чуть позже может и этим вечером не прочь был бы вновь ''поколоть с ней дрова''.

Дримм немного посидел, давая отдых натруженным рукам и кое-чему другому, а затем неторопливо выпил еще целый ковш воды и, повесив его на бочку, покинул опустевшую кузню -- его ждал следующий урок.

2 часа спустя.

Взмокший как после посещения парилки Дримм усталым взмахом руки отпустил таких же мокрых учеников, те виновато поклонились учителю и грустно разошлись. Почти все из них на ходу разминали до судорог сведенные плечи и руки, поправляли окровавленные повязки на пальцах, а один особо невезучий промокал рассеченный лоб. Мучительный для всех урок закончился, и Дримм наконец таки мог перевести дух и погрузить распухшие пальцы в чашку с холодной водой.

-- Ах! Какое блаженство! - Дримм не удержался от комментария вслух, жалея об одном -- перед ним всего лишь чашка, а не река, и он не может окунуться в нее целиком. - Сегодня было по-настоящему жестко, - между тем размышлял отдыхавший телом и душой игрок, - но уже виден несомненный прогресс -- всего один ушел с распаханной рожей, а не трое как в прошлый раз и не пятеро неделю назад! -

Нет, только что закончившийся урок не был занятием по рукопашному бою, Дримм не бил своих учеников до крови и распухших пальцев, а упрямо и старательно учил их... плести корзины из лозы. Получалось плохо -- насколько из фейри вышли отличные ткачи, одинаково хорошо (лучше самого Дримма) управлявшиеся что с козьей шерстью, что с волокном конопли, настолько же из них НЕ ПО-ЛУ-ЧА-ЛИСЬ плетельщики лозы. Вот уже почти год Дримм упрямо раз за разом бился в глухую стену, ученики тоже вроде старались, тем более прекрасно понимали какую пользу несет эта наука, но, НО воз был и ныне там -- дело не шло. Вернее шло... черепашьими темпами и через кровь от ударов выворачивавшихся из казалось бы ловких пальцев прутьев, что словно ненавидели тех, кто держал их в руках и лупили фейри при первой возможности (единственное исключение -- Дримм), о сорванной коже на пальцах можно было не говорить -- обычное дело на каждом уроке.

За время обучения Дримм миновал несколько стадий: непонимание, неуверенность и даже злость на себя (неужели он настолько туп, что не может доступно объяснить как надо?), злость на учеников (ну как можно в восьмой раз совершать одну и туже ошибку и получать сорвавшимся прутом по лбу?!), страшное подозрение, что все его ученики дауны, не менее страшное подозрение, что тут задействовано какое-то зловредное колдовство, отчаянье и наконец баранье упрямство -- Дримм уперся рогом и решил во что бы то не стало довести дело до конца. С тех самых пор, три раза в неделю, по два наполненных кровью и криками боли часа шла учеба, Дримм не жалел ни себя, ни учеников и постепенно проводил среди них отбор на неспособных к плетению лозы и неспособных в квадрате: последние переставали посещать занятия, а вот первые продолжали ''жариться в аду'' вместе с не оставлявшим попыток добиться результата учителем. Как уже говорилось ранее, упрямство Дримма приносило свои плоды, и пусть через муки и кровь его ученики уже умудрялись что-то плести: несложные тарелки, подносы, шляпы, даже короба, но стоило дать им вещь посложней и опять потоки крови, грустные глаза и едва сдерживаемый учителем внутри себя мат.

Как всегда после таких занятий Дримм находился не много не в себе и хорошо что перед следующим уроком должен был быть обед -- будет время успокоиться и привести мысли в порядок, да и набитый живот отвлечет от просто таки неестественной неспособности фейри управляться с лозой. Дримм вытащил пальцы из чашки с водой, осмотрел довольно неплохой результат сегодняшнего урока (еще бы не неплохой -- половину каждой из 10-ти корзин он сплел собственными руками), окликнул пробегавшего мимо мальчишку и приказал ему отнести корзины в большой сарай, а сам присел на завалинку перед кузницей и в ожидании скорого обеда позволил себе полузадремать.

11 месяцев назад.

Переправа.

Дримм едва не выпустил стрелу в первую же появившуюся из-за деревьев фигуру -- многочисленные зелья жгли его нутро и подталкивали поскорее вступить в бой и насладиться схваткой. Он удержался лишь чудом и едва не отправил оперенную смерть в одетого в подобие короткого хитона человека с палкой в руках. Нет, не человека, а фейри!

Если честно сказать Дримм немного обалдел -- невероятное, просто немыслимое совпадение, что первый встреченный здесь по-настоящему разумный гуманоид оказался представителем его же мягко говоря не очень распространенной расы (и не надо вспоминать про бараноголовых убийц зимой -- те проходили по ведомству враждебных мобов, вот если бы они попробовали сперва хотя бы поговорить или как-то по иному вступить в контакт, то тогда другой разговор). Но главное потрясение ждало Дримма впереди: вслед за мужиком с копьем (вообще-то грубым колом с обожженным концом) из леса выходили все новые и новые собратья Дримма по расе, вернее именно собратьев среди них было не так уж много: считая детей, чуть больше четверти от общего числа, а остальные -- женщины-фейри, как водится у долгоживущих народов в своем большинстве непонятно-юного возраста (равно могло быть 16 или 600). Фейри было действительно много, да и Дримм за полтора проведенных в одиночестве года несколько отвык от такой толпы, и хотя как позже оказалось на берег реки вышло всего 108 фейри, но лесному отшельнику они показались многотысячной толпой и у него реально зарябило в глазах.

Все же Дримм собрался и насколько возможно попытался оценить тех, кто потревожил его в его лесной тюрьме, и через некоторое время не только заметил необычный гендерный дисбаланс и подсчитал их реальное число, но и с удивлением осознал, что не видит у них в руках достойного оружия (палки и камни), не видит вещей (то есть ни сумок, ни корзин, ни даже поясных кошельков -- ничего), не видит амулетов и нормальной одежды (куцые хитоны, да и то не у всех), а видит растерянность на их лицах, отсутствие среди них четкого руководства и несколько раненых, со свежими следами когтей. Некоторое время он наблюдал за сородичами, пытаясь решить что ему делать в такой ситуации: фейри бестолково толклись на берегу реки, пили и пытались промыть раны помеченных когтями, о чем-то спорили, яростно размахивая руками, искали переправу, пытались разжечь огонь (разожгли, но в лес за дровами не пошли и огонек получился скудным). Да, кстати, кое-какая ручная кладь у них все же нашлась -- немногочисленные тощие мешки из одного с хитонами материала (действительно тощие -- только присмотревшись Дримм понял, что мешки не часть одежды).

Дримм недоумевал, пытаясь понять, кто это такие. Нет, ясно что это фейри, представители его расы. Но откуда в таком количестве? Почему без оружия и одежды? Кто нанес им свежие раны? Почему фейри, ФЕЙРИ (!), ведут себя в лесу как чужие и вообще крайне бестолково? Пока что ни на один из этих вопросов ответов он не получил, а между тем примерно десяток непонятных дикарей намылились переправиться на его сторону реки.

-- Нее-т ребята, - неодобрительно подумал про их намерение Дримм и тут же поправился: - и девчата. - Среди десяти запрыгавших по камням оказалось целых три девушки, причем одна из них большегрудая, но в то же время гибкая и изящная, буквально светившаяся уверенностью, силой и каким-то агрессивным задором красотка и вовсе скакала впереди всех. Кого-то она ему напоминала, нет, Дримм был уверен, что не встречал ее раньше в живую, но словно видел ее изображение в книге или на картине. Второй по камням скакала еще одна гибкая как серна девчонка и пусть у нее не было столь впечатляющих форм, но красота полуодетой фейри заставила Дримма в восхищении замереть и в тоже время напрячься и пожирать ее остекленевшими глазами.

Очнулся он когда группа была уже на середине реки и на принятие решения оставалось всего пара минут. Диспозиция была такова: 3 девушки -- две впереди, одна в середине отряда; семь мужиков -- два здоровых нагулявших мышцы крепких качка, четыре не таких мускулистых и один подросток (даже фейрийское долголетие не сумело спрятать юношеские почти детские черты).

Десять вооруженных короткими дубинками и кольями фигур, если бы он только захотел -- меньше минуты и ровно десять стрел. Это было бы настолько легко, что в голове накачанного боевыми зельями Дримма мелькнула мысль позвенеть тетивой, мелькнула и прошла -- он сунул так и не выпущенную стрелу в колчан, туда же отправил лук и подхватив копье скользнул к переправе. В отличие от неизвестных, Дримм умел ходить по лесу и ни доспехи, ни копье, ни лук за спиной не помешали ему незаметно достичь переправы и внезапно появиться, возникнуть перед уже готовой выпрыгнуть на берег девушкой.

Незнакомая знакомка вскрикнула от неожиданности, но не растерялась и тут же запустила в него дубинку, которую держала в руках.

Дримм отметил про себя отличный бросок, невольно залюбовался колыхнувшимися полушариями груди и... небрежно отбил оружие шустрой красотки древком копья.

Потеря единственного оружия ничуть не смутила готовую броситься на него с голыми руками девушку, и лишь стремительно вцепившаяся ей в гриву рука подруги остановила бросок уже напрягшегося тела. Безоружная красотка отступила назад, а Дримм невольно подался вперед -- уж больно соблазнительная картина предстала перед ним в тот момент: две полуголые красавицы на небольшом валуне столь тесно прижались друг к другу, что казались единым существом с двумя головами и одной чуть не рвущей ткань полупрозрачного хитона грудью.

Дримм едва-едва не пропустил новый бросок! Пока он пускал слюни на две пары соблазнительных ног и сильно отвлекавшую его грудь, девушки занимались делом и большегрудая красавица запустила в него переданный подругой заточенный кол.

Бросок был хорош, а главное -- эффект неожиданности! Дримм пропустил замах и среагировал только тогда, когда острие уже летело ему в лицо! Да, при прочих равных у красоток могло бы получиться -- расстояние было невелико, Дримм не увидел и был не готов, а бросок у девушки-фейри действительно был хорош, вот только одно но: Дримм все равно увернулся, пропустил кол на головой и тут же бросился вперед... спасать соскользнувших с камня девчонок.

Столь мощное и резкое движение на скользких камнях не прошло для слишком тесно стоявших фейриек даром: девушки запутались в длинных ногах друг друга и едва не улетели в бурный по весне поток. Лишь в последний момент прекрасная метательница сумела временно приостановить падение, срывая ногти вцепившись в скалу, а ее подруга уже привычно намотала на кулак ее волосы и лихорадочно пыталась найти опору для ног. Тут бы девчонкам пришел конец -- одна не могла толком уцепиться за гладкий валун, а ноги другой сбивала бешено бегущая вода. Но тут вовремя подоспел их враг и в свою очередь вцепился в многострадальную гриву, а амазонка, оставив попытки нащупать несуществующую опору, ухватилась за протянутое древко копья.

Дримм сильно, но плавно потянул тандем девчонок на себя и вытянул их из воды. Теперь на тесном и для двоих камне очутилось сразу трое, не говоря уж о том, что мускулистый, широкоплечий, доспешный и вооруженный Дримм по габаритам был куда массивнее обеих прекрасных визави. Столь тесные объятья имели и еще один положительный эффект: у Дримма больше полутора лет не было женщины, а тут сразу две не стесненные нарядами мокрые красавицы прижались к нему с двух сторон -- не удивительно, что у фейри поднялось не только настроение, но вот что удивительно так это то, что почувствовавшие мужскую реакцию женщины мгновенно успокоились, а фигуристая метательница оставила в покое рукоять одного из его ножей.

Неизвестно до чего бы дошло будь они одни -- возбудился ведь не только Дримм, ощутивший неизвестно чью руку у себя в паху и как по команде затвердевшие соски плотно прижатых к нему грудей, но волшебство момента разрушил крик на каком-то странном для его слуха фейрийском:

-- Лиипа! Гааричу! Что?! (непонятно)... дружба или драка?!(непонятно)! - орал один из соплеменников красоток. Фейри не знали что им делать. Прыгать на камень где обжималась троица нельзя -- нет места: или слетишь сам, или вытолкнешь в воду всех троих, а скорей одновременно и то, и другое. Метнуть копье-кол так же невозможно -- слишком тесно сплелась троица. Да и непонятно, нужно ли это? В общем мужчины были в замешательстве и не знали как им поступить. В замешательстве были и те, кто остался на берегу и сейчас забыв обо всем с тревогой следил за событиями на переправе.

Дримм со вздохом постарался обуздать себя, свою распаленную женскими телами и зельями мужскую суть и первым делом вежливо, но твердо убрал чужую руку со своего вздыбленного достояния (вернее уже две руки, одна поверх другой), а во-вторых попытался поговорить с недовольными его действиями красотками:

-- Я -- фейри, - начал с очевидного Дримм. - Вы -- фейри, - кивок оседлавшей его бедро стройной красавице и ее почти вскарабкавшейся на него подруге. - Мир! - не увидев понимания в глазах, повторил только что услышанное знакомое слово: - Дружба! -

Девушки заулыбались и активно закивали головами, а затем стройная красавица что-то прокричала остальным. Дримм почти нечего не понял, хотя кричала красавица на фейрийском языке, но остальные фейри прекрасно поняли. Те кто мялся на камнях запрыгали назад, а те кто остался на берегу сгрудились у переправы.

-- Лиипа, - между тем приложила руку к груди та, кого беспрекословно слушались мужчины. - Гааричу, - ее ладонь коснулась, даже обхватила грудь подруги. - Ту? - ее рука уперлась в грудь мужчины.

-- Дримм, - назвал свое имя Дримм.

-- Туда, - Лиипа махнула в сторону своего берега реки и пояснила: - говор, дружба, (неизвестно), дети. -

Причем здесь дети Дримм тогда не понял, но уловил основное -- Лиипа хотела очутиться на берегу и звала его с собой. Он недолго колебался -- боевые возможности этих фейри не произвели на него впечатления: даже шустрая Гааричу (красотка-метательница) двигалась как сонная муха и судя по всему остальные не лучше; снаряжение и оружие Дримма гарантировали ему победу, если что-то пойдет не так; да и не чувствовал он угрозы ни от прильнувших к нему красоток, ни от остальных фейри на берегу.

Общаясь то словами, то жестами Дримм объяснил фейрийкам, как они будут добираться, вручил влезшей к нему на спину Гааричу свое копье и взял на руки обнявшую его за шею Лиипу, попрыгал привыкая к весу и... в два счета, буквально перелетая с камня на камень, достиг нужного берега и ахнувшей толпы. Фейри, в том числе и слезшие с него девушки явно были впечатлены его силой и даже несколько раздались в стороны, но их успокоили слова явно имевшей над племенем какую-то власть Лиипы. Затем был долгий разговор, но сперва фейри обступили своего сородича и ощупали его чуть ли не с ног до головы: дивились изделиям из металла, дивились доспеху, дивились тяжелому-едва удержать в руках копью, дивились обуви и другим совершенно обычным вещам. Кстати, лук и колчан заинтересовали их не больше остальных вещей и по тому как фейри трогали его грозное оружие, Дримм понял невероятную, не укладывавшуюся у него в голове вещь -- фейри (!), ФЕЙРИ!!! НЕ ЗНАЛИ что такое есть лук (!!!) и НИКОГДА не видели его прежде!!!

Говорить с фейри оказалось неожиданно муторно, хотя вроде бы они говорили на одном языке. И все было неплохо, пока дело касалось конкретных сиюминутных вещей и действий, хотя и тут случались непонятки (у этих фейри в языке просто не было слов, обозначавших металл, лук или доспех), но главный затык возникал, когда речь заходила о чем-нибудь посложней -- вот тут они очень часто переставали понимать друг друга и выяснить, что каждый из них имел ввиду порой было очень тяжело, а иногда и вовсе невозможно...

*

Язык фейри -- один из старейших языков Серединного мира. Невероятно сложный по объему слов ( БОЛЕЕ ПЯТИ МИЛЛИОНОВ!!!), понятий, идиоматических форм, смыслов, намеков на смыслы, намеков на намеки, тайных доступных не всякому носителю языка значений, где-то очень архаичный, а где-то недоступный для понимания большинству жителей Серединного мира (тех кто умел читать на практически мертвом языке), но легко понятный современному человеку с Земли. Впрочем как могло быть иначе? Ведь по легенде НЕПРЕРЫВНАЯ цивилизация фейри существовала несколько сотен тысяч лет, и в то же время благодаря тому что фейри являлись долгожителями, у носителей архаических форм языка было гораздо больше времени, чтобы привить и сохранить свое произношение даже не нескольким следующим поколениям, а десяткам и сотням поколений! Именно поэтому язык так медленно менялся на протяжении сотен тысяч лет и в основном только прирастал возможно излишне богатым содержанием. Потом -- книги, книги, написанные на все том же фейрийском языке -- защищенные магией книги: их трудно было уничтожить (некоторые из них могли защитить сами себя), они не терялись, вовремя переписывались, распространялись во множестве экземпляров, были доступны большинству населения и заодно также способствовали тому, что обучавшиеся по написанным тысячелетия назад книгам (или их точным копиям) молодые фейри неизбежно становились носителями все того же древнего и постоянно разрастающегося языка.

В какой-то момент истории усложнение и накручивание друг на друга смыслов и понятий достигло предельной точки, и древние фейри были вынуждены реформировать свой язык -- поступили они весьма оригинально, разделив единый язык на три.

Первый -- язык домашнего общения, ему учили детей и народы-сателлиты, вели делопроизводство, на нем писались художественные романы, не слишком сложные справочники и скорее не научные, а общеобразовательные труды.

Второй -- совсем другое дело: доступный только фейри язык, язык магов и жрецов, военачальников и шпионов, язык, на котором были написаны девять из десяти книг и свитков по фейрийской магии, гораздо более сложный в изучении язык -- большинство фейри учили его практически всю жизнь и меньше половины из них могли похвастаться что знают его полностью, а не какую-то часть.

Третий -- язык элиты народа фейри: язык сильнейших магов, ученых, правителей, высших жрецов и в то же время своеобразный барьер-экзамен -- будь ты хоть отпрыском члена Верховного Совета, хоть наследником благородного рода, восходящего к первым двадцати пяти родам, даже потомком богов, тебе не войти в избранный круг, не овладев Третьим из языков, а значит полностью всем языком великого народа фейри.

У всех трех языков был общий алфавит, но на втором уровне в язык было встроено рунное письмо, а на третьем -- особое написание букв и совершенно недоступная тому кто не знал компоновка слов по смыслам, своеобразный алфавит в алфавите и при правильном прочтении совершенно другое значение текстов.

В общем, если чуть отстраниться от Серединного мира, язык фейри был лингвистическим шедевром, ''нерукотворным памятником'' человечеству Земли (ведь именно люди создали компьютер, машину, установку -- не важно, которая в свою очередь создала этот виртуальный мир таким каким он был).

Опять же по все той же легенде-истории Серединного мира, когда произошла катастрофа и народ фейри исчез-переродился в целую кучу новых молодых народов, огромное здание великого и могучего фейрийского языка рухнуло под собственной тяжестью -- слишком много магии и в том числе магии крови (крови фейри, но не тех, кем они стали) было вложено в него, причем не только в самый сложный третий этаж несмотря ни на что единого языка, но и во второй и даже в первый. То, что помогало фейри и защищало язык, а значит знания фейри от чужаков и своих дураков, больше не признавало в измененных фейри носителей языка.

Третий уровень языка был потерян безвозвратно, так как среди крох неизмененных фейри не осталось ни одного его носителя, а все, кто владел им раньше и попытался измениться, не пережили процедуру -- все без исключения...

Второй уровень наследники фейри долго пытались сохранить и добились определенных успехов (в основном с помощью оставшихся прежними сородичей). Больше всего в этом сложном деле преуспели изначальные эльфы -- обделенным в наследстве крылатым было не до того, как и потерпевшим поражение хопешам, а природные вампиры тогда вообще напоминали жаждущих крови дикарей и не вели никаких исследований. Восстание орков и конец Первой Великой Империи эльфов уничтожило все труды и рассеяло фейри по всему Серединному миру. Второй раз поднять такую махину занятые проблемами банального выживания эльфы уже не смогли, и Второй из языков фейри также канул в бездну истории, вместе с изрядным куском их знаний.

Оставался первый -- с одной стороны самый простой из трех языков, а с другой, все равно очень сложный и многозначный язык. Казалось бы тут все просто и долгожители эльфы обречены повторить путь долгожителей фейри и вновь покатить камень языка наверх, но... этого не произошло. Тут сыграло сразу несколько факторов, и первый из них -- эльфы НЕ БЫЛИ фейри: другая психика, другое отношение к себе и миру, даже физиология и та другая -- все другое и именно потому язык фейри постепенно, век за веком, тысячелетие за тысячелетием изменялся во всем: в произношении, в написании, в значении произнесенных или написанных слов -- эльфы переделывали язык фейри под себя, и к настоящему моменту язык фейри и язык эльфов различались как итальянский и латынь, и процесс был далеко не завершен; еще одним фактором, влиявшим на деградацию (или изменение) фейрийского языка, стало то, что эльфы в отличие от предков так и не сумели создать стройной системы защиты, хранения и передачи знаний в виде книг -- им пришлось раз за разом переживать тяжелые времена, а когда аналоги таких систем все же появились, то враждующие между собой кланы, племена, королевства во всю старались лишить своих противников такого преимущества и часто не безуспешно, ну и неравнодушная общественность в виде родственников (дроу, хопешей, природных вампиров) и других рас тоже не оставалась в стороне.

Если уж вспоминать родственников, то бишь народы-наследники древних фейри и тех, кто позже отпочковались уже от изначальных эльфов, то у них шли схожие, хотя и не полностью идентичные процессы. Природные вампиры вообще забыли фейрийский язык, и из той образовавшейся в конце концов смеси из слов десятков языков, на которой они теперь говорили, фейрийских был от силы процент, ну может быть два, да и то возможно позже принесенных из уже эльфийского языка. Похожая ситуация сложилась у лесных эльфов, хотя в отношении их нельзя было сказать, что они как природные вампиры отбросили язык предков как грязные носки, но опять таки многочисленные заимствования, недостаточное количество качественных книг, общее падение уровня образования эльфов (особенно лесных) по сравнению с предками фейри и временная деформация сильно изменили язык. Причем ситуация с языковой чистотой у лесных эльфов сложилась даже хуже чем у изначальных: в зависимости от местности, где проживали лесные, язык разбился на множество схожих, но все же сильно отличавшихся диалектов (примерно как на Земле в самой нэзалэжной из нэзалэжных стран-- если уж не в каждом селе, то в каждой области своя особая мова). Был и обратный пример -- крылатые сохранили язык предков почти в первозданной чистоте, но к сожалению только первый из трех языков. Хопеши (что южные, что восточные) в этом отношении стояли за крылатыми на почетном втором месте и хоть и разбавили свой язык (язык фейри) языком своих смертельных врагов, но поскольку этими врагами являлись изначальные эльфы, то определенная чистота речи была все же сохранена. Что касается ледяных и снежных эльфов, то они пошли путем лесных, но вот в чем штука: их крайне замкнутые и живущее по очень суровым законам сообщества мало заимствовали из других языков и почему-то (непонятно почему ?) придерживались древних даже по фейрийским меркам обычаев и держались за них изо всех сил, и именно по этой причине со временем их язык по идентичности древнему стал даже несколько превосходить язык изначальных эльфов. Дроу -- совсем особый случай: после поражения они настолько возненавидели своих врагов-родственников, что не пожелали говорить с ними на одном языке (возможно повторная и очень некачественная трансформация повлияла на их мозги). Всего за какие-то жалкие две сотни лет дроу так исковеркали фейрийский и эльфийский язык, что то что у них получилось отличалось от оригинала как китайский от немецкого. Никто не знает каких усилий и жертв стоило им это безумие, но упрямые дроу добились того чего хотели. Прошли века и тысячелетия и ублюдошный, на коленке созданный язык заиграл новыми красками, время сгладило острые углы, и к настоящему моменту это был красивый, многосложный, НАСТОЯЩИЙ язык. Ну а немногочисленные фейри каким-то чудом, но точно не осознанными усилиями, сохранили почти идентичный древнему разговорный язык фейри (первый уровень и даже немножко второй), хотя общались на нем в основном только между собой, а вот письменный утеряли с концами и никто, даже лучше всех относившиеся к ним эльфы, не спешили помочь лесным дикарям его восстановить.

Так и получилось, что в современном Серединном мире остались единственные носители и письменного, и разговорного языка -- немногочисленные фейри-игроки. Причем и говорили, и писали игроки на всех трех уровнях.

Именно поэтому Дримма так поразил язык его новых знакомых. Да, это был чистейший фейрийский язык, абсолютно без каких-либо заимствований и примесей, а непонятные слова оказались теми же словами фейрийского языка, но в настолько примитивной форме, что Дримм только через какое-то время смог понять их смысл. Дримм тогда твердо решил докопаться до сути этой загадки и... и буквально через пару часов намертво забыл о собственном решении, как-будто у него в мозгу захлопнулась дверь и отсекла даже намек об этом воспоминании.

*

Некоторые проблемы с пониманием не помешали фейри понять друг-друга, и Дримм примерно уяснил, откуда притопали в здешние края его сородичи и что за причина погнала их сюда.

Совсем недавно тогда еще большое племя фейри обитало в очень далеких от здешних мест краях, кочевало по степям и холмам и занималось собирательством и охотой на мелкую дичь, а также самым примитивным земледелием (выкопали ямку, бросили туда зерно, закопали ямку, ушли, через несколько месяцев вернулись и собрали то что выросло). Сотни, если не тысячи лет такой вот простой жизни. Но однажды стали исчезать отдельные семьи-роды (до нескольких сотен фейри в каждом). Сначала не имевшие постоянной связи между семьями, рассеянные по огромной территории фейри не придали этому значения -- ушли и ушли, или пока бродят и со временем найдутся. Потом, когда счет исчезнувших семей пошел на десятки, все же забеспокоились и попытались выяснить их судьбу, но в результате исчезли те, кого послали на поиски, а семьи продолжили исчезать. Как понял Дримм, это племя фейри находилось на какой-то странной, но на его взгляд несомненно крайне примитивной ступени социального развития -- у них не было даже вождей в привычном смысле этого слова, только загадочные ''те кто знает как лучше'' (кстати Лиипа была одна из них), и организоваться им было очень тяжело. Тем не менее голод, война и нужда -- лучший двигатель прогресса и ''те кто знает как лучше'' сумели собрать уцелевшие семьи в единую массу и попытались их увести из ставших опасными степей. Несмотря на свой примитивный образ жизни, эти фейри тоже умели пользоваться порталами, не строить нет, но в устных преданиях передавалась информация о месторасположении и особенностях нескольких из них. План ''тех кто знает как лучше'' был довольно прост: увести племя сквозь один из порталов и некоторое время переждать, а потом послать разведчиков и если опасности уже не будет -- вернуться, а если будет -- начать искать себе новый дом.

План лидеров народа фейри с треском провалился! Да, сначала племя бодро топало в сторону нужного им портала и без всяких проблем топало так три дня: за это время не исчез ни один из фейри, мало того их догнали пара ранее считавшихся исчезнувшими родов и несколько небольших групп одиночек, всегда мужчин возрастом от двадцати лет (сборная солянка из разных родов). Мужчины производили странное впечатление: разучились говорить, плохо понимали обращенную к ним речь, почти не ели, если конечно их не кормить из рук, и вообще..., но они были фейри и могли идти, поэтому их взяли с собой -- страшная, одна из многих ошибок ''тех кто знает как лучше''. Той же ночью племени не стало: странные молчаливые фейри получили подкрепление из ночной степи и вместе с еще большим количеством таких же молчунов набросились на своих ничего не понимающих собратьев. Действовали безумцы по определенной системе: здоровых крепких мужчин старались оглушить, ''тех кто знает как лучше'' убить, а детей и женщин искалечить, чтобы те не могли бежать. Сперва многочисленным и удивительно сильным молчунам сопутствовал успех -- фейри растерялись, многие уже успели лечь спать, а некоторые до последнего пытались урезонить буйных словами или не применяли оружие в драке. Но затем, когда счет убитых, оглушенных и изувеченных пошел на сотни, фейри озверели и начали драться всерьез и несомненно забили бы безумцев всех до единого, если бы не одно НО -- все это было лишь прелюдией -- из степи явился тот, в чьем желудке нашли свой конец женщины и дети из пропавших родов, а их мужчины -- его покорные рабы, делали все, чтобы не дать его новым жертвам убежать и пополнить свои ряды...

Дримм не очень понял из рассказа как выглядел монстр, понял только, что он высок, в три-четыре раза выше среднего фейри, у него огромная голова и огромный живот, а руки свисают до самой земли, но главное, он может подчинять своей воле других и или заставлять их застыть на месте не в силах убежать, или ломать их волю, превращая в покорных рабов-загонщиков. Лишь нескольким сотням удалось спастись, не попасть в руки рабов прожорливого монстра или под его воздействие. Фейри разбежались по ночной степи: часть, ведомая Лиипой (единственной оставшийся в живых из ''тех кто знает как лучше''), продолжили путь к порталу, вернее неслись к нему изо всех сил, а часть бежали куда глаза глядят, и их судьба была неизвестна продолжавшим придерживаться плана.

Остатки племени достигли места, где должен был открыться портал и несколько дней ждали его открытия. Потом прошли в портал и наконец почувствовали себя в безопасности, даже сложности незнакомого места (холод, отсутствие привычных источников еды и т д) не могли поколебать их эйфорию -- они спаслись! Как оказалось ненадолго -- тварь и ее рабы все это время шли по их следам, последовав за ними сквозь портал.

Фейри выручило чудо и гибель одного из них в когтях огромного льва: лев убил свою добычу и, немного подрав когтями тех кто пытался ему помешать, отпустил остальных, ну а поднявшиеся на лесистый холм фейри с ужасом увидели, что лев сам стал добычей преследовавшего их ужаса, вокруг которого кишели их бывшие сородичи и его рабы. Случилась эта встреча всего за пару дней до того, как женщина-фейри метнула дубинку во встреченного на переправе незнакомого собрата.

Как только основные нюансы дошли до Дримма, он мгновенно потерял интерес к прелестям окруживших его красоток, напрягся и, не прерывая продолжавшую журчать речь Лиипы, сосредоточился на чаще, откуда пришли его новые знакомцы. То что Дримм почувствовал и понял, ему не понравилось и одновременно до него дотянулся оставшийся на том берегу кри:

-- Опасность!!! - слабый ментальный сигнал лишь подтвердил то, что Дримм уже понял итак, и он взмахом руки остановил речь Лиипы, а затем как можно более простыми словами предложил ей и всем ее сородичам перебраться на его сторону реки. Дримм ничего ей не сказал, но умная девушка видимо сама догадалась по его лицу и побледнела. Догадалась не только она, но и ее ближайшая подруга Гааричу, а потом, когда они начали торопиться с переправой, начало доходить и до других.

Дримм надеялся, что у них есть какое-то время, и рассчитывал встретить преследователей на той стороне реки, которую по весенней поре не так просто пересечь, но почувствовав движение между деревьев понял -- схватка начнется здесь и сейчас.

У него за спиной возник неожиданный шум, Дримм повернулся и увидел, как ловкий маленький зверек подобно белке-летяге перелетает с валуна на валун, а фейри готовят дубинки и камни. Дримм рявкнул на фейри так, что некоторые выронили свое немудрящее оружие из рук, и громко пояснил, кивнув на уже почти пересекшего реку кри:

-- Друг! - а затем, уже не обращая внимания на творящееся за его спиной, сосредоточился на подготовке к схватке с тем, что приближалось из шибавшего опасностью леса.

Первым делом Дримм обновил действие некоторых зелий и выпил пару пузырьков, потом, подумав и оценив время и ситуацию, капнул крохотную капельку на язык из еще одного -- на секунду у него потемнело в глазах, а тело словно окунули в ледяную воду, нет, в азот или что посильней. Закончив с зельями, воткнул тупой конец копья в землю (не совсем тупой -- пятка была обита серебром) и достал лук, одновременно разминая пальцы. Кивнул вздыбившему шерсть и оскалившемуся Рики и, бросив короткий взгляд на только начавших переправу фейри за спиной, больше не отрывал глаз от леса и замелькавших меж деревьев фигур. Битва у переправы началась!

Благодаря рассказу Лиипы Дримм уже знал что его ждет, и первый выскочивший из леса худой голый мужик-фейри с пустыми как у зомби глазами словил грудью стрелу, схватился за древко и, пустив ртом кровавый фонтан, упал. Второго, третьего, четвертого и пятого постигла такая же судьба.

Дримм работал в привычном ему и как оказалось не забытом ритме: один вдох -- один выстрел. Мерно щелкала тетива, а вылетавшие из леса безумцы падали на землю и больше не вставали. Если бы они сразу поперли толпой, тогда был бы другой разговор, ну а пока Дримм словно расстреливал мишени на стрельбище. За спиной занятого делом Дримма замерли остановившие переправу фейри -- прямо у них на глазах творились какие-то чудеса: фейри впервые увидели, что может хороший лучник и какое преимущество есть у того, кто имеет лук над тем, у кого его нет.

Рабы чудовища лезли и падали, а Дримм все бил и бил, разменял первый десяток и вплотную приблизился ко второму, перешагнул его и... забеспокоился -- стрелы подходили к концу, а рабы все шли и шли, да и их господин еще не появился на сцене.

Только он успел подумать о твари, как вот она тут как тут! Огромная белесая туша появилась меж деревьев и, неуклюже задевая боками и конечностями стволы, поспешила по следам своих рабов. Дримм не стал тратить последние три выстрела на приближавшихся рабов, а подарил стрелы их господину, целясь в верхнюю часть насекомообразной башки. Добив стрелы, одним движением отбросил за спину лук, отстегнул ненужный теперь колчан и стремительно наклонившись подхватил с земли два заранее присмотренных камня: один чуть побольше его кулака, другой чуть поменьше бычьей головы.

Первый брошенный Дриммом камень вдребезги разбил, именно разбил, голову очередного раба и сломал грудную клетку и ребра бежавшему за ним. Второй, крупнейший из камней, как пушечное ядро свалил сразу троих, одному из них оторвав руку, и напоследок задел острым краем еще одного по бедру -- задетый раб даже со сломанной ногой пытался ползти вперед, но быстро истек кровью, ну и не один из основной троицы так и не встал.

Дримм бросил быстрый взгляд на хозяина безумцев: все три стрелы нашли свою цель -- два фасеточных глаза из шести и пасть, подошедшая скорее акуле чем насекомому. Между тем вместе с рабами приближалась рукопашная, и Дримм поудобней перехватил копье. Но рукопашная началась не сразу: сперва у него из-за спины вылетели четыре метательные дубины, два камня несколько поменьше тех что он недавно метал и четыре же кола-копья -- собратья фейри не собирались быть статистами в этой схватке и вносили посильный вклад. Трое безумцев упали и не встали, двое поумерили прыть, а один несмотря на торчащий из плеча кол вновь вскочил на ноги. Его-то Дримм и заколол первым ударом копья, на одного из раненных бросился Рики, а еще один получил обратным концом древка в пятак и хоть и не умер сразу, но выбыл из борьбы.

Оставалась еще чертова дюжина врагов из обработанных тварью фейри, и Дримм, в том числе чтобы прикрыть перегрызавшего глотку кри, скользнул к ним навстречу. Дримм не бился с голыми рабами -- он их убивал, без труда обходя их застывшие как в замедленной съемке тела и тратил на каждого не больше одного удара копьем. Тех двоих что еще не умерли после прохода Дримма, добил расправившийся со своим противником кри -- ему это было не впервой.

Тела последних рабов еще оседали на землю сломанными куклами, а Дримм уже бежал к их хозяину и по вбитой множеством сражений и тренировок привычке рисовал на ходу руну копьем, одновременно проговаривая слова заклинания на языке фейри. Примерно метрах в двадцати от монстра Дримма накрыла ментальная волна: ударила в него шепчущим на тысячу шепотков тараном и... и даже не сбила его с ноги, не остановила скороговорку заклинания и движения копья, лишь заставила засветиться руны на доспехе и шлеме. А вот с остальными фейри остатки ментального удара обошлись более сурово: все они упали на землю будто в параличе и наверное так и пролежали бы до конца схватки, но тут вмешался устоявший под воздействием кри -- зверек вскакивал на грудь выбранному им фейри и что-то верещал ему в лицо, одновременно подключая ментальное общение, и тут же перескакивал на другого, а фейри начинал шевелиться.

Дримм забыл, что магия (кроме частично рунной) ему пока не подвластна, а может быть где-то в глубине души понял, что это уже не так, и потому в грудь монстра вонзилось не только напоенное силой рун, но и вспыхнувшее магией фейри копье, вонзилось на все лезвие и часть древка, примерно на ладонь.

Тварь упала, а Дримм бросился вперед, доставая из-за пояса топор и примеряясь к огромному будто просившему ''вспори меня'' животу.

Неожиданный и сильный удар ноги монстра-каратиста застал уже замахнувшегося фейри врасплох -- Дримм кубарем покатился по земле, теряя сознание, впрочем не выпуская из рук рукоять топора.

Монстр, схватившись рукой (именно рукой, как у гориллы) за древко копья, попытался выдернуть его из себя и одновременно, неожиданно ловко для своей комплекции и брюха, начал вставать.

Дримм так и не потерял сознание (хоть и был близок) и превозмогая боль вскочил на ноги куда быстрее монстра. Он вновь бросился вперед, но теперь был готов и в последний момент увернулся от удара мощного кулака, скользнул вправо и все же вспорол бок твари от пупка до ребер. Оказавшись у застывшего от боли монстра за спиной врезал ему лезвием под колено и тут же с маху рубанул уже по спине.

Большая ошибка! Позвонок твари оказался прочнее железо-бетонного столба! Но самое плохое было не в этом -- может быть чудовищно сильный высокоуровневый игрок и сумел бы разрубить тот столб, но подвело оружие -- сломался топор.

Дримм вновь пропустил над собой удар развернувшейся твари, что брызнула из разреза содержимым брюха, перекатился через плечо и оказался со стороны травмированной ноги и целой пузени, добавил ноге, вонзив в бедро нож и несколько привел к общему знаменателю эту половину живота -- второй нож оставил на ней глубокий и длинный разрез. Дримм вновь покатился по земле, спасаясь от хлещущих в то место где он только что был кулаков. Неожиданно тварь оставила главного врага в покое -- в многострадальный живот вонзился кол, а в морду прилетела дубинка -- фейри снова вступили в игру, а точнее небезызвестная Гааричу (дубинка) и незнакомый Дримму мускулистый мужик (кол).

Сыгравшие фейри тут же вновь свалились в параличе, но подаренные сородичу-игроку мгновения не пропали даром -- два тяжелых и длинных ножа вонзились в морду твари, а Дримм всей своей массой и силой разбега постарался вогнать воткнутое копье поглубже в грудь, одновременно ударив ногами по изрезанному животу, из которого качаясь торчал кол.

Дримму удалось все: он вогнал древко на три четверти, повалил тварь и заставил лопнуть живот. Затем шустро скользнул-пополз вперед и вырвал ножи из глазниц, вновь ударил туда же, но накрест, вертанул клинки в ранах (в этот момент опала рука твари) и снова вырвал.

Сказать что фейри радовались победе, значит ничего не сказать, ну а на победителя чудовища они теперь смотрели как на бога, обычно не склонный к такому Дримм даже покраснел. Потом, раз теперь уже не нужно было торопиться, Дримм лечил самых тяжелых из раненных с помощью быстрого набора лечебных зелий и тех же рун -- благоговение перед ним со стороны фейри стало только сильней, а когда он отвел племя к себе в дом и показал где и как он живет и вовсе превратилось в гранит.

С тех самых пор фейри жили одним племенем: Дримм наконец-таки был не один, а фейри обрели сильного защитника и учителя. Да, в первую голову именно учителя -- Дримм учил их буквально всему: как копать огород, как собирать мед, ловить рыбу, стрелять из лука, бороться, плести корзины из лозы, лепить горшки из глины, доить коз, плавить металл и множеству других прежде незнакомых им дел. Фейри впитывали все как губка, и Дримм не мог нарадоваться на таких способных и старательных учеников (единственное исключение -- плетение лозы). Примерно через полгода их совместной жизни Дримм начал учить их и магии рун, а также их общей расовой магии (к тому времени он и сам достиг не плохого результата) и совершенно не удивился, что лучше всего магия давалась Лиипе, последней из ''тех кто знает как лучше''.

Впрочем имелось одно дело, в коем фейри не нуждались в уроках Дримма и сами смогли его многому научить: в первую же ночь к нему в постель завалились Лиипа и Гааричу и устроили Дримму настоящий сексуальный террор (он не был против, а всем чем можно за). Ну что сказать? В науке плотской любви фейри явно преуспели больше чем во всем остальном и спевшиеся подружки (как он позже узнал молочные сестры) так обработали не ожидавшего столь глубоких познаний Дримма, что утомили его сильнее чем недавний бой. На следующую ночь все повторилось... только вот состав участников был несколько другой: Дримм единственный остался на своем месте, а заместо молочных сестер на него насели сразу три другие красавицы-фейри. С тех пор вот уже 11 месяцев он и единой ночи не проводил один, и все бы ничего, сил вошедшему во вкус фейри хватало, но вдруг и совершенно неожиданно возникла удивительная переменная в уравнении его жизни, и как к ней относится Дримм так пока и не определил...

Неизвестно где.

Настоящее время.

Закимарившего Дримма разбудил посланный за ним мальчишка, и он зевнув отправился к общему обеденному столу под одним из навесов во дворе. Разумеется Дримм занял свое законное место во главе стола, а по бокам у него примостились Лиипа и Гааричу, еще до знакомства с Дриммом рулившие остатком племени и только упрочившие свои позиции после. Если бы у фейри существовали институты жрецов и вождей, Дримм мог бы сказать, что молочные сестры на пару делили светскую и духовную власть, хотя по поговорке ''хоть горшком назови, только в печь не ставь'' отсутствие институтов не мешало единственной оставшейся ''той кто знает как лучше'' и ее крепкой боевитой сестре осуществлять контроль над племенем. Дримм не стал подрывать их авторитет и не только потому что спал с обеими, но и потому что женщины реально облегчали ему жизнь и взаимодействие с племенем фейри, и неизвестно как бы он справился сам без их каждодневной помощи.

Остальные занимали свои места за столом в порядке уже сложившейся, но в то же время текучей иерархии, в основе которой лежали успехи в обучении каждого из них, польза приносимая племени и несколько других факторов, большинство из них Дримм не очень понимал, зато в них прекрасно разбиралась все та же Лиипа. Один из таких факторов он до сих пор не мог его осознать -- наличие у женщины-фейри ребенка от него или хотя бы беременность. Да, в здешних странных краях случилось чудо, и непись могла зачать от игрока и не только зачать, но и родить!

Что характерно, первой родившей от него женщиной-фейри стала Лиипа. Сначала Дримм даже не понял, что именно он надул ей живот -- у фейри не было и института семьи, все спали со всеми (возможно этим объяснялся такой продвинутый опыт в плотской любви), а сам Дримм уже настолько привык к тому, что у женщин из местных НЕ МОЖЕТ быть детей от игроков, что мог подумать все что угодно кроме этого. Да и немудрено -- Дримм прекрасно знал какой активной половой жизнью живут все окружающие его фейри и ничуть не удивился бы, увидев Лиипу, Гааричу или любую другую женщину, с которой он спал, в объятьях другого мужчины. Прозрел он совершенно случайно, услышав не предназначенный для его ушей женский разговор и совершенно другими глазами огляделся вокруг: к тому моменту с пузом ходило чуть не десяток фейриек, и, как Дримм понял, все вокруг (кроме него) даже не считали, а точно знали, что отцом будущих детей был именно он. Некоторое время Дримм не верил, но со временем убедился -- это действительно так, по крайней мере незамеченные во лжи фейри (то есть они вообще не умели лгать) свято были уверены в отцовстве Дримма. Так что в настоящий момент на руках сидевших за столом матерей было 8 уже рожденных детей, а еще тринадцать присутствовали в животах своих мам (может и больше). Как узнал Дримм, те из женщин, что собирались от него зачать, вели счет и приходили к нему в самый удачный для зачатия момент (другим мужчинам-фейри доставались не такие удачные дни), бывало у них не получалось, иначе бы племя буквально захлебывалось в младенцах, но фейрийки старались, от Дримма тоже не было отказа (хотя бывало он и уставал), и некоторые самые упрямые из них не с первого, так с двадцать первого раза добивались своего. Самой упрямой из женщин была очень страдавшая что не может зачать Гааричу, которая буквально преследовала Дримма везде где могла и с помощью сестры чаще всего оказывалась в его постели по ночам (Вот они зачатки коррупции и кумовства! ). Как бы то ни было, упрямая амазонка добилась своего и примерно месяц назад объявила о своей беременности, но вот обычаю своему не изменила и с еще большей силой стремилась почувствовать Дримма внутри себя. На примере Гааричу он окончательно убедился, что дети его, и женщины-фейри не выдают желаемое за действительное -- амазонка не спала ни с кем кроме него, и это Дримм знал абсолютно точно.

Между тем шел совершенно обычный обед: хорошо потрудившиеся фейри метали еду со стола, смеялись, шутили и обсуждали текущие и будущие дела, охотники хвастались добычей, рыбаки сегодняшним уловом и все шумно хвалили кухаривших у летней печи женщин. В этот день и в этот самый момент Дримм был счастлив в окружении своей большой семьи и совершенно забыл о прошлой жизни.

Как гром среди ясного неба в мозгу у игрока прозвучали безжалостные и ломавшие счастье слова, ну а в тело ворвался бурный поток:

*

Вами выполнено последнее задание по первой части классового квеста ''ПУТЕШЕСТВЕННИК''.

Постарайтесь завершить все ваши дела и второстепенные задания -- до возвращения в исходную точку 3 часа.

Награда и очки за выполнение первой части классового квеста ''ПУТЕШЕСТВЕННИК'' ждут вас по возвращению в исходную точку.

*

Прошлая жизнь сама напомнила о себе, а к Дримму вернулась магия и доступ к интерфейсу, лишь доступ к питомцам и маунтам был по-прежнему закрыт.

-- Любимый, что случилось? - первой заметила неладное Лиипа и обеспокоенно заглянула ему в глаза. Как по неслышимой команде замолчали и остальные фейри за столом, а рожденный от Лиипы и Дримма сын, с которым тетешкалась Гааричу заблажил в наступившей тишине.

Сердце Дримма остановилось, нет, разорвалось, когда он посмотрел на своего первенца, на остальных детей, заглянул в полные любви глаза своих женщин и оглядел всех кто собрался за большим, богатым и дружным столом. Но Дримм не замер и не застыл в горестном бездействии, а буквально взорвался вихрем дел, мгновенно взбаламутив замерший в недобром предчувствии мирок.

Первым делом надеявшийся все же вернуться Дримм поставил портальную метку и еще одну, чуть в стороне. Во-вторую очередь наложил на себя заклинания ускорения (фейри открыв рты смотрели как в четыре раза ускорившийся Дримм носится вокруг) и закончил таки почти доделанный алфавит рун на глиняных табличках и пару недописанных заклинаний из арсенала фейрийской магии, благо уже не меньше десятка его учеников умели читать, а остальные активно учились по выполненному на том же материале букварю. Потом Дримм дарил то чем владел: за два с лишним года в своей лесной темнице превратившейся в рай он оброс вещами, и каждому в племени досталась значимая для него и нужная тому кому он дарил вещь. Лиипе, например, достался набор резаных и напоенных его кровью рун, а так же набор инструментов для их резки. Чуть не плачущей Гааричу -- его парные клинки и лук. И вот что странно: когда девушка приняла клинки, Дримм наконец-то вспомнил, где видел ее лицо -- чуть не погубившая его статуя в первом посещенном им заброшенном поселении фейри -- если бы не большая грудь фейрийки, то статуя и девушка походили бы друг на друга как две капли воды.

Но Дримму некогда было удивляться невероятному совпадению -- он прощался со всеми своими в том числе и не рожденными детьми и их матерями, накладывал на них руны и заклинания здоровья и защиты, знал что наспех наложенные на живую плоть руны продержатся считанные дни, в лучшем случае недели, но надеялся на свою щедро пущенную из отворенной вены кровь -- горящую золотом кровь фейри, которой он и писал руны по обнаженной коже своих любимых и прямо по беременным животам. Кстати, вернувшаяся в полном объеме магия помогла увидеть еще четверых зачатых им детей в пока еще плоских животах их матерей. Помимо кровавого письма, Дримм утешал заплаканных женщин и заодно поклялся им -- если будет на то его воля, то он обязательно вернется. Напоследок, когда в голове у него пискнул таймер последних минут, он поцеловал в губы Лиипу, получил страстный поцелуй от Гааричу, чмокнул в лобик своего первенца и погладил ничего не понимающего кри, затем поднял руку прощаясь со всеми и хотел было сказать свои последние слова... не успел -- фейри остались одни, их благодетель и учитель исчез.

*

ТЕМНОТА...

*

Дримм очнулся в Холме все в том же каменном кресле, перед глазами была все та же ведущая в никуда дверь. Некоторое время он просто сидел и не шевелился -- целый океан мыслей бушевал у него в голове, как будто открылась невидимая плотина, и то что он раньше не замечал или по каким-то неизвестным причинам отбрасывал прочь, буквально взорвало его мозг.

Из ступора его вывел голос в голове -- обеспокоенная Дочка спешила выяснить все ли у него в порядке:

-- Отец! Отец, ты как?! Что с тобой только что произошло!? -

-- Только что? - заторможенный Дримм не понял заданного вопроса.

-- Да, только что, ты на мгновение словно исчез и тут же появился! С тобой все в порядке!? Тебе нужна помощь!? -

-- Значит на мгновение? - не отвечая на поставленные вопросы пытался осознать ее слова Дримм.

-- Да, да! Что происходит, отец?! -

-- Значит мы виделись сегодня утром? -

-- Конечно, почему ты спрашиваешь?! С тобой все хорошо!? Открой вход в Холм! Я сейчас буду у твоих покоев! -

-- Все в порядке, можешь не торопиться, а впрочем подходи -- я скоро выйду. -

Дримм постепенно сбрасывал заторможенное состояние и нет, множество мыслей и догадок о том, что с ним произошло, все еще теснились у него в голове, но он собрался и решил сперва проверить, как изменился или не изменился мир за время его отсутствия. Василиса говорит: он отсутствовал мгновение -- надо посмотреть и самому убедиться, а потом думать дальше.

Фейри встал с холодного камня и преувеличенно бодрым шагом нырнул в неестественную тьму ведущей наверх лестницы. Пока поднимался открыл интерфейс и внимательно пробежался по верхам.

*

Вами выполнена первая часть классового квеста ''ПУТЕШЕСТВЕННИК''.

Награда: получено 7 новых уровней.

Очки опыта.

Доступ к прохождению второй части классового квеста ''ПУТЕШЕСТВЕННИК''.

*

Дальше шли сотни сообщений о приобретении или росте множества умений и навыков, большинство из которых подошли бы больше тому кто выбрал ремесло, но никак не воину и магу. Чтобы прочитать их все, потребовалось бы много часов, и Дримм пока закрыл окно сообщений -- первоочередной задачей был внешний мир.

Как только он вывалился в Храмовый зал, то тут же открыл дверь из Холма в свои покои в цитадели и не теряя ни минуты шагнул в нее, а в спину ему будто улыбался из-под непроницаемого капюшона Прут Хозяин Дорог...

Глава 10

Великий Южный океан.

Море Загубленных душ, вблизи побережья континента Етен-рахис.

Полдень.

Крупный торговый караван из пяти пузатых купцов бодро бежал по волнам. Необъятные трюмы были полны, а самая опасная часть пути осталась позади, так что на кораблях царила предпраздничная обстановка. Совсем скоро выгодно расторговавшиеся хозяева товаров вывалят на рынки богатых городов великолепный белый, зеленый и золотой жемчуг, невероятно прочные панцири черных черепах, зубы и шкуры морских чудовищ, живые яйца фениксов (деликатес), их же говно (алхимический ингредиент), а также навевающий сны наяву порошок островных орхидей и сорвут за это все отличный барыш, матросы и охранники смогут наконец-то добраться до выпивки и шлюх, ну а четвертый месяц бороздящие опасные воды корабли отдохнуть и получить причитающийся им ремонт. Пиратов купцы не боялись (поправка: уже не боялись) -- те редко рисковали нападать так близко к континенту, да и два пусть и небольших, но самых настоящих боевых корабля эскорта придавали купцам уверенности в себе, как и два десятка панцирников и дюжина лучников охраны на каждом из купеческих судов.

Купцы и моряки торговой эскадры настолько были уверены что им уже ничего не грозит, что совершенно растерялись, когда внезапно опали и раскоряки, и облака (косые и прямые паруса), а буквально из воздуха соткались ранее укрытые сильной магией корабли, над каждым из которых развивался незнакомый флаг -- расправивший крылья красный дракон на фоне золотого солнца. Как и купцов кораблей было пять, и каждый из них уже избрал себе цель. Вахтенные успели заорать, несколько баб (рынд) заблажить тревожным звоном, но поздно -- по палубе и жилам (вантам) хлестнул дождь не знающих промаха стрел, а через минуту в кранцы купеческих кораблей врезались чужие борта, тут же полетели веревки с крючьями. Мгновением позже опустились вороньи клювы, и на палубы хлынули одетые в доспехи бойцы и не 10, не 20, а не меньше сотни с каждого из драконьих кораблей.

Нападавшие мгновенно дорезали еще живых на палубах, а затем хорошо встретили рвущиеся из брюх (трюмов) команды. Рубить безоружных ничего не понимавших моряков было легко: команды потеряли кучу людей и в ужасе откатились в глубину, заодно в короткой схватке-избиении погибли все бездоспешные панцирники и не сумевшие использовать свое основное оружие стрелки -- ядро возможного сопротивления. Очень скоро вниз полетели гранаты, что испускали вонючий и мутящий сознание дым, а за ними нырнули многочисленные пятерки бойцов. И вот что характерно: густой зеленый дым им совершенно не вредил в отличие от терявших сознание моряков.

Все происходило быстро и невероятно синхронно: 3-4 минуты и все пять купцов захвачены, а на идущем впереди эскорте только-только начали понимать что с подопечными что-то не то. Впрочем там разобрались довольно быстро и... оба эскортных корабля дружно прибавили парусов, то есть рванули вперед, даже не подумав развернуться на помощь уже захваченным купцам.

Возможно наплевавшие на договор наемные охранники сумели бы уйти, но десятка грифонов, вернее их седоков, возражали и щедро обработали такелажи обоих кораблей огненными шарами и стрелами. На одном из кораблей все поняли правильно и, не решившись дальше испытывать судьбу, покорно легли в дрейф, а вот с другого ударили стрелы и несколько ледяных молний.

Ни молнии, ни стрелы не причинили хорошо защищенным летунам особого вреда, но и спускать такое владельцы крылатых зверей не стали -- мгновенно кинулись на безрассудный кораблик с разных сторон и обработали его градом боевых заклинаний и керамических гранат.

Наездники грифонов хотели лишь проучить наглецов, но получилось иначе: единственный имевшийся на корабле маг не сумел отразить и десятой доли обрушившихся на корабль магических ударов и погиб вместе с большей частью команды, ну а несколько тяжелых гранат (в три раза больше ручных) с трудом, но все же пробив развороченную и горящую палубу, взорвалась уже в трюме, в результате сломанный киль и вскрытые борта -- изуродованный кораблик черпнул воду и мгновенно ушел ко дну.

Мостик ''Борова'', флагмана эскадры клана Красного Дракона.

Халлон.

Адмирал довольно оглядел захваченные корабли:

-- Набираемся опыта, сегодня вообще идеально прошло, не то что в первый или прошлый раз -- ни одной потери, даже раненых нет. Только бы не загордиться и по глупости не влететь. -

Халлон имел все основания быть довольным собой -- за месяц три взятых каравана и два одиночных купца. Правда один из одиночек вез соленую рыбу (весьма ''ценный'' товар), а второй и вовсе оказался маскирующимся под купца пиратом, но это частности -- главное: все их предприятие с поднятыми с морского дна кораблями уже приносит клану реальный доход и окупает себя.

-- Да уж, окупает, - на этот раз совсем не добрый взгляд адмирала скользнул по возвращавшимся грифонам и кучке горящих обломков на месте одного из сторожевых кораблей -- пусть и крохотная, но ложка дегтя в огромной бочке меда.

В это самое время на палубы захваченных кораблей выносили трупы и оглушенных: самые некомплектные из трупов отправляли за борт, более целые запихивали в безразмерные мешки, а еще живых членов команд сортировали по социальному статусу, точнее на тех за кого можно получить выкуп, а за кого нет.

Увидев как на палубу ''Борова'' садится приписанная к его кораблю двойка грифонов, Халлон тут же послал сигнал Юле и Траллу, сам же адмирал приготовился выслушать оправдания напортачившего подчиненного, который с виноватым лицом спешил к голове (мостику).

-- Мы не специально! - ожидаемо попытался оправдаться командовавший десяткой летунов Стас из Самары 11 и зачастил: - Кто же знал, что у них палубы как из картона?! А еще боевые корабли! Что это за боевые корабли, у которых глиняный горшок может палубу пробить?! - В какой-то степени он был прав, но адмирал все равно высказал ему свое недовольство:

-- Мог бы и предположить! Таки крохотульки -- много ли им надо!? В прошлый раз также боевую триеру утопили, таких денег нас лишили -- боевой корабль не хухры-мухры! Тогда я вам фугасы запретил с собой в вылет брать -- теперь что, гранаты отбирать?! Если так и дальше пойдет, с голой жопой летать будете! -

-- А что нам, не отвечать?! - огрызнулся Стас. - По нам значит молнией зафигачили и стрелами, а мы не отвечай?! -

-- Вы же ответили боевыми заклинаниями, зачем гранаты? -

Неприятный разговор на повышенных тонах прервало появление Юлы и Тралла -- Стас облегченно вздохнул, когда Халлон переключил свое внимание на них. Вскоре командиры грифонов и абордажников ушли готовить воздушный десант на последний пока не захваченный корабль (единственный оставшийся сторожевик эскорта), а между адмиралом и первым помощником на флагмане завязался разговор:

-- Ну что, очередная победа? - Тралл кивнул на палубу непосредственно захваченного флагманом купца. Часть моряков ''Борова'' уже обживали его снасти и убирали оставшийся после штурма кавардак. Вокруг эскадры уже вставал пока еще слабенький туман: 20-30 минут и растущие и набиравшиеся сил заклятья маскировки скроют Драконьи корабли и их добычу от посторонних глаз.

-- Верно, - кивнул адмирал. - Все идет на удивление легко, если бы Стас не утопил тот кораблик, я бы даже забеспокоился -- уж слишком легко. Но все равно нам через-чур везет -- так не бывает, по крайней мере долго. -

-- Да ладно тебе, - не согласился более оптимистично настроенный Тралл. - Везет тем, кто везет, то бишь дело делает. У нас отличные корабли, хорошие команды, много магов и грифоны -- не удивительно что мы щелкаем купцов как орешки -- удивительно было бы, если бы при всем при этом это было не так. -

-- Ну-ну, - неопределенно отозвался Халлон, наблюдая как с палуб вновь взлетели нагруженные воинами грифоны и неторопливо (тяжелый груз, да и куда спешить) устремились к ожидавшему своей судьбы сторожевику.

-- Значит на базу? - больше для проформы чем по реальной необходимости поинтересовался Тралл. - Доставим добычу и снова сюда за очередной партией купцов? - и очень удивился когда адмирал отрицательно мотнул головой:

-- Нет, сюда мы больше не вернемся, по крайней мере месяца 2 точно, - и пояснил удивленному его словами помощнику: - Не будем через-чур испытывать судьбу -- три больших пропавших каравана это слишком много, скоро тут будет не протолкнуться от патрульных эскадр прибрежных государств, купцы тоже прижмут жопу и начнут сбиваться в стаи по 10-15-20 и больше кораблей и раскошелятся на серьезную охрану. Так что дадим всем остыть и успокоиться, а то не дай Даготер местные могут тряхнуть мошной по-настоящему и нанять мага 7-ого или выше уровня -- такой маг вскроет нас в два счета. И вот тогда мы повеселимся! У нас повиснет на хвосте 3-4 эскадры боевых кораблей, а мне и остальным магам придется махаться с тем кто сильней. Может и отмашемся, а может и нет, да и рановато нам вести эскадренные бои -- не потянем. -

-- Насчет последнего не соглашусь, - Тралл был более уверен в боевых возможностях родной эскадры, - но тебе видней. Чем будем заниматься? -

-- Скучать точно не будем, - успокоил его адмирал. - Сначала нужно продать всех ''купцов'' -- нам они без надобности, потом готовиться к проводке следующей эскадры, да еще нужно решить кто поведет, я или кто-то из капитанов. -

Тут адмирал хитро посмотрел на оживившегося на последней теме помощника и спросил, впрочем не сомневаясь в ответе:

-- Поди устал в помощниках бегать -- хочется собственный корабль? -

-- Охота, - не стал жеманиться Тралл. - А кто поведет если не ты? Я, например, точно не решусь пока -- мне бы с кораблем сперва справиться, ну а дальше видно будет. -

-- Циркачка (Таурэтари) рвется силы попробовать -- вроде должна потянуть: во время перехода показала себя хорошо, да и тут ее ''Бродяга'' не плошает. Так что да, должна справиться! Тем более после пещер троглодитов мы ее встретим и сопроводим, ей ведь только Пьяное море пересечь и все. -

-- Ну тогда конечно. -

На некоторое время адмирал и первый помощник отвлеклись -- купцы и корабли Драконов расцеплялись и строились в походный ордер. Впереди эскадру ждал Курорт и заслуженный отдых, а потом новые дела. Впрочем Халлона отдых не касался, и он не подавая вида напряженно думал про себя, кожей ощущая приближение трудных времен:

-- Ну допустим эскадру Циркачка проведет -- действительно Пьяное море и все, хотя и там можно споткнуться, не говоря уж о пещерах троглодитов. Но ладно -- проведет. А вот где брать для них команды и главное капитанов? Если бы те трое старичков, которых приволок недавно Папаша, могли бы взять хотя бы три корабля, было бы легче. Но несбыточные надежды -- им еще проходить курс, да и подрасти не мешает, освоится в Серединном мире. Все равно ставить их сразу на капитанские должности нельзя, в лучшем случае помощниками на месяц, лучше на два, а капитаны нужны сейчас, иначе все поднятые со дна красавцы-корабли это мертвое дерево. -

*

Тут следует несколько пояснить, что за приведенных Папашей (Альдароном) старичков имел в виду Халлон -- два разменявших восьмой десяток капитана первого ранга из военных моряков и их гражданский ровесник-коллега. Многообещающее пополнение клана, особенно в свете операции в Южном океане, да и в прошлом опытные моряки явно не будут обузой, особенно полвека водивший сухогрузы в Южно-Китайском море гражданский капитан, сейчас умиравший от рака в реале и потому руками и ногами ухватившийся за шанс не просто пожить сверх отмеренного ему срока, но продолжить заниматься любимым делом.

*

-- Да и Дримм зачем-то забирает Юлу, забирает старшего абордажника флота, когда она так нужна. Колобка и всех опытных летунов уже забрал, а присланный на замену Стас и десятка под его командой пока не тянут. Нет, я понимаю: Дракон хочет прогнать как можно больше членов клана через океан, определить у кого есть склонность к морскому делу, а у кого нет, но все равно... -

На некоторое время Халлон отвлекся: отдал приказ рулевому, пару приказов по эскадре, накрутил хвоста мордовороту (боцману), а тот в свою очередь остальной команде и вернулся к напряженным раздумьям:

-- Итак первоочередная задача -- капитаны кораблей, а точнее сразу семь капитанов. Ремонтники на Кури совсем с цепи сорвались -- мы еще не знаем как укомплектовать эти семь, а они уже третью партию поднимают. Потом -- команды, тоже не тривиальная задача: где найти столько хороших моряков, да еще таких, что согласятся заключить с нами двухлетний контракт? Ну заготовок мы накупим -- не проблема. А вот кем заменять тех же ушедших на капитанские должности первых помощников, ума не приложу. Того же Тралла ой как непросто будет заменить, благо хоть капитан из него должен получиться неплохой. Придется перетасовывать все команды, двигать игроков, часть моряков и опытных заготовок перебросить на новые корабли, принять к себе много новичков -- опять все по-новому чуть не самого начала, только куда в большем масштабе. Как все же сейчас пригодились бы Папашины старички! -

Торговый город-государство Кю-зи. Портовый квартал. Таверна ''Жареный пират''.

Вечер.

Альдарон.

Как всегда в это время суток в ''Жареном пирате'' было шумно и опасно. Впрочем опасно в одном из основных мест отдыха и деловых встреч пиратов, контрабандистов, разбойников и воров было в любое время суток, хоть в яркий полдень, хоть в самую темную ночь. Сюда никогда не заглядывала купленная на корню портовая стража, а крепкие вышибалы (все без исключения члены уважаемой Гильдии Воров) следили, чтобы среди посетителей не было случайных прохожих или подзаборной швали -- ''Жаренный пират'' претендовал на некоторую весьма своеобразную респектабельность и привечал только самых уважаемых представителей теневого мира: разбойников, что одним своим видом заставляли стыть кровь в жилах у жертв; пиратов, для которых обычное дело вспороть пленнику живот в поисках проглоченных монет; убийц, чей холодный оценивающий взгляд не сулил ничего хорошего любому, на ком он останавливался; уважаемых всеми контрабандистов, без которых трудно было обойтись в делах; ну и разумеется воров -- хозяев этого места и, чтобы не думали все остальные теневые гильдии, негласных хозяев этого города. Несмотря на то что чужаки были здесь редкими гостями, каждую ночь отсюда кого-нибудь выносили ногами вперед, но не в официальную дверь, а сперва в большой подвал, ну а потом неудачливый мертвец отправлялся в бескрайние просторы городской канализации, и для удобства питания обитавших в старой канализации тварей, чаще всего отправлялся уже по частям.

В одном из углов живущей своей обычной жизнью таверны расположилась кампания ''деловых'' игроков, явно не местных, но те же вышибалы сразу признали в них своих и без возражений пропустили в заведение серьезного эльфа-вора и четверых его ''быков''. Кампашка тут же сняла один из лучших столов в удобном (не подобраться сзади) углу, а ее лидер сходил и ''треснулся зубом'' (обозвался) с местным ''задувающим свечу'' (смотрящим), и судя по тому как был принят эльф-вор, он имел в гильдии немалый авторитет. Дальше не было ничего интересного: кампания ела и пила поднесенную жратву и бухло, тискала подносивших все это служанок, а четверка ''быков'' подозрительно оглядывала любого, кто приближался к лениво потягивающему пиво вору, и если недоставало зверских взглядов, то ладони незамедлительно ложились на рукояти клинков -- в общем деловые вели себя как свои и через час о них забыли.

*

Кстати, насчет деловых -- они легко могли оказаться самыми настоящими блатными в виртуальных телах. Обилие денег и возможность их вывода в реал со страшной силой влекли в Серединный мир разный криминал, от японских якудз, до ирландских леприконов, ну а русские или скорее постсоветские круги даже короновали недавно двух воров в законе прямо в виртуальном пространстве -- Витя-Полукулак и Рафик-Паук прямоходом под полученными в вирте погонялами вошли в базу МВД, а заодно в историю двух миров. Мало того, давно ходили дикие, неправдоподобные слухи о том, что теневой мир Земли и теневой мир Серединного мира начали активно проникать друг в друга, и не только преступный элемент с Земли внедряется в Гильдии Убийц, Воров и Контрабандистов, но и местные неписи, члены этих гильдий, ведут дела на Земле, конечно не лично, но через своих корешей-игроков. Скорей всего завязанный на вирт Земной криминал для пущей важности и роста собственного авторитета бессовестно ''ездил по ушам'' и активно втюхивал доверчивым простакам эту безумную ''гонку'' -- та же ''Основа'' с пеной у рта доказывала, что подобное НЕВОЗМОЖНО и неписи НИКОГДА не смогут воспринять информацию о реальном мире. Хотя... упрямые слухи так никто не смог до конца ни опровергнуть, ни подтвердить.

С этим был связан забавный случай в России: правоохранительные органы внезапно для себя узнали о существовании нескольких неизвестных им авторитетов, на которых ссылались в разговорах друг с другом представители криминального мира по всей стране и даже за ее пределами. Целый кластер, десятки имен, а никто не в курсе кто это, кто за ними стоит, кто из коллег их крышует, в конце концов, на какой теме эти неизвестные сидят. В непростой ситуации разбирались всем миром вплоть до ФСБ и пока выясняли что это за неизвестная братва, вовсю шли кровавые межведомственные разборки за то, кто будит их доить. Прежде чем удалось выяснить, что погоняла неизвестных авторитетных воров это имена уважаемых членов Гильдии Воров, Контрабандистов и Убийц, то есть НЕПИСЕЙ из вирта, было убито пять сотрудников Следственного Комитета, не без посторонней помощи угорел в бане заместитель Генпрокурора и вместе с хозяином и всей его семьей сгорел загородный дом члена наблюдательного совета при МВД (в прошлом генерала той самой службы). Разумеется вся эта смешная, если бы не реальные трупы, история только подлила бензина на мельницу слухов о смычке криминала двух миров.

*

Альдарон привык ждать -- добрая половина его прошлой жизни прошла в ожидании, и часто он не знал чем закончатся муторные часы, дни, недели, месяцы и годы, его успехом или его же смертью, арестом, пытками, позором, так что пара лишних часов совершенно не отразилась не то что на его лице, но и на внутреннем состоянии. Папаша спокойно и неторопливо перебирал в голове уже сделанные дела, крутил разнообразные варианты того, что еще предстояло сделать, наслаждался неплохим пивом и великолепной свежей рыбой под прекрасным, лучшим в его жизни соусом.

Маскировка, под которой он и его сопровождающие прибыли в этот важный для всего их Южного проекта город, оказалась хороша, быть может еще и потому, что никакой особой маскировки и не было -- он ДЕЙСТВИТЕЛЬНО был ВОРОМ по классу, а четверо его сопровождающих ДЕЙСТВИТЕЛЬНО его охранниками -- никакого обмана или притворства (ну может быть только чуть-чуть). Еще две группы появились в городе задолго до него, но за них он тем более не волновался -- тех кто был в одной из них, он знал десятки лет и был абсолютно уверен в их умении смешаться с толпой, опять же таки они ДЕЙСТВИТЕЛЬНО были теми, кем казались -- не очень высокого уровня игроками в поисках приключений, а за вторую группу тем более не следовало переживать -- Карамелька из тех, про кого говорят: ''Залезет в жопу без мыла и вылезет оттуда с алмазом в руках'' -- редкий талант.

-- Хотя..., - внутренне сморщился Альдарон, внешне с прежним расслабленным лицом отхлебнув пива. - Не без бабских заскоков -- ну зачем было тогда светиться и собственноручно на глазах у всех валить этого пиратского капитана, а потом рыдать над его трупом? Дикий, вопиющий не профессионализм и просто глупость! Ладно пиратов мы зачистили в ноль -- с этой стороны никаких проблем. А вот вольнонаемные моряки из неписей, их куда девать? Первый же кабак и бордель, который они посетят, и все -- информация, о том что какая-то дроу сражалась на нашей стороне, а потом рыдала на груди зарезанного ей капитана, ушла в свободный полет, и это только вопрос времени, когда она дойдет до Веселого острова и там поймут, что это за дроу могла бы быть. -

Неприятные мысли прервал один из здешних вышибал, вернее приведенный им маг, по любимой всеми магами моде одетый в глухой тяжелый плащ с капюшоном. Вышибала коротко перетер с игроком-охранником и, убедившись что сделал все как надо, отправился по своим делам, а неизвестный игрок протиснулся сквозь охранников и, скинув плащ на скамью, оказался одним из тех, кого уже второй час дожидался Альдарон.

-- Здорово, Папаша, - по-хозяйски наливая себе пива поприветствовал его Тирон. - Как добрались и какие вести на ''большой земле''? -

-- Дела идут неплохо: город строится, наш ''Нельсон'' потрошит купцов, почти готова вторая эскадра. А как у вас, какие успехи за неделю? -

-- Да примерно также -- неплохо: есть контакты в порту, в основном среди грузчиков, ну и любителей маслица из крапивного семени (мздоимцев из чиновников), в Гильдии Магов, в городском гарнизоне. С патрульными пока не складывается: они ученые -- пираты тоже постоянно ищут к ним подходцы. Зато наш американский ''Казанова'' (Сулмендир) довольно плотно сошелся с атаманшей, под которой одна из окрестных разбойничьих шаек, а через нее и с пригородными контрабандистами, причем не гильдейскими, а вроде как вольными. Потому сегодня его и не будет -- горит на работе -- атаманша хороша, во всех смыслах. -

-- Проблем не будет? А то знаю я его. Сколько у него уже подружек -- поди дорвался до цветника, старый козел, не оторвешь теперь? -

-- Разве он виноват, что бабы сами в штабеля складываются и бантиком перевязываются? - заступился за любвеобильного приятеля Тирон. - Пока всего трое: атаманша, игрунья-воительница здесь в городе и здесь же купчиха-вдова -- тоже полезный в смысле информации кадр, ну и вообще очень положительная женщина. -

-- Сам-то как, нашел кого? -

-- Нет, как говорится: работа и дело Ленина превыше всего, - сделал постное лицо и молитвенно сложил руки на животе маг. Дождался улыбки Альдарона и тоже улыбнувшись прекратил валять дурака: - Я больше по борделям шурую. А что? Богатый выбор, умелые девочки, никакой ''лесопилки'' после и никаких обязательств. -

-- Вы тут не перенапрягитесь, - добродушно и понимающе посоветовал Альдарон (сам через все это прошел, когда впервые попал в Серединный мир), - о деле не забывайте. -

-- Не забудем, - уже абсолютно серьезно кивнул Тирон, и Альдарон оставил эту тему -- в отличие от той же талантливой любительницы Карамельки, Тирон был профессионал и на него можно было положиться.

-- Уже решили кто из вас займет место Карамельки на Веселом острове? - поднял другой не менее важный вопрос Альдарон. Тирон ответил сразу, без раздумий:

-- Да, я и займу. Уж очень у Сулмендира здесь все хорошо складывается, он прямо пророс тут сразу тремя корнями, а я свободен как ветер. -

-- Тогда готовься -- как сделаем дело, так завтра и отправишься. Карамелька вводила вас в курс? -

-- Еще как! Талантливая малышка, хорошо там постаралась, я понимаю что тут всего-лишь игра, но на пустом месте всего за три месяца создать целую сеть... -

-- Что есть, то есть, - согласился Альдарон. - Жаль только что с капитаном так получилось -- такой ценный кадр нам бы пригодился, да и засветилась она. -

-- Ничего страшного -- тут ''эс-тон-ский испорченный телефон'': вот например, о том что погиб тот же Чума, в городе стало известно только вчера и то говорят, его боевая эскадра хиренцев подловила, а про два взятых Халлоном каравана вообще ни слуху, ни духу -- один из них должен сюда прийти, так вот его до сих пор ждут и в ус не дуют. -

-- Хорошо если так, - не стал возражать Папаша, - Значит сегодня после дела и завтра пообщаешься с Карамелькой, сам знаешь о чем: мелочи, детали, характеристики основных местных персонажей -- пусть твои впечатления будут как можно более свежими. Как приедешь тебе поможет Дядя и прикроет если будет нужно, но только первую неделю, потом его отзывают на ''большую землю''. -

-- Это-то понятно, - ничуть не удивился Тирон. - Держать такую силу просто на всякий случай крайне непродуктивно. Хотя через остров или рядом пойдут и другие эскадры, вдруг возникнет в них нужда? -

-- Не возникнет, их будут встречать. На эскадру больше десятка кораблей пираты не полезут, а решатся -- пожалеют.

К столику подошла подавальщица со свежим подносом и покорно позволила ощупать себя всю, лишь иногда вздрагивая, когда мужские руки залазили ей под юбку или в вырез на груди. Только потом прощупанную до самых глубин женщину допустили к дальнему углу стола, где тихо беседовали старые знакомые. Когда подавальщица ставила перед собеседниками полный кувшин пива, она практически присела на колени к не возражавшему и даже приобнявшему ее повыше талии Альдарону и наклонившись прошептала одно только слово:

-- Пора. - Получила от ждавшего этих слов эльфа серебряную монету и пару шлепков по попе от охранников и виляя кормой удалилась по своим делам.

-- Ну пора, так пора, - Папаша неторопливо отставил недопитую кружку и вместе со вновь накинувшим плащ Тироном направился за стойку ко входу в подсобные помещения. Двое охранников остались держать стол, а двое других сопроводили начальство до двери, но в подсобку не пошли и позже вернулись к столу.

В отличие от своего спутника Альдарон примерно представлял что их ждет и не удивился когда невзрачный сопровождающий с не запоминающимся лицом и в серой неприметной одежде повел их по лабиринту комнат, зальчиков и коридоров, но и он был поражен, когда они спустились сначала на один, потом на два, три, четыре этажа вниз. Каждый следующий этаж был богаче и больше предыдущего: гнилые доски стен и грязные полы и потолки сменились сначала тесаным камнем, потом дорогими панелями красного дерева и вазами с живыми цветами в частых нишах, потом и вовсе шелковыми расшитыми бисером и золотой нитью драпировками и позолоченной лепниной потолков. За все время пути по широким коридорам им встретился лишь один их обитатель, спешивший по своим делам гном с огненно-красной бородой и грязным измазанным в каком-то дерьме мешком за плечами, дерьмо капало с мешка и портило роскошные ковры (!) четвертого этажа. Грязная дорожка, след пути гнома, начиналась за одной из дверей, но их провожатый пошел дальше, и эльфам ничего не оставалась как продолжить следовать за ним.

Новый, уже пятый этаж, удивил резкой сменой обстановки -- снова тесаный камень и никаких панелей и ковров, пропали редкие всегда запертые двери, а потолок, раньше терявшийся где-то наверху, теперь почти царапал макушки невысоких эльфов. Пара десятков поворотов и очередная лестница вниз привела компанию к массивной металлической решетке и четверым доспешным лбам рядом с ней.

-- По слову Осьминога, - впервые Альдарон услышал голос своего сопровождающего и с ностальгией подумал, что голос у того под стать внешности, то есть никакой -- забудешь через пять минут.

Старший из охранников кивнул, и даже не скрипнувшая прекрасно смазанными петлями решетка мгновенно отошла, а троица продолжила свой путь. Недолго -- за очередным поворотом их ждали: шесть грозно глядевшихся бойцов в глухих шлемах и зачерненных кольчугах двойного плетения, кольчужные бармицы с прорезями для глаз полностью закрывали лица. Вооружение бойцов составляли тяжелые мечи в заспинных ножнах, гораздо более удобные в подземельях широкие изогнутые ножи на поясе и небольшие арбалеты, три из которых мгновенно взяли появившихся гостей на прицел. Взяли и тут же поднялись к потолку, словно бойцы получили слышимый только им приказ (в общем-то так и было).

-- Неплохое местечко, - сказала выходящая у эльфов из-за спины Карамелька. От неожиданности эльфы напряглись (за ними же пустой довольно тесный коридор и никого ), а их сопровождающий даже сунул руку под плащ. Между тем снаряженная в характерные доспехи своей расы дроу продолжала говорить, будто не замечая какой эффект произвело ее появление: - Канализация начинается ниже и ее стоки сюда не доходят, тут даже запаха нет, а так же крыс и всей остальной мерзости тоже. -

-- Мы давно отучили кого-либо сюда соваться, - вновь заговорил сопровождающий от Гильдии Воров. - Все это место под контролем -- наши маги узнают, если тут появятся чужаки, и они пожалеют о своем решении свернуть в этот коридор. -

-- А безмозглые твари или зомби? - поинтересовался жадный до любых знаний Альдарон.

-- Иногда заходят, - усмехнулся местный вор. - Не дают охране заплыть жиром. -

-- Понятно. -

-- Ну что, пошли? - поторопила их Карамелька, и они пошли.

Остаток путешествия прошел довольно спокойно, лишь дважды на пути встречались вурдалаки, один раз светящийся в темноте скелет, а из колодца в наполненном водой по колено коридоре полезли похожие на глисты-переростки щупальца с когтями на концах.

Вурдалаков нашпиговали арбалетными болтами заготовки Карамельки -- болты с уроном огнем справились хорошо, даже не пришлось потом рубить головы. Скелета прикончил молнией Тирон и долго потом извинялся перед невольно ослепленными спутниками (драться в подземельях тоже надо уметь). Ну а щупальца рубили всем миром -- хозяин щупалец так и не полез разбираться кто лишил его десятка рук (или ног) и мудро предпочел отсидеться на дне затопленного колодца.

-- Внимание! - дроу подала сигнал. Приближалось место встречи, и пусть ее безопасность гарантировали сразу две такие уважаемые гильдии как Гильдии Воров и Контрабандистов, следовало все же быть настороже.

Вот и большой отведенный под встречу зал -- действующий коллектор городской канализации. Странное место встречи и Альдарон не очень понимал зачем? Зачем все эти сложности, когда можно было спокойно встретиться и все решить в том же ''Жареном пирате'', а не тащиться в вонючую клоаку, после путешествия по которой как пить дать придется выбрасывать сапоги, да и одежду наверное тоже. Но так захотел найденный Гильдией Контрабандистов покупатель, ну а Гильдия Воров (посредник в этой сделке) не стала возражать, не стал возражать и Альдарон.

Их ждали, но не покупатели, а все те же воры -- двое похожих на их сопровождающего личностей и худой узколицый человек в дешевой куртке и с мечом на боку, несмотря на меч Альдарон сразу понял -- маг. Больше в коллекторе никого не было -- контрабандисты и покупатели еще не пришли.

Ожидание не затянулось, и минут через десять Альдарон почувствовал пришедший магу ментальный сигнал, и почти сразу в глубине коридоров послышались шлепки шагов по воде. Сигнал пришел откуда-то неподалеку, и ничуть не удивленный Альдарон лишний раз убедился в своей правоте -- воры не изменили себе -- троица и маг не были их единственными представителями на этой встрече, а скорей верхушкой айсберга, так же как и недавно покинутая таверна. Сколько точно вокруг гильдейских бойцов он конечно не знал, но подозревал что много и как минимум еще один маг (кто-то же послал ментальный сигнал) -- Гильдия была на высоте и не собиралась подставляться и терять положенную ей долю.

Контрабандисты тоже не подкачали, и отряд в двадцать вооруженных до зубов оркских рыл отбил бы охоту шалить у кого угодно. За ними появилось трое представителей Гильдии и наконец покупатели -- двое. Один, если судить по одежде, обычный градский обыватель из небогатых, однако, то как он носил вроде бы простой, но очень качественно и явно на заказ сшитый плащ, а так же скрывающее лицо заклинание выдавали его с головой -- надевший простую одежду вельможа или как минимум богатый купец, хотя скорее все же вельможа, о чем дополнительно свидетельствовал выглядывающий из-под плаща тонкий и богато украшенный камнями меч. Другой -- эльф-маг, весьма приличного уровня, по крайней мере Альдарон по достоинству оценил прикрывавшие его и его клиента щиты.

Сперва под взглядами настороженных глаз между собой разобрались представители гильдий, потом воры позвали своих протеже, а контрабандисты своих. Сам разговор должен был состояться на небольшой платформе-островке посреди каналов нечистот и узких едва устоять одному человеку мостков, так что со стороны воров пошли только Альдарон и Карамелька, а со стороны Контрабандистов и вовсе один вельможа с прикрытым серебристым облачком лицом. Но прежде чем стороны начали решать дела, ради которых и собрались, состоялся неожиданный для всех разговор:

-- Привет, Ловкая, - поприветствовал дроу контрабандист-полурослик. - Вот значит ради чего ты так неожиданно сорвалась? -

-- И тебе не хворать, красноперый, - ничуть не потерялась дроу, отвечая на приветствие неожиданно встреченного знакомца по Веселому острову -- как тесен иногда бывает мир, даже огромный Серединный мир. - Что это ты тут околачиваешься, а как же твое отделение гильдии, тебя перевели, понизили или повысили и как там Стрекоза и наши общие дела? -

Гиден Красный несколько растерялся, расстрелянный непрерывной пулеметной очередью вопросов от дроу, но через секунду собрался и начал по порядку отвечать:

-- Тут я видимо по тем же делам что и ты, с отделением все в порядке, меня не перевели -- считай я в служебной командировке, со Стрекозой все нормально -- она скучает по тебе, а про дела поговорим, но только не здесь. Кстати, ты знаешь что твоего Чуму прибили? -

Улыбка исчезла, и на лицо Карамельки набежала тень.

-- Знаешь, - утвердительно кивнул Гиден. - Не знаешь кто? - Расстроенная Карамелька отрицательно мотнула головой. - У нас во Взломанном Замке тоже не знают, говорят какие-то фраера залетные с другого конца света, ты наверно видела их корабли перед тем как свалила. Замочили наших и смылись, ищи их теперь по всему океану. Правда те кто вернулся из неудачной погони говорят, что они погибли в шторм, но поди проверь, хотя шторм был о-го-го и до нас достало, так что скорей всего и правда скопытились, суки залетные. -

-- Может вы обсудите свои личные дела в личное время? - прервал неприятный и даже опасный для Карамельки разговор Альдарон.

-- Согласен, - скрипучим измененным магией голосом поддержал его слова вельможа, а старший среди контрабандистов глянул на Гидена и провел большим пальцем по губам -- тот сразу умолк, поклонился и чуть отступил назад.

Карамелька же отступать не стала, а продемонстрировала всем свой статус, оставшись стоять рядом с Альдароном, и вообще разговор по большей части вела она, хотя последнее слово всегда оставалось за старшим товарищем.

-- Нас интересуют корабли, - между тем озвучивал свою позицию вельможа, - большие вместительные транспорты и еще боевые, но обязательно в пристойном состоянии. Если нас устроит предлагаемый вами товар, мы готовы платить запрошенную вами цену, плюс процент посредникам (кивок в сторону воров и контрабандистов). -

-- Сколько вам нужно? - мгновенно сломала разговор Карамелька, сказав это так, что на ум сразу приходила фраза одного усатого разводилы: ''А у нас этого гуталину ну... завались...''.

Вельможа недоуменно застыл, глянул на воров и контрабандистов и осторожно, как ступая по хрупкому льду, спросил:

-- Наши хозяева говорили о восьми транспортных кораблях и двух боевых -- я неправильно их понял? -

-- Да нет, правильно, но это сейчас, а вскоре появятся еще, - с подавляющей уверенностью и некоторой ленцой в голосе сказала Карамелька. - Скажем еще плюс 10% сверх той цены, по которой пойдут корабли по сегодняшней сделке, и мы можем предложить их вам, а не искать другого покупателя. -

-- Интересно, - задумался вельможа, теребя рукоять меча. - Если будут еще корабли, то мы их купим, деньги не так важны -- главное корабли, но нам нужно оценить состояние тех, о которых мы сговорились -- может быть нам и не имеет смысла вести с вами дела. -

-- Проверьте, - благожелательно кивнул Альдарон, - вас никто не торопит, мы можем подождать месяц с момента заключения сделки, но10% -- окончательная цена. -

-- Хорошо, мы подумаем, - кивнул вельможа, и у Альдарона не первый раз мелькнуло желание узнать кто это ''мы'', а в голове закрутились намеки будущей операции, проводимой одновременно с передачей кораблей. - ЕСЛИ, - подражая Карамельке выделил первое слово безликий вельможа, - ваша сторона выполнит выполнит СВОИ обязательства, то мы вернемся к этому разговору и купим у вас все что вы сможете нам предложить, разумеется по обговоренной цене, + 10% за то что корабли сперва будут предложены нам, а не кому другому. И еще раз напоминаю: нас особенно интересуют боевые корабли. -

-- Значит сделка? - вновь на первые позиции вышла Карамелька, а Альдарон отступил в тень пока вельможа и дроу обговаривали условия оплаты и доставки кораблей, но именно он поставил кровавый отпечаток под договором, гарантами и хранителями которого являлись гильдии Воров и Контрабандистов.

После взаимных расшаркиваний весьма довольные друг другом стороны разошлись, и компания из ''Жаренного пирата'' в том же составе отправилась по своим следам.

-- Вот интересно, кто это такие и зачем им корабли, да еще так срочно и через теневые гильдии, а не честный заказ? - вслух подумал Тирон и получил неожиданный не только для себя, но и для Альдарона ответ:

-- Ничего интересного, - Карамелька брезгливо перепрыгнула дрейфующую кучу говна и каких-то водорослей. - Это чак-чарцы, - и увидев непонимающие глаза спутников пояснила: - Королевство на севере этого континента: они недавно смяли один из торговых городов в устье большой реки и благодаря этому вышли к морю. У них сильная армия, а флота считай что и нет, вот они и покупают корабли где только могут, желательно с командами, но можно и без. Прибрежные торговые города и королевства с выходом к побережью их боятся и соответственно кораблей им не продают и не принимают от них заказов на свои верфи. -

-- И давно ты знаешь? - ровным голосом поинтересовался Альдарон. Ему не понравилось отношение дроу к столь важной информации -- в конце-концов она должна была его предупредить.

-- Как встреча началась, тогда и поняла. -

-- Это как? - недоуменно нахмурил брови Альдарон.

-- Узнала мага, - развеяла его недоумение задумавшаяся о чем-то своем Карамелька, - он был в свите принца Рунира, когда тот приезжал на Веселый остров вербовать пиратов на королевскую службу и на неделю снял под себя и своих придворных лучший бордель на острове, там и жил все время переговоров. Стрекоза была в восторге -- отличная реклама ее заведению. -

Глава 11

Гаваи (Курорт) -- база флота клана Красного Дракона.

Накилон и Рыжий Огонек.

Небольшая посудина равномерно качалась и скрипела, но отнюдь не по воле отсутствующих в обширной бухте-лагуне волн -- два обнаженных тела на дне лодки двигались в унисон. Несмотря на влажный бриз от разгоряченных тел валил пар, а прерываемые охами звуки напоминали шум качающей нефть буровой, ну иногда одна из высоко задранных и широко раздвинутых ног с силой билась о деревянный борт. Но вот лежавший на женщине мужчина в последний самый сильный раз двинул корпусом и обмяк, всей тяжестью навалившись на стонущую подружку -- качка прекратилась.

Через пару минут женщина выбралась из-под мужчины, но только ради того чтобы улечься с ним рядом на дне лодки и, прижавшись к его телу своим, подарить ему страстный и долгий поцелуй.

-- Даже жалко что нужно возвращаться, - поведала любовнику Рыжий Огонек. - Так мало времени остается на себя, только-только с тобой по настоящему познакомились..., а как вернется Диссидент (Халлон), так тут и вовсе начнется сплошной аврал. -

-- Почему? - спросил лениво игравший с ее грудью Накилон.

-- Будут формировать команды на перегон, - отвечая на вопрос, Рыжая ответила и на ласки парня, сжав в своей руке его вновь твердеющий орган. - Вас новичков припашут по-черному, а мне через два дня возвращаться в город. Когда в следующий раз увидимся, неизвестно -- я в городе, ты в море. -

-- Так переводись, - азартно предложил парень, не забывая о соблазнительных полушариях перед его лицом. - Будем плавать на одном корабле, да если и на разных, все равно видится будем чаще. -

-- Нет, - мотнула головой Огонек, - море -- это не мое. Может ты ? -

-- Рад бы, но ты забыла? Всех новичков сразу после посвящения гонят на флот, говорят не надолго, но насколько это ''не надолго'' не говорят. -

-- Сами не знают, - просветила Накилона погрустневшая подружка. - По флоту жуткий некомплект и заготовками его не зальешь, по крайней мере пока они не начнут чего-то соображать. -

-- А мы-то тогда зачем, в смысле воины и маги из игроков? - действительно заинтересовался на время отставивший мысли о любовных утехах парень. - Мы ведь ни разу ни моряки и в морском деле понимаем меньше чем свежекупленные заготовки-матросы. -

-- Понимаете может и меньше, но соображаете лучше. Пока заготовки будут набираться опыта, вы будете за ними присматривать, а они брать с вас пример и учиться как себя вести. Потом, за наемниками (неписями-морякам) нужно присмотреть и желательно чтобы наших (игроков) на кораблях было больше чем их или хотя бы не сильно меньше, - как по-заученному объяснила ''политику партии'' продолжавшая то сжимать, то разжимать ладонь Рыжая.

Парень не отвечая кивнул и потянулся было вновь подмять эльфийку под себя, и она вроде бы не имела ничего против, но неожиданно с невероятной скоростью воина-игрока под сотню выскользнула из-под уже почти опустившегося на нее мужского тела, и невольно выругавшийся Накилон лишь чудом успел отжаться на руках и не сломал свое готовое к бою ''копье'' о твердое дно шлюпки.

-- Ну вот, как я и думала, Халон возвращается, - эльфийка, соблазнительно перегнувшись через борт, указала рукой на вход в бухту и первые корабли вернувшейся на базу эскадры.

-- С добычей идут, - присоединился к ней парень, чисто машинально на уровне рефлексов положив ладонь на оттопыренный зад подружки и с жадностью разглядывая видневшиеся за скалами мачты незнакомых кораблей.

-- А то! Зря что ли ходили! - гордо будто это она сама была участником удачного похода ответила ему Огонек и тут же погруснела. - Жалко -- я думала у нас будет еще хотя бы день. Сейчас они пришвартуются и начнется... -

-- Полчаса-час у нас точно есть, - успокоил расстроенную эльфийку Накилон и, ткнувшись ей в бок готовой к бою частью своего тела, напомнил для чего можно и нужно использовать оставшееся у них время. Рыжая не имела ничего против, с готовностью развернулась к любовнику, тут же нашла ''ножнами'' его ''меч'', а губами его губы и потянула его на дно их плавучего любовного гнезда.

Вскоре лодка вновь закачалась вопреки воле волн, а над гладью воды переплетаясь понеслись мужские и женские стоны.

Побережье острова.

То же время.

Новички.

Две традиционно красивые эльфийки в одеждах магов восхищенно разглядывали входившие в бухту корабли и делились впечатлениями:

-- Красавцы! - не скрывала чувств блондинка в предназначенном специально для класса магов кожаном доспехе. - На Земле такое не увидишь даже на слетах реконструкторов, понятно почему Вар сам здесь прописался и зазывает всех наших кого может достать. -

-- Это точно, - согласилась с подругой брюнетка, что предпочитала доспеху мантию мага, впрочем через-чур смело укороченную выше колен и где-то потерявшую широкие рукава. - Я уже полсотни знакомых здесь встретила, и судя по их словам, это не предел.-

-- Странно что он не стал организовывать свой клан только из наших, - посетовала продолжавшая разглядывать корабли блондинка. - Практически вся верхушка клана, за исключением самого Вара -- не наши, да и порядки тут сильно отличаются от ролевок. -

-- Тебе не нравится? - удивленно перевела взгляд на подругу брюнетка.

-- Да нет, - не отводя взгляда от кораблей ответила та. - Просто говорю -- странно это. Хотя этот Дримм мне понравился -- серьезный мужик и на внешность так ничего. Вроде у него никого нет? -

-- Шлюха, - прокомментировала вопрос подруги брюнетка. - Вот всегда так: как увидишь более-менее смазливого мужика при власти, так сразу пытаешься под него подлезть. Мало тебе той истории с Серегой и его ревнивой подружкой? -

-- Да он сам мне первый руку в трусы сунул, - громко возмутилась блондинка и тут же понизила голос, увидев как два проходивших мимо парня-игрока навострили уши и заоборачивались, услышав ее последние слова. - И вообще все по-честному -- мы были в равных условиях, и он предпочел меня. А на тройничек тогда в палатке она сама согласилась и гарантирую получила удовольствие! Разве я виновата, что после той ночи Серега потерял к ней интерес? -

-- И стал бегать за тобой как собачонка, - закончила предложение за подругу брюнетка и ханжески покачала головой: - А ты знаешь, что до тебя они пять лет встречались и собирались пожениться? -

-- Туфта! - рассмеялась блондинка и пояснила: - Я Серегу не так долго знала, но поняла -- фиг бы он на ком женился, кобель, даже на мне -- не я, так другая бы его увела! -

-- Но под кислоту попала именно ты! Ой! - испугалась своих слов брюнетистая эльфийка. - Извини. -

-- Да ладно, было и было, - не показала виду светловолосая, лишь легкая грустинка мелькнула в уголках глаз, мелькнула и сразу ушла. - Пошли лучше посмотрим поближе на корабли, полазим по снастям и по трюму, все-таки нам на таких же скоро ходить.-

-- Пошли, - кивнула черноволосая магиня и взвизгнула, когда воспользовавшаяся тем что она отвернулась бестыжая подруга на секунду задрала и без того короткий подол, явив миру и жадным взглядам оказавшихся поблизости парней-игроков то, что скрывалось под ним. Парни восторженно засвистели -- зрелище пришлось им по душе и кое-чему другому.

-- Заодно найдем тебе кавалера, монашка ты наша, - со смехом пояснила свои действия отбежавшая за пределы досягаемости блондинка. - Не зря же ты коленки так заголила. -

Некоторое время (несколько секунд) черноволосая пыталась дуться на лучшую подругу, но затем как всегда сдалась, рассмеялась и вместе с ней отправилась смотреть на швартовавшиеся корабли. Дальнейшая судьба закадычных подружек сложилась по-разному: одной всегда нравилось море и корабли, так что со временем капитанский мостик пришелся ей впору, а другая лучше чувствовала себя на земле и даже взяла вторым классом рейнджера. Обе подружки хорошо поспособствовали делу Вара и привлекли из реала в клан еще много бывших и ныне действующих ролевиков, а те привели еще, плюс члены их семей.

Восточная башня восстановленной фейрийской крепости, Гаваи (Курорт).

То же время.

Вэнон (Бобер), Дорн.

-- Все-таки я считаю, можно попробовать сделать динамит, - продолжал настаивать на своем Дорн. - Правила ведь прямо не запрещают, а что не запрещено, то разрешено. Заодно на Землю прибудем с уже налаженным производством. Все компоненты есть под рукой, и главное, процесс производства совсем не требует магии. -

-- Дался тебе энтот динамит, - лениво ответил ему сидевший на башенном зубце Вэнон. Он с удовольствием подставлял лицо солнцу и болтал босыми ногами в пустоте, Бобер и раньше не боялся высоты, а после Гоблинских гор и вовсе стал ее любить, по мнению некоторых друзей даже через-чур сильно. - И ты ошибаешься -- тут, я имею в виду Серединный мир, все несколько не так, и админы могут как посчитать что правила не нарушены, так и решить, что это правило еще не написано и написать..., а тебя соответственно выписать и доказывай потом, что ты не верблюд и ничего не нарушал. -

-- Но вы же делаете разные новинки, я же в мастерских Ни... тьфу, Морнэмира чего только не навидался и еще больше пока только в проектах, маги разное мудрят с заклинаниями, а Глава с этой девчушкой-некромантом такое делают, что волосы дыбом! И ничего? -

-- Ты не путай, - все также лениво, не открывая глаз отвечал ему Вэнон. - Все что мы делаем в мастерских и с магией -- в рамках существующих правил, ну или на самом краю, но за край ни-ни, а твой динамит -- чисто земная штучка, не требует редких алхимических ингредиентов, довольно прост в производстве и может изменить баланс сил во всем Серединном мире -- оно им надо? -

-- Ты прямо производство пороха описал, а ведь его делают все кому не лень, а насчет баланса сил, то хим-оружие, которое вы УЖЕ применили (цитадель Дробителей Костей) изменит его гораздо сильней. -

-- Ну ты сравнил: порох и динамит -- есть все же разница, да и сам знаешь, сколько на применение пороха наложено ограничений, потому его только в гранатах и используют, ну и воры в ловушках. Я вот слышал, один головастый ремесленник недавно пытался обойти запрет на огнестрельное оружие: сделал что-то вроде византийского ксифоса, так порох там напрямую своими газами не метал пулю, а только воспламенял горючую смесь, и уже она выталкивала огонь или снаряд -- забанили только так. Или вот, например, пневматика: на нее нет никаких запретов, казалась бы делай не хочу, но никто не делает -- все знают, это не понравится админам и знают как ''Отче наш''. Что касается грумбы (сырья для того самого хим-оружия), то тут да, рисковали мы, но с другой стороны, различных отравляющих заклинаний и отравляющих веществ, ядов, составов в Серединном мире хоть жопой жуй. Масло из грумбы -- далеко не самая сильная отрава, мы только применили ее массировано и сделали специальный механизм для распыления. Если бы гоблины были посообразительней и пошустрей, то и это бы не помогло -- перекрыли бы отраве доступ воздушными щитами и погнали на нас. -

-- Может и с динамитом проскочит? - идея производить недорогую и мощную взрывчатку засела в голове у Дорна как пуля, и он старался уцепиться за любую возможность ее реализовать.

-- Да пойми ты, - привел последний довод реально забеспокоившийся Бобер. - Серединный мир существует уже почти 3 года, в нем десятки, если не сотни миллионов игроков, неужели ты думаешь, что ты первый кому приходит идея насчет такой очевидной взрывчатки как динамит? Я вот уверен, что даже не сотый. Слышал ты о его производстве или применении? Я -- нет. Так что думай, что произошло с теми кто пытался его сделать... -

Дорн действительно задумался и непроизвольно скривился -- более опытный Бобер скорей всего был прав, а вот он, самоуверенно решив утереть нос молодежи, нет. И еще, он почему-то не подумал, что если такой зубр как тот, кого здесь знали под именем Морнэмир, и не думает про динамит, то на это есть какая-то серьезная причина.

-- Да не расстраивайся ты так! - хлопнул по плечу задумавшегося Дорна спрыгнувший с зубца Бобер. - Говорю же, на фиг не нужен этот динамит -- есть взрывчатки и по-сильнее и намного, вот будем недели через две подземелья под городом расширять сам увидишь -- алхимия рулит. А русло реки, для поворота которого тебе и понадобилась эта Шнобелевская придумка, легко изменит Русалочка -- сегодня только утром слышал как она и Глава об этом говорили. -

Цитадель клана, личные покои Главы клана.

Через 2 дня после возвращения флота.

Дримм (Красный Дракон), Альдарон (Папаша Мюллер), Халлон (Диссидент), Вар (Пьяный Тигр), Робокоп, Таурохтар, Анариэль (Внебрачная дочь Скруджа), До-Ши-Со (Карамелька).

-- Не хочу злорадствовать, но я предупреждал что так и будет, - Халлон обвел присутствующих взглядом и продолжил: - Команды на перегон за счет команд оставшихся на Курорте кораблей мы еще наскребем, а что потом, когда мы доведем эскадру до места? Может быть сможем укомплектовать абордажные партии за счет новичков и купленных заготовок, но с моряками такой фокус не пройдет -- мы это уже проходили. Как минимум, минимум, треть матросов на КАЖДОМ корабле ДОЛЖНЫ БЫТЬ опытными моряками: такелажниками, рулевыми, конопатчиками и это только для того, чтобы корабли могли нормально ходить, а ведь нам на них идти в бой. Да и с таким количеством новичков и неопытных заготовок качество абордажных команд так же упадет и сильно. Что в итоге? Неопытные экипажи, неопытные абордажники, незнакомые командам корабли -- нас ждут серьезные потери, к гадалке не ходи. -

-- Ты Диссидент, нас не пугай, особенно потерями, - опередив остальных ответно наехала на адмирала Анариэль. - Тебе итак всюду зеленый свет, ни в чем не знаешь отказа: лучшие, самые дорогие припасы -- тебе, специализированные заготовки из морских людей -- тебе, наемные неписи-моряки -- тебе. Вся секретность коту под хвост -- Папашу ели-ели все вместе уломали (Альдарон грустно усмехнулся) -- ну ладно, раз надо, так надо. Десятку грифонов и по десять магов на корабль, плюс флагманский резерв -- бери, не жалко. И при таком к тебе отношении ты нас потерями пугаешь и о каких-то предупреждениях говоришь?! -

-- Все правда, - по прежнему спокойно взглянул ей в глаза изрядно повзрослевший за свое недолгое адмиральство Халлон. - И про зеленый свет, и про все остальное тоже, но ведь и результат есть -- ни одного потерянного корабля при переходе, мало того, мы такого красавца подобрали по пути и потом, три успешно взятых каравана.

-- Да знаем мы какой ты молодец, - вмешался в разговор Робокоп, - так что не хвались -- незачем -- мы согласны. -

-- А раз согласны, то прислушайтесь! Я как адмирал заявляю: наш флот из 13 кораблей не сможет эффективно вести бой, если сперва не будут выполнены пять условий: нам нужно в два раза больше опытных моряков-неписей; в три раза больше моряков-заготовок; пополнение абордажных команд игроками до уровня как при перегоне, но одних только новичков мне совать не смейте -- часть, пусть меньшая, должны быть опытные игроки; так же и заготовки -- как минимум 2 десятка спецназа на каждом корабле и не только что купленные новички, а старички; когда придут корабли и будут собраны команды, флоту нужен будет месяц на учебу и верните Колобка в старшие над летунами. -

-- Круто! - в одобрительном ключе высказался Вар. - Молодец, банкуй на полную, морячок! -

-- Это кое-что -- с этим можно работать, - закончил мысленно загибать пальцы Дримм. - Вполне четкие пункты, хотя и шесть, а не пять, но неважно -- пойдем прямо по ним. -

-- Спецназовцев не дам! -

Прямо не получилось -- тут же нарушил порядок Таурохтар.

-- По двадцать спецназовцев на корабль это 260! А я в городе с чем останусь?! Особенно если еще и часть игроков отнимите! Город охраняй, дорогу до цитадели и глиняный карьер охраняй, разведчиков и фуражиров высылай, да и дальнюю разведку в степь выдвигать приходится. Все еще окончательно не зачищенные окрестности, бандиты из других мест тоже в любой момент могут нагрянуть, через неделю начнем подземелья под городом зачищать. И вот вы у меня отбираете четверть тысячи опытных бойцов и неизвестно сколько игроков! Не отдам! -

-- Не жидись, мотя, общее же дело делаем, - у Вара сегодня явно было хорошее настроение.

-- Пойдем по пунктам, - упрямо гнул свою линию Дримм и пока опять кто-то его не перебил раскрыл свой тезис: - Сначала давайте разберемся с тем, что мы можем сделать относительно легко и пойдем по восходящей. -

-- Вернуть Колобка, - забросил удочку Папаша, но этот, как ему казалось, проходной вопрос тут же наткнулся на сопротивление и сразу с двух сторон, одной из которых был сам Глава.

-- Я против.

-- Не согласен, - одновременно высказались Дримм и Таурохтар. Рейнджер жестом показал, что уступает Главе право говорить первым.

-- Я понимаю, тебе удобней работать с Колобком, - обращаясь к Халлону издалека начал Дримм. - У него сразу пошло, да и опыта с грифонами у него больше как и у наездников из его десятка. Но и остальным надо учиться, а если мы не только Стаса, но и его десяток сейчас отзовем, они никогда не научатся. Мы нанесем им обиду и главное, за что? За недостаток опыта? Некрасиво получается и для самооценки тех кого мы отзовем вредно. -

После Дримма высказался Таурохтар:

-- Колобок сейчас вместе с Лаирасулом ведут съемку на границе со степью и организуют систему наблюдательных пунктов. Безболезненно для дела его не отозвать, а направление-то важное -- мы же не хотим, чтобы орки неожиданно нагрянули из степи? Так что как минимум месяц его нельзя трогать. Дримм тоже прав -- не честно получится, в том числе, например, по отношению к Солнышку (Оаиэль) -- она вот давно хочет в море, но дисциплинированно ждет своей очереди.

-- Не было печали, - вздохнул Халлон, - она-то может и ждет, а вот куда я дену ее Малыша!? У меня ведь не авианосцы -- он мне любой корабль перевернет! -

-- Да ладно! - вступился за Малыша и его хозяйку Таурохтар. - После Гоблинских гор у всех грифоны неплохо подросли, а Солнышко больше не вкладывалась в размер, так что ее зверь лишь в два с небольшим раза здоровее зверя того же Колобка -- ничего он тебе не перевернет, зато и бомб, и десантников вдвое возьмет! -

Вар отпустил по этому поводу шутку, все, в том числе сам Халлон посмеялись, а затем Дримм вернул разговор в прежнее русло:

-- Ну что, все еще будешь настаивать на замене Стаса? -

-- Ладно, пусть остается, - не стал упираться рогом адмирал, в конце-концов главной претензией к старшему летуну было то, что он топит корабли -- плохое качество для пирата (добыча отправляется на дно), но может оказаться полезным в серьезной заварушке.

-- Значит один есть, - кивнул Дримм и, приглашающе взглянув на собравшихся, спросил: - Дальше? -

-- Заготовки-моряки, - раньше всех отреагировала Анариэль. - Сколько надо, столько и купим, через день-два они будут у тебя. -

-- Два, - Дримм не стал демонстративно загибать палец, но все поняли, что он имеет в виду.

-- Три,- поднял три пальца над головой Вар. - Я сегодня же соберу полтину воинов в городе (игроков) из старичков и сам их возглавлю -- временно займу место Юлы во главе абордажников. -

Предложение Вара не вызвало ни у кого возражений (Таурохтар устало закатил глаза, но промолчал), более того, Халлон был рад такой замене, хотя и предчувствовал, что Вар не ограничится ролью простого исполнителя приказов.

-- Тогда и четыре, - слегка пристукнул по столу Дримм, - насчет спецназовцев. Я думаю лучше всего будет сделать так: Халлон, ты получишь свои 260, но опытными из них будут только половина, а остальные свежекупленные новички -- поставим их в пару с опытными и те не дадут им особо напортачить; и точно по той же схеме пополним потери в городе. Мы ведь все равно собирались увеличивать количество спецназовцев, вот и давайте. -

Вскинувшийся было в возмущении Таурохтар задумался и, так ничего и не сказав, уселся на место, Халлон тоже согласился, а потом добавил:

-- С новыми заготовками из морских людей можно также поступить и вообще ввести институт напарничества по всему флоту -- пусть молодые учатся у старых. -

-- А почему бы со всеми, вообще со всеми заготовками так не сделать, - пошел дальше Альдарон.

-- Хорошая идея,- Анариэль понравилось, да и всем остальным тоже. Непонятно было только одно: почему до такой простой вещи не додумались раньше?

-- Теперь по времени, - снова взял слово Дримм. - Думаю месяц на слаживание флота не так уж и много и столько вполне можно выделить. Ни у кого нет возражений? -

-- У меня есть, - поднял руку Альдарон. - По договору с чак-чарцами через месяц мы должны выставить хоть какие-то корабли на продажу, если хоть чего-нибудь не будет, они сочтут нас пустобрехами, да и Гильдии-посредники будут недовольны -- часики тикают, не хотелось бы потерять таких клиентов, ну и репутацию тоже жалко. -

-- Будут им корабли: пять транспортов и один военный, - напомнил о своей недавно приведенной добыче адмирал. - Через месяц их и предложишь, а потом мы развернемся как следует. -

-- Тогда вопросов нет, - удовлетворенно откинулся на стуле Альдарон, а вот Робокоп наоборот поднял подзабытый всеми вопрос:

-- Насколько будем увеличивать количество грифонов на подросшем флоте? Сейчас десятка, а сколько будет? -

Некоторое время кипел жаркий спор между Халлоном и Таурохтаром с редкими репликами остальных -- спор закончил Глава, хлопнув ладонью по столу:

-- Десятка и останется -- вполне оптимальное число. Мы ведь все равно тогда в первый раз выделяли летунов с запасом. -

-- Я все же считаю, что стоит поднять их численность, - не согласился с решением Главы адмирал. - Они очень хорошо показывают себя в столкновениях с кораблями, особенно если их надо утопить, да и позволяют воздушный абордаж. -

-- Согласен, - не стал оспаривать очевидное Дримм, - Но 10 грифонов на 13 кораблей вполне достаточно, даже многовато -- не забывай, основная ударная сила это корабли, боевые корабли: стрелки, абордажники, маги на них, а грифоны -- все же вспомогательная. - Дримм поднял руку, останавливая собиравшегося возразить Халлона. - Я знаю, что ты хочешь сейчас сказать и что уже сто раз говорил: про превосходство школы морской авиации над школой ''черных сапогов'' и как американцы делали японцев в Тихом океане, но напомню тебе твои же слова: наши корабли -- не авианосцы, много грифонов все равно не смогут взять, да и нет у нас много. Так что радуйся этим десяти, а вот когда количество кораблей возрастет хотя бы до двадцати, мы снова поговорим, подумаем и решим как быть. -

-- Не десяти, а пяти, - уточнил Халлон. - Пять на той, что пойдет на встречу с Курорта, и пять на перегоняемой с Кури -- я считаю это очень мало. Дайте еще хотя бы десять, на каждую из эскадр, пусть временно, только на время перехода. -

-- Нет, - качнул головой Дримм и пояснил: - Ты ведь не будешь все время водить весь флот, тебе придется делить корабли, а значит и грифонов -- учись. Вот когда сформируем полноценную и постоянную перегонную команду, то тогда придадим ей на время перегонов десятку, но только на время перегонов, а не насовсем. Как я уже сказал, как будет двадцать кораблей с укомплектованными командами, тогда, и только тогда, мы поговорим об увеличении летунов, но не раньше. -

Халлон скорчил недовольную мину, но больше не стал возражать, а Таурохтар облегченно, но тоже раздосадованно вздохнул -- десятку грифонов у него все же отнимут, но не сейчас и не насовсем.

-- Выходит у нас остался последний пункт, - прервала наступившее было молчание Анариэль, - моряки-неписи. И тут господа-хорошие у нас настоящие сложности -- тех кто нас устраивал и кого устраивал предложенный нами двухлетний контракт, мы выгребли всех и во всех знакомых нам городах. Больше такого качества моряков нам не нанять и деньги тут не причем -- все нормальные при деле, осталась одна шваль, пускать которую на свои корабли себе дороже, а то и вовсе пиратские наводчики. Нужно осваивать новые территории, посылать экспедиции, прощупывать рынки найма, договариваться с властями, отделениями гильдий на местах, неформальными лидерами, и поскольку у нас там нет завязок, наверняка все встанет нам куда дороже чем в знакомых местах, плюс время и много. -

Некоторое время собравшиеся ''обсасывали'' сложный вопрос, выдвигали разные не очень удачные предложения и идеи, но после недолго обсуждения обычно сами же и предложившие снимали их с повестки дня -- последний, он же самый сложный вопрос стал настоящим камнем преткновения.

-- А ты что думаешь? - Альдарон толкнул в бок молчаливую, глубоко ушедшую в себя Карамельку. Дроу как-то потерянно огляделась по сторонам и спросила:

-- О чем? -

-- О найме моряков-неписей, - и Альдарон под осуждающими и в то же время понимающими взглядами остальных участников совещания вкратце обрисовал ей ситуацию.

-- Не поняла в чем проблема? - недоуменно спросила дроу. - У нас ведь серьезная завязка с сильнейшей гильдией, которая связана с сообществами моряков по всему Серединному миру (Контрабандисты). Они заинтересованы в нашей сделке и в проценте, что будет капать им с каждого проданного и купленного корабля, и если мы захотим через них нанять моряков, то им это как бальзам на душу -- значит у нас все хорошо и нам не хватает экипажей для захваченных кораблей. Моряков они найдут легко, быстро и в любом требуемом количестве, конечно, напихают соглядатаев, но ничего -- думаю среди наших уже навалом их шпионов. -

В ответ на вопросительный взгляд Дримма Альдарон согласно кивнул головой.

-- Единственная проблема -- быстро доставить их сюда: тут либо Дримму светиться с его порталами, либо раскошелиться на гильдейские (Гильдии Магов). -

Халлон слушал речь дроу как оперу, Дримм и Вар улыбались, Анариэль морщилась при упоминании возможных лишних трат, а Таурохтар до сих пор тихо радовался тому, что у него пока не отнимают часть воздушных сил.

-- Что, просто обратиться к Гильдии: не можете ли вы поспособствовать нам с моряками? - со скепсисом в голосе спросил Робокоп.

-- Зачем так прямо? - удивилась дроу. - Если Глава обеспечит портал, сегодня же я буду в Кю-зи, мой приятель из гильдии должен все еще быть там, через него и решу. -

-- Талант -- несомненный талант, - не особо прислушиваясь к тому что было дальше, думал про себя Альдарон, - В Конторе, да после правильного обучения, ей цены бы не было, хотя скорей всего сломали бы раньше чем дали раскрыться на полную. -

-- Значит все решено, - подвел итог Дримм. - Еще один вопрос: если Халлон отправится готовить вторую эскадру к переходу, кто отведет проданные корабли к месту встречи и где для этого дела мы найдем экипажи? -

-- Предлагаю Таурэтари, - сходу выдал кандидатуру Халлон. - Будет ей последний экзамен. Справится -- можно допускать до самостоятельного перехода через Пьяное Море до Курорта. А экипажи по-минимуму, половину вообще рабочих-универсалов с Курорта -- им все равно пока нечего делать. И не надо на меня глазами сверкать (Робокопу) -- нечего им пока делать, а так будут не бездельничать, а пользу приносить.-

-- Ну и как ты их обратно собрался возвращать, грабитель? - попытался уесть адмирала ''ограбленный'' Робокоп. - Корабли-то тю-тю? -

-- Теми же гильдейскими порталами (теперь глазами сверкала Анариэль -- дорого), или если Дримм освободиться от того важного дела, ради которого он забрал у меня лучшего абордажника ( Халлон не смог удержаться от шпильки), то он их и перебросит порталом. -

-- Согласен, - кивнул Глава и напоследок обратился к недовольному Робокопу: - Еще раз все проверьте на купленных кораблях -- не хотелось бы ударить в грязь лицом перед покупателями. -

Кровно заинтересованный Робокоп кивнул, и на этом совещание закончилось. Все разошлись по определенным делам: Халлон на Кури, Вар, Таурохтар и Альдарон в город Ожившей Бабочки, Дримм и Карамелька недолгоживущим порталом в Кю-зи, Робокоп на Гаваи еще раз проверить проданные корабли, а Анариэль в цитадель собирать приличный эскорт для поездки за большими покупками в Игровой квартал Узла.

Глава 12

''Бегун'' -- флагман второй эскадры клана.

Сутки спустя после того, как вторая эскадра миновала пещеры троглодитов.

Халлон.

-- Прямо наваждение какое-то, - как-то недоуменно думал Халлон, стоя на мостике флагманского корабля. - Все идет подозрительно гладко, гораздо лучше чем в первый раз, по пещерам безглазых (троглодитов) прошли как по парку, несколько десятков прилетевших из темноты дротиков не в счет -- мелочи, а у меня мандраж как в битве и не отпускает ''собака'' ни на секунду. Почему?! Сам не могу себе объяснить. -

Адмирал действительно не понимал -- почему? Почему он в постоянном напряжении, не может нормально спать и есть и как-будто все время чего-то ждет? Чего? На этот заданный самому себе вопрос он так и не мог дать ответ. Все, буквально все шло как по маслу: подготовлены к переходу корабли, закуплены заготовки, наняты неписи-моряки, и вот само путешествие -- ни штормов, ни чудовищ, ни даже акул-падальщиц как в прошлый раз. Пещеры троглодитов встретили их гулкой и темной пустотой, и лишь редкие дротики не давали вахтенным заснуть, но это полная ерунда для тех, кто помнил какая бойня творилась в этих пещерах в прошлый раз. Все время пока эскадра шла по тоннелям адмирал ждал подвоха, и чем дольше его не было, тем сильнее он его ждал, но нет, троглодиты не оправдали его ожиданий, и так и не вступившие в настоящий бой корабли второй эскадры выскользнули в Великий Южный океан, а адмирал испытал несвойственное ему чувство разочарования, жалея что так ожидаемая им драка так и не состоялась. Почему-то разочарование оказалось настолько велико, что он полностью потерял над собой контроль (благо потерял в своей каюте, а не у всех на виду) и тем же вечером устроил разгром: ругался матом на двадцати известных ему языках, ломал мебель, бил посуду как истеричная баба и вдобавок едва не трахнул служанку-заготовку, помешало ему только то, что он к тому времени уже был вдрызг пьян. Утром ему было стыдно за свое не сдержанное поведение, и он не мог поднять глаза на лечившую его с помощью магии слугу, но нет худа без добра -- вызванный зверской дозой алкоголя сон несколько привел его в чувство и сбросил изрядную часть накопившегося напряжения, хотя сама причина, какой бы она ни была, никуда не делась.

Палуба неожиданно ударила его по ногам, и адмирал еле устоял -- корабль зарыскал на курсе, а матросы начали рвать нервы (тросы), загудел боцманский рожок, и на горы (мачты) по жилам (вантам) побежали гибкие фигуры.

Халлон мысленно потянулся к своему очередному творению и приструнил слишком самостоятельный ветер, но помогать капитану корабля не стал -- пусть учится. Вскоре флагман вернулся на прежний курс, а адмирал к своим мыслям.

-- Все-таки как разогнались на Кури, - со сложным чувством думал адмирал. С одной стороны, это хорошо -- богатый выбор кораблей. И не просто кораблей, а что немаловажно качественно восстановленных кораблей -- опыт работников верфи растет с каждым восстановленным корпусом (и всем остальным). Но вот с другой -- столь бешеный темп породил целую кучу проблем, главной из которых стало отсутствие экипажей для такого количества кораблей. Последний раз проблему решали всем миром и едва сумели решить, изыскивая ресурсы и людей (заготовок, неписей и игроков), а что будет дальше, когда кораблей станет не 13, а скажем 17, 25, 30? Адмирал предчувствовал: до бесконечности так не сможет продолжаться -- как только флот начнет слишком сильно тянуть ресурсы из главного детища Драконов (строившегося города), ему тут же надают по рукам, по ушам и по яйцам и при всем при том будут правы.

Единственным по его мнению выходом было бы приостановить рост как на дрожжах прибавлявшего флота, дождаться когда заготовки-матросы наберутся опыта и нужда в наемных неписях отпадет, также наберутся опыта и игроки, капитаны и их помощники, из них отсеются те, кому не по душе морские просторы и палубы кораблей, а останутся только такие как он энтузиасты, ну и конечно брать как можно больше добычи, постоянно доказывая клану, что флот приносит реальный доход, а не просто отвлекает на себя драгоценные время и силы. Вот когда все это произойдет, тогда и можно подумать об увеличении флота, а пока что каждый раз аврал и с каждой группой вводимых в строй кораблей будет все хуже.

-- Что же делать с верфью на Кури? - Халлону не хотелось останавливать запущенный конвейер и сбивать четкий ритм. - Остановить работы на время -- не выход -- все разбегутся по своим делам и другим проектам, спецы-корабелы уедут, опытных универсалов с верфи заберут в город, налаженные поставки материалов свернут, а когда через полгода-год все нужно будет запускать опять, то попробуй запусти, не говоря уж о том, что не будет нынешнего душевного подъема, да и такая команда может не сложиться во второй раз. Что же делать? Как не допустить остановки верфи, не нарушить налаженный процесс, не разогнать людей? Просто стоять готовым кораблям -- тоже не дело. Ясно что они могут постоять, тем более лежали тысячи лет на дне, но на них все равно придется тратить силы, следить, охранять, делать текущий ремонт, да и неправильно это по отношению к самим кораблям -- корабль должен ходить по морям. -

Неожиданная мысль пришла ему в голову, и Халлон некоторое время гнал ее от себя -- мысль ему не нравилась, и он хотел бы ее забыть. Не получалось и адмирал возвращался к ней вновь и вновь:

-- Жалко, очень жалко будет продавать отличные староэльфийские корабли, но по-видимому это самый оптимальный вариант: так и верфь не остановится, и мы сможем выгодно для себя пристроить избыток, благо есть покупатель, и Анариэль не будет все время стонать, что верфи высасывают деньги из клана. Неприятно, но наверное это самый лучший вариант, только нужно посоветоваться с Робокопом насчет поднимаемых кораблей: те что похуже -- на продажу, а те что получше -- нам. -

Адмирал еще некоторое время рассматривал идею с разных сторон, ища в ней слабые места -- не нашел и со вздохом отложил ее до того момента, как эскадра прибудет на Курорт, и он сможет предложить ее руководству клана.

Размышления о том, что он сам наступает на горло собственной песне, ну или собирается наступить, несколько поблекли, а потом и вовсе ушли, когда взгляд адмирала упал на абсолютно счастливое лицо Крокодила. Новоиспеченный капитан пребывал на седьмом небе и носился по своему кораблю как заведенный волчок, то пропадая в брюхе (трюм), то взбираясь на самый небокол (топ). По мнению Халлона -- совершенно излишняя и даже вредная для должности капитана суета, но он ему не мешал -- со временем Крокодил сам все поймет и найдет оптимальный вариант управления своим кораблем. Если честно, он даже немного завидовал просто сияющему игроку -- сам адмирал не смог в полной мере насладиться капитанской должностью, а также романтикой и радостью управления столь прекрасным творением как парусный корабль и сразу же утонул, буквально нырнул с головой в пучину адмиральских и хозяйственных дел и до сих пор не мог оттуда вынырнуть, погружаясь все сильней.

-- Удачно получилось, - глядя на ловко лезущего по жилам (вантам) Крокодила подумал адмирал. - Я все же молодец! Сам себя не похвалишь, никто не похвалит! Чуть не сломал мозг, но сумел найти капитанов для всех кораблей и заодно замену старшим помощникам. Вот хотя бы тот же Гена (Крокодил): сколько восторга было в его глазах, когда я предложил ему должность капитана -- не передать. Или тот же Ниэллон: после посаженного на риф корабля он и не рассчитывал даже на должность помощника, а тут собственный корабль -- счастья полные штаны. Эти двое будут рвать жопу, чтобы доказать что выбор пал на них не зря, и если за Ниэллона я более менее спокоен -- он способный, просто не повезло, то за Геной нужно присмотреть. Что я впрочем и делаю -- не зря же его корабль стал флагманом. А вот моего ''Борова'' пришлось отдать -- совмещать должность адмирала и капитана корабля уже не получится, к счастью удалось отдать в хорошие руки. Конечно пришлось в очередной раз схлестнуться с Робокопом, но Лейтенант того стоит -- отличный получился капитан, да и самого Лейтенанта не пришлось долго уговаривать -- он уже наигрался в ремонтника и сам рвался на мостик. -

Адмирал не обидел и своего первого помощника -- Тралл получил бывший корабль Чумы и был весьма им доволен. Сейчас возглавляемая им первая эскадра спешила на встречу перегоняемой Халлоном, и не сегодня так завтра эта встреча должна была произойти. Потеряться эскадрам не дадут парящие в небе грифоны, да и магическую связь тоже никто не отменял.

Небрежно гулявший по палубе взгляд адмирала зацепился за красивую светловолосую эльфийку-игрока. Блондинка о чем-то говорила с Крокодилом: на первый взгляд все чинно и невинно -- капитан отдает приказ второму помощнику, но это только на первый -- Халлон же не слепой и давно заметил и понял, что недавно пришедшую в клан магичку и давно знакомого ему соклановца связывает нечто большее чем служебные отношения. Еще до амура с Крокодилом ветреная красавица нацелилась на рыбку по крупней, и Халлону вынужден был с ней серьезно объясниться -- в общем-то ему понравилось, что девушка все поняла с первого раза и им не пришлось больше об этом говорить.

-- Действительно как же много у нас на флоте развелось бабья, - в очередной раз удивленно покачал головой не раз и не два обдумывавший женский вопрос адмирал. - А куда деться? Попробуй их не пусти -- закопают! Да и если не предвзято подумать, почему их нужно не пускать? Та же Тауратари, которая в этот самый момент ведет ''купцов'' на продажу -- отличный капитан. Да и новенькая блондинка хоть и немного слабовата на передок, но выполняет все обязанности помощника на удивление хорошо и не требует себе никаких поблажек. -

Раз уж в мыслях у адмирала сейчас царил женский пол, он не мог не вспомнить отсутствующую в данный момент Юлу -- Вар это конечно хорошо -- опытный, умелый командир и сильный воин, но с Юлой у них было полное взаимопонимание, и в старших абордажниках Халлон желал бы иметь все-таки ее.

И в тот же момент как Халлон вспомнил о Юле, его раскаленной иглой пронзила внезапная догадка -- он наконец-то понял, что же мучает его все это время и постоянно держит в напряжении -- Русалочка! Именно Русалочка, вернее ее отсутствие являлось причиной его мандража: ему как воздуха не хватало ее смеха, голоса, взгляда ее всегда веселых глаз, в конце концов, запаха и тепла ее тела рядом с его. Не хватало так, что как только он вспомнил о ней, то едва не взвыл как волк по весне и до хруста дерева и побелевших пальцев вцепился в поручень ограждения.

-- Неужели я настолько ее люблю?! - сам себе задал вопрос никогда не задумывавшийся об этом Халлон и с ужасом, но и восторгом тоже понял: -Да! Да черт возьми!!! - Он любит, он хочет, он не замечает никого кроме нее! И каждый день врозь причиняет ему почти физическую боль. Именно его чувства помешали ему вчера со служанкой, а вовсе не алкоголь.

И сразу же его отпустило, а с души свалился камень размером с Эверест: Халон успокоился и будто обмяк, а на губах прикрывшего глаза адмирала засияла улыбка искреннего счастья.

-- .... на ..... в .... иди .... к ..... еще ..... сын ..... гору (мачту) тебе в жопу! - густой не повторяющийся мат мордоворота (боцмана) разрушил очарование момента, и адмирал вернулся к прозе жизни -- возникший было перед его закрытыми глазами образ любимой растаял как дым.

В общем-то боцман матерился не зря, и Халлону пришлось разбираться с вызвавшей столь бурную и нецензурную реакцию проблемой. Да, именно Халлону, а не капитану корабля -- Крокодил опять пропадал в брюхе (трюме) и вылез оттуда когда проблема была уже решена. Короткая слышимая только им двоим выволочка и о чудо (!) капитан флагмана перестал скакать с места на место подобно юнге-мальчишке и будто прирос к голове (мостику), ну а Халлон отправился к себе: отдохнуть, пообедать и поработать с бумагами.

Уже сидя за столом в своей каюте он вспомнил Русалочку: ее смех за завтраком, их вечерние разговоры и кое-что еще, что обычно бывало после них. На мгновение ему показалось, что любимая стоит у него за спиной, но нет, за спиной у него стояла готова услужить во всем Дафна (служанка-заготовка), имя которой придумала все та же Русалочка.

Халлон несколько смущенно посмотрел на нее, он смутно помнил как вчера, после того как разнес кабинет, распахнул на ней рубашку и страстно целовал ее грудь и живот, а потом увлек покорную заготовку к постели, но не довел, вернее сам дошел, упал на кровать и заснул прямо в одежде мертвым пьяным сном. Халлон хотел ей что-то сказать, но не нашел слов, лишь мельком прикоснулся губами к тыльной стороне ладони девушки-заготовки и отправился работать в кабинет.

Работа с бумагами почему-то не шла, а староиспанский надоел хуже горькой редьки, и неспособный сегодня сосредоточиться адмирал неожиданно вспомнил о тех, кого он хотел бы видеть на кораблях своей эскадры, хотя и совершенно по другим мотивам чем не отпускавшую его мысли Русалочку. Халлон знал кто такие, верней кем являлись в реале трое посетивших эскадру перед самым выходом игроков-новичков -- капитаны, настоящие капитаны настоящих кораблей, всю жизнь отдавшие флоту и более чем кто-либо еще, включая его самого, достойные стоять на мостиках кораблей. И пусть пока что они были всего лишь не прошедшими курс новичками, Халлон невольно робел перед теми кто скрывался под игровыми аватарами. Еще большую пикантность ситуации придавало то, что и дедки-капитаны в личинах молодых эльфов по вбитой многими десятилетиями привычке к субординации тянулись перед старшим по званию. А кто был старшим по званию, кого все называли адмиралом и кто возглавлял флот? Он, Халлон по прозвищу Диссидент, салага и недоучка.

-- Хватит! - Халлон едва не выкрикнул это вслух. Приступ самоуничижения и неуверенности прошел, и на смену ему пришла злость, нет, не на ни в чем не виноватых старых земных моряков, на себя. - Я помогал создавать флот! Я лично отбирал каждого капитана! Я водил эскадру в бой! И пусть все что происходило, происходило в виртуале -- здесь я действительно адмирал, и никто не сможет у меня этого отнять! -

Яростная вспышка заставила его вскочить и сжать кулаки. Некоторое время Халлон стоял и буравил взглядом стену, а затем все же бухнулся на стул и разжал до кровавых отметин на ладонях сжатые кулаки. ''Псих'' постепенно уходил, и через минуту он и сам не понимал, почему так завелся.

Некоторое время спустя адмирал достал из секретера стола небольшой зеленый флакон, отвернул пробку и набулькал в нее прозрачной жидкости, замахнул, сморщился и... навернув пробку обратно убрал бутылку в секретер. Нервы постепенно приходили в порядок, и Халлон уже без особых эмоций мог вспоминать новичков-игроков с большим морским прошлым в реале. В общем-то и вспоминать-то особо нечего -- новички полазили по готовящимся к отходу кораблям, позадавали вопросов и, позыркав вокруг восторженно-жадными глазами, свалили обратно в цитадель -- их ждала учеба и форсированный кач, а Халлона и эскадру -- поход.

Тогда же случилась и еще одна встреча, вернее запавший адмиралу в душу разговор:

*

-- Здорово, ''Нельсон'', - поприветствовал стоявшего на пирсе адмирала Мулкорх.

-- Здорово, Ватсон, - пожал протянутую ладонь Халлон и пошутил: - Но я бы предпочел ''Ушаков, Федор Ушаков''. -

-- Ага, - усмехнулся Мулкорх, - а вместо водки с мартини, взболтать, но не смешивать, пиво с прицепом. -

-- Если пиво хорошее, то согласен, - не стал привередничать Халлон и закончив шутить кивнул на построенных спецназовцев у рейнджера за спиной: - Это все, как договаривались? -

-- Ну да, - обернулся к своим молчаливым подопечным Мулкорх. - Половина старички, половина новички, распределены по парам. Та часть, что будет служить на старых кораблях, уже на Курорте, а эти твои. -

-- Хорошо! - сопровождаемый Мулкорхом адмирал прошелся вдоль грозного доспешного строя эльфов-здоровяков и остался доволен увиденным. - Хорошо! - повторил Халлон и коротким свистом подозвал вестового.

Вскоре на пристани началась суета: подбежавшие игроки из экипажей распределяли спецназовцев по кораблям, ну а начальство в лице Мулкорха и адмирала отошло в сторонку и, присев на причальные тумбы, завело неторопливый разговор: Мулкорх делился новостями из города, а Халлон просвещал его о морском житье-бытье. Через некоторое время к ним присоединился еще один собеседник -- воин-новичок, подчиненный Муллокорха.

-- Вот, знакомься, - Мулкорх хлопнул подошедшего эльфа по плечу. - Элеммакил, прозвищем он еще не обзавелся, но парень способный, так что не сомневаюсь, все впереди. -

Халлону не очень был знаком этот конкретный новичок -- он только знал что его как и недавно ушедших капитанов привел в клан Альдарон, еще кажется он бывший военный, ну и пожалуй это все, что он знал про него.

-- Халлон, - не чинясь первым протянул руку адмирал.

-- Очень рад, Элеммакил, - крепко пожал протянутую руку новичок.

-- Падай, - Мулкорх кивнул на стоявшую рядом с тумбой бочку и вернулся к прерванному разговору с адмиралом: - Значит все же думаешь сплавать на тот остров и аж сразу всем флотом?-

-- Сходить, - машинально поправил его адмирал. - Хорошая получится тренировка: потренируемся держать ордер, перестраиваться на ходу, отработаем высадку на берег, а если по пути попадутся южные дикари или купцы, то и морской бой с абордажем. С одной стороны -- вполне себе серьезный поход, а с другой -- ничего особо опасного быть не должно. Думаю добычу тоже серьезную возьмем -- как-никак целый заброшенный город, наших (игроков) там еще не было, разве что неписи -- в общем снимем пенки. Заодно новички подкачаются на местных мобах, спецназовцы и абордажники наберутся опыта, может приведем нескольких ''купцов'' на продажу. -

-- Неплохо, - покивал уловивший суть Мулкорх. - Решил сразу пяток зайцев одним выстрелом убить -- бог тебе в помощь или как в здешних краях говорят: ''чтоб тебя Даготер в макушку чмокнул''. -

-- Кхм, - слегка кашлянул в кулак Элеммакил.

-- Да, - тут же ''вспомнил'' нужное Мулкорх. - возьми парня с собой. Не сейчас, а как пойдешь на остров за добычей. Я бы и сам хотел, но столько дел в городе, а он недавно отличился с бандитами и вместо отпуска попросился в море. -

-- А почему не хочешь на постоянной основе? - напрямую спросил у воина адмирал. - У нас сильный некомплект, в том числе младшего и среднего командного состава, так что если у тебя есть тяга к морю, то добро пожаловать хоть в абордажники, хоть в команду. -

-- Ээ-ээ! Не сманивай мне тут! - тут же взвился Муллкорх. - Ты итак кучу способного народа к себе забрал, а теперь последнее отнять хочешь! Говорю только на время отпуска -- не больше, тьфу(!), не дольше. -

-- Спасибо, - поблагодарил за лестное предложение Элеммакил. - Но я все же больше привык землицу топтать. Просто хочу посмотреть на море с палубы парусных кораблей -- незабываемое наверно зрелище, подняться на мобах, поучиться как работать в заброшенных городах -- в общем набраться опыта, если вы не против. Да и в десантах, правда не с парусников, я кое-что понимаю -- приходилось, может полезное что подскажу. -

-- Подскажет-подскажет, - немного успокоился и опять присел на тумбу Мулкор. - Возьми не пожалеешь -- говорю, он парень хваткий и с понятием -- сам убедился. И мыслей у него в голове богато и не пустопорожний треп как у многих, а такие вещи, о которых и не подумаешь -- прям Суворов и Сунь..., - Мулкорх запнулся, вспоминая полное имя знаменитого китайского генерала, но как на грех так и не вспомнил, - в общем тот китайский хрен, что написал ''Искусство войны''. Помнишь мы после твоего возвращения в ''столовке'' хорошо посидели и пофантазировали, как будут складываться наши отношения с аборигенами в прошлом и как нам лучше всего себя вести? -

-- Было, - вспомнил довольно таки бурно-пьяное и напряженное обсуждение Халлон.

-- Так вот, будь там этот пацанчик, то он бы не оставил от наших бухих мечтаний камня на камне -- глубоко копает, очень глубоко. Мы с ним совсем недавно на эту тему балакали, и я понял -- все что мы там себе напридумывали, про то как будет в прошлом, не более чем неумелый юношеский онанизм под детские розовые сопельки. -

-- О-как! - заинтересовался Халлон. Услышать такое от довольно циничного Ватсона дорогого стоило, и адмирал уже с настоящим интересом посмотрел на спокойного и уверенного в себе новичка. - А поподробней? -

-- Давай зажги! Особенно про выбор места ''десантирования''! - напутствовал подчиненного Мулкорх и, поудобней устроившись на тумбе, приготовился слушать, ну а произведший на него столь сильное впечатление протеже задумался и будто подстегивая мысль взъерошил волосы на затылке.

-- Давайте сначала отбросим то, что мы не можем просчитать даже приблизительно и на что никак не можем повлиять, - с интонациями опытного лектора начал новичок и тут же пояснил, что он имел ввиду: - Магия -- мы до сих пор толком не знаем, как она будет действовать в прошлом Земли и будет ли действовать вообще. Насколько мне известно, в реальности возникли какие-то сложности с магическими вещами, какие не знаю, но как и вы надеюсь узнать. Поэтому давайте, пока ситуация не прояснится, сделаем небольшое допущение и сразу исключим магию из уравнения. Условимся о том, даже если она и будет как-то действовать, то не окажет на ход событий какого-либо определяющего воздействия. Если же со временем окажется что это не так, то это совсем другой разговор. -

-- Согласен, - не стал возражать против допущения Халлон, тем более вопрос действительно был открыт и постоянно вызывал жаркие споры среди посвященных. Как маг, и сильный маг, он хотел бы использовать магию в прошлом, но то что он (и не только он) хотел, не значит что так и будет -- своеобразная проверка на прочность всего их плана, ЕСЛИ у них не будет магии и в этом отношении они сравняются с жителями Земли.

-- Тогда давайте отбросим и грифонов. -

-- С чего бы это? - нахмурился Халлон.

-- Физические законы Земли не допускают полет таких существ,- развел руками Элеммакил. - Так что грифоны проходят по разряду магии -- может будет, может не будет, может смогут летать, а может нет, и то, и другое неизвестно. -

-- Ну ладно, допустим, - неохотно согласился Халлон. Терять грифонов не хотелось, но новичок был прав.

-- Теперь отбросим варианты, при которых перенос не удался или удался, но мы его не пережили. -

-- Тоже согласен, - и вновь не стал спорить Халлон. Вполне реальный вариант и волноваться по этому поводу только зря накручивать себя -- тут уж как распорядится судьба и яйцеголовый умник изобретатель машины времени. Халлон тут же устыдился своих мыслей об Эленандаре -- Созерцатель показал себя хорошим бойцом, способным не только дрессировать тараканов в своей голове, и в конце концов он отправится вместе с ними, и их неудача это его неудача и гибель Земли.

-- Значит моделируем, - между тем продолжал новичок. - Мы перенеслись, сохранили разум, способность к активным действиям и все или хотя бы часть накопленных за время жизни в вирт-мире материальных ресурсов, перенесенные с нами заготовки и неписи не взбунтовались и остались нам верны. -

На Халлона как будто вылили ушат ледяной воды: бунт оказавшихся в реальном мире заготовок -- страшная как самый жуткий ночной кошмар вероятность, но и сбрасывать ее со счетов ни в коем случае нельзя.

-- Нам неизвестно насколько сохранят свои возможности наши тела, - внимательно глянул на слушателей Элеммакил, - так что опять сделаем допущение и предположим, что большую часть возможностей они сохранят, ну или по крайней мере не будут так уж сильно уступать местным. Если игроки и заготовки сохранят все свои кондиции в нынешнем объеме, это так же как с магией совсем другой разговор, ну а если мы будем сильно слабее, нас просто вырежут и все -- на Земле появится страшная легенда о проклятом месте и нелюдях, а через 300-400 лет прилетят метеориты.-

-- Да если мы все что можем сохраним, то и без всякой магии всех уроем! - не утерпев прокомментировал предпоследний тезис Мулкорх. - Даже один воин, я имею в виду класс, уровня так за 100 это смерть всему живому. А если сотня таких или тысяча? Ни одной земной армии не устоять, даже с тогдашним говенным огнестрелом, особенно с тогдашним. -

-- Ну я бы не был столь оптимистичен, - Элеммакил немного притормозил аж раздувшегося от превосходства Мулкорха, но все же признал: - но в целом -- да: если не переть дуриком прямо под пушечную картечь, под залповую стрельбу или не драться при соотношении 10/1 , то мы, то есть нелюди-творения вирт-мира, действительно будем побеждать практически всегда. Хотя честно сказать тут у меня тоже есть некоторые сомнения, но как я уже говорил, это совсем другой разговор.-

Элеммакил не усидев на месте встал, сделал пару шагов к краю причала, вернулся и, повернувшись в сторону воды, полуприкрыл глаза:

-- Итак, давайте несколько усредним и суммируем: установка сработала, и мы удачно перенеслись в прошлое; в какой-то незначительной степени сохранили магию, частично физические возможности своих тел и большую часть собранных ресурсов; заготовки не взбунтовались и пережили перенос; эффекты переноса не превратили нас в пускающих пузыри идиотов или опасных для себя и друг друга психопатов. Вот наша окончательная модель, не совершенная из -за отсутствия достоверных данных, со множеством допущений по той же причине, но пока давайте остановимся на ней. Нет возражений? -

-- Да нет наверное, - Халлон быстро попробовал найти в рассуждениях логические нестыковки и не смог, а уже опытный Мулкорх даже не стал пытаться искать.

-- Значит у нас есть три точки, в которые мы можем поместить данную модель: Северная Америка, точнее тихоокеанское побережье, начало-середина 17-ого века; Австралия того же времени и Сибирь в окрестностях Иркутска, конец 15-ого начало 16-ого веков. Насколько я в курсе именно вокруг этих трех вариантов идет основная дискуссия, остальные уже отброшены? - Втянувшиеся Халлон и Мулкорх подтвердили правоту Элеммакила кивками. - Чудесно! - Элеммакил как-то разом успокоился, перестал ходить и уселся на бочку. - Начнем по порядку -- Северная Америка 17-й век побережье Тихого океана. На первый взгляд все логично -- благодатные места, прекрасный климат, под боком полный рыбы океан, идеальная для земледелия почва, много разного интересного в земле. Людей мало, в основном редкие племена индейцев-охотников-собирателей вроде кочими, шошонов и юта, но есть и земледельцы паюте и охотники на морского зверя селиши, нутка, хайда, олони, смотря какое место мы выберем -- тихоокеанское побережье оно большое, но все-таки надеюсь, что нас не забросит к тлинкитам -- холодновато. Насколько мне известно, европейцы тоже уже есть, немного, но есть. Несмотря на то что основные испанские поселения на Тихоокеанском побережье будут основаны только в 18-ом веке, некоторые источники утверждают, что уже в 17-ом, а то и в 16-ом веке там имелись временные поселения частных лиц, торговые посты, а то и полноценные миссии, позже оставленные по разным причинам -- болезни, индейцы, внутренние распри и всякое прочее. Например, кое-какие историки в США и Испании утверждают, что основанный в 1769 году Сан Франциско возник далеко не на пустом месте, а на основе уже существовавшего поселения, основанного иезуитами и просто-напросто приведенного под власть испанской короны после роспуска их ордена в 1768. Я ничего не утверждаю -- пою с чужих слов, но как минимум даты совпадают... И знаете, в это вполне можно поверить, если вспомнить испанцев, да и иезуитов тех времен -- на обоих континентах миссии и города росли как грибы после дождя, пускай многие из них существовали всего несколько лет. Так что вполне вероятно, испанцы там уже не чужаки -- знают места, знают людей, мы в общих чертах знаем первое и не знаем второго. Разумеется обнаружат нас практически сразу -- целый город с немалой освоенной территорией вокруг него -- не иголка в стогу. Первый очаг напряженности и угроза -- индейцы. Некоторую роль сыграет в начало или в середину 17-ого века мы попадем, но не такую уж и большую -- в любом случае почти у всех жителей побережья век, даже больше, контактов с европейцами или как минимум торговли с сородичами, которые имели такие контакты. Не все, но значительная часть индейцев уже не боятся лошадей и огнестрельного оружия, знают что такое железо, в начале века меньше, в середине больше. Если кто не знает, именно с середины 17-ого века начался активный процесс массового освоения индейцами лошадей -- многие племена освоили их за считанные десятки лет и освоили хорошо, вплоть до выведения собственных пород. Лошади невероятно быстро перекроили культуру, быт, менталитет десятков племен, превратив относительно мирных земледельцев-собирателей в жутко воинственных конных охотников, плюс хоть и не систематические, но довольно частые вливания покупного и трофейного огнестрельного оружия только подстегивали быстро разогнавшуюся лавину изменений. А земледельцы и конные охотники на бизонов -- две большие разницы, и последние -- не самые лучшие соседи. Так что вполне может статься, что в середине века нас атакуют верхом, чем ближе к югу, то есть к Мексике, тем вероятность больше, чем дальше на север -- меньше. -

-- А не рановато? - засомневался Мулкорх. - Да и насколько я помню, все это больше относится к индейцам Великих равнин? -

-- До которых рукой подать. Напоминаю, к середине 18-ого века об индейцах УЖЕ говорят как об умелых конных воинах, ну а в 17 веке их может быть не так много и не такие умелые, но вполне могут быть. Конечно если мы появимся в начале века (17-ого), то можем попытаться приостановить вредный для нас и в перспективе губительный для самих индейцев процесс. Получится ли у нас? Совершенно неизвестно, но в любом случае, как бы мы не старались ВСЮ массу племен нам не охватить, даже в районе тихоокеанского побережья не получится, я уж не говорю про ВЕСЬ континент. Да, кстати, у нас не будет такой форы как у испанцев в свое время -- нас не провозгласят богами и не удивятся нашему внешнему виду -- те же испанцы сделали местным обитателям хорошую прививку от такой глупости. Так что: появились странные чужаки, у них хорошее оружие и много вещей, они сильные воины -- ну и что? У местных все это уже было, только у новых чужаков длинные уши, а не растет мех на роже -- вот и все отличие. С индейцами нам придется постоянно воевать, потом мириться и опять воевать с отдельными семьями, воинскими сообществами, племенами или союзами племен: постоянно отражать набеги, ходить в карательные походы, строить крепости и держать много сил на границе наших владений. Суммируя: если мы захотим всего этого избежать, то либо очень долго цацкаться с ними, постепенно вовлекая их в орбиту нашего влияния; либо сначала победить, а потом интегрировать в свое общество -- и то и другое нелегко и отвлечет множество времени, сил и ресурсов; либо вырезать целые племена, как в общем-то позже и поступали с ними белые американцы. Разбить, тем самым преподать урок, или прогнать подальше -- не сработает. Во-первых будут мстить. Во-вторых -- менталитет: вырастет новое поколение, и все пойдет по-новой, за исключением того что справиться с ними будет уже сложней. В-третьих, место разбитых тут же займут другие племена, и разумеется они тоже попробуют нас на зубок. Если из жалости или каких-либо других соображений ограничимся полумерами, то получим и первое, и второе, и третье -- все вместе, все сразу. Если выпадет Северная Америка, то стратегию в отношении индейцев нужно принимать с самого начала и упрямо придерживаться ее до самого конца, не менять и не вилять. Впрочем такая стратегия в отношении местных понадобится как в Австралии, так и в Сибири. Второй очаг напряженности -- испанцы, в основном даже не из мелких и временных поселений, про которые толком даже неизвестно были они или нет, а из Мексики, где потомков конкистадоров ну просто завались, как впрочем и в Центральной, и Южной Америках. Кроме них к тому времени в Новый Свет свалило за лучшей жизнью пол-Испании, по писанным свидетельствам современников в некоторых местах на Пиринеях было как после чумы -- так что разного шустрого народу в колониях хватает. Еще свежи воспоминания о падении империй инков и ацтеков и тех богатствах, что награбили Кортес и Писсаро, а любое не европейское государство воспринимается как законная добыча, тем более государство нелюдей. Церковь, точнее инквизиция, подключится моментально: ''Вперед за веру! Бей прислужников нечистого! Только не забудьте отдать церкви ее долю!''. Официальные власти тоже захотят не отстать и урвать свое. Как воины испанцы, особенно в то время, хороши и лучшие из них в Новом Свете: все еще прекрасная пехота, не самая плохая кавалерия, много искусных фехтовальщиков, доспехи, тяжелые мушкеты, пушки. Есть частные армии богатых конкистадоров: отлично вооруженные и обученные, умелые в грабежах и резне, а также в карательных походах. Есть королевские войска в Новой Испании и в Вице-королевстве Перу. Есть огромная толпа авантюристов всех мастей, от обедневших дворян до сбежавшего через океан ворья: почти все из них умеют обращаться с оружием, многие хорошо, и большинство из них не боится ни своей, ни чужой крови. Есть и местные кадры -- метисы-ублюдки тех самых конкистадоров, и это уже полные отморозки, готовые на все чтобы разбогатеть и занять достойное место в испанском обществе. Разумеется вся эта пылающая фанатизмом и жаждой наживы толпа покатится на нас, думаю года через два-три после переноса. Их будет действительно много: по десять человек на каждого из нас, может больше, плюс из метрополии могут прислать еще, плюс индейцы, как местные, так и те, кого они приведут с собой. Если наше перемещение произойдет в период между 1618-1648 годами, то регулярные войска не смогут нам сильно досаждать, но все остальные никуда не денутся. А если не уложимся, прибудем раньше-позже, отгребем полной мерой и от регуляров: до 1618-ого года нас будут от души лупцевать еще не знавшие поражений и привыкшие к победам лучшие воины Европы, а после 1648-ого года мы получим по сусалам от суровых ветеранов Тридцатилетней войны. В любом случае просто нам не будет, даже если мы умудримся попасть в этот промежуток. Дойти до нас довольно легко, из Мексики вообще рукой подать. Если уж их гораздо менее приспособленные предки проходили сотни километров по диким джунглям со всеми их прелестями и при этом перли на своем горбу как пушки, так и латы, то их гораздо более привычные к местным условиям потомки, во многих из которых течет индейская кровь, спокойно дотопают до нас по гораздо более комфортабельным степям-прериям, где могут пройти повозки и лошади и навалом свежей говядины -- стреляй и ешь, я имею ввиду бизонов. Из Южной и Центральной Америки подойдут корабли, и если наши владения будут слишком близко к океану, то мы познакомимся с корабельной артиллерией, а если нет -- с десантом из все тех же фанатичных и умелых в драке ''товарищей'', которые в любой момент могут отойти под защиту корабельных пушек, могут под той же защитой построить укрепления или даже крепость на побережье, а то и не одну, ну и разумеется будут получать постоянные подкрепления и снабжаться по морю.

-- А вот тут ты ошибаешься,- как ему казалось нашел нестыковку Халлон. - У нас есть и будут корабли -- вот эти самые корабли,- адмирал махнул рукой в направлении бухты. - Если мы выберем Австралию или Северную Америку, то можно взять часть из них с собой: как-нибудь извернуться с порталами Дракона, снять мачты, частично разобрать корпуса, но пропихнуть -- вполне реально. А после переноса доставить их к большой воде, придется конечно покорячиться с волоками, судоходными реками, но мне кажется тоже можно. -

-- Ты меня конечно извини, адмирал, - заранее попросил прощение Элеммакил. - Но много вы навоюете без магии и особенно способного двигать корабли магического ветра, на одних парусах? Да и много ли навоюют в 17-ом веке не имеющие пушек корабли, если на то пошло, то и в 16-ом тоже? Луки-арбалеты против пушек, ну и мизерная в таких условиях возможность абордажа -- как сам оцениваешь наши шансы? -

Халлон не ответил на риторический вопрос, но его скривившееся лицо говорило лучше любых слов, а Элеммакил продолжил:

-- Даже если мы все-таки сумеем до подхода тех, кто топает по земле, расправиться с теми, кто прибыл морским путем, может быть нам сказочно повезет, и мы сможем захватить или уничтожить часть кораблей, то испанцы просто пришлют еще -- у их короля в то время, как и у короля англичан двумя веками позже, ''Много'', как и желающих получить от церкви полное отпущение грехов, заработать и выпустить кому-нибудь, не важно кому, кишки. Подведем итог: война без перерыва и конца с индейцами и испанцами, с последними на уничтожение, лет через 100, если доживем, подключатся англичане, и я так подозреваю, что несмотря на все противоречия между Англией и Испанией, подключатся не на нашей стороне. -

-- Полна жопа! - Мулкорх подвел несколько грубоватый, но точный итог. Халлон согласно кивнул -- неприятная перспектива и, что самое плохое, вполне вероятная, по крайней мере он не увидел противоречивых мазков в нарисованной картине.

-- Теперь Австралия, - Элеммакил не стал терять времени и сразу перешел к следующему пункту. - Тоже вроде бы неплохой вариант: населения можно сказать и нет, а те что есть и в подметки не годятся индейцам Северной Америки и по уровню развития, и по боевым качествам. Европейских поселений нет и не предвидится как минимум в ближайшие 100 лет, опять много интересного в земле, есть места с неплохим климатом, хотя большая часть континента -- безводные пустыни, вокруг полный рыбы океан. На первый взгляд, гораздо более предпочтительный вариант чем Северная Америка. -

-- Но, - подал реплику уже догадавшийся что опять будет какой-то подвох Халлон, и рассказчик не обманул его ожиданий:

-- Теперь к неприятному: несмотря на то, что постоянных поселений на континенте действительно нет, там много кто бывает: и испанцы, и португальцы, и местные с той же Явы, Суматры, Калимантана. Кой-какие местные индонезийские племена из примитивных даже торгуют с австралийскими аборигенами и не просто от случая к случаю, а на постоянной основе. Да и например, большая экспедиция Тасмана как раз была в середине 17-ого века, а ведь по многим свидетельствам европейцы, именно европейцы, там плавали и до него. Про местных я вообще не говорю: Султанаты Бруней, Пханг, Аче, Малакка, Асаханг, Матрам, империя Маджапахит, и это только те, кого я навскидку помню, и все живут морем и морским разбоем. Плюс ребятки с Филиппин тоже не дураки пограбить, плюс в регионе легко встретить и китайцев, и арабов, и европейских пиратов всех мастей. Единственное почему вся эта публика не занималась Австралией по-настоящему, так это только потому, что там нечего взять, даже баб туземных -- страшно к таким ''красоткам'' подойти, а для колонизации у европейцев уже не хватает людей, а у азиатов желания. Вся местная веселая жизнь крутится вокруг крупных индонезийских островов, поближе к морским путям из Европы в Азию и наоборот. Все воюют между собой, султанаты друг с другом и с португальцами, испанцы покоряют Филиппины, арабы плавают в Китай и охотятся на испанцев. Заглядывают целые флоты все еще очень сильных в то время китайских пиратов. Уже появились голландцы, англичане и французы: эти пытаются торговать с местными и безжалостно режутся и с испанцами, и с португальцами, которые дружно пытаются не допустить их в Азию и главное к торговле пряностями.

-- Настоящий клубок, гадючье гнездо! - не удержался от реплики Халлон.

-- Верно. И тут появляемся мы! Как бы мы тихо не сидели, через несколько лет о нашем существовании узнают, и сразу Австралия станет интересна всей вышеперечисленной публике: к нам зачастят ''гости'', потом опять же таки подключится инквизиция, да и местные фанатичные мусульмане явно плохо отреагируют на ушастых шайтанов-нелюдей -- оглянуться не успеем, как мы станем частью этого клубка, самой ненавидимой его частью, а поскольку у нас не будет НОРМАЛЬНОГО пушечного флота, и самой беззащитной -- не мы будем выбирать где и когда сражаться. Противники тоже серьезные: уже знакомые испанцы, близкие им по духу и по вооружению португальцы, местные, арабы, китайцы, другие европейцы -- все что надо для ''счастья''. Опять война без конца и краю -- какое уж тут развитие -- выжить бы!

-- Но постой! - снова попытался ему возразить Халлон. - Мы ведь не будем сидеть сложа руки, а реализуем знания будущего! При таких раскладах в первую очередь сосредоточимся на оружии и потом, зачем воевать со всеми с разу?! Кое с кем из них можно договориться и торговать -- как в Северной Америке, так и в окрестностях Австралии. Как говорится: ''Разделяй и властвуй'' -- мне кажется должно сработать с индейцами и тем более в Индонезии, раз там такой клубок из ненавидящих друг друга групп. - Халлон хотел продолжить свой спич, развить идею, но неожиданно увидел, как лыбится Мулкорх, а Элеммакил кивает на его слова, будто он говорит именно то, что речистый новичок и ожидал услышать.

-- Для того чтобы реализовать наши знания, нужно время, ресурсы и налаженное производство, вернее производства, во множественном числе. Нужны станки и те кто будет на них работать; нужна хоть самая примитивная химическая промышленность, именно промышленность, а не кустарщина; нужны шахты, в которых будут добываться необходимые нам ресурсы; нужен постоянный источник продовольствия кормить тех кто воюет, работает в добывающей промышленности и на производствах -- все это нужно создать. Потом, быстро, в течении нескольких лет, мы сможем сделать только примитивное ручное оружие на черном порохе, такую же артиллерию, гранаты, впрочем они у нас итак будут -- все это уже есть у европейцев, да и у азиатов и арабов тоже. Может быть то что мы сможем сварганить на скорую руку, будет несколько выше тогдашнего уровня, а может быть и нет -- то же производство нарезных стволов для винтовок не такое простое дело, тем более массовое производство, я уж не говорю про артиллерию -- это особая статья, опять таки массовое производство патронов -- та еще морока. Значит что: первое время нам придется воевать принесенным из Серединного мира оружием: холодняк, луки-абалеты, плюс гранаты. Только потом у нас появятся первые примитивные образцы огнестрела, которые нужно будет доводить до ума и пускать в серийное производство, перед этим наладив это самое производство. Еще одна не быстрая и не простая задача -- переучивать на новое оружие заготовок и переучиваться самим. И не забывайте, ВСЕ это в условиях не прекращающейся войны с теми, у кого подобное оружие УЖЕ есть и они прекрасно умеют им пользоваться. Напомню: по всему тогдашнему миру нормальное соотношение потерь в схватках тех же конкистадоров, португальцев, казаков и других вооруженных огнестрельным оружием отрядов с не имеющими такого оружия туземцами -- 1/10, часто бывало и меньше, исключений не то что не бывает, но они редки. У нас разумеется будет получше, но первые несколько лет будут очень тяжелыми: вполне возможны большие потери, и еще неизвестно сможем ли мы в таких условиях наладить нужные нам производства хотя бы на уровне конца 19-ого начала 20-ого века. И даже если наладим, будут ли к тому моменту у нас бойцы способные воспользоваться плодами наших трудов. Торговать? А чем? Что мы такое можем предложить европейцам чего у них нет? Да и захотят ли они вести дела с нелюдями, а если и захотят, позволит ли им это церковь...? Индейцам или тем же яванцам -- да, мы сможем кое-что предложить... примерно тот же список товаров, что и европейцы, что только разожжет у европейцев ненависть к нам как к конкурентам. Играть в ''Разделяй и властвуй''? А мы сумеем? Для этого нужны агенты влияния, рычаги давления, связи на разных уровнях от экономики до личных, и я сомневаюсь, что в таких условиях мы сумеем все это создать. Да и против нас сыграют в те же игры, и сыграют опытные игроки, у которых УЖЕ есть если не все то многое из того чего нет у нас, одни иезуиты чего стоят. -

Тут Элеммакил слегка поперхнулся, видимо устал говорить и с благодарностью принял фляжку из рук Мулкорха. Пока он пил, Халлон лихорадочно обдумывал то, что он тут наговорил. Мулкорх был прав -- мыслей в голове у новичка действительно было богато. Все представления адмирала о будущем оказались перевернуты, ясный ход событий нарушен (накопили ресурсов, перенеслись, продвинули развитие человечества, спасли Землю), и что теперь делать, что думать, он не знал. Тем не менее Халлон чувствовал, это не все из того что хотел сказать новичок -- должно же быть что-то еще какой-то выход?

-- Вообще, - продолжил Элеммакил, - мне не нравится сам подход ко всем планируемым после переноса действиям, к стратегии если хотите. ''Создать свое небольшое государство, развить промышленность и самим, или в кооперации с другими государствами создать технологии, позволяющие уничтожить угрозу Земле'', - Элеммакил процитировал создателя машины времени и тут же раскритиковал цитату и то что за ней скрывалось: - Это не стратегия -- это благие пожелания! Кто нам даст отсидеться в стороне и спокойно развивать ту самую промышленность с технологиями?! Даже при самом благоприятном для нас варианте нас тут же, хотим мы того или нет, втянут в исторический процесс, в конфликты, в гос или религиозные противоречия, пойдут на нас войной, в набег, попытаются украсть наши знания, отнять имущество, превратить в рабов, просто ради забавы или доблести отрезать наши длинные уши! И что мы противопоставим желающему затянуть нас в себя миру прошлого -- байки о том, что мы пришли спасти Землю?! Вы серьезно?! Да за одно это нас будут резать и христиане, и мусульмане -- ведь апокалипсис предопределен, так написано в Библии и в Коране и тот, кто хочет этому помешать, идет против высшей силы, неважно Бог это или Аллах! -

-- И что ты предлагаешь? - наконец-то решил вслух спросить Халлон. - Не зря же ты разорялся и как сразу видно много думал? Какой ты предлагаешь выход, стратегию, порядок действий? -

-- Кое-что есть, - подтвердил интуитивную догадку Халлона головастый новичок. - Но это чуть позже, сначала давайте рассмотрим последнюю точку переноса -- Сибирь 16-ого века. -

-- Давай добивай, - приложился к фляжке Мулкорх и передал ее уже некоторое время стоявшему рядом Вару, полуорк очень внимательно слушал и впитывал разговор.

-- Итак Сибирь 15-16 век: достаточно суровый климат, тайга без края и конца, длинные зимы и поскольку в то время вовсю идет Малый ледниковый период, то с каждым годом они будут все длинней и холодней. Нам еще повезло -- мы попадем в его вторую фазу, когда похолодание несколько сойдет на нет, и у нас будет целый век для того, чтобы подготовиться к третьей, гораздо более холодной. Для справки, именно в начале третьего периода Гренландия перестанет быть ''зеленой'' страной и потеряет свои леса, а на Руси начнется великий голод, который приведет к не менее великой Смуте. С вашего разрешения немного задержусь на проблеме продовольствия. В отличие от Австралии и Северной Америки очень сложные для земледелия условия, не сказать что совсем невозможные, но потребуется много вложений, будет тяжело, муторно и разумеется нет и не предвидится такой отдачи как в более теплых краях. С рыбой никаких проблем -- богатейшие сибирские реки и озеро Байкал прекрасно заменят хоть Тихий, хоть Индийский океаны. Первое время нас выручит охота, но ни охота, ни собирательство не способны прокормить более-менее большое поселение, типа город. Со скотоводством получше чем с земледелием, но тоже придется поломать голову и хорошо поработать. Из всех трех вариантов именно в Сибири проблема продовольствия будет стоять достаточно остро, может быть и не нависать дамокловым мечом, но постоянно находиться среди основных. В остальном довольно благоприятный для нас период: наши соседи-степняки больше не представляют из себя единую силу, мало того, постоянно воюют друг с другом. Московского царства еще нет, так что речь об освоении Сибири русскими не стоит на повестке дня и довольно долго не будет стоять. Новгородцы ходят до устья Оби и Енисея, грабят местных, но не более того, а после того как их присоединило Московское княжество, их и без того крохотное влияние в бассейне этих рек еще больше упадет, к тому же Ледниковый период все больше и больше затрудняет перемещение по Ледовитому океану. Маньчжуров, вернее тогда еще чжурчженей, тоже можно пока особо не выделять -- время их нового расцвета еще не пришло. Точно также не пришло время Джунгарского ханства и государства Алтын-ханов -- их просто пока нет. На этом хорошие новости заканчиваются. На юге с нами будет соседствовать огромная степь с многочисленными последышами Золотой и Большой орд, и это не только монголы, татары, башкиры, кыргызы, казахи, ногаи, уйгуры, узбеки, калмыки, чжурчжени и дальше по списку до бесконечности, и не только кочевники, но и довольно развитые в культурном смысле государства Средней Азии, где как раз в то время молодая агрессивная династия Шейбанидов добивает старую династию Тимуридов. И не стоит говорить, что Средняя Азия от нас далеко -- их войны по принципу сообщающихся сосудов влияют на весь континент от Европы до Китая и Индии. Да и ''чистых'' степняков, особенно монгол, нельзя совсем сбрасывать со счетов -- в начале века у них как раз очередной недолгий период возрождения и объединения, к счастью для нас их больше всего занимает богатый Китай, но и думать, что наше появление они совсем проигнорируют все же не стоит -- вредно для ''здоровья''. На западе Казанское и Тюменское ханства: первое в начале века на пике своего могущества, но нас от него прикрывает второе. Кстати Тюменское, оно же Сибирское, ханство при Кучуме станет центром распространения ислама в Сибири -- для нас это может быть опасно. Ну и наконец наше непосредственное окружение -- те кого позже всех чохом назовут бурятами, пока это несколько отдельных, хоть и родственных друг другу племен. Еще эвенки, эвены, кеты-остяки и несколько разных малочисленных народов, на юго-западе -- тувинцы, хакасы, енисейские кыргызы, телеуты и шорцы, последние считались сильными воинами и искусными кузнецами, чуть дальше на север -- якуты. -

-- Прямо толкучка в базарный день! - не выдержал Вар. - Я всю жизнь считал, что в Сибири до присоединения к России было очень мало людей, а по твоим словам они чуть не на головах друг у друга стоят! -

-- Не все так страшно, - улыбнулся Элеммакил и пояснил: - Племен конечно много, но там действительно огромные пространства, а сами племена по численности не велики -- редкое племя или народ вылезает за десятитысячный барьер, чаще их гораздо меньше, считанные тысячи, и это все -- мужчины, женщины, дети. К тому же эти крохотули еще и разбиты на отдельные роды, кланы, семьи и разбросаны по огромной территории -- чем больше людей, тем труднее их прокормить, особенно сезонной охотой или такой же рыбалкой. Лесные племена опасны только своим знанием местности, а в остальном мы и без огнестрельного оружия должны с ними справиться. Протобуряты и тувинцы пусть и не совсем обычные, но все-таки кочевники -- сегодня здесь, а завтра за тридевять земель, да и как бы не были выносливы степные лошади, в тайгу, горы и болота они их не поведут -- считай ╬ территорий вокруг Байкала для них малодоступны. Да и немного их -- тех же бурят тысяч 50 не больше, считая женщин и детей, тувинцев еще меньше. Опять же тайга и Малый ледниковый период нам в помощь -- чем дальше на север, тем труднее прокормиться лошадям. По тем же основаниям нам не слишком опасны кыргызы и телеуты, к тому же у них очень немирные и сложные соседи -- им не до нас. Шорцы или ''кузнецкие татары'', как их называли казаки, никуда не пойдут от своих крепостей и богатейших залежей железной руды, хакасы -- те же буряты, только в профиль и подальше. Кеты -- обычные, крайне малочисленные, не слишком опасные лесовики-охотники-рыбаки, в те времена они еще даже не начали заниматься оленеводством. Наша главная проблема -- якуты -- воинственный и к тому же развитый народ: у них прекрасное животноводство, развита металлургия и ремесла, имеется серьезное защитное вооружение, тяжелая конница, причем панцирь есть не только у всадника, но и у коня, активно занимаются селекцией -- коровы, лошади, собаки: охотничьи, ездовые, сторожевые породы. Но для нас самое опасное то, что из всех относительно коренных сибиряков они единственные могут собирать тысячные армии и содержать их довольно длительное время. Я вообще удивлен, как через полтора века полуголодные, часто погибающие от обычных для Сибири того времени холодов, страдающие от вшей и цинги крохотные шайки казаков сумели их покорить -- объяснить такое только наличием все еще очень примитивного огнестрельного оружия ну никак нельзя, а сравнение с Кортесом и ацтеками некорректно. Лично я не верю в давно протухшие байки российских и советских историков о том, что якуты спали и видели как бы им побыстрей залезть под руку Москвы, скорей всего у них были какие-то внутренние неурядицы: эпидемии, междоусобные войны и именно поэтому казаки так легко смогли их покорить, но это мое личное мнение. Кстати, опять к вопросу о боевых возможностях местных, особенно казаков: у них ведь тоже как и у европейцев с индейцами и прочими туземцами соотношение 1/10, 1/20 -- обычное дело, и чаще при таком соотношении побеждали казаки, а не сибирские племена, с кочевниками этот дисбаланс несколько меньше, но не исчезает совсем. И еще раз, одним наличием огнестрельного оружия объяснить такое соотношение нельзя: те же монголы в 17-ом веке не только прекрасно знают что такое порох, но и активно его используют, защитное снаряжение и холодное вооружение у них не то что не уступает, а чаще всего превосходит казацкое, кстати как и у якутов, а у казаков часто, очень часто просто нечем стрелять -- тотальное отсутствие регулярных поставок пороха и свинца. Так что думайте. Вот в таком окружении нам предстоит жить, если мы выберем Сибирь.-

Некоторое время все присутствующие молчали, переваривая информацию, а потом Халлон задал невольному лектору вопрос:

-- Я понял, все варианты не идеальны, ну а ты за какой? -

-- В целом да: каждый имеет свои достоинства и недостатки, ни один из них не сулит нам легкой жизни, но я все же склоняюсь к Сибири. -

-- Почему? -

-- Тяжелый климат и плохо проходимая местность -- основное. У нас много эльфов и если сохранится хотя бы треть присущей этой расе способностей, то в лесных краях мы будем не хуже местных охотников, плюс то чего у них нет -- организация, строй, стальные доспехи и оружие. Опять же кочевники лишь при большой нужде пойдут в тайгу и болота, да и большое конное войско им при всем желании не провести, а значит никаких атак превосходной степной конницы и любимого всеми кочевниками ''хоровода'' конных лучников. Еще мы всегда будем иметь над ними локальное численное превосходство. Хотя главное все же -- время: примерно 50-100 лет до этих мест никому не будет дела и в отличие от той же Северной Америки и Австралии это очень трудно изменить -- океана, по которому можно относительно комфортно перемещаться, нет, а непроходимая местность никуда не денется. Потом: степняки заняты друг другом и Китаем; Казанское ханство -- Москвой и Крымским ханством -- они постоянно соображают на троих и шерстят друг друга; в Тюменском позже Сибирском перманентная гражданская война, и будет она вплоть до ставленника Бухары Кучума, а потом его ''попросят'' казаки Ермака, и опять же они будут долго друг друга занимать. Так что при прочих равных, Сибирь все же предпочтительней всех остальных точек, даже если мы попытаемся придерживаться не очень умного и проработанного плана о собственном небольшом государстве технократов. -

-- А вот и самое интересное, - Вар буквально сорвал у Халлона с языка слова. - Давай колись как ты, умник речистый, считаешь мы должны действовать? -

-- Давай, паря, отожги, - подбодрил подчиненного Мулкорх, впрочем тот не особо нуждался в чьей-либо поддержке и сразу взял быка за рога:

-- Считаю что вы, руководство клана, - взгляд на Вара и Халлона, в меньшей степени на Мулкорха, - сразу приняли неверное решение как нам вести себя в прошлом -- играть от обороны, отдать инициативу и не использовать по полной ВСЕ возможные преимущества это значит заранее обречь себя на поражение и провал всей миссии. Мы в ЛЮБОМ случае обречены на войну, и как сказал один неглупый парнишка из Ленинграда: ''Если драка неизбежна -- бей первым'' -- давайте так и сделаем. Экстраполируя на Сибирь: сразу как только мы окажемся в прошлом, экспансия насколько хватит сил: по Лене на Алдан и по Ангаре на Енисей и дальше к устью Енисея и Обской губы, можно подумать и о Витиме, Шилке и Амуре. Думаю, если кучки казаков без нормального снабжения и координации между собой справились, то мы тем более должны и гораздо быстрее и легче. Я не предлагаю идти на Сибирское ханство или в степь, но весь северо-восток Сибири мы вполне можем если не подмять, то заявить на него свои права и захватить ключевые точки. Тут все будет зависеть, какими силами мы будем располагать после переноса, но обязательно нужно седлать крепостями пересечения рек, волоки, входы в речные системы. Во вторую очередь -- пригодные для земледелия земли. В третью -- залежи полезных ископаемых. У нас есть очень важное преимущество перед русскими первопроходцами: мы не будем действовать наугад, полагаясь на слухи и ненадежных местных проводников -- у нас будут точные карты. Плюс, плечо снабжения у нас несопоставимо ближе чем у Московского царства. Обязательно нужно работать с местным населением и не так как работали казаки, воеводы и попы: первые убивали даже за намек на сопротивление, просто избивали в охотку, всячески унижали старейшин и шаманов, дрючили всех баб, до которых могли дотянуться, и драли ясак; вторые брали заложников, сгоняли на работы, а в случае неповиновения посылали разбавленных стрельцами и охотниками-ссыльными казаков и тоже драли ясак, сверх того просто отбирали оленей, лошадей и продовольствие, когда возникала нужда, а возникала она часто; третьи насильно крестили, гнобили конкурентов в лице шаманов, сгоняли на работы и драли ясак, верней десятину, но суть одна, про баб ничего не скажу, но вроде тоже всякое было. Так вот, с нашей стороны ничего подобного быть не должно. Разумеется сперва придется посчитать местным зубы -- без этого никак -- мы должны показать силу, но потом сразу и преимущества: доступ к товарам -- фактории, торговые посты и продавать не по грабительским ценам, а чтобы могли купить и захотели вернуться; защита, строгие, но справедливые законы; никакой дискриминации по типу ''вход китайцам и собакам запрещен''; доступ к медицине и образованию; нормальные налоги, а не такие после которых объясаченные бегут куда глаза глядят, берутся за оружие или массово кончают жизнь самоубийством; разумеется никаких изнасилований, а также ''подарков'' сверх установленных налогов, чем постоянно грешили и воеводы, и казаки, и попы. Причем такие ''подарки'' часто многократно превосходили размер самого ясака. С нами должно стать резко лучше чем без нас, РЕЗКО. И постоянно работать с шаманами, с элитой, с детьми в школах -- благо 20-21-й века дают массу примеров и методик как это нужно делать правильно и добиваться результатов. Неужели не справимся?! -

-- А какова цель всей этой мороки? - задал вполне законный вопрос Вар.

-- А цель в том, чтобы когда с запада придет Москва, с юга монголы или джунгары, а с востока попрут Цини, у нас было откуда черпать ресурсы, в том числе и людские, а в крайнем случае куда отходить. Не говоря о том, что и Москву, и маньчжур мы обязаны постараться остановить на дальних подступах и не пустить их к промышленным, сельскохозяйственным и научным центрам или хотя бы иметь время для эвакуации в тыл. В идеале вообще не допустить создания джунгарского ханства и империи Цинь, а Россию не пустить дальше Енисея. -

-- Блин-н! Ну и дела! Ты вроде бы служил и присягал России?! А как же ''Великая и Неделимая Родина Слонов'', - удивленно прокомментировал его слова Халлон. Кто-то из слушателей и вовсе начал материться.

-- СССР, партии и народу я присягал, а не Российской Федерации и Великому Княжеству Московскому -- и там, и там у власти кучки разжиревших на народном горбу бояр, вот им я точно не присягал! Считаю, что при принятой нами модели предложенный мной порядок действий даст максимальный шанс сделать то, что мы должны сделать. Если можно сделать по другому, лучше -- я буду рад, но то что есть сейчас, не стоит и сморчка... -

Неожиданно ушедший в воспоминания Халлон осознал, его зову и зовут уже не первый раз. Повернулся к слуге-заготовке и вопросительно поднял бровь, тот поклонился и сообщил давно ожидаемое известие:

-- Капитан Крокодил просил вам передать: прилетел грифон-разведчик первой эскадры, говорит, эскадра от нас в часе пути. -

*

Элеммакил-Кондратий сознательно несколько сдвигает сроки освоения индейцами лошадей, так же как и сроки реакции испанцев (прямо не обманывает, но сгущает краски).

Элеммакил делает довольно смелое допущение о существовании испанских поселений на Тихоокеанском побережье Северной Америки, но опять же таки прямо не обманывает, а опирается на хоть и не канонические, но существующие источники.

Элеммакил немного ошибся насчет Малаккского султаната, султаната Паханг и империи Маджапахит (забыл-перепутал) -- первый уничтожен португальцами в 1511 году, второй в 1617 завоеван султанатом Аче, третья приказала долго жить в 1520-ом. В остальном все верно: султанаты Аче, Бруней, Асахан, Матрам -- довольно воинственные государства, Бруней и вовсе с конца 17-ого до середины 19-ого века активно покровительствовал пиратам.

Племена макасаров с острова Сулавеси действительно вели меновую торговлю с австралийскими аборигенами.

Глава 13

Узел Всех Дорог Мира.

Дримм (Красный Дракон), Лауриндиэ (Юла), До-Ши-Со (Карамелька), Нарамакил (Каскадер), Храванон (Задира).

В кои-то веки Дримм мог отдохнуть, не думать о клановых делах, о городе, о флоте и о будущем, а просто неторопливо гулять, наслаждаясь солнцем, прекрасной погодой, хорошей компанией, самим фактом прогулки. Кампания из пяти игроков хорошо проводила время: любовалась выступлениями уличных артистов, архитектурными излишествами богатого на подобные вещи города, заходила в трактиры и многочисленные лавки, иногда покупала сласти и напитки у лотошников. Хотя у неторопливого променада имелась вполне конкретная цель, Дримм не гнал, давая себе и спутникам насладиться прогулкой и сбросить напряжение. У фейри получилось: Храванон, Лауриндиэ и Нарамакил расслабились и больше не напоминали сжатые пружины, даже всегда грустная в последнее время дроу пару раз улыбнулась и позволила Юле затащить себя в лавку, где продавали разные женские штучки, потом в лаку оружейников, потом в кондитерскую, потом еще куда-то и еще -- к концу их путешествия Карамелька напоминала себя прежнюю и играясь вертела в руках свежекупленный кинжал-кхукри.

Во многом именно ради Карамельки Дримм задумал и осуществил это необременительное путешествие по огромному городу -- девушка сильно хандрила после своей шпионской истории и гибели от ее руки любовника-капитана, и всем ее друзьям (к которым причислял себя и Дримм) хотелось ей помочь. Смена обстановки и пусть краткий, но отдых от дел -- лучшее лекарство, так что несмотря на то что дроу-воровка-маг не была нужна там куда Дримм вел троицу воинов, он решил взять ее с собой и убить двух зайцев одним выстрелом: сделать дело и помочь другу заглушить тяжелые воспоминания. Да и как оказалось самому фейри не меньше чем дроу был нужен подобный променад -- первый более менее нормальный отдых как минимум за год (не считая эпопеи в том месте, куда его забросил Холм, но и там к его жизни вряд ли подходило определение -- отдых). Так что Дримм наслаждался прогулкой едва ли не больше всех остальных, прямо-таки чувствуя как с его метафорических плеч пусть и на очень короткое время сваливается непомерная ответственность, а из расслабившегося разума уходит вечное напряжение. К тому же огромный город был памятным для него местом и ему просто приятно было по нему снова походить, вспомнить свои первые яркие впечатления от игроков, неписей, гильдий, городской жизни вообще.

Как не велик был Узел, все имеет свой конец, подошло к концу и приятное путешествие -- пятерка игроков достигла свой цели, знакомых фейри ворот в окружавшей немаленькую усадьбу стене. Крепыш-привратник ничуть не изменился, разве что обзавелся коротким копьем. Дримма привратник узнал сразу и поклонившись тут же без всяких вопросов впустил. Потом недолгая прогулка по такому же знакомому двору и внимательные глаза двух незнакомых Дримму учеников, ломавших свои тела на тренажерах. Спутники Дримма хоть и были предупреждены что могут здесь увидеть, но все равно во все глаза пялились и комментировали между собой как двор с его изобилием снарядов для тренировок, так и изнурявших себя учеников.

-- Смотрите-смотрите, - несколько злорадно подумал Дримм, - скоро вы близко познакомитесь с каждым из них (со снарядами), а с некоторыми у вас завяжутся долгие и ''нежные'' отношения. -

Знакомая дверь в одном из знакомых домов, но вместо Борга его встретил родственник Первого и вежливо поздоровавшись пригласил за собой, пригласил только Дримма, предложив остальным подождать в прихожей первого этажа. Бывшего здешнего обитателя совершенно не удивило, что его встречают как будто давно уже ждут -- несмотря на показную открытость этого места, хозяин усадьбы всегда, ВСЕГДА, знал что происходит в каждом ее уголке. Так что Дримм, велев спутникам ждать, отправился вслед за сопровождающим, но не в сауну, куда его отвели в тот раз раз когда он впервые посетил этот дом, а сразу в кабинет.

Первый совершенно не изменился -- все тот же юноша-эльф с глазами гранитной статуи. Хотя что тут удивительного? Не прошло и двух лет с момента их последней встречи -- пшик для тысячелетнего эльфа.

-- Приветствую тебя, Учитель, - поклонился Первому Дримм.

-- И я рад снова видеть тебя, ученик, - своим обычным ровным голосом поприветствовал его эльф. И, кивнув фейри садится, неожиданно как удар ножа из-за угла обрушил на бывшего ученика похвалу: - Ты порадовал меня -- я ни разу не пожалел, что взял тебя когда-то в ученики -- ты не только не опозорил мое имя и мою школу, но прославил как никто из многих моих учеников! ''Не вы ли были учителем убийцы темного бога?!'' спрашивают меня. И я могу ответить что, да -- я, а все снобы, которые осуждали меня за то что я беру в ученики не только эльфов, заткнулись, надеюсь навечно, ну или хотя бы на 5-7 сотен лет! -

-- Спасибо за похвалу, Учитель, - снова склонил голову Дримм. Ему было приятно слышать такие слов, а шансы сделать то что он задумал и ради чего привел к Первому своих спутников только что взлетели до потолка.

-- А теперь рассказывай! - всегда каменные глаза старого эльфа светились неподдельным и жадным интересом. - Как ты сумел победить такого противника!? Я знаю ты сколотил клан -- сколько вас было, когда ты убивал темного?! Или какой-то артефакт?! Тебе помог кто-то из светлых богов?! Божественное оружие?! Какое?! - зачастил и разом растерял весь свой апломб Учитель.

-- Я был один, - неторопливо и тщательно подбирая слова начал свой рассказ Дримм, - клан мне помог, но до битвы. Божественной помощи, артефакта или оружия тоже не было, а дело было так... -

Рассказывал Дримм долго и несколько раз ему приходилось прерываться и освещать некоторые моменты немного по-другому -- Первый все-таки был неписью и в силу своего происхождения не мог понять каких-то вещей, так же фейри умолчал о Холме и всем что с ним связано, кроме того он подретушировал, сиречь умолчал, о некоторых своих возможностях и возможностях клана -- ни к чему кому-то вне клана знать на что по-настоящему способны Драконы. Все без исключения эльфы, а особенно изначальные очень болезненно относились ко всему, что было связанно с наследием предков, и пусть Первый заслуживал доверия, но Дримм не собирался рисковать и выпускать за пределы клана информацию о том, сколько сокровищ, магических артефактов, книг и многого другого фейрийской расы оказалось у них в руках и избежало загребущих рук охотившихся за такими вещами эльфов. В конце-концов Дримм все-таки закончил свой рассказ, и Первый восхищенно откинулся на стуле.

-- Невероятно! Убить бога как быка убивает залезший в ухо клещ! Я даже не слышал о подобном способе и вряд ли кто-нибудь слышал!- пораженно воскликнул Первый по завершении рассказа.

Дримм также умолчал о вычитанной в древней фейрийской книге истории и о том что книга была прочитана в Холме.

-- Нам повезло -- удача была на нашей стороне, а Кровавый Шип слишком расслабился и давно не сражался с достойными врагами, любыми врагами. -

-- Ты прав, - согласился со словами фейри Первый. - Но и то что вы сумели сделать -- просто невероятно! Как бы то ни было, он был богом, а вы смертными, и тем не менее вы сумели придумать способ как его убить, и ты, ученик, сделал невероятное -- убил бога оружием смертных! -

Некоторое время Первый восторгался и засыпал смущенного, но довольного фейри лестными эпитетами, превознося его, ну и немножко себя до небес, а потом все же успокоился и пришел в норму.

-- Учитель, а где Борг и Мойая? - воспользовался благоприятным моментом и задал интересующий его вопрос Дримм.

-- Мойая закончила обучение, понесла от какого-то хлыща из Гильдии Воинов и укатила к себе на острова, а Борг не прошел одно из испытаний, - уже совершенно спокойно ответил ему Первый. Дримму стало немного грустно -- веселый рыжий здоровяк погиб. Между тем Первый кивнул в сторону окна: - Вот, недавно взял двух новых учеников: одного навязала родня -- внучатый племянник моего правнука, другой -- сын вождя Красных Листов (варварское племя людей), его отец когда-то учился у меня. -

-- Учитель, а вы не против взять еще нескольких учеников? - Дримм задал свой главный вопрос, в общем-то именно ради него он и наведался в столь много давшую ему усадьбу.

-- Еще нескольких? - Первый с иронией посмотрел на Дримма, и тот понял: старый мудрый эльф уже давно догадался, зачем он пришел, и как фейри показалось не имел ничего против. - Члены твоего клана? -

-- Да. -

-- Ты считаешь они достойны? - вновь каменные глаза эльфа равнодушно уставились на бывшего ученика, ожидая от него честного и взвешенного ответа.

-- Да, - ни на секунду не задумался Дримм. - Каждый из них опытный воин, каждый из них сразил в Гоблинских горах немало врагов и каждый из них сражался и побеждал стражей темного бога, - фейри не смог удержаться и не сделать рекламу своим протеже.

-- Хм, - слова ученика не произвели на эльфа особого впечатления (по крайней мере внешне), но и отказа Дримм пока не получил: - Судить какие они воины буду я, гоблины меня не интересуют -- мусор, а вот стражи темного бога это интересно. - Первый стремительно встал и, кивнув также вскочившему фейри, направился к выходу из кабинета. - Пойдем, посмотрим кого ты собрался мне подсунуть. -

К тому времени спутники фейри уже успели познакомиться с новыми учениками Первого, болтали с ними как-будто были знакомы всю жизнь и даже вместе распивали какой-то напиток из деревянной бутыли.

-- Целая толпа, да еще и отрыжка подземелий (дроу), - недовольно бросил Первый и, прежде чем Дримм успел открыть рот и пояснить, что кандидатами являются только трое эльфов, а дроу тут вообще не причем, двинул в сторону площадки для тренировок, буркнув на ходу: - другому бы, не тебе, я бы сразу отказал, но если они действительно так хороши как ты говоришь, возьму всех. -

-- Спасибо, Учитель, - Дримм поклонился эльфу и несколько отстал, пояснить спутникам ситуацию и то что Карамелька, если конечно захочет, тоже может попробовать свои силы. Разумеется Карамелька хотела и вслед за Юлой и остальными начала настраиваться на бой -- по пути Дримм успел просветить воинов о неизбежном испытании, и поскольку дроу грела уши рядом, она знала все не хуже остальных.

Дримм рассчитывал на то, что Первый проверит кандидатов на уже находившихся на обучении учениках (как было с самим фейри) или проверит их сам, но старый эльф поломал все его планы.

-- Обычно те, кто желает постигнуть великое искусство боя, должны доказать, что они достойны встать на этот путь, - обратился ко всем присутствующим Первый. - А те, кто на нем уже стоит -- что достойны его продолжить. Вы для этого не годитесь, - Учитель безжалостно глянул на двоих учеников, - слишком недавно вы начали изучать мою науку. Но вам, - кивок в сторону растерянно и несколько обиженно переглянувшихся учеников, - и вам, - такой же кивок кандидатам, - повезло -- здесь есть уже закончивший обучение мастер, вот он вас и испытает, ВСЕХ. -

Секунду спустя Дримм понял: эльф имеет в виду его, именно ему придется поработать экзаменационной комиссией не только для своих товарищей, но и для уже принятых учеников. Это вовсе не значило, что проигравший Дримму обязательно покинет школу -- в конце-концов Борг и Мойая остались после проигрыша ему, но как рассказывал когда-то все тот же Борг бывали случаи, когда после подобных поединков Первый давал от ворот поворот не только кандидатам, но и уже не первый год обучавшимся в школе ученикам. Дримм немного напрягся -- он конечно прошел школу Первого, он сильней, быстрей и выносливей своих товарищей по клану, его уровень много выше, но его противники ВОИНЫ, практически ЧИСТЫЕ воины, не то что он. Впрочем отказываться, тем более поддаваться было нельзя, и Дримм, оставив за пределами площадки доспехи и мечи, подошел к стойкам с учебным оружием и вопросительно уставился на Первого.

-- Он, - Учитель указал на Храванона, а потом на мгновение задумавшись выбрал и учебное оружие -- сделанные из дуба мечи и толстые круглые щиты из того же материала.

Вскоре эльф и фейри поклонились друг другу, а затем синхронно пошли по кругу, одинаково примериваясь к противнику. Вопреки прозвищу Задира не спешил, Дримм тоже не гнал коней и ожидал первого шага от воина. Не дождался и сам пошел вперед -- не стоило испытывать терпение Первого.

Фейри без особых затей нанес мощный и в то же время невероятно быстрый удар!

Храванон отступил назад и в бок, попытавшись достать кисть слишком далеко выбросившего руку фейри. Не достал, но тут же сам атаковал, ударив под щит.

Дримм легко отбил клинок нижним краем щита и вновь рубанул.

На этот раз эльф не сумел отступить и попытался отвести щитом удар. Воин все делал правильно, но несколько не учел силу Главы -- даже легкого скользящего касания хватило для того, чтобы прочный дубовый щит разлетелся в щепу, а лучевая кость эльфа треснула как сухая ветка!

Сам пораженный случившимся Дримм отступил, а через мгновение пришедший в себя Храванон перехватил меч поудобней и атаковал. Пускай и с одной рукой воин такого класса заставил Дримма напрячься, и некоторое время фейри отступал, с трудом отражая град сыплющихся на него ударов, потом все же встал и пошел вперед, а не имевший щита Храванон попятился.

Дримм по полной использовал свои силу и выносливость, а так же преимущество щита и закончил бой не клинком, а банально вытолкнул противника за пределы площадки измочаленным щитом (как не пытался Задира повторить невольный фокус фейри, у него не получилось).

-- Хорошо, - благосклонно кивнул поединщикам Первый и одобрительно улыбнулся, когда Храванон поклонился Дримму, и только потом занялся искалеченной рукой. - Следующий, - указал на Нарамакила Учитель и уточнил: - Пустая рука. -

Каскадер начал не с рук, а с ног: серией длинных резких подсечек и одновременно ударов снизу вверх.

Дримм знал, что ему противопоставить, но предпочел отступать и уклоняться, давая Нарамакилу показать себя и покрасоваться. Благие намерения -- всем известно, куда ведет вымощенная ими дорога -- внезапный удар ногой в лоб от вставшего на обе руки Нарамакила застал его врасплох, удар к тому же был нанесен сверху вниз -- сильный, скоростной и главное неожиданный удар от вложившего всю массу тела воина. Дримм что называется поплыл и на время оглох, к тому же кровь из рассеченного лба и бровей густым потоком заливала его глаза. А тем временем Каскадер не терялся: вертушка -- справа, лоу -- слева, фронт-кик, хук, рубящий удар локтем и тут же тем же локтем горизонтальный, двойка, сито-кен, свинг, нукитэ, бэкфист, боковой, еко-гэри, мидл-кик, сэкен, ''солнышко'', тэ-гатана, еще раз ''солнышко'' на этот раз прямой ногой с разворота и... Задира нарвался на кулак ослепшего, но все-таки устоявшего под лавиной ударов фейри. Нарамакил поднялся уже у самого края площадки и тут же скривился -- единственный ''слепой'' удар левой руки стоил ему трех сломанных ребер и трещины во всех остальных.

Дримм проморгался, вправил сломанный нос, сплюнул кровь и два выбитых зуба и мощно пошел вперед и ... снова получил -- Нарамакил не принял тактики ''грудь в грудь'' и несмотря на сломанные ребра сумел уйти от могучих ударов фейри и зарядить тому в затылок ногой. Впрочем и на этот раз свалить Дримма не удалось, да и оглушить тоже -- фейри тряхнул головой и все.

Некоторое время противники кружились: Дримм пытался достать эльфа кулаками -- быстрыми ударами на предельной дистанции, а Каскадер старался подловить фейри на ударе и врезать ногой по выброшенной руке. Через десяток кругов и полсотни не достигших цели ударов с обеих сторон Нарамакил пошел в атаку, целью которой стали ноги, точнее колени, голени и щиколотки фейри.

Каскадер отвлекал внимание противника руками и вообще действовал довольно грамотно, но все же ошибся в том, что усыпил внимание фейри, ну а Дримм прекрасно помнил, как он сам таким же образом лишил подвижности Борга (ученика Первого) и был готов. Недолгая борьба в партере и фейри с комфортом расположился на спине у эльфа, только что чай не пил. Сопротивляться дальше было бесполезно, и Нарамакил хлопнул ладонью по земле.

-- Почти как Борг, - не преминул попенять фейри Первый, но не стал ничего добавлять -- Дримм все же выиграл. Выиграл и кое в чем другом -- по тому как заинтересованно Учитель посмотрел в спину ковыляющего с площадки Задире, фейри понял -- его он точно возьмет.

Следующим, вернее следующей противницей стала Лауриндиэ. Способный очень точно оценить воина Первый немного ей подыграл и выбрал для обоих поединщиков парные мечи -- любимое оружие Юлы. Дримму пришлось нелегко и будь он на самую малую долю не так силен, вынослив и быстр, он несомненно проиграл бы девушке, буквально подавлявшей невероятным даже для Серединного мира мастерством, но фейри был тем кем был, и в конце-концов получив десяток будто нанесенных настоящим оружием ран, он просто сломал-разбил ее клинки своими и приставил один клинок к горлу, другой к груди.

-- Хороша! - с восхищением прокомментировал произошедшее Первый и так посмотрел на зардевшуюся под его взглядом Юлу, что Храванон невольно сжал кулаки, хорошо что Первый стоял к нему спиной.

Из всех спутников Дримма осталась только Карамелька, и Первый опять решил испытать фейри и подыграл дроу -- оружием схватки стали любимые ворами короткие мечи. Карамелька тут же вошла в плотный контакт, и пока Дримм пытался контролировать свою силу и не раздавить девушку, она не теряла времени даром и чуть не перепилила ему глотку, пусть даже деревянным клинком. Фейри вынужден был действовать в полную силу, но неожиданно понял: несмотря на всю свою скорость и силу ему не удается смять удивительно гибкую и вывертливую дроу, он едва-едва успевает перехватить очередной удар. Два сплетенных тела некоторое время ворочались почти на одном месте единым плотным клубком, а потом фейри зафиксировал свой меч у горла лежащей под ним дроу и подумал что победил. Думал так целую секунду пока не понял, не ощутил у себя между ног не только свой ''клинок''.

-- Надо же -- ничья, - пару раз хлопнул в ладони Первый. Дримм встал и протянул руку немного смущенной Карамельке.

-- Молодец! - фейри совершенно искренне поздравил девушку -- при прочих равных, ничья с уступающей ему по всем параметрам дроу это ее победа и его проигрыш, причем никто (в том числе и Первый) не мог сказать, что фейри поддался.

-- Ну что, ученик, - Первый с удовольствием оглядел приводивших себя в порядок бойцов, - ты меня не обманул -- я возьму всех. - И уже обращаясь к своим теперь уже старым ученикам, кивнул на площадку: - А теперь вы покажите себя и докажите мне, что я не зря потратил на вас время. Думаю стоит уровнять шансы: вы двое против Дракона, оружие -- средние, прямые мечи. -

Ученики синхронно и глубоко поклонились своему строгому наставнику и не менее глубоко Дримму, когда вышли на арену. Дримм тоже сделал поклон и приготовился. Он не собирался недооценивать учеников Первого, пусть даже они недавно поступили в обучение, но ломать и позорить парнишек тоже не хотелось, поэтому фейри не атаковал сразу, а дал возможность атаковать им. Невысокий похожий на четырнадцатилетнего подростка эльф и мускулистый широкоплечий парняга явно опасались такого противника как Дримм и тоже не спешили бросаться в бездумную атаку, но Первого они знали не хуже фейри, так что переглянувшись, разошлись и, взяв Дримма в клещи, осторожно начали сходиться.

Дримм не стал совсем уж играть в поддавки и, когда увидел удачный момент, двинулся и взмахнул мечом в сторону сына вождя, но... стремительно атаковал эльфа! Смял и отбросил легкого парнишку, однако достать клинком не сумел -- родственник Первого не опозорил родство и отбил все удары!

Между тем ушедший в оборону второй ученик осознал, что его провели как простака, и с гортанным возгласом прыгнул на показавшего спину обманщика. Большая ошибка! Фейри не только легко ушел от слишком эмоциональной атаки, но и мимоходом пнул пролетавшего мимо здоровяка по ноге и ударил по затылку мечом. Пинок в голень прошел, а вот голову варвар умудрился убрать, развернуться и встретить летящий ему в шею меч своим клинком.

Дримм плавно смещался по кругу влево, постоянно атакуя припадавшего на сломанную ногу ученика и все время наращивая темп, одновременно он уходил от неспособного поучаствовать в схватке эльфа, что не мог его атаковать из-за своего здоровенного товарища. Варвар отбивался хорошо, сломанная нога и боль почти ему не мешали, он очень грамотно работал мечом, но явно уступал своему эльфийскому напарнику -- чуда не произошло, и вскоре Дримм дважды достал его в грудь и сгиб руки державшей меч -- парень выронил оружие и рухнул как срезанный колос, а не сумевший поддержать напарника эльф смог наконец-то вступить в бой.

Пришел черед отступать и отбиваться фейри -- родственник Первого сумел поймать нужную волну, вошел в раж и буквально подгреб Дримма под валом быстрых почти как у Юлы ударов. Причем атаковал эльфеныш не абы как, а с умом, и только превосходство в скорости позволяло фейри отходить, отбиваться без возможности контратаковать, но все-таки не пропускать. Эльф гнал Дримма почти через всю площадку, но потом устал и вынужденно сбросил темп, да и Дримм приноровился и, когда почувствовал что его противник выдыхается, взорвался резкой связкой жестких силовых ударов. Легкого эльфа опять снесло как ураганом, но надо отдать ему должное -- он снова сумел не пропустить и главное не подставить свой меч под прямой блок. Вновь Дримм теснил мальчишку, но и тот хоть и отступал, но постоянно контратаковал, пытаясь если и не остановить напор фейри, то хотя бы его притормозить, и даже пару раз достал его на возвратах в живот и в бедро.

А затем эльф пропустил всего один, один, но решивший все удар в ключицу (открытый перелом)! Дримм не дал ему возможности продолжить затянувшийся бой: пинком ноги выбил оружие из ослабевшей руки и дозированным ударом рукояти отправил в нокаут. Потом пришлось добивать варвара, что хоть и кривился от боли, но все же постарался продолжить бой в одиночку: тут уж Дримм не стал сдерживать себя, а здоровяк не обладал мастерством и легкостью напарника -- снова деревянный клинок разлетелся щепой, и Дримм приставил острие меча к сонной артерии баюкавшего сломанные пальцы противника.

-- Из них выйдет толк, - уже после боя заступился за учеников Дримм. Первый скептически глянул на травмированных учеников, более благосклонно на тех что привел фейри и с неохотой кивнул:

-- Возможно ты прав, если нет, они все равно не пройдут испытания. С твоими ты мне угодил, давно ко мне не поступал такой хороший материал -- они ведь лучше тебя, когда ты ко мне пришел. -

-- Я знаю, - не стал оспаривать очевидное Дримм и немного польстил своему бывшему наставнику: - Поэтому я и привел их к тебе, учитель, для того чтобы ты раскрыл их таланты в полной мере. -

Этот день и ночь Дримм провел в усадьбе Первого, пообщался с учителем, помог устроиться товарищам, поностальгировал и выспался на своей старой койке. Утром со всеми попрощавшись покинул школу Первого, но гулять по Узлу в одиночестве не стал, а почти сразу открыл в безлюдном переулке крохотный портал и перешел в цитадель клана.

Пьяное море.

Второй день перегона третьей эскадры.

Пешеход -- парусный корабль класса ''акула'' ( древняя времен Второй Великой Империи эльфов классификация таких кораблей, ближайший земной аналог -- галион).

Таурэтари (Циркачка).

Эскадра из десяти красавцев-кораблей погибала, и чтобы не делала Таурэтари, она ничего не могла изменить. Гибли любовно отремонтированные на верфи Кури корабли, гибли вложения клана, гибли сотни заготовок и неписей-моряков, игроки в экипажах тоже гибли, но они вскоре восстанут в клановой точке возрождения, а вот неписи и заготовки нет. Гибла и репутация друиды-капитана, но ей сейчас было на это плевать -- Таурэтари боролась, нет, не за свою бессмертную жизнь игрока, а за жизнь эскадры или хотя бы ее корабля и собиралась бороться до самого конца.

А как прекрасно все начиналось! Два дня назад Пьяное море приняло эскадру в свои ласковые объятья и весело понесло по игривым зеленоватым волнам. Как никогда счастливая Таурэтари часто сама стояла у руля флагманского корабля -- ей нравилось ощущать в руках мощь бегущего по волнам красавца и чувствовать как Пешеход отзывается на каждый поворот руля, а попутный без всякой магии ветер шевелит ее волосы. Умелые команды кораблей, в которых больше половины составляли опытные неписи-моряки или набравшиеся опыта в двух подобных походах заготовки, особо не нуждались в присмотре, а игроки и абордажные команды скучали и развлекали себя карточной игрой, тренировками и любованием морскими пейзажами. Идиллия продолжалась почти два дня, и никто в том сонном царстве, в которое превратилась бегущая по волнам эскадра, не обратил внимания на на маленькие тучки на горизонте.

Дикий страшный своей неожиданностью и мощью шторм налетел на эскадру внезапно, и Таурэтари не могла себе простить то, что она, капитан флагмана и флаг-капитан эскадры проворонила момент, когда катастрофу еще можно было предотвратить. С ними не было ни Халлона, ни Эариэль, а другие маги эскадры конечно пытались, но не смогли дать буре укорот, да и вряд ли даже упомянутая парочка сумела бы обуздать чудовищный в своей первозданной ярости шторм. Огромные волны и бешеные ветра практически сразу разделили корабли, а два из них злой рок и вовсе направил навстречу друг другу, и страшный грохот треснувших корпусов ознаменовал начало конца. Таурэтари пыталась спасти что могла, вложила весь свой талант капитана, способности рулевого, силы могучего друида, остальные маги и судовая команда флагмана поступали так же, но этого было мало, и, когда со страшным треском обломилась вторая гора (грот-мачта), Таурэтари поняла -- это конец, конец кораблям, командам и ей как капитану.

Она все равно продолжала бороться, другие маги пытались выторговать флагману минуты, возможно часы, а моряки убрать так и не убранные облака (паруса) на задней горе (бизань-мачте). Хозяева грифонов попытались взлететь и сверху помочь эскадре -- черный от ветра воздух смял, разорвал-истолок в кровавую пыль могучих зверей и их седоков. Каждое мгновение с такелажа улетал матрос, а жадный ветер рвал изрезанные как ножами остатки облаков (парусов). Волны как щупальца гигантского спрута перекатывались через фальшборт и шарили в поисках добычи, которую можно утащить за собой, и часто били таранами в обшивку, как кости под кожей ломая набор корабля.

Новая огромная волна, одна из сотен ей подобных смела многочисленные щиты, заставила затрещать переднюю гору (фок-мачту) и вместе с десятком орущих моряков сорвала остатки рваных тряпок с задней, но корабль ее пережил и следующую за ней не менее огромную волну встретила зеленое сияние: встретило и поглотило, частично отбросило тысячи тонн разогнавшейся воды прочь, с еще одной волной все было точно также, а вот другую за ней уже ничто не могло остановить -- друида-капитан исчерпала свой резерв до дна и не успевала его восстановить. Перед тем как их всех захлестнула высокая как небоскреб и черная как вакса вода, единственной и последней мыслью сжимавшей штурвал Таурэтари было: - Почему!!? -

Интерлюдия.

Земля, Исландия, Рейкьявик, кабинет управляющего одного из крупнейших частных банков Исландии.

2018 год.

-- Разумеется наш банк выполнит все обязательства, как впрочем и всегда, - управляющий банка не позволил себе показать даже тени недовольства на лице или в голосе, однако его совершенно не радовала перспектива потери немалых, да что там, просто огромных средств. Банку будет сильно не хватать этих средств, особенно в нынешние сложные времена. - Надеюсь причиной вашего решения послужила не наша работа? Если это так, то мы готовы выслушать любые ваши пожелания, мистер Груббер -- такому клиенту как вы мы всегда пойдем навстречу, - управляющий прекрасно понимал, что операции с такими громадными суммами ВСЕГДА продумываются от и до, частенько за месяцы и годы до конкретного действия, но просто НЕ МОГ еще раз не прощупать почву -- потеря такого клиента (его денег) скажется не только на судьбе банка, но и на его карьере.

-- О, нет, прекрасная работа! Из всех с кем я работал ваш банк один из лучших! Если мне вновь понадобится разместить средства в надежных руках, я знаю к кому обратится и несомненно обращусь! К сожалению сейчас наступили непростые времена, и мне приходится покрывать непредвиденные потери из резервных средств, которые я разместил в самом надежном месте -- в вашем замечательном банке, - напоследок польстил банку и его управляющему клиент, полноватый американец немецкого происхождения.

Управляющий вежливо кивал на лестные слова и обещания возможного сотрудничества в будущем, но в его душе погасли последние робкие угольки надежды -- банк лишался пятой части оборотных средств, а любые не подтвержденные документами обещания это только слова.

На улаживание оставшихся формальностей ушло чуть больше получаса, и вскоре уже бывший клиент банка покинул его через парадный вход, оглянулся по сторонам и неторопливо пошагал по улице одного из самых тихих и безопасных городов на планете. Гулял американец не долго -- в Рейкьявике не так уж и много достопримечательностей. Вскоре гость с другого конца света облюбовал столик в уютном семейном ресторане и, попросив большую кружку горячего кофе и меню, завороженно уставился на живой огонь в самом настоящем камине, что был сложен из почти не обработанных камней (по крайней мере так казалось неискушенному взгляду). Долго ждать ему не пришлось -- как меню, так и кофе принесли буквально через пару минут, а улыбчивая девушка в ручной работы вязанном переднике ненавязчиво помогла гостю сделать выбор. Мистер Груббер решил побаловать себя, а заодно еще лучше узнать довольно необычную местную кухню и, учтя советы прелестной белокурой официантки, заказал скир, вулканический хлеб и хацкарль, ну и еще кофе, не кружку или две, а целый кофейник.

Пока ждал заказ достал спутниковый телефон и позвонил, но не дождавшись ответа сбросил. Мистер Груббер положил трубку рядом собой и, продолжая попивать кофе, вновь уставился на огонь. Прежде чем принесли заказ зазвонил телефон и американский бизнесмен лениво, будто нехотя ответил на вызов.

У любого внешнего наблюдателя создалось бы впечатление, что мистер Груббер слушает невидимого собеседника и даже время от времени поддакивает ему, на самом же деле он пережидал раздававшуюся из трубки серию пощелкиваний. Только спустя несколько минут и несколько глотков кофе (кружка опустела) в трубке раздался изуродованный специальным прибором голос:

-- Линия безопасна -- можно говорить. -

-- Одувинчик, акула, пива, воздашный шар, шаколад, митематика, Плутан, Маугли, - мистер Груббер произнес на первый взгляд бессмысленный набор исковерканных слов, но на той стороне не удивились и тот же обезличенный голос сказал:

-- Принято, - а затем вновь раздались щелчки. Эта серия была поменьше первой и вскоре подобравшийся мистер Груббер услышал хоть и похожий на первый (такой же искажающий прибор), но уже совсем другой голос:

-- Ну как? - сразу не представляясь спросил новый собеседник на чистейшем немецком языке, спросил не уточняя что он имел в виду, так как тот кто представлялся мистером Груббером, законопослушным бизнесменом из США, должен был знать что имеется в виду.

-- Сделано, - мистер Груббер действительно знал и отчитывался на том же языке, - первые 20 тысяч (имеются в виду миллиарды) уйдут сегодня, еще 30 до конца месяца. Основная сумма в течении года. -

-- Хорошо. Не было ли чего-то подозрительного, вопросов? -

-- Нет, действительно хороший банк, даже жалко с ними расставаться. -

-- В Панаме тоже так казалось. Впрочем уже не важно. -

-- Что-нибудь дополнительное? -

-- Нет, все правильно, продолжай в том же духе -- остальные по той же схеме. Не засветись. -

-- Уж постараюсь, - улыбнулся мистер Груббер, зная что собеседник на том конце улыбается в ответ.

-- До свиданья, мистер Груббер. -

-- До свидания, товарищ Иванов. -

''Американский бизнесмен'' положил замолчавший телефон на стол и в восхищении развел руками, приветствуя улыбающуюся наследницу викингов с полным подносом разной вкусноты.

Глава 14

Старая цитадель клана Красного Дракона.

Через три дня после гибели третьей эскадры.

Таурэтари.

Таурэтари сидела перед залом с мертвым ничего не выражающим лицом и кажется даже не смотрела на тех, кто из того зала выходил или наоборот входил. На самом деле это была всего лишь маска, и выплакавшая все глаза (и здесь, и в реале) девушка замирала душой каждый раз, как открывалась и закрывалась судьбоносная дверь. За три прошедших с момента катастрофы дня ее лишь два раза вызывали на мало напоминавший дознание разговор, один раз Халлон, другой раз сам Глава. Ни один из них ни в чем ее не обвинял и не ругал, ее даже не отстранили от командования ''Бродягой'' (кораблем в составе первой эскадры), но девушка так накрутила себя, что видела обвинение в самых простых вопросах адмирала и Главы. Мало того, ей стало казаться, что она видит презрение в глазах других членов клана и слышит шепотки за спиной: в ''столовке'', в коридорах цитадели, на верфи, на палубе корабля -- везде. Какой-то частью разума она понимала, что это не так или вернее не совсем так и большинство того что ей кажется -- бред, но с другой стороны, она не могла простить сама себя и ей казалось, что и другие не могут ее простить, вернее не должны.

И вот сегодня решалась ее судьба, судьба той, кому клан и адмирал доверили десять свеженьких только с верфи кораблей, жизни сотен моряков и членов абордажных команд, той самой, кто все доверенное просрал и спустил в унитаз. Таурэтари уже смирилась что капитаном ей больше не быть и сегодня утром попрощалась со своим кораблем, она не знала какое еще наказание придумает стихийный трибунал из старших членов клана, но надеялась лишь на одно -- у нее не отнимут море. Пусть самым младшим помощником, пусть плотником (друиды хорошо работали с деревом кораблей), пусть простым магом поддержки, она согласна на все, но только не списание на берег.

Девушка готовилась и ожидала этот момент, но все равно у нее задрожали губы и ослабли ноги, когда в очередной раз открылась столь страшная для не дверь и появившаяся из-за нее Василиса поманила ее рукой:

-- Пора. Тебя ждут. -

На ватных ногах эльфийка-капитан двинулась к двери, ступая словно во сне и частью души по-детски надеясь оттянуть тот момент, когда она войдет в эту дверь и услышит что ей скажут за ней. Но дверь была недалеко, и десять шагов пролетели в один момент.

Неожиданно ее приобняла за плечи Дочка и поцеловав в щеку шепнула:

-- Ничего не бойся. Держись! -

Таурэтари взглянула в ее искренне сочувствующие глаза и девушке неожиданно стало легче, как будто чья-то незримая рука сняла часть груза с ее души. Она с искренней благодарностью ощутила-поняла, что в цитадели есть хоть кто-то, кто не винит ее в том что произошло и желает ей удачи. Тем временем Дочка подтолкнула немного воспрянувшую духом эльфийку в зал и, легонько хлопнув ее по попе, закрыла за ней дверь. Таурэтари совершенно не обиделась на этот фамильярный шлепок, и все то время как решалась ее судьба чувствовала молчаливую, но явственную как теплое укрывшее плечи одеяло поддержку за своей спиной.

В небольшом зале собралось немало народу: Глава клана с полуприкрытыми как будто он спал глазами, но когда его о чем-то спросил сидевший по левую руку Таурохтар, Глава ответил мгновенно и тем самым сразу опроверг ложное впечатление; по правую руку от фейри сидел насупленный Халлон и о чудо (!) немного пришедшей в себя и начавшей соображать Таурэтари почудилась поддержка в его глазах. Помимо Дримма, старшего рейнджера и адмирала за тем же столом находились Вар и Людмила: орк как обычно скалился неизвестно чему, а вот Людмила раздраженно взглянула на проштрафившегося капитана -- сердце Тауратари вновь упало -- она приняла это на свой счет (на самом деле Людмила злилась на Главу -- она не понимала, зачем ее оторвали от дел в городе и переживала как там справятся без нее). За соседним столом сидели Альдарон и Синьагил, о чем-то говорившая на ухо безопаснику Эариэль, а так же шушукающиеся Туллиндэ и Анариэль. И вновь друиде почудился недоброжелательный взгляд в ее сторону -- Анариэль просто не могла простить ей ни за грош потерянных средств и конечно будет стоять за самое жесткое наказание (тут Таурэтари не ошиблась -- Анариэль действительно душила жаба, обида и почти физическая боль). Это были те, кто решал ее судьбу. Присутствовали и зрители: вдоль стен расселись капитаны всех кораблей, первые и вторые помощники, некоторые работники верфей и несколько не имевших никакого отношения к флоту игроков, все они внимательно уставились на вошедшую эльфийку и прекратив разговоры лишь изредка обменивались тихими репликами. Таурэтари с удивлением поняла, что не видит в глазах большинства присутствующих осуждения, даже в глазах тех, кто погиб по ее вине, а видит по большей части сочувствие и поддержку, и со стыдом вспомнила как сама отгородилась ото всех, не принимая попыток помочь или утешить и предпочитая страдать в одиночестве и выдумывать невесть что.

Красивая хоть по человеческим, хоть по изысканным эльфийским меркам девушка в белом глухом платье в пол вышла на середину зала и остановилась, прекрасная как картина или статуя. Таурэтари не стала ничего говорить, а только смотрела на всех своими грустными глазами и покорно ожидала своей участи.

Первым выступил Альдарон и скучным казенным голосом еще раз рассказал о том что произошло и по какому поводу они здесь собрались: никаких обвинений или выводов, никаких комментариев от себя -- только сухие факты в хронологическом порядке. Потом слово взяла Анариэль и тут уж совершенно закаменевшей девушке досталось по полной: ''Внебрачная дочь Скруджа'' (Анариэль) очень эмоционально обвинила капитана во всех грехах, а главное в потере материальных ценностей и вложенных средств, конкретные суммы прилагались. Затем поднялась Маска (Синьагил) и напомнила-суммировала собравшимся уже заслушанные показания свидетелей (капитанов кораблей и первого и второго помощников на флагмане). Таурэтари едва не разревелась в голос, когда услышала, что все свидетели как один встали на ее защиту и категорически заявляли о том, что в той ситуации эльфийка-капитан сделала все что могла и никто бы на ее месте не сумел сделать больше. И вновь ее словно пронизала теплая успокаивающая волна, и благодаря этому она сумела удержать себя в руках и не потерять лицо перед собравшимися (Дочка практически нарушила запрет отца не влиять на членов клана, впрочем Дримм был не далеко и постфактум одобрил ее вмешательство).

После Маски встал Халлон, и нет, он не начал говорить с места, а вышел из-за стола, встал рядом Таурэтари и только потом, положив ей руку на плечо, произнес пылкую речь, причем адмирал не только защищал Таурэтари, а обвинял...

-- Вы все слышали о чем говорили свидетели -- Циркачка (Таурэтари) не виновата ни в чем!Она хороший капитан, и так скажу не только я! А если виновата, то и я виноват вместе с ней -- слишком много моего внимания заняли учения флота, и я оставил ее со всеми проблемами один на один, не выделил ей достаточного количества опытных людей и магов! Если бы с погибшей эскадрой была Русалочка, то ничего бы этого не произошло, и это опять моя вина, мой эгоизм! Но виноват не только я -- кто ее торопил и буквально выпихнул в море?! Не ты ли или не ты?! - Халлон поочередно ткнул пальцем в Анариэль и Главу клана. - Возможно если бы эскадра недельку, всего недельку, поучилась, катастрофы можно было бы избежать! Но нет, ради копеечной экономии надо было гнать и выпнуть не слаженные экипажи в море! И вообще мы забыли что это море, а точнее -- море и океан, а между ними забитые злыми на нас троглодитами пещеры! После двух удачных перегонов, особенно после второго, мы расслабились и перестали готовиться как должно! С таким подходом что-нибудь непременно должно было случиться не в Пьяном море, так в пещерах троглодитов или в Великом океане! -

Собравшиеся в зале моряки поддерживали своего адмирала одобрительными выкриками и комментариями, которые становились все громче и смелей по мере того, как он говорил свою зажигательную речь.

-- Стоп! - поднятая рука и возглас вставшего на ноги Дримма не сразу, но уняли поднявшийся гам. - Ты прав! На нас тоже лежит ответственность, и никто не собирается ее с себя снимать. Но, Таурэтари и именно ей была доверена эскадра, она хотела этого назначения и получила -- как говорится: ''Назвался груздем, полезай в кузов''. Она отвечала за все и ДОЛЖНА была давить на нас, на меня, на тебя, на Анариэль, чтобы ей дали больше магов и опытных моряков, и она НЕ ДОЛЖНА была соглашаться выходить в поход с неопытными командами. Мы собрались не чтобы ее распять и затравить собаками -- тут нет тех, кто хотел бы ей зла, а в большей степени для того, чтобы не допустить такого в будущем, но и оставить без последствий то что произошло мы не можем -- как бы то ни было она командовала эскадрой, и под ее руководством эскадра пошла ко дну. -

Неожиданно для всех и словно иллюстрируя сказанное Главой, на защиту Таурэтари встал тот, вернее та, от кого этого меньше всего ждали, ее главный обвинитель:

-- Может быть ты и прав, Диссидент (Халлон), - взяла слово Анариэль, - и это действительно форс-мажор. На счет моей вины не отрицаю -- я помню как Таурэтари ко мне подходила, и я ее послала, за это извиняюсь. - Как бы подтверждая свои слова, Анариэль слегка поклонилась ранее ей же обвиняемой капитанше. - Но и с Главой согласна: почему она дала себя послать, а не отстаивала свою позицию?! Из-за некоторых ''товарищей'', которые чрезмерно любят запустить руку в казну, - Анариэль обвела взглядом резко поскучневшие лица, - я почти всем говорю нет, но это же не значит НЕТ -- это приглашение обсудить, подумать и достигнуть компромисса, а Циркачка уж очень быстро сдалась -- так нельзя, тем более когда такое дело под угрозой. Но я про другое: даже если это не форс-мажор и вина Циркачки была бы полностью доказана, железобетонно, как мы можем ее наказать? У нас нет даже неписанных правил на этот счет: ни материальной ответственности, ни ответственности капитана, что вывел не готовые корабли в море, ни ответственности тех, кто выпустил их в таком состоянии -- НИ-ЧЕ-ГО! -

Некоторое время в зале обсуждали то что сказала Анариэль: главный казначей клана была права, да и вообще в клане в принципе не имелось никаких правил, тем более документов, регулирующих разные, в том числе и такие аспекты внутриклановой жизни -- все делалось на глазок и экспромтом в живом режиме. Про Таурэтари все забыли и шумно обсуждали, оставить все как есть или что-то с этим делать. Победила точка зрения тех, кто был недоволен отсутствием, настоящим вакуумом писанных правил и законов -- Глава клана при всех поручил имевшей в реале юридическое образование Синьагил составить краткий свод таких правил и оформить неписанные законы в слова, затем принести ему, а после на утверждение общим собранием клана.

-- Только не тяни и слишком не погружайся, - напутствовал Синьагил в нелегком деле законотворчества Дримм, - сразу все охватить не получится, да и не надо много -- когда будем утверждать, можем что-то упустить. Основные тезисы: порядок вступления в клан, порядок выхода, порядок принятия решений, ну и про материальную ответственность. Пока хватит, потом по мере надобности будем добавлять. -

-- А что с Таурэтари? - напомнил об основной причине собрания Халлон. Адмирал все еще стоял рядом с опальным капитаном и, раз уж все отвлеклись на другой вопрос, хотел под шумок побыстрее закончить разбирательство и с минимальным для нее уроном.

На некоторое время собрание вернулось к прежней теме, но не надолго -- сразу внес предложение Глава, и обращался он даже не к обвиняемой, а в основном к Халлону:

-- Никаких материальных взысканий, но перегонять эскадры она больше не будет. Говоришь она хороший капитан? Вот пусть и будет капитаном на своем корабле, но ничего больше, как в старину говорили: ''По должности не повышать''. - И предвосхищая вопрос открывшего было рот адмирала пояснил: - Если она сильно отличится, прямо сильно и не один раз, не два и не три, а много, то мы -- я, ты и Анариэль соберемся, и если ни у кого из нас не будет возражений, то ограничение мы снимем, а если будут, то нет, до следующего раза. -

Глава оглянулся по сторонам и не дождавшись возражений кивнул, как бы утверждая принятое решение, а затем обратился к словно заново родившейся (у нее не отнимут море!) Таурэтари:

-- Ты все поняла? - Толчок от стоявшего рядом адмирала и эльфийка часто как китайский болванчик закивала головой. - Тебе есть что сказать? - ''Болванчик'' вновь замотал головой, но не вверх-вниз, а с право-налево. - Тогда садись. -

Адмирал вернулся на свое место, а не обвиняемую больше ни в чем эльфийку Василиса обняла за плечи и отвела к трибуне капитанов, где ее радостно встретили и приняли в свои ряды коллеги и друзья.

-- Пока не разошлись, - несколько притормозил начавшееся было веселье Дримм, - давайте решим, кто заменит Таурэтари. Тут все старожилы флота -- вам и карты в руки. От себя добавлю: тот кто займет ее место, не должен быть только хорошим капитаном -- сами видите этого мало, но и уметь договариваться и отстаивать свою позицию. Если надо, то и на конфликт идти! -

-- Предлагаю Тралла! - тут же вылез Вар, - Он без мыла в жопу залезет!

-- И не только в жопу, но и в другие места! - кто-то (неизвестно кто, но женским голосом) выкрикнул от трибун. Возмущение Тралла потонуло в хохоте коллег-капитанов, через минуту полуорк тоже махнул рукой и рассмеялся.

Ни у адмирала, ни у Главы не возникло возражений, а вот сам Тралл не очень горел взваливать на себя морочную должность, да еще и отдавать мостик своего недавно полученного корабля другому. В конце-концов уже после совещания полуорк, и вправду способный ''без мыла залезть в жопу'', выторговал себе право первым выбрать любой корабль, из тех что он будет перегонять, правда с условием: любой после первого успешного перегона и только после того, как он подготовит себе замену на посту старшего перегонной команды.

Великий Южный океан, остров Безголовой черепахи.

Спустя 12 дней после суда над Таурэтари.

Флот клана Красного Дракона (15 вымпелов: 13 боевых кораблей, 2 недавно захваченных ''купца'').

Неизвестно какое имя носил древний город давно позабытой расы, да и как давно канувшие в лету жители того города называли остров, на котором он стоял, но сейчас гиблое место прозывалось островом Безголовой Черепахи (только безголовая черепаха решится его посетить), и на него не заплывали корабли, его не посещали дикари, а игроки -- любители таких мест, еще не добрались до небольшого и затерянного в бескрайнем океане островка. Вернее добрались -- только что.

Флот клана уверенно миновал все еще исполнявшие свою функцию искусственные волноломы и как к себе домой вошел в большую и глубокую бухту. Бесцеремонность чужаков пришлась не по вкусу нынешним хозяевам острова, вернее его обширных песчаных пляжей, и тысячи глопов устремились в воды бухты, спеша объяснить дерзким пришельцам, почему манящий сокровищами не разграбленного города остров обходят десятой дорогой все, кто имел хоть капельку мозгов, и многие из тех, кто этой капли не имел.

*

Глоп -- двухметровый рептилиоморф, с большими когтями, клыками и довольно прочной похожей на чешую кожей. Клыки выделяют смертельный яд, а когти парализующий состав, такой же состав проступает из пор кожи. Глопы прекрасно чувствуют себя в соленой воде, а вот в пресной болеют, поэтому очень редко встречаются в устьях рек и вообще вблизи континентов. Тем не менее глопы совершенно не боятся суши и могут быстро передвигаться как на двух, так и на четырех лапах и совершать впечатляющие 6-8 метровые прыжки (в том числе прямо из воды, например, на палубы кораблей). Сам по себе глоп-одиночка -- обычный монстр, не сильнее и не опасней остальных монстров Серединного мира, а вот многотысячная стая глопов, да еще и в водной стихии -- совсем другое дело.

*

Драконы и возглавлявший флот Халлон точно знали, с кем им придется столкнуться, и потому флот входил в бухту в развернутом боевом порядке, над ним парил десяток грифонов-летунов, лучники и арбалетчики в готовности застыли у фальшбортов, а маги начали еще до того, как последний глоп покинул пляж. Этим самым последним из огромной стаи особенно не повезло -- они узнали, что чувствуют колбаски на гриле, но никому не смогли этого рассказать -- огненная волна прошлась по почти опустевшему пляжу, спекла верхний слой песка, испарила несколько тонн воды и оставила после себя сотни хрустящих цельно-запеченных тушек. Мгновенная гибель собратьев не остановила стаю, а жар за спиной лишь заставил их двигаться быстрей -- огромный косяк жаждущих крови монстров устремился к кораблям.

От огня глопов довольно неплохо прикрывала вода, но у магов были и другие способы их достать, так что там где не сработало бы пламя, помог холод -- не менее опасный враг для теплолюбивых обитателей южных вод. Не только ледяные копья, шары, стрелы и площадные заклинания той же направленности сокращали численность стремительно приближавшейся стаи -- с неба мерно били гигантские молнии, заставляя сотни оглушенных и мертвых глопов всплывать брюхом кверху, а с кружившихся над стаей грифонов садили из жезлов и сбрасывали мощные бомбы, что взрывались в 5-7 метрах под водой. Но главное испытание ожидало стаю впереди: в тот самый момент когда уже начали работать эльфы-стрелки, под стаей закрутился чудовищный сперва медленный, но быстро набравший мощь водоворот и потянул глопов в себя. Здоровенные земноводные сопротивлялись как могли: орали плохо приспособленными к наземной жизни глотками, напрягали мышцы, пытаясь вырваться из бешено крутящейся водяной пасти, отталкивали и карабкались по телам товарищей по несчастью, рвали зубами и когтями тех, кто пытался карабкаться по ним -- все напрасно -- спастись смогли немногие, да и те пали от не знавших промаха эльфийских стрел, а также от ударных заклинаний не терявших времени зря магов-игроков.

Ну а Русалочка, хозяйка сотворившего весь этот ужас маунта, вскоре приказала своему разошедшемуся спутнику закругляться, пока в чудовищный водоворот не затянуло уже помаленьку начавшие двигаться к нему корабли. Пауль подчинился приказу хозяйки, и поверхность успокоившейся бухты покрыл ковер из тысяч, десятков тысяч всплывших изломанных мертвых тел. Адмирал отдал приказ флотилии двигаться вперед, а специально созданные команды, используя багры и сети, вылавливали тела из воды: вырванные когти и содранные шкуры отправились в трюмы, а мясо глопов пожирней -- на камбуз. Впрочем не мясо, кожа и когти бывших хозяев бухты являлись целью флота, и корабли не стали задерживаться среди дрейфующих тел, гонясь за каждой тушей, а поспешно вышли на чистую воду, поближе к сверкающему стеклом пляжу, и уже там дружно отдали якоря.

-- Ну что высаживаемся? - нетерпеливо спросил у адмирала Вар. Полуорку надоело вести жизнь бесполезного груза, ему до дрожи в руках хотелось опробовать недавно купленный топор и наконец-то замочить его, но не в воде. Встреченные по пути к острову ''купцы'' не сумели утолить его голод -- старшему абордажнику не повезло поучаствовать в бою -- все решило дистанционное оружие и маги.

-- Готовьтесь пока, - кивнул адмирал, - но не слишком спешите, начнете по моему приказу. -

-- Лады! - Вар не теряя времени сразу ушел в себя, связавшись по мысленной связи с игроками-командирами абордажных групп и начал формировать первую волну. На флагмане тоже стало веселей, моряки готовили к спуску шлюпки, а из брюха (трюма) здоровенного корабля повалили морские пехотинцы.

Тем временем Халлон так же отдал несколько приказов: грифоньим всадникам лететь к городу и смотреть в оба и общий приказ по флоту: всем магам, эльфам-стрелкам и операторам станковых самострелов готовиться к встрече гостей.

Разведданные оказались верны: как только грифоны с игроками на спинах миновали условную городскую черту, в небо устремились десятки здоровенных желтых птиц, издали похожих на цыплят-переростков, только с крыльями как у орлов и пастью, которой не постыдился бы и крокодил. Каждый их этих ''цыпляток'' не уступал габаритами отсутствующему сейчас Малышу (гигантский маунт-грифон Оаиэль). Как и было заранее решено грифоны сразу рванули к кораблям, но постоянно подогревали к себе интерес, потчуя преследователей боевыми заклинаниями. Разъяренные болезненными ударами птицы яростно орали и постепенно нагоняли посмевших залететь на их территорию чужаков. Две группы, одна в десяток маленьких на фоне преследователей грифонов, другая из сотни огромных, яростно орущих птиц достигли пляжа и вот-вот должны были достичь кораблей.

-- Сейчас! - пришел мысленный сигнал от Стаса. Адмирал дал отмашку, и сам присоединился к общему залпу магов, чуть позже к веселью присоединились луки и самострелы.

Небо над кораблями взорвалось и превратилось в разноцветный ад из вспышек и взрывов сталкивающихся с плотью и друг другом атакующих заклинаний, а на палубы упал редкий, но самый настоящий дождь из красно-желтых перьев. Луки были почти бесполезны -- мягкие на вид перья оказались неожиданно прочны и предназначенные пробивать доспехи стрелы не причиняли гигантским птицам особого вреда, а вот тяжелые болты из станкачей, хоть тоже и не пробивали только внешне похожие на цыплячий пух перья, но мощный удар болта причинял боль, сушил мышцы, нарушал полет, сбивал птицам ритм.

Не только окровавленные перья сыпались с небес -- на палубу одного из кораблей рухнула еще живая туша с оторванным крылом и абордажникам раньше чем они думали пришлось вступить в бой. Еще одна сбитая, но живая птица запуталась в снастях другого корабля, и удары мощных вооруженных большими изогнутыми когтями ног едва не своротили мачту, про реи и снасти вообще не стоит говорить. Несколько птиц шумно плюхнулись в воду меж кораблей и бешено забились, не желая тонуть: одну успокоил молнией Халлон, а всех остальных утащили под воду жадные щупальца Пауля.

Часть птиц все же сумела пережить бурю заклинаний и стрел и вырваться из смертельной ловушки... и тут же лоб в лоб схлестнуться с атакующими грифонами: 19 против 10 (но уже не 97 против тех же 10). Пернатые обитатели города все еще имели превосходство в числе, размер и жуткие когти тоже никуда не делись, но после столь плотного ''знакомства'' с флотскими магами птицы были уже не те: все оставляли за собой кровавый след, некоторые лишились глаз или конечностей или вообще припадали к самой воде -- поврежденные крылья плохо держали тяжелые изорванные заклятьями тела. Но все равно птицы оставались грозными противниками и прежде чем сдохнуть утянули за собой на тот свет целых трех грифонов, не считая сидевших на них игроков.

А в это время, не дожидаясь окончания воздушного боя, дал отмашку адмирал, и десятки наполненных воинами лодок устремились к опустевшему пляжу. В первой волне шли в основном спецназовцы и воины-игроки. Лодки так и не достигли пляжа, а избавившись от спрыгнувших в воду пассажиров, повернули назад за второй волной. Между тем спецназовцы и игроки довольно быстро преодолели сопротивление доходившей до пояса воды и вырвались на беззащитный, усеянный зажаренными телами пляж, проверили его на счет возможных сюрпризов, прикончили полдюжины не участвовавших в общей атаке глопов и вскоре полностью контролировали пляж почти до самых окраин города. Вскоре подоспела и вторая волна, затем третья, затем на берег сошли моряки и ремесленники-универсалы, начали расти палатки, а по периметру будущего лагеря густо сеялись мины и ловушки. До вечера было еще далеко, и меньше чем через час после того как Драконы окончательно закрепились на пляже, в город хлынули рейды игроков, в основном жадных до кача новичков, но и ''старички'' не намного им уступали, к тому же за ''молодежью'' нужен был присмотр. За игроками пошли спецназовцы занимать контрольные точки и крыши зачищенных домов, а потом с них поддержать продвигавшиеся все дальше и дальше рейды. Потом спецназовцев сменяли морские пехотинцы с арбалетами, а спецназ двигался дальше. Иногда бывало что разогнавшийся маховик зачистки сбоил, и какой-нибудь слишком сильный для низкоуровневых новичков монстр давал им прикурить, тогда в дело вступали сбитые рейды опытных высокоуровневых игроков и пожелавший помучиться моб получал свое, а выжившие после общения с ним новички учились, как нужно правильно делать дела, и ждали не таких везучих товарищей с респауна.

Уже поздним вечером в лагерь на пляже вернулся по горлышко насытившийся махычем и кровью Вар. Несмотря на то что столь дорого вставший топор не оправдал себя и после пары схваток отправился на дно безразмерного мешка (для последующей продажи), орк был доволен и поспешил к адмиральской палатке.

-- Ну че, господа глопоеды, доигрались!? - прервал поздний ужин по маковку забрызганный кровью орк (Халлон, Анариэль и Эариэль как раз закусывали мясом бывших обитателей пляжа) и неожиданно обнажил клыки в улыбке: - Мы в шоколаде! - но прежде чем пояснить свои слова сделал щедрый глоток прямо из горла подхваченной со стола бутылки. - Не город -- мечта! Мы у него первые -- до нас точно никого не было! Мобы жестковаты для большинства новичков, но с поддержкой они справляются, зато снимают много очков, да я и сам уровень взял.-

-- Насколько богатый по десятибальной шкале? - захотела уточнить даже привставшая в возбуждении Анариэль.

-- На, смотри, - и орк поставил на стол массивный золотой и украшенный по ободу полудрагоценными камнями сосуд.

Анариэль захлопала в ладоши, а просмотревшая сосуд опознанием Русалочка скривилась:

-- Ты бы его еще наполнил, а потом уже ставил на стол, как говорится ''приятного вам аппетита!''. - Халлон только хмыкнул в бокал, а ушедшая в сладкие мысли Анариэль даже не услышала ее слова.

Вар поспешно убрал от еды ночной горшок и извинился, но все равно выглядел довольным.

-- Ладно, я к себе: отмоюсь, переоденусь, разложу хабар. -

-- Иди, - отпустил его Халлон и напомнил: - Только не забудь: через два часа сбор всех командиров, за тобой старшие абордажных групп. -

-- Само-собой. -

Орк, позаимствовав бутылку со стола, отправился к себе, а адмирал, глянув на лицо Анариэль и без труда прочитав по нему ее мысли, рассудительно сказал:

-- Да не волнуйся ты так -- завтра сама все посмотришь и пощупаешь руками. Вар скорей всего прав: раз здесь даже срали в золото и никого не было до нас, то добычи должно быть полно -- не зря прогулялись. -

-- Уж это точно, - согласилась с ним Русалочка, - если хотя бы в каждом десятом доме стоит такой горшок, значит и другого добра в нем навалом, а если в каждом первом, то добычи будет не сильно меньше чем с Гоблинских гор. -

-- Не преувеличивай, - наконец-то вынырнула из сладких мыслей Анариэль, - город не такой уж большой -- одна цитадель Дробителей Костей раз в 100 больше. Но симптом хороший, тут я согласна. - Обращаясь уже к адмиралу кивнула: - И ты прав, завтра сама прогуляюсь, заодно подкачаюсь, а то прямо стыдно -- многие новички по уровню выше меня. -

-- Я слышала Дримм собирается устроить постоянные пробежки по городу гномов (доступный через портал в цитадели заброшенный город гномов, населенный мобами очень высокого уровня), - поделилась Русалочка.

-- Я знаю, - хитро прищурилась Анариэль, - кто по-твоему ему это предложил и даже настоял? -

-- Оу! - немного смутилась Русалочка. - Тогда ясно. -

-- Проедусь на горбу у Дримма и пары наших посильней, - между тем делилась наполеоновскими планами Анариэль. - Раз уж они меня так загрузили, пускай теперь прокачают по максимуму, ну или того же Морнэмира или Вэнона, да и других обделенных очками ''стариков''. -

-- Справедливо, - отхлебнул из кубка Халлон и с трудом закусил жестким как подошва мясом.

-- Со мной все ясно, буду качаться и добро принимать, ну а вы что будете делать? - Анариэль не решилась повторить подвиг адмирала и предпочла мясу сыр и хлеб.

-- Дам своим (игрокам -- членам команд) пару дней порезвиться в городе, потом выйдем в океан и дней пять походим вокруг: попадется кто -- хорошо, не попадется -- так потренируемся. Думаю за неделю здесь должны управиться, и мы вас сразу заберем, а если нет, поможем. -

Опыт не пропьешь -- все получилось примерно так, как и планировал адмирал: наземные силы чистили город от всего ценного, а флот рыскал вокруг острова, тренировался и пытался найти хоть какого самого завалящегося спарринг-партнера. Нельзя сказать что морячкам совсем уж не повезло: пара на свою беду повстречавших на пути океанских монстров и перевозящий пряности небольшой купец-одиночка разнообразили прогулку, но настоящего потенциально способного потопить флот противника они повстречали только на пути назад, уже у самых берегов -- новая еще большая стая глопов спешила занять освободившийся пляж. Маунту Русалочки вновь пришлось поработать водоворотом, а магам и стрелкам потренировать свои навыки. На этот раз тварей оказалось слишком много и абордажникам-заготовкам впервые за все время существования флота довелось самим отражать абордаж. Адмирал был доволен -- заготовки, да и игроки приобрели ценный опыт, но за все приходится платить -- после боя на каждом корабле стало на 5-10 заготовок меньше.

А в это время на острове тоже не обошлось без проблем и нескольких как приятных, так и неприятных открытий. Приятным стало то, что остров действительно был богат, и нет, золотых украшенных каменьями ночных горшков нашли не так уж и много (еще четыре штуки, помимо найденного Варом), но ломившиеся от жемчуга короба, забитые не испортившимися пряностям, акульими зубами, панцирями редких морских животных склады послужили адекватной заменой, плюс очень не бедные дома и дворцы местных жителей и полные предметов роскоши, прекрасных статуй и красивейших мозаичных панно общественные места и площади. Внутренний ''хомяк'' Анариэль вырвался наружу, и разошедшаяся эльфийка запрягла всех кого могла не хуже негров на плантации: день и ночь трудолюбивые заготовки демонтировали фонтаны и статуи, искали предметы роскоши, вроде прекрасных ваз, резных перил на лестницах или роскошной мебели, и даже отковыривали плитки мозаичных панно, нумеровали и отправляли в пронумерованные безразмерные мешки. За две недели такой деятельности заготовки под руководством вошедшей в раж Анариэль буквально ''раздели'' некогда прекрасный город догола, голых каменных стен и зияющих дыр на месте мостовой. Казначей клана была довольно собой и не очень обращала внимание на клановых острословов и на новое прозвище -- ''Убийца Городов''. Еще одним приятным открытием стали несколько данжей, найденных в подвалах городских домов, не очень большие и богатые данжи, но поскольку они существовали по старым правилам онлайн-игр, их можно было проходить снова и снова, и снова -- то что надо для игроков-новичков, ну и старички развлеклись и по разу прошли каждый.

Но на этом все, и в довесок город и остров ''порадовал'' Драконов небольшой, но увесистой кучкой проблем, первой и второй из которых стали две поочередно, с интервалом в два дня, атаковавшие пляж стаи глопов. Игроки конечно отбились, вовсю эксплуатируя жезлы и сбрасывавших импровизированные глубинные бомбы летунов, да и стаи были поменьше той, что уничтожили в начале и тем более той, которую уничтожил возвращавшийся флот, но все равно потерь в заготовках не удалось избежать. Хотя могло быть хуже, если бы глопы сумели застать их врасплох или до острова добралась бы уничтоженная в открытом океане стая.

Третья проблема -- возрождавшиеся по игровым правилам огромные желтые птицы. К счастью возрождались они в одно и тоже время, в одном и том же месте, по десять штук в день и со временем их уничтожение превратилось в рутину. Рутина рутиной, но грифоны не смогли сопровождать флот и участвовать в учениях, впрочем нет худа без добра -- неизвестно как бы Драконы на острове отбились и какие потери понесли не будь у них воздушной поддержки.

Четвертой из проблем были многочисленные гости из окружавших город недоджунглей, бывших одичавших городских садов. Чистый не замутненный баг (по крайней мере так его воспринимали игроки) -- ''джунгли'' можно было обойти за 20 минут (днем обходили и засекали время), а ночью из них валила и пыталась вновь ''заселить'' город такая толпа монстров, что считанные гектары ну никак не могли бы их всех вместить. В общем игроки и заготовки на острове не скучали, ''убивали город'' под руководством новоназванной ''Убийцы Городов'', качались, встречали глопов и ''коренных'' из джунглей (ну а как (?) -- самозародились как москвичи, или все же лимита из портала?).

Как и обещал адмирал, флот вернулся через 5 дней, вернулся, приведя еще один вымпел, а потом неделю стоял в бухте пока команды кораблей участвовали в местной веселой сумотошной жизни и заодно помогали чистить город от остатков былой славы. Перед самым уходом всем миром встретили еще одну стаю глопов, и на этот раз все было серьезно -- глопов привалило раза этак в два больше чем в четырех уже уничтоженных стаях. Но отбились, хоть и не без потерь. Прекрасно показали себя прокачавшиеся в городе и данжах новички. Пора было валить -- адмирал да и остальные игроки сделали правильные выводы и не захотели узнать сколько глопов навестит их в следующий раз.

На то чтобы завершить все дела ушел один день и одна ночь, и ранним утром следующего дня попутный ветер надул белоснежные облака-паруса и понес глубоко сидящие в воде корабли прочь от богато одарившего своих незваных гостей острова. Остров действительно многим одарил Драконов: богатствами, очками, бесценным опытом, который приобрели вынужденные постоянно сражаться и на суши, и на море игроки, сложились рейды, а новички и старички притерлись друг к другу, и это касалось не только игроков, но и заготовок (давно купленные стали еще умней, а те кого купили совсем недавно потеряли обычную после покупки тупость в глазах и начали соображать).

Просто так покинуть щедрый остров и унести с собой все что там удалось приобрести не получилось -- раздобревший флот встретили на второй день пути и встретила не новая еще большая стая глопов (чего надо признать немного опасался адмирал), а флот южных людоедов-дикарей примерно в 200-300 катамаранов и пирог. И надо сказать что предназначенный для океана катамаран мало уступал по размеру среднему кораблю и совсем немного превосходил пирогу на сотню посадочных мест. Так что минимум 30 тысяч дикарей желали отнять у Драконов все: корабли, добычу, заработанные очки и вдобавок жизни верных заготовок. Игроки тоже не собирались так просто отдавать свое: два флота стремительно сближались, а команды кораблей, катамаранов и пирог готовились к неизбежному бою. Каждая из сторон считала себя сильней и верила в свою победу, и так же имела или думала что имела по несколько козырей в рукаве.

Первыми свой козырь выложили игроки, и десяток устремившихся к дикарям грифонов были по-настоящему сильным козырем -- джокером в сражении ограниченных двухмерным полем боя кораблей. После первого же захода десятки пирог и катамаранов весело вспыхнули от зажигательных бомб. На какое-то время Драконам показалось, что боя не будет -- грифоны без проблем вывалят весь свой во всех смыслах зажигательный груз на беззащитный вражеский флот и если будет мало, вернутся на свои корабли пополнить боезопас, снова вывалят, и все это еще до того как сойдутся флоты, вернее один флот и кучка пылающих деревяшек на воде. Сладкие мечты о легкой победе разбились об искусство южных колдунов -- грифонов сбили, сбили быстро и красиво, сбили всех до одного, против сотен мелких, но опасных сиреневых шаров, похожих на огромные грозди винограда, не помогли никакие щиты или наложенные перед битвой бафы.

Адмирал по достоинству оценил деяние врагов, вновь про себя пожалев, что грифонами командует не Колобок, и тут же отдал по флоту общий приказ ''выжимать облака'', то есть снижать скорость, тем самым давая магам, в том числе и себе, больше времени на подготовку. Одновременно маг-адмирал делал еще два дела: как обычно накачивал свое двигавшее корабли создание маной и старался забрать ветер у дикарей. Первое получилось достаточно легко, а вот со вторым возникли проблемы, и нет, Халлон был хорош и над дикарским флотом установился полный штиль, их скорость упала... совсем на чуть-чуть -- даже у катамаранов имелись весла, что уж говорить об изначально лишенных парусов пирогах (не совсем так -- складная мачта имелась у каждой из пирог, просто еще до начала боя все их убрали на дно). Мало того, чутьем опытного мага адмирал почувствовал: ему даже не пытались мешать, как будто все силы многих десятков, возможно сотен колдунов уходят на что-то другое. Адмирал насторожился и мгновенно отдал приказ -- все силы на щиты. Потом кивнул Русалочке -- Пауль отделившись от днища флагмана ушел в глубину.

Тем временем два флота, парусный и идущий на веслах, сближались, и несколько нетерпеливых магов и рейнджеров без команды попытались достать передовые суда дикарей: пролетевшие больше половины расстояния стрелы словно врезались в каменную стену и расколотыми обломками полетели в воду, ну а заклинания -- дальнобойные огненные шары и ледяные молнии как-будто угодили в нечто незримое, без особого труда пробили его, но потеряли силу и их легко отразили щиты колдунов. Можно было подумать, что то в чем завязли стрелы и то что ослабило заклинания -- передовой общий щит флота дикарей (кстати у флота клана был такой), но Халлон почему-то мгновенно понял: никакой это не щит, понял и то, что колдуны теперь знают что их врагам известно -- перед их флотом что-то идет и теперь они должны что-то предпринять...

Все решали какие-то секунды и сложно было так сразу сообразить, но адмирал поверил чутью и бросил свое творение вперед. И интуиция его не подвела! Незримый вихрь, похожий на сотворенный им как брат-близнец, не успел ударить по кораблям клана -- сцепился в смертельной борьбе с творением мага!

Уже вполне видимый вихрь колдунов был посильней создания адмирала, но каждый из вихрей преследовал разную цель: орудие колдунов рвалось вперед ударить по кораблям клана, а адмиральский недоэлементалей остановить и убить врага своего творца. Обоим созданиям помогали, но если колдунов хватало лишь накачивать маной общее творение, то игроки могли еще и накладывать бафы на своего, и бить по чужому, а маной со своим творением делился только адмирал, которого в свою очередь бафили и накачивали маной несколько магов поддержки. Все произошло очень быстро -- несколько минут предельного напряжения сил с обеих сторон и уже единый черный сверкающий цепями молний вихрь лопнул с чудовищным грохотом, ударив во все стороны воздушной и водяной волной! Вот тут как раз и пригодился общий флотский щит и индивидуальные щиты каждого корабля -- ни дикий ветер, ни взбесившаяся вода не причинили вреда кораблям клана, те как шли, так и продолжали идти вперед, вновь наращивая скорость (не только обессиленный сейчас Халлон умел создавать ветер). Дикарям пришлось много хуже, у их флота не было общего щита, да и индивидуальные имелись только у каждой третьей пироги и лишь у половины катамаранов, да и у них по большему счету специализированные, от стрел и боевых заклинаний, а не от способного вырвать с корнем дерево из земли ветра и штормовой волны.

Легкие по сравнению с эльфийскими кораблями суда дикарей переворачивало как пустые скорлупки или как минимум опрокидывало на бок, притапливало, отбрасывало, ломало мачты, дробило ноги веслами, сбрасывало-сдувало с палуб людей, бывало и сталкивало друг с другом, возникали свалки по 8-10 сцепившихся пирог, а несколько катамаранов и вовсе развалились -- флот южан пришел в полный раздрай. И вот уже не на грозный флот, а на кучу поврежденных и нахлебавшихся воды судов как паровой каток накатывался единый строй клановых кораблей, только вот каток не разгоняется с каждой минутой и с него не летит густой поток стрел, боевых заклинай и арбалетных болтов.

В середине кучи дикарских посудин вспух большой водяной горб, десятки многосотметровых щупалец хлестнули по судам, переворачивая пироги и катамараны, хлестнули раз, другой и третий, а затем горб опал и утянул за собой щупальца из измененной магией воды. Ушедший под воду Пауль незаметно подобрался к не подозревавшим о его существовании дикарям и внезапной атакой из глубины вколотил последний гвоздь в надежды дикарей победить. Колдуны еще пытались его достать, но их усилия были также тщетны как и копья рядовых воинов, бессильно канувшие в то место, куда ушел утянувший за собой кровавые щупальца водяной горб. Через минуту и колдуны, и воины забыли о страшном порождении глубин -- прочные корпуса разогнавшихся и защищенных щитами клановых кораблей начали переворачивать, ломать, подминать под себя пироги и катамараны. А с высоких похожих на крепостные стены бортов вниз летели уже не только болты из станкачей, боевые заклинания и меткие эльфийские стрелы, но и шарики гранат, дротики, а также сверкали и шипели выстрелы из одноразовых жезлов-пистолей. Дикари пытались сопротивляться, но разрозненные атаки колдунов и такие же разрозненные попытки воинов достать копьями укрытых мощными щитами и прочными фальшбортами врагов не приносили результата.

Но все же флот дикарей был очень велик, и пару раз отдельные группы пирог и катамаранов пытались стать центром сопротивления, организованными отрядами из десятков судов, бросаясь на потерявшие разгон и завязшие в перевернутых и разбитых корпусах корабли. Все такие попытки были обречены с самого начала -- пробить фонтанирующую боевыми заклинаниями и стрелами стену из кораблей, одновременно отбиваясь от огромных щупалец из-под воды не удалось ни одной из групп, пытавшихся переломить ситуацию храбрецов. Морской бой был закончен -- игроки-Драконы победили.

Ну и наконец апофеоз развернувшейся бойни! От кораблей победителей пошла волна масштабного заклинания-- безжалостные игроки не пожелали отпускать немногих выживших в бойне дикарей и на многие мили вокруг превратили морскую воду в своеобразное желе. Чистая вода осталась только под корпусами кораблей клана, а вот катамараны и пироги резко просели и потеряли ход, завязнув в сотворенном магией болоте посреди бескрайнего океана.

В чем-то это заклинание игроков напоминало придумку троглодитов, когда-то остановивших подобным образом первую эскадру, но в отличие от способной держать воина в доспехах тверди творение магов клана не обладало такой прочностью, и многие дикари из находившихся в тот момент под водой так и не смогли всплыть, бессильно взбивая уже не воду, но и не твердь. Их судьбу повторили те кто пытался плыть, совершая мощные гребки. Мертвые тела и тех, и других под собственной тяжестью медленно погружались, вернее продавливали податливое желе, пока не достигли чистой воды под ним. Выжить удалось только немногим счастливчикам на немногих целых катамаранах, пирогах и крупных обломках, ну и некоторым бултыхавшимся в измененной магией воде дикарям хватило ума не совершать резких движений, а вместо этого лечь на желе плашмя.

-- Да-аа! Накрошили ''негативов'' от души! - неполиткорректно высказался Лейтенант (капитан флагманского корабля). -

-- Хорошо получилось, - согласился с ним Вар. - Только надо доделать дело: добить живых чернозадых и собрать хабар, жаль много утонуло. -

-- Еще как жаль, - поддержала орка Анариэль. - Трупы тоже можно было бы собрать и в мешки на ''холодок'', а потом Туллиндэ наделала бы из них зомбаков. -

-- Какие мешки? - хохотнул Вар. - Ты все забила этой дурацкой плиткой или частями фонтанов. Не знаю куда добычу будем складывать -- по твой милости трюмы тоже забиты до предела. -

-- Втиснем куда-нибудь, - легкомысленно махнула рукой Анариэль, - было бы что втискивать, но трупаков все-таки жалко -- из таких здоровяков хорошие бы зомби получились. -

Между тем адмирал уже отдал приказ, и от завязших кораблей протянулись нити водных троп, вскоре по ним устремились многочисленные группы игроков и воинов-заготовок : добить, кого нужно добить, взять в плен тех, кто не решился драться до конца (или не мог, как например, раненные и немногие ''пловцы'') и собрать какую возможно добычу с уцелевших катамаранов и пирог.

*

Водная тропа -- заклинание школы Порядка третьего уровня для преодоления водных преград. Это заклинание редко использовали в море или океане: во-первых, достаточно сильное волнение как правило нарушало его работу -- гораздо безопасней была спокойная речная, лучше даже озерная гладь; во-вторых, заклинание тропы не любило соленую воду -- повышался расход маны на поддержание и без того затратного заклинания и повышался сильно, в разы (одно дело 3-5-10 минут, ну пусть полчаса, и совсем другое -- дни и недели); в-третьих, путешествующие по тропе не имели защиты в виде корпусов кораблей и были доступны для глаз и зубов многочисленных морских монстров (тропа не защищала тех кто по ней ступал от атаки снизу из-под тропы и прямо сквозь нее). Как альтернатива имелся болотоход -- заклинание школы Природы четвертого уровня, вроде бы гораздо более предпочтительный вариант для превратившейся в желе морской воды, и маги игроков сперва попробовали именно его (тем более затраты были бы меньше), но даже такая измененная морская вода отказалась поддерживать предназначенное для путешествия через трясины заклинание, и магам пришлось вернуться к тропе, благо пока вода вокруг продолжала оставаться в форме желе волнение на море было исключено.

*

Хабара взяли мало -- дикари сами рассчитывали пограбить, и потому днища пирог и катамаранов оказались огорчительно пусты, хотя может оно и к лучшему -- Драконы действительно шли в сильный перегруз. Именно потому почти неразрешимой проблемой стали полтысячи с гаком захваченных дикарей: с одной стороны -- добыча, но с другой -- разместить полтысячи злобно зыркавших черных здоровяков-воинов, при этом не допустить бунта, кормить и поить такую толпу казалось совершенно нереальным. Некоторые игроки предлагали не морочиться, пустить негритосов на экспу и побросать тела за борт, но Анариэль задушила ''жаба'' и ''жаба'' адмирала была с ней полностью согласна. В конце концов общий мозговой штурм принес свои плоды : экипажам пришлось потесниться и отдать часть жилых помещений, а пленников сначала опоили, потом друиды, большие знатоки по работе с живыми существами, погрузили дикарей в глубокий сон, затем освободившиеся площади заполнили поленницами ''черного дерева'', а после уже маги запечатали забитые помещения Стазисом до возвращения домой.

*

Туллиндэ и остальные некроманты были довольны, получив столько прекрасного материала для экспериментов, а вот Анариэль -- не очень: лишь каждый пятый из этой добычи смог послужить клану в качестве зомби, остальных пустили на совершенно посторонние дела.

Глава 15

Узел Всех Дорог Мира, Усадьба Первого.

Вечер.

Лауриндиэ (Юла), До-Ши-Со (Карамелька), Нарамакил (Каскадер), Храванон (Задира).

-- А вот и я, - поприветствовала присутствующих Карамелька входя в дом. Девушка-дроу находилась в прекрасном настроении и по повадкам напоминала только что умявшую крынку сливок кошку, этакую сексуальную мурлыку, по жаркой погоде щеголявшую только в ученической форменной куртке до середины бедер.

Длинноногая, распустившая волосы и широко распахнувшая ворот дроу была хороша и сама знала об этом, купаясь в обожании мужчин и наслаждаясь их взглядами, но в данный момент ее ждал облом -- ни одного мужчины в помещении не было, а значит некого было соблазнять черным бархатом обнаженных икр и бедер, а так же манить выглядывавшими из-под ворота аппетитными полушариями груди. Впрочем Карамелька не очень расстроилась, а проводив взглядом скользнувшую на свое привычное место питомицу-змею, сама бухнулась на здоровенный ком меха рядом с лежавшей на животе и увлеченно читающей книгу Юлой. Ком колыхнулся, фыркнул, но и только -- Баловень, питомец Юлы, даже не проснулся -- для того чтобы побеспокоить огромного, размером с медведя, енота требовалось нечто большее чем легкие как пушинки эльфийка и дроу.

-- Что читаешь, зубрила? - Карамелька шлепнула подругу по обнажившимся из-под задравшейся куртки ягодицам (подобно самой дроу в такую жару Юла обходилась без штанов) и стремительно выхватила у нее книгу. - ''Стратегия войны на примере битв первого периода Войны Каменных голов'', - процитировала название книги дроу и демонстративно зевнув прокомментировала: - Скука наверно смертная? Я понимаю что не зря и что-нибудь да даст, но неужели не нашлось ничего поинтересней? -

-- А ты знаешь, мне нравится, - не согласилась с дроу Юла. - Чем-то напоминает смесь Вегеция и Артхашастры, только применительно к конкретным случаям -- теории и комментариев минимум. -

-- Если ты думаешь что я что-то поняла, ты сильно заблуждаешься, - хмыкнула дроу и вновь шутливо хлопнула эльфийку по попе, той самой интересной книгой. Юла приняла вызов, и некоторое время девчонки с хохотом боролись на спине индифферентного ко всему происходящему Баловня. Победила Юла, отобрала книгу и отомстила, в свою очередь несколько раз врезав все также хохочущей обидчице по черной наглой попе, а затем, вложив в книгу закладку, повертела ей перед лицом дроу:

-- Лучше бы ты тоже что-нибудь почитала, а не трахалась напропалую с Учителем! Заездишь старичка, кобыла, кто нас будет учить!? -

-- Кто еще кого заездит, - мечтательно откинулась на мех дроу и вспоминая приятные моменты провела рукой по себе от груди до низа живота. - Он действительно -- Первый, - и вкладывая в свои слова дополнительный смысл добавила: - ВО ВСЕМ. -

-- Неужели так хорош!? - забыла про книгу эльфийка, - рассказывай давай и побольше сладких подробностей. -

Дроу не заставила себя упрашивать дважды и не скрывая ничего рассказала подруге ВСЕ. Впору было вспомнить бородатый анекдот Александровских времен о том, как лихой гусар решил узнать, о чем наедине беседуют невинные барышни в своей светелке, и умер от стыда подслушав их разговор. Ни Лауриндиэ, ни До-Ши-Со давно уже не были невинными девушками и даже в отличие от уморивших лихого гусара невинных-развратниц не притворялись таковыми, но все же не стали шокировать вошедшего в комнату Храванона и прервали очень откровенный и несущий много ''технической'' информации разговор. Юла даже спрятала алевшее лицо на плече у дроу, как-будто не могла смотреть своему парню в глаза. Впрочем измазанному в глине и краске Храванону было не до секретничавших девчонок, и он что-то буркнув в их сторону вышел из дома наружу. Через минуту вернулся и вернулся не один, а вместе с почти квадратным от мышц и длинноруким как орангутанг мужиком с серой кожей. Храванон и его спутник надрывая пупки протащили мимо примолкших девчонок здоровенные мешки и скрылись в глубине дома. Длиннорукий мужик вскоре ушел, Храванон вновь вернулся к прерванному занятию, а девчонки к обмену постельным опытом.

Но оставим на время просвещающую подругу Карамельку и алую как маков цвет, но все же внимательно слушавшую то что ей рассказывает подруга Юлу и оглядимся вокруг. Что же мы увидим? А увидим мы когда-то забитый разным никому не нужным хламом склад внутри отданного Первым под проживание учеников дома, ну а теперь -- роскошную залу, наполненную дорогими коврами, изысканной мебелью, магическими светильниками причудливой формы и многим другим-- все что можно было купить в лучших лавках Узла. Юла и Карамелька не обладали дизайнерским опытом Светланы, но постарались превратить бывший склад в место, где приятно скоротать вечерок, поболтать и обсудить проблемы прошедшего дня, поиграть в настольные игры, просто посидеть и помолчать. У девушек получилось, жаль только в преобразившейся комнате нельзя было выпить вина и закусить, но со времен когда здесь обучался фейри, политика Первого в отношении питания учеников не изменилась и потому воинам приходилось три раза в день давиться жидкой овсянкой и тошнотворным на вкус, цвет и запах отваром из трав. Размеренная жизнь в школе Первого оказалась довольно скучна и даже постоянные задания в мини-данжах, во время которых приходилось напрягать все силы, а иногда и умирать, не могли полностью удовлетворить привыкших к активной, очень активной жизни воинов, так что каждый из них спасался от скуки как мог: Юла подсела на книги, благо предусмотрительный Дримм оставил им хороший запас из своей личной библиотеки; Храванон увлекся гончарным ремеслом и уже достиг в нем некоторых успехов; Карамелька пошла наверно дальше всех своих друзей и во имя борьбы со скукой прыгнула к Первому в постель, за одно окончательно похоронив тяжелые воспоминания о Чуме, и теперь часто брала у Учителя совсем другие уроки, мало имеющие отношение к воинскому мастерству. Единственным и не подумавшим скучать исключением стал энтузиаст Каскадер -- спортсмен-экстримал попал в свою стихию и полностью отдал себя обучению, мгновенно став у Первого любимым учеником и постоянно выставляемым на пьедестал примером для всех остальных. Хотя такое к себе отношение Каскадер действительно заслужил, едва не днюя и ночуя на тренажерах и тренировочной площадке.

Одной из причин, по которой игроки искали себе дополнительные занятия, был странный эффект этого места, о котором их предупреждал когда-то Дримм -- ученикам-игрокам Первого почти не нужно было спать и оставалось много времени на все что захочешь. Ну а вообще, жизнь довольно легко вписавшейся в местные реалии компании складывалась довольно неплохо и быстро вошла в определенный ритм: учеба, тренировки, задания Первого, побочные занятия, посиделки вечерком и сон (ну или не сон, у кого как и с кем). Как-то неожиданно для всех живущие вместе игроки обзавелись и общим хозяйством, и это не только мебель и прочая уже не спартанская обстановка ученического дома (например, девчонки тут же выкинули вонючие спальные тюфяки и заменили их похожими, но гораздо более удобными лежаками), но и сначала четыре, а затем и все восемь лошадей для поездок к возникающим в окрестностях Узла мини-данжам, потом был куплен недорогой заготовка-слуга, главным образом для того чтобы следить за лошадьми, но и все работы по дому тоже свалили на него. Не стесненные в средствах игроки вошли во вкус, и вскоре у Храванона появился личный помощник в мастерской, тот самый мускулистый мужик с серой кожей, а у Нарамакила целых два дополнительных спарринг-партера: фехтовальщик и борец. Впрочем Нарамакил не жадничал и не возражал, когда услугами его заготовок пользовались и остальные игроки.

-- Ну вы действительно даете стране угля, аж завидно стало! - со сложным чувством прокомментировала откровения подруги Юла.

-- Ну кому завидовать, так только не тебе, - захохотала Карамелька, толкнув эльфийку бедром. - А то я не живу в соседней комнате и не слышу, как вы с Задирой каждую ночь отжигаете, переставляете мебель и распеваетесь на пару. Хоть бы кто из вас подумал об одинокой подруге за стеной -- если не даете спать, то хотя бы пригласили в свою дружную компанию певцов -- спели бы вместе. -

Шутки мгновенно кончились -- Юла одним движением подмяла не ожидавшую такого Карамельку под себя, навалилась сверху прижав ее руки и с нешуточной угрозой прошипела ей в лицо:

-- Окучивай Первого, слова не скажу! Перетрахай хоть всю усадьбу, мне все равно! Но о Задире забудь -- он только мой и ничей больше! -

Некоторое время эльфийка и дроу мерились взглядами, а в комнате росло напряжение: проснулся Баловень, питомец Юлы, и не шевелясь внимательно прислушивался к тому что происходит на его спине, а заодно следил за Скоропеей, питомицей-змеей дроу, что угрожающе шипела и, медленно перетекая черным чешуйчатым телом, приближалась из своего угла. Проснулся и Серый (волк -- питомец Храванона) и недоуменно-сонными глазами посмотрел вокруг, не зная что ему делать и на чью сторону встать. И в одно мгновение все кончилось: Скоропея зевнув поползла к себе в угол, Серый вновь прилег на подстилку, а Баловень расслабил напрягшиеся мышцы, которые как вылезшие из старого дивана пружины уперлись в спину дроу.

-- Не хочешь делиться, - Карамелька улыбнулась в насупленное лицо нависшей над ней Лауриндиэ. - Сама хочешь меня трахнуть -- давай, сопротивляться не буду, но предупреждаю сразу -- буду кричать и громко. - Дроу, не пытаясь вырвать руки или сбросить эльфийку с себя, приподнялась, плотно прижимаясь грудью к груди оседлавшей ее девушки, и почти серьезно предложила: - Ну что, поцелуемся для разогрева? -

Только теперь Юла осознала двусмысленность их положения. Эльфийка с проклятьем скатилась с хохочущей дроу и обиженно отвернулась от нее.

-- Ладно, ревнивица ты наша, не сердись, - Карамелька приобняла ее за плечи. - Не трону я твоего парня, слово даю. Да и Задира не поведется -- он по юбкам не бегает и по койкам не скачет, так что тебе повезло.-

-- Поверю, - Юла оставила попытки сбросить с плеч руки дроу. - Но смотри, шоколадка... -

-- Нечего смотреть, говорю же, слово даю: не полезу я к твоему парню -- точка. - Тут Карамелька склонилась к уху расслабившейся было Юлы и эротично шепнула ей в ухо:

-- Если сама не пригласишь. -

-- Да ну тебя, озабоченная! - сбросила с плеч руки Юла и встала с заворочившегося енота. Встать пришлось и Карамельке -- Баловень окончательно проснулся и хотел есть, а потому потопал в конюшни к собственной кормушке, где его всегда ждала еда и вода. По дороге к нему присоединился и Серый -- волк тоже был не прочь перекусить. Вскоре за остальными питомцами последовала и Скоропея, ее ждала щедрая порция молока, а твердую пищу змея добывала себе сама, безжалостно сокращая поголовье населявших усадьбу мышей.

В комнату опять заглянул серокожий помощник Храванона, теперь заготовка тащил в мастерскую здоровенную бадью с уже размятой до рабочего состояния глиной.

-- Беримор не справляется, - проводив глазами серокожего, вспомнила об одной из небольших проблем Карамелька. Дроу имела ввиду первого из недавно купленных заготовок, приобретенного специально для ухода за лошадьми, но в довесок взвалившего на свои плечи и много других обязанностей. - Одна конюшня чего стоит, наш зверинец (петы), все работы по дому -- через чур для него одного. Этот, - кинула взгляд в сторону мастерской, - только глину месит и уголь таскает, ну и помогает нашему гончару (Храванону ) в мастерской, другой помощи от него нет. О заготовках Каскадера даже не говорю -- проще самой вымыть или что-то сделать, чем им поручить -- ничего не могут, косоручки чертовы. -

-- А что ты хотела? - пожала плечами Юла. - Специализация: они отлично умеют только бороться или фехтовать, а всему другому нужно учить и не факт, что научишь, да и зачем? Купить еще одного ''Бэримора'' за четыре золотых и проблема решена. -

-- Угу, еще одного и еще -- выброшенные на ветер деньги и майся потом с кучей ненужных тебе заготовок. -

-- Никакой маяты -- отправить их в город или на верфи, там им быстро дело найдут, но ты права, денег жалко. Прожмотились вот и купили самого дешевого, а ведь можно было купить нормального ремесленника-универсала и не о чем было бы говорить. -

-- Согласна, - признала правоту подруги Карамелька. - Если уж покупать, то качественного и дорогого, но и как Дядя целое состояние выбрасывать тоже не стоит, еще и в клановую казну залез, хотя нужно признать, эти его ''приносящие рассвет'' -- класс. Лучше всего как у Храванона. Трое многовато конечно, но все в масть, особенно магичка-служанка -- такая лапа, а какой массаж делает -- УХ! Обкончаться можно! Интересно, наш бравый адмирал с ней спит, и как на это смотрит Русалочка? Или они все втроем кувыркаются?! -

-- Не отвлекайся, - Юла остановила полет фантазии дроу и вернула ее к конкретике, - как решим насчет Беримора, купим еще одного такого же или кого получше? -

-- Я так вижу: не нужно искать добра от добра, купить хорошего универсала-ремесленника и горя не знать. А вообще хорошо бы их с собой не тащить, а оставить здесь. Дримм ведь собрался через школу Первого прогнать сколько возможно, вот и пусть будут персоналом, другим нашим не придется головы ломать и тратиться. Еще бы Каскадера и Задиру уговорить не забирать своих заготовок с собой -- было бы совсем хорошо. -

-- Что было бы хорошо? - спросил входящий в комнату Храванон. Честно сказать эльф уже остывал к гончарному ремеслу и решил сегодня закончить пораньше. Усталый гончар-самоучка присел за стол и с благодарностью принял стакан воды от застолбившей его колени Юлы, которая и пояснила ему слова Карамельки:

-- Мы говорили о том, что неплохо бы еще одного заготовку купить в помощь Бэримору, а потом как закончим обучение, оставить всех заготовок здесь в помощь следующей партии наших, оставить всех и твоего тоже, и бойцов Каскадера. -

-- Хорошее дело, - отпил щедрый глоток воды Храванон, - я лично своего отдам -- он конечно не плох, но и только, привязаться к нему я не успел. Думаю Каскадер тоже не будет возражать -- он уже перерос и фехтовальщика, и борца, мы все переросли. Как закончим школу, разрыв будет уже сильно большой -- никакой пользы, а вот новичкам такие спарринг-партнеры сгодятся. Думаю он согласится, вернется сегодня после задания, сразу и спросим. -

-- Что-то он долго сегодня, - устраиваясь поудобней поерзала у него на коленках Юла. - Обычно он первый возвращается, а тут уже почти ночь, а его все нет и нет. -

-- Да ничего особенного, - налила себе воды из графина Карамелька. - Сложный наверно монстр -- никак не может завалить. Вот у меня позавчера голем был. Прикинте -- железный голем, похож на ежика размером с носорога: ядом не возьмешь, ловушкой тоже, Скоропея -- не помощница, махаться с ним впрямую мне слабо -- булава нужна или топор, а у меня нет, да и говорю, не потянула бы я прямой бой. -

-- Ты же маг? - удивился Храванон. - Угостила бы чем-нибудь. -

-- Угостила, а ему как слону дробинка -- всем что у меня есть его нужно было бы как из шланга поливать, никакой маны не хватит, да и времени тоже. -

-- И как ты его? - заинтересовалась Юла.

-- Заманила в узкий лестничный пролет, он застрял, а я выбралась через другой вход и полчаса ковыряла его сзади кислотными стрелами и просто ковыряла, даже кинжал ''убила''. Проковыряла шкуру и сунула в него гранату.

-- Ловко, так он сдох? -

-- Нет, пришлось еще два раза такую же канитель устраивать, благо дырку ковырять уже не надо было, в последний раз засунула в него все, вплоть до глушилок и ослеплялочек, только тогда он кончился и мне капнуло очков, кстати маловато за такой гемор и траты. -

-- Слушай, вспомнил! - неожиданно вскинулся Храванон. - Давно хотел прояснить: Дримм говорил, что за обитателей мини-данжей идет мало очков, а у меня совсем не так -- я за каждый уровень беру. А вы как? -

-- Так же как и ты, - чмокнула его в щеку Юла.

-- Почти, - не была столь категорична Карамелька. - Я все-таки повыше, так что мне капает через раз, хотя нет, почаще. Действительно непонятно, почему у нас так, а у Дримма было по другому: может из-за расы -- вы трое эльфы, я дроу, дроу ведь тоже изменившиеся эльфы, а Дримм все-таки фейри; может из-за класса, хотя по первому классу я тоже не воин, а вор; может неизвестно из-за чего -- гадать можно до бесконечности. Хотя да, ты прав -- интересно.

Между тем снаружи заржал конь -- Нарамакил наконец-то вернулся после очередного задания, а в комнату зашел Беримор, тот самый первый слуга-заготовка, и поставил на стол поднос с четырьмя порциями опостылевшей всем овсянки и тошнотворного травяного отвара. Похожий на обычного человека заготовка сгрузил ''яства'' на стол и под стоны и скривившиеся лица игроков покинул комнату. Вскоре заявился Каскадер, но сперва, танцующей походкой и игриво помахивая длинным хвостом, зашла его вторая питомица.

*

На второй после Жадюги (пса-пета) питомице Нарамакила следует остановиться поподробней. После того как Дримм убил темного бога и впал в забытье, а остальные игроки клана сумели одолеть всех стражей и слуг лишенного хозяина божественного чертога, в руки победивших игроков попало самое ценное, что только может быть -- десятки готовых к активации петов и маунтов. И да, фейри -- убийце богов достался самый ценный из них (по крайней мере самый перспективный), но и остальные найденные в чертоге петы и маунты так же превосходили все, что игроки клана видели до сих пор. При дележе учитывалось многое: общие заслуги перед кланом, то как каждый вел себя во время битвы в Хлебной, до нее и после нее, старшинство, уровень, наличие или отсутствие у игрока петов и маунтов, денежный вклад в общее дело (одни вложили в клановый проект десятки тысяч золотых, другие сотню монет), характеристики питомцев и маунтов и разумеется желание и возможности самого игрока (кому-то не глянулись имеющиеся на выбор спутники, кто-то уже занял все доступные места в интерфейсе, другие вместо нового спутника предпочитали что-то еще -- артефакты, оружие, большую долю в золоте) -- множество факторов и переменных. Как всегда делили долго и со вкусом, от этого увлекательного занятия не слишком отвлекала даже все еще продолжавшаяся война. Разумеется не все остались полностью довольны результатом дележа, но как много раз бывало до этого, клан сумел найти внутренний компромисс, и в конце концов добыча из божественного чертога разошлась по конкретным игрокам. В числе прочих повезло и Нарамакилу -- воин получил питомца и... некоторое время не знал радоваться ему или нет. С одной стороны -- сильный, уже достаточно взрослый и сформировавшийся пет, к тому же умеющий летать, способный к магии и в то же время опасный и в ближнем бою, но вот с другой... с разумными петами всегда было все не просто, тем более с таким...

Первая проблема, с которой практически сразу столкнулся Каскадер -- пол и внешность его нового пета, точнее женский пол и такая внешность, что впору было бы надеть на питомицу паранжу, поскольку на нее заглядывались все и не только мужчины-игроки, но даже женщины и новорожденные равнодушные ко всему заготовки. Второй проблемой стало происхождение -- ослепительно красивая и дико-желанная девушка с черными крыльями нетопыря за спиной и длинным украшенным скорпионьим жалом хвостом была демоном и тем самым сразу, сама того не желая, одним этим фактом доставляла своему владельцу массу проблем: ненависть со стороны многих фракций, со стороны жрецов и паладинов всех светлых богов, а ведь существовала пусть и небольшая, но целая гильдия охотников на демонов, и еще бог (или боги) знает кого из тех, кому не понравится не скованное пентаграммами и нагло разгуливающее под небом Серединного мира порождение планов инферно. Впрочем клан помог Нарамакилу снизить накал: древний фейрийский амулет маскировки укрывал демоническое сознание от магов, а идущий в комплекте длинный плащ с капюшоном позволял проблемной питомице скрывать от посторонних кто она есть, а ее хозяину избежать многих проблем и падения репутации. Со временем, когда силы демонессы пойдут в рост и станут доступны особые способности в области маскировки, она перестанет нуждаться в амулете и плаще, ну а пока и первый, и второй при известной осторожности открывали ей доступ в города, и Нарамакилу не приходилось каждый раз, как он возвращался в Узел, ее отзывать. Но все это ерунда -- главной из проблемой было то, что не склонный к сантиментам и ожесточившийся после расставания с бывшей подружкой Каскадер тут же втюрился в свою новую питомицу как мальчишка, и это практически сразу заметили все. В общем-то ничего особо страшного не произошло, тот же Нарамакил уже крутил отношения с питомицей, правда не своей, а Дримма, но все равно некоторое время обеспокоенные друзья и старшие клана присматривали не пойдет ли влюбленный в собственную питомицу игрок в разнос. Не пошел, а наоборот снова стал сам собой до разрыва, перестал рычать на непесей и заготовок и недовольно бурчать, отвечая на вопросы друзей, даже совершил казалось невозможное и наладил нормальные отношения с Василисой, стал спокойней, ответственней и взрослей. Новая питомица настолько хорошо влияла на своего хозяина-игрока, что теперь забеспокоился сам Дримм и, подозревая тут какой-то подвох, подключил Дочку (ему ли было не знать, как питомцы могут влиять на игроков, та же Дочка-Василиса -- тот еще кадр). Василиса хорошо порылась в мозгах обоих и передала то что нарыла отцу, фейри уделил полученной информации особое внимание, долго и напряженно обдумывал что понял-узнал и... не стал ничего предпринимать, оставив все как есть и впредь на корню давил любое осуждение столь странной любви, чем заслужил не только искреннюю благодарность (и преданность) самого Нарамакила, но и всех его многочисленных друзей. Нарамакил назвал питомицу-любимую Гекатой.

*

Так вот, вошедшая в комнату питомица сразу скинула опостылевший, но необходимый плащ и предстала во всей своей первозданной и обнаженной красе. Геката не любила одежду и дело даже не в крыльях или хвосте, а просто не любила и все, и ревнивому Нарамакилу пришлось с этим смириться. Питомица улыбнулась всем троим, кокетливо помахивая хвостом прошла к столу и уселась, ожидая своего господина. Игроки по разному смотрели на нее: Храванон с чисто мужским восхищением; Юла с долей ревности, причем ревновала она не только своего парня, у которого она вновь завозилась на коленях (после чего тот отвлекся), но и лучшего друга Нарамакила; Карамелька с ревностью, но другой -- питомица всегда воровала у нее мужское внимание и переключала его на себя. Через пару минут подошел и Каскадер, весело поздоровался с честной компанией и, страстно будто не видел неделю поцеловав свою крылатую и хвостатую девушку, уселся за общий стол, его демоническая подружка подражая Юле оккупировала его колени.

Потом был отвратный ужин и обычный вечерний разговор: игроки делились впечатлениями дня и подводили итоги. Как и предсказывал Храванон идея с заготовками не вызвала у Каскадера возражений, и он согласился оставить купленных лично им для следующей группы учеников. Обсудили выдаваемые задания, сегодняшнюю задержку Каскадера (действительно сильный монстр), клан, скандальный роман Карамельки и еще несколько разных тем, а затем раньше чем обычно разошлись. Лауриндиэ и перевозбужденный ее стараниями Храванон отправились к себе, а Нарамакил и Геката к себе, в общей комнате осталась только Карамелька. Дроу еще немного посидела, но не пошла к себе скучать и грея в одиночестве постель завидовать, слушая что происходит за тонкими стенами (не только Храванон и Лауриндиэ ''двигали мебель по ночам''), а погасив магические светильники отправилась знакомой дорогой к центральному дому усадьбы, и этой ночью сама преподала своему любовнику-учителю пару уроков из великого наследия незнакомой тысячелетнему эльфу Камасутры.

Интерлюдия.

Земля, город Псков, улица Яна Фабрициуса дом 37 кв 73.

2019 год.

Лязгнул тугой замок, и тяжелая железная дверь дрогнула, дрогнула, но не открылась, а на некоторое время будто застыла в недоуменном ожидании. Потом последовал толчок, и массивный железный лист отошел сантиметров на 20, и тут же тяжеленная дверь вновь намылилась вернуться и закрыть небольшую щель, но ей не дали, вернее не дал жесткий повторный пинок, и железяка все же нехотя отошла. Через пару секунд вновь пошла было обратной, но уже проникшая в открытый проем женская фигура не дала ей набрать ход и спиной и тем что ниже оттеснила ее до самой стены, одновременно не выпуская из рук две большие с верхом набитые сумки. Хозяйка сумок поставила свой груз в коридоре, включила свет и только после этого пустила тугую дверь в обратный поход, лишь чуть придержав ее, чтобы не грохнуть железом о железо на весь подъезд и в очередной раз не вызвать истеричные вопли всегда готовой устроить скандал соседки. Разобравшись с дверью женщина откинула капюшон, сняла куртку и оказалась миловидной, хоть и несколько тощей девушкой 18-19 лет, девушка присела на старое советское давно лишенное зеркала трюмо и под доносившиеся из глубины квартиры звуки радио DFM начала с трудом стаскивать мокрые сапоги. Стащила, чуть не порвав при этом теплые носки, и, вновь подхватив сумки и вдев ноги в убитые тапки, привычной дорогой пошлепала на кухню.

-- Здорово, сеструха! - поприветствовал гостью сидевший за обшарпанным столом мужик в тельнике и семейных трусах. Несмотря на раннее время на столе перед ним стояла сильно початая бутылка водки, тарелка с порезанным на дольки огурцом и разорванный кулек ирисок.

-- Привет, - буркнула девушка и неодобрительно проводила глазами полстакана водки, исчезнувшей в глотке разом замахнувшего мужика, который взял после этого ''подвига'' дольку огурца, понюхал ее и... положил на место, вновь наливая стакан до половины.

Петр (а именно так звали хозяина тельника и квартиры) не стал предлагать выпить сестре, знал что нарвется на отказ и не желал вновь заводить старый болезненный для них обоих разговор. Между тем сестра привычно и быстро опустошала пакеты, распределяя их содержимое по своим местам: продукты -- в холодильник и на полки, чистящие средства -- под раковину, лекарства -- в тумбу у кровати (в соседней комнате), стиранное белье -- в комод. После девушка брезгливо отряхнула от сигаретного пепла и ошурков табурет и уселась рядом с вновь замахнувшим старшим братом, с отвращением задержавшись взглядом на небольшой лужице засохшей крови под столом, посреди лужицы как остов полузатонувшего корабля торчал выбитый зуб с металлической пломбой в нем.

-- Опять у тебя драка была? - скорей не спросила, а устало констатировала факт сестра.

-- Да не-е, чуть потолкались с веселья и все, - возразил ей Петр и прежде чем замахнуть очередные полстакана пояснил: - Один неблагодарный чмошник решил гонор показать, ну я ему и вмазал для ума. - Новые полстакана отправились по проторенному пути. - Он лег и больше не отсвечивал до самого утра, потом уполз, - пояснил все же решившийся украсть у себя градус Петр и зажевал водку долькой огурца.

-- Участкового вызывали? - почти равнодушно спросила его сестра.

-- Говорю же: чмошник лег и не отсвечивал -- какой участковый? Все тип-топ. -

-- Зачем ты все-таки пускаешь к себе этих бомжей-алкашей!? - опять не сумела удержаться сестра, равнодушие слетело с девушки как одноразовая маска. - Рано или поздно все кончится плохо -- тебя пырнут ножом или зарежут во сне! -

-- Ну и с кем мне пить? - спокойно без нервов спросил ее Петр и набулькал в стакан еще, добив бутылку до конца. - Ты ведь не будешь, а пить все время одному надоедает. -

-- А еще твои вонючие дружки могут метнуться в магазин или ларек и притащить тебе очередную партию бухла! - с гневом и болью отвернулась к окну сестра не в силах смотреть на глотавшего водку как воду брата.

-- И это тоже, - не стал спорить с очевидным тот. - И вообще не понимаю, чего ты мельтешишь -- мне не долго осталась, а после мой смерти все достанется тебе. Продашь квартиру, получишь деньги и вся твоя возня со мной окупится стократ. -

-- Дурак!!! - девушка взвилась с табурета, а потом вновь упала на него и спрятав лицо в ладонях зарыдала навзрыд.

-- И хватит мне тут сырость разводить! Сама знаешь, на меня это уже не действует и прекрати наконец меня жалеть или осуждать! Чья бы корова мычала -- чем ты отличаешься от меня?! У меня водовка в приоритете, а у тебя -- дурацкие игрушки! Ни ты, ни я не можем без них жить! - И отчитав таким образом младшую сестру, с каким-то странным удовольствием в голосе закончил: - Так что или кончай свои сопли, или вали -- скоро вернется Костыль с пузырями! -

-- Хорошо, - девушка послушно вытерла покрасневшие от слез глаза и спросила с надеждой в голосе: - Ты обдумал то, что я предложила неделю назад? -

-- Что предложила? А, вспомнил! Нет, не хочу я в твой ящик, мне и здесь неплохо с водовкой и моими вонючими друзьями. Когда придет время, лягу, но не в железный на время, а в деревянный навсегда. -

-- Но ведь там не будет боли, и ты сможешь нормально ходить, есть, и если уж на то пошло, пить, - вновь попыталась убедить его сестра.

-- Угу, - сморщился тот. - Как дрочить на телевизор -- что мне с той выпивки? -

-- Да нет же! Еще раз говорю, все как в действительности, но гораздо безопасней! Хоть раз попробуй, сам поймешь! Ну пожалуйста! В конце концов, что тебе терять!? -

-- Ты права, нечего, - согласился с последним аргументом Петр. - Морочиться только не охота с капсулой этой, да и украдут, как ''бычий глаз'' (телевизор) украли. Сама знаешь из всей техники у меня только радио и держится, ну и телефон (столетней давности китайская проводная подделка) -- такое говно не украдут. А ты говоришь капсула. -

-- Я ее у себя поставлю, - почувствовав слабину зачастила сестра. - Договорюсь тебя привезут, 2-3 раза попробуешь и решишь. Сделай и если не понравится, я ни слова больше тебе не скажу, только сделай! -

-- Так уж и быть, - с неохотой согласился Петр. - Но смотри -- уговор, потом не зуди, а то получишь, - и слегка пристукнул все еще крепким кулаком бывшего десантника по столу.

-- Договорились, - впервые что-то похожее на улыбку показалось на лице сестры. Девушка спешила поскорее закрепить достигнутый результат: - Значит в следующие выходные я подъеду на машине, так что не сильно усердствуй накануне. -

-- Как получится, - пожал плечами Петр.

Настаивать девушка не стала -- бесполезно, и следующий час прибиралась в квартире и как могла удаляла следы недельной гулянки, одновременно сварила суп и кастрюлю макарон с тушенкой, как минимум на три, а то и на четыре дня (это если брат будет есть один). Затем забрала мусор и несвежее белье, робко напомнила раздраженному долгим отсутствием собутыльника брату об их договоренности и вновь посражавшись с тугой дверью покинула квартиру.

Уже у мусорных баков, вышвырнув огромный пахучий пакет, с ненавистью в глазах проводила взглядом грязную бородатую фигуру на костыле и с полной бутылок авоськой в свободной руке.

-- Что б ты споткнулся и разбил себе башку о лестницу, алкаш! - пожелала про себя ''счастья'' дружку-собутыльнику брата, а затем с плохо скрываемым злорадством подумала, что скоро бомжаре придется искать себе другой ночлег и другой источник денег на водку.

Настроение девушки резко поднялось, и она отправилась по своим делам, а через пару часов легла в капсулу... в точке возрождения клановой цитадели клана Красного Дракона открыла глаза Анариэль.

Глава 16

Город Ожившей бабочки.

Спустя месяц с небольшим после гибели третьей эскадры под командованием Таурэтари.

Эрваниэль (Людмила).

Людмила подняла к небу окровавленный нож и в восьмой, последний раз произнесла положенную молитву. Прислушалась, нахмурилась, а потом с облегчением выдохнула, услышав отдаленный грозовой раскат, поцеловала окровавленный ритуальный клинок и поклонилась огню в священном треножнике, где без остатка сгорали драгоценные камни, жемчуг, золотые монеты и сердца восьми только что принесенных в жертву богу войны коней, а заодно напитывались силой и благодатью несколько невзрачных булыжников, которые будут помещены в основание уже не временного, а постоянного алтаря. Ритуал был завершен, и Людмила дала отмашку -- тут же засуетились сотни строителей-заготовок, замелькали лопаты, заскрипели тачки и вообще закипела обычная рабочая суета -- строительство храма Трооатэны началось.

Как и положено строители начали с фундамента, верней даже не столько с него сколько с подвала будущего городского храма. Выкапывать сам подвал заготовкам не пришлось -- протянувшиеся под всей территорией бывшего леса додревней обширные и глубокие подземелья изрядно облегчили труд строителей города и сейчас им всего-лишь нужно было докопаться до уже существующих искусственных пустот. В будущем отданные под храм подземелья ждала перепланировка и укрепление несущих стен и колонн, на которые и ляжет тяжесть выросшего наверху здания храма. Ну а так на поверхности будет не больше трети общих храмовых помещений, в основном его парадная часть, а две трети расположатся как раз под землей.

Жрица-игрунья еще немного поприсутствовала на развернувшейся стройке, проследила за судьбой туш жертвенных коней, собственноручно, никому не доверяя такую работу прибрала жреческий инвентарь, напоследок благословила занятых богоугодным делом строителей (на час: + 5 к выносливости, + 3 к силе, + 2 к восстановлению выносливости) и отправилась по прочим своим делам. У Людмилы действительно было много дел и ответственности -- перед паладиншей отчитывался и отвечавший за безопасность города Таурохтар, и взваливший на себя общее строительство Морнэмир, и возглавивший разведчиков Лаирасул, а еще Муллкорх -- отношения с ''Белками'', Ратулл -- дорога между цитаделью и городом, Рыжий Огонек (до недавнего времени Вар) -- зачистка территории вокруг города и под ним -- и все они ждали от нее поддержки как в в спорах друг с другом, так и в координации общих действий и последнего слова. Кроме того с Людмилы никто не снимал руководство воздушными силами клана, и через это она была вовлечена не только в дела города и клановых земель, но и в далекие проблемы Великого Южного океана, а точнее кланового флота. Но и это еще не все: уже почти целый месяц с тех пор как Глава увел чуть не половину клана в большой рейд, она отвечала за опустевшую цитадель, за ''раздеваемый'' город дварфов, за сношения с буками, за подготовку совсем зеленых новичков, за торговые операции (в частности с вином квелья), за... в общем почти за все. Жрица-паладинша конечно крепилась и раз уж так получилось старательно тянула тяжкую ношу, но была на грани и по возвращении Главы собиралась высказать ему свое возмущение, как и предательнице-Светлане, бросившей ее плюхаться в куче проблем и радостно упоровшей в большой рейд. Помимо Светланы не хватало и многих других: Дримм и Халлон, каждый со своей стороны, сильно обезлюдели земли клана, до такой степени обезлюдели, что считая зеленых новичков, в распоряжении Людмилы осталось чуть больше трех сотен игроков, и это на тысячи рабочих заготовок, многие сотни военных (большую часть опять-таки забрали Глава и адмирал), десятки тысяч зомби и вдобавок тысячи непесей-белок, от которых вообще неизвестно чего ждать. И за все это огромное хозяйство отвечала хрупкая эльфийка, что сейчас деловито и бодрясь шла по деревянной мостовой к центру города и кипящей стройке на месте будущей цитадели.

Дойти куда нужно Людмиле не удалось -- уже у самых недостроенных центральных ворот еще несуществующей стены вокруг цитадели (которой тоже еще не было) ее перехватил посыльный -- небольшой сиреневый шар, созданный с помощью магии гонец, творение пославшего его мага. Короткое мысленное сообщение возникло у эльфийки в мозгу и ей пришлось резко изменить свои планы. Людмила мысленно приказала Физруку лететь к ней, а потом недовольно ждала и ругалась, пока заваливший оленя грифон, держа недоеденную тушу в передних лапах, летит к ней и жрет по дороге. Из-за своей жадности и неуемного аппетита летел обжора в три раза дольше чем должен был и мог. Но все же в конце концов не пожелавший бросить добычу маунт долетел, бухнулся перед хозяйкой, виновато поглядывая на нее (и в тоже время энергично дожевывая последний кусок), получил очередной заслуженный втык, был прощен и вознес начальствующую эльфийку в небеса.

Оказавшаяся в любимой стихии девушка немного взбодрилась, на время сбрасывая с плеч неподъемный груз, и, поприветствовав взмахом руки патрульную двойку грифонов, с удовольствием окинула взглядом с высоты панораму гигантской стройки. Да, город был еще очень далек от того, чтобы обрести свои постоянные черты, но даже таким он впечатлял: размахом строительства, количеством задействованных рабочих, уже начинавшей проглядываться планировкой улиц и проспектов, почти готовыми фундаментами нескольких огромных зданий, самым большим из которых была расположенная в центре новая цитадель, организацией работ и отсутствием простоев. Людмила с гордостью оглядела огромный муравейник в кольце живых стен и фортов и у нее как всегда потеплело на душе -- она и весь клан ''пахали'' не зря -- вот они, вполне зримые результаты их трудов.

Между тем Физрук набрал высоту и поскольку его уже не сдерживал обед, довольно быстро полетел на север, туда откуда прибыл отправленный Муллкорхом и Лаирасулом гонец, который кстати висел над правым плечом эльфийки и каким-то удивительным образом удерживался там, несмотря на солидную скорость Физрука. Вызванная полетом кратковременная эйфория прошла, и на игрунью вновь навалился груз нерешенных проблем. В общем-то, положа руку на сердце, ей не хватало всего троих. Первым делом Светланы, и даже не как главного архитектора растущего города и того, кто не намного хуже Морнэмира разбирался во многих связанных со строительством делах, а как опоры, утешения, радости и ласки зашивавшийся от такой ответственности паладинши, к тому же Светлана реально освобождала подругу от части административных дел. Вторым конечно был Дримм: Людмила привыкла ощущать поддержку Главы за своей спиной; привыкла к тому, что он всегда знает как поступить и всегда оказывается прав; привыкла к тому, что он может погасить любой конфликт внутри клана всего парой фраз и шуток (у самой Людмилы не получалось так легко); привыкла и только теперь оценила его готовность отвечать за все; ну и то, что Глава не просто знал всех членов клана по имени, а казалось знает, чем дышит и что хочет каждый конкретный игрок лучше него самого, к этому она тоже привыкла и, осознав насколько это тяжело, только теперь поняла, как же им всем повезло, что у них есть такой Глава, а у нее и Светланы такой друг. Третьим, а вернее третьей из тех, кого так не хватало Людмиле, была Анариэль: да, ''Внебрачная дочь Скруджа'' или как ее теперь прозывали ''Убийца Городов'' очень часто выводила из себя желавших запустить руки в клановые закрома, но она же умело тянула огромный воз хозяйственных и торговых дел, и насколько тот воз велик, Людмила осознала только теперь. К сожалению рачительная и трудолюбивая эльфийка-маг сорвалась на почве очков, и устроенный ей Дриммом и несколькими высокоуровневыми членами клана кач в запортальном городе гномов совершенно ее не удовлетворил, так что она все-таки усвистала в большой поход, сбросив свои дела на не понимавшую тогда на что она подписывается Людмилу. Анариэль разумеется не совсем оставила все на произвол судьбы -- многие проекты клана вполне могли потерпеть, другие, как например продажи вина, имели цикличный характер, ну и на самом главном направлении в качестве завхоза Анариэль заменил Галивартан и... вот тут похоже Убийца Городов ошиблась: Айсмен не сумел, да и похоже не особо стремился стать такой же несокрушимой стеной, какой была хозяйственная эльфийка и, например, для того же Морнэмира наступили золотые времена -- он брал со складов цитадели что хотел и сколько хотел, от него не отставали и многие другие, в том числе и сама Людмила. Паладинша предчувствовала скандал после возвращения Анариэль из похода, предчувствовали его и все остальные, но рвали пока могли. Айсмэн тоже ждал грозы, но казалось ледяной эльф совсем не боится последствий своей щедрости, впрочем может действительно не боялся, таким оригинальным способом протестуя против назначения на должность завхоза. Присутствие рядом с Людмилой даже одного из этих троих (Светлана, Дримм, Анариэль) сильно облегчило бы ей жизнь, а отсутствие сразу всех превратилось в испытание, которое впрочем она пока проходила с честью.

Тем временем Физрук достиг еще не отмеченной границы клановых земель (ТОЙ САМОЙ границы) и... полетел дальше -- пока клан находился в Серединном мире он не собирался ограничивать себя и стремился исследовать и использовать столько территорий сколько мог. Как наземные, так и воздушные экспедиции клана удалялись на сотни километров от города, искали все что может пригодится, безжалостно резали встреченных бандитов и прочих враждебных мобов, говорили с редкими Белками, даже уже успели побывать на контролируемой варварскими бандами территориях бывших королевств и начать активно исследовать и картографировать окраины степи. Драконы спешили и сознательно врубили как можно более динамичный темп, так что нынешнее отсутствие большей части игроков не слишком тормозило разогнавшийся маховик.

Гонец привлек внимание наездницы, и она слегка изменила курс, вскоре показалось большое открытое пространство между чащ и десятки пеших и конных фигур, а так же парочка запряженных лошадьми крытых фургонов. Мысленный приказ и Физрук устремился к земле, мягко с бережением приземлился и тут же расправил крыло как трап. Гонец исчез в то самое мгновение как эльфийка спустилась на землю.

Людмилу ждали: к ней уже спешил отправивший магическое создание Муллкорх; на нее смотрели игроки патрульной двойки и их крылатые транспорты, собратья ее Физрука; Лаирасул поднял руку в приветствии, и лишь те, кто стал причиной ее прилета, проявили редкостное равнодушие, хотя нет, скорее просто старались не очень показать свое любопытство. А вот два десятка рассыпавшихся вокруг конных спецназовцев действительно никак внешне не отреагировали на прибытие Людмилы, а дисциплинировано продолжали охранять периметр и внимательно и в полной готовности следить как за тем что происходит снаружи, так и за тем что творится внутри.

-- Здорово, Ватсон (Муллкорх), - первой поздоровалась Людмила. - Что за народ и куда они идут? -

-- Привет, Ледышка. Интересный народ, ты присмотрись повнимательней, поймешь почему. А топают они по прямой к нам, будто по Глонохренасу идут. -

Людмила нахмурилась, но все же сделала как сказал ей рейнджер и вместе с ним подошла поближе к тому самому народу в неплотном кольце конных спецназовцев и заодно в приветствии поднявшему руку Лаирасулу. Что же предстало перед ее глазами? Около трех десятков людей в обычной одежде жителей леса (много кожи, мало ткани): мужчин, женщин и детей. Оружие мужчин и некоторых женщин тоже не выбивалось из канвы: луки, охотничьи ножи, топорики -- обычный набор лесовиков-охотников. А вот немалое количество вьючных лошадей и два легких поворотистых фургона скорее подошли бы степным кочевникам чем лесовикам.

Паладинша уже хотела было повернуться к ожидавшим ее реакции рейнджерам и спросить, что она такого интересного должна увидеть в совершенно обычных, похожих на уже знакомых Белок людях. И вдруг внезапно заметив как из-под волос одного из детей выглядывает кончик заостренного уха, повнимательней присмотрелась к остальным...

-- Так, это не люди, по крайней мере не совсем, - поняла Людмила, оценив состояние ушей остальных, и сразу как по команде в глаза ей бросилось множество мелких деталей, отличавших странных лесовиков от чистокровных людей. - А кто? Полуэльфы? Не похожи -- слишком здоровы, не спецназовцы конечно, но любого полуэльфа за пояс заткнут по габаритам. - Так кто же вы, остроухие? - действительно серьезно задумалась Людмила. Что-то в странных пришельцах показалось ей знакомым, как будто она уже встречала таких. Эльфийка напряглась и потянула за нить воспоминаний...

Озарение пришло внезапно, и у Людмилы широко распахнулись глаза:

-- Неужели!? Фейри!? - с изумлением подумала она, и еще до того как для верности проверила их опознанием, она поняла что не ошиблась. Из всех представителей расы фейри (и неписей, и игроков) ей был знаком один только Дримм, неудивительно что ненаметанный глаз эльфийки сперва принял их за людей. Да и как тут не ошибиться? Фейри -- страшная редкость, а тут их ровно в тридцать раз больше, чем она видела за всю свою игровую жизнь.

-- Вот и я о том же, - ответил на не заданный вопрос Мулкорх.

-- Ты говоришь они идут к нам?- немного оправилась от изумления и вспомнила другие слова рейнджера Людмила.

-- Это не я говорю, это Лаирасул, с его слов, он с ними успел погуторить и вроде как даже проверил, откуда и куда они идут. -

Людмила перевела взгляд на второго рейнджера и тот соглашаясь кивнул, подтверждая сказанные слова:

-- Точно так, я обнаружил их больше двух суток назад и все это время шел за ними не обнаруживая себя -- идут к городу как по компасу и это абсолютно точно. Несколько часов назад связался с Ватсоном, мы скооперировались и перехватили их здесь, спецназовцев привел Ватсон. Со мной был мой рейд -- четверо: двоих я послал по их следам посмотреть не идет ли кто за ними, из двоих других каждый взял по пятерке спешенных спецназовцев и в боевое охранение -- внезапно к нам не подобраться. -

-- А что говорят фейри? -

-- Говорят идут к своему старейшине. -

-- Ясненько. Их старейшина скорей всего фейри, а мы с вами знаем только одного живущего в том направлении фейри. -

-- Да мы поняли уже, - согласился с ее выводом Муллкорх. - Только вот непонятно, как они наш город нашли и вообще почему идут к городу, а не, например, к цитадели или туда, где Дримм сейчас, или скажем к нашей резиденции в Узле? -

-- Кто его знает, - пожала плечами Людмила и полусерьезно-полушутя приложила руку к сердцу, - на все воля богов и Творца Битвы (Трооатэны). -

-- Тут скорей всего какой-то квест, - озвучил вполне очевидную версию Лаирасул. - Не хотелось бы ломать игру Главе. -

-- Согласен, - Муллкорх бросил взгляд на терпеливо ожидавших решения свой судьбы фейри. - Так что тебе, Ледяная, решать: пропускать или нет к городу и что с ними делать там. -

-- Да, решать мне, - не стала спорить Людмила и, бросив взгляд на конных спецназовцев, другой на фейри, на секунду прикрыла глаза. - Сперва я с ними поговорю, а потом решу. -

-- Удачи, - Лаирасул тоже бросил взгляд на фейри. - Они только кивают как заводные болванчики: ''мы идем к старейшине'' и все -- весь разговор. -

Людмила направилась к фейри, по пути настраиваясь и входя в роль, на ее стороне играл жреческий класс и то что она не успела переодеться после освещения начала строительства храма и все еще щеголяла в белых с золотом одеждах жреца Трооатэны -- она не без оснований рассчитывала на большую откровенность от фейри. Жрица-паладинша не ошиблась -- фейри низко склонились при ее приближении и протянули руки ладонями вверх. Людмила торжественно, с уже приобретенной сноровковой произнесла слова благословения, на ладони каждого фейри появился крохотный, похожий на пламя свечи белый огонек и тут же втянулся в плоть. Получившие благословение фейри еще раз поклонились жрице, и один из них выступил вперед:

-- Благодарю тебя за милость, слуга Растителя Воинов (Трооатэны), - и еще раз низко поклонился. - Не откажи нам и в другой милости: мы идем своим путем, а ''сыновья листвы'' (эльфы) нас не пускают, я вижу ты с ними знакома, и ты тоже ''дочь листвы'' -- прошу помоги нам пройти, о жрица великого грозного бога, и в ближайшем храме мы принесем твоему господину положенные ему жертвы. -

-- Я помогу вам, - благосклонно кивнула старшему из фейри Людмила. - Но сперва вы ответите на мои вопросы. Отвечайте честно -- помните: солжете мне -- солжете моему господину, а честность может быть вознаграждена -- возможно вы гораздо легче, безопасней и быстрей достигните своей цели. -

-- Спрашивай, - старший фейри не осмелился отвернуться от вопрошавшей его жрицы и потому был вынужден принимать решение сам.

-- Вашего старейшину зовут Дримм? -

-- Мне незнакомо это имя, но мы узнаем Старейшину как только его увидим. -

-- Как вы узнали куда идти? -

-- Здесь возник зов, - фейри прикоснулся к груди напротив сердца, - он зовет каждого из нас и указывает направление. -

-- Вы одни, с вами еще кто-то есть, могут ли подойти еще фейри? -

-- Не знаю, ''дочь листвы'', мы слышим зов и не можем на него не идти, все мы из разных мест, встретились в пути. Могут ли быть другие такие же как мы? Могут, почему нет? Если они услышали зов, то непременно на него пойдут. -

-- И последний вопрос: зачем вы идете к старейшине я поняла -- зов, а вот что от него ждете...? -

-- Мы ждем от него решения, как нам дальше жить в этом мире -- все будет по слову его. Помоги нам, жрица, зов нас тянет и нам тяжело оставаться на одном месте и не идти на него. -

-- Ждите, я скоро приму решение, - успокоила фейри Людмила и отошла к своим. - Ты прав, Зеленоглазый (Лаирасул), это скорей всего какой-то квест. Говорят их тянет в сторону города со страшной силой, и они не могут не идти. Да, кстати, могут быть еще такие группы, сколько не знаю. -

-- Весело, и что теперь? - почесал нос Лаирасул и вновь посмотрел в сторону ожидающих своей судьбы фейри.

-- Сколько их может быть? - Муллкорха больше волновал вопрос потенциальной численности нежданных гостей.

-- Не знаю, но вряд ли много, - Людмила сперва ответила на второй вопрос, - это же фейри -- их мало. А что делать? - Людмила снова задумалась, вновь прошлась глазами по фейри, лошадям, фургонам и конным спецназовцам вокруг. - Не будем ломать Главе игру, в чем бы она не заключалась, подождем когда он вернется и сам все решит. Ватсон, проводишь их до города и проследишь как они устроятся, разумеется присмотр и все дела, не мне тебя учить. - Муллкорх кивнул, а Людмила уже обращалась к Лаирасулу: - Прогуляйся по их следам как можно дальше: по нашим данным в ту сторону как минимум на месяц пути не должно быть никаких городов, поселений или дорог-- так откуда они такие красивые идут? Посмотришь, потом доложишь. Да, известите остальные группы разведки, что могут быть еще такие же ''красавцы'', пусть берут их на контроль, но в контакт не вступают, посмотрят как они будут себя вести пока думают что за ними не следят. Летунов и всех в городе я сама предупрежу. -

-- Тут могут быть проблемы, - немного смущенно оглянулся на фейри Лаирасул и нехотя признался: - Они хороши в лесу и по-моему давно мой рейд срисовали, как минимум сутки назад. -

-- Что сделали? - сразу заинтересовалась Людмила.

-- Да ничего, шли как шли, оторваться или запутать следы не пытались, правда стали держаться одной плотной группой, луки держать под рукой и с натянутой тетивой, но больше ничего. -

-- Когда мы их окружили, сопротивляться не пытались, - добавил Мулклорх. - Хотя тут ничего удивительного -- тридцать таких бугаев, - он кивнул в сторону конных спецназовцев, - да в доспехах, да на конях, плюс три рейнджера и два мага, - кивок в сторону Лаирасула, - плюс два ''птенчика'' с седоками, - взгляд в сторону грифонов и их наездников. - А у них только девять мужиков, остальные дети и бабы -- надо быть полными дебилами, чтобы рыпнуться при таких раскладах. -

-- Бабы разные бывают, - немного обиделась за свой пол Людмила, - но я тебя поняла -- согласна. -

-- Так че расходимся? - Лаирасул деловито поправил колчан. - Я тогда пойду сниму ребят в охранении, пришлю тебе твоих (Муллкорху), и пойду за своими, а потом прогуляюсь на сколько можно далеко. -

-- Только не увлекайся, без фанатизма, - предупредила его Людмила. - Если за неделю ничего не будет, поворачивайте назад. -

-- Лады, - не стал спорить рейнджер и бросив: - Покеда, - сверкнул своим зеленым буркалом без зрачка и исчез в лесу будто его и не было.

-- Значит, проводишь, устроишь, присмотришь, - Людмила не поленилась еще раз напомнить Мулкорху приказ и напоследок внесла небольшую коррективу: - И сели их с таким расчетом, что могут подойти еще, и их лучше будет подселить к этим и держать в одном месте. -

-- Сделаю, может вообще не пускать в город, а устроить на глиняном карьере, или рядом с одним из фортов, но с внешней стороны? -

-- Нет, пусть будут в городе под присмотром, поставим их на довольствие и пусть сидят на попе ровно и ждут Дримма, раз он им так нужен, а не шляются вокруг, заодно посмотрим на их реакцию. Ладно я пошла, объясню как будет. -

-- А если не согласятся? -

-- Не будет по нашему, никак не будет -- пенделя под их фейрийские жопы и пусть валят откуда пришли! Попробуют чего учудить, спусти спецназовцев, пусть разомнутся -- 2 секунды и проблема решена. -

Прежде чем подойти к фейри Людмила пообщалась со своими подчиненными-летунами, и вскоре несущие всадников грифоны взмыли в небеса и тут же порскнули в разные стороны.

-- Вам повезло, - Людмила обратилась к вновь склонившимся при ее приближении фейри. - Я знаю вашего старейшину, и куда вам нужно. К сожалению его там сейчас нет, но он скоро будет. Вас проводят и будут охранять от опасностей этих лесов, а как приедете -- поселят, накормят и дадут корм для ваших лошадей. Как только появится старейшина, кстати Глава нашего клана, его известят о вашем прибытии. -

-- Благодарю тебя, жрица, - не стал артачится или возражать старший над фейри, наооборот как на его лице, так и на лицах остальных проступило нескрываемое облегчение, и Людмила задумалась, насколько тяжело им было терпеть и не идти на слышимый сердцем зов. - Мы принимаем твое щедрое предложение. -

-- Вот и славно, - довольно кивнула Людмила. - Эти конные воины вас проводят, а мне пора. Да пребудет с вами милость Творца Битв (Трооатэны). -

Все фейри от мала до велика вновь поклонились ласково обошедшейся с ними жрице, а затем не теряя времени отправились к лошадям и фургонам. Вскоре, еще до того как тронулся караван, к нему присоединились две пятерки бойцов, ну а Людмила, попрощавшись с Мулкорхом, вспрыгнула на Физрука и отправилась в обратный путь, сильно опережая изрядно подросший караван из путешественников-фейри и равного им по численности сопровождения. Во время пути она не теряла времени даром и наделала с десяток одноразовых гонцов, очень похожих на того которым ее вызвал Мулкорх, только при их создании использовала способности жреца, а не мага. Уже ввиду города гонцы отправились к адресатам, неся ключевым игрокам клана информацию о фейри. Правды ради следует все же упомянуть, что гонец Муллкорха на голову превосходил сотворенного Людмилой и по дальности, и по долговечности, и по скорости доставки, и вообще он не только передал сообщение, но к тому же сумел показать дорогу к своему хозяину. Впрочем от сляпанных наспех творений Людмилы не требовалось таких подвигов, а лишь доставить адресатам нужную информацию, да к тому же не очень далеко. Находившихся в патруле наездников грифонов уже известили сослуживцы (маунт-грифон не только воздушный транспорт и машина для убийства, но если правильно вкладывать очки, еще и неплохой усилитель ментальных способностей и прекрасное подспорье для магов увлекающихся ментальными разделами разных школ).

Сама же Людмила покамест не полетела в город, а решила лично проинспектировать недавно заложенный и весьма важный для клана объект. Окруженное довольно хлипкой живой стеной и усилившим ее частоколом строительство располагалось ввиду городской стены и одного из фортов. Объект сильно напоминал с высоты город в миниатюре: деревянные времянки, ямы под фундаменты или подвалы, штабеля стройматериалов, горы строительного мусора и копошившиеся посреди всего этого заготовки и зомби -- в общем полный комплект. Хотя было и отличие: немаленькое пространство в самом центре первого из заложенных военных городков превратилось в завод по производству кирпича, и там, где после всего будет располагаться плац, чернели ямы-камеры для сушки кирпича, а рядом сотни две заготовок с помощью специальных деревянных форм довольно умело изготавливали будущее содержимое этих ям.

Физрук каким-то чудом нашел доступный для посадки пяточек и ссадив хозяйку улетел, чтобы не путаться под ногами снующих туда-сюда заготовок, которые меньше чем за минуту присутствия грифона на земле успели уронить ему на лапу кирпич, проехаться колесом тачки по хвосту (2 раза), врезать пыльным мешком, толкнуть, испачкать и чуть не съездить по морде лопатой. Людмила сжалилась над ошалевшим, почти готовым начать отбиваться маунтом и отпустила его поохотиться в еще довольно опасных, но и одновременно полных дичи окрестных лесах.

Морнэмира она нашла не сразу, некоторое время побродив по кипящей стройке и оценив все изнутри, а затем услышав знакомый мат, поспешила на него, чтобы в конце-концов найти искомого ремесленника-алхимика у пока еще не готовых печей для обжига кирпича.

-- В....ть ит....ч ж....еб ..... в ...... на ......! - именно так ответил на приветствие Людмилы Морнэмир, впрочем ответил не ей, потому как эльфийку он даже не заметил, настолько был увлечен распекая игрока-ремесленника и заготовку-универсала. Заготовка стоял с совершенно каменным лицом, а вот игрок бледнел, краснел и сжимал кулаки, но продолжал слушать все то, что вещал ему разошедшийся Морнэмир. Так же покрасневшей Людмиле пришлось еще два раза повторить приветствие, прежде чем завзятый матершинник ее заметил и, кивнув в ответ, закончил разбираться с подчиненными: - Ладно, вы все поняли, дети нае..го ежика?! - Заготовка и игрок синхронно кивнули. - Тогда раз поняли, ноги в руки и исправлять ваше голо....бство, у вас есть три часа, а потом я за вас по-настоящему возьмусь! -

-- Ты бы завязывал со словечками, - после ухода проштрафившихся наехала на Морнэмира возмущенная Людмила, - портишь нам заготовок, да и многие игроки с твоей подачи начинают материться как сапожники, а то и похлеще. -

-- А как без мата дело делать? - совершенно искренне удивился и развел руками Морнэмир. - Без веселого словца ничего не идет. Нет, без мата никак нельзя, ты уж извини, но меня не переделаешь. -

-- Плохо, - осуждающе покачала головой жрица Трооатэны, но не стала развивать тему и читать нотацию, а сосредоточилась на конкретных делах: - Ты что тут устроил?! Это ведь форт и военный городок, а не завод по производству кирпичей. -

-- А по-моему все к месту, - не согласился с жрицей ремесленник и поспешил объяснить: - Смотри: плац пока все равно не нужен и долго еще не будет нужен, а кирпич мы будем варганить прямо на месте и тут же пускать в дело, заодно технологию производства отработаем. Пока что все примитивненько до ужаса, разве что мы не сушим кирпич естественным путем, а все же сумели сделать камерные сушилки, ну и две кольцевых печи для обжига мало-мало делаем, если все получится, через два дня начнем их прогревать. А так все вручную -- ни ленточного пресса, ни глиномялок, ни бегунцов, вообще никакой механизации -- тихий ужас! Глину приходится таскать на тачках и телегах, безразмерные мешки жалко на такое отдавать. К счастью, благодаря местной алхимии удалось избежать по-настоящему геморойной проблемы -- одна не дорогая добавачка и готов отличный средний состав для производства, если бы не он, было бы совсем кисло, а так можно жить. Даже с таким убожеством вместо оборудования через три-четыре, максимум пять дней начнем выдавать хороший рядовой кирпич, а потом и до облицовочного дело дойдет, всякой фигней вроде плитки пока заниматься не будем -- полностью сосредоточимся на кирпиче. -

-- Объемы? -тут же поинтересовалась Людмила и охнула услышав ответ.

-- 25-30 тысяч штук в день. Конечно не сразу, а где-то месяца через полтора, но думаю как наладим непрерывный процесс, выйдем на такой показатель, может даже больше, если внедрим какое-нибудь новаторство в смысле механизации и облегчения труда. -

-- Зачем нам столько кирпича? - ошарашенно спросила Людмила и нарвалась на улыбку Морнэмира.

-- Сколько столько? - ласково спросил у нее ремесленник таким тоном, словно обращался к шестилетнему ребенку. - Нам таких объемов хватит на этот форт и все -- вот увидишь, ничего сверху оставаться не будет, еще и мало покажется, благо в городе кирпич пока не очень нужен, да и потом на многое камень пойдет. -

Несколько смущенная своим невежеством Людмила уже более робко поинтересовалась у более компетентного во всех этих делах товарища:

-- Ну а потом как быть? Надо ведь еще два городка построить. И если ты думаешь, что Глава и прочие вояки дадут твоему кирпичному царству долго здесь заседать, ты ошибаешься. -

-- Знаю, - не стал спорить Морнэмир. - Но месяца 3-4 пока строится этот форт у меня есть, да и потом месяц-два -- не сразу же его будут обживать. -

-- Так что там с другими? -

-- В каждом встанет такой же заводик и будет полностью обеспечивать потребность каждого из фортов, придется правда купить еще заготовок и хороших, но оно того стоит. Главное не мелочиться и не покупать всякую дешевую шелупонь, а качественных ремесленников-универсалов. Ведь как получается: у них и КПД работы лучше, и могут они столько, что только диву даешься! Берем, например, производство кирпича: они мало того что глину обрабатывают, формируют, а потом закладывают в сушилки, так они эти самые сушилки и сделали, а заодно и формы для кирпичей. Причем я тут эксперимент поставил: одну сушилку универсалы делали под моим руководством, а другую -- полностью сами, я только тех-задание поставил. Так вот, лучше у них получилось! И так если не во всем, то во многом! Так что если покупать, то только их, ну или специализированных для конкретных дел и так же не пожмотиться, а купить дорогих -- потом окупится сто крат. -

-- ''Скупой платит дважды'', - к месту вспомнила-ввернула поговорку Людмила.

-- А так разумеется нужно ставить нормальный кирпичный завод поближе к карьеру, чтобы глину далеко не таскать. Но этим я займусь после того, как запустим строительство всех трех фортов и времянок при них, а заодно увеличим добычу в карьере. Как зафурычит завод, не спеша перенесем все оборудование с времянок и весь персонал на него, к тому времени форты уже будут готовы, и весь кирпич пойдет на город и любые другие нужды. И еще, нужно наконец обеспечить безопасность хотя бы в окрестностях города, а то вчера выскочила какая-то ошалевшая тварь и завалила троих универсалов с грузом глины и пятерых сильно подрала, мне самому пришлось махаться, а ты знаешь, я не очень заточен под такие дела. -

-- Сегодня же увеличу охрану, - пообещала Людмила.

-- Увеличили уже, - махнул рукой Морнэмир, - Таурохтар прислал два десятка эльфов-стрелков и десяток спецназовцев. Но это так... проблему нужно решать в комплексе, а то что получается: мы отправляем дальние экспедиции, а медные шахты под самым носом нашли только сейчас, одну меньше месяца назад, другую и вовсе двух дней не прошло. А песчаный карьер, а свинцовые залежи? Хоть это и не игровые шахта, но все же и то, и то -- ресурс. -

-- Причем здесь шахты, карьеры и твари? - не поняла Людмила.

-- А при том: надо сосредоточиться и наконец окончательно зачистить территорию переноса, а заодно пройтись по ней частым гребнем и найти все, что по невнимательности пропустили или пока не нашли. -

-- Успеется, а с дальними экспедициями ты не прав: во-первых, в степь в любом случае нужно отправлять -- не хватало пропустить набег орды; во-вторых, недобитых бандитов лучше давить подальше от стен города, а если не давить, то со временем они сами сюда приползут и тогда вчерашний монстр покажется тебе и нам всем цветочками по сравнению с ягодкой-бандой голов так в 300 или несколькими такими. Да и находят наши много интересного, вот например..., - и Людмила рассказала о сегодняшних фейри.

Морнэмир слушал с явным интересом, хмыкая в отдельных местах, а потом и вовсе хлопнул по бедру ладонью и едва подавил смешок:

-- Да уж, с таким главой как Дримм не соскучишься! Интересно сколько их будет -- фейри конечно немного, но если попрут со всего континента, то это будет та еще толпа -- тысячи, может десятки тысяч. -

-- Вряд ли, - не согласилась с ним Людмила и привела тот же самый аргумент, который недавно приводила Муллкорху.

-- Ты не права, - сразу возразил Морнэмир. - Их мало по сравнению с другими расами и просто крохи по сравнению с эльфами и людьми, но если все фейри континента соберутся в одном месте, то будет, как я и сказал, толпа. К счастью это не быстрый процесс, и мы успеем их переварить и приспособить к делу. -

-- ''Кто о чем, а вшивый о бане!'', - всплеснула руками эльфийка. - Мы пока не знаем, сколько их и зачем они пришли, а ты уже думаешь, как их припахать! Вдруг я ошиблась, и они вовсе не к Дримму шли, и их направление -- просто совпадение, а если и к Дримму, то кто знает, что будет дальше и что будет нужно по его квесту, если это конечно квест, а не что-то другое? -

-- Да к Дримму они -- ты не ошиблась, - уверенно усмехнулся Морнэмир и тут же пояснил причины своей уверенности: - Я точно знаю, что он Старейшина фейри, он сам когда-то между делом сказал. А вот насчет того, что всякое может быть, ты верно подметила -- подождем когда вернется Дримм из большого похода и все узнаем, тогда и будем строить планы. -

-- Когда храм будешь строить? - вспомнила о важном Людмила. Местный храм этого конкретного форта-городка планировалось строить из камня, так что не было нужды ждать производства кирпича.

-- Да хоть завтра, место готово, камень уже привезли, раствор делать пять минут. Все от тебя зависит, жрица, как скажешь, так и будет. -

-- Тогда завтра и начнем, - ухватилась за его слова Людмила. - Я привезу все что нужно и проведу обряд, заодно благословлю строителей. -

-- Добро, - не стал отказываться от своих слов Морнэмир.

Тут он кое о чем вспомнив сменил тему и попросил Людмилу подбросить его до старой цитадели. ''Метнусь в закрома и утащу столько сколько можно, пока не вернулась Убийца Городов и не обломала всю малину'', именно так и выразился эльф-ремесленник. Людмила не стала ему отказывать и свистнула (мысленно позвала) Физрука. По пути ее нагнали сразу два магических гонца и три ментальных сообщения от разных воздушных патрулей...

Земли клана, ближайшие окрестности города Ожившей Бабочки.

Четыре дня спустя.

Дримм.

Глава клана первым проехал в открытый портал. Повинуясь его воле шестиногий маунт освободил путь остальным и неподвижно застыл в трех десятках метров правее полупрозрачной арки, ну а сам небрежно развалившийся на его спине Глава принял своеобразный парад, провожая взглядом тех, кто последовал за ним.

Первыми прошли ремесленники-универсалы -- самая маленькая часть кланового войска, всего четыре сотни не обремененных воинскими умениями заготовок. Несмотря на отсутствие помощи в реальном бою, универсалы хорошо проявили себя в походе, позволяя войску двигаться быстрей и легче, благодаря им возросла скорость возведения лагеря на привале, да и качество защитных мер и сооружений тоже несколько подросло, но главное универсалы полностью переключили на себя все хозяйственные нужды и надо сказать получалось у них гораздо лучше чем у назначенных в наряд эльфов-стрелков и спецназовцев. Все же при нужде заготовки-универсалы могли постоять за себя или по крайней мере попытаться, и потому каждый из них имел недорогой кожаный доспех, легкий шлем (скорее каску), а так же нож и топор (для хозяйственных нужд, а не для боя), вооружать их арбалетами как в Хлебной долине не стали -- в этом походе универсалов изначально не собирались ставить в строй (в Хлебной тоже, но пришлось), а ножи и топоры ремесленных заготовок так и не обагрились кровью, разве что кровью добытых охотниками животных, которых универсалы разделывали на обед. Сейчас каждый из вышеозначенных заготовок тащил на спине по три-четыре безразмерных сумки или мешка, тем самым выполняя еще одну полезную функцию транспорта и предоставляя большую свободу маневра не стесненным грузом игрокам.

Четыре сотни универсалов шли не долго и, без приказа освободив дорогу остальным, сложили свой груз на траву, а затем присоединились к Дримму в качестве зрителей импровизированного парада.

Следующую часть войска представляли эльфы-стрелки, почти половина опытные бойцы, прошедшие с кланом горы и Хлебную долину, а остальные -- купленные перед походом новички. Впрочем после похода уже не новички, а вполне себе серьезные бойцы, способные не только умереть за своих хозяев, но и выполнить отданный им приказ, выполнить как надо и без не нужных потерь, ну и почти месяц общения с их более опытными товарищами тоже добавил им толику ума. В общем-то Дримм вполне осознавал, что возможно он и клан в целом не совсем правильно применяют эльфов-стрелков, низведя отличных воинов-лесовиков до простых лучников поддержки и не используют весь их потенциал даже на 50%, но с другой стороны, мизерные потери среди заготовок и очень удачный баланс во взаимодействии игроков и эльфов-стрелков устраивал всех и давал неплохой, да что там, просто отличный результат. Игроки клана давно привыкли к постоянной поддержке вала из стрел, выпущенных из отличных луков не знавшими промаха эльфийскими стрелками, что набирались опыта от битвы к битве и к тому же располагали солидным и разнообразным арсеналом боеприпасов от простых ничем не примечательных стрел со стальными наконечниками (кстати тоже разными: бронебойными, срезнями и т д) до стрел с уроном огнем, холодом, кислотой и так же стрел с бонусами против самых распространенных врагов (нежить, демоны, создания Хаоса).

Почти полторы тысячи эльфов-стрелков шли намного дольше универсалов и вскоре освободили проход для самой многочисленной части войска, основу которого составляли игроки, а добавлявшую им числа массу -- петы, маунты и личные заготовки.

Первыми выпорхнули сопровождавшие армию грифоны и понесли своих хозяев к городу, выступая в роли глашатаев возвращения армии клана, впрочем весть запоздала -- стена города была не далеко как и патрульная двойка грифонов и в городе уже знали.

Дримм грустно хмыкнул: вскоре проблемы клана засосут его с головой, не давая свободно вздохнуть, но пока у него было время и он мог еще немного посачковать, поглазеть и насладиться моментом, созерцая вернувшееся с победой войско, его войско, которое именно он привел к победе, а потом домой.

Игроки и их разнообразные спутники повалили бурной волной, разливаясь широким веселым морем и заливая все вокруг смехом, шутками и разговорами. Благодаря Дочке и отличной памяти Дримм знал каждого из тех, кто сейчас проходил через портал, кого-то больше, кого-то меньше, но знал. Он скользил расслабленным взглядом по радостной напоминавшей скорее карнавал чем войско толпе и иногда выделял тех, кто значил для него больше остальных. Вот Светлана-Тириэль едет на своем пока еще молодом и с трудом несущим даже такую легкую наездницу варге, а питомец-ягуар бежит рядом и иногда трется башкой о колено хозяйки. Светлана почти не обращала внимание на то, что твориться вокруг и не отрывала взгляда от неба. Дримму не нужно было гадать, почему она так себя ведет -- он точна знал причину -- Людмила, по которой ее подруга начала скучать на второй-третий день похода. Но не будущая встреча через-чур близких подруг занимала мысли фейри -- взгляд на ее спутников напомнил о его собственных, а конкретней о еще не возродившихся Даре и Послушном. Послушный пал в последнем бою, когда валили босса в заброшенном фейрийском поселении (цели всего похода), а мелкий дракончик случайно попал под удар чуть раньше, столь маленькому и пока беззащитному существу хватило и мелких крох зловредной магии архилича-босса, что все же прорвались через мощные и многочисленные щиты Главы. Так что через портал вместе с фейри прошли только Ворошилов, на котором он сидел, и Василиса -- самые развитые его спутники, валить которых тот еще геморрой для любого врага.

-- А вот и она, - взгляд Дримма без труда нашел питомицу среди толпы. Дочка общалась с Менелтором и Туллиндэ. Муж и жена ехали рядом, а заодно подвозили питомицу Дримма, красноволосая девица вольготно расположилась рядом с некроманткой. Хотя вернее следует сказать, что полноценное общение было лишь с одной стороны, со стороны Василисы и Менелтора, которые пытались достучатся до односложно отвечавшей им задумчивой некромантки. Дримм знал о чем думает и что планирует Туллиндэ -- сам недавно думал об этом, но его как минимум до вечера засосет рутина клановых дел, и грузом нескольких сумок Туллиндэ пока придется заняться без него.

*

Полторы тысячи проклятых эльфов -- все что по легенде осталось от некогда могучей армии Первой Великой Империи Эльфов, что на пике своего могущества (за пару лет до восстания орков) попыталась наложить лапу на один из жирных кусков наследия своих предков-фейри. Большая часть армии погибла в бою со слугами архилича (маг-фейри умер в результате погубившей его расу эпидемии и восстал после смерти), а полторы тысячи не просто погибли или пополнили ряды низшей нежити, но в смерти обрели невиданную мощь и стали гвардией своего мертвого, но по-прежнему искусного в магии Смерти господина. Убивать, вернее правильнее сказать уничтожать, таких противников было тяжело, даже сам босс-архилич доставил меньше проблем, не говоря уж о прочей нежити, которую опытные в таких делах игроки делали на раз. Все же Драконы справились и с многочисленной рядовой нежитью, и с архиличем, и с мертвыми, но очень бодрыми эльфами и даже сумели избежать больших потерь (в заготовках), а Туллиндэ и Дримм наконец-то получили так необходимые им для проекта ''костяных ежей'' тела эльфов, и сейчас все мысли Туллиндэ были лишь о том, годятся ли столь несвежие, да еще и пропитанные магией Смерти от ногтей до ногтей тела в дело или они бесполезный груз и только зря занимали место в мешках.

*

Дримм немного завидовал Туллиндэ -- она практически сразу сможет приступить к работе, еще немного ревновал к ней Дочку, хотя сам себе не признавался в этом. Последнее время эта троица (Туллиндэ, Менелтор и Василиса) очень плотно сошлись и большую часть свободного времени проводили друг с другом. Как уж у них там все происходило и насколько далеко зашло Дримм не знал, вернее запретил себе узнавать, из деликатности не желая лезть в столь личные дела (странное поведение для того, кто порылся в мозгах практически у всего клана, но фейри как и люди -- противоречивые существа), но то что их отношения перешли на новый этап догадался бы и слепой. Так что догадался не только Дримм, но и Хугин -- нынешний официальный дружок Василисы. Впрочем прагматичный орк знал с кем встречается и не особо переживал, тем более Василиса пока не дала ему от ворот поворот, и Хугин к обоюдоострому удовольствию сторон оттягивался напоследок, наяривая довольную Василису буквально под каждым кустом.

Совершенно непроизвольно взгляд Главы клана вновь вернулся к новому, обретенному в этом походе маунту некромантки. Хотя слово ''маунт'' не совсем верно отражало суть того на чем, вернее в чем сейчас с комфортом ехали Туллиндэ и Дочка: огромная белая как снег колесница, целиком выточенная из кости какого-то титанического существа, как кольцо стразами украшенная десятками вплавленных в нее черепов со светящимися фиолетовым и зеленым светом глазницами. Тащили колесницу два мертвых демона (именно так их определяло опознание) -- совершенно жуткие твари, чей облик трудно было описать словами (именно из-за них вокруг колесницы непроизвольно образовалось пустое пространство, а маунт-олень Менелтора сильно нервничал и находился рядом только потому, что ему приказывал владелец). Отдельного упоминания стоил возница -- не менее жуткий чем мертвые демоны трехметровый четырехглазый шестирукий призрачный скелет. Двумя руками скелет держал поводья (вены, по которым бежала кровь); в третьей -- семиметровое двузубое копье, древко которого составляли позвонки, а лезвия заточенные лопатки; в четвертой -- рог, непонятно из каких костей, но точно из костей; в пятой -- череп из синего огня; ну а в шестой -- бич, сплетенный из волос, причем у каждого волоса (из миллионов составлявших бич) когда-то был свой хозяин. Возница не мог далеко отходить от колесницы, являясь с ней единым существом, как впрочем и мертвые демоны. Колеса колесницы не оставляли за собой колеи, а лапы демонов следов, и по словам Туллиндэ колесница так же легко пройдет по воде и не утонет, а со временем и вовсе сможет летать, но для этого в нее нужно хорошенько вложить очков. Все же несмотря ни на что, колесница проходила по разряду маунтов, и все три твари и сама колесница считались за одно существо -- предпоследний необходимый Длани Смерти атрибут (квест Туллиндэ). Так что Дримм и клан убили в этом походе сразу несколько зайцев: подкачали новичков (и игроков, и заготовок), взяли неплохую добычу, проверили одно из поселений древних фейри и по пути помогли Туллиндэ с квестом. Теперь без пяти минут Длани Смерти осталась последняя часть -- меч Немертвых богов, но тут клан вряд ли сможет некромантке помочь -- получить меч, а вместе с ним и титул, можно только из рук самого Термеза в замке Вечного Покоя, который в свою очередь стоит в самом сердце Мира Мертвых.

Взор фейри оставил в покое вызывавшую у него противоречивые чувства троицу и зацепился за Анариэль. ''Убийца Городов'' изрядно подросла в этом походе, впрочем благодаря устроенному ей ''локомотиву'' она скакнула по лестнице уровней еще до него. Анариэль не стала соревноваться с признанными магами клана, а поступила умней, вложив большую часть заработанных очков в школу Земли. Спорный выбор для боевого мага, ведь школа Земли имела своеобразные особенности, что отвращали от нее многих магов-игроков, ну или по крайней мере вынуждали не делать ее основной. Главной из ее особенностей являлось обилие защитных и атакующих заклинаний на первых двух уровнях, а потом следовал провал -- по прежнему обилие защитных и страшный дефицит атакующих и так три уровня подряд (!), а ведь третий-четвертый -- основной уровень для боевого мага и именно отсюда маг черпает свой основной арсенал, лучшее соотношение цены и качества, то есть затрат маны на заклинание, и то что маг использует чаще всего, а маг Земли был почему-то этого лишен. Второй, но тоже немаловажной особенностью являлся страшный дисбаланс в защитных чарах: разливанное море от физических атак и крохотная лужица от атак с помощью магии, а от ментальных вообще НИЧЕГО, ни на первом уровне, ни на шестом. Нет, разумеется школа Земли имела немало достоинств, но больше для тех, кто предпочитал не боевое, а более опосредованное колдовство, например, для тех же алхимиков или тех, кто практиковал ремесло. Еще школу Земли любили ВОРЫ, многие способности этого класса прекрасно ложились под заклинания этой школы, к тому же в смысле маскировки школа Земли почти не уступала школе Природы (ну и квелья, но это отдельная тема), а в горах или в пустыне даже превосходила. Так что Земля -- противоречивая, сложная школа и немногие решались качать ее до конца. Но упрямую и наконец-то дорвавшуюся до настоящего кача девушку не остановили сложности, и она упорно шла к своей цели: после ''локомотива'' достигла пятого уровня овладения заклинаниями, а к концу похода -- шестого и в итоге стала единственным в клане магом на шестом уровне школы Земли. Ну а шестой уровень школы Земли -- совсем другое дело: мощные защитные заклинания от физических атак превращали терпеливого и до упора качавшего эту сложную школу игрока в прекрасного мага поддержки, даже избыточно мощного для небольших рейдов игроков и в самый раз для войска; на шестом уровне исчезал дисбаланс в атакующих чарах, наоборот в силу того что атакующие заклинания этого уровня школы Земли наносили очень много косвенного и сопутствующего ущерба (особенно масштабные), отразить их было посложней чем аналогичные по силе заклинания других школ.

В отличие от большинства игроков на лице Анариэль присутствовало нешуточное беспокойство. Ее мучили нехорошие предчувствия насчет оставленного без присмотра обширного хозяйства клана и его же закромов и как позже оказалось мучили не зря -- не оправдавший ее надежд Айсмэн вылетел с должности быстрее пули (к своему несказанному облегчению).

Взгляд Дримма привлекли многочисленные новые и еще не примелькавшиеся лица: клан рос, и больше четверти игроков вернувшегося войска составляли новички, ну относительные новички -- уже прошедшие курс, а большинство и клановый флот. Клан действительно рос как на дрожжах и несмотря на все предпринятые меры предосторожности возможно слишком быстро: если учесть и приплюсовать тех, кто продолжал служить на флоте, работал на верфи или пока проходил начальный курс, то со времен войны в Гоблинских горах клан вырос как бы не в два раза и продолжал расти. Главу радовал такой рост, хотя он и разделял опасения Папаши (Альдарона) о возможных проблемах, связанных с таким энергичным увеличением численности игроков. Но и Альдорон признавал необходимость нарастить численность клана, ну и как мог пытался проверить многочисленных кандидатов, хотя не зная их личных данных, возможности главного безопасника клана были не так чтобы велики. А вот у Дримма благодаря умению питомицы-стража таких возможностей было побольше, и именно Глава отсеял несколько негодных кандидатов и даже шпионов других кланов. Но все же большинство нововступивших в клан игроков прошли многочисленные, хоть в большинстве и не явные проверки и довольно органично влились в клан, многие из них уже обросли приятелями или друзьями, встречались и парочки, как например, попавшийся на глаза Главе Накилон и вступившая в клан еще до его официального образования Рыжий Огонек.

Новички неплохо показали себя в недавнем походе, особенно отличились те, кого в клан привел лично Альдарон. Один из них, воин по имени Элеммакил как раз проезжал мимо верхом на обычном коне (не успел еще обзавестись маунтом), и Дримм со сложным чувством проводил его глазами. С одной стороны, этот протеже Альдарона со временем обещал вырасти в отличного бойца и не просто бойца, а командира не хуже, возможно и лучше чем сам Дримм или, например, Таурохтар. А вот с другой, перспективный новичок очень ловко перетягивал посвященных в тайну переноса игроков на сторону партии Сибири 16-ого века и тем самым отдавил пятки Главе, который этих сторонников терял. Причем самое противное, говорил новичок всегда по делу и ему трудно было возразить. И если после аргументов и фактов Элеммакила даже Дримм, главный защитник Австралии 17-ого века, начинал сомневаться в себе, то что говорить про остальных? Впрочем подкованный в истории новичок ничего не скрывал и насколько смог понять Глава (ментальный слепок), абсолютно искренне желал найти оптимальный вариант. Если таким вариантом станет Австралия, то он с тем же пылом и так же аргументированно начнет агитировать за нее. В общем-то Дримм был уверен в правильности своей позиции и почти не сомневался, что со временем его позицию разделит и Элеммакил и именно потому собирался создать специальную группу с ним во главе. Группа будет целенаправленно искать-собирать полезные факты о жизни прошлого, а заодно разрабатывать стратегию их развития после переноса -- в общем-то беспроигрышный вариант -- то что они найдут и разработают, смогут изучить все желающие, а затем принять решение, и если прав Глава, то его партия начнет расти, а если нет, то значит Дримм ошибся, и это тоже хорошо, поскольку его возможная ошибка будет вовремя предотвращена. В том что Элеммакил справится с задачей, фейри не сомневался ни на минуту -- как уже говорилось ранее, новичок успел заработать авторитет и не только хорошо подвешенным языком и историческими знаниями, но и на практике в бою, показав себя отличным бойцом и в будущем прекрасным командиром. Не только Глава, но и весь клан оценил перспективного новичка: Элеммакил обзавелся очень и очень достойным прозвищем Улис (Одиссей) за сочетание ума, хорошо подвешенного языка и воинских талантов, а старшие рейдов едва не передрались за столь ценный кадр и Дримму пришлось выступать арбитром.

Поток игроков, петов и маунтов закончился, и после короткого перерыва через портал пошла последняя часть войска -- спецназ. Последние по порядку, но не по значению и составлявшие авангард спецназовцы не валили единой волной, а выбегали небольшими группами в сотню доспешных бойцов (плюс офицер-игрок) и в отличие от всех остальных не расслаблялись, а занимали позиции, готовясь встретить потенциальную угрозу со стороны распахнутого зева портала. Занимали умело, не перекрывая друг другу сектора обстрела и если бы нашелся такой враг, что сумел бы уничтожить их так же развернутых в боевой порядок собратьев на той стороне, то его встретил бы залп из луков в упор и скорей всего не один. Спецназовцев было столько же сколько эльфов-стрелков, примерно с такой же пропорцией из опытных и новичков.

Если подумать не предвзято, то спецназ тоже был сильно недооценен, превратившись в улучшенную, более защищенную (доспехи) и способную постоять за себя в рукопашной версию эльфов-стрелков, то есть в мобильных лучников поддержки. А ведь возможности спецназовцев были невероятно велики и разносторонни (потому и немалая цена): во-первых, каждый из них являлся магом, пусть слабеньким, но полноценным МАГОМ, способным ударить боевым заклятьем, лечить, бафить, использовать магический свиток или доступный только магу жезл; во-вторых, возможность одинаково хорошо сочетать дистанционные атаки и ближний бой, плюс великолепные физические кондиции, благодаря которым спецназовцы носили ТЯЖЕЛЫЕ доспехи и в то же время сохраняли высокую мобильность, ставили их на уровень игроков, по крайней мере варваров, воинов и рейнджеров, и даже чуть выше, поскольку воины-игроки крайне редко одинаково хорошо бились в ближнем бою и работали метательным оружием, варварам и рейнджерам был резко противопоказан тяжелый доспех, а рейнджерам еще и ближний бой; ну и в-третьих, из спецназовцев вполне могли бы получиться не уступавшие эльфам-стрелкам лесные воины, пусть спецназовцы хуже владели луком (совсем немного), но зато в рукопашной взяли бы свое с лихвой. И опять же как и в случае с эльфами-стрелками Дримму не хотелось ничего менять -- маленькие потери (меньше двух сотен спецназовцев за все время войны в Гоблинских горах) и постоянная уже привычная поддержка, позволявшая игрокам побеждать, искупали не очень рациональное использование и тех, и других заготовок. Но менять было нужно -- Глава вполне осознавал: несмотря на рост количества игроков клана, численность заготовок будет расти еще быстрей (в общем-то уже растет) и вскоре их не удастся прятать за спины игроков и использовать только как охрану и второй эшелон. Спецназовцам, эльфам-стрелкам и может быть кому-то еще непременно придется вступить в бой при минимальной поддержке со стороны игроков (командование, магическое прикрытие), а возможно и самостоятельно -- нужно готовиться, а не ждать когда неизбежное произойдет. Смена тактики сулила не только потери, которых раньше удавалось избежать, но и многочисленные преимущества, например, можно вместо вторых и третьих стрелков на грифонах подсадить спецназовцев, а не игроков, или увеличить количество рейдов, поделив уже существующие и восполнив их пусть даже вдвое, втрое большим количеством спецназовцев или эльфов-стрелков, наконец, большая самостоятельность воинов-заготовок повысит мобильность в бою и позволит не сражаться одной толпой, а когда нужно действовать по нескольким направлениям. Все вышеперечисленное Драконы уже делали, но от случая к случаю, когда возникала нужда, а нужно было создать четко работающую систему, и Дримм, прекрасно осознававший какая это морока и какой это труд, все не решался начать, хотя и понимал, что чем раньше, тем лучше -- потом, когда численность заготовок возрастет, будет сложней.

В небе появился грифон-одиночка, и одновременно портал покинул последний отряд спецназа и последний рейд из пятерки рейнджеров-игроков. Отвечавший за арьергард Полдон кивнул Главе. Дримм сразу тронул Ворошилова вперед, подъехал к мерцающей арке на десяток шагов, взмахнул ладонью и закрыл портал. В общем-то вся эта театральщина была не нужна, и Дримм мог бы закрыть свой портал хоть в километре от него, и никакой взмах ладони ему был не нужен, но не лишенный толики тщеславия фейри не отказывал себе в удовольствии покрасоваться перед остальными игроками -- невинная слабость, позволявшая кормить зверя тщеславия и не допускать большого греха.

Грифоном-одиночкой оказался Физрук Людмилы, и вскоре паладинша крепко целовала свою любимую подругу под одобрительный свист и улюлюканье всех вокруг. Соскучившиеся девушки несколько увлеклись, но все же сумели до времени оторваться друг от друга, и Людмила поспешила на доклад к Главе, а Светлана, оставив на попечение подруги своих варга и гепарда, оседлала Физрука и полетела в старую цитадель поскорее смыть с себя дорожную пыль и грязь.

-- Все идет по графику, даже с некоторым опережением, - уже на подходе к городу заканчивала общий отчет Людмила. - У Халлона вроде тоже никаких проблем. Тралл провел свой первый караван: потерял два судна в пещерах троглодитов, но остальные восемь дошли. Халлон планирует: четыре на продажу, а четыре получше пополнить флот. Два дня назад пришло сообщение от Юлы: пишет через двое суток, значит сегодня, должны начаться финальные испытания: первой будет Карамелька, потом Юла, потом парни. -

-- Почему так долго, - не особо рассчитывая на ответ спросил Дримм.

-- Не знаю, - развела руками Людмила, - это уж тебе видней. -

-- Еще что есть? - напоследок спросил зевнувший Дримм и слегка дрогнул глазами -- время истекло и Дар (маунт-дракон) мог быть вызван в любой момент.

-- Да, есть еще кое-что, - кивнула Людмила и неожиданно усмехнулась, как-то уж очень ожидающе глянув на Главу. - У нас неожиданные гости и много, живут пока в городе, в отдельном месте. -

-- Не было печали, - явно расстроился Дримм. - Ну и кто это такие: неписи или игроки? Чего хотят? Сколько их всего?-

-- Хотят тебя,- по-прежнему странно посматривая на Главу ответила Людмила и уточнила, - то есть конкретно к тебе пришли. А кто такие и сколько, - тут Людмила сделала паузу, продолжая внимательно смотреть в лицо Главы, будто боялась упустить момент, - гостей ПОКА 7 сотен и все до единого фейри. -

Многие игроки и заготовки оглянулись на бешено хохочущую Людмилу и смогли насладиться зрелищем отвисшей челюсти Главы и его круглых от изумления глаз на ошарашенном лице.

Глава 17

Холм, зал Раздумий.

Сутки спустя после возвращения армии клана.

Дримм.

Тишина...Спокойствие...Пустота.... Именно это царило в душе и мыслях фейри, что скрестив ноги и положив руки на колени ладонями вверх неподвижно сидел посреди искусственной платформы, которую со всех сторон окружала приятно пахнущая травами вода. Тишина и спокойствие царили не только внутри фейри, но и снаружи, и лишь чуть слышное журчание крошек-водопадов нарушало умиротворяющую тишину погруженного в полутьму зала. Но было и кое-что еще, то, что не заметил бы самый искусный наблюдатель (если бы таковой был): примерно раз в 20 секунд сердце фейри совершало робкий удар и слегка толкало почти остановившуюся кровь по бездыханному и остывшему телу, а в сознании фейри, вернее параллельно от отсутствующего в данный момент разума, действовало некое подобие таймера, и этот воображаемый, но в тоже время реальный таймер с точностью хронометра спортивного судьи отчитывал секунды.

10...что-то изменилось, нет, не в зале, там по прежнему царили пустота мыслей, спокойствие тела и практически полная тишина, но где-то далеко и в тоже время невероятно близко.

9...сердце совершило более сильный удар и забилось в новом, все более и более ускоряющимся ритме, а быстро побежавшая кровь вызвала румянец на щеках и подрагивание кончиков пальцев.

8...впервые за последние 10 минут грудь фейри напряглась, и он вздохнул, с шипением впуская в себя воздух -- насыщенный густыми запахами кислород еще больше подстегнул и без того яростный бег крови.

7...по неподвижному телу словно бы прошла волна, и к нему стремительно стали возвращаться чувства: слух -- журчание воды и звук биения собственного сердца, осязание -- прохладный воздух на коже снаружи и приятная истома отдохнувших мышц внутри, обоняние -- терпкие ароматы трав. Одна проблема -- чувства пока работали вхолостую и не могли никуда это передать.

6...сердце вышло на пик, а кровь едва не разрывала вены, проникая в самые мельчайшие капилляры -- под ногтями и на деснах выступила кровь, а от разогретой кожи пошел пар.

5...первый проблеск сознания: в темном и пустом мозгу возник постоянно растущий шар из мыслей, воспоминаний и чувств.

4...биение сердца упало и вошло в спокойный и естественный для организма ритм, кровь прекратила рваться из вен и потекла хоть и мощным, но уже не буйным потоком.

3...ком вернувшегося из забытья сознания заполнил собой почти весь временно пустующий мозг и будто ворочался в нем, устраиваясь поудобней, сигналы чувств начали доходить до адресата.

2...исчезла кровь на деснах и под ногтями -- тело фейри мгновенно залечило столь ничтожные раны, а пар сменил обильный пот.

1...тело слегка дернулось, словно получило электрический разряд, ладони повернулись и обхватили колени, а ком вернувшегося сознания стал тем, чем должен был быть -- Дримм открыл глаза.

-- Опять как после парной, - подумал Дримм, проведя ладонью по мокрым волосам, и после брезгливо вытер ее о штаны. - Дело привычное и средство известное -- душ и сменная одежда, но все-таки хочется обрести полный контроль и не терять после каждой медитации до пяти кило, хотя возможно это необходимо и даже полезно -- не зря же я каждый раз чувствую себя так хорошо, а регенерация прибавляет на 2-3 сотых процента. Смешно! Толстяки на земле убили бы за возможность ВСЕГО за 10 минут сбросить целых 5 килограмм без побочных последствий для организма и каких-либо неприятных ощущений, а я кривлюсь -- действительно смешно! -

Одновременно с основным потоком сознания Дримм успевал делать множество разных дел.

Первым из таких дел стал обновленный таймер в сознании, вновь поставленный на десять минут. Таймер -- что-то вроде искусственно созданной ментальной проекции, второй личности, но не полноценной личности, а ущербной, способной только на два отдельно запускаемых действия: точно не останавливаясь считать до десяти минут и второе, после конца отчета бить Дримма болью через каждые 5 секунд. Несмотря на свою простоту и ту легкость, с которой Дримм каждый раз посещая зал Раздумий создавал подобное примитивное, живущие только в его сознании существо, оно исполняло невероятно важную роль, не давая фейри забыться и остаться в этом месте навсегда. Причем Дримм сознательно сделал так, чтобы после активации второй функции он сам не мог ее отключить, и только выход из зала уничтожал второе Я и соответственно убирал растущую от удара к удару боль. Во время только что законченной глубокой медитации он не нуждался в подобном контроле, а вот после медитации сразу запустил оба действия. Дримм уже знал коварство зала и не доверял себе и именно поэтому неукоснительно соблюдал заведенный порядок, железное правило -- сначала контроль, потом все остальное. Впрочем особенностью столь коварного, но и в тоже время много, очень много дававшего места был невероятный рост возможностей ума и именно благодаря особенности зала, Дримм успевал переделать так много дел, обдумать так много мыслей, вспомнить и осознать многое из того, о чем даже не задумывался или чему не придавал значения вовне, легко найти решение сложных проблем и заодно проанализировать события как прошедших до посещения зала дней, так и гораздо шире и дальше в прошлое, а заодно подробно представить себе будущее, картину которого фейри удивительно ярко и объемно рисовал у себя в голове.

Помимо таймера Дримм успевал: разминать-нагружать связки, суставы и мышцы; более внимательно просматривать ментальные слепки сразу нескольких новичков; сравнивать свои впечатления здесь с ранними выводами, сделанными вне зала; продумывать стратегию развития армии заготовок и вспоминать-оценивать недавний большой поход клана -- все это не прерывая основного потока мыслей, который не только тек в десятки раз быстрее чем обычно, но и часто с легкостью разделялся еще на два или три параллельных потока, что позволяло обдумывать проблему с разных сторон, а потом также легко вновь сливался в одно.

-- Клан растет, и это хорошо, - Дримм за пару секунд вспомнил всех недавно вступивших в клан новичков и кратко пробежался по досье каждого из них. - Хорошо и то, что удается при наборе не снижать качество в ущерб количеству, пока удается. Нагрузка на меня и Дочку растет, кандидатов становится все больше, и если бы не зал (зал Раздумий), я бы уже начал ошибаться, но даже с тем что дает мне зал, едва справляюсь, а дальше будет только хуже. Главная проблема -- родственники членов клана -- какие бы они ни были, мы не можем их не взять, даже если это будут дураки и не очень надежные люди. Чувствую, намаемся еще, но никуда не деться. -

Все же на данный момент основной поток новичков составляли не родственники, а приведенные Варом ролевики, найденные Альдароном спецы и знакомые, ну и те кто пришел к Драконам обычным путем, как в любой другой клан. Хотя был и нюанс : Драконы почти не брали тех, кто сам просился в клан, часто даже не допуская до испытательного срока, а предпочитали сами приглашать тех, кто им понравился, но и это не гарантировало приглашенному игроку место в клане -- каждый третий не проходил испытания и особой ментальной проверки Главы. Во многом именно из-за такой политики набора в клан Драконов не любили в среде игроков, и у них сложилась прочная репутация снобов и параноиков, и во многом благодаря ей же ни одному клану так пока и не удалось заслать к ним шпиона (хотя пытались многие).

-- Но самая главная проблема не в новичках -- в конце концов испытательный срок достаточно велик, и пусть придется напрячься, но я успею проверить всех, а зал Раздумий поможет избежать ошибки. Главная проблема в том, что будет потом: клан уже переступил тысячный порог, - подстегнутая воздействием зала память немедленно выдала точное число, - 1167 членов клана -- уже не мало, а будет больше. Несколько тысяч людей, отдельных личностей, каждый со своими тараканами в голове -- это кошмар! А если учесть, что каждого из них ждет неизбежная трансформация личности -- кошмар в двойне! Как хорошо было когда клан не превышал сотни человек (ну пусть эльфов, орков и т д), и с каждым из них я виделся почти каждый день, с каждым мог поговорить, обсудить дела, посмеяться, выпить -- хорошие были времена, тут даже помощь Василисы не требовалась! С сотнями стало сложней, но и тут я справился без особого труда: Василиса, собственная моя способность чувствовать ложь и настрой собеседника, помощь Папаши (Альдарона), тесты Ватсона (Муллкорха), потом этот зал -- тоже немалая подмога. Сейчас все стало намного сложней, и будет только хуже -- тысячи игроков, тысячи горизонтальных и вертикальных связей как внутри клана, так и во вне: многие сотни землячеств, неформальных объединений, групп по интересам, сердечных дел, скрытых и открытых конфликтов и черт знает чего еще -- во всем этом придется разбираться мне, в одиночку. До судорог не хочется, но нужно! -

Услужливая и безжалостная память тут же выдернула давнее и тяжелое воспоминание, и Дримм впервые пожалел о настолько полном и до тошноты подробном доступе к каждому моменту его земной жизни. Ему было реально стыдно -- безжалостная память с кинематографической точностью прокручивала позорный момент, когда он еще неопытный старший лейтенант не досмотрел и не додумал, не увидел и не недооценил как влияют те самые, часто незаметные постороннему глазу связи между людьми на жизнь, а применительно к той конкретной ситуации на обстановку во вверенном ему взводе. Он был тогда молод и слишком занят собой и молоденькими прапорщицами-связистками, а потому руководил взводом не то что спустя рукава, но формально, без души, результат -- один солдат его взвода получил табуретом по голове, другой сел на нож, хорошо хоть не до смерти (про синяки не стоит и говорить). Тогда в советские еще времена он только чудом не вылетел из армии и запомнил преподанный судьбой урок на всю дальнейшую жизнь, так что в общем-то подстегнутой залом памяти не пришлось копать слишком глубоко.

-- Сейчас, пока клан еще не так велик, я держу руку на пульсе и могу перечислить основные фигуры, тех кто пользуется авторитетом и выражает волю и интересы определенных групп. Их пока не так уж много и терять их из виду ни в коем случае нельзя -- несомненно появятся новые фигуры и новые связи, группы, объединения, но и старые никуда не уйдут, а будут только расти. -

Сознание Дримма нырнуло глубину, и через мгновение перед ним словно повисла картинная галерея и в то же время каталог -- огромная гора, на вершине которой находилось всего полтора десятка имен, в том числе и имя самого фейри, а под ними до самого основания весь клан, включая еще не принятых новичков. Сотни, тысячи нитей связывали каждое имя с другими, часто пересекаясь и сплетаясь так, что трудно было разобрать где одна нить, а где другая и сколько их всего. Даже в зале Раздумий Дримм вряд ли смог бы одновременно охватить вниманием их все, но ему это было и не нужно, и он сосредоточился на вершине огромной горы и всего нескольких именах.

-- Халлон, он же Диссидент, - названное имя приблизилось, а портрет над ним обрел глубину и объем, высокий эльф будто живой уставился на фейри. - Кто бы мог подумать, что из него выйдет настолько хороший маг и еще лучший адмирал? Кто угодно, но только не я. - Дримм так и не смог до конца понять, как обладатель такого бунтарского и конфликтного характера умудряется железной рукой управлять флотом и управлять хорошо, да и авторитет Диссидента среди магов уступал только троим: авторитету самого Главы, Туллиндэ и Русалочки (Эариэль). Портрет Русалочки тоже выскользнул из недр горы и обрел объем, Диссидента и Русалочку как парные оковы связывала особо прочная и толстая нить. - За ним флот и уважение многих магов -- немалая сила, а если приплюсовать влияние подружки, то мало кто в клане пользуется такой поддержкой игроков. К счастью весь его пыл полностью занимают три вещи: флот, все та же подружка и немного магия -- ни на что другое не остается ни сил, ни желания, ни времени -- даже спор о том, в какое прошлое отправляться клану, проходит мимо него. С одной стороны, плохо что он самоустранился -- мне пригодилась бы его поддержка, с другой, может и хорошо -- кто сказал, что в споре он был бы на моей стороне, даже несмотря на староиспанский, который мне удалось протолкнуть. - Дримм улыбнулся про себя. - Все-таки удачный ход -- многие и в том числе Халлон не захотят, чтобы их мучения по изучению мертвого языка пропали зря -- еще один аргумент проголосовать за Австралию. - Тем временем от основного потока мыслей отделился небольшой ручеек и начал долбить тяжелый в изучении язык : повторять изученное, зубрить, склонять, укладывать в мозг, за считанные минуты выполняя работу многих дней напряженной учебы.

Дримм еще какое-то время рассматривал обе фигуры, пытаясь их просчитать и лучше понять их мотивы, желания, то как они поведут себя в будущем, а затем вернул их туда откуда они пришли и переключил внимание на следующее имя и мгновенно приблизившийся портрет-проекцию:

-- Айнон -- сильнейший друид клана и глава сообщества друидов. Среди друидов вне конкуренции как по силе, так и по старшинству. В деле агитации за Австралию тоже полностью поддерживает меня, плохо что поддерживает не по тому что согласен с моими аргументами, а потому что ему интересен сам континент, точнее его животный мир. Неужели и вправду надеется найти в 17 веке вымерших в современности животных и даже сумчатого льва? Смешно! Хотя кто знает -- тасманского волка точно найдет, возможно кого еще. Так что кому будет смешно в конце, еще неизвестно. Но немного эгоистичные желания -- ерунда -- главное благодаря ему друиды полностью на мой стороне, в том числе и в вопросах управления кланом. -

-- Морнэмир, - старшего друида сменил следующий персонаж -- эльф с простецким лицом и умными глазами. - Вроде как не заметен, но если подумать, то слишком многое в клане зависит от него: всегда есть заряженные жезлы, всегда в достатке гранат и взрывчатки, добрая половина всех техно-магических примочек придуманы им или с его участием, а остальные благодаря его же легкой руке и поддержке. Все ремесленники горой за него, а он за меня. Было даже неудобно, когда я понял насколько он мне доверяет, но вот противоречие: доверять доверяет, а с недавних пор поддерживает тех, кто ратует за Сибирь -- ''спасибо'' речистому Улису (Элеммакилу). В любом случае, каким бы не было решение, он определился и окончательно связал свою судьбу с кланом: двое его внуков ходят на кораблях по Южному океану, а сын здесь в городе, как и отец ушел в ремесло.

Перед Дриммом возникла новая фигура, фигура красивой эльфийки с открытым, хоть и немного хитроватым лицом. Фейри как всегда залюбовался ее исключительной даже для расы эльфов красотой и как всегда пожалел, что такая красавица играет за другую команду.

-- Людмила -- очень противоречивая личность, уж я то могу об этом судить -- даже с ментальным слепком и помощью зала Раздумий почти невозможно понять, что твориться в ее красивой головке. Но факт: летунов она взнуздала так, как не всякий опытный старшина сумеет взнуздать отделение салаг, причем ни единого скандала и попытки оспорить ее власть, власть девчонки, да еще с розовым оттенком -- удивительно! Они пойдут за ней в огонь и в воду, возможно даже против меня, впрочем нет -- ерунда, но действительно поддержат ее на все 100, и это тоже факт. Немного напрягает ее слишком сильная погруженность в Серединный мир -- уж очень Людмила серьезно отнеслась к своей роли паладина и жреца и ей, как она говорит и думает, фиолетово в какое время и куда отправится клан. Но с другой стороны ни то, ни другое ничуть не мешают ее прямо скажем нестандартной личной жизни, да и отношениям с остальными членами клана. С оговорками Людмилу можно причислить к сторонникам Австралии, но только потому что она всегда поддержит друга, то есть меня. А вот Светлана пока не определилась, нужно будет с ней поговорить и перетянуть на свою сторону, но до окончательного решения еще далеко, время есть. -

Изящную красавицу эльфийку сменил свирепый и улыбающийся во все клыки полуорк, тоже по-своему красивый, но на несколько специфический взгляд.

-- Вар -- увлекающаяся натура, никогда не грустит, не жалеет себя и не опускает руки. Благодаря ментальному слепку, я знаю что это не на публику, а он на самом деле такой и есть. Привел в клан больше трех сотен человек -- больше четверти от общего числа. Не все, но многие из тех кого он привел, такие же энтузиасты-ролевики. Для них он авторитет и лидер, но ни в коем случае не вождь, слово которого -- закон, да он и не стремиться стать таким. Поддерживает меня почти по всем вопросам, а вот в самом важном колеблется, и ролевики вместе с ним. -

Некоторое время Дримм обдумывал, как привлечь Вара на свою сторону и тем самым привлечь и остальных ролевиков, а затем улыбающегося полуорка вновь сменило красивое женское лицо, лицо Королевы Мертвых.

-- Туллиндэ -- та кому я доверяю больше других и с кем я делю многое, если не все: исследования, возможности Холма, Василису в конце концов, часто свои мысли и планы. Как так получилось уже не важно, главное так есть и по-видимому будет. За ней набирающее силу сообщество некромантов и орды нежити, которых они уже подняли и поднимут еще. От нее можно не ожидать подвоха, но к несчастью, в вопросе переноса она поддерживает мужа (Менелтора). Хотя как знать? Альдарон тоже не получит голосов некромантов, а вот у меня есть шанс ее переубедить, а через нее и Горца (Менелтора). -

Некоторое время Дримм продумывал стратегию поведения, мелькнула было мысль использовать в этом деле Дочку, но тут же ушла, и фейри вернул изображение некромантки на вершину горы... чтобы тут же выдернуть другое.

-- Альдарон, Папаша Мюллер. Когда-то, когда меня еще можно было прищучить через реальное тело, смертельно опасный для меня человек, и вообще если бы он тогда принял другое решение, никаких Драконов давно бы не было, а был секретный правительственный проект... или не был, но по-любому нас бы всех убрали на всякий случай. Впрочем сейчас он за нас, и как бы не повернулась в будущем судьба и куда бы мы не отправились, в Сибирь ли 16-ого века, Австралию 17-ого или Северную Америку все того же 17-ого, он будет с кланом до конца -- решение окончательное и обжалованию не подлежит. Через него клан пополняют настоящие самородки, по сравнению с которыми почти все из нас школота: специалисты высочайшего класса, разведчики, военные, ученые. Например, тот же Улис: только здесь мне удалось полностью понять его ментальный слепок : еще бы ему не быть прекрасным воином и командиром, он как ограненный алмаз -- воевал всю сознательную жизнь с самого нежного возраста и до самой старости, и все это время он если не воевал, то учился воевать, потом снова воевал, используя полученные знания на практике, потом опять учился, потом опять воевал, и сколько было таких кругов страшно представить! Страшно даже мне, тоже немало топтавшему сапоги, а потом тянувшего лямку наемника! Но даже если не брать в расчет наше с Альдароном соревнование за голоса, то все равно следует держать ухо востро -- Папаша тот еще кадр, как и приведенные им ''золотые старики'' -- могут попытаться тихой сапой подмять клан, а затем превратить его в то, что нужно им и разумеется все из самых лучших побуждений. Как хорошо, что в реале меня или скажем Туллиндэ уже не достать! Паранойя конечно, но ОБОСНОВАННАЯ и ПОЛЕЗНАЯ паранойя -- помогает держать себя в тонусе и избегать неприятных сюрпризов. -

С Альдароном Дримм задержался гораздо дольше чем с остальными, но в конце концов, все же убрал его обратно в гору, обдумал внезапно пришедшую мысль, улыбнулся ей и достал из горы следующий образ-портрет.

-- Менелтор -- обычный в общем-то эльф из высокогорных, неплохой, но тоже не самый сильный воин, пользуется некоторым авторитетом среди игроков, в частности среди воинов -- в общем-то ничего особенного в нем нет, если бы не два но. Во-первых, он муж Королевы Мертвых и через свою жену имеет влияние на всех некромантов клана, да и на магов вообще. А во-вторых, именно он сменил несколько отошедшего в сторону Таурохтара во главе партии сторонников Северной Америки. Самое смешное, что в отличие от многих других для него это всего лишь игра, а вот что не смешно, так это то, что он отнимает у меня голоса и вводит элемент хаоса в процесс выбора. Да, несомненно нужно работать с Туллиндэ -- так и до него доберусь, а значит до его партии. Немного жалко американцев -- их шансы с самого начала были не велики, а с таким лидером они уже проиграли, хоть и не знают об этом, значит остались только Сибирь и моя Австралия. -

''Моя Австралия'' -- Дримм мысленно усмехнулся от такого словосочетания, а потом ему на несколько секунд стало не до того -- практикующая испанский часть сознания закончила работу и вернулась в основной поток. Чужеродный язык, его изученная часть, некоторое время ворочался в голове, постепенно укладываясь в память, ну а Дримм осознавал и ''вспоминал'' слова, выражения и многое другое. Фейри вновь пожалел о том, что земные языки нельзя учить как языки Серединного мира, но с другой стороны, грех было жаловаться -- благодаря залу Раздумий староиспанский дается ему много быстрей и легче чем другим игрокам.

Фейри не долго рассматривал изображение Менелтора и, небрежно вернув его на место, выдернул сразу двоих.

-- Тот и Эленандар. Их всего двое, но в силу многих причин их влияние на клан и всю нашу дальнейшую судьбу невероятно велико. У нас нет на них ни единого рычага давления, а у них на нас сколько хочешь -- по сути весь наш клан и все наше предприятие зависят от их доброй воли. Хотя нет, кое-что у нас есть: мы знаем адрес дачи, где находится установка, и мы знаем их настоящие имена. С другой стороны, что нам это дает? Практически ничего! Успех всей миссии, по крайней мере в части переноса, зависит от их добросовестной и ДОБРОВОЛЬНОЙ работы, и этого никак не изменить. Можно было бы подключить Альдарона и некоторых его друзей, но не хочется: во-первых, там (на Земле) несмотря на всю свою подготовку они уже давно не у дел; во-вторых, могут окочуриться в процессе -- старость не радость; в-третьих, могут привлечь к себе, а значит и к ученым и через них к нам внимание властей -- такое тоже нельзя исключать. Да и зачем все это? Пока что ни Тот, ни Эленандар не дали ни единого повода в чем-то себя подозревать, в конце концов именно они вышли на нас. -

Дримм некоторое время проигрывал в голове варианты, вспоминая каждое слово, жест, выражение лиц этих двоих, серьезно и с разных сторон обдумывал, что может пойти не так -- ничего не нашел и немного расслабился.

-- Девять основных групп, каждая со своим лидером, хотя в случае Тота с Эленандаром это скорее тандем: именно они и определяют умонастроения внутри клана и выражают интересы большинства игроков, а также влияют на принятие решений. Еще есть небольшие группы внутри сообщества воинов и рейнджеров, но довольно аморфные и так или иначе связанные с основными девятью: тот же Таурохтар, Муллкорх, Светлана, Лаирасул -- среди рейнджеров; Октарон, Тралл, Стас -- среди воинов. Воров, варваров, убийц слишком мало, чтобы они представляли какую-то самостоятельную силу по классовому признаку, а например, та же Карамелька -- уже скорее маг, чем вор, хотя и с воинами у нее прекрасные отношения, да в общем-то и с остальными тоже. Еще одна сила уже внутри самих групп -- рейды -- первичная ячейка кланового общества, на Земле так говорят про семью, но семей у нас пока раз, дв... только раз -- единственные женатики Туллиндэ и Менелтор, остальные пока не созрели или не нашли подходящую пару. Уже довольно много постоянных крепко сбитых рейдов, хотя немало и ''кочевников'' или одиночек, например, я сам или Королева Мертвых, или Папаша, или... в общем много, но я все же особый случай как Глава. -

Все оставшееся время фейри хлебал ту густую солянку, что представлял из себя клан, пытаясь разобраться в тесно переплетенных друг с другом сообществах, группах и интересах, понять как если не удовлетворить всех (что априори невозможно), то хотя бы сгладить противоречия между ними и в то же время делать дело и делать его хорошо, как можно лучше. Мысли Дримма прервал звук закончившего отчет таймера, Глава отмахнулся от него -- очередная мысль показалась очень перспективной и потянула за собой целый ворох идей...

Боль!!! Страшный болевой удар ошарашил слишком погрузившегося в раздумья фейри! Целую секунду Дримм пытался вернуть разбежавшиеся мысли, а затем осознал что произошло, вспомнил о скором совещании и понял -- пора выбираться. Две секунды, целых две секунды он приводил слишком рыхлое после разминки тело в порядок, одновременно собирая все потоки сознания в одно, затем встал и чуть качаясь, но довольно быстро, не больше чем за секунду, преодолел узенький мост над зеленой водой. Еще более сильная боль уже маячила за его спиной, когда Дримм вывалился в коридор -- успел в последнее мгновение, и второе Я исчезло так и не нанеся новый еще более сильный удар.

-- Что-то сегодня больно легко, - уже стоя в душе и смывая с себя липкий пот думал Дримм. - Всего один удар и я пришел в себя -- или зал Раздумий сегодня не тот, или я привыкаю -- если так, то хорошо. Хотя скорей виной тому не законченное дело -- сегодняшнее совещание, мысль о нем и помогла мне так быстро прийти в себя. Надо будет запомнить и в следующий раз подгадать -- если это действительно так, то я нашел еще один предохранитель-страховку от жуткой судьбы остаться в зале навсегда. -

Дримм быстро закончил с душем, уже не торопясь переоделся в чистое, слегка перекусил и покинув Холм оказался в своих личных покоях в цитадели.

Личные покои Главы клана -- довольно неплохо обставленный кабинет, санузел, спальня и еще пара десятков помещений, но вот незадача... в своих так называемых личных покоях фейри не жил, не спал, не принимал пищу и даже не работал, а в основном использовал их для складирования разного не очень нужного добра, часть которого не хватало времени продать, а другой не хотелось захламлять Холм, ну и мотовка-Дочка хранила там купленные на отцовские деньги наряды и разную ерунду -- в общем личные покои Главы клана давно превратились в забитый хламом чулан. Впрочем оставшиеся от бывших хозяев цитадели слуги периодически протирали пыль и как могли не давали заброшенным покоям окончательно скатиться в срач, так что приличия были соблюдены: кабинет изредка использовался для приема посетителей, санузел работал, ну а спальней Дримм даже пользовался несколько раз, когда упахивался в ноль и падал где мог. Возможно старые члены клана и подозревали, что с покоями Главы что-то не то, возможно так и думали, что именно в них он и живет, в любом случае никто до сих пор не спросил его об этом напрямую -- в клане уважали личное пространство и уважали своего Главу.

Сегодня все было как обычно: Дримм вышел из Холма, мановением мысли закрыл за собой проход и сразу покинул ширму-кабинет. Минута до ближайшего телепорта, пара минут по коридорам после него и Глава клана стремительно вошел в уже приготовленный слугами зал Совещаний, похожий не на место обсуждения важных дел, а скорее на клуб, комнату отдыха, или возможно небольшой ресторан (легкие закуски и напитки прилагались). Дримм пришел первым, а потому по праву первого застолбил за собой лучшее кресло у живого огня (жаровня), невидимый слуга тут же налил ему вина, так что пока собирались остальные участники встречи, Дримм кайфовал и заодно укладывал в голове то, что сумел понять и осознать в зале Раздумий.

Малый круг, высший совет, собрание старейших игроков клана -- можно было как угодно назвать тех, кто собрался в этом зале -- суть от этого не менялась. Впрочем хватит пафоса -- сегодня здесь собрались друзья, те, кто стоял у истоков создания клана и без всякого общего собрания мог многое решить (и решали), ну и разумеется присутствовали только те, кто был посвящен в главную тайну клана. Единственным новым лицом среди присутствующих был приглашенный Главой Элеммакил, остальные частенько бывали на подобных сборищах, так что, привычно перебрасываясь репликами и шутливо споря из-за мест, занимали кресла и пока не началось не отказывали себе в удовольствии закусить и выпить вина. Чуть больше полусотни игроков собрались достаточно быстро: у каждого на плечах висело довольно много дел и ответственности, именно поэтому собравшиеся ценили свое и чужое время и ни один из тех кто пришел не заставил себя ждать.

После того как все собрались и двери зала были закрыты, собрание началось. Первой взяла слово Туллиндэ, но взяла не для себя, верней не только для себя, а по большей части для Шутника -- некромантам было что поведать руководству клана:

-- Значит так, - с серьезным видом начал свой доклад Шутник, но не удержался и схохмил: - Радуйтесь, эксплуататоры, зомбиапокалипсис отменяется! Мы нашли недорогой и вполне доступный способ сохранить наших гнилых ''джамшутов'' в рабочем состоянии, а не в виде кучки праха и костей. -

-- Не скромничай -- ты искал, и ты нашел, - уточнила Туллиндэ, не став лишать Шутника заслуженной славы.

-- Подробнее! - мгновенно сделала стойку Анариэль, да и остальные присутствующие проявили искренний интерес -- перспектива в самом ближайшем будущем лишиться тысяч рабочих рук дамокловым мечом висела над кланом. - Баранья и куриная кровь помогли?! Или что-то другое!? Вы уже начали!? Вам что-то нужно!? -

-- Да дай договорить! - не выдержала Туллиндэ. - Потом и спросишь все что непонятно. -

Шутник благодарно кивнул и продолжил:

-- Как я уже сказал способ довольно простой: берется гектар обычной земли и проклинается с помощью ритуала Гнилых сердец, потом место ритуала сбрызгивается кровушкой, чем больше, тем лучше. Кстати! - Шутник кивнул в сторону Анариэль. - Спасибо за барашек и гусей -- пригодилось! Гусей и барашков мы с удовольствием употребили... как и положено в жареном виде, а кровь для ритуала нужна человеческая. - Даже Дримм не смог удержаться от хохота, глядя на возмущенное лицо Анариэль. Тем временем Шутник продолжал: - Потом в центре хоронится какой-нибудь невезучий чувак, в нашем случае -- бандитская морда. Почему невезучий, да потому что живьем. Потом мы зеваем и ждем пока он сдохнет, а затем встанет как зомби естественным путем. Все! Место готово: можно рыть братские могилы, запихивать туда ''джамшутов'', засыпать их сверху землицей и дать им ''попреть'' пяток дней -- на полгода хватит, будут даже лучше, крепче, сильнее чем прежде, а через полгода можно повторить. Только два минуса: из них уже ничего не сделаешь кроме зомби, и земля будет убита навсегда, так что место нужно выбирать по принципу: семь раз отмерь, один раз отхреначь. -

-- Да и хрен бы с ними! - высказался Вар. - Нам зомбаки такими как есть нужны, а материалом, если надо, мы вас (некромантов) обеспечим, надо будет, завалим с головой. -

Высказывание полуорка поддержали, и на присутствующих некромантов обрушился вал поздравлений, особенно на довольного Шутника, а Анариэль даже встала, подошла и под одобрительное улюлюканье присутствующих чмокнула ошарашенного героя прямо в губы.

-- С местом определились? - задал вопрос по существу Глава и тут же нахмурившись второй: - Надеюсь вы провели свой эксперимент не на территории переноса? -

-- Нет, - успокоила Дримма Туллиндэ. - Использовали окрестности гномьего города за порталом: есть там место, где более-менее нормальная земля, а не камень, и твари из города туда почти не заходят. Там и будем их обновлять, пока не найдем место получше. Пробная партия в сотню самых гнилых уже отлежалась -- результат отличный, можно и остальных прогнать. -

-- Вместимость? -

-- Примерно тысяча за раз, - уверенно ответил Шутник. Затем немного помялся и несколько урезал осетра: - Лучше не больше восьми сотен -- могут просто физически не войти -- не качественно получится. -

-- Значит восемьсот за раз, у нас их около 22-х тысяч, хотя благодаря нашим ''пиратам'' уже больше, но новенькие зомби могут потерпеть. Получается в целом нужно загрузить партий 27, каждая созревает 5 дней -- значит на всех уйдет больше 4-х месяцев, - мгновенно подсчитала Анариэль и тут же обеспокоилась: - А сдюжат? В смысле зомби выдержат такой срок? Может сделать несколько таких проклятых мест? -

-- Думали уже, - самодовольно успокоил ее Шутник. - Там хватит земли еще на одно, так что не четыре, а два -- успеем. -

-- И еще, для справки тем кто не в курсе, - не вставая с кресла привлекла внимание Туллиндэ. - Мы наладили процесс, и новые зомби уже не нуждаются в таком обслуживании. Не знаю как будет после переноса, но здесь в Серединном мире 20-30 лет без вопросов, и я говорю именно про массовую штамповку, а не про особенные экземпляры или эксперименты. -

-- Хорошо -- одной головной болью меньше, - подвел итог Глава. - Шутник, спасибо, мы все оценили твой вклад. - И это были не просто слова -- на следующем общем собрании клана Глава поставил вопрос, а клан проголосовал -- шанс отличившегося некроманта получить уникальную добычу подрос, а общая доля изрядно возросла.

Ну а только начинавшееся совещание продолжалось и катилось своим чередом...

Глава 18

Цитадель клана Красного Дракона.

Зал Совещаний.

После Шутника выступал Халлон и забабахал настолько впечатляющий доклад, что не будь у него на руках конкретных цифр, а в гавани Гаваев конкретных захваченных кораблей, можно было бы подумать, что остроухий адмирал-маг по привычке всех без исключения моряков ездит доверчивым сухопутным крысам по ушам и как минимум втрое преувеличивает свои подвиги. Но нет, Анариэль кивала как сытая кошка, а когда Дримм взглянул на Альдарона, тот на секунду прикрыл глаза -- Халлон не врал (ну может чуть приукрашивал для красного словца), и флот под его командой УЖЕ окупил все затраченные на него средства и начал работать в плюс, к тому же из Южного океана потянулся ручеек из годных для изготовления зомби тел и живых рабов для экспериментов некромантов (и не только).

-- По факту у нас теперь 3 эскадры, каждая по 6 вымпелов, плюс две перегонные команды на Кури для староэльфийских кораблей и на Гаваях для трофеев на продажу, но команды толком не укомплектованы -- тасуем их как можем, занимаем из боевых экипажей, берем с верфей -- в общем изворачиваемся. Это не дело, необходимы люди, я имею в виду заготовок, хорошо что мы уже можем обойтись без неписей-моряков, в смысле хватит тех что есть, больше не нужно, - на позитивной ноте закончил адмирал.

-- Что скажешь? - прежде чем принять решение Дримм обратился к Анариэль.

-- Нужно дать, - удивительно, но прижимистая эльфийка сразу встала на сторону адмирала. - Не дело отвлекать рабочих с верфей, да и боевые экипажи ослаблять -- это потери: на верфях времени и качества, а в море обученных бойцов. -

-- Численность абордажных команд бы усилить, - решил воспользоваться благоприятной ситуацией Вар. - Добавить бы по десятку спецназовцев на каждый корабль и два десятка морских пехотинцев, если можно эльфов-стрелков сколько не жалко. -

-- А разместите всех -- корабли ведь не резиновые? - неожиданно благожелательно прореагировал на просьбу Глава.

-- Разместим, - прижал руку к груди Вар, адмирал согласно кивнул.

-- Хорошо, будь по-вашему, - улыбнулся Дримм. - Будут вам и моряки, и спецназовцы, и морские пехотинцы, и эльфы-стрелки -- столько, сколько захотите. Но, - поднял палец кверху Глава, и в глазах у него не было улыбки, - вы уверены, что сможете ''переварить'' столько новичков и не будет неоправданно больших потерь? - и, дождавшись утвердительного кивка от эльфа и орка, принял окончательное решение: - Под вашу ответственность. -

Несколько смущенные Вар и Халлон сели на места и задумались: с одной стороны, адмирал и старший абордажник получили все что хотели и даже больше, но с другой, за свои слова придется отвечать, и это особенно подчеркнул Глава. Анариэль тоже была немного смущена, размышляя не оказала ли она друзьям медвежью услугу, поддержав их перед Дриммом.

После флотских пришло время Менелтора, но начал он не много необычно -- сразу попытался взять самоотвод, аргументируя это тем, что проблема с зомби уже решена, а ведь именно решением этой проблемы он занимался даже в походе: с помощью клановых магов поддерживал связь с Альдароном, Октароном, адмиралом, собирая информацию со всех доступных клану источников; пару раз напряг Главу и уходил временными порталами на несколько часов, один раз в Узел, другой раз в Эрмилан; чертил какие-то схемы и графики на привалах, причем засиживался допоздна и чуть снова не подсел на зелья, не говоря уж о том, что мало радовал недовольную таким положением дел жену.

Глава клана не дал расстроенному эльфу просто так похерить свой труд:

-- Ты все же озвучь нам свои наработки, - Дримм остановил уже готового усесться на свое место Менелтора, - а мы решим, есть в них рациональное зерно или нет. -

-- Ну хорошо, - с сомнением протянул Горец (Менелтор) и взглянув на жену представил на суд общественности свою работу. - Как вы знаете, до того как Шутник решил проблему сохранения зомби, передо мной была поставлена задача найти постоянный и насколько можно богатый источник сырья для некромантов. При всем уважении к флоту поставки из Южного океана не могут считаться таким источником -- слишком не регулярные, да и считанные сотни в месяц, тогда как нам нужны тысячи. Я подумал, кое-что почитал, посидел на телеграфе (внутри-игровом чате), посоветовался с разведкой (кивок в сторону Папаши и ответный кивок), с женой, с теми, кто хорошо попутешествовал по континенту, еще до похода поговорил с игроками в Узле, потом благодаря порталам Главы пообщался с вернувшимися из Парнской империи наемниками, и после разговоров с ними у меня и родился этот план. Суть его вот в чем: насколько я выяснил на территории бывшей империи сейчас идет война всех против всех, множество армий, отдельных отрядов, в том числе и наемников-игроков, просто банд и мелких шаек режут друг друга и всех вокруг, включая и мирное население. Поля, леса, города и поселки просто засыпаны никому не нужными мертвяками -- собирай не хочу, а если не нужен такой тухляк, то очень много возможностей добыть свежачок, главное не сложить голову самому. -

-- Ты что предлагаешь отправить туда отряд, собирать трупы как ягоды-грибы?! - ошарашенно спросил Таурохтар. - Оригинально! -

-- Не совсем, - отрицательно качнул головой докладчик и пояснил: - Я предлагаю сформировать сразу два серьезных отряда и отправить их в разные концы Парнской империи, вроде как наемниками к какой-нибудь из сторон: они легализуются, получат относительно безопасную базу для своих действий и снабжение со стороны нанимателя, а затем не только будут собирать наиболее свежие тела и складировать их в мешки (безразмерные магические мешки), но и на законных основаниях сами смогут набить свежака и заодно подкачаться. Да, им еще будут за это платить, плюс добыча. -

-- А что -- неплохо! - не утерпела и высказалась Анариэль. - Мне нравится!

-- Толково придумано, - отметился Шутник.

-- Хороший план, - отсалютовал бокалом Морнэмир.

-- Жаль что уже не нужно, - вставила свои 5 копеек Светлана.

-- Отлично, - в свою очередь высказался Глава. - Потому я предлагаю... план принять и начать формировать отряды, - Дримм закончил предложение в полном молчании -- Менелтор ошарашенно смотрел на фейри, все остальные тоже, пытаясь понять ход мыслей Главы.

-- Зачем? - первой решилась спросить Анариэль. - Неужели ради платы за найм и хабара? -

-- Не только, хотя и это не лишнее, но тут другое: во-первых, ты не обижайся, Диссидент (Халлон), но новички у тебя качаются плохо -- нет непрерывности процесса, большие простои во время пути, да и абордажи -- слишком вы наловчились -- боя как такового и нет, а нет боя, нет и очков. Заброшенный город на острове -- хорошо, но очень мало. Так что Парнская империя для них это идеальный полигон, да еще пока тренируются, принесут пользу клану и заработают. Точно также заготовки: было бы неплохо, как можно больше их прогнать через школу боев не только со зверьем и бандами в окрестностях города или специфических морских боев, но и схваток с серьезными врагами: наемниками, регулярной армией, рыцарями, магами, ну и кто там еще будет. Во-вторых, хоть проблема с уже имеющимися зомби решена, доп-сила нам не помешает, как и материал для экспериментов -- нам еще строить военные городки, замки и много чего еще, а на некоторых работах лучше использовать зомби чем заготовок. -

Поддержанный Главой план приняли единогласно и тут же не откладывая в долгий ящик принялись решать кто возглавит отряды: первый, понятное дело -- Менелтор, а кто второй?

-- Предлагаю Айсмена, - через некоторое время выдвинула кандидатуру варвара Людмила. Ее неожиданно поддержала Анариэль, но вовсе не от большой любви к ледяному эльфу, а совсем даже наоборот:

-- Точно! Пусть валит ''Берлага-растратчик'' -- видеть его не могу! Надеюсь ему там хорошо настучат по башке и вобьют в его тупой варварский кочан немного ума! -

-- В общем-то должен справиться -- он неплохой командир, - ничего не имел против и Таурохтар.

-- Значит решено, - подвел итог Дримм. - Горец (Менелтор), обрадуешь Айсмэна и вместе проработаете необходимую численность и состав отрядов, но слишком не увлекайтесь -- помните: мы сбросим вам много новичков, от этого и играйте, заодно продумайте порядок ротации, доставки мертвяков и сроки всей операции. -

-- Хорошо, - Менелтор все еще не мог поверить в то, как все повернулось, и пребывал в легкой эйфории.

-- Теперь давайте послушаем нашу законотворицу, - Дримм сделал жест в сторону Синьагил.

-- Слушать придется долго, - сразу предупредила Маска (Синьагил) и в подтверждение своих слов показала солидных размеров папку из тисненой кожи.

-- Тогда так, - тут же переиграл Дримм. - Ты вкратце расскажешь что успела и презентуешь каждому из присутствующих экземпляр, мы прочитаем, а потом прежде чем выносить на общее собрание клана, еще раз соберемся и обсудим. -

-- Рассказать расскажу, - немного смутилась Маска. - А где я вам столько экземпляров найду? Вот этот, - Синьагил звонко хлопнула по папке, - единственный чистовой, еще есть исчерканная стопка листов -- черновик, и все. -

-- Не проблема, - пришла на помощь Анариэль, - у меня два специальных заготовки только этим и занимаются: переписывают набело, составляют контракты и заявки, ведут бухгалтерские книги. -

-- Как-то это не очень, - неопределенно повел рукой в воздухе Айнон. - И сколько они так будут корячиться, не забрасывая других дел? На секунду -- нужно больше полусотни экземпляров! -

-- И что ты предлагаешь, купить больше переписчиков? - отвергла претензию Анариэль и задумалась над собственными словами, впрочем думала она не долго -- с довольно оригинальным предложением выступила Людмила:

-- Давайте напечатаем в Узле: я знаю, там есть несколько типографий, есть даже типография от Гильдии Магов, правда не в курсе, дают там скидку магам или нет. Но нам она и не нужна -- при центральном храме Трооатэны есть своя и мне там точно дадут (Шутник заржал, явно услышав в простых словах что-то свое), сразу как паладину и как жрецу -- я могу хоть завтра полететь в Узел и заказать, или Дримм перебросит меня порталом, - закончив говорить Людмила показала похабнику-Шутнику кулак.

-- Так и сделаем, - сразу согласился с действительно хорошим предложением Дримм и уже хотел вернуться к теме законов, как вдруг встал Морнэмир:

-- Слушайте, я тут подумал: ну зачем нам связываться с Узлом, да еще таскать и светить такие важные бумажки?! Все равно это не последний случай, так давайте забабахаем собственную типографию! Дело не хитрое -- все что нужно у нас есть: литеры, пресс и все остальное мастерские сработают в два дня, чернила легко купить у любого книготорговца или в лавке алхимика, да и сделать самим тоже не проблема. -

-- А набирать ты кого посадишь? - с иронией спросил Халлон. Адмирал уже немного отошел от щедрости Главы и снова интересовался происходящим. - И вообще, в любом деле полно тонкостей, так что чую, быстрее будет с переписчиками Убийцы (Убийцы Городов -- Анариэль). -

-- Лучшее предложение за сегодня, - пришел на помощь несколько растерявшемуся Морнэмиру Глава. - Нужно попробовать найти специализированных заготовок, а если нет, то поступим так же как с ремонтом кораблей: наймем спецов-неписей. В любом случае это очень перспективная идея и ей нужно заниматься. -

Некоторое время собравшиеся обсуждали идею Морнэмира в основном в положительном ключе, но были и скептики. Нет, никто не сомневался, что типография клану нужна, но вот насколько быстро удастся наладить процесс (?), тут возникали вполне обоснованные сомнения. Тема настолько всех увлекла, что о докладе Синьагил несколько позабыли, а когда все же к нему вернулись, то решили отложить законодательный вопрос до следующего совещания, когда каждый присутствующий сможет получить копию списка законов. Потом все тот же Морнэмир долго и скучно отчитывался о городском строительстве. Несмотря на довольно специфическую тему слушали его внимательно, часто задавая вопросы по существу -- город был главным детищем клана, в которое каждый из присутствующих немало вложил: сил, денег, таланта, времени и каждому хотелось поподробней узнать о судьбе своих вложений. К концу доклада Морнэмира настроение игроков поднялось, и когда вслед за ним взяла слово Людмила, со всех сторон и вовсе послышался смех и шутки, над которыми не смеялся только Глава.

-- Пока с размещением самих фейри особых забот нет, больше с их лошадьми: на каждого фейри по три-четыре коняшки, еще козы, овцы, немного коров -- приходится их пасти в окрестностях города и соответственно выделять охрану, пасут хозяева, - продолжала рассказывать Людмила. - Сами фейри ведут себя смирно, не бедокурят, если им сказали не шляться где попало -- делают, с Белками, особенно с их детьми, и то больше проблем. Насчет питания: едят то же что и заготовки, особо не привередничают, да и жрут много меньше чем наши проглоты. -

Собравшиеся понимающе заулыбались -- действительно, нормальный заготовка будет есть и есть, пока есть что есть, хотя с другой стороны, может и поголодать, чем часто бессовестно пользовались игроки других кланов, практически не заботясь о беспрекословно подчинявшихся им созданиях (тысячи случаев умерших от голода заготовок, которых хозяева-дебилы банально забыли покормить или хотя бы отдать приказ заготовке самому найти себе еду).

-- В общем мне нравятся эти ребята, - между тем закруглялась и делилась личными впечатлениями Людмила. - Не привередливые, спокойные, слушают и главное слышат что им говорят. Вы бы видели как с лошадьми обращаются -- загляденье! В лесу не хуже, если не лучше Белок, по крайней мере у наших рейнджеров ни разу не получилось долго водить их за нос. Если на город нападут, то несколько сотен дополнительных луков у нас есть, а стреляют они на уровне эльфов-стрелков. -

-- Серьезные товарищи, - оценил фейри Вар, остальные присутствующие поддержали этот тезис.

-- Спасибо, Людмила, - Дримм поблагодарил эльфийку за доклад и взял слово прояснить не без его участия свалившуюся на клан проблему:

-- Как многие уже правильно поняли, фейри пришли ко мне как к Старейшине народа фейри, и это действительно квест. По заданию квеста я как Старейшина народа фейри должен организовать самостоятельное поселение моей расы не менее чем в 3 тысячи фейри, думаю столько и должно подойти. -

-- А нам куда? - излишне театрально подскочил в кресле Шутник. - Как ты мог, Глава?! Нас на фейри променял! Построишь империю фейри, а нас коленом под зад и на Землю вместе с ними перенесешься -- типа высшая раса! А мы мыкайся тут до самого конца! -

Дримм не стал оправдываться, а с жалостью во взгляде посмотрел на Шутника как на дурака. Помогло -- записной клановый балагур примолк, жаль что только на время.

-- Я как Глава клана, - Дримм не стал тянуть резину, а сразу взял быка за рога, - предлагаю принять всех фейри под нашу руку. Людмила права: они прекрасные наездники, лесовики, лучники и слушаются меня как Старейшину беспрекословно. Кроме того они ведь далеко не классические кочевники, часто нанимаются на работу к тем же фермерам или в мастерские к сельским ремесленникам, вроде плотников, гончаров, колесных мастеров, кузнецов. Да и сами жгут уголь, перегоняют плоты, добывают меха и дикий мед, рыбачат сетями и... проще сказать чего они только не делают. Еще они бесценный источник информации о мире, потому как все из разных мест. -

Вар и Таурохтар переглянулись, их явно заинтересовали боевые качества родичей Дримма. Интерес проявили и Анариэль с Людмилой -- количество лошадей, на которых передвигались в окрестностях города заготовки и не имевшие маунта игроки, выросло настолько, что давно встал вопрос о создании специальной службы для ухода за ними и выделении или покупке заготовок для нужд этой службы, а тут прекрасные лошадники-фейри -- считай проблема решена. Морнэмира заинтересовали навыки фейри в разных ремеслах, а Айнона их фермерский опыт, ну а Альдарон уже взял пару фейри в оборот и не пожалел, собрав чуток никогда не лишних знаний об окружающем мире.

Некоторое время Дримм соловьем расписывал преимущества решения о принятии фейри под защиту клана, а затем внезапно осознал: он ломится в открытую дверь -- Дримм закончил упражняться в красноречии и предложил высказаться несогласным. Несогласных не было, все были за: фейри обрели защиту и дом, а клан Красного Дракона получил вернейших вассалов, друзей, союзников и проводников его воли как в этом мире, так и в другом. Ну и вот парадокс: не ласково обходившийся с фейри Серединный мир тоже обрел, обрел ревностных хранителей его обычаев, традиций и веры в другом совершенно чуждом всему вышеперечисленному мире.

Потом вниманием собравшихся завладела Анариэль и не отпускала его больше получаса. Дримм вполуха слушал доклад о многочисленных хозяйственных и торговых делах клана -- он доверял Анариэль, к тому же еще не отошел от фейрийской темы, и голова была занята другим. Дримм снова вспомнил тот момент, когда все же решился вновь, на этот раз понимая что он делает, открыть изменившуюся книгу-квест и прочитать написанную в ней новую историю. Содержание книги напомнило ему рассказы Шукшина и нескольких творивших в похожем жанре писателей: спокойная, чуть иронично описанная жизнь землепашцев и пастухов, рыболовов и кузнецов, плотников и сапожников -- простые радости жизни, забавные случаи, крепкие семьи, труд от зари до зари и все в том же духе. Дримму книга в общем-то понравилась, хотя не было в ней ни битв, ни накала страстей, ни ярких героев, только фейри, что вели тихую, мирную и счастливую жизнь. Дримм тогда не очень понял, в чем заключается его задание -- забавные рассказы ну и что? Что ему-то делать? И лишь только когда он вернулся из похода, все начало проясняться -- именно из содержания книги Дримм и вытащил число -- не больше 3000 человек (пардон фейри), хотя тут скорей была догадка, чем знание, но не важно -- вряд ли он ошибся больше чем на пару сотен (он так думал тогда). Как и в прошлый раз Система никак не отреагировала на прочитанную книгу, но сейчас Дримм был настороже и почувствовал как изменился мир, словно эхо на мгновение прозвучало где-то вдалеке. А вот почему фейри пришли именно к городу, Дримм не понимал -- книгу он читал в Холме, вошел в Холм во время посещения Узла, а когда поперли фейри, был за тридевять земель.

-- Теперь о реализации добытого в Гоблинских горах, - перешла к довольно интересной теме Анариэль, и Дримм на время отложил мысли о загадках таинственного квеста. - Всего пока мы реализовали отдельно камней на 10 миллионов, на полтора миллиона ценных не бонусных вещей, на 5 миллионов весового серебра. Вещички и камни с ''копейками'', а с серебром все посчитано точно. -

-- А велики ли те ''копейки''? - поинтересовался Айнон и чуть не сглотнул слюну услышав ответ.

-- Тысяч под триста, но все уже ушло на город, как и половина выручки от камней (по 10000 золота на руки после похода). Зато благодаря этим ''копейкам'', счета клана мы почти не трогали, только на обычные текущие нужды. -

-- Почему продали так мало серебра? - с неподдельным интересом спросил Таурохтар.

-- А куда спешить? - вопросом на вопрос ответила Анариэль. - Серебро -- не мясо, не протухнет, а так реализовываем помаленьку, заодно ищем надежных солидных клиентов, что будут брать большими партиями задорого и заодно нас не засветят. Контрабандисты не годятся -- если попытаемся скинуть им ВСЕ серебро или даже только половину, то информация уйдет куда нужно, вернее не нужно -- с ними работаем не только мы, да и самих контрабандистов может переклинить от жадности. -

-- Да ладно, - легкомысленно махнул рукой Шутник, - все уже знают, насколько богат был рудник -- вольняшки (вольные рудокопы-игроки) давно растрепали! -

-- Верно, - согласилась Анариэль, - а вот про запасы в цитаделях не знает никто, даже слухов нет -- если бы знали, были бы последствия. -

-- Анариэль права -- все думают, мы взяли хорошую, очень хорошую добычу, - подключился Альдарон, - но и потратились немало, так что конечная сумма не так уж и велика -- явно не стоит из-за нее лезть на такой сильный клан как наш, а вот если бы знали... -

Никто не оспорил слова Папаши, и Анариэль продолжила в задумчивой тишине:

-- Оставшиеся от камешков 5 лимонов, деньги от барахла и 2 лимона с серебра я положила в Первый Подгорный на счет клана. Сами знаете -- надежный банк с отделениями по всему миру (разумеется Серединному миру), мы с ним работаем давно, да и за такой большой счет нам полагается хороший бонус -- тоже не лишнее. Остальное с серебра пошло в пять разных банков. Те кто делал вклад не светились, их клановая принадлежность неизвестна, счета на предъявителя, так что нас трудно отследить. -

-- Хорошо, - одобрил действия казначея Глава. - Как дело обстоит с серебренной и золотой монетой и как долго думаешь разбираться с серебром и всем остальным на продажу? -

-- Монету хоть завтра положим в любой банк, барахло постепенно распродадим через обычные каналы, а с серебром можно погодить, выпускать небольшими партиями по всему Серединному миру. Когда проработаем каналы сбыта, то думаю, на 5-7 миллионов в месяц -- года за два управимся. Вообще у меня возникла одна интересная идея, только ее надо сперва обдумать и поглядеть, что получится у Морнэмира с его типографией. -

-- Хочешь начать штамповку монеты!? - Дримм не сумел удержать внезапную догадку при себе.

-- Ага, - недовольно посмотрела на Главу Анариэль, тот извиняясь развел руками и сделал виноватые глаза. - Говорю сперва нужно посмотреть и прикинуть, благо можно не торопиться. А так, что может быть выгодней производства денег? Ничего! В нашем случае еще и безопасней. -

-- Если нас не обломают создатели игры? - высказала разумное опасение Светлана. - Как они интересно посмотрят на выпуск фальшака? -

-- Какого фальшака!? - парировала Анариэль, грудью встав на защиту сырой, но перспективной идеи. - Если четко выдерживать размер, вес, чистоту металла, то какой же это фальшак?! Самая настоящая монета! Ведь не наказывают рудокопов, когда они перерабатывают руду в металл, а потом льют слитки, да мы ведь и сами этим занимались. Уверена, и монеты уже кто-нибудь делал -- выгодно! Что-то я не слышала чтобы кого-то наказали! -

-- Отлично, - принял решение Глава. - Морнэмир, Анариэль, определитесь с мерами, возможностями производства, дизайном монет -- сроку вам месяц. Альдарон, подними свои контакты среди игроков -- поспрашивай, было или нет и как среагировала Система. Тот, провентилируй вопрос со своей стороны, если есть запрет ''Основы'', то на нет и суда нет. -

После того как страсти немного улеглись встал Альдарон и коротко рассказал об успехах в вербовке нужных клану людей в реале и о создании шпионской сети в акватории Южного океана, причем даже здесь не называл агентов по именам, а лишь по кличкам, услышав которые ни за что не догадаешься об имени, половой принадлежности и социальном статусе агента. В общем-то не очень интересная тема: пришедшие в клан игроки итак были на виду, а про агентов Папаша больше не сказал чем сказал -- ясно только, что сеть есть и работает. С неослабевающим интересом слушали Дримм и Халлон, ну еще может единственный здесь новичок (Элеммакил), а остальные быстро заскучали и оживились только когда Папаша сел, а Дримм попросил того самого новичка выйти на середину зала, на всеобщее обозрение.

-- Все вы знаете кто перед вами стоит -- его слава бежит впереди него,- польстил новичку Дримм.

-- Тоже мне слава, - не согласился Таурохтар. - Говорить умеет, этого не отнять, а вот конкретных дел с гулькин хрен. -

-- Ты не прав, - тут же встал на защиту новичка Вар. - И Ватсон (Мулкорх) и Диссидент (Халлон) говорят, он не только побазарить может, но и в деле хорош. -

-- Подтверждаю, - не вставая с места кивнул адмирал.

-- Вот видишь, - обрадовался реплике Вар, - а ты говоришь! -

-- А что я говорю? - отпил вина из кубка Таурохтар. - Я сказал, говорить он умеет, а дел пока всего ничего: в горах (Гоблинских горах) он себя особо не проявил, хотя может просто не успел -- признаю, тут с бандитами себя показал -- тоже мне противник! Про остров ничего не скажу -- меня там не было, но по-моему -- обычный кач, ничего особенного. -

Некоторое время собравшиеся обсуждали новичка, кто-то соглашался с Таурохтаром, другие встали на сторону Вара, третьи колебались, но желали высказаться, нашлись и те, кто пытался унять страсти. Сам же предмет неожиданного спора спокойно стоял в центре зала и чуть наклонив голову с интересом наблюдал за происходящим. В конце концов спорщики несколько успокоились, и только тогда Глава снова взял слово, сразу расставив все по местам:

-- Многие из вас правы: у Элеммакила не было возможности себя проявить, но за этим дело не станет, и Я уверен, он еще себя покажет, но пригласил я его не поэтому. Давайте вспомним, о чем он нам говорил и о чем предупреждал. Хотя можете не вспоминать -- я напомню: у нас нет нормальной стратегии развития в прошлом Земли и даже тактики на время сразу после переноса. -

-- Как нет? - удивленно спросил Шутник, с вопросом на лице оглядывая собравшихся.

-- А какая у нас стратегия? - вопросом на вопрос ответил Дримм. - Вот мы перенеслись в Австралию, Америку, Сибирь -- не важно, что мы делаем дальше? В-первую, во-вторую, в-десятую очередь? Как строим отношения с ближайшими соседями? Как с более дальними? Какова наша политика в отношении основных центров силы тогдашней Земли? Каковы наши приоритеты в развитии? В техническом? В торговом? В научном? В военном? Насколько мы собираемся расширить подконтрольную нам территорию? Нужно ли нам будет изменить политическое устройство, и если нужно, то на что менять клановую систему? Как не допустить утечек технических знаний к местному населению, или наоборот, как доступней передать им эти знания и безопасно ли это для нас и для них? Я могу долго продолжать, но сейчас ясно одно -- ничего из вышеперечисленного у нас нет. А вот Элеммакил хорошо подкован в истории, строит модели и теории, пытается понять, как это может быть и что нам нужно делать, а чего НЕ ДЕЛАТЬ, но главное, у него есть желание этим заниматься. Он уже нам всем сильно помог, например, предупредил нас о фундаментальном просчете: вот мы строим город, копим ресурс и силы, переносимся, а как и куда мы сумеем все накопленное применить...? -

Некоторое время в зале стояла полная тишина -- все без исключения присутствующие пытались осознать то, что сказал им Глава. Тяжелые слова Дримма как обухом по голове ударили многих и даже те, кто задумывался о будущем после переноса, осознали насколько тяжел и неподъемен воз столь важных вопросов, решить которые необходимо ДО того как отправляться на Землю. Если же их не решить, то придется столкнуться с ними уже на Земле и решать по факту, а это всегда хуже, чем когда у тебя есть хоть какой-нибудь план.

-- Ты хочешь все это поручить Элеммакилу? - быстрее всех сообразила Людмила.

-- Не все: он будет собирать факты, систематизировать, делать выводы и прогнозы, а мы с вами получим нужную для принятия окончательного решения информацию. В любом случае мы в выигрыше, даже если не согласимся с его выкладками. Нам как воздух необходима общая концепция и основные точки приложения сил, а значит нужны систематизированная информация, варианты развития событий и должен быть определен круг, четкий круг, этих самых точек. -

-- А он потянет один? - то ли наехал, то ли наоборот обеспокоился за новичка Таурохтар.

-- Зачем один? - теперь уже Светлана, а не Вар встала на защиту Элеммакила. - Пока пусть спокойно работает, а потом уверена, подтянутся и другие энтузиасты, я вот тоже не откажусь поучаствовать -- тема уж больно интересная, да и важная. -

-- Ну хорошо, посмотрим, - с сомнением протянул Таурохтар, но не стал больше возражать.

Около получаса собравшиеся обсуждали запавшую в души и мысли тему, обсуждали и Элеммакила. В конце концов сошлись, что действительно не стоит взваливать все на него одного, и в результате у новосозданной структуры, пока что всего из одного сотрудника, образовалось сразу четыре то ли начальника, то ли помощника, то ли куратора, вызвались Альдарон, Вар, Айнон и загоревшаяся Светлана, остальные, в том числе и Таурохтар, тоже пообещали помочь по мере сил. На какое-то время собрание прервалось на импровизированный перерыв: слишком важной и сложной была поднятая с подачи Элеммакила тема и многим нужно было ее осознать.

Пока длился перерыв Дримм обдумывал как все прошло: в чем-то Таурохтар был прав, Элеммакилу не хватало авторитета в клане -- результаты ментального слепка к делу не пришьешь, эльфу нужен собственный авторитет, нужны реальные достижения, которые сможет оценить весь клан и которые придадут дополнительный вес его словам. Дримм перебрал несколько вариантов, а затем остановился на одном: не слишком сложное, но необходимое задание позволит Элеммакилу проявить себя не только как воина, но и как самостоятельного в принятии решений командира и к тому же не слишком надолго его отвлечет. Пару минут Дримм оценивал понравившийся вариант с разных сторон и наконец решил его принять, заодно убить еще одного зайца: сегодня как раз закончатся испытания в школе Первого и четверым выпускникам не повредит возможность на практике испытать то, чему научил их многотысячелетний мастер в теле юнца.

Но вот игроки опять расселись по местам и с новыми силами приготовились слушать следующего докладчика. А послушать действительно стоило, ведь поднятая тема интересовала всех без исключения и во многом определяла общую судьбу, направление изысканий Элеммакила и то, к чему стоит готовиться ближайшие несколько лет.

-- Что с магией? - Глава задал в общем-то простой, но судьбоносный вопрос. Вопрос настолько важный, что в зале установилась мертвая тишина, а выступавший ответчиком Тот занервничал от множества скрестившихся на нем взглядов, причем часто враждебных взглядов, словно именно Тот хотел отнять у игроков магию и если его умудриться убрать, то и магии уже ни что не будет угрожать. Все же эльф с именем бога мудрости пересилил себя и стараясь не частить начал отвечать, отвечать спокойно, предельно понятно и по порядку:

-- 4 дня назад погас амулет-светлячок, погас сразу и без всяких видимых причин. До этого он беспрерывно работал больше трех лет и ни разу даже не мигнул. Точнее -- 3 года 1 месяц 17 дней 5 минут 8 секунд: его работу фиксировал фотоэлемент и связанный с ним компьютер, так что время когда ''светлячок'' погас мы зафиксировали точно. -

-- Причины? - первой успела спросить Туллиндэ.

-- Неизвестно, но точно не в результате какого-либо внешнего воздействия, так что дело в самом амулете. -

-- Может быть так и должно быть? Вот обычная светилка (заклинание Общей магии -- Малый осветительный шар) работает несколько часов или дней, смотря сколько маны в нее вложить, а потом если не подпитать исчезает. Может быть и тут просто мана кончилась? - сделала вполне обоснованное предположение Русалочка.

-- Как ведут себя другие вещи из вирта: растения, жук-колдун? - вновь быстрее остальных сообразила Туллиндэ.

-- Сундук не знаю -- мы так и не сумели понять, как регистрировать магию. Нож с бонусами сохранил все свои свойства в полном объеме: по прежнему режет кровельное железо как масло и ни следа ржавчины. Растения чувствуют себя прекрасно. Жук-колдун тоже, правда колдовать как раньше не любит, но если открытый огонь, щит исправно выдает, но его возможности явно сократились. Мы проводили эксперименты: щит всего на несколько секунд не больше трех раз в день, ну четырех. -

-- А ведь действительно похоже на нехватку маны? - Дримм сорвал слова у Королевы Мертвых с языка. - Тут в вирте такой жук почти не ограничен ни в количестве, ни во времени. -

-- Нужно будет провести такой же эксперимент со ''светлячком'', но уже здесь в Серединном мире -- сколько он проработает в непрерывном режиме, - предложила Туллиндэ.

-- Хорошо бы, - согласился Дримм, но напомнил: - Точно такой же не получится -- через 3 года нас здесь уже не будет. -

-- Как не хочется магии лишаться! - несколько наивно, зато искренне высказал общее мнение Айнон.

-- Да-а-а, это будет то еще порево! - в своей манере поддержал сентенцию Шутник.

-- Жесть! - Вар как и все был согласен, но в силу своего оптимистичного характера постарался найти и светлые стороны: - Но вы зря скисли, предупрежден -- вооружен. И потом, оружие с бонусами работает -- уже плюс, растения и животные нормально себя чувствуют -- еще один, ну а с магией: насколько я понял, амулет пахал три года, а я не знаю ни одной лампочки, что продержалась бы хотя бы год, тем более в включенном состоянии, да и жук-колдун все-таки может колдовать, пусть мало, но может. -

Неожиданно Вар да и все остальные повернулись к Дримму -- не то что бы первый раз они слышали мат из уст Главы, но все такие случаи можно было пересчитать по пальцам одной руки. Дримм поднял руку предупреждая вопросы и постарался ухватить за хвост внезапно пришедшую мысль, ухватил и вытащил ее на свет:

-- Как вы активировали амулет, когда нашли сундук? -

Вопрос заставил Тота задуматься, а затем в его глазах мелькнула догадка понимания. - Никак -- амулет горел. -

-- То есть амулет исправно проработал больше полутора веков и потом еще 3 года под вашим наблюдением? -

-- Получается так, - подтвердил Тот и облегченно улыбнулся, немного досадуя про себя: такой просчет -- три года учли до секунды, а полтора века выпали из головы.

-- Круто, значит мы снова у дел! - сделал скоропалительный, но поддержанный одобрительными возгласами вывод Шутник, а вот его начальница не была столь категорична:

-- Похожие светлячки горят в массе подземелий и данжей и по легенде горят тысячи лет, горят и не думают тухнуть, а наш на Земле все-таки потух. -

-- Все верно, - в том же ключе, но более аргументировано высказался Морнэмир, - я единственный из вас, кто может сделать ''светлячок'', так вот: в описании нет ничего про срок службы, только про внешние повреждения. -

Некоторое время собравшиеся строили разнообразные предположения, спорили, ругались и высказывали надежды.

-- Хватит! - подвел итог Дримм. - Хватит толочь воду в ступе -- мы знаем только одно: амулет работал довольно продолжительный срок, жук-колдун может колдовать, нож сохранил бонусы -- значит магия на Земле действует, а уж как, это другой вопрос. Нужны эксперименты, возможно еще один контрольный заброс. -

-- Заготовку с магическими способностями! - не удержался и с места предложил Элеммакил, уж очень его занимал этот вопрос, как впрочем и всех остальных, так что выкрик поддержали, и первым поддержал Таурохтар:

-- Наш головастый Улис (Элеммакил) дело говорит: именно заготовку и именно с магией и такого, чтобы сумел выжить пока за ним не придут и не расспросят. -

-- А не может случится, что из-за его присутствия в прошлом мир изменится и нас не будет: мы не встретимся, машину времени не изобретут и тому подобное? - высказал опасение Альдарон.

-- Мне кажется, стоит рискнуть, - Дримм решительно выступил за эксперимент, - но разумеется нужно сделать все, чтобы этого избежать: послать его в ту же Сибирь, - Дримм уточнил: - потом удобней будет забирать. Послать в самую глушь, с приказом не показываться людям на глаза, прятаться и ждать пока за ним придут. Обязательно нужно проработать систему опознавания. -

-- А получится? - все еще сомневаясь спросил Альдарон.

-- Если магия действует в полном объеме -- получится. А вот если не действует или действует не полностью, тогда вопрос. На этот случай заготовка должен быть способен и без магии спрятаться и выжить. Нужно поискать такого и купить -- деньги значения не имеют. -

-- А он доживет? - с сомнением высказалась Светлана и и тут же пояснила свои слова: - Ему ведь как минимум полторы сотни лет придется продержаться, а мы не знаем как долгоживущие расы, вроде эльфов, будут чувствовать себя в реале. -

-- Вот и узнаем, - нашел еще один повод Дримм.

-- Не надо кого-то искать или покупать -- все уже куплено, - неожиданно привлекла к себе внимание Анариэль. - Нужно послать одного из ''золотых мальчиков'' Дяди (Девятикратного). Когда он уламывал меня купить этих его ''приносящих рассвет'', я хорошо изучила их характеристики -- лучшего кандидата нам не найти -- они и без магии много могут, особенно ''играть в прятки'', особенно в лесу, тем более если послать одного из его парней -- он уже будет что-то соображать, а не тупить как только что купленный, да к тому же они эльфы-долгожители -- со всех сторон идеальный вариант. -

Богатую тему обсуждали еще какое-то время, договорились собрать еще одно совещание, пригласить на него отсутствующего в данный момент Эленандара, Дядю, внимательно присмотреться к Дядиным заготовкам, определиться с местом и тем что еще кроме заготовки уйдет в прошлое, обдумать проблему опознания заготовкой того кто за ним придет в настоящем и в какое прошлое его заслать. Все же насколько бы увлекательным не был вопрос магии, на повестке дня стояли и другие, пусть и не такие судьбоносные, но так же весьма важные для судьбы клана.

-- Что там с фейри? - все у того же Тота спросил Глава. Дримм имел в виду не причапавших в земли клана местных уроженцев, а фейри-игроков. Клан давно уже оценил удобство порталов и так же давно страдал от того, что в клане есть всего один ''Открывающий Пути'' -- Дримм и сам это понимал, но не мог разорваться и потому как только представилась возможность, предпринял меры для того, чтобы найти и привлечь в клан других потенциально способных освоить построение порталов игроков, то есть игроков-фейри. К сожалению привычные способы поиска через телеграф (внутри-игровой чат), через Гильдии и обычные места, где собирались игроки, дали очень хилый результат: всего два найденных фейри-игрока и как назло оба категорически не подошли даже готовым на многое закрыть глаза Драконам. Попытки приведенных Варом и Альдароном новичков взять класс фейри закончились даже не начавшись -- с недавних пор класс фейри исчез из списка игровых рас. Последней надеждой клана был Тот, он же сотрудник ''Основы'', потенциально способный прояснить в чем причина запрета на эту расу и если окажется что запрет невозможно обойти, то хотя бы навести на уже выбравших расу фейри игроков.

-- Никто ничего не знает, - развеял надежды Тот. - Месяцев девять назад Система почти перестала предлагать фейри. Сначала это не заметили -- она и до этого предлагала фейри через раз, да и мало кто их брал, потом заметили и стали обращаться с жалобами. Тех-отдел попробовал было поковыряться -- фейри окончательно исчезли, плюс точно также исчезли природные вампиры. Разразился жуткий скандал -- головы не полетели только потому, что кому-то надо же все исправлять. В общем тех-отдел потраха...я с железом до волдырей на мозгах -- природных вампиров вернули, а фейри все, с концами -- лавочка закрыта, разве что Система сама их вернет как убрала. -

-- Как насчет тех, кто давно в игре? -

-- Всего в игре 27569 фейри-игроков включая тебя, но найти способ узнать где-кто я не смог, уж извините, мог спалиться, и дядя бы не помог. -

-- Правильно что не стал рисковать, - одобрил благоразумие Тота Глава.

-- Слушай, а зачем нам игроки? У нас ведь несколько сотен фейри под боком сидят, - кинула идею Людмила.

-- Верно-верно, - поддержал ее Шутник и не удержался: - Наделаем из них партальщиков и будем даже в сортир через порталы ходить. -

-- Надо попробовать, - с сомнением согласился Дримм. - Но мой ''Открывающий Пути'' это игровой класс, только для игроков, как будет с неписями не представляю. И вообще насколько я знаю про фейри, их нужно будет сперва научить читать-писать на родном языке, а вы не можете представить себе какая это морока -- язык фейри это не ваши простодырые языки, плюс вообще подучить, в том числе и магии -- неподъемный воз, - категорично закончил Глава, но потом все же смягчился: - Подучить их все-таки стоит -- в любом случае пригодится, и я могу преподать основы языка, может хватит, а может и нет. -

Застрельщиком последней темы совещания снова стал Тот. Ну что тут скажешь? Важность для клана эльфа с божественным именем трудно было переоценить. Юрий извернулся и сумел найти подход к отвечавшему за игровой аукцион коллеге, и тот за небольшую в общем-то сумму налика в реале согласился в определенные дни и часы выбрасывать на игровой аукцион партии товаров по как можно более низкой цене. Ничего особенного: зерно, металл в слитках, порох, краски, кожа, алхимические реагенты, ткани, среднего качества оружие и многое, многое другое клан сможет покупать в четверть цены, совсем уж сбивать стоимость было нельзя -- возникнут подозрения, но и такое подспорье дорогого стоило. Анариэль пришла в восторг, да и остальные по достоинству оценили то, что сумел сделать сработавший для клана программист. На время даже проблемы магии в реале и порталов были забыты, и чуть ли не прямо тут начал составляться список того, чего хотелось бы иметь, да еще за такую смешную цену!

Вот на такой ''высокой'' ноте и закончилось это совещание, одно среди многих других, но в то же время определившее многое в судьбе клана на годы, а то и на столетия вперед...

Глава 19

Более 300 километров к югу от города Ожившей Бабочки -- очень условная граница между степью и лесом.

Миримон.

-- Так, - Миримон еще раз огляделся по сторонам, прикидывая место. - Все точно, затор будем ладить здесь. - Потом уже более внимательно присмотрелся к растущим в окрестностях деревьям и повернулся к подчиненным. - Значится, вы, - он обращался к двум рейнджерам-игрокам, - берете полдюжины стрелков (эльфов-стрелков) и пошарьтесь по окрестностям, ищите что интересное, ну и следы, заодно дичины настреляйте на пожрать.-

Рейнджеры, парень и девка, синхронно кивнули и убежали выполнять приказ.

-- Вы, - на этот раз он обращался к другой двойке и то же из новичков: полуэльф-полуорк (не пользующееся спросом сочетание) и чистый эльф, оба мужики, один воин, другой маг. - Возвращайтесь назад и готовьте лагерь, место вы знаете, - но все-таки уточнил, - то самое, где растут молодые дубки. -

Маг и воин прекрасно поняли, что он имеет в виду -- не первый раз, ну а командир по тем же основаниям не стал напоминать о магических ловушках и сигналках вокруг будущего лагеря. Через минуту небольшая конная группа из двух игроков, двух десятков ремесленников-универсалов и такого же количества эльфов-стрелков отделилась от основного отряда и двинулась по не успевшим остыть следам к удобному месту для лагеря.

-- Ты, - на этот раз Миримон обратился всего к одному игроку, вернее игрунье -- красивой девушке-полуэльфе верхом на огромном черном жеребце, рядом с хозяйкой пристроилась черная же собака в холке почти до нижней луки седла . - Как обычно, но повнимательней, помни о следах, - командир отряда имел ввиду недавно замеченные следы стаи огромных степных волков.

-- Помню, - коротко бросила воительница и без помощи рук и ног, одной мыслью развернула маунта-коня, пес-пет радостно повизгивая припустил вслед за хозяйкой.

Вскоре на юг ушел табун из более трехсот лошадей в сопровождении десятка конных спецназовцев и четырех табунщиков-фейри (после принятия фейри под защиту клана их быстро пристроили к делу). Распряженные лошади уходили отдохнуть от тяжести всадников и поклажи, поваляться на сочной траве и набить той же травой брюхо, а возглавляемый воительницей отряд как обычно их охранял.

Миримон проводил табун взглядом и уже сам спрыгнул со спины своего маунта -- гигантского муравья, взглянул на последнего оставшегося игрока (друида) и продолжил сыпать приказами, между делом хлопнув муравья по боку ладонью и тем самым отправив его валить деревья. Считанные минуты и лес наполнился звуками врезающихся в деревянную плоть стальных топоров, хрустом выдираемых из земли корней, пыхтением заготовок, ворочавших уже срубленные или поваленные маунтом стволы, звуками голоса друида, что речитативом читал заклинания на эльфийском языке. Эльфы-стрелки и спецназовцы привычно рассыпались по лесу, охраняя ближние подступы, а сам командир отряда скинул наиболее тяжелые части доспеха, поплевал на ладони, достал из сумки очень хороший с бонусами плотницкий топор и присоединился к работе, успевая не только не хуже ремесленников-заготовок махать топором, но и руководить.

К вечеру этого дня лесную реку остановил и повернул вспять мощный многосотметровый затор из поваленных ветвями друг к другу деревьев. Во многих местах искусственную, неаккуратную плотину усиливали камни и земля, кроме того устроители завала, не доверяя прочности сцепившихся между собой ветвей, связали их кое-где веревками или выращенными друидом корнями. Помимо этого среди переплетения ветвей встречались ядовитые шипы или невидимые под слоем грязной воды колья -- любого, кто решится разбирать завал, ждет множество не хитрых, но все равно ''приятных'' для жизни и здоровья сюрпризов. Впрочем к плотине нужно еще подобраться, преодолев завалы на обеих берегах реки, да и спрятанные среди завалов кустарники-творения друида не дадут заскучать, как и несколько волчьих ям, падающих с верхотуры колод и простых конструкций из бечевы, отогнутой ветки и острого кола на конце, ну а в полудюжине особо удачных мест и вовсе стояли снаряженные гранатой растяжки. Совсем скоро лишенная привычного пути река разольется и погубит лес на много километров вокруг, превратив его в плохо проходимое для пешехода и совершенно непроходимое для конницы болото, мало того, взбесившаяся вода выйдет за пределы леса и перережет грязевыми потоками несколько хороших путей, превратит в заросший осокой пруд большой удобный для выпаса лошадей луг и скроет под слоем грязи два десятка родников, каждый из которых ранее мог дать приют и воду многим сотням коней и их наездникам. Но сейчас стесненная плотиной река только начала свою губительную работу, и сделавший дело отряд без труда двинулся к лагерю по еще сухому лесу, да к тому же попутно и не замедляя шаг получил с еще живой и незаслуженно щедрой к своим убийцам чащи дрова, ягоды и даже дикий чеснок приправить лагерные котлы.

Уже перед самой темнотой перегнали лошадей поближе к лагерю, а вот игроки-новички наоборот ушли -- разведчики-рейнджеры обнаружили лежку давнишней стаи волков, и шестерка новичков отправилась набить очков, с разрешения командира взяв десяток спецназовцев для поддержки. Сам же Миримон с ними не пошел, остался приглядывать за лагерем и, с легким сердцем отпустив резвиться молодежь, улегся на расстеленный плащ с травинкой в зубах.

-- С плотиной получилось хорошо, - неторопливо размышлял воин, ощущая как в желудке укладывается обильный ужин, - вчера скруглили пологий берег-переправу и заминировали удобную для стоянки балку, позавчера раскидали ''чеснока'' на удобном для конных месте между двух лесков, подселили последний десяток семей шершней, друид говорит приживутся, и засадили несколько лугов ''конской отравой'', три дня до этого валили лес и делали засеку, получилось километра два -- в общем неплохо идем, за день до лесоповала устроили зыбучие пески и обработали мелкий брод (устроили на нем пару коварных ям, воткнули в дно несколько железных заточенных штырей и деревянных кольев, оставили десяток укрепленных на дне веревок, концы которых с петлей свободно болтались на уровне конских копыт ). Неделя-две и достигнем конца нашего участка, пополнимся припасами на месте встречи и можно будет сдвинуться километров на двадцать северней и так же в обратный путь. Интересно, мне оставят моих или пришлют других ребят? Скорей всего заберут -- опять придется как минимум неделю мыкаться и заниматься всем самому пока новенькие не обтешутся. -

Миримон и сам не заметил как заснул, обильный ужин и полный трудов день и вот результат -- не очень полезный вечерний сон. Проснулся он примерно через два часа в почти что полной темноте, встряхнулся, сплюнул засохшую травинку и отправился проверять посты. Воины-заготовки дисциплинированно бдили, перекрывая секретами подступы, лошади тоже были в порядке и не волновались, так что удовлетворенный увиденным эльф-командир вернулся к кострам. Хотя основной рейд еще отсутствовал, у огня его встретили рейнджер и друид: этим двоим не повезло -- часть добычи с волков они получат, а вот очки пройдут мимо них, но тут уж самим не надо было хлопать ушами и подставлять глотку под волчьи клыки.

-- Все-таки я не до конца понимаю смысл всей этой затеи, - спрашивал Миримона еще не отошедший от недавней схватки новичок-друид. - Понятно что мы затрудним путь из степи к нам, но большое войско все равно пройдет, пусть им и будет сложней, а небольшой отряд опытных в лесу бойцов или одиночка и вовсе проскользнет без потерь. Так в чем смысл? -

Прежде чем ответить командир отхлебнул из чашки горячего чая, бросил взгляд на явно с интересом прислушивавшегося к разговору второго новичка и постарался как можно более доступно объяснить:

-- Мы и не рассчитываем остановить идущий в набег отряд, тем более орду, но, - акцентируя свои слова Миримон чуть поднял кружку, - такая вот тяжелая в прохождении полоса, в нашем случае несколько, одна за другой, их сильно замедлит, а завалы в лесу или наше сегодняшнее болото только обходить -- значит вероятность что их обнаружат грифоньи патрули многократно возрастет. Потом, здесь ведь не самые удобные пути, а так средней паршивости, ну а благодаря нам станут еще хуже: большой самостоятельный отряд или авангард орды ткнется раз -- орки потеряют лошадей, ткнется два -- потеряют бойцов, ткнется три -- упрутся в болото или засеку, напьются отравленной воды, всадников и лошадей покусают шершни, проедутся по полю с ''чесноком'', кто-то провалится в волчью яму, кто-то нарвется на растяжку или что еще -- приятного мало. И даже если пройдут первую полосу, за ними еще несколько, и сколько они не знают, а если будут выяснять, то нам это на руку -- потеряют время, застрянут и их опять-таки обнаружат с воздуха. Но скорей всего это не потребуется -- обожгутся раз, обожгутся два и пойдут там, где можно и удобно пройти -- все эти места нам известны, и там не редкие патрули, а стационарные посты -- мы точно будем знать кто, когда и сколько. А опытных знатоков леса у орков, по крайней мере здешних, нет как нет, одно слово -- степняки. -

Начавшуюся лекцию, которую давал бывший пограничник в теле эльфа, прервали вернувшиеся соратники невезучих новичков, и начался азартный дележ добычи. Командиру тоже в знак уважения преподнесли роскошную волчью шкуру. Миримон оценил подарок, но все равно безжалостно погнал всех спать (кое-кто вышел в реал).

На завтра поутру отряд привычно отправился в путь, но меньше чем через час остановился -- передовой дозор принес интересные вести.

-- Не меньше сотни, - думал через полчаса Миримон, созерцая с высоты холма лагерь степных разбойников в укрытой кустарником низине. - Куда идут из степи или в степь не понятно, хотя не важно -- узнаем потом по следам. Лошадей мало, значит как и мы на привале пасут в другом месте, где-нибудь поблизости. Видимо здесь ночевали, выступят часа через полтора, значится через час пошлют за лошадьми. Есть час как раз для нас: найти табун, снять секреты, перекрыть пути отхода и кончить их всех. -

Приняв решение эльф с гибкостью белки и скоростью мангуста скатился вниз по поросшему мелким лесом холму и оглядев лица игроков-подчиненных выдал ЦУ:

-- У вас есть шанс с пользой поразвлечься -- сотня бандюков на вас шестерых. Ваша задача незаметно снять посты и завалить всех кого сумеете. Советую подобраться как можно ближе и воспользоваться гранатами -- место удобное, потом добить тех кто выжил. Если кто сбежит, не отвлекайтесь -- я сам расставлю заготовок вокруг -- встретим стрелами. Но сперва нужно найти табун -- на все про все час... -

*

Через неделю Миримон вывел к месту встречи не понесший ни единой потери отряд и заодно табун неплохих лошадей почти в 7 сотен голов.

Земли клана Красного Дракона, окрестности города Ожившей Бабочки.

Палинтун из клана Разгрызших Каменный Орех племени Белки -- с недавних пор фермер.

-- Ох-ох-ох! - вслух кряхтел починявший бочонок пожилой мужчина с несколькими шрамами, что мешали правильно расти полностью седой бороде, но не такая уж и тяжелая работа была причиной его охов, а по кругу крутившиеся в голове мысли. - Как я не доглядел, ну как я недоглядел -- дурак я дурак! - мысленно бранил себя на все лады Палинтун, а руки между тем продолжали делать привычную работу. - Ведь сумели с женой уберечь старших дочерей: как начали входить в пору, мазали им лица грязью, кутали в обноски, распускали слухи об их уродстве и ведь помогло -- ни один из кровопийц (разбойников) на них и не взглянул. Ну и что, что девки выплакали все глаза, а нормальные женихи воротили от них нос -- они бы итак воротили, после того как их попользовал десяток этих степных скотов! Так что пусть обижаются на нас с женой, но главное, мы смогли их сохранить. -

Палинтун вспомнил из-за чего стонал несколько секунд назад и со злостью врезал по ни в чем не виноватой бочке кулаком, занес руку повторить удар... передумал и продолжил ее чинить.

-- Но вот кто мог бы подумать, что когда скотов выпотрошили и у меня отлегло, голенастые козы тут же сами задерут подол и допустят до себя тех, кого увидели быть может первый раз в жизни. Ох-ох-ох -- тяжело! -

Во двор из недостроенного дома выбежали весело смеявшиеся младшие дочери и, широко махая ведрами и толкаясь, побежали к колодцу. Взгляд Палинтуна на некоторое время потеплел -- три пигалицы мал мала меньше пока дарили отцу одну только радость и не доставляли проблем как их вошедшие в пору старшие сестры, но вскоре он вновь скис -- веселый клубок дочерей пронесся мимо одной из причин тяжелых мыслей хозяина дома. Причина мерно колола дрова: играли тугие мышцы на широченной спине, а тяжелый топор в бугрившихся от силы руках с одного раза раскалывал здоровенные чурбаки, для того чтобы расколоть такой чурбак самому фермеру пришлось бы несколько раз врезать по обуху топора.

-- Вот ведь бугай! - раздраженно подумал обеспокоенный отец. - Как только Лилилита (вторая дочь) не боится, что он ее раздавит в процессе, да и толку с него... только что иногда придет поколет дрова, да притащит убитого оленя и все, а нет, еще старательно надувает пузо этой радостной дурехе -- о свадьбе пары слов не сказал, да и вообще мало говорит. И ведь не прогонишь и наглую рожу не набьешь! -

Палинтун вспомнил, как впервые увидел на сеновале сплетенные стонущие тела, как схватился за вожжи и даже пару раз успел перетянуть визжащую дочь и не по-эльфийски здоровенного воина клана из тех кого называли непонятным словом спецназ. А потом голый здоровяк перехватил очередной удар и с легкостью вырвал вожжи у него из рук, порвал несколько толстых кожаных ремней, как сам Палинтун рвал бересту, и так взглянул на ошарашенного Белку-фермера, что тот подумал: сейчас ему в голову прилетит огромный подобный кувалде и такой же тяжелый кулак и все -- дочери, включая дуреху за спиной у здоровяка, осиротеют, а жена останется вдовой с пятью ртами на руках. Тогда все окончилось хорошо -- здоровяк не тронул сбледнувшего отца своей подружки, а немного посопел, побуровил его взглядом, оделся и ушел, к несчастью не навсегда. Фермер так не нашел способа отвадить его от двора. А через неделю еще не отошедший от известий отец узнал, что и у старшей дочери есть кавалер. Опять шок, хотя откровенно говоря, ЭТОТ выбор больше пришелся ему по сердцу -- не такой здоровенный и такой же молчаливый ремесленник-человек очень помог со строительством дома, бывало и приводил нескольких таких же молчаливых друзей, и те ни разу не потребовали платы за работу, знай только корми. Благодаря помощи хахаля старшей дочери фермер строился гораздо быстрей соседей, таких же как он смельчаков, решивших пойти под руку Драконов и как и сам Палинтун получивших от них помощь, странно называемую -- беспроцентный товарный кредит (Драконы вообще вводили много новых слов). Да и не только в скорости было дело -- отец пяти дочерей, сам неплохой хозяин и мастер на все руки не мог не оценить насколько спорится любая работа в руках работника клана и его-то с удовольствием заимел бы в зятья, несмотря на то что у умелого ремесленника не было ни кола, ни двора и вообще никакого имущества, кроме одежды на нем, но зато было кое-что поважней -- трудолюбие, умение и желание работать от зари до зари. К сожалению ни трудолюбивый ремесленник, ни нелюбимый Палинтуном здоровяк одинаково не заикались о свадьбе, хотя исправно валяли довольных девок по сеновалу, так что обеспокоенного отца все чаще одолевали невеселые мысли о будущем.

Если бы не тяжелая ситуация с дочерьми, то все остальное складывалось как никогда хорошо: после того как новые хозяева этих мест жестоко уничтожили все бандитские шайки на много дней пути, Белки вздохнули спокойно и наконец-то начали жить, а не выживать под пятой мучителей, насильников и убийц. Хорошо-то хорошо, но далеко не всем -- уже немолодой Палинтун не мог угнаться в охоте за молодыми, да еще и когда-то плохо сросшаяся нога не добавляла ему прыти. Не заимевшему сыновей старому охотнику и при разбойниках приходилось не легко, теперь стало чуть лучше, но все равно от живущего с огородничества (женская работа) и разных промыслов Палинтуна воротили нос остальные охотники и старейшины-отцы многих сыновей. Не первым, но одним из первых он принял решение и, поверив обещаниям уже живущих рядом с Драконами сородичей, перевез семью в окрестности строившегося города. Драконы не обманули: Палинтун получил кус хорошей земли, четырех неплохих лошадей из бывших разбойничьих, корову, великолепные инструменты, семена для посева, продовольствие на первое время, стальной (!) плуг и даже посуду. Мало того, землю сперва обработал друид, а самого Палинтуна и всю его семью осмотрел маг-целитель (ногу целитель не вылечил -- кость слишком давно срослась, но почти убрал боль, да и использовать в качестве подмоги палку приходилось много реже). Еще работники клана выкопали колодец, вырыли подвал и погреб, сладили фундамент дома, поставили над ним временный навес, а прямо на фундаменте сложили огромную неизвестной конструкции печь. Впрочем освоить печь не составило труда, и совсем скоро вся семья по достоинству оценила удобство конструкции, благодаря которой можно было не только как на привычных Белкам печах готовить и сушить вещи, но и мыться, чуть не залезая в нее и даже спать, а тепла она давала в десять раз больше чем привычные, да к тому же жрала не много дров-- не печь, а чудо! Дом и прочие постройки Палинтун постепенно ладил сам. А почему бы ему их не сладить? Бревна, доски, дранку для крыши ему подвезли в достатке, да и работать с деревом он умел не хуже клановых работников, бывали конечно дела, с которыми он не мог справиться один, но тогда выручали соседи, а он в ответ помогал когда нужна была помощь им. Так что даже без помощи дочкиного хахаля и его молчаливых друзей хозяйство Палинтуна быстро обретало должный вид.

Не обманули Драконы и в другом: никакой лихвы за помощь, да и стоимость того что он от них получил не очень велика, первые пять лет без налогов, кстати не таких уж и больших, по сравнению с тем как было при разбойниках -- просто небо и земля. Были и условия: фермер мог выращивать все что хотел и завести любой скот, но обязательно должен был иметь кур и засеять изрядный кус земли льном -- яйца, мясо и лен купит клан. Впрочем фермер не переживал -- постоянный покупатель на дороге не валяется, да и кому еще продать...? К тому же Драконы сулили хорошую цену, и фермер уже твердо знал -- клан не обманет.

Помимо обязательного льна и необременительных кур Палинтун решил сосредоточиться на том что хорошо у него получалось, то есть на овощах. Он узнавал: овощи Драконы тоже готовы были купить, причем в любых количествах.

Из дома вышла Лилилита с крынкой молока в руках, и Палинтун снова едва не заскрипел зубами, глядя как дочь поднесла питье полуголому здоровяку, а потом, прижавшись к нему всем телом, обвила его ногу своими ногами и, вцепившись в волосы руками, впилась в губы -- и все это как вызов на глазах у отца! Ну а младшие дочери у колодца с завистью в глазах уставились на старшую сестру. Фермер не выдержал зрелища и, оставив недоделанную бочку, отправился в хлев дать свиньям и успокоиться. Свиньям уже задала жена, и все еще раздраженный Паллинтун пошел в дом, уселся за стол, обхватил голову руками и чуть не в голос застонал -- тяжело!

-- Уже знаешь? - спросила возившаяся у печи жена. - Какая из них первая тебе сказала? -

-- Что сказала? - не отнимая рук от головы спросил отец семейства -- он не ожидал ничего хорошего, но все равно слова жены едва не заставили его забиться головой о стол.

-- В конце зимы обе принесут. -

Страшные вести! Дурехи все-таки нагуляли себе животы! Но вместе с тем Палинтун почувствовал и надежду: пусть нагуляли, пусть не замужем, но может быть наконец-то повезет и в роду появятся мужики -- от бугая должен получиться хороший приплод (при всей неприязни фермер оценил острые уши, а значит хорошее здоровье и долголетие будущих внуков), да и от мастака-ремесленника тоже ничего !

-- Нужно будет сходить в храм в городе, - почти сразу подумал Палинтун. - Пусть храм только строят, но он уже освещен. Может быть повезет и застану жрицу, а если нет, то так помолюсь: попрошу у могучего бога милости с внуками и еще 15 лет мне -- вырастить младших дочерей и поставить на ноги внуков. Еще нужно будет серьезно поговорить с дочерьми, пусть пилят своих насчет свадьбы -- в конце-концов должны же они что-то взять от матери, а она в этом деле хороша, всю жизнь меня пилит-как-пилит! -

Под неодобрительным взглядом второй половины он достал баклагу крепкого пива и налив полную кружку махом выпил, не забыв торжественно вылить несколько капель на дощатый пол, тем самым почтив бога войны -- нынешнего покровителя этих мест.

400 с лишним километров к северу от города Ожившей Бабочки.

6 дней спустя после возвращения основного войска клана из последнего Большого похода.

Боевой отряд клана (бригада), командир бригады -- Элеммакил.

Элеммакил, известный в своей прошлой жизни под именем Кондратий ... ... обладатель немалых чинов и еще большего количества наград (как минимум от двух десятков разных государств), умел организовать движение воинского отряда, как развед-рейда в неполный взвод бойцов, так и целой армии из десятков тысяч людей, десятков автомобильных колонн, танков и самоходной или буксируемой артиллерии. Знал он и как поступить когда основным транспортом для бойцов являлся конь, а для артиллерии и грузов -- гужевая тяга. Пожалуй на всей территории бывшего Союза (а может и всего мира) остался всего один человек способный правильно, по всем законам воинской науки организовать движение КОННОЙ армии, а когда придет время, и повести ее в бой. И вот сейчас этот во всех смыслах уникальный человек, чье тело доживало в реальности Земли последний год, под именем эльфа Элеммакила и прозвищем Улис, вел именно конное войско клана Красного Дракона в дальний рейд.

Элеммакил-Кондрат не хуже Главы клана понимал: ему нужны в активе не только слова, но и реальные дела и искал способ отличиться и показать себя -- не как рядовой боец, тут он не плохо сумел себя проявить, но как способный побеждать командир, тогда и его слова зазвучат по иному, а не как слова пусть и красноречивого и много знающего, но новичка. Ну что сказать, его желания сбылись, и сразу после собрания фейри попросил его задержаться для разговора, в процессе которого дал Элеммакилу ту самую возможность... а заодно и сам очень жестко его испытал: Улису давалось всего два дня на то чтобы определиться, какой по численности и составу нужен отряд для дальнего рейда на незнакомую территорию, понять какие и сколько нужно для него припасов и лошадей, потом собрать его, организовать и выступить в поход. Кондрат не обиделся на Главу, поскольку примерно понимал-догадывался, зачем и почему тот так поступил, и засучив рукава взялся за дело.

Все же несмотря на всю его энергию, опыт, зелья выносливости (за эти два дня он не то что не прилег, не присел) и помощь Альдарона, испытание он бы провалил... если бы не негласный приказ того же Главы дать энергичному эльфу зеленый свет или как минимум не мешать. Но даже с поддержкой фейри не все было так гладко как ему хотелось -- несмотря на приказ Главы, все эти два дня будущего командира бригады постоянно проверяли на прочность. Нет, не мешали, но пытались подсунуть совсем не то что он хотел или не совсем то -- в клане в том числе и на командных должностях хватало стихийных анархистов и сильных личностей, для которых Дримм конечно был Главой и авторитетом, но не светом в окошке и не ''отцом народов''. Элеммакилу старательно подсовывали свежекупленных заготовок вместо опытных; пытались за него решить сколько ремесленников-универсалов необходимо ему в походе; хитрили с припасом, подсовывая второй, а то и третий сорт, то же самое касалось лошадей; Людмилу пришлось разыскивать чуть не собаками, чтобы выцыганить пару грифоньих всадников, причем тех, кого хотел Элеммакил, а не тех, которых хотела выделить хитрая паладинша; Таурохтар пытался навялить недавно купленный экспериментальный отряд тяжелой конницы, совершенно неуместный в походе по лесам; а Вар вместо спецназовцев предложил заготовок-пехотинцев, почти всю войну в Гоблинских горах исполнявших роль охраны при рабах и резерва на так и не наступивший крайний случай. Элеммакилу пришлось держать ухо востро, а кое-где все-таки пойти на компромиссы. Даже получая по первому слову почти все что он хотел (как редко так бывает!), Элеммакил едва успел, но все же успел, и через два дня в открытый Главой портал вошла не сборная солянка из игроков и разных видов заготовок, а полноценный хоть и ''сырой'' отряд со всем необходимым для дальнего похода припасом.

Основу сформированной бригады и самую ее мобильную и универсальную часть составляли 12 рейдов игроков, по 5 игроков в каждом из них. Компромисс, на который Элеммакилу пришлось пойти: только в двух рейдах всю пятерку составляли опытные довольно высокого уровня игроки, а в десяти остальных -- лишь один опытный на четверых новичков. Впрочем не новоявленному командиру было воротить нос -- многие из тех новичков лишь чуть позже самого Элеммакила пришли в клан. Другой частью бригады стал отряд из 4 сотен эльфов-стрелков, и тут командиру тоже пришлось пойти на компромисс: из 4 сотен лишь половина -- опытные бойцы, а остальные -- купленные от месяца, до нескольких дней назад новички.

А вот с двумя вырванными с мясом сотнями спецназа он уперся, и каждый из них сражался за клан как минимум год, был ветераном многих больших походов и войны в горах. Но все имеет свою цену и чтобы заполучить таких бойцов ему пришлось платить: вместо третей сотни спецназа он согласился взять три сотни заготовок-пехотинцев. Хотя нет худа без добра, и присмотревшийся к пехоте Элеммакил вскоре перестал жалеть о замене -- сбагренные как залежалый товар пехотинцы произвели на него хорошее впечатление: старый военный по достоинству оценил их боевые навыки, вооружение, выправку, умение держать строй, а еще характерный для поживших заготовок интеллект в глазах -- если их с толком применить, три сотни таких вот пехотинцев куда лучше сотни спецназовцев-новичков.

Полсотни экспериментальной конницы с неохотой, но пришлось взять из желания окончательно не испортить отношения с почему-то невзлюбившим его Таурохтаром -- тоже своеобразный компромисс в надежде пусть и не на дружбу в будущем, то хотя бы на нормальные рабочие отношения. Элеммакил сломал голову, пытаясь понять как ухитриться и встроить цельностальные статуи в отряд (тяжелые латы не только на всаднике, но и на коне), и не в смысле применения их в бою -- тут все в общем-то было понятно -- классический удар тяжелой конницы от рыцарей до кирасир, а вот сделать так, чтобы столь тяжелые во всех смыслах бойцы не затормозили бригаду на переходе, стало не тривиальной задачей... которую впрочем Элеммакил более чем успешно решил. Ранее на каждого всадника приходилось по два здоровенных битюга, способных нести вес всадника в доспехах и защищавшую коня броню, а до битвы один нес всадника и его оружие, а другой -- доспехи и служил запасным вариантом на случай, если первого коня убьют. Сначала Улис добавил в эту конструкцию еще двух коней (не таких мощных, а обычных, но выносливых), так что получилось: один конь несет вооруженного только вторым коротким мечом и кинжалом всадника; другой -- его оружие (два копья, шестопер, клевец, тяжелый длинный меч), щит, все необходимое для ухода за доспехами и оружием и заодно продовольствие; третий -- доспехи; четвертый -- прочий припас всадника и овес для всех коней. Потом, после серьезных раздумий, к каждому всаднику был приставлен оруженосец-универсал (из ремесленников): помочь воину-кавалеристу снять-надеть доспехи и для ухода за лошадьми, кстати универсал тоже имел двоих, основную и заводную. Окончательная конструкция выглядела так: латный воин, оруженосец и шесть лошадей -- несколько тяжеловесно, но зато латники уже не тормозили отряд и могли выдерживать заданный темп, да еще и гораздо быстрее готовились к бою. Соотносясь со своим земным опытом и тем что он успел увидеть здесь (в вирте), Кондрат не очень верил в возможности тяжелой, да и вообще любой конницы в реалиях Серединного мира, и единственная на его памяти конная атака (орки на колонну клана) только подтверждала его выводы. Хотя сама атака бандитов-орков на профессиональный взгляд старого военного выглядела очень и очень достойно, и на Земле в подобной ситуации остановить такую конную лаву сумел бы лишь плотный автоматический огонь, ну а здесь в Серединном мире не хуже, если не лучше сработали маги, друиды и эльфийские стрелки, еще ДО добивающей атаки с воздуха осадив орков и вынудив их повернуть назад. Но тем не менее Кондрат не собирался таскать тяжелую конницу как пресловутый ненужный козе баян, а все же рассчитывал угадать момент возможностей и надеялся на то, что далеко не у всех в Серединном мире такое изобилие неправдоподобно метких лучников-эльфов и магов.

Последней крупной частью войска стали 2 сотни универсалов, помимо приписанных к тяжелой коннице. На Земле Кондрат без вопросов бы зачислил способных сломать в ладони подкову бугаев в настоящие бойцы, но Серединный мир диктовал другие мерки, и никто, в том числе и он, не собирался ставить универсалов в строй. Хотя такую вероятность все же не полностью сбрасывали со счетов, и Кондрат был приятно удивлен, когда без всякой просьбы с его стороны на 250 универсалов выдали 250 арбалетов и по полсотни болтов к каждому из них. Эта часть бригады составила обоз и заботилась о лошадях, число которых, считая основных, заводных и под вьюками, перевалило за две с половиной тысячи голов. Тут Кондрат не пошел ни на какой компромисс и получил столько лошадей, сколько хотел и таких, каких хотел. Возможно тут он переборщил, но сработал старый вбитый в подкорку еще до армии партизанский инстинкт: есть достаточное количество лошадей -- можно сделать переход, нет достаточного количества лошадей -- нельзя сделать переход... и ты СДОХ! Хотя безразмерными сумками он тоже не пренебрег, а наоборот, благодаря мандату Главы сумел взять таких сумок очень приличное число и забить всем что может понадобиться до упора и не сходившихся горловин.

Ранее уже говорилось о двух приписанных к бригаде грифонах, но был и еще кое-кто, о ком он не просил, но получил. Два небольших отряда влились в бригаду в последний момент: один из них пробил ему старый друг, известный в клане под именем Альдарон, а второй распорядился взять сам Глава. Ни одному из них Элеммакил не мог отказать, да и собственно даже если бы мог, то не стал, особенно когда понял каких бойцов он получил, что характерно, СВЕРХ своих и без того немаленьких запросов. Отряд от Альдарона насчитывал всего 5 бойцов: одного игрока со странным именем Девятикратный и прозвищем Дядя и четырех его личных заготовок. По правде сказать, Элеммакил не очень понимал, почему вокруг субтильных, похожих на подростков заготовок твориться такой ажиотаж, но помнил, что было сказано о них на совещании, да и Альдарону было чем заняться, вместо того чтобы уговаривать Дядю поучаствовать в предприятии. Так что Элеммакил с благодарностью принял маленький отряд, решив использовать ''скользящего в сумерках'' в качестве передового дозора. Он ни разу не пожал о принятом решении и очень скоро по достоинству сумел оценить заготовок Дяди, а заодно понял, почему Альдарон приложил столько сил для того, чтобы этот крохотный на фоне остальных отряд был в бригаде во время похода.

В связи с этим Кондрата, именно Кондрата, а не эльфа Эллемакила вновь посетила странная, но не скажешь что совсем уж неожиданная мысль: он задумался, что было бы окажись отряд таких бойцов на Земле (не только заготовки Дяди, но и эльфы-стрелки, и спецназовцы) и чтобы он сам делал, случись ему против таких воевать? Если бы прямой бой лоб в лоб, то тут все предельно ясно -- танки, артиллерия, авиация, пулеметы -- от вооруженных луками бойцов остались бы изорванные тела или вообще только окровавленные куски, вряд ли они успели бы даже подойти на дистанцию, с которой сумели эффективного применить свое основное оружие (луки), тем более вступить в рукопашный бой. А вот если по-другому и все свелось к стремительной лесной войне, воинам Земли не слишком помогло бы даже современное огнестрельное оружие -- их противники ВСЕГДА были бы на шаг впереди, ВСЕГДА нападали бы неожиданно, легко вырезая ЛЮБЫЕ секреты, ВСЕГДА сумели бы уйти, растворяясь в зеленом море, и эльфов НИКОГДА не сумели бы выследить самые лучшие земные следопыты. И все это без всякой магии и зелий, а если с ними...(!?) трудно представить даже ему. Кондрат видел только два пути бороться с таким врагом: по варварски уничтожить дававший эльфам укрытие лес (напалм, зажигательные снаряды, управляемый пожар) или нагнать гигантскую массу солдат, надежно окружить территорию, где скрываются неуловимые эльфы, и сжимать удавку, вынуждая их принять бой. Спутникам и всяким прочим электронным средствам разведки старый генерал не очень доверял -- за всю свою долгую жизнь и карьеру он ни разу не слышал, чтобы небольшой отряд сумели выследить таким образом (если конечно не знали примерное место из других источников), а раз не получается с людьми, то с эльфами тем более не пройдет.

Взрыв смеха за спиной отвлек его от невеселых мыслей, и Элеммакил, слегка откинувшись в седле, глянул на четверку игроков, что ехали чуть позади него. Трое эльфов и дроу -- навязанный Главой клана отряд, ученики загадочного Первого, школу которого закончил сам Глава. Элеммакил не был ни с кем из них близко знаком и до недавнего времени не видел их в бою, потому не мог судить сильно ли изменились-подросли их боевые навыки после школы, но когда сутки назад бригада вышла к заброшенному городу и командир отряда дал возможность игрокам ''пообщаться'' с обитателями развалин, да и сам не отказал себе в удовольствии набить очков, он наконец-то увидел учеников Первого в бою. Ну что сказать? Элеммакил мгновенно понял: в смысле боевой подготовки ему с ними рядом не сидеть и не стоять еще очень и очень долго, если вообще он сможет их когда-нибудь догнать.

Вот какими немалыми силами располагал амбициозный новичок, получивший от руководства клана просто царскую возможность проявить себя, то есть командуя бригадой в тысячу с лишним бойцов, провести разведку боем на землях бывших королевств, своеобразной буферной зоне между владениями клана и варварскими чащобами. Драконы решили не дожидаться первого шага от обосновавшихся там банд, а нанести им упреждающий ''визит вежливости'' и показать себя, а заодно посмотреть, что и как происходит на территории когда-то высокоразвитых государств, дать покачаться новичкам и выяснить насколько велика опасность набега из варварских чащоб. Правда кое-кто предлагал не трогать близкие к варварам банды, не светить себя насколько возможно, но большинство все же решило дать варварским бандам по зубам и составить точные карты местности на случай вполне возможного вторжения. Да, и еще: Элеммакилу конечно дали проявить себя, но все-таки не пустили в совсем уж самостоятельное плавание, и он получил своеобразный особый отдел в лице двух заместителей, каждый из которых по статусу в клане был гораздо выше его. Октарон и Синьагил не пытались оспаривать его приказы или действовать через голову, но в случае чего готовы были переключить управление бригадой на себя.

Как уже было сказано ранее, часть пути с помощью портала помог сократить Глава, а вот потом пришло время Элеммакила. Вот уже четыре дня бригада двигалась вперед, все дальше и дальше продвигаясь на север, уничтожая уже знакомых разбойников (всего две небольшие банды) и попутных монстров, останавливались только на ночной привал, не охотились (припасов было полно), а меньше суток назад бригада вступила на территорию одного из бывших королевств и ужавшись благоразумно уменьшила скорость марша, ожидая серьезной схватки в любой момент. За эти четыре дня Элеммакил окончательно освоился в роли командира, определился с порядком движения, при котором бригада сможет максимально споро перестроиться для боя, смог лучше узнать своих подчиненных, до половины исписал толстую тетрадь заметками, да к тому же успел поставить эксперимент.

Суть эксперимента была довольно проста: еще во время первого дневного перехода командир бригады с удивлением понял, что несмотря на довольно высокий темп, бригада может двигаться быстрей и осознав этот факт начал постепенно наращивать темп, пытаясь найти предел, а вслед за ним оптимум. В первый день он так его и не нашел, даже тяжелая конница спокойно выдерживала возросший темп, мало того, им так и не удалось догнать или сократить дистанцию до передового дозора (напомню, Дядя со своими подчиненными двигались пешком!). К концу второго дня Элеммакил достиг чего хотел, нет, догнать передовой дозор так и не удалось, но предел он все-таки нашел -- предел выносливости лошадей, но ни в коем случае не игроков и заготовок.

По ходу движения колонны из леса выскользнула невысокая тень и стремительно побежала колонне навстречу, передовое охранение было насторожилось, но тут же успокоилось, а вот Элеммакил ровно наоборот -- Дядя не послал магического гонца, а прислал одного из своих ''приносящих рассвет'', да не абы кого, а самого толкового из них по имени Стрига. Элеммакил бросил взгляд на Синьагил -- та тоже насторожилась. На командира бригады словно дохнуло морским бризом -- Маска (Синьагил) хорошо вложилась маной, пытаясь с помощью способностей мага ощутить близкую угрозу -- ничего не почувствовала и отрицательно покачала головой. Элеммакил не стал дожидаться гонца, вместо этого пришпорил коня и, обгоняя двигавшуюся в походном темпе колонну, поскакал ему на встречу, четверка выпускников и Синьагил устремились за ним.

-- Доклад! - Элеммакил не остановил коня, но постепенно перевел его с галопа на рысь, впрочем бегущий у седла заготовка не отстал бы, даже если бы конь продолжал идти галопом.

-- Господин велел передать: наткнулись на отряд разбойников в 5 десятков конных, не степные разбойники, он подозревает, это не просто отряд, а разведка или авангард более крупного отряда, поэтому четверых взяли живьем -- все, - за время рассказа заготовка ни на секунду не сбился с дыхания.

-- То есть вы уничтожили всех и не один не ушел? Впятером полсотни, да еще четверых взяли живьем? - не удержался и переспросил Элеммакил.

-- Да, - по прежнему спокойным и ровным голосом ответил бегущий со скоростью спринтера заготовка и уточнил: - Взяли трофеем 37 лошадей, остальные могли разбежаться и их пришлось убить. -

На этот раз Элеммакил не стал ничего уточнять -- он в очередной раз убедился в высочайших боевых качествах заготовок Дяди, вполне искупавших запредельную цену за каждого из них.

-- Похоже началось, - озвучила очевидное Маска.

-- Похоже, - согласился Элеммакил. - Я вперед, узнаю все по-подробней. За старшего как обычно Октарон, ты на рейдах. За мной! - последнюю фразу командир бросил явно обрадованным переменам и предвкушающим драку выпускникам, одновременно он кивнул заготовке и тот наддал, сразу без видимых усилий обогнав коня.

-- Наконец-то! - на ходу бросила Карамелька. - Я думала сойду с ума со скуки -- скорей бы настоящее дело! -

-- Так вчера вроде в городе развлекались!? - возразил ей Нарамакил и попытался ухватить за хвост дразнящую его питомицу -- Геката увернулась и подлетела чуть выше.

-- Да какое развлечение?! - презрительно скривилась дроу. - Бэушные зомби, какие-то тошнотные тараканы и бесы на один удар! Очков с такой мелочи -- слезы! Единственное вампирское гнездо и то зачистили без нас. А все ты! - бросила она претензию Храванону. -

-- А что я? - удивился тот. - Все ведь тогда решили пойти в тот подвал! -

Возглавлявший группу Элеммакил слушал и молча завидовал: Карамельке -- скука, а его чуть не завалили пару раз. Но с другой стороны, в отличие от нее он сумел поднять немало очков, не на уровень, но до уровня остался, как говориться, один удар -- один средненький (для него) враг, хотя бы тот же самый Карамелькин ''тошнотный таракан'' -- на самом деле довольно опасное порождение Хаоса.

Вскоре все разговоры пришлось прекратить -- Стрига действительно наддал, и чтобы не отстать игрокам пришлось взять самый быстрый аллюр и припасть к гривам коней. Десять минут бешеной скачки в попытке угнаться за мелькавшей где-то впереди спиной! Но зато в конце пути конных встретила занимательная картина: посреди полной трупов поляны на спине огромного удава сидит улыбающийся Дядя, рядом четверо связанных людей, а на краю поляны табун в 3 десятка стреноженных лошадей. Проводник-бегун исчез как не было -- присоединился к своим собратьям в охранении вокруг недавнего поля боя, трупы шустрые заготовки и их еще более шустрый хозяин уже успели обобрать.

-- Ну вот так и было, мы их почуяли за километр -- перли не таясь. Тоже мне дозор! - рассказывал Дядя, барабаня пальцами по огромной змеиной голове. - Полные лохи -- растянулись, не глядели по сторонам, чуть не спали на ходу, а еще лесные жители! -

Дядя возмущенно покачал головой, а потом улыбнулся, и жуть (!) питон улыбнулся вместе с ним.

-- Мы кончили их быстро: начали с задних и почти половину успели снять пока они не прочухались. Им бы драпать, а они в драку бросились. Идиоты! И это медицинский факт -- на конях, не видя сколько врагов, в лесную чащу...! -

-- Почему думаешь что они авангард? - поинтересовался Элеммакил, с интересом поглядывая на пленных и одновременно пытаясь разглядеть ''приносящих рассвет'' в ветвях окружавших поляну деревьев.

-- Так мало их для самостоятельного набега и припасов на 2 от силы на 3 дня. Потом заметь, одна молодежь, ни одного мужика в годах -- кто бы их отпустил одних? -

-- Согласен. Хорошо что догадался взять языков, - одобрил действия ''скользящего в сумерках'' командир бригады. - Теперь нужно их разговорить и в темпе, если это действительно дозор... - Элеммакилу не нужно было заканчивать фразу.

-- Не проблема, - хмыкнул Дядя, - поручи Карамельке -- она и мертвого разговорит. - Увидел непонимание в глазах эльфа и пояснил: - У всех дроу теневых классов по умолчанию есть Болевой контроль, пусть она и не вкладывала в него очки. -

-- Болевой контроль, - повторил и нахмурился Элеммакил, - что еще за зверь? -

-- А увидишь! Как наша Карамелька за них возьмется, так и увидишь. -

Элеммакил последовал совету Дяди и не пожалел, вернее пожалел, глядя на то как дроу превращает полных сил молодых парней в орущие куски мяса, но не стал ее останавливать. Даже друзья Карамельки, даже не склонный к сантиментам Дядя предпочли отойти к трофейному табуну и не смотреть как Карамелька качает расовый и одновременно классовый навык, но Кондрат не отошел и не отвел взгляда, как не отводил никогда, когда по его приказу пытали людей (не так уж и часто за его долгую и насыщенную событиями жизнь, но бывало).

Второй в очереди еще дергался на бурой от крови траве, когда Карамелька отрезав кое-что на память направилась к двум оставшимся, демонстративно помахивая окровавленным куском в руке. Некоторое время в задумчивости стояла перед белыми как снег притихшими пленными, а потом сказав: - Ты! - хлопнула одного из них отрезанным хреном их товарища по лбу. Выбранный заорал будто его уже режут и судя по резкому запаху и мокрому пятну на штанах одновременно обосрался и обоссался, но говорить все же начал другой. Абсолютно седой разбойник непроизвольно заикаясь рассказал все и, глядя безумными глазами на потерявшего сознание друга, ответил на все вопросы Элеммакила. За это довольный командир бригады подарил ему легкую смерть, дарительницей выступила все та же Карамелька. Когда надо, дроу умела убивать быстро.

Глава 20

Земли бывшего королевства Хупта.

Элеммакил (командир бригады).

Перед смертью разбойник-заика поведал немало интересного. Оказывается руководство Драконов и атаманы лесных банд мыслили схожим образом: разбойники собирались наведаться к новым соседям и если не выжить их с захваченных земель, то хотя бы как можно больнее укусить, сразу показав свою силу. Причем лесовики учли горький опыт своих степных коллег и сумели договориться о совместном большом походе. Идти единым войском они не собирались -- для них это был бы уже перебор (банды передрались бы еще до боя), но в расположенном неподалеку полузаброшенном городе, своеобразной точке сбора, постепенно накапливались готовые к походу банды, и уничтоженный Дядей отряд был авангардом одной из них, именно сегодня собиравшейся выступить в поход, то есть навстречу бригаде клана. В чем Драконам повезло, так это в том, что упомянутая банда выступила первой, остальные гораздо меньшие в числе как шакалы за тигром собирались следовать за ней. А вот в чем не повезло, так это в том, что считая эту точку сбора, таких точек оказалось целых три, и вышли уже или нет из них собиравшиеся там банды захваченный разбойник просто не знал. Впрочем Элеммакил ничуть не переживал о том что не зависело от него, а вот возможность уничтожить несколько банд по частям и разумеется разгромить к собачьим чертям доступную точку сбора он не собирался упускать, ну и разумеется в город клана немедленно отправится магический гонец рассказать что их ждет в ближайшие дни.

И все завертелось...! Отряд Дяди метнулся вперед до самого бандитского гнезда, разрушенного в давние времена города, где более-менее сохранился лишь один окруженный отдельной стеной район на окраине, в коем проживали жалкие остатки городского населения, в настоящий момент данники одной из банд. Ну а Элеммакил с сопровождающими наоборот с ветерком поскакали назад навстречу приближавшемуся войску клана. После того как Элеммакил достиг походной колонны прошел всего десяток минут, а порядок движения разительно изменился: во-первых, все бойцы бригады спешились и универсалы отогнали лошадей назад, во-вторых, бригада разделилась, и одна часть из всех игроков и спецназовцев ушла вперед, а другая из эльфов-стрелков, пехоты, тяжелой конницы и обоза последовала за ней только через двадцать минут (тяжелая конница облачилась в латы, обозники разобрались с четвероногими трофеями Дяди и вооружились арбалетами).

Элеммакил искал удобное место для боя и еще ему нужно было угадать, где бандиты пойдут, впрочем с этим не возникло особых проблем -- хорошо утоптанная земля, остатки старых кострищ, срубленные ветки, кучи конского навоза и человеческого говна яснее грунтовой дороги показали торный путь. Элеммакил не сразу нашел подходящее место для засады, командир бригады привередничал и пользуясь наличием времени искал идеал, желая задействовать все доступные ему виды войск, поморочиться конечно пришлось, но все же он нашел нужное раньше, чем Дядя сообщил что первые бандиты покидают точку сбора...

Примерно через час с небольшим засевший на верхних ветвях высокого дуба эльф внимательно, во всю используя умение острый взор, разглядывал пятитысячную массу пеших и конных разбойников, что втягивались в ограниченное лесом, тремя холмами и двумя оврагами пространство будущей битвы.

-- Что это с ними? - не мог понять Элеммакил. - Ели переставляют ноги, двоих вон вообще несут, а всадники чуть не лежат на спинах лошадей. Что уже успели с кем-то подраться? В городе идут разборки? Но почему не вижу раненых? Ан нет, мужик с перевязанной головой, еще один и еще, но все равно слишком мало. Да и почему если вышли в боевой поход, оружие у считанных единиц, а у остальных только ножи на поясе, в доспехах вообще никого? Непонятно.-

Элеммакил с изумлением увидел, как один из так называемых раненых сорвал с абсолютно целой головы повязку, намочил ее из фляги и вновь повязал голову на старушичий манер. Мгновенная догадка мелькнула у него в голове, и все тут же встало на свои места.

-- Ах ты ешкин кот! Как же я сразу не догадался?! ''Бодун Иваныч'' во всей красе! Перепились сердешные перед походом, а денек-то жаркий! Ну что ж, горемыки, сами напросились -- нам будет легче, ну а вам кирдык! -

Командир бригады еще немного подождал, давая похмельным и расслабленным разбойникам поглубже залезть в ловушку, и в самый лучший момент подал условный сигнал -- понеслась...!

Там же.

Час спустя.

-- Трупы в овраг! - приказал Элеммакил, глядя как эльфы-стрелки и спецназовцы умело освобождают застрявшие стрелы. И те, и те часто попадали в глаз или в рот, но и когда не попадали, отличный стальной наконечник легко проламывал незащищенный шлемом череп. Прямо у него на глазах один из заготовок примерился и коротко рубанул ножом, потом аккуратно доломал торцом рукояти кость, достал целую стрелу, очистил ее с помощью пучка травы от крови и мозгов и, внимательно осмотрев наконечник и древко, сунул в колчан.

-- Жалко столько трупов пропадает, - посетовала Синьагил, после того как отослала гонца-спецназовца (несколько таких сопровождали их в прогулке по заваленному трупами полю). - Могли бы порадовать Королеву Мертвых и Убийцу (Убийцу Городов), а приходится бросать, хорошо добычу сумели пристроить во вьюки на трофейных лошадей. Переборщил ты, Улис, с запасами -- совсем места не оставил. -

-- Посмотрим как ты через 2-3 недели запоешь, - парировал Элеммакил и зловеще пообещал: - А трупов еще будет, никаких мешков не хватит, хотя на мой взгляд, лучше их забить любой другой добычей -- что-то меня не тянет ЭТО (командир кивнул на трупное месиво вокруг) сортировать на годные и некондицию. -

-- Согласна, - брезгливо сморщилась магичка и отряхнула с сапога прицепившиеся кишки.

-- Октарон передает: всего 627 трофейных лошадей, - доложилась подбежавшая Лауриндиэ. - Больше двух сотен раненых: половина сильно, половина легко. -

Элеммакил на секунду задумался, гуляя глазами по бывшему полю битвы:

-- Здоровых в общий табун и под вьюки, легко раненых сперва к друидам и туда же, тяжелых добить -- пусть заготовки сегодня нажрутся мяса от пуза -- заслужили. -

-- Поняла, - кивнула Юла (Лауриндиэ) и убежала передать приказ.

-- Значит мы не пойдем дальше? - полуутвердительно спросила Синьагил.

-- Нет, заночуем сегодня тут, вон скажем у тех холмов, а по утру до петухов выступим к городу, может еще пару отрядов так подловим, если нет, блокируем город и будем резать все идущие к точке сбора банды. -

-- И долго? -

-- Пока идут, а потом возьмем город штурмом, но думаю до этого не дойдет -- сами вылезут -- у них не хватит продовольствия на долгую осаду, если только не сожрут горожан. -

-- Может и лучше, если сожрут, - хмыкнула Синьагил, - нам потом меньше возни, мы же все равно спалим здесь все. -

-- В конце-концов да, но сейчас может и не нужно -- хорошее укрепленное место под временную базу, пока мы не ушли домой. Да и с населением не все так просто: Анариэль и Айнон просили присмотреться к местным насчет ремесленников и крестьян, так что поглядим. Таскать за собой не будем, а вот собрать годных нам в защищенном месте, а потом увести с собой было бы неплохо.

-- И чего им заготовок не хватает? - про себя подумала Синьагил, но приняла слова к сведению.

К командирам подбежал один из воинов-игроков:

-- Что делать с пленными?! -

-- А сколько на круг выходит? - с интересом спросил Элеммакил. Несмотря на эффект неожиданности и страшные потери в самом начале, лесные разбойники дрались хорошо (насколько возможно для бездоспешной и частью безоружной толпы) и даже не думали сдаваться, но... ровно до того момента, как с вершины одного из пологих холмов их не атаковала полусотня закованных в латы всадников. Удар латной конницы действительно был страшен: по 2-3-4 тела насаженных на одно копье, потом шестоперы и мечи собрали кровавую дань, а еще сотни просто сбитых и затоптанных копытами. Впрочем Элеммакил так и не понял, почему для разбойников удар всего какой-то полусотни всадников оказался страшней густого потока эльфийских стрел и боевых заклинаний, но видимо разница все же была, и именного тогда разбойники и побежали.

-- Три сотни с полтиной. -

-- Жалко что нельзя засунуть их в мешки, а возиться с ними 2-3 месяца..., - как бы обращаясь сам к себе пробормотал Элеммакил и уже более внятно, твердым уверенным голосом приказал: - Рубать башки и к остальным в овраг! -

Воин кивнул и деловито убежал в сторону, где собирали немногочисленных после произошедшей бойни пленных.

*

Через полчаса пригнали основной табун, а еще через час на возвышенности чуть в стороне от поля боя встал укрепленный лагерь, над которым поплыл густой и вкусный запах жареной, печеной, вареной конины.

Через 7 часов.

Кондрат внезапно проснулся среди ночи, и проснулся он не от желания поссать, посрать или попить, а от знакомого, хотя и давно не посещавшего его чувства. Несмотря на то что в Серединном мире Кондрат-Элеммакил испытал его в первый раз, а в реальном теле на Земле не испытывал почти 20 лет, он сразу его узнал. Чувство шагало с ним по жизни с двенадцати лет и не возникало в моменты банальной опасности в бою или под бомбежками. Нет, чувство посещало всегда внезапно и только тогда, когда дела шли как надо, и Кондрат на 110% был уверен, что учел все. Но вот незадача, на те же 110% он знал, что если его посетило это чувство, совсем скоро ВСЕ пойдет наперекосяк и судьба попытается его испытать, причем с самой неожиданной стороны. Исключений не бывало --за всю его долгую жизнь чувство ни разу не подвело, а после пары случаев он НАМЕРТВО зарекся его игнорировать.

Элеммакил плавно, но в тоже время собрано сел на своем лежаке внутри трехместного командирского шатра. Синьагил не спала, а читала какую-то книгу и затуманенными глазами посмотрела на него. Октарона не было -- видимо проверял посты.

-- Ты чего, Улис? - удивленно спросила Синьагил. И ее удивление можно было понять -- только что Элеммакил сладко спал, а меньше чем через минуту он уже одет и облачается в доспехи. Командир не стал ей отвечать -- он приказывал:

-- Одевайся! Найдешь Октарона, пусть поднимает лагерь, поднимает всех, только тихо: не бегать, не орать, вообще не шуметь -- одеть доспехи, оружие держать под рукой и ждать. -

-- Ясно, - Маска не стала задавать глупых вопросов, мгновенно отложила книгу, толкнула пяткой пригревшегося у нее в ногах кота-питомца и, совершенно не смущаясь мужчины в двух метрах от себя, начала в темпе одеваться.

Беляш -- здоровенный в черно-желтую полоску крылатый кот, возмущенно зашипел, выпустил блеснувшие металлом когти, раздул шерсть, по которой пробежала яркая голубоватая искра, но под взглядом хозяйки умолк и первым из обитателей шатра скользнул за полог.

-- Я на холме, - бросил почти догнавшей его магичке Элеммакил и вслед за котом покинул шатер.

Ночь встретила командира бригады прохладной тишиной и негой вкушавшего заслуженный отдых лагеря, а еще внимательными взглядами двух охранявших вход спецназовцев. Как и все спецназовцы бригады караульные прошли многое и сразу напряглись, чутьем опытных воинов почувствовав настроение игрока. Одного из спецназовцев он примерно с теми же инструкциями что дал Синьагил отправил оповестить конкретно его собратьев, другого -- эльфов-стрелков (Октарону будет легче). Элеммакил кивнул выходившей из шатра эльфийке и короткими перебежками направился к небольшому холму на самом краю, но все же внутри охраняемого периметра лагеря. По давней еще земной привычке он старался надолго не задерживаться на открытом месте и всегда находиться под прикрытием палаток хотя бы с трех сторон. Путь до холма не занял много времени, Элеммакил стремительно взлетел по пологому склону, взглянул на подобравшихся дозорных (два эльфа-стрелка) и, используя прекрасное ночное зрение свой расы, вгляделся во тьму.

Тишина и спокойствие за пределами лагеря могли кого-нибудь обмануть, да и непременно обманули бы даже Кондрата, но благодаря не раз и не два, и не три выручавшему его чувству он знал, ЗНАЛ, что что-то не то -- темнота врет и скрывает угрозу. Хотя вокруг охраняемого периметра действительно пока было спокойно: в небе не очень ярко горели луны, помогая ночному зрению полуэльфа хорошо рассмотреть поле недавней битвы -- нигде ни огонька, ни движения; соседние холмы за пределами лагеря застыли неподвижными мертвыми громадами -- тут тоже все спокойно на первый взгляд; чернеет стена леса, но оттуда к лагерю не подойти -- с одной стороны забитый трупами овраг, в который придется спуститься и весело прогуляться по месиву, за ним почти сразу периметр, с другой -- хорошо освещенное небесным светом поле, с третьей -- еще два небольших, но узких и глубоких оврага.

Элеммакил упрямо и раз за разом оглядывал одно и тоже, пытаясь увидеть, понять, почувствовать откуда идет угроза и что она из себя представляет, а за спиной у насиловавшего глаза командира пробуждался лагерь.

-- По прежнему никого, - напряженно размышлял Элеммакил, продолжая внимательно смотреть. - Где, где опасность? Может с воздуха? - Быстрый взгляд на небо. - Нет -- чем хороши пять лун, так это тем, что незаметно не подобраться -- хоть на одной, все равно будут видны силуэты. Тогда где? Поле по прежнему спокойно, если бы шли со стороны леса, то было бы видно, сигналки и мины периметра никто не беспокоит, даже удивительно -- обычно за ночь несколько десятков раз пытаются лезть разные голодные ''гости'' и часовым приходится их ''угощать'', а тут тишина... -

Догадка мелькнула как молния, и Элеммакил подобрался, чувствуя что он на верном пути:

-- Стоп! Вот оно! - Овраг был полон трупов, а поле залито засохшей кровью, мозгами, выпущенными кишками, отрубленными пальцами и прочей мелочью -- все это воняло на весь лес. По идее тут должно было быть великое множество как обычного зверья, так и различных монстров -- они должны были устроить шумный пир: рычать, визжать, драться между собой, рвать мясо, случайно влетать в сигналки и мины периметра, просто носиться по полю и лезть в овраг -- вместо этого всюду тишина.

Элеммакил повернулся к дозорным, краем глаза увидев как на холм поднимается Октарон, Синьагил и неразлучная четверка выпускников.

-- Вы видели падальщиков на поле или в овраге? - простой вопрос дозорным заготовкам и такой же простой, но породивший множество других вопросов ответ:

-- Да: вечером много появилось, но как зашло солнце, сразу все ушли. Потом из леса выходили несколько раз, но быстро возвращались обратно в лес. -

Игроку понадобилось совсем немного времени чтобы выяснить у заготовки, с каких сторон твари все же иногда появлялись, а с какой пропали с концами, и Элеммакил, а заодно успевшие услышать о чем говорили командир и дозорный остальные игроки более внимательно, в семь пар острых глаз уставились на превращенный в братскую могилу овраг.

-- Как волны ходят, - первой заметила что-то непонятное Карамелька, дроу традиционно превосходили эльфов в способности видеть во тьме.

-- Сейчас, - Синьагил, лучший из присутствующих на холме магов, напряглась, напрягся и висевший у нее над головой Беляш, усиливая способности хозяйки.

-- А я тоже вижу, - поделилась Лауриндиэ. - Вроде как как колыхается вода или скорей трясина. -

И тут Элеммакил и сам увидел о чем говорят -- едва заметное движение, будто двигается, живет и дышит сама тьма.

-- Там нежить! Очень сильная нежить, я с такой не встречалась! - под испуганное мявконье кота-питомца проинформировала всех побледневшая Маска. - Сотни, тысячи -- они жрут трупы, но уже собираются лезть наверх к нам! И по-моему они почувствовали меня! -

Октарон матерно выругался, Храванон присвистнул, дроу предвкушающе ухмыльнулась, сверкнув белыми как снег клыками на черном лице.

-- Как они так близко подобрались?! - Нарамакил возмущенно уставился на дозорных и видимо собирался еще что-то сказать, но остановился, услышав голос командира:

-- Неважно! - наконец нашедший причину своего беспокойства Элеммакил взорвался вихрем приказов, мгновенно припахав всех, кто в данный момент был на холме -- перенесенное с Земли чувство вновь не подвело старого воина в молодом эльфийском теле.

Нежить не теряла времени зря: считанные минуты и красноглазые твари уже ломятся сквозь периметр, подобно черной, грязной волне захлестывают край оврага, на дне которого дожирают последние трупы коней и слишком сильно поврежденных в бою и неспособных стать нежитью разбойников.

Но и предупрежденная бригада встречала их во всей красе. Вверх взлетели сверкающие шары и зависнув в небе вспыхнули ярким, режущим глаза светом.

Нежить дружно взвыла, мгновенно разорвав и похоронив ночную тьму -- заклинания не только помогали свету лун, но и жгли попавшую под их воздействие нежить, ослабляли ее, лишали подвижности и воли к борьбе. Впрочем с этой конкретной нежитью не очень сработало, заклинания конечно не пропали зря, но и не имели какого-либо значимого эффекта.

А вот сотни взмывших в небо и обрушившихся в глубины оврага стрел несли вполне реальную гибель не успевшим покинуть овраг порождениям Смерти и Тьмы. Стрелы с уроном огнем втыкались в мертвые тела, пробивали их насквозь, пришпиливали к недоеденным трупам и земле, а после жгли, ЖГЛИ жарким неестественным пламенем, а ведь это был только первый залп, и через секунду за ним последовал второй и третий, и... двадцатый -- триста эльфов-стрелков с методичностью автоматов переправляли содержимое колчанов в овраг, превращая последний в огненный ад и крематорий для воющих в муке живых мертвецов. Ну а тех тварей, что все же избежали огненной судьбы и как промокашку прорвали неспособный остановить такой напор периметр, встретил наступавший строй, в основе которого встали триста вооруженных длинными копьями и большими круглыми щитами заготовок-пехотинцев, опытных заготовок-пехотинцев, которых на флангах удлиняя строй поддерживали две полусотни еще более опытных спецназовцев. Во второй линии шла сотня эльфов-стрелков и несколько магов (в том числе Октарон и Синьагил), а также неполная сотня спецназа -- резерв на случай прорыва и прикрытие стрелков и магов-игроков. Так что прежде чем красноглазые фигуры, лишь отчасти похожие на людей в остатках одежды, ударились в щиты пехоты и приняли в тело наконечники копий, их встретил густой дождь из стрел, огненных шаров, огненных копий и копий света (специализированных заклинаний против живых мертвяков). Наспех сколоченный строй выдержал первый и самый сильный удар, выдержал хоть и не без потерь, а затем почти сразу, шаг за шагом начал теснить тварей обратно в пылающий овраг.

Не все твари пошли в лобовую атаку, некоторые из них покинули овраг другим путем и либо побежали к лесу, либо пытались прорвать периметр вдали от кипящей схватки, часто небезуспешно: мины и растяжки сумели убить какое-то незначительное число, но несколько сотен все же прорвались, благо сработавшие сигналки и звуки взрывов предупредили обитателей лагеря о незваных гостях. Прорывы затыкали в основном рейды игроков: в таком бою и с таким противником игроки чувствовали себя как рыбы в воде и несмотря на то что худые красноглазые фигуры с огромными непропорционально большими кистями рук и корявыми, но жутко выглядевшими на лицах клыками оказались неожиданно сильны, именно игроки побеждали почти всегда. Но все-таки прорвавшихся тварей было слишком много и в бой пришлось вступить и остальным обитателям лагеря от спешенных кавалеристов до универсалов. Орудующие копьями кавалеристы действовали на удивление хорошо. Впрочем чему тут удивляться? И на Земле прошлого спешенный рыцарь только в романах писателей эпохи романтизма не может самостоятельно подняться, когда его сбросили с коня, а на самом деле не так уж и сильно теряет в боевых возможностях и в пешем бою. Что тогда говорить о заготовках, каждый из которых был много сильней человека и носимые ими тяжелые латы (как турнирные на Земле) не слишком сковывали не доступную людям подвижность и скорость движений, и в то же время толстая усиленная магией сталь прекрасно защищала от когтей и клыков порождений ночи. Если все же ломалось копье, к услугам рыцаря был острый тяжелый меч, не менее тяжелый шестопер и наконец собственные закованные в сталь кулаки -- тварям приходилось нелегко. Неплохо показали себя и универсалы, они разумеется не обладали умениями воинских заготовок, тем более игроков, но тяжелые болты в упор могли если не убить, то остановить даже такую сильную нежить, а ведь обычно в монстра втыкался не один болт, а 5-7-9-12 и больше, ну а потом в дело шли топоры в руках умельцев-ремесленников. Где-то внутри лагеря сражался Дядя со своими бойцами (защищали лошадей от нескольких прорвавшихся тварей, к сожалению всех лошадей не уберегли), три сотни эльфов-стрелков вскоре перестали зря закидывать зажигательными стрелами и без того пылающий овраг и поддержали навесом основной строй или с ювелирной точностью, всегда вгоняя стрелы точно в цель, помогали рейдам игроков и латникам.

Элеммакил вынужденно бросил в бой свой последний резерв: четверка учеников Первого радостно сбежала с холма и устремилась на особо крупную группу тварей, что дико рыча заламывали неспособный их остановить рейд, уже второй рейд на своем пути. Элеммакил увидел все и не смог какое-то время оторвать глаз, любуясь и восхищаясь невероятным, НЕЧЕЛОВЕЧЕСКИМ искусством собратьев-игроков.

Вот Нарамакил бежит навстречу очередному монстру, а вот он уже у него за спиной, подсекает основным клинком ноги следующему и одновременно же левым коротким мечом отрубает тянувшуюся к нему кисть другого, ну а первый монстр еще секунду стоит, пробует повернуться... и падает, развалившись на две почти равные половины...

Вот оправдавшая свое прозвище Юла скользнула вплотную сразу к четырем жаждущим ''комиссарского'' тела тварям, каким-то невероятным образом как настоящая юла вывернулась из-под лап всех четверых, а вот твари не сумели избежать ее мечей...

Вот Храванон нижним краем щита сломал голень монстру и, казалось не замечая как другой подбирается к нему со спины, мощным ударом снес обезноженному полбашки. Второй монстр с победным ревом бросился на воина.... был принят на щит, подброшен в воздух, на пике своего не добровольного полета лишился ног, а у самой земли и рук, вместе с головой...

Вот До-Ши-Со как маг ударила молнией, как вор метнула нож, как ученик Первого встретила врага мечом, а после, как не пойми кто запрыгнула очередному монстру на спину, захлестнула шею тонкой блеснувшей серебром нитью и упершись ногами изо всех сил потянула руки вверх, срывая оскаленную в беззвучном крике голову с плеч, оттолкнулась от обезглавленного тела, перекувыркнулась в воздухе и ударила нового противника ногами в грудь и оскаленную пасть...

Снова Храванон ударом клинка разваливает противника от плеча до пояса, срубает другому лицо краем щита, в длинном выпаде колет под лопатку подмявшую его питомца-волка нежить, а затем подпрыгнув с силой опускает заточенный край щита ей же на загривок...

Юла припала к земле, пропуская над собой стремительную тень -- тень лишилась отрубленной по жопу ноги и разматывая кишки из вспоротого живота покатилась по земле...

Резвится Карамелька: дроу тряхнула пальцами рук словно сбрызгивая воду -- десятки мелких пылающих фиолетовым огнем шаров заставили тварей завизжать, нет, не убили, но драться с дырами в теле размером с кулак стало сложней...

Опять Нарамакил в высоком как из старого Гон-Конгского боевика прыжке сбил не такой эффектный прыжок очередной твари и еще до того как коснулся земли развалил голову и грудь другой и, избежав когтей третьей, коротко ударил коротким клинком назад. Что уж сделал клинком ученик Первого -- неизвестно, но рана, что осталась от обычного меча, напомнила наблюдателю-Элеммакилу выходное отверстие от пули из крупняка (крупнокалиберного пулемета).

И снова Карамелька: дроу и нежить сцепившись в борьбе кубарем катятся по земле -- встает уже только дроу и тут же метает с двух рук ножи...

Презрев законы гравитации летит по воздуху Нарамакил, и рядом с ним летят вращаясь две отрубленные головы....

Мутный стальной вихрь на месте Юлы не рубит и не кромсает, а буквально разрывает очередную тварь...

Храванон замахивается чистым, будто и не было ранее убитых врагов клинком и.... смертоносная четверка скрылась за палатками, спеша на помощь другим рейдам, после учеников Первого остались только изрубленные на куски тела.

Элеммакил смог наконец прийти в себя, выматерился от души и дал себе слово сделать все, ВСЕ, но только попасть в школу, где готовят ТАКИХ бойцов. Между тем битва продолжалась: жалобно ржали лошади в глубине лагеря, рейды азартно рубились среди палаток, отовсюду слышались свист стрел и рык, поддержанный магами и стрелками строй теснил основную массу нежити в овраг, ну а Элеммакил рассылал гонцов и время от времени используя личный жезл бил короткими в 5-7 очередями ледяных молний, от которых твари хоть и не умирали, но сильно теряли темп.

Один из двух оставшихся при командире спецназовцев привлек его внимание -- Элеммакил отвлекся от панорамы битвы и взглянул на то, что твориться у него за спиной -- от подножья холма быстро приближались пять побитых, но бодрых и готовых рвать тварей. Вокруг не было никого, кто мог бы их остановить. Пять против трех -- не очень хороший расклад.

-- Ну что, пришел и мой черед?! - улыбнулся рычащей нежити Улис и, разрядив три последних заряда жезла, взялся за меч. Спецназовцы тоже выпустили по стреле и отбросили луки прочь -- для них как и для игрока пришло время клинков.

Спецназовцы промахнулись, и нет, опытные заготовки попали в мертвую плоть, но оба целились в глаза, желая вывести противника из строя наверняка, и оба не достигли цели... плечо и щека, но если засевшая в плече стрела с уроном огнем хотя бы жгла получившую ее тварь, то та, что влетела в открытый рот, лишь выбила несколько клыков, вырвала кусок щеки и.. все -- огонь стрелы бесполезно вспыхнул вне тела нежити. Последние молнии Элеммакила, все три, попали как раз в того, кто словил плечом стрелу, сбили с ног и заставили покатится вниз к подножью холма. Со звоном ломающегося льда нежить встала на ноги и, не обращая внимания на продолжавшийся подозрительный хруст, на обломок стрелы в плече, на отваливающиеся куски замороженной плоти, упрямо заковыляла вверх.

Не всем тварям повезло достигнуть вершины холма и готовой к бою троицы -- откуда-то из темноты прилетела короткая стрела и достигла того, чего не смогла достичь ее более длинная товарка: стрела пробила затылок нежити с рваной щекой, проникла в мозг и наконечник взорвался огнем, мгновенно убив тварь и плеснув пламенем у нее из глазниц, а через пару секунд похожая стрела похожим образом прикончила и ковылявшую вслед за остальными обмороженную нежить. Но Элеммакил уже не видел результата второго выстрела -- он как и спецназовцы боролся за свою жизнь...

-- Ха! - воин-эльф сумел отбить быстрый как молния удар когтистой лапы-руки краем щита, в свою очередь рубанув отшатнувшуюся тварь клинком по кривым крокодильим зубам и лицу, что все еще отдаленно напоминало человеческое. Применил специальный воинский навык -- мощный удар ногой, но промахнулся. Тварь не промахнулась, достала его когтями по налядвеннику -- магический щит и усиленная бонусами и магией броня выдержали удар. Меч игрока срезал кусок скальпа с башки нежити. Щит лопнул от нового взмаха когтистой лапы. Укол клинком в грудь и режущий удар по зубам. Нежить снова подловила игрока -- правый наруч остался у нее на когтях. Клинок полуэльфа хорошо достал пах, вдогонок чиркнув по животу. Мощный удар в щит едва не смял цельностальную пластину как картон, если бы не бонусы на прочность, то несомненно смял бы. - На! - Улис попытался повторить трюк Нарамакила и отрубить одну из рук, но не учел, что он не Нарамакил -- клинок прорубил лучевую кость больше чем на половину и застрял -- нежить легко вырвала меч из руки воина, победно оскалилась и.... кубарем покатилась от мощного удара щитом -- Элеммакил, вложив всю массу своего тела и используя щит как таран, бросил себя вперед!

Встали они одновременно: предвкушающе ухмылявшаяся тварь без половины зубов и с наполовину отрубленной рукой и воин с измятым щитом и боевым ножом в правой руке -- обоим было ясно, кто сейчас победит. Тварь чуть пригнулась для прыжка, Элеммакил напрягся, тварь ринулась вперед... уже с одним подбородком вместо головы, сделала пару шагов и упала, вытянув когтистые лапы вперед.

Элеммакил благодарно кивнул Стриге, тот торопливо сматывал тонкую цепь, на конце которой алел только что срубивший голову серп. Получил кивок в ответ, а затем заготовка и игрок разошлись: ''приносящий рассвет'' (кстати кто не понял, именно он мастерски всаживал стрелы в затылки) отправился на помощь спецназовцу с рваной раной в боку, что никак не мог достать клинком шустро скакавшую вокруг него тварь, ну а Элеммакил поспешил помочь другому спецназовцу, которого его противник сумел лишить меча, подмять под себя и теперь медленно и тяжело ломал сопротивление, пытаясь добраться клыками до лица. Эльф отбросил мешавший щит и в свою очередь вспрыгнул на спину твари, оседлав ее поясницу ногами, а затем, прежде чем монстр успел что-то сообразить, просунул нож ему под окровавленный подбородок острием к себе, одной рукой держась за рукоять, другой за обух клинка, и тут же начал тянуть на себя. Развернуться монстр не сумел -- ранее пытавшийся оттолкнуть нежить спецназовец, как клещ вцепился в руки врага и оплел ногами его ноги. Некоторое время три сплетенных тела раскачивались в унисон, а потом вверх взлетел круглый рычащий предмет, Элеммакил отвалился назад, спецназовец ударился о землю -- между ними билось тело без головы.

Еще до полуночи закончилась битва: основную массу тварей (остатки) спихнули в пылающий овраг и добавили туда огоньку, всех прорвавшихся в лагерь монстров добили и так же оттащили к общему ''барбекю'', после, подсчитав потери и восстановив периметр отправились спать. Правда отправились спать не все, а только те, кто избежал ранений в ночном бою, ну и те, кто эти ранения врачевал (Элеммакил своей властью командира приказал не жалеть зелий исцеления для раненых и восстановления маны для целителей). Всего бригада безвозвратно потеряла: 38 пехотинцев, 24 спецназовца, 19 эльфов-стрелков, 17 универсалов, 2 -х тяжелых кавалеристов, 211 лошадей, остальные оклемались к утру, и бригада продолжила путь -- план похода не был изменен.

*

Через два с лишним месяца, когда сопровождавшая огромный обоз бригада вернулась домой, Элеммакил-Кондрат представил на суд клана свои заметки, и именно тогда и появилась директива Главы, обязательная к исполнению не только для заготовок, но и для игроков: если трупы поверженных врагов не потребовались клану, то после битвы их нужно обязательно обезглавить, лучше порубить на куски, потом по возможности сжечь, но ни в коем случае не бросать на произвол судьбы и не закапывать в землю.

Глава 21

Великий Южный океан, Семибашенный остров, город Даготерчакус (город Даготера) -- четвертый по величине рынок в регионе.

Через 9 дней после того как бригада Элеммакила выступила в поход.

Иван (Лейтенант) -- эльф, убийца, ремесленник, флаг-капитан эскадры трофейных кораблей, капитан ''Борова''.

Одинокий остров посреди бескрайнего океана, на сотню миль вокруг него нет даже самого завалящего клочка суши, включая отмель или торчащий риф. Казалось бы невообразимый водный простор, но вместо этого океан вокруг одинокого острова напоминал толкучку в базарный день. Тысячи торговых, военных, рыбацких кораблей, лодок, шаланд, посудин неопределенной конструкции как косяк селедки скрывали под собой необъятную водную гладь, и на ту же сотню миль вокруг острова висело бесконечное облако звуков из скрипа снастей, шлепков весел о воду, криков, ора и ругательств на тысяче языков. Чем ближе к острову, тем мощнее становилась какофония, сливаясь в уже реально болезненный для непривычных ушей гул, и тем сложнее было приблизиться к острову привыкшим к простору парусным судам. Гавань огромного занимавшего почти весь остров города была конечно очень велика, а к услугам заезжих мореходов имелись как лоцманы, так и галеры-буксиры, но все равно даже такая титаническая гавань не могла вместить всех. Не лучше обстояли дела и с другой стороны -- такая же гавань и такое же столпотворение прибывающих и убывающих кораблей.

Эскадра почти из двух десятков судов под флагом с изображением дракона уверенно шла вперед, не наглела, но и не уступала никому путь. Несколько военных кораблей в составе эскадры отбивали у недовольных желание вступить в конфликт, а общий ухоженный вид кораблей и единый флаг над ними яснее ясного давали понять, что город на семи холмах посетил кто-то серьезный и не стоит из-за пустяков вставать у него или у них на пути.

Каждый раз как Иван оказывался в этом месте, он не уставал поражаться тому, как же расположенный на другом конце необъятного мира город похож на Узел и в то же время насколько он от него отличается. Так же как и приснопамятный Узел названный в честь бога морей город жил с торговли и потому имел такой же крупный как и в Узле порт, даже два огромных порта едва-едва не сливавшихся в один. Впрочем и тут города были похожи -- в Узле не имелось второго морского порта, но зато был речной. Такое же как в Узле изобилие моряков, купцов, воинов, путешественников сотен рас и языков, такое же обилие товаров на рынках и в лавках и примерно такой же расклад сил среди основных гильдий Серединного мира. Отношения гильдий, горожан, городской стражи, гостей города тоже были похожи, как и отношение их всех к игрокам, а вот дальше начинались отличия и их также было немало. Главное отличие, сразу бросавшееся в глаза -- игроки: слишком мало их было для такого огромного города -- десятки, возможно сотни тысяч в том же Узле и его ближайших окрестностях и считанные тысячи тут. Может быть именно потому в здешних краях было поспокойней, ну разумеется голая девственница с мешком золота в руках точно так же не сумела бы пройти из одного конца ночного города в другой и как и в Узле без сомнений лишилась бы и девственности, и золота, и свободы. Но все-таки в названном именем бога городе творилось гораздо меньше того беспредела, что творился в его набитом игроками собрате на другом конце света (в общем как в анекдоте: насиловали, грабили и убивали только вечером по четвергам и только в определенном месте, экстраполируя на Дагатерчакус -- только после наступления темноты и только в портах и трущобах, коих впрочем в огромном и древнем городе было немало). За исключением архитектуры другие отличия не так бросались в глаза, но тот, кто жил в Узле какое-то время или часто в нем бывал по делам, заметил бы их без труда. Во-первых, тотальное и безусловное отсутствие лошадей и мест, где их можно было купить -- богачи передвигались на паланкинах, ну а те кто победней на своих двоих (в случае крайней срочности можно было использовать дорогой телепорт). Вполне логично -- зачем нужны лошади на острове посреди океана, да еще и в городе размером в 2/3 этого острова? Где их пасти? Чем кормить? Куда на них ездить? Так что никаких лошадей или других ездовых животных, зато бесчисленные и неистребимые кучи навоза не так уродовали каменные мостовые и именно в этом вопросе Дагатерчакус сильно выигрывал у Узла. Еще одно отличие -- повальное увлечение гладиаторскими боями: тут не в почете были полуподпольные бои на кулаках по тавернам и патриархальные ''посиделки'', которые знать Узла устраивала чуть ли не на задних дворах своих усадьб. Нет, здесь все было серьезно и поставлено на широкую ногу и на поток: огромная центральная арена, целый город в городе, почти на 70 тысяч посадочных мест, арены поменьше в каждом из семи районов, но тоже тысяч на 30 и больше сотни частных арен, от крохотулек, вмещавших 6-8 сотен человек до почти таких же больших как арены районов -- 10-20 тысяч мест и как положено у каждой целый комплекс служебных помещений вокруг и под ней. Арены не пустовали никогда: десятки и сотни тысяч местных жителей, а так же гостей города спешили купить недорогой билет, поглазеть на красочное и кровавое зрелище, сделать ставку на чемпиона или новичка, понадрывать глотки, болея за своих любимцев, поприветствовать победителя, особенно если ты поставил на него, безжалостно освистать побежденного и насладиться зрелищем как ему выпустят кишки, разобьют череп, вскроют глотку, вырвут сердце из груди. Очень может быть что не только небольшое количество игроков способствовало миру и порядку на улицах города, а в не меньшей степени такой вот кровавый, но позволявший выпустить пар ''спорт''. Каждый желающий мог выйти на арены и испытать себя, заслужить славу, почет и золото, хотя в основном толпу развлекали не любители-добровольцы из той же толпы, а профессиональные гладиаторы и подневольные рабы -- воины, пираты, разбойники, варвары и дикари. Самый большой рынок рабов в Южном океане бесперебойно поставлял в гладиаторские школы новых бойцов, а жаждущей крови толпе никогда не приедавшееся развлечение. Некоторые особо везучие или талантливые рабы-бойцы со временем пополняли очень уважаемое в городе сообщество профессиональных гладиаторов, зарабатывали хорошие деньги, выкупались на свободу, могли уехать домой или приобрести дом, а то и виллу на одном из возвышавшихся над городом холмов, купить долю в крупном торговом предприятии, открыть собственную школу гладиаторов и даже войти в городской совет (что случалось не так уж и редко). Наличие столь огромного рынка рабов было еще одним отличием островного города от континентального Узла. Рабов действительно было много -- город брал всех, не для арен, так для перепродажи, ну а перекупщиков не особо интересовало происхождение живого товара и личности продавцов.

Лейтенант уже второй раз приводил в город эскадру кораблей, а до этого побывал здесь под командой Таурэтари, так что он мудро не поперся на забитый судами внутренний рейд, а предпочел расположиться на внешнем: ему ведь не нужно разгружать товар и пополнять запасы, а тут дешевле, меньше посторонних глаз, ну и покупателям будет удобней забирать корабли. Существовал конечно риск нападения пиратов или какого-нибудь чудовища, но настолько ничтожный, что его можно было не учитывать, да и мало кто решиться сунуться к группе из 19 кораблей, 5 из которых явно боевые (никто не знает, что полная команда только на двух).

-- Явились не запылились -- уроды, - глядя на баркас таможенной службы беззлобно выругался Иван. Таможня островного города-государства напоминала таможню Узла как родная сестра и, еще до того как последний из его кораблей успел встать на рейд, уже спешила взять плату за стоянку и заодно сделать предупреждение на случай контрабандной торговли (Иронично -- в городе вполне официально действовала Гильдия Контрабандистов). - Дуй за взяткой, - он кивнул денщику-заготовке, посылая его в свою каюту. Начавшееся с адмирала поветрие на личных слуг-заготовок быстро распространилось и прижилось среди капитанов. - Бери два кошеля! - запоздалый приказ все-таки догнал почти скрывшегося в недрах корабля слугу, в последний момент капитан вспомнил, что и в портовую казну нужно хоть что-нибудь заплатить, а не только подмазать продажного чинушу, который уже на постоянной основе стриг с Драконов бакшиш и ''не замечал'' их махинаций с кораблями (так бы пришлось регистрировать сделку в порту, светиться, морочиться, терять время и 5 % от суммы -- прикормленный таможенник обходился дешевле и никакой бюрократии).

С таможней все прошло тип-топ: подвизавшийся на не пыльной полусухопутной службе бывший моряк даже не стал предупреждать о недопустимости продажи на берег неучтенного товара -- наметанным глазом еще по осадке кораблей понял, что в брюхах (трюмах) у них шаром покати. Получил приятно звенькнувший кошель лично для себя, половину серебра из другого в портовую казну, пожелал удачи и всех благ и, бодро шлепая деревяшкой вместо одной из ног, вернулся на тут же отчаливший баркас. По уже сложившейся традиции покупатели всегда появлялись на утро следующего дня, так что Лейтенант не теряя времени даром разбил игроков на две смены во главе с собой и старпомом и бросил монетку -- удача его не подвела -- выпал орел: смена капитана корабля первой отправилась на берег в полный соблазнов и развлечений город, а смена старпома приготовилась скучать следующие 6 часов.

Иван хорошо оттянулся в городе и был доволен, хоть и проиграл на ставках больше сотни золотых монет, зато расслабился, поболел, поругался, поорал от души, от той же души выпил хорошего вина, заскочил на часок в бордель, в пару лавок и просто пошатался по твердой земле. Остальные игроки его смены провели время не хуже и так же как и их капитан возвращались на корабли в прекрасном настроении -- кто не орал песни и не догонялся прихваченным с суши винцом, тот сладко храпел под плеск весел, которыми мерно орудовали моряки-заготовки. Потом те же заготовки помогли бухим игрокам подняться из шлюпок на корабли (кой-кого несли на руках) и отвезли следующую смену пока что не таких ''веселых'' игроков, что с вожделенной надеждой смотрели на берег.

Проснулся Лейтенант в районе полуночи и проснулся трезвым как стекло (особенности эльфийского метаболизма), смена старпома еще не вернулась из города, и Лейтенант, проверив как идут дела, сел за надоевший хуже горькой редьки староиспанский, потом сыграл партию в домино со старшим абордажником -- проиграл и, решив что сегодня не его день, двинул на палубу дышать воздухом и любоваться ночным небом. Через полчаса подошли шлюпки и с них начали бережно кантовать бесчувственные тела -- вернулась вторая смена. Вернулась не одна -- четыре пьяные в дупель шлюхи из местных таращили на неспособных понять что с ними делать заготовок бессмысленные, белые от выпивки глаза и все порывались блевануть не важно куда. Лейтенант хотел было приказать выбросить их за борт, но потом решил, что это будет через-чур, и приказал заготовкам одной из шлюпок отвезти шалав на берег и дать им пенделя. Ну а ночь действительно была хороша: прохладный освежающий бриз, крупные звезды и пять лун в небе, море огней со стороны города и бархатная тьма со стороны океана -- очарованный Лейтенант не захотел спускаться в душную каюту и приказал подавать ужин прямо сюда. Воля капитана -- закон на любом корабле, в любом из миров, так что вскоре прямо на палубе появился стол, а на нем хорошо сервированный ужин.

-- Лодка, метров двести - подал сигнал ночной наблюдатель, и только хлебнувший янтарного аперитива Иван скривившись отложил нож и вилку.

-- Одна? Больше никого нет? - от ответа наблюдателя зависело, прервет ли он поздний ужин или нет.

-- Да, одна, идет точно к нам, в ней пятеро: четверо гребут, один на носу. -

Лейтенант пригубил из бокала вина, отщипнул виноградинку, неторопливо прожевал и только потом отдал приказ:

-- Дежурной вахте абордажников готовность, передать остальным, что на флагмане гости. Наблюдателям смотреть в оба и не на гостей, а вокруг. -

Вскоре вдоль нужного борта рассыпалось два десятка спецназовцев в доспехах и с луками в руках, пара дежурных магов-игроков приготовились к любым неожиданностям, а немногочисленные по ночной поре моряки проверили хорошо ли ходят в ножнах ножи. Приготовился и Иван, хоть так и не встал из-за стола, но принесенные слугой гранаты, жезл и меч были под рукой, да и сам слуга, достаточно дорогой заготовка-маг, был готов ударить боевым заклинанием или прикрыть хозяина щитом. Сам капитан корабля ждал что будет дальше, заедая ожидание тонкими пластиками сыра под вино. Приготовления не понадобились -- на тут же ушедшей обратно в ночь шлюпке прибыл Сулмендир, член клана Красного Дракона и его же шпион.

-- Присаживайся, - Иван гостеприимно пригласил нежданного гостя за накрытый стол. - Как говориться, чем бог послал. - Ему было любопытно, ведь насколько он знал, кореш Папаши (Альдарона) должен был окучивать континент, а не шляться по разным островам.

-- Благодарствую, - Сулмендир присоединился к капитану за столом, слуга без приказа наполнил его бокал и изящно, не мельтеша сервировал перед ним прибор.

-- Чем могу? - капитан корабля не торопился, собственноручно подлил гостю вина, дал рейнджеру-шпиону выпить и закусить и только потом спросил о причинах такого неожиданного визита.

-- Мне срочно нужно в цитадель, желательно сразу в цитадель, а не транзитом через Узел и желательно не светиться у Гильдейских телепортов. -

-- О как, ну ты удачно попал -- Дримм откроет портал с утреца, заберет всех лишних прямо на Курорт. -

-- Я знаю, поэтому я здесь. -

-- Как, поделишься что за дела? - через некоторое время прямо в лоб спросил о причинах спешки Иван, такой прекрасной ночью не хотелось хитрить и разводить политес. - Или шпиономанией будешь страдать? -

-- Не буду, - расслабленно усмехнулся Сулмендир. - Все равно скоро станет известно. -

-- Ну и...? -

-- Десятый вал -- местный основной клан и их союзники-неписи хотят предложить нам дело: вместе с ними напасть на одно пиратское гнездо, остров с хорошей гаванью -- сам остров они хотят забрать под себя, а нам предложат серьезную добычу и жемчужные промыслы, которые принадлежат обитателям острова. -

-- Неплохо, - одобрил предложение Лейтенант. - Жемчуг это хорошо, серьезная добыча -- еще лучше. А все-таки что за срочность-то и почему ты стремаешься Гильдейских порталов? -

-- Не хочу облегчать им жизнь -- она у них итак через-чур легкая! -

-- В смысле? - не понял Иван.

-- В отличие от нас у них уже есть сеть агентов по всей акватории Южного океана и вне его -- очень хорошая сеть, нам до них как до луны -- явно кто-то знающий делал. Я сам чуть не попался и чисто случайно на них вышел. И знаешь чем они занимались?! - задал риторический вопрос Сулмендир и тут же сам на него ответил: - Искали нас, вернее уже нашли! -

-- Не понял? - нахмурился Иван -- ему не понравилось КАК Сулмендир это сказал.

-- Они точно знают где находятся Гаваи, и сейчас пара их кораблей движется прямиком к нам! -

-- Вот палево! - у Лейтенанта сразу пропал аппетит. - Как, блин, они узнали?! -

Сулмендир произнес одно только слово, но это слово объяснило все:

-- КАНДИДАТЫ, - он имел в виду не прошедших испытания игроков. Несмотря на то что до посвящения в клан новичков не допускали к главным тайнам Драконов, у них просто по факту нахождения внутри сообщества Драконов всегда имелась возможность многое узнать и к тому же пусть и самым краешком, но их все-таки вовлекали в многочисленные клановые дела, вроде торговли вином или потрошения древних фейрийских поселений.

-- Х...е...сы!!! - Лейтенант стукнул кулаком по столу, но затем успокоился и подлил вина в бокалы. - Че уж теперь икру метать -- рано или поздно такая фигня должна была произойти -- мы столько шушеры отсеяли за последние полгода, что просто по теории вероятности где-то должно было протечь. Думаю и про цитадель, и про город, если не знают, то скоро узнают. -

-- Вполне может быть, - не стал спорить Сулмендир. - Но нас по прежнему трудно достать -- порталы мы можем перекрыть, а топать до нас, так сказать, пешкодралом придется несколько месяцев и все по неисследованным местам, по чащебам или степи -- что лучше-хуже даже не представляю. Честно не представляю! -

-- Хрен редки не слаще, - выдал пословицу повеселевший Лейтенант и поднял бокал, - за хренов-орков и редек-варваров и за тебя, разведка! -

Выпили, потом некоторое время метали с богатого стола.

-- Слушай, а чего эти Десятки хотят? Напасть на нас двумя кораблями это наглость -- даже если флота не будет на Гаваях, мы их все равно раскатаем в блин! Десятки грифонов думаю хватит. Ха! - от собственного невольного каламбура прыснул Лейтенант. - Десятка раскатает Десяток -- смешно, надо будет запомнить. -

-- А они и не собираются нападать, хотят поговорить, показать свою силу, осведомленность и сделать нам предложение в духе Аль Капоне. Как я уже сказал вполне выгодное предложение, но они все равно подстраховались и нашли на нас хороший рычаг давления -- не только ''доброе слово'', но и тот самый пресловутый ''пистолет''. -

-- Жесткие ребята, - покивал Лейтенант. - Но вот только начинать с угроз это как чике сначала показать нож, предупредить, что ты не постесняешься пустить его в ход в случае отказа, а потом дарить цветы и звать в кино. -

-- Поэтому и спешу: нужно подготовиться, желательно пустить им пыль в глаза, показать, что мы сильны. Лучше всего, если одна из наших эскадр перехватит их еще до острова, а потом сопроводит -- думаю, это собьет с них лишнюю спесь. Потом, я примерно знаю, где одна из их постоянных баз, и полдюжины любимых мест стоянки тоже могу указать. Так что они знают про нас, мы кое-что про них -- поговорим на равных, в конце концов мы им тоже нужны. -

-- Резонно, - согласился Иван. - Ну что, сразу как пройдешь, ''сядешь на уши'' Главе? -

-- Нет, сначала найду Альдарона, все ему обскажу, а дальше пусть уж он вместе с Главой и адмиралом меркуют, что делать с гостями незванными и их предложением. -

-- А ты сечешь поляну, разведка -- далеко пойдешь! - обдумав ответ похвалил новичка Лейтенант.

Сулмендир кивнул, по собственному опыту он знал: прыгать через голову непосредственного начальника не очень мудро и не только потому, что это подло и некрасиво, и тем самым ты обидишь того кого обошел, а возможно приобретешь в его лице врага (такого врага как Альдарон не дай бог!), но и потому, что ты просто в силу своей должности чего-то можешь не знать и вместе со своим ''гениальным'' и скороспелым планом или непроверенной информацией вполне вероятно попадешь в просак. Да и не так уж и часто встречаются начальники-любители тех, кто идет по головам, конечно бывают такие, но кончают ''любители пираний'' всегда одинаково -- их рано или поздно съедают ''любимые рыбки'' и вокруг нет никого, кто мог бы им помочь...

-- Значит утром, а где? - в конце позднего ужина уточнил насчет портала Сулмендир.

-- Да прямо под нами, - топнул ногой по палубе капитан корабля. - Уйдут все моряки и охрана с проданных кораблей. Останется только моя команда и усиление из спецназа. -

-- А если покупатели завтра не приплывут и вообще откажутся от сделки? -

-- Приплывут, на задних лапках прибегут по воде аки посуху, - уверенно развеял сомнения гостя Лейтенант. - Ты бы видел как у них слюни текут при виде наших кораблей, чуть не захлебываются и все пытаются узнать, когда следующая партия. А еще, собаки, постоянно пытаются сманить кого-нибудь из команды к себе на службу и ко мне тоже подкатывали, чтобы я уступил моряков. Кстати, сулили хорошие деньги. -

-- А как насчет денег? - уцепился за последнюю фразу Сулмендир. - Не боишься, что они заплатят, а потом подкараулят в океане или тех же пиратов наведут? -

-- Не -- все продумано, еще с самого начала: от них приходит лодка, их спецы осматривают корабли, сообщают их бугру, и если все в порядке, он передает мне лавэ, но не за корабли, а за двухнедельный запас продовольствия и воды на каждом из них, ну и посылает магического гонца. Тот к кому послали гонца кладет в банк положенную сумму, а наш чел проверяет все ли положено и посылает гонца уже мне -- как только я его получаю, снимаю остатки охраны с кораблей, то самое усиление из спецназа, и отваливаю, а сюда подваливает пара их посудин с экипажами на перегон. -

-- Говоришь их не только корабли интересуют, но и команды? - ухватился за интересную подробность Сулмендир. -

-- Ага, - зевнул Лейтенант и вставая предложил: - Давай-ка расходиться и на боковую, тебе покажут где можно до утра упасть, а то завтра трудный день: мне следить за сделкой -- мало ли что, да и тебе придется побегать и поработать языком. Сомневаюсь, что тебе удастся свалить все на Папашу и бить баклуши -- скорей всего и Дракон, и Диссидент захотят тебя самолично попытать. Жалко меня еще не будет, когда вы будете Десятку встречать. -

Лейтенант со всех сторон был прав, и вскоре игроки разошлись: капитан корабля в свою каюту, а гость в комнатку для гостей. Через несколько часов, еще до рассвета Дримм открыл портал в трюме корабля, Сулмендир прошел его одним из первых и довольно быстро нашел Папашу, ну а Лейтенант в то самое время уже встречал на этот раз вполне ожидаемых гостей.

Великий Южный океан, Курорт (Гаваи) -- остров-база клана Красного Дракона.

Три дня спустя.

Дримм.

-- Все-таки хорошо ребята постарались, - думал фейри, с удовольствием гуляя глазами по работавшей верфи, где ладили шлюпки, снасти и разный прочий прибамбас для кораблей, по парочке вытащенных на берег судов, чьи корпуса чистили, конопатили, а потом обшивали медью, по еще одному судну в никогда не пустовавшем наливном доке (рядом почти достроили еще один). - За считанные месяцы наворотить такое, да еще выровнять бухту и ремонтировать трофеи перед продажей -- действительно молодцы, ничего другого и не скажешь! -

Дримм вспомнил что он не один и, повернувшись к сопровождавшей его свите, уже вслух озвучил свои мысли:

-- Я впечатлен. -

Халлон, Робокоп и несколько сопровождавших их мастеров-игроков довольно переглянулись, Анариэль о чем-то увлеченно беседовала с солидны мастером корабелом из неписей, ну а Василиса душераздирающе зевнула и за ради борьбы со скукой поддела носком сапога подвернувшегося краба, отправив его в недолгий полет. Краб едва не угодил в котел с кипящей смолой, возмущенно поворочался на песке, отгоняя щелчками здоровенных клешней азартно вившегося над ним Дара, и поскорее уполз в сторону океана, спеша покинуть столь негостеприимные и опасные края. Некоторое время разыгравшийся дракончик его преследовал, а потом вернулся к хозяину и, обвив подросшим телом ножны с теплым Крохобором, задремал, провалившись в свой обычный по-детски частый, но не долгий сон. Тем временем инспекция шла своим чередом: начальствующие игроки по специальному пандусу попали внутрь наливного дока, на палубу расположенного в нем корабля. Дримму представили еще одного наемного специалиста из неписей (мастера по такелажу), а затем адмирал, Робокоп и такелажник закатили Главе лекцию о том, чего они хотят добиться применительно к этому кораблю. Дочка совсем ошалела от скуки и нашла себе занятие, разглядывая полуголые потные тела мастеровых-заготовок и представляя себе разные непристойности с собой и с ними -- как всегда заготовки чувствовали ее внимание и не сказать что были ему рады. Ну а Дримм, старательно игнорируя иногда приходящие от питомицы образы (тьфу(!) -- разврат и групповуха), внимательно слушал адмирала и мастеров, поддакивал, соглашался и хвалил, беспрекословно следуя за ними по всему кораблю и осматривая то, что они хотели ему показать. По собственному опыту он знал, как важно одобрение и понимание твоей работы со стороны вышестоящих, и как после проверки начальства (разумеется успешной) поднимается настроение и желание творить дальше и больше. Поэтому Дримм не скупился на похвалы, тем более было за что. Впрочем понимавшего лишь общий смысл фейри занимали совсем другие проблемы и нет, не Дочка с ее дежурной и в общем-то безобидной похабщиной (питомица никогда бы не опустилась до заготовок, по крайней мере обычных), а то, что случилось почти две недели тому назад -- на взгляд Дримма произошедшее тогда было много серьезней и важней в общем-то попутной и не такой уж и нужной инспекции...

12 дней назад.

Старая цитадель, лаборатории некромантов.

Дримм, Туллиндэ, Исилиэль, Василиса, Послушный.

-- Ну что, помолясь начнем? - спросила Туллиндэ, щупая один из слабо дрожащих мешков руками. Мешок-инкубатор никак не реагировал на прикосновение некромантки, но тем не менее каждого из находившихся в зале игроков преследовало стойкое ощущение, вернее предчувствие или догадка: внешне совершенно гладкий мешок чем-то непонятным напоминал настороженное живое существо, готового к броску хищника в засаде, и это заставляло нервничать. - Вроде созрели уже и главный признак, перестали пахнуть. -

-- Если тут и молиться, то только Термезу, - поежилась Исилиэль, - или можно Людмилу пригласить, пусть проведет обряд благословения. -

-- Еще чего, - тут же пошла на попятную Туллиндэ, - вдруг чего нарушит! Ты бы еще попа с Земли предложила пригласить! -

-- А стоило бы! - огрызнулась Исилиэль и только теперь стало по настоящему видно как она нервничает. - Я до недавнего времени чуть ли не каждый день с ними работала и чувствовала как то, что вы сотворили, растет внутри мешков, как оно хочет наружу и осознает себя, а теперь они выросли, и я не могу к ним пробиться. Но потому что я о них уже знаю, скажу: таких тварей я не встречала! Как бы они не выглядели внешне, по сути они -- жуть жуткая. Как бы нам всем не пожалеть... -

-- Ух ты! А это даже интересно, - Туллиндэ снова огладила уже другой мешок. - Выходит стоящее что-то получилось раз они сумели так тебя напугать. -

-- Давайте уже начнем, - закончил пререкания девчонок Дримм, - не зря же мы здесь собрались. И вы обе правы: во-первых запах, а во-вторых, я тоже ощущаю отклик -- там в мешках уже практически полноценные, способные думать создания, и они действительно блокируют, - тут Дримм уточнил, обращаясь к Исилиэль, - тебя. -

-- А тебя значит нет? - заинтересовалась и сразу забыла свои страхи девушка.

Дримм неопределенно мотнул головой и взглядом разрешил Туллиндэ начинать. Некромантка прошлась между мешками, коснувшись каждого из них специальной покрытой рунами палкой, огладила их руками, произнесла несколько слов и под усилившуюся дрожь инкубаторов отошла к остальным. Маги-экспериментаторы застыли в напряженном ожидании, а питомцы Главы переглянувшись синхронно положили руки на рукояти мечей (Послушный был в гуманоидной форме) и разошлись таким образом, чтобы в любой момент броситься между хозяином и возможной угрозой.

Мешки поменяли цвет на кроваво-красный, потом постепенно позеленели, а затем мгновенно перестали дрожать и так же мгновенно почернели до цвета ваксы. Секундная пауза... и треск! Лопнул первый из мешков, потом второй и остальные. На дне каждого мешка образовалась щель, которая тут же разошлась под тяжестью того что скрывалось внутри, и на каменный пол вывалились серокожие тела. Тела неловко ворочались на полу, а на них, мешая разглядеть их во всех подробностях, осыпались пеплом давшие им жизнь мешки.

-- Хм, я думала будет больше грязи, - прокомментировала произошедшее Туллидэ. - Дримм, ты ведь помнишь, какой обычно духан стоит? -

Фейри кивнул, еще бы он не помнил: после каждого эксперимента от запаха слезились глаза, болела голова, а то и на пару дней исчезало намертво шокированное обоняние.

-- В последний раз, - Туллиндэ имела в виду экспериментальных големов в Хлебной долине, - было примерно так же, а тут только пепел и нет даже легкого запаха. - Некромантка принюхалась, и ее глаза расширились: - Вообще ничем не пахнут. -

-- Это хорошо или плохо?- напряженно поинтересовалась Исилиэль.

-- Это странно, - ответил ей Дримм и шагнул вперед поближе к вялым засыпанным пеплом существам.

Некоторое время фейри, заложив руки за спину и покачиваясь с пятки на носок, рассматривал десять распростертых перед ним фигур, а затем тихо, но властно приказал:

-- Встать! - продублировав слова ментальным посылом.

Василиса и Послушный едва удержались от того чтобы броситься вперед, а Исилиэль наоборот назад, одновременно активируя щиты -- только что вяло трепыхавшиеся ''младенчики'' даже не вскочили, а ОКАЗАЛИСЬ на ногах, застыв в зловещем молчании всего в двух-трех шагах от фейри.

-- Ух ты! Какие резвые! - В отличие от перенервничавшей Отличницы (Исилиэль) некромантка не то что не отскочила, наоборот ринулась вперед и, если бы не рука остановившего ее Дримма, попыталась бы рассмотреть и пощупать новорожденных существ, как недавно щупала давшие им жизнь мешки.

Некоторое время все, и игроки, и готовые немедленно вступить в бой питомцы Главы, рассматривали получившихся в ходе эксперимента существ. А посмотреть было на что: худые, похожие по конституции на узников концлагеря серокожие люди (по крайней мере на вид), ростом примерно метра за два, несмотря на излишнюю худобу довольно пропорционально сложенные, даже в чем-то красивые и без часто присущих нежити клыков и когтей, но с головой выдававшими их происхождение антрацитовыми глазами на бесстрастном лице. Дримм первым догадался проверить их опознанием, и вот что он увидел:

Раса -- неизвестно.

Класс -- неизвестно.

Класс -- высшая нежить, ОШИБКА -- некорректное определение.

Класс -- голем плоти, ОШИБКА -- некорректное определение.

ОПОЗНАНИЕ НЕВОЗМОЖНО. ОПОЗНАНИЕ НЕВОЗМОЖНО. ОПОЗНАНИЕ НЕВОЗМОЖНО.....

-- Ну не в первый раз, - в отличие от девчонок фейри совершенно не удивился выданному опознанием результату -- сталкивался уже и не раз, и не два, и не три (Туллиндэ тоже сталкивалась, но много реже). Вместо этого Дримм обратился к своей обычно выручавшей его в таких ситуациях внутренней сути фейри, к связи, что имелась у него с существами (как-никак в каждом из них бежит ЕГО кровь -- кипящая от магии кровь фейри), а так же к тому, как их воспринимают его питомицы -- все это должно было заменить давший осечку навык игрока. Примерно тем же занималась подключившая уже свои уникальные способности Туллиндэ. А вот у Исилиэль, пусть она и была сильнейшим менталистом клана, не было ничего такого, и она не знала что делать -- опознание не работало, а как менталист она не могла пробиться сквозь окружавший существ ментальный барьер.

Четыре хоть и связанных, но абсолютно разных источника информации помогли Дримму немало узнать о новорожденных существах, хотя разобраться в часто противоречивой и неполной информации было не так уж и легко. Меньше всего информации фейри получил от Послушного -- пес-оборотень не чувствовал от черноглазых созданий какой-то угрозы, даже относился к ним с некоторой симпатией, как к творениям хозяина, на которые тот возлагает немало надежд. Тем не менее кое в чем Послушный помог: у созданий не билось сердце и все-таки имелся запах, пусть очень тонкий и слабый, но тем не менее он был, и пахли новорожденные не так как должна была пахнуть нежить, но все же и не как живые существа -- Послушный затруднялся дать запаху определение, просто запомнил его на будущее. Много больше помогла Василиса: невероятно сильная, сказочно быстрая, на зависть всем искусная в бою и щедро одаренная уникальными магическими умениями питомица мало кого боялась (практически никого), не боялась она и черноглазых серокожих голышей, но опасалась и точно знала, в бою против них придется не легко, даже сейчас, пока они еще не оправились после рождения и не набрали сил и опыта. Откуда у нее такие знания, Дочка не смогла бы объяснить -- знала и все, не забивая свой разум бесполезными догадками. Не стал забивать себе голову и Дримм -- инстинктам питомицы он доверял как своим. Василиса пока не чувствовала от них прямой угрозы, но потенциальную опасность ощущала, не столько даже Дримму, сколько Туллиндэ и переживала, что серокожих 10, а их с Послушным только двое и если что, они могут не успеть перехватить всех.

Дримм послал ей успокаивающую и ободряющую мысль.

Внутренняя суть фейри заинтересованно коснулась экспериментальных созданий (и те ощутимо вздрогнули, почувствовав этот интерес), не обнаружила в них никакой угрозы и, отступив в глубину души, затихла. Но больше всего информации Дримм получил через свою кровь, что бежала по жилам новорожденных существ и бежала не с помощью филонившего сердца, но по воле породившей их магии, в том числе и магии фейри. Физически создания действительно в какой-то и очень немалой степени напоминали нежить, разве что абсолютно не боялись серебра и солнечного света, впрочем и среди нежити, особенно высшей нежити, не редко встречались такие кадры. Но вот в чем дело: нежитью, по крайней мере в классическом смысле, они как раз и не были -- Дримм понял почему не работает опознание -- попробуй таких опознай: если нужно, все органы тела могли работать, создания способны были дышать и питаться обычной пищей, идеально маскируясь под живых существ. Впрочем почему маскируясь? Они и будут живыми существами... и в то же время, если нужно, вновь станут нежитью, неуязвимой для оружия против живых, и может быть Дримм и ошибался, но предположил: в живом (или все же псевдоживом?) состоянии их будет трудно достать специализированными заклинаниями против созданий Смерти. Очень необычные существа, не просто живые или неживые, а способные поочередно быть и теми, и другими, меняя форму с легкостью одетой и сброшенной перчатки. К тому же удивительные творения Дримма и Туллиндэ могли как вампиры питаться кровью, и нет, кровь не нужна им для жизни, и они прекрасно обойдутся без нее, но несущая жизнь жидкость послужит как прекрасный стимулятор, способный на время увеличить их и без того немалые силы. Ну а что касается сил, то Дочка не зря волновалась -- в худых серых телах бурлила чудовищная мощь, дикая скорость и огромный запас самовосстановления -- куда там высшей нежити и большинству живых монстров! Еще: способность противостоять ментальному воздействию; высокое сопротивление боевым заклинаниям стихийных школ и Природы (в том числе самому страшному врагу ЛЮБОЙ нежити -- огню); ПОЛНАЯ нечувствительность к магии Смерти, вернее не так, к боевым заклинаниям школы Смерти направленным против них, а вот бафы этой школы наоборот подействуют на них удивительно хорошо и если этого мало, совершенно необычная способность (впервые встреченная Дриммом) поглощать направленную против них магию и магию вообще. Да, именно магию и именно поглощать, и не просто поглощать, а использовать как дополнительный источник силы: существа не сумеют поглотить ВСЮ магию (иначе они не имели бы цены), но если, например, в кого-то из них прилетит огненный шар, то он нанесет меньше повреждений чем должен был, и часть его энергии пойдет на восстановление причиненного им же ущерба или на другую надобность существа: в скорость ли, в силу или... в магический удар.

Существа действительно владели магий, вернее пока не владели, но если пожелают их создатели, то могли овладеть -- две дюжины пустых ячеек в двух разделах магии (Смерть и Природа) ждали заклинаний, и Дримм инстинктивно понял, как их туда заложить. Боевыми магами существам не стать -- слишком маленький выбор заклинаний, слишком маленький резерв маны, слишком медленно она восстанавливается естественным путем (хотя поглощение враждебной магии могло помочь), но черноглазые смогут удивить своих врагов и ударить пару раз сильными вплоть до 6-ого уровня боевыми заклинаниями или от десятка до полусотни более слабых, или сотворить щит.

Не менее любопытным был и их разум: Дримм с удивлением понял, что каждому из них доступна как память бандитов, что послужили строительным материалом для их тел, так и то, что за время созревания вкладывали в них маги-игроки -- создания могут использовать полученное, но не так как разумное существо, а скорей как дрессированный зверь, которого обучили набору команд или робот, в которого заложили набор программ. В остальном их разум больше всего напоминал разум только что купленных заготовок -- такой же чистый белый лист с набором базовых умений: как дышать, есть, ходить, говорить и выполнять полезные функции, ради которых их купил игрок. Но было и отличие -- при всей своей похожести на роботов заготовки были живыми: со временем у них появлялись привязанности и антипатии, эмоции, желания, чувства, и при всей их ограниченности и неспособности нарушить заданные при рождении программы они росли и развивались как разумные существа. А вот серокожие создания магии в принципе не способны на это -- Дримм увидел холодный, действительно как у настоящих роботов интеллект, способный воспринимать приказы и информацию, в какой-то очень ограниченной степени учиться на своих ошибках и... в общем-то все. Хотя в жизни редко встречается абсолют -- возможно со временем и появится что-то такое, более присущее живым, разумным существам. Но в настоящий момент Исилиэль была права -- действительно жуть жуткая -- абсолютно безжалостные существа, готовые выполнить ЛЮБОЙ самый мерзкий, жестокий или безумный приказ. Кстати, насчет приказов: Дримм так же осознал, что несмотря на то что творения ему подчинились, он не был для них окончательным авторитетом, как впрочем и пестовавшая их пока они спали-созревали в инкубаторах Исиллиэль. Туллиндэ -- вот кто являлся их безусловным и абсолютным хозяином, приказ которого НЕЛЬЗЯ не выполнить. Хотя в отсутствие Туллиндэ кровь Дримма в их жилах позволяла фейри ими повелевать, но все это было не важно, если бы приказ отдала им их истинная госпожа -- они без колебаний и сомнений выпустили бы всю свою кровь и оторвали любую на выбор часть своего тела, стоило ей только пожелать.

-- Прелестно... - Туллиндэ закончила раньше Дримма и видимо со своей стороны поняла про них все что нужно, поскольку без всякого страха пошла вперед и первым делом засунула одному из них пальцы в рот. Создание без приказа раздвинуло челюсти и даже наклонилось, чтобы хозяйке было удобней.

Подошел к ним и Дримм, так же начав привычный осмотр, а вот Исилиэль все еще не решалась, впрочем ничего удивительного -- у нее не было такого опыта как у некромантки и фейри.

-- Красавчик! - восхищенно провела по все-таки имевшимся у созданий клыкам Туллиндэ. Вполне обычные вампирские клыки скрывались в необычных полостях в верхней челюсти и когда не нужно не были видны, вернее видны, но самый их кончик, как обычные короткие клыки человека. Дримм тем временем приказал другому перейти в живой режим и довольно кивнул -- одна из его скороспелых догадок подтверждалась: как только забилось сердце и заработали легкие, кожа начала розоветь.

-- Почти как живой, - изумленно прошептала подошедшая Исилиэль и коснулась щеки почти потерявшего свой серый оттенок создания. - Холодная! - она тут же отдернула пальцы, но через секунду снова коснулась: - Теплеет. -

-- Нужно время, - пояснил Дримм, ножом проверяя кожу созданий на прочность, и обращаясь к Туллиндэ спросил: - Как думаешь, если перевести их всех в живой режим, получится их откормить, подкачать им мышцы, и смогут они все это сохранить при обратном превращении? -

-- Почему нет, - пожала плечами некромантка. - Хорошая идея, а то такие дистрофики, что ничего кроме жалости не внушают. Заодно посмотрим, как они будут себя чувствовать и как на них подействует обычная твердая пища, ну и с кровью тоже надо будет испытать. - Повинуясь ее мысленному приказу и остальные создания начали розоветь и дышать.

-- Они что вампиры?! - широко распахнулись глаза у Исилиэль.

-- Они много кто! - с вполне узнаваемой материнской гордостью произнесла Туллиндэ, потрепав одного из них по лысой и пока еще неестественно серой голове. - Интересно волосы отрастут или нет? - тут же вслух задумалась она.

-- А вот меня больше волнует не отсутствие или наличие у них волос, - озвучил свои мысли Дримм, - а какие заклинания в них закладывать, и смогут ли они пользоваться жезлами? -

-- С заклинаниями просто, - Туллиндэ ходила от одного к другому, щупала меняющуюся кожу, прикладывала руки напротив сердца и оттягивая веки заглядывала им в глаза, - по щиту помощней и поуниверсальней от каждой из школ, так же от каждой из школ по средненькому и не слишком затратному боевому, что-нибудь убойное и масштабное от Смерти уровня так 6-ого, того же 6-ого, но оглушающее или парализующее от Природы, остальное дебафы, бафы и лечилки, насчет Природы можно с Боровиком (Айноном) посоветоваться. С жезлами не знаю, хотя опять таки почему нет? Проверять надо. -

-- Проверим, - согласился Дримм. - А пока их нужно откормить. Ты права насчет них -- Освеннцим отдыхает. -

-- А еще одеть, - не глядя ткнула вниз слегка зардевшаяся Исилиэль.

-- Хороший стояк, - взглянув куда она показывает, прокомментировал Дримм, - значит кровь хорошо разошлась по всему телу. -

-- А они смогут того, - заинтересовалась Туллиндэ и показала на пальцах, что она имеет в виду. -

-- Как ты раньше говорила, почему бы и нет, если приказать, будут делать что приказано, но я не чувствую в них никаких эмоций или отклика, желания ноль -- роботы. А это чисто физиологическая реакция на прилив крови, скоро пройдет. -

-- И слава богу, - хихикнула Исилиэль, - мало нам проблем с заготовками. -

-- Каких еще проблем? Почему не знаю? - удивился Дримм, а вот Туллиндэ и Дочка похоже знали, поскольку тоже заулыбались как и немного смутившаяся после вопроса Главы Исилиэль.

-- А что Людмила не рассказала? Видимо решила, это не так уж и важно. -

-- Давай уже колись. -

-- Несколько спецназовцев, универсалов и эльфов-стрелков из старых надули животы нескольким Белкам, и их папаши танками наехали на Людмилу насчет женитьбы, а она пока тянет время и не может их послать -- все-таки она жрица, да и жалко ей их. -

-- Стоп! - Дримм не смеялся, а наоборот был предельно серьезен. - Вы знали? - взгляд на Туллиндэ и Василису. Василиса сразу перестала смеяться, почувствовав настроение отца.

-- А что такого? - не поняла все также занимавшаяся черноглазыми Туллиндэ. - Разве что интересно будет посмотреть, что может родиться у неписи и заготовки. -

-- ЗАГОТОВКИ могут иметь детей! - артикулировал на первом слове Дримм. И увидев недоумение в трех парах глаз (Послушному было все равно) покачал головой: - Не понимаете? Ладно, потом поймете. А пока, Туллиндэ, покормишь и разместишь (Дримм кивнул на черноглазых), Василиса поможет с ними управиться. И действительно, оденьте их. Исилиэль, тебя искал Айсмэн, можешь быть свободна. Послушный, отправляйся в город, найди Людмилу и скажи что у меня к ней серьезный разговор, вернешься вместе с ней. -

Смена настроения Главы не осталась незамеченной, и все поспешили поскорее разойтись: Василиса и Туллиндэ одевать, кормить и размещать голожопый результат удачного эксперимента, Исилиэль искать брата, а Послушный исполнять привычную роль гонца. Дримм некоторое время постоял посреди пустой лаборатории, размышляя о том чем им всем грозит способность заготовок стругать детей с неписями-Белками и еще, могут ли женщины-заготовки родить. Голова пухла, особенно в свете того как все это может обернуться после переноса на Землю, когда по словам ученых и игроки смогут иметь детей, а заготовки и прихваченные с собой неписи смогут вполне определенным горизонтальным образом контактировать с людьми Земли. В конце-концов ради собственного душевного здоровья он на время отставил головоломательную тему и пошел к себе пытаться найти способ снизить запредельную стоимость и сложность, а так же срок созревания экспериментальных образцов.

*

Забегая вперед можно сказать: у Дримма и Туллиндэ получилось оптимизировать процесс, но не до такой степени как им обоим хотелось -- заменить спецназовцев так и не удалось. Впрочем получивших впоследствии весьма пафосное имя существ все-таки запустили в серию, и пусть их число было не велико, но они прочно заняли свое место как одна из важных составляющих частей боевой мощи клана.

Настоящее время.

-- .... и поэтому я считаю, что число рабочих заготовок на Кури и на Гаваях нужно удвоить, - закончил блестяще аргументированную речь адмирал. Робокоп и другие мастера затаили дыхание, готовясь ответить на любые вопросы и до конца отстаивать их общую с флотскими позицию.

-- У меня нет возражений, - обломал им сценарий Глава, про себя же подумал: - Засиделись вы ребята на островах -- если бы вы знали сколько ресурсов жрет город, вы бы не просили, а требовали и как минимум в 2-3 раза больше чем просите сейчас. Одна недавно ''с кровью'' пробитая Морнэмиром заявка на 2000 заготовок-универсалов для мастерских по производству кирпича чего стоит, а несколько вольнонаемных гномов-архитекторов в помощь Светлане, а... в общем только перечислять полчаса, так что ваши робкие запросы -- просто ерунда. Да и в отличие от города вы УЖЕ окупаете себя, давно превратившись в самое после продажи грибного вина доходное предприятие клана. -

Примерно по тем же основаниям не стала возражать и Анариэль, наоборот обычно прижимистая эльфийка осталась с мастерами после ухода адмирала и Главы и САМА предложила ошарашенным мастерам подумать над тем, чем она еще может им помочь. Ну а Дримму и Халлону предстояло решить другой вопрос: остров ждал гостей, парламентеров чужого клана, и их союзников-неписей в виде двух приближавшихся к острову кораблей. Незваные гости рассчитывали застать Драконов врасплох, ошарашить, сбить с толку и продавить выгодный им союз (Драконам впрочем тоже) -- не получилось. Эскадра клана встретила их в нескольких часах пути, и сейчас пять Драконьих кораблей из лучших сопровождали парламентеров на базу. План застать Драконов ''тепленькими'' провалился, и теперь будет равный разговор, разговор двух сильных кланов, и пусть Десятка (Десятый вал) -- сильнейший и старейший клан в акватории Великого Южного океана, Драконы тоже имели весьма и весьма серьезную репутацию, репутацию богатого клана, клана способного вести настоящую, большую войну.

А пока в шатре адмирала на берегу собирались участники последнего перед прибытием гостей совещания, Дримм пил вино и размышлял, но не о переговорах (тут он успел определиться), а о насыщенной событиями прошедшей неделе. Центральной темой его воспоминаний конечно же стало вторжение лесных банд с окраин варварских чащоб, о котором вовремя сумел предупредить Элеммакил. И он не только предупредил, но и отвлек на себя, а попросту уничтожил примерно треть угрожавших землям клана сил. С остальными бандитами пришлось повозиться подольше -- добро бы они шли единым войском, тогда все было бы относительно просто, но нет, пришлось выслеживать множество отдельных банд, да к тому же успевать прикрывать не только непосредственно земли клана -- город, шахты, карьеры, строившиеся военные городки и пока немногочисленные фермы вокруг города, но и разбросанные по огромной площади поселения Белок. Хотя нет худа без добра -- застигнутые в процессе формирования отряды Айсмена и Менелтора получили прекрасную возможность потренироваться перед настоящим делом и почти самостоятельным плаваньем. Впрочем только двумя отрядами дело не обошлось, участвовали все, пришлось даже привлекать флотских и снимать рейды со степи, благо вторжения можно было пока не ждать, а оборудование пограничной черты можно было отложить. Проявили себя и недавно созданные големы, творения Дримма и Туллиндэ: к сожалению фейри сам не смог посмотреть на них в бою, и испытания проводила одна Туллиндэ, вернее она водила их в бой, но тактику их применения придумал ее муж. Менелтор подошел к проблеме творчески и с фантазией, впрочем он ко всему так подходил -- созданные его женой воины превратились в некий аналог гренадер: гранаты (которые чудовищно сильная нежить могла швырнуть чуть ли не на километр и с точностью лучших бейсболистов Земли), жезлы (они все-таки могли ими пользоваться) и их собственная магия. Экспериментальные мертвяки сработали на отлично, настолько умело используя магию и доступное им оружие, что даже ни разу не вступили в рукопашный бой, хотя тут скорее была заслуга Менелтора как командира. Бандитов уничтожили всех, никому из них не удалось уйти, впрочем клан тоже не сумел избежать потерь -- пару поселений Белок они успели взять и Драконам осталось только отомстить. Дримм и отомстил, послав по два десятка грифонов к каждому из мест откуда они пришли -- пассажиры грифонов не захватывали укрепленные поселки посреди развалин бывших городов, а просто вывалили на них сверху груз многочисленных сумок и, оставив позади костры на полнеба, улетели назад.

Раздумья Главы прервала вошедшая в шатер последней Анариэль, чуть раньше ее подошли Альдарон и Сулмендир. Но прежде чем совещание началось адмирал сообщил, что получил ментальный сигнал, а значит меньше чем через час в гавани Гаваев отдадут якоря корабли парламентеров.

Первым взял слово Альдарон:

-- Прошу у всех вас прощения, - неожиданно (впрочем может быть и нет) повинился главный безопасник клана. - Все что сейчас происходит -- моя вина -- недоглядел и не предвидел. -

-- Прекрати! - раздраженно оборвал его Дримм. - Ты еще в отставку попросись! Сразу предупреждаю, попросишься -- получишь, но только в рожу! Это вина всех, в том числе и моя, и твоя, и старших рейдов, что работали с кандидатами, и тех, кто их рекомендовал, и еще много кого! Хватит об этом виноват-невиноват -- нужно решить проблему и двигаться дальше! -

-- Верно-верно, - поддержал Главу Халлон. - Не возводи на себя напраслину -- столько новичков и годных, и не годных, попробуй их отличи -- у каждого свои закидоны в башке. Да и вообще радоваться надо, что мы сумели не пустить такую падаль в клан, и они хоть и нагадили, но не так серьезно как могли -- вы знаете, что я имею в виду. -

-- А правда, - поддержала его Анариэль. - Если бы ушла информация о переносе, вот бы была беда! А это тьфу и растереть -- справимся! -

-- Так что заканчивай виниться и страдать, - подвел итог Глава, - и давай дело делать! Что вы там за эти два дня накопали на Десяток и их союзников? -

Адьдарон как обычно не позволил себе внешних проявлений чувств, а лишь только кивнул на слова Главы и открыл тонкую папку.

-- Итак Десятый вал, больше известный как Десятка -- довольно сильный клан, пока что лидер в Южном океане, хотя несколько кланов уже дышат ему в затылок, мы не входим в их число. По численности -- 7-8 тысяч игроков, как и мы активно используют боевых и ремесленных заготовок. Владеют десятками боевых кораблей. Корабли не покупают, а строят сами, по собственному уникальному проекту, по результату у них неплохо получается. Есть несколько баз на необитаемых островах, сколько не знает никто, как и то, где находится их основная клановая цитадель. Раньше мы знали только про одну их базу, теперь благодаря Сулмендиру знаем про две. -

-- Почему они решили обратиться к нам раз есть более сильные и опытные кланы? - задала вопрос Анариэль, но ответил не Альдарон, а Дримм:

-- Потому и обратились: мы новички и долго не будем им конкурентами и в тоже время у нас серьезный флот и репутация сильных бойцов. -

-- Верно, - подтвердил адмирал. - Я кое-что слышал про них по телеграфу (внутри-игровой чат), говорят что они слишком зажрались и хорошо бы их тряхнуть на бабки и сбросить с пьедестала. В свете таких разговоров они ищут союзников, с которыми у них еще не было контр, а здесь в океане это только мы, ну или другие новички. -

-- С этим ясно, - согласилась с доводами Главы и адмирала Анариэль. - А нам какая польза от союза с ними? Еще попадем под перекрестный огонь, когда их придут на бабки трясти, оно нам надо? -

-- Можно? - попросил слова Сулмендир и получив разрешение от Главы пояснил: - Десятки не собираются предлагать постоянный союз -- их цель в другом: не отвлекая силы с других направлений, захватить остров враждебных их клану пиратов и превратить его в свою базу, тем самым уничтожить одного из своих врагов, а всем остальным показать, что они продолжают быть номером 1 и связываться с ними себе дороже. -

-- Что там с их союзниками неписями?- перешел к следующему вопросу Дримм.

-- Вольное братство, - мельком глянул внутрь папки Альдарон. - Оно встроено в клановые структуры, вернее у них симбиоз: неписи-пираты, члены братства, считают их клан своей частью, а Десятки рулят ими изнутри. Поэтому к нам и идут два корабля: вольные-братья-пираты -- далеко не бессловесные скоты, их интересы приходится учитывать. -

-- Это их слабость! - тут же ухватился Халлон. - Если что, можем использовать против них. -

-- Согласен, - поддержал его Дримм и в свою очередь спросил у Альдарона: - Есть еще что-нибудь, что может нам помочь? -

-- У них плохие отношения с Гильдией Контрабандистов, просто отвратительные. Не знаю, в чем там дело и что у них произошло, но идет настоящая необъявленная война. Это пожалуй все -- в остальном у них все более чем хорошо, по крайней мере пока. -

-- Теперь самое важное, - пристукнул пальцем по столу Глава, - соглашаться ли нам на временный союз и что мы с этого получим? Тебе первое слово Сулмендир -- ты вроде как знаешь их планы? -

-- Они хотят предложить нам долю в добыче соответственно количеству выставленных нами кораблей и численности команд -- тут все по честному без обмана. Еще нам отдадут жемчужные промыслы, а вот тут есть подвох -- промыслы раньше принадлежали паре местных государств: небольшому континентальному королевству и средненькому островному городу-государству, и те постоянно пытаются их вернуть. -

-- А как пираты жемчуг добывают, сами ныряют? - заинтересовалась Анариэль.

-- Зачем? - удивился Сулмендир. - Там, прямо на промыслах, на коралловых рифах рядом с ними есть несколько поселений морских людей ловцов жемчуга -- они и ныряют, отстегивают долю пиратам, ну и продают им остальное. Все довольны: ловцам жемчуга все равно кому платить за защиту, да еще пираты обращаются с ними гораздо лучше чем прежние владельцы. -

-- Молодцы Десятки! - засмеялась Анариэль. - Вроде бы они нас и не обманут, дадут честную долю, жемчужные промыслы, да только мы будем тратить все что с них получаем на защиту от желающих вернуть свое государств-неписей -- противостояние свяжет нас по рукам и ногам и не даст нам развиваться -- одним конкурентом долой! -

-- Так что, не брать промыслы? - не понял причины ее веселья Халлон.

-- Почему не брать? Возьмем! С удовольствием возьмем! И тут же продадим! Я даже знаю кому! -

-- Давай, - подтолкнул подчиненного Альдарон.

-- Есть еще одна возможность для нас получить прибыль, - озвучил свою задумку Сулмендир. - Как мне недавно рассказал Лейтенант, чак-чарцам нужны не только корабли, но и хорошие обученные моряки. -

-- Хорошие, только хорошие, всем нужны, - вставил реплику Халлон и жестом показал, что извиняется и не будет его больше прерывать.

-- Так вот, мы вполне можем потребовать право первыми отбирать пленников в счет своей доли или вообще потребовать всех пленников себе, возможно Десятки даже не будут возражать -- и без того получат целый остров. Мы же можем гораздо больше получить, если продадим их не просто как рабов, но как необходимых для королевского флота моряков. -

-- А они (чак-чарцы) возьмут пиратов? - с сомнением спросил Халлон.

-- Возьмут, - без тени сомнения подтвердил Альдарон. - Они кого угодно возьмут -- насколько я знаю, их вербовщики шарятся по всем окрестным портам. Да и Лейтенант мне тоже жаловался, что наших сманивают по-черному. -

-- Значит принципиально мы решили -- участвуем? - оглядел собравшихся Дримм, никто ему не возразил. - Халлон, сколько мы сможем выставить кораблей? -

-- Две эскадры могут выйти хоть сейчас, третья не полная -- ждем Лейтенанта, через пару дней он здесь. Если у нас будет хотя бы пара недель, сможем взять несколько купцов, тогда не придется грузить рабов непосредственно на наши корабли. Как экипажи на время операции используем перегонные команды. -

-- Добро, так и поступим. Значит готовь флот к выходу. Из города тебе подкинем сил, в основном новичков (игроков), но и спецназовцами не обидим. -

Довольный Халлон сел, а Глава переключил свое внимание на Альдарона и Анариэль:

-- Папаша, тебе и карты в руки -- ты с чак-чарцами заключал договор, тебе и разбираться с рабами, смотри не продешеви. -

-- Постараюсь. - Торговля рабами была для Альдарона новым делом, но как говорится: не боги горшки обжигают.

-- Анариэль, ищи покупателей на жемчуга, чтобы раз, и мы уже не причем, но с деньгами. -

-- Без проблем, - самоуверенно задрала носик Анариэль.

-- Вот и хорошо, а я буду готовиться к встрече дорогих гостей. Кстати, Халлон, тебе тоже придется поприсутствовать как адмиралу. -

-- Ну разумеется -- нам же с ними в поход идти, да и любопытно на них посмотреть, особенно на их корабли, я кое-что слышал... -

Желание Халлона осуществилось буквально через несколько минут -- в гавань Гаваев входили ожидаемые корабли. Первым в гавань зашел ''Бродяга'', и Дримм покачал головой, бросив взгляд на стоявшего рядом Халлона. Адмирал ответил ему взглядом невинных глаз. Дримм ничего не сказал, но про себя был доволен: флотские держались друг за друга крепче морских узлов и как могли выставляли в самом выгодном свете Тауротари. За кораблем проштрафившейся капитанши вошел ''Бегун'' -- еще один корабль клана, а вот за ним первый из кораблей парламентеров -- довольно большой, но изящный корабль с позолоченным единорогом на носу. Дримм было хотел спросить, в чем заключается оригинальность конструкции, но за ним показался другой, и вопрос отпал сам собой -- даже далекий от моря Дримм понял, какой из кораблей построен игроками, а какой принадлежит их союзникам неписям. Корабль Десяток глубоко сидел в воде, что и не удивительно, учитывая похожий на панцирь черепахи корпус, весь покрытый огромными и явно тяжелыми стальными пластинами, мачт не было и в помине, а палуба скрывалась внутри. Тяжести кораблю добавлял и массивный таран, похожий на гигантскую вилку (сразу три изогнутых подобно бивням слона стальных оконечности). Несмотря на такую тяжесть и всякое отсутствие весел и парусов, двигался предтеча броненосцев довольно ходко и по крайней мере здесь в бухте ни в чем не уступал своим более легким и вооруженным парусами собратьям. Дримм глянул на Халлона и увидел в его глазах понимание -- адмирала так же как и Главу заинтересовал способ, с помощью которого Десятки двигали бронированный корабль -- несомненно какая-то магия, интересно было бы узнать какая. Хотя может быть магия тут и не причем... тогда еще более интересно.

Между тем корабли становились на рейд и на них начали готовить шлюпки. Ну а Глава вместе с адмиралам отправились в старую и не так давно отремонтированную островную крепость, где специально выписанная из города Светлана старалась сделать все возможное, чтобы пустить гостям пыль в глаза.

Глава 22

Великий Южный океан, Курорт (Гаваи) -- остров-база клана Красного Дракона, старая фейриская крепость, главный зал.

Дримм.

-- Да почему мы должны давать вам такую долю! - навалившись на жалобно хрустнувший стол яростно взревел представитель Вольного братства пиратов, он же член совета старейшин клана Десятый вал -- игрок-варвар с суровым игровым именем Рыкарь и непонятным прозвищем Шекспиров племяш. - Мы выставляем больше полусотни кораблей, 9 с лишним, почти 10 тысяч бойцов, и в конце-концов, эта наша тема! А вы не цените такого к вам братского отношения и хотите заграбастать чуть не половину добычи, всех пленников и половину всех взятых в гавани кораблей, и это притом, что мы итак отдаем вам богатейшие жемчужные промыслы! А наглая чешуйчатая жопа не слипнется!? -

Огромный варвар пытался подавить оппонентов громогласным голосом, угрожающе перекатывавшимися под татуированной кожей мышцами, яростным взглядом и наглым напором, нависнув над столом всей своей чуть не пускающей пену изо рта тушей. Все его старания пропали зря -- даже на Земле такой фокус не прошел бы ни с Дриммом, ни с Халлоном, а уж здесь в Серединном мире, после того что им довелось увидеть и испытать, тем паче. К тому же при всех своих мышцах и страхолюдной внешности варвар-игрок сильно уступал в уровне даже Халлону, ну а Глава вообще превосходил его в два с лишним раза. Да и наконец, Драконы находились на своей земле, в СВОЕЙ крепости, посреди СВОЕГО острова, в гавани которого стоял сильный флот. А чем кроме могучих мышц и разявленной глотки располагал варвар? И ясно, что за ним могучий клан, но именно здесь и сейчас за ним стояли команды всего двух кораблей, а непосредственно в зале переговоров и того меньше. И все же при всем при этом варвар пытался давить и почти угрожал! Ну что тут сказать? Наглость -- второе счастье. Впрочем посланник Десяток хоть и орал, но не переходил определенную черту -- на него произвело сильное впечатление то, что они не сумели застать Драконов врасплох, а еще зрелище множества кораблей в бухте, мощная крепость на берегу, прекрасно оборудованная и растущая верфь, каменные (!) причалы в такой глухомани, грифоны с всадниками над головой и много чего еще -- все увиденное заставило гостей сильно поумерить свои брызжущие через край амбиции.

Варвара тоже можно было понять: за напускной грубостью скрывалась неуверенность в себе -- он ехал говорить с позиции силы и в тоже время, выступая как благодетель, предложить неопытным и недавно обосновавшимся в здешних краях Драконам выгодное дело и дружбу столь сильного клана как Десятый вал. И что же он видит? Сильный флот из десятков ухоженных кораблей, гавань, верфь, крепость на берегу, наконец скучающие лица Драконов, когда они услышали о щедром предложении его клана. Неудивительно что Шекспиров племяш нервничал и уже сомневался в успехе своего предприятия, но все равно хорохорился, хоть и понимал что выглядит смешно, особенно пытаясь давить на столь неправдоподобно высокоуровневых игроков напротив него. Больше всех в этом плане его смутил Глава -- самый высокоуровневый игрок, которого он видел за всю свою игровую жизнь, да еще слухи, что главный Дракон исхитрился один на один завалить бога... все это не добавляло ему уверенности.

-- Не беспокойся не слипнется -- мы вообще сторонники здорового питания, - между тем с юмором отвечал на претензию варвара Халлон. - Поэтому и хотим такую долю. Вы выставляете 50 кораблей, мы 18, но наши корабли больше, и вы могли в этом убедиться, так что если брать по тоннажу, то неизвестно кто выставляет больше. Вполне может статься что и мы. Теперь о бойцах: мы способны выставить 7-8 тысяч, это конечно меньше 9-10, но не намного, к тому же наши заготовки сильней, и наш клан имеет больше опыта войны на земле, чем вы. -

-- Ты гонишь, тре......! - вскинулся было варвар, но в последний момент удержал оскорбление на языке. - Много ты знаешь про наш опыт! Считаете если вы когда-то пару месяцев погоняли зеленых по горам, то стали экспертами!? ХА-ха-ХА! Мне смешно! Я смеюсь, падаю прямо! Уже упал и катаюсь по земле! А насчет того что ваши эльфы-переростки лучше наших зверей, то это полная лажа! Слава нашей морской пехоты, наших железнолобых, гремит по всему Южному океану, а про ваших спецназовцев не особо кто слышал! -

-- Можно прямо сейчас и сравнить, - неожиданно для всех предложил Дримм. - Вы увидите каковы наши бойцы, а мы посмотрим на ваших, тогда и продолжим разговор. -

-- Предлагаешь их стравить? - не особо удивился Рыкарь -- подобные зрелища частенько бытовали в среде игроков. Предложение не вызвало у него отторжения, наоборот он был обеими руками за, поскольку не сомневался, схватка заготовок докажет его правоту. Но даже если его заготовки и проиграют, то ничего. В концу концов, это только заготовки, разве нет? В любом игровом квартале можно купить еще.

-- Не стравить, а испытать, - поправил его Глава и пояснил: - пять ваших против пяти наших, без оружия, на кулаках, до нокаута. -

-- Можно и так, - немного разочарованно согласился Рыкарь -- он уже настроился на кровь, а бой на кулаках конечно интересно, но для него никогда не сравнится с боем на настоящем оружии. Варвар усмехнулся про себя -- он ошибочно решил: Драконы не уверены в своих бойцах или жмотятся, боясь потерять деньги, а возможно и то, и другое одновременно.

-- Стрелков испытывать будем? - уточнил отдававший распоряжения Халлон (он имел в виду обычных эльфов-стрелков).

-- Зачем? - покачал головой варвар. - У нас такие же что и у вас, нафиг их испытывать -- итак все с ними ясно. -

И в какой-то степени это было действительно так -- почти с самого момента образования клана на кораблях Десяток присутствовали такие же как и у Драконов стрелки-заготовки из расы лесных эльфов (те самые эльфы-стрелки), разве что в гораздо меньшем чем у Драконов числе. Но если бы спросили успевшего увидеть их фейри, то он никогда бы не согласился, что заготовки их клана и заготовки гостей хоть в чем-нибудь похожи. Может быть сразу же после покупки это действительно было так, но теперь заготовки Десяток сильно отличались от своих собратьев на службе у Драконов и отличались далеко не в лучшую сторону: страшно худые, в разномастных лохмотьях вместо одежды, с неизбывным голодным блеском в глазах, многие щеголяли уродливыми шрамами (даже эльфийская регенерация в некоторых случаях давала осечку, если ей конечно не помочь ). Не лучше обстояло дело и с оружием -- большинство все еще пользовалось родными луками (стандартное вооружение при покупке), а некоторые и вовсе использовали в качестве оружия разный хлам, который видимо стыдно было продавать и не жалко отдать по разным причинам лишившимся основного оружия стрелкам. И лишь со стрелами у заготовок не было никаких проблем (Десятки все же не зашли НАСТОЛЬКО далеко в небрежении нуждами своих воинов) -- централизованное снабжение самыми дешевыми стрелами все же присутствовало, и лишь в очень редких, исключительных случаях стрелки Десяток получали особые стрелы с уроном огнем (опять же самую дешевку), но и тут либо по жадности, либо по недомыслию, но игроки этого клана допускали использование стрелками разномастных трофейных стрел, часто не подходивших к таким лукам, что нивелировало умение заготовок, а если еще дрянное оружие на замену, то эльфы-стрелки превращались в убогую подделку под самих себя. Что говорить про остальное снаряжение, вспомогательное оружие, доспехи -- правильно, нечего об этом говорить -- ничего из вышеперечисленного не было и в помине. Так что пусть заготовки имеют одну и ту же расу, класс, за них заплачена одна и та же цена, и заплачена она в абсолютно одинаковых игровых кварталах, но заготовки Драконов и заготовки Десятого вала -- две большие разницы, и Главе Драконов было удивительно, как посол может этого не понимать.

Впрочем меньше всего в данный момент фейри занимали эльфы-стрелки, да и если уж на то пошло, личность посла или порученное ему дело -- не зря до недавнего момента переговоры вел исключительно Халлон, а Глава сидел рядом с расслабленным и ничего не выражающим лицом. Вниманием Дримма владел совсем другой объект -- единственная женщина в свите посла, хозяйка и капитан второго из посольских кораблей, большого парусного корабля с единорогом на носу. Нельзя сказать что высокая полуэльфийка была так уж хороша: чуть широковатые для женщины плечи, не впечатляющая размером грудь, слишком грубый загар, слишком широкое для эльфийки лицо, на нем курносый человеческий нос, небольшой шрамик у правой брови -- в общем если прикинуть, не идеал красоты, большинство эльфийек-игруний были на первый взгляд приятней мужскому глазу, но у рыжеволосой пиратки был какой-то завораживающий шарм и изюминка, по крайней мере на взгляд прикипевшего к ней глазами Дримма. Он и сам не знал, почему так среагировал на не блиставшую какой-то исключительной красотой капитаншу-непесь и почему она почти заставила его забыть про свои обязанности Главы, но не стал противиться внезапному чувству и давить его в себе. И дело даже не в том, что последний раз женщина была у него довольно давно (хотя как считать, если вспомнить видение-миссию в Холме), если бы дело было только в желании плоти, Дримм удовлетворил бы его давным-давно, но ему хотелось другого -- истинных чувств, страсти сжигающей изнутри, безумных поступков ради любимой. Возможно так на него влияла окончательно заменившая человека фейрийская суть, но обычный перепихон на час или ровные отношения без любви вызывали у него только скуку и ни грамма желания ни в сердце, ни в штанах. Все на что хватило с радостью поддавшегося внезапной страсти фейри, так это на то, чтобы не показать окружающим своих чувств и окончательно не потерять нить разговора. И Дримм сумел обмануть всех -- никто не заметил состояния Главы... кроме объекта его страсти. Что уж было тому виной, такое же внезапное чувство или обычная женская интуиция, бог весть, но пару раз их глаза встречались, и у Дримма замирало все внутри, а снаружи вставали волоски на теле, да и кое-что еще.

-- Только чур без обмана, - варвар видимо судил по себе, - не надо нам подсовывать какого-нибудь дорогого ухаря стоимостью в тысячу золотых, а давайте ваших обычных бойцов, вроде тех что охраняют крепость (в понимании Рыкаря тысяча золотых -- предел, который можно выложить за одного заготовку, сам бы он никогда столько не потратил, но подстраховался на всякий случай).

Посол так и не понял, почему заулыбались игроки Драконов.

-- Хорошо, не будем, - доброжелательно кивнул на его слова Дримм, краем губ улыбнувшись вроде бы послу, а на самом деле рыжеволосой женщине у него за спиной, - ты сам можешь выбрать любого из них (фейри не обманул -- цена каждого спецназовца хоть и колебалась в районе тысячи золотых, но не достигла этого значения), или может выбрать прекрасная Дайтана, - не удержался от комплимента влюбленный фейри (именно так звали женщину-капитана). Про себя же Дримм подумал, что посол Десяток тот еще ''посол'', как в анекдоте про два северных народа, когда посол от мансей к хантам стал одновременно послом от хантов к манси -- не разобрался в ситуации и дал себя увлечь в заранее проигранный спор. Ну кто ему сказал, что спецназовцы и эльфы-стрелки это ВСЕ боевые заготовки на службе у клана?! Те же абордажники из морских людей гораздо слабее спецназовцев в рукопашной, да и в стрельбе. Получается посол развел сам себя, и кто в этом виноват?

-- Отлично, она и выберет, - обрадовался посол, и не подозревая какие мысли скрываются за доброжелательным лицом фейри. - Я вызову сотню наших железнолобых с корабля -- выбирайте любых пятерых, - не остался в долгу Шекспиров племяш, уместно ответив на как ему казалось широкий жест Главы Драконов.

-- Законно, - улыбнулся Дримм вставая и гостеприимно махнул рукой, - выбирай, твоя очередь... -

Четверть часа спустя.

Там же.

Те же.

Посол Десяток словно бы раскусил лимон, нет, целую корзину лимонов, которые он жевал один за другим. Но одновременно он раз за разом прокручивал в голове каждую из пяти схваток и каждый раз пытался ответить себе на один самый главный вопрос: только ли в стоимости Драконьих заготовок причина проигрыша его бойцов. В общем-то Рыкарь мыслил в правильном направлении и понимал, что нельзя объяснить превосходство Драконьих заготовок одной лишь высокой ценой. И в самом деле, железнолобые, морская пехота Десяток, были сильны и выносливы на зависть кому угодно. Здоровенные бугаи с прочными костями и дубленой кожей, которую возьмет не всякий нож, мало походили на людей (хотя и значились таковыми в прайсе) и в отличие от принадлежавших Десяткам эльфов-стрелков никогда не знали чувства голода, своевременно получая обильную хоть и несколько однообразную пищу (сколько хочешь хлеба из самой дешевой ржаной муки и отрубей, рыбы, иногда фруктов дикоросов). Оружием им служили неплохие даже по меркам богатых Драконов одноручные боевые топоры, а защитным вооружением -- дешевая без бонусов, но все-таки стальная кольчуга с толстыми дополнительными пластинами на груди, стальной же шлем с личиной и щит с бонусами к прочности. Этакая инкарнация викингов применительно к Серединному миру -- очень серьезные бойцы, особенно когда стальная волна из десятков и сотен таких вот ''викингов'' захлестывала палубу боевого ли, купеческого ли корабля, но и на твердой земле они многое могли. Могли постоять за себя и в рукопашном бою без оружия, Десятки ничуть не сомневались, что их заготовки смогут показать себя как в кулачном бою, так и в борьбе. Ну и действительно, заготовки гостей выглядели, да и были куда сильней, выносливей (тут можно поспорить), страшней и массивней тоже здоровых и мускулистых, но по-эльфийски изящных спецназовцев, скалили на них слишком крупные для людей клыки (хотя по опознанию -- люди) и как научили их хозяева ярились перед дракой, играя здоровенными мышцами. С другой стороны спецназовцы -- те еще бугаи, но здесь и сейчас именно в сравнении с этим противником как никогда похожие на эльфов в сравнении с людьми. У бойцов клана тоже имелись свои преимущества: скорость движений, рефлексы и ловкость, а также более широкий арсенал приемов (магию применять было нельзя). В общем сила против ловкости, несокрушимая мощь против скорости, ярость против знаний -- схватки пяти железнолобых и пяти спецназовцев должны были стать интересным и захватывающим зрелищем, прямо чемпионат MMA в миниатюре! Да, должны были стать, но не стали...

Каждый раз все происходило по одному и тому же сценарию: взревевший бугай-железнолобый бросался в мощную атаку, стремясь сразу же смять, повалить и добить изящную фигуру напротив него и... через несколько секунд без сознания валялся на песке, а не пропустивший ни одного удара спецназовец неторопливо уходил к своим. Неудивительно что в данный момент Рыкарь, да и остальные Десятки пытались понять, как выйти из того положения, в которое они сами загнали себя, и заодно примириться с мыслью, что заготовки Драконов действительно оказались сильней. И ведь даже не получится обвинить Драконов в нечестной игре, ведь посол Десяток САМ усомнился в боевых качествах заготовок Драконов, САМ согласился на испытания-поединки, САМ выбрал для них бойцов (и предложил выбрать Драконам) и главное зачем? Теперь, когда Драконы доказали свою правоту, у них в руках появился лишний козырь на переговорах, и опростоволосившийся посол САМ преподнес им его на блюде.

Шекспиров племяш так никогда и не сумел понять, почему так легко проиграли-слились их не такие уж и плохие бойцы, а ведь ларчик достаточно просто открывался: да, разумеется цена имела значение, и да, превосходство спецназовцев в скорости, ловкости, выучке оказалось слишком велико, а превосходство железнолобых в силе и выносливости совершенно недостаточно, но главная причина их (железнолобых) поражения лежала в несколько другой плоскости и чтобы ее понять, нужно опять обратится к той разнице подходов в отношении того, КАК заготовок использовали Драконы и КАК все остальные кланы не исключая Десяток. Практически во всех кланах заготовки находились на положении самых бесправных рабов, причем рабы, нормальные рабы, находились даже в более выгодных условиях -- их ведь надо охранять, кормить, и если не хочешь чтобы отчаявшийся раб напал на тебя, не особо перегибать палку, а заготовки никогда не нападут на хозяина, не сбегут, не напомнят о своих нуждах и чтобы хозяин с ними не делал, как бы с ними не обходился, останутся ему верны. Отсюда и проистекало отношение к заготовкам со стороны подавляющей части игроков -- в лучшем случае бессловесная скотина, пусть даже с ними можно говорить и даже спать, а чаще всего и вовсе -- вещь, ВЕЩЬ, которую можно и нужно использовать, которую можно забыть, бросить, подарить, а то и если вещь надоела, не нужна, задерживает, и вовсе просто выбросить как гандон после дела и плевать на ее (вещи) дальнейшую судьбу. Неудивительно что при таком к ним подходе возраст большинства заготовок редко достигал двух-трех месячного рубежа, а большинство и вовсе жили лишь несколько дней. Случались конечно и исключения, но чаще всего было именно так. Железнолобым, заготовкам Десяток, в какой-то степени повезло -- срок их жизни стабильно колебался в районе 3-4 месяцев, а кое-кому из них удавалось протянуть и до полугода ( в самых тяжелых атаках, без нормального лечения после битв). Что же касается спецназовцев Драконов, то среди них не редко встречались те, кто справил год, а некоторые особенно старые уже пересекли полуторогодовалый рубеж, а значит полнее раскрыли заложенный в них потенциал и стали умней, вернее НАУЧИЛИСЬ ДУМАТЬ, а не тупо следовать приказам и первоначальным настройкам. Потом, чем дольше жил заготовка, тем больше было на его счету схваток, поединков, сражений, а значит больше опыта и ПОНИМАНИЯ, как лучше сражаться с тем или иным врагом и какую тактику избрать в бою. Со временем количество переходило в качество, и заготовка САМ начинал придумывать приемы, движения, связки, нестандартные ходы, начинал импровизировать и не терялся даже при встрече с незнакомым врагом, оценивая его на основе совокупности прошлого опыта, обучения и собственного понимания жизни -- в общем к заготовке, в нашем случае к спецназовцу, приходило мастерство. Ну и конечно количество убитых врагов тоже играло свою роль: хоть заготовки и не росли так линейно как игроки и к тому же не могли сами распределять получаемые очки (совершенно другие чем у игроков), но кое-что все же получали и росли в силе, ловкости, выносливости и т п. Кроме того, Драконы действительно сильно отличались от основной массы игроков, хотя бы только тем, что обучали своих заготовок взаимодействовать с игроками в бою, и не просто учили исполнять приказы типа: ''туда ходи, туда не ходи'', а сложным тактическим схемам, порядку отступления и атаки, как правильно использовать гранаты и жезлы, как не подорваться на фугасе, как заступать в дозор или как вести себя в патруле -- тем самым ускоряли развитие заготовок. Мало того, некоторые энтузиасты вроде Нарамакила и Юлы иногда тратили личное время и занимались со спецназовцами индивидуальной подготовкой, другие использовали их как спарринг-партнеров, да и вообще атмосфера в клане Красного Дракона и отношение к заготовкам (не только к спецназовцам) сильно отличались от той, что царила почти везде. Годовалые спецназовцы превосходили железнолобых как взрослые превосходят детей, причем несчастных детей, обделенных вниманием родителей, и именно в этом, а не в разнице цен и заключалась ГЛАВНАЯ причина настолько легкой победы заготовок Драконов.

-- Ну хорошо, вы доказали что ваши слова не туфта, - с видимой неохотой был вынужден признать очевидное Шекспиров Племяш. И почти жалобно простонал: - Но режете без ножа, ведь если дать вам все, братва не поймет, - и он скосил глаза на капитаншу, имея в виду не только игроков, но и неписей.

Рыжеволосая пиратка подняла бровь и взглянула на Дримма, будто чего-то от него ждала.

-- Что-то я не понял, - Халлон не повелся на тон посла и безжалостно гнул свою линию, - вы видели наши корабли, оценили наших бойцов, знаете нашу репутацию и все равно пытаетесь не дать нам положенного. Что за детский сад?! А если завтра ваша братва решит вообще нам ничего не давать, то как?! -

-- Мы никого никогда не кидали! - тут же взвился посол. - Спроси кого хочешь, это любой подтвердит! Если ты хочешь нас в чем-то обвинить, то обвиняй, а если нет, то... -

Халлон с послом еще долго пререкались, зарубаясь по пустякам, остальные участники встречи подавали реплики и советы, Дримм любовался капитаншей, а рыжеволосая скучала и иногда нет-нет, да и постреливала глазами в Главу. В какой-то момент уже откровенно зевавшая женщина поймала взгляд фейри и постаралась легкой полуулыбкой, наклоном головы и движением бровей донести до него определенную мысль. Дримм правильно понял ее желание и мгновенно вмешался в разговор:

-- Хорошо, мы не станем требовать долю в кораблях, но больше ничего не уступим. Или соглашайтесь, или ничего не будет. -

Кто-то из Драконов рассмеялся, а уставший торговаться и спорить Халлон облегченно откинулся на стуле, с интересом поглядывая на посла. Рыкарь был не согласен с такой жесткой постановкой вопроса, но взглянув на лица Драконов, особенно на лицо их Главы, понял -- спорить бесполезно, окончательное условие поставлено, так что ему придется выбирать и решать. Еще его грела мысль, что он сумел выторговать у Драконов корабли, и пусть это не так уж и много, однако в клане оценят, но только если от его поездки будет толк и Драконы присоединят свои корабли и войска к походу.

-- Мы готовы заключить договор, - после недолгих раздумий принял решение посол. - А я, как представитель клана Десятый Вал и Вольного братства островов Камы, готов его утвердить. -

Драконы снова сумели удивить Десяток -- их не удовлетворил устный договор или на худой конец записанный на бумаге, а вместо этого хозяева крепости пригласили ошарашенное посольство в самый настоящий храм ( - Зашибись! - думал Рыкарь, разглядывая богатое внутреннее убранство храма бога войны), и самая настоящая жрица Трооатэны приняла у посла и Главы клятвы и им обоим пришлось капать свою кровь в священный огонь жертвенника.

-- Клятва принята, бог услышал ваши слова!- торжественно объявила окончание обряда жрица, и вторя ее словам где-то вдалеке прогремел гром.

-- Зашибись! - уже вслух повторил Рыкарь, несколько нервно оглядываясь по сторонам, а про себя подумал, как хорошо, что их клан не собирается Драконов кидать, а то неизвестно как бы сложилась его личная судьба после нарушения заверенного богом договора, ведь бог войны ни разу не фраер, и за ним не заржавеет наказать клятвопреступника, наказать предельно жестко, вплоть до того что легче будет сменить аватару, чем искупить перед разгневанным богом этот грех.

*

-- Смотри-ка, тутошний Глава к рыжей подкатил, - уже на выходе из крепости толкнул Рыкаря в плечо маг его рейда. Действительно главный Дракон перехватил капитаншу у самого выхода и о чем-то с ней беседовал.

-- Обломается чешуйчатожопый! - ни на секунду не усомнился в своих словах Рыкарь. - Как обломались все, кто пытался к ней клинья бить. -

-- Как ты сам по дороге сюда? - подколол его маг, но Рыкарь не обиделся на его слова -- зачем обижаться на факт? Да и обижаться на друга из-за бабы, добро бы он ее увел, а из-за слов...? Баб много, а друзей, настоящих друзей, мало. - И все равно мне кажется, он ее завалит, - не унимался маг и хохотнул, глядя вслед удалявшейся совсем в другую строну чем посольская делегация парочке: - Гляди-ка уже почапали голубки, чуть не за ручки держатся. -

-- Ниче-е не значит, - все также уверенно, даже не глядя в ту строну возразил другу посол. - Рыжая та еще динамистка, чемпионка среди всех, не веришь, давай на деньги забьемся. -

-- На что и на сколько? - еще больше оживился довольно азартный маг.

-- На то, что хер Дракона не выйдет в открытый космос, а останется на приколе в штанах, а поспорим на двадцатерик золотом! -

-- Ого! Круто! А ты уверен в себе! - еще раз глянул в спины почти исчезнувшей с глаз парочке маг и все-таки махнул рукой: - Была не была -- спорим! Горбыль, разбей! - и внимательно прислушивавшийся к их разговору воин разбил руки друзей. Двадцать золотых на кону!

*

Чем удивить женщину на тропическом острове? Нет не так, чем удивить женщину-пирата-капитана на тропическом острове-базе? Где нет и не предвидится ни ресторанов, ни отелей, ни казино, ни даже танцующих под зажигательную музыку мулаток у костра (мулатов кстати тоже и вообще никто не танцевал и даже не собирался, музыки как и музыкантов тоже не было).

Все же Дримм извернулся, чуть буквально не выпрыгнув из штанов ( не то что вы подумали, пошляки), подключил все свое красноречие и собственное ментальное чутье и, прогуливаясь с капитаншей по пляжу, сумел на какое-то время увлечь ее разговором. В то же время не рассчитывая только на слова, готовил новые сюрпризы своей внезапно появившейся зазнобе, которая пока что не подозревая о планах фейри (а может и подозревая -- кто этих женщин разберет?) с живым интересом слушала про недавнюю войну клана в горах. Хозяину целых двух разумных и способных говорить петов не пришлось даже на время оставлять свою спутницу, чтобы отдать распоряжения, зато Послушного и Василису будто кольнули шилами в жопы, и пока фейри вдохновенно ездил рыжеволосой по ушам, один побежал к еще не покинувшей остров Людмиле, потом к Вару, а другая поскакала в цитадель к Иримэ.

Ну а пару часов спустя зададим уже другой вопрос: кто сказал, что путь через желудок лежит только к мужскому сердцу? Чем скажите на милость женщины хуже? Иримэ уважила просьбу Главы и расстаралась на славу: подключила весь немаленький персонал ''столовки'', несколько любивших в охотку поготовить игруний, сама поработала руками, а еще подумала о том, о чем не подумал Глава. В результате ее стараний после прогулки капитаншу и Дримма ждал роскошно сервированный обед на одной из открытых террас островной крепости с прекрасным видом на море и опытным ''десантом'' слуг из ''столовки''. Были и другие последствия просьбы Дримма к Иримэ, а именно -- закрутившаяся мельница слухов: пока Дримм и его будущая-возможная подруга наслаждались кулинарным искусством цитадели и вели неторопливую полную робких и пока неявных смыслов беседу, та же самая Иримэ и другие помогавшие ей игруньи как бы невзначай прохлаждались в окрестностях террасы и со всех сторон успели оглядеть подружку Главы, а также почесать насчет нее языки. Что же касается означенной капитанши, то Дримм сумел ее удивить -- таких блюд она не пробовала нигде и никогда, а ведь рыжеволосая пиратка много где успела побывать и попробовала кухню десятков стран. Да, верно, десятков стран Серединного мира, но не Земли.

Кулебяка, расстегаи, царская уха, обычные дранники и мексиканская кесадия, голубцы и форшмак, вареники с груздями и плов, разнообразные сложные салаты -- все вкусное, а горячее прямиком с огня (прямиком из магических сумок). И это только основные блюда, а ведь был еще и десерт: разнообразные пончики, заварное, чизкейки, торт-наполеон, пражский торт, банальный йогурт (кстати он понравился капитанше больше всего) и много чего еще -- Иримэ превзошла саму себя и наготовила безумной до откусывания пальцев и языков вкусноты если не на целый полк, то на роту точно. Разумеется запивали все это знаменитым вином квелья, причем самым лучшим вином, которое своему другу-фейри присылал Великий шаман народа квелья. Сюрприз действительно удался, и капитанша понемногу пробовала все, что могла и пока могла, а затем еще немного, после же, толком не распробовав и половину блюд, отвалилась от стола и с сожалением смотрела как на остальное, так и на то, что понравилось ей больше всего. Тут Дримм снова проявил галантность и предложил отправить ''остатки'' со стола на корабль Дайтаны, чтобы и ее команда могла оценить искусство поваров его клана. Тем самым фейри заработал в глазах женщины еще немного очков, хотя нет, много, особенно когда не скупясь отвалил для ее братвы аж четыре ящика бесценного вина.

Но на этом приготовленные фейри сюрпризы не закончились, и сразу после ''хлеба'' его дама сердца тут же получила не менее щедрую порцию ''зрелищ'', точнее некое подобие турнира и соревнований, которые устроил предупрежденный Послушным Вар. Ролевик тоже не ударил в грязь лицом и организовал масштабное представление со множеством состязаний и вполне достойными призами для победителей (одним из главных призов стал никак не показавший себя на острове Безголовой Черепахи топор, что все еще пылился у полуорка на дне мешка-- вполне достойный приз, и пусть в бою топор показал себя полным фуфлом, но стоил он как ВСЕ снаряжение некоторых не самых бедных игроков). В основном участие в состязаниях принимали заготовки (спецназовцы, морские пехотинцы, эльфы-стрелки), по большей части члены абордажных команд с разных кораблей, но и игроки из тех же команд или из цитадели не проигнорировали импровизированное развлечение, тем более неплохие призы, да и мельница слухов уже работала вовсю, и члены клана стремились хоть одним глазком глянуть на ту, что сумела очаровать их сурового Главу. Те же из игроков кто не захотел стать участником состязаний, активно болели и ставили на понравившихся и знакомых заготовок или собратьев игроков. А посмотреть и поставить можно было на многое: стрельба из луков и арбалетов -- на скорость, на точность, по движущейся мишени (подброшенному яблоку); метание топоров, ножей, дротиков, камней -- на дальность и точность; фехтование на тренировочных мечах и копьях -- до пяти пропущенных ударов; борьба, чистый бокс без ударов ногами и боевых приемов рукопашного боя, бег, прыжки в длину и высоту; перетягивание каната команда на команду и еще несколько не менее захватывающих состязаний. Все участники старались в полную силу: старым заготовкам уже было знакомо чувство азарта, и они знали как распорядится призами; не такие старые, но уже опытные больше всего радовались обилию еды (раскочегаренная Иримэ кухня продолжала пахать и гнать свою вкусную продукцию на Курорт); молодые просто следовали приказу и набирались ума; ну и игроки не желали ударить в грязь лицом, особенно когда соревновались с заготовками.

Капитанша сама была неплохим воином и потому по достоинству оценила захватывающее зрелище, да и просто увлеклась, следя за перипетиями напряженной борьбы, и время от времени вскрикивала на особо пиковых моментах. Дримм млел -- в порыве чувств женщина часто толкала его плечом и хватала его руку своей, да и фейри просто любоваться раскрасневшимся от избытка чувств прекрасным лицом.

Такое сборище на берегу привлекло внимание на посольских кораблях, и если большинство экипажа Дайтаны предпочли дегустировать невиданные яства и дорогие вина, то Десятки вернулись на берег и тоже приняли участие в кипящем вокруг празднике жизни: пообщались с игроками союзного клана, поболели, поставили, некоторые даже приняли участие в состязаниях, выпили вина, что-нибудь съели.

Забегая вперед следует упомянуть, что когда веселье подошло к концу и Десятки покинув гостеприимный берег отправились на свой корабль, уходили они со смешанными чувствами. С одной стороны им все понравилось: веселье, азарт, зрелище, веселый нрав Драконов, тем более халявные выпивка и еда. Но вот с другой -- они были шокированы тем, что Драконы вели себя с заготовками почти как с равными себе (по крайней мере им так показалась). Да и сами заготовки совершенно не походили на привычных им существ: уверенные в себе, с интеллектом в глазах... а оружие, доспехи, амулеты?! Такого снаряжения не было ни у одного игрока в составе посольства и мало у кого во всем их клане -- удивительно! Количество самих заготовок также поражало -- многие тысячи таких вот сильных, умелых и исключительно хорошо снаряженных бойцов. Сами Драконы на фоне своих заготовок выглядели нищетой, но у большинства Десяток хватило ума понять, что так они выглядят у себя дома, расслабленные, без снаряжения и в домашней одежде, а вот воображения представить как игроки этого клана выглядят при полном параде, уже не хватило. Ранее проходившие по разряду баек слухи о Драконах находили подтверждение, и некоторые из Десяток всерьез задумались о том, чтобы сменить клан, а другие озаботились будущей судьбой их союза -- слишком Драконы были сильны, слишком... Не весел был и Шекспиров племяш -- зрелище довольной, счастливой и почти упавшей на руки Главы Драконов капитанши испортило ему настроение от праздника, как и время от времени с намеком крутивший воображаемую ручку динамо-машины друг. Но до окончания было еще очень далеко, одно состязание сменяло другое, и вино лилось рекой. Капитанша смеялась, Дримм был счастлив, а игроки и заготовки соревновались за призы.

Бурное веселье продолжалось до самой ночи, а затем все обитатели острова смогли насладиться невиданным зрелищем -- очередным сюрпризом Главы. Дримм не зря посылал Послушного к Людмиле, а Людмила потом отправила в вечернее небо десяток своих летунов с магами на борту. Расцвеченное магическими огнями небо ГОРЕЛО на многие десятки километров вокруг, даже игроки-жители Земли замерли в восхищенном молчании, что уж говорить про неписей и заготовок! Последний из сюрпризов фейри стал впечатляющей кульминаций полного сюрпризов дня и буквально взорвал мозги той, кого он хотел покорить. Ну а если кто интересуется результатами состязаний, то: в фехтовании с большим-пребольшим отрывом победили игроки; в стрельбе из луков, арбалетов и метании разного железа -- в общем и целом тоже, но отрыв был уже не таким большим, а скорее даже откровенно маленьким (в частности в метании топоров состоялась ничья между игроком и спецназовцем, а в стрельбе из лука на скорость и вовсе победил эльф-стрелок из охранявшей дорогу из цитадели в город команды); ну а во всех остальных индивидуальных конкурсах, даже в борьбе и боксе, победил спецназ; в перетягивании каната выиграла команда Таурэтари с ней во главе, в финальной борьбе с трудом одолев команду верфи из здоровущих универсалов-ремесленников, которых возглавлял Робокоп.

*

Тут следует пояснить, почему в противостоянии спецназовцы : игроки слились именно игроки. Ну бег или прыжки не стоит объяснять -- игроки просто не участвовали в этих состязаниях, и заготовки соревновались только друг с другом. А вот почему проиграли в боксе и борьбе? Хотя если подумать, чему здесь удивляться? Продвинутый рукопашный бой никогда не был в приоритете у подавляющего большинства воинов-игроков, даже те, кто серьезно занимался им в реале предпочитали вкладывать очки в навыки владения оружием и разные умения, непосредственно связанные с ним, так что изначально очень сильные именно в рукопашном бою спецназовцы на голову превосходили большинство игроков в бою без оружия, а учитывая правила (чистая борьба, чистый бокс) и то, что было запрещено применять спец-навыки, то у игроков (в большинстве своем эльфов) не было шансов. Разумеется если бы в состязании приняли участие старейшие воины клана или те же Юла и Каскадер, результат был бы другим, но Юла и Каскадер ушли в большой рейд, а старейшие воины клана или были далеко, или предпочитали зрелище участию, а то и, как например тот же Вар, судили.

*

Но вернемся к Дримму и его рыжей зазнобе. У фейри закончились сюрпризы, и мяч оказался на пиратском поле, и... Дайтана пригласила его к себе официально и для чужих ушей угостить редким южным вином, а так же отдать проспоренные пол-золотых. Дримм желал и надеялся на такой исход, но все равно был приятно удивлен -- капитанша что называется держала себя и хотя зрелища состязаний и фейерверка почти сорвали маску суровой пиратки, но она все-равно сохраняла вежливую дистанцию. Но видимо не зря говорят, что смелость берет города и один решительный штурм предпочтительней долгой осады -- крепость пала. Или все-таки нет? Весь путь до ее корабля Дримм пребывал в сомнениях и только уже в каюте, когда женщина повернулась и взглянула ему в глаза, понял -- он не ошибся -- крепость действительно выбросила белый флаг и настеж распахнула ворота.

Минута! Всего минута страстных объятий, поцелуев, торопливых и неуклюжих от возбуждения рук на одежде друг друга... Дримм прижал не без его помощи потерявшую штаны рыжеволосую к стене каюты и глубоко и мощно вошел в нее, благо умелые ручки женщины успели хоть и не сдернуть, но приспустить уже его штаны и выпустить наружу то, что радовало ее сейчас. Фейри наконец-то дорвался до того, о чем едва сдерживая себя мечтал весь день, и даже наличие свидетеля (смуглокожей служанки) не могло его остановить, он просто забыл о ней и, уткнувшись лицом в изящную шею, раз за разом вбивал женщину в стену, а заодно мял две упругие, твердые как камень ягодицы у себя в ладонях. Чужие глаза не особо беспокоили и капитаншу: она властно закинула одну из своих умопомрачительно длинных ног на талию мужчины, другой обвила его ногу, вцепилась руками в плечи и получала удовольствие от его присутствия в себе. Ну а свидетельница их забав, та самая служанка, плечистая, высокая, ростом с фейри женщина-человек с интересом следила за происходившим, и ни тени смущения не присутствовало в горевших на татуированном лице глазах. В самый первый раз забег фейри был не долог, хоть и силен -- слишком долго он ждал и слишком сильно был возбужден. Впрочем хозяйка каюты не имела претензий к быстро отстрелявшемуся кавалеру -- ее также как и его накрыла горячая волна.

После они некоторое время стояли у стены и целовались, потом женщина выскользнула из жадных мужских рук и играя ягодицами и бедрами отправилась в глубину каюты. Ну а фейри был смущен, нет, не перекатами мышц под бархатной кожей, а наличием свидетеля, присутствие которого он наконец осознал. Как не был бы увлечен рыжей прелестницей Дримм, он не мог чисто по-мужски не оценить и красоту другой находившийся в помещении женщины. Изящное сложение, большая красивая грудь, которую хорошо было видно под обтягивающим шелковым платьем, густая, но не уродовавшая лицо татуировка -- вот какой была служанка его любовницы-пиратки, да еще Дрима поразил ее рост -- он редко встречал таких же высоких как он женщин, удивили его и руки с серьезными мышцами, хоть тут в отличие от роста служанке было до него далеко.

-- Это Риллая, - заметив его смущение поспешила его успокоить хозяйка корабля, - моя рабыня. - Дайтана, считая что ее слова объясняют все, взяла со стола кубок вина, отпила щедрый глоток, а затем подняла кверху руки, ничуть не сомневаясь что последует за тем. А вот Дримм даже сбился с шагу, ему на мгновение показалось, что мускулистая рабыня сейчас ударит изящную на ее фоне пиратку, уж больно жгучий взгляд бросила она на нее. Но нет, не ударила, а помогла снять колет, рубашку и, опустившись перед ней на колени, завозилась с кожаным ремнем на бедре, что поддерживал ножны с кинжалом. - Выпей, - Дайтана оперлась на голову служанки как на подставку и протянула ему пригубленный кубок. - Это то самое вино, про которое я тебе говорила, твое конечно лучше, но и это ничего. -

Дримм попробовал -- приятный фруктовый вкус, хотя на его взгляд градус слабоват. Но действительно приятный освежающий вкус и долгое послевкусие, особенно приятное, если пить его и смотреть на обнаженную женскую фигуру, что покачивая бедрами идет к постели.

-- Неплохо. - Дримм поставил опустошенный кубок на стол и начал снимать рубаху, не отрывая взгляда от кровати, где соблазнительно изогнулась рыжеволосая красавица-пиратка.

Примерно на середине процесса ему начали помогать сильные руки служанки, потом те же руки помогли ему снять амулеты и кольца, следом опустившаяся на колени позади него служанка помогла ему избавиться от сапог. Фейри не нуждался в балансире в виде головы -- в этом теле он мог стоять на одной ноге хоть целый день. Потом руки взялись за штаны, и тут фейри положил на них свои и не дал довести дело до конца, по крайней мере пока вновь не взглянул на постель и не увидел как предвкушающе гуляет по его телу глазами Дайтана. Пиратка вольготно раскинулась на кровати и положила себе руку на треугольник рыжих волос между широко раздвинутых ног. Дримм сразу понял, какого зрелища она ждет, и потому дал служанке закончить, переступил ногами и остался голышом. Фейри скрестил руки на груди и позволил любовнице увидеть себя всего. Но к тому что произошло дальше он был не готов: сильные руки из-за спины обхватили его член как рукоять двуручного меча и начали ритмично сжимать! А на постели увидев ошарашенное лицо любовника расхохоталась Дайтана, и в то же время не отрывавшая от действа глаз капитанща ласкала себя. Тем временем служанка не отпуская рук встала и, тесня фейри упругой грудью, повлекла его к постели, где веселилась ее госпожа, ну а затем будто спустила его с поводка, разжав руки, и даже кажется дала ему коленом под зад. Но Дримм и не вспомнил оскорбительное колено, ведь в его руках была голая хохочущая красавица, и он благодаря служанке был готов...

-- Ах!Ах!Ах! - стонала скачущая на мужчине женщина. Дримм тоже стонал, но потише и сквозь сжатые зубы.

На этот раз все было гораздо дольше, хотя и не скажешь что слабей, оба любовника стремились растянуть игру и доставить друг другу максимально возможное удовольствие, и потому Дайтана время от времени притормаживала ритм свой скачки, а Дримм не допускал ''стрельбы'', хотя давно мог и копил силы на действительно мощный ''залп''. Все было забыто и время, и пространство, и служанка, что сжав кулаки застыла в полуметре от них -- остались только женщина и мужчина, ну и будущий совместный взрыв.

-- Аа-ааа-аа!!! - выгнулась дугой пиратка, а фейри словно качая пресс вознес ее на высоту, а затем опустился вместе с ней, гладя дрожащее тело по спине и ниже.

Через некоторое время Дайтана слезла с него и прижавшись к его боку закинула ногу ему на живот. Дримм также обнял ее и прижал к себе, но активных действий пока не предпринимал, ведь даже стосильному организму фейри требовалось время восстановиться. Но у женщин есть преимущество над мужчинами, и есть оно во всех мирах, виртуальные они или нет -- прежде чем фейри был готов к продолжению банкета, Дайтана начала его целовать, сначала в губы, потом в шею, потом грудь, живот и добралась губами до того что ниже. Пиратка умело ласкала губами вновь пробуждавшуюся плоть и вскоре довела фейри до такого блаженства, что он не заметил, вернее заметил и почувствовал, но не осознал, что его ласкают уже две пары губ, и в чей рот он кончил в конце концов он так и не узнал. Лишь позже придя в себя он с удивлением увидел, что помимо изящной рыжеволосой красавицы к нему прижимается смуглое сильное тело. Не то чтобы фейри возражал -- грудастая рабыня-служанка была хороша, особенно без одежды, но все-таки столь неожиданное вторжение сбило его с настроя и женщинам пришлось постараться с двух сторон губами и руками, чтобы фейри снова был готов.

А дальше случилось и вовсе невероятное: Дайтана оставила свою рабыню и Дримма наедине и отползла в изголовье кровати, но не далеко, а так чтобы плотно сплетенные тела любовника и служанки оказались между ее ног, почти касаясь головами треугольника рыжих волос. Женщина объяснила свое поведение глазами, причем объяснила только фейри -- рабыне ничего не нужно было объяснять. Два сильных тела сплелись и задвигались в одном все убыстряющимся ритме, лицо фейри оказалось напротив татуированного, но все же не обделенного красотой лица, глаза завороженно уставились в странные одновременно полные ненависти и желания глаза, пальцы рук любовников переплелись почти до хруста и до хруста же впечатались друг в друга тела, почти полностью расплющив впечатляющую грудь. Вообще фейри и смуглокожая татуированная рабыня оказались красивой парой, особенно вот так сплетенные в любовной игре: оба сильные, высокие, мускулистые, они мощно двигаясь как единое существо заставляли скрипеть тяжелую и намертво прибитую к полу кровать. Казалось их уже ничто не сможет остановить, и их совместное действо закончится чем должно, но... все-таки такая сила нашлась, и не задолго до кульминации между ними начало протискиваться пусть не такое мощное по сравнению с этими двумя, но гибкое и сильное тело. Дримм с трудом поднялся на дрожащих руках и вышел из жаждущей женщины под ним... и тут же опять вошел, но уже в другую. Вскоре ритм возобновился, но конструкция из сплетенных тел усложнилась, образовав своеобразный бутерброд, в центре которого оказалась рыжеволосая капитанша, что истово наслаждалась стиснувшими ее с двух сторон потными, мускулистыми телами. Дримм уже практически рычал, входя внутрь любовницы как паровой молот и чувствуя как с его ногами переплетаются две пары ног, под ладонью правой руки -- широкое и мускулистое бедро рабыни, грудью -- аппетитную небольшую грудь капитанши, на затылке -- сжавшую его волосы в кулак руку рабыни, а под ладонью его левой руки -- лопатку и биение сердца капитанши и в тоже время на тыльной стороне той же ладони -- твердый сосок прижавшейся к ней большой смуглой груди. А еще ошалевший от ощущений мужчина чувствовал ответные толчки, будто рабыня рвалась ему навстречу, желая вновь почувствовать его внутри себя.

Кричали все трое тоже в унисон и на некоторое время провалились в полузабытье, но ночь только началась: ласки сменялись ритмичными толчками, сложные конструкции веселой кучей-малой, стоны громкими криками, и пар валил от трех разгоряченных тел на шелковых простынях. Дримм ли много и разнообразно брал рабыню и ее госпожу, или женщины использовали в своих игрищах мужчину -- бог весть. Да и разве это было важно в тот момент? Главное, каждый из троих получил то, что хотел и даже больше. Закончили они уже под самое утро одним потным сложносплетенным клубком, и напоследок фейри снова не узнал, чьи губы довели его до самого конца.

Цитадель клана Красного Дракона.

Третий час ночи.

Альдарон, Халлон.

Халлон с силой постучал в дверь. Никто не отозвался. Он оглянулся и вопросительно взглянул на Альдарона.

-- Да точно она здесь, - уверенно сказал тот, - стучи еще. -

Что адмирал и сделал, для верности несколько раз добавив ногой, а потом и вовсе попытался увидеть, что происходит внутри помещения с помощью магии. Халлон, один из сильнейших магов клана, должен был без труда увидеть все -- не увидел, вместо этого вокруг него вспыхнули магические щиты, а надетые на нем амулеты засветились и потеплели, сигнализируя о смертельной опасности. Но все-таки маг в адмиральском чине добился своего, и дверь распахнулась, на пороге стоял недовольный всклокоченный Менелтор, а из глубины помещения раздался еще более недовольный женский голос :

-- Диссидент, это дикое хамство просвечивать без согласия! Еще только раз сделаешь, я тебя завалю или еще хуже пожалуюсь Русалочке, что ты в вуайеристы подался! -

-- Мы по делу, - вместо Халлона ответил Папаша (Альдарон). - И извиняемся за беспокойство, но дело не терпит. -

-- Ну и что там у вас? - зевнул Менелтор. - Что там у вас такое, что до утра не может дотерпеть: война, понос и золотуха, или все вместе, все сразу? -

-- Почти, - хмыкнул на его слова Халлон. - Пропал Глава, - и тут же пояснил в полезшие на лоб глаза Менелтора: - Ну как пропал: последний раз его видели садящимся в лодку с пиратского корабля и с тех пор от него ни слуху, ни духу, а ведь он должен был собрать совещание по итогам переговоров, но сначала этот странный, неожиданный праздник, а потом он и вовсе пропал, вот... -

-- В общем нам нужна Дочка, чтобы убедиться что с ним все в порядке, - прервал растекшегося мыслью по древу адмирала Альдарон. - Я знаю она у вас. -

-- Ну да я здесь, - из-за двери выступила завернутая в простыню как в тогу Василиса. Причем завернулась питомица наспех, да и ''тога'' была коротковата, так что ее наряд мало что скрывал, а скорее будил воображение.

-- Раз здесь, то отвечай что с твоим ''отцом''? - может быть у кого-то и будил (у слегка покрасневшего Халлона так точно), но ни в коем разе не у Папаши -- как обычно у него на первом месте было дело.

-- Все с ним хорошо, - ни на секунду не задумалась Василиса, но все же будто к чему-то прислушалась, на мгновение уйдя в себя, улыбнулась и кивнула: - Даже очень хорошо, не надо его отвлекать и мешать -- не послушаетесь, пожалеете. -

-- Ты точно уверена? - переспросил Альдарон, а Халлон героическими усилиями пытался не смотреть на сползавшую с голого женского плеча простыню -- получалось плохо.

-- Точно, - Василиса поправила простыню на плече, но сделала только хуже, ведь теперь обнажились стройная ножка и часть живота, его нижняя часть.

Теперь проняло и прежде равнодушного Альдарона, но он преодолев себя все же попросил:

-- Если что случится, ты прежде чем что-то делать, скажи мне или вот Халлону, а только потом делай. -

-- Ну долго вы там?! Хватит воду в ступе толочь! - вновь из темноты раздался нетерпеливый голос благоверной Менелтора и сердечной подруги Василисы. Питомица тут же развернулась и потеряв по пути ''тогу'' поспешила на зов, бросив через плечо:

-- Договорились.

-- Это все? - вновь зевнул Менелтор.

Адмирал взглянул на безопасника, тот пожал плечами, не зная что еще спросить.

-- Тогда спокойной вам ночи и до самого утра, - выделил последние слова Менелтор, эльф уже не зевал, а с вожделением смотрел на возившийся на постели клубок из женских тел, туда же непроизвольно смотрели и гости, через секунду хозяин покоев опомнился и закрыл дверь. Но прежде чем резное дерево скрыло от эльфов завлекательную картину, из глубины покоев прилетело прощальное предупреждение на секунду оторвавшейся от губ Василисы Тулиндэ:

-- Помни, Диссидент, один только раз! -

-- Ну и что теперь? - спросил подобравший челюсть Халлон и кивнул в строну покоев: - Она не может ошибаться -- значит с Дриммом все хорошо. Ясно чем он там занимается -- вовсю валяет эту рыжую кралю. Да и что неписи ему могут сделать -- только убить, если с таким как Дримм подобный номер пройдет. Но допустим пройдет -- с голой жопой на бабе особо не повоюешь, будь ты хоть Геракл, хоть Брюс Ли. Ну и что? Да и зачем им это? -

-- Так-то оно так, - согласился с очевидным Альдарон. - Но мне все равно не нравится, что он один без охраны на пиратском корабле, хоть бы Послушного взял, но нет. А вдруг у неписий что-то перемкнет в голове, и они попытаются его похитить, например, ради выкупа? Все-таки пираты. -

-- Вообще может быть, но вряд ли. Карамелька рассказывала, что они очень серьезно относятся к своим неписанным законам, и если рыжая захочет сделать так как ты сказал, она противопоставит себя всему Вольному братству, в том числе и Десяткам -- да ей собственная команда п...ду порвет за такое! А сами Десятки не будут ее на это подбивать -- они ведь игроки и знают чем все закончится. -

-- Ты прав, - согласился Альдарон, - но береженого бог бережет. Подниму-ка я пару грифонов, пусть дежурят до утра на всякий случай, если гости хоть пираты, хоть Десятки попытаются уйти, они повредят им корабли, а сотня спецназовцев из старичков зачистят любой из них в пять минут. -

-- А они итак не уйдут, - ухмыльнулся Халлон. - На дне у выхода из бухты сидит Русалочкин Пауль, так что грифоны не особо и нужны, но раз тебе спокойней, то пусть будут. Кстати о Русалочке, - Халлон бросил взгляд на закрытую дверь, - пойду-ка я к ней, а то все делом заняты и весело проводят время, а я с тобой тут валандаюсь, сам не отдыхаю и другим не даю. Пока. -

Глядя в спину спешащему по коридору адмиралу Альдарону впервые пришла мысль о том, что неплохо бы тоже завести себе постоянную женщину, но в то же время он с грустью осознавал, среди игруний нет той что устроила бы его, да и где взять время на ухаживания и серьезные отношения, а быстрый перепихон без обязательств, как водилось среди молодежи, не устраивал уже его.

Альдарон, как и адмирал ранее, взглянул на закрытую дверь и покачав головой двинулся вслед за убежавшим Халлоном. Он не осуждал -- в конце концов каждый сходит с ума по-своему, лишь бы не мешало общему делу, но сам не понимал подобных отношений, хотя за свою долгую жизнь навидался всякого и на родине, и за бугром. По пути он обстоятельно, как за ним водилось, размышлял и остановился на двух вариантах: купить заготовку вроде адмиральской Дафны или как Глава закрутить с неписью. Ведь совсем не обязательно искать такую экзотику как пиратская капитанша, вполне можно найти что-то попроще да и поближе, например, тот же Шутник давно обзавелся подружкой из Белок и в ус не дул.

-- Но заготовка все-таки лучше, - практически подошел к проблеме Альдарон. Впрочем что от самого себя скрывать: возможность САМОМУ выбрать в будущей подруге все, от внешности до характера и умений, так же имела немалое значение. Да и какой мужчина не мечтает об АБСОЛЮТНО верной и АБСОЛЮТНО послушной женщине, которая еще и не особо много говорит...? Хотя Альдарон все равно долго сомневался и долго думал прежде чем перейти от мыслей к делу.

Курорт, пляж.

Примерно то же самое время.

Сулмендир.

-- И все-таки я не согласен! - горячился игрок по прозвищу Митмэн. - В НХЛ разумеется суперпрофессионалы, да, но и в АХЛ парни не хуже, да еще не такие зажравшиеся как в большой лиге. -

-- Согласен, - не стал спорить Сулмендир, - но как только переходят, то сразу зажираются. Вон как совсем недавно было с игроком из Де-мойна: не успел и года покататься на большом льду -- тут же скокаинился и вылетел, зачем только из Айовы уходил? Теперь его даже тренером в школьную команду не возьмут. -

-- Башню у любого может снести, - покивал Митмэн. - Хотя ты как и другие считаешь, что АХЛ просто ступенька перед НХЛ и там все не серьезно. Это не так, и там идет серьезная, красивая игра -- вот недавно та же Айова рубилась с Техас Старз -- вот была игра! Сонным мухам из НХЛ и не снилось! -

-- Да-а, Техас показал! Не зря они чуть-чуть плейофф не выиграли! - Сулмендир поддержал восхищение Митмэна.

-- Ага, почти взяли кубок (Кубок Колдера), срезались уже в самом конце на Бизонах, но фаворитов именно они уделали, хотя честно сказать, состав у Чикаго Вулвз в этом сезоне был так себе, и куда только их главный тренер смотрел?! -

-- Так он вроде ушел перед самой игрой, и всем рулил его помощник? -

-- Да нет, ты ошибся -- тренер ушел из Стоктон Хит! Или ты вспомнил кленовую Манитобу Мус, у них тоже была замена?

Какое-то время буквально только что сошедшиеся на теме общей любви к хоккею приятели обсуждали разные канадские и американские клубы, немного затронули и русских, а также разных прочих чехов со шведами, поржали о новом принятом украинской Радой законе, обязавшим всех спортсменов, а не только хоккеистов сдавать половину гонорара в фонд освобождения Одессы, ну а потом их затянула в себя компания праздновавшего свою победу в фехтовальном состязании игрока.

*

Еще совсем недавно хорошо отдохнувший на празднике Сулмендир собирался не менее хорошо выспаться, а утром, чем раньше тем лучше, с помощью портала Главы отправиться обратно в Кю-зи, где его ждали целых пять подружек, ну и прочие не менее полезные, хоть и не такие приятные в общении источники информации. Но не судьба -- проходя мимо одного из костров, он услышал заинтересовавшие его слова, оборот речи, который он не слышал очень давно, но до сих пор не забыл. Казалось бы ну что такого, оборот и оборот? Но старый нелегал сделал стойку как гончий пес -- насколько он знал среди Драконов не было иностранцев, не считая драников и вареников (хотя какие для нас, пельменей, это иностранцы). А вот тут другое дело: если бы привлекший его внимание игрок говорил на одном из языков вирт-мира, он бы ничего не понял и прошел бы мимо, но разговор у костра шел на русском, и натрыженное ухо царапнул совершенно несвойственный русской речи оборот. Сулмендир замедлил шаг и прислушался -- через пару секунд услышал еще один и еще... Так мог говорить иностранец, точнее американец, который долго и старательно учил русский язык, вращался и немало в русскоязычной среде, но все равно великий и могучий не был для него родным, и он время от времени формулировал свои мысли хоть и русскими словами, но не как настоящий, родившийся в стране родных осин человек, а как носитель языка Байрона. Сулмендир легко присоединился к компании у костра и, несмотря что не был ни с кем из них знаком, вскоре стал в ней своим, быстро завязал контакты с заинтересовавшим его игроком, а через некоторое время и вовсе развел принявшего на грудь нового приятеля на откровенный разговор. Темой того разговора стал хоккей, важное уточнение -- американский хоккей, даже американо-канадский хоккей для внутреннего зрителя этих двух стран.

*

-- Кто же ты такой, американец? - спустя некоторое время думал Сулмендир, поверх кубка вина разглядывая флиртовавшего с девчонкой-эльфийкой приятеля. - И зачем ты выдаешь себя за русского? Хотя не особо стараешься -- играешь, но все равно тебя никто не заподозрил, не начни ты выделываться и демонстрировать свое знание русского языка, кстати очень хорошее знание -- прекрасный современный молодежный сленг. Скорей всего ты мАсквич, именно живешь в Москве, но не теряешь связи с родиной, для того кто работает или учится в чужой стране слишком много времени проводишь в вирте, но не ребенок во взрослом теле -- другие реакции. Придется мне задержаться и выяснить, так что у тебя, парниша ты наш американский, появился новый лучший друг. Плохо что неизвестно когда я вернусь в Кю-зи, все-таки дамы ждут, но ничего подождут -- потом в койке злее будут. -

Сулмендир улыбнулся новому другу, подлил ему вина и начал рассказывать довольно пошлый и бородатый, но все еще смешной анекдот.

Глава 23

Великий Южный океан, остров Свободный, территория Рыжезубов.

27 дней спустя после того как клан Красного Дракона и клан Десятый Вал заключили временный союзный договор.

Флот клана Красного Дракона (18 боевых кораблей, 4 транспортных), флот клана Десятый Вал (16 боевых бронированных кораблей), флот Вольного братства островов Камы (38 боевых кораблей).

Дым... Пламя... Звон оружия... Треск деревянных корпусов.... Вспышки и визжание боевых заклинаний... Крики людей: боль, ярость, радость победы... Стон магических щитов, когда в них врезаются ударные чары и стрелы... Боль, отчаяние, надежда и яростное желание победить или просто ярость, когда победить нельзя, но и желания умереть тоже нет, или есть, но хочется напоследок забрать с собой как можно больше врагов.... Громкие морские и воинские команды и согласованный скрип снастей в ответ на них, хлопки тетивы сотен разгибающихся луков и свист стрел, речитатив заклинаний, удары весел по воде, топот ног, шуршание доспехов, тяжелое дыхание ждущих своего часа членов абордажных команд...

Обширная и глубокая бухта Свободного острова долго служила пиратскому братству Рыжезубов домом и надежным укрытием от штормов и врагов. Ну а теперь пришло время Рыжезубов постоять за свой дом и сразиться с давними врагами, что пришли отнять у них все. 70 против 98. 72 корабля вторглись в домашнюю бухту Свободного острова, и 98 кораблей Рыжезубов устремились к ним навстречу, устремились стаей свирепых волков, что защищают свое логово от чужой стаи, их было больше и они рассчитывали победить.

-- Держать строй, не сыпаться, - сквозь зубы пробормотал адмирал, хотя капитаны всех кораблей итак слышали его по общей ментальной связи флота. - ''Бегун'', ''Рогач'', не жмитесь так друг к другу -- не в гей-баре! Лейтенант, у тебя будет еще возможность попробовать себя в абордаже, а пока не рыпайся и не вылезай из кильватера! Циркачка, проскакивай! Трое за ней, пропустите головешку и догоняйте! Маги, хватит бестолку лупить -- вы не успеете его разбить! Держать строй, сукины дети, и делать как я! -

Флот клана Красного Дракона не впервые участвовал в настолько масштабном бою, да и бой за явным преимуществом противника не был для них в новинку что на море, что на земле -- Драконы справлялись и на зависть более опытным Десяткам и их союзникам-пиратам били врагов не только без потерь со своей стороны, но и вообще не допуская вражеских кораблей до себя. Сразу по входу в бухту Драконий флот покинул довольно аморфное построение союзников и, по большой дуге огибая бесхитростно прущие лоб в лоб флоты, эволюционировал в кильватерную колонну и именно в этом ордере и вступил в бой. Вступил-ударил как умел и мог, обрушив на попытавшиеся сблизиться с ним корабли Рыжезубов плотный сияющий вал боевых заклинаний, выстрелов из станковых самострелов и тучу зажигательных стрел от не знавших промаха спецназовцев и эльфов-стрелков. Ответный огонь больших любителей абордажа Рыжезубов и без того был слишком слаб -- мало стрелков, да и с магами не так хорошо как у Драконов, а вскоре некому стало отвечать. Нет, корабли нынешних хозяев острова иногда преодолевали жуткий огненный вал... на последнем издыхании, пылая как выхваченная из костра головня. Именно один из таких охваченных огнем кораблей адмирал и приказал пропустить своим концевым. Некоторые капитаны Рыжезубов оказались умней и не поперли лбом прямо на смерть, а попытались либо обогнать колонну Драконов и встать у нее на пути в надежде смешать строй, либо наоборот зайти с кормы и затем догнать, не подставляясь под концентрированные удары одновременно со всех его кораблей. У них вполне могло получиться -- при всех его достоинствах кильватерный строй долго перестраивается в бою, даже когда его адмирал лично контролирует каждый из кораблей с помощью созданного им магического ветра, к тому же одновременная атака и с носа, и с кормы. Могло получиться, но не получилось -- Халлон имел козырь на руках, простой, надежный, элегантный, совсем не морской, и прозывался тот козырь довольно просто -- грифоны. Воздушные силы клана не дали встать у флота на пути, ну а догнать раздувшие облака-паруса корабли было не так уж легко, к тому же концевой ''Обжора'' щедро ''сеял'' за собой сюрпризы для преследователей, и вскоре пара из них прочувствовала подарки Драконов на своей деревянной шкуре. Первый влетел в водоворот -- потерял скорость, треща корпусом покрутился вокруг своей оси и... выбрался на волю без особых потерь, а вот второй налетел на незамеченную бочку в воде.

Вспышка! И огромная дыра в носу идущего на полной скорости корабля -- что было дальше итак понятно.

Вскоре Драконы сменили курс и оказались между берегом и битвой. Магам и стрелкам пришлось более тщательно выбирать цели, чтобы не задеть своих, зато к веселью и общему залпу присоединились арбалетчики абордажных команд, обрушив на палубы кораблей Рыжезубов град хоть и обычных без бонусов и магии, но все равно несущих смерть болтов.

Между тем у участвовавших в общей свалке союзников-Десяток все тоже было хорошо, можно даже сказать прекрасно. Впрочем чему тут удивляться -- опыт старейшего в этой части мира морского клана не чета опыту Драконов, и огромные ''вилки'' таранов раз за разом отправляли корабли Рыжезубов на дно. И пусть очередной жертве каким-то чудом удавалось вывернуться из-под страшного удара, однако даже легчайшее столкновение бортами с разогнавшимся СТАЛЬНЫМ кораблем ломало ДЕРЕВЯННЫЙ набор. Страшному таранному приему Десяток не нужна была помощь работавших сквозь бойницы магов и стрелков, но помощь все равно была, и броненосцы Десяток хорошо огрызались огнем магов и стрелков, целью которых в основном являлся такелаж, ну и заодно пытавшиеся с ним работать матросы.

Союзники-неписи придерживались более традиционной тактики -- абордаж и жуткая рубка на палубах сцепившихся кораблей. С одной стороны, вольные братья несли в таких вот мясорубах большие потери, но вот с другой, УЖЕ брали добычу, которую в отличие от той что возьмут на самом острове не придется складывать в общий котел. Что же касается первоначального численного превосходства Рыжезубов, то благодаря тактическому, магическому, да и техническому превосходству кланов-игроков оно почти сразу испарилось как дым, и совсем нередко один корабль защитников острова атаковали два корабля его захватчиков. Тем не менее Рыжезубы продолжали драться, хоть и были обречены, причем дрались яростно как загнанные в угол звери, и зачастую даже атака с двух сторон и превосходство в числе не сильно помогали вольным братьям победить. И все-таки Рыжезубы были обречены, пусть даже команде всего одного их корабля случалось подчистую вырезать команды целых двух.

Бой окончательно превратился в свалку -- хозяев острова начали просто добивать, и адмирал Драконов отпустил половину своих кораблей ''поиграться'' в абордаж, а с половиной остальных отрезал для уже понявших что это конец пиратов возможность спастись, выбросив их корабли на берег, заодно топил шлюпки, на которых не участвующие в битве пираты на берегу пытались добраться до трофейных купеческих судов на рейде. Но адмирал, да и не только он, ошибся -- это был еще не конец -- в тот самый момент, когда до Рыжезубов дошло что им не победить, они применили свое секретное и приберегаемое как раз на такой пиковый случай оружие...

Жуткая тень поднялась из глубины! Нет не поднялась и не из глубины, а соткалась из самой тьмы, прямо под самой поверхностью воды. Черная как самая страшная ночь кожа, огромный горб размером с парус, полные ненависти ко всему живому красные глаза, зубы как белоснежные пики гор -- огромная, больше любого из находившихся в бухте кораблей акула-демон вырвалась из планов инферно в этот мир и ринулась вперед, желая не столько даже жрать, а убивать, топить, разрушать...

Первым ей на пути попался один из пиратских кораблей союзников-братьев. Ам! И половина, даже больше невеликого корабля исчезла в огромной пасти, проглоченная в один присест. Но и моряки на уцелевшей половине не надолго пережили своих коллег -- черная с красными прожилками вода, что окружала демоническое существо, убила их также быстро как и пасть. Второй жертвой снова стал пират-непись: огромный тупой нос как детский мячик подбросил по настоящему большой корабль в воздух, а затем демон в форме акулы насадил его на огромный горб-плавник как на меч -- команда корабля умерла быстро и почти мгновенно вместе с деревом и всем что было на борту превратилась в черную слизь, которая немедленно впиталась в черное тело их убийцы.

Нельзя сказать что почти победившие союзники не попытались ничего предпринять: Десятки направили целых два своих забронированных корабля монстру наперерез: находившийся поблизости ''Бегун'' Драконов сосредоточил на чудовище огонь всех своих магов и стрелков; а Халлон начал перестраивать строй, чтобы когда последняя надежда Рыжезубов пойдет на него, встретить ее бортовым залпом всех кораблей.

Все происходило очень быстро. Вот огромное черное тело как дельфин вырвалось из воды и, пролетев по воздуху не меньше 3-х сотен метров, подмяло ''Бегуна'' -- кораблю клана пришел конец -- первая потеря Драконов в этом бою. Вот прикончивший очередную жертву демон развернулся к стремительно приближавшимся кораблям Десяток и ринулся на них. Десятки чуть разошлись, стальная покрытая рунными записями броня их корпусов запылала от мощи защитных чар, ну а гигантские тараны-вилки и вовсе стали белыми от магии как электро-дуга.

Столкновение! Один из броненосцев столкнулся с чудовищем нос в нос, а вот другой, несколько секунд спустя всадил свою огромную ''вилку'' ''рыбешке'' в туловище ближе к хвосту! Оба Десятки погибли, хоть и нанесли демону шесть болезненных ран.

Халлон все еще перестраивал оставшуюся под его непосредственным командованием половину флота, в центре бухты продолжался бой, ну а демон увидел новую цель, очень вкусную цель из трех намертво сцепившихся кораблей: посудины Рыжезубов и двух зажавших ее союзных судов, большого пиратского корабля с единорогом на носу и ''Невесты Ветра'', бывшего корабля Тралла.

Считанные секунды понадобились порождению инферно чтобы достичь неспособных сопротивляться или убежать жертв, на которых к тому же продолжался бой. Раны не очень тормозили тварь, скорее служили стимулом быстрей сожрать жизненную силу как можно большего числа живых и восстановить тем самым свою поврежденную плоть. Гигантский горб разрубил все три корабля как один кусок масла, а черно-красная вода, часть тела демонической акулы, мгновенно поглотила всех кто пережил столкновение.

Тем временем Халлон почти перестроил свои силы из девяти кораблей, и многие из них не дожидаясь окончательного построения уже вступали в бой, спеша отомстить за корабли и за товарищей, ну и за союзников тоже. Одновременно две трети грифонов обрушились на тварь с небес, щедро потчуя ее бомбами и заклинаниями из жезлов, остальная треть летунов занимались недогадливыми пиратами, что все же осмелились преследовать флот Драконов. Решившие поиграть в догонялки пираты получили по полной: два уже потопленных корабля и три в процессе утопления (насмерть уничтоженный такелаж, пожары, несколько пробитых бомбами палуб, бомбы взорвались глубоко внутри, уродуя набор). Десятки так же желали отомстить и потому все их броненосцы торопливо выходили из почти выигранного боя, впрочем ситуацию это уже не могло изменить -- Рыжезубы проиграли -- все их корабли либо пускали пузыри или горели, либо их команду выбили во время абордажа, либо скоро добьют.

Новой целью демон избрал наиболее досаждавшие ему корабли Халлона, а не находившийся в процессе формирования броненосный кулак, и хотя Десятки находились ближе, у такого поведения демона было несколько причин: во-первых, за исключением общей свалки -- самая крупная цель; во-вторых, удары сильных и опытных магов Драконов причиняли демону сильную боль, хоть и не наносили какого-то значительного вреда, пока не наносили; в-третьих, демон все-таки был разумным существом, злобным демоном планов инферно -- он почувствовал как на палубах кораблей Драконов несколько практикующих демонологию магов начали проводить обряд изгнания инфернальных существ (изгнать такого мощного демона, тем более не зная его имени, конечно не получится, но вот ослабить, лишить части способностей -- запросто).

Даже под ливнем заклинаний и стрел, под ударами грифонов, под долетавшими ''приветами'' от Десяток черной акуле понадобилось всего лишь пара минут, чтобы почти достичь линии Драконов. Огромное черное тело в прожилках багрового огня выметнулось в чудовищном прыжке, уже разявив полную гигантских зубов пасть, внутри которой горел огонь, и... акула шлепнулась на брюхо, не долетев пары сотен метров до плюющихся смертью кораблей!

У Драконов нашлось собственное секретное оружие: Пауль -- верный спутник Эариэль вмешался в бой, и десятки его щупалец ухватили демона за хвост, не просто ухватили -- смогли удержать! Несколько минут демон рвался вперед, желая добраться до удвоивших усилия магов Драконов (включая демонологов), но затем до твари в обличье акулы дошло, и она резко, вовсе не как акула, а скорее как змея развернулась и бросилась на маунта. Пауль конечно был силен и размером не уступал своему демоническому противнику, а демон хорошо получил, ну и заклинания демонологов уже действовали, но... НО, демон это демон, тем более такой -- маунт продержался всего несколько секунд и осыпался струями серебристой воды. Разозленная задержкой акула развернулась к кораблям....

Бух!!! Грянул гром, и с небес ударила великанская молния -- одна из сотни молний, что собирался выдать адмиральский недоэлементалей. Страшный удар не убил демона, да и не мог его убить, пусть даже таких молний будет миллион, но на какое-то время парализовал, а затем ударила вторая молния, и история повторилась -- демон видел ненавистные корабли, мог добраться до них за пару секунд, и в то же время не мог, по крайней мере пока его черную плоть терзают стрелы небесного огня. Огромное тело пытали не только молнии Халлона, но и заклинания многих других школ, стрелы, болты из станковых самострелов, но как и молнии они не могли уничтожить демоническое существо, только задержать, заставить потратить силы, причинить боль -- не больше. Разумеется демонологи усиливали эффект, но кардинально тоже ничего не могли изменить, вряд ли смогли бы помочь и почти готовые броситься на демона Десятки, даже если угробят все свои корабли в таранах. Но Драконы не занимались ерундой и не оттягивали неизбежное -- у Халлона был план, основанный на доскональном знании возможностей каждого мага под его началом, и ни один удар не пропадал зря, выигрывая так необходимое время.

-- Я готова, - просто сказала адмиралу сосредоточенная Русалочка, что стояла на мостике рядом с ним.

-- Бей! - так же просто ответил ей Халлон, чувствуя как из него бешеным потоком уходит драгоценная мана. Вообще не только у него резерв показал дно, но и остальные маги были почти пусты, многие хлебали зелья.

Русалочка не стала тянуть резину и мгновенно выбросила вперед и вверх сжатый кулак, тем самым активировав наверное самое мощное из доступных ей боевых заклинаний с простеньким и не особо внушающим названием -- Копье Вод.

Копье Вод -- сложное, чудовищно затратное и требующее много времени на подготовку заклинание 6-ого уровня школы Воды, можно было использовать не больше одного раза в 10 дней, но оно стоило того -- из глубины ударила похожая скорее на алмаз чем на воду струя, пробила брюхо демонической акуле и уподобив ее киту вышла из спины!

Теперь демон испытал настоящую боль, да и вобравшее в себя силы глубинной мощи всего океана заклинание школы Воды вполне смогло бы акулу убить... но не убило -- крит не прошел, и демон остался жив. Вернее остался бы, если бы в тот самый момент когда потерявшее силу заклинание не падало назад уже обычной водой, не ударила бы очередная молния Халлона и вместе с водой не проникла бы под чудовищной прочности черную шкуру. Для только что пережившего страшный, без малого смертельный удар демона это было уже чересчур, и на его месте возникло облако тьмы, вспухло почти до самых кораблей и тут же начало сжиматься, а чудовищный ветер потянул корабли клана вслед за ним. Молнии Халлона еще несколько раз ударили внутрь стремительно уменьшавшегося облака, но по совести новые удары уже были не нужны -- демон-защитник Рыжезубов вернулся туда, откуда пришел.

Сражение за бухту Счастливого острова было закончено и на некоторое весьма не продолжительное время в еще далеко не законченной битве наступил относительный перерыв: маги-игроки обоих кланов глотали зелья как воду и подновляли потрепанные щиты, союзники-неписи добивали последних Рыжезубов на захваченных кораблях, грифоны пополняли боезапас, броненосцы Десяток неторопливо приближались к берегу, а защитники острова на берегу вовсю готовились встречать неизбежный десант. Что же касается Халлона, то адмиралу так и не удалось отдохнуть, он одновременно собирал свой флот в единый кулак (отпущенные ''погулять'' корабли привели три трофея), готовил высадку на сушу и, самое тяжелое, пытался спасти свой ветер, в который сам адмирал вложил столько сил и до зубовного скрежета не хотел терять эти нерастраченные силы, что буквально разрывали создание изнутри.

В конце концов аж посеревший от напряжения Халлон понял, ветер ему не спасти... и тут же бросил его в сторону берега, на скопище легких навесов и лачуг -- тем самым он невольно закончил своеобразный перерыв. Умиравший недоэлементаль натворил дел: разметал множество легких строений во все стороны, зачастую вместе с людьми, вырвавшиеся из него молнии устроили несколько пожаров, вскрыл многие (но не все) замаскированные схроны в земле, которые должны были послужить небольшим отрядам Рыжезубов укрытием и помочь ударить в спину прямо по ним протопавшим врагам (по присыпанным песком жердяным щитам). Но главная неприятность для защитников острова случилась все же потом, когда достаточно глубоко проникший на сушу колдовской ветер наконец умер: гибнущее порождение магии взорвалось дикой мощи ударной волной, а еще многочисленными молниями-спутниками этой волны. Последствиями этого взрыва стали поврежденная, вернее полностью завалившаяся земляная стена форта (главного оплота Рыжезубов), сотни поднятых в воздух и грохнутых о песок людей, большинство из которых не смогли потом сражаться, разрушенные баррикады среди лачуг, да и самих лачуг больше не было, только обломки пополам с песком и стонущими телами. И без того нулевые шансы Рыжезубов отбиться не просто упали до нуля, но достигли отрицательной величины.

Началась высадка. Оба клана не стали дожидаться нерасторопных союзников-неписей, хотя в свете понесенных вольными братьями потерь (абордажи) все равно не стоило от них многого ждать. Так что высадка и бой на земле полностью легли на плечи игровых кланов, и вот тут они смогли друг друга взаимно удивить -- каждый из кланов имел свой оригинальный способ высадки на враждебный берег, так же как и свою тактику боя на земле.

Способ высадки Десяток был выстрадан во множестве битв, множестве взятых городов и островов, а так же идеально подходил именно к таким как у них кораблям и совершенно не подходил к любым другим. Все 14 бронированных судов вылетели на берег, чиркнув вилками-таранами по песку (те самортизировав приняли на себя большую часть удара), и тут же превратились из мощных океанских кораблей в не менее мощные форты, из бойниц которых хлестали стрелы и боевые заклинания, хлестали по немногочисленным и все же попытавшимся остановить высадку защитникам. Растерявшимся беднягам пришлось нелегко, когда вместо шлюпок с десантом на берег пожаловали КОРАБЛИ. А потом открылись специальные люки-пандусы, и на берег хлынула стальная серая волна, 14 таких волн.

Способ Драконов был прост как мычание, да к тому же в отличие от съевших на высадках собаку Десяток они впервые опробовали его в реальном бою (пару учений все же провели). Шесть кораблей под знаменем Дракона, едва не чиркая медными днищами по песку, встали на рейд не далее чем в пятидесяти метрах от кромки пляжа, и, пока к каждому из первых кораблей борт в борт пристраивался второй, в сторону суши ушла водная тропа, вернее не так -- 6 водных троп, связанных в один широченный тракт. 5-7 метров -- не высота для воина-заготовки, тем более для игрока, и вскоре водная тропа скрылась под массой 12-и усиленных абордажных команд. Войско клана наступало по воде как по суше. Ну а что же еще 4 корабля, вернее 7 считая трофеи? Им хватало дел и в бухте: трофеи и два клановых корабля охраняли проводивший высадку остальной флот от разных неожиданностей, а два других отправились встречать пустые транспорты и заодно проследить, чтобы озорники-пираты не попутали какие корабли можно брать на абордаж, а какие нельзя.

Еще сильней Десятки и Драконы отличались касательно тактики боя на земле. Строй Десяток -- единая стена щитов и кольчужных тел: железнолобые перли вперед, а внутри их массы до нужного момента скрывались рейды-игроков. Оставшиеся на кораблях лучники и маги (исключая тех, что были в составе рейдов) играли вспомогательную роль. Впечатляющая тактика -- быстрый, мощный и неостановимый напор стальной волны, особенно как сейчас, когда подобная волна накатывает на сильно разряженный строй бездоспешных или снаряженных в легкие доспехи бойцов, которых к тому же много-много меньше. И все же Рыжезубы попытались дать отпор: в стену щитов полетели немногочисленные стрелы, а когда она подошла ближе -- метательные ножи и топорики, пару раз ударили маги -- неудачно (рейды игроков, включая магов, не зря шли среди заготовок). Защитникам острова не удалось не то что достойно встретить, но на одну секунду задержать кольчужную волну: стрелы, топорики и ножи бесполезно втыкались в щиты, отскакивали от кольчуг и шлемов, да и в ближнем бою разрозненным, отчаявшимся, часто раненым пиратам нечего было противопоставить заготовкам-железнолобым, а тем более их хозяевам игрокам -- в общем всех кто был на берегу захлестнул кровавый прибой. Захлестнул и покатился дальше к небоеспособному форту, и на острове уже не было силы способной тот стальной прибой остановить.

Что же касается тактики Драконов, то они вообще не вступали в ближний бой -- комбинированный вал из стрел (спецназ, эльфы-стрелки), болтов (морские люди) и ударных заклинаний (игроки) не подпускал к ним врагов, а во все подозрительные кучи мусора и ямы сперва летели гранаты, иногда летели не зря. Драконы вообще не несли никаких потерь и так же как и Десятки продвигались довольно легко.

Но несмотря ни на что Рыжезубы не сдавались до конца и у самого форта (вне зоны досягаемости лучников и магов с кораблей) предприняли последнюю попытку, нет, не победить, но хотя бы перед смертью испортить захватчикам праздник. Одновременно открылись два десятка уцелевших схронов, и в спину железнолобой волне ударили 2-3 сотни скрывавшихся в них пиратов, а из-за форта выбежала полутысячная орущая толпа и самое плохое для невооруженной копьями пехоты -- 6 десятков всадников с пиками в руках, ну а разрушенный вал форта и крыши внутренних построек обсыпались лучниками. Еще один отряд не меньше 3-х сотен человек выскочил из рощи неподалеку, но до схватки не добежал -- лег в полном составе под стрелами и болтами Драконов.

Между тем железнолобым и их хозяевам пришлось нелегко: 2-3 сотни ударивших в спину пиратов это конечно ерунда для нескольких тысяч отличных бойцов, лучников тоже можно было потерпеть (плохие луки, плохие стрелки, говенные стрелы), а вот шесть десятков атакующих под уклон кавалеристов это серьезно, как и полтысячи бойцов за ними. Маги железнолобых конечно проспали, но все-таки -- половина конных долой, однако другая половина натворила дел: разумеется все конные полегли, но мало того что каждый из них забрал с собой по паре заготовок, так еще в оставленную ими прореху вломилась воющая от ненависти полутысячная толпа. Каждый пират в той толпе дрался за семерых (наркотики и зелья) и, если бы не надежные шлемы и кольчуги, превосходил бы заготовок один на один. Бойня была страшной, да еще стрелки на крышах, к счастью вскоре подошли Драконы, и проблема стрелков отпала сама собой -- пираты не сумели бы посоревноваться даже с хорошо обученными лучниками-людьми, что уж говорить про эльфов.

Пока Десятки давили последнюю агонию сопротивления, Драконы довольно легко взяли форт: почти не убивали, а вместо этого использовали много оглушающих, парализующих, связывающих заклятий, а так же гранаты с несмертельным дымом-отравой и чары ментального подчинения, ну и спецназовцам удалось продемонстрировать свой действительно высочайший уровень рукопашного боя. А вообще не прошло и десяти минут как закончилось сражение, по пляжу и разрушенному городу рассыпались команды спецназа искать еще живых пиратов и, если их можно было еще спасти, тащить к целителям друидам и магам (легкие раны спецназовцы самостоятельно врачевали на месте); в джунгли в глубине острова так же ушли несколько рейдов игроков искать беглецов, по возможности брать их живьем и тащить назад. Что же касается бешеной полутысячи обдолбаных бойцов-Рыжезубов, то они ушли хорошо и взяли за свои жизни 1/1, и это включая почти 30 игроков.

8 часов спустя.

Халлон.

-- Так, с этим все, - думал Халлон, выходя из центрального здания бывшего форта Рыжезубов, а ныне своеобразного штаба Десяток. Как он понял из разговоров с новыми хозяевами этих мест жить зданию, да и всему форту, осталось от силы несколько дней, а потом сюда прибудет уже находившийся в пути транспортный караван: форт и все его постройки исчезнут, а на этом месте возведут что-то покапитальней и уж конечно попрочней. Только что состоялось подведение итогов общей операции, оно же дележ добычи. Ну что тут скажешь? Десятки не обманули, и Драконы получили свое сполна: львиную долю захваченного в форте и ''городе'' добра, всех пленников, которых они смогут увести на своих кораблях, подтверждение что жемчужные промыслы теперь принадлежат им, и в дальнейшем Десятки не будут заявлять на них свои права, да и не следует забывать о трех захваченных во время боя кораблях -- тоже добыча, а заодно транспортный ресурс.

Дорогу адмиралу преградил пьяный пират-непись из вольных братьев. Кивок охране (паре спецназовцев) и пьяницу без членовредительства убрали к ближайшей стене, где тот вскоре и заснул, подложив под голову в качестве подушки отрубленную ногу с остатками латной юбки и поножьем.

-- Кстати, - в последний раз глянув на присосавшегося к полупустой бутылке пьяницу вспомнил адмирал, - нужно сообщить Анариэль о том, что дела с жемчужными промыслами решены, можно начинать их продавать. -

Халлон достал из кошеля на поясе невзрачную медную пластинку с несколькими процарапанными на ней рунами и произнеся полдюжины слов (пластинка засветилась мягким красным светом) сломал ее, как будто она была сделана из стекла. В ту же самую секунду на пальце находившейся на Кури Анариэль потеплело и кольнуло ее иголкой сигнальное кольцо -- Анариэль торопливо доделала дела и отправилась искать Главу, договориться с ним насчет портала в нужные ей края.

-- Жаль Папаше (Альдарону) нельзя отправить такое же сообщение, - между тем размышлял выходивший из форта адмирал. - Вернее можно было бы, но что оно ему даст? Предварительное согласие чак-чарцев достигнуто еще до похода: по 250 золотых за голову хорошего моряка -- по-моему можно было запросить и больше, хотя Папаше видней. Я и сам пока точно не знаю сколько из захваченных пиратов моряки, даже то что их выловили в бухте после боя не дает гарантии -- вполне могут оказаться хорошими бойцами, а в морском деле ни бум-бум, таких только на Семибашенный (остров) в гладиаторы продавать -- вот там можно взять хорошую цену, но все равно 250 за голову не так просто получить даже там. Надеюсь таких не много и большинство окажется моряками, ну или теми, кто за них сможет сойти -- все-таки пиратский остров.

Пропахший смертью и кровью форт остался позади, а Халлон на время остановился подышать свежим вечерним воздухом, между делом созерцая постапокалиптический пейзаж, к которому он непосредственно приложил руку. Пейзаж уныло тянулся до самой воды, и ни один огонек не разгонял тьму там, где еще этим утром кипела жизнь. Мысли адмирала вновь вернулись к итогом только что состоявшегося разговора:

-- Хорошо что это МЫ взяли форт, подавив при этом прижавших их (Десяток) стрелков, да еще завалили ту жуткую тварь (гигантскую акулу-демона). Если бы не это, то договор договором, но вырывать свою долю пришлось бы с кровью, даже сейчас некоторые из старших Десяток ворчали типа: наш клан понес самые большие потери, поэтому и наша доля должна быть больше. Какая ерунда! Мы понесли! А мы будто не понесли?! Целых два корабля потеряли! Кстати столько же сколько и сами Десятки, не считая их союзников-неписей. Хорошо хоть на взятые боем корабли и жемчуг не разевали роток, а то представляю что бы творилось, если бы пришлось делить и трофейных ''купцов'' на рейде. А вот часть живой добычи все-таки попытались отжать -- хорошо еще что в этом пункте договор не имеет двойных толкований. -

Халлон вспомнил как старший Десяток заливался соловьем, пытаясь заложить ему в мозги мысль о щедрости своего клана и то, что самая ценная добыча (разумеется после самого острова) -- жемчужные промыслы, целиком ушла Драконам.

-- Заливался то заливался, а в глазах издевка и предвкушение, - непроизвольно дернул щекой адмирал, - нет, права Анариэль, нужно избавляться от такого беспокойства как можно быстрей. Пусть мы получим фиксированную сумму и кто-то другой будет стричь жемчужные купоны, зато не придется выделять на охрану 4-6 кораблей и не будет риска большой войны с одним из двух претендующих на проблемные промыслы государством, а то и с обоими сразу. Да и в конце концов, если держать там корабли, то окончательный доход будет не так уж и велик, к тому же игроки этих команд не смогут нормально качаться или смогут, но тогда -- война, которая нам на фиг не нужна. Так-что отправлю-ка я завтра четыре корабля, пусть щипанут напоследок промыслы и ждут покупателей Анариэль -- лучше бы ей поторопиться с продажей. Впрочем не буду надеяться -- сам потороплю. -

Развалены построек остались позади, и адмирал достиг пляжа, увидел что развернувшееся сразу после боя представление еще не закончилось и решил немного задержаться. Его внимание привлекли корабли Десяток, вернее не столько сами корабли, хотя и они тоже, а то как их уже освободившиеся из песчаного плена собратья вытягивают оставшихся на берегу обратно в воды бухты. Какая бы сила не двигала не имевшие парусов и весел суда, ходить задом наперед они не могли, и потому Десяткам пришлось сильно постараться, чтобы вырвать глубоко завязшие бронированные корпуса из мокрого тяжелого песка и спихнуть их обратно в воду. Халлон усмехнулся, вспомнив как хотел было предложить им помощь, но тут же передумал, решив вместо этого воспользоваться возможностью лучше осмотреть сами корабли и заодно оценить способности магов Десяток. Маги союзного клана не произвели на него впечатления -- середнячки, может быть лишь чуть-чуть повыше, а вот сами броненосные корабли... Во-первых, старавшийся не афишировать своего внимания Халлон не увидел в задней части кораблей чего-то даже отдаленно напоминавшего винт или хотя бы сопла -- сплошной гладкий корпус как и везде. Не бог весть какое открытие, но Халлон все-таки вполне обоснованно предположил, что корабли движутся с помощью какой-то магии (и был прав). Во-вторых, адмирал обнаружил несколько небольших люков у них в днище, через которые можно было покинуть бронированный корабль незаметно для врагов или внешних наблюдателей. Открытие сразу потянуло за собой мысль, что вполне возможно у Десяток есть специальные отряды для боя под водой и совершения диверсий против вражеских судов. Были и еще мелочи, которые заметил внимательный адмиральский взгляд, но эти две особенности основные. Десятки действительно долго корячились с первым кораблем, уже ушел разглядевший все что можно адмирал, из глубины острова вернулись рейды Драконов, рейды спецназовцев собрали всех раненых пиратов на берегу и заодно нашли всех спрятавшихся в развалинах некомбатов, а специальные команды все возились с намертво увязшим броненосцем, в одинаковой степени применяя магию и мускульную силу железнолобых. Но после того как сумели выдернуть ''бронированную репку'' из песка, дела пошли веселей: первый броненосец послужил буксиром и с помощью толстой стальной цепи вырвал на водный простор второй из кораблей, и уже два буксира потащили третий...

Прямо на глазах у адмирала последний из бронированных корпусов покинул пляж, и три корабля Десяток бодро побежали к стоявшим на приколе остальным. Продолжил свой путь и адмирал.

-- В общем все сложилось не то что бы совсем уж хорошо, но не так плохо как могло бы быть, - адмирал сел в шлюпку и кивнул гребцам, - такой масштабный бой, да еще с сильным противником, да еще акула-демон, а потеряли всего 2 корабля. Хотя конечно жалко и не корпусов -- на Кури еще много затонувших кораблей, и не игроков -- уже давно очухались в клановой точке возрождения, а более полутысячи неписей и заготовок -- вот это настоящая потеря. Но любой переход по морям Серединного мира это риск, так что потерь в любом случае не избежать, и как доказала в свое время Циркачка (Тауротари), не обязательно для этого должен быть бой -- так что потери еще будут, будут непременно, и это просто нужно учесть как данность. Ну а пока набьем трюмы добычей и пленниками и отправимся домой, - подвел итог своим философствованиям Халлон, тем более шлюпка ткнулась в борт флагманского корабля.

Уже шагая к своей каюте адмирал вспомнил о совсем небольшой части добычи, что он держал лично при себе, и инстинктивно положил руку на висящую на поясе сумку, совсем компактную по внешнему виду сумку, скорее на вид просто большой кожаный кошелек типа портмоне. В кошелке лежали бумаги на фейрийском языке, а также прилагавшаяся к ним карта. И хотя значки на карте тоже были на фейрийском, карту он все-таки сумел прочитать и соотнести с картой в интерфейсе: указанный на ней остров был в общем-то недалеко -- можно достичь дней за пять, но во-первых, трюмы кораблей будут забиты добычей, а во-вторых, ему ли не знать как могут быть опасны заброшенные фейрийские поселения. Так что адмирал не собирался искушать переменчивую судьбу, и древними бумагами займется Глава, он и решит как с ними поступить.

-- Госпожа уже пришла, - сообщил слуга-заготовка, помогая адмиралу снять специальный доспех мага, и подумав добавил: - Она не в духе. -

-- Сильно? - заинтересовался Халлон, привычно поднимая руки пока слуга расстегивал сложные пряжки крепящих доспех ремней.

-- Нет, она как будто грустит, - немного подумав сделал вывод слуга, убирая элементы доспеха на специальную подставку.

-- Вот как, грустит, - уже серьезно обеспокоился Халлон, пытаясь понять, что же могло вызвать у подруги грусть. Хотя долго размышлять он не стал и, вдев ноги в домашние туфли, отправился в кабинет, по пути приказав Дафне подавать ужин.

Достаточно опытный заготовка не ошибся -- Русалочка действительно грустила, не сразу заметив вошедшего в помещение эльфа, и хотя она как всегда ответила на объятье и поцелуй, но Халлон знал свою женщину довольно хорошо и сердцем почувствовал что-то не то.

-- Что случилось, малыш? - не стал ходить вокруг да около Халлон. - Устала или с подсчетами не то? - Пока адмирал выбивал из Десяток заслуженную долю, Русалочка возглавляла команду из магов и друидов, ее команда сортировала и заодно лечила пленных пиратов, а так же занималась всей остальной живой добычей.

-- Есть немного, - согласилась с последним подруга, и адмирал по тону понял, что это действительно так, - но дело в другом. -

-- В чем? - спросил адмирал и тут же ее поцеловал, успокаивающе поглаживая по спине.

-- Если позволишь расскажу, - уже не с такой грустью ответила улучившая момент между поцелуями женщина.

-- Давай, - вроде бы согласился Халлон, но вновь заткнул ей рот поцелуем, а его рука скользнула в вырез халата.

-- Потом, - Русалочка все же пересилила себя и положила руки мужчине на грудь. - Сперва поговорим, а потом все остальное. -

Тут в кабинет зашла Дафна и сообщила о том, что ужин ждет их на столе.

-- Дело видимо и в правду серьезное, - не стал дожидаться конца ужина адмирал. - Давай делись в чем причина твоих грустных глаз. -

-- Все расскажу, - отодвинула тарелку и промокнула губы салфеткой его подруга, - но все по порядку. Дафна, принеси папку со стола, - попросила служанку Русалочка и пояснила: - там результат нашей работы с неписями. -

-- Ясно, - адмирал тоже закончил есть и пока Дафна ходила за папкой небрежным кивком приказал слуге наполнить опустевший бокал.

-- Ну слушай, - открыла папку и начала отчет Русалочка. - годных к продаже пиратов-моряков 3411 человек, из них десятков шесть -- эльфы, примерно столько же полуэльфов, пара дюжин хопешей, остальные люди или морские люди. -

-- Неплохо, - впечатлился адмирал, он рассчитывал на меньшее. - Во сколько встало их лечение? -

-- Тысячи в 3 с копейками, ну не считая потраченной маны, - уточнила магиня. - Перевязочные материалы и зелья в особо сложных случаях и в самом начале, когда шел основной поток и можно было не успеть.

-- Терпимо, - одобрил расходы Халлон -- стоимость 12-15 проданных чак-чарцам моряков.

-- Помимо них еще 7 тысяч здоровых рабов, но это не все, а только самые здоровые, отсортированные за сегодня, завтра продолжим сортировать. -

-- Не сильно увлекайся, - предупредил подругу Халлон, - транспортные корабли не резиновые, а наши будут забиты хабаром. Так что навскидку: 3-5 тысяч мы еще потянем, да и то только благодаря тому фокусу с усыпляющим зельем и стазисом.

-- Я так и думала, - совсем не удивилась его словам Русалочка, - отсортируем всех более-менее годных, а потом отберем из них тех, за кого дадут больше всего. -

-- Так и делай, - одобрил ее планы адмирал и заскучав с намеком глянул на видневшуюся в другой комнате постель.

-- Дальше, - пока проигнорировала намек Русалочка. - Мы отобрали 6 сотен мастеров и членов их семей, их можно забрать к нам: кого на корабли, кого на верфи, а кого и в город отправить. -

-- Хм, - задумался вернувшийся в деловое русло адмирал, уж больно серьезным был вопрос. - А как они относятся к тому, что мы разворотили их дом, да еще обратили их в рабов? -

-- К первому резко положительно, ко второму равнодушно, - ответила подруга адмирала и предвосхищая его вопрос пояснила: - все мастера рабы, так что для них ничего пока не изменилось -- сменился хозяин вот и все. -

-- Ясно, - Халлон отхлебнул вина, - а нужны ли нам такие работники? Одно дело редкие неписи-специалисты, вроде моряков и корабелов, а совсем другое -- рабы. Может стоит заготовками обойтись? -

-- Наши ремесленники (игроки ремесленных профессий) их посмотрели, расспросили и говорят, надо брать -- сильно хорошие мастеровые, не зря здешние пираты держали их на привилегированном положении, даже семьи не продавали, а использовали как гарантию хорошей работы. -

-- Раз говорят -- возьмем. Но все-таки что тебя так обеспокоило? - вновь попытался добиться ответа Халлон. Грусть снова мелькнула у девушки в глазах, и она наконец прямо ответила на заданный вопрос:

-- Дети, меня беспокоят дети-рабы, особенно те, у кого нет родителей, таких чуть больше тысячи, самых разных возрастов и рас! Знаю что глупо, тем более на то что будет со взрослыми мне плевать, да и вообще все они непеси! - Тут Русалочка нервно сделала хороший глоток и почти выкрикнула: - Мне не хочется их продавать! -

На глазах у эльфийки заблестели слезы, и Халлон мгновенно оказался рядом с ней, обнял, посадил к себе на колени, прижал как можно сильнее к груди и не думая предложил:

-- Давай сделаем как ты хочешь. -

-- А куда их? - не размыкая объятий глухим голосом спросила подруга. - О них и позаботиться-то некому. Оставить на острове? Не вариант -- те же Десятки продадут или еще как используют. Куда-то отвести? А куда? Везде одиноких бесхозных детей превратят в рабов. -

Халлон был готов на все ради любимой и потому лихорадочно искал способный прервать поток слез вариант, про себя проклиная малолетних неписей и их допустивших чтобы они оказались у пиратов родителей.

-- Можно отправить их к нам, - наконец он сумел кое-что предложить, - в смысле в город к Исилиэль: она ведь пытается создать что-то вроде школы для детей Белок и вроде что-то уже есть, вот будут ей новые ученики. С Дриммом я поговорю, загоню ему какую-нибудь гонку про свежую кровь, про задел на будущее после переноса, вспомню янычар и мамелюков -- в общем справлюсь. Одна проблема -- Анариэль: как взвоет на непредвиденные расходы и упущенную выгоду с продажи детей, так может обломать нам всю малину. -

-- Ты гений! - влюбленными глазами посмотрела на своего мужчину Русалочка. - Так и поступим, а насчет Анариэль: не такая уж она чахнущая над златом церберша как многие считают, я с ней по-бабски поговорю и пробью на жалость -- уверена получится. -

-- Вот и хорошо что уверена, - подхватил любимую на руки Халлон и понес в сторону постели. На этот раз женщина не стала ему возражать, а наоборот так отблагодарила своего мужчину, что он надолго запомнил эту ночь.

Курорт (Гаваи) -- база клана Красного Дракона в Великом Южном океане.

8 дней спустя после захвата Свободного острова.

Дримм.

Дримм был счастлив и почти позволил этому счастью прорваться наружу сквозь обычный камень лица. Впрочем в данный момент никого из тех кто собрался на причале не удивила бы реакция Главы -- все уже знали, что возвращавшийся из похода флот возвращается с победой и добычей. Так что радовались все, даже погибшие в походе игроки, и мимолетная мечтательная полуулыбка, что иногда мелькала на лице у Главы, не вызывала отторжения у членов клана, а лишь порождала ответные уже гораздо более открытые улыбки. На самом деле фейри было наплевать на добычу в трюмах кораблей -- он ждал, нет, предвкушал, нет, бил копытом как застоявшийся жеребец в ожидании скорой встречи с Дайтаной. Проведенная с ней перед походом неделя пролетела для забывшего обо всем фейри как один миг, и он жалел только об одном, что когда пришло время расставаться не смог убедить прекрасную пиратку остаться с ним. Дайтана рвалась в бой и даже чувственные удовольствия в объятьях влюбленного в нее фейри не могли перебить эту ее страсть. Совсем потерявший голову от любви Дримм был готов ради нее на все, даже на время отпустить и уж конечно простить несколько необычные пристрастия в постели, но все же сумел взять с нее слово обязательно вернуться после похода и пропихнул на ее корабль два десятка годовалых спецназовцев. Вдобавок Дримм устроил ремонт ее кораблю за счет клановых верфей, забил трюмы деликатесами от Иримэ и вином из своих личных запасов, а так же подарил ей полдюжины амулетов эпического и легендарного класса. Но и без помощи влюбленного фейри пиратку было ой как не просто взять: два очень хороших даже по меркам игроков мага, опытный хорошо обученный экипаж, настоящие головорезы в абардажной команде, да и сам корабль был хорош, особенно после скорого, но качественного ремонта. После Дримм проклинал свою слабость и очень переживал, что не смог настоять на своем, но успокаивал себя тем, что сделал для ее безопасности все что мог и тем, что Дайтана будет сражаться в составе мощного флота, включая действительно сильный клановый флот.

Ну а когда корабль с единорогом на носу покинул бухту клана, спеша к месту сбора всех сил, словно солнце потухло для фейри, и он с большим трудом смог скрыть такую перемену в себе от других и воспользовался проверенным способом лечить хандру -- нырнул в работу с головой. Дримм старался отвлечься как мог, даже успел сходить в недлинный по затраченному времени поход к очередному поселению древних фейри, но все равно мыслями его безраздельно владела рыжеволосая пиратка. А в остальном дела шли и шли довольно таки хорошо: строился город и небольшие военные городки вокруг него; нашли подходящие места для трех замков на окраине клановых земель; до нескольких сотен фейри прибывало каждую неделю, но их успевали размещать и пристраивать к делу; от Элеммакила приходили победные реляции и просьбы прислать с грифонами побольше сумок для добычи; постепенно пускалось в оборот серебро, идея с типографией оправдала себя и теперь Морнэмир с Анариэль и Светланой до хрипоты спорили насчет будущего монетного двора и дизайна монет. Отдельной темой стала первая особая поставка через игровой квартал -- получивший в реале деньги программист не подвел, и клан не более чем в четверть цены купил полтора миллиона отличных стальных гвоздей с бонусами к прочности и долговечности.

Первые глубоко сидящие в воде корабли вошли в бухту, и Дримм сосредоточил все внимание на них.

Неожиданно фейри кольнуло знакомое неприятное предчувствие, кольнуло прямо как тогда, когда после возвращения из двухгодичной командировки в Холм (которая для всех остальных пролетела в один момент) он попробовал открыть оставленные рядом с его лесной обителью портальные метки. В тот раз Дримм не обратил на предчувствие внимания, тем более он ощутил отклик и сумел открыть портал, а дальше просто забыл его на время, ведь из портала повалила страшно вонючая жижа пополам с грязной водой. Через секунду Дримм закрыл портал, но невидимым слугам цитадели пришлось еще долго убирать грязь, а вонь вообще выветривалась еще несколько дней, не помогали даже благовония. Первая неудача его не смутила, и через час фейри попробовал еще, уже снаружи цитадели на небольшой поляне в окружавшем ее лесу. На этот раз ему повезло, если это можно назвать везением -- та же вонь и та же грязь плюс вода, но уже не таким бурным потоком, и из верхней части портала блеснул солнечный свет! Дримм не пожалел одежды и доспехов и нырнул в грязь с головой, приложил все свои немалые силы и сумел таки преодолеть грязевой поток, а затем извиваясь как пиявка вынырнуть уже с той стороны... и оказался посреди огромного торфяного болота. Справа от него возвышались незнакомые горы, а слева вдалеке что-то вроде леса из огромных красных папоротников и каких-то кустов -- ничего общего с тем, где он прожил и хозяйствовал более двух лет и где оставил свою огромную семью. Но и тогда фейри не отчаялся -- вернулся назад тем же путем, а затем привел в эти края своих питомцев и две сотни спецназовцев, через час вызвал Ворошилова, и все это время, и до того как смог сесть верхом на маунта и после, прочесывал местность вокруг, тем же самым занимались питомцы и спецназ, постепенно расширяя круг поисков. Поиски длились два дня, вернее двое суток -- Дримм и сам не спал, и не ел, и не давал сделать это другим, пытаясь найти хоть что-то, хоть какие-то следы если не племени фейри, то хотя бы леса, что должен был здесь быть. То что искал Дримм, так и не удалось найти, зато в большом количестве нашлись отвратительного вида гуманоиды, чем-то похожие на людей (две руки, две ноги), но со склизкой как у жабы кожей и рожей, которой постеснялся бы и шарпей. Целые сутки Дримм и его спутники вели жестокую войну, одновременно продолжая поиски неизвестно чего. Местные жители не представляли из себя ничего как маги, да и в рукопашном бою тоже не блистали, оружие из меди и кости, но зато их было много, очень много, а духовые трубки из полых костей гигантских птиц со страшной силой метали отравленные стрелы. Причем стреляли местные не хуже эльфов-стрелков, хоть и не так далеко. Сколько уж убили находившийся тогда не совсем в себе Дримм и беспрекословно подчинявшиеся ему спутники -- бог весть, может сотни, может тысячи, а может десятки тысяч: Дримм не жалел маны и вовсю эксплуатировал когтистый посох, живот Ворошилова раздулся от съеденных врагов, питомцы со спецназовцами будто перекрасили доспехи в красный цвет, а спецназовцы еще и истощили носимый запас стрел. Закончились не только стрелы, но и противоядия с зельями исцеления, и сразу же пошли потери -- уж больно силен был яд духовых стрел, что иногда все же находили щель в доспехах, а Дримм не всегда успевал прийти на помощь своим бойцам. В конце концов потеряв 26 спецназовцев и обоих питомцев, Дримм отступил к порталу. Но самым противным стал не сам факт поражения от шарпееобразных туземцев, а то, что фейри наконец-то осознал: старается он зря, и все жертвы принесены напрасно...

В тот самый день, когда он вернулся в Холм из столь необычного путешествия, и встал с каменного кресла будто пелена упала с его глаз, и все несоответствия места где он побывал обрушились на его мозг. Не прошло и часа как уже не скованный странным затмением разума Дримм многое осознал, но все равно продолжал надеяться до конца. Так что еще до того как он активировал первую метку, где-то в глубине души он подозревал, что что-то подобное и должно произойти, но гнал, ГНАЛ эти мысли от себя и надеялся на счастливый исход, особенно когда смог открыть портал и сумел по нему пройти. Не судьба -- фейри так и не удалось воссоединиться со своей огромной и счастливой семьей. Да и была ли она его большая фейрийская семья или с генерированная игрой локация мгновенно исчезла, когда в ней исчезла нужда? От осознания последнего Дримм едва не выл и, если бы это могло помочь, никогда бы не отступил, вызвал бы весь клан, скупил всех заготовок во всех игровых кварталах и перебил бы все население болот, но уничтожение туземцев ничего не могло изменить, и Дримм, отозвав Ворошилова, отступил вместе со спецназовцами сквозь портал, закрыв его за собой. Провал едва не убил бессмертного игрока -- фейри реально не хотелось жить, но он справился тогда и все его переживания не то чтобы остались в прошлом и были забыты, но у него был его клан, была Василиса, другие спутники, была цель в жизни, так что ему было ради чего дышать и двигаться дальше.

И вот предчувствие вновь посетило его, и как и тогда Дримм гнал его от себя и, уже совершенно не контролируя свое поведение, вглядывался в корабли, пытаясь как ману небесную увидеть на носу одного из них позолоченного вставшего на дыбы единорога.

Так и не увидел... и умер в тот же миг...! Дримм остался стоять на ногах, неподвижный как манекен, но сердце его разрывалось на куски. Он еще ничего не знал -- то что не пришел корабль с единорогом на борту могло значить что угодно: задержка в пути или ветреная пиратка могла нарушить данное слово, но наконец-то прислушавшийся к свой внутренней сути фейри знал, ЗНАЛ -- Дайтана мертва.

Боль довольно быстро сменилась опустошением, однако никто не заметил в нем каких-то перемен и редких унесенных ветром слез, лишь только Дочка знала, как тяжело ее отцу, и не отходила от него ни на шаг, а после, отставив все свои дела, всю ночь сидела у его постели, сжимала его руку своей рукой, вытирала слезы, что выступали у отца во сне, и как могла тушила кошмары в его воспаленной от горя голове.

В тот самый день, день возвращения победоносного флота, Дримм сумел собраться и не стал портить остальным праздник : выслушал доклад Халлона, равнодушно кивнул, услышав просьбу адмирала о детях, которых почему-то не нужно продавать, а наоборот следует взять на кошт клана, поблагодарил капитанов и команды кораблей, сказал положенную в таком случае речь и даже, как ни тошно ему было, открыл традиционный победный пир в Греческом зале цитадели.

Халлон весьма удивился такому пассивному поведению Главы и обрадовался тому, что не пришлось использовать домашние заготовки-объяснения наспех состряпанные по пути. Но удивился больше чем обрадовался -- насколько он успел узнать Дримма за время их знакомства, тот отличался редким вниманием к мелочам, а тут полное равнодушие, и еще взгляд адмирала царапнуло встревоженное лицо Дочки, когда питомица смотрела на своего ''отца''. Но как бы то ни было, по крайней мере половина дела осталась позади, да и не смог Халлон долго приглядываться к Главе -- адмирала отвлекли многочисленные друзья и общий праздничный водоворот.

Дримм выполнил обязанности Главы до конца и, высидев положенное время, ушел, сославшись на дела. Уже в коридоре его окликнул Халлон, и фейри, собрав в кулак последние силы, с прежним радушным выражением повернулся к нему, а вот Дочка почти с неприязнью взглянула на веселого и пьяного адмирала -- питомица знала, как тяжело сейчас отцу и как ему хочется остаться одному.

-- Чуть не забыл, - улыбнулся Главе довольный жизнью адмирал (Русалочка была права, и как оказалось все-таки не калькулятор, а женское сердце билось в груди Анариэль -- подруга была счастлива, а значит счастлив был и адмирал). - Вот здесь, - Халлон торопливо сунул в руки фейри покрытый рунами пенал, - какие-то карты и бумаги на фейрийском языке, так что посмотри на досуге что там и как и если дело стоящее, то я готов. -

-- Хорошо, - Дримм не особо понимал смысл слов адмирала и выдал дежурно-инстинктивный ответ. Воспоминания о Дайтане смешивались с еще свежей раной от потери оставленной неизвестно где семьи и усугублялись пониманием того, что если в первом случае от него не так уж и много зависело, то во втором, произошедшее полностью его вина.

-- Ну вроде все, больше ничего не забыл, - задумался Халлон. - Да, ладно, пойду, - и адмирал уже начал поворачиваться чтобы вернуться в зал, где он был героем торжества, где за его здоровье поднимали тосты и где его ждала самая любимая и самая желанная женщина на свете, но неожиданно спросил: - А ты че такой квелый, будто не живой? Расстраиваешься из-за той пиратши? Да, хороша была девка, но это судьба -- любой мог быть на ее месте. -

Только Дочка знала, как тяжело отцу было сдержаться и не впечатать в сочувствующее лицо один единственный удар, после которого Халлон немедленно отправился бы на респаун и заодно обиделся бы на Дримма навсегда.

-- Так что не переживай, - между тем хлопнул фейри по плечу Халлон, все еще не понимая, что жизнь его висит на волоске.

-- Отец, дай я понесу, - вмешалась в разговор Дочка, забирая из пальцев фейри пенал и обращаясь к Халлону сказала: - Он посмотрит с утра, а тебе пора -- Русалочка ждет. - Легкий и аккуратный ментальный посыл придал веса ее словам и спохватившийся Халлон тут же ринулся обратно в зал, ну а Дочка, закинув руку внешне все такого же равнодушного отца себе на плечо, повела его в личные покои, надеясь что сон хоть в какой-то степени притушит терзавшую его боль, от которой самой Дочке, что чувствовала все не слабее него, хотелось плакать навзрыд и забыв обо всем свернуться клубком.

Утро следующего дня.

Сулмендир, Альдарон.

-- Есть разговор, - Сулмендир с самого раннего утра заявился прямиком в личные покои Альдарона. Впрочем тот уже встал и как раз собирался сходить позавтракать в ''столовку'', но увидев серьезное выражение лица коллеги, отложил планы, запер дверь и активировал защитные чары от прослушки. Папаша (Альдарон) не знал, чем собирается поделиться с ним Суллмендир, но не сомневался, что чем-то серьезным -- не зря же он прервал свою важнейшую и уже принесшую клану дивиденды миссию в Кю-зи и простым воином рейда отправился в морской поход.

-- Присаживайся, - Альдарон указал гостю на кресло и сам присел, привычно постаравшись расслабиться, для того чтобы лучше воспринимать информацию, и даже слегка полуприкрыл глаза. - Давай делись и с самого начала. -

Альдарон ожидал чего угодно, но не того, о чем ему рассказал Сулмендир. Какие полуприкрытые глаза!? Какое к черту расслабление?! Альдарон как хищник подался вперед и едва-едва не сломал ручки кресла!

-- Ты уверен в своих выводах? - Альдарон понимал, что может обидеть таким вопросом старого друга, но не мог не спросить -- уж больно закручивались интересные и смертельно-опасные дела, прямо как в его прошлой земной жизни, да и враг был тот же что и тогда.

-- Уверен, - понимающе усмехнулся Сулмендир. - Я больше месяца с ним общаюсь, 24 часа в сутки, в мирной жизни, в бою -- мы в одном рейде, на учениях, на отдыхе, за едой, за картами, везде, только что в сортире в разных кабинках сидим. Так что уверен на все 100 -- ошибки быть не может. -

-- Это плохо, - озвучил очевидное Альдарон, в то же время лихорадочно листая дневник интерфейса. Вот он нашел нужную запись и облегченно вздохнул: - Плохо, но не смертельно -- в клан его уже приняли, - Альдарон сверился с записью в дневнике и уточнил, - два месяца назад, но про ПРОЕКТ еще не успели рассказать. -

-- Все-таки сомневаюсь, что он шпион, - напомнил о своем выводе Сулмендир.

-- Вполне может быть, - не стал спорить Папаша. - Но мы не будем рисковать -- есть вероятность, что он сам все узнал или как минимум о чем-то догадывается. -

-- А что еще мы можем предпринять? Выследить и кончить его в реале, если конечно я не ошибся, и он один и за ним никто не стоит -- тебе самому не смешно? -

Сулмендир ударил что называется не в бровь, а в глаз -- Альдарон не хуже него осознавал, как мало они могли -- возраст не тот, тем более самого Сулмендира, как уже сыгравшего в ящик в реале, вообще нельзя было принимать в расчет. Из старой гвардии оставались только он и Тирон, ну еще Синьагил -- развалины за и под 90.

-- Не вариант, - мгновенно понял Альдорн и постарался успокоить мечущийся в поисках решения разум. - Давай еще раз, все что ты выяснил о нем, - попросил Альдарон, надеясь услышать то, что поможет ему понять, как нужно поступить.

-- Американец, 20-30 лет, - пошел по второму кругу Сулмендир, - скорей всего родом из Вашингтона, скорей всего белый, скорей всего эмигрант в третьем-четвертом поколении, отсюда и знание языка, любит хоккей, имеет высшее образование, постоянно проживает в Москве, скорей всего либо сотрудник посольства, либо сынок такого сотрудника, я склоняюсь ко второму варианту -- слишком много сидит в вирте, по этой же причине не может быть работником американской компании с офисом в Москве. -

-- Не так уж и мало, ты молодец, - похвалил подчиненного Альдарон. Решение проблемы так и не пришло ему в голову, но хотя бы он понял, какие нужно сделать шаги.

-- Да, еще, - привлек его внимание Сулмендир, - процентов на 70 я уверен, что его имя Алекс. -

-- Если ты прав, то мы быстро его найдем, - довольно откинулся в кресле Альдарон, - а вот что будет потом... посмотрим, сначала надо выяснить, кто он такой и кто за ним стоит: одно дело, если это скучающий сынок посольских работников развлекается, а другое, если он сотрудник посольства и действует не один. -

-- Говорю же сомнительно, - еще раз повторился Сулмендир. - Кому это надо внедряться в не самый большой клан? Да и вообще в вирт? Командам зачистки? Зачем? Чем больше людей уходит от реальности, тем легче сохранить тайну. -

-- Логично, - не стал спорить Альдарон, но напомнил: - Для нас плох любой вариант: даже если ты прав и он всего лишь сынок посольских работников, как только он узнает о ПРОЕКТЕ, то тут же расскажет о нем своим родителям. Дальше нужно объяснять...? -

-- Не нужно, ты лучше объясни, что с ним делать? Достать его в реале мы не можем, выгнать из клана по надуманной причине -- не выход, оставить в клане и следить нельзя -- рано или поздно он узнает все. Что? -

-- Как работали на Земле: соберем информацию, выясним кто он такой, где живет, с кем живет, чем живет, а потом доложим наверх, то есть Дримму. -

-- Думаешь Дракон справится, он ведь как и я намертво привязан к вирту? В реальности он никто -- труп в могиле. -

-- Вот и посмотрим что он решит, а пока меня, да и не только меня ожидает длительная на пару недель командировка в реал, надеюсь я не окочурюсь за эти две недели. -

-- А мне что делать? - Сулмендир впервые после того как стал постоянным жителем Серединного мира пожалел об отсутствии своего реального тела.

-- Продолжай следить за нашим другом-янки, и если от меня, Маски или Тирона не будет вестей больше двух недель, расскажешь все Главе, но не раньше. -

-- Сделаю, - неохотно, но твердо пообещал Сулмендир и не удержался: - Ты уж побереги себя, Григорич -- куда мы без тебя. -

Глава 24

Великий Южный океан.

''Стремительный'' -- флагман эскадры из 5 кораблей.

4 дня спустя после возвращения флота клана с добычей.

Дримм лежал на груде каких-то тюков и смотрел на простиравшийся перед ним океан: на голубоватые чуть черные на самом гребешке барашки волн, на то как свет полуденного солнца играет на воде, пытаясь проникнуть в глубину, на редкие плавники всплывавших к самой поверхности рыб, возможно даже не рыб, а каких-нибудь совсем иных тварей. Иногда внимание фейри переключали на себя члены команды корабля, что выполняли свои обычные обязанности и в силу этого иногда беспокоили оккупировавшего тюки Главу. Впрочем Дримм вскоре забывал о невольных нарушителях его спокойствия и вновь переводил меланхоличный взгляд на океанскую гладь и на медленно плывущие над ней облака, а побеспокоивший его моряк не важно непись, игрок или заготовка вытирал пот со лба, с внутренней дрожью вспоминая тяжелый взгляд золотистых глаз. Нельзя совсем уж сказать, что Глава лежал без какого-либо дела -- по давней заведенной когда-то привычке он строгал, и небольшая деревяшка в его руках постепенно, по чайной ложке в час, но обретала форму, форму красивого морского корабля с пока что неопределенной носовой фигурой. Но мыслями расслабленного фейри владел не океан и даже не резная фигурка у него в руках, хотя она все же в какой-то степени являлась отражением его мыслей -- Дримм вспоминал Дайтану, ее губы, волосы, глаза, грудь и длинные ноги, а так же смех, запах и вкус ее губ на его губах; Дримм вспоминал ее всю, не делая различий между плохим или хорошим, хотя плохого и не было, было странное, но даже это он вспоминал с любовью.

Нож в руках фейри неторопливо порхал над фигуркой корабля, а глаза с глубоко запрятанной грустью внутри смотрели на океанский простор.

-- Все так же лежит и стругает, - между тем обеспокоенно думал Галторн, совсем недавно ставший капитаном корабля игрок. Сколько месяцев он мечтал об этом моменте -- встать на мостик корабля капитаном и вновь почувствовать себя на своем месте. Несколько лет убивавший его в реальности рак отобрал у него это самое дорогое в его жизни чувство, и все последующие за этим годы он не жил, а медленно умирал, равнодушный ко всему. И вот случилось чудо! Старый изредка посещавший его в хосписе друг свел его со странным старичком, годившимся семидесятилетнему капитану в отцы, но каким-то образом сохранившему здоровье и силы. Бодрый дедок оказался вербовщиком загадочной организации с ничего тогда не сказавшим ему названием -- Клан Красного Дракона. Он предложил умирающему капитану неправдоподобную возможность вновь почувствовать себя молодым и здоровым и вновь очутиться на мостике корабля. Умирающий от рака старик не очень поверил в ''молочные реки'' и ''кисельные берега'', но тому кто выбрал себе имя Галторн нечего было терять, к тому же он и до того немало слышал про так называемый Серединный мир. Все что обещал ему вербовщик сбылось! Новый мир, новое тело, новая жизнь! Правда ему пришлось начинать все с начала и как последнему салаге усесться за школьную парту, но ничего -- пережил, так было даже интересней, тем более тот путь, что он проходил в прошлой жизни десятки лет, здесь занял считанные месяцы, полгода от силы. И вот он стоит на мостике своего корабля, и еще КАКОГО корабля -- красавца-парусника, на Земле реликта давно ушедшей эпохи, а здесь и сейчас вполне достойной боевой единицы. Вербовщик даже перевыполнил данное обещание -- за всю его долгую жизнь в реале водить боевых эскадр Галторну не довелось, хотя драться с самыми настоящими пиратами Южно-Китайского моря все же несколько раз приходилось, не зря в трюме его старой 70-х годов посудины, в самом тайном предназначенном для контрабанды схроне всегда прятались несколько автоматических винтовок, запас патронов к ним и даже гранатомет с несколькими выстрелами. Сейчас Галторн занимался тем же самым делом, что и его бывшие враги, и успел уже взять несколько купцов, а так же поучаствовать в сражении у острова Свободного.

Моральные дилеммы совсем не тревожили капитана -- он был молод, здоров, он водил по морям корабль (в данный момент целую эскадру из пяти кораблей), а все остальное не важно. И только одно в данный момент не то чтобы отравляло ему жизнь, но вызывало беспокойство...

-- Стругает и стругает, интересно что? - Галторн присмотрелся к фигурке в руках у фейри и без труда ее опознал, благодаря острому эльфийскому зрению рассмотрев во всех подробностях. - Корабль. Мой?! Нет, обводы не те, да еще лошадь на носу. Точно не мой, - окончательно определился Галторн. - Что это значит? Глава доволен моим кораблем и мной или нет? Или думает о другом, а я напрасно извожу себя? Вот никогда не любил возить на борту шишек из начальства -- благодарности хрен дождешься, а проблем обязательно отгребешь: как тогда когда сынок зам министра торговли подхватил триппер от каких-то филиппинских шалав, а виноватым сделали меня, будто я собственноручно запихивал его х..й в узкую п...ду, скорей всего и не в одну. Еле отбоярился тогда, как бы сейчас не повторилась та же самая полировка якорей, все-таки в нынешних условиях Глава клана повесомей трипперного министерского сынка будет, да и его злопамятного папаши тоже. -

Капитан корабля зря переживал -- Дримм не оценивал работу команды или как Галторн впервые в жизни командует эскадрой -- мысли фейри были прочно заняты другим. Нет, уже не Дайтаной -- как не велико горе, любой разум не может вечно и непрерывно горевать, разум фейри -- не исключение и на короткое время его отпустило-отвлекло. Мысли Дримма занимала Туллиндэ: некромантка отправилась в это путешествие вместе с ним и поселилась в соседней с ним каюте.

Василиса не сумела утаить от свой сердечной подруги страдания отца, а возможно и нарочно допустила утечку, но не суть -- важен результат. Дримм был дорог Туллиндэ как один из немногих ее друзей, скорей всего самый лучший друг, да и как партнер в исследованиях возможностей магии Серединного мира он устраивал ее как никто, и в конце концов он был хозяином Дочки -- исчезнет-умрет фейри, исчезнет и его питомица. Неприятная перспектива изрядно взволновала некромантку, но сильнейший маг Смерти клана была умна и не стала пороть горячку, а вместо этого методично и споро начала искать средство отвлечь страдавшего фейри от его горя. Туллиндэ по себе, по-своим детским воспоминаниям знала, нужно перетерпеть-отвлечься в самый сложный первый период, потом будет легче. Ну и разумеется ее помощницей в этом благородном деле стала Василиса. А кто? Кто лучше всех знает фейри чем его разумный и способный читать эмоции и проникать во сны пет? Действия своеобразного консилиума по спасению фейри от него самого довольно скоро принесли плоды, и сейчас равнодушный ко всему фейри загорал на палубе флагманского корабля и лечил воспаленный разум океанским воздухом и пейзажем. Что же касается места, куда означенный корабль нес Главу, то тут все было просто -- бумаги, которые нашел Халлон, нашел и передал Главе. Даже не понимавший фейриского письма адмирал сумел прочитать прилагавшуюся к бумагам карту, а уж понукаемый с двух сторон Дримм перевел бумаги в пять минут -- остров и стал тем самым делом, что должно было его отвлечь, вернее не сам остров, а его содержимое, которым на несколько минут заинтересовался даже погрузившийся в сумерки разума Дримм. Заинтересовался впервые с тех пор как загоревал, и пусть мимолетный интерес вскоре прошел, Туллиндэ сочла это хорошим знаком и подключила все свое влияние в клане, чтобы организовать эту экспедицию. Халлон, Анариэль, Вар, Людмила и многие другие чувствовали, что с Главой что-то не то, и как могли старались некромантке помочь, тем более по прежнему равнодушный ко всему фейри не возражал. Все время путешествия Туллиндэ старалась не оставлять его одного: тормошила, говорила с ним, вызывая его на откровенный разговор, привлекала к их общем экспериментам в Холме и почти силой заставляла заниматься в многочисленных тренировочных залах. Единственным исключением стал зал Раздумий, но тут фейри твердо сказал ''Нет, я не готов'' и сказал это так, что некромантка сразу поверила ему и именно в этом случае отступилась. Вообще Дримму не часто удавалось как сегодня полежать, подумать и повырезать.

Но не следует думать, что только захандривший друг был единственной заботой Туллиндэ -- трудоспособная и ответственная некромантка прихватила в путешествие еще пару дел, этакое домашнее задание, которое она хотела решить во время пути и по возвращении иметь уже годный результат, но конечно на первом месте был Дримм.

Первым из побочных дел Туллиндэ стал ее собственный питомец по прозвищу Кошмар. Кошмара некромантка обрела довольно давно: когда делили то, что обнаружилось во внутреннем чертоге темного бога, клан просто не мог не оценить ее по настоящему большой вклад в общее дело. Хотя на такого странного, действительно странного питомца мало кто претендовал, разве что другие некроманты, но никто из них не стал переходить дорогу Туллиндэ и Кошмар достался ей. Тем не менее Королева Мертвых не смогла уделить новому спутнику достаточного внимания -- сначала все силы отнимала война и нужно было поднимать орды нежити в цитадели Дробителей Костей, потом перебрасывать зомби и кровавых стражей в цитадель, устраивать их на жительство, потом город, потом проблема как тех же зомби сохранить -- в общем дел у всех без исключения некромантов хватало. Так что по-настоящему руки до нового питомца дошли только сейчас, и путешествие должно было стать для него своеобразным полигоном, испытанием его возможностей. Тех самых возможностей что проистекали из необычных особенностей питомца, добытого в чертоге мертвого бога: Кошмар был духом -- нематериальным существом, впрочем его особенность была не в этом -- ну дух и дух, Жнецы, другие питомцы Туллиндэ -- тоже духи и что? Кошмар обладал неплохой физической атакой, владел кое-какой магией, мог ментально воздействовать на врага, как всякий дух не боялся атаки материальным оружием, неплохо противостоял магическим атакам против подобных существ -- нормально, НО совершенно не мог расти в уровне и приобретать каких-либо дополнительных способностей -- в общем всегда оставался таким, каким он появился на свет. Да, растить его как обычного пета было нельзя, однако его хозяин некромант (ОБЯЗАТЕЛЬНО некромант) мог подсадить Кошмара в мертвое тело и вот тогда получивший плоть питомиц начинал расти в уровне, обретать способности и навыки, делиться с хозяином очками, приобретать жизненный опыт как любой другой питомец. Многое зависело от того, в какое тело подселил духа его хозяин, но даже самое слабое тело дух-питомец делал сильней, менял, преображал и приобретал не свойственные этому телу раньше способности, а так же, и это важно, дух становился усилителем магии Смерти и особенно некромантии, так что для хозяина духа посылать его в бой как забивать микроскопом гвозди -- жуткое расточительство. Недостатки: не самый большой, но неприятный это то, что духа нельзя было отсылать пока он в теле, и более серьезный -- когда занимаемое тело все-таки смогут убить, и дух отправится на суточный отдых в ничто (как и все питомцы), через сутки вернется только дух с базовыми до подселения настройками, а значит его хозяину-некроманту придется начинать все сначала: искать подходящее тело, подселять в него духа, и раскачивать до уровня, когда обремененный плотью дух-пет станет своему хозяину хорошим помощником, а не обузой, которую тот сам должен защищать. Так что сейчас в одном из помещений трюма сидело жуткое существо -- полностью перекроенный петом-духом орк-бандит, самый выдающийся в смысле физических кондиций экземпляр, из тех кого завалили во время захвата клановых земель. Орк и без того не блистал внешней красотой (да и богатым внутренним миром тоже), а теперь стал просто ''красавчиком'': потерял впечатляющие мышцы, но зато вырос больше чем на метр; у него отвалился хрен, нос и уши, но зато на локтях и коленях выросли острые как кинжалы и прочные как сталь черные лезвия-шипы и прорезалась дополнительная пара глаз; гладкая кожа цветом стала под стать шипам и прекрасно заменяла отсутствующие доспехи и одежду; пасть выросла и сильно вытянулась вперед, а после обзавелась вторым и третьим рядом зубов -- Кошмар действительно выглядел как кошмар во плоти. Вот такой вот питомец достался Туллиндэ.

Вторым пунктом после кошмарного Кошмара некромантки шли совместные ''детишки'' Дримма и Туллиндэ -- та самая недавно народившаяся десятка непонятных по своей природе существ, то ли вампиров, то ли големов плоти, то ли живых, то ли мертвых, то ли ни тех, ни других. За время прошедшее с тех пор как появились на свет пока неназванные существа (условно по названию проекта их назвали шестерками), они уже прошли немалый путь: отъелись на клановых харчах и перестали напоминать узников Бухенвальда; освоились во внешнем мире и получили моральные императивы на всю оставшуюся жизнь; овладели магией -- тем набором заклинаний, что хозяева решили им дать, и даже прошли крещение боем. В общем за свою короткую жизнь шестерки немалого достигли, но по мнению Туллиндэ (и Дримма, пока он был в себе) не хватало последнего штриха, и перед тем как поставить их производство на поток, некромантка хотела дополнительно их испытать, тем более шестеркам так до сих пор и не выпал шанс схватиться с врагом в рукопашном бою, как говорится, сойтись на длину воткнутого в тело клинка. Вот почему Туллиндэ прихватила их с собой и, все то время пока эскадра была в пути, использовала возможности лаборатории Холма и его же тренировочных залов и на разных режимах испытывала существ, пытаясь их лучше понять и оценить, заодно чуть не насильно подключала к работе Дримма, тем самым раз за разом, день за днем гнала гибельное для друга равнодушие прочь. В процессе работы с созданиями в полный рост встала проблема оружия. Нет, кое-что уже было -- тот самый комплект, которым их вооружил Менелтор.

Кстати, если уж на то пошло, воин довольно легко отпустил свою половину в это путешествие -- при всей любви Менелтора к молодой жене ему в данный момент было не до нее -- он дневал и ночевал с создаваемым отрядом и очень редко посещал супружескую постель, да и когда все-таки посещал, думал не о нуждах двух красивых женщин рядом с ним (Туллиндэ и Василиса), а о тактике, снабжении, первоначальных запасах, ротации, как собирать мертвые тела и о местности, где будет действовать отряд. Какая в таких условиях любовь, хоть страстная, хоть нет? По разу отстрелялся в каждую и бежать. К счастью Василиса и Туллиндэ были друг у друга и не давали себе заскучать.

Но вернемся к шестеркам и их оружию: то что придумал Менелтор (гранаты и жезлы) и что шестерки уже опробовали в бою, прекрасно подходило для дистанционного боя, и тут Туллиндэ не стала ничего менять, но нужно было что-то и для ближней дистанции, плюс какие-никакие доспехи -- шестерок конечно трудно было убить, что и показали испытания в Холме, но почему бы не повысить их шансы? Решением стали ''кровавые мечи'' -- создаваемые из крови владельца артефакты, обычное оружие высших вампиров. Каждый такой артефакт-меч был привязан к конкретному владельцу и разрушался в момент его смерти, каждый такой меч великолепно действовал против любых живых существ, включая демонических сущностей, сам рвался из рук к живой плоти и с каждой убитой жертвой становился сильней, подобно Дриммову Крохобору делясь с хозяином частью того что поглотил. Как нежить шестерки могли пользоваться артефактом без опаски, а как условно живые получать то, что меч мог им дать -- в общем идеальный вариант. Но были у артефактов и недостатки и весьма существенные: мечи не действовали против неживых противников (любая нежить), против големов (исключение големы плоти), против элементалей и духов вообще, против богов -- мечи не могли нанести вышеперечисленным противникам даже малейшей раны и при ударе проходили бы сквозь них, как будто лезвия мечей сделаны из тумана. Но все равно ''кровавые мечи'' -- слишком хорошее оружие, и Туллиндэ не стала ничего менять, просто у шестерок появился второй меч -- очень хороший стальной меч с серьезными бонусами против нежити и элементалей. Ну и дополнительное третье оружие -- небольшой молоток с постоянными чарами звукового резонанса (против льда и камня -- самое то) и бонусами против големов, особенно големов из металла. ''Кровавые мечи'' некромантка сотворила из крови шестерок и фейри, а остальное оружие позаимствовала со склада в Холме. Что же касается доспехов, то тут некромантке помог на некоторое время вернувшийся к активной жизни Дримм: Туллиндэ была поражена той скоростью, с которой обычная воловья кожа и совсем немного металла (бронза) превратились в десять комплектов прекрасных усиленных рунами доспехов, не хуже чем такие же доспехи, но купленные в Узле -- фейри состряпал их в три дня, как будто всю жизнь занимался подобным делом. Шлемы тоже подобрали на складе в Холме. Вот как выглядел шестерка теперь: одетый в кожаные доспехи и стальной шлем серолицый боец с черными глазами; за спиной ножны с двумя мечами; по всему доспеху специальные петли и карманы для жезлов и гранат; на поясе небольшой молоток по типу киянки. Шестерки были готовы к бою, хоть к ближнему, хоть нет, а Туллиндэ ждала возможности их испытать и по результатам этих испытаний дать им настоящее имя, а не довольно таки пренебрежительное прозвище.

-- Смотри-ка встал, - встрепенулся Галторн, увидев как отряхнувший одежду от опилок Дримм встал и не спеша вертя законченную фигурку в руках направился к левому борту. Некоторое время фейри стоял и смотрел на океан, на постепенно погружающееся в него солнце и грел-оглаживал в руках результаты своего труда -- искусно вырезанный деревянный кораблик с крохотным единорогом на носу, пропитанный потом и кровью, несколько раз порезавшего пальцы фейри, а так же парой слез, что все же скатились у него по щекам. Теплый словно живое существо кораблик как-будто просился на океанский простор, и... Дримм его отпустил, разжав сотворившие игрушку пальцы, а затем не оглядываясь пошел в свою каюту.

*

Фейри не видел, как по левому борту корабля в самых последних лучах заходившего солнца возникло видение призрачного корабля и как вся команда ''Стремительного'', включая капитана, открыв рот смотрит видению вслед. Видит рыжую женщину на мостике, рядом с ней рулевого и двух мужчин в одеждах магов, видит развивающийся на небоколе флаг, видит матросов на вантах. Да, видит! Но не слышит ничего, ни криков команд, ни скрипа снастей, ни резких как выстрелы хлопков парусов на ветру. Через несколько минут видение исчезло. Исчезло здесь, но еще долго в водах Великого Южного океана, в разных его частях, видели призрачный корабль и всегда в одно и то же время -- на последних лучах заходившего солнца. Старые моряки пугали молодых салаг байками про корабль с единорогом на носу, бывало они знали про что говорят, а бывало что и нет.

*

Дримм вернулся в свою каюту обновленным, как будто игрушечный кораблик, зримое и материальное воплощение его горя, унес с собой по волнам часть груза его души и дал ему заняться подзаброшенными за время беспамятства делами: позубрил староиспанский, заглянул в телеграф (внутри-игровой чат), посмотрел настройки Дара, Ворошилова, Послушного, повозился с обрадованным дракончиком (Дар очень страдал от невнимания хозяина) и занялся своим инвентарем. Там куда шла эскадра клановых кораблей, его ждет бой и прежде чем в него вступить нужно было обязательно проверить снаряжение.

-- Восстановления, лечения, исцеления, регенерации, еще раз регенерации (маны), - Дримм бежал пальцами по пузырькам. Он не любил использовать зелья каменной кожи или коры, а с недавних пор и зелья на ловкость, выносливость и силу стали ему не особо нужны, разве что на скорость, и пузырек с этим зельем занимал свое законное место среди других. - Пара зажигалок, пара осколочных, пара кислотных -- думаю хватит, все равно скорей всего не использую ни одну из них и притащу бесполезный груз назад. - Теперь под руками фейри круглились шершавые бока гранат. Он не часто использовал такое оружие -- больше полагался на магию и мечи, времена, когда Дримм лихо метал их в цель с помощью пращи, давным давно прошли, но все равно по привычке он носил с собой небольшой запас и при случае мог его применить. - Демон-богомол, ужасный волк, большой пещерный медведь, адская гончая, еще одна и еще, водный элементаль, земляной элементаль, сразу три огненных, двухголовый тролль Хаоса, каменный голем. - Осмотру подверглись свитки призыва, каждый из которых содержал спутника на один бой. Иногда полезно было применять подобных существ: отвлечь от себя внимание врага или в случае когда врагов было больше чем один, а еще купить жизнью такого вот призванного существа свою жизнь или жизнь питомца, заставить его принять на себя первый самый сильный удар, своей смертью ликвидировать ловушку, которую ты не можешь уничтожить по другому или обойти, послать впереди себя и заставить раскрыться спрятавшегося врага -- в общем очень нужные любому игроку существа. Нет, подобный Дримму маг мог и без всяких свитков призывать разных существ (смотря в кого он вкладывал очки), но входившие в комплект Дримма свитки несли в себе первоклассных существ, каждое из которых могло послужить хорошим локомотивом для игрока до 60-ого уровня, позволяя такому игроку хорошо подняться, добивая изорванных могучим созданием врагов -- неплохое средство быстро взять 10-20, а если повезет, то и 30 уровней. Ну а для Дримма с его двумя с половиной сотнями -- средней силы боевая единица, которой легко можно пожертвовать в бою. - Живая стена, улей, болото, размягчитель камня, уголь, желтый туман, свет, тьма, лечебная зона, стационарный щит. - На очереди были костяные пластинки с многослойными рунами на них. Дримм весьма поднаторел в рунном искусстве, особенно в соединении рунной магии с магией квелья и фейри, и поскольку он единственный в Серединном мире мог использовать подобное колдовство, то имел преимущество над всеми другими магами, и неважно насколько они сильны. - Крохобор, Убийца, привет ребята, - огладив ладонями чуть теплые эфесы, фейри привычно поздоровался с каждым из живых мечей и выслушал ответные приветствия. Когтистый посох не удостоился такой чести, но лишь только потому, что посох Мухамира при всех его достоинствах и псевдоживой лапе в навершие все-таки не был живым, тем более разумным существом и не способен был понять обращенные к нему слова. А вот по значению посох постепенно вытеснял живые мечи, впрочем не в посохе дело -- Дримм и до него начал отдавать предпочтение магии и чаще сражаться как чистый маг, а уж когда ему стал доступен такой артефакт как посох, тенденция превратилась в постоянную практику.

Потом Дримм долго занимался амулетами, так и так тасуя доступный ему комплект, вернее сразу три комплекта, каждый из которых был по-своему хорош и в то же время не устраивал хозяина амулетов до конца. Пока что Дримм не нашел тот стихийно сложившийся баланс, тот идеальный комплект амулетов, что расплавился после убийства темного бога, но старательно его искал. Хотя ради истины следует все же упомянуть, что КАЖДЫЙ из трех комплектов по многим параметрам превосходил тот, что был на нем тогда. Слишком долго перечислять все кольца, браслеты, амулеты на шнурках или носимые в специальных кармашках на поясе -- следует все же остановиться всего на трех вещах, своеобразном базисе, две вещи из которого всегда входили в любой комплект, а третья хоть пока и не входила ни в один, но на нее возлагались большие надежды в будущем.

Все три вещи Дримм обрел в один момент, в тот самый момент, когда умер темный бог и система помимо очков и достижений выдала специальную награду игрока. По известным причинам Дримм не сразу ее получил, но не забыл забрать потом. По общей для всех игроков Серединного мира традиции специальная выдаваемая системой награда за убитого монстра принадлежала только его убийце и не учитывалась при общем дележе (если конечно нет особой договоренности).

Вещь номер один -- шлем, точнее шлем Лаурихика -- не особо уникальная по своим возможностям вещь, хотя и легендарного класса, доступная представителю любой расы и любого класса. Владелец шлема мог:

* не бояться любого ментального воздействия на свой разум, точнее не тратиться на защиту от такого воздействия и в тоже время сам оперировать ментальными заклинаниями в полный рост;

*видеть в темноте и в наведенном колдовством тумане -- не очень актуальная для фейри способность, хотя видение в тумане было к месту, но фейри прекрасно обошелся бы и без него;

*видеть скрытую для обычного глаза магию (практически также как в варварских масках) -- снова не очень актуально для поднаторевшего в магии Дримма, но иногда может помочь сэкономить силы и время;

*видеть скрытые магией Тьмы (только магией Тьмы) ловушки и тайные двери;

*видеть иллюзии, вернее отличать иллюзию от реальности.

Вот это примерно все что мог шлем -- не так уж и много. По мнению Дримма, за убитого бога, первого убитого игроком бога могли дать что-то и получше, но как говорится, дареному коню в зубы не смотрят, да и шлем не только мог, а еще и давал:

*давал многократное увеличение силы заклинаниям школы Света, любым заклинаниям от боевых до лечебных, и все это без дополнительных затрат маны;

*давал дополнительную силу магическим щитам любых школ (кроме магии Тьмы) -- бесценный дар, который сложно было переоценить, особенно для такого разностороннего мага как фейри;

*давал дополнительную силу боевым заклинаниям школы Света, и сила боевых заклинаний возрастала не на какие-то считанные проценты, а довольно существенно;

*давал шанс, вернее почти в два раза увеличивал шанс боевых заклинаний школы Света пробить магический щит.

Связанные со Светом особенности шлема (увеличение силы всех заклинаний этой школы, увеличение конкретно боевых заклинаний этой школы и увеличение шанса пробить магический щит) сразу выводили школу Света в разряд основных, в поединках с другими магами и созданиями Тьмы так абсолютно точно.

Было и условие для владельца шлема -- хорошие отношения хотя бы с одним из Светлых богов и отсутствие вражды с любым из них, иначе носителя шлема ждала смерть. Впрочем Дримма условие никоим образом не касалось -- у убийцы темных богов были прекрасные отношения со всем Светлым пантеоном, он без опаски надевал шлем-раковину и использовал все его возможности. Шлем служил и по прямому назначению и чтобы расколоть хрупкий на вид артефакт, пришлось бы использовать оружие эпического класса, ну на худой конец оружие богов.

Вещь номер два -- браслет, Браслет Героя -- тоже вещь легендарного класса и в отличие от шлема расовая вещь, только и исключительно для представителей расы фейри. Браслет многое давал своему владельцу-фейри, и список бонусов браслета был довольно велик:

*+6 к силе, ловкости и интеллекту -- не очень большое увеличение для легендарной вещи, особенно для легендарной, но и не так чтобы мало, пусть даже для зажравшихся высокоуровневых игроков;

*многократное увеличение прочности доспехов и даже одежды, плюс к тому же гораздо более скромное увеличение прочности щитов. Очень ценное качество для обделенных способностью носить тяжелые доспехи магов, ну а Дримм вообще получил два в одном, даже три, но об этом позже;

*полная неуязвимость к парализующим заклинаниям школ Хаоса и Тьмы;

*полная неуязвимость к боевым заклинаниям школы Смерти;

*все спутники владельца браслета (петы и маунты) получают прибавку к силе, выносливости и, если им доступна магия, дополнительную прибавку к резерву маны;

*увеличение скорости как накопления, так и производства маны;

*так же в браслете можно было создать запас маны, подобно такому же запасу на крайний случай как в потерянном фейри браслете-подарке Старого Хитреца, только много больший запас, чем был в подарке квелья;

*на сладкое: браслет позволял создать большой запас уже жизненных сил, и владелец браслета не только мог использовать его сам, но и поделиться накопленным запасом с кем хотел.

Ну и наконец, третья награда за убийства Гвыжахи Поедателя Кишок Кровавого Шипа -- кольцо, Кольцо Нитей -- вещь эпического, максимального класса, доступная только фейри и не просто фейри, а только Герою фейри, Открывающему Пути и тому, кто овладел расовой магией фейри на 6 уровне. Дримм соответствовал первым двум условиям, а вот с третьим был затык -- так что он пока так и не узнал, что же дает кольцо, но высокие требования к владельцу кольца и опять же таки эпический класс самого артефакта намекали на многое.

Дримм повертел бесполезное пока для него кольцо в руках, надел на палец, полюбовался на черный камень в оправе из неизвестного (неопознаваемого!) металла, прочитал сообщение (Доступ к возможностям артефакта закрыт до достижения необходимых параметров) и, сняв кольцо с пальца, положил его в небольшую шкатулку, которую купил специально для него.

Закончив с амулетами Дримм занялся своими новыми доспехами (прежний прекрасный древнефейрийский доспех погиб в той же пещере темного бога). Нет, фейри не достал из безразмерного мешка или не снял со специальной стойки панцирь или кольчугу, поножья, щитки, наручи, латную юбку, предличник, надлядники, латные и кольчужные рукавицы или еще что-нибудь подобное и не принялся кряхтя напяливать на себя всю эту сталь, железо, бронзу или кожу, вместо этого Дримм произнес несколько слов на фейрийском языке и с восторгом проследил, как возникший из слов древнего языка туман облек его фигуру тонкой полупрозрачной пленкой, будто бы уплотнился, зарябил и превратился в доспешный комплект светло-серого металла. Пятый уровень магии фейри многое дал своему владельцу, в том числе и такой вот эрзац --два в одном, одновременно доспех и магический щит. Даже легчайший кожан был бы тяжелей порожденного магией доспеха и даже мифрилу пришлось бы постараться, чтобы его пробить: доспех совершенно не стеснял движений своего владельца, а вот по удобству и скорости, с которой его можно было надеть, многократно превосходил прежний комплект, да и как любое заклинание магический щит-доспех мог расти, приобретая все новые и новые возможности и все лучше и лучше защищая владельца, только знай вкладывай в него очки. Дримм и вложил почти половину всего имевшегося у него резерва и ни разу не пожалел -- на 8 часов в день он получал великолепную броню, которая прекрасно защищала его от атак с помощью оружия и не намного хуже от магических атак, плюс к тому же никакой больше мороки с ремонтом после особо жаркого боя -- в общем чудо, а не доспех, не достижимая для современных магов вершина древнего магического искусства. Ну а если учесть все преимущества в отношении магических щитов, которые давали легендарные браслет и шлем, а так же некоторые другие амулеты фейри и то что сам доспех по сути оставался магическим щитом, то в настоящий момент Дримм был даже лучше защищен, чем когда носил доспехи из металла.

Некоторое время Дримм провел у большого ростового зеркала, любовался на себя в доспехе, так же глядя в зеркало повертел мечи, потренировался доставать из-под творения фейрийской магии пузырьки, свитки, гранаты, как всегда в восхищении прицыкнул, когда пальцы как сквозь чуть прохладный туман прошли сквозь вполне материальный на вид светло-серый металл, еще раз прицыкнул, когда ладонь с глухим стуком хлопнула по вновь непроницаемому нагруднику, а затем небрежным движением руки развеял столь замечательный доспех.

Потом Дримм проверил два дополнительных ножа -- скорее дань традиции, чем реально способное когда-либо пригодиться оружие. Впрочем старофейрийской работы ножи были хороши: первый -- любимый Дриммом бебут из кости хтонического существа, густо покрытый рунной вязью по лезвию и с несколькими вплавленными в рукоять амулетами; второй -- довольно короткий обоюдоострый нож, способный послужить и как метательное оружие, с бонусами против демонов и прочих созданий Тьмы, и как и лезвие Убийцы, лезвие этого ножа оставляло незаживающие раны. В общем конечно не живые мечи, но очень качественные и дорогие клинки.

*

Кстати, об оружии: пятый уровень магии фейри сделал доступным не только доспех-щит, но подобный ему меч -- полуторометровый бастард такого же светло-серого металла. Магический фейрийский меч тоже был неплох, можно даже сказать больше, но в отличие от доспеха Дримм не стал заменять верой и правдой служивших ему старых друзей (живые мечи) и не вложил в него ни одного очка, а без серьезных вложений безымянный магический меч все же сильно уступал Крохобору и Убийце.

*

Напоследок фейри прошелся по содержимому сумки, стандартному комплекту вещей, который он брал с собой в битву или поход (Дримм не любил светить Холм даже перед членами клана): походный набор инструментов для резки рун -- 1 килограмм 200 грамм; запас копченого мяса для быстрого перекуса на ходу -- килограмм, плюс соль, травы, специи для только что убитой дичины, немного хлеба -- всего вместе с мясом полтора килограмма; плотницкий топор, киянка, пила, складная лопатка, нож для снятия шкур, разделочный нож, котелок, пара тарелок, кружка и ложка (вилку обычно заменял нож) -- 3 килограмма 600 грамм; небольшой запас зелий, если не хватит тех что в карманах -- полкило, плюс-минус несколько грамм -- всего почти семь килограммов полезного груза в мешке... и в тысячу раз больше места для добычи. Ну а подсчеты сколько килограмм и грамм -- больше игра для ума, чем реальная необходимость -- удивительная сумка все равно снижала любой вес размещенных в ней вещей до абсолютного нуля.

Незадолго до того как Дримм закончил со снаряжением, вернулась лишь только на время утихшая боль -- к великому сожалению игрушечный кораблик не унес ее навсегда. Но все-таки Дримм закончил все дела и только потом, тяжело рухнув в кресло, бездумно уставился в пустоту, машинально гладя забравшегося на руки дракончика. Дар балдел, а вот его хозяину опять было тяжело. Вновь погрузившийся в меланхолию фейри провел в таком сумрачном состоянии целых 15 минут, а затем на него насела вернувшаяся от шестерок Туллиндэ и сунула ему в руку несколько листков -- читать и критическим взглядом проверять ее выводы о шестерках, потом заставила его открыть Холм, вынудила помочь ей в лаборатории, потом потащила на ежевечерний ужин в офицерскую столовую, потом заняла его чем-то еще и говорила, говорила, говорила без конца, не давая Дримму сосредоточиться на мыслях в его голове, питомцы фейри помогали ей как могли в силу своего разумения. Нехитрая тактика эльфийки сработала на все 100, и фейри даже улыбнулся, когда подученный Дочкой Послушный неловко попытался пошутить, а когда все разошлись спать, сумел достаточно быстро уснуть.

*

Два блестящих, обнаженных тела на скомканных простынях. Почти настоящая борьба из жарких объятий, влажных глубоких поцелуев и скользящих по горячей коже языков. Борьба, где побежденная радуется своему поражению не меньше победившей. Полное единение сердец и душ. Ритмичные, согласованные движения и пот, что стекает с груди на другую грудь. Плотно переплетенный узел из четырех ног с единым горячим, пульсирующим центром. Полный желания взгляд глаза в глаза, единое тяжелое дыхание на двоих. Откинутые на подушку светлые волосы и другие цвета свежепролитой крови, что щекочут искаженное сладостной мукой лицо. Две напряженные спины: одна из них с силой бьется о постель, другая опускается и поднимается словно на качелях, и по проступившим позвонкам как по перекатам реки стремительно бежит блестящая дорожка. Внезапный резкий перерыв, остановка в ритме, когда жаждущие поцелуя губы накрывают другие желающие того же. Долгий влажный поцелуй с напряженной борьбой языков. Перерыв закончен, возобновляется ритм. Ритм все сильней! Он набирает обороты! Его уже не остановить! Он выходит за грань! Тук, тук, тук...

*

Дримм проснулся от слишком сильных и ярких эмоций в его голове, не принадлежавших ему эмоций, они буквально взрывали утомленный страданием мозг, будили быстрее побежавшую по венам кровь, будили казалось похороненные желания в теле, будили желание жить. Но не только буря эмоций в голове разбудила сладко спящего фейри, чуткие уши отчетливо улавливали за стеной ритмичный стук -- тук, тук, тук...

Ему не нужно было гадать, что, вернее кто является творцом разбудившего его шума, а также обрывки чьих эмоций проникли в его спящий разум -- Дримм прекрасно знал, чем занимаются эльфийка и питомица каждую ночь, причем не в иллюзорном пространстве общего сна, а на самой что ни на есть настоящей кровати, что стояла в каюте Туллиндэ. Нет, Дримма не оскорбляла их любовь, и он не злился на прерванный сон и на то, что ошалевшая от страсти Василиса не сумела полностью удержать водоворот эмоций при себе, наоборот фейри был искренне рад, что кто-то в отличие от него получает удовольствие от жизни и может испытывать счастье и любовь. Как бы он хотел испытать нечто подобное...!

-- Подобное! Подобное?! Да, подобное! -

Неожиданно Дримм понял что хочет жить! Да, горе еще не прошло, и он еще долго будет горевать не только по образу не оставляющей его Дайтаны, что стояла перед ним как живая, но и по оставленной фейрийской семье, по его детям, про которых неизвестно были они или нет, и все же он хочет жить и не хочет умирать!

Как бы подводя итог его мыслям, за стеной раздался хоть и приглушенный, но вполне явственный крик и еще один почти сразу -- как будто сама жизнь подала ему знак и на два голоса шепнула: - ''Я прекрасна!''.

Совсем скоро вновь послышался стук, ну а крики еще ни раз будоражили ночь и заставляли вздрагивать и просыпаться мирно спящего на подстилке Послушного, но уже ничто не могло помешать Дримму заснуть -- фейри спал и видел удивительные, познавательные, ужасные сны.

А эскадра день за днем бежала по волнам и совсем скоро, всего через пару дней, добежала до искомого острова.

Глава 25

Безымянный остров (нет названия) где-то на просторах Великого Южного океана.

Дримм, Туллиндэ.

-- Ничего так хибарка, внушает, - восхищенно пробормотал воин-орк, старший одного из восьми рейдов игроков, сопровождавших Главу клана в его высадке на остров.

Дримм посмотрел на остряка орка, посмотрел на циклопических размеров здание впереди и вынужден был признать: в чем-то орк был прав -- ''хибарка'' внушала! Немалых размеров комплекс зданий немного напоминал знаменитый афинский акрополь на Земле, только целый и увеличенный раз этак в сто. Похожему издали на единое здание комплексу сильно не хватало не такого уж и маленького островка, и часть строений располагалась прямо в воде, и волны играли между относительно целых построек, живописных руин и гигантских колон. Не подлежало сомнению, что когда-то остров был частью гораздо более крупного куска земли и так же несомненно было, что большая часть зданий не сильно пострадали от времени, многообещающе белея абсолютно целыми стенами.

Василиса опередила фейри и поигрывая мечом первой спрыгнула на берег с водной тропы. Геройствовала питомица зря -- к ее великому сожалению небольшой пляж оказался абсолютно пуст, только мелкие крабы и черепахи спешили убраться подальше из-под ног остальных членов отряда, что вслед за разочарованной Дочкой покидали водную тропу. Пляж действительно был невелик -- чуть больше полусотни метров крупного песка, а за ним некое подобие парка с остатками былой роскоши в виде заросших лианами колон, беседок и почти невидимых из-за травы и кустов дорожек из белого песчаника. Немалых размеров парк тянулся до самой большой из лестниц, которую Дримм да и другие игроки видели в жизни, и даже залезал на нее нитями лиан. Не нужно иметь семи пядей во лбу чтобы предположить: раз уж пляж оказался чист, то именно в лабиринте кустарников и руин бывшего парка развернется основная схватка по пути к лестнице, так что игроки не спешили дуриком бросаться вперед, а сперва основательно и неторопливо закидывались зельями, бафились, проверяли снаряжение, примерно тем же занимались и спецназовцы (около сотни бойцов).

-- Ты уверена? - обратился к некромантке Дримм, имея ввиду ее желание бросить десятку големов-шестерок вперед и вообще в целях как можно более полных испытаний использовать их как передовой отряд. Одновременно фейри решал, стоит ли вызывать Ворошилова, решил пока погодить и дополнил свой вопрос: - Было бы жалко потерять всех в первом бою, да еще среди кустарников можно просто не увидеть как их завалят. -

-- Тут на периферии не должно быть ничего серьезного, - не согласилась с фейри Туллиндэ, - вот внутри это да... А если их завалит какая-нибудь мелочь в первом же бою, то туда таким слабакам и дорога -- тоже результат, хоть будем знать, что не стоит с ними возиться. -

-- Посмотрим, - Дримм не стал противоречить некромантке, а вместо этого хорошо обработал шестерок усиливающими чарами. Не оставила немертвых бойцов вниманием и Тулиндэ, причем если смотреть со стороны, получилось у нее даже получше чем у Дримма -- взмах белого посоха и шестеркам будто вкололи адреналин: черные глаза запылали внутренним огнем, и без того быстрые движения стали еще быстрей и четче, ну и чисто внешне они начали внушать страх, примерно как сама Туллиндэ, когда не сдерживала себя.

-- Вперед них не соваться, бейте тех, кого они пропустят, ну и добивайте, - между тем инструктировал игроков и спецназовцев Дримм. - По сторонам и назад тоже глядите -- их (шестерок) всего десять, весь парк им не перекрыть. -

-- А кого бить-та? Кто там будет? - задал вполне законный вопрос маг одного из рейдов.

-- Скорей всего нежить, - Дримм ориентировался на приведшие на остров фейрийские бумаги, но не был уверен в содержащейся в них информации до конца -- ведь столько времени прошло с тех пор как их написали (по легенде) и на всякий случай подстраховался: - Но возможны варианты, так что глядите в оба и не подставляйтесь. Спецназ, стрелы с уроном огнем. -

-- Пошли! - взмахом посоха напутствовала шестерок Туллиндэ, и десять фигур ринулись вперед...

Игроки не ошиблись -- защитники парка практически сразу обнаружили себя, а шестерки немедленно вступили в бой, в рукопашный бой. Разного уровня скелеты с мечами нападали группами от полудюжины до тридцати бойцов: короткий бой, звон стали, треск костей... и шестерки идут вперед, а в траве за ними остаются целые и ржавые клинки и груды костей. Отличные стальные мечи с бонусами против нежити прекрасно кромсали таких врагов, ну а их владельцы показали неожиданно высокий класс в фехтовальном мастерстве. И дело тут было не в сообщенной бафами силе и ловкости и даже не в скорости движений самих шестерок, а совершенно в другом: Дримм с изумлением увидел знакомые приемы, связки, переходы, некоторые из которых знал только он, ну и обучавший фейри во снах Убийца. Чем больше Глава клана смотрел как работают клинками его творения, тем больше убеждался в своей правоте -- он сам точно так же бы работал с таким как скелеты врагом. Тем временем шестерки в довольно хорошем темпе продвигались вперед и почти не оставляли за собой подранков, но не стоит думать, что спецназовцы и рейды маялись бездельем -- парк был довольно широк, а более чем сотенный отряд занимал гораздо больше места чем десятка передовых бойцов. Давным-давно сработавшиеся игроки и спецназовцы практиковали обычное разделение труда: спецназовцы -- стрелы с уроном огнем и пригляд за тылом, а игроки -- магия и ближний бой. Туллиндэ и Дримм практически не участвовали в прямой схватке, да и не было в этом особой нужды -- мгновенно налаженная ''машина-костедробилка'' работала как надо, без сбоев и остановок, без ран и потерь, четко и экономно. Разве что Дримм периодически баффил своих питомцев и однажды сжег пару десятков скелетов одним огненным шаром, а Туллиндэ подчинила пару отрядов мобов себе и натравила их на бывших коллег -- семечки для столь могучих магов.

Через какое-то время Дримм понял, ОТКУДА шестерки знали то, что не должны были знать, и ГДЕ так ловко научились крутить сталью -- кровь, КРОВЬ фейри в их жилах! Другого объяснения просто не могло быть -- именно через бегущую по их жилам кровь они и получили доступный им арсенал приемов и возможно что-то еще. Дримм чувствовал свою правоту и на некоторое время интерес к оказавшемуся даже более перспективным чем можно было ожидать проекту прогнал обычную хандру -- фейри захотелось самому скрестить с шестерками мечи и оценить, насколько хорошо они освоили полученную через кровь науку.

Впрочем планы фейри -- дело далекого будущего, а в настоящий момент шестерки уже почти прошли парк насквозь и приближались к лестнице. Неожиданно привычный ритм был нарушен, и все изменилось в один миг! Как из-под земли возникли два новых вида врагов: скелеты, но теперь уже лучники на лестничных пролетах, а кое-где и на ступенях; и костяные нетопыри -- твари на вроде тех, что натравили на клан когда-то гоблинские шаманы, но без кусочка плоти на голых костяках, при этом твари умудрялись летать и убивать (как минимум пытались).

До этого момента шестерки практически не использовали жезлов и гранат, прекрасно справляясь одними мечами, но когда ситуация изменилась, среагировали в один момент: четверо продолжили шинковать скелетов клинками, четверо взялись за гранаты, а двое воспользовались жезлами. Гранаты предназначались для лучников-скелетов, жезлы для нетопырей. Ну что тут сказать? Костяшкам пришлось нелегко -- одна метко и с огромной силой пущенная граната уничтожала целый отряд из 10-15 стрелков! Что же касается ответного огня, то стрелы отскакивали от мощных щитов, которыми снабдили своих созданий их создатели. В свою очередь костяных нетопырей встречали огненные молнии из жезлов, да и спецназовцы не упускали случая помочь своим из луков. Тем не менее не все у шестерок получалось так уж хорошо: при всей своей скорости гранатометатели не успевали подавить всех стрелков, да и с вершины лестницы постоянно подходили новенькие группы вооруженных луками костяшек, сами же костяшки полюбили лупить не по тем, кто размолачивал их в пыль с помощью гранат, но по тем, кто был связан боем с их вооруженными мечами коллегами, и при этом совершенно не боялись попасть в своих; двоих стрелков с жезлами оказалось слишком мало против такого количества нетопырей и всем шестеркам время от времени приходилось браться за мечи, отражая воздушную атаку, а значит стрелы все чаще тюкали в щиты -- пока не пробивали, но только пока.

Дримм не удержался и помог своим созданиям: во-первых, отправил к ним на подмогу Дочку и Послушного; во-вторых, метнул шаровую молнию Хаоса и разметал прорвавшуюся стаю нетопырей; в-третьих, используя связь через кровь, подсказал шестеркам более выигрышную тактику. Ситуация вновь изменилась, и забуксовавший было механизм уничтожения костяков заработал с еще большей эффективностью: питомцы полностью освободили шестерок для жезлов и гранат, сами же шестерки разбились на пары и, постоянно перемещаясь и сбивая прицел и без того не очень умелым лучникам, начали круговорот -- небо-лестница, жезлы-гранаты. Тандем шестерки-питомцы попер вперед, нет, стартанул как гоночный автомобиль, давя лучников быстрее чем они успевали прибывать, расстреливая нетопырей еще на подлете и походя уничтожая мечников-скелетов, которые совершенно не тянули против прокачанных питомцев Главы. Питомцы и шестерки все наращивали и наращивали темп, одновременно увеличивая разрыв с остальным отрядом, и даже когда откуда-то с неба на них ринулась особо крупная и видимо последняя стая крылатых костяшек-вампиров, она не смогла ни на секунду остановить движение вперед. Причем с нетопырями шестерки разобрались не жезлами, а с помощью гранат, так подгадав броски сразу четырех гранат, что те одновременно взорвались в самой сердцевине грозной стаи -- на лестницу обрушился костяной дождь, который еще и сбил прицел обделенным плотью лучникам. И пусть вскоре у шестерок закончился запас гранат и зарядов к жезлам, бешеный натиск уже невозможно было остановить -- возглавляемые Василисой и Послушным шестерки ворвались на лестницу и начали крушить лишенных поддержки с воздуха и прикрытия скелетов-стрелков. В какой-то степени отсутствующие гранаты заменили выпускаемые шестерками огненные шары, и пусть средненькие заклинания не обладали эффективностью гранат, но все равно каждый такой шар это 5-6 сыгравших в ящик врагов (каждый шестерка мог выпустить до полусотни таких шаров). Примерно к середине лестницы закончились и заклинания, вернее мана у шестерок, но пробивная дюжина продолжила подъем, теперь полагаясь только на мечи и крепость своих индивидуальных щитов.

-- Ну это не честно, я так не играю! - Туллиндэ завороженно уставилась на изливавшуюся с вершины белую реку, хотя скорее гигантский молочный водопад -- невообразимая толпа скелетов-мечников грозила смести с лестницы жидкую цепочку из дюжины бойцов и затопить только подошедший к подножью отряд.

-- Тикайте! - Дримм метнул свое сознание вверх, по мысленной связи отдав приказ питомцам, а по кровной -- шестеркам. Сам же фейри вытянул засветившийся зеленью посох вперед и начал вкладывать силы и слова в формируемый в нескольких метрах перед ним вихрь. Вихрь быстро рос и с сильным свистом затягивал в себя воздух.

Тем временем спецназовцы и игроки готовились встречать костяной поток, а питомцы и шестерки выполняли отданный хозяином приказ и блохами скакали вниз, постепенно увеличивая разрыв с не такими шустрыми преследователями, и заодно, убираясь с пути готового нанести удар Дримма, сдвигались к окраинам лестницы. Прежде чем фейри освободил накопленную в заклинании мощь, спецназовцы накрыли первые ряды скелетов залпом огненных стрел, а рейдовые маги несколькими разноплановыми молниями и копьями -- как слону дробина! 3-4 сотни уничтоженных скелетов лишь только захрустели под ногами у тысяч остальных!

Иным стал нанесенный Главой удар: абсолютно черный вихрь с зелеными всполохами внутри ударил в костяную реку как вошедшее в дерево или кость сверло специального станка -- сотни, тысячи скелетов взмыли под небеса, а затем бухнулись на каменные ступени с высоты, других закружило внутри самого вихря, со страшной силой сталкивая друг с другом и буквально растирая о камень под ногами, третьих сдуло с лестницы как пыль и их ждал не долгий полет к подножию здания (некоторые из них частично уцелели и даже ползали, подтягиваясь на руках), четвертых вихрь зашвырнул туда, откуда они пришли, и этим повезло больше остальных -- почти все из них пережили удар и могли бы и дальше сражаться. Да, могли бы, но только если бы вслед за первым Дримм не нанес второй еще более чудовищный удар...

Не успел исчезнуть натворивший делов вихрь, как его создатель начал буквально вспарывать зазвеневший как лед воздух когтями своего жуткого посоха. Минута, всего минута, и начерченная когтями руна холода поплыла вперед. Так же как и недавний вихрь руна быстро росла и все сильнее горела ледяным огнем. На игроков резко и сильно дохнуло неожиданной в тропиках зимой, а камень лестницы, над которым проплывала руна, громко затрещал от нестерпимого мороза. Через какое-то время уже невероятно огромная руна достигла вершины лестницы и остановилось, как необычное ледяное солнце освещая все вокруг, Дримм взмахнул когтистым посохом как сачком, и руна пошла вперед, внутрь здания...

Подниматься по лестнице начали минут через 15, но прежде маги отряда наложили на всех специальные щиты от холода и слегка обработали лестницу низкоуровневыми огненными шарами -- если бы не их усилия, камень лестницы обжигал бы даже сквозь толстые подошвы сапог, обжигал бы неестественным холодом, обжигал бы до кости, про голые лапы зверей-питомцев и вовсе нечего говорить. Даже под щитами и после огненной обработки игроки и питомцы шли словно по льду, но хотя бы сильных ран удалось избежать. На самой лестнице никто не попытался остановить отряд, оно и не удивительно -- кого не прикончил первый удар главного Дракона, того добил второй, а вот наверху игроки вышли прямо к истоку костяной реки, протянувшейся из врат главного здания многотысячной колонне. Поправка -- к гигантскому парку ледяных фигур. Самое интересное, холод не убил лишенных плоти костяков, а превратил их в некоторое подобие китайской терракотовой армии -- тысячи застывших в вечном покое фигур. Только вот если терракотовые воины древнего Китая застыли навсегда, то мертвяки-скелеты вполне могли оттаять и продолжить незаконченный бой. Однако никто не собирался давать скелетам такой возможности, и вперед устремились игроки и питомцы, все, кто мог прямо и непосредственно получать очки -- у них у всех наступил редкий праздник -- бей не ожидая ответа и лопатой греби халявные очки.

Дримм и Туллиндэ не участвовали в общем празднике жизни -- слишком мелко для двух великих магов, тем более Дримм уже свое получил, и потому оба мага опершись о посохи ждали когда им расчистят путь.

-- Ты как, совсем пустой или что-то осталось? - спросила у фейри Туллиндэ, с улыбкой наблюдая как Василиса, ловко пробежавшись по головам неподвижных скелетов, нырнула в глубину их строя, где без всякой угрозы со стороны многочисленных конкурентов начала орудовать мечом как косарь сжинавший урожай, только вместо колосьев были статуи изо льда.

-- Осталось, - успокоил ее Дримм, - больше половины резерва осталось. Хотя и в правду не стоило так щедро кидаться -- мы ведь не знаем что внутри. -

-- Да тоже какая-нибудь нежить -- 100%. Ты лучше скажи, уровень-то взял? -

-- Взял, но едва-едва. Даже не знаю, что дальше будет, - пожаловался Дримм. - Скоро мне останется только богов и валить, иначе совсем перестану расти. -

-- Ну так вали, кто не дает? Не богов конечно, но каких-нибудь демонов, высших магов-личей, высших вампиров и всех в том же духе. Да и бог богу рознь -- навалом всякой мелочи пузатой, а туда же -- боги. -

-- Ты права,- согласился Дримм и не просто согласился, а припомнил пару кандидатов, с которых даже такому игроку как он должно было упасть сразу несколько уровней. А ведь еще был Мир Мертвых, Мир Теней, Мир Духов, Инферно -- тоже вполне себе высокоуровневые локации не для слабаков, да и запортальная локация, забитый высокоуровневой нежитью, средними демонами и тварями Хаоса город гномов, все еще могла принести немало очков. Так что не все у фейри было так плохо как он говорил, и во многом он сам был виноват в остановке своего роста -- все заработанные лично им очки как в бездонную пропасть падали в дракона. Вот и сейчас Дар подрос как бы не на четверть, а выдыхаемая им струя пламени уже ничем не напоминала пламя зажигалки -- вполне серьезный хоть и небольшой огнемет. Совсем скоро, еще десяток уровней и дракон впадет в спячку, сбросит во время нее мягкую шкуру, поменяет молочные зубы на более прочные кусалки, ну и подрастет, возможно даже настолько, что сможет наконец исполнять обязанности маунта и таскать фейри по небу на горбе. Конечно спячки можно было избежать, но пришлось бы вкладывать в дракона очки, много, столько, сколько у фейри уже не было, а значит как только Дримм поднимет маунта до определенного уровня, Дар уснет и фейри придется не меньше полугода обходиться без него. Хотя опять же, если не пожалеть очков, срок спячки можно и сократить, а вот насколько, зависело от количества вложений.

-- Как тебе наши ''детишки''? - Туллиндэ не дала фейри уйти в свои мысли чересчур глубоко (вдруг вспомнит о своей хандре) и кивнула в сторону шестерок.

-- А то ты не видела, - неохотно отвлекся от судьбы своего маунта Дримм. - Твой благоверный (Менелтор) неплохо успел их натаскать с жезлами и гранатами, но больше так делать не будем -- накладно. Полсотни спецназовцев справились бы не хуже и потратили бы в 100 раз меньше, считай только стрелы, ну и несколько лечебных зелий, да и то вполне может быть вылечили бы себя сами, тоже самое рейд игроков. -

-- Согласна. Против такой мелкоты нужно че-то попроще -- могли вообще обойтись одними мечами, а вот если бы кто-то посерьезней, было бы в тему. Например, те же игроки: сначала жезлами их на дальней дистанции, потом гранатами, потом жезлами, потом опять гранатами и чередовать сколько нужно, в ближний бой не входить, разве что только добить в самом конце. Думаю должно сработать и не только против игроков, а против любого сильного в ближнем бою врага, да и стрелков они неплохо сегодня давили. -

-- Развоевалась! - то ли осуждающе, то ли одобрительно подумал про себя Дримм, а вслух сказал: - Гранаты можно оставить, тем более у них неплохо с гранатами получается, а вот жезлы придется чем-то заменить. -

-- Арбалеты? - тут же предложила Туллиндэ и сразу отвергла свою же идею: - Нет, слишком медленно, а луки они не потянут -- сколько не учи, им не сравниться со спецназовцами, тем более со стрелками (эльфами-стрелками). -

-- А зачем им вообще какое-то метательное оружие кроме гранат? Пусть по групповым целям работают гранатами, а в ближнем бою мечами -- у них хорошо получается, - кинул идею-предложение Дримм.

-- А если лучники? -

-- Как сегодня гранатами, сама видела, кидают чуть не на километр и попадают. Да и заклинания им на что? Хотя огненный шар придется заменить -- слишком медленно летит и точность никакая. -

-- Огненная стрела? Но она слабее, валит только одного, а затраты маны такие же как на шар. -

-- Зато стрела точней и увернуться от нее сложней -- самое оно против одиночных стрелков на дальней дистанции, и против летающих ''красавцев'' вроде сегодняшних нетопырей должно хорошо работать. Еще можно заложить им щебень против групповых целей на ближней дистанции и булыжник против нежити, а то как сейчас стрела Тьмы -- ни к селу, ни к городу. -

Между тем игроки и питомцы старались вовсю, и не участвовавшая в колке льда часть отряда смогла продолжить путь, хрустя ледяной крошкой под ногами. Руна Дримма действительно натворила дел, и в большом коридоре центрального здания царил дикий холод, от которого мерцали мощные щиты, а несколько толстых колонн и вовсе треснули по всей длине. Застывших скелетов по прежнему было много, но приноровившиеся игроки довольно быстро чистили путь, так что отряд хоть и медленно, но продвигался вперед.

Монотонный темп и заглушивший все остальные звуки звон лопающегося под ударами льда сыграли с отрядом злую шутку -- уже в самом конце длинного коридора, из-за колонн ударили две стони мечников-скелетов и самое худшее почти столько же гораздо более опасных врагов, тоже скелетов, но использующих магию, а не меч. Стрелы Смерти, костяные копья, ногти неупокоеных, кладбищенская гниль, призрачные черепа -- все эти заклинания школы Смерти в огромном количестве обрушились на увлеченных ледорубом игроков и их питомцев, а затем всех кто выжил затопила волна костяков с мечами. Выжило впрочем не так уж и мало: да, удар стал полной неожиданностью для игроков, но щиты, бафы, многочисленные и разнообразные амулеты, усиленные магией доспехи -- в общем-то погибли только не так хорошо защищенные питомцы, да и то далеко не все. Скелетов-мечников встретили мгновенно собравшиеся рейды и озверевшая после гибели Послушного Дочка. Завязавшаяся схватка была не долгой и не тяжелой -- ну что всего 2 сотни мечников-скелетов могли противопоставить восьми рейдам опытных бойцов и черному вихрю с огненным мечом? В это же самое время Дримм и Туллиндэ разбирались со скелетами-магами. На этот раз отличилась Туллиндэ, впрочем оно и не удивительно, ведь школа Смерти ее конек, больше чем конек -- предопределенная самой судьбой суть. Почти пятая часть скелетов-магов обратилась против своих, и пусть каждый из этой пятой части нанес всего один удар, а потом некромантка потеряла над ними контроль, но дело сделано: был сорван второй общий согласованный удар, десятки костяшек рассыпались пылью, а остальные сцепились между собой. Дримм не сумел использовать магию -- боялся задеть схлестнувшихся с мечниками своих, но зато подал спецназовцам пример, и десятки металлических шаров понеслись над вовсю кипящей схваткой -- у шестерок не было монополии на использование гранат. Скелеты-маги так и не успели разобраться с невольными ренегатами -- десятки взрывов размололи большинство из них в пыль, ну а немногих оставшихся добили обошедшие игроков и мечников шестерки, и пусть у созданий некромантки и фейри закончились заряды к жезлам и больше не имелось гранат, зато остались великолепные мечи, сила, ловкость и небывалая скорость -- в общем все то, чего скелеты-маги были напрочь лишены.

Некоторое время отряд топтался на костях (и в переносном, и в буквальном смысле): игроки лечили себя, восстанавливали исчезнувшие или просевшие щиты, разочарованно кряхтели, собирая тот мизер что упал с поверженных врагов, и вообще отходили от схватки и внезапной гибели многих петов. Дримм никого не торопил, тем более одним из четырех уцелевших в схватке питомцев была его Дочка, и ей требовалась его помощь. Меньше всего проблем испытывала Туллинндэ -- ни один из трех ее питомцев не погиб: нематериальные жнецы с легкостью перенесли заклятья родственной им стихии, тем более им не смогли повредить обычные стальные мечи; в свою очередь Кошмар получил множество рубленных ран и потерял несколько кусков тела (включая левую руку), что под воздействием магии Смерти сгнили и отвалились, вдобавок пара костяных копий пробили его насквозь, а призрачный череп прожег солидную дыру в груди, но тем не менее питомец чувствовал себя хорошо, и дух внутри него уже начал понемногу восстанавливать телесную оболочку. Все вышеперечисленное заняло от силы десять минут, и вскоре отряд продолжил путь, правда теперь впереди двигались Туллиндэ, Дримм и их питомцы, ну и шестерки, потом спецназовцы с луками в руках. Рейды игроков на этот раз прикрывали тыл.

Дримм первым покинул заваленный костью и льдом коридор и вступил в немалых размеров абсолютно пустой зал. Вступил и остановился, опытным чутьем бывалого игрока почувствовав что-то не то, а затем одновременно взмахом посоха послал ветвистую золотую молнию вперед и бросил все что мог на щиты, растягивая защиту не только на себя, но и на Дочку, и на Туллиндэ.

Молния Главы клана не ударила в пустоту, да и усиливал щиты он не зря -- посреди только что пустого и мирного зала парил великий и ужасный костяной дракон и не просто парил, а открыв пасть уже извергал концентрированную силу самой смерти в виде молочно-белого по цвету луча.

Когда-то давным-давно лишь совместные усилия всего клана помогли Драконам одолеть подобное существо, но и тогда ничто не могло остановить исторгнутую порождением древней некромантии смерть. Так вот... ЭТИ ВРЕМЕНА БЕЗВОЗВРАТНО ПРОШЛИ!!! Щиты Красного Дракона выдержали смертельный луч дракона костяного, и выдержали его не то чтобы легко, но с немалым запасом. Как только дракон захлопнул опустевшую пасть, ему тут же пришел ответ, однако прежде у парящего огромного костяка отвалилась одна из задних лап. То Дочка, прыгнув как кусачая блоха, ловким ударом меча отсекла дракону заднюю правую ступню.

Разъяренная нежить не успела покарать наглую блоху -- пришедший от фейри вихрь швырнул огромное белоснежное тело, как резкий порыв ветра швыряет листок бумаги, только вот грохнувшийся о каменную стену листок не понесет особых потерь, не то что костяной дракон. Жуткий оглушительный хруст тысяч сломанных костей и потерявший способность летать немертвый костяк со страшным скрежетом заскользил по стене вниз. Снова отличилась воспылавшая страстью к ампутациям Дочка и, прежде чем дракон достиг пола, отрубила кисть передней лапы все с той же стороны и, оттолкнувшись ногами от стены, сумела избежать вхолостую щелкнувшей пасти. Рухнувший на пол дракон (снова хруст костей) не мог даже нормально стоять, но все равно пытаясь достать свою обидчицу, как плетью или скорее кистенем взмахнул огромным хвостом.

Невероятная в свой скорости Дочка увернулась от удара и провела очередную ампутацию, хлестнув мечом точно между гибким основанием хвоста и утыканной лезвиями булавой на его конце.

Дракон стремительно выбросил голову вперед, стремясь на лету перехватить гибкую черную фигуру, и... ЗАСТЫЛ, замер неподвижный как статуя самому себе!

Выставившей вперед свой белый посох Туллиндэ не нужно было больше мириться со слабостью оставшегося в реальности человеческого тела, да и с тех пор как некромантка проворачивала такой трюк она стала много-много сильней. Какие еще считанные минуты?! Если бы Туллиндэ захотела, она сумела бы держать дракона час, два, три, возможно больше. Но некромантке не пришлось испытывать себя -- меньше чем через десяток секунд Василиса перерубила вытянутую шею мечом, а еще через пять в обезглавленное тело дракона прилетел огромный ком расплавленного золота.

Последний удар Дримма, тот самый золотой ком, разбил обезглавленного монстра на отдельные кости, а после похожее на смолу золотое вещество, энергия (или как ЭТО можно еще назвать?) начало быстро растворять кости подобно кислоте. Тем временем Василиса игралась с ожидаемо активной головой: шустрая питомица ловко уворачивалась от попыток неуклюже подпрыгивающей башки себя схватить и выбивала ей зубы мечом один за одним. Уже абсолютно уверенная в победе Дочка могла закончить схватку в один момент, но развлекаясь не спешила закончить игру. Через пару минут разошедшаяся питомица едва не пожалела об этом: голова в очередной раз бессильно щелкнула челюстями почти без зубов и с помощью треснувшейся о пол челюсти совершила очередной кульбит, вновь бесполезно открыла пасть... неожиданно из пасти лишенной туловища головы ударил новый луч, и на этот раз у Дримма не было сил его остановить, да и не успел бы фейри заслонить собой неосторожно приблизившуюся к схватке Туллиндэ.

Как и фейри за это время некромантка прошла большой путь, избавилась от внутренних комплексов и страхов, глубоко познала магию Смерти и себя, а потому, не попытавшись увернуться или поставить щит, смело шагнула вперед. Жемчужное сияние окутало белую фигуру, скрыло ее под собой, разрослось, засияло на весь зал...

-- КраК! - вдребезги разлетелась разбитая Дочкиным мечом башка -- разом прервался несущий смерть луч!

Некоторое время жемчужное сияние все так же играло, затем начало затухать, потом сквозь него проступила доспешная фигура, потом стало видно как последние переливы втягиваются в резной посох, который сжимали изящные руки в белых стальных перчатках, потом все -- абсолютно не пострадавшая Туллиндэ опустила посох Владыки Мертвых, а резные фигурки на посохе только что не облизывались и судя по довольным клыкастым харям не прочь были бы и повторить.

*

Несмотря на то что основные усилия приложили Дримм и Туллиндэ, три четверти очков за убитого дракона захапала Дочка (последний удар). Но даже четверть с такого вот моба это чертова уйма очков. Составлявшие один рейд игроки поделились по-братски, то есть 50/50: Дримм взял второй за сегодняшний день уровень, а Туллиндэ махом получила сразу три. Причем ни один из них ничуть не рассердился на захапавшую большую часть питомицу.

*

Радостно загалдели хлынувшие в зал игроки, что раньше благоразумно не лезли в битву ''титанов'' и заодно уберегли от такой глупости спецназ. Единственной жертвой дракона стал невезучий питомец-дух Туллиндэ -- щита Дримма хватило только на троих. Примерно по той же причине, по которой на них не подействовали заклинания скелетов-магов, не пострадали питомцы-жнецы, а шестерки просто не успели войти в зал.

-- Знакомая картинка? - через полчаса спросил у Туллиндэ Дримм. Получившие подкрепления с кораблей рейды игроков давно разбрелись по огромному комплексу зданий и привычно чистили его от разных монстров, а заодно и от любого встречавшегося добра.

-- Разрушенный портал, что я порталов не видела? - недоуменно посмотрела на фейри Туллиндэ, разглядывая очень большую портальную арку, но вдруг задумалась: - А ведь действительно что-то смутное вертится в голове. -

-- Город дварфов, такой же дракон, - не стал долго мучить некромантку Дримм.

-- Точно, - наконец вспомнила Туллиндэ, - там был такой же огромный портал! -

-- Не такой же, а ТОТ ЖЕ САМЫЙ, - просветил некромантку Дримм. - Эти две портальные арки -- пара, часть фейрийской транспортной системы. По видимому их разрушили одновременно, только не пойму с какой стороны, да и кто разрушил уже не узнаешь. -

-- Ты сможешь их починить? - с надеждой спросила фейри эльфийка-маг.

-- ЭТИ нет -- все глухо. Но вот остальные... - Дримм обвел рукой полный таких же огромных порталов зал. Вообще-то порталов в зале было не так уж и много, но вот их РАЗМЕР ... примерно в 6 раз больший чем обычный фейрийский портал в цитадели клана. - 5 из 20 вполне целые и могут работать. -

-- По ним можно куда-то пройти?! - замерла в азартном предвкушении эльфийка и разочарованно вздохнула, услышав ответ.

-- Не получится -- ''нет ответа из Кремля'': арки на той стороне либо разрушены, либо отключены. -

-- Так какой нам с них прок? - разочарованно посмотрела на бесполезные кольца из металла Туллиндэ.

-- Еще какой! - не согласился с ней Дримм. - У меня в цитадели есть такое же кольцо, да этих пять. Можно забабахать постоянные порталы такой вот здоровенной величины! -

-- Так вроде нас и старые устраивают? Только хотелось бы их самих побольше, а к величине претензий нет. -

-- Пока устраивают. - В зал начали входить десятки универсалов и четверо игроков, избравших профильным классом ремесло. - А вот в будущем могут пригодиться. Ладно, я пошел, - нетерпеливо дернул плечом Дримм, - часов 5 меня нет -- будем разбирать порталы и грузить на корабли. -

-- Удачи, - бросила ему в спину Туллиндэ и вместе с Дочкой и жнецами отправилась по следам остальных игроков.

Пока Дримм занимался порталами, другие члены клана прочесывали комплекс этаж за этажом и здание за здание, разумеется залезли и в полузатопленную часть, и вот там то их ждал сюрприз -- вполне грамотная засада из нескольких сотен дагзити (ящероподобной расы обитателей океанских и морских глубин). В засаду попала сразу три рейда, а поскольку остальные Драконы слишком сильно разошлись по огромному комплексу, рейды так и не дождались помощи от своих и закономерно были вырезаны до последнего игрока. А вот дальше так успешно начавшие дагзити лопухнулись, и вместо того чтобы развивать успех, идти вперед и ловить остальные рейды по одиночке, вырубить лишенных поддержки игроков спецназовцев, в конце концов атаковать корабли, они (дагзити) предпочли подождать подкреплений, совсем недолго пару часов, но за это время ситуация кардинально изменилась. Хотя вполне может быть дагзити просто вынужденны были притормозить -- уж больно дорого им встали три выбитых подчистую рейда.

Возглавляемые принявшей командование Туллиндэ игроки успели раньше обитателей глубин. Некромантка не стала привлекать фейри, а на его вопрос, что за суета началась вокруг, ответила, что ничего серьезного и справятся без него. Успокоенный ее словами Дримм вернулся к работе над порталами, а Туллиндэ собрала все рейды в единый кулак, затребовала подкрепления с кораблей эскадры (сотня спецназовцев, полторы сотни эльфов-стрелков, 6 рейдов игроков) и после быстрой разведки начала атаку, примерно на полчаса опередив не успевших подготовиться дагзити.

Внезапный удар поддержанных заготовками и шестерками игроков был по-настоящему страшен: сотни дагзити приняли смерть раньше чем успели хоть что-то сообразить, еще сотни вырубили и истребили магией за пару первых с момента атаки минут. Рейды танками перли вперед, занимая помещение за помещением, а заготовки поддерживали их из луков и добивали раненных.

В отличие от заготовок шестерки шли в рядах игроков и вновь показали себя, хорошо шпигуя аморфную растерявшуюся толпу гранатами, тем самым ''подготавливая'' дагзити перед натиском игроков, да и сумели наконец испытать ''кровавые мечи''. Специализированное оружие против живых существ показало себя не просто хорошо -- прекрасно, на все 300% окупая себя.

5-10 минут игроки вообще не несли никаких потерь, а затем дагзити опомнились, поняли сколько они уже потеряли, озверели и вот тогда-то и начался НАСТОЯЩИЙ бой...

Рейды остановились не сразу, некоторое время они, даже начав нести потери, продолжали идти вперед, но все же встали, умыли кровью отборных брошенных в контрнаступление бойцов подводной расы, потеряли 4 рейда целиком и 1-2 игрока из тех что сумели устоять и в конце-концов м-е-едленно, но покатились назад, теряя по пути бойцов. Дагзити разменивали десять-двадцать своих за каждого прищученного игрока, зато поймали кураж и безостановочно перли вперед, вытесняя врагов из узкой части, что связывала несколько полузатопленных зданий с основным комплексом. По численности дагзити почти не уступали уничтоженной Дриммом несколько часов назад скелетной реке, только вот сейчас среди игроков не было фейри. Да, Главы клана не было среди Драконов, но зато была Туллиндэ, а спецназовцы не хуже шестерок умели использовать гранаты в тесных каменных коридорах, да и стрелы из отличных эльфийских луков на такой мизерной дистанции пробивали 2-3 тела за раз.

Светло-зеленые воины в красивых, украшенных разноцветными раковинами и такими же жемчужинами панцирях только-только вырвались на простор нескольких больших и длинных залов и уже готовы были добить последние жалкие кучки врагов, как встретили грудью массу стрел, что пробивали кожаные доспехи и тела под ними как бумагу, а сзади гремели взрывы гранат, которые сквозь щели в потолке бросали в плотную скученную массу спецназовцы. Бесстрашные воины дагзити попытались не упустить победоносную волну и на одном порыве преодолеть смертоносный шквал, чтобы сойтись со стрелками грудь в грудь, но лишь завалили трупами коридоры и целые залы. Еще больше не повезло тем, кто столкнулся с порожденным магией Туллиндэ Туманом Разложения: мощное заклинание 6-ого уровня как лесной пожар пожирало как мертвых, так и живых и оставляло за собой будто вылизанные коридоры, все усилия жрецов дагзити не смогли остановить жадный до плоти туман.

Через 20 минут Драконы вновь пошли вперед, пробираясь среди гор посеченных осколками и застреленных трупов, добивая раненых, обходя озерца рассеивавшегося тумана, преодолевая слабое сопротивление и иногда настигая бегущих. На этот раз игроки дошли до самого зала, откуда извергался светло-зеленый поток вооруженных короткими копьями воинов и жрецов в украшенных кораллами шляпах на лысых уродливых головах. Игроки, что сражались по колено в черной от крови воде, захватили немалых размеров зал, но благоразумно не полезли в огромный затопленный колодец посреди него, а вот в восемь маленьких по окружности все-таки решились залезть и тут же пожалели об этом -- там среди лабиринта подводных тоннелей не было поддержки стрелков, да и мало кто из игроков умел сражаться в воде. Ободренные успехом дагзити было вновь полезли наверх, однако несколько масштабных заклинаний от Туллиндэ снова охладили их порыв. На некоторое время установился статус-кво: обе стороны ждали друг друга на своем поле и не лезли туда, где не могли победить. Через час Драконы начали откатываться назад, оставляя забитые трупами залы и коридоры и не забывая прибирать законную добычу. Дагзити не решились преследовать столь страшных врагов и, послав за подкреплением в подводные города своей расы, оставили мощный заслон в многочисленных тоннелях между большим и малыми колодцами. Заслон оставили и отступившие на время игроки: в самых удобных для обороны местах встали десятки растяжек и ловушек, а за ними достаточно готовых нашпиговать врага стрелами лучников за наспех сложенными баррикадами из мертвых тел и каменных обломков.

Разбиравшийся с порталами Дримм узнал обо всем произошедшем только вечером, слегка пожурил Дочку и Туллиндэ и взял дело в свои руки: усилил заслон у затопленной части комплекса, удвоил посты вокруг лагеря, который расположился в бывшем зале с порталами, отправил сообщение на корабли с приказом глядеть в оба и наконец послал Фракса, по прозвищу Пирожок (единственного игрока с классом ВОР) на разведку.

-- Не знаю что и думать, - уже ночью поделилась с фейри своей проблемой Туллиндэ. Девушка задумчиво смотрела на огонь, одной рукой держа кубок с вином, а другой играя с волосами положившей ей на колени голову Василисы. - С одной стороны, Кошмар себя неплохо показал: навалил скелетов от души, неплохо держал магию, выжил во время той атаки, да и мои чары неплохо усиливал, но вот с другой -- все-таки сдох и теперь начинай все с начала: ищи подходящее тело, подселяй, следи чтобы не слился в первом же бою, потом раскачивай до приличного уровня. И чем все закончится в конце концов? Он снова когда-нибудь сольется, и опять все по новой, и так без конца. -

-- Найди тело посильней, - Дримм дал довольно банальный, но от этого не менее верный совет. - И уже определись: он нужен тебе как усилитель или как боец? Если как второе, то привыкай -- будешь его время от времени терять. Ну а если как усилитель, то тогда держи его рядом с собой и не бросай в бой как сегодня. -

-- А хорошо мы дракона укокошили, - зажмурилась от приятного воспоминания некромантка. - Раз и голова в таз -- только кости хрустнули, - и тут же скривилась: - Но Кошмара он тем не менее успел грохнуть, тварь! -

-- Не переживай, подселишь его завтра в какого-нибудь чешуйчатого поздоровей, как в орка тогда поселила. -

-- А смысл? То же шило на мыло -- завалят в следующем бою. Ты прав: нужно менять подход, не брать случайное тело, а целенаправленно искать как можно более сильного носителя и валить его, не слишком повредив: огра там, тролля, великана, можно неразумную тварь, но посильней. -

-- А может пойти еще дальше? - пришла в голову Дримму неожиданная мысль. - Ты ведь предлагала мне валить разных демонов и мелких богов? Так почему бы не совместить полезное с полезным: я валю демона, божка, просто высокоуровневого босса, а ты подселяешь в него своего пета -- я с очками, а ты с сильным питомцем? -

-- Слушай, а хорошая мысль, - Туллиндэ даже отставила кубок в сторону, - заодно я тебя подстрахую -- мало ли что, очки поделим как сегодня. -

У охранения лагеря произошло некоторое оживление, и вскоре к собеседникам присоединился вернувшийся из разведки Пирожок.

-- Ну как, много нарыл? - спросил вора Дримм, собственноручно наливая ему вина.

-- Да не так и мало, - не стал скромничать Пирожок. - Все это, - вор обвел рукой темные силуэты зданий вокруг, - только верхняя часть города -- основной город под водой и этих любителей обломать кайф там как грязи и постоянно подгребают еще. -

-- Поподробней. -

-- Внизу колодца, до которого мы их оттеснили, большой заполненный водой тоннель. Кстати, большой колодец и не колодец вовсе, а что-то вроде источенного дырками как швейцарский сыр амфитеатра: если бы мы туда сунулись, нам бы прилетало со всех сторон до самого дна, да еще через маленькие колодцы можно попасть в большой и соответственно наоборот -- хорошо что не пошли -- нас бы круто прижучили, да еще вполне могли через мелкие колодцы попытаться прижучить тех, кто остался наверху -- зажали бы нас как в соковыжималке. -

-- Не отвлекайся. Что там с тоннелем за колодцем? - поторопила вора Туллиндэ.

-- Хороший такой тоннель, большой и длинный, в конце лестница наверх, дальше уже воды нет, хотя непонятно почему, - недоуменно развел руками вор. - Город ведь под водой, да что там, я сам видел воду в щели на потолке -- должна же быть? Но нет. Так вот, большущая площадь, а за ней опять тоннель, не такой большой как был на ''квартирке'' у Гвыжахи, хотя тоже тот еще проспект, да и подлинней и намного. От ''проспекта'' время от времени отходят ''улочки'', большинство заканчиваются тупиками, некоторые жилыми залами, другие чем-то вроде казарм для бугаев. До конца я не дошел -- могли спалить, но в конце увидел какой-то большой зал, вроде ритуального назначения. -

-- Что еще за бугаи? -

-- Рыбомордые, только в три раза больше тех, что мы сегодня валили, и какие-то тупые что ли: без одежды, без доспехов, оружие -- ржавое копье, но с фонарный столб длинной и толщиной, друг с другом не говорят, все время неподвижно сидят на корточках и пялятся в стену. Когда обычные рыбомордые приносят им жрачку, жрут, потом снова садятся. -

-- Много их? -

-- Я видел 3 зала -- пара тысяч, но вполне может быть и больше. -

-- А как насчет обычных воинов и жрецов? -

-- Воинов много, только у колодца не меньше тысячи и навскидку как минимум в десять раз больше по всему городу. Коралловых шляп (жрецов) меньше, почти нет: двоих я видел у колодца, еще одного в большом тоннеле и все, мне кажется, хотя могу быть не прав, что они кучкуются в том самом зале в конце большого тоннеля. -

-- Еще что-то интересное? -

-- Рыбомордые быстро растут в числе, думаю если такими темпами продолжат подваливать всю ночь, то к утру их будет вдвое против того что есть сейчас. -

-- Еще что-то? -

-- Нет, теперь точно все. -

-- Хорошо, можешь отдыхать -- заслужил. И не очень вскакивай, если ночью будет шум. -

-- А че так? - заинтересовался собравшийся было идти к костру своего рейда Пирожок.

-- Думаю твои коллеги-разведчики обязательно нас навестят, - пояснил свои слова Дримм. - Если уж нам интересно, что делается в затопленном ''подвале'' под ногами, то им тем более интересно, что за незваные гости обосновались у них на ''чердаке''. -

*

Глава клана оказался прав: дагзити действительно не утерпели до утра и попробовали провести разведку боем, причем не только от основного пути в затопленный город (того самого огромного колодца), но и с других направлений. Внезапная (как рассчитывали дагзити) ночная атака от колодца была обречена с самого начала: подводные воины без счета полегли на ловушках, половили стрел в разные места и откатились обратно, по крайней мере те, кто уцелел. Небольшие группы, что попытались подобраться к лагерю с разных сторон, сыграли в кошки-мышки с рейдами игроков и отрядами спецназовцев и нельзя сказать, что им пришлись по вкусу такие игры. Ну а попробовать с кораблями в бухте морские жители так и не решились -- десяток призванных с помощью свитков акул одним своим видом отбили у них желание даже пытаться.

Глава 26

Безымянный остров (без названия).

Утро второго дня.

-- Начали! - отдал давно ожидаемый всеми приказ Дримм, и в тот же момент утро на тропическом острове перестало быть томным.

Раз! И шестерки закинули в малые колодцы гранаты, словно рыбу глушили. Взрыв! Еще один и еще! По три гранаты в каждый из колодцев -- если внизу кто-то и был, то его уже не было.

Два! И Туллиндэ ускоряясь с каждым шагом пошла к центральному колодцу. Вот белая фигура достигла черной непрозрачной воды, вот она переступила край провала и... пошла по воде аки посуху. После того как некромантка достигла центра колодца, она на мгновение замерла, подняла засветившийся красным посох и с силой ударила вниз -- по всему залу и дальше раздался звук, словно пятка красного посоха ударила не в воду, а в металлический гонг!

Три! Дримм начал произносить масштабное заклинание, после окончания которого все кто попал в его радиус смогут 2 часа дышать под водой. Спецназовцы в последний раз проверяли усиленные магией колчаны, что смогут сохранить луки и стрелы от порчи в воде, маги-игроки накладывали последние бафы и щиты, воины глотали зелья и настраивались для боя под водой, сухопутные питомцы нервничали и не желали лезть под воду, но и ослушаться хозяев не могли.

Тем временем вода под красным посохом Туллиндэ стала белой как молоко, причем белизна очень четко не вылезала за границу стенок колодца, вернее не вылезала в зал, а вот вниз пошла до самого дна и заодно насколько могла проникла в многочисленные тоннели в стенках колодца. Секунда-две-три и вода вернула первоначальный цвет, вернее не так -- вода стала обычной водой, уже не черной водой, а очень чистой водой, невероятно чистой водой, такой в которой не было и не могло быть ничего живого.

Четыре! Как только закончилось действие заклинания некромантки, шестерки вновь закинули в каждый из малых колодцев по паре гранат, дождались взрывов и обнажив ''кровавые мечи'' прыгнули во взбаламученную воду, в два колодца ушло по два шестерки, в остальные по одному.

Пять! Закончивший читать заклинание Дримм подал пример и шагнул за край в прозрачную чистую воду огромного колодца. В отличие от Туллиндэ фейри немедленно ушел в глубину. Впрочем один он погружался не долго, та же Туллиндэ позволила себе тонуть, и вскоре уже две фигуры плавно раздвигали толщу прозрачной будто дистиллированной воды, их примеру последовали восемь рейдов игроков вместе со своими питомцами, за игроками погружался спецназ. Уже у самого дна вокруг Дримма и Туллиндэ, а так же всех остальных на мгновение вспыхнули специализированные щиты против магии Смерти -- каждый из шестерок, проникнув в тоннели под залом как можно дальше, применил масштабное заклинание школы Смерти. Именно жалкие крохи этих заклинаний, что дошли до основного отряда, заставили полыхнуть щиты.

Дримм и Туллиндэ первыми опустились на дно колодца, уверенно встав ногами на устилавший все дно неровный слой тел. Ни того, ни другую не обеспокоило то, на чем они стоят -- ну мертвые тела и тела, что в этом такого? И дело было даже не в том, что дагзити очень отдаленно напоминали людей -- точно такой же реакция фейри и эльфийки была бы, если бы им пришлось ступать по человеческим телам. И не в том, что два игрока считали все вокруг всего лишь игрой -- Дримм и Туллиндэ давно стали полноценными жителями этого мира. Просто оба бывших жителя Земли уже перешагнули тот неощутимый отделявший человека от эльфа или фейри рубеж и мыслили, чувствовали, ощущали мир немного по другому. Дело было даже сложней, поскольку и полноценными эльфом и фейри им было никогда не стать -- не даст оставшаяся в полном объеме память человека и остатки его чувств. Так что сейчас под толщей убитой магией Смерти воды, по своеобразной плитке из трупов шагали совершенно особенные существа -- не мертвые и не живые, не люди и не нелюди, не создания вирт-мира, но уже и не игроки.

Выполнившие свою задачу шестерки присоединились к основному отряду, когда тот собирался покинуть превратившийся в коллективную могилу колодец-вход и немедленно получили щедрую порцию благословляющих и восстанавливающих чар от ''папы'' и от ''мамы'' -- старшие отряда спешили восстановить и усилить оказавшихся столь полезными созданий. Драконы вошли в затопленный тоннель и некоторое время не встречали сопротивления -- выпущенная Туллиндэ смерть дошла даже сюда и убила часть защитников тоннеля, а те кто выжил благоразумно поспешили убраться подальше. Но все же со временем дагзити преодолели свой страх, получили подкрепление и благословение жрецов и примерно на середине тоннеля встретили своих врагов.

В нынешнем бою жители глубин имели немало преимуществ, главным из которых была привычная для них среда, а игроки лишились значительной части своих способностей, особенно потеряв в заточенной под атакующие чары магии Огня, да и заклинания многих других школ очень по разному действовали на воздухе и в толще вод, часто представляя большую опасность для того, кто их произносил, а не для того, против кого их направляли, да и произнести слова заклинания под водой -- нетривиальная задача. Но это ладно -- в конце концов есть заклинания, для которых не нужно слов, а только мана и воля игрока, но даже такие не несущие опасности для своего творца заклинания, что не требовали слов, гораздо хуже действовали в столь зыбкой и текучей среде как вода: теряли в точности, рассеивались раньше чем должны, тратили силу, преодолевая сопротивление среды, да и у дагзити были свои пусть не маги, но жрецы, и они как раз таки УМЕЛИ сражаться в воде.

Совсем скоро Драконы почувствовали искусство жрецов дагзити на себе. Нет, пробить изощренную защиту опытных магов-игроков водные жители не смогли, но заставили полностью сосредоточиться на своих щитах, так что в произошедшей в тоннеле схватке все решили мечи, а не магия. Другим немалым преимуществом чешуйчатых защитников тоннеля стала невозможность использования Драконами гранат, ну и заодно вообще всего метательного оружия: гранаты в такой среде представляли опасность для всех, луки же не стреляют под водой. Рукопашный бой также сулил немало разочарований -- все основанные на ловкости и скорости приемы шли побоку в вязавшей любое движение стихии, оставалась только сила, хотя и тут существовали свои нюансы и узнавать их Драконам пришлось в бою.

Все вполне могло закончиться очень плохо, даже несмотря на присутствие в отряде таких ''монстров'' как Дримм и Туллиндэ, но к счастью среди Драконов нашелся один боец, всего один боец и даже не игрок, но этот боец умел мгновенно приспособиться к любой среде и даже использовать ее себе на пользу. Дочка без приказа рванула вперед, даже не перетерпела, а проигнорировала несколько боевых заклинаний от жрецов и вошла в ряды воинов дагзити, как хищная рыба входит в косяк сельди. Дальше больше: питомица завертелась неостановимым чертовым волчком, кромсая своим клинком податливые тела и как стекло разбивая лезвия мечей! Вскоре она совершенно скрылась из виду, а перед остановившимися игроками бился вихрь из несочитаемого сплетения воды и огня, неправдоподобный вихрь отблескивал металлом и ощутимо затягивал их в себя!

Если уж игрокам приходилось прилагать усилия, чтобы не устремиться навстречу бушующему смертоносному водовороту, то сложно представить, что чувствовали дагзити оказавшиеся у него внутри, но явно ничего хорошего. Через секунду темный от крови водоворот, центром которого являлась разбушевавшаяся питомица, пошел вперед, удаляясь от игроков и затягивая-перемалывая все новые и новые порции врагов. Впрочем как не силен был порожденный Василисой водоворот, убить всех дагзити она не смогла (хотя и пыталась) и последовавшим за ней Драконам так же пришлось вступить в бой. Лучше всех показали себя спецназовцы и шестерки: первым помогали тяжелые доспехи, что выполняли роль груза и позволяли им ходить как на земле, ну и соответственно бить; вторые, наоборот не связанные гравитацией, воспаряли к потолку и торпедами, хотя скорей глубинными бомбами, устремлялись на врагов сверху вниз. Что же касается основной массы питомцев и игроков, то ни те, ни другие никак не проявили себя: большинства питомцев хватало только на то, чтобы не запаниковать и держаться рядом с хозяевами, ну а игроки растерялись в такой незнакомой им среде и очень вяло и неловко прикончили всего полдюжины дагзити на всех, на все восемь рейдов.

Между тем огненно-кровавый водоворот достиг лестницы и начал подниматься. Водоворот продолжал кромсать, и вскоре из воды на воздух полетели головы, руки, ноги и прочие части тел -- все под взглядами многотысячного войска, которое построившись ровными рядами готовилось встретить врагов из воды. Летящие части тел произвели неизгладимое впечатление на воинов дагзити, и уже готовые войти в воду подкрепления поспешно и без приказа оттянулись назад. Ну а тем временем интенсивность извержения тел нарастала, все выше взлетали куски тел (Дочка поднималась по лестнице), все сильнее наливалась багровым и бурлила пузырящаяся кровавой пеной вода, но главное, воины дагзите видели -- весь этот ужас все ближе и ближе к ним, минута и кровавый кошмар вырвется на поверхность. Неудивительно что у кого-то из командиров не выдержали нервы: сотня дротиков поднялась в воздух и рухнула в кипящий кровью бульон. Пошла цепная реакция -- тысячи метательных копий последовали за первой сотней! Причем напряженные воины вошли в раж и, прежде чем их успели остановить командиры, выпустили весь носимый на себе запас..!

Достижения приступа паники были невелики: десятки своих же воинов, до которых не успела добраться Дочка, и... в общем-то все: основной отряд Драконов не успел подойти, а Василису защитил взбитый ей водоворот, что отшвырнул большинство пришедшихся на ее долю копий прочь, те же что все же дошли легонько тюкнули по доспеху ''Черной молнии'' и тоже отлетели. Тем не менее при мизерном эффекте для самих дагзити все выглядело весьма впечатляюще -- настоящий вал из копий на пару мгновений скрыл воду под собой. Тем больший шок они испытали, когда спустя совсем немного времени из воды вышла черная фигура с огромным мечом в руках, АБСОЛЮТНО целая черная фигура с мечом в руках! Войско дагзити даже подалось назад, всего на несколько шагов, но все же, и плотнее сомкнуло ряды.

Эффектное появление Дочки, а также временная растерянность впечатленных дагзити позволили Дримму и остальным подняться по лестнице из воды в более привычную стихию. Вот когда глубоководным жителям пригодились бы дротики, но увы и ах, весь их запас уже лежал на дне, а передать новые из задних рядов дагзити так и не успели.

Насколько неуклюжи оказались игроки в непривычной им стихии, настолько же опасны они были, уверенно стоя на твердой земле. Взмах руки Дримма и возникший из пустоты Ворошилов применил недавно выученный прием: огромный бронированный шар смял центр войска и, оставив за собой широченную просеку раздавленных изломанных тел, пробил построение дагзити насквозь, докатившись ровно туда, где как им казалось в безопасности находились жрецы. Дагзити еще не успели ничего понять, а уже потеряли множество бойцов, лишились магической и духовной поддержки, да вдобавок их войско оказалось рассечено на две части, про чавкающего недожеванными жрецами огромного монстра в тылу не стоит и говорить.

И началось...!

Туллиндэ тоже вызвала своего маунта три в одном и одновременно бросила жнецов вперед.

Рейды игроков оперативно вклинились в оставленный Ворошиловым разрыв и, прежде чем дагзити начали соображать, окончательно похоронили для них и без того маленькую надежду восстановить строй. Особенно старалась присоединившаяся к ним Дочка, питомица сражалась за целый рейд или скорее за три.

Спецназовцы начали жестко обрабатывать правую половину войска стрелами, туда же бил ветвистыми молниями и Дримм. Фейри экономил и не показывал всего что мог, тем не менее золотые цепные молнии убивали до сотни воинов за раз, еще столько же получали мощные ожоги и временный паралич.

Уже неплохо показавшие себя шестерки не остались в стороне и за считанные секунды переправили весь наличный запас гранат в глубину левой половины -- дагзити словно пережили обстрел нескольких минометных батарей. Левой половине войска вообще не повезло: мгновенные чудовищные потери от гранат, а затем с тыла на них навалился дорвавшийся до мяса шестиногий монстр с огромной жадной пастью, а с фронта -- десять стремительных фигур с разрубающими тела как масло мечами в руках.

Избиваемые, пожираемые заживо, лишенные магической поддержки дагзити все-таки храбро сражались и какое-то время пытались переломить ситуацию: постарались окружить и зажать слишком глубоко проникших в их строй игроков -- помешала Дочка; приложили все силы, чтобы добраться до Дримма и Туллиндэ, ну и заодно заткнуть спецназовцев-стрелков -- не сумели преодолеть вал из стрел, золотых молний Дримма и зеленых подошедших скорее друиду чем некроманту молний Туллиндэ, ну и жидкий строй питомцев оказался не по зубам считанным единицам прорвавшихся сквозь магические удары бойцов, а питомцы наоборот хорошо поточили клыки о чешуйчатую плоть. Кстати, ни один дагзити не решился атаковать саму колесницу, предпочитая общению с ее возничим и ''конями'' относительно легкую смерть от звериных клыков (очень часто у них не получалось -- бич в руках возницы доставал невероятно далеко).

Великолепно работали слаженные рейды, рвали врагов питомцы, оставляли за собой рассеченные трупы неуязвимые для материального оружия жнецы, бил молниями Дримм, практиковала магию Природы и бафила своих питомцев Туллиндэ, привычно вырастали горы трупов от Дочкиного меча, Ворошилов сожрал столь много, что не смог удержать сожранное в себе и едва не задушил жутко концентрированной вонью тухлой селедки всех без исключения участников сражения, когда обблевал врагов трупами их соратников.

Особого упоминания заслуживали шестерки: десять черноглазых воинов просто и быстро шли вперед и не великолепные мечи служили им основным оружием, хотя тоже щедро дарили смерть, но именно Щебень, заклинание школы Земли, собирало основной урожай: шестерка направлял пустую руку вперед, и десятки сотворенных магией камней, от горошины до женского кулака, рвали кожу доспехов и ломали кости. Если бы только у дагзити были прочные металлические латы или хоть самые слабенькие щиты, таких потерь, чудовищных потерь от не особо мощного заклинания можно было избежать, но не было у них ни лат, ни щитов, а каждый шестерка мог выпустить такое заклинание 50 раз. 50 РАЗ будто выстрелить в плотную толпу из небольшой пушки! 500 таких выстрелов каменной картечью в упор от 10 шестерок, плюс мечи! Не удивительно что тем количеством трупов, что оставили за собой всего 10 бойцов, могла бы гордиться и полная 1000 хороших, именно хороших воинов. Никаких потерь шестерки не понесли и в очередной раз доказали -- Дримм и Туллиндэ потратили свое время не зря.

Примерно через час жалкие остатки дагзити попытались бежать, но вновь не судьба: часть догнали разыгравшиеся питомцы, часть шестерки, часть перехватил Ворошилов, многих в спину прикончили стрелами спецназовцы или заклинаниями, метательными ножами, сюрикенами игроки -- добежать до большого тоннеля в основную часть города не успел никто.

-- Побольше бы таких! - не удержался от восхищенного возгласа один из старших рейдов, имея ввиду отличившихся шестерок.

-- Точно, - согласился с ним другой. - Расхерачили рыбомордых в хлам, прямо смерть с доставкой на дом, - и сделав постное лицо закончил официальным голосом: - Пользуйтесь услугами нашей компании ''Смерть Инкорпорейтед'', на опт предоставляется скидка. -

-- Слушайте, а ведь хорошее имя, - встрепенулся Пирожок, - ну в смысле название, а то ''шестерки'' -- как-то беспонтово. -

-- Какое название? - немного не догнал Дримм, да и остальные морщили лбы.

-- ''Несущие смерть''! А что?! Круто, понятно, внушает! -

-- Больно уж пафосно, - запридиралась Туллиндэ, но хорошо знавший ее Дримм понял: некромантке понравилось, ему кстати тоже.

-- Подумаем, - дипломатично закруглился с темой имен Дримм и перешел к другим делам -- новое имя шестерок могло и подождать, а вот местные жители не очень, хотя нет, могли, но вот Дримм не собирался давать им время оправиться.

Пока большинство игроков и петов дорезали раненых (экспа), а спецназовцы делились с шестерками гранатами, Дримм, Туллиндэ и несколько сильнейших магов собирали передовой отряд. Дело в том что любого, кто попытался бы углубиться в город, в частности в большой тоннель за заваленной трупами площадью, ждал очень неприятный сюрприз, специально подготовленный для таких вот ''неосторожных туристов'' негостеприимными дагзити. Пирожок хорошо полазил ночью в этих местах и может быть и не сумел проникнуть далеко, но кое-что полезное все же узнал.

Обреченный на уничтожение отряд собирали из чего могли: Дримм пожертвовал свитком с самым своим впечатляющим существом -- двухголовый тролль Хаоса, шестиметровое покрытое коричневой морщинистой кожей существо возникло посреди светящегося круга и ожидая приказа уставилось четырьмя парами больших голубых глаз на призвавшего его игрока; Туллиндэ подняла полсотни слабеньких и не долговечных зомби, заодно определив вновь доступного Кошмара на новое место жительства в выбранного за габариты воина-дагзити; еще 11 самых дешевых свитков и на время в мир явились 5 потасканных волков, 4 разваливающихся на ходу скелета-воина (среди добычи наверху набрали много таких свитков), самый обычный болотный тролль, хромой зомби-человек с ржавым железным топором в руке -- в общем ''команда мечты''. Центральную фигуру отряда пробафили хорошо: тролль Хаоса обзавелся огненным щитом вокруг тела, Аурой Ужаса и несколькими кружащимися вокруг него разноцветными шарами (обычные светилки, но выглядело эффектно), плюс еще несколько бафов. Наспех обработали и остальных свитковых тварей и зомби, вручили зомби-дагзити в руки копья (сами тупые мертвяки не догадались их взять), а затем отправили столь ''могучую силу'' к выходу с площади. Напоследок один из магов, неплохо поднаторевший в магии Порядка в подразделе иллюзии, создал точную копию тролля Хаоса, и теперь уже две горящие огнем огромные фигуры возглавили медленно бредущий отряд существ.

Как только отряд-обманка во главе с порождением Хаоса миновал воротный проем и вступил в немалых размеров тоннель, метко названный побывавшим здесь Пирожком ''проспектом'', его буквально похоронил под собой поток камней с потолка. Дагзити купились и их можно было понять: два огромных внушающих ужас и горящих огнем двухголовых монстра, вокруг которых летают испускающие свет шары, а за ними волки, по шерсти которых бегут зеленые искры, скелеты-воины и зомби из их павших собратьев, плюс еще один монстр, пусть и не такой большой и страшный как первые два. Целую минуту дагзити радовались своему успеху: завал не только похоронил под собой отряд их врагов, но и намертво перегородил проход кучей здоровенных валунов.

Дагзити ошибались в обоих случаях. Первый -- понятно: свитковые твари, зомби, тем более иллюзия -- ерунда. Второй...

Ком золотого огня выбил гигантские валуны из прохода как кегли и взорвался морем уже обычного рыжего огня! Жадный до жизней огонь слизнул четырехсотенный вооруженный дротиками отряд, что должен был предельно затруднить нападавшим разбор мощного завала. Вместе с воинами отряда погибли и несколько жрецов. Заживо сгорели и два небольших сотенных отряда, которые засели в хорошо замаскированных тупиковых проходах по обеим сторонам огромного тоннеля. Ну а получившие чудовищный удар валуны летели почти до самого конца длиннющего тоннеля, сталкивались друг с другом, чиркали об пол, бились о стены и потолок, разламывались на более мелкие части и главное, убивали, убивали и убивали всех на своем пути -- защитники города второй за сегодняшний день раз несли столь непереносимо огромные потери. Не успело утихнуть пламя и окончательно замереть последний из валунов, как в расчищенный проход вступили Драконы. Первыми на своих маунтах ехали Дримм и Туллиндэ: что колесница, что Ворошилов совершенно не обращали внимания на лизавшие их языки огня. После лидеров шли рейды игроков, за ними отдельным отрядом спецназовцы.

Мощные боевые заклинания, готовые сорваться с языков и посохов, стрелы на тетиве, жаждущая крови сталь в руках, оскаленные в предвкушении клыки питомцев... ничего из этого не пришлось пускать в ход как минимум километра два -- дагзити уже научились бояться этих врагов и хоть пока что не бежали прочь, забыв про все что должны защищать, но и не рисковали становиться у них на пути. Впрочем среди защитников города нашлись те, кто не боялся отдать свою жизнь в безнадежном бою: из боковых проходов в противоположном от Драконов конце главного тоннеля хлынули ручейки из похожих на дагзити существ, и эти многосотенные ручейки начали сливаться в единый движущийся Драконам навстречу поток. Пирожок достаточно точно описал облик и оружие так называемых ''бугаев'': огромное трехметровое тело; отсутствие малейших признаков одежды и доспехов; копье длиной и толщиной с телеграфный столб (ну может чуть потоньше), на нем ржавый, но опасный наконечник длинной с одноручный меч; тупой взгляд, по-настоящему тупой взгляд, казалось даже мертвые буркала зомби содержат в себе больше интеллекта; а еще у многих из великанов свисала изо рта слюна, у каждого второго присутствовали на коже огромные лишаи, а у некоторых гнилые раны, из которых при движении выпадали черви и жуки. Можно было бы подумать, что это и в самом деле зомби -- нечувствительные к боли, нетребовательные к одежде, не обремененные интеллектом создания магии Смерти, но нет, маги игроков быстро поняли: перед ними вполне себе живые существа. Пирожок не ошибся и в другом. Какая пара тысяч?! Уже не меньше 6-7 тысяч тупорылых дебилов-здоровяков с дрынами в руках заполнили тоннель от стены до стены, а из боковых проходов продолжали идти и идти.

Тем не менее пока что ''бугаи'' находились еще довольно далеко, и игроки сосредоточились на насущных проблемах. Проблема в общем-то была одна, и нет, это не возобновившиеся нападения обычных воинов дагзити -- тех валили походя или загоняли в боковые проходы, а вот порождавшие дагзити проходы и стали той самой проблемой. Большинство таких проходов или даже щелей (едва протиснуться одному дистрофику) заканчивались заваленным камнями тупиком или жилым залом, ничего сложного -- пара рейдов или десятка ''Несущих смерть'' быстро проводили зачистку и догоняли своих -- проблема решена. Но иногда встречался и обратный случай: никакого тупика или зала, а множество коридоров без края и конца, настоящий уходивший в глубины города лабиринт, и перед игроками вставал весьма важный вопрос: кто появится из глубин этого лабиринта и зайдет им в тыл? Обычно в таких случаях у Дримма имелось простое проверенное временем средство -- способная возникнуть даже на камнях магическая трясина квелья надежно защищала тыл, но именно здесь, в этом одновременно затопленном и в то же время сухом городе магия квелья дала осечку, и после нескольких попыток и немалого количества потраченной маны фейри вынужден был обходиться без нее. Проблему решали как могли: минировали, шпиговали коридоры магическими и воровскими ловушками, где можно заваливали взрывами, узкие щели и тоннели поуже заливали превращавшимся в камень колдовским туманом -- в общем извращались как могли, но не теряли темп движения и не распыляли силы, тем более таких требующих особого внимания проходов было один на три кончавшихся тупиком. И все равно проходов оказалось слишком много: несмотря на безразмерные сумки, запас ловушек и взрывчатки быстро подходил к концу, ну а что касается обращавшегося в камень тумана, то всего полдюжины владевших этим заклинанием на должном уровне магов (Дримм и Туллиндэ не входили в их число) вскоре истощили себя и вынуждены были ''присесть'' на зелья, пытаясь восстановиться перед столкновением с прущим лоб в лоб врагом. Все же Драконы продолжали двигаться вперед и как могли прикрывали свой тыл. ''Голь на выдумки хитра'', тем более Драконы были та еще ''голь'', довольно таки состоятельная ''голь'' с большой-пребольшой выдумкой: в несколько проходов по-быстрому стаскали все найденные поблизости трупы и прямо на них высадили друидские кусты; пользуясь уклоном очередного тоннеля в него бросили несколько весьма ядовитых реагентов, и те как минимум на полчаса отравили пол -- большая неприятность для не признававших обуви дагзити (лапы с перепонками); прокляли самыми сильными проклятьями около десятка проходов (тут постаралась Туллиндэ) -- на полчаса должно было хватить; и конечно пошли в дело остатки самых дешевых свитковых тварей, в основном разнообразные скелеты взятые в качестве добычи в ''акрополе'' наверху, по десятку-другому свитков на один проход. Заодно гулявшие во всю ивановскую игроки периодически отправляли одиночных свитковых тварей в тоннели, ''развлечь и порадовать'' тамошних обитателей, как говорится: ''Веселья полные штаны!''. Хотя постойте -- дагзити же не носили штанов?! Но не беда -- значит просто ''порадуются'' -- для ТАКОГО ''веселья'' штаны не обязательны.

Спустя примерно 20 минут наконец-то и ''бугаи'' попали в сферу воздействия игроков: уже знакомый ком золотого пламени покатился навстречу тупоглазой волне. Дримм начал жестко, ведь при удаче всего одно пусть затратное заклинание могло решить все проблемы игроков и расчистить им проход. Вполне здоровое желание, тем более за этот день жрецы дагзити сильно упали в глазах фейри, но не судьба -- на этот раз жрецы сумели реабилитироваться -- мощный удар фейри разбился о не менее мощный щит.

Казалось бы что тут смешного? Но Дримм засмеялся и, хлопнув Ворошилова по броне, отдал маунту мысленный приказ. Ослепительно белый луч пронизал все щиты, пробил колонну ''бугаев'' на всю ее длину и пошел дальше. В том самом загадочном зале в конце тоннеля кажется даже что-то взорвалось, и именно после этого проход туда закрыла черная как ночь стена магического щита.

Ударила Туллиндэ: словно пуховое белое облако опустилось на лишенную защиты колону -- сотни передовых дебилов-переростков обратились в труху.

Вспыхнули щиты вокруг игроков -- жрецы пытались отвечать.

Целой гроздью цепных молний ударил Дримм -- вновь заклинание разбилось о щиты жрецов, но несколько жизней молнии все же забрали, да и щиты пошли разводами и затрещали словно на последнем издыхании.

Начали работать другие маги-игроки: молнии, шары, стрелы, кулаки, проклятья, копья самых разных школ от Природы до Хаоса.

Спецназовцы на ходу наложили стрелы на тетивы своих больших луков, остановились, выпустили залп навесом, сделали шаг, наложили стрелы, выпустили залп, сделали шаг, снова стрелы, снова залп, шаг, стрелы, залп, шаг, стрелы, залп, шаг, стрелы, залп, шаг..........

Бывшие шестерки, а ныне ''Несущие смерть'' со всей своей немалой силой немертвых существ запускали гранаты под углом вверх чуть не до потолка тоннеля, а потом гранаты падали вниз на незащищенных щитами ''бугаев'' в середине колонны. ''Несущим смерть'' было что бросать -- отданный перед боем запас сотни спецназовцев, плюс кое-чем поделились игроки.

Жрецы дагзити попытались ментально повлиять на самых сильных из врагов -- большая ошибка! Дримм захохотал, сверкая черными глазами, ему вторил золотой исполин у него в глубине -- нити ментального воздействия объял золотой огонь и побежал к хозяевам этих нитей -- не меньше дюжины пылающих вполне реальным пламенем фигур с воем покатились под ноги равнодушно затоптавшим хозяев дебилам. Те же кто проник в разум Туллиндэ, осели пустыми куклами без мыслей и души и тоже были раздавлены не остановившейся толпой.

Снова ударил взмахнувший посохом Дримм: десятки шаров зеленого огня, что рычали как живые существа, ринулись на бездумно прущий вперед строй и подобно каплям ртути избороздили больше тысячи тел, оставляя на них частичку себя -- помеченные зеленью ''бугаи'' начали гнить и разлагаться на глазах.

Стрелы падали с неба волна за волной и хотя часть из них отражали и ослабляли редкие и дырявые щиты (несколько уцелевших жрецов пытались хоть что-то предпринять), но большинство из них достигали адресатов. Одна несущая огонь, лед, кислоту, проклятье или яд стрела не могла убить тупого, не чувствующего боли великана и даже сбить его с шага, но две-три уже имели на это шанс, четыре-пять -- великан шатается как будто принял на грудь, шесть-семь -- огромное тело валится под ноги остальным.

Гранаты оказались эффективней стрел -- осколочное и фугасное действие, плюс плотный строй -- отличный, во всех смыслах сногсшибательный, даже больше -- сноготрывательный результат: тысячи ''бугаев'' нахватались осколков, сотни лишились конечностей. А ведь были и кислотные гранаты -- лопнувшие легкие, вытекшие глаза; с уроном холодом -- несколько ледяных фигур повалились и рассыпались в порошок ; с уроном огнем -- равнодушные твари продолжали идти и гореть, впрочем не более 2-3 минут.

Маги игроков косили передние ряды как опытные косари косят пшеницу, ну а лишенные разума недоумки все шли, равнодушно переступая через мертвые тела. Вскоре к магам присоединились и воины-игроки, прямо на ходу бросая гранаты и разное метательное добро.

Атака дагзити из одного из коридоров: короткий бой и в проблемный коридор ушел рейд.

Возничий колесницы Туллиндэ отправил горящий череп в полет, и тот словно беспилотный летательный аппарат пролетел над изрядно уменьшившейся колонной, меча молнии из глаз, а затем подобно бумерангу вернулся в одну из восьми рук своего жуткого хозяина... чтобы тут же вновь быть отправленным в полет.

Снова целых два боковых коридора и пусть ни из одного из них не последовало атаки, но все равно в каждый из коридоров ушел рейд.

Закончились гранаты у ''Несущих смерть''.

Мощная огненная комета от мага-игрока, облако ядовитых спор от друида, снова маг -- целая россыпь огненных стрел, друид -- заклинание в виде тучи комаров-кровососов (не очень эффективное против покрытых чешуей врагов), Дочка выпустила рой красных и злых пчел, маг -- воздушный таран, Дримм -- ветвистая золотая молния, маг -- огнемет, другой маг -- булыжник, друид -- зеленая молния, маг -- стальные диски, Туллинндэ -- пелена смерти, маг -- тройное копье Хаоса, маг.......

Куцая колонна бугаев уже совсем близко, и воины-игроки выдвигаются вперед, а рейнджеры и маги оттягиваются за их спины, но продолжают бить заклинаниями и стрелами практически в упор, с неба продолжают падать стрелы спецназа и лупит молниями череп призрачного колесничего.

К основному войску присоединился отправленный на зачистку бокового прохода рейд.

Туллиндэ наложила масштабное проклятье, а Дримм -- Судорогу Паратока, не менее масштабное заклинание школы Природы.

Рейнждеры-игроки отставили луки и как из пулемета мечут сюрикены и ножи, воины готовятся к рывку и удару, спецназовцы, боясь задеть своих, перестали стрелять и закидывают луки за плечи, Ворошилов и демоны, что везли колесницу, раскрыли жуткие пасти, Дочка напряглась, возница-призрак отвел руку с копьем и раскручивает бич.

И все-таки всех опередили ''Несущие смерть'': разом применили мощные парализующие заклинания школы Природы и первыми бросились в бой, буквально на секунду опередив распластавшуюся в прыжке Дочку с занесенным огненным мечом. Уже потом в бой вступили воины-игроки и питомцы, мертвые демоны и Ворошилов принялись жрать, призрачный возница колоть семиметровым копьем и сечь бичом из человеческих волос, что рассекал чешуйчатые тела как раскаленный нож кусок топленого масла.

В самый разгар схватки подошли два других отправленных в боковые проходы рейда, командир одного из них подбежал к активно жрущему Ворошилову, об шкуру которого как спички ломались копья-фонарные столбы, вспрыгнул на спину маунту и, сказав Дримму несколько слов, поспешил вернуться к своему вступившему в бой рейду. Глава клана немедленно отозвал ''Несущих смерть'', разделил их на две пятерки, одну оставил при себе, а другую отправил в неприкрытый проход за спиной у наступавшего отряда.

Через десять минут отряд, оставив кучу изрубленных дагзити-переростков за спиной, продолжил свой путь... навстречу новой колонне, которая формировалась перед входом в конечный (торцевой) зал. На этот раз колонна была гораздо меньше, и почти треть ее составляли нормальные, ''мелкие'' дагзити в доспехах и с нормальными копьями в руках.

Новый боковой тоннель оказался проходным, и туда ушла последняя пробафленая фейри и некроманткой пятерка ''Несущих смерть''. Дримм впервые за бой и день опустошил пузырек с зельем восстановления маны, остальные маги давно хлебали подобные пузырьки как пиво в жаркий день.

Еще один боковой тоннель оказался проходным (такие встречались все чаще), и Дримм скрепя сердце пожертвовал двумя свитками призыва -- кого не прикончит солидный каменный элементаль, того разорвет на части ''ужасный медведь''.

Три следующих боковых ответвления оканчивались тупиками (тупик и два жилых зала), четвертый, вновь проходной, получилось завалить, а затем справа оказался огромный боковой тоннель лишь чуть поуже основного, и по нему к отряду шли сотни ''бугаев''...

Дримм, метнув клубок цепных молний, спрыгнул с маунта, Ворошилов вновь уподобился огромному шару для боулинга и подавил немногих уцелевших после молний хозяина ''бугаев'', потом отработал малым половинным лучом в один из боковых проходов, сожрал десятка три дагзити из другого, получил молнию из третьего (туда немедленно ушел рейд игроков), хрумкнул десятком ''бугаев'' из четвертого, пуганул отряд дагзити из пятого (туда тоже ушел рейд) и... все -- пока огромный коридор был пуст, но именно пока. Дальше Дримм пошел пешком, а Ворошилов остался дожидаться ушедшие в преследование рейды и сторожить проход, но все-таки маунта не оставили одного и в усиление он получил Дара, Послушного в звериной форме и спрыгнувшего с колесницы Кошмара Туллиндэ. Недавно получивший тело питомец-дух некромантки не мог похвастаться боевыми возможностями, даже не мог угнаться за отрядом, но и в таком состоянии был посильнее обычного, вернее очень хорошо сделанного зомби -- как самостоятельная сила не годится, а как приданная танку-Ворошилову вспомогательная единица сойдет, тем более есть опытный Послушный и молодой, но подающий большие надежды Дар.

Отряд двинулся вперед... через пару минут вновь остановился -- очередной боковой ''проспект'' и перегородившая его баррикада, с вершины которой швыряют дротики дагзити.

Не больше минуты понадобилось Дримму, чтобы собрать ураганный шар, который разметал уже пустую баррикаду (спецназовцы и рейнджеры-игроки не теряли времени зря). Проход осталась сторожить Дочка, сильнейший пет клана Красного Дракона не нуждался в чьей-либо помощи, а отряд продолжил путь... чтобы меньше чем через минуту пути наткнуться на очередной боковой проспект. Вторая колонна вошла в радиус действия стрелков.

На этот раз спешилась Туллиндэ: ее здоровенная колесница-маунт почти полностью перекрыла немаленький ''проспект'', а для гарантии, что все-таки никто не сможет проскочить по краям, в тылу у колесницы встали десять спецназовцев.

Несколько напряженных минут: спецназовцы вновь начали стрелять, но уже не навесом на кого бог пошлет, а тщательно выбирая цель -- даже их бездонные колчаны показали дно; маги и рейнджеры тоже работали реже и постоянно отлучались в составе своих рейдов проверить очередной боковой тоннель (в двух местах пришлось оставить жнецов Туллиндэ -- Зеркало и Отражение не намного уступали Василисе и их так же было очень муторно убивать и при этом самому не сдохнуть в процессе). Дримм копил силы и ждал, а Туллиндэ работала сериями не очень мощных атакующих заклинаний школы Смерти, что при ее высоком уровне игрока и мага Смерти все равно давало прекрасный эффект, заодно позволяя наглотавшейся зелий некромантке восстанавливаться быстрей чем она тратила ману.

Отряды защитников и вторженцев постепенно сближались: вот вход пошли дротики (дагзити) и метательные ножи (игроки), вот маги и рейнджеры начали оттягиваться назад, назад начали оттягиваться и дагзити, вот тупые ''бугаи'' по команде выставили копья вперед, а воины-игроки приготовились те самые копья отбивать и принимать на щит.

Уже казалось определенный сценарий сломал Дримм: новый хоть и немного меньший в диаметре ком золотого огня сорвался с когтистого навершия посоха, и на этот раз среди дагзити не оказалось ни одного жреца....

В один момент золотое, а после яростное рыжее пламя сожрало тысячи чешуйчатых бойцов, покатилось дальше и достигло закрывавшего проход щита -- темный непрозрачный щит выдержал остатки пламени, хотя и тревожно затрещал. Колонна продолжила путь по хрустящей под ногами чешуе и спустя несколько минут достигла преграждавшего дальнейший путь масштабного щита.

-- К гадалке не ходи, как только проломим щит и войдем в зал, навалятся, - озвучил достаточно очевидную мысль Пирожок, имея ввиду проходы по бокам торцевого зала, всего по четыре прохода с каждой стороны. Собравшиеся на быстрый совет старшие рейдов закивали соглашаясь.

-- Навалятся... - задумчиво повторил его слова Дримм и завис. Фейри хотелось снять щит и войти в зал, но он понимал: отряд итак слишком разбросался, оставив немалое количество сильных бойцов прикрывать свой тыл, теперь вот эти восемь проходов. Что же с ними делать? Проигнорировать нельзя -- Пирожок прав. Оставить слабый заслон? Его сомнут и им ударят в тыл. Оставить сильный заслон? А с чем идти в зал за щитом, ведь по всем признакам там босс? Разум требовал от Дримма зачистить территорию города, собрать все силы в кулак, отдохнуть, пробафиться и только потом входить в зал, а вот распаленный боем азарт и инстинкт требовали от него, не теряя времени идти вперед, к тому же не факт, что город удастся зачистить даже за несколько дней, да и вероятность того, что городские дагзити получат подкрепления извне тоже не следовало сбрасывать со счетов. Так что же все это время ждать и не входить в зал?

Дримм принял решение и начал раздавать приказы, которые не очень понравились части командиров рейдов, да и Туллиндэ. Но командиры не решились возражать Главе, а Туллиндэ радовал горевший в глазах Дримма огонь, она не хотела чтобы он потух, сменившись прежними болью или равнодушием, так что эльфийка пошла у фейри на поводу. К каждому из проходов устремился рейд игроков и десяток спецназовцев при нем, последний десяток спецназа стал общим резервом, в том числе и для Дримма и Туллиндэ. Хотя честно сказать, если таким магам как Красный Дракон и Королева Мертвых понадобится помощь, десяток пусть и хороших бойцов их не спасет.

Фейри с маху вонзил когтистый посох в пелену щита -- гигантский щит закорчился, побежал волнами, затрещал как сминаемая бумага (целый вагон такой бумаги), но устоял... ровно до того момента как хозяин посоха со всей силой рванул его древко на себя!

Огромный торжественно-мрачный зал сферической формы, циклопических размеров портал вместо одной из стен. Портал открыт и на сотню жрецов и сотню лучших из лучших воинов дагзити изливается лазоревый свет. Жрецы и воины смотрят на незваных гостей с нескрываемым торжеством, а на той стороне портала ворочается огромный черный осминог.

*

Мелкий морской БОГ, которому поклонялось местное племя дагзити, заглянул в равнодушные черные с золотой каймой глаза ''Убийцы богов'', узнал посох, что когда-то тысячу лет тому назад нанес ему страшную рану, след от которой можно было заметить даже теперь, бог глянул и на полураспахнутые врата в Мир Мертвых в виде красивой эльфийки в белых доспехах, а затем... развернулся и просто уплыл. Как будто разом постаревшие жрецы некоторое время неверяще смотрели вслед своему божеству, потом одновременно повернулись к фигурам пришельцев на пороге зала. Дримм поднял посох...

*

Подводный город грабили четыре дня и не взяли в нем какой-то особо ценной добычи. Нет, что касается золота, жемчуга, драгоценных камней, разнообразного бонусного оружия, свитков, средних амулетов, то всем этим город поделился более чем щедро, но ничего исключительного, удивительного, эпического, хотя бы даже легендарного так и не нашли, разве что несколько книг на фейрийском языке привлекли внимание вновь загрустившего фейри. Дримм так и не смог закрыть гигантский скрывавший бога портал, ну а идти за богом в его родную среду, возможно даже отдельное измерение не решился бы ни один даже самый жадный до очков игрок, так что Драконы как могли запечатали зал и больше ни разу его не посещали, не беспокоил их и многорукий бог.

На пятый день на корабли погрузили последнюю добычу, и эскадра отправилась в обратный путь, оставив теперь уже по-настоящему заброшенный остров позади.

Глава 27

Гаваи (Курорт).

7 дней спустя.

Дримм.

-- Что такое происходит со мной? - в тысячный раз задал себе вопрос Дримм. Его взгляд скользил по белому песку пляжа, по пустым без кораблей причалам, по постройкам на берегу, по башням крепости в глубине острова, по флагштоку, с которого скалился расправивший крылья красный дракон, но фейри не видел ничего, полностью уйдя в себя и лишь машинально поглаживая по голове оседлавшего планшир дракончика, живую копию изображенного на флаге. - Что за внезапные вспышки безумной любви, от которых напрочь сносит крышу и еще более сильные приступы парализующего разум горя? Прямо сумасшествие какое-то! Такое ощущение, что я действительно на время сошел с ума, ведь можно признаться самому себе: я едва-едва не вышел в реал не имея физического тела, то есть едва не совершил то единственное, что может убить такого как я. И все-таки почему?! - Дримм с трудом понимал себя тогдашнего, особенно теперь. Нет, терзавшая его боль не прошла, но с глаз будто упала пелена, и он мог мыслить более-менее здраво, а не как тот, кто готов трусливо уйти в небытие. Как никогда остро он осознавал неправильность того, что творилось с ним три недели назад, или нет, с того самого момента, как он увидел рыжеволосую пиратку по имени Дайтана, и для него перестал существовать весь остальной мир.

Внимание фейри привлек заволновавшийся под рукой питомец, Дар рвался взлететь и в то же время не хотел оставлять хозяина. Дримм разрешил противоречие: в последний раз пробежался ладонью от головы до хвоста, что было не так уж и легко -- дракончик изрядно подрос за время их путешествия, и отпустил его поиграть: погонять над невысокими волнами, посоревноваться в скорости с тропическими птицами, попытаться достичь запредельной для Дара высоты, на которой парила патрульная двойка грифонов, а может и вовсе навестить вкусных крабов на берегу, что раньше небрежно гоняли мелкого дракончика страшными клешнями, а теперь стали ему на один укус.

-- Надо с этим кончать! - твердо решил фейри, не отрывая глаз от счастливо кувыркавшегося в воздухе маунта и уже не так твердо спросил сам себя: - А как!? Как мне предотвратить эти вспышки?! - Он с ужасом осознавал -- ему никак не остановить губительные приступы странных, скорей всего нечеловеческих чувств, которые становятся сильнее с каждым следующим разом. Мелита -- погрустил пару дней и забыл. Элика -- тут ему повезло: сначала семейство фейри, потом война -- Гоблинские горы переключили все внимание на себя, не оставив времени ни на что другое. Оставшиеся неизвестно где дети и жены -- вот тут ему действительно пришлось нелегко, но тогда он сумел преодолеть себя и продолжить жить, а ведь эта потеря гораздо серьезней пиратской капитанши, с которой он был знаком без году неделю, всего неделю и был знаком. Дримм обоснованно подозревал: вспышки неконтролируемых чувств -- побочные эффекты его изменившейся сути фейри или и вовсе влияние того, кто скрывается в глубинах его разума и приходит на помощь в сложный момент, как было на мосту в мире духов, во время схватки с воплощением бога-паука или когда Гвыжаха пытался проникнуть в глубины его разума. Каждый раз приходил золотой свет и выручал его в казалось безвыходных ситуациях, но видимо у подобной помощи имелась цена, и теперь он вынужден ее платить. Было и еще кое-что, что глодало его с тех самых пор как с глаз упала пелена: пусть не во всем его вина, но Дримму было по-настоящему стыдно: перед собой, перед последовавшими за ним членами клана, наконец перед верными до конца питомцами, что ушли бы в небытие вместе с ним -- он почти позволил себе сдаться и едва не подвел всех и вся: клан, питомцев, друзей, Землю, человечество, всех, кто зависел или надеялся на него! - Нужно отбросить все чувства, по крайней мере до того как мы окажемся в прошлом, - принял тяжелое и если подумать, по сути пораженческое решение Дримм. - Похоронить себя в работе и не отвлекаться ни на что. Как показала практика -- отличное средство избежать подобных проблем, да и пережить их тоже. - Легче сказать чем сделать, но фейри был настроен решительно и первым делом собирался ограничить свой круг общения кланом и клановыми землями, чтобы насколько возможно уменьшить опасность повторения того что было с капитаншей, конечно у него не получится совсем уж игнорировать внешний мир, но по крайней мере он сведет риски к минимуму.

Дримм резко втянул в себя целебный воздух океана, вздохнул глубоко словно собирался нырнуть, и, медленно пропустив воздух сквозь себя, выдохнул. Под ногами у него послышались смех и веселые голоса, через несколько секунд на палубу вывалились Василиса и Туллиндэ. Здесь вдали от любой угрозы что игрунья, что питомица не стесняли себя доспехами и оружием и щеголяли короткими легкими платьями, не скрывавшими загорелых ног и плеч. Как часто бывало, поток ярких и сильных эмоций от Дочки на время смыл все остальное, и фейри с благодарностью окунулся внутрь этого потока, пропуская его через себя -- тоже в своем роде терапия.

-- А не связанно ли мое такое расположение к Туллиндэ с Дочкой?! - в затопленную чужими эмоциями голову Дримма ворвалась отрезвляющая мысль, и он вынырнул из радостного полузабытья. - Нет, вряд ли -- если что-то такое и есть, то не играет какую-то значимую роль -- моя дружба с Туллиндэ началась гораздо раньше того случая в Холме, - немного успокоил себя Дримм, но в тоже время благоразумно решил, что тут как с залом Раздумий лучше не злоупотреблять.

В то время как Дримм анализировал себя и пытался понять, что в его разуме реально, а что нет, Василиса и Туллиндэ под недовольным взглядом капитана корабля и довольными команды поднялись на мостик, встали рядом с фейри и жадно уставились на берег. Для каждой из них клан и цитадель тоже являлись домом: Василиса просто не помнила ничего другого, только отца, клан, цитадель; ну а что касается Туллиндэ, то эльфийка-некромантка почти забыла свою прошлую земную жизнь, нет, она разумеется помнила детство и несколько лет до оборвавшей ее прежнюю жизнь травмы, но помнила как сквозь мутное стекло.

-- Смотри какая толпа, - Туллиндэ обратила внимание фейри на пирс, к которому должен был причалить их корабль. - Тебя ждут: ''мудрых'' отеческих наставлений, начальственного рыка и управы на Убийцу Городов, - эльфийка конечно шутила, но доля истины в ее словах все же была. - Я еще удивляюсь, как Людмила не воспользовалась своим преимуществом и ее Физрук не перехватил нас на подходе, - под заразительный смех Василисы продолжила хохмить обычно не склонная к шуткам Туллиндэ. Она отпустила еще несколько удачных острот, Василиса смеялась, улыбнулись даже Галторн и первый помощник. Улыбнулся и Дримм, и в то же время бросил на хохочущую Василису понимающий взгляд: глубоко под слоем веселья у питомицы нет-нет да и мелькала грусть, намертво скрытая от возлюбленной, но не от отца-фейри мысль: как жаль, что любимую опять придется делить с другим, пусть даже это друг и тот, кто делает любимую счастливой.

Дримм сделал вид, что не увидел эгоистичную на грани ревности мысль, а Дочка сделала вид, что не заметила внимания отца и будто бы невзначай положила руку на ладонь облокотившейся на планшир Туллиндэ. Но Туллиндэ было не до того -- некромантка уже вовсю строила планы на будущее, после того как попадет в цитадель и окажется в своей лаборатории:

-- Сразу начну готовить специальный зал-инкубатор для шестерок, - по привычке оговорилась некромантка, - думаю сотню можно будет запустить. -

-- Кровь, - немного срезал наполеоновские планы Дримм, напомнив о недостатке самого важного ингредиента -- фейрийской крови.

-- Ерунда, - отмахнулась Туллиндэ. - Ты забыл? Благодаря твоим сородичам у нас этой крови море разливанное -- если каждый из них сдаст хотя бы по кружке, нам хватит на все, да еще и останется. -

-- А подойдет, они ведь не я? Не игроки и расовой магией не владеют, еще и могут побояться доверить свою кровь всяким разным подозрительным некромантам, - вновь попробовал осадить ее Дримм, но Туллиндэ уже поставила перед собой цель и ничто не могло ее остановить.

-- Да ладно тебе -- они сделают ВСЕ, что ты им скажешь, и вообще, раз уж они живут среди нас, пусть помогают. Насчет крови: вот и посмотрим, отличается твоя от их или нет. Если все-таки отличается, то тут тоже есть варианты: или потому что ты игрок -- тогда действительно ничего не попишишь, или из-за магии -- тогда ты их подучишь вашей расовой магии, хотя бы на первом уровне. Сможешь?

-- Смогу, - не стал отказываться Дримм, тем более у него был подобный опыт преподавания и довольно успешный опыт (только вот где бы взять на это время?).

-- Значит все остальное у нас есть, - между тем вслух рассуждала Туллиндэ, - на сотню алхимии точно хватит, жалко что всех рабов с последней вылазки должны были уже продать или пустить на зомби, так что если не подвернется большая банда, придется покупать рабов в Узле. -

-- Сделай заказ Халлону, - подал ей идею Дримм и напомнил: - скоро твой благоверный и Айсмен отправятся по грибы, то бишь по мертвяков в Парнскую империю. -

-- Когда это еще будет! - отмахнулась напряженно ищущая выход Туллиндэ. - Да и сам знаешь, для дела нужны живые, а не трупы, пусть даже и свежачки. Хотя насчет Халлона идея хорошая -- так и сделаю. Слушай! - неожиданно некромантка взяла его под руку и просительно заглянула в глаза. - У тебя ведь еще полсотни гоблинов остались в Холме -- отдай их на мясо, все равно у тебя на них времени не хватает, только харчи на них переводишь зря. -

-- Бери, - после всего что она сделала для него Дримм не мог ей отказать, да и если подумать, некромантка была права.

-- Отлично! - зазагибала пальцы Туллиндэ. - Алхимия есть, сделаю заказ Халлону, пока собираем и исследуем кровь, Халлон раздобудет нам материал, если нет, смотаюсь в Узел за рабами, ну и зеленушек пустим в дело. -

-- Кровь может не подойти, - вновь напомнил о слабом месте Дримм. - Даже если дело в расовой магии, то это надолго -- месяцы как минимум. -

-- Если будет такая засада, то десятку все равно запустим, даже можно не отвлекаться на Узел -- хватит одних гоблинов, ну и тебе придется литра два-три сцедить. -

Дримм демонстративно закряхтел, но все же согласился -- привык, да и по сравнению с замаячившей перспективой учить расовой магии неизвестное количество учеников-фейри пожертвовать пару литров крови это просто ерунда. Тем временем деревянный борт корабля стукнулся о причал, на берег сбросили сходни, и все планы Туллиндэ полетели в тартарары -- на берегу ее встречал соскучившийся муж, ну а Дримма мгновенно засосала в себя трясина дел, и фейри решительно нырнул в нее с головой.

Первой до вернувшегося Главы добралась Исилиэль -- обычно спокойная и рассудительная Отличница находилась на грани истерики, и фейри пришлось не только выслушать то с чем она к нему пришла, но и успокаивать чуть не плачущую эльфийку. Исилиэль жаловалась на Халлона и Элеммакила: эти двое будто сговорившись и почти одновременно (с разницей в две недели) свалили на нее кучу детей от 3 до 12 лет и умыв руки были таковы. Причем сложных детей -- детей-рабов, у многих из которых убили родителей прямо на глазах и которые успели всякого натерпеться в рабстве, но главное -- число: больше тысячи детей от адмирала и 2 с половиной тысячи от Элеммакила -- не удивительно, что Исилиэль едва не сошла с ума. Тысячи детей свалились на эльфийку почти одновременно, а у нее нет для них практически ничего: ни одежды -- одеть 3 с половиной тысячи оборвышей, ни еды -- накормить 3 с половиной тысячи голодных ртов, ни персонала -- управиться с тысячами сложных разновозрастных детей, хотя бы просто отмыть их от грязи и осмотреть на предмет вшей, ни жилья -- всю эту ораву расселить, ни понимания, что с ними со всеми делать и для чего. Исилиэль вертелась как могла, каждый день решая неразрешимые проблемы, благо многие пытались ей помочь, и даже Анариэль осуществила голубую мечту любого члена клана -- настежь открыла перед ней клановые закрома (!) и автоматом одобряла любые траты (!), но все равно тяжелый груз едва не раздавил погребенную под неподъемным делом Отличницу. Впрочем она справилась, прямо как по поговорке съедая слона по кусочку и одну за одной решая встающие перед ней задачи. Живущие в строившемся городе женщины-Белки и без того кормили тысячи заготовок и игроков, стали кормить и детей, и пусть количество едоков выросло на три с лишним тысячи, но и женщины получили подкрепление в виде части сотрудников ''столовки'' и пары сотен специально нанятых для этого Белок из окрестных селений. Готовили женщины хорошо, что называется с душой, тем более две сотни их собственных ''бельчат'', обучавшихся в школе Исилиэль, питались с новенькими из одного котла. Что касается продуктов: в ход пошла не раз выручавшая жратва длительного хранения из гоблинской добычи, а так же свежак, который таскали охотники-белки и специально созданный отряд из эльфов-стрелков, овощи и фрукты пришлось покупать в Узле -- пока что немногочисленные фермеры клана не могли обеспечить даже себя, не то что три с половиной тысячи голодных ртов, да и если бы могли, до первого урожая было еще далеко. Как ни странно проблемой стал не недостаток, а обилие еды, вкусной еды, которой рабы не видели с момента попадания в рабство, да и на свободе многие из них никогда не питались так хорошо, тем более регулярно три раза в день, в результате больные животы и кровавый понос у сотен детей -- пришлось подключать целителей. Жильем для детей послужили несколько уже готовых бараков и разбитых рядом с ними походных шатров на сотню мест каждый -- не ахти какое жилье, особенно для детей (многоуровневые нары, соломенные тюфяки), но по сравнению с тем как дети-рабы жили раньше -- просто небо и земля. Одежда -- вновь выручила гоблинская добыча: готовой одежды нашлось не так уж много, но зато сколько хочешь любой ткани и кожи, от драгоценной парчи до того из чего клан Кожаных Плащей строил свои фирменные плащи, готовую одежду тоже пришлось перешивать. Для однотипной формы взяли недорогое сукно, для обуви хорошо выделанную козью и овечью кожу и вуаля -- готовы недорогая одежда и неплохая обувь. Правда пришлось прикупить две сотни портних-заготовок и сотню универсалов-ремесленников в качестве скорняков, но дело того стоило, тем более со временем одежду и обувь придется чинить, да и менять не позже чем через год, к тому же желательно было иметь как минимум по три комплекта на каждого из детей, а там пойдут простыни, наволочки, ранцы, ремни и бог знает что еще.

В связи с покупкой портних возникла еще одна совершенно непредвиденная проблема: уже более-менее осознавшие себя мужчины-заготовки табунами ходили за каждой из них, и Исилиэль пришлось чуть ли не с оружием в руках обеспечивать непрерывность рабочего процесса и разрываться между детьми и портнихами, что сами были как дети или вернее как свежекупленые заготовки. Мужчин-заготовок можно было понять -- половой вопрос стоял весьма остро: опытные заготовки успели почувствовать себя мужчинами, женщин-белок на всех не хватало, а тут две сотни довольно симпатичных девиц, к тому же таких же заготовок как и они.

Рассказ Исилиэль весьма обеспокоил Дримма -- он сразу почувствовал приближающийся шторм, тем более были звоночки и до того. Глава прекрасно понимал: бабы -- дело такое, до многого могут довести (сам фейри тому пример), так что у Дримма не было желания проверять схватятся ли заготовки-мужчины из-за немногих доступных баб, и если это ''радостное'' событие все-таки произойдет, смогут ли их остановить хозяева-игроки. Женский вопрос нужно было поскорее закрывать.

Но вернемся к детям, точнее к очередной проблеме Исилиэль: как и чему учить такую ораву детей, как обеспечивать их досуг в перерывах между учебой и сном и кто будет этим заниматься? Тут Отличнице пришлось превзойти саму себя. А что делать? Заготовок-учителей не существовало в природе -- ''недогадливые'' создатели игры просто не предусмотрели такой ситуации: игрокам понадобятся заготовки-учителя, чтобы учить освобожденных из рабства неписей-детей -- согласитесь бред, причем полный! Тем не менее дело нужно было делать, и за учителей и воспитателей (скорее надзирателей) в свободное от основных обязанностей время работали некоторые игроки, а так же спецназовцы и универсалы из старичков. Предметов было всего три: азбука (эльфийский алфавит), цифирь и правила поведения (пользоваться столовыми приборами, справлять нужду в специально отведенных местах, не воровать еду и все что плохо лежит, не пытаться сбежать, не резать глотки товарищам по нарам украденными на кухне ножами, не насиловать друг друга в укромных уголках, спать после отбоя, а не когда хочется, как вести себя на уроке, на прогулке, в жилом помещении и все в том же духе).

В очередной раз как чертик из табакерки вылезла очередная неожиданная проблема: дети есть дети, тем более такие, тем более почувствовавшие хорошее отношение к себе -- не все, но многие из них, особенно те кто по старше, принялись испытывать границы дозволенного и что будет, если эти границы перейти, а то и вовсе на них наплевать. Все могло закончиться очень плохо -- тут Отличница едва не сломалась: она и сама не могла наказать детей за проступки и не позволяла делать этого другим. К счастью еще до того как ситуация зашла слишком далеко, наконец-то вернулся подзадержавшийся на окраине варварских чащоб Дядя. Между Дядей и Отличницей произошел жуткий скандал, по результатом которого сердобольной эльфийке пришлось смириться с тем, что десятки хулиганских задниц обоего пола познакомились с розгами, но зато в результате такой проверенной временем педагогики был восстановлен статус-кво, и все пошло своим чередом -- дети на примере товарищей или на собственной поротой попе почувствовали, где проходят так необходимые им границы, и успокоились.

И пускай Дядя подставил свое лишенное сантиментов плечо и сиюминутные проблемы были решены, Исилиэль просто не понимала что будет дальше, а потому пришла с этой проблемой к Главе. Причем несмотря на все жалобы и претензии, в ее словах ни разу не прозвучал вопрос: зачем вся эта морока нужна клану и лично ей? А вот сам фейри задал себе этот вопрос, со смущением вспомнив как сам, совершенно не подумав о последствиях, одобрил идею Халлона, но отыгрывать назад не стал -- поздно, да и даже без ментальных умений своей питомицы Дримм понял: Отличница прикипела к своим воспитанникам и как волчица своих щенков будет защищать их от кого угодно, в том числе и от него. В общем-то в настоящий момент от Главы не требовалось какого-либо непосредственного участия, разве что постфактум одобрить произведенные траты и утвердить подготовленный совместными усилиями Дяди и Отличницы бюджет этого странного заведения без названия. А вот с тем как будет дальше Дримм пока не смог ей помочь -- сам не знал, но обещал подумать и не откладывать принятие решения в долгий ящик. Так что Исилиэль добилась чего хотела: получила визу Главы на все уже совершенные и предстоящие траты, его же твердое слово принять решение в течении двух дней и обещание посетить возглавляемое ей заведение, чтобы увидеть все собственными глазами -- с тем и ушла. А Дримм после ее ухода несколько минут сворачивал себе мозги набекрень, пытаясь понять, как выйти из порожденной его небрежностью ситуации. Нет, сама идея такой вот школы-интерната, где клан сможет растить себе кадры, имела право на жизнь и даже казалась весьма перспективной, если бы не одно но -- заготовки. Заготовки обеспечивали все потребности клана как в военной, так и в квалифицированной рабочей силе, а в качестве неквалифицированной вполне годились зомби.

-- На кой черт Халлон их притащил!? - с раздражением думал Дримм о возникшей на пустом месте проблеме. - Мучайся теперь с ними, придумывай программы обучения и воспитания, способы обеспечить лояльность клану, неси расходы, отвлекай силы, трать время, и все это как минимум 8-10 лет, пока не вырастут первые выпускники, то есть даже на Земле прошлого от них не будет толку 6-7 лет. Хотя, - Дримм попытался зайти с другой стороны, - может быть что-то путное из этого всего и выйдет, в конце-концов в прошлом у нас не будет возможности приобретать заготовок, и такой вот кадровый резерв может оказаться весьма кстати, но придется очень и очень серьезно думать, как и чему их учить, и заранее определить их место в структуре клана. - Дримм представил себе сложность задачи и едва не застонал вслух...

Следующим стал Элеммакил. Все это время полуэльф находился рядом, он слышал все что говорила, в том числе и про него, Исилиэль, кривился, но не возражал -- сам прекрасно осознавал свою вину и не пытался отказаться от ответственности. При всем при этом Элеммакил не жалел о том что сделал и как мог пытался помочь Отличнице с детьми. Хотя помочь он мог не многим: после возвращения из похода закончились данные ему полномочия, его бригада была распущена, и полуэльф располагал только собой. Впрочем даже так он смог серьезно облегчить жизнь как детям, так и зашивавшейся Исилиэль: сам в прошлом воспитанник специализированного интерната для детей войны сумел составить четкий распорядок жизни всего заведения, без его помощи пришлось бы гораздо сложней.

Все это Дримм узнал гораздо позже -- в тот раз Элемакил пришел не оправдываться, а совсем по другому вопросу: отчитался об итогах похода, о потерях, о добыче -- в общем представил Главе клана подробный и развернутый отчет, что характерно в письменной форме. Достижения бригады под командованием полуэльфа-новичка впечатляли: 38 уничтоженных бандитских гнезд в руинах разрушенных городов и крепостей; 25 не таких капитальных лесных стоянок; соответственно тысячи и тысячи убитых бандитов -- по сути им как организованной или способной организоваться силе был сломан хребет; большая добыча в виде множества лошадей, овец, шкур, мехов, пеньковой веревки, смолы, дегтя, зерна -- то что нужно для строившегося города и на прокорм множеству голодных ртов; немало и более традиционной для игроков добычи, но ничего особо ценного -- как уже говорилось ранее, лесные бандиты были голытьбой; картографическая разведка окраин варварских чащоб особенно ценная тем, что удалось избежать столкновений с варварами; уже упоминаемые дети для школы Исилиэль; три тысячи семей жителей бывших королевств, причем не балласт, а представители востребованных профессий (кузнецы, оружейники, каменщики, плотники, крестьяне, коновалы и т п ); две тысячи захваченных в рабство бандитов (Дримм обрадовался -- проблема материала для производства ''Несущих смерть'' была решена). Так же Элеммакил презентовал Главе тетрадь с собственными заметками о недостатках и достоинствах игроков и заготовок и их взаимодействии друг с другом, в свете задуманных Главой изменений в тактике применения заготовок -- весьма интересное и крайне полезное чтиво, занявшее фейри на несколько вечеров.

Еще одной темой обсуждения стали дети, но не 2 с лишним тысячи из тех, что поступили на попечение Исилиэль, а всего 12 (9 мальчиков и 3 девочки) -- дети варварских вождей, похищенные специализировавшейся на таких вещах бандой. Элеммакил предлагал вернуть этих детей без всякого выкупа и условий, тем самым получив должников в лице их родителей-вождей. Дримм склонен был с ним согласиться, но сразу принимать решение не стал, взял время обдумать выгоды и недостатки такого шага, для того чтобы попытаться понять: не получится ли по поговорке ''хотели как лучше, а получилось как всегда'', не примут ли вожди варварских племен такой поступок за слабость и не подтолкнет ли это их немедленно напасть?

Зашел разговор и о пока существующей только на словах структуре, целью которой был сбор информации о прошлом, оценка лучшего места для переноса и разработка оптимальных вариантов выживания в прошлом и выполнения миссии. По известным причинам Элеммакил успел не очень много, но все же представил Главе список необходимых для функционирования структуры условий... Первое: нужны были несколько игроков, способных часто выходить в реал и собирать необходимую историческую информацию. Второе: нужно было место, где эту информацию хранить и обрабатывать -- в общем штаб-квартира. Третье: нужен был персонал, для начала хотя бы заготовки-переписчики, которые будут переносить информацию на местные бумажные носители. Соответственно четвертое: нужен был бюджет.

Но бог с ним с бюджетом -- Элеммакил сам того не желая неожиданно как гнойный нарыв сковырнул очень болезненную тему: как переносить Земные знания из реала в виртуал и не только исторические, для сбора которых изначально и создавалась структура, а любые: география, гидрология, геология, геофизика, геохимия, астрономия, электротехника, математика, физика, химия, биология, ботаника, зоология, анатомия, медицина, психология, военное дело, фармакология, металлургия, робототехника, архитектура -- перечислять можно еще очень долго, человечество накопило уйму знаний, некоторые из которых были востребованы уже здесь и сейчас в виртуальном мире (например -- психология, педагогика, механика), а уж в прошлом Земли...!!! Единственный сейчас доступный Драконам да и любым другим игрокам способ -- через капсулу закачивать информацию в личный дневник игрока, а потом, если возникнет такое желание, надиктовывать ее тому, кто запомнит или запишет со слов -- катастрофа! У Дримма прямо оборвалось все внутри, когда он осознал глубину жопы, в которой оказывается все это время находился клан: вместо огромного массива систематизированных человечеством знаний им доступны были лишь жалкие, разорванные, неточные обрывки, что находились у членов клана в головах, и то, что они смогут найти за 2 года и записать на бумагу или вслух (!) надиктовать заготовкам-писцам -- ''оху...ная'' перспектива!

Мгновенно собравшийся Дримм отставил прочь все другие дела, почти послал на три известные всем буквы других посетителей и вызвал к себе Тота, ну а Элеммакил получил все что хотел, даже больше, много больше, а в довесок еще одну функцию для своей структуры: собирать, переносить на электронные дневники своих сотрудников-игроков любую техническую ли, научную ли информацию с Земли и с помощью своих сотрудников-заготовок переносить ее на бумажные носители Серединного мира, заодно сделать копии уже перенесенной информации и продумать систему хранения. Элеммакил конечно ''несказанно обрадовался'' своим новым обязанностям, но возражать не стал, только вытребовал первую очередь в недавно начавшей работать клановой типографии.

*

В тот самый день типография клана обрела своего первого и НАСТОЯЩЕГО заказчика -- 9/10 всех заказов приходили от ведомства Элеммакила, 1/10 -- от школы Исилиэль, а все остальные нужды клана умещались в пределах статистической погрешности. Помимо огромного заказа именно благодаря Элеммакилу маленькая типография, по сути придаток монетного двора (хотя появилась раньше него), постоянно росла (6 раз за 2 года) и, к моменту когда клану пришло время оставить Серединный мир, представляла из себя самостоятельное огромное производство почти с полутысячей сотрудников и просто чудовищными мощностями.

*

Больше никаких вопросов у Элеммакила не оказалось, но по просьбе Главы он остался и все то время пока не подошел Тот делился с фейри своими личными впечатлениями от похода и жизни в Серединном мире вообще. Особенно Дримма заинтересовали его умозаключения о том, что было бы в случае противостояния воинов Серединного мира (игроков, заготовок, неписей) и воинов Земли, как современных армий, так и армий прошлого и оценка армий разных стран прошлого. Выкладки по противостоянию Серединный мир vs современность не стали для Главы чем-то новым -- он и сам давно пришел к похожим выводам, а вот Серединный мир vs прошлое изрядно его заинтересовали...

Элеммакил крайне скептически отзывался о только начавшей возникать в середине 16-ого века линейной тактике, хотя и признавал за ней некоторые достоинства, особенно в сражениях больших армий, но по его мнению все преимущества подобной тактики сводились на нет неповоротливостью такого строя, уязвимостью его против фланговых и тыловых атак и исключительными требованиями к полю боя. Но бог с ней с линейной тактикой, гораздо больший больший скепсис у него вызывали сильно распространенная в 16-17-ом веках тактика караколирования, еще встречавшиеся на поле боя баталии и долго считавшиеся непобедимыми каре. Кавалерийская караколь вообще не вызывала у него ничего кроме смеха и по его мнению годилась только против вооруженной ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО оружием ближнего боя и столбом стоящей на месте пехоты -- наличие у пехоты хотя бы самого примитивного метательного оружия сводило все преимущества ''улитки'' (караколь по-испански) на нет -- и лук, и арбалет, и даже брошенный рукой дротик летели дальше чем стрелял тогдашний пистолет (да и точней), не говоря уж об имевшимся у пехоты длинноствольном огнестрельном оружии. Потом у караколирования были те же болезни что и у линейной тактики: неуклюжесть; уязвимость при внезапной фланговой атаке, еще хуже чем у линейного строя -- ЛЮБАЯ внезапная атака на занятую сложными перестроениями караколирующую кавалерию мгновенно рушила ее строй и приводила к полному хаосу; наконец такая же чрезвычайная требовательность к полю боя -- в лесу, в горах, в городе, просто на неровной местности ее нельзя было полноценно использовать. На его взгляд хуже караколи была только баталия -- чрезвычайно плотный и неуклюжий боевой порядок, которому даже больше бы подошло название ''улитка'' -- именно со скоростью улитки он и двигался по полю боя, и именно такой вот строй и должна была уничтожать караколь, как только окончательно исчезла баталия и караколь постепенно сошла со сцены. Испанское каре на основе системы терций, особенно ее поздний вариант, вызывало у него больше уважения, но все равно -- неуклюжесть, медлительность, излишняя сложность в построении и чрезмерное многообразие составлявшей ее пехоты (пикинеры, нескольких видов в латах и без, алебардисты, мечники с большими мечами, родельерос, мушкетеры, аркебузиры), нетерпимость к неровностям рельефа и искусственным препятствиям.

Еще хуже ситуация обстояла в Азии, и дело даже не в техническом отставании таких стран как Япония, Китай, Корея, Персия и Государство Великих Моголов (османы в связи с их двойственным положением и в Азии, и в Европе -- отдельный разговор), а в том что именно в 17 веке в перечисленных странах начался странный и какой-то неестественный на взгляд Элеммакила процесс умирания военной науки. Одни сделали ставку на личное мастерство воинов (Япония) и как ненужную мишуру отбросили свое прежде развитое тактическое искусство (почти три десятка сложных боевых построений, основанных на комбинации из лучников, аркебузиров, копейщиков, мечников и кавалерии, во многом превосходивших испанское каре -- все было спущено в унитаз). Другие (Корея, Китай) навеки застыли, гордясь действительно высокими достижениями прошлого и не только веками (!) не вносили ничего нового, но и деградировали, потеряв многое из того чего достигли, и это при наличии постоянной военной угрозы со стороны той же Японии, европейцев и степи, закономерный итог -- завоевание Кореи и Китая гораздо менее развитыми маньчжурами, которые победив заразились от побежденных тем же самым маразмом, а потому располагая огромными людскими и материальными ресурсами покоренных государств не смогли противостоять крохотным экспедиционным корпусам европейских держав. В Персии было немного получше: зажатая между всегда воинственными среднеазиатскими ханствами, моголами и технически более развитыми османами держава постоянно получала люлей сразу с трех сторон, причем поскольку эти войны практически всегда несли религиозный оттенок (сунниты : шииты), то велись не как обычные войны, а на уничтожение -- тут хочешь не хочешь приходилось шевелиться. Тем не менее даже в таких тяжелых условиях, имея такой стимул развиваться персы постоянно пытались отбросить все новое, тяготели к феодальной, одетой в доспехи и вооруженной луками коннице, и даже когда какому-нибудь из их правителей удавалось чего-то достичь, то его преемник блистательно все просирал и возвращался к ''благородной старине'' (кое-что оставалось, но мало). Совсем странная ситуация произошла с Государством Великих Моголов. Мощная держава с блестяще организованной системой снабжения войск, с регулярной наемной армией, настолько насыщенной ручным огнестрельным оружием, что кто-то из историков называл Государство Великих Моголов ''нацией огнестрельного оружия'', с разнообразной артиллерией, в том числе ракетами и легкой артиллерией поля боя, исторически сильной металлургией, великолепной конницей, огромными запасами сырья для производства пороха и умением его производить, нация, что в отличие от тех же китайцев не гнушалась перенимать зарубежный опыт и к середине 17-ого века достигла многого, покорив практически всю Индию и не только, а затем... тихо сдулась, позволив себе развалиться под грузом династических и религиозных противоречий. Европейцы и больше всех англичане только добили и без того больного полумертвого ''льва''.

Отдельной темой стала Русь, в чем-то похожая на азиатские страны, но в то же время совсем другая: то рвущаяся вперед на горе всем соседям, то будто застывшая в недоумении куда же ей идти, то делающая шаг назад и тут же опять рывок вперед пока не споткнется и не застынет кверху жопой, хлопая глазами. В начале 16-ого века -- небольшая держава (по Азиатским, а не по Европейским меркам), в середине 17-ого -- уже достаточно мощное государство, практически преодолевшее последствия Великой Смуты. Государство, в армии которого долгое время уживались стрельцы и полки нового (солдатского) строя, поместная феодальная конница и поименованные на польский манер гусары, а так же драгуны, уланы, рейтары; где существовали совершеннейшие анахронизмы вроде воротников, боевых холопов, даточных конных людей, городовых казаков, пешей посошной рати и в тот же самый момент достаточно современная на то время (16-17 век) военная организация и даже письменные уставы; где среди командного состава всегда было много иностранцев, зачастую даже не знавших русского языка; где важной, а не вспомогательной частью войска являлись иррегуляры-казаки и иррегуляры-степняки -- в общем удивительное, полное противоречий государство. Русь воевала ВСЕГДА, в любой момент своей истории: рвалась к тому или иному морю, отражала набег или вражеское вторжение, часто во вред себе вступалась за тех, кто просил ее помощи (за что спасенные зачастую отвечали черной неблагодарностью), прирастала землями на восток, юг и запад, с помощью казаков и прочих ''охотников'' примучивала разнообразных инородцев, в свою очередь когда приходило время давила уже казаков, захлебывалась в крови во время частых крестьянских и посадских восстаний -- единственный народ в мире, кто столько воевал и главное чаще побеждал чем проигрывал, хотя и жуткие, страшные поражения тоже случались.

Казалось бы при всем при этом Элеммакил должен и вовсе презирать то, что было раньше той же караколи, каре, линейной тактики, по сравнению с чем даже устаревшая в начале 16-ого века баталия казалась вершиной просвещенного европейского военного искусства, но нет, он больше опасался не более развитых вооруженных огнестрельным оружием и артиллерией армий конца16-ого-17-ого веков, а того что существовало до них и некоторое время параллельно с ними. Например ''хоровод'' -- древний аналог европейской караколи: более подвижный, меньше зависящий от местности, более, если можно так сказать, дальнобойный и скорострельный, хотя и не такой пробивной (тут все зависело от качества луков и стрел), менее уязвимый при внезапных атаках кавалерии. В отличие от караколи, баталии и каре -- серьезный противник для сделавших ставку на дистанционное оружие Драконов (по крайней мере до появления у них хорошего ручного огнестрельного оружия и артиллерии), даже применение магии, если она будет действовать на Земле, не гарантировало победу над невероятно подвижным, текучим, способным рассыпаться и вновь собраться построением, которое могло отступить лишь имитируя беспорядок и тут же наказать поверившего в свою победу врага. С другой стороны: и баталия, и каре, и караколь -- просто идеальные мишени как для массы пущенных за 1-2 километра эльфийских стрел, так и для ударов площадными заклинаниями. Артиллерии 16-17 даже 18 веков никогда не сравнится с магами по мобильности и мощи (разумеется если после переноса маги сохранят свою силу в полном объеме), а способное эффективно ответить хотя бы с полукилометровой дистанции ручное огнестрельное оружие появится и вовсе только в 19 веке (речь о пущенных в серию образцах, а не об отдельных, крайне дорогих в изготовлении и капризных в эксплуатации экземплярах). Или гуляй-город Руси -- крайне эффективное полевое ( и осадное) укрепление, особенно эффективное против стрелков из лука, к тому же при нужде способное передвигаться по полю боя.

Еще резоны такого вот опасения Элеммакила -- наличие доспехов, индивидуальная подготовка воинов и способ вести бой. В начале 16-ого века доспех являлся обязательной принадлежностью воина и не только доспех, но и щит, а к началу 18-ого щиты полностью исчезли, а доспехи сохранились в качестве ОТДЕЛЬНЫХ элементов, у ОТДЕЛЬНЫХ родов войск. Разумеется были и исключения, в основном в странах Азии и Африки, но общая тенденция была такова. На начальном этапе именно лук станет-останется основным оружием Драконов, а воина в доспехах и со щитом в разы труднее подстрелить чем без того и другого. Теперь об индивидуальной подготовке и способе вести бой: в начале 16-ого века на поле битвы царит холодное оружие и ближний бой -- индивидуальная подготовка воинов много выше, чем во времена массовых армий, а основной тактической единицей является небольшой отряд хорошо подготовленных бойцов со своим вождем во главе (феодалом, ханом, князем, боярином, атаманом). Организованные из таких отрядов армии зачастую проигрывали регулярным армиям более позднего времени (чаще всего из-за плохой координации), но именно для Драконов их опасность была в другом -- такие отряды могли действовать как автономная независимая сила, а если учесть доспехи, высокую индивидуальную подготовку и стремление сойтись в рукопашную, то столкновение со многими такими отрядами сулило Драконам гораздо большие потери чем битвы с регулярными армиями, особенно до появления у Драконов современного огнестрельного оружия, да и после тоже. Как пример: с кем бы вы хотели схватиться -- с воином в 2 года севшим на коня, в 4 начавшим приучать руку к сабле и ножу, в пять получившего свой первый лук, в 12 ушедшим в свой первый поход, в 20 уже убившим до сотни врагов, таких же как он воинов, или с подневольно забритым в армию вчерашним крестьянином, которому задолбили в мозги несколько приемов с казенным оружием и научили в ногу маршировать?

Удивительно, но Элеммакил бросал камни в собственный огород, то есть в огород всех сторонников Сибири 16-ого века... Где имеется много доспешных конных бойцов с высокой индивидуальной подготовкой, где все еще сохранилась старая еще чингизидовых времен организация войска и тот же самый ''хоровод'', где? Правильно, в монгольских и калмыцких степях рядом с Байкалом, плюс странная деградация военного искусства азиатских стран еще не началась, а у многих из них военное дело наоборот на подъеме. В этом смысле Австралия выглядела гораздо предпочтительней чем Сибирь: после разговора с ним Дримм только укрепился во мнении, что Австралия -- идеальный вариант и если не светиться, особенно на побережье, то у них будет несколько первых спокойных лет, возможно даже десятилетий для того, чтобы реализовать принесенные из будущего знания, и оружие Серединного мира пригодится разве что аборигенов гонять, а потом европейцев встретит развитое государство с оружием уровня 20-ого века, и пусть даже так случится, что магия не оправдает возлагаемых на нее надежд, ничего страшного -- обойдутся без нее.

Кстати, о знаниях будущего: пришел Тот, и интересный разговор пришлось свернуть. К сожалению Тот не смог ничем порадовать Главу -- программист не знал других более эффективных способов переноса информации из реала в вирт, но обязался узнать в двухнедельный срок. С этим и разошлись: Тот выяснить все необходимое по своей линии сотрудника Основы, Элеммакил формировать свою даже более важную чем предполагалось ранее структуру, а Глава никуда не разошелся -- остался в своем кабинете принимать следующего посетителя и чиркать на бумажке внезапно пришедшую в голову мысль, сырую, не оформившуюся мысль о возможном более эффективном способе переноса информации из дневника игрока в вирт.

Следующей на прием к Главе прорвалась Анариэль, распугав конкурентов грозно выглядевшей черной бухгалтерской книгой и зловещего вида сундучком. Дримм настроился на тяжелый, долгий, муторный разговор, но нет, Убийца Городов пришла хвастаться и ведь было чем. Во-первых, Анариэль сдержала слово и разобралась с жемчужными промыслами, загнав их мощному купеческому союзу одного из городов-государств, которыми кишел Южный океан. 300 тысяч золотых -- не так уж и много, но зато деньги уже поступили на счет, и клан избавился от риска влезть в ненужную ему войну. Так же вернулась посланная к жемчужным промыслам эскадра и привела два трофейных корабля Рыжезубов, плюс выручку с промыслов за три месяца, то есть готового к продаже жемчуга еще тысяч на сто с гаком. Во-вторых, загнали рабов, в том числе так нужных чак-чарцам пиратов-моряков, тут прибыль была посерьезней -- более чем на миллион, одновременно продали чак-чарцам очередную партию кораблей. В-третьих, кланом была успешно куплена первая особая партия товаров из игрового квартала (подкупленный Тотом программист) -- 200 тысяч отличных стальных гвоздей с бонусами к прочности и долговечности и всего в четверть реальной цены. Анариэль находилась в экстазе от такой экономии и предвкушала следующие поставки. В-четвертых, пока Дримм болтался в океане, Анариэль реализовала очередную партию серебра, и несколько миллионов в эквиваленте золотой монеты осели на клановых счетах. В-пятых, нынешняя партия была предпоследней, в предпоследний раз клан продавал серебро как пусть и драгоценный, но металлический лом -- со дня на день здесь в цитадели должен был заработать монетный двор, а значит клану больше не придется терять огромные суммы, набивая карманы скупщиков серебра, а так же меняльных контор и банков, через которых проходило большинство сделок по серебру, да еще часто доплачивать за анонимность. В принесенном слугой-заготовкой сундучке лежали образцы монет.

Образцы Дримму не понравились. Нет, ему конечно польстил собственный профиль на аверсе и расправивший крылья дракон на реверсе, но выпустить такие монеты значит приклеить на клан мишень, и в первую очередь это касалось других игровых кланов, так что вывод -- скромнее надо быть и не светить своим богатством больше чем необходимо для дела. Кстати, Анариэль притащила и образцы медных монет и тоже с рожей Главы клана на лицевой стороне и гербом клана на обратной. Дримм быстро вправил ей мозги, впрочем особо на нее не наседал -- понимал, ее немного занесло от собственных успехов -- вполне понятная и простительная вещь. Казначей клана пообещала в трехдневный срок представить новый, не такой вызывающий проект. Выяснил Дримм и причину, по которой партия продаваемого как лом серебра была предпоследней, а не последней: еще до решения чеканить монету Анариэль успела заключить несколько сделок на поставку больших фиксированных партий серебра и их нужно было закрыть -- отказаться не вариант, слишком серьезных партнеров нашла Анариэль (ну а кто еще мог покупать серебро на миллионы или даже на сотни тысяч?), слишком серьезные посредники поручились за нее -- дешевле выйдет выполнить все обязательства, сохранить репутацию и не нажить врагов. Дешевле и лучше, в том числе и для других предприятий клана. В остальном все также было тип-топ: предприятия клана цвели и пахли, пару дней назад закончили реализовывать остатки добычи с Гоблинских гор (ту часть что решено было продать), поднимались и ремонтировались корабли на Кури, недавно выросли цены на вино квелья -- в общем один сплошной позитив. Анариэль немного переживала за реакцию Главы на допущенный ей перерасход (дети Исилиэль), но и тут Дримм одобрил ее решение и у нее отлегло.

Глава 28

Цитадель клана Красного Дракона.

День возвращения Главы клана из экспедиции на безымянный остров.

Дримм Красный Дракон.

За время разговора с Анариэль Дримм отдохнул душой, набрался положительных эмоций и с новыми силами встретил очередных посетителей. Рулившая в городе троица (Людмила, Таурохтар, Морнэмир) заняла Главу надолго. Тут также не было каких-то особых затыков -- нормально, хотя и не все так радужно как у Анариэль. Город Ожившей Бабочки строился, а город дварфов наоборот усыхал, ударными темпами модернизировались под нужды клана подземелья под городом (так и не удалось выяснить, что они представляли из себя раньше и кто там жил -- подземелья как подземелья, глубокие и обширные), росли и военные городки рядом с основным городом. Вот тут у Таурохтара и Морнэмира случился конфликт, причиной которого послужило производство кирпича: Таурохтар требовал немедленно выхерить из всех трех городков кирпичные производства и хотя бы начать заселять их заготовками (спецназовцами, эльфами-стрелками, пехотой, кавалерией); в свою очередь Морнэмир возражал, аргументируя тем, что городки не готовы и что если есть возможность, то лучше изготавливать кирпич прямо на месте чем везти его издалека -- строительство идет быстрей и меньше потери при транспортировке. В этом вопросе Дримм встал на сторону Морнэмира, но установил тому строгие сроки ввода городков в строй и ликвидации производства и всех его следов.

-- Почти закончили с зачисткой от бродячих тварей, может где и остались по окраинам зоны переноса, но мало, в основном из тех кто поумней и догадался прятаться от грифонов и не трогать патрули. Бывает заходят не пуганные извне, но чаще всего такие залетные не успевают нашалить -- или грифоны прищучат с воздуха, или патрули, охрана объектов тоже не спит, - довольно интересные вещи рассказывал Таурохтар. - Обычное хищное зверье так вообще уже давно сообразило кто здесь хозяин -- не то что в зоне переноса, а на как минимум 50 км вокруг нее не встретишь самого завалящего волка, не говоря о более крупных хищниках. К сожалению дичина, особенно крупная тоже уходит, но это неизбежно. С возрождающимися на определенной территории монстрами сложней -- сам знаешь, сколько не вали, появляются вновь, но благодаря телеграфу (внутри-игровому чату) нашли способ: нужно завалить такого ''домоседа'' раз 50-70, но быстро, чтобы прошло не больше 5-ти минут с прошлого возрождения, тогда система его убирает или переносит в другое место -- неважно -- главное территория очищена, и он больше не появляется. Муторно конечно, вот так часами их караулить, но ничего справляемся, я в основном ставлю на это новичков -- самая подходящая для них работа: и территорию очищают, и набирают опыта, и пока не подросли берут хороший лут. Банд не видели уже недели две, похоже кончились или как зверье свалили подальше. По подземелью: тоже можно сказать что все -- вычистили. Хотя та еще неблагодарная работенка: в основном крысы и всякая мелочь, с которой ничего кроме шкуры не возьмешь, да и шкура -- говно, если изредка и встречается кто серьезный, то всегда нападает неожиданно, чаще всего сверху и может завалить даже опытного игрока, меня и то два раза валили, кладов нет и ни одного старперского данжа (данжа по правилам старых онлайн-игр) на все подземелье. Прикинь, ни одного! - Возмущение Таурохтара можно было понять -- обычно в подобных подземельях можно было найти как минимум 2-3 таких данжа, бывало и больше, а тут, в таком огромном подземелье, что тянулось далеко за пределы бывшего леса додревней, не встретилось ни одного самого мелкого данжа. - Заместо данжей наткнулись на залежи известняка, но это не ко мне -- не моя тема. С подземельем все, сейчас расскажу про границу со степью: шесть из восьми полос полностью готовы, не позже чем через месяц закончим оставшиеся две. Миримон говорит, полгода должны продержаться, а потом нужно будет за ними серьезно поухаживать, иначе начнут появляться разрывы и чем дольше не ухаживать, тем больше их будет. -

-- Ну это понятно, - Дримм ничуть не удивился очевидным вещам: какие-то ловушки придут в негодность или сработают, в каких-то нужно будет заменить испортившуюся взрывающуюся начинку или освежить яд, другие и вовсе имеют временный эффект и их нужно ставить по новой. - Значит через полгода устроим полосам капитальный ремонт и составим статистику по сработавшим и пришедшем в негодность ловушкам, - принял решение Глава. - Пусть Миримон за это время подумает что там можно улучшить или заменить, нужно ли больше привлекать друидов, как чаще использовать местные материалы, а не покупные ловушки, стоит ли создавать отдельную службу или не стоит, какие-нибудь ловушки специально для черты. Морнэмир, поможешь ему со спец-средствами. -

-- Сделаю, - кивнул Морнэмир.

-- Развед-рейды уходят все дальше, - между тем продолжал отчитываться Таурохтар. - Все как раньше без изменений: мобы, зверье, реже Белки, еще реже фейри, что идут к нам, бандитов практически нет, данжей тоже -- очень бедные на данжи места, за все время всего 6 штук, да и те... - Таурохтар презрительно прищелкнул языком. - Недавно, недели не прошло, вышли к большим болотам, они тянутся чуть не от степи и до самых варварских чащоб и хрен знает сколько там, широкие -- своеобразная граница, такой ли ''болотный занавес'' на западе. Думаю, не стоит особо за него залазить, сами болота осмотрим насчет интересного и мест где можно пройти и все? - Таурохтар вопросительно уставился на Главу. Дримм кивнул, и рейнджер продолжил: - Болота -- настоящий рай для охотника, особенно на птицу -- железнодорожными составами можно бить! Ну и другой дичины немало, кое-где видели чистую воду с рыбой, всяких ягод навалом, нашли железную руду, но опять таки по ней не ко мне, а к Самоделкину (Морнэмиру). -

-- Руда гавенненькая, но много и легко добывать, - пояснил тот на невысказанный вопрос Главы. -

-- Все остальное по прежнему: городской гарнизон, охрана шахт, патрули как воздушные, так и наземные, - по быстрому закруглился Таурохтар, не став особо углубляться в то, что Глава знал не хуже него.

Эстафету у рейнджера приняла Людмила. Жрица-паладинша не так доверяла своей памяти и потому постоянно заглядывала в небольшой блокнот.

-- Итак, - первыми Людмила коснулась Белок. Наконец-то сосчитали всех во всех известных Драконам племенах и тех кто непосредственно жил в городе и цитадели -- всего на круг получалось 48760 человек, плюс-минус 5-10 (кто-то умирал или уходил, рождались дети): в цитадели постоянно проживало 156, в городе 481 (не считая тех кто работал, а не жил), на фермах в окрестностях города 87, остальные в племенных поселениях. В своем большинстве Белки уже не чувствовали в Драконах угрозы, но и не особо им доверяли, хотя ездили за покупками в специально для них организованную лавку, посещали походный храм в городе, нанимались на работу, единицы решались более плотно связать свою судьбу с Драконами и становились фермерами -- в общем и целом процесс медленно, со скрипом, но шел. Дальше коснулись привезенных Халлоном (на кораблях) и приведенных Элеммакилом переселенцев с семьями.

Тут не утерпел и без очереди влез Морнэмир! Главный ремесленник клана возмущался, что столь ценных специалистов используют не по назначению: часть пристроили на верфи, часть -- в мастерские старой цитадели, часть -- на производства кирпича в городках, но большинство работали в городе на самых низкоквалифицированных должностях (принеси-подай-тащи-кати) -- страшное по мнению возмущенного Морнэмира расточительство, как микроскопом гвозди забивать.

Людмила привычно-спокойно переждала вспышку ремесленника, а потом внесла ясность, осветив некоторые моменты: оказывается не все было так страшно и около половины переселенцев УЖЕ занимались своим делом: каменотесы и кирпичники на городском строительстве и кирпичном производстве; большинство из тех кто работает с деревом на том же городском строительстве, на верфях или в составе лесорубных бригад; самые лучшие мастера по металлу и оружейники в клановых мастерских; часть портных и кожевников пашет на ''сопливое'' ведомство Исилиэль; кто-то устроился табунщиками; кто-то подался в охотники; несколько крестьянских семей решили стать фермерами и получили от клана всю необходимую помощь, инструкции и кус земли рядом с городом; лекари и коновалы занимались своим прямым делом; а в лавке для Белок работали два самых настоящих приказчика, освободив от этакой мороки игроков. Большинство из тех кто не нашел себя -- либо представители невостребованных в данный момент профессий, либо те, кто слишком много мнил о себе, либо те же крестьяне, которых не устроила местная земля.

-- Ты понимаешь какая дурь?! - теперь пришел черед возмущаться Людмиле. - Мы их вытащили из такого дерьма, кормим, поим, защищаем, а они нос воротят от нашей земли! - Тут Людмила хотела было ввернуть крепкое словцо (влияние Морнэмира), но сдержалась: - Неблагодарные долбо... долдоны! Видите ли им подавай красную, на худой конец черную землю, а в ''блеклую'' (Людмила передразнила кого-то) мы не будем бросать зерно. Долдоны и есть! Бараны! ''Блеклая'', ну надо же! У нас ведь и друид землю посмотрит и не один раз, и со вспашкой мы поможем, с домом тоже, колодец выкопаем, инструменты дадим и такие, каких у них никогда не было и без нас не будет! Если надо удобрения привезем и сколько нужно! А зерно, семена какие даем! Нет! Им нужна их е..ая красная в жопу тр...ая земля! - в конце концов не выдержала Людмила -- многие часы созерцания тупых ''бараньих'' глаз и выслушивания одного и того же ''мычания'' в ответ на все приводимые ей аргументы, подорвали даже ангельское терпение паладинши.

-- Что еще за море удобрений? - вполне искренне удивился Дримм. - Откуда? Почему я не знаю? -

-- Море и есть! Хватит нам всем в нем утопиться, всему клану, со всеми петами и заготовками! - - раздраженно рыкнула еще не отошедшая Людмила, но увидев прежнее недоумение в глазах Главы, смилостивилась и пояснила, успокаиваясь с каждым словом: - Навоз! Конский навоз, - Людмила глянула в блокнот, - от более чем 37 тысяч лошадей! -

-- Это когда это у нас стало столько лошадей?! - вновь удивился Дримм, он-то по простоте душевной думал, что табун клана хоть и велик, но не превышает 10 тысяч голов.

-- Тысяч 8 привел в качестве добычи Элеммакил, еще Миримон потряс тикающих в степь бандитов -- пара тысяч, ну и фейри предпочитают держать своих коняшек в общих табунах, а у них по 2-3 штуки на каждого, и это в среднем -- бывает и больше. Кстати, мы потянем не только навоз, но и необходимую бараноглазым долдонам красную землю -- разведчики нашли на востоке километрах так в 70-ти от границ зоны переноса больше трех сотен гектар. Там живет несколько сильных монстров места, поэтому Белки обходят те края десятой дорогой, хоть и не хуже долдонов понимают ценность такой земли. Еще можно таскать торф с болот -- тоже хорошее удобрение. Прямо царские условия, а ''баранина'' нос воротит, да еще нахлебниками у нас на шее сидят! -

-- Значит говоришь ни в какую? -

Людмила отрицательно мотнула головой:

-- Хоть режь, все у кого есть мозги стали фермерами, а эти уперлись. -

-- Тогда... дадим им того чего они хотят, - принял решение Глава. - Таурохтар, очистишь тот участок с красной землей от монстров и поставишь острожек на вроде торговых в Великом лесу, все как положено с лавкой и гарнизоном. Людмила, как все будет готово, перевезешь туда всех твоих ''баранов'' со всем их скарбом, ну и тем что мы выделим от щедрот. Что решишь сама: сильно их не гноби, но и не балуй. Отправь универсалов, пусть помогут им с домами и с пашней, друида тоже отправь пусть пошаманит там на первых порах. Если им так уж хочется сеять зерно и обязательно в красную землю, пусть сеют, но никакого им освобождения от налогов как фермерам -- треть урожая нам. Зерна дашь столько, сколько сумеют посеять и собрать -- им еще рассчитываться с нами за инструменты и помощь. Остальное, что захотят продать, купим по хорошей цене. -

Потом вновь вернулись к лошадям, нескольким огромным табунам, что приходилось отгонять подальше к югу, где им было больше возможностей пастись. С лошадей плавно переключились на фейри, без чьей помощи клану вряд ли бы удалось управиться с таким огромным конским поголовьем и которые за время отсутствия Главы благополучно миновали четырехтысячный рубеж и продолжили расти в числе, тем самым похоронив надежду Дримма на то, что все обойдется тремя тысячами. Впрочем никто не винил и не поминал Дримму его ошибку -- фейри настолько хорошо вписались в клан и приносили так много пользы, что Драконы не понимали и уже не помнили, как они обходились без соплеменников своего Главы. Представители древней, но в то же время вечно молодой расы не только забрали все связанные с лошадьми дела в свои руки, оставив игрокам и заготовкам лишь функции охраны, но и справлялись гораздо лучше: не ошибаясь четко знали каких лошадей лучше ставить под вьюк, каких под оглобли, каких под седло, каких лучше отделить на племя и не трогать, а каких лучше сразу зарезать и получить с них хоть какой-то навар. Ушли в прошлое времена глупых ошибок, когда из-за недогляда под седлом оказывались беременные кобылы и необъезженные жеребцы, лошади больше не бесились, не умирали и не убегали из-за небрежности неумелых табунщиков, отсутствия в достатке воды и ухода, из-за плохой травы. Клан разом сбросил с плеч просто огромнейшую глыбу проблем и только за одно это принял фейри как родных, не членов клана конечно, но несколько повыше заготовок, не как подчиненных, а как союзников и друзей. Помимо лошадей фейри проникли и во многие другие сферы и тоже успели показать себя с самой лучшей стороны: кто-то из них подался в фермеры, кто-то на стройку, где их очень быстро продвигали в бригадиры (при всем своем трудолюбии заготовки, особенно только купленные, многого не понимали), даже отправлявшиеся в дальнюю разведку рейды не просто не возражали, а ХОТЕЛИ иметь в своем отряде следопыта-фейри и поучиться у него за время пути, причем учились все и игроки (особенно рейнджеры), и спецназовцы, и эльфы-стрелки.

Закончив с фейри затронули тему дороги между городом и цитаделью, и тут пришла очередь Дримма удивлять остальных: Глава намекнул на скорое возвращение к уже подзабытому плану -- соединить город и старую цитадель постоянным порталом, и это значит дорога станет не просто не нужна, а опасна. Людмила пожалела затраченного труда и сбитой команды по ее обслуживанию, но не стала возражать и обещала выделить удобное место для портала в новой цитадели (Дримм предупредил, что портал будет больше чем обычно), а так же подумать как лучше скрыть сам факт существования на этом месте большого ухоженного тракта и всей сопутствующей ему инфраструктуры ( минные поля, многочисленные башенки, две живые стены по обеим сторонам дороги).

*

Забегая вперед можно сказать: друиды клана под руководством Айнона справились с поставленной задачей и меньше чем через месяц после того как начали функционировать огромные порталы, ничто уже не напоминало о когда-то существовавшем торном пути, только поля и лес, даже понтонные мосты через речки перенесли в другие места.

*

-- У тебя все? - потянулся затекшими плечами Дримм и вздохнул услышав в ответ:

-- Нет, есть еще пара тем. -

Немного смущенная Людмила без нужды полистала блокнот, пожевала губами, побарабанила пальцами по столу, но затем все же решилась и прочистив горло выдала, слегка покраснев:

-- Первая насчет заготовок. Ты правильно меня тогда всполошил -- половой вопрос стоит весьма остро, я и не думала что настолько, пока не начала заниматься им всерьез. -

-- И че ты там выяснила? - несколько пошловато залыбился Таурохтар. - Что передергивают втихаря или что к бабам-Белкам бегают в свободное время и вместо отдыха? Так это и я знаю, и все. Как и то что Белок на всех не хватает, благо Диссидент (Халлон) и Улис (Элемакил) подвезли женского полу и должно стать полегче, да еще 2 сотни заготовок-портних, ну и девки-фейри хороши -- свободная любовь и все дела, некоторые незамужние девки или вдовы сразу с тремя-четырьмя крутят, оторвы. -

-- Вот это меня и беспокоит, - несмотря на смущение четко озвучила свои мысли Людмила, - мы пустили процесс на самотек, а потом будем удивляться, когда нам прилетит. Ладно фейри, у них действительно очень свободные нравы. А Белки, а другие переселенцы? Половина Белок, с которыми крутят заготовки, уже ходят с пузом на бровях и уверена, другая половина на подходе. А какие из заготовок отцы? Они и о себе с трудом могут позаботиться, даже ''старички'', и то если отдать отдельный приказ, да и не нужны они нам как отцы семейств, а как спецназовцы, универсалы, эльфы-стрелки -- в общем затем зачем мы их и покупали. Еще хуже ситуация с переселенцами -- бывшие рабыни боятся отказать заготовкам, тем более воинам, а заготовки просто не понимают, что это по сути изнасилование, мужчины боятся вступиться за жен, сестер и дочерей и начинают копить ненависть к заготовкам да и к нам... Это ты тоже знаешь? -

Риторический вопрос -- Таурохтар и Морнэмир сидели как ушибленные обухом, а Дримм в задумчивости полуприкрыл глаза.

-- И как ты предлагаешь нам выйти из такого переплета? - первым отмер Дримм.

-- Карамелька рассказывала, что когда она жила на острове пиратов, там был бордель с персоналом из женщин-заготовок, так вот, может нам устроить у себя что-то похожее: раз в неделю пускать наших туда спустить пар? -

-- Премировать за заслуги перед драконьим отечеством, - цинично прокомментировал опомнившийся Таурохтар.

-- Можно и так, - покладисто согласилась Людмила. - Детей, если женщины заготовки смогут родить, отдавать в школу Исилиэль. -

-- Вот интересно чего-такое они родят? - полупросебя пробормотал Морнэмир. Дримм мысленно с ним согласился -- ему тоже было интересно.

-- С Белками и фейри вопрос решать отдельно: поговорить с родителями и с самими барышнями, объяснить насколько они поймут ситуацию, может заплатить компенсацию -- подумать надо и правильно все сделать. -

Некоторое время обсуждали проблему и так, и так, пытаясь понять как лучше сделать, а затем Глава клана принял волевое решение:

-- Никаких борделей делать не будем, а вот дисбаланс устраним. Смотрите, у нас уже есть пример портних-заготовок, проблема в том что их мало, так кто мешает сделать больше? Все равно мы постоянно покупаем новых заготовок, разных универсалов, эльфов-стрелков и т д, так давайте покупать женщин, а не мужиков? -

Предложение Главы тут же раскритиковали и сразу с двух сторон:

-- Что, баб плотников, каменщиков, кузнецов покупать?! Тебе самому не смешно, Глава?! - чуть не подпрыгнул в кресле Морнэмир.

-- Со спецназовцами не прокатит -- система не предлагает их баб на продажу, только мужиков, с остальными можно, но как-то это не того, - с большим сомнением высказался Таурохтар.

-- Ах вы, шовинисты лопоухие!!! - прям взвилась Людмила. - Чего вам не того?! Это ваши рожи не того! Я вот вас щас обоих завалю и посмотрим, кто тут не того! А что касается каменщиков и кузнецов, так хватает и других профессий где женщины лучше! Например, тех же портних нужно и можно как можно больше иметь -- сейчас мы практически делаем выручку Гильдии Портных из Узла -- всю одежду покупаем там, а надо шить ее здесь, тем более гоблинской ткани даже после продажи всего лишнего завались, плюс шкуры от охотников! А эльфы-стрелки, точнее женщины: торчит там что-то между ног или не торчит никак не повлияет на точность полета стрелы, а первоначальные настройки силы, ловкости и воинских умений у них одинаковые! -

-- Ладно тебе, развоевалась! - поднял руки отступаясь Таурохтар. - Может ты и правильно говоришь, смотреть на них надо, а потом решать! -

-- Все правильно ты про портних сказала и про другие профессии, - так же не полез в бутылку задумавшийся о чем-то Морнэмир, - да еще на дельную мысль навела, потом как оформлю, скажу. -

-- Тогда раз нет возражений, - Дримм оглядел соратников, - так и поступим. Людмила, купишь 3 сотни эльфов-стрелков женского пола и при условии что они нас устроят, следующую тысячу эльфов-стрелков купим исключительно женщин, потом, если будет нужно, изменим пропорцию. Еще подумай, сколько нам нужно портних или ткачих для собственного производства одежды, и смотри не переборщи. Морнэмир, прикинешь на какие профессии можно покупать женщин без ущерба для дела и вместе с Людмилой займешься организацией мастерской по пошиву одежды, ну или подберете тех, кто будет этим заниматься, подумайте и об обуви. - Людмила и Морнэмир кивнули, Людмила к тому же что-то чиркала в блокноте. - Еще подумайте, как организовать процесс чтобы не трахались за каждым углом, на посту и в рабочее время, что-нибудь типа клуба, где разнополые заготовки смогут спокойно общаться и не только горизонтально. С залетчицами и их родными тоже нужно что-то решать, но пока мне ничего не приходит в голову, а вам? - Отрицательные кивки. - Значит пока отложим -- время терпит. -

-- Терпит, - громко пробормотала Людмила, - пока ляли не пойдут, - и с удвоенной силой зачиркала в блокноте.

Дримм немного подумал, пытаясь понять все ли он учел, а потом спросил надсажавшуюся над блокнотом Людмилу:

-- Какая вторая тема? -

-- Сейчас, - Людмила быстро дописала несколько слов, а потом отложила, именно отложила, а не закрыла блокнот.

-- Вторая тема -- жрецы. Нужно как минимум 4 жреца и 8 прислужников в храмы в большом городе и в городках-фортах. Я узнавала, в игровом квартале продаются жрецы всех богов и храмовые прислужники, но цена кусается, так что нужна твоя виза. -

-- Зачем нам столько попов? - влез не в свое дело Таурохтар и тут же получил от жрицы отлуп:

-- Тебе что божественные благословения не нужны? Тогда в следующий раз ко мне не подходи! А зачем столько? Так мне не разорваться на 4 храма, да и не охота сиднем сидеть даже в одном, так что спихну на них всю рутину. Напомню, храмов будет больше -- у нас еще три замка на подходе. -

-- Что там с замками? - встрепенулся Дримм. - Людмила, Морнэмир, место-то хоть определили? А то больно долго ковыряемся. -

-- Определили, - ответил на претензию Морнэмир. - Теперь Светлана думает над проектом для каждого из них с учетом местности и задач, но мне кажется не справится одна, нужно приглашать специалистов, лучше гномов. Сейчас не спеша чистим под них площадки, все равно пока не закончим хотя бы первый городок, не сможем начать. Еще нужно определиться из чего будем строить, из кирпича или камня, так же желательно протянуть к каждому из них дорогу или соединить порталами с городом. Так что я предлагаю не распускать дорожную службу, а наоборот расширять. Кстати, и к шахтам хорошие и безопасные дороги не помешают -- в целом очень желательно создать в радиусе переноса полноценную дорожную сеть, тогда не только стройки, но и другие дела пойдут много легче. -

-- Принято, - поддержал предложение Глава, у остальных присутствующих так же не было возражений, некоторое время обсуждали детали, а потом пошли дальше.

-- Слушай, а че с остальными богами делать? - вернулся к теме храмов и жрецов Таурохтар. - Не обидятся, что у нас только храмы Трооатэны, теперь и жрецы появились и тоже его? -

-- При каждом храме есть часовня всех богов, - напомнила ему Людмила. - Если хочешь, молись там кому угодно, хоть Кришне, хоть Аллаху, хоть Мот, хоть Оа. А вообще может и будут еще храмы других богов -- Королева Мертвых (Туллиндэ) зарезервировала часть подземелья одного из замков под храм Термезу, Боровик (Айнон) хочет в лесу вокруг старой цитадели сделать святилище Лесного Хозяина (Теруна), а Белки-фермеры ставят небольшие дорожные святилища Мот и Оа -- посмотрим что будет дальше. -

-- Следи, на самотек не пускай, - счел не лишним напомнить Дримм, и сам сделал в памяти зарубку, тем более и у него имелся интерес -- Прута (Хозяина Дорог) не стоило забывать.

-- Ну как со жрецами? - напомнила о просьбе Людмила.

-- А не рано? - вопросом на вопрос ответил Дримм. - Храмы ведь не скоро будут готовы: месяцы в городках и не меньше года большой. -

-- В самый раз -- за это время жрецы и прислужники как и все заготовки начнут хоть что-то соображать. -

-- Тогда чего уж мелочиться, бери больше, 8 или даже 10-12 жрецов и 4 десятка прислужников, все равно центральный храм слишком большой, так что те, кого потом определим в замки, будут там помогать и набираться опыта. -

-- Легко, хорошая идея. -

-- Теперь все? -

-- Пока да, - захлопнула и убрала блокнот Людмила, а Дримм перевел взгляд на ремесленника:

-- Морнэмир? -

-- Ага, - на секунду тот застыл, укладывая мысли в голове, а потом начал: - Сперва давайте доразбираемся с уже поднятыми проблемами, например, дороги я уже упомянул, а теперь хочу добавить: как воздух нужна отдельная дорога к глиняному карьеру и соответственно заводу рядом с ним, причем ДО ТОГО как завод начнет действовать -- будем ждать, получится тот самый мат, когда строили дорогу от цитадели к городу. Вот ты (кивок в сторону Таурохтара) только что жалился, что кирпичи делаем прямо в городках, а были бы нормальные дороги от глиняного и песчаного карьера, такие же для доставки дров и досок для формировки форм, разве нужна была бы такая порнография? Спокойно везли бы все вышеперечисленное в одно место, а потом развозили готовые кирпичи по объектам. А сейчас по ухабам, оврагам да лесам пока довезешь, половину кирпичей побьешь, это тебе не песок, не дрова и не глина -- все-таки колются! Насчет завода: карьер большой, и это только вершина айсберга -- глины там много, так что и завод ставим соответственный, потому и не быстрое это дело -- капитально ставим, надолго и для больших объемов. Да он уже какой-никакой объем дает, разумеется большая часть уходит на самого себя, но и в городе берут сколько дают, не морщатся. -

Людмила подтвердила его слова и заявила, что у нее то как раз и не было никаких претензий.

-- Теперь насчет ''баранов'': не все ''бараны'' такие уж и ''бараны'' -- есть среди них и золотые, прямо как руно у аргонавтов, и не устроились они не потому что такие уж нахлебники и лентяи, а наоборот знают себе цену. Вон у меня на заметке мастер есть, такой мастер! - Морнэмир не находя слов будто показал огромную рыбу руками. - И плинфу умеет, и облицовочный кирпич, и изразец, вообще любую отделочную плитку! Непонятно даже, что он там у бандитов делал, где работал, что украшал? Но умеет, собака! Все умеет, в том числе и сложные арки класть, я с ним пару раз всего побеседовал, только побеседовал, а уже столько узнал и кое-где даже применил! А ты говоришь -- ''бараны''?! Предлагаешь такому мастеру дровишки в печь для обжига подбрасывать или глину лопатой в формы кидать?!-

-- Так в чем проблема? - не понял Дримм. - Тебе и карты в руки -- резервируй таких спецов на себя, думаю прокормим пока для них дело найдется. Много таких? -

-- Десятков 8, с семьями больше. -

-- Вот и забирай, расходы на них я одобрю. -

-- С этим все, - чуть не потер руки довольный Морнэмир и вернулся несколько назад. - Помните я говорил, что меня посетила мысль, я чуть наврал -- она и раньше меня частенько навещала, но тут с портнихами да с болотной рудой окончательно созрела. Людмила права: нам нужно начинать переходить на самообеспечение. Возьмем самое очевидно-наболевшее -- стрелы. Сколько мы их тратим просто жуть, а покупаем за золото в Узле, хотя у нас все есть для собственного производства: все необходимые инструменты и станки, универсалы, дерево, теперь добавилась дешевая железная руда и два десятка мастеров по изготовлению стрел из бывших рабов, плюс их подмастерья-сыновья. Они правда простые только делают, без магии, ну а мы на что? Гораздо более сложные вещи варганим, а со стрелами не справимся?! Не верю! Те же жезлы заряжаем, ловушки, гранаты, приблуды всякие -- уверен и стрелы сможем, столько сколько нужно и с какими потребно бонусами, нужно только начать, пускай пока и с простых. Вообще по этой теме давно должна в колокола бить Анриэль, но забурела, не шорохнется -- как улетела в высокие банковские сферы, так и забыла про грешную землю, - зашвырнул в огород казначея клана вполне заслуженный булыжник Морнэмир. Хотя с другой стороны, нельзя объять необъятное, и Анариэль не могла успеть везде, а где успевала, делала дело хорошо.

-- А не далеко? - задумался Дримм, - Я имею в виду: болота с железом не далеко? Как ты собираешься руду оттуда волочь сюда? Разве что только порталом, но постоянный я не дам, а тянуть дорогу сотни километров по лесам... Мы пока к шахтам и карьерам, к твоему кирпичному заводу не протянули. -

-- Да зачем руду оттуда сюда таскать, даже слитки? Перебросить на место мастеров-стрелочников и сколько надо универсалов, ну и охрану, оборудование в сумках или временным порталом и наладить производство прямо там. А что? Дерева навалом всякого и для стрел, и для дров, и для любого строительства, железо добудем, птичник болотный под боком для оперения есть, заодно есть чем кормить работников и охрану, рыба и то для клея имеется, хотя можно и из смолы варганить. За полмесяца-месяц поставим домницы, поставим кузницу, поставим мастерские, сушилки для стрел, жилье, а можно для жилья и шатрами обойтись -- погодки тут хорошие, кухню сладим, сортир на ...надцать задниц и пошло дело! Тебе только раз в месяц портал туда открыть, чтобы забрать готовую продукцию, ну и слитки, что на стрелы не пойдут, охрана еще и заодно болота будет стеречь как погранцы. Да, насчет удобрений, если собрались торф оттуда таскать, можно и поташ брать -- еще лучше торфа будет. -

-- Заманчиво, - Дримм почесал гладкий как у любого фейри или эльфа подбородок. - Действительно заманчиво. Делай! С Анариэль я поговорю. Как сделаешь, когда сделаешь, - не желая обижать не склонного зря трепать языком ремесленника тут же поправился Дримм, - подумай, какие еще похожие массовые производства можно будет запустить. Два условия: не использовать то, что встречается только в вирт-мире и чего мы не сможем взять с собой в реал и чтобы выходило дешевле чем покупное, ну или не сильно дороже -- все равно пригодится -- на Земле прошлого придется рассчитывать лишь на себя. -

-- Так ведь производство стрел за пределами зоны переноса? - не понял Таурохтар.

-- Главное освоить процесс, обучить рабочих и наладить оборудование, - объяснил недогадливому рейнджеру очевидное Дримм, - а железо, дерево и все остальное найдем и в прошлом. -

Дальше Морнэмир скучно отсчитывался про добывающие предприятия клана, коих было не так уж и много: две бедные медные шахты по старым правилам онлайн игр, одна такая же оловянная в городе дварфов, совершенно обычная свинцовая, причем не очень богатая -- Морнэмир давал ей год от силы, уже упоминаемый глиняный карьер и песчаный, который позволил не таскать песок с Гаваев и Кури. Ах да, еще коснулся разнообразных необходимых для строительства производств в самом городе, добычи известняка в подземелье под ним и целых шести кочующих вслед за вырубаемыми чащами лесопилок.

После того как ушла начальствующая троица Дримм решил оторвать задницу от кресла и прогуляться: послал магического гонца к Айсмену и связался с Дочкой, чтобы выцепить Менелтора. К его удивлению Василиса проявила редкую для нее деликатность и оставила Менелтора и Туллиндэ одних (даже почти не подглядывала за тем чем они занимаются глазами некромантки), вместо этого сильнейшая питомица Дримма давала своему собрату урок рукопашного боя -- Послушному приходилось нелегко. Кстати, Айсмен тоже был в тренировочном зале и, глядя на бойню, что творилась в круге, с содроганием ожидал своей очереди, явно испытав облегчение, когда его нашел гонец Главы. Дримм приказал Василисе закругляться и предупредить Менелтора о предстоящей проверке готовности его отряда, а так же сказать Айсмену, что его отряд станет первым. Довольная поручением Василиса и ''обрадованный'' внезапной проверкой ледяной эльф на перегонки покинули тренировочный зал, а Дримм неторопливо прогулялся до него же и полечил избитого куда хуже чем боксерская груша Послушного, которому без помощи хозяина долго бы пришлось заращивать 11 переломов, разорванные мышцы и поврежденные органы (оборотню трудно было даже сидеть, не то что ходить). После Дримм открыл портал и через несколько минут улыбаясь встречал запыхавшегося Айсмена там где квартировался его отряд.

Проверку Айсмен прошел, прошел если и не на 5, то на 4 точно, буквально сорванный с жены Менелтор не намного от него отстал. Дримм был доволен как обожравшийся арахиса слон -- за его долгую земную офицерскую жизнь и сотни, если не тысячи проведенных внезапных проверок такой впечатляющий результат случался считанное число раз (пересчитать по пальцам одной руки): ВСЕ снаряжение на месте, в прекрасном состоянии и в положенном числе, бойцы отрядов четко знают свое место в строю, взаимодействие подразделений отработано. При желании можно было придраться, всегда можно найти к чему, но Дримм не стал -- зачем? Зачем опускать командиров в их собственных глазах и глазах подчиненных, тем более не по делу? За свою жизнь он не раз и не два встречал таких любителей, но никогда их не понимал, чем бы они не оправдывали себя. Сами отряды были относительно не велики, тот же Элеммакил водил в поход куда больше бойцов, а тут в каждом из отрядов по 2 сотни игроков (в основном новичков, исключение -- несколько опытных магов), плюс их петы и маунты, по 2 сотни спецназовцев и 3 сотни эльфов-стрелков, по 2 наездника на грифонах и сотня универсалов. Лошадей в отрядах было немного, всего по 4 сотни на отряд и в основном под вьюки, а не верховых -- сражаться предполагалось в пешем строю. Ну и разумеется главный элемент, то ради чего все и затевалось -- специальный запас в сотню безразмерных мешков на отряд, пока пустых, но ожидающих когда их наполнят свежие, не успевшие испортиться мертвые тела, из которых получаются такие хорошие и работящие зомби. Дримм оценивал не только снаряжение, внешний вид и выучку отрядов, но и проработанность всей операции для каждого из них: предполагаемых нанимателей, проведенную разведку местности, где будут действовать отряды, продуманность снабжения и связи с кланом, порядок ротации игроков -- был вызван Мулкорх (который проводил разведку и вел предварительные переговоры о найме), и Дримм вместе с ним и командирами отрядов на несколько часов завис над картами двух немалых областей бывшей Парнской империи.

После того как довольный Дримм вышел из командирского шатра Менелтора, он не сразу отправился в цитадель или Холм, а сперва побродил по вечернему городу, пообщался с сородичами-фейри, посетил заведение Исилиэль и посмотрел на ее воспитанников, поужинал тем чем кормили строителей города, поболтал с некоторыми знакомыми и друзьями -- в общем легонько проверил все то, о чем ему рассказывали Людмила и Морнэмир. Не то чтобы он им не доверял, но как говорится сам предпочитал держать руку на пульсе, тем более он отсутствовал в городе больше двух недель. Уже поздно ночью Глава закончил стихийный обход и открыл портал в свой кабинет в цитадели.

Некоторое время после возвращения Дримм просто сидел, неподвижный как снаружи, так и внутри, наслаждаясь пустотой разума и усталостью тела, потом постепенно отошел и вернулся к осмысленному состоянию.

-- Нужно будет глянуть на проекты замков, - устало и лениво размышлял Дримм. - Нет, нужно будет самому съездить на место и посмотреть, а потом только глядеть проекты -- все-таки я тоже кое-что могу по специальности (военный-инженер). Скорей всего Морнэмир прав и нужно приглашать специалистов -- так плотно работать с камнем мне не приходилось, все больше бетон и кирпич, те же проблемы что и с кораблями, мы просто не умеем и у нас нет времени учиться -- нужно делать, а с делом нам хорошо помогли именно мастера-неписи. Хотя с другой стороны, какие задачи ставить перед специалистами-гномами? Построят они нам обычный замок или обычную крепость и что нам с ней делать? Без возможности устанавливать артиллерию и той же артиллерии противостоять, без возможности последующей модернизации, без нормального водопровода и с канализацией типа дырка в полу. Стоп! Канализацию и водопровод гномы умеют делать, тут все же не земное средневековье, но все равно они сделают по лекалам Серединного мира, а нам нужно свое. Придется тряхнуть стариной, заодно тряхну Папашу -- если у него есть специалист вроде Элеммакила, только по строительству, то пусть пулей его вербует, цифрует и тащит к нам, но и гномов все равно наймем не обеднеем, не будет лишним. Нет, не будут они лишними, особенно в свете таких обширных подземелий под городом: порталы порталами, но хорошо бы иметь подземную связь с городками, это сразу выведет пользу от них на новый уровень, особенно в случае осады, а там чем черт не шутит, может и до замков удастся дотянуться, хотя бы до одного. -

Некоторое время окончательно отринувший прежнее расслабленное состояние Дримм размышлял о замках, прикидывая так и этак, у него кое-что родилось, не сам проект одного из замков, а скорей предтеча проекта -- место базирования воздушных сил клана, он даже записал несколько тезисов и начертил пару быстрых, не подробных чертежей. Сколько-то обдумывал захватившую его тему, а потом когда понял, что ходит по кругу и будет ходить пока не получит более подробную информацию о местах будущих строительных работ, переключил мысли на другую не менее важную тему:

-- Интересно, как другие кланы справляются с проблемой половой неудовлетворенности у заготовок? Вроде бы не слышал даже намека о таких проблемах ни от кого и нигде, но может просто не обращал внимания -- нужно поспрашивать и пошерстить телеграф (внутри-игровой чат). Посмотрим как сработает моя идея, но в любом случае не хочется устраивать у нас бордель под боком. Может и ханжество с моей стороны, но не хочу и все. Еще и Белок испортим таким вот приобщением к ''благам цивилизации'', да и негоже чтобы детишки Исилиэль на это все пялились. -

Дримм вспомнил сотни детских лиц и внезапно осознал: сегодня у Исилиэль появился преданный союзник в ее стремлении обиходить, накормить, выучить этих детей, и этот союзник он сам! И не меркантильные желания перетянули Главу клана на ее сторону и не возможная будущая польза для клана, а искреннее чувство сострадания, жалость, желание защитить, причем совершенно непонятно, кто испытывал такие чувства человек или фейри, впрочем не важно -- испытывал и все.

-- А назовем мы их ''Детьми Драконов'', - принял решение Дримм. - Ну а как? Не янычарами же? В прошлом Земли явно не поймут такого плагиата. Да, так и назовем -- пусть даже в имени окажутся связаны с кланом и ощущают его частью себя -- не рабы, не слуги, не воины, а ДЕТИ! Надеюсь мы сумеем их правильно воспитать и обучить. Интересно только чему? Придется собрать малый совет клана и серьезно обсудить проблему, тянуть с этим ни в коем случае нельзя. Разумеется Дяде и Отличнице надо подкинуть помощь -- вдвоем им не справиться с такой оравой. -

С детей мысли Главы перескочили на собственные производства, и он еще раз согласился с Морнэмиром -- пора, давно пора.

-- Что же у нас есть на настоящий момент, ну не считая гоблинской добычи? - мысленно начал загибать пальцы Глава: - Дерево, медь, свинец, олово, теперь и железо, песок, известь, глина, камень. Вроде ничего не забыл? А не так уж и мало -- можно жить! Медь + олово -- бронза, да и сама по себе медь много куда идет. Дерево -- понятно -- море возможностей, железо -- тоже, камень и известь для строителей как хлеб и масло. Песок и глина -- любая керамика, не только кирпич, песок еще и стекло. Свинец -- надо подумать, в крайнем случае пригодится на будущее для пуль, по любому не бесполезный материал. Интересно посмотреть что придумает Морнэмир, так навскидку уже получается уйма всего, а ведь ориентируясь на мой робинзоновский опыт можно сильно расширить список доступных ресурсов: леса вокруг -- лыко, смола, скипидар, лечебные травы, можно и борти пошукать; речки больно маленькие, много рыбы не возьмешь -- жаль, но насчет камней на их берегах можно и специально поинтересоваться -- вдруг какая руда и под боком, а не на болотах за тридевять земель; рядом степь, значит возможны сезонные миграции животных, а это мясо и шкуры в промышленных масштабах, тем более у нас столько прекрасных стрелков. В общем много чего можно придумать. Еще до переноса пойдет продукция ферм, тот же лен, может еще что, - Дримм сделал себе мысленную пометку поинтересоваться фермами у Айнона. - Такие табуны лошадей тоже немалый ресурс -- и здесь пригодились, и в прошлом пригодятся, но тут нужно хорошо вложиться: нужен овес, нужна своя конская упряжь. С другой стороны, есть стимул развиваться: сеять овес, налаживать производство изделий из кожи. Все-таки интересно список какой длинны принесет мне Морнэмир? -

Почти час Дрим вертел в мозгу очень важную для клана тему, а затем как-то незаметно для себя переключился на другой, но не менее важный вопрос.

-- Боги Серединного мира. Боги вирт-мира -- порождения фантазии программистов. Все и я в том числе воспринимаем их только так и не иначе -- игровой элемент, непись очень высокого уровня, но все же непись, не более. Или нет? Привычно приносим клятвы их именами, так же привычно принимаем благословение перед битвой, еще более привычно и все чаще и чаще упоминаем их имена в разговоре, а теперь строим им храмы и покупаем жрецов-заготовок. Я и вовсе завалил одного из них -- как говорится, знакомство ближе не придумаешь. Что большинство членов клана знают о том же Трооатэне, чей храм строится посреди нашего города? Да почти ничего! 99% считают его неким подобием Одина, Перуна и Марса в одном флаконе, с поправкой на присущую Серединному миру фэнтези, а ведь все гораздо, гораздо сложней. - Дримм постарался вспомнить все что он знал о Трооатэне, а знал любознательный обладатель богатой библиотеки немало...

*

Трооатэна (Творец Битвы, Убийца Чудовищ, Владыка Грозы, Раститель Воинов, Сеятель Воинов) -- бог войны. По рождению смертный представитель народа фейри, сын забытых за давностью лет матери и отца, на заре времен совершил массу подвигов и в конце-концов, все еще будучи смертным, сразил прежнего бога войны (чье имя так же было забыто), по ''милой'' фейрийской привычке сожрал его сердце (да и все остальное) и занял его место среди богов пантеона фейри. В общем Трооатэна -- один из древнейших фейрийских богов, на вроде Прута, но Прут забыт даже своим народом, а Трооатэна процветал и по сей день, превратившись из бога войны одной единственной, пусть и могучей расы в бога войны всего Серединного мира. Несмотря на то что в настоящий момент утвердился его канонический облик как молодого мужчины-фейри с длинным прямым мечом в руке, бог мог принимать и женский облик -- обнаженная невероятно прекрасная женщина с изогнутым как молния клинком, а если нужно, то и представителя любой другой расы как женщины так и мужчины. Трооатэна ревностно заботился о своей склонной умирать во цвете лет пастве и не допускал ее оскудевания: в женском облике приходил к достойнейшим воинам, которым суждено было вскоре не оставив потомства умереть в битве, и известным способом собирал их семя, а затем уже в мужском навещал женщин, что ждали мужей с войны и по-мужски сеял собранное семя в них. Причем не обязательно сеял в жен воинов, у которых было взято драгоценное семя, бывало сразу несколько женщин зачинало от уже давно погибшего на поле боя воина. Такой ли разумный и наделенный божественной силой генетический банк, благодаря которому воинскому роду не было переводу, и кровь лучших воинов продолжала жить в их потомках, а не терялась навсегда. Бывало в отсутствие мужа нагулявшие живот женщины объявляли, что носят ребенка подаренного Творцом Битвы, ребенка великого воина, часто им верили и уличивший жену в измене муж опускал уже занесенный меч и растил ребенка как своего, не уставая благодарить бога за оказанную честь. Но горе той женщине, если ее уличат в обмане, пусть даже ее давно простил муж -- совершившую святотатство закопают в землю живой. Случалось и по-другому: воин при жизни не успел заслужить чести, чтобы сам Раститель Воинов позаботился о его не рожденном потомстве, но в своем последнем бою так проявил себя, что заслужил внимание бога войны, тогда Творец Битвы своей великой силой давал ему отсрочку и, наделив смертным телом, отпускал из чертогов мертвых в мир живых на 10 дней и ночей, и в эти дни ни одна женщина не могла отказать такому вот ''отпускнику''. С женщинами-воинами случалась похожая история, только бог войны не отпускал их в мир, а приглашал в свой божественный чертог в свои покои, где уже умершие в битве воительницы могли родить как живые женщины, а затем эти дети чудесным образом оказывались на ступенях храмов Трооатэны и их с молитвой принимали жрецы. Многие из таких детей сами становились жрецами или паладинами, другие избирали мирскую жизнь, но все они несли по миру славу и слово Творца Битвы. Таким был Трооатэна -- бог войны.

*

-- Вот совершенно непонятно, как все это будет функционировать на Земле, - Дримм вступил на хрупкий лед ни чем не подкрепленных догадок и предположений. - Магия допустим пусть и с какими-то пока неизвестными оговорками, но будет действовать. А вот как все будет с божественной силой на Земле? Боги-то останутся в вирте -- с собой их не заберешь. Может мы зря строим все эти храмы, тратим деньги и немалые на культовые предметы, теперь и на жрецов? Хотя совершенно не понятно, какой веры нам придерживаться на Земле прошлого, нам нелюдям, которых отвергнет любая религия Земли? Никакой, то есть вообще обойтись без веры? Упрямо добиваться, чтобы нас признали скажем христианами? А с какого бодуна нас ими признают, соблюдай мы хоть все положенные обряды, расшибай в молитвах лоб и строй церкви -- мы НЕЛЮДИ!!! Анафема нам и крестовый поход!!! Придумать собственную веру? Легче легкого скатиться в жуткое сектантство, тогда уж лучше Трооатэна и Ko, пусть боги Серединного мира и не смогут нам помочь в мире Земли, вернее все же помогут, хотя бы как суррогаты настоящей веры, в конце-концов для многих вера -- дело привычки-обычая, воспитания и окружающей среды. В общем нужно думать. -

Дримм настолько глубоко ушел в себя, что первый раз не понял сказанного ему незримым слугой цитадели и, с трудом вывалившись из потока тяжелых сложных мыслей, попросил его повторить.

-- Господин, к тебе направляется посетитель, - с готовностью выполнил его просьбу Слуга.

-- Кто? -

-- Альдарон. -

Глава клана только теперь, после слов Слуги с удивлением сообразил, что действительно не видел Главного безопасника клана весь день, а ведь обычно Папаша первым встречал его из отлучек и первым информировал обо всем интересном и обстановке в клане -- должна была быть какая-то очень весомая причина, почему Альдарон изменил этому своему неизменному правилу.

-- Здорово, - как обычно поздоровался Папаша, сосредоточенный и деловитый как всегда. Его лицо не выражало никаких особых чувств, но Дримм, лишь краем своих ментальных способностей коснувшись окружавших его эмоций, мгновенно понял: что-то будет -- такие яркие чувства не всегда случались даже в бою. Папаша начал без прелюдий, сразу вывалив на Главу ВСЕ: - Живет в Москве, в купленной родителями квартире, такой милый парень 22 лет -- сын 2-ого секретаря американского посольства, зовут его Алекс Бом, любит хоккей и компьютерные игры, недавно серьезно подсел на Серединный мир... ты знаешь его как Митмэна, и 2 месяца назад мы приняли его в клан. Еще что-то надо говорить?-

-- Так! - едва не схватился за голову Дримм. - Правду говорят ''Бойся своих желаний'' -- хотел сосредоточиться на проблемах клана -- получи и распишись...! -

Красная земля -- не встречающийся в реальности вид почвы, крайне благоприятный для культурных растений и одновременно отторгавший почти все сорняки. Практически не нуждается в удобрениях, лучше чем обычная почва воспринимает магию Природы и дольше сохраняет благоприятные эффекты. Похороненные в красной земле мертвые не встают (по недостоверным данным -- продукт магии древней расы иллайнов).

Глава 29

Пьяное море, остров Кури, место подъема староэльфийских кораблей.

Здоровенный бугор вспух над ровной гладью воды. Нет, никакой не бугор и тем более не воды -- огромный пузырь с мутным и почти непрозрачным воздухом внутри величественно поднимался из морских глубин. Но не только непригодный для дыхания воздух был внутри пузыря, а и кое-что еще, пока невидимое за взбитой внутри пузыря мутью, но явственно поступавшее сквозь нее.

Взрыв! Чудовищный хлопок услышали на многие мили вокруг, а на многие километры вокруг на воду осела устремившаяся во все стороны пыль... на волнах закачался прекрасный как игрушка корабль, и даже отсутствие каких-либо снастей и парусов не могло испортить его красоту.

Прекрасный корабль недолго скучал в одиночестве -- десятки больших лодок окружили его в течении считанных минут, взлетели вверх канаты и по ним как бандерлоги по лианам полезли гибкие фигуры. Вскоре тем кто влез по канатам передали снизу объемные тюки, оказавшиеся шторм-трапами, и через несколько минут из лодок вверх устремилась уже основная толпа. Тысячелетиями лежавший на морском дне корабль вновь наполнился грохотом шагов, звуками голосов, ругательствами, скрипом дерева, перестуками молотков, запахом смолы и пота. Корабль оживал на глазах и менее чем через полчаса, несмотря на отсутствие парусов или весел, потихоньку, но вполне осмысленно начал разворачиваться к близкому берегу, где его с нетерпением ждали уже многие сотни умелых рабочих рук.

Робокоп, Дорн.

-- Ух! - умывал запачканное в пыли лицо Дорн. - Вроде тьфу-тьфу обошлось, а я ведь до последнего боялся, что будет как в прошлый раз. Ух! - новая пригоршня воды в лицо.

-- Да, обидно тогда получилось, - согласился с приятелем Робокоп. Друид уже закончил водные процедуры и вытирал лицо и мокрые волосы куском хлопковой ткани. - При осмотре (под водой) вроде целый корпус, прям как этот, кто знал что там внутри сплошное гнилье. -

-- Ух! - Дорн выплеснул в лицо последнюю пригоршню воды и принял из рук заготовки полотенце. - Ты прав, не повезло, даже снять с него толком ничего не успели -- через час опять затонул, да еще развалился при ударе о дно. -

-- Зато этот красавец! - гордо хлопнул по уцелевшему куску планшира Робокоп. - И в полном порядке -- один из лучших. На песок вытаскивать не будем -- великоват. Поконопатим пока изнутри, да ныряльщики почистят днище как могут, а как освободится док, загоним туда и займемся по-настоящему. -

-- Твою ''изумрудку'' использовать будем? - Дорн скосил глаза на странную конструкцию на самом урезе воды. Конструкция больше всего напоминала огромный куст или даже маленькую рощу, частично растущую прямо из воды.

-- Не получится, - с видимым сожалением протянул Робокоп, - ей месяца два зреть до готовности, потом можно будет загнать туда какой-нибудь кораблик поменьше, еще месяца через четыре можно будет попробовать что посерьезней, а еще через пару месяцев... -

-- Нас здесь уже не будет, - немного грубо оборвал его мечты Дорн.

Робокоп грустно кивнул -- ему было жаль расставаться с собственноручно посаженной ''Изумрудной верфью'', творением магии Природы, предназначенным для постройки и ремонта кораблей. Особенно обидно ему было в свете того, что когда живая верфь наберет настоящую силу, в ней уже отпадет нужда.

-- Хотя, - отвлек друида от грустных мыслей Дорн, - может попробуем поднять одного из ''великанов''? Любопытно посмотреть на них изнутри. -

''Великаны'' -- титанических размеров корабли, ровными рядами лежали в самом глубоком месте бухты, но все равно отступавшая в отлив вода почти обнажала их бока. Ну как почти? До поверхности оставался жалкий десяток метров -- ребенок сможет донырнуть.

-- На кой они нам? Работы как с двадцатью обычными кораблями, а представь какой для них нужен экипаж...? Их просто некуда приткнуть, да и продавать такая морока, что лучше не связываться. И вообще не понимаю, зачем кому-то понадобились такие махины? Такой ведь только разгружать неделю не меньше, а загружать? А если на них такой же пространственный карман как на обычных, разумеется пропорциональный размеру, то на них население целого города можно перевести, - Робокоп немного подумал и уточнил, - ну пусть маленького города, но города. -

-- Или армию, скажем тысяч в 10 с припасами на месяц, - развил его мысль Дорн, - или одни только припасы, но уже для 100-тысячной армии. Представляешь, на одном, всего на одном корабле, а ведь их там полтина с лишним лежит! -

-- Хм, а ведь верно. Но какая армия должна быть, чтобы ей такой флот припасы подвозил?! -

-- Солидная, а если учесть весь остальной флот, включая непригодные к подъему корабли, то вообще что-то невероятное. -

Некоторое время приятели молчали, пытаясь представить затонувший флот, включая полсотни гигантских кораблей, во всем его великолепии (честно сказать: фантазия пасовала), а потом продолжили разговор:

-- Лейтенант рассказывал, что китайцы в древности строили почти такие же по размеру корабли, может и меньше, но не так чтобы намного, - первым нарушил молчание Дорн.

-- Что-то такое слышал, - наморщил лоб друид, - не помню подробностей. И куда они потом делись? -

-- Сами китайцы и разрушили. - Лейтенант и сам не очень знал, почему так поступили с крупнейшими в тогдашнем мире кораблями, и не смог объяснить Дорну, так что тот ''продавал за то, что купил''. - Почему-то им ударила в голову моча, и они разобрали на дрова корпуса, сожгли сотни тонн шелковых парусов, представляешь шелковых (!), уничтожили все чертежи и письменные упоминания о кораблях и их путешествиях, разогнали опытных моряков и запретили дальнейшее строительство больших морских судов. Не очень верится в такой маразм, но Лейтенант так уверенно говорил, что может и правда? -

-- Эти бальные на всю голову ''лимоны с замочными скважинами вместо глаз'' могут! - неожиданно зло высказался о жителях Поднебесной Робокоп. - Случилось мне в Шанхае в 92-ом обедать в гостиничном ресторане. За соседним столом китаец жрал их традиционное блюдо, я как увидел что эта сука .... жрет, так прямо там чуть-чуть не обблевался и едва удержался, чтобы не выбросить его в окно. Представляешь эта сука ... с желтым ... и мелким .... жрал карпа, а у этого карпа только тело вареное, а голова живая, рот разевает будто орет и глазами шевелит: китаеза значит палочками шурует, а карп орет, китаеза его соусом поливает, а карп орет, китаеза из него кости достает, а карп орет! И при всем при этом ни звука, только чавканье этого.... ... ....! Я не выдержал, расплатился и ушел, а то бы точно в местный околоток загремел за убийство с отягчающими! -

-- Тебя бы расстреляли и прислали семье счет за пули, - не очень весело пошутил Дорн.

-- Тебе смешно, а мне глаза того карпа и его открытый рот еще неделю каждую ночь снились! Да и потом иногда месяца два! Я полгода потом рыбу не мог есть! Так что эти отрыжки обезьяньей пи..ы могли что угодно сделать, какую угодно хрень -- я после того карпа ничему не удивлюсь -- узкожопые уроды и садисты! -

-- Да ладно тебе, - не согласился с ним Дорн. - У меня в свое время много знакомых китайцев было -- нормальные ребята: вежливые, старательные, трудолюбивые и ничего такого о чем ты рассказывал за ними не водилось. Может у себя они чего-то такое и ели, а у нас натурально трескали борщ, пельмешки, котлеты, пироги, трескали и нахваливали и никакой рыбы с живыми головами. -

-- Я останусь при своем мнении, - не стал спорить Робокоп.

-- Так вот, Лейтенант так интересно рассказывал про их корабли, как-то они назывались, что-то с сокровищами связано, - попытался вспомнить Дорн, но не вспомнил, - нет, не могу. Что они вроде как еще до Колумба в Северную Америку плавали, ну и во всякие Африки, Индии, к арабам. -

-- В Америку не верю -- слабо жукоедам, - с сомнением высказался Робокоп, - это ведь весь Тихий океан пересечь, да еще в самом широком месте, а ведь он тока по названию ''тихий'', а так ого-го! А к арабам, индусам, негритосам -- почему бы и нет? Но тут не надо чего-то особенного городить и обычная джонка справиться. -

-- А мне все-таки интересно почему? Должна же быть какая-то причина и веская?! Ну не может же быть, что вот с бухты-барахты взяли и уничтожили свой собственный океанский флот? В разные исторические периоды разные станы жопу рвали, пытались создать флот, а тут готовое, работающее под нож! Не понимаю! -

-- Еще как бывает! - поспорил Робокоп. - Вспомни что у нас после гражданской было: комуняки топили целые эскадры только так, вроде как уничтожали орудия империализма! -

-- Да, было, - согласился Дорн. - Но там ведь никакой революции или смуты -- все спокойно было и вдруг?! Непонятно. -

-- Да бог с ними! - махнул рукой на китайцев Робокоп. - В любом случае наших ''великанов'' поднимать не будем, а если тебе так интересно узнать почему, то сам спросишь когда в прошлое перенесемся. -

-- Не-е-е, к сожалению не получится -- слишком давно было -- все кто знал что к чему давно померли от старости, даже если мы выберем 16 век. Да и когда мы доберемся до того Китая? Меня другое заботит: как мы будем работать с кораблями в реальности? Мы ведь привыкли на магию полагаться, до трети всего с ее помощью делается. А что будет на Земле без нее? -

-- Да с чего ты взял, что магии не будет? - удивился гораздо лучше информированный Робокоп. - Все будет! Еще как будет! Ну может с нюансами какими, но будет точно! Так что не переживай! Подумай лучше о том, какие корабли там будем строить, в прошлом ведь не предвидится халявы с затонувшим и в то же время хорошо сохранившимся флотом. -

-- Зато и ограничений всяких не будет: на машины, на двигательные установки, на артиллерию -- можно развернуться! - немного воодушевился Дорн.

-- Заканчивай! - проорал магу на носу Робокоп и дублируя приказ скрестил руки над головой -- корабль начал замедлять свой и без того не быстрый ход. - Значит я сейчас на берег, пришлю тебе еще партию конопатчиков, ныряльщиков на внешний корпус, заодно посмотрю что в доке, а вы тут до упора, ну и трухлю всю из брюха (трюма) выносите, - отдал несколько распоряжений Робокоп. Дорн кивал, хотя и не очень нуждался в ''ценных'' указаниях старшего верфи -- не первый раз и даже не двадцатый.

На Кури продолжалась обычная жизнь, кипела привычная работа, очередной поднятый со дна корабль потихоньку начал возвращаться к утраченному когда-то предназначению.

Территория бывшей Парнской империи, возрожденное королевство Наргис, герцогство Татим-Пук.

Через 8 дней после возвращения Дримма из путешествия на безымянный остров.

Менелтор -- временно командир отряда наемников на службе герцогов.

-- Повеление светлейшего герцога: охранять переправу до завтрашнего полудня! Затем двигаться к городу, там вам дадут новый приказ! - сквозь губу цедил слова конный дворянин, оруженосец одного из герцогских баронов-вассалов. Последние пешие отряды герцогской армии почти миновали упомянутую переправу и один за другим устремлялись во след уже ускакавшей далеко вперед блестящей рыцарской коннице.

Герцог -- хозяин земель за рекой, спешил занять крупный имперский город на той стороне, несомненно рассчитывая захватить оставшийся бесхозным город без труда. Сопротивления герцог не боялся -- несколько неполных, раздерганных легионов, из тех что продолжали упрямо цепляться за старые имперские порядки, ушли буквально пару дней назад, а вот опоздать опасался -- армии двух других герцогов-конкурентов спешили его опередить. Богатый и главное не разграбленный гоблинами город манил могущественных феодалов, каждый из которых примеривал на свою голову королевский венец. Кто захватит город, получит доступ к его людским ресурсам, к городским мастерским, тому что возможно еще осталось в имперских арсеналах, к деньгам проживающих в городе купцов и богатеев, а значит получит сильный козырь в неизбежной вскорости борьбе за власть над бывшим имперским леном, ныне объявившим о своем возрождении королевстве Наргис, а в перспективе возможно и над гораздо большим куском бывшей империи.

Менелтор, глядя снизу вверх на спесивого дворянина, все это понимал, как и понимал мотивы герцога, что оставил наемный отряд выполнять бессмысленное задание: битвы не предвиделось, вместо нее наклевывался относительно мирный захват города, так что герцог не желал, чтобы наемники вошли в город пока он окончательно не умиротворен и имели законную возможность пограбить. Пограбить его, герцога, будущие владения! Отряду Менелтора еще повезло -- несколько других наемных отрядов, при поддержке дружин пары баронов, отправили покорять соляные копи, где взбунтовавшиеся полгода назад рабы организовали что-то вроде вольного поселения. Впрочем Менелтор предпочел бы отправиться вместе с другими наемниками: особой добычи с восставших рабов не взять, очков тоже, но зато в любом случае будет много трупов, а значит будет чем набить безразмерные мешки, чтобы со следующей оказией отправить их в клан.

-- А куда нам идти, если город не будет захвачен, где встанет осадный лагерь? - Менелтор не очень надеялся на внятный ответ, но все равно задал этот вопрос -- вдруг он ошибается и герцогские вояки предусмотрели такой вариант? Не ошибся -- верховой дворянчик аж побурел и схватился за плеть:

-- Наемник! Да как ты смеешь сомневаться в слове благородного?! Город будет захвачен к вечеру -- все! Помни свое место -- тебе отдан приказ, изволь его выполнять! - Дворянин так и не решился пустить плеть в ход -- ладонь Менелтора лежала на рукояти меча, а вокруг были готовые ко всему бойцы его отряда.

-- Хорошо, - просто согласился с гонцом Менелтор и демонстративно потерял к нему интерес и, больше не глядя на красного как помидор сопляка, начал раздавать приказы подчиненным.

Оскорбленный пренебрежением дворянин некоторое время гневно сверлил взглядом обнаглевшего наемника-эльфа, даже порывался что-то сказать, но каждый раз благоразумно закрывал уже открытый рот, потом, жестоко дернув удила, развернул коня, и, хлестнув ни в чем неповинное животное по крупу, послал его к переправе. Там дворянин дал себе волю и ударами плети заставил пехоту расступаться быстрей. Вчерашние крестьяне не посмели как-то возмутиться или упрекнуть благородного, лишь как в битве защищались тяжелыми неудобными щитами, но и то пара из них орала, корчась в воде и разбрызгивая кровь из рассеченных до кости лиц. Немногочисленные сержанты даже не попытались вступиться за своих подчиненных -- пусть под командой каждого из них сотня и больше бойцов, а спесивый юнец на коне всего лишь гонец, но он благородный, а они нет.

Менелтор сплюнул вслед исчезнувшему в клубах пыли посланцу герцога и вернулся к своим обязанностям командира отряда, про себя подумав:

-- Обращать внимание на каждое титулованное чмо никакого терпения не хватит -- нужно дело делать, а чмо когда-нибудь нарвется и без моей помощи. -

Благодаря большой проделанной Мулкорхом работе отряд Драконов легко вписался в герцогскую армию, тут же получил аванс и был поставлен на довольствие. Лелеявший мечту стать королем герцог греб любых доступных наемников и безжалостно рекрутировал собственных крестьян, так что большой, хорошо вооруженный, обученный, имеющий собственных магов отряд пришелся ко двору. Правда возникла небольшая проблема, когда герцог попытался забрать из отряда наездников на грифонах, разумеется вместе с их маунтами, и превратить их в подчинявшихся лично ему гонцов и наблюдателей -- Менелтор с большим трудом отстоял одного наездника, другого все-таки пришлось отдать, чтобы сохранить хорошие отношения с нанимателем. Так что пока отряд Менелтора состоял на герцогской службе, один из его крылатых бойцов неотлучно находился при особе герцога. С одной стороны это было хорошо -- командир Драконов всегда был в курсе последних вестей из ставки нанимателя, плюс дополнительные деньги (наездник получал как сто хороших воинов или пара сильных магов), а вот с другой, плохо -- в случае боя нагрузка на единственного оставшегося в распоряжении отряда наездника сильно возрастала. А так все было нормально, да нормально, но не более того -- основную свою функцию, сбор свежих мертвых тел, отряд пока не выполнял. Игроки скучали и занимались чем угодно: в основном выполняли мелкие задания жителей города, в котором квартировался отряд (да и вся герцогская армия), для низкоуровневых игроков, из которых в большинстве своем и состоял отряд, все эти принеси, передай сообщение, помоги наколоть дров, убей крысу в подвале (змею, мелкое приведение, бесенка и т п) все еще представляли из себя неплохой способ заработать очков, хотя скорее добрать -- в отряде все-таки не было НАСТОЛЬКО низкоуровневых игроков, для которых 5-7 таких вот заданий означали уровень. Встречались и сложные, а значит более выгодные задания, которые выдавали городская стража, городские власти, квартирмейстеры герцогской армии, представители гильдий, богатые торговцы -- прикончить шайку воров в окрестностях города, зачистить немертвых на кладбище, собрать налоги с близко расположенной деревни, найти похищенную девочку в подземелье и т д -- в общем тот же стандарт, только посложней. Еще игроки сами шорошились по окрестным дорогам, деревням, лесам. Случайно найденные в окрестностях города руины так и вовсе стали местом их постоянного паломничества, а уж когда в подвале одного из разрушенных домов был обнаружен вход в данж... Менелтор тоже старался не давать им скучать и постоянно, как минимум раз в два дня, устраивал общие учения всего отряда и использовал этот не от него зависящий простой для плотных занятий с заготовками. Лишь один раз наниматель подкинул им работенку -- уничтожить мелкую лесную банду, что досаждала фуражирам, но в основном отряд как и вся герцогская армия просиживал штаны и ждал неизвестно чего. Будь они обычными наемниками все было бы прекрасно -- сражений нет, а деньги тем не менее капают в кошелек, но не затем их посылал сюда клан. При всем при этом, самому Менелтору некогда было скучать: днем ему не давали покоя пусть и мелкие, но многочисленные заботы более чем семисотенного отряда, а ночью Василиса (Глава клана подстраховался и на первое время послал с ними свою питомицу, а значит свои глаза).

Тем временем масса пехоты наконец-то миновала взбаламученную множеством ног переправу и уже скрылась в том же направлении что и гонец-наглец, а отряд Драконов готовился к обороне переправы. Менелтор прекрасно понимал: задание его отряда это синекура, но все равно сделал все на совесть, использовав дебильный приказ как повод для очередной тренировки. Вперед был отправлен скрытый под маскировочными чарами грифон, а несколько подразделений искали другие возможные броды и переправы: грифон должен был контролировать подходы к реке с той стороны и держать связь со своим собратом при основной герцогской армии, задачей же подразделений было выставить посты у слабых мест и в случае чего предупредить основной отряд, ну и предельно затруднить возможную переправу (вертикально вкопанные колья в воде, ловушки на берегу, да и несколько прилетевших стрел вполне могли отпугнуть не слишком большой отряд, поправка -- несколько метких эльфийских стрел). В то же самое время основные силы маскировались и вязали ежи из заточенных с двух сторон кольев. На небольшом пригорке, с которого открывался отличный вид на переправу, разложили жаровни, прикопали стационарные амулеты, выложили камнями несколько больших рун, установили полог для скорейшего восстановления маны -- в общем обустроили сильную позицию для магов. Десяток деревьев обзавелись в кронах хорошо замаскированными площадками для стрелков на два-три бойца, а в овраге за позицией отряда организовали лагерь, над которым так же установили полог, но не для маны, а полог исцеления, где сами собой исцелятся мелкие раны и лучше подействуют лечебные зелья и заклинания. Как только были закончены ежи, часть из них расположили у самой переправы, а часть унес с собой специально выделенный отряд, чтобы перекрыть дорогу в полукилометре позади и не допустить внезапного нападения с тылу. Не прошло и получаса как все было готово, и расположившийся вместе с магами на холме командир присел на бревно и приготовился к долгому ожиданию, а универсалы понесли к позициям воинов обед.

-- Как-то это неправильно, - размышлял Менлтор, время от времени поглядывая за реку и со вкусом прихлебывая горячий супец. - Не взяли с собой обозы, часть войск отправили незнамо куда, треть вообще остались в лагере как и все припасы, а те войска что есть растянулись, бросили пехоту и одной кавалерией рванули к городу, нас оставили тут незнамо для чего, наверное для красоты. Понятно что герцог боится опоздать, но так гнать -- напрашиваться на неприятности. Хотя может быть это я ничего не понимаю -- все-таки герцог местный, а я пришлый, да и Шпингалет (выклянченный герцогом наездник на грифоне) сообщил, что имперские легионы уже в дне пути, быстро им не вернуться, так что опасности быть не должно. -

На некоторое время Менелтор отвлекся: отдал разносившему обеды заготовке пустую тарелку и получил бутерброд из двух булок, меж которыми было напихано много чего вкусного, а так же большую кружку сладкого как компот кваса.

-- Скорей бы настоящее дело, - лениво думал сытый командир, - занимаемся всякой фигней, а дело стоит. Меньше чем через неделю Дримм откроет портал и что, что я ему скажу, что передам? Два десятка мертвых разбойников, которые не заполнили даже один единственный мешок -- не смешно! Надо было отпроситься в соляные копи -- набили бы тел, а новички бы поднялись и всяко лучше чем с крыс и колки дров. Не сообразил! И вот теперь мы опять сидим на попе ровно, ждем неизвестно чего и главное, битвы нет и не предвидится. -

Невеселые мысли командира отряда прервал смех из-за спины -- Дочка рассказывала анекдоты и веселила скучавших магов.

-- Еще неделя-две такой веселой жизни и начнем помаленьку разлагаться: веселье, безделье, пьянка, бабы -- хуже не придумаешь, - скривился Менелтор, а затем вспомнил, что бывало по ночам когда он оставался с Василисой наедине, и покраснел прямо как не воин и женатый человек, а как невинная барышня, впервые увидев мужчину без штанов. И не мудрено -- Василиса была хороша, неутомима и каждый раз подходила к делу с выдумкой, так что эльфу не приходилось скучать. Особую пикантность происходящему придавало то, что Менелтор часто чувствовал не Василису, а жену, видел ее взгляд в красных глазах питомицы, обонял ее запах, узнавал ее голос в стонах, а иногда и вовсе на какое-то мгновение, на самой вершине страсти, ему казалось, что он сжимает в объятьях Туллиндэ, а не Василису. Менелтор мотнул головой, прогоняя несвоевременные мысли и вернулся к своим ''баранам''. - И как бойцов в этом винить? Столько тренировок, слаживания отряда, учет каждой мелочи, самых плохих вариантов развития событий, возможных потерь и что? Главный противник -- скука и безделье! Такие надежды возлагались на Тернокита (старого имперского генерала), а он взял да и просто свалил не приняв боя! И что теперь делать? Нет боя -- нет тел! И главное почему? Почему он свалил? Такая удобная, хорошо укрепленная позиция, огромная ресурсная база за спиной, возможность пополнить легионы и он все это просто отдал? Зачем? Так не похоже на то, что нам известно о нем. Очень странно. А может это ловушка?! - пришла в голову неожиданная мысль. - Но имперцы действительно ушли и с воздуха ясно видели их уходящую армию. Ушли не все, а часть например переоделись до срока в гражданскую одежду или спрятались в подземельях под городам? Но дробить армию опасно -- герцогские вояки, особенно рыцари, это не мальчики для битья -- старый генерал не может этого не знать. Да и у герцога должны же быть шпионы в городе. Ну не может их не быть, не в городе, который граничит с твоими землями и который ты собираешься захватить?! Все равно что-то тут не то -- слишком легко, слишком неожиданно, слишком непохоже на старого заслуженного вояку. Не то-не то -- чувствую! -

Менелтор как в воду глядел -- менее чем через час с ним по амулету связался наблюдатель и, используя способность своего маунта служить ретранслятором ментального сигнала, соединил командира отряда и состоявшего при герцоге летуна (всадника на грифоне).

-- У нас тут полная жопа! - воодушевляюще начал Шпингалет. - Сперва все было прекрасно: никакого сопротивления, открытые ворота, горожане орут из окон и кидают в рыцарей цветы. Конница успела дойти до дворца наместника в центре и уперлась в закрытые ворота. Вот. Как они уперлись, говно из жопы и полилось: из тех же окон полетели не цветы, а дротики и арбалетные болты, на крышах оказались укрытые тряпками горы булыжников сбрасывать вниз, еще и котлы приволокли со смолой, все городские ворота закрыли и тут же завалили камнями, часть улиц перегородили телегами с чурбаками, сшибли им колеса и получились баррикады. -

-- А из всех щелей полезла пехота с копьями, - закончил за него Менелтор и танком наехал на опростоволосившегося летуна: - И кого ж ты, ''родной'', видел в дне пути от города?! -

-- Да жопой собственной клянусь, были там легионы! Пехота с копьями и щитами, обоз, все как положено! - оправдываясь зачастил Шпингалет. - Еще и маг-щитами закрыты! Не меньше 10-12 тысяч, столько сколько и должно было быть! -

-- Ладно, верю, - не стал особо наседать на летуна Менелтор, а про себя подумал: - Интересно, как генерал провернул такой трюк? -

-- Тут еще за городом какая-то конница закрутилась, концентрируются у ворот, конные арбалетчики в панцирях и легкие всадники с дротами. -

-- Ясненько, - не особо удивился Менелтор, - встречать тех кто сумеет прорваться. Ай да генерал -- молоток! Что там с лошарой-герцогом? -

-- Прорывается по главному проспекту, - сообщил о судьбе нанимателя Шпингалет. - Почти уже у главных ворот, но половину рыцарей, что были с ним, спешили из арбалетов. -

-- Сколько у него осталось? Вообще навскидку, сколько герцогских в городе еще сражаются? -

-- Непосредственно с герцогом сотен 6 конных и столько же, может чуть больше, пеших, остальные тысячи 3-4 еще машутся по всему городу и ты знаешь круто дают прикурить, хотя все равно их забьют, большая часть уже без коней. -

*

Под невидимым снизу грифоном раскручивалась настоящая трагедия: на залитых благородной кровью булыжных мостовых имперского города бессмысленно погибал цвет рыцарства целого герцогства. Наиболее опасны для рыцарей были арбалетные болты -- с пяти-шести метров рыцаря не спасал самый лучший доспех и самый прочный щит, только те кто имел вдобавок к доспеху магические щиты имели шанс пережить выстрел в упор. Сброшенные с крыш булыжники тоже доставляли проблем -- тяжелые камни не убивали защищенных хорошими доспехами всадников, но оглушали, ломали кости, сбрасывали с коней. Наименьший вред причиняли дротики и стрелы -- в основном от них страдали гораздо хуже защищенные кони. Очень болезненной была смерть от кипящей смолы -- многие рыцари умирали еще до того как в облитую пузырящейся смолой фигуру прилетала зажигательная стрела. Однако страшнейшим врагом рыцарей стали легионеры, и пусть индивидуально средний рыцарь превосходил среднего легионера, но в отличие от благородных дворян легионеров специально учили сражаться в стесненных городских условиях, а учили легионеров бывшей Парнской империи туго, и потом их было просто больше и намного. И все же благородные рыцари сражались! Яростно! Умело! Беспощадно! Теряя коней дрались на своих двоих, врывались в дома и рубили там всех, не обращая внимания на наличие оружия, пол и возраст, штурмовали баррикады, жутко резались с легионерами в узких проулках, и после таких схваток стены домов были забрызганы кровью до третьего этажа, одиночки и целые группы пытались прорваться к заложенным камнем воротам, иногда успешно... чтобы умереть в своем последнем бою, а некоторые из них никуда не рвались, а насмерть стояли там, где застигла их судьба.

*

-- Значит так, - принял решение Менелтор, - как наш лошок (герцог) со своими будет у самых ворот, разломаешь их бомбами и из жезлов приголубишь комитет по встрече. Как он вырвется наружу, доложишь. Все, до связи, - прервал контакт командир отряда и переключился на второго летуна: - Теперь ты: внимательно смотри вокруг, не движется ли кто к нам, в смысле к переправе. -

-- Да никого особенного, воинских отрядов нет, путников тоже не богато, пара крестьянских телег, всадник, стадо овец...

-- Ясно, кто-нибудь держит путь непосредственно к нам? -

-- Да вроде нет... а стой! Вижу какую-то пылюку на 8 часов, счас посмотрю! -

-- Жду. -

Ждал Менелтор очень активно и меньше чем за пять минут успел: приказать всем, ВСЕМ, включая воинов, рубить колья и вязать ежи, как можно больше ежей, столько сколько успеют; распорядился увеличить количество замаскированных позиций на деревьях, причем с новых позиций простреливалась не переправа, а нынешнее месторасположение отряда; через мага отправил послание на базу отряда (в герцогский город), распорядившись вести сюда 4 сотни вьючных лошадей, на случай драпа посадить на лошадей эльфов-стрелков и универсалов (спецназовцы в своих тяжелых доспехах бегали не хуже игроков). Наконец наблюдатель вышел на связь:

-- Обоз с сеном пилит прямо к нам. Из подозрительного: конной охраны многовато и больно быстро движутся, а не тащутся как обычно, ну а так нормальный обоз, разве что через-чур большой, возов 20, плюс 2 крытых фургона. -

-- Фуражиры? - Менелтор уже все понял, но хотел убедиться.

-- Не, обычные крестьяне. А че? -

-- С каких пор сено начали охранять конные с оружием? -

-- Ах ты б..ть! - понял все и наблюдатель. - Не сообразил так сразу! Что делать?! -

-- Выбери момент и пройдись над ними в один заход, вали на них все что у тебя есть горючего. Потом тикай подальше, да повыше, чтобы тебя потеряли, чары маскировки обнови, сам не теряй их из виду -- расскажешь что было. -

-- Сделаю! Зажарить барбекю и потеряться -- это я могу, - оборвал связь подчиненный, а Менелтор продолжил готовиться к неизбежной схватке: холм, на котором он находился, обзаводился дополнительной магической защитой, для возможной смены позиции готовили еще два, одновременно до десятка заготовок начали копать не глубокие и не широкие рвы перед каждым из них (не великая защита, но в некоторых случаях пару минут даст). - Получилось! - вышел на связь наездник. - Уж как я их зажарил, как зажарил -- любо-дорого посмотреть! Как ты и сказал, в один заход весь обоз прошел, парни (два спецназовца-пассажира) на них полмешка зажигалок (зажигательных бомб) вывалили, и я пару раз успел огненным копьем херакнуть! -

-- Ну и!? -

-- Ты был прав: в сене по 10-15 бойцов ховалось, в фургоне тоже кто-то был! Теперь уже меньше -- думаю я треть всех, включая всадников и возниц, положил! Среди оставшихся много полужженных (обгоревших): орут, бегают, по земле катаются! О! Коняшка сбросила всадника, ну ясно -- у нее хвост горит! Счас зайду на второй круг, всех добью! Избавлю головешек от мучений!-

-- Стой! - почти вслух заорал Менелтор, но поздно -- наездник оборвал связь и не отвечал на повторные вызовы. Ответил через минуту и всего на пару секунд:

-- У них, у пид..сов, маги! Мне ха..., - связь оборвалась.

-- Урод! - прокомментировал действия подчиненного Менелтор -- грифон был потерян на целые сутки, а два опытных спецназовца навсегда.

Минут через 20, когда Менелтор только-только начал снимать стружку с обосравшегося и возродившегося летуна, на связь вышел Шпингалет:

-- Герцог вырвался из города, с ним 3 сотни конных, пешие остались прикрывать его драп, им в спину заходит конница имперцев от не разрушенных ворот. Мне им помочь? -

-- Нет, сопровождай лошару, прикрой если надо, но не подставься -- один ты у нас остался. Как там в городе? -

-- Возня какая-то еще есть, но по-моему уже все. -

Через 15 минут Менелтор отпустил ''обструганного как Буратино'' подчиненного, а через полчаса с ним вновь связался Шпингалет:

-- Герцог добрался до пехоты, отдал им приказы, оставил несколько рыцарей и продолжил драп к вам, пехота подтягивается-стягивается в один кулак и строится для боя. Я тут чуть назад вернулся: от города шустро идет пять тысяч пехоты и больше тысячи конных. Нашей пехоты тысяч 12-14. -

-- Вот ведь лошара-идиот! - не удержался от ругательства вслух Менелтор. - Конницу уже слил, теперь и пехоту в то же очко отправил! -

Командир Драконов знал, о чем он говорит: 5 тысяч идущей от города пехоты -- опытные ветераны-легионеры, а 14 тысяч герцогской пяхоты -- крестьяне, забритые месяц-три назад и лишь совсем чуть-чуть разбавленные опытными пехотинцами-сержантами и немногочисленными отставниками-легионерами, под угрозой расправы ''добровольно согласившимися'' пойти на герцогскую службу. За то время что не было вестей вязка ежей из кольев приобрела промышленные масштабы, а вдоль реки было отправлено два больших отряда усилить возможные переправы и ''заминировать'' фланговые подходы к основной позиции (те же ежи, растяжки, друидские кусты, ловушки).

Уже когда у переправы показались первые конные латники, на связь снова вышел Шпингалет и грустно сообщил вполне ожидаемые новости:

-- Наших побили, сходу порвали как тузик грелку, сейчас дорезают тех, кто не побежал или не смог, тех кто смог, рубит кавалерия. -

-- Следи и докладывай об изменениях, сам никуда не лезь, - распорядился Менелтор и отправился позырить на дурочка, то есть встретить светлейшего герцога у переправы.

Тяжеловооруженным всадникам на уставших конях приходилось не легко, да еще разбитое тысячами ног и конских копыт речное дно не способствовало скорой переправе. Прямо на глазах у Менелтора под несколькими рыцарями пали кони и его бойцам пришлось доставать стальных истуканов из воды, но большинство все же справлялись и один за другим выбирались на сухое в свободный от ежей проход. Лоханувшегося герцога он узнал сразу по измятым щедро украшенным рунами и позолотой латам и огромному коню (который и вовсе был не конем, а чем-то другим). По роскошным латам словно прошелся обвал, а в крупе коня торчали хвостовики двух болтов, тем не менее герцог сохранил бодрость и силы (возможно из-за все тех же лат).

-- Ты, эльф! - герцог не затруднил себя запоминанием имени капитана наемников. - Я знаю, твой летун уже сообщил тебе что произошло. -

-- Да, ваша светлость, сообщил. -

-- Как думаешь, моя пехота надолго их задержит? -

-- Не надолго -- их уже разбили, они бегут. Часть имперской конницы, бросив рубить бегущих, летит сюда, другие вернулись к своей пехоте. -

-- Никакой империи нет! - взвился задетый за живое герцог, но быстро остыл -- не до терминологии. - Ладно. Слушай, наемник: тройное жалование тебе и твоим мордам если задержишь их на сутки. Еще уже тебе: получишь рыцарские шпоры и щедрую награду, и главное -- мою милость. Вот ее залог! - герцог швырнул блеснувшую вещицу в Менелтора, ловкий эльф без труда ее поймал, раскрыл ладонь -- на ладони лежало золотое кольцо со здоровенным сапфиром. Между тем герцог продолжал: - Вся пехота, что доберется до переправы, поступает в твое распоряжение, можешь хоть всех их положить, но запомни крепко: мне нужны сутки, лучше больше, чтобы собрать армию для боя, только потом ты можешь отступить. -

-- Я понял, - слегка наклонил голову Менелтор.

-- Сутки, наемник, сутки, - как попугай повторил герцог, устремившись к гарцующей в нетерпении свите. - Сделай, продержись и ты получишь все, что я обещал! -

-- Посмотрим как пойдет, - уже в спину пришпорившим коней рыцарям тихонько произнес Менелтор. - Я же не ты, лошара, чтобы раздавать пустые обещания. -

Командир отряда еще немного посмотрел вслед ''героической'' рыцарской коннице, а потом связался с последним оставшимся у него летуном:

-- Шпингалет, ну как обстановка? -

-- Сотни 3 конницы будут у вас через 5 минут, сразу за ними герцогские пехотинцы, кто еще не разбежался в разные стороны. Основная армия (имперцев) пока стоит. -

-- Много герцогских-то?

-- Тысячи полторы еще есть, но меньше с каждым километром, если так и дальше пойдет, до вас доберется сотни две, не больше. -

-- Ясно. Продолжай следить за армией. Еще раз: никуда не лезь, только следи. -

-- Понял. -

А Менелтор тем временем приказал воинам и магам занять подготовленные позиции, но не стрелять без приказа. Универсалы продолжили вязать ежи. Ожидание не затянулось, и вскоре через небольшую возвышенность перевалило 6 десятков легкой кавалерии, одетых в легкие кольчуги воинов на тонконогих невысоких лошадях, оружием им служили метровые дроты и сабли. Взгляду авангарда открылось: взбаламученная переправа, трупы рыцарских коней, поднятая дорожная пыль, ряды ежей, деревья, кусты, трава и .. все -- маскирующие чары от опытных магов и естественные укрытия скрыли все остальное. Через считанные минуты к реке вышла основная часть отряда, в большинстве своем такие же легковесы, но имелись и более серьезные ребята в тяжелых панцирях, на крупных конях, кони так же как и всадники в защите (попона с нашитыми внахлест металлическими пластинами), основным оружием панцирным воинам служил небольшой арбалет. Конные сотни немного поколебались на том берегу, а затем панцирники оттянулись назад и в строну, построились по десяткам, зарядили арбалеты и приготовились прикрывать. Легковесы с брызгами и криками направили коней в воду.

-- По сигналу, - по общей связи скомандовал Менелтор. - Первая-вторая сотни (эльфов-стрелков) -- людские стрелы, по переправе, не разгоняйтесь. Третья сотня -- бронеломы, по панцирникам, в полную силу. Рейды, как закончится стрельба вперед, только холодняк, соберете трофеи на той стороне и пошустрей. Маги, спецназ -- не вмешиваться. Начали! -

Удар сотен стрел из пустоты смешал ряды легкой конницы: широкие срезни врубались в тела коней и щедро пускали кровь из вспоротых жил, подрубали тонкие ноги, оставляли страшные разрезы, когда попадание приходилось вскользь -- переправа и река на десятки метров вниз по течению мгновенно окрасились в красный цвет. Не лучше приходилось и всадникам: хоть срезень и не убивал, но пробивал кольчугу и пусть не глубоко, но проникал в тело, так же как и коням щедро пуская всадникам кровь, небольшие легкие щиты останавливали только одну стрелу, а затем ломались, если же попадание приходилось в руку, то прощай рука. На переправе мгновенно возник затор из конских и человеческих тел, вернее несколько таких заторов, среди которых билась неспособная ни напасть, ни ответить, ни сбежать, истекающая кровью масса! А стрелы все летели и летели из пустоты...

Если бы 2 сотни эльфов с отличными луками били в полную силу, то все закончилось бы за минуту, а может и раньше, 3-4 залпа и все, но эльфы работали человеческими стрелами и как и приказал командир ''не разгонялись'', так что трем десяткам раненых на попятнаных стрелами, хрипящих конях все-таки удалось спастись. А вот панцирники легли все, хотя по ним работало вполовину меньше стрелков, но зато их угостили специальными, предназначенными пробивать доспехи стрелами и в отличие от их товарищей с ними не играли в поддавки. Некоторые из панцирников успели разрядить арбалет в пустоту, но перезарядиться не успел ни один.

Пошли вперед игроки и их питомцы, врезались в стонущую и истекающую кровью массу клыками, когтями, клинками, единым уничтожающим все на своем пути потоком, впрочем им немного пришлось уничтожать, лишь закончить мучения десятков уже умирающих существ. Панцирников на том берегу не нужно было добивать, только поймать испуганных лошадей -- не ограниченные приказом эльфы-стрелки работали чисто (наконец-то отряд смог приступить к сбору своей основной, а не попутной добычи -- восемь десятков аккуратно пронзенных стрелами арбалетчиков прямо в доспехах отправились в мешки, туда же отправились десятка три тел легковооруженных всадников, из тех кого можно было достать, не особо ковыряясь в кровоточащем месиве).

В это время заготовки на герцогском берегу уже покинули позиции и занялись прерванными делами: росло количество ежей, копались рвы у подножья холмов, почти полсотни ежей потащили по дороге усилить заслон в тылу. Сбор хабара не занял много времени, и вскоре игроки вернулись на свой берег, и когда к реке вышли 8 сотен герцогских пехотинцев, они увидели лишь заваленную конскими и человеческими трупами переправу, целый лес ежей из кольев за рекой, деревья, траву и... все (у простых пехотинцев в принципе не могло быть специальных амулетов против отводящих глаза заклинаний). Пехотинцы неуверенно спустились к своеобразному мосту-насыпи, через который с трудом перехлестывала розовая вода, постояли, поспорили, бурно размахивая руками, кто-то получил в зубы, кто-то отделился и побрел вдоль берега реки, но большинство спотыкаясь захлюпали по окровавленным телам.

-- Как пройдут поставь несколько фугасов прямо среди тел и вкопай что-нибудь сразу перед насыпью, что-нибудь помощней, - обратился к игроку по прозвищу Крот командир отряда. Крот кивнул и убежал готовить упомянутые взрывающиеся гостинцы. - Отгоните их в лагерь, - приказ насчет спотыкающейся на трупах толпы пехотинцев -- несколько рейдов и полусотня спецназа приготовились взять переправляющихся пехотинцев в оборот. - Оценить их состояние, оружие, настрой -- доложить. Их старших тоже ко мне, - закончил с пехотинцами Менелтор и переключился на ментальную связь -- его вызывал Шпингалет:

-- Имперцы всем войском пошли к вам, полчаса от силы. -

-- Понял, спасибо! Продолжай следить, докладывай о любых изменениях. -

-- Окей! -

-- Так! - Менелтор дублировал ментальные посылы громким голосом. - Воинам: десять минут доделать все дела и вернуться на позиции, базовые комплекты (зелий) не принимать до приказа! Магам: те же десять минут и начинайте бафить! Универсалам: заканчивайте с уже срубленными кольями, больше не рубить и пошевелитесь со рвом! Где командиры пехоты?! - раздраженно повернулся к лагерю Менелтор и увидел, что десяток пехотинцев со знаками различия сержантов уже ведут. Двое из десяти не были сержантами герцогской армии, а носили явно много раз бывавшие в ремонте легионерские доспехи и держались особняком.

Разговор с пехотинцами не затянулся: Менелтор проинформировал их о приказе герцога, не скрыв от них ничего, и отправил в лагерь подлечиться и поесть. Возражений от измученных людей не последовало, только легионеры напросились на отдельный разговор.

-- У нас мало времени, - сразу определил рамки Менелтор.

-- Возьми нас к себе, капитан, - не стал ходить вокруг да около старший из легионеров, самый настоящий хоть и крепкий старик, на форменной куртке присутствовал знак принадлежности к артиллеристам (операторам боевых машин). - Если ты справишься, то тебе не откажут, а если нет, то нам все равно конец, если Одноглазый (генерал Тернокита) не прикончит нас раньше. -

-- Почему? - заинтересовался Менелтор. Его одолевали двойственные чувства: с одной стороны, явно опытные хорошо обученные воины на дороге не валяются, с другой, ему не нужны не состоящие в структуре клана бойцы, да и штат не хотелось раздувать.

-- В армии герцога нам все-равно не жить, - ответил второй легионер с нашивками лекаря, он был чуть помоложе первого, но именно что чуть.

Подошла Дочка и начала с улыбкой нарезать круги вокруг командира и стариков, поглаживая пристроенный на плече меч. Менелтор не обращал на нее внимания, а старики косились, но принимали происходящее как должное, больше всех нервничали спецназовцы, каждый раз каменея лицом, когда по ним скользил даже случайный взгляд питомицы.

-- Совсем озверел герцог -- забрил древних старцев, - с возмущением подумал Менелтор. Между тем лекарь-легионер продолжал отвечать на его вопрос :

-- Нам не доверяют и используют как пушечное мясо, рыцари не упускают случая поглумиться, снабженцы гадят изо всех сил, наказания за те же проступки в несколько раз тяжелей чем у герцогских солдат, бывает наших убивают на привалах неизвестно кто, жестоко убивают, изуверски, мы подозреваем герцогские подкарауливают по одному и наваливаются толпой. Помоги нам, капитан, а мы уж сколько сможем тебя не подведем. -

-- Сколько вас? - все еще пребывая в сомнениях спросил стариков Менелтор.

-- 29 таких как мы бывших легионных псов, 47 сыновей и внуков. -

-- Сколько вы потеряли в недавнем бою и бегстве? -

-- Двоих. -

-- И все?! - у Менелтора округлились глаза.

-- Все, мы крепко стоим друг за друга, - с достоинством ответил старший из легионеров.

-- Почему не сдались имперцам, все-таки для вас они свои? -

-- Сдались бы, но Одноглазый пленных не берет, никогда, а если возьмет, то лучше умереть, хоть легко уйдешь, - последовал честный ответ.

-- Знаю, - согласился со стариком эльф -- он был доволен тем что тот не солгал. Как уже говорилось ранее, биография имперского генерала не являлась тайной для командира отряда.

-- Возьми их, не пожалеешь, - на ухо Менелтору прошептала Василиса и еще раз глянув на стариков пошла к реке.

Слова Василисы стали последней каплей -- Менелтор принял решение. Не важно от Главы клана или от его питомицы были сказаны эти слова, но они были сказаны и тяжелой гирькой упали на весы.

-- Хорошо, я вас беру. Пока отдохните, поешьте, если нужны лекари, вас полечат, после вам скажут что делать. -

-- Спасибо, капитан, - поклонились ему старики, а старший из них прежде чем уйти к лагерю предупредил: - Будь осторожен, капитан, Одноглазый всегда был скор, он может быть здесь в любой момент. -

-- Спасибо за совет, - вежливо поблагодарил легионера Менелтор. - Я точно знаю, где он сейчас. Идите. -

Легионеры вновь поклонились и ушли вслед за сопровождающими, а к командиру отряда подбежал один из старших рейдов -- воин со вторым пока еще не развитым уровнем мага (впрочем у самого командира все было также, разве что как маг он был на пару уровней посильней и намного сильней как воин).

-- Ну? - поднял бровь Менелтор.

-- Более чем у половины никакого другого оружия кроме кинжалов, у половины другой половины -- копья без щитов, так что только четверть с полным комплектом. -

-- Легионеры? Ну в легионерской форме. -

-- Я понял, - воин-маг сразу без пояснения догадался что имеет в виду командир. - Все с полным комплектом оружия. -

-- Хорошо, - Менелтор был доволен -- он не ошибся послушавшись Дочку и свою интуицию. - Пусть целители их посмотрят отдельно -- они пригодятся нам в бою, выдай им трофейные арбалеты и сколько нужно болтов. -

-- А как с остальными? -

-- Тех кто сохранил вооружение -- к тыловому заслону, пусть заодно прихватят с собой по ежу на четверых. Половину спецназовцев из заслона -- сюда, два из трех рейдов тоже -- нам здесь понадобится каждый лук и каждый меч. ''Растеряшкам'' выдать в зубы инструмент и вместе с универсалами гнать строить засеку. -

-- Где?-

-- Ты знаешь: поле, про которое был разговор, что вот идеальное место для действий кавалерии (очень большое и очень ровное вытянутое поле между двумя рощами, одна из которых доходила до реки, а вторая тянулась почти до крестьянских полей вокруг герцогского города). -

-- А, то самое, - вспомнил игрок и тут же нахмурился: - А не многовато? Его конечно хорошо бы перекрыть, но там больше двух километров от подлеска до подлеска. -

-- Не нужно строить там линию Маннергейма, - пояснил Менелтор, - но два ряда кольев пусть вкопают и ямок побольше перед и за. В рощах по краям засеки -- буреломы, так же ничего исключительного не надо, но всадник пройти не должен. -

-- Еще что-нибудь? -

-- Все, давай дуй. -

На связь вышел Шпингалет:

-- 10 минут. -

-- Ну что ж, наконец-то настоящий враг! - радостно вздохнул Менелтор, от избытка чувств эльф ударил себя кулаками в грудь, улыбнулся восторженно скалившейся Василисе и, глядя на пока еще пустой пригорок на той стороне реки, прошептал: - Поехали...! -

*

Менелтор держался столько сколько надо, мог бы и больше, но не пришлось -- старый генерал отступил -- разбитый герцог не представлял непосредственной опасности, а к городу подходили армии двух других (их Одноглазый тоже разбил, одного так же поймал в засаду, на этот раз в лесу, другого размолол в труху в полевом сражении). На несчастной земле бывшей империи продолжалась гражданская война...

*

Глава 30

Медная шахта N 697367801, класс -- бедная, размер -- 8, время существования -- 4 года (с момента активации), АКТИВИРОВАНА.

В закручивающейся винтом штольне стоял несмолкаемый гул. Однако все же при желании в ней можно было говорить и даже, приложив некоторое усилие, услышать сказанные слова. А вот если заглянуть в один из десятков штреков, из тех что отходили от похожей на винтовую лестницу штольни, то резко приблизившийся гул совершенно оглушал -- любое сказанное слово или крик не могли прорваться сквозь страшный грохот, который взаимно порождали богатый металлом камень и безжалостно ломавшая его сталь. Штреки словно дышали: издавали уже упоминаемый жуткий шум, выдыхали каменную пыль, играли светом и тенью из глубины и вообще ощущались не как провал в мертвом камне, но как здоровенная пасть живого, дышащего существа, только и ждущего момента проглотить того, кто пройдет мимо широко разявленной пасти -- жуткое ощущение, которое почти не помогали побороть магические шары-светильники в специальных нишах по всей длине тоннеля-штольни.

Что же твориться там, в глубине штреков, в самом брюхе орущего каменно-металлическим голосом существа? Заглянем в один из них! Не длинный, неестественно равномерный коридор заканчивается небольшим залом, верней пещеркой с низким потолком, стены пещеры блестят, как будто их щедро обрызгали позолотой и кровью, чего больше так сразу и не разберешь, посреди складной треножник с осветительным шаром на вершине, а по краям восемь полуголых фигур мерно и безостановочно машут стальными кирками, как будто части единого механизма вгрызаются в каменные стены, с каждым ударом раздвигая их в ширину. Работа кипит: односторонние кирки на толстых ручках откалывают здоровенные куски и когда на изломе блеснет красный или розовый цвет, кажется что сталь кромсает плоть живого существа. Но нет, на неровный грязный пол падают куски мертвого камня, ну а если каменный обломок оказывается слишком большим, в ход идет молоток на обратной стороне кирки. Рудокопы работают с душой, лишь иногда отвлекаясь чтобы убрать из-под ног мешающие куски, а затем возвращаются к работе, припорошенные пылью тела блестят от пота и вздуваются мощные мышцы спины и плеч. Но вот перерыв, внезапная остановка -- по коридору в штрек проникают четверо таких же здоровяков, но вместо кирок у них в руках трехколесные тачки. Некоторое время все 12 мужиков кидают куски в тачки, а затем 8 из них вновь берут в руки кирки и возвращаются к прерванному занятию, а пришельцы с видимым усилием катят тяжелые тачки на выход. За все время не было сказано и пары слов, и вообще в штреке не слишком жалуют разговоры. Еще полчаса такой же монотонной работы и все повторяется: остановка, тачки, дружный труд по их наполнению, возвращение к работе. Снова кирки грызут стены пещеры и на пол падают как-будто кровоточащие камни, опять полчаса и новый круг.

Внезапный едва слышимый звук, что как иглой пронизал царящий в этом месте шум, прервал едва вернувшихся к работе рудокопов -- в штреке наступила тишина. Да, тишина... звенящая, оглушающая тишина, ведь одновременно остановился не только этот штрек, но и все двадцать штреков медной шахты. Все также не говоря ни слова, рудокопы всунули кирки в специальные петли на поясе, шустро скидали немногие добытые куски в берестяной короб, который повесил себе за плечи один из них, сложили треножник, превратив его в шест с осветительным шаром на конце, и покинули штрек. В штольне было многолюдно -- из остальных штреков выходили такие же восьмерки с подобным набором в руках, за плечами и на поясе: шест с осветительным шаром на конце, короб с небольшим количеством руды, кирки на поясе. Многолюдная, странно молчаливая колонна устремилась вверх по тоннелю, заворачивая по часовой стрелке, наши персонажи двигались вместе со всеми. Вот восьмерка сделала круг, еще один, еще... нет, вошла в переливающийся овал, сквозь который пробивался солнечный свет, и оказалась под голубым небом. Дальше несколько привычных и необходимых дел: в специальную стойку встали шесты с осветительными шарами, в другую поблизости -- кирки, короб с рудой полетел в кучу таких же коробов. Дальше восьмерка отправилась к постройке из жердей, где с потолка лилась вода, на стенах висели куски мочала, а на специальных полках лежало мыло.

20 минут блаженства, когда можно смыть с себя пыль, грязь и пот, вытереться чистым куском льняной ткани, одеть чистые штаны (старые в корзину к десяткам таких же), посетить отхожее место и не торопясь сделать все дела, подышать чистым, не спертым как в шахте воздухом, дать отдых усталым мышцам. 20 минут на все про все пролетели в один миг, и вот чистые рудокопы идут уже к другой постройке, внутри которой стоят длинные столы и такие же скамьи, а вокруг витают плотные, хоть топор вешай, запахи еды, вкусной еды.

Новые 20 минут и новые радости жизни: густой наваристый суп из лосятины и овощей, на второе каша, щедро сдобренная салом пшенная каша, в которой немало жареной с луком свинины, к сытной каше целая краюха горячего ржаного хлеба на каждого, и еще огромные братины с ягодным взваром посреди стола -- черпай кружками сколько хочешь. Но не только сладкий взвар без лимита -- будь на то твое желание, красивые девушки-подавальщицы нальют тебе вторую тарелку супа, нальют и третью, столько, сколько надо, точно так же безлемитны каша и хлеб.

А пока рудокопы отдавали должное труду поваров (вернее поварих), в окруженном невысокой живой стеной лагере царил раз и навсегда заведенный порядок : унесли корзины с грязными штанами -- стирать; сменили полотенца, мыло, сено в сортире; забрали короба с рудой; пара ремесленников осмотрели кирки и если в какой из них обнаруживался дефект, то заменяли ее на новую. У здоровенной кучи руды несколько наших старых знакомых водителей тачек сбрасывают куски руды в горловину небольшого мешка, такое впечатление, что под мешком колодец, в который и улетает блестящая металлическими сколами руда. Сотня кусков -- куча стала поменьше, две сотни -- уменьшилась чуть не вдвое, три сотни -- хорош! Мешок завязывает могучий воин в дорогом доспехе, по сравнению с ним бугаи-грузчики кажутся детьми. Воин не один, еще два подобных воина помогают первому надеть на себя ремни сразу четырех сумок. У носильщика из оружия лишь меч да пара кинжалов, а вот у его помощников еще и длинные почти в их рост луки и большие колчаны стрел за спиной. Троица направляется к стене, носитель мешков поднимает над головой руку с деревянной пластинкой, на которой вырезан какой-то знак, корни и ветки начинают шевелиться -- в стене образуется разрыв, воины проходят, разрыв закрывается.

После столь щедрого стола рудокопы целых полчаса приходят в себя: кто-то вновь посещает отхожее место, кто-то спит, кто-то лежа на траве считает облака, ну а большинство просто сидят и смотрят в пустоту, редко-редко бросая взгляды на мир вокруг. Но вот прозвучал знакомый сигнал, и сонное, равнодушное царство зашевелилось: рудокопы построились в колонну и двинулись к мерцающему овалу, из которого они выбрались на белый свет. Снова привычные и необходимые действия: шесты с осветительными шарами, кирки на пояс, новые пустые короба -- восьмерки одна за одной ныряют в мерцающий круг. Опять винтом заворачивающаяся штольня, а вот и знакомый штрек : рудокопы минуют короткий коридор (сверху начинает нарастать шум) и вот знакомая пещера. Знакомая ли?! Пещера изменилась за этот час: стала меньше, с пола исчезли мелкие и недостойные тачки или короба камни, а стены словно никогда не знали кирки...

Заготовки-рудокопы никак не отреагировали на изменения -- привыкли, ведь так происходило каждый раз, когда они покидали место работы на хоть сколько-то продолжительное время. Вместо этого они не рассусоливая занялись делом: укрепили осветительный треножник посреди пещеры, бросили рядом с ним пустой короб, разошлись по своим местам, достали кирки и... впахались, вгрызлись в камень до самого вечернего сигнала, который позвал их на заслуженный ужин с чаркой вкусного вина и крепкий ночной сон.

Окрестности города Ожившей Бабочки, опытная сельскохозяйственная станция клана.

3 месяца спустя после возвращения Главы клана Красного Дракона из экспедиции на безымянный остров.

Айнон, Морнэмир.

-- И охота тебе, Боровик (Айнон), с грядками возиться? - недоуменно протянул Морнэмир, с трудом окинув взглядом все три довольно таки больших поля, к которым мало подходило уничижительное обозначение -- ''грядка''. - Я понимаю, ты друид и все такое, но мы же выделили землю под фермеров, зачем нам собственные хозяйства? -

-- А зачем тебе ломать голову, придумывать разные станки, усовершенствования, новинки, если все можно купить в Узле или на худой конец не напрягаться, а сделать обычные мастерские, каких в Серединном мире десяток на дюжину? - парировал друид, с довольным видом обозревая те же три вспаханных поля и ровную цепочку фигур на одном из них. Цепочка протянулась от края до края и помаленьку двигалась по полю вперед -- заготовки сеяли зерно.

-- Уел, - усмехнулся Морнэмир. - Сам знаешь, если все делать ТАК как делают ВСЕ, то выходит дороже и медленней, да и многое из того, что делают в наших мастерских, просто не делают НИГДЕ кроме нас. -

-- Вот то-то, и здесь тот же принцип: фермеры конечно -- хорошо, но обойтись только ими одними не получится, даже если их будет столько, сколько мы хотим, а пока и до этого далеко. -

-- А что им надо-то ? - проявил интерес Морнэмир. - Вроде бы создали им тепличные условия, а не как у нас в 16-ом, когда втирали про импортозамещение. - Игрок-ремесленник не только проявил интерес, но и невольно показал, что не так уж он и далек от сельскохозяйственной темы как хотел показать. - 5 лет без налогов! Беспроцентный кредит! Еще и помощь рабочими руками! Вот это я понимаю импортозамещение не на словах, а на деле! Местные затюканные бандитами Белки должны ломиться как лоси в гон, а они...!? Какого рожна им еще надо!? Больше земли?! 10 лет без налогов!? Еще одну корову!? Дом поставить!? Барыню сплясать!? -

-- Не заводись, - постарался успокоить друга друид. - Все идет как идет, насильно ведь не заставишь, иначе это уже не фермеры получатся, а рабы. С условиями все правильно: дать больше да лучше -- будет подозрительно, да и у нас не богадельня и не собес. С землей все также нормально: 6 Га такой земли с ТАКИМ обеспечением, - Айнон без ложной скромности ткнул себя в грудь, подразумевая весь цех друидов, - это очень и очень прилично -- есть где развернуться: хоть зерно сей, хоть рожь, хоть овес, хочешь овец разводи, а хочешь коров или отдай все под овощи или яблони посади. За удобрения не платишь, за воду не платишь, налогов нет, процентов по кредиту нет, есть постоянный покупатель, которому можно сбыть продукцию по хорошей цене -- знай не ленись работай и богатей! Уверен со временем оценят и землю, и условия, у нас еще участков на всех желающих не будет хватать. -

-- Так какого, ты, отдельное хозяйство завел и еще несколько собираешься завести, моим мастерским такой большой заказ сделал, накупил заготовок? И главное зачем? Если по твоим же словам у нас не будет отбоя от желающих? -

-- Да потому что мы не можем все отдать на откуп мелким фермерским хозяйствам. Пусть мы будем их стимулировать закупочными ценами на нужные нам товары, всегда будет риск не получить того что нужно в необходимом объеме и должном качестве. Вот например, овес. Сколько у нас лошадей? Десятки тысяч! Кормить их одной травой или сеном нельзя -- будут дохнуть. Сейчас мы выкручиваемся за счет гоблинской добычи, но рано или поздно она закончится, с таким количеством голов скорее рано чем поздно. Значит нужен овес, много овса, очень много овса! Маленькие фермерские хозяйства столько не дадут, особенно сейчас, да и потом: им ведь и лен по разнарядке нужно сеять, и себе на стол что-нибудь, а некоторые и вовсе не захотят или не смогут заниматься овсом и только овсом, а скажем займутся овцеводством или фруктами, овощами, картошкой, или захотят заработать и вырастят побольше льна на продажу. Или вот пчелы: местные только бортным пчеловодством и занимаются, да и то так ... несерьезно, а значит нам придется брать пчеловодство под себя: во-первых -- воск, во-вторых -- мед. И тот, и тот нам нужны для многого. Третье -- перекрестное опыление полей еще немного приподнимет урожайность, причем заметь: это произойдет попутно, без особых усилий и затрат с нашей стороны, да и нагрузка на нас друидов снизится, пускай не намного, но все же... -

-- Винные грибы тоже решил никому не доверять? Поэтому пол леса у цитадели (старой цитадели) засадил? Все-таки приняли решение винишко сами производить, а не только перепродавать?-

-- Ты против? - удивился Айнон.

-- Ни боже мой! - замахал руками Морнэмир. - Давно надо было забабахать свое производство, но почему сейчас, вроде дел и без того хватает? -

-- А когда? - пожал плечами друид. - Дел теперь все время будет много и с каждым днем все больше и больше. Впрочем с грибами -- идея Главы, и знаешь я с ним согласен -- если тянуть и откладывать, можно и не успеть. Представляешь перспективу: мы уходим в прошлое и остаемся без вина (грибного вина)? Не знаю как ты, а я к нему привык. -

-- Да я тоже, - ''сознался'' Морнэмир и с предвкушением улыбнулся: - Значит скоро будем творить вино -- УХ! -

-- Ты не очень радуйся, - Айнон попробовал умерить излишний по его мнению энтузиазм, - насколько я понял, процессом будет руководить лично Глава -- он единственный кроме квелья знает КАК. -

-- Вот и поучимся, - чуть не облизнулся Морнэмир. - Все равно вино никуда от меня не уйдет -- сомневаюсь я, что Дримм надолго заделается в виноделы -- наладит процесс, покажет, научит и займется чем-то другим. -

-- Скорей всего ты прав, - вынужден был согласиться Айнон.

-- ЭХ! Поэкспериментируем! - вслух мечтал Морнэмир. - Оно и сейчас лучше некуда, а если руки и голову приложить, станет божественным нектаром. -

-- Ты понимаешь в вине? - удивился друид. - Я думал, ты больше по водке или самогону специалист. -

-- Я много по чему специалист, - не без гордости похвалился Морнэмир. - Вино и сам творил, и слушал умных людей. -

-- Это где это у вас там на северах вино можно делать? А насчет умных людей я догадываюсь кто такие. Зэки какие-нибудь из грузин? -

-- Почему обязательно зэки? - даже немного обиделся бывший геолог. - Да и зря ты считаешь грузин великими спецами по вину. Нет, если тебе нравится вкус и запах потных носков, то тогда да, грузинское вино -- супер, просто высший класс...! -

-- А я вроде бы от родителей слышал, что грузинское вино считалось самым лучшим в Союзе...? - осторожно уточнил Айнон, он не жил в советский период и судил о нем только с чужих слов.

-- Как Седой Лис (Шеварнадзе) в 70-е к власти пришел, так хорошее грузинское вино стало возможно купит только в Грузии... у бабок с рук, - просветил друида его более возрастной товарищ. - И вино, и чачу -- покупай и пей, останешься доволен. А вот то, что разливали по бутылкам и везли в другие республики, только на фоне всяких Солнцедаров и трех семерок вином и можно было назвать, да и то нужно было не забыть прищепку на нос надевать, чтобы не слишком шибало потными носками. -

-- Страсти какие! - обладавший хорошим воображением друид аж сморщился будто ему под нос сунули те самые носки.

Между тем Морннэмир углубился в воспоминания и почему-то переключился на коньяк:

-- Коньяк у грузин -- те же потные носки, только покрепче и по градусу, и по духану, а вот у армян коньяк хороший был. Как сейчас помню -- Арарат, цена -- 10 рублей 30 копеек -- очень приличный. И представляешь, не накидывались -- стоял себе и стоял -- дорого. На те же деньги можно было 3 бутылки водки купить, причем хорошей водки, не той что сейчас водкой называют, потому и не брали. А я вот брал, тем более у меня зарплаты северные были -- мог себе позволить. Да, хороший коньяк. Был, - немного грустно закончил Морнэмир. -

-- А у нас в Питере в начале девяностых тоже Арарат делали, самые настоящие армяне, - в ответ Айнон решил поделиться историей уже из своей жизни. - На списанной барже: воду брали прямо из Невы, картофельный спирт и еще что-то подвозили. Я тогда в школу мимо той баржи каждый день бегал, потому и помню: все время дым стоял коромыслом и ящики таскали с бутылками, а на них надпись -- Арарат. -

-- Весело, - сплюнул Морнэмир. - Вот и я о том же, скурвились армяне, был у них Арарат да сплыл, только грузины стабильно продолжают полоскать свои носки и разливать то в чем полощут по бутылкам. -

-- Можешь попробовать с Иримэ скантоваться,- посоветовал товарищу Айнон. - Знаешь ведь, она собирает библиотеку по всякой местной кулинарии, в том числе и по напиткам, может что полезное подсказать.-

-- Поинтересуюсь, - задумался любитель Арарата и поблагодарил за подсказку: - Спасибо что навел на мысль. -

-- Кстати, - вспомнил друид, - как там мой заказ? Чего-то больно долго возитесь -- больше месяца прошло. -

-- Оказалось сложнее чем я думал, - Морнэмир совершенно не чувствовал за собой вины -- интересный и сложный заказ не получилось выполнить с кондачка (как он самоуверенно рассчитывал поначалу), но так было даже интересней -- пришлось напрячь голову и руки, а еще покопаться в реальных библиотеках реальной Земли. - Всякие секаторы, лейки, тачки, прочий ручной инструмент можешь забрать -- готово, а вот с остальным придется недельку погодить, пока доведем до ума, но потом быстро будем делать, тут ведь главное что: понять принцип и сделать первый работающий образец, а там само пойдет. -

-- Ну я понимаю маслобойная машина, жатка, крупорушка, веялка, тем более букхер, но неужели и конные грабли или полевой каток -- такие сложные в изготовлении вещи? Куда уж проще? - удивился Айнон.

-- А вот представь себе: все должно быть тютелька в тютельку, иначе все насмарку и вместо хорошей вещи -- брак. Это тебе не грабли с косой скрестить, хотя и там пришлось голову поломать пока сделали как надо, да и то только потому, что Папаша недавно подогнал нам правильного новичка-старичка, а то ты бы еще месяц свой заказ ждал или два. Так что пляши, друидская душа, в течении недели получишь, не все, но первые рабочие образцы. -

-- Насчет материала все в силе? - не удержался и уточнил друид.

-- Как договаривались -- хорошая оружейная сталь, сам увидишь, им сносу не будет, а если что, можно и на оружие пустить. -

-- Надеюсь до этого не дойдет, - хохотнул довольный друид. По замыслу Айнона первые необходимые в качестве рекламы новых способов хозяйствования образцы должны были поразить новоиспеченных фермеров-непесей в самое сердце, потому и оружейная сталь (примерно такая же сталь пошла на плуги).

-- Слушай, давно хотел спросить, - Морнэмир отвлек ушедшего было в свои мысли друида, - ведь здесь у нас осень наступает, а вы посадками занимаетесь? Я понимаю, в этой местности климат сильно помягче чем на родине слонов (России) и вообще -- вирт-мир, но все равно сезоны должны же как-то влиять? Или я не прав? -

-- Да прав ты, все так, но тут есть два нюанса, - Айнон гордо ткнул себя в грудь: - Первый, это мы друиды: пока мы работаем с землей, причем заметь, постоянно работаем, можно садить что угодно и в любое время. Благословение полей и Добрый урожай доступно уже на 3-ем уровне, разумеется друидам -- обычным магам Природы только на 5-ом и у друидов все равно выходит лучше, ну и с погодой работаем в меру сил. -

-- А второй какой? -

-- Сейчас, - Айнон взмахом руки подозвал заготовку, тот деловито катил наполненную с горкой тачку будто бы с жирной красной глиной, но когда друид погрузил в нее руку, стало ясно, что это все-таки не глина, а земля, жирная вязкая земля неестественно красного цвета. - Вот он второй нюанс, - Айнон зачерпнул полную горсть, поднес к лицу, почти с наслаждением понюхал и бережно ссыпал драгоценную субстанцию обратно. - Не хухры-мухры, а ''красная земля'' -- знаменитым кубанским черноземам рядом с ней не стоять, не сидеть и даже не срать на одном гектаре -- не достойны. -

-- Неужто так хороша? - Морнэмир так же зачерпнул пригоршню и пропустил ее через пальцы.

-- Еще лучше, - Айнон кивнул заготовке и тот продолжил свой путь. - Если даже немного такой земли перепахать с обычной, уже будет заметный эффект -- универсальное удобрение для любой почвы, для любых посадок. Чем больше, тем лучше, и пусть через несколько лет первый сильный эффект пройдет, но качество почвы, в которой есть хоть сколько-то красной земли, вырастет, пусть и не навсегда -- вот мы и таскаем ее и к себе, и на фермерские поля. Так что я не зря говорю что 6 гектаров на хозяйство хватит за глаза -- это тебе не истощенная почва в средней полосе России. -

-- А если только красная земля, без обычной? - заинтересовался Морнэмир.

-- Вообще красота -- 6-8 урожаев в год, больших, здоровых урожаев, никаких сорняков, можно особо не заморачиваться с обработкой земли, да и с водой тоже, знай бросай себе зерно, причем вырастет независимо от погодных условий, разве что если сугробы на полях или жара + 50, тогда конечно нет, а во всех других случаях, да. -

-- Ценная наверное штука эта красная земля? -

-- А то! Ее почти не используют как концентрат, а только как добавку к обычной почве и цена ее 10 золотых за кубометр. -

-- Не используют говоришь? А как же местные из гикнувшихся королевств? Я слышал у Людмилы с ними... -

-- Да знаю я! - прервал его Айнон. - Очень избалованные товарищи -- как я понял, они там у себя садили в ''черную землю'', - и пояснил для Морнэмира: - Так называют землю, в которую десятилетиями или даже столетиями регулярно подмешивали красную. Вот они и привыкли не особо напрягаясь собирать 3-4 урожая в год, а на обычной земле ведь работать надо, вспахивать, да не абы как, боронить, удобрять, воду подводить или вовсе бочками возить, с сорняками бороться не по-детски -- в общем ПАХАТЬ и все ради того, чтобы получить один, ну два урожая в год. Понятно почему они уперлись: им не управиться с обычной землей, да еще кто-то им наплел про целые нетронутые поля самой настоящей красной земли неподалеку. По сути местные сами себя загнали в ловушку -- без красной или хотя бы черной земли они никто, а вот мы можем, нет, обязаны этой ловушки избежать и пчелы нам в этом сильно помогут. Пускай здесь в Серединном мире пчелы для нас не так важны, а вот на Земле совсем другое дело -- там у нас не будет источника такой лафы как красная земля, хочешь не хочешь придется сначала вводить трехполье, а потом и более совершенный севооборот, вот тут-то пчелки послужат нам по-настоящему. -

-- Все ясно. -

Некоторое время игроки молча стояли и смотрели на работающие в полях фигурки, каждый из них думал о своем, потом Морнэмир кивнул в сторону поля и спросил:

-- А что садить-то собрался, овес? -

-- И до овса скоро доберемся, а тут, - друид махнул рукой слева направо, - пшеница, лен, картофель, чуть дальше сделали пару стометровых гряд для клубники. -

-- Не копа? - уточнил Морнэмир.

-- Нет, нормальная картофеля типа ''Ермака'' (сорт), только побелей и покрупней. -

-- А что так? Сам же говорил про овес, а садишь совершенно другое, говорил про пчел, а грибами занимаешься? Решил сперва клан закусью и вином обеспечить, отметить хорошо, а уж потом и делом заняться? - Морнэмир шутливо толкнул друида в плечо.

Айнон улыбнулся шутке, но ответил вполне серьезно:

-- Для овса уже расчистили поле, даже два, сейчас их готовят. Пчелы -- дело не быстрое: я пока только с породой определился, завтра пойду визировать расходы на их покупку к Главе -- дорогие заразы, но зато самую лучшую породу во всем Серединном мире выбрал! Вообще понесу к Главе целый список разных необходимых нам как воздух животин и, пусть Убийца Городов (Анариэль) хоть пеной изойдет, буду его пробивать до последнего! -

-- Это еще какие нам такие животины нужны, да еще и как воздух? - искренне удивился Морнэмир.

-- А такие каких на Земле нет и не предвидится. Зачем нам брать с собой обычных коров, коз, лошадей, собак, да тех же пчел?! Такого добра и на Земле навалом! А нам, раз есть такая возможность, нужно взять с собой как можно больше уникальных животных вирт-мира, в первую очередь разумеется домашних, но по возможности и диких. -

-- А диких-то зачем? - снова искренне не понял Морнэмир. - Экологическую катастрофу устроить хочешь как с кроликами в Австралии было, только в масштабах всей Земли? - и сам испугался, осознав смысл сказанных в шутку слов.

-- Сохранить хоть что-то. - А вот увлеченный идеей недоучившийся биолог ничего не боялся. - Такое многообразие видов и все погибнут, когда Серединный мир исчезнет вместе с Землей (Землей 21-ого века) -- мы просто обязаны спасти как можно больше не встречающихся на Земле животных, насекомых, растений! - Увидев скепсис на лице собеседника Айнон, которому необходима была поддержка его планов перед Главой, зашел с другой стороны и неожиданно для самого себя завелся: - Возьмем к примеру кри -- удивительные существа: в десять раз лучше кошек истребляют грызунов, гораздо умней любой самой умной собаки, понимают мысленные команды -- разве такие существа не пригодятся нам на Земле?! - и не дав ответить Морнэмиру сам же ответил на свой вопрос: - Еще как пригодятся и не только нам, но и всему человечеству! Или черви квелья! Ты ведь помнишь, как они помогают в строительстве!? Да заодно какой источник протеина -- не хотите жрать сами, отдайте китайцам, корейцам, вьетнамцам -- они за милую душу сожрут и попросят еще! А голубые козы! Козы с корову размером, козы, что дают соответственное количество молока, а ведь козье молоко гораздо питательней и полезней коровьего, плюс мясо и изумительная шерсть, и главное и того, и другого как и молока МНОГО! С одной как с десяти-двенадцати обычных! Разве нам не нужны ТАКИЕ козы?! Конечно нужны! А коровы, гуси, утки, куры, свиньи, овцы -- я имею ввиду выведенные с помощью магии породы, вполне сопоставимые по размерам и продуктивности с существующими на Земле 21-ого века, только там поработали селекция и генетика, а здесь магия, - Айнон сделал известный жест пальцами, подразумевая условность всего созданного в вирт-мире, этакие своеобразные кавычки. - Человечество, ну и мы в первую голову, только выиграет, если получит такой богатый источник мяса, молока, яиц! И совершенно не важно что там поработало наука или магия, которая в нашем случае есть производная той же науки, как и весь вирт-мир и наша возможность добраться в прошлое и подарить созданное наукой и фантазией человечества богатство миру прошлого, а значит все тому же человечеству! Такой ли круговорот, где мы передадим дар от еще не рожденных потомков их предкам! Это может быть покруче чем вся магия вместе взятая, а может быть и технические знания 21-ого века! -

-- Это точно! - подумал про себя Морнэмир -- у него перед глазами стояло видение козы размером с корову. Морнэмир всегда хоть в человеческом, хоть в эльфийском теле любил козий сыр, и возможность заиметь ТАКОЙ его источник согрела его не меньше чем перспектива самим производить грибное вино. Да и козий сыр под вино -- вещь! А между тем не на шутку разошедшийся Айнон продолжал:

-- То же самое с растениями: ралгун, копа, виша, вурм, парум, трапу-рук, рук-фил, шарум, кровавые деревья, по-пра, яблоки эльфов, парнская свекла и еще десятки только самых распространенных позиций, не говоря уж об простой пшенице, овсе, ячмене.... Да, самых простых зерновых культурах, но измененных с помощью магии! Тут все то же самое что и с домашней скотиной, только вместо источника животной пищи -- источник пищи растительной! И это только то, что выращивается в пищу, а лечебные травы это вообще отдельный долгий разговор! Разве все это не стоит взять с собой, чтобы подарить человечеству?! -

Друид настолько увлекся, что почти кричал размахивая руками.

-- А лошади!? - неожиданно вновь соскочил на тему животных Айнон. - У нас сейчас огромные табуны... совершенно бесполезных животных! По сути все они, ну или почти все, не считая немногочисленных хаштра -- мустанги во-втором, в-третьем, в-десятом поколении. Годятся под седло, под вьюк, на мясо, но не представляют из себя ничего исключительного -- выпусти их в Северо-Американскую прерию или в евразийские степи мгновенно смешаются с такими же и ничего нового не привнесут. Пока мы еще здесь, есть сказочная возможность приобрести совершенно удивительные породы и привести их на Землю! -

-- Эльфийские златогривые кони? - высказал первое что пришло ему на ум Морнэмир.

*

Оно и не удивительно! Выведенная в конце существования Второй Великой Империи Эльфов порода до сих пор оставалась лучшей в Серединном мире породой боевых, именно боевых коней, все остальные, даже очень хорошие и выведенные позже породы считались вторым сортом. Все государства и племена мечтали посадить своих воинов на таких коней, а воины сражаться на них верхом, но не судьба -- запредельная цена останавливала благородный порыв души, и даже кавалерия очень богатых стран вынужденно скакала в бой на чем попроще, а на златогривых конях сидела только высшая знать, решившие пустить пыль в глаза вельможи и немногочисленные отряды лучших бойцов. Игроки не разделяли восторгов неписей и относились к таким коням как к хорошей добыче, но не более: не покупали, не использовали как транспорт, не сражались на них верхом и когда те попадали к ним в руки, спешили их поскорее продать, причина все та же -- запредельная цена.

*

-- Они, - подтвердил догадку Морнэмира друид. - Представляешь таких коней на сегодняшней Земле, и как по сравнению с ними будут выглядеть самые лучшие земные породы!? Как шестисотый мерс по сравнению с запором какого-нибудь лохматого года! А в прошлом...!? Как на Энтерпрайзе среди кукурузников рассекать! И это только боевые кони, а есть тяжеловозы как боевые, ну ты видел у пробитых Таурохтаром рыцарей (кавалеристов-заготовок), так и рабочие, те же оркские хаштра, специальная фермерская порода... -

-- Ладно-ладно! - остановил разошедшегося друида Морнэмир. - Я понял твою мысль -- можешь рассчитывать на мою поддержку, НО... только в отношении домашних животных, а вот всяких монстров уволь. - Теперь уже Морнэмир не дал друиду вставить слова: - Ты кого собрался на Землю тащить?! Разных виверн да мантикор!? Совсем охерел со своей природой?! И потом если ты, допустим, организуешь зоопарк, скажем добудешь экземпляр, то это просто жестоко и бесполезно -- он все равно умрет, как любимый твой тасманский волк умер в тридцатых годах (20-ого века), а если исхитришься и добудешь пару, то выродятся от близкородственного скрещивания в течении нескольких поколений -- ты как биолог должен это знать. Ну а организовать что-то типа заповедника -- вообще не вариант! Ты хоть представляешь, сколько усилий на такое дело уйдет, не говоря уж о том, что зона переноса не резиновая? Ты вот например знаешь, что такое грыз? - неожиданно спросил друида Морнэмир. Айнон знал и неохотно кивнул головой. - Так вот представь себе, что такие твари сбегут и начнут размножаться!? На Земле 16-17-ого века! Представил!? - Айнон снова с кислым видом кивнул. - Скорей всего именно нам придется их ловить и уничтожать -- местные не потянут, для них лев или медведь это самый страшный зверь, а для грыза что лев, что медведь -- так, закуска. Не говоря уж о том что местные быстро сообразят, откуда появились подобные жуткие существа, и это конечно добавит нам их ''любви'', еще и обвинят, что мы специально спустили на них таких тварей. Так что извиняй, Боровик : травки, пшеница, козы, ралгун, кони -- тут я тебя поддержу на все 100%, но насчет монстров всяких я резко против. -

-- А чем виверны и мантикоры отличаются от тех же грифонов? - Айнон не пожелал просто так сдаваться и возражал. - Или скажем, возьмем Ворошилова -- та еще тварь, по сравнению с ним любой самый здоровенный грыз как мышонок по сравнению с котом! А другие маунты и петы, да тот же Дриммов Дар?! Он ведь растит своего дракончика, и насколько я знаю нашего фейри, вырастит его в настоящего дракона еще до переноса! -

-- Сравнил жопу с пальцем! - расплылся в улыбке Морнэмир. - Это ведь петы, они полностью подконтрольны игрокам, да и неизвестно, что будет с петами и маунтами в реале, может они все сразу сдохнут -- мы ведь уже будем реальными существами, а не игровыми персами. -

Аргумент произвел на друида впечатление, было видно, что он расстроился и на некоторое время замолчал, глубоко уйдя в свои мысли.

-- Жалко Дочку, да и других, - выдал неожиданную мысль Айнон.

Морнэмир сразу понял, что друид имел ввиду и у него резко испортилось настроение. Он как и многие часто забывал о том, что Василиса пет, тем более игрока-ремесленника и питомицу Главы какое-то время связывало нечто большее чем дружба. Морнэмиру было неприятно осознавать, что возможно он оказался прав и им всем придется заплатить такую цену как смерть питомцев и маунтов. Ладно он не успел пока привязаться к двум своим петам, но вполне мог понять, как тяжело придется остальным, и ведь самое противное -- никуда не денешься и если так суждено, то хочешь не хочешь, но столь высокую цену придется платить.

-- Поеду, - решил откланяться Морнэмир, - у меня на сегодня еще одно мероприятие запланировано. -

-- Городок? - даже не спросил, а уточнил Айнон -- после разговора его тоже выбило из колеи: буквально минуту назад брызжущий энергией друид словно сдулся и ушел в себя.

-- Аха, сдам хозяйство Таурохтару и поеду в цитадель, с твоими между прочим железками ковыряться. -

-- Удачи, - вяло попрощался задумчивый друид и, грустно высматривая что-то под ногами, побрел куда-то в строну работавших фигур, ну а Морнэмир отправился к служившему коновязью дереву на окраине полей.

У коновязи его встретили четыре пары глаз: равнодушно-тупые глаза пережевывающих жвачку лошадей и абсолютно разные по цвету, фактуре, размеру, наличию разума в них, но в чем-то очень похожие друг на друга глаза его питомцев. В свете только что состоявшегося разговора собственные сказанные в запале спора слова никак не выходили у Морнэмира из головы, и он совершенно новыми глазами посмотрел на своих петов...

*

Сова по имени Иччи -- первый добытый Морнэмиром пет. Именно добытый, а не купленный как у большинства в игровом квартале. Тут он проявил выдержку и терпение и предпочел подождать, довольно долго (больше полугода) обходясь вообще без питомца, но зато первым его спутником стал специализированный пет для ремесленников и алхимиков, та самая сова. Выдали такого вот особенного пета после прочтения древней книги по алхимии (добыча одного из заброшенных поселений фейри), точнее после прочтения книги Морнэмир получил карту, которая в свою очередь привела его и его группу поддержки ко входу в одноразовый данж. Там-то на последнем уровне данжа, в заброшенной полной интересных находок мастерской он среди прочего и нашел зародыш-яйцо своего первого питомца. Сова исправно выполняла свои функции, усиливая навыки ремесленника и алхимика, позже и рунного мага, но другом своему хозяину так и не стала -- Морнэмир относился к ней как к хорошему, удобному, полезному, но все же инструменту или даже скорей как к собственной руке или ноге. Станете ли вы дружить с собственной ногой?

Второй спутник по имени Кайгусь сильно напоминал бы обычного эльфа-стрелка, то есть заготовку из расы лесных эльфов, но вот только слишком большие для эльфа уши, слишком большие глаза, слишком длинные руки, слишком массивные даже для таких рук кисти, чересчур зеленая кожа и какая-то не сразу заметная диспропорция в теле -- издали лесных эльфов можно было принять за людей, вблизи с оговорками за изначальных эльфов, а вот питомца Морнэмира никогда. Так же как и эльфы-стрелки Кайгусь превосходно обращался с луком, мало того, по мере роста своего уровня начал обставлять даже лучших-старейших из них позади, но в отличие от них и в ближнем бою представлял из себя серьезную силу, на равных звеня мечами со спецназом. Помимо изрядных боевых качеств питомец превосходно читал лес, даже на начальных уровнях с неразвитыми способностями превосходя многих опытных рейнджеров-игроков, вложивших в развитие нужных навыков немало очков, обладал несколькими подошедшими скорее вору чем лесовику способностями и ко всему прочему умел готовить зелья и мази из трав. Ирония судьбы -- такой вот разносторонний питомец прекрасно подошел бы рейнджеру как напарник в скитаниях по лесам; предпочитавшему ближний бой воину как лесной проводник и стрелок поддержки; вору или убийце как тот же проводник и прикрытие, в том случае если дело дойдет до открытого боя; даже магу как прикрытие в ближнем бою, и совершенно не подходил ремесленнику, который редко-редко самолично участвовал в сражениях, а основную массу очков получал, качая мирные навыки ремесла и алхимии, но жребий решил все за Морнэмира -- у него в тот момент был выбор: взять дорогого и явно уникального питомца или продолжать ждать неизвестно чего. Кайгусю не очень повезло с хозяином: такой перспективный питомец, воин-лесовик-стрелок, не использовал свой немалый потенциал и явно занимался не тем для чего был предназначен -- не нес врагам смерть на кончике стрелы, не пластал мечом тела, не крался по лесу, не проникал как тень сквозь дозоры и посты, а исполнял скучные обязанности слуги, ассистента, телохранителя в поездках, иногда готовил по заказу хозяина зелья и... постепенно все больше отставал от приобретенных одновременно с ним или даже позже питомцев других игроков. Впрочем нельзя сказать что Морнэмир совсем уж не понимал неправильности ситуации и не делал ничего чтобы ее изменить -- делал: скрипя сердцем выделял питомцу часть собственных очков, частенько посылал его охотиться в окрестные леса, навяливал отправлявшимся в поход рейдам, даже в свое время направил сражаться в отряде Айсмена, где тот хорошо показал себя, пока его не убили в бою и он не вернулся к хозяину. Принимаемые меры давали результат: такие вот вылазки в целом позволяли Кайгусю ликвидировать обидное отставание, но в мыслях и глазах питомца поселилась грусть -- он сильно страдал от своей ненужности хозяину и тем не менее как всякий пет любил своего игрока и всячески старался ему угодить, хотя как разумное существо давно оставил всякую надежду на похвалу и участие с его стороны...

*

В свете им же озвученной возможности Морнэмир впервые испытал что-то похожее на стыд. Да, у него было много дел: и мастерские, и строительство, и шахты, и собственная семья, которую он просто не мог оставить на Земле -- все это требовало его постоянного внимания, но и так жестоко поступать с питомцами, даже с неразумной совой, тоже было нельзя -- от него не убыло бы скажи он питомцам ласковое слово, похвали, заметь их достижения, поинтересуйся их мыслями и чувствами.

-- Седлай, - Морнэмир кивнул Кайгусю на ослабленную подпругу лошадей и, заметив у него на поясе двух добытых за время ожидания перепелок, едва не впервые за всю недолгую жизнь питомца его похвалил: - Молодец! -

Игрока словно отхлестали по щекам до красной кожи, и он невольно опустил глаза! Внешне питомец никак не показал своих чувств, ловко и быстро подтягивая кожаные ремни сбруи, но от него пришла такая волна радости, что его хозяин испытал не просто похожий, а самый настоящий стыд. Поддавшись порыву Морнэмир погладил сидевшую на седле сову по перьям головы и вновь получил заряд искреннего счастья и в то же время удивления -- Иччи не так владела собой как ее разумный собрат и издала ошарашенное уханье, а ее и без того большие глаза едва не вылезли из орбит.

-- Вот ведь я с...н сын, - размышлял Морнэмир уже сидя верхом. - Сколько времени потерял, а ведь быть может им жить только до переноса, да даже если и нет, то так вести себя с ними -- просто свинство! Исправлюсь! Обязательно исправлюсь! И начну прямо сегодня: вместо мастерских вечером возьму пару дней отгулов, пару спецназовцев, сына, может выцеплю кого из внуков и съезжу на природу за пределы зоны переноса -- устрою пикник, позанимаюсь с питомцами, поговорю с сыном, с внуками, а то забросил родню почти как их, - Морнэмир погладил сову по перьям, и ему неожиданно пришла в голову мысль: а вдруг и сын, и дочь, и внуки страдают от невнимания занятого множеством забот деда и отца так же как и питомцы.

От злости на самого себя Морнэмир неосознанно пришпорил коня, Кайгусь последовал его примеру. Кавалькада из двух всадников вывалилась на дорогу, вернее не на дорогу, пока, а на натоптанный тракт с весьма интенсивным движением и поскакала по нему.

-- Хух! - чтобы успокоить нервы Морнэмир прибег к известному средству -- отхлебнул из походной фляги добрый глоток грибного вина. - На той неделе напрошусь на ''локомотив Главы'' (забитый высокоуровневыми мобами город гномов) и все очки сброшу в Кайгуся, а то со мной он совсем зачах от скуки. Может опять отправить его к Айсмену, вроде там он уровень неплохо поднял? - Морнэмир немного неловко от отсутствия постоянной практики заглянул в воспоминания питомца и несколько минут все так же неловко копался в них, пару раз едва не слетев с седла, к счастью не понукаемые лошади перешли на шаг. - Смотри-ка, а ведь у него там завелись друзья, - он удивленно присвистнул , - Дримов Послушный и Айсменов Вуки! Хотя чему тут удивляться? Разумных петов в клане наперечет. Надо же, даже с Айсменом, несмотря на то что он игрок, сумел сойтись на короткой ноге, - вновь уколол его приступ злости (на себя), - один я такой идиот! Решено: пикник, потом локомотив Главы и раз у них там сложилась такая компашка, отправлю его к Айсмену, заодно надо не забыть связываться с ним хотя бы раз в день и интересоваться его успехами! -

Приняв решение Морнэмир вновь погладил заластившуюся сову по голове и улыбнулся Кайгусю, питомец робко улыбнулся в ответ.

-- Все-таки Боровик прав, - пришла ему в голову неожиданная мысль насчет златогривых коней -- ему нестерпимо захотелось оседлать такое чудо и пустить его по дороге вскачь и чтобы его питомец скакал рядом на таком же. - Но, кляча! - Морнэмир толкнул лошадь пятками в бока. Пегая кобыла даже близко не напоминала драгоценных коней, но сумела выдать неплохой галоп.

Два быстро несущихся всадника разминулись с пешим отрядом эльфов-стрелков, обогнали нагруженную досками телегу, потом долго скакали вдоль многотысячной колонны зомби, едва успев проскочить между головой колонны и полудюжиной фургонов, которые сопровождали два десятка верховых, а затем под ругань возглавлявшего колонну некроманта скрылись в клубах поднятой копытами пыли.

Там же.

Ромашка -- ребенок, 9 лет, раса фейри.

-- Как тут все интересно! - Ромашка едва не свалилась с облучка фургона, разглядывая близко проскакавших всадников: эльфа с белой совой на луке седла и второго эльфа (или не эльфа?) с огромными ушами и зеленой как трава кожей, уши последнего подобно парусам развивались на ветру, что привело девочку в неописуемый восторг. Все во всадниках было ей интересно: лица, сова, одежда, оружие и конечно же замечательные, похожие на лопухи уши.

Материнская рука вцепилась ей в косичку и втянула на облучок. Мать незаслуженно (по мнению Ромашки) ее отругала и отправила в фургон присматривать за братом и сестрой. Зайчик и Почка повизгивая от восторга занимались тем же чем и она, только отпихивая друг друга смотрели на мир сквозь дырку в тенте. Ромашка не стала воевать с мелюзгой за облюбованное ими место, а просто пробралась сквозь наваленные в фургоне вещи и вылезла с другой стороны.

Там творилось такое..! Взгляд юной фейрийки заметался по лицам тысяч бредущих навстречу людей, через мгновение она с восторгом осознала -- не только людей, но и гоблинов, и орков. Молчаливые одетые в лохмотья дяденьки несли на плечах кирки, лопаты и заостренные железные палки и будто бы все разом о чем-то думали, о чем-то настолько важном, что не обращали внимания ни на что вокруг, в том числе и на девочку в полуметре от них. От дяденек странно пахло, как от старой кожаной одежды, и Ромашке почему-то стало их жалко до слез. А между тем молчаливые дяденьки все шли и шли, их было столько, что у Ромашки закружилась голова, да к тому же устала рука, которой она держалась за заднюю дугу, и чтобы не упасть, она вернулась в фургон. Малыши все так же толкались у дырки, вскоре и Ромашка пришла в себя и полезла вперед, надеясь что мама уже не сердится на нее и позволит ей ехать впереди как взрослой, а если что, заступится отец. Мама строго посмотрела на нее, но не стала ее прогонять, и Ромашка вновь устроилась на облучке, жадно разглядывая колонну. Прошла минута, вторая, третья, а бедно одетые дяденьки все шли и шли, и шли -- Ромашке надоело на них смотреть и она зевнув перевела взгляд на ехавшего рядом с фургоном отца.

Вот кем Ромашка никогда не уставала любоваться! Пушок, лучший их конь с отблескивающей медью гривой, бережно нес его на себе. Дорогое покупное седло, подарок когда-то выручившего их семью старейшины, не натирало спину коню, позволяло всаднику не напрягать поясницу и бедра, да и просто выглядело красиво, украшая обоих. С левой стороны седла висел празднично расшитый матерью смертехран с луком внутри, настолько тугим луком, что его не могла натянуть даже мать, только отец. С правой стороны примостился к седлу не менее красивый тул из двух видов коры и еловых корней. Рядом с тулом в парной петле пристроились два хищно изогнувшихся лезвиями топора, отец всегда точил их сам, не доверяя это дело никому, а мать всегда ее гоняла, когда она хотела просто потрогать блестящую светлую кромку и обернутые шершавой кабаньей кожей рукояти.

Ромашка вспомнила, как отец привез к их стоянке добытого кабана, привез на волокушах, в которые пришлось впрягать сразу двух коней. Вспомнила сладкий вкус сырой печени и как собаки дрались за требуху, но все равно не смогли съесть ее всю и ночью лениво гоняли лис и барсуков. Вспомнила, как мать учила ее варить сердце и набивать мелко порубленным мясом длинную кишку, а потом дымить ее над по особому сложенным очагом. Вспомнила, как отец оборачивал кожей рукояти топоров, не только этих двух, а еще десятка, которые он потом с выгодой продал и купил коня и козу, а ей бусы из зеленых камешков. Было ей тогда пять лет и Почка с Зайчонком еще не появились на свет.

Праздничную, а не походную одежду отца украшали изображения разных зверей, Ромашка знала имена каждого из них, а некоторых и вовсе вышивала она, а не мать. Каждый из зверей когда-то познакомился со стрелами отца и поделился с их семьей своей шкурой, мясом, рогами, в доказательство чего клыки и когти украшали широкий кожаный пояс. За пояс был заткнут отличный стальной нож с рукоятью из рога дикого быка, а также мешочек с огнивом, амулет и кошелек. По мнению девочки именно так как выглядел отец должен был выглядеть ее будущий муж. Именно так и не иначе!

Отец почему-то нервничал и постоянно касался темляка клювастой булавы, но не открывал колчан и не доставал из смертехрана лук. Ромашка так и не смогла понять, почему тогда нервничал отец, не из-за грустных же дяденек в плохой одежде? Те мирно шли вперед и не кончались. Девочка настолько привыкла к виду пыльных фигур с инструментом на плечах, что со временем и вовсе перестала их замечать, тем более заревел Зайчик -- от избытка впечатлений братишка наделал в штаны. Мать сунула ей вожжи в руки и перебралась в фургон, а Ромашка, гордо поерзав на взрослом месте, уже со взрослым полным достоинства видом огляделась по сторонам, встретилась глазами со странно большим эльфом на плохом коне, но зато в прекрасном вызывающим восхищение доспехе и робко улыбнулась ему. Обладатель огромного меча, из которого получилось бы не меньше 20 отцовских ножей, кивнул ей как взрослой (Ромашка раздулась от гордости) и подъехав к отцу о чем-то с ним поговорил, девочка не слышала о чем, но после разговора отец перестал теребить булаву. Вернулась мать и забрала у нее вожжи, и тут же кончился бесконечный поток, а впереди показалась телега с широкими и толстыми досками, каждая в половину днища их фургона. Правил телегой возница-человек со знаками неизвестного девочке племени на одежде.

-- Так интересно! - подумала Ромашка и вновь забыв обо всем уставилась на возницу во все глаза.

Несколько месяцев назад семья фейри услышала ЗОВ, все вместе и все разом, даже неразумные малыши. Не идти на зов было нельзя -- фейри и пошли, оставив все прежние дела, благо отец семейства не был в тот момент связан какими-нибудь обязательствами. Их семья долго шла по лесам, но несмотря на то что любая задержка причиняла каждому из них надоедливую боль, отец был осторожен и старательно избегал злых чащоб, болот, гор, ни разу не вывел семью во всегда опасную степь, а старательно держался светлых лесов и торных обжитых дорог. Трижды семья фейри встречала соплеменников и каждый раз оказывалось что им по пути -- группа фейри росла и когда начались нехоженые, безлюдные места, их насчитывалось уже 20 взрослых и 11 детей. Путешествие было тяжелым: фейри потеряли унесенного крылатой тварью ребенка, несколько коней пали от неизвестной хворобы, возможно от злого колдовства, много раз приходилось кострами и стрелами отгонять ночных тварей, а один раз уходить от погони каких-то раскрашенных воинов, к счастью не имевших лошадей. Несмотря на все испытания фейри дошли и примерно неделю назад почувствовали за собой присмотр -- два отряда ''детей листвы'' (эльфов) шли за ними по пятам, но не нападали, наоборот несколько раз отгоняли от их лагеря ночных тварей. А спустя два дня их встретил третий отряд, к которому присоединились первые два, и старший этого отряда, эльф с зеленым как бутылочное стекло глазом, предложил их проводить. Фейри согласились, и с тех самых пор их сопровождал десяток могучих, молчаливых воинов, именно воинов, в доспехах и с боевым оружием.

За время оставшегося пути юная фейрика, да и ее родители увидели немало других чудес: еще одну, хоть не такую большую колонну ''грустных дядей''; друида верхом на огромном олене в сопровождении сотни конных доспешных бойцов уже на лошадях; трех похожих на их сопровождающих воинов, но пешком, что однако не мешало им бежать со скоростью пущенных в галоп лошадей; гонимый их сородичами табун (фейри обменялись приветствиями); медведя, что нес на себе воина в доспехах, кстати, на медведе так же имелся доспех; стадо из сотни коров, которое пасли двое пастухов, пожилой мужчина в войлочной шляпе и мальчик на 2-3 года старше Ромашки, а так же много-много чего еще. И все это только непосредственно на самой дороге, в ведь был и мир вокруг нее: не раз и не два фейри замирали в испуге и восхищении при виде несущих всадников грифонов; сотни лесорубов сводили лес и расчищали поля; в какой-то момент им открылся глубокий карьер и столько людей копошились в нем, что у Ромашки зарябило в глазах и ей пришла мысль, что в муравейнике и то меньше муравьев, несколько больших зданий активно строились на окраине карьера и строили их не намного меньше людей чем ковырялось в нем самом. Иногда в отдалении встречались постройки и от одной из них прибежала несколько ровесников Ромашки. Стайка ребятишек некоторое время бежала рядом с фургонами, и девочка-фейри всей душой рвалась к ним, но нет, нужно было продолжать путь, и вскоре дети убежали, провожаемые взглядом готовой заплакать Ромашки.

Да, фейри увидели многое за этот длинный, не кончавшийся день, но главное чудо ждало их впереди. Сперва фейри показалось, что они подъезжают к крепости на самой окраине густого леса, и они думали так почти до самого конца: миновали шумную и большую стройку (знали бы они что ждет их впереди), подъехали к мосту через глубокий ров, на дне которого гнил целый лес из направленных вверх остриев, миновали ров по широкому мосту и остановились -- жуткое переплетение гигантских и в то же время зеленых будто молодые побеги корней настолько скрывало под собой воротный проем, что не видно было створок. Десятник сопровождающих, один из здоровенных эльфов в доспехах, выехал вперед и словно что-то сказал жуткому бурелому или показал в поднятой вверх ладони. Но не важно что сделал ''сын листвы'' -- главное, корни страшной чащобы дрогнули и словно неохотно расступились, открыв путникам проход и блеснувшие металлом створы ворот. Ворота открылись секунду спустя.

Живая чаща напугала Ромашку больше чем все что она успела увидеть до того, оно и не мудрено -- даже ее родители со страхом смотрели на подрагивающую словно в предвкушении опасную зелень, но фейри поверили своим сопровождающим и замирая сердцем все-таки проехали меж расступившихся корней, с которых капал фиолетовый яд. Весь этот путь девочка провела на дне фургона, крепко прижимая к себе тихонько хнычущих, но не смевших заплакать брата и сестру.

Два часа спустя.

Ромашка не смела дышать и переступить ногами на огромной как сковорода ладони: открывшийся ей с высоты вид без остатка поглотил все ее существо, полностью затмив любые другие впечатления этого полного удивительных событий дня. Принятые ей за лес чащи оказались лишь тонкой оградой, живой стеной, как ограды домов богачей в городах, хотя она никогда и не видела живой стены такой удивительной высоты, да и протяженности тоже. А вот за живой изгородью восторженному взгляду девочки открылось строительство настоящей стены, и пусть она пока была не высока, а в некоторых местах и вовсе была только похожая на ров широкая канава, но стена росла прямо на глазах и большие как их фургон каменные блоки десятками опускались, заполняя пустоты в земле или плотно вставали на уже положенный камень. Полный жизни и несмолкающего гула котел, циклопических размеров стройка внутри кольца недостроенных стен кипела, шумела, жила и словно перехлестывала через край и в то же время протекала, вернее пополнялась через несколько дальних от девочки фортов. Ворота фортов не закрывались ни на минуту, и из них текли бесконечные потоки кирпича, досок, бревен, телег с песком, с разнообразными мешками, ветками, сеном, гнали овец и лошадей, входили колонны уже знакомых грустных дяденек и одетых в доспехи воинов, небольшие группы охотников с подвешенными на шестах тушами, колонны здоровяков в одинаковой одежде, которые в отличие от грустных дядей всегда бежали, а не шли. Еще один даже более крупный поток изливался прямо из центра всего этого: где-то в глубине огромного укрытого строительными лесами здания словно прорвало плотину, и оттуда текла широкая, бурная река из гигантских блоков для стены, сотен тачек с мелкими белыми булыжниками и простой ничем не примечательной земли, не такими здоровенными камнями более правильной формы, бочками и опять мешками, сотнями, если не тысячами мешков.

Вот уже час девочка впитывала в себя удивительное зрелище, вслушивалась в несмолкающий гул и принюхивалась к незнакомым и знакомым запахам. Ромашка знала, теперь тут их дом и ждала того восхитительного момента, когда она сможет нырнуть во все это с головой, увидеть вблизи, пощупать, попробовать на вкус чем отличается темный камень от белого, и облазить остальные шесть фортов, а не только тот, в котором остановилась ее семья.

Тогда около двух часов тому назад путешественники миновали проход в жуткой стене, проехали в открытые ворота и попали в кольцо земляных стен с деревянными башнями наверху. Живущая своей жизнью крепость встретила их равнодушно, полностью проигнорировав полдюжины фургонов и три десятка коней: стучали молотки, где-то звенел металл, звучала многоголосная речь, ржали лошади, блеяли забиваемые на ужин овцы, ходили люди, эльфы, орки, и над всем этим давлел отдаленный похожий на прибой гул, что проникал из-за высоких стен. Честно сказать фейри растерялись, даже отец Ромашки, признанный всеми лидер небольшой группы, несколько оробел. Хорошо что с ними оказалось сопровождение -- старший десятка охранников-эльфов невозмутимо толкнул коня, направив его в людской водоворот, ну а за ним уже последовал его десяток и фейри со своим скарбом. Ехать оказалось недалеко: пара минут сквозь пышущий жизнью водоворот и вот он небольшой оазис посреди кипящего моря жизни -- несколько больших двухэтажных строений вдоль одной из стен, коновязи и поилки на сотни лошадей, стоянки для фургонов и... десятки, сотни фейри, что вышли поприветствовать новичков.

Пока взрослые занимались обустройством стоянки и знакомились с сородичами, Ромашка сумела слинять, хоть и знала что ей попадет, но это будет потом, а сейчас перед девочкой открывался и манил новый неизвестный мир, и она не могла больше терпеть. Почти час она лазила по показавшейся ей невероятно огромной крепости: забиралась всюду и везде; получила пирожок с грибами и яблоко на огромной кухне; подзатыльник, когда сунула свой нос в пышущую жаром кузню, где работали десятки полуголых мужиков; дала несколько дельных советов, увидев как стригут овец; преисполнилась гордости, когда ее советам последовали; восторженно хлопала в ладони, увидев как целитель сращивает раздробленную кость; прокатилась на пустой тачке, которую вез не прогнавший проказницу здоровяк в кожаном фартуке и наконец, забралась по многопролетной лестнице на самый верх одной из башен -- только там фейрийка поняла, что показавшаяся ей целым миром огромная крепость лишь малая часть того, что она увидела за стеной.

-- Ромашка-а-а! - откуда-то из-за спины и снизу послышался голос зовущей ее мамы и девочка поняла, ее время по крайней мере на сегодня прошло. Она еще разок взглянула на поразившее ее до глубины души зрелище и словно напоследок впитала в себя все запахи, звуки и то что видели ее глаза, а затем спрыгнула с огромной ладони на узкий парапет.

-- Спасибо, дяденька, - девочка не забыла поблагодарить одного из обитавших в башне воинов, что целый час позволил ей использовать ладонь его поднятой руки как наблюдательную площадку. Воин ничего ей не сказал и вроде бы равнодушно вернулся к исполнению функций дозорного, но за пять дней пути юная фейрийка научилась понимать этих молчунов, а потому знала, воину приятна ее благодарность.

Ромашка, полная впечатлений и надежд на новую удивительную жизнь, буквально ссыпалась по крутой лестнице вниз до краев. Она даже не почувствовала боли и не обиделась на ухватившую ее за ушко мать. На завтра и без того счастливую фейрийку ждало еще больше впечатлений и открытий, а также встреча со старыми друзьями, но именно этот день запомнился ей как самый счастливый день в ее жизни, день радости, открытий и надежд.

Златогривые эльфийские кони -- выведенная во времена Второй Великой Империи Эльфов порода лошадей. Очень большие -- 2 метра и больше в холке, грива по цвету похожа на сусальное золото, живут до 100 лет, высокая естественная регенерация, сила, выносливость, способны к ментальному общению, легко поддаются обучению, полуразумны. Для своего веса (600-800 килограмм) чрезвычайно быстры и пластичны -- несущий собственные конские доспехи и доспешного всадника златогривый конь как стоячего обойдет специального рыцарского тяжеловоза, всегда от него уйдет и всегда догонит, в 9 случаях из 10 догонит и не обремененного доспехами и тяжелым всадником более легкого коня.

Хаштра -- выведенная орками порода лошадей (по другой версии -- выведенная во времена Первой Великой Империи Эльфов порода, выведена эльфами специально для орков ). Крепкие, быстрые, злые, очень выносливы, не боятся огня и хищных зверей, способны к ментальному общению, могут переваривать мясо и вообще всеядны.

Фермерская порода лошадей -- выведенная эльфами порода лошадей для сельского хозяйства. Спокойные, послушные, легко поддаются обучению, не агрессивные, выносливые, не требовательные к климатическим условиям и пище, обладают отменным здоровьем, приплод у кобылиц редко меньше 3-х жеребят.

Тяжеловозы -- выведенная эльфами порода мощных и крупных лошадей, выведена специально для перевозки тяжелых грузов и самых сложных работ вроде корчевания. Людская раса приспособила тяжеловозов для нужд латной рыцарской кавалерии. Со временем людские маги-селекционеры сумели немного улучшить предназначенных для рыцарей тяжеловозов -- добавили резвости и агрессивности. В настоящий момент можно говорить о двух породах: не измененные эльфийские тяжеловозы для рабочих нужд и измененные людьми тяжеловозы для воинов. Внешне породы почти не отличаются друг от друга: больше 2-х метров в холке, чрезвычайно массивные и мощные на вид, вес -- до тонны (бывает и больше).

Виша -- орех, растет на деревьях (внешне похож на кокос). Внутри мякоть по вкусу напоминает что-то среднее между апельсином и лимоном. Растет в ХОЛОДНОМ климате.

Эльфийские яблоки -- обычные на вид яблоки, временно повышают естественную регенерацию организма, очень долго хранятся и все это время сохраняют вкус и полезные свойства. Кора, цветы, почки, сок, листья яблони обладают целебными свойствами.

Парнская свекла -- сладкая, богатая сахаром свекла размером с арбуз.

Кровавое дерево -- хвощ, в приготовлении некоторых зелий сок этого дерева часто используют как заменитель человеческой крови, природные вампиры употребляют в пищу вместо крови живых существ (по слухам специально для них кровавые деревья вывел выживший после гибели своей расы маг-фейри). Все попытки использовать сок кровавых деревьев как заменитель настоящей крови в заклинаниях и обрядах магии Смерти, особенно в некромантии, провалились.

По-пра (по-ва-пра) -- трава, сильнейший консервант.

Трапу-рук -- дерево, в котором съедобно все, от корней до листьев.

Рук-фил -- лиана, растет на Трапу-рук. Сама лиана обладает мясным вкусом (говядина), ягоды -- лакомство, приправа, лекарство.

Грыз -- ящероподобный, полуразумный и весьма опасный монстр. Имеет шесть лап и от одной до трех голов. Очень редко встречаются летающие грызы. Обладает прочной природной броней (чешуя), великолепной регенерацией, чаще всего ядовит, причем некоторые подвиды грызов способны доставлять свой яд дистанционно (плевок), с возрастом приобретает способность к ментальным атакам. Грызы предпочитают жить либо под землей в естественных пещерах, либо в горах и предгорьях (где опять же таки много пещер), встречаются и в заброшенных искусственных подземельях. Существа называемые ''болотными грызами'' не относятся к грызам, а названы так за некоторое внешнее сходство и хитрость, присущую настоящим грызам. Грызы -- одиночки, за исключением брачного периода.

Глава 31

Первый из заложенных военных городков (часть общей обороны города Ожившей Бабочки).

Дримм, Морнэмир, Таурохтар, Людмила, Анариэль.

Если бы не неожиданный порыв и почти загнанные лошади, Морнэмир непременно бы опоздал, и даже так он подъехал к сдаваемому объекту буквально наступая на пятки небольшой кавалькаде, которую возглавляли Глава клана верхом на Ворошилове, Таурохтар на Гордом (маунт-олень) и парившая сверху Людмила на Физруке (маунт-грифон), еще была Анариэль и несколько спецназовцев на лошадях. Морнэмир органично влился в состав кавалькады, перекинулся парой слов с Анариэль и в центральные ворота въезжал бок о бок с Таурохтаром.

-- Что, решили поймать меня со спущенными штанами и бумажкой в руках? - ухмыльнулся Морнэмир и шутливо толкнул Таурохтара кулаком в плечо.

-- Тебя поймаешь, Самоделкин! - отшутился рейнджер и вроде бы небрежно спросил: - А велика ли бумажка для оставшихся после тебя какашек? -

-- А вот сейчас и поглядим, - Морнэмир не боялся проверки, тем более в разное время каждый из тех кто приехал принимать город-форт уже посещал это место (и уезжал довольным), не говоря уж о Главе, который и спроектировал весь городок и постоянно стоял над душой у Морнэмира, требуя сделать все от и до.

Морнэмир спешился у коновязи и, бросив поводья Кайгусю, поспешил поручкаться с Главой и с приземлившейся Людмилой. Вскоре группа из пяти игроков зашагала по центральному плацу полупустого форта-городка -- приемка практически достроенного объекта началась.

Перво-наперво инспекция оценила тот самый плац. И Людмила, и Таурохтар, и Анариэль с Главой видели что он представлял из себя во время кирпичного царства Морнэмира. Ну что тут сказать? Все изменилась до неузнаваемости -- плац был великолепен! Ни следа когда-то уродовавших его ям для сушки кирпича, никакого остатнего мусора, неровностей или рыхлости почвы -- ровная, хорошо утоптанная поверхность, на которой даже далекому от армии человеку хотелось печатать шаг. Таурохтар просветлел лицом и немного расслабился, Людмила несколько раз подпрыгнула, стараясь услышать эхо, Дримм показал большой палец, и лишь Анариэль только хмыкнула на огромное пустое пространство.

Потом они прошлись по казармам, классам для занятий, тренировочным залам, кухням, столовым, сортирам, арсеналам, лазаретам, конюшням, комнатам отдыха и прочим бесчисленным помещениям военного городка. Тут проняло и Анариэль -- да, ничего особенного, но все добротно и крепко и главное ВЕЗДЕ. Морнэмир сдавал свой объект мало что не под ключ: в казармах ровные ряды двухъярусных нар, швабры, лопаты, ведра и все что нужно для уборки в специальных уголках, в классах парты и доски для письма, в тренировочных залах тренажеры и стойки с учебным оружием, в кухне наборы для готовки на 3000 рыл за раз, в столовых тарелки, ложки, чашки в специальных ящиках, длинные столы и скамьи и все в том же духе -- хоть прямо сейчас заселяйся и живи. Кстати и канализация, и водопровод, и отопление, и кухонные печи работали. Мало того к печам уже подвезли дрова, казалось бы не такое уж большое достижение, но все равно еще один штрих в общую картину.

Глава опробовал нары и канализацию и с грустью подумал, что во время его службы в легендарной и непобедимой почти никогда не встречал по настоящему хорошо работающий солдатский сортир -- постоянно не одно, так другое, не то, так это, не пятое, так десятое, не засрали, так забрызгали кровью, а тут радующая глаз красота.

Таурохтара особенно поразили конюшни -- настоящие дворцы: просторные, светлые, с большими стойлами, удобными поилками, складами сена, площадками для выездки, и все это великолепие не меньше, скорее больше чем на 10 тысяч лошадей. Еще рейнджера заинтересовали бани (слишком большие даже для такого немаленького городка), мастерские, которые по объему вполне позволяли собрать внутри себя хоть танк, и пока что пустые огромные склады. Несколько расположенных под плацем складских помещений стояли особняком -- в отличие от остальных их стены почему-то блестели камнем, а не кирпичом. Но главное чего он пока не мог понять: большинство складов, бани, мастерские находились довольно глубоко под землей, а некоторые из них настолько глубоко, что только спускаться к ним пришлось не меньше десяти минут, а для того чтобы обойти все складские помещения, не хватило бы и целого дня. Еще Таурохтар очень много внимания уделил чрезмерно толстым стенам и арочным потолкам, а так же непомерно массивным колоннам, вспомнив что и стены зданий наверху показались ему чересчур толстыми. Нет, он понимал, крепостное строительство должно отличаться от гражданского, но по его мнению столько рядов кирпича чересчур даже для крепости, тем более не для стен или башен, а для зданий хозяйственного назначения внутри. У рейнджера возникли вопросы и много, но он пока решил погодить и задать их к концу инспекции.

Анариэль впервые скупо похвалила Морнэмира, а Людмила заценила тренировочные площадки и арсеналы, заявив что тут все устроено лучше и разумней чем в старой цитадели (доля истины в ее словах была).

Что же касается обширных подземелий под городком, то Морнэмир сумел еще раз всех удивить, даже Главу. Проверяющие прекрасно знали, что эти вроде бы большие подземелья -- всего лишь крохотная составная часть огромных подземелий большого города. Но наличие не просто переходов, а целых двух прямых как стрела транспортных тоннелей и размер каждого из них стали для всех приятным сюрпризом.

-- Да тут прямо станция метро! - не удержалась от сравнения Людмила, когда пятерка игроков спустилась в действительно очень похожий на внутренности метрополитена зал.

Огромный делимый уже привычными толстенными колоннами зал впечатлял своими размерами и гулкой тишиной, но особенно провалами двух широких тоннелей. И если первый тоннель не привлек такого уж особого внимания -- обычный, хоть и очень большой тоннель, по которому могли проехать 6 всадников в ряд, причем проехать, не задевая ни головами, ни остриями поднятых копий высоченные потолки, то второй из тоннелей поразил игроков самыми настоящими рельсами, что только усилило сходство с метро. Оба тоннеля как в самом настоящем метро были заглублены по сравнению с уровнем пола всего остального зала.

-- Колись давай! - Дримм решительно насел на наслаждавшегося всеобщим удивлением Самоделкина (Морнэмира), но тот не успел ответить Главе -- из тоннеля с блестящей металлом колеей послышался пока отдаленный, но быстро нарастающий гул.

-- Ну ни хера же себе! - высказал общее мнение Таурохтар, когда из тоннеля появился исполнявший роль локомотива здоровенный металлический паук о десяти пар ног и вереница пустых платформ за ним. Впрочем полупустых -- из 20-ти платформ лишь на 12-ти никого не было, а восемь других хоть и не были забиты до краев, но везли полсотни универсалов, какие-то мешки, доски, ящики, составленные друг в друга стулья и соломенные мишени для лучников. Как только равномерно перебиравший стальными лапами паук-голем дошел до конца тоннеля у противоположной стены зала, караван платформ остановился, заготовки горохом просыпались на перрон и начали разгружаться, откуда-то появились массивные тележки, прямо как у вокзальных носильщиков там на Земле. На них и свалили все разгружаемое добро -- 5 минут и разгрузка завершена, а универсалы бодро покатили тележки наверх, благо широкие дверные проемы и наличие специальных пандусов позволяло сделать это без малейшего труда.

Между тем понукаемый двумя коротышками-гномами паук отцепился от первой платформы и, неловко поворочавшись в тоннеле, сумел развернуться, чтобы пошлепать к концу вереницы платформ.

-- И как это понимать? - за всех спросил у довольного Морнэмира Дримм. - Что это за тайное метро, о котором не знаю даже я? -

-- Да и я, - Анариэль все никак не могла оторвать взгляда от паука и его возниц.

-- Ни сметы, ни расходов, ни даже слухов, - между тем продолжал отчитывать ремесленника Глава. - Ты давай объяснись, чего это ты так затихарился? -

-- Точно-точно, - также высказала претензию Людмила, - Может быть мы таких вот паучков на поверхности смогли бы применить? А мы о них ни слуху, ни духу -- не хорошо! -

-- Тоже мне метро, - ничуть не обеспокоился наездом Морнэмир. - Единственная ветка это не метро. Потому и не говорил, сперва сам хотел посмотреть, как будет работать. На эту идею меня гномы навели примерно месяц назад. Кстати не желаете прокатиться? -

Одновременно с его словами вновь послышался лязг, и паук двинул вереницу платформ в обратный путь, не быстро, километров этак 15 в час.

-- Опоздали, - с сожалением констатировал Морнэмир и вернулся к тому на чем остановился ранее. - В общем месяц назад гномы навели меня на мысль использовать големов-пауков -- они таких вовсю пользуют у себя в городах и шахтах. Ну и я решил попробовать, тем более рельсы уже клали. -

-- Зачем? Если ты до этого про големов не слышал? - Таурохтар увидел противоречие в его словах.

-- Думал быков впрячь. А че? Двойка или четверка здоровенных бычар много чего может утянуть. Но с големом получилось лучше, рельсы закончили класть два дня назад, тогда же гномы собрали голема, так что слухи просто не успели появиться, а если и успели, то до вас не дошли. -

-- Дорого встал? И как тянет? - Анариэль интересовали более практические вопросы.

-- Как полста спецназовцев и сразу скажу: на поверхности его не получится использовать -- ему только ровные, очень ровные и прочные поверхности подавай, по сути только по камню и может нормально ходить. Полную загрузку не проводили, но по словам гномов минимум 300 тонн должон тянуть: 20 тонн сами платформы, значит 280 тонн чистого груза. -

-- Неплохо, - оценил способности голема Дримм, Анариэль тоже одобрительно покивала головой. - Вторую колею не хочешь протянуть? -

-- Зачем? Одной за глаза хватит, да и двум паукам будет труднее ворочаться в тоннеле. -

-- А без гномов он будет работать? - глянул в глубину тоннеля Таурохтар. -

-- Будет, - успокоил его Морнэмир. - Управление элементарное -- любой научится за пять минут, он вообще может все делать сам, а гномы пока с ним ездят на случай поломок -- вроде гарантийного периода. -

-- Обслуживание, сроки эксплуатации? - Анариэль что-то считала в уме.

-- Элементарное: заливай масло куда нужно, да меняй разряженный кристалл-амулет на новый, вот и все обслуживание. Если не будет внешних повреждений, то гномы твердо ручаются за век. -

-- Прекрасно! Значит надо брать, для всех трех городков, - Анариэль посмотрела на Главу. Дримм кивнул. - Собираешься такие же тоннели тянуть до замков? - снова вопрос Морнэмиру.

-- С Южным может быть и получится, - неопределенно высказался тот, а с остальными вряд ли, - и пояснил: - В ту сторону городское подземелье дальше всего тянется, да и почва годная, а вот с Восточным и Северным не получится, это как в Челябе строить метро -- придется десятки километров долбить сплошной камень. Самое обидное, что под самим местом будущего строительства ничего подобного нет: под Северным -- прекрасная глинистая почва -- строй и рой не хочу, под Восточным -- тоже камень, но много естественных пещер, а вот добраться до них под землей не получится. -

-- А что гномы? - напомнил о нанятых неписях-специалистах Дримм.

-- Да справятся гномы, - пожал плечами Морнэмир, - справятся и выдолбят нам тоннели... годков этак за пять-шесть. -

-- Ясно, - тема была закрыта, и больше фейри ее не поднимал.

-- Да, насчет Южного замка: как там строительство идет, скоро закончите? - Людмила не упустила возможности поинтересоваться судьбой первого из начавших месяц назад активно возводиться замков. Оно и понятно -- замок был определен под штаб-квартиру воздушных сил клана и во многом строился именно под них, разумеется с учетом будущего роста.

-- Да что ж такое?! - возмутился Морнэмир. - Только начали и уже КОГДА! Имей же совесть, мы даже дорогу от города до замка еще не закончили! -

-- У тебя ведь есть Дриммов гигантский портал! - невежливо ткнула в сторону фейри главная летунья.

-- Ну и что? Ну портал, да портал -- мы его загрузили на полную, больше сквозь него при всем желании не пройдет, это ведь портал, а не резиновый гандон. Поставили и телепорт, но с ним та же беда. На днях закончим дорогу и вдвое увеличим темпы строительства. -

-- И все-таки когда, хотя бы примерно? - не сдавалась желавшая какой-то определенности Людмила.

-- Примерно можно сказать, но только примерно, - неохотно пошел ей навстречу Морнэмир и пустился в подсчеты: - Дриммов портал будет еще месяц, и значит камень мы будем получать прямиком из старой цитадели, потом только по дороге, дорогу достроим день-два, двадцать тысяч зомби, шесть тысяч универсалов, восемь сотен неписей (Белки, привезенные Халлоном и Элемакилом переселенцы), четыре сотни телег запряженных быками, черви (квелья) уже постарались, так что грунт вынимаем легко, скоро частично присоединятся те, кто строил форты (военные городки) и строители дороги, тоже частично. - Некоторое время Морнэмир жевал губами, обдумывая уже про себя, а затем выдал: - Всего 6-8 месяцев, считая прошедший, через два месяца можно будет перевести большинство зомби на другие объекты-- работа станет для них сложноватой, а универсалов наоборот желательно добавить и портал бы хорошо из цитадели сохранить -- тогда может быть, МОЖЕТ БЫТЬ, управимся в полгода. -

-- Нет, с порталом все будет по плану: через месяц закрою и открою на месте строительства Северного замка, - обломал его надежды Дримм и спросил уже про другое: - Строительство города не потеряет темп, особенно когда начнем возводить два других замка? -

-- Да вроде не должно, - неуверенно ответил Морнэмир, да и ''вроде'' не внушало доверия. - Хорошо бы Анариэль не жидилась и больше выделяла монет на покупку универсалов. -

-- Монет тебе!? - огрызнулась Анариэль. - Больше универсалов?! - казначей передразнила Морнэмира. - Да вы и тех что мы покупаем не успеваете переварить, а в качестве низкоквалифицированной тупни вполне хватает и зомби!

Дримм вопросительно посмотрел на Морнэмира, и тот неохотно кивнул, но все же уточнил:

-- Все-таки можно немного увеличить закупки -- опытных заготовок стало больше, они присмотрят за новичками. -

-- Ладно, разберетесь между собой. Что с Северной и Восточной дорогой (к замкам)? -

-- До начала масштабного строительства закончим, даже начнем завозить стройматериалы, так что не придется как сейчас тянуть когда строительство уже началось. -

-- Добро, - кивнул Глава. - Морнэмир, Анариэль, более подробно обдумайте как не допустить падения темпов городского строительства, да и замков тоже. Через неделю доложите. -

Поговорив еще немного, игроки вернулись к тому зачем они здесь находились и, покинув подземелья, продолжили осмотр-приемку городка.

Малый плац, тренировочные площадки на открытом воздухе, дополнительный источник воды (помимо водопровода) в виде отдельного колодца, очень длинная полоса препятствий, протянувшаяся чуть не через весь городок, и почти такое же длинное стрельбище рядом с ней не вызвали нареканий, лишь одни похвалы в адрес Морнэмира и других строителей. Затем игроки посетили храм Трооатэны и вновь непредвиденная задержка -- несмотря на то что городок был еще не заселен, в недавно построенном храме оказалось полным-полно народу и шла служба, которую проводил жрец-заготовка. Разумеется Людмила, верховная жрица Трооатэны этих земель, не могла просто зайти и выйти, так что ей пришлось присоединиться к обряду и не просто присоединиться, а возглавить его.

-- А я и не знала, что заготовки посещают храмы, - тихонько шепнула на ухо Таурохтару пораженная увиденным Анариэль. Она имела ввиду несколько десятков присутствующих на службе спецназовцев (в том числе и тех что приехали с инспекцией), почти такое же количество универсалов и несколько эльфов-стрелков. Помимо заготовок в храме находились Белки, переселенцы из разгромленных варварами и орками королевств и фейри, последних было лишь немного меньше сотни, так же на службе стояли воин и убийца из игроков. Все присутствующие внимательно слушали Людмилу и в нужных местах творили священные знаки Трооатэны. - Зачем это им? - разумеется Анариэль имела в виду заготовок, а не неписей.

-- Ты же знаешь как заготовки обезьянничают, особенно в начале своей жизни, - также тихо отвечал ей Таурохтар, - да еще наши общаются с Белками и фейри, а те надули им в уши про важность храмов и богов. Вот заготовки и повелись -- начали посещать храмы, тем более им никто не запрещал, сначала походный в городе, а теперь и эти -- понравилось, втянулись, тем более в храмах бывает и вина нальют, и благословят, а от этого реально прибавляется сил хоть в работе, хоть в бою, да и просто красиво здесь. -

Тут Таурохтар был прав -- на фоне непритязательной походной жизни, что постоянно окружала заготовок со всех сторон, храм с его украшенными барельефами стенами, разноцветными мозаиками полов, расписанными красивыми картинами потолками, богато отделанным алтарем, благостной тишиной и приятными запахами (благовония) казался островком иной, лучшей жизни. Заготовки действительно втянулись, тем более вино, благословения, короткий отдых в их полном трудов и довольно не богатом на развлечения существовании позволяли им отдохнуть душой и сбросить напряжение, к тому же посещая храм они ощущали себя ближе к господам и не хуже неписей, а для осознавших себя заготовок последнее было очень важно.

Но вот служба подошла к концу, Людмила напоследок благословила толпу (по всем словно прошла теплая волна), и проверяющие смогли вновь заняться своими делами, на очереди стояли внешние укрепления городка.

Башни, стены, ров, тоннели для вылазок и ведущие на стены и вершины башен аппарели не вызвали нареканий, но породили новые вопросы у Таурохтара. Вообще с самого начала инспекции количество вопросов у него росло как пущенный с горы снежный ком, хотя бы те же башни, только башни -- слишком большие, слишком широкие, слишком низкие, с непропорционально на его взгляд неуклюже-большими боевыми помещениями внутри, толстыми, через-чур толстыми стенами везде... кроме бойниц, там наоборот слишком тонкий слой кирпича. Критическая масса была достигнута, и, стоя на одной из таких башен, рейнджер просто взорвался вихрем вопросов, обрушив этот вихрь на Морнэмира:

-- Зачем нужен дополнительный малый плац, если есть тренировочные площадки? Почему склады под центральным плацем имеют такую странную форму, да еще выложены камнем? Зачем из бань и мастерских сделаны отдельные выходы к конюшням, да еще такие широкие? Почему полоса препятствий и стрельбище тянутся через весь городок? Зачем такие широкие стены в домах? Почему такие низкие внешние стены и башни? Зачем такие широкие и мощные аппарели, мы что по ним слонов собрались гонять туда-сюда? Почему вершины башен не имеют крыши? Почему столь узкий ров и зачем его сужать ко дну? Почему ров только один и нет никаких других укреплений, хотя бы живой стены? Зачем такие капитальные конюшни? Нет, я понимаю коняшкам нужен простор, но там прямо дворцы, в то время как их седоки будут тесниться на двухъярусных нарах. Почему сэкономили кирпич на защите бойниц, ведь именно туда больше всего будут бить маги и камнеметы при осаде? Зачем столько пустого пространства в башенных казематах, устраивать балы? - Почему и зачем, зачем и почему -- Таурохтар еще в течении десяти минут перечислял замеченные им странности и непонятки.

-- Я тебе говорил, что он заметит, - Дримм напомнил Морнэмиру свои когда-то сказанные слова. Тот пожал плечами:

-- А я и не возражал -- если не знать, то тут столько всяких несуразностей, что и слепой бы заметил. -

-- И в чем причина всего этого, в чем смысл? - по лицам товарищей Таурохтар уже понял, что они не только не удивлены его вопросами, но наоборот довольны.

-- Объяснишь? - Морнэмир уступил честь Главе, в конце концов именно ему принадлежала сама идея, а ремесленник только воплощал ее в жизнь, тоже не мало, но именно Дримм мог лучше всего ответить на все эти многочисленные почему и зачем.

Людмиле и Анариэль тоже было интересно послушать, в отличие от практически никак не связанного со строительством Таурохтара, каждая из них знала часть ответов на интересующие рейнджера вопросы, но очень небольшую часть, и вообще общей картиной владели только Дримм и Морнэмир.

-- Присаживайся, и все присаживайтесь, разговор будет долгим, а в ногах правды нет, - предложил товарищам Дримм и первым присел на банкет (стрелковую ступень). - Надеюсь вы помните, куда мы направляемся и что нас там всех ждет? - риторический вопрос не требовал ответа, зато давал нужное направление мыслям. - В отличие от того же города, здесь в принципе не будет посторонних и значит можно внедрить многое из военного опыта Земли, а если не внедрить, ''Основа'' все-таки наблюдает, то приготовить для этого внедрения почву. Короче, я постарался заложить в форты как можно больше возможностей для последующей модернизации и пусть по стоимости вышло дороже (слова Главы кивком подтвердила Анариэль), но в будущем это окупится нам стократно и сэкономит кучу сил, времени и средств. -

Дримм задумался на несколько секунд, а затем обвел рукой все видимое с башни пространство форта-городка.

-- Вот это вполне годная к обороне крепость: есть неплохие укрепления со рвом, все необходимое для жизни не менее чем 20-ти тысяч бойцов и обслуживающего персонала, собственный источник воды, подземная связь с городом, конюшни на 10 тысяч лошадей, мастерские, где можно чинить и делать оружие, обширные склады для любых запасов на несколько лет. Да, пока склады пусты, в арсеналах нет оружия, а в конюшнях лошадей, но вскоре это изменится. И в то же самое время вся эта крепость -- редюит, общий опорный пункт, цитадель еще даже не построенной крепости. -

-- Это как? - немного наивно спросила Анариэль, пытаясь понять, о какой такой крепости говорит Глава, а вот Таурохтар похоже что-то понял (сказалось военное образование) и даже вспрыгнул с банкета на парапет и новыми загоревшимися пониманием глазами оглядел форт.

-- Бастионная система?! - рейнджер практически не спрашивал, а утверждал.

-- Она родимая, - улыбнулся уголками губ Дримм. - Там, там, там и там, - фейри встал на парапет рядом с эльфом и последовательно тыкал пальцем, - если понадобится, встанут бастионы, можно из камня, можно из кирпича или комбинировать, все как положено с равелинами и полосой обеспечения перед каждым из них: рогатки, колючка, валы, в том числе и гласис, передовой и основной рвы, мины и перед, и во рвах, и за ними, перед крутиной и люнетом. Горжу каждого бастиона можно будет простреливать со стен основного форта, а с башен -- внутренности и стены самих бастионов, по башне на бастион. В то же время, благодаря тому что господствующая высота самого форта будет не большой, штурмующим придется сильно постараться, чтобы обстрелять его прежде бастионов -- за редким исключением все пущенные по настильной траектории ядра или снаряды достанутся им. -

Таурохтар с горящими глазами жадно обозревал чуть понижающееся поле вокруг городка, как в живую представляя себе все что описал ему фейри, а затем нахмурился и повернулся к нему.

-- А какого...?! - с губ Таурохтара едва не сорвалось ругательство, но он удержался. - Почему не построены внешние укрепления, а только один городок и узенькая канава перед ним?! Где все описанное тобой великолепие?! -

-- Зря ты так про ров, - Дримм вновь присел на банкет, - пусть он невелик, но преодолеть его ой как не просто. Кстати, - Глава клана обращался к Морнэмиру, - почему не одели его в кирпич, вроде договаривались? -

-- Земля крепкая, так что три-четыре года он может и так постоять, а сейчас и других дел хватает выше крыши. Когда закончим замки, высвободится много рабочей силы, тогда и доведем до ума. -

-- Смотри, - не очень одобрительно отозвался об инициативе Морнэмира Глава, но не стал заострять на этом внимания. - Значит так: во рву газовые мины, газ тяжелый, потому сильно дальше рвов не пойдет, разлагается он быстро, но всех, кто спрыгнет в ров и метрах в 20-ти вокруг него, убьет гарантировано. -

-- А если кинуть доски поверх рва и по ним? Говорю же сильно узкий! - Таурохтару показалось, что он нашел слабое место, но обстоятельный ответ Главы развеял его скоропалительное заблуждение:

-- Мины можно активировать дистанционно, ну а газ не только ядовит, но и горюч -- он точно также убьет всех, а мы пустим огонька, и все что они там перекинут через ров сгорит вместе с трупами -- чисто и гигиенично. Под каждой из башен есть лаз в ров, специально для установки новых мин. Помнишь рядом с тоннелями для вылазок небольшой металлический люк? - Таурохтар кивнул. - Вот это и есть лаз. -

-- Со рвом все ясно -- был не прав, но ты не ответил, почему мы не строим и похоже даже не собираемся строить сами бастионы со всем что положено, а построили только центр? -

-- А самому подумать? - Дримм не стал облегчать ему задачу.

Таурохтар задумался на несколько минут, задумались и Людмила с Анариэль, но первым догадался, попал в девятку (но не в десятку) все-таки рейнджер:

-- Без артиллерии система бастионов ничего не стоит? -

-- Почти правильно, - похвалил его Дримм. - Да нет -- правильно, - тут же поправился фейри, - без артиллерии, причем достаточно развитой как с нашей, так и с противоположной стороны вся это городьба с бастионами и всем сопровождающим их оркестром -- лишняя трата ресурсов, но главная причина в другом. Если мы начнем все это городить, то любой кто поймет ЧТО мы здесь строим, сразу, СРАЗУ, поймет что тут что-то не так и начнет присматриваться к строительству, да и к нам повнимательнее. Оно нам надо? Так что все кроме городка только схемы и расчеты. Да и неизвестно пригодится ли нам в будущем настолько мощная оборонительная система, а что попроще можно сварганить или быстро за месяц, или очень быстро за два-три-четыре дня. -

-- Это как-так? - наморщил лоб Таурохтар.

-- Быстро -- те же бастионы со всем необходимым, только строительный материал -- земля, можно срубы поставить и изнутри, и снаружи засыпанные землей, но можно обойтись и одной землей. Тут у земли даже есть преимущество перед камнем -- земля лучше принимает ядра и не допускает рикошетов, а если осколочные снаряды, то будет меньше осколков, да и фугасное действие частично погасит, для зажигательных земля почти такой же ''друг'' огня как и вода. Те же самые рвы, только без каменной одежды, которая по сути и нужна-то только для долговечности и удобства их обслуживания. Те же самые засеки, колючка, мины, ловушки -- в общем все ''радости'' пехоты. Те же самые валы как от пехоты, так и как передовая защита от ломовых батарей. По идее все то же самое, только быстро и не больше чем на год-два, потом или сносить все на хрен и строить все то же самое, но по серьезному, или каждый год мучиться весной, или просто снести и забыть, а если снова возникнет нужда, поставить новое. -

-- Укрепление на одну кампанию, вроде того что было у нас в Хлебной, - уловил суть Таурохтар, - а форт это ядро, как тогда были укрепления рудника? -

-- Верно. -

-- А очень быстрый вариант?

-- Минные поля вокруг форта, фугасы во всех удобных для постройки осадного лагеря и установки артиллерии местах, перед стенами и башнями вал, за ним ров и заодно передовой ров перед газовым, ну и колючка, рогатки по возможности. Еще и в первом, и во втором случае -- живые стены, если уж в Хлебной меньше чем за сутки справились, то за два-три дня сам бог велел. А представляете что можно сделать за месяц...? -

-- Черный лес на пике его рассвета! - пошутила Людмила. - Любая ''красная шапочка'', которая туда зайдет, обратно не выйдет! -

-- Примерно что-то такое, - усмехнулся на ее слова Дримм.

-- Может не стоит вообще связываться со всеми этими бастионами и тратить столько сил и средств? - закинула удочку Анариэль и пояснила свои слова: - Я конечно не такой специалист в военном деле как вы, но мне кажется, что для 16-17-18-ого веков итак сойдет. Если что, сделаем времянки, а если лет так через сто нам понадобятся настолько мощные укрепления, то мы уже проиграли и только оттягиваем неизбежное. -

-- Ты права, - согласился с ней Дримм, - но я все равно перестраховался и постарался предусмотреть как можно больше вариантов, в том числе если нам придется противостоять армии, вооруженной современным или близким к современному оружием. -

-- И что тогда? - оживился Таурохтар.

-- Окопы, колючка, ДЗОТы, мины -- все в несколько рубежей. Сам форт -- последний рубеж и склад боеприпасов. Расширяем ходы для вылазок и на месте выходов ставим ДОТы или те же ДЗОТы, только бы было чем их вооружить, на худой конец всякие кронверки с блокгаузами и прочие редуты. Повторюсь, только было бы чем все это оснастить. -

-- Ты давай не пугай нас, дедуля! - не выдержала мрачной картины Людмила. - Какие еще ДЗОТы, ДОТы и окопы в 16-17 веке?! Ты еще танки, самолеты и атомную бомбу вспомни -- милитарист! Ты хоть подумал, что города имеют тенденцию расти!? И лет через пятьдесят, а может и раньше, все что мы с твоей подачи нагородим окажется не вне города, а внутри него?! И тут Анариэль права: если через сто-двести лет возникнет необходимость в таких мощных постоянных укреплениях, то мы в жопе или по крайней мере на пути в нее! А от всяких дикарей или даже армий 16-17-ого века хватит и того что есть, в самом пиковом случае за глаза хватит быстрого и очень быстрого вариантов, но все же лучше до такого не доводить. -

-- Слушайте, а я понял про башни! - неожиданно подскочил на месте Таурохтар. - Такие большие помещения -- для казематов под орудия, а тонкий слой кирпича вокруг бойниц -- чтобы потом легче было делать амбразуры! Я прав?! -

-- Прав-прав, - машинально кивнул обдумывавший слова Людмилы Дримм. Он и сам понимал, что порой его сильно заносило, но так приятно наконец-то было поработать по любимой специальности, которой он отдал полжизни, что он просто не мог остановиться, тем более многое так и осталось только на бумаге, так что не так уж он и переборщил.

-- А остальное?! - чуть не взвыл снедаемый любопытством Таурохтар. - Как ты сам говоришь, колись -- интересно же! -

-- Мне тоже! - как в школе подняла руку Анариэль.

-- Да и мне, - не отстала от нее Людмила.

Дримму и самому хотелось похвастаться своими придумками, особенно после неоднозначной реакции на идею с бастионами, так что он начал перечислять:

-- Такие толстые наружные стены это общий тренд 16-17-ого веков -- высокие замковые стены вышли из моды, и все строят таких вот низеньких толстячков: меньше площадь поражения ядрами, лучше тем же ядрам противостоят, их можно спрятать от артиллерии за валы и любые другие передовые укрепления, да и фланкирующий огонь к тому времени уже почти отучил кого бы то ни было атаковать стены с лестницами в руках, по крайней мере пока из башен могут стрелять вдоль стены. Башни построены в том же тренде что и наружные стены, к тому же мы не знаем характеристики орудий, что будем там размещать, но в любом случае широкие казематы пригодятся хоть под примитивный дымарь, хоть под пулеметы, хоть под что посерьезней. Мне кажется получилось хорошо -- три уровня размещения орудий: подошвенный, средний и верховой. На верхней открытой площадке тоже можно размещать орудия, причем любой тяжести -- выдержит, выдержит и отдачу, хоть от тяжелой гаубицы, хоть от зенитки до 100 и больше миллиметров. По аппарелям можно и грузовик со снарядами, и танк гонять, к тому же аппарели послужат дополнительной кирпичной крышей для артиллерийских погребов под каждой из башен. Из малого плаца выйдет прекрасная площадка для грифонов или, если доживем, для вертолетов. Из полосы препятствий и стрельбища -- взлетно-посадочная полоса для легких самолетов. В стенах зданий, да и башен с внешними укреплениями оставлено место для систем кондиционирования или отопления, смотря что понадобится, ну и для любых кабелей. Насчет конюшен могли бы и сами догадаться, особенно ты, - Дримм испытующе посмотрел на Таурохтара. - Если догадаешься, то как нить из клубка вытянешь и зачем нам такие большие бани, да еще и под землей, и зачем отдельные и настолько широкие пути из мастерских и бань прямо к конюшням. Ну...? Догадайся, ведь не так уж и трудно. Пандусы...? - почти подсказал рейнджеру Дримм.

-- Гаражи для техники? - неуверенно предположил Таурохтар.

-- Молодец! Я в тебе не сомневался. Там только стойла снести и все -- можно ставить что угодно. -

-- А бани под склады ГСМ или снарядов, - уже более уверенно продолжил Таурохтар. Мастерские -- мастерские и есть -- подземные мастерские для ремонта техники. -

-- Говорил же догадаешься -- несколько отдельных изолированных помещений глубоко под землей. Все как положено для раздельного хранения топлива и снарядов. Если сильно припечет, технику из гаражей также можно загнать под землю. Ну про самые глубокие и большие склады итак понятно -- и склад, и бомбоубежище, и резервный командный пункт, и жилье на длительный срок, на тот случай если все наверху будет уничтожено. Да, и еще, - вспомнил кое-что Дримм, - стойла можно не только снести, но и уплотнить, как минимум вдвое увеличив количество размещенных в них лошадей. -

-- Последний вопрос: зачем склады под большим плацем выложены камнем? -

-- Тоже мог бы догадаться. - Дримм опять практически подсказывал: - Выложенные камнем вертикальные шахты, сверху замаскированы. Ну...? Все же очевидно! -

-- Да неужели...!? - глаза Таурохтара стали как бильярдные шары -- такое было слишком даже для него.

-- Они самые -- ракетные шахты! - не удержался и самолично с плохо скрываемой гордостью озвучил догадку рейнджера Дримм. - Шахты прикрывают стальные люки в полметра толщиной, сверху земля, всего восемнадцать шахт, хоть ''Сатану'' в них запихивай (Р-36М), хоть что посерьезней. -

-- Ну ты даешь, Глава! - только и смог произнести пораженный до глубины души рейнджер, судя по открытым ртам и ошарашенным лицам девчонок те были с ним полностью солидарны.

Некоторое время Таурохтар молчал, переваривая услышанное сегодня, Дримм наслаждался открывавшимся с башни видом законченного форта, а Морнэмир, Анариэль и Людмила спорили, пытаясь понять полезны или нет придумки Главы. В конце концов сошлись на том, что скорее полезны чем нет, особенно возможность модернизировать здания и внутренности башен, да и отдельная площадка для грифонов и столь обширные склады, мастерские и конюшни не пропадут зря, даже если их использовать ТОЛЬКО по прямому назначению.

Внешне игнорировавший разговор, а на самом деле внимательно к нему прислушивавшийся Дримм облегченно и незаметно вздохнул -- все-таки он переживал, понимая что его довольно сильно занесло, да еще он пусть и невольно, но подставил Морнэмира, который без возражений воплощал все его капризы в камень и кирпич.

-- А город? - неожиданно отмер Таурохтар. - В смысле городская стена. Как с ней быть? -

-- И что с ней не так? - ну почти искренне удивился Дримм, еще больше бы он удивился, если бы Таурохтар не задал этого вопроса.

-- Ведь всю городскую стену не реально прикрыть такими бастионами, а если получится, то это какой же гарнизон должен быть...!? -

-- Открою тебе ТАЙНУ, - Дримм огляделся по сторонам, заговорщически наклонился к Таурохтару и слегка понизил голос. Таурохтар заинтересованно напрягся, а остальные прервали свой разговор и тоже прислушались. - Мы уже строим эти укрепления (Морнэмир удивленно поднял бровь, а Анариэль нахмурилась), даже больше того -- первое уже достроили... ТЫ В НЕМ СЕЙЧАС СИДИШЬ! -

Таурохтар не обиделся на шутку и смеялся вместе со всеми, а тем временем Дримм напомнил общую концепцию обороны города и заступился за городскую стену:

-- Три замка -- дальние подступы, три форта -- ближние, а городская стена для того, чтобы город не взяли нахрапом, просто-напросто обойдя и замки, и форты. Да и не стоит недооценивать городские укрепления: ров, живая стена, толстая главная стена из блоков размером с дом, которые сделаны из камня, что в три с лишним раза прочнее гранита -- немало по любым меркам. Как и здесь башни городской стены вынесены вперед, так что так же есть возможность вести огонь вдоль стен. Боевые помещения не такие большие, но и уровней там 6, а не 3 и в каждый, если постараться, много чего можно впихнуть. Еще, можно усилить стены по тому же быстрому варианту: вал у самой стены, пару дополнительных рвов, засеки, мины, колючка. Ты учитывай, что только в конце 19-ого века появилась артиллерия способная пробить такой прочности стены, и то появилась она не сразу, а последовательно, сначала орудия, потом снаряды, потом взрывчатка. Да и таким орудиям придется долго-долго ковырять дополнительное препятствие в виде живой стены и, если будет, земляного вала. -

-- А если бомбардировка с воздуха? - кинул предположение Таурохтар.

-- Защитники города и мирное население уйдут под землю, зря что ли у нас там такие подземелья -- население трех таких городов можно вместить, а то и четырех, но стены это все-равно не поможет взять. Тут или использовать особо мощные снаряды со специальными очень тугими взрывателями, чтобы пробивали и живую стену, и землю вала, а взрывались только ударившись о камень, или сначала сжечь живую стену, потом раздолбать фугасами или взорвать вал, и только потом приступать к обстрелу стены. И первый, и второй вариант займут кучу времени, потому что в любом случае живую стену придется уничтожать отдельно, хоть до, хоть после, и в любом случае придется засыпать ров или рвы. -

-- Смешно, - неожиданно хихикнула Анариэль и, увидев недоуменные взгляды друзей, поспешила объясниться: - Я тут в свете наших планов начала в реале почитывать книжонки про разных засланцев-попаданцев. Сейчас как раз читаю вещицу про русско-японскую войну: там какие-то умники вроде наших Тота с Созерцателем засунули разум любителя военно-морской истории в тело капитана ''Варяга'' как раз перед тем, как корабль принял свой последний бой, и он там наворотил -- умыл самураев и уплыл весь в белом, потом и вовсе чуть не в одиночку выиграл войну. Так вот, там главной, одной и главных, была проблема слишком тугих взрывателей у русских снарядов -- пробивали броню японских кораблей насквозь и не взрывались. Мне и смешно -- против нашей городской стены эти бракованные снаряды пришлись бы к месту и переделывать ничего бы не пришлось. -

-- ''Дорога ложка к обеду'', - пожал плечами Дримм. - Ничего тут смешного не вижу. Не знаю правда написанное или нет -- никогда не интересовался этим вопросом, но верю что могло быть -- у нас такое головотяпство всю жизнь. Морячкам в русско-японскую еще повезло -- у них хотя бы броню пробивало, а вот мне дед в детстве рассказывал, что в самом начале Отечественной снаряды к противотанковым сорокопяткам разбивались о броню фрицевских танков как стеклянные. -

-- Я тоже кое-что такое слышал, - перебил главу Морнэмир, - и тоже от своего дедули. Только там речь о бронеспинках в самолетах шла... -

-- Все, брейк! - буквально взорвалась Людмила. - Вы куда нас завели!? Отечественная! Русско-японская! Бомбардировки городов! Снаряды! Танки! Фрицы! Тугие взрыватели! Книжные попаданцы! Выдержит ли городская стена артиллерийский обстрел! Вас послушать, так мы готовимся оказаться прямо в центре Курской дуги: слева немцы, справа наши, а посреди мы торчим! Так вот НАПОМИНАЮ: МЫ отправляемся в 16-17 век и вообще мы тут собрались форт принимать, а не рассуждать о всякой фигне! Вы тут перезаражали друг друга милитаризмом и забыли о деле! -

-- Жрица бога войны обвинила мага, воина, рейнджера и ремесленника в милитаризме -- звучит как начало анекдота, - схохмил Морнэмир, но по сути Людмила была права, и Дримм предложил подвести итоги и решить принимать форт в эксплуатацию или нет и какие есть по нему замечания.

-- Меня все устраивает, - первой высказалась Людмила. - Молодцы (Дримму и Морнэмиру), что не стали заходить слишком далеко в своих фантазиях. -

-- Ничего не скажешь -- капитальное строительство, еще и с возможностью модернизации, еще и с ''метро'' -- не зря деньги потрачены! - похвалила работу Анариэль. -

-- Лучше большинства военных городков, в которых я жил и служил, - последним оценил работу Таурохтар, но все-таки высказал претензию, хотя скорее пожелание: - Но передовой ров перед основным желательно бы сделать и живую стену посадить. -

-- Можно, - покладисто согласился Морнэмир. - Когда будем ''одевать'' ров, сделаем.

-- Тогда у меня все, - не стал настаивать на немедленном исполнении его требований Таурохтар и тут же задал вопрос по существу: - Когда можно будет заселять спецназовцев? -

-- Да хоть завтра, - ни минуты не раздумывая ответил ему довольный Морнэмир. - Воду уже подключили, сегодня весь день и ночь будут возить всякую мелочовку вроде белья и осветительных шаров, ну и продукты на кухню. -

-- Прекрасно, тогда чем раньше, тем лучше? - Таурохтар вопросительно посмотрел на Главу.

-- Не спеши, - осадил торопыгу Дримм. - Предлагаю поставить на это дело Октарона, пусть он тут пару дней-недельку поживет-осмотрится, оценит готовность персонала и всего остального и только тогда когда он даст добро, начать переселение спецназовцев из старой цитадели. -

Возражений не возникло и минут через пять, обсудив еще пару дел, игроки разошлись: у Людмилы имелись какие-то дела в храме, Анариэль припало прокатиться на големо-пауко-экспрессе, Таурохтар захотел уже в одиночестве пройтись по форту, а Дримм и Морнэмир беседуя не спеша потопали к коновязи.

-- Когда в следующий раз встретимся? - спросил Дримм, имея ввиду строительство двух других подобных городков.

-- Скоро, - порадовал Главу ответ Морнэмира, - до конца месяца сдадим второй, а к середине следующего и третий, так что думайте кем их заселять. И, Дримм, ты давай поскорей определяйся с Восточным замком -- в Южном Людмила со своими летунами, в Северном Королева (Туллиндэ) с трупорезами (некромантами) и этими вашими с ней ''Несущими смерть''. Ничего пооригинальней придумать не могли? - немного отвлекся Морнэмир, но быстро вернулся к сути: - А с Восточным полная неясность. Я понимаю, что только через три месяца начнем его строить, но желательно хотя бы за месяц знать, что и для чего. -

Дримм тогда успокоил главного строителя клана и пообещал ему выполнить его пожелание, хотя в тот момент и сам не представлял, каким будет Восточный замок и кто станет его основным хозяином. Хотя у него и были варианты -- как в Северном будут хозяйничать некроманты, так и Восточный отдать под патронаж магов или друидов. Впрочем судьба распорядилось по своему: маги и друиды пролетели с жилплощадью, а Восточный заселили совсем другие существа -- те, кого на Земле прошлого за дело прозвали ''Ужасом степи''.

Глава 32

Пустые земли между чащобами предков и степью.

Конец четвертого дня пути.

Дагаркхал Наносящий Много Ран -- вождь союза племен Лесов Заката.

Бег... Бег... Бег... Бег сквозь чащу.... Бег по стволам упавших деревьев... Бег, когда мышцы устали и просят пощады, но все равно бег... Хищная кошка с клыками как сабли прыгает с высоты -- в воздухе ее встречает копье, у земли второе, на земле топор отрубает ей голову, но ни что из этого не прерывает бег... Стадо кабанов едва успевает убраться с пути 3-х сотен воинов, а вдалеке удирает стайка косуль, и те, и другие -- вкусное мясо, но ничто не может остановить бег, и мясо удирает на своих ногах... Бег... Прямо на пути ''пасти'' (боевого отряда) встает шош -- покрытый иглами зверь размером с большого медведя: ''пасть'' не останавливаясь обтекает его с двух сторон, летят тяжелые копья. Полсотни охотников ненадолго отстанут от основного отряда -- вытащить копья и нарезать мясо ровно на 300 истекающих кровью полос. Вскоре они догонят ушедшую вперед ''пасть'', копья вернутся к владельцам, а мясо пойдет по рукам -- продолжается бег... Сотни блестящих от пота тел скользят сквозь притихший лес, и смерть ждет всякого кто в станет у них на пути, не по злобе, не из-за голода, не ради добычи, просто ничто не должно остановить стремительный бег к цели... Бег -- раз в два часа отмеченный духами шестипалый шаман-карлик, которого несут на руках двое бегунов, читает заклинания выносливости, раз в девять часов каждый воин делает глоток зелья из особой берестяной фляги, раз в сутки каждая десятка воинов имеет право отстать, сделать стыдные дела и догнать ушедшую вперед ''пасть'' -- такой бег продолжается четвертый день подряд, и три ночи без сна уже позади... Ничто не может остановить или замедлить личную ''пасть'' великого вождя... Бег... Бег... Бег...

Восемь месяцев назад великого вождя Дагаркхала одновременно посетила милость богов, и случилось великое горе: радостью стало рождение сына у молодой недавно взятой в род жены, а горем -- исчезновение сразу двух старших детей, наследника и его сестры-близняшки. Горе отравило великую радость и погрузило потерявшего детей молодого отца в сумрак и боль неизвестности. Лучшие следопыты, преданные друзья, сильнейшие шаманы -- все пытались выяснить судьбу пропавших детей -- не сумели, и великий вождь не знал радоваться ли ему, что холодные тела его детей так и не смогли найти или горевать от того, что дочь и сын останутся без достойного погребения, а сам вождь так и не узнает над кем свершить жестокую месть.

Бег... На пути ''пасти'' возникло неожиданное препятствие -- болото, которого судя по меткам не должно было быть, или по крайней мере не было здесь год назад. Невеликое болото, но обходить его много часов, возможно даже полдня. Приказ вождя и ''пасть'' пошла напрямик! Шаман прочитал заклинание, воины издали одновременный боевой рык, и в воду полетели подожженные комки трав -- болото вскипело сотнями спешащих убраться прочь змей и других тварей, ну а тех кого не отпугнули ни рык, ни заклинание, ни тлеющие травы прикончили копья и топоры воинов, что ловко запрыгали по не успевшим сгнить древесным стволам. Воины прыгали со ствола на ствол, как мяч перебрасывали друг другу недовольно верещавшего шамана, били копьями вниз, пробивая шкуры не пожелавших уйти тварей, иногда 2-3 воина спрыгивали в мутную воду, и топоры заканчивали работу копий. Бывало и твари лезли наверх, тогда брошенное умелой рукой копье или даже два прикалывали рычащие, не желавшие умирать тела к древесным стволам, а воинам не приходилось спускаться по пояс в грязь для того чтобы обагрить топор. ''Пасть'' прошла болото без потерь, лишь оставив в нем три десятка копий, но ничего -- не зря каждый из воинов нес с собой по два копья. ''Пасть'' вновь набрала скорость, безостановочный бег продолжался...

Четыре дня назад неожиданно ожил полу-заброшенный ''круг голосов'' на границе пустых земель и через такой же ''круг'', но в главном поселении сильнейшего племени союза передал удивительные вести: оказывается детей вождя похитила одна из банд пустых земель, затем банда перешла дорогу клану Красного Дракона, была им уничтожена, и теперь клан желал вернуть детей обеспокоенному отцу. Сообщение передал отпущенный Драконами пленник-изгой, член другой банды, так же разбитой этим малоизвестным в чащобах кланом. Если бы все зависело от измучившегося неизвестностью отца, то он немедленно бросился бы за своими детьми, тем более Драконы установили жесткий срок -- 10 дней, 4 из которых отпущенный пленник добирался до ''круга голосов''. Но даже такой могучий вождь как Дагаркхал не мог решать все в одиночку, и целый день был упущен зря. Ну как зря? Собрался совет старейшин племени и целый день, хотя с другой стороны всего лишь день, решал как племени поступить. Сперва старейшины обсудили все что племени было известно о Драконах, неожиданно оказалось, что знали старейшины не так уж и мало: не самый большой клан из разных изгоев эльфийского и орочьего народов, но сильный и богатый, прославившийся удачной войной в Гоблинских горах. Немалую славу клану приносил и его Глава -- в отличие от большинства членов клана не эльф и не орк, а представитель почти вымершего народа фейри. Но не расой был знаменит Глава Драконов, а тем что единственный из ныне живущих сумел убить бога. Потом умудренные опытом старцы пытались понять, что Драконы могут потребовать за детей их вождя, обсуждали не может ли сообщение быть ловушкой и Драконы тут вовсе не причем, а в условленном месте вождя встретит засада враждебных их союзу племен или тех же бандитов. Один из старейшин сообщил о ходивших последние месяцы слухах из пустых земель: будто бы от обитавших там банд изгоев перестали приезжать торговцы, а вместо них прибежали немногочисленные беглецы, что с ужасом в глазах рассказывали о золотом стяге с красным драконом на нем и о смерти, что повсюду сопровождала этот стяг. За тот день было сказано немало слов и произнесено несколько страстных речей, и в конце дня под бешеным напором вождя родилось решение: вождь и его личная ''пасть'' из 300 лучших бойцов союза отправится сперва к передавшему сообщение ''кругу голосов'', а затем к условленному месту, ну а старейшины соберут столько воинов, сколько сможет, успеет за пять дней выделить союз племен, и через пять дней эти воины последуют по следам личной ''пасти'' вождя. Не прошло и часа как вождь и его богатыри-герои выступили в поход, и начался БЕГ...

Бег... На пути у ''пасти'' оказалось небольшое становище изгоев. Дозоры изгоев успели поднять тревогу, и личную ''пасть'' вождя встретил наспех сбитый строй из 6 с лишним сотен воинов-мужчин.

Карлик-шаман сказал несколько слов -- вокруг воинов союза возникла сиреневая пленка, и уже летящие стрелы отскочили от нее как от каменной стены.

Пришло время копий и топоров, время неравного боя и пусть изгоев было в два раза больше, неравного именно для них, ведь против них сражались лучшие воины союза сорока племен и вождь этого союза -- лучший воин среди них всех.

Дагаркхал послал копье в голову врага, не глядя на результат послал и второе, отклонил прилетевшее уже в него копье щитом, увернулся от метательной палицы, отбил другую щитом, а затем ворвался в строй врагов, закрутившись в нем несущим смерть вихрем... Удар топором -- нога прочь! Взмах щитом -- вспоротый отточенной кромкой живот! Тычок навершием топора -- одним врагом меньше, а на коротком острие некоторое время болтался кровоточащий язык! Снова лезвие -- упала сжимавшая меч рука! Опять лезвие -- хрипящий воин с разрубленным по вдоль хребтом не может больше сражаться! И снова безжалостное лезвие топора -- рассеченное бедро! Щит -- начисто снесенная челюсть! Топор -- заточенный крюк прорвал кожу, вырвал ключицу и несколько ребер! Щит -- от могучего удара враг улетает прочь, сбив по пути еще двоих! Топор -- перерубленное у острия копье! Щит -- и новый вскрытый от ребер до ребер живот! Топор -- раздробленный обратной стороной локоть! Вождь по имени Наносящий Много Ран оставлял за собой действительно МНОГО РАН, но сам не получал ни одной!

Не отставали от своего вождя и другие воины: вот могучий Кургхат, тот кто не смог бы ходить, если бы надел на себя клыки всех убитых им чудовищ, разрубал врагов напополам, в отличие от вождя он не наносит ран -- каждый его удар нес смерть; вот стремительный Хайклан, чьим именем пугают детей в так называемых цивилизованных городах, змеей стелится по земле и никому еще не удалось отразить его всегда неожиданный, подлый и внезапный нижний удар копьем; вот благородный Тикхал, младший брат вождя второго по силе племени союза, спешит будто боится куда-то опоздать и срубает уже шестую голову в скоротечной схватке. Каждый воин из личной ''пасти'' вождя немногим уступал этим троим -- изгои были обречены.

Стальные зубы безжалостной ''пасти'' перемололи всех, не пожалев ни воинов, ни женщин, ни детей -- через несколько минут за спиной у удалявшейся ''пасти'' осталось не разграбленное становище, горы мертвых тел и немногие живые из тех, кто не мешал движению, не кричал, не путался под ногами и не пытался сражаться, а с самого начала неподвижно и тихо-тихо лежал на земле. Бег продолжался...

Два дня, всего два дня, нет не так, день, ночь, день и половина ночи понадобилось Дагаркхалу и его воинам чтобы преодолеть путь, который в обычное время занимал не меньше десяти полных дней, и достичь окраины пустых земель, того самого ''круга голосов'', откуда пришла полная надежды весть. Встретивший вождя изгой подтвердил свои слова, передав вождю послание от сына, то что знали только отец и сын и не мог знать посторонний, конечно мальчишку могли пытать, но в сердце отца ярким пламенем вспыхнула надежда. Дагаркхал наградил изгоя браслетом со своей руки, правом вернуться в чащобы предков и жить на землях союза, а ''пасть'' продолжила свой бег, все дальше и дальше углубляясь в пустые земли.

*

''Круг голосов'' -- общая система связи варварских племен на континенте. Каждый ''Круг'' -- немалых размеров постройка, сложенная из диких или слегка обтесанных камней, крыша из неошкуренных стволов деревьев, сверху обычно земля, бывает на ней растет мелкий лес. Единственный длинный вход-коридор приводит в центральный зал, где стоит единственный же предмет -- каменный постамент с полностью очищенным от мяса черепом живого существа наверху. По всей окружности зала находятся входы в небольшие камеры, в камерах так же не густо с обстановкой -- единственное грубое, мутное, почти не пригодное к обычному использованию зеркало из слюды. В зависимости от размеров ''Круга'' камер от десяти до ста. Каждый ''Круг голосов'' имеет собственное уникальное имя, а каждая камера номер. В черепе на постаменте живет дух -не дух, нежить-не нежить -- в общем созданное с помощью магии существо, существо способное только на одно -- устанавливать связь с подобными ему созданиями. Желающий использовать силу ''Круга'' должен подойти к черепу, положить руку на гладкую кость и четко произнести название того ''Круга'', с которым он хочет установить связь, произнести свое имя и имя того, с кем он хочет говорить. Если нужный абонент присутствует на той стороне, огнем полыхает номер над одной из камер, соответственно полыхает номер над камерой на той стороне, и желающие пообщаться могут не только поговорить, но даже увидеть друг друга. Если же желающего поговорить никто не ждет, можно оставить сообщение служителю ''Круга'', обычно молодому ученику шамана, реже калеке, который живет милостью тех, кто использовал силу места. Ученик или калека не дает лесу и глупым лесным тварям проникнуть в помещение, принимает сообщения, следит за чистотой внутри и разумеется следит за сохранностью черепа.

*

Бег... Трехсотенный отряд бежит четвертый день и второй не по своей земле: вождь спешит, боится не успеть, ведь восемь из отведенных десяти дней уж прошли, он не знает что сделают с его детьми Драконы когда срок истечет, а потому все подгоняет и подгоняет воинов и себя. Бег...

И вот она наконец заветная цель -- холм посреди открытого пространства между двух дубрав и изгиба реки. Воины смогли попадать на листву и отдохнуть -- зелья зельями, заклятья заклятьями, но беспрерывный четырехдневный забег дался нелегко каждому из них. Лишь вождь и несколько его ближайших соратников не последовали примеру остальных, а осторожно прокравшись к краю принявшей ''пасть'' дубравы, внимательно уставились на то, что открылось их глазам....

Любой взгляд сразу же приковывал к себе укрепленный на вершине холма флагшток -- широкое полотнище с расправившим крылья красным драконом на фоне золотого солнца трепетало на ветру. Дагаркхалу стоило больших усилий немедленно не бросится вперед и лишь стиснутое до хруста древко знало, как близко он был к способному погубить и себя, и детей, и верных воинов поступку. Но вождь не зря стал вождем -- он все-таки совладал с собой и, разжав посиневшие пальцы, продолжил смотреть... пока только смотреть. Помимо флагштока невысокий и пологий холм уродовало шесть жердяных платформ, что торчали из него как козырьки, на каждой из платформ находилось не меньше двух вооруженных луками людей. Нет, не людей, гораздо хуже -- эльфов, а ведь каждая из платформ могла принять до двадцати стрелков. 120 стрелков-эльфов -- страшная сила, способная заставить считаться с собой даже личную ''пасть'' вождя. Если бы вместо эльфов были люди, а у его воинов большие щиты, то еще можно было бы о чем-то говорить, но у них есть только легкие щиты из двух слоев кожи -- в прямой атаке на открытом месте 120 эльфов перестреляют их за пару минут. Вождь с надеждой взглянул на шамана -- мудрый карлик без слов догадался, о чем хочет спросить его вождь, и отрицательно покачал своей большой головой:

-- У них не меньше восьми магов и 3-4 друида, все друиды сильнее меня -- я не смогу сделать проход, - шаман имел в виду живую стену, что окружала воинский стан. - Маги тоже сильнее -- я не смогу защитить вас и от стрел. -

-- А что ты можешь!? - несколько грубовато спросил вождь, его можно было понять -- его дети, его кровь, вот они, только руку протяни, но он все так же не может прижать их к груди.

-- Я могу сказать, что кроме живой стены есть и еще ловушки в земле перед ней, везде кроме двух мест, где можно пройти, одно из них выводит к реке. Могу сказать сколько там эльфов: их не 120 как ты решил по количеству платформ, а не меньше 300 (шаман посчитал всех: эльфов-стрелков, спецназовцев, игроков) и почти столько же людей и других (заготовки-кавалеристы, заготовки-универсалы, орки-игроки, фейри, Белки).

Вождь едва не застонал -- призрачный шанс отбить детей силой исчезал-растворялся с каждым словом шамана, а значит детей придется выкупать и надеяться, что названная Драконами цена не окажется непомерно велика. Между тем задетый тоном вождя карлик продолжал:

-- Могу сказать, что твои дети точно там (Дагаркхал встрепенулся при этих словах), они живы, здоровы и им не причиняют боль. И еще, я могу сказать, что те кто в лагере знают что мы здесь, и МЫ на опушке, и вся ''пасть'' в лесу. -

-- Удивил, - пробормотал один из сотников. - Это ведь ЭЛЬФЫ -- конечно они знают. -

Дагаркхал кивнул на мудрые слова, смирил свой гнев и поблагодарил шамана, а затем задумался, и никто не посмел побеспокоить его в этот момент -- он ведь не только вождь, но и отец и ему, и только ему, решать как все произойдет.

-- Я пойду к ним и буду с ними говорить, - через несколько минут принял единственно верное решение вождь. - Вам, - вождь взглянул на друзей и шамана, - ничего не предпринимать, даже если меня убьют или будут пытать. -

-- Но как же так? - немного по-детски спросил Кургхат и непроизвольно почесал абсолютно лысую испещренную шрамами голову.

-- Может напасть ночью? - деловито спросил сотник, что сказал мудрые слова про эльфов.

-- Нет! - запретил вождь и повторил: - Ничего не делайте и будьте настороже -- эльфы сами могут на вас напасть. -

-- Я прослежу, - кивнул шаман и задал вождю вопрос, не мог не задать: - Ты надеешься договориться? -

-- Да, между нами нет крови -- им не за что лишать меня жизни, ни меня, ни моих детей, а если я буду мертв или попаду к ним в плен, никто не заплатит им выкуп -- в союзе выберут нового вождя, и он обязательно отомстит за меня и моих детей. -

-- Отомстим, обязательно отомстим, не сомневайся, брат, - положил руку вождю на плечо Кургхат. - Нас будет больше чем листьев в этом лесу, и никакие луки, никакие маги не помогут им избежать нашей мести! -

-- Я знаю, - вождь улыбнулся идущим от сердца словам и встал, - пойдемте к остальным -- я буду с ними говорить. -

Спустя полчаса вождь лишь с двумя воинами эскорта вышел на открытое место и медленно без угрозы направился к лагерю Драконов: вот он достиг живой стены, вот стена расступилось перед ним, вот сомкнулась за ним и двумя сопровождающими -- потянулись казавшиеся вечностью минуты и часы. ''Пасть'' застыла в напряженном ожидании, закатил глаза шаман, пытаясь расслышать сказанные за щитами и живыми стенами слова, а где-то далеко-далеко собиралось ополчение Лесов Заката.

Около трехсот километров к югу от города Ожившей Бабочки, условная граница между степью и лесостепью.

Сотенный отряд степных орков.

Старый битый жизнью и сталью орк привстал в седле, пытаясь увидеть край-конец болота, в которое превратился когда-то вполне проходимый лес, и не увидев желаемого, грузно хлопнулся обратно в седло. Сплюнул в жидкую грязь под копытами коня (скорее даже под брюхом), подумал, выругался на семи известных ему языках, сплюнул еще раз и поворотил узду.

Сотнику было обидно: по всему выходило зря он загнал своего Огонька в вонючую грязь, осторожно объезжал многочисленные коряги и подозрительные места, проверял дорогу перед собой копьем, постоянно ожидая нападения различных тварей, обычных обитателей таких вот болот, напрягал глаза и... все это оказалось впустую -- дорогу он так и не нашел. Без малого 20 лет тому назад он и несколько сотен воинов из его клана преследовали в этих самых краях обнаглевшую банду: бандиты забыли кто они есть, угнали табун и убили двух пастухов. Расплата была неотвратимой: сброд из изгоев и короткоживущих людей не долго радовался похищенным коням -- те кого прикончили сразу отделались легко, другие умирали много дней. Судьбу навлекшей на себя месть банды разделили четыре соседних, а так же местные лесовики-данники всех пяти банд. Орк облизнулся давнему воспоминанию: он тогда хорошо позабавился не меньше чем с полусотней мягких и визжащих баб, аж натер кой-какие места, заодно привез домой целый мешок мехов. Рабов орки не брали -- какой толк с лесовиков, тем более лесовиков-людей в степи? Мужчины не выдержат дорогу до рабских рынков, женщины не смогут выносить детей. Что же касается нынешнего болота, то раньше на этом месте рос хороший, светлый и главное легкопроходимый верхами лес, за ним отличный заливной луг и ручей со сладкой, вкусной водой -- прекрасное место для временной стоянки, даже ужин можно было подстрелить в том же лесу. А что теперь?! Мерзкое болото, через которое никак не получится пройти даже пешком, не то что провести больше 2-х сотен коней.

Всхрапнул уставший и недовольный конь -- орк, забыв о собственных чувствах, тут же припал в седле и несколько минут уговаривал коня потерпеть, гладил гриву, обещал отмыть запачканную шкуру при первой возможности, нежно трепал по ушам и губам и как аванс будущих благ скормил жеребцу кусочек соленого сухаря. Ласка и забота хозяина утешили Огонька, и конь, тяжело вздохнув, продолжил путь, с хлюпаньем переставляя вязнувшие в грязи копыта. Через полсотни метров коню стало полегче: закончилась вода, осталась только грязь, а еще через полсотни метров под копытами застелилась нормальная трава.

На окраине болота сотника ждали: молодой, очень молодой, но талантливый шаман, в недавнем прошлом ученик, и его сестра из девушек, что избрали путь воина, а не хранительницы домашнего очага.

-- Только ухмыльнись, щенок! - думал сотник, выбираясь на сухое. У молодого шамана был повод ухмыляться: не более получаса тому назад он предупредил командира о том что болото не пересечь, но знавший эти места сотник решил ''умыть'' мальчишку, а получилось, сам выставил себя дураком. - Ну?! - сотник с нетерпением ждал что-то вроде ''А я говорил'' и в нетерпении поглаживал обернутую человеческой кожей рукоять.

Молодой шаман не позволил себе даже тени ухмылки и вообще старался поменьше смотреть сотнику в глаза: как и всякого юношу из народа орков его воспитали в почтении к старшим, да и знал он таких стариков (его учитель был таким же), потому бывший ученик не сомневался, стоит ему показать свою радость, как тут же на спину опустится плеть и не важно шаман он не шаман, опустится в любом случае, может и не один раз. Сестра шамана не хуже брата контролировала свое лицо.

-- Молодец, - неохотно буркнул сотник, проезжая мимо парочки, - ты правильно увидел болото. - Трехсотлетний орк, 9/10 жизни которого прошла в походах, умел признавать свои ошибки.

Молодые орки поворотили коней и последовали за сотником. Только у него за спиной они обменялись улыбками: молодой шаман был доволен собой, а его сестра радовалась за брата.

Тем временем на опушке превратившегося в болото леса творилось духи знают что...! Без малого сотня молодых горячих юношей и девушек, для которых это был первый поход, развлекали себя как могли: пара десятков устроили скачки, пытаясь выбросить друг друга из седла на полном скаку; вдвое большее число образовали круг, внутри которого звенели мечами в шутейном поединке; не утерпевшие до ночного привала парень и девушка наслаждались молодостью и здоровьем в ближайших кустах, а не меньше пяти зрителей (три парня, две девушки) увлеченно наблюдали за происходящим, стоя в седлах. Сотник быстро навел порядок и смог наконец по назначению использовать плеть, досталось всем: и тем кто должен был присматривать за заводными лошадьми, и дозорным, и нетерпеливым любовникам, и зрителям их любви, и победителю поединка на мечах, и его противнику, и тому кто принимал ставки, и вообще всем, кто подвернулся под горячую руку. Молодежь стоически перенесла наказание -- заслужили, и через несколько минут, когда отряд отправился в обход непроходимого леса, наказанные шутили и смеялись наравне со всеми.

Сотник с отеческой любовью наблюдал за весело перешучивающейся и гогочущей молодежью, его подпорченное задержкой настроение неуклонно росло, он вспоминал себя в их годы и словно сам молодел телом и душой. Совсем скоро юные орки узнают азарт битвы, убьют первых настоящих врагов, возьмут первую добычу, испытают непередаваемый экстаз победы, насладятся-позабавятся с пленниками и пленницами, познают чувство абсолютной власти над ними и в то же время прочувствуют боль от ран и потери товарищей, поймут что такое настоящая ярость, оценят необходимость дисциплины в бою -- они станут воинами, и все их нынешние детские дурачества сразу станут не важны.

Час спустя сотник смог полюбоваться на причину и источник болота -- огромная плотина-бурелом перегородила путь лесной реке и пустила ее вспять и вокруг. Старый орк не сошел с ума чтобы лезть, тем более посылать своих подопечных в жуткое переплетение корней, стволов и веток, а потому отряд продолжил путь, но сперва спешившийся орк внимательно осмотрел несколько пеньков, а также составлявших бурелом стволов и покивал сам себе, увидев на древесине пусть и старые, но явственные следы топора. Еще полчаса и изуродованный лес закончился, сотня поворотила коней, скользя по глубоко втиснутому меж лесов участку родной им степи...

Крик! Воин и конь провалились под землю!

Крик! Кричит красавец конь под ничего не понимающим орком! Всадник едва успел соскочить с упавшего на бок и забившегося от дикой боли скакуна! Из переднего копыта что-то торчит, и бьет струей кровь!

Молодые орки растерялись, вертя во все стороны головой, но рык сотника привел их в чувство: воины успокоили напуганных коней, появились луки, на тетивы легли стрелы. Между тем шаман пытался найти врагов, а спешившийся сотник подбежал к бьющемуся в припадке коню и его столбом застывшему рядом хозяину. Звонкий хлопок ладони по затылку привел юношу в чувство, и он достал щит, прикрывая склонившегося над конем старого орка. Конь уже не бился, а дрожал и на своем конячьем языке жаловался на боль в передней правой ноге. Командир сотни внимательно осмотрел глубоко сидевший в конской ноге кол, бросил взгляд на ямку, что осталась после него, поцеловал коня в глаз, в губы, сказал тому на ухо несколько успокаивающих слов и... одним внезапным отточенным ударом кинжала прервал мучения коня. Сотник держал голову коня пока тот окончательно не затих, ласково перебирая его гриву, попросил у него прощения, а потом другим, резким, громким, злым голосом приказал всем спешиться и внимательно смотреть под ноги.

-- Вокруг нет никого кроме неразумных зверей, - сообщил подошедший шаман. Сотник кивнул, он и сам это понял -- если бы засада, уже летели бы стрелы.

Командир отряда вытер кинжал о гриву коня, встал и внимательно глядя себе под ноги отправился к тому месту, где раздался первый крик. Чутьем опытного воина он уже знал что там увидит, но все равно не смог сдержать яростного рыка, глядя на пронзенные кольями мертвые тела -- шестнадцатилетний мальчишка и четырехлетка жеребец больше никогда не поскачут по степи.

Обидная, горькая потеря не смогла парализовать волю опытного воина, и меньше чем через час он, стоя у погребального костра, размышлял о том что произошло, о том, что обнаружилось после обыска окрестностей, и решал что сотне делать дальше. Яма-ловушка и стоивший коня кол оказались не одни -- нашлись еще три подобные ямы и 6 десятков коварно спрятанных в высокой траве кольев. Помимо них обнаружили просто выкопанные, но замаскированные ямки, способные сломать ногу неосторожно наступившему на невидимую опасность коню, а для тех кто попытался бы объехать опасный участок по лесу, имелась утыканная кольями колода на веревках. Тяжелая колода со страшной скоростью падала с высоты и легко могла смести трех всадников зараз. Еще на старого сотника бросилась змея, вроде бы и обычная змея, только вот такие змеи уместнее были дальше к югу, а не здесь, впрочем могла и приползти -- змею орк поймал на копье. Так же как и молодые воины сотник рвался отомстить тем, кто устроил такую подлость, но его сильно обеспокоило КАК была организована ловушка, ведь устроили ее не конкретно против их отряда, а против любого кто пришел из степи, и если учесть сотворенное из леса болото и рукотворный бурелом, то возникало много вопросов...

За время вынужденного простоя орки успели многое: устроили погребальный обряд товарищу, разделали добитого сотником коня (не пропадать же мясу), закопали ноголомные ямки, вытащили колышки-ловушки из земли, а затем... не поехали вперед по очищенному пути, вместо этого старый орк отвел сотню назад и повел ее параллельно лесу за уходившим в глубину бандитской территории участком степи. Чем дальше тянулся многокилометровый лес, тем больше хмурился орк -- его подозрения обретали плоть: значит верны слухи и у этих мест появились новые хозяева, которым не очень по душе незваные гости из степи и в отличие от разрозненных банд у них есть силы, чтобы претворить свое желание в жизнь.

-- Посмотрим! - яростно оскалился старый воин. - Мальчишку я вам не прощу! Кровью умоетесь и не помогут вам все ваши подлые ловушки! - Сотник твердо решил отомстить, заставить нынешних обитателей этих мест, кто бы они ни были (по слухам эльфы), заплатить цену кровью. - Ага! - внимательный, опытный взгляд заметил кое-что интересное в глубине изуродованного упавшими стволами леса, и сотник поднял руку останавливая отряд.

Получивший приказ Огонек замер каменной статуей, а его хозяин встал в седле, вернее на седло, не спеша достал лук, выбрал стрелу с широким наконечником, глубоко наклонился вперед и, поставив левую ногу между конских ушей, тщательно прицелился, а затем спустил тетиву. Пущенная умелой рукой стрела исчезла в переплетении корней и кустарника у самой земли... в то же самое мгновение хлопнул взведенный когда-то самострел! Короткий тяжелый болт с ржавым, но вполне еще годным железным наконечником безобидно вонзился в толстый ствол дуба.

-- Ну вот, что и требовалось доказать, - злорадно оскалился довольный собой командир, - ловушка для тех, кто полезет разбирать завал, и разумеется она не одна. -

Взмах руки и сотня продолжила свой путь вдоль завала. Ехали орки долго, почти полтора часа, а затем наткнулись на новый язык наступавшей на лес степи.

Орки спешились и повели коней на поводу, копьями проверяя землю и траву перед собой. Старались воины не зря: уже знакомые вкопанные колья и ямки, незнакомые конструкции из трех связанных вместе кольев с обожженными на огне наконечниками, растянутые меж двух штырей веревки в траве, а одну девушку напугал и вовсе неожиданный зверь -- присыпанный землей тугой капкан перекусил древко копья (орки встретили пять таких капканов -- два стальных взяли с собой, три из дерева разломали). Примерно через десять минут впереди идущих атаковали полезшие из земли корни -- смертельная ловушка для одного или двоих и легкое развлечение для сотни мечей. Корни порубили, а пострадавшему от ядовитых шипов воину шаман дал выпить исцеляющего зелья. Через несколько минут опасный участок остался позади, и вновь усевшиеся на коней орки продолжили свой путь.

Казалось бы все вновь стало по прежнему, по крайней мере так решила молодежь, вновь сначала робко зазвучали шутки и смех, орки и орчанки зафлиртовали и завыделывались друг перед другом, заспорили сколько они убьют врагов когда начнется бой, захвастались еще даже не взятой добычей, но старый орк в отличие от них был напряжен и собран, собран был и ехавший рядом с ним шаман. Прошел час, прошел другой, но сотник ждал и не ослаблял внутренней готовности, вслед за ним не ослаблял готовности и шаман, хотя надо сказать, полному энергии и желаний парню было не легко отказаться от участия в забавах сверстников (и сверстниц).

Молодой шаман не зря равнялся на умудренного жизнью командира -- когда из густого орешника вырвался рой пчел, с пальцев шамана мгновенно сорвался огненный шар и тут же еще один в орешник, внутри которого скрывался улей. Реакция шамана спасла сотню от больших неприятностей -- вместо яростного роя долетели всего несколько пчел, больших и злых пчел размером с кулак. Доспехи спасли воинов, а вот коням досталось и, прежде чем плети и мечи сбили на землю злобно гудящие мохнатые шары, восемь лошадей получили больнючий укус, а одна кобыла и вовсе целых три. Схватившую тройную порцию кобылу спасти не удалось, но остальным коням шаман сумел помочь, и все вроде было хорошо, но сотню сегодня словно преследовал злой рок, и вскоре две новые беды обрушились пчелам во след: отпущенные попастись кони нажрались отравленной травы, а на решившую проинспектировать кусты девчонку напал скелет с мечом. Впрочем если сотню и преследовал рок, то и кто-то из богов был сегодня на их стороне: всего две лошади пали от отравы, ну а девчонка как и все орки в походе отправилась делать стыдные дела в доспехе и с оружием, так что сумела продержаться до подхода помощи.

Старый орк не захотел оставаться в проклятом месте ни одной лишней минуты и, сразу как покусанные кони смогли бежать, повел сотню вперед и прочь. Теперь проняло и молодежь: обозленные и едва вновь не лишившиеся товарища воины были злы и держали стрелы на тетивах. Ну а сотник наоборот расслабился (по крайней мере внешне) и скакал в седле с отсутствующим лицом. На самом деле старого орка мучили нехорошие предчувствия -- ему не хотелось вперед, а еще он запомнил сколько времени прошло с тех пор, как отряд миновал промежуток между двумя участками леса, и еще он считал, считал время.

Прошел час, начался второй -- сотня почти замерла: кони шли шагом, передовые воины во главе с сотником свесились в седле и практически рыли носом землю, остальные держали стрелы на тетивах. Но все-таки первым угрозу заметил шаман, гортанным выкриком и выброшенной рукой указав на поросший лесом холм. Через минуту из-за него выскочил конный отряд. Шаман снова уберег сотню от неприятностей -- если бы всадники вылетели полностью неожиданно, в них конечно сразу полетели бы стрелы, а так орки и главное их командир были готовы и потому не нашпиговали стрелами пятерых дозорных другой орочей сотни.

-- Плохие места, - через двадцать минут жаловался сотнику старый друг, товарищ по многим походам и десяткам битв. - Все родники или засыпаны, или загрязнены, или отравлены -- на одном таком я потерял пятерых коней. Всюду бурелом -- не проехать. Во всех местах, где можно устроить стоянку, растет отравленная трава и ловушки. На переправе через реку какие-то твари вкопали колья и привязали веревочные петли ко дну -- у меня погибло 7 коней: три утонули прежде чем успели перерезать петли, четыре напоролись грудью или вспороли брюхо о колья. Да еще парнишка едва не погиб когда нырял -- конь врезал копытом по голове, хорошо оказался из племени Лунного Коня -- у них у всех от рождения прочные черепа без мозгов, но все равно едва-едва обошлись без потерь. Плохие места! -

-- Да, - согласился со старым другом сотник. - Двадцать лет тому назад ничего похожего не было. Ты заметил как расположены ловушки? -

-- Заметил, еще бы не заметить: полоса, за ней можно проехать и расслабиться и снова полоса, но если увидишь удобное для стоянки место, то знай: почти наверняка там есть что-нибудь гадкое, как минимум отравленная трава. -

-- Кто же такое наворотил? - озвучил давно мучивший его вопрос сотник, задал скорее себе чем находившемуся с ним в равном положении соратнику. - Для эльфов слишком мудрено и мало магии, для людей слишком умело, но это точно не бандиты -- не хватит ума и сил. Ты вот откуда шел? - неожиданно задал он вопрос.

Старый друг подробно описал маршрут своей сотни и все ее мытарства, сотник кивал, вспоминая знакомые места.

-- А я думаю это все-таки эльфы -- не совсем, но похоже на них, - поделился своими соображениями второй сотник. - Я слышал в больших людских городах юго-востока живет много эльфов-изгоев и изначальных, и снежных, и лесных. Они сбиваются в отряды и сражаются за тех кто им платит, а еще принимают к себе всех: людей, гномов, хопешей, гремлинов и даже дроу. Представляешь эльфы сражаются плечом к плечу с дроу?! Куда катится наш забывший старые обычаи мир?! Бывает и наши изгои (орки) тоже вступают в подобные отряды. -

-- Считаешь что такой отряд или несколько таких заняли место бандитов? - задумался над словами друга старый орк. - А знаешь, возможно ты прав: тут пахнет эльфами -- такое знание леса и подлых ловушек, пахнет людьми -- не все ловушки лесные, например, я вот вспомнил, похожие колючки из трех связанных шипов я встречал только у людей, пахнет нашими изгоями-- тем кто размещал ловушки подсказали, как мы ходим в поход и как нанести нам наибольший ущерб. -

-- Проклятые выродки! - яростно оскалился друг сотника. - Мы вырвем им кишки и привяжем к вырванным кишкам их дружков-эльфов -- пусть побегают в одной упряжке! -

-- Так и будет, - улыбнулся сотник. - Интересно сколько всего таких полос? -

-- Мы пока прошли две как и вы, наш лагерь как раз перед третьей. -

-- А почему не на той стороне? - удивился сотник. - Ах да! Ты ведь говорил, мало мест пригодных для стоянки. -

-- Не в этом дело, - поморщился друг, - пошли покажу. -

Сотники неторопливо миновали отдыхающий лагерь, вышли за его пределы и через пару десятков шагов подошли к поросшему ромашками полю.

Старый орк сморщившись кивнул -- конечно же поле располагалось между двух участков леса и любой кто путешествует верхом предпочел бы проехать здесь, а не лезть меж деревьев.

-- Смотри, - хозяин стоянки метнул подобранный по пути камень прямо в цветы и не сдержал улыбки, когда его друг дернулся всем телом, увидев судьбу мгновенно исчезнувшего с поверхности булыжника. Некоторое время по ''ромашковому'' полю (на деле страшной колдовской трясине) ходили круги, а затем ловушка приняла свой прежний невинный вид.

Сотники поговорили о том о сем, решили пока действовать вместе: отряды пройдутся вдоль полосы ловушек на запад и восток и поищут более-менее проходимый путь, потом вернутся на место общей стоянки, поделятся тем что нашли, переночуют и завтра поутру воспользуются лучшим из найденных путей. Сказано сделано, не прошло и десяти минут как сотни разошлись каждая своим путем.

Через два часа сотня повернула назад, старый орк был доволен: они не только нашли удобный проход, но и сумели без потерь очистить его от ловушек. Сотник спешил, через три часа начнется солнце-закат и пока дает светило желательно достичь лагеря, позаботится о лошадях, может даже помыть их в ближайшей реке, ну и самим отдохнуть и поесть при свете дня. Инстинкт подсказывал ему не раскладывать обычные ночные костры, и сотник собирался последовать редко подводившему его чутью, именно поэтому так важно было достичь стоянки до темноты. Уже на подходе внезапно и страшно застонал шаман и чуть не вывалился из седла, благо скакавшая рядом сестра успела ему помочь.

-- Чего там у тебя?! - недовольно спросил у шамана сотник и осекся, увидев белые без зрачка глаза и будто вываленное в муке лицо. Он не раз видел подобные лица прежде и знал насколько бесценны бывают слова, что изречет впавший в транс шаман. - Говори! -

-- Вторая сотня все без одного мертвы, - не своим голосом прошептал-пропел шаман и снова едва не упал с коня. Руки сестры и сотника поддержали безвольное тело. - Тот кто жив, сейчас испытывает сильную боль, его спрашивают, - продолжал вещать шаман, пытаясь нашарить руками что-то невидимое и задевая сотника по лицу.

-- О чем его спрашивают?! Кто?! - старый орк, не обращая внимания на залезавшие в глаза и уши пальцы, встряхнул неожиданно легкое тело, пытаясь получить ответ.

-- О нас, - из последних сил прошептал шаман и потерял сознание.

Сотник действовал быстро и так, как велел ему опыт многих десятков как удачных, так и неудачных походов: шамана привязывали к седлу уже на скаку -- тот еще трюк, но сестра и несколько помощников справились; на ходу же всем лошадям скормили вымоченный в особом зелье сухарь -- сильное и опасное для лошадей средство, но усталость лошадей мгновенно прошла и как минимум десять часов им не будет страшна любая скачка. Ну и разумеется к стоянке сотня не пошла, наоборот развернулась и по своим собственным следам вернулась к ближайшему пересекавшему путь ручью, а затем, вытянувшись цепью, сколько можно неслась по его руслу.

Несмотря на зелье сотник не гнал лошадей во весь опор, а выбирал путь с умом, отдавая предпочтение низинам, балкам, подножьям холмов и укрытым со всех сторон лесом местам, и лишь когда сотня выбиралась на степной простор, орки пускали лошадей в карьер, пытаясь скорее достичь менее открытого места. Повинуясь все тому же инстинкту, старый орк не повел сотню по проторенному ей пути, туда где сотня пересекла вторую линию ловушек (пчелы, скелет, отравленная трава), вместо этого сотня мчалась к реке, к той самой реке, переправляясь через которую друг сотника потерял семь лошадей. Но и тут многоопытный орк схитрил и срезал путь, увидел удачный глубоко вдававшийся в реку косогор, вспомнил про через чур крутой, но вполне преодолимый берег на той стороне, который он видел пять минут назад и, сделав остальным знак ''Делай как я!'', бросил своего Огонька к краю косогора, сотня беспрекословно последовала за своим вождем....

Орки на конях или кони под орками летели в воду с обрыва, с шумом разбивали водную гладь, выныривали, одинаково отфыркивались и мощно и умело загребая копытами устремлялись вперед, течение было им в помощь. Хаштра (степные оркские кони) -- злые в бою и скачке, невероятно сильные, неприхотливые и удивительно выносливые привыкли и не к такому, к тому же зелье совершенно отбило у них страх и болевые ощущения, так что ни один из коней, даже заводные, не испугался прыгнуть с высокого обрыва, а потом выгребать на самую середину реки. Орки, все как один помогали своим коням в воде и в то же время каждый из них твердой рукой урожденного наездника направлял своего скакуна к нужному берегу реки.

Через пару минут показался подъем, и кони без понуканий устремились к нему, вскоре они уже не плыли, а брели, сначала по грудь, потом по брюхо, потом по бабки, а потом лошади начали вылезать на берег и с трудом подниматься по крутому склону вверх. Своеобразный пляж-подъем оказался не слишком велик, и в воде перед ним возникла давка, но стрелы ударили не в скопище всадников и лошадей в воде, а в тех кто уже поднимался наверх...

Первая же стрела чиркнула сотника по шлему, не пробила сталь, но вышибла из него дух -- старый орк повис на боку коня, мертвой хваткой вцепившись в луку седла.

Вторая, третья стрелы убили коня под почти вскарабкавшейся на вершину обрыва оркой! Ловкая девушка успела соскочить с уже мертвого скакуна, и тот кубарем покатился вниз, едва не подрубив ноги трем карабкавшимся за ним коням. Хаштра, именно хаштра, а не их всадники каким-то чудом сумели увернуться и избежать столкновения, но неизбежно съехали вниз, мешая подъему остальных.

Четвертая стрела убила заводную лошадь в воде -- у несчастного животного взорвалась голова, а по телу пошли страшные гнойные нарывы, запах которых заставил шарахнуться остальных.

Пятая стрела тюкнулась в щит за спиной у одного из орков -- щит из трех металлов (сталь, олово, бронза) достойно выдержал удар, хотя и обуглился как щепка над костром.

Шестая стрела пролетела мимо и безобидно воткнулась в землю, на мгновение вспыхнула ярко-рыжим огнем и тут же погасла.

Седьмая убила: стрела насквозь пробила одоспешенного орка, тот выгнулся дугой, открыл рот для крика и... разломался на куски как треснувший на морозе кувшин. Дико заржал конь и так же упал -- на боку у несчастного животного открылась щель, внутри которой блеснул красный лед. Самое ужасное -- промороженный насквозь конь был еще жив и страдал.

Восьмая стрела чиркнула по набедренному доспеху девушки-воина, оставила пламенеющий след и зашипела в воде.

Девятая со звоном сломалась о наплечник... Десятая -- очередной заводной конь... Одиннадцатая -- снова щит, не такой прочный как первый, но под щитом был полный стрел колчан, а под колчаном доспех... Двенадцатая пришпилила бедро вскрикнувшего орка к седлу... Тринадцатая вновь упала в воду -- река унесла голубоватую льдину по течению... Только теперь орки начали отвечать, одна проблема -- они не видели откуда летят стрелы, а потому пускали свои можно сказать в пустоту. Застонал и начал приходить в себя сотник. А еще всем без исключения оркам почему-то очень хотелось спать (если бы не зелье, лошадям тоже бы хотелось).

Тем временем, несмотря на обстрел, орки один за одним продолжали подниматься по круче вверх, количество тех, кто уже наверху и все еще внизу, почти сравнялось.

Новая стрела убила коня и опять в самом конце подъема! Снова ловкая всадница сумела соскочить, поднимавшийся рядом парень протянул ей руку, девушка приняла и вспрыгнула в седло позади него и... получила стрелу в спину, через секунду другую, но лишь крепче вцепилась в парня.

Гроздь стрел барабанной дробью прошлась по ругающейся конной толчее -- к невидимым стрелкам на том берегу явно пришла подмога. Тем не менее весьма скромный результат: несколько раскуроченных щитов (один из них горел, другой сгнил, третий лопнул от холода), очередной убитый под всадником конь, распотрошенная седельная сумка, сломанный прямо в руках у лучника лук, попорченное зазубренным наконечником седло и... в общем-то все. Сотник мотал головой и почти пришел в себя, пришел в себя не только сотник -- на несколько мгновений очнулся шаман: взмах руки и от воды пошел молочный пар, что скрыл подъем, а так же весь берег реки внутри себя.

Шаман вновь впал в забытье, но окончательно пришел в себя сотник: старый орк приказал прекратить лупить в белый свет как в копеечку и всем сосредоточиться на подъеме. Вражеские стрелы продолжали прилетать, но в своем большинстве стегали воду или втыкались в землю, правда такой вот слепой обстрел смог отнять еще трех лошадей: двух заводных убили обычные зазубренные стрелы, а вот в круп солодовой кобылы под седлом попала очень необычная стрела -- вся задняя часть несчастной лошади превратилась в пыль.

Бум! Не стрела, а что-то другое со страшной силой ударилось в землю и осыпало сотника и его коня комьями земли.

Бум! Вновь удар в землю между двух поднимавшихся всадников, кони храпят от изумления, но понукаемые седоками продолжают карабкаться вверх.

Плюх, бум! Невидимый удар пришелся в воду у берега, еще секунду назад там был всадник, ведущий на поводу двух заводных коней.

Бум! Бум! Бум! Каждый раз удары приходятся мимо и достают лишь землю, а орков осыпает лишь комьями земли.

Бум! Бум! Бум! Бум! Бум! Враги бьют по уже пустому берегу, а сотня тем временем оставила реку за спиной и летит от нее прочь.

Сотник вновь положился на чутье и не повел сотню к расчищенному пути, а повел к другому тоже расчищенному, но от которого не вели их следы (место, где в ловчей яме погиб мальчишка и его конь). На этот раз орки дали волю коням и больше часа вихрем неслись вперед, пытаясь оторваться от наступавшей на пятки погони.

*

Орки не зря жертвовали будущим здоровьем своих коней -- через 15 минут погоня (20 спецназовцев и 8 игроков, плюс петы) перебралась через реку. Петы мгновенно взяли след, а бандитские лошадки с большой примесью хаштра в крови не намного уступали в скорости оркским коням. Кстати, чутье не подвело старого сотника -- за отринутым им проходом беглецов ждал рейд игроков (маг, убийца и два воина) и десять эльфов-стрелков, а так же мины в земле.

*

Орки дружно взвыли, как нитка в игольное ушко входя в свободный от ловушек проход, впереди была степь, а значит спасение, лишь сотник не поддался общей эйфории, он сумел заставить молодежь задержаться на несколько секунд и только потом нырнуть в степной простор. Чем же орки занимались эти несколько коротких секунд? Использовали все свои зажигательные стрелы и подожгли лес и степную траву, приволокли бревно-ловушку и бросили его на пути преследователей. Как последний штрих, когда орки уже устремились в степь, сотник прямо на скаку подбросил высоко в воздух небольшой круглый и плотный мешочек из кожи, развернулся в седле и пустил стрелу так, что острое как бритва лезвие вспороло кожу в наивысшей траектории полета -- из закрутившегося мешочка щедро повалила красноватая пыль. Ну а старавшийся не дышать сотник пришпорил коня изо всех сил и молился чтобы ветер не подул на него. Вскоре на землю упала темнота.

*

Игроки и спецназовцы не испугались огня, а магия помогла принудить лошадей, но именно огонь помешал заметить утыканное кольями бревно, как результат -- питомец повредил лапу и полетели кубарем двое коней, подминая сидевших на них игроков. Но все это оказалось ерундой по сравнению с тем, как сыграл развеянный сотником порошок из похожего на мяч мешочка: ВСЕ кони разом взбесились и сбросили седоков, питомцы, выхаркивая кровавую пену, покатились полными боли клубками...

Игроков и спецназовцев уберегли многочисленные амулеты и не менее многочисленные бафы, уберегли от отравления, а вот последствиями жестких падений и иногда прилетавших вдогонку копыт стали переломы рук и ног. В итоге никто из спецназовцев не погиб, удалось вылечить всех питомцев и сохранить пять коней, но остальные коняшки сдохли или разбежались по степи -- погоню пришлось прекратить.

*

Сотник сильно рисковал -- ночная степь опасное место, но тем не менее он гнал воинов всю ночь, постоянно меняя направления и путая следы. Вскоре оркам повезло и они наткнулись на свежий след дикого табуна, несколько часов шли по нему, а затем очнулся шаман, и сотня покинула вытоптанную тысячами копыт ''тропу'', пару километров шаман затирал за ними след, затем у него пошла носом кровь, и он вновь потерял сознание.

Лишь под утро старый орк прекратил безумную скачку. Неприметная балка приняла усталый отряд и нет, орки не смогли сразу отдохнуть, тем более поспать, а долго, несколько часов прошагивали лошадей, вытирали с них пот, поили, хвалили, говорили с ними, но все равно половина коней умерла. Орки оплакали не только спасших их коней, но и еще одного из своих, последнюю жертву неудачного похода: словившая спиной две стрелы девушка все-таки умерла, пена на губах и лопнувшие сосуды в глазах не оставляли сомнений -- яд.

*

Эта сотня оказалась одной из трех сумевших вырваться обратно в степь, одной из трех из двенадцати сотен и единственной потерявшей так мало бойцов. Всего три погибших воина -- практически ничто по сравнению с тем, что было у остальных. От другой вырвавшейся сотни осталось всего 11 бойцов: орки этой сотни также сумели прорваться в ночную степь, но загнали ВСЕХ лошадей, а потом три месяца добирались до своих пешком (за время пути потеряли еще двоих). От третей сотни и вовсе осталось четверо, и они сумели сохранить коней, но... вновь не всегда справедливая судьба -- израненным оркам на усталых лошадях встретилась ''небольшая'', голов этак тысячи в три, орда степных троллей. А вообще всем трем вырвавшимся сотням сказочно повезло, ведь в отличие от тех кто не вырвался они так и не увидели в небе грифонов, а значит у них был шанс.

Глава 33

Город Ожившей Бабочки, Складской квартал, жилой барак-казарма третьей сотни спецназа.

Два часа до рассвета.

N 229 -- нестандартный эльф-заготовка, командир (десятник) 6-ого десятка 3-ей сотни спецназа, данное игроками имя -- Ходок.

Ходок открыл слегка скрипнувшую дверь, прошел внутрь барака и ненадолго остановился на пороге, давая темноте большого, заставленного четырехъярусными нарами помещения опознать себя. Он точно знал, каждый из тех кто находился в глубине затаившей дыхание темноты уставился на проступившую на фоне открытой двери фигуру, а если не уставился, то прислушался, принюхался, стараясь понять, кто проник в служивший сотне домом барак. Друг это или враг, убить пришельца или зевнув вновь провалиться в глубокий, но в то же время чуткий сон? Не дать себя опознать было бы не вежливо с его стороны, да и просто опасно -- пускай оружие, доспехи, амулеты в сундуках, а мечи в специальных стойках, но кинжалы всегда под рукой, да и достать мечи -- секунда или две. А впрочем зачем в заставленном громоздкими нарами помещении неудобные мечи? В большой и полной разнообразных предметов казарме найдется чем ''угостить'' проникшего сквозь единственный вход врага, в конце-концов есть руки, ноги и зубы, а так же магия. Драконы (игроки) часто повторяли, что спецназ -- лучшая, отборная часть и те, кто носит столь почетное звание, всегда должны быть лучшими в бою, лучшими с любым оружием и без него, примером для остальных и всегда должны быть готовы ко всему, в том числе и к внезапной атаке в самом казалось бы безопасном месте. Не верить хозяевам было НЕЛЬЗЯ, а значит сказанные ими слова были правдой от начала до конца, и именно потому КАЖДЫЙ спецназовец в ЛЮБОЙ момент своей жизни был настороже, не желая подвести хозяев и опозорить свое высокое звание -- спецназ.

Через несколько секунд темнота изменилась -- явственно напахнувшая угроза ушла, и Ходок, закрыв за собой дверь, отправился к своему спальному месту. Двух из трех соседей не было, и только на втором ярусе уже вновь заснув, сладко сопел боец его десятка. Ходок снял доспехи, сложил их в свой сундук, поставил поверх сундука небольшой вкусно пахнувший узелок, привычно сунул меч в стойку, вскарабкался на свое место и, скользнув под одеяло, попытался заснуть, ведь до рассвета оставалось два часа и нужно было хоть немного отдохнуть.

Сон не шел. Ходок раз за разом прокручивал в голове не так давно случившийся разговор и все так же пытался понять, что ему делать и как поступить. В тот раз Лилилита была особенно нежна и ласкова, они провели несколько чудесных часов -- Ходок был счастлив и как ему казалось доставил счастье ей, но затем случилось странное: Лилилита разрыдалась у него на груди, и это было даже пострашнее гнева хозяев (игроков). Он знал, плач -- признак боли или обиды и прямо спросил про обиду или боль. И с тем, и другим он мог ей помочь: если причина ее слез -- боль от раны или болезни, то он сумел бы исцелить ее рану или вылечить болезнь, а если не хватит сил или умения, есть зелья, есть маги и друиды в городе, он знал среди хозяев тех кто не откажет ему в просьбе; если же его женщину кто-то обидел, то этот кто-то пожалеет, что родился на свет, впрочем ему не долго придется об этом жалеть.

Но не обида или боль оказались причиной женских слез, а ... он сам, точнее его часть, его дитя, что созревало в женском животе. Ходок долго прожил на этом свете ( два с лишним года), но в тот момент повел себя как будто ему два-три дня -- застыл безвольной куклой, без чувств, желаний и мыслей. Лилилита напугалась его состояния и начала его тормошить, потом бить по щекам, потом завыла в голос -- только тогда он пришел в себя и погладил ее по волосам. Женщина радостно вскрикнула и покрыла его лицо поцелуями, потом снова была любовь, затем они лежали крепко обнявшись, и Лилилита говорила, говорила и говорила, а он слушал и пытался осознать то, о чем она ему говорит. Его ребенок? Девочка или мальчик? Ферма отца? Храм? Свадьба?! Их совместная жизнь?! Коровы?!! Кони?!! Приданое?!! Их общий дом?!! Другие дети?!!! Внуки?!!! От всего этого кружилась голова, и время от времени он отключался, как после сильного пропущенного удара, а Лилилита все говорила и говорила.... В конце концов он все-таки сумел понять, чего Лилилита хочет от него: порадоваться их общему ребенку, заверить ее в его любви и жениться на ней, можно не прямо тут же на сеновале, но в самое ближайшее время. Честно сказать Ходок не знал, рад ли он их совместному ребенку и не знал до сих пор, но его жизненного опыта хватило, чтобы сказать то, что она так хотела услышать. Ходок правильно угадал -- нежный поцелуй и счастье в глазах подруги стали его наградой. Любит ли он ее? Ходок не знал -- ему не с чем было сравнивать. Он желал ее как женщину, ему было с ней хорошо и легко, ему нравилось видеть восхищение в ее глазах и глазах ее сестер, когда он приносил на ферму оленя или кабана, нравилась приготовленная ее руками еда и то как она смотрит на его обнаженное тело. Возможно это и была любовь? Тогда он действительно ее любил. Ну а что касается свадьбы, то тут Ходок не принадлежал себе, его жизнь -- служение клану, и он не мог помыслить для себя другой судьбы.

В бараке открылась дверь, и он как и каждый боец сотни напрягся. С его места не видно было вход, а потому десятник сосредоточился на звуках и внимательно следил за реакцией товарищей на других нарах. Несколько напряженных секунд, а затем казарма расслабилась -- свои. Вернулись четверо воинов сотни, что подобно самому Ходоку навещали подруг. Скорей всего не Белок на фермах за городом -- те кто крутил с фермерскими дочерьми уже вернулись, Ходок был последним из них, а подруг непосредственно в городе, может тех же Белок из работавших при кухнях, или портних из таких как они (заготовок), или эльфийек, недавно пополнивших ряды стрелков (эльфов-стрелков), или каких других женщин, бывало даже хозяек. Ходок в очередной раз задумался, каково это любиться с хозяйкой (игруньей), но быстро отбросил пустые и не нужные мысли, тем более его уже давно не интересовал этот вопрос: времена, когда он представлял себе игруний без одежды и представляя удовлетворял себя рукой, давно прошли -- пусть его Лилилита и раздобрела в последнее время, он не променял бы ее на самую красивую госпожу, да и на любую другую женщину тоже. Если конечно поступит приказ, тогда другое дело, но пока он мог выбирать, именно Лилилита была для него всем, даже теперь, когда им из-за растущего у нее внутри ребенка пришлось несколько ограничить обычные любовные забавы.

Мысли десятника вновь вернулись к давнему разговору: Лилилита тогда его поняла и не стала настаивать, любила его так же нежно и всегда с нетерпением ждала, однако в ее глазах поселилась грусть, видя которую ему хотелось завыть и что-нибудь сделать, но к сожалению он не знал что. Он даже не испугался, а обрадовался, когда отец Лилилиты и отцы многих других фермерских дочерей отправились к господам-Драконам. Нет, Ходок не горел желанием навсегда снять доспех и стать фермером, но ради своей женщины был готов и на большее. Не пришлось -- хозяева-Драконы не отдали такого приказа, и десятник действительно искренне не знал радоваться этому или нет.

Опять хлопнула дверь -- вернулась очередная партия ночных гулен. Недолгая проверка и пятеро бойцов разбрелись по бараку, вскоре третий и первый ярусы под Ходоком заняли их хозяева и почти сразу засопели, провалившись в сон.

А вот к Ходоку сон все также не приходил -- слишком много, непривычно много мыслей в голове, сложных мыслей, что не давали спать. Ребенок... Его ребенок...? Свадьба... Как сделать Лилилиту счастливой и убрать грусть из ее глаз...? На кого будет похож их совместный ребенок...? Сын это или дочь...? И что ему сказать, когда он вылезет из матери...? Надо же что-то ему сказать...? Интересно, а как он или она будет вылезать...? Неужели действительно, как говорит Лилилита, из того самого места...? От всего этого кружилась голова и хотелось хоть ненадолго забыться во сне, но сон не шел.

Вопросы, вопросы и вопросы еще некоторое время не давали ему спать, и в конце-концов он взмолился Трооатэне о сне -- как всегда искренняя молитва помогла, и Ходок уснул, проспав целый час, даже не вскакивая каждый раз когда открывалась и закрывалась дверь. Ему снился его будущий сын, как он в полном доспехе и с оружием выходит из матери и как радуются его бабка и дед. Телом и лицом сын очень похож на него, а глазами и умом на мать. Вот он приводит его к хозяевам-Драконам, и те отправляют сына в его десяток, вот сын уже сам десятник верно и храбро служит клану, Драконы ценят и хвалят его, а Лилилита и он могут им гордиться. В награду за такого бойца Драконы разрешили ему жениться -- Лилилита и ее семья счастливы, он тоже. Сны, сладкие сны, подаренные богом войны сны -- Ходок улыбался во сне, его разум переваривал полученную за этот день (и не только) информацию, а его тело наполнялось силой и энергией.

Проснулся Ходок от удара била в гонг, проснулся одновременно со всеми обитателями казармы и со всеми обитателями других бараков, до которых дошел вибрирующий звук. Как и все спрыгнул на пол и как и все в чем был отправился в общую для трех бараков баню-умывальню. Общей умывальня была не только для них -- как минимум четыре сотни строителей пользовались умывальней по вечерам, скорее даже ночью, бывало заскакивали не дотерпевшие до цитадели игроки, ну и конечно ее использовал обслуживающий кухню и казармы вспомогательный персонал, а с недавних пор умывальню посещала и сотня портних. Вот и сейчас за легкой, недавно установленной деревянной перегородкой слышались женские голоса, а иногда сквозь узкость прохода и белый пар мелькали обнаженные тела. Раньше перегородки не было, и немногочисленные женщины, что пользовались помывочной, либо ловили момент, когда в ней не было никого из мужчин, либо терпели сотни жаждущих взглядов. Лишь некоторые хозяйки (игруньи) ничуть не смущались сотен возбужденных голых мужиков, а напоказ демонстрировали им свою красоту. Бывало заходило дальше и госпожи выбирали себе любовника на ночь, бывало двоих-троих, всякое бывало, в том числе когда игрунья-госпожа не желала терпеть, хотя бы до женской раздевалки, а требовала любви прямо на глазах у всех. Когда-то еще до знакомства с Лилилитой Ходок мечтал о том чтоб выбрали его, но затем повзрослел, встретил свою любовь, да и узнал, что любовь игруний может быть смертельно опасной...

Ходок на всю жизнь запомнил тот случай, когда в баню зашли две пьяные эльфийки-воина, еще не Драконы, но готовившиеся вступить в клан, как они приказали им выстроиться в ряд, а потом ходили и выбирали себе мужчин. Выбрали десятерых, разделись и приказали счастливчикам, как они выразились, ''отпороть их как можно более жестко'', остальные должны были смотреть. Братья-спецназовцы постарались и выполнили приказ от и до, до стертых коленей и крови на разных местах. Сам Ходок смертельно завидовал товарищам, но ровно до того момента, как ублаженные по нескольку раз госпожи вдруг стали громко кричать, но совсем по-другому, не так как когда их любили исполнявшие приказ бойцы, потом взялись за мечи и начали рубить ничего не понимающих и не сопротивлявшихся любовников. Рубили страшно и долго, особенно уделяя внимание тому что между ног, закончив со ''счастливчиками'' пошли на них... Тогда все кончилось хорошо -- на крики самих же игруний прибежал господин Кредитор и остановил плачущих и в то же время жутко орущих воительниц. Слов окровавленные голые госпожи с мечами не понимали, и господин встал между ними и их беззащитными жертвами, а потом, отбив несколько ударов, велел столбом стоявшим спецназовцам себе помогать. Слово полноценного Дракона -- закон: обезумевших воительниц скрутили в тот же миг, не помогли даже мечи и неплохое умение ими владеть. Было разбирательство, и две безумицы так и не вступили в клан, а Ходок запомнил на всю жизнь -- любовь госпожи не только удовольствие, но и смертельный риск.

Впрочем те времена остались далеко в прошлом: опекавшая портних госпожа Исилиэль приказала отгородить в бане женскую часть и внимательно следила как за своими подопечными, так и, когда могла, за всеми остальными -- с тех пор в бане мылись и только мылись к искреннему разочарованию части мужчин-заготовок и к не менее искреннему облегчению тех из них, кто видел и помнил ЧТО может произойти.

Помывка не заняла много времени, и вскоре сотня вернулась в казарму. Несколько универсалов прибирали разобранные спальные места, а у входа сотню ждал господин Полдон.

Рейнджер небрежно кивнул на приветствие воинов и взмахом руки подозвал Ходока к себе.

-- Уже помылись? Хорошо. Полтора часа вам на физо и жрачку, потом получите в каптерке недельный паек и подгребайте к 6 форту, там вас встретит Гематоген, он примет вашу сотню на неделю, будете прочесывать лес. Все ясно? -

-- Да, господин, - приложил руку к груди Ходок.

-- Ну и ладно. Не задерживайтесь -- помните, на все про все у вас час и тридцать минут. -

Игрок ушел, а Ходок повел сотню на небольшой плац между задней стеной барака и живой стеной города (строительство каменной стены досюда еще не дошло).

*

Тут следует пояснить: заготовка, что эльф-стрелок, что спецназовец, что любой другой, не мог подняться выше командира десятка бойцов, так что в бою или походе сотней и более крупным отрядом всегда командовал тот или иной игрок. Однако в любой сотне имелся десятник из старых заготовок, вот он-то и определял повседневную жизнь подразделения, отмечал отличившихся и проштрафившихся бойцов, выделял десятки, когда не требовалось участия всей сотни, следил, чтобы новые заготовки не упороли косяк, решал бытовые проблемы, отвечал перед игроками за боевую форму и снаряжение бойцов и чтобы, когда нужно, все они были под рукой, а в походе был постоянным заместителем временных, часто менявшихся командиров. В третьей сотне спецназа таким вот старшим десятником был Ходок.

*

Ходок помнил о времени, а потому сотня не задержалась на плацу: бойцы сделали несколько кругов, потом общий разминочный комплекс из приседаний, наклонов и растяжек, потом отжались всего-то по сотне раз, столько же раз подтянулись на перекладине, и десятник повел их обедать -- на все про все ушло не больше 15-ти минут. В способной вместить до пятисот едоков столовой оказалась только сотня универсалов-строителей, так что ждать практически не пришлось. Ходок махнул свояку (другу сестры Лилилиты) и выложил на общий стол узелок с испеченным руками любимой овсяным печеньем, другие, из тех кто имел постоянных подруг, так же выкладывали подобные узелки. А вот тем, кто встречался с портнихами (заготовками) нечем было похвастаться перед остальными, так что Ходок и остальные владельцы источавших завлекательные ароматы узелков несколько свысока смотрели на них. Завтрак : на первое -- густой мясной суп из конины и овощей, на второе -- вареная копа и котлеты из мяса лося и какой-то птицы, на третье -- кисель из дикой клюквы и большая сдобная булка с яблочным повидлом внутри, ну и разумеется содержимое узелков. Как и все заготовки спецназовцы ели быстро и качественно -- десять минут и ломившиеся столы опустели, только блестят вылизанные тарелки и ни одной самой маленькой крошки не осталось на чистых и не нуждавшихся в дополнительном обмахивании столешницах.

После плотного завтрака сотня бегом отправилась в казарму, а вот Ходок не надолго задержался: перекинулся несколькими словами со свояком и выпросил на кухне почти полпуда соли, а еще мешочек приправ, и то, и другое на случай, если удастся добыть свежего мяса. Возвращаясь в барак заметил непорядок и шуганул миловавшегося с работницей кухни подчиненного, потом другого и третьего, в общем насобирал пяток таких и вместе с ними вернулся в казарму.

30-40 минут сотня готовилась к выходу: воины доставали оружие и снаряжение из сундуков, проверяли его, откладывали то что возьмут с собой, ухаживали за сталью мечей и доспехов, а так же деревом луков, помогали друг другу удобнее подогнать ремни доспехов и сбруи, перебирали стрелы, натягивали на луки тетивы, затем последний штрих -- каждый из них произнес обращенное на себя заклинание Бег, заклинание ловкости, заклинание скорости, заклинание рефлексов. Закончив все необходимые дела, уже полностью готовыми построились в четыре ряда. Ходок внимательно, но быстро осмотрел подчиненных и остался доволен, а затем бегом повел сотню к каптерке получать сухой паек. Ходок да и остальные боевые заготовки привыкли к тому, что каптерка работает как часы, так что воспринимали такой порядок вещей как должное, рассчитывали на это и ни разу не ошиблись, а потому Ходок ничуть не удивился тому, что получил все необходимое меньше чем за десять минут. Хотя чему тут удивляться? В каптерке работали те же заготовки, а значит ВСЕ ВСЕГДА было на месте и под рукой и НИКОГДА не случалось обедов, простоев, задержек, НИКТО НИКОГДА не вымогал мзду, не кичился своей важностью, не пытался подсунуть брак, ну и конечно не воровал.

Получив положенный сух-пай сотня покинула уютный мирок воинских бараков и выбралась в большой мир, как в бурное море нырнув в вечно гудящую стройку. Спецназовцы давно перестали обращать внимание на не прерывавшийся ни днем, ни ночью гул и относились к нему как жители морского побережья к шуму прибоя. Точно так же они привыкли к постоянной сутолоке и множеству препятствий на пути, а потому сотня не двигалась единым монолитным и в то же время неуклюжим отрядом, а как в бою разбилась на десятки и продвигалась к одной общей цели, но разными путями -- хорошая тренировка перед настоящим делом.

Десяток Ходока в последний момент сумел проскочить между набитой кирпичом телегой и полусотней универсалов, кативших тачки полные известняка... Затем едва-едва разминулся с полутысячной колонной зомби, каждый зомби тащил за плечами полный щебня мешок... Вызвав мат собратьев-заготовок (школа Морнэмира) пробежались по строительным лесам какого-то большого здания... Ходок увидел возможность избежать возникшей впереди толчеи и первым ринулся по наваленным каменным блокам вверх -- десять фигур птицами пролетели над головами толпы, приземлились, перекатились, умудрившись не сломать стрелы, поймали заранее подброшенные луки и, на ходу закинув их в садаки, продолжили путь (в течении минуты тем же путем воспользовались два других десятка третьей сотни)... Новый затор (лопнула цепь и тяжелая доска убила несколько овец) -- десяток метнулся в окна недостроенного помещения без крыши, оказалось внутри нет не только крыши, но и полов, зато уже имелись потолочные балки, вот по ним спецназовцы и пробежались, выскочив с другой стороны... и тут же, не желая попасть под копыта гонимого пастухами-фейри табуна, свернули в заканчивавшейся тупиком проулок... Пятиметровая стена в конце проулка не стала для них препятствием -- спецназовцы взяли ее с разбегу, а затем запрыгали по очередным строительным лесам, выслушав вдогонку новую отборную порцию мата сразу на трех языках (общем, эльфийском и русском).... Миновали по краю глубокий карьер, пронеслись мимо госпожи, которая высоко подоткнув юбку купала в корыте испачкавшегося питомца-гепарда (молодой боец едва не споткнулся, засмотревшись на красивую и сложную татуировку на аппетитном бедре)... С ходу перелетели глубокую канаву, на дне которой мерно махали кирками и мотыгами вездесущие зомби... Использовали как трамплин спину отдыхавшего после доставки камня вола (огромное животное даже ухом не повело, а вот его возница подавился куском хлеба и возмущенно заорал)... Вихрем миновали еще несколько переулков и выскочили на площадь перед строившимся храмом.

Здесь десяток Ходока сделал короткую остановку: во-первых, поклониться обиталищу бога и произнести короткую молитву, а во-вторых, удачно подвернулся спешивший по своим делам жрец -- Ходок и его десяток перекрыли ему дорогу и склонились для благословения. Обладатель бело-золотых одежд ошалел от такой наглости, но все-таки простер над ними руку и произнес положенные слова -- запахло свежестью как после грозы и у богобоязненных спецназовцев резко прибавилось сил. Десяток продолжил свой путь, с утроенной ловкостью лавируя внутри людского моря, груд мусора и строительных материалов: вот спецназовцы, обходя незасыпанную лужу, горизонтально пробежались по стене; вот они же вскарабкались на крышу и некоторое время неслись поверху, перепрыгивая с недостроя на недострой; вот они наоборот нырнули под землю и пробежали значительный участок пути пустым и гулким тоннелем; а вот и забитые народом ворота нужного форта. То что забиты -- не беда -- собратья-спецназовцы из шестой сотни сбросили изуродованные многочисленными узлами веревки, и десяток Ходока мигом полез по ним вверх.

Ходок не захотел предстать перед нынешнем командиром сотни всего одним десятком, а потому подождал отставших прямо тут на стене. Пока ждал успел обменяться новостями с десятником воротного десятка и полюбоваться на небольшой городок невдалеке от городских стен. Слухи о новом и постоянном доме для спецназа давно ходили среди сотен, а благодаря свояку-универсалу Ходок знал, что это не просто слухи, и вот сегодня он услышал радостную весть: восьмую и четырнадцатую сотни уже переселили в новый дом, а значит вскоре дело дойдет и до них.

Последний припозднившийся десяток присоединился к остальным на стене, и Ходок повел сотню по аппарели вниз, туда где их ожидал командир и где собирался остальной отряд.

5 сотен: 2 сотни спецназа, 3 сотни эльфов-стрелков -- немалая сила. Десятнику был знаком командир общего отряда -- Полоз (Хайлириен) -- хороший, умелый командир, хотя иногда и любит излишне рисковать, но везучий -- под его рукой ни разу не погиб ни один спецназовец или эльф-стрелок. Знаком был и командир их сотни -- Гематоген (Стальной Клинок) -- тоже хороший командир, даже получше Полоза: не говорит непонятных и сложных слов, а когда говорит, то всегда говорит по делу и как на собственном опыте помнил Ходок, из рейнджеров клана он лучше всех ходил лесными дорогами. Из остальных трех сотников он знал только Хитмена, а двух других сотников, господина и госпожу, он видел мельком пару раз, но не знал их имен. Помимо сотников были и другие господа -- недавно вступившие в клан новички и их питомцы, не считая питомцев 40 бойцов в шести рейдах. Все командиры сотен были рейнджерами, оно и понятно -- каждый из них поведет свою сотню лесной дорогой.

Назначенный сотне командир, обладатель легкого пластинчатого доспеха под цвет маскировочного плаща и роскошного витого лука, сидел привалившись к стене рядом с площадкой телепорта и как будто спал, черный волк по прозвищу Ворон, лежал рядом с ним и периодически зевал. Разумеется рейнджер не спал и встретил подошедшего Ходока внимательным взглядом, но вставать не стал, выслушал доклад десятника, скосил глаза на сотню за его спиной, кивнул и, приказав ждать, поглубже надвинул капюшон. А вот его питомец проявил больше дружелюбия, пару раз вильнул хвостом и обнюхал десятника. Ходок вежливо подставил ладонь старому знакомцу, пет ее лизнул и по-быстрому пробежался вдоль строя бойцов, принюхиваясь к каждому из них, затем вернулся к неподвижному хозяину, что-то рыкнул и улегся на прежнее место.

Уже знакомый Ходоку ритуал был завершен, и он, отдав бойцам команду ''вольно'', приготовился ждать. Впрочем ожидание не затянулось: прямо на глазах у Ходока исчезла груда наваленных на телепортационный диск ящиков и мешков, а следующими были они -- десяток с небольшим третей сотни и сотник-игрок с его питомцем. На той стороне они оказались посреди гигантской стройки, словно вернулись в город, только вот вокруг был не город, а первый из заложенных кланом замков (Южный).

*

Перебросить через телепорт полтысячи с лишним воинов не такая уж простая задача -- телепорт это все-таки не портал: после каждого броска телепорту нужно было как минимум пару минут отдохнуть (большое расстояние и полная загрузка), потом на него нельзя было впихнуть больше двух десятков бойцов, а учитывая габариты спецназа, скорее меньше чем больше. Так что переброска такой большого отряда растянулась на два с лишним часа.

*

Вытянувшаяся змеей сотня стелилась между деревьев и подобно настоящей змее постоянно изгибалась своим длиннющим телом толщиной всего в одного бойца. Деревья и кусты вокруг спецназовцев и двух примкнувших к ним рейдов давно слились в единую зеленую стену, хотя скорее в бесконечный и однообразный тоннель, а единственным страстным желанием тех, кто не жалея сил несся по нему, было бежать, бежать вперед, бежать и не споткнуться, бежать и не потерять спину впереди бегущего -- сотня пересекала лес с помощью доступной только рейнджерам-эльфам лесной дороги.

Ходок много раз и с разными командирами ходил подобным путем, а потому в отличие от новичков (неважно спецназовцев или игроков) не так боялся отстать от командира сотни -- опытный десятник знал, рейнджер чувствует всех кто идет по проложенной им дороге и сразу же заметит, если кто-то с нее сойдет. В общем-то лесная дорога пугала только в первый раз, пугала темпом и во многом иллюзорным страхом не успеть и потерять спину впереди бегущего, пугала струящейся вокруг тебя зеленой стеной, в которой невозможно было различить отдельные ветки, кусты и древесные стволы, но на которой иногда, всегда неожиданно проступали жуткие гротескные хари, пугала странным шумом так не похожим на звуки обычного леса и тихим-тихим на самой грани слуха звуком свирели, той самой свирели, что играла где-то вдалеке, не приближаясь и не удаляясь все время пока путник не сходил с этого пути. Но лесные дороги стоили того чтобы преодолеть свой страх, ведь тот кто часто ими пользовался вскоре начинал их ценить: дорога не только сильно облегчала и сокращала путь сквозь самые непроходимые чащи и даже болота, но и прибавляла сил каждому кто становился на нее и позволяла избегать многих ненужных путнику опасностей. Ну а хари и свирель можно было и потерпеть, тем более хари оставались просто харями и не спешили напасть, а звук свирели даже скрашивал монотонный путь и помогал поймать ритм бега и не отстать.

Тогда шесть часов назад им пришлось довольно долго ждать пока отряд проталкивал себя через угольное ушко телепорта: первые полчаса Ходок и постепенно проходившая на эту сторону сотня скучали, а вот следующие полтора часа они скучали о скуке, исполняя несвойственные гордому спецназу обязанности грузчиков -- припахавший их господин, один из тех кто распоряжался на стройке, как сбитого ладонью комара отмел все возражения их сотника и заставил обе сотни спецназа и всех уже доступных эльфов-стрелков тащить и катить, катить и тащить, волочь и нести, тянуть и грузить и так все полтора часа, радостно встречая каждую новую партию облаченной в доспехи дармовой рабочей силы. Закончил издевательство прошедший последним командир отряда: Полоз мгновенно пресек поползновения задержать его отряд еще на пару часов, а то и до темноты, послал в далекие и неуютные края предприимчивого ''эксплуататора'', тут же разделил рейды игроков между сотнями и первым повел свою сотню в окружавший стройку лес.

И вот четвертый час сотня Ходока бежит по лесной дороге, бежит хорошо, ни разу никого не потеряв и, благодаря особенностям дороги, сохраняет силы для будущих дел. В отличие от многих других рейнджеров, с которыми бегал Ходок, Стальной Клинок не гнал что было сил и поддерживал ровный, удобный для ног и дыхания темп, а еще Ходоку как всегда казалось, что зеленая стена вокруг мелькает быстрее чем у других создателей лесных дорог.

Опытный десятник не ошибся -- сотня Стального Клинка обставила остальные сотни на полчаса-час.

Когда сотня достигла отмеченной на карте точки, Гематоген не стал дожидаться остальных: рейнджер быстро определил место будущего лагеря, а заодно точки возрождения для игроков; послал разведку пошариться вокруг; выставил парные посты; бойцы сотни перекусили сухпаем и не теряя времени взялись за топоры мастрячить засеку-частокол вокруг лагеря -- как всегда когда доходило до дела, вся апатия Гематогена куда-то ушла.

Ходока и некоторых других бойцов его сотни нельзя было удивить подобной не очень подходящей для воинов работой -- некоторые из них помнили те времена, когда у клана еще не было универсалов и всем не исключая господ-игроков приходилось махать топором и кидать землю лопатой, так что навык был, еще бы ему не быть у участников многих больших походов клана и тех кто строил укрепления в Хлебной долине. Сотня успела многое: наметить и немного углубить окружавший лагерь ров, срубить, обстругать и даже частично поставить засеку (несколько рядов с большим наклоном вкопанных кольев), связать корневищами щиты и площадки для лучников и даже втащить одну такую площадку на подходящее дерево. Так что когда начали подходить остальные сотни, работа была в самом разгаре. Пришедший третьим Полоз похвалил предприимчивого сотника и его заместителя и... тут же отправил отличившуюся сотню в поле, то есть в лес, ''чесать'' его частым гребнем, такая же судьба постигла все три сотни эльфов-стрелков и всех игроков, а доделывала лагерь уже вторая припозднившаяся сотня спецназа и два друида (частокол-засека послужил прекрасной основой-усилением для живой стены).

В тот день не случилось ничего необычного, разве что вновь отличился Гематоген, одним единственным удачным выстрелом прямо в глаз свалив бобра размером с очень большого быка или маленького слона. Удачливому рейнджеру досталась особая награда и роскошная правильно снятая шкура, а бойцам его сотни почти три тонны жирного мяса -- вот и пригодился особый запас Ходока (соль и специи). А так все было как на других подобных этой миссиях: составлялась карта местности, истреблялись неспособные возрождаться твари и агрессивные и не пожелавшие убраться подальше хищники, отмечались места, где твари возрождались после смерти, а заодно искалось все что может принести пользу клану. Как позже оказалось, все без исключения сотни позаботились о себе, у всех были припасены соль и приправы, все настреляли разной птицы и зверя, хотя такой роскошной и главное большой добычей смогла похвастаться только третья сотня, но не важно -- в любом случае вечером состоялся пир и сколько угодно жареного, печеного и вареного мяса. Редко когда бывало что заготовки наедались, что называется, до полного живота, но в тот вечер это знаменательное событие произошло, да к тому же и на завтра осталось несколько десятков жаренных птичьих тушек, почти целый кабан и нетронутый запеченный в коре хвост гигантского бобра. Игроки тоже приняли участие в общем празднике живота и даже позволили себе вина.

Второй день начался стандартно: заготовки и игроки позавтракали (доели не влезшее вчера мясо, а заготовки еще и высосали мозг из незгрызенных обожравшимися питомцами костей), потом Полоз как и вчера разбил окружавшую лагерь территорию на сектора, и сотни продолжили ''чесать'' лес. А затем буквально через час произошло удивительное событие, изменившее жизнь Ходока навсегда...

Непривычно сытый и от того несколько тяжеловатый десяток лениво прочесывал большие лопухи, слева те же лопухи чесал второй десяток, справа проверял малинник шестой. Было жарко и скучно: белки скакали по ветвям, птицы настороженно молчали в ветвях, а мелкие зверки, что иногда шмыгали меж кустов, не вызывали у наеденного десятка обычного интереса. Кончились лопухи, начался густой и неудобный ельник, боец пустил стрелу в кусты, потом прицепил молодую лису к поясу и сунул наконечник испорченной стрелы в мешок. Защелкали тетивы на левом фланге -- ломя ветки вниз упала притаившаяся рысь. Вдалеке за деревьями пробежалась кабанья семья, Ходок напряг было руку, но тут же расслабил -- далеко. На правом фланге, в трех десятках бойцов от них начался какой-то шум -- Ходок подал остановивший всю цепь сигнал и послал двоих бойцов разобраться и помочь, точно также поступили десятники справа и слева от него, вскоре мимо пробежал рейнджер-сотник и высунувший язык черный волк. Несколько минут и двойки вернулись к своим десяткам -- сотня продолжила путь.

Объявленный сотником получасовой привал застал десяток на земляничной поляне: Ходок оставил подчиненных лениво щипать редкие ягоды, а сам, поддавшись естественному желанию организма, поспешил облюбовать даже не овраг, а так, неровность в земле на самом краю поляны. Пока сидел и избавлялся от последствий вчерашнего переедания, заметил странное марево меж вылезших из земли корней дерева, что росло на самом краю недооврага. Не стал дергаться и путаться в спущенных штанах, а методично доделал все дела, подтерся лопухом и только потом осторожно и не поворачиваясь к мареву спиной отступил к своему десятку. Опытный Ходок не решился самостоятельно разбираться с непонятным, а потому послал за сотником. Гематоген прибыл через пару минут, некоторое время вместе со своим питомцем походил вокруг оврага, потом подпираемый со спины десятком Ходока решился спуститься в него, долго смотрел на мерцание, потом не менее долго и удивленно на обнаружившего это мерцание Ходока, затем уже без опаски снял стрелу с тетивы и убрал лук, подошел к мареву и... шагнул в него. Раздался тихий перезвон, и марево, сожрав полувывороченное дерево и часть леса, развернулось в огромный мерцающий круг, за которым явственно был виден большой провал, хотя нет, скорее рукотворный уходящий в глубину земли тоннель. Настолько большой тоннель, что десять-двенадцать здоровенных спецназовцев в доспехах свободно сумели бы пройти по нему в ряд и при этом не жались бы плечами!

Три часа спустя.

-- Ну вы дали стране угля! - радостно улыбнулся Морнэмир, выходя из тоннеля. Полчаса назад получивший сообщение ремесленник прибыл грифоном и сразу нырнул в зев огромного тоннеля. И вот теперь чумазый, в испачканной одежде, но счастливый эльф выбрался на белый свет и уже при свете солнца продемонстрировал командирам сотен здоровенный, блестящий жирным блеском кусок угля. - Черный как сволочь! - восторгам ремесленника не было предела. - Самый лучший, который только может быть! В такой большой шахте сможет работать не меньше, скорее больше тысячи добытчиков, а сколько угля будет...! - Морнэмир аж прижмурился от удовольствия.

-- Да на кой нам столько угля? Вот если бы серебро или золото, а лучше алмазы, - едва слышно пробормотал Хитмэн.

-- Да что ты понимаешь?! - взорвался все-таки расслышавший тихие слова Морнэмир. - Уголь это собственное производство многих алхимических составов и зелий, взрывчатых и зажигательных смесей, самое лучшее топливо для любых печей и вообще наш пропуск в серьезную и массовую металлургию -- это то же самое золото, вернее то самое золото, которое мы не потратим на покупку всего этого! Десятки, если не сотни тысяч золотых в год!-

-- Ладно-ладно, я врубился! - не стал спорить Хитмен. - Не заводись, уголь так уголь, я ведь ничего такого, просто сказал, что драг-мет и камешки было бы получше. -

-- Ну че, выходит мы молодцы? - Полоз поспешил переключить внимание готового вновь взорваться ремесленника на себя.

-- Просто герои! - Морнэмир вновь бросил взгляд на черный кусок у себя в руках. - Хорошая премия за находку вам обеспечена! -

Сотники радостно переглянулись -- премия это всегда хорошо, а хорошая -- еще лучше.

Тем временем Морнэмир передал блестевший обломок в руки своего питомца и принял от него кусок ткани вытереть перемазанное лицо.

-- Но я так и не понял кто нашел? - Морнэмир пытливо оглядел лица сотников. - Кто главный герой? Кого нам всем благодарить? Кто из вас? -

-- Тут такое дело, - немного смущенно начал Полоз, - получается, что шахту нашел Ходок -- десятник из сотни Гематогена. -

-- Заготовка?!!! - от изумления Морнэмир выронил уже черную тряпку из рук. - Как такое возможно?! -

-- Сам обалдел! - пожал плечами Полоз. - Но Гематоген говорит, что именно заготовка первым увидел мерцание и позвал его, а только потом уже он активировал шахту. Правда же? - обратился к герою рассказа Полоз. Стоявший рядом с ним рейнджер кивнул.

-- Удивительно! Выходит заготовки могут видеть не активированные шахты?! Никогда не слышал ничего подобного! - от избытка чувств Морнэмир вновь выронил поданный петом кусок ткани. - Ошибки быть не может?! -

Всегда немногословный Гематоген отрицательно покачал головой.

-- Удивительно! - повторился Морнэмир. - Это нужно очень-очень, очень хорошо обдумать, но это позже, а пока предъявите-ка мне нашего героя -- сам хочу на него посмотреть, да и отблагодарить его не мешает! -

-- Ходок! - на весь лес заорал Полоз. - Двигай сюда! -

Тут следует упомянуть, что столь редкая в здешних бедных на шахты и данжи краях находка вызвала среди игроков ажиотаж, а потому все пять сотен рассыпались вокруг Большой угольной шахты в полной боевой готовности, как будто игроки ожидали, что кто-то немедленно попытается эту шахту у них отнять. Смешно -- даже в более цивилизованных краях, тем более в сообществе игроков, угольные шахты не считались тем ради чего стоит упираться рогом, а тем более бодаться как с неписями, так и с собратьями-игроками -- не перечесть сколько угольных шахт просто бросили на произвол судьбы (и на радость тем же неписям, на чьей территории шахту нашли). Единственное исключение -- если шахта находилась поблизости от крупного города или оживленной дороги, да и то мало кто из игроков решался заниматься добычей и поставкой угля, предпочитая более выгодные и интересные занятия.

Ходок подбежал на зов, хлопнул кулаком по груди и вытянулся перед разглядывавшим его начальством.

-- Орел! Молоток! Чемоданов! Паракецов! Чернов! Герой!!! - не скупился на эпитеты Морнэмир, с улыбкой разглядывая бравого десятника. - Удружил так удружил! Ты и сам не понимаешь, что ты сделал для клана! Опять же таки лично меня порадовал, да и командиров своих не подвел, а совсем даже наоборот! А потому проси, проси все что хочешь! Если это в моих силах, сделаю! -

В голове у спецназовца словно взорвалась граната -- один из старейшин клана, выше которого только Глава, предложил ему выполнить любое его желание! Чтобы понять чувства заготовки представьте: с неба к вам спустился Господь Бог (Аллах, Будда, Вишну) и предложил вам сделать все, что вы только пожелаете! Именно так почувствовал себя Ходок, на несколько секунд он растерялся, но всего на несколько считанных секунд. В отличие от большинства людей или нелюдей у заготовки было пусть и не единственное, но самое главное желание, что превалировало над всем остальным, хотя ради истины следует упомянуть -- не совсем его желание, а во многом навязанное очень восприимчивому созданию извне.

-- Хочу жениться! -

Теперь бомба взорвалась в мозгах у вновь уронившего ткань Морнэмира, да и у остальных игроков. Морнэмир огляделся по сторонам, будто искал у окружающих подтверждения того, что он не сошел с ума и действительно услышал то что услышал. На глаза ремесленнику попалась единственная здесь женщина (игрунья -- командир одной из сотен), и он не подумав ткнул в нее пальцем:

-- На ней?! -

Эльфийка мгновенно стала красной как перезревший помидор и как-то испуганно посмотрела на десятника-заготовку.

-- Нет, господин, - отрицательно качнул головой Ходок (эльфийка-игрунья облегченно выдохнула). - На Лилилите дочери Палинтуна, фермера из клана Разгрызших каменный орех. -

-- Не повезло тебе -- какая-то фермерша-Белка тебя обошла, а ты осталась без мужика! - подначил игрунью Хитмен.

-- Еще успеется, вот разменяю стольник, растолстею от излишеств, веселой жизни и пятерки внебрачных детишек, тогда и подумаю о свадьбе, а пока погуляю на свободе, - отшутилась та.

-- А че так срочно припало? - искренне заинтересовался Полоз. - Я знаю, ваши бегают по фермерским дочкам, ну и бегал бы дальше -- зачем тебе свадьба? -

-- Лилилита хочет, хочет ее отец, хочет ее мать, хотят ее сестры, да и я знаю, что нехорошо будет, если наш с ней ребенок родится вне освященного богами союза, - Ходок честно и подробно ответил на вопрос командира отряда.

-- Все с тобой ясно, - захохотал эльф, - залетчик ты и подкаблучник! Раз женишься по залету, так и будешь у жены под каблуком всю жизнь! -

-- Не сбивай его с толку! - неожиданно для всех высказался обычно даже слишком молчаливый Гематоген и обращаясь к спецназовцу твердо и уверенно сказал, вернее похвалил: - Ты правильно поступаешь. Молодец! - И уже более мягко спросил: - Ты хочешь стать фермером? -

-- Нет, господин. Я желаю служить клану. -

-- Ну хоть тут характер проявил, - хлопнул десятника по плечу Полоз. - А я уж подумал совсем под бабскую юбку залез. -

-- Значится так, - решил все это время напряженно думавший Морнэмир. - Слово не воробей, раз пообещал -- так сделаю, пробью решение. Только я не представляю как все это будет. -

-- Я оплачу свадьбу, - тут же вызвался Гемотаген.

-- А я поеду сватом или как тут это называется и тоже вложусь, - поддержал порыв Полоз. - Если бы не он, не видать бы сегодня премии, так что я ему должен, да и на свадьбе погулять охота. А еще, была не была -- пойду к Ледышке (Людмиле) и наизнанку вывернусь, но именно она будет проводить свадебный обряд.-

-- Мы тоже в деле, - Хитмен говорил за себя и остальных сотников, те кивками подтвердили свое участие.

-- Ну тогда и я поспособствую, - Морнэмир не захотел ударить в грязь лицом перед остальными. - Договорюсь с Таурохтаром чтобы дал нашему молодожену что-то вроде увольнительной и выделю десяток универсалов на неделю -- пусть помогут фермерам подготовиться к торжеству, ну и с другим помогут если надо. -

-- Можно на обратном пути набить дичины на угощение на свадьбу, - предложила эльфийка-сотница.

Ходок стоял ни жив ни мертв: его мечты претворялись в жизнь, сны становились явью, а еще у него в груди словно возник и рос теплый ком по отношению к присутствующим на поляне Драконам и клану вообще.

На несколько часов полутысяча осталась на месте-- Морнэмир связался с Главой, и тот, как и ремесленник ранее, летел попутным грифоном, желая во-первых, посмотреть на находку своими глазами, а во-вторых, открыть временный портал на сутки (в городе формировалась колонна из универсалов, шахтеров и зомби). Ну а что касается игроков, то они обсудив будущую свадьбу разошлись: Морнэмир в одиночестве поглаживал сову-пета и обдумывал как лучше доставлять продукцию шахты в город; Гематоген проверял посты; девушка-сотница расспрашивала Ходока о его невесте и кого он хотел бы видеть на свадьбе; а Полоз, собрав вокруг себя толпу игроков, рассказывал пошлый земной анекдот на всегда актуальную тему:

-- Решили как-то москаль, хохол, жид и китаеза помериться писюнами. Ну китаеза сразу умер от позора за свое крохотное хозяйство, а хитрый обрезанный жидяра и говорит... -

*

N 229 стал первым, но далеко не последним из связавших себя узами брака заготовок.

Глава 34

Территория бывшей Парнской империи, окрестности ныне вольного города Салимарана.

Галивартан (Айсмен): раса -- ледяной эльф, класс -- варвар, командир отряда наемников на службе лорда-протектора вольного города Салимарана.

-- Айс, по дороге чапает отряд, - уверенно сообщил командиру Драконов дозорный маг-игрок.

-- По нашей дороге? - уточнил Галивартан. Чтобы перекрыть путь через не слишком густой и большой, но все-таки лес, ему пришлось сильно раздробить силы, одновременно контролируя четыре дороги и пять небольших троп. Но зато он точно был уверен, что ожидаемые Драконами ''птички'' не проскользнут мимо них (оба грифона следили за тем, чтобы засевшим в засаде Драконам не зашли в тыл и охотники не превратились в добычу).

Прежде чем ответить на вопрос, маг зажмурился, для верности прикрыв лицо ладонью, и вновь посмотрел на мир острыми очами своего питомца-ворона, а потом открыл глаза и неуверенно качнул головой:

-- Непонятно -- там развилка, так что будет ясно через пару минут. -

-- Тогда ждем, - немного расслабился Айсмен, - а пока просвети меня насчет отряда. -

Маг вновь закрыл глаза и через некоторое время начал вещать:

-- Сотни две с половиной, вряд ли три, заводных коней нет, есть два фургона. Сотня с лишним верховые латники в легких походных доспехах, копий нет, только щиты и мечи. Десяток держатся в середине строя, но особняком, доспехи хоть и походные, но получше и кони кстати тоже. Маги если и есть, то одеты и вооружены как остальные -- не узнаешь. Сотня -- посаженные на лошадей лучники с большими луками, у этих как водится: кожаны, легкие шлемы, короткие мечи, ну и луки. Остальные по-моему вооруженные слуги, какие-то бабы в фургонах -- мусор. В общем две сотни чистых воинов. О! - напрягся маг. - Свернули, значит точно к нам! -

-- Хорошо, - ничуть не обеспокоился Айсмен -- до них конному отряду пилить как минимум 10 минут, а учитывая фургоны и все 15-20, так что время было. - Знамя какое-нибудь есть? -

-- Нет, но у всех латников попоны в желто-черно-голубых цветах. -

-- Что и требовалось доказать, - расплылся в улыбке варвар. - Слава Отцу Битв -- значит точно наш клиент! -

Галивартан еще целую минуту жмурился как сытый кот, а затем что-то в нем изменилось -- взгляд, выражение лица, после чего он если и напоминал кота, то кота голодного и увидевшего мышь. Ледяной эльф оглядел прислушивавшихся к разговору старших рейдов и отдал ожидаемый приказ:

-- Готовность. Работаем по варианту 9. Богатеньких буратин в середине колоны я беру на себя, сработаю их жезлом. Если кто из них случайно прорвется, не валить: лучникам стрелять только по коням, магам только парализация, в рукопашке сбивать с ног, выбивать оружие, глушить до бессознанки. И не дай бог кому метнуть в них гранату! -

-- Так че теперь со всем десятком цацкаться?! - недовольно скривился старший одного из рейдов. - Нам ведь нужен только один из них. -

-- Ты знаешь его в лицо? - демонстративно удивился ледяной эльф. - Нет? Вот и я не знаю. Завалим клиента сгоряча и обломаемся, поцацкаемся немного -- будем в шоколаде. У кого есть еще что сказать? - Старшие рейдов отрицательно покачали головами. - Ну тогда все, занимаем позиции, - хлопнул в ладоши Айсмен и дополнительно напутствовал одного из воинов: - Гуф, не переборщи с гранатами как в прошлый раз. -

Рейды не нуждались в подробном инструктаже -- все знали что им делать, так что довольно быстро заняли свои заранее определенные позиции. Занял свою позицию и личный рейд командира Драконов (не считая самого варвара -- два мага, рейнджер и питомцы). Впрочем занял не целиком -- рейнджер вместе с волком-питомцем присоединился через пару минут и кивнул на вопросительный взгляд лидера своего рейда:

-- Десятники (командиры десяток эльфов-стрелков) предупреждены, в ''упакованных'' в центре не будут стрелять, только по лошадям. -

Айсмэн кивнул и, слегка размяв плечи, начал разминать кисти рук и пальцы. За спиной у ледяного эльфа сопел и пытался повторять движения хозяина его питомец-великан (покрытый шерстью гуманоид 3-х метрового роста), рядом выбирал и втыкал в землю стрелы рейнджер, накладывали бафы маги рейда, пользуясь возможностью ссал на дерево пет-волк одного из магов, пет другого, леопард, вылизывал себе яйца -- рейд как и другие рейды, как и восемь десятков эльфов-стрелков готовился к схватке. Через несколько минут все движение прекратилось, и на лес опустилась тишина, а вскоре и вовсе как ни в чем не бывало зачирикали притихнувшие было птицы.

Отряд Айсмена легко вписался в войско вольного города Салимарана. Впрочем разве могло быть иначе? Ведь ╬ воинской силы ныне независимого города состояло из подобных Драконам наемных отрядов и лишь ╪ из городского ополчения. Правда дополнительно у лорда-протектора имелась собственная, пусть и небольшая, но хорошо обученная и вооруженная личная армия в несколько сотен бойцов и магов, к тому же он мог располагать остатками присягнувшей ему на верность городской стражи (те из стражников кто не присягнул, тот или сбежал, или переселился на кладбище), а также дружинами богатых купцов и баронов, из тех чьи земли находились в окрестностях города, был даже неполный легион, который более-менее довели до штатной численности с помощью каторжников, вольноотпущенников и насильно мобилизованных ветеранов-стариков. НО, но личные бойцы лорда-протектора почти никогда не покидали город, изрядно уменьшившаяся в числе городская стража едва справлялась со своими прежними обязанностями, дружины купцов не особо рвались в бой, а у их хозяев хватало звонких аргументов, чтобы убедить лорда-протектора не отсылать их из города, бароны были ненадежны и могли переметнуться в любой удобный им момент, веры легиону было еще меньше чем баронам и вовсе не из-за каторжников и бывших рабов. Да и по правде сказать: городское ополчение состояло пусть и из мотивированных и неплохо вооруженных, но по своей сути совершенно мирных людей, к тому же горожане не рвались далеко уходить от своих семей, а значит и от городских стен, и лорд-протектор не рисковал их заставлять. Так что самыми ''всепогодными'' и боевитыми оставались наемные отряды из неписей и игроков, вот они-то и защищали интересы города вдали от его стен: захватывали имперские крепости и мелкие городки, принуждали к покорности не признавших власть лорда-протектора баронов, патрулировали дороги и очищали леса от многочисленных разбойников и не менее, а то и более многочисленных отрядов ошалевших от всего происходящего и взбунтовавшихся против всего на свете крестьян, а так же безжалостно резались за подконтрольную территорию с разнообразными конкурентами из других кусков распавшейся империи и решивших поживиться за ее счет соседей, ну и с гоблинами -- главной причиной ее распада.

Да-да-да, именно с гоблинами, причем именно с теми самыми гоблинами, чей дом Драконы разорили несколько месяцев назад. Большая орда, орда победительница, достигшая небывалого в истории гоблинской расы успеха; та самая орда, что разбила все посланные против нее армии великой и древней империи, а потом после многомесячной осады и долгих недель уличных боев взяла столицу; орда, что в процессе всего этого разорила богатейшие центральные провинции империи и взяла небывало-огромную добычу; именно эта обожравшаяся человеческого мяса орда получила известия о захвате Большого рудника, о чудовищной бойне в Хлебной долине, о падении четырех цитаделей сильнейших кланов, о наводнении, погубившем сотни селений и десятки тысяч их родных, о разгроме еще нескольких армий, о массовой миграции прожорливых тварей с гор, о вторжении из Синих болот и... распалась в один миг! Раскол был тем более страшен что прошел не только между кланами, но и внутри них: между вождями и шаманами, между гоблинами гор и предгорий, между знатью кланов и простыми воинами. Гоблины с яростью безумцев сцепились меж собой, те, кто еще несколько дней назад делили пищу у одного костра и сражались плечом к плечу, выпускали друг другу кишки, срубали головы, расстреливали из пращ, насылали духов и убивали сотнями и тысячами других способов. Ах если бы все произошедшее произошло на месяц или два раньше, то у империи появился бы шанс подтянуть резервы с окраин, собрать еще несколько армий и раздавить уже не орду, а кипящую от ненависти друг к другу неуправляемую массу! Но империя была окончательно и бесповоротно мертва, и падальщики пировали на ее костях. Гоблины ''оттягивались'' примерно две недели и в результате лишились Верховного Вождя, Великого Шамана, почти всех клановых вождей и старейшин, многих тысяч шаманов, а уж простых воинов погибло не намного меньше чем погибло за все время боев с имперскими армиями. Выжившие в мясорубе разделились на несколько частей. Самые сплоченные и здравомыслящие, те кто сумел подняться над внезапно вспыхнувшей враждой, ушли домой отвоевывать родные горы у Драконов, у тварей высокогорья, у Синих -- неважно у кого, главное -- они шли домой, и горе тому, кто вставал у них на пути! Другие -- целые кланы, части нескольких кланов, а то и вовсе сбившиеся вместе одиночки ушли в самых разных направлениях, держа путь в самые разные места, в основном к другим известным анклавам расы гоблинов, надеясь за часть добычи купить себе новый дом, жен, будущее. Многих из них прикончили по дороге, как на территории империи, так и вне ее, бывало польстившись на добычу пришельцев убивали те, к кому они шли, и лишь очень немногим из них повезло обрести желаемое, усилив собой и своей добычей до этого незначительные гоблинские племена. Были и те, кто остался на территории империи, но не на территории превратившихся в пустыню центральных провинций -- эти гоблины понимали, что у них нет будущего, нет судьбы, им не оставить потомства, а потому не щадили ни себя, ни других, проживая оставшееся время по принципу ''пощады никто не попросит и не даст'' и уничтожая всех и вся. К счастью многочисленные мелкие отряды, в пару тысяч максимум, уже не могли взять более-менее укрепленные места, но тем, кого не защищали крепкие стены городов и крепостей, доставалось.

Как уже было сказано ранее, большой прекрасно обученный, организованный, располагавший великолепной магической поддержкой и даже собственной воздушной разведкой отряд Драконов сразу пришелся в Салимаране ко двору. Пришелся во многом еще и потому, что Драконы привыкли сражаться без жалости и пощады и привыкли к такому врагу как гоблины, знали их, знали их повадки, знали как их лучше убивать, а потому в отличие от многих наемных отрядов не избегали схватки с нестрашившимися смерти людоедами, а наоборот стремились к ней. В свою очередь гоблины знали кто такие Драконы, а потому на противостояние Драконы vs гоблины всегда накладывалась личная ненависть последних: лишенные всего зеленые мстители мечтали найти и сожрать губителей их родины, находили, но верх всегда держали Драконы -- еще одна причина почему отряд Айсмена находился на хорошем счету у городских властей и лично у Айшера Алимарила (лорда-протектора). Но сегодня ради разнообразия не гоблины были противником Драконьего отряда, а кое-кто другой, тот, кто проиграв важнейшую в свой жизни битву, бросил свой дом, могилы предков и семью на произвол судьбы и поспешил спасти свою драгоценную шкуру, тот, кто под охраной последних преданных бойцов, несся по лесной дороге, не зная, что несется прямиком в расставленную ловушку.

-- Значит две сотни стоящих бойцов и полсотни мусора, - между тем размышлял о неизбежной схватке Галивартан. - Латники на конях -- скорей всего рыцари и оруженосцы -- серьезные бойцы, но и всадники, и кони без тяжелых лат, так что для стрел и осколков гранат не должно быть проблем. Лучники тоже серьезные ребята, но из больших луков не постреляешь с коня: коня нужно остановить, с него нужно слезть, как-то о нем позаботиться, чтобы не мешал ни тебе, ни другим, в крайнем случае прогнать и только потом стрелять, это при условии, что у них натянуты тетивы. Уточнить? - ледяной эльф бросил взгляд на мага своего рейда (того самого хозяина пета-ворона). - Хотя не стоит -- мы полюбому не дадим им такой возможности. Насчет магов неизвестно и это плохо, с другой стороны, ну сколько тех магов может быть? Два? Три? Пять? Вряд ли больше и еще меньше вероятность, что среди них окажется кто-то сильный, хотя бы пятого уровня -- такие маги не шатаются по лесным тропам в компании проигравших битву барончиков. Даже если пять, то у нас только основных 17 (основной класс, в данном случае -- маг), а еще восемь друидов. Численное превосходство и то что они верхом можно не учитывать, да и не так оно и велико -- если к восьмидесяти эльфам-стрелкам и сорока семи игрокам прибавить питомцев и маунтов, получится почти те же две сотни -- должны справиться. И вообще, то что они на конях нам поможет, ведь вокруг лес, чаща с кустами, корягами и ямами, ну и внезапность, гранаты, маги, да и качество бойцов -- точно справимся! В конце концов, риск -- дело благородное. -

-- Две минуты! - сообщил хозяин ворона.

Ледяной эльф привычно проверил, как ходят в петлях короткие парные топоры, огладил шершавую рукоять боевого ножа, чуть выдвинул вертикально укрепленное на поясе лезвие и, задвинув его обратно в ножны, вытащил руку из-за спины. Пальцы руки скользнули было к флаконам с зельями быстрого набора, но на полпути остановились -- Айсмен передумал их принимать, решил обойтись бафами, тем более не самые слабые маги его рейда хорошо постарались. Взгляд направо -- рейнджер оскалив зубы уже наложил бронебойную стрелу на тетиву, но пока не растягивал лук. Взгляд налево -- один из магов что-то бормочет, либо подновляет щиты, либо запоздалый баф, другой, закрыв глаза, с помощью питомца контролирует еще не показавшихся всадников. Взгляд назад -- Вуки (питомец-великан) рвется в бой и в то же время пытается как можно плотнее втиснуть свое огромное мохнатое тело в откровенно тесную яму. Галивартан мысленно похвалил питомца за старание и подбодрил его, Вуки пожаловался хозяину-другу на затекшую ногу и кусачих муравьев, Айсмен пожалел его и пообещал после боя подключить друида, чтобы тот очистил густую шерсть от всякой вредной живности, Вуки услышал топот коней.

Галивартан повернулся к дороге и достал из-за пояса жезл всего с тремя зарядами на парализацию, но мощными зарядами 4-ого уровня школы Порядка, положил жезл рядом с собой, уперся лбом и руками в землю, сосредоточился, сжал зубы и активировал классово-расовую способность ''Ледяной берсерк''. Как всегда игрока пронизала обжигающе холодная и в то же время настолько же горячая волна, с десяток таких волн. Непроизвольно тело выгнулось дугой, и варвар, заскрипев зубами, едва-едва не заорал одновременно от боли, восторга и удовольствия! Татуировки на его коже стали четче и словно покрылись изморозью, сама кожа стала холодней, ну а когда он открыл глаза, на мир взглянули не обычные голубые глаза, а две морозные ледышки. На целых пять минут и без того подвижный и шустрый, да к тому же еще и хорошо пробафленный варвар стал невероятно быстр и ловок, рефлексы тела также подросли, как и сила. Изменения коснулись не только забугрившейся мышцами плоти, но и разума -- его восприятие сильно возросло, выросли и скорость мысли, и быстрота принятия решений, а значит реакции на них. В отличие от обычных варваров-берсеркеров он не потерял себя, платя временным падением интеллекта за звериные скорость и силу, наоборот все звериное ушло как и всякие посторонние мысли, и остался только кристально чистый разум, без сантиментов, без слабостей, без сожалений и без пощады к кому бы то ни было.

*

Айсмен боялся этого состояния, того как оно влияет на него, но все равно вкладывал в спец-способность очки -- уж слишком много преимуществ оно давало в бою. Боялся, так как подозревал (и небезосновательно), что каждая активация кое-что меняет в нем и меняет навсегда, но в то же время с нетерпением ждал ее. Боялся приходивших вместе со способностью странных мыслей и желаний, но прекрасно понимал, что уже не может и не хочет отказаться от нее. Боялся того, что он творил во время этих пяти минут, и того, что чувствовал при этом, но и не желал поддаться страху и навсегда отказаться от столь полезной в бою, прокаченной способности. Боялся, надеялся, хотел, думал, желал -- в общем все было не просто, как впрочем и всегда, ведь Серединный мир очень редко позволял идти простым и скучным путем, хотя очень часто казалось, что все обстоит ровно наоборот.

*

Некоторое время игрок боролся с собой, пережидая первые самые сложные секунды, потом его немного отпустило, и он вновь вернулся к окружающему миру. Теперь и Айсмен явственно услышал стук множества копыт, но не гул как должно было быть, когда по дороге во весь опор скачет немалый табун, а неровный дробный стук. Варвар оглянулся по сторонам: вот ветер, лениво перебирая один волосок за одним, шевелит волосы на голове у мага, вот питомец-волк моргает словно через силу, как показалось варвару потратив на то чтобы открыть и закрыть глаза чуть ли ни целую минуту, вот бьется жилка на виске у рейнджера. Тук, тук, тук-тук -- жилка бьется в ритме приближающегося звука копыт. Варвар вновь повернулся к дороге -- звук стал немного сильней, но конных как не было, так и нет. Айсмен вновь проверил топоры, проверил нож, проверил второй нож за сапогом, немного передвинул жезл, пробежался рукой по амулетам на обнаженной груди и вновь посмотрел на дорогу -- конных все не было, лишь звук копыт стал еще чуть-чуть сильней. Варвар едва не зарычал от нетерпения, но холод в душе и мыслях позволил ему пересилить мимолетную вспышку ''горячих'' эмоций.

Один из магов рейда напрягся (кто-то проверял лес магическим путем), но тут же расслабился, и на его губах зазмеилась ехидная улыбка (обнаружить довольно таки большую засаду не удалось).

Вот наконец показались первые всадники, на взгляд Галивартана тащившиеся как черепахи (на самом деле кони шли рысью), за ними так же неторопливо показалось тело растянувшейся конной колонны.

Первые всадники поравнялись с началом засады, миновали несколько рейдов и позиций эльфов-стрелков, начала втягиваться основная часть. Всадники как будто позируют для неведомого фотографа, а кони ме-е-едленно переставляют копыта. Варвару видна каждая морщинка на лицах всадников, каждая напрягшаяся мышца у коней. Он видит каплю пота, что стекает по щеке не одевшего шлем рыцаря, видит пену, летящую с губ одного из скакунов, чувствует их запах, чувствует каждое движение КАЖДОГО коня или всадника прежде чем оно совершено -- все они словно плывут в густой, но абсолютно прозрачной воде.

Передовые всадники достигли позиций рейда Галивартана, миновали ее, последовали дальше. Губы ледяного эльфа растянулись в улыбке больше похожей на оскал, и он злорадно подумал:

-- Шалом вам, покойнички. -

Через невероятно долго тянувшуюся для варвара секунду наконец-то началось...

Гранаты, брошенные несколькими умелыми руками гранаты, одновременно превратили начало и конец конной колонны в ад и мясокомбинат. Зазубренные, раскаленные осколки одинаково рвали что конскую, что человеческую плоть, прорезая кожу, мясо, жилы как бумагу, разрывая внутренние органы как спелые персики, выпуская горячую кровь на волю оросить жадную землю и листву окружавших дорогу деревьев. Прочная толстая кожа и тонкая сталь легких доспехов не могла защитить от летевших со страшной скоростью осколков, не могли защитить от нее и амулеты и щиты: большинство амулетов сумели бы ослабить-отклонить стрелу или клинок, но всему же есть предел, да и осколки гранат не были ни тем, ни другим, точно так же и щит мог выдержать и отразить случайно пропущенный удар, но не десять и больше одновременных ударов с разных сторон.

Как только первые шарики гранат выпустили на волю заключенную в них смерть, полетели стрелы -- страшные, меткие эльфийские стрелы полетели с разных сторон! И хотя стреляло всего сотня с небольшим стрелков, тем кто на дороге показалось, что воздух буквально кипит от тысяч и тысяч оперенных убийц! Стрелы втыкались в коней, втыкались во всадников, в тенты фургонов, отклонялись амулетами, ломались о щиты и все летели, летели и летели...

На фоне ужаса гранат и стрел совершенно незаметно прошли упавшие на конных дебафы, а так же несколько ледяных копий и воздушных кулаков. Впрочем заклятья сыграли свою роль, усиливая и без того воцарившийся на дороге хаос.

Галивартану повезло -- ему не пришлось бежать вдоль колонны: несколько богато вооруженных всадников на прекрасных дорогих конях пытались успокоить своих скакунов всего в паре десятков метров от него. Всадники, как и все, еще не успели ничего сообразить, а только успокаивали напуганных взрывами и смертью коней, но инстинкты потомственных воинов сработали как надо, и они грамотно прикрывались от стрел щитами, им требовалось всего несколько секунд, чтобы сообразить что по ним, именно по ним, никто не стреляет и начать думать, что делать дальше.

Айсмен не дал им этих секунд и практически в упор разрядил в них жезл. Одновременно он встал и двинулся вперед, его рейд последовал за ним. Рассчитанный на поражение многих целей заряд парализации без всяких внешних эффектов ударил в нужную десятку, захватив и несколько подвернувшихся конных победней. Хрипящие кони начали подминать безвольно откинувшихся в седле всадников, но не все кони валились на землю, как и не все всадники потеряли возможность сражаться, и увидев это Айсмен выпустил второй заряд. Варвар подумал, а зачем ему жезл всего с одним зарядом, и до кучи выпустил и третий, отбросив исчерпавший себя жезл (после боя он вернулся за ним и подобрал).

Три масштабных заклинания школы Порядка надолго вышибли сознание из более чем двух десятков коней и почти такого же числа всадников, но вот один из них, в дорогом чеканном полудоспехе казалось и вовсе не заметил воздействия сразу трех сильных заклинаний и энергично с ругательствами старался вытащить ногу из-под придавившего его жеребца. Хотя нет, матершинник был не один -- еще двое владельцев дорогих доспехов не впали в забытье и подавали признаки жизни, шевелились и пытались встать.

Айсмен увидел нужную ему цель и доставая из петель топоры шел к ней, не отвлекаясь ни на что. Всем что угрожала командиру отряда занимался его рейд: Вуки взмахнул дубиной из всегда холодного дерева и свалил замахнувшегося на хозяина всадника вместе с его уже дважды раненным конем, а затем, игнорируя мертвого обмороженного коня, наступил всей тяжестью полутонного тела на смявшийся как картонка шлем; рейнджер застрелил использовавшего убитого коня как укрытие лучника, прежде чем тот успел спустить тетиву, выпустил стрелу во все еще гарцевавшего латника, с двух метров прямо в голову добил стонущего коня и вместе с еще шестью стрелками расстрелял двух отступавших к лесу раненых бойцов, что до последнего поддерживали друг друга и безуспешно пытались прикрыться изломанными щитами; сверкнула молния -- маг поджарил очередного конного вместе с конем; четвероногие питомцы порвали придавленного мертвой тушей лучника; от фургонов наперерез варвару бежали двое бездоспешных с топорами и баба с кинжалом -- воздушная волна от хозяина ворона и троица, потеряв оружие, катится в обратном направлении, по шесть стрел на брата (и сестру) от эльфов-стрелков и три воющих куска мяса замолкли.

Барон -- бывший хозяин этих земель, сумел наконец вытащить ногу и оглядеться по сторонам: последних его воинов добивали колдовские звери и их покинувшие лес хозяева, а непосредственно к нему целеустремленно шел полуголый варвар-эльф с зимой вместо глаз...

Барон лихорадочно сорвал укрепленный на боку живого, но бесполезного коня щит -- варвар все ближе, ухмыляется безумной улыбкой, на неподвижном лице горят ледяные глаза...

Барон расстегнул клапан укрепленной на внутренней стороне щита кобуры и схватился за рукоять небольшого арбалета -- варвар легко и нечеловечески плавно увернулся от заторможенного удара одного из двух находившихся в сознании баронских телохранителей, ударил телохранителя задней частью левого топора по руке, а плоской стороной правого по шлему -- телохранитель упал...

Барон, не вынимая арбалет из кобуры, нажал на рукоять, послышался щелчок, а значит тетива встала на упор, обратное движение и взведенное оружие покинуло кобуру -- варвар пинком ноги выбил меч из рук последнего телохранителя, затем последовал удар торцом одного из топоров в висок так и не сумевшего подняться с колен воина...

Барон вложил короткий отравленный болт в желоб и, используя край щита как подпорку, направил арбалет на расписанную синими, морозными татуировками фигуру. Варвар был близко так что целиться не было нужды, барон потянул за спусковую скобу.

Выстрел!

Айсмен уже давно заметил как барон возится с интересным боевым агрегатом, но не стал ему мешать, наоборот, даже немного снизил темп своего движения -- ему было любопытно, что эта крохотуля представляет из себя в бою. Как оказалось ничего особенного: громкий щелчок и короткий, похожий на наконечник без древка болт медленно, оставляя за собой мельчайшие зеленые капли, поплыл к нему. Ледяной эльф не стал прыгать, припадать к земле, уворачиваться (хотя мог), вместо этого он чуть повернул кисть и принял отравленный болт на плоскую сторону топора. Едва слышимый звон, едва заметный толчок в руку и не достигший цели болт летит в сторону, ну а Галивартан продолжил свой путь.

Барон яростно взвыл и, бросив арбалет в голову варвара, потянул из ножен меч!

Айсмен легко отмахнулся от бесполезной игрушки и, разминая кисти рук, крутанул оба топора.

Барон ждал безумной, яростной, ВАРВАРСКОЙ атаки и заученно приготовился принять ее на щит, а затем угостить варвара коварным ударом острия...

Атака была именно такой какой барон и ожидал, но он не учел скорость и силу своего противника, к тому же целью обоих топоров был не барон, а его щит, да и опытный хорошо натасканный Дочкой Галивартан не ждал пока его насадят на лезвие как на шампур, и глубокий выпад барона пришелся в пустоту.

Барон попытался достать защищенную только штанами ногу варвара нижним острым краем щита -- не сумел и едва не получил лезвием топора в лицо!

Тут же новая попытка достать ледяного эльфа сверху -- жесткий блок остановил разогнавшийся меч, едва не отсушив барону руку, ну а лезвие другого топора с оттягом и фонтаном искр врезалось в многострадальный щит!

Барон попробовал серию быстрых, не несущих в себе силы рубящих ударов -- от половины варвар увернулся, другую половину отбил, а в конце связки и вовсе плюнул барону в лицо. Плевок не нес какого-то вреда -- обычная слюна, но барон предпочел бы получить кровавую и болезненную рану. Обида -- страшная обида! Тем более смеющийся варвар не мешал аристократу вытирать глаза.

Барон вложил всего себя в заученную комбинацию из вихря рубящих и двух спрятанных в вихре коварных колющих ударов, ненависть придала ему сил и у него получилось как никогда хорошо...

Стремительные удары едва не достали татуированную кожу. Один раз лезвие клинка пролетело настолько близко от лица, что если бы игрок носил усы, их взволновал бы ветер, а то бы лезвие и срезало пару волосков! Но ледяной эльф не носил усов и сумел пережить вихрь ударов без потерь.

Барон... Нет варвар! Галивартан перехватил инициативу и очередной глубокий выпад меча не только встретил пустоту, но и на возврате познакомился с обухом топора. Барон провалился и прикрылся щитом от удара другого топора -- хороший усиленный магией щит выручил его в последний раз -- сталь смялась и лопнул один из ремней!

Айсмен легко отвел очередной, почти не несущий искусства отчаянный удар и дал барону поджопник, присел, пропуская над собой свистнувший клинок, и как сковородкой врезал ему топором по стопе, увернулся от неуклюжего с криком ярости нанесенного укола и... быстрым, невероятно сильным, неостановимым движением вмазал барону по плечу!

Чудовищно сильный удар выбил меч из рук барона и швырнул его на землю. Барон почти потерял сознание, и его мучила боль, но все равно, превозмогая разбитое тело, он попытался встать, одновременно нашаривая рукоять кинжала на поясе.

Опустился обух топора, и наконец-то давным-давно проигравшего барона накрыла милосердная тьма...

-- Всего тридцать один пленный, - отчитывался отвечавший за живую и мертвую добычу воин. - 18 -- те, кого ты обработал жезлом, до сих пор не пришли в себя. Ровно дюжина баб в фургоне, 5 из них -- баронские поблядухи, остальные служанки, ну и один уцелевший возница, прикинулся мертвым и отлежался под фургоном. -

-- Трупешники? - задал вопрос возвращавшийся к дороге Айсмен. Он отряхивал от листьев хорошо послуживший жезл, отряхнув засунул в сумку на поясе: если жезлу повезет, его смогут перезарядить в клановой цитадели, а нет -- уйдет в свободную продажу и принесет клану несколько золотых монет.

-- Те, что попали под первый залп гранат, ни на что не годятся, из остальных насобирали полсотни более-менее годных, уже сунули их в мешки. -

-- В мешки? - приподнял бровь командир отряда. Воин тут же пояснил:

-- Два после скрытой деревни были забиты до предела, меньше чем десятку смогли в каждый впихнуть, а один наполовину, вот туда-то всех и скидали. -

-- Пленных охранять, с оглушенными особо не напрягаться -- незачем, обобранных и негодных мертвых собрать в одну кучу -- все как обычно, - Айсмен отдал распоряжения и, отпустив игрока, направился к занимавшимся парализованными лошадьми друидам.

-- Ну? -

-- Что, ну?! - раздраженно ответил старший из друидов. - Три парализации за раз, тройная доза! Да они вообще могли окочуриться и еще могут, так что я не знаю когда придут в себя и придут ли вообще! -

-- Предлагаешь забить на экспу? - со скукой и равнодушием в голосе спросил ледяной эльф. Друид на секунду задумался, а потом покачал головой:

-- Поваландаемся еще немного -- кони молодые, крепкие, вон в тех двоих есть кровь златогривых (златогривых эльфийских коней), так что могут и оклематься. -

-- Тебе решать, - согласился Галивартан, - но задерживаться из-за них не будем. -

Айсмен хозяйским взглядом окинул увлеченно таскавших и шмонавших многочисленные трупы игроков и эльфов-стрелков, бросил взгляд на баб под охраной полудюжины заготовок, на фургоны и не торопясь потопал к высокому и толстому дереву чуть в стороне от дороги, к дереву был крепко привязан голый и избитый человек, рядом стоял Вуки с дубиной на плече.

-- Скучно парню без приятелей, - глядя на скучавшего питомца подумал Галивартан. - Да и мне скучно без Послушного и Кайгуся -- привязался я к этим мордам, даже удивительно. -

*

Первоначально Айсмен не очень обрадовался свалившейся на него двойной обузе. Нет, он понимал желание Главы иметь в его отряде свои глаза, а вот его выбором был недоволен -- Дочка была бы гораздо предпочтительней как боец, да и по ночам с ней было бы веселей. В то же самое время и Морнэмир навялил ему уже своего питомца и ведь как и Главе ему не откажешь, так что пришлось брать. Два пусть и разумных, но все-равно требующих заботы питомца, а ведь на нем был тысячный отряд. Не париться и просто слить их в первом-втором-третьем бою? Недальновидно, очень недальновидно портить отношения что с Главой, что с главным ремесленником клана, да и просто невежливо. Так что Айсмен скрипнул зубами, но потянул и эту ношу. А вот его питомец принял новеньких как родных, как и в самом деле давно потерянных братьев, да и те прониклись к нему -- прямо индийское кино, не хватало только танцев до упаду и общих родимых пятен. Во многом именно отношение Вуки к новичкам смягчило суждение его хозяина, но не только -- очень скоро командир отряда с удивлением осознал, что, как он считал, навязанный ему балласт приносит реальную пользу. Тот же Послушный что в звериной, что в гуманоидной форме оказался очень и очень серьезным бойцом, пожалуй посерьезней трех-четырех рейдов новичков вместе с их питомцами. В свою очередь Кайгусь может и уступал старейшему питомцу Главы во владении оружием ближнего боя (но превосходил большинство спецназовцев), зато стрелял как бог, а еще оказался неплохим и всяко востребованным в здешних лесных краях травником, а еще следопытом, разведчиком и не только в лесах, но и в городах -- целый мешок разных талантов. Оба питомца невероятно усилили его личный рейд, да и отряд в целом. Мало того, Айсмен поимел с них и иную пользу уже конкретно для себя: помня как помогли ему уроки боя от Василисы начал использовать обоих питомцев как спарринг-партнеров и не пожалел. С Кайгусем все было достаточно просто, но никогда не было легко -- Айсмен всегда побеждал его что с оружием, что без, но всегда почти предельным напряжением сил. А вот с Послушным ситуация была сложней: с оружием ледяной эльф делал его в 4-х схватках из 5, а вот в рукопашном бою лишь один единственный раз свел дело к ничьей, да и то сам понимал, что просто повезло, а во всех остальных случаях с треском проиграл. Покрытая резиной стальная статуя, вот как он ощущал Послушного когда боролся или бил его, а уж с чудовищной скоростью летавшие кулаки питомца -- отдельная крайне болезненная песня. Питомцы, в том числе и присоединившийся к тренировкам Вуки, тоже многое получали, не в смысле очков, но в смысле понимания боя, опыта ведения схватки и перенимаемой друг у друга манеры и приемов боя -- так что польза была обоюдной, как у игрока, так и у питомцев. Совместные тренировки, схватки плечом к плечу, еда из одного котла, общение каждый день и каждый час -- неудивительно что Айсмэн сблизился с Послушным и Кайгусем, удивительно было бы если бы этого не произошло, а еще во многом благодаря им он стал лучше понимать своего собственного питомца, как бы взглянув на Вуки их глазами. Но ничто не длится вечно, а жизнь наемников полна опасностей: Кайгусь вернулся к своему хозяину, когда во время одной из стычек бронированный рыцарь насадил его на копье, через неделю Послушного и два рейда новичков взяла в оборот тысяча гоблинов -- отмахаться до прихода помощи им не удалось (игроки вернулись в отряд после респауна, а Послушный отправился уже к своему хозяину). Вуки страшно скучал, а Айсмен только тогда и осознал, что привязался к питомцам-приятелям не меньше чем к друзьям-игрокам.

*

У командира отряда не получилось спокойно дойти до уже очухивавшегося связанного барона -- его перехватила игрунья-воительница на маунте-коне. Резвый, веселый жеребец хотел было показать свой норов и встать на дыбы, давая оценить себя и пугая передними копытами, но, столкнувшись взглядом с глазами ледяного эльфа, передумал выделываться -- все-таки маунт хоть и не обладал разумом, но был поумнее обычного коня.

-- На дороге никого, ни отставших, ни случайных путешественников, - докладывала девушка, свесившись с седла. - Гонцы к другим отрядам отправлены. Я оставила рейд на развилке, если кто будет на дороге, они сообщат. -

-- Отлично! Мы тут задержимся на час, - Галивартан с улыбкой посмотрел на сыпавшего проклятьями и угрозами барона, - или на два, так что пусть бойцы поедят, и выдать тем, кто участвовал в засаде, всю жрачку и бухло из седельных сумок и фургонов -- заслужили. Хотя нет, бухла по полкружки на нос и будет с них. Посты вокруг стоянки как обычно. -

Воительница ускакала выполнять приказ, а Айсмен наконец подошёл к брызжущему слюнями и желчной ненавистью барону, некоторое время покачивая головой слушал изрыгаемые голым пленником гадости, потом поднял руку и легонько, действуя одной кистью, дал ему прямо в нос, не так чтобы сломать хрящ, а чтобы пошла юшка.

-- Ты недоношенный выблядок свиньи, нет, ее помет, нет, червь, зародившийся в гнилом свином помете! - явно не понял с первого раза барон.

Айсмен с удовольствием повторил урок -- короткий свинг и барон выплюнул на траву зуб!

-- Ты ответишь за это, варвар! Жизнью своей ответишь! - окровавленным ртом прошамкал барон, но ругаться больше не стал.

-- Что ж прогресс на лицо, значит поговорим, - ледяной эльф подул на поцарапанный кулак.

-- Мне не о чем с тобой говорить от..., варвар, вези меня к своему господину! -

-- А на хера ты ему сдался? - расплылся в улыбке Галивартан. - Все что от тебя было нужно, он уже получил: контроль над дорогами, твою землю, твоих крестьян, два твоих города, твой замок, твоих сдавшихся воинов, амбары полные зерна, даже твою семью. Я ничего не забыл? - откровенно издевался над бароном эльф. Тот лишь дергал щекой на каждое сказанное слово, но пока молчал. - Ах да, - Айсмен хлопнул себя по лбу, - твою нищую сокровищницу, где мышь повесилась, он тоже захватил. А вот почему в ней повесилась серая бедняжка, ты мне сейчас расскажешь. Раз с тобой ничего не было, значит где-то ты устроил тайник? В замке? В окрестностях? По дороге? -

-- Вези меня к своему господину, только с ним я буду говорить, - как попугай повторился барон.

-- А может все-таки со мной поговоришь? А то вдруг я возьму и порежу твоих шлюх на ремни, прямо тут у тебя на глазах. Ну что на это скажешь? -

-- Шлюхи они и есть шлюхи, хоть режь их, хоть ешь -- мне на них плевать! Вези меня к своему господину, только с ним я буду говорить. -

-- Надеешься выкупить свою жизнь? - понимающе усмехнулся Галивартан и с улыбкой, глядя прямо в глаза, соврал неспособному проверить его слова пленнику: - Лорду-протектору насрать на твои гроши -- ему ты нужен мертвым. Да и не будет он доверять говнюку, что бросил свою семью, зато блядей с собой прихватил, да еще со всем их барахлом. -

-- Ушастая мразь! Солдатская подстилка! Варварское говно! - забился в путах барон и харкнул в своего мучителя кровью, заодно выхаркнув очередной державшийся на честном слове зуб.

Ледяной эльф пожал плечами, стер кровавую слюну с плеча и продолжил урок: врезал барону открытой ладонью по яйцам, дал кулаком в живот, снова яйца, снова живот, снова яйца, снова живот, снова яйца и апперкот -- стукнувшийся затылком о дерево барон потерял сознание.

Пока ''голубая кровь отдыхала'' Айсмен не терял времени зря, а сходил поссать, съел полоску сушеного мяса, запил его вином из походной фляжки и раздал несколько указаний:

-- Всех пленников, кроме баб, аккуратно удавить и сразу в мешки. Баб разделить по сотням (сотням заготовок) пусть парни сбросят пар, а то совсем свихнутся от спермотаксикоза. -

Эльфийка-воительница, хозяйка маунта-коня, скривилась.

-- Думаешь их ждет лучшая судьба, если мы сдадим их лорду-протектору? - заметил ее реакцию Айсмэн и сам же ответил: - Их точно так же пустят по кругу или гвардейцы лорда, или ополченцы, или баронские дружинники, или стража (городская стража) -- желающие в любом случае найдутся, но нам с этого никакой пользы. Если отпустим, то их под ближайшим кустом разложат крестьяне или разбойники, или какие другие наемники вроде нас, а то и попадутся гоблинам, те их трахать не будут, хотя..., но скорей всего просто и без затей сожрут. -

Воительница скривилась еще сильней, но промолчала -- ей нечего было возразить.

-- Некондицию (не годные в зомби трупы) и конские головы как обычно, табличку тоже не забудьте. Баб, если выживут, отпустить, - между тем закруглялся Айсмен (барон начал приходить в себя). - Что там с конями? -

-- Встанут все, кроме одной кобылы, - с гордостью отчитался друид. - Сейчас отпаиваем водой с травами, минут через двадцать-тридцать смогут ходить, только пару дней их нельзя под седло. -

-- Вот и прекрасно: кобылу дорезать, а этих погоним в город, там посмотрим в табун их или на продажу. -

Получившие указание заместители разошлись, и командир смог вернуться к несговорчивому пленнику.

-- Ну как, ''котлета'', будешь говорить? - все также спокойно поприветствовал вернувшегося в сознание барона Галивартан.

-- Ты ответишь за это, грязный наемник! Ты посмел пытать благородного! Любой знатный человек, неважно кому он служит, отрежет тебе уши и заставит их сожрать! - яростно прохрипел барон.

-- Бла-бла-бла! Выходит ты не хочешь по-хорошему? - зевнул эльф и достал из ножен широкий боевой нож.

-- Ты заплатишь! Заплатишь! Заплатишь! -

-- Вряд ли, - не согласился с пленником эльф. - Хотя спасибо за заботу -- буду иметь в виду, - он провел по щеке непроизвольно зажмурившегося барона кончиком ножа. - Ты ведь геройски бился и погиб в сражении. - Галивартан до крови защипнул левый сосок застонавшего пленника и потянул его на себя. - А тело твое уничтожено заклинанием, - спокойно продолжал эльф, надрезая натянутую кожу вокруг соска. - Так что если кто что и узнает, то точно не от тебя, - ледяной эльф дружески улыбнулся распахнувшему рот в беззвучном крике пленнику, а затем одним резким движением рванул руку и то что в ней на себя.

От дикого крика взлетели успокоившиеся было птицы! Айсмен больше не давал пленнику уроков -- начался настоящий разговор...

Четверть часа спустя.

-- Давай, - кивнул своему питомцу Галивартан и, повернувшись к хнычущему куску мяса спиной, не оглядываясь пошел прочь.

Удар дубины и по треснувшей от холода коре ссыпались вниз сотни красных осколков. Вуки пару секунд посмотрел на дело своих рук, а затем побежал за хозяином.

Через какое-то время объединившийся отряд наемников ушел в сторону недавно захваченного баронского замка, а за спиной у них остались воткнутые по краям дороги колья, на каждый из которых было насажено изуродованное тело или отрубленная конская голова. А чтобы ни у кого не оставалось сомнений чьих рук это дело, на одном из кольев не было кровавого украшения, зато имелась табличка, на которой крупными буквами на двух языках (общий и эльфийский) было написано: ЗДЕСЬ БЫЛИ ДРАКОНЫ.

*

Галивартан не зря возился с бароном -- по 9 с небольшим сотен золотом на каждого игрока -- совсем неплохие деньги, особенно для новичков, да и ''старички'' нашли куда их потратить.

Глава 35

Холм, зал Трона и Двери.

Дримм.

-- Ну вот я опять перед тобой, - Дримм уже в который раз за несколько последних минут обходил мощную каменную дверь без стен и в который же раз мысленно обращался неизвестно к кому. - Куда на этот раз закинешь? Насколько? Сколько пройдет здесь? Что отнимешь в самом начале, а что после возвращения? И смогу ли я я эти потери пережить? -

Фейри раз за разом кружил вокруг безответного артефакта и беседовал с дверью, с судьбой, с самим собой. Вопросы, вопросы, вопросы -- нет на них ответа, хотя наверное есть, но никто не спешил на них отвечать, а еще дикая, безумная, тщательно подавляемая надежда на то, что он сможет дважды войти в ту же реку, то есть вернуться туда, куда его в тот первый раз забросили трон и дверь и откуда он когда-то ушел, точнее к тем, кого не по своей воле покинул. Дримм прекрасно понимал всю тщетность своей надежды, но в глубине души всегда надеялся снова увидеть своих жен, своих детей, своих учеников и верных кри. Мечты-мечты, горько-сладкие мечты..!

После того как Дримм убедился в бесполезности портальных меток, он попытался снова открыть неведомый проход, портал, квест, локацию, тоннель в прошлое Серединного мира, искусственное измерение, сон, фантазию или что это там было, честно сказать, плевать, лишь бы было! Но нет, трон оставался простым камнем, а скрытые руны на двери не желали проступать, сколько бы на них не смотрел, просил, надеялся, кричал, ругался и плевался один взбешенный отсутствием реакции фейри, даже не раз выручавшая внутренняя суть ничем не смогла ему помочь. И все-таки Дримм не сдался и не отступил: день за днем, неделя за неделей, месяц за месяцем он спускался по лестнице абсолютной тьмы, садился в каменное кресло и, напрягая все свои ментальные силы, смотрел на закрытую дверь. Иногда сидел так час, иногда десять минут, потом вставал и уходил... чтобы вернуться на следующий день. Два дня назад его упорство было вознаграждено -- скрытая внутри рун сила ответила.

Не зря часто говорят, что ВРЕМЯ лечит все (если и не все, то многое), но зря не говорят, что то же ВРЕМЯ -- прекрасный учитель и очень терпеливый наставник: прошли месяцы, Дримм перегорел, стал мыслить здраво и в результате не поддался мимолетному желанию сразу же перенестись незнамо куда. Нет, фейри преодолел себя и за эти два дня привел в порядок дела, хорошо подумал и как мог приготовился к новому путешествию.

-- Молчишь? - Дримм немного подождал, будто действительно надеялся на ответ, потом не отрывая взгляда от двери завершил ...надцатый по счету круг и решительно направился к трону.

На этот раз фейри знал что с ним произойдет (по крайней мере думал что знал), а потому по полной использовал полученную благодаря терпению и благоразумию фору. Дримм действовал методично и наверняка: настроил свой разум на долгую разлуку с питомцами, друзьями, кланом; благодаря Дочке и Послушному освежил в тренировочном зале свои воинские навыки, особенно рукопашный бой; отъелся-отоспался-отдохнул; как и в прошлый раз посетил Зал Раздумий, сразу же после него принял немаленький комплект зелий, наложил на себя несколько долгоиграющих бафов и как завершающий штрих выпил зелье маны для скорейшего восстановления потраченного. Он прекрасно помнил, что случилось с его магией в прошлый раз, но надеялся на эффект УЖЕ растворенных в его крови зелий (часы-дни, но какая-никакая подмога), а еще он помнил -- магия ДЕЙСТВОВАЛА в том месте, куда он попал в прошлый раз, это он не сразу получил к ней доступ. В общем фейри пользовался случаем и ставил эксперимент, даже два: на зелья и на бафы.

Дримм подошел к трону-креслу, но не сразу уселся в него, а прежде проверил все что он собирался взять с собой или вернее то что, как он НАДЕЯЛСЯ, перенесется вместе с ним. Дримм не забыл, как в первый раз очнулся голым в зимнем лесу, но желал провести очередной, третий по счету эксперимент. В конце концов почему все должно быть так же как и в прошлый раз? Он знает что должно произойти, его разум и тело готовы, он уже шагал по этому пути, так что возможно при перемещении ему удастся сохранить хотя бы часть взятых с собой вещей, заодно посмотреть какие вещи из каких материалов сумеют пережить переход, а какие нет. Если хоть что-то из собранного перенесется с ним, то это несомненный успех, а если нет, то что же -- эксперимент есть эксперимент, к тому же все что он собирался взять с собой обошлось ему всего в три с небольшим сотни золотых (кроме одной вещи). Впрочем и три сотни золотых -- очень условная сумма: часть из общей добычи с Гоблинских гор, часть из клановых мастерских, а часть из того, что не проданным бесполезно пылилось в Холме. Возможно благодаря гоблинской добыче и продукции мастерских выходило дешевле 3-х сотен золотых, возможно из-за вещей из Холма дороже, но не суть -- на совместные с Туллиндэ эксперименты он тратил в десятки, сотни раз больше и не стонал.

Несмотря на столь скромную сумму, фейри брал с собой немало и разумеется не стал рисковать уникальными артефактами, живыми мечами, дорогущими амулетами или зельями стоимостью в несколько сотен золотых, все что отправлялось с ним -- хорошие, но очень средние вещи. То же самое зелья -- конечно не мусорный комплект по принципу ''на тебе боже, что мне негоже'', но большинство из них не особо напрягаясь изготовил сам Дримм или другие травники и алхимики клана из самых простых ингредиентов ( принятые ДО переноса были получше, хотя все тот же средний уровень, пусть и верхняя его граница). Всего же Дримм имел с собой: три меча, четыре кинжала, два ножа, короткий лук, колчан на двадцать стрел, надетый на него доспешный комплект, одежду под доспехами, подбитый мехом плащ, небольшую, но тяжелую, хорошо промазанную жиром и покрытую рунами кожаную сумку, еще одну сумку из ткани похожей на шелк, но гораздо прочней.

Мечи. Первый -- полуторный прямой меч, со слабо заточенным острием, материал -- хорошая сталь, имеет бонусы к прочности, к пробиванию доспехов, к силе его владельца (+2), к его же выносливости (+2) и в общем-то это все -- неплохой меч, вполне годится для схватки с живыми одоспешенными врагами, а по соотношению цены и качества хорошо подходит воину-игроку на начальных уровнях развития. Ножны меча выполнены из толстой, покрытой черным лаком кожи и меди, внутри мех. Второй -- средних размеров анелас, и острие и лезвие заточены вполне себе хорошо, в отличие от классических типов таких мечей перед самой крестовиной имеются небольшие ''уши'', крестовина тоже необыкновенной длинны и если измерить оба ее конца, получится ровно четверть длинны полосы клинка, концы остро заточены. Материал клинка и рукояти -- черная бронза, бонус к ловкости (+4), бонус к кровопусканию (+2), бонус к силе колющего удара (+15%), вероятность нанести крит медведю, быку, лосю, еноту, бобру, лисе +10 %. Рукоять и ножны выполнены из похожего на пробку дерева -- клинок хоть в ножнах, хоть без них не утонет в воде, имеет обоймицу для крепления к поясу. В полой рукояти храниться небольшой остро заточенный разделочный нож и шило для отделения жил. Третий -- слегка изогнутый 45-ти сантиметровый клинок с односторонней заточкой и отсутствием гарды. Клинку подошло бы определение -- тесак, но поскольку им все же можно было фехтовать, пусть будет меч. Итак, лезвие третьего из мечей выполнено из чуть зеленоватого, приятного глазу бронзового сплава, рукоять обвита медной проволокой для предотвращения выскальзывания из руки, навершие в виде головы неопознанной хищной птицы. Единственный бонус к ловкости (+2). Ножны -- обшитое уже потертой кожей дерево, судя по состоянию лезвия и ножен клинок в отличие от своих собратьев часто бывал в бою -- заслуженное, но еще годное оружие.

Кинжалы и ножи. Первый -- короткий, широкий, похожий на древнеримский пугио кинжал, материал опять же таки бронза, но с красноватым отливом, бонус к протыканию кожаных доспехов (+ 10) и больше ничего. Что называется БУ -- клинок еще не убит, но близок к этому состоянию. Ножнами служит выдолбленный рог крупного копытного. Второй -- клинок по типу басселарда, такой ли очень-очень короткий меч, которым можно и колоть, и рубить, но как было сказано ранее слишком короткий, поэтому все же кинжал, а не меч, да и вряд ли будет мудро рубить лезвием из чистого серебра (с уколами также стоит быть повнимательней). Не имеет бонусов, но сам материал (серебро) -- смертельный враг нежити и созданий инферно. Ножны -- лакированное дерево с устьем и наконечником из более прочной породы дерева. Третий -- трофейное гоблинское оружие похожее на рондел, материал -- медь. Явно очень древний и заслуженный клинок, отнявший не одну жизнь, однако несмотря на солидный возраст, в очень пристойном состоянии. Никаких бонусов, но кинжал как влитой ложится в руку и с ним не хочется расставаться, а глаза против воли начинают искать того, в кого его вонзить. Ножны -- кожа гоблина, устье и оконечье -- кость грыза. Четвертый -- простой кинжал-дага, без каких-либо бонусов, но именно эта вещь стояла на особицу и не входила в стоимость всего остального комплекта вещей, так как по цене превосходила его в несколько раз -- мифрил -- невероятно дорогой материал. Ножны акульей кожи со стальными вставками. Пятый -- уже не кинжал, а нож, поправка -- выкидной нож, кнопка-рычаг идет через всю рукоять и в боевом состоянии лезвия становится частью гарды, но главная особенность ножа -- само лезвие: материал лезвия -- прочный как сталь, острый как скальпель и хрупкий как стекло обсидиан. Очень специфическое оружие, на изготовление которого кто-то убил немало сил. Ножнами служит сама рукоять, носится либо на шнурке на шее, либо в скрытом состоянии, бонусов не имеет. Шестой -- второй по счету нож: почти такое же широкое как пугио оружие, а в длину и вовсе сантиметров на пять длинней. Изготовлен из зуба воксасшии -- изредка встречающегося в Гоблинских горах существа: гораздо прочнее и легче железа, благодаря заложенной при изготовлении магии, не нуждается в заточке. Бонус: тот, кого до крови порежут лезвием ножа, на несколько минут почувствует упадок сил и потеряет в скорости движений. Ножны из обернутого волосами гоблинских женщин дерева. Парадное или подарочное оружие, ни разу не побывавшее в деле.

Дримм сознательно набрал оружия из как можно более разных материалов, даже бронзы целых три разных вида, а так и сталь, и серебро, и медь, и кость, и камень, но больше всего надежд он возлагал на мифрил и его же было бы жальче всего потерять.

Лук и стрелы. Лук даже рядом не стоял с самыми посредственными образцами оружия эльфов -- примитивная поделка людей, причем не очень искусных людей, для которых скорость изготовления и стоимость материалов важнее качества -- оружие небогатого кочевника, массовая ''штамповка''. Но при всем при этом небольшой, хваткий, удобный в переноске, а еще достаточно прочный, не особо боящийся воды (лак и береста) и обладающий неплохой дистанцией боя -- в общем дешево и сердито (этакий АК древнего мира). Дримм не пожелал в случае чего губить по настоящему качественную вещь и рассчитывал, что особенности его расы помогут нивелировать недостатки оружия, а еще этот лук привлек его тем, что даже могучему фейри трудно было бы его СЛУЧАЙНО сломать, только СПЕЦИАЛЬНО, приложив немалые усилия. Стрелы в исписанном рунами кожаном колчане -- полный интернационал: древки -- ясень, тростник, сосна, бамбук, вяз, клееные и простые из цельного древка, точно так же и наконечники -- сталь, камень (кремень, нефрит), серебро, кость, медь, рог, бронза, ну а оперение слишком долго перечислять. В случае отсутствия магии -- неплохое дистанционное оружие, на совсем резервный случай в одной из сумок лежала свернутая праща и десяток свинцовых пуль.

Доспехи. Обычный не стоящий особого упоминания комплект из кольчуги с полукирасой и рукавами, наплечников, наручей, с внешней стороны отделанных металлом перчаток, поножей -- все достаточно прочное (сталь), но в то же время легкое и не стесняющее движений. Есть небольшие бафы у каждого элемента комплекта и еще несколько, когда комплект собран, но ничего серьезного, особенно для такого как Дримм игрока. Хотя все-таки какой-никакой стальной доспех, да и в отличие от зелий и магических заклинаний, заложенные в доспех бафы давали постоянный эффект и не требовали для подпитки содержимого очередного пузырька или маны.

Одежда. Обычная одежда из толстого сукна с нашлепками из кожи на локтях и коленях, в сумке был еще один такой комплект и похожий, но из хлопка для более жаркой погоды. Плащ -- очень качественная вещь, причем не покупная, а пошитая в клановой цитадели: хорошо выделанная оленья кожа, волчий мех на воротник и оторочку, множество карманов и несколько полезных путешественнику бонусов.

Теперь сумки и их содержимое. Первая -- кожаная сумка без каких-либо особых бонусов внутри, зато снаружи руны (постарался Дримм), заклинания прочности и влагостойкости (постарался Дракон-ремесленник изготовитель сумки), удачная конструкция пусть и не герметично, но довольно качественно ограничивала доступ внешнего мира к содержимому сумки. Набор, как впрочем и контейнер-сумку для него разработал Морнэмир, разработал как походный комплект для ремесленников-игроков и ремесленников-заготовок. Внутри довольно универсальный набор инструментов для работы с деревом (костью, рогом), для работы с кожей и живой плотью (скорняк, охотник, врачеватель), небольшой портняжный комплект и несколько предметов для самой простой работы по металлу. Второй мешок уже с бонусами внутри: + 3 к внутреннему объему и -35% к весу. Загружен мешок до краев: два комплекта сменной одежды, плюс отдельно два комплекта белья, плотный свитер из козьей шерсти, годный на все что захочешь отрез ткани; свернутая праща и десять снарядов к ней; небольшая кувалда; набор зелий в отдельной сумке; набор семян; полдюжины книг по магии (на случай возвращения к племени фейри); принадлежности для письма; пяток гранат; хорошая прочная веревка; небольшой мешочек с серебряными, золотыми и медными монетами. Вот примерно и все, чем располагал Дримм. Ах да! На нем самом несколько амулетов (колец, браслетов и т п ), все достаточно стандартное, но неплохое и опять таки из разных материалов.

Дримм закончил перепроверять то, что собирался взять с собой, перекинул ремни сумок через левое и правое плечо, поудобней передвинул смертехран с луком, скатку плаща и ножны с мечами, полуторный меч и вовсе достал из-за спины. Затем фейри умастил задницу на каменный трон, поерзал устраиваясь, поправил тул со стрелами, сумки, кинжалы на поясе, положил полуторник на колени и глубоко вздохнул. Все! Дримм был готов к переносу и тому, что уготовила ему ''молчаливая'' дверь.

Неизвестно из-за чего, возможно из-за бафов или из-за того что Дримм уже ходил подобным путем, но на этот раз все было совсем уж легко -- ментальная структура двери словно узнала фейри и не то что не оказывала сопротивления, а как будто даже помогала. Почти сразу проступил второй скрытый слой рун: как и в прошлый раз он засиял темный огнем, а внешний слой ярким негасимым пламенем; как и в прошлый раз Дримм закрыл глаза, все усиливая ментальный нажим; как и в прошлый раз тьма и свет сплелись и родили совсем другую рунную вязь; как и... Совсем не как в прошлый раз! Рожденное светом и тьмой пламя вырвалось за пределы двери и устремилось к не успевшему ничего сообразить фейри! Страшный всепожирающий огонь поглотил его, поглотил кресло, поглотил весь зал и устремился по лестнице вверх! Дримм закричал, ощущая каждой своей клеткой как его кожа, кости и внутренние органы корчатся от нестерпимого жара, превращаются в угли, а затем в пар...!

ТЬМА...

Боль! БОЛЬ! Дикая боль растекалась по всему его телу, страшно гудела голова, а во рту словно разом обосрался миллион кошек. Но все познается в сравнении, и Дримм почти наслаждался -- ведь это всего-навсего боль, а не сжирающий тебя заживо огонь.

Секунда, другая и третья -- боль начала уходить, а Дримм ощущать что-то кроме нее. Почувствовал мурашки на коже, биение своего сердца, как глазные яблоки упираются в закрытые веки, тяжесть в животе, воздух в легких, ветерок в волосах. Хотя постойте! Ветра он как раз и не ощутил. Наоборот, всем своим существом, инстинктом, опытом он понял: вокруг большое, очень большое, но искусственное помещение или как минимум пещера, но ни в коем случае не лес как в прошлый раз. Ладони и кожа обнаженного тела ощущали гладкую поверхность, и Дримм понял: он ничком лежит на каменном полу, а еще он полностью наг.

-- Похоже вновь придется рассчитывать только на себя, - без особого удивления подумал Дримм. - Конечно что-то могло упасть и откатиться -- наконечник стрелы, кусок ткани или кожи, кинжал. Вот бы это оказался кинжал! - Он на секунду позволил себе помечтать, но быстро пресек пустые надежды. - Хотя вряд ли -- нужно быть честным с самим собой -- этот эксперимент закончен, и я опять сверкаю голой жопой неизвестно где. -

Вслед за уходящей болью на фейри словно обрушился удар: его уши услышали вполне узнаваемый звук разрываемой плоти, РАЗРЫВАЕМОЙ ЗУБАМИ ПЛОТИ, а еще чавканье, скрип металла по камню, хруст стекла, отдаленные шаги, другие неопознанные звуки, нос тоже узнал то что обонял -- запах свежей крови и недавней смерти. Дримм внезапно осознал: он ГОЛЫМ и БЕЗЗАЩИТНЫМ лежит лицом вниз, вокруг кровь, смерть и рвут чью-то плоть! Один единственный удар в затылок или спину и ему конец! Инстинкт бойца сработал раньше чем сумел подключится разум, и фейри, оттолкнувшись ладонями от гладкой поверхности, взвился в верх!

Большая ошибка! Если бы он не совершал резких движений и не привлекал к себе внимания, все могло бы повернуться иначе, но Дримм не сразу это осознал, а с изумлением оглядывался по сторонам...

Действительно большой, даже огромный зал прямоугольной формы, высоченные арочные потолки теряются где-то в вышине, довольно светло -- прямо в воздухе на немалой высоте плавают осветительные шары и освещают все вокруг. Да, освещают, теплым каким-то домашним ласковым светом, хотя обстановке зала скорее подошла бы полутьма и зарево пожаров -- вокруг полный разгром: пустые, изрубленные, перевернутые и сломанные книжные шкафы, ковер изорванных книг и вырванных страниц устилает пол и в беспорядке расставленные столы из камня, металла и дерева. Многие столы носят следы яростных ударов, некоторые расколоты, другие щеголяют разбитой столешницей или перевернуты на бок и ножками вверх, на целых -- настоящий лес разбитого стекла и непонятных приборов. Какие-то прозрачные, разноцветные или черные как смола жидкости текут со столов на книги и на пол, многочисленные стулья, роскошные кресла, маленькие и большие скамьи повторяют судьбу столов и книжных шкафов. Но не только мебель, книжные шкафы и их содержимое ''украшают'' зал -- повсюду трупы, трупы, трупы, лужи крови, отдельные органы и части тел, кровавые ручейки, что смешиваются со стекающими со столов жидкостями. Трупы не только похожих на людей или эльфов существ, но чешуйчатых странно знакомых гуманоидов и еще более странных, но тоже почему-то знакомых великанов с синей кожей и красной кровью. Есть и живые, хотя лучше бы их не было: тут и там по всему огромному пространству зала копошатся полуголые фигуры. Дримм присмотрелся к некоторым из них и его передернуло от отвращения -- одетые лишь в кожаные ремни, такие же щитки и ножны клинков мужики его собственной расы (фейри) жрут мертвые тела, отрывают куски, лакают кровь, выедают мозг из расколотых черепов, кинжалами и голыми руками потрошат тела и вынимают внутренние органы и ''колбасы'' кишок. Причем жрут всех без разбора и синих великанов, и ящеров, и даже своих сородичей фейри (Дримм наконец опознал мертвые тела).

Но бог с тем что творилось где-то вдалеке, ведь непосредственно к Дримму быстро приближалась троица таких вот едоков. Густо испачканные в крови рты и руки, угольные глаза на перекошенных ненавистью и неутолимым голодом лицах, уверенно сжимаемое оружие в руках, стремительный шелест босых изрезанных стеклянными осколками ног -- тройка фейри оставила обгрызенный труп собрата за спиной и нашла себе новую жертву посвежей.

Дримм не испугался перекошенных рож, капающей с зубов крови или черных глаз -- видал и не такое, да и сам был страшен в бою. Пока еще было время попробовал вызвать интерфейс. Неудача! А значит все как в прошлый раз -- ни магии, ни вещей. Он огляделся по сторонам, пытаясь найти взглядом хоть какое-нибудь оружие и оценивая предметы окружающей обстановки, которые можно было бы использовать вместо него (заодно без особой надежды поискал глазами что-нибудь из взятых с собой вещей, но не судьба). Нашел немало: тут и стулья, и скамьи, ножки столов, что можно отломать, разнообразные стеклянные осколки и относительно целые сосуды с непонятными жидкостями внутри, разные обломки и даже самые толстые из книг с оправленными в металл обложками. Да, немало, хотя с другой стороны, все это ерунда против двух полуметровых мечей из светлой бронзы и недлинного пригодного как для метания, так и для боя копья, плюс кинжалы в ножнах. Оценил он и тех, кто сжимал мечи и копье, оценил по походке, по резкости движений, по тому как оружие лежит в руке и сразу понял -- опытные не раз и не два убивавшие воины. Тем не менее он не желал покорно подставлять горло под клинки, хотя тоже был бы интересный эксперимент -- что произойдет с игроком в месте, где нет интерфейса игры. Впрочем Дримм не собирался это узнавать и привычно разогревал мышцы перед схваткой, для того чтобы не думать в бою, закладывал в мозг окружающую обстановку, рисовал в голове план будущего боя, искал слабые места у приближавшихся врагов -- готовился. Тело и разум еще не успели отвыкнуть от пусть и учебных, но жестких до хруста костей и связок схваток с питомцами, особенно с Дочкой, да и скорость, сила, выносливость, ловкость и жажда победы убийцы темного бога никуда не ушли. Один из уголков души фейри-игрока жаждал схватки ненамного меньше чем его безумные собратья-каннибалы и жаль, что он не видел себя со стороны, ведь перед самой сшибкой его глаза обрели ту же черноту, а вдобавок проросли золотыми искрами.

Тем не менее Дримм попытался решить дело миром и обратился к черноглазым фейри на его и их родном языке. Нет ответа, нет реакции на искаженных яростью лицах, нет отблеска понимания в глазах -- слова сказанные в пустоту.

-- Бой так бой! - пожал плечами Дримм и сам стремительно рванул навстречу набегавшим оружным врагам. Не фейри, не собратьям по расе, а именно врагам и только врагам, жаждущим его плоти черноглазым каннибалам! В конце концов Дримм дал им шанс -- не воспользовались и теперь пусть пеняют на себя!

По пути фейри подхватил с одного из столов намеченный заранее сосуд и швырнул его в голову ближайшего врага, а сам мгновенно нырнул под тот же стол и как зверь на четырех конечностях предпринял попытку их обойти, защищенный от удара сверху прочной деревянной столешницей.

Каннибал взмахнул мечом, принимая хрупкое и звонкое стекло на лезвие. Вспышка! Хлопок! И не сильный, но заметный толчок воздуха!

Неизвестно что за жидкость была в сосуде, но получилось даже лучше чем надеялся Дримм -- не просто жидкость и туча мелких осколков в лицо или лица, а гораздо более сильное воздействие на зрение и слух, да и осколки стекла с гораздо большей силой испятнали всех троих.

Фейри вылетел из-под стола позади ошарашенной троицы и первым атаковал ближайшего каннибала с копьем. Тот успел почувствовать смерть у себя за спиной и начал разворот, чтобы встретить ее острием. Не успел! Верней развернуться успел, а вот поворотить копье нет -- Дримм перехватил древко у его рук и всей своей силой ударил его лбом в лицо. Он немного промахнулся, и удар пришелся лоб в лоб. Хорошо что перед ударом фейри закрыл глаза -- череп каннибала оказался слабей, и на лицо его убийцы хлынул густой поток крови и мозгов.

Каннибалы с мечами еще только разворачивались, когда Дримм вырвал древко из рук мертвеца и в прямом глубоком выпаде насадил одного из них на копье. Пронзенный насквозь мечник попытался достать его клинком. Дримм отступил, одновременно одной рукой нажав на древко как на рычаг колонки верх-вниз. С губ выронившего меч каннибала сорвался хрип пополам с густой струей черной крови, и он клещами вцепился в убивавшее его копье.

Последний из троицы умело рубанул фейри мечом, но Дримм не менее умело сумел подставить под удар зажатое в теле древко и отступил, прячась за пронзенным. Прочное дерево не устояло перед бронзой, зато каннибалу пришлось вложить в удар всю силу, и он не успел среагировать, когда Дримм толкнул-швырнул полумертвого второго на него. Мертвый и живой каннибалы рухнули на каменный пол, ну а Дримм ударом пятки сломал руку с мечом еще живому, а затем не откладывая в долгий ящик опустил ту же пятку ему на лицо, раз, еще раз и еще раз.

Троица была мертва, но победа не принесла фейри облегчения -- звуки схватки, а главное шум взорвавшегося сосуда привлекли внимание остальных черноглазых по всему залу, а прекрасное освещение позволило им все разглядеть. Все только начиналось, благо зал был действительно велик и захламлен, так что решившие присоединиться к банкету каннибалы подбегали по одному, по два...

Дримм подхватил с пола меч и тут же мощным ударом ноги сломал ножку одного из столов. Вспрыгнувший на стол каннибал взмахнул руками и буквально сам насадился на любезно подставленный фейри клинок, жаль только насадился по самую рукоять, так что следующего врага Дримм встречал отломанной ножкой того же стола.

Этот каннибал не был мастером меча, а потому ученик Первого легко сумел его обмануть: притворился что атакует голову, сам же в последний момент изменил направление, характер и цель -- ударом тяжелой ножки сломал каннибалу кисть и локоть правой руки, а затем что было сил вломил ему ногой в грудь.

Увечный враг отлетел на стол, который в данный момент обходил другой каннибал с мечом. Острый угол металлического стола врезался в ничем не защищенный пах -- на пол упал отрубленный член, а согнувшийся, зажимающий кровоточащий обрубок кастрат получил увесистой ножкой по затылку. Дримм еще раз взмахнул импровизированной палицей, и каннибал с изувеченной рукой и сломанными ребрами лишился еще и зубов, нижней губы и сознания.

Отправившаяся в полет ножка встретила спрыгивавшего со стола очередного черноглазого врага -- срезанный в воздухе каннибал щедро раскинул мозгами об угол каменной столешницы.

Дримм кубарем покатился, по пути подхватывая меч, и достиг очередного стола в то самое время, когда на него вспрыгнул очередной враг -- стремительный взмах меча и на столешнице только две ступни с частью голеней, орущее остальное рухнуло с той стороны стола.

Фейри, подцепив стол плечом, перевернул его, а затем ударом ноги отправил навстречу сразу двум набегавшим мечникам и ворочавшемуся где-то там безногому обрубку. Стол опрокинулся на безногого и встал ножками вверх, на него тут же вспрыгнул очередной мечник, другой обходил препятствие справа.

Дримм принял мощный удар сверху клинком и.... его клинок сломался, а меч каннибала со звоном врубился в полыхнувший вокруг фейри щит! Наложенный в Холме щит действовал, а значит действовали и остальные бафы! Впрочем невеликое открытие -- Дримм, хоть и не имел подтверждения из-за отсутствия интерфейса, подозревал что-то такое еще до боя, а уж в бою понял сразу и про бафы, и про зелья -- пусть вещи и не перенеслись, но заранее выпитые зелья и наложенные бафы действовали как и должны.

Фейри перехватил руку оставившего его без оружия врага, вывернул приемом, выламывая одновременно в кисти, локте и плече. Повернулся на месте вместе с сопротивлявшимся врагом и, не прекращая ломать вооруженную руку, внезапно лягнул уже занесшего меч второго ногой. Получивший пяткой в поддых каннибал все же успел слегка резануть клинком по щиту и согнувшись упал. Дримм без труда доломал конечность, а потом одним легким, изящным, отточенным и согласованным движением ладоней свернул шею потерявшему себя от боли противнику.

Дримм наклонился было поднять меч, но не успел -- прилетевшее копье заставило его дернуться в сторону, а затем инстинктивное движение и... перехваченное древко уже у него в руке. Из-за инерции фейри крутанулся волчком, провернулся пару раз, скользя ногами по гладкому полу, и... сам отправил копье в полет, но не в метателя, а в очередного воспользовавшегося креслом как трамплином канибала-летуна, что оскалив зубы и занеся меч должен был приземлиться метрах в трех-четырех от него. Копье пробило не защищенную ничем тушку насквозь и сбило полет -- упавший каннибал забился среди окровавленных осколков, не желая умирать и в то же время не способный удержать вытекавшую из сквозного ранения жизнь.

Фейри слишком увлекся и засмотрелся, пытаясь проследить путь улетевшего в глубину зала копья -- отоваренный пяткой мечник оправился и не вставая рубанул ''зевнувшего'' противника по ноге. Дримм заметил взмах краем глаза и отскочил, но если бы не вновь вспыхнувший щит, все-равно получил бы опасную, способную лишить подвижности рану. Всего лишь двухсекундная задержка имела и другой негативный результат -- до фейри добрался очередной мечник-каннибал, а у него в руке не оказалось никакого оружия.

Уходя от клинка, Дримм бросился спиной на ближайший стол, затем и вовсе оттолкнувшись ладонями прокатился по гладкой столешнице жопой и спиной. И вот незадача: попавшийся на пути стеклянный осколок оставил на голой ягодице след будто от ножа (щит защищал ТОЛЬКО от оружия). Зато фейри избежал настоящего клинка, что с грохотом и фонтаном искр врезался в камень стола. Промахнувшийся каннибал в свою очередь бросился на столешницу животом, пытаясь достать шустрого фейри глубоким колющим ударом, но опять таки не преуспел, потерял подвижность, и Дримм ударом кулака по плоской стороне клинка без труда выбил у него меч, а после схватил за волосы и приложил оскаленным хайлом о столешницу. Добить не успел -- набегал окончательно оправившийся после пинка мечник. Дримм с рыком и предельным напряжением сил перевернул массивный каменный стол вместе с его содержимым, тем самым воздвигнув между собой и угрозой каменную стену больше метра высотой.

Тем временем до фейри добрался неудачливый копьеметатель: удар кинжалом сверху вниз, блок и практически классический бросок через плечо. Причем противника Дримм бросал не просто так, а имея ввиду ножку перевернутого деревянного стола. Получилось! Окровавленная палка на метр вышла из пробитой груди, да вдобавок хрустнула где-то в основании. Дримм не упустил самой судьбой даруемую возможность и тут же вырвал-отломил получившееся оружие из тела поверженного врага.

Через сослужившую свою службу каменную ''ограду'' лезло сразу двое, мечник и каннибал со сломанным носом и кинжалом в руке, а уже на этой стороне с очередного стола спрыгивал очередной вооруженный клинком враг. Фейри толкнул подвернувшуюся скамью под ноги приземлявшегося прыгуна, а сам, поудобней перехватив свое оружие, бросился на оборону стены-столешницы. Скамейка сыграла свою роль: прыгун, сломав спиной послуживший ему трамплином стол, на несколько секунд выбыл из игры. Ну а Дримм сходу и с немалым мастерством как штрафной пробил сломанному носу по яйцам и схлестнулся с мечником. Обманные движения дубинки и клинка, пара глухих столкновений, а затем фейри повезло -- вредный и пропахавший ему задницу осколок не упустил очередной возможности и впился в стопу его противника. Каннибал промахнулся (хотя все же чиркнул по щиту), а вот Дримм был точен и глубоко вонзил обломанный конец ножки ему в шею сбоку, тут же вынул деревянное лезвие (из шеи тугой струей брызнула кровь), присел уходя от посмертного удара и подбил уже в общем-то мертвого каннибала под коленки.

Два сплетенных тела покатились по обломкам, хрустевшему стеклу и крови -- отоваренный в ''хозяйство'' сломанный нос с яростью дикого зверя бросился на не успевшего встать фейри. Здоровенный каннибал (на полголовы выше и заметно шире в плечах) подмял противника под себя и тому пришлось приложить всю свою немалую силу, чтобы удержать руку с кинжалом вдали от своего лица. Пытаясь сбросить с себя тушу, Дримм свободной рукой ударил того в бок, скривился -- попал кулаком в прочный и твердый как сталь кожаный щиток и тут же ударил еще раз -- хрустнуло, тем не менее каннибал продолжал давить, положив уже обе ладони на рукоять. И все-таки игрок оказался сильней, он сумел удержать массу тела и обе давящие на кинжал руки всего одной своей рукой, а второй, свободной, нащупал голые и нечем не прикрытые яйца врага и сжал, рванул, скрутил, оторвал.

Сложно даже представить какую боль испытал несчастный каннибал, но испытывал он ее недолго -- Дримм зубами перегрыз ему горло, а когда фейри поднялся, то в руках у него был так и не попробовавший его крови кинжал.

Один единственный жалкий кинжал против сразу шести мечей, что принадлежали шести соединившихся в одну толпу каннибалов. Чуть отставая от них бежали еще двое с мечом и копьем, с другой стороны, бодро прыгая по столам, приближался еще один, да и оглушенный прыгун порываясь встать ворочался в деревянных обломках.

Уже опробованный способ, могучий пинок, и под ноги резвой шестерки отправилась тяжелая скамья, а сам фейри метнулся назад и нырнул под небольшой металлический стол. Трое самых ловких каннибалов сумели взять грохочущий по камню ''барьер'', а вот трое менее ''спортивных'' нет и пропахав рожами пол устроили кучу-малу. ''Неспортивная'' троица недолго оставалась в одиночестве -- взявшийся за ножки стола Дримм использовал довольно легкий (для него) стол как таран и встретил разогнавшихся ''спортсменов'' таким вот стальным щитом, встретил жестко с разбегу, вложив в удар всего себя. Потом придавил вопящую на шесть голосов толпу столешницей, всем телом рухнул на нее сверху, оттолкнувшись руками подпрыгнул на животе, перекатился на ту сторону, уже вставая выплюнул в ладонь зажатый в зубах кинжал. Кинжал мгновенно отправился в полет, и фейри бросился вслед за ним.

Копейщик даже не понял, что остался один -- с чудовищной силой брошенный кинжал с хирургической точностью вскрыл черепушку его напарника и полетел дальше (летел еще метров 20). Ну а Дримм, отбив рукой острие и древко копья, сошелся с копейщиком в клинч. Кстати, вновь сослуживший добрую службу щит мигнул и будто застонал, не полностью погасив удар (царапина через всю руку) -- первый признак того, что не подпитываемый щит начал сдавать. Лоботомированный каннибал еще опускался на загаженный пол, а Дримм уже нащупал рукоять кинжала за поясом у копейщика и тянул его из ножен, впрочем копейщик тоже не спал и дважды отоварил фейри локтем, разбив тому губу (еще раз -- щит только от оружия). Лишь со второй попытки Дримм сумел вонзить кинжал в бок своего врага (в первый раз помешал щиток), за это время каннибал едва не выдавил ему глаз. Дримм почувствовал за спиной движение (разбивший столешницу спиной прыгун уже заносил меч) и, выпустив кинжал, не глядя швырнул орущего недобитка назад -- два тела встретились на полном ходу и покатились, задевая ножки зашатавшихся столов.

Дримм оказался перед дилеммой: кинуться и добить беспомощных и раненных двоих или заняться шестерыми под столом. Он выбрал шестерых, тем более первые из шустрой шестерки уже лезли из-под стола. Фейри на ходу подбил носком древко копья и, как только подброшенное оружие оказалось у него в руках, сделал выпад.

Один долой! Острие пробило лицо выползавшего из-под стола врага, пробило затылочную кость и вышло с другой стороны. Небрежное движение и Дримм стряхнул мертвую падаль с копья.

Новый удар! На этот раз каннибал попытался отмахнуться, но неудобная позиция у него и очень удобная у фейри: острие вошло над ключицей и ушло в тело на полную глубину. Дримм крутанул древко в руках, одновременно выдергивая оружие из обильно кровоточащей раны.

Фейри сунул копье под стол и вслепую там шуранул -- раздался крик!

Очередной каннибал почти вылез с другой стороны, и Дримм не удержался, метнул копье и попал под лопатку -- еще одним врагом меньше. А вот встречать допрыгавшего по столам мечника стало нечем и Дримм бросился прочь от спрыгнувшего на перевернутую столешницу врага, благо из-за ножек и неустойчивого положения столешницы тот не сумел сразу атаковать (из-под стола, на который спрыгнул бугай, раздались стоны и хруст).

Вот теперь пришло время тех двоих, и хотя дважды ошарашенный каннибал сумел ткнуть его мечом и прикончить таки дышавший на ладан щит, но ткнул он неумело и неловко. Фейри легко сумел перехватить вооруженную руку, тут же взял локоть на излом, а затем ударом основания ладони и вовсе сломал руку в уже изломанном локте, перехватил левой рукой выпавший меч, а скрещенные пальцы правой (указательный и средний) вонзил коленопреклоненному врагу в затылок, под самый череп.

Дримм с хлюпаньем вырвал окровавленные пальцы, отпустил уже мертвое тело, щелчком стряхнул с пальцев липкую кровь, одновременно подбросив меч левой рукой, подхватил уже чистой правой, крутанул кистью и оскалился подбегавшему врагу. Фейри вновь был вооружен!

Короткая сшибка клинков: фейри был сильней, быстрей, искусней -- царапина у каннибала на щеке, рубленная рана на предплечье, рваный неглубокий и разрубивший все ремни след через всю грудь. Яростно отмахивающийся каннибал попятился назад, а Дримм вперед чтобы добить и... руки забытого копейщика с кинжалом в боку вцепились ему в щиколотки -- Дримм едва не упал. Неестественно изогнувшийся назад фейри с силой ткнул недобитка под лопатку и, уже не успевая полноценно встретить несущийся в голову меч, отразил его, держа клинок обратным хватом. Дримм сумел сдержать сильный умелый удар, сумел и перехватить левую руку с кинжалом, а затем использовал уже выручавший его прием -- врезал лбом в оскаленное лицо.

Каннибал растерялся, на мгновение его ослепила боль -- как результат, он потерял контроль над своей левой рукой, потерял на полсекунды, может меньше, а вот Дримм наоборот обрел и вонзил сжимаемый каннибалом клинок ему же в живот. Снова удар лбом в лицо -- фейри повернул кинжал в животе, отбросил клинок вражеского меча вверх и сдвигаясь в сторону, не срубил, а буквально срезал, даже спилил черноглазую голову с плеч. Не мешкая отрубил вцепившиеся в его щиколотки руки мертвеца, вырвал из падающего тела кинжал и направился к вылезшим из-под стола врагам.

Два клинка в руках, три врага -- привычная для фейри стихия боя! Дримм легко скользил между неуклюжими телами, не принимая удары на клинки, без труда уворачивался от неловких ударов травмированных врагов, и сек своим оружием, коротко, экономно, со всей своей огромной силой. Секунда и трех врагов не стало, а Дримм бросился на встречу другим.

Обманное движение меча и Дримм всаживает кинжал под подбородок купившемуся каннибалу...

Кинжал отводит лезвие копья, широкий взмах меча и обе продолжавшие сжимать копье руки отрублены по самые плечи...

Перезвон клинков, когда кинжал и меч на пару отразили сразу три клинка: пинок в пах, острие меча по глазам, кинжал пронзает оружную руку и застревает в лучевой кости, клинок меча вспарывает живот, заостренное навершие опускается на затылок скорчившегося врага, быстрый укол в сердце, еще один укол -- три врага долой, но Дримм лишился короткого клинка...

Новый противник неожиданно силен, по сути сильнейший из встреченных в этом месте мечников. Дримм несколько затормозил, пытаясь достать верткого, умелого врага и не дать достать себя. Внезапно прилетевшая стрела ударила фейри в плечо и... отскочила сломавшись! Да, щит против оружия ближнего боя приказал долго жить, но щит против трех видов метательного оружия (пули, стрелы, болты) был цел и полон энергии. Два лучника, целых ДВА лучника, прыгали по столам, время от времени замирали, пытаясь подгадать момент, иногда спускали тетиву, но чаще нет, и продолжали приближаться к вертевшимся в схватке противникам. Дримм изо всех сил пытался держать искусного мечника-каннибала на траектории стрельбы и у него в общем-то получалось, но все равно еще два раза стрелы попадали в щит, дважды он отбивал их клинком, трижды уворачивался, а однажды стрела чиркнула его противника по щеке (на взгляд фейри лучше если бы пробила тому затылок).

А вообще все было не так уж и плохо: через несколько секунд ученик Первого прочитал своего противника и давно мог бы его убить, но ждал удобного момента. Наконец дождался -- лучники подобрались на десяток шагов и тоже ждали. Время! Нет, Дримм не ускорился, не бросился вперед, не затеял головоломную связку -- ничего этого не было, но в один момент его противник оказался вскрыт от паха до подбородка, а фейри завладел его клинком. Сверкнули две бешено вертящиеся светлые молнии, и лучники, один с мечом в животе, другой в груди, слетели со столов.

Дримм увернулся от очередного копья и бросился к одному из корчившихся в агонии стрелков! Удар ребром ладони в переносицу, добить врага, и в руках у фейри лук и пучок стрел, жаль только всего шесть штук.

Выстрел! Выстрел! Выстрел! Выстрел! Выстрел! Выстрел! Дримм стрелял как умел, одной невероятно быстрой очередью -- ни одна стрела не пропала даром, ни одной даже тяжелой раны -- только смерть.

Дримм швырнул лук в уже подбегавшего мечника. Лезвие меча развалило тело лука, но споткнулось о тетиву, а фейри, используя край стола для опоры, зарядил замешкавшемуся мечнику ногой в плечо, ощутил пяткой что попал в щиток, но от души отоваренный каннибал все равно улетел, опрокидывая по пути столы и ''купаясь'' в стеклянных осколках.

Кстати насчет столов: Дримм подхватил с одного из них розочку разбитой бутыли, а из-под него небольшую, но увесистую скамейку и пошел, потом побежал навстречу новым врагам.

-- Когда же наконец закончатся эти ''пляски'' голожопых на свету?! - немного устало подумал Дримм. Даже его довольно таки кровожадной натуре фейри приелась столь бессмысленная бойня без конца.

Скамейка словно тяжелая палица отбросила бронзовый меч, а стекло как настоящий кинжал вспороло брюхо, только вот кинжалы редко ломаются о кость и никогда о кожаный доспех. Впрочем неплохой результат -- вспоротый как свинья каннибал корчась рухнул на пол с обломанным стеклянным лезвием внутри себя.

Следующий враг: Дримм замахивается, каннибал закрывается клинком, торец скамейки с хрустом опускается на ступню, длинное ребро скамьи ломает кисть сжимавшей меч руки, а затем взявшийся обеими руками за ножки Дримм торцом другой стороны скамьи наносит короткий удар сверху вниз и ломает противнику челюсть.

Еще один противник, даже два: взмах -- каннибал с мечом отмахивается и шарахается прочь, взмах -- другой каннибал поступает аналогично первому, взмах -- тот же результат, взмах... Дримм выпускает скамью из рук, и та со страшной силой бьет не успевшего ничего сообразить каннибала в грудь -- ничуть не пострадавшая скамья летит обратно, а выронивший меч каннибал с проломленной грудью в другую сторону. Дримм успел подхватить свое столь необычное оружие у самого пола и не только подхватить, но и отбить ребром скамьи меч. Он и его противник сошлись что называется плечом к плечу, но если каннибал не сумел воспользоваться мечом на столь близкой дистанции, то орудовавший тяжелой скамьей фейри использовал возможности своего оружия на все сто: острый угол торца -- левое бедро, плоска часть скамьи -- спина, снова угол, но теперь горизонтально (Дримм держась за ножку ударил скамьей как тонфой) -- челюсть с правой стороны.

Некогда добивать (впрочем нет и особой нужды) -- очередной враг и очередной летящий в голову клинок. Как оказалось иксообразные ножки скамьи словно специально были предназначены ловить, а потом выворачивать из рук мечи: могучее движение ухватисто схватившегося за скамью фейри -- вражеский клинок летит прочь, а в следующее мгновение повстречались угол скамьи и висок каннибала -- хрупкий висок не пережил судьбоносной встречи.

Дримму нравилось это странное, очень странное оружие, мало того, он начал к нему привыкать и чувствовать не хуже чем меч или лук. Фейри широко размахнулся скамьей, удерживая ее за самый кончик и закручиваясь спиралью, на секунду выпустил из рук -- скамья сломала ключицу очередному врагу и... отлетела точно в руки предугадавшему ее возвращение фейри. На мгновение Дримм ускорился и взявшись за обе ножки протаранил замахнувшегося каннибала -- ломающий ребра удар отбросил его на угол стола, а затем щербатая грань скамьи опустилась на грудь и лицо. Неизвестно какой по счету каннибал с криком рубанул фейри мечом -- пожертвовавшая стружкой скамья отклонила удар, а затем совершивший пируэт Дримм с маху врезал каннибалу по спине, врезал не плашмя, а ножками -- хана позвоночнику. Упасть каннибал не успел -- вновь свел знакомство со скамьей и на этот раз с ее плоской, предназначенной для сидения стороной. Подсечка под ноги и очередная жертва скамьи взмахнув руками летит на загаженный пол, Дримм подобно акробату совершил ''колесо'', только вместо рук использовал скамью, а вместо пола грудь только что сбитого врага. Нет, ему определенно нравилось это оружие!

Страшный в своей неожиданности выпад! Клинок неожиданно близко подобравшегося врага пробил полотно заслуженной скамьи насквозь и едва не оставил фейри без глаза. Дримм сориентировался моментально: взявшись по обеим сторонам скамьи, использовал ее как рычаг и легко вывернул меч из руки не ожидавшего такого финта противника. Фейри перехватил рукоять и с силой ударил мечом, вернее насаженной на него скамьей, треск разломившегося дерева -- здоровенный каннибал пошатнулся, но устоял.

Дримм собирался рубануть бывшего хозяина меча его же оружием, но внезапно даже для самого себя присел -- в здоровяка глубоко вонзились две стрелы. Дримм все же резанул продолжавшего стоять каннибала по бедрам и паху и тут же откатился в сторону -- в то место, где он был мгновение назад, ударили уже три стрелы.

Очередной противник, копейщик для разнообразия: отбить лезвие копья, перерубить древко, развалить от ключицы до пупка -- ничего сложного. Взгляд откуда прилетали стрелы: три лучника скачут по столам, один в тот самый момент спустил тетиву.

Дримм не стал дожидаться стрелы, а рванул навстречу сразу четырем врагам: один сразу рухнул, как получил в голову непонятной зато тяжелой херовиной со стола, с другими Дримм закрутил кровавую карусель...

Отрубленная кисть и разрубленное лицо -- не очень искусный в пляске мечей каннибал вышел из борьбы...

Дримм вовремя сместился в сторону, и предназначенная ему стрела отняла другую жизнь -- еще один...

Фейри без затей вспорол живот четвертому и, когда тот наклонился в попытке удержать вываливающиеся кишки, снес голову...

И тут же уходя от стрел нырнул под стол! Вынырнул с другой стороны и схлестнулся с неплохим мечником. Действительно неплохим -- перед смертью тот сумел нанести фейри две легкие раны и отвлек его настолько, что Дримм пропустил сразу пять стрел, благо щит трещал, но пока держал.

Не успел умелец с разрубленной головой рухнуть на пол, как к Дримму, перескочив через стол как через спортивного козла, бросился еще один. С другой стороны замахивался для броска очередной копьеметатель. Летят стрелы -- лучники все ближе. Десятки фигур с копьями и мечами несутся со всех сторон.

Озверевший от всего происходящего фейри на автомате махнул рукой в строну копьеметателя и схлестнулся с мечником. Только уже вонзив ему клинок между ребер, Дримм осознал что только что произошло и почему в него так и не полетело копье. Обычный огненный шар опередил бросок, и горящая фигура с диким криком покатилась среди мгновенно вспыхнувшей бумаги!

Как?! Как это произошло?! Дримм не мог понять, ведь он по прежнему не мог вызвать интерфейс, не видел списка заклинаний, не видел ползунка манны, но выходит каким-то странным образом все же мог колдовать?! Магия с ним или нет?!

Очередная стрела со звоном сломалась о замерцавший и пошедший белыми разводами щит, фигуры с оружием все ближе...

Дримм попробовал вложить энергию в щит, задумался как это сделать -- щит практически застонал, на последних каплях маны отразив очередную стрелу. У него не получилось!

Фигуры каннибалов все ближе и ближе...

Дримм яростно зарычал, попытался вспомнить свои ощущения, когда скастовал шар, и с удивление понял, что не чувствовал ничего, абсолютно ничего -- все его мысли занимали враги.

Каннибалы перепрыгивают через столы и почти не обращают внимания на хрустящие осколки под ногами, летят новые стрелы...

Дримм больше не стал пробовать, прислушиваться к себе, пытаться понять -- он просто сделал, как делал сотни, тысячи раз до того и вложил толику силы в щит. Получилось! Сразу три одновременно ударивших стрелы встретил абсолютно целый полный силы щит!

Как только Дримм смог, убедился, что магия на его стороне, все сразу закончилось: ненужный больше бронзовый меч полетел в ближайшую набегавшую фигуру; в сторону наглых лучников ушел огненный шар; вслед за мечом покатилась мощная воздушная волна; в другую сторону -- цепная молния; тело фейри облек магический доспех-щит из светлосерого материала, а в руке появился такого же цвета меч. Дальше все было просто, скучно, быстро -- добивание тех, кого не убили шар, молния и волна. Оружие уцелевших каннибалов не могло не то что пробить, но даже поцарапать надетый на фейри доспех, а меч рубил бронзу как масло, про кожаные щитки не стоит и говорить. Время от времени Дримм кастовал разнообразные шары, молнии, кулаки, стрелы, плевки, удары, капли, вихри, плети хотя вполне мог и обойтись, но фейри желал лучше понять как, КАК у него получается без интерфейса. В конце концов уже когда с воплем растворился в кислоте последний каннибал, а разрубленный пополам предпоследний пытался ползти к нему на руках, он кое-что понял: нужно не размышлять и не задумываться о том самом пресловутом КАК, а просто применять магию, будто бы иначе и не может быть. Ну а что касается маны, Дримм и раньше не слишком часто разглядывал свой ползунок -- всякий опытный маг, и он в том числе, и без взгляда на уровень маны мог сказать сколько есть, сколько осталось, сколько восстановится за определенный срок, все это примерно, но все же довольно близко к точному значению.

-- Не хило мы тут порезвились -- что называется оттянулись от души! - десяток минут спустя подумал Дримм, разглядывая страшнейший разгром, еще и усугубленный применением мощнейших боевых заклинаний и едва не начавшимся пожаром. Вернее благодаря огненным шарам, да и молниям пожар все же начался, и фейри пришлось его тушить с помощью заклинаний школы Воды -- ледяные шары, водные тараны и копья не добавили порядка, скорей наоборот, но зато уняли открытый огонь.

Первым делом после драки Дримм позаботился о том, чтобы через единственный вход, он же выход, больше никто не проник. Да, он победил, но неизвестно, что или вернее кто скрывается за пределами зала, сколько их, насколько они сильны и не привлек ли их шум сражения и грохот взрывавшихся огненных шаров, да и других пусть и не таких шумных боевых заклинаний. Дримм собирался немного отдохнуть, если получится проверить зал на счет добычи и всего что может пригодится, лучше освоиться с магией и вообще осмотреться, а не сразу кидаться в новый, возможно еще более серьезный переплет, в любом случае лучше обезопасить тыл -- не повредит.

К довольно крупной арке входа он приближался с изрядной долей осторожности, ожидая что в любой момент через нее ворвутся враги. Но нет, сколько он не напрягал слух и чувство крови, он не ощущал в проходе живых, но тем не менее все равно был настороже. Вот и арка, а перед ней разбитая баррикада из столов и шкафов, еще трупы и много, гораздо больше чем навалил за время пребывания в этом месте Дримм. Похоже здесь был бой, яростный долгий бой, а вот кто бился и с кем, не очень понятно: изуродованные часто обглоданные трупы фейри, трупы илайнов (Дримм опознал чешуйчатых гуманоидов), трупы аргг-ши, тех самых синих великанов, их Дримм тоже опознал, поскольку немало читал про них в древних фейрийских книгах, видел картинки в тех же книгах и фрески на стенах в заброшенных поселениях своей расы. Дримм вполне мог понять, почему фейри и аргг-ши рубили илайнов, а те их, мог понять, почему фейри пожирали тела убитых ящеров. Но вот чего он не мог понять, так это того ПОЧЕМУ фейри убивали аргг-ши, а потом жрали их тела, и ПОЧЕМУ по некоторым признакам аргг-ши поступали с фейри не лучше? Удивление Дримма можно было понять, ведь он знал, кто такие аргг-ши и кем они приходятся фейри.

*

Аргг-ши -- первый эксперимент, вернее не так, и это важно -- первый удачный и массовый эксперимент фейри по трансформации самих себя. Знания о том, как и когда фейри впервые сумели овладеть подвластной лишь богам силой изменять не только тело, но саму суть, душу, предначертанную судьбу живых существ, давным-давно канули во тьме даже не тысячелетий, а многих сотен тысяч лет, но достоверно известно, что с самого начала фейри использовали это знание как оружие. Лучшие воины фейри обрекали себя на ужасную судьбу, меняясь без возврата, но зато народ, ВСЯ раса фейри обретала Великих и Непобедимых Воинов, Героев, Защитников, Уничтожителей, тех кто нес смерть их извечным врагам илайнам. Судьба аргг-ши была в какой-то степени печальна, в какой-то закономерна: прошли тысячелетия с тех пор, как был создан первый аргг-ши, фейри теснили иллайнов и уже чувствовали запах окончательной победы, обрели многие новые знания, лучше стали понимать, НАСКОЛЬКО изменяет живых существ трансформация (не только фейри, любых живых существ), и после долгой серии неудачных, ужасающих своими последствиями экспериментов отринули это знание, закрыли его, наложили строгий запрет на новые эксперименты и сурово карали тех магов, кто запретом пренебрег. В последствии именно это запретное знание, хоть и несколько оригинальным способом спасло расу фейри, породив несколько абсолютно новых рас, по своей сути отличавшихся от фейри как небо и земля. Ну а сотворенные еще до запрета аргг-ши гибли в боях с илайнами, в войнах с дварфами, в столкновениях с другими расами, чудовищами, демонами, богами, всеми, кто пытался остановить стремительный взлет тех, кем они были когда-то, а поскольку никто не создавал новых аргг-ши, их число уменьшалось, уменьшалось, уменьшалось, пока в очередном бою не пал последний из них. На этом и закончилась история расы аргг-ши -- реликта эпохи войн между илайнами и фейри.

*

Как бы то ни было, нужно было делать дело, и Дримм оставил загадку на потом, получится разгадать -- хорошо, а не получится -- не первая неразгаданная загадка в его жизни. Да и следовало поспешить -- жить магическим доспехам 10 часов, а потом 12 придется выживать без них.

Дримм осторожно заглянул в коридор: довольно широк, высокие потолки, метров 50 в длину, потом поворот, на полу кровавые разводы, стены покрыты толстым слоем копоти как во внутренностях долго не чищенной печи. Сразу бросилось в глаза яркое пятно, картинка, живая скульптура, хотя скорее все же мертвая: безголовое тело фейри, пришпиленное к стене мечом. Поправка, гигантским мечом: крестовина как минимум метр в длину, а чтобы сжать в руках рукоять, Дримму пришлось бы отрастить себе кисти рук раз этак в три против того что имелось сейчас. Дримм прекрасно понимал, кто может сражаться такими мечами, и он кивнул самому себе -- ему не показалось, аргг-ши действительно убивали фейри.

Больше в коридоре не было ничего примечательного, и Дримм, по-быстрому установив рунный барьер и сигналку, вернулся в зал.

Сорок минут на обыск довольно таки большого зала, Дримм поставил своеобразный рекорд скорости, но вот результат... Фейри разочарованно взглянул на груду часто погнутого, зазубренного, иногда поплавленного бронзового оружия. Он рассчитывал, что раз в зале так много тел, должно быть много разного оружия, амулетов, другого имущества, но нет -- трупы кто-то тщательно обобрал, и Дримм сомневался, что это сделали каннибалы, а если и так, то все собранное уже куда-то унесли. Сами каннибалы порадовали только оружием и кожаной сбруей. Фейри было противно, но пришлось раздеть подходящий по комплекции труп и напялить его сбрую на себя -- жить щиту-доспеху меньше десяти часов, а потом полсуток придется как-то выживать, по тем же основаниям сунул в заспинные ножны два наиболее целых бронзовых меча и два кинжала за пояс.

Кроме мечей и кожи было и еще кое-что: Дримм на скорую руку покопался среди разбросанных повсюду книг и отобрал несколько заинтересовавших и более-менее сохранившихся экземпляров. И вот удивительно, почти все книги оказались на дварфском языке (Дримм им не владел, но мог узнать), действительно удивительно -- ни одного дварфского трупа, только илайны, фейри и аргг-ши. Из немногих книг на других языках (фейри и илайнов) одна из них заслуживала отдельного упоминания: толстая книга из сотни тонких, всего в четверть сантиметра, каменных пластин. Страницы буквально пестрели множеством искусных картинок, поясняющих записей, отдельных больших текстов, рунной вязи. Все, и картинки, и записи выполнены разными металлами, из которых Дримм узнал только мифрил (кстати мифриловой была и обложка книги), а еще и изображения и буквы были настолько малы, что не будь у фейри таких острых глаз, ему понадобилась бы лупа чтобы читать, зато каждая страница вмещала целое море информации. Насколько можно было понять на первый взгляд, книга представляла из себя что-то вроде пособия или учебника по фехтованию на мечах и не только. Так что Дримм зря морщился -- он не напрасно потратил время: нашел интересную книгу и несколько не таких интересных, но перспективных других, подобрал себе сбрую и оружие, ну и окончательно зачистил зал -- за время поисков полтора десятка затаившихся раненых каннибалов либо пытались напасть на него со спины, либо притворялись мертвыми до поры. Книги Дримм туго перевязал кожаными ремнями нескольких сбруй и сумел из тех же ремней сварганить лямку через плечо.

Прежде чем двинуться дальше Дримм попробовал еще кое-что: неизвестно что ожидало за пределами столь ''гостеприимно'' встретившего его зала, но как он не без основания подозревал явно ничего хорошего, так что раз магия была с ним, фейри собирался путешествовать не один, а в насколько возможно большой компании. У такого сильного и универсального мага как Дримм было много способов создать себе компаньонов-телохранителей, способных помочь, прикрыть спину, принять предназначенный ему удар, дать время скастовать заклинание и много чего еще. Выбор действительно был богат, например, Дримм мог поднять зомби -- не зря же вокруг куча тел (?) или еще лучше превратить мертвецов в гулей, гораздо более опасных существ чем медлительные зомби; или призвать демона -- у Дримма должно было получиться, а его рунный барьер, да еще сдобренный фейрийской кровью, теоретически смог бы сдержать даже кого из владык планов Инферно (не подчинить или убить, сдержать); мог Дримм призвать элементаля, пусть и не такого могучего как те, кто без остатка посветил себя одной из стихийных школ; мог подчинить лесного зверя и не одного; мог вырастить создание Природной магии, чьи корни и отравленные шипы не менее опасны чем клыки хищников и нежити; мог сотворить плотную и способную убить иллюзию Порядка; мог обратиться к Хаосу или Тьме и получить одно из их не всегда предсказуемых, но всегда опасных творений; мог построить голема-плоти. В общем маг-Дримм много чего мог, но чтобы сделать одно требовалось слишком много времени; другое -- отсутствующие в данный момент ингредиенты, амулеты, оборудование; демонам нечем было платить; зверей не откуда было призывать, так что Дримм сосредоточился на том, чего было в избытке, а именно на мертвых телах каннибалов.

-- Вот бесполезные уе...ки! - полчаса спустя Дримм раздраженно плюнул на очередное не оправдавшее его надежд тело и умыл руки (к сожалению только фигурально) -- с надеждой обзавестись армией зомби пришлось распрощаться. То ли Дримм делал что-то не так, то ли дело было в этом месте, то ли в самих каннибалах, но фейри так и не удалось поднять ни одного нормального зомби -- единственный, который сумел встать, бросился на своего творца и его пришлось забраковать путем отсечения башки. А так каннибалы то взрывались, забрызгивая все кровавой кашей, то превращались в пыль, то гнили, то лопались и исходили желтой пеной, еще, сгорали желтым же огнем, каменели и трескались или в лучшем случае никак не реагировали на заклинания -- в общем делали все, но упрямо не хотели дать магу то, чего он желал.

Расстроенный неудачей Дримм немного тормознул и не догадался поработать с телами илайнов или аргг-ши, но с другой стороны, ему хватило благоразумия не использовать тела каннибалов по другому и не попробовать собрать из них голема-плоти или сотворить тварь Тьмы. Сам того не зная, Дримм избежал пусть и не роковой, но все же неприятной ошибки и не потратил время и силы на не подконтрольное и опасное существо, для того чтобы избавиться от которого потребовалось бы еще столько же, а может и больше времени и сил.

Все-таки несмотря на неудачу с мертвыми телами и прочие неудобства, Дримм сумел создать кое-каких бойцов -- не фонтан, но на безрыбье...

Первой и самой многочисленной частью его ''войска'' стали доступные любому некроманту призванные скелеты-воины -- не самые сильные, не самые ловкие, не самые быстрые, умелые, выносливые бойцы, честно сказать таких вот ''не'' было еще очень и очень много, но все же бойцы -- шесть оскаленных костяшек в дырявых железных шлемах и с ржавыми щитами и мечами в руках. По приказу Дримма скелеты заменили щербатые железки на бронзовые клинки, к сожалению щиты и шлемы нечем было заменить. Еще Дримм наложил на них несколько бафов, защитных чар, парочку щитов на брата и временно поселил в клинки отраву и урон кислотой. Все это конечно ерунда и даже со всеми усилениями низкоуровневые призванные мобы так и остались низкоуровневыми призванными мобами, но Дримму не приходилось выбирать, и он как мог работал с тем что есть. Впрочем пара лишних секунд жизни, немного больше возможностей добраться до врага, а добравшись нанести несколько больший, да еще и долговременный урон (отрава) -- не так уж и плохо. Возясь со скелетами Дримм вспомнил и о своем оружии (двух бронзовых клинках и двух кинжалах) и потратил немного времени и стакан своей крови, чтобы нанести на каждый клинок рисунок из золотых рун.

Вторыми по числу, но не по значению стали иллюзии -- плотные способные наносить урон или как минимум отвлечь иллюзии двух школ: две школы Порядка и две расовой магии квелья. Иллюзии Порядка копировали фейри в доспехе и с мечом: иллюзии не владели магией как оригинал и вообще плохо противостояли магическим атакам, но в целом являлись неплохими бойцами, жалко живущими не больше получаса и неспособными принять баф или щит. Но вот несколько капель фейрийской крови сработали лучше любого бафа -- в глазах иллюзий зажегся свойственный только живым огонь, а по мечам и доспехам загуляли золотые искры, возможно подрос и срок их жизни. Иллюзии квелья так же копировали фейри, но в отличие от творений Порядка никогда и не предназначались для битвы, а только отвлекать, уводить за собой, вводить в заблуждение. Нет, квелийские фантомы тоже сумели бы нанести какой-то вред, но сливались после одного единственного удара даже простым, не несущим магии или бонусов оружием. Дримм рассчитывал, что несколько капель его крови смогли это изменить, а вот насколько, мог показать лишь бой.

Третьими, вернее третьим (в единственном числе) стал воздушный элементаль -- не очень сильный элементаль, доступный магу на третьем уровне овладения заклинаниями школы Воды. Дримм конечно мог бы вызвать его гораздо более сильного огненного собрата, огненный элементаль 6-ого уровня не в 2, не в 3, а на ПОРЯДОК превосходил воздушного 3-ого уровня, но Дримм не желал разгуливать с зажженной свечкой в полной монстров тьме -- такой большой, сильный и пышущий магией элементаль привлек бы слишком много внимания: любой мало-мальски сведущий маг почувствует его за километр, а на то, чтобы прикрыть ТАКОГО элементаля от всяких недоделаных (или доделаных) провидцев, уйдет уж очень много сил. Потом и без магического обнаружения огромный живой ком огня привлечет слишком много внимания: во-первых жар на многие десятки метров вокруг, во-вторых свет, в-третьих звук -- в отличие от мелкого и почти бесшумного воздушника, огненный элементаль будет гудеть и гудеть сильно -- в общем жар, звук, свет за многие десятки, если не сотни метров. Кроме того, столь сильная сущность Огня плохо повлияла бы на нежить, да и состоящие из чистой магии иллюзии получили бы свою порцию искажений, а значит их и без того невеликий срок службы еще бы упал. В свою очередь воздушный хоть и не был так силен, но зато и не обладал всеми вышеперечисленными недостатками, да и мог при нужде ударить молнией и воздушным кулаком, пусть и слабенькой молнией, и слабеньким кулаком. Так что лучше меньше, да лучше. В конце концов, Дримм пока желал осмотреться, если это возможно, не привлекать к себе через чур много внимания, понять что к чему, а вот когда придет время идти напролом, тогда ему и пригодится огромный разумный огнемет.

По идее, несмотря на то что с 3-его уровня вызов элементаля был доступен любому магу соответствующей стихийной школы, их мало использовали, в основном только те, кто в ущерб остальному вкладывал в призыв и призываемых существ очки, много очков. Тогда, со временем, элементаль не только дольше существовал, но и становился действительно большим подспорьем в бою, куда там его свитковым собратьям. Если же иначе, то время на вызов почти ровнялось времени его жизни, и такой вот не прокаченный элементаль был слабоват и тем игрокам, кто делал ставку на другое, просто не имело смысла его призывать. Но Дримм смог обойти одно из этих ограничений (на время жизни), используя все ту же драгоценную фейрийскую кровь, нескончаемый источник которой всегда находился при нем.

*

Далеко не все фейри-игроки понимали, какое сокровище бежит у них по венам, а только те, кто ПОСТОЯННО находился в игре и видел сны, только те, кто ПОСТОЯННО использовал магию желательно как можно большего числа школ, еще лучше расовую магию фейри, только те, кто СУМЕЛ овладеть расовыми умениями, навыками и способностями и наконец только те, кто СМОГ в минуты великих испытаний на грани жизни и смерти пробудить в себе кровь и заключенную в ней могучую суть. Единицы среди десятков тысяч игроков-фейри.

*

После того как с залом было покончено и в нем не осталось никаких дел, Дримм во главе своей ''могучей орды'' отправился на выход, уверенно переступил не тронувший своего создателя барьер, проигнорировал звон сигналки и без страха вошел в закопченный коридор...

Глава 36

Там же.

Дримм.

Пара поворотов и не такой уж длинный коридор с оригинальным украшением на стене остался позади. Перед фейри и Ko открылся небольшой, не такой закопченный, но тоже попятнаный огнем зал и целых четыре варианта куда пойти. Прежде чем выбрать Дримм обошел зал по кругу, с интересом заглядывая в каждый коридор.

-- Орут. С душой орут, - он прислушался к доносившимся издалека звукам. - Прям оперные певцы, целый хор. - Первый правый коридор всем был хорош: чистые будто только что вымытые стены, полы и потолки, целые осветительные шары, но вот дикий ор с невидимого конца коридора портил все впечатление. - Не-е-е сюда я не пойду, - принял решение Дримм, - я явно буду лишним в веселой спевшейся компании, так что пойте дальше, робяты, но без меня. -

Дримм заглянул во второй по ходу коридор -- довольно круто понижавшийся пандус.

-- Фу! Какая гадость! - Несмотря на царившую в коридоре темноту, острого фейрийского зрения и остатков света из зала за спиной хватало, чтобы разглядеть затопившую коридор кровь, причем кровь не покрывала пол, а именно топила -- пандус нырял в кровавое месиво, в котором плавал какой-то мусор и неопознанные части тел, на какую глубину нырял пандус было совершенно непонятно, да Дримм особо и не горел желанием это узнавать. - Сюда только занимающимся дайвингом вампирам, но никак не мне. -

Следующий коридор: ровный длинный как стрела тоннель без каких-либо ответвлений тянулся чуть ли не на километр, а еще длиннющий коридор отличался от остальных цветом светильников.

-- Хм, зеленый коридор, - с сомнением размышлял Дримм, напрягая глаза и пытаясь разглядеть что на том конце. - Какой-то большой пустой зал и тоже, блин, зеленый. - В общем-то необычный цвет был единственной претензией фейри, но сработала интуиция, и он оставил вызывающий тревогу тоннель на потом, на случай, если его не устроит последний вариант.

Не пригодилось. Новый коридор и еще один пандус, на этот раз вверх и не такой крутой. Ни криков издалека, ни моря крови, ни непонятной тревоги -- из всех четырех объективно самый подходящий вариант.

-- ''Направо пойдешь -- друга потеряешь, налево пойдешь -- коня потеряешь, прямо пойдешь -- жизнь потеряешь'', - Дримм вспомнил старую русскую присказку и усмехнулся: - Надеюсь я выбрал правильно, в конце концов коня у меня нет, друга тоже, - Дримм глянул на равнодушных костяков, иллюзий и элементаля, - имеется только жизнь, да и то есть варианты. -

Фейри еще немного постоял, прислушиваясь в том числе и к себе, а затем, пустив вперед элементаля, неторопливо побежал за ним, соответственно остальные компаньоны прикрывали спину.

Короткий пандус, за ним еще один подлинней, потом еще один такой же как первый, еще как второй и совсем длинный и в отличие от первых очень крутой (иллюзиям и самому Дримму пришлось толкать призванных скелетов и не давать им соскальзывать вниз -- сами костяшки не справлялись). Наконец крутой подъем остался позади, да и вообще пандусы закончились -- начались ровные коридоры с часто встречающимися ответвлениями.

Дримм бежал вперед, постоянно настороже, постоянно готовый ко всему, не без успеха старался считать ответвления и как привык через равные промежутки времени сканировал пространство вокруг себя. Вот привет из зала с каннибалами: кровавый след по потолку и стене ведет в один из боковых коридоров. Вот очередной пандус, даже ночному зрению фейри не видно что находится внизу, но судя по запаху там плещется море, но не крови, а говна, хотя и запах крови и разлагавшейся плоти тоже шибает в нос. Вот небольшой тупичок, в самом его конце словно жгли костер. Странно -- зачем? Вокруг тепло, да и где брали дрова, или магия?

Летят коридоры, бежит Дримм, впереди него бесшумно летит элементаль, а позади топают скелеты и как две капли воды похожие на него иллюзии...

Остановка -- фейри заинтересовал старый почти рассыпавшийся скелет неизвестной ему расы. При жизни невысокий как гном гуманоид имел три довольно больших глаза и сразу шесть непропорционально длинных рук. Разумное существо -- на ногах полуразвалившаяся обувка, на теле остатки истлевшей в трухлю одежды. К сожалению никаких других вещей при останках не оказалось и Дримм, оставив очередную загадку позади, продолжил свой путь.

Белый блеск в одном из проходов: Дримм отдал приказ элементалю возвращаться, а затем подпираемый сзади компаньонами осторожно спустился по неглубокому пандусу вниз. Вновь привет от каннибалов -- небольшой зал буквально забит кучами обглоданных костей, некоторые глодали давно, другие -- совсем-совсем недавно. Лужи крови, лужи мочи, кучи экскрементов, запах и вообще в загаженном жутком зале не нашлось ничего интересного, так что Дримм поскорее выбрался наверх (копаться в грудах костей не стал -- побрезговал).

Далекие крики из одного из проходов -- возможно обитатели зала с костями поймали кого-то себе на обед...

Светящиеся граффити на одной из стен -- или ничего не значащие рисунки, или совершенно незнакомое Дримму письмо...

Новый кровавый след ведет в боковой проход -- густая полоса темной крови на полу и отпечатки кровавых лап на стене...

Два болта пробили элементаля и сломались о камень -- сработала механическая ловушка, а ничуть не пострадавший дух Воздуха даже не сбавил скорость...

Снова крики, а еще мощный рык и не так уж далеко -- фейри и его спутники поднажали...

Пять зомби преградили путь элементалю (три илайна, два фейри) -- Дримм заскрежетал зубами (кто-то сумел сотворить зомби, а вот он нет). Зомби Дримм разделал мечом без помощи спутников, лишь одного из них элементаль отоварил кулаком -- совершенно обычные, тупые, медлительные зомби.

Посреди одного из боковых коридоров застыла каменная колонна -- сработала ловушка и, судя по луже крови вокруг основания колонны, сработала она не зря...

Отрезанная голова илайна...

Куча дерьма в углу...

Разбитый светильник...

Большая лужа крови посреди коридора -- всем кроме элементаля пришлось жаться у стены и обходить, чтобы не оставлять за собой кровавых следов...

Почти полкилометра обугленных стен и уничтоженных светильников -- кто-то ''поиграл со спичками'' от души...

Половинка большого, в рост человека, кувшина, на уцелевшем боку самец грифон покрывает самку, внутри кувшина пахнет вином и валяется дохлая змея без головы...

Два каннибала бросились на фейри внезапно, их не почуяло магическое чутье и пропустил не блещущий умом и талантами элементаль. Но ничего страшного: Дримм встретил их воздушной волной, а затем, прежде чем и без того переломанные каннибалы сползли по стене, добил обоих огненными стрелами. После Дримм обругал себя за то, что упустил такой шанс выпить сердца и соответственно узнать, где он и что творится вокруг. Потом задумался, вспомнив как из каннибалов не получались зомби, затем решил все же рискнуть, если представиться другой шанс. Коридорные каннибалы оказались такими же голодранцами что и каннибалы из зала: только оружие, кожаные ремни и голая жопа -- ни первое, ни второе, ни третье не заинтересовали фейри, и он оставил тела там, где их настигла смерть.

Новый шанс прояснить ситуацию представился примерно через час пути: сначала фейри наткнулся на очередной кровавый след, свежий след, и он был фейри по пути, через несколько десятков метров Дримм догнал того, кто его оставлял -- чудовищно израненный синий исполин уже не полз, но судя по хрипам все еще был жив. Обрадованный Дримм подбежал и, доставая кинжал, перевернул тело на спину, потом в голос долго и смачно матерился -- аргг-ши умер глядя ему в глаза. Шанс поманил и тут же упорхнул.

Еще один зомби...

Следы давней схватки: кровь, обглоданные кости, сломанное лезвие, обрывки сети из металлических нитей...

Три зомби, все каннибалы...

Новые письмена на стене, но не светящейся краской, а кровью...

Распятый на потолке труп илайна, выпущенные кишки свисают до самого пола...

Воткнутое в стену копье: древко рассыпалось в труху при прикосновении, железный, а не бронзовый наконечник странной формы намертво проржавел...

Неожиданно Дримм вывалился на простор, вернее на мост через чудовищных размеров рукотворный тоннель. Потолок тоннеля сковывал лед и гигантские стометровые сосульки свисали вниз, а внизу бегали, ходили, лежали и занимались разными другими делами каннибалы, сотни, возможно тысячи черноглазых вооруженных голышей. Трудно точно определить сколько их было -- и в ту, и в другую сторону тоннель тянулся насколько хватало глаз, а ведь у Дримма был хороший обзор, и на зрение он не жаловался. Через некоторое время каннибалы заметили идущий по мосту отряд и заволновались: пытались лезть на стены, метать копья, стрелять из луков, рычать и прыгать в бешенстве. Все бесполезно: на гладкие стены влез бы лишь человек-паук или сам Дримм с когтями шиласла на руках, копья не долетали, а стрелы хоть и долетали, но не прицельно и теряя по пути всю свою убойную силу, да и на Дримме был щит.

-- Ну что рыжие собаки, кто тут хозяин джунглей!? - Дримм вспомнил известный мультфильм, но тут же глядя на беснующуюся толпу подумал: образ рыжих собак -- слишком поэтично для того чтобы отразить творившееся внизу -- каннибалы орали как депутаты Рады из очень нэзалэжной Украины или даже как обдолбанные халявной горилкой Махаилы и Микалаи, которых в огромном количестве завезли в Киев из Львивской области во время майдана. Впрочем чему тут удивляться? По интеллекту и те, и те -- братья-близнецы. Хотя нет, каннибалы жаждали вполне реального мяса, а щирые западенцы -- мифических кружевных трусиков и ''блистательной'' перспективы вылизывать европейские толчки.

Дримм еще немного понаблюдал за беснующейся массой, хотел было кинуть вниз пару масштабных заклинаний неважно какой школы, но передумал и вместо этого, облегчив мочевой пузырь, двинул дальше по мосту. Снова коридоры, пандусы, спуски и подъемы, тупики...

Забрызганный кровью потолок и как причудливая бахрома свисающие со светильника кишки...

Кости, кости, кости: старые, новые, блестящие, с остатками мяса, обгрызенные до осколков...

Вновь письмена на стене, на этот раз вполне узнаваемый, но все равно непонятный дварфский алфавит...

Несколько составленных стопкой фейрийских черепов...

Десяток илайнов-зомби -- работы мечам на десять секунд...

Заваленный обрушившимся потолком путь -- пришлось вернуться и свернуть...

Снова зомби, на этот раз фейри -- еще десяток секунд...

Письмена и опять не четкий дварфский шрифт, а непонятные каракули...

Закончилось время иллюзий Порядка -- несколько минут, вскрытая вена и золотые брызги -- две новые копии встали под ''ружье'', иллюзии магии квелья и элементаль чувствуют себя вполне хорошо и насколько можно судить не собираются исчезать.

Каменный колодец посреди небольшого бокового зала. Дримм оглянулся, заглянул внутрь... и едва успел отпрыгнуть прочь! Вылетевший из колодца огненный шар разбился о потолок! Щиты фейри вспыхнули от брызнувшего во все стороны огня, но выдержали, иллюзии находились далеко и не пострадали. Дримм прокрутил в голове увиденную на дне колодца картинку: илайн, обладатель длинного посоха с красным камнем в навершии, поднимает глаза кверху, встречается взглядом с фейри и и тут же выпускает из посоха огненный шар. Дримм ответил аналогично и как бейсболист в корзину забил в колодец свой собственный шар. Илайн ждал этого с поднятым посохом и выпустил свой -- шары встретились почти посередине колодца и взорвались -- вверх и вниз понеслись струи огня: фейри со свой командой уже топал по следующему коридору, а вот илайну с посохом не повезло.

*

Меньше чем через четверть часа два десятка илайнов-воинов с боевыми серпами и четыре носителя посохов с разного цвета камнями в навершиях добрались до зала с колодцем -- фейри уже и след простыл. Впрочем илайны не остались без драки -- через пару минут схлестнулись с полусотней черноглазых каннибалов, которые вот уже полчаса шли по следу посмевших потревожить их логовище наглецов. После боя остался один носитель посоха и два воина, их всех вскоре прикончила состоявшая из багровой тьмы тварь. Тварь не сумела насладиться победой и мясом -- испугалась прибежавших на шум синих великанов.

*

Новый колодец, на этот раз никто не швыряется огнем, но фейри не стал туда лезть: во-первых, прыжка не выдержат хрупкие костяки, а во-вторых, неизвестно кто там внизу, есть ли там другой выход и не придется ли карабкаться по тому же колодцу обратно.

Письмена...

Зомби...

Крики вдалеке...

Следы чьих-то здоровенных когтей на стене...

-- Что-то новенькое?! - остановившийся фейри с интересом разглядывал самую настоящую хоть и сломанную дверь -- первую дверь в этом месте. - Зайти? Или не стоит? - Дримм немного помялся решая, оглядел видимую ему часть помещения, подключил уши и магическое чутье, а затем, направив вперед безотказного элементаля, переступил через толстые каменные обломки.

Внутри круглого зала непривычный в здешних местах порядок -- кто бы не сломал дверь, он не тронул внутреннюю обстановку. К сожалению времени не требовалось что-либо ломать и безжалостная тень тлена давным-давно как саваном укутала зал: кучки пыли вместо книг в рассыпающихся от легкого ветерка шкафах; гнилая мебель, на которую не стоит даже дышать не то что садится; удивительно целое покрывало на столе, хотя возможно оно рассыпется при первом прикосновении, прямо как ковер, которого коснулся элементаль; проржавевшие латы по углам; покрытые густым слоем пыли ростовые вазы... И вдруг посреди всей этой серости и гнилья яркий красный отблеск в темном углу! Через щель в стенке треснувшего от старости сундука вытекала струйка крупных с кулак размером рубинов! Драгоценная струйка как магнитом притягивала взгляд любого кто зайдет в зал, а еще рядом стояло несколько похожих, но более целых сундуков.

Дримм сразу насторожился -- сработало чутье опытного игрока: редко когда такие богатства вот так вот просто лежат, особенно в подобных подземельях, а значит почти 100% есть ловушка или страж (стражи), возможно и то, и другое. Опыт не пропьешь, тем более фейри был трезв как стекло, и когда ожили ржавые латы, он был готов.

-- А ведь я хорош! - через пару минут с удовольствием вспоминал Дримм. И он был прав: иллюзорные копии фейри показали себя очень хорошо, даже квелийские, не предназначенные для боя фантомы на пару изрубили мечами один оживший доспех, а те, что породила школа Порядка, сработали не хуже чем смог бы оригинал -- один уделал четверых, другой и вовсе пятерых. Впрочем быть может Дримм сгоряча и преувеличил их заслуги, все-таки ржавые и медлительные как зомби доспехи находились не в лучшей форме и рассыпались после первого же удара, почти так же как их когда-то грозные, тяжелые мечи -- 2-3 удара и все, кучка ржавой пыли. Сам фейри прикончил всего одного, воздушный элементаль шарахнул молнией и также записал единичку на свой счет, а вот скелеты тормознули и всю схватку так и простояли столбом.

Потом был обыск: все восемь имевшихся в зале сундуков под крышку были забиты такими же крупными рубинами. Горькая ирония!!! Огромная добыча и некуда ее запихнуть, даже проглотить не вариант -- слишком крупный камень не влезет в глотку, а если и влезет, порвет очко, когда будешь его высерать. Но даже если тебя не пугает такая перспектива, то как, КАК проглотить ВОСЕМЬ (!!!) сундуков таких камней. Хомяк и жаба каждый со своей стороны вцепились в Дримма мертвой хваткой, сердце игрока облилось кровью, но все же разум возобладал, и он продолжил обыск (все-таки он сделал уступку грызуну и земноводному и в первую очередь искал подходящую тару). В зале нашлась еще одна сломанная дверь, что вела в совсем крохотное помещение: там Дримм нашел множество сломанных же полок, треснувших глиняных сосудов, трухлявых деревянных ящиков, каких-то ломавшихся при прикосновении палок и о чудо (!) -- абсолютно целый сундучок с многослойной руной на крышке. Заключенная в руне магия сохранила содержимое в неприкосновенности, но мгновенно перестала действовать, как только фейри поднял крышку -- стенки сундука треснули сразу в нескольких местах. В общем-то в выполнившем свою роль хранилище оказалось не так уж и много вещей, но Дримм обрадовался каждой из них. Большое хлопковое полотенце пошло на набедренную повязку -- тем кто не испытал такого ''счастья'' не понять, каково это драться и бегать с беспризорно болтавшимся х...м и голой жопой. Да конечно, щит-доспех прикрывал достоинства фейри от нескромных глаз, но вот не задача, Дримм его не ощущал, не ощущал веса практически невесомого доспеха и по прежнему чувствовал, что гол как сокол -- психосоматика не более, но неприятно. Полотенце помогло. Второе не менее большое полотенце превратилось в узелок -- Дримм напихал в него сколько мог рубинов ( хомяк и жаба заливались горючими слезами -- меньше одной десятой всего лишь одного из сундуков). Попытка для той же цели использовать скатерть со стола провалилась -- ветхая ткань расползалась у фейри в руках. Еще в сундучке лежали кованный браслет и кольцо: надетое на палец кольцо ничего не дало, а вот браслет что-то изменил в прислушавшемся к себе фейри -- явно вещь с бонусами. Как и интерфейс опознание тоже не работало, так что Дримм так и не понял, что давал ему браслет, но как и кольцо оставил на руке, решив, что чтобы браслет не давал, оно не будет лишним.

Больше в пыльном зале ничего не нашлось, и отряд во главе с фейри покинул разгромленный зал. Снова потянулись небезопасные коридоры, спуски, подъемы, тупики...

И вот примерно через полчаса пути Дримм попал в рай...! А как еще назвать прекрасный сад, в который привел его очередной, ничем не примечательный коридор? Небольшой фонтан посреди выложенного цветным камнем бассейна, цветочные клумбы, ровная подстриженная трава, похожие на апельсиновые деревья с рыжими крупными плодами и небо над головой, чистое голубое небо. РАЙ и есть! Несколько ошалевший Дримм осторожно ступил на ровную гранитную дорожку, прошелся, остановился, повертел головой, вдохнул ароматы цветов, отмякая душой поглядел на далекое небо, с наслаждением пошевелил голой ногой траву, сорвал с ветки крупный плод, ногтем счистил кожуру и уже намеревался вонзить зубы в сочную мякоть, но не судьба -- из-за деревьев полетели дротики и огненный шар, а вслед за ними, безжалостно топча цветы, ринулись илайны в доспехах и с боевыми серпами в руках.

Дротики явно имели бонус к пробиванию щитов, но сотворенные Дриммом щиты оказались им не по зубам (стонали-трещали, но держали) и вообще возглавляемому фейри отряду еще повезло -- почти все дротики пришлись либо в него самого, либо в нечувствительного к подобным атакам элементаля, либо в защищенных щитами скелетов. Лишь один дротик нашел иллюзорного Дримма, ударился в доспех и... порожденный магией квелья фантом исчез без следа -- красные рубины покатились по зеленой траве (Дримм использовал фантома в качестве грузчика). Более медлительный огненный шар сделал то, что не сумели дротики и прикончил элементаля, как бумажку прорвав все наложенные на духа щиты -- очень, очень мощный удар!

-- Обломщики! - Завлекательный, нетронутый зубами плод полетел под ноги, а рассвирепевший фейри ударил по илайнам воздушной волной, одновременно взглядом выискивая среди деревьев скастовавшего шар мага.

Маг нашелся быстро, выпустив точно в Дримма уже не огненный, а ледяной шар. Дримм не стал испытывать свои щиты и, пропуская неуправляемый шар, метнулся в строну. Запоздало бросил взгляд назад и облегченно вздохнул -- иллюзии как и он отпрыгнули с пути шара, а скелетам повезло.

Пока Дримм вертел башкой, сбитые волной воины-илайны пришли в себя, но больше не полезли в лоб, а обошли отряд Дримма по флангам и только тогда атаковали, часть прямо через фонтан. Тем временем маг снова выпустил огненный шар и снова по Дримму. Фейри опять не пожелал испытывать свои щиты и припал к земле, пропуская заклинание над собой.

Взрыв! И море огня! Дримм немного не рассчитал, и пламенный сгусток пусть и самым краем, но все же задел щит! Если бы не доспех-щит, фейри бы серьезно пожгло, а так он всего лишь лишился одного из щитов (от стихийных магических атак), еще загорелся сверток с книгами.

Послать иллюзии и скелетов в рукопашную на правый фланг! Огненная стрела в мага, за ней варево (сбивающее прицел стрелкам и магам заклинание Хаоса)! Цепная молния в фонтан и находившихся в нем воинов (вода усилила эффект)! Несколько расслабившийся на пленэре Дримм пришел в себя и собрался.

Из варева (густого плотного тумана) прилетел очередной шар холода, но вместо фейри боевое заклинание сгубило ни в чем не провинившееся дерево. Фейри же в это время уже залез в фонтан и дорезал неспособных сопротивляться воинов-илайнов. Впрочем не контроль был целью фейри, это попутно и само собой, главной его целью был маг, метатель шаров: Дримм использовал варево, фонтан и не вытоптанные кусты чтобы его обойти и сойтись с чешуйчатым кудесником на длину меча.

Ну что тут сказать -- у фейри получилось, но вот меч использовать не пришлось. Хотя конечно странно -- трехуровневая огненная стрела смогла убить способного как промокашку пробивать шестиуровневые щиты мага. Дримм стоял над мертвым магом с обугленной чешуей на груди и ничего не понимал. Огненная стрела и огненный шар -- самые распространенные боевые заклинания, и ЛЮБЫЕ маги ЛЮБОЙ школы в первую очередь учатся защищаться от огня. Так почему?! Почему явно очень сильный маг не смог себя защитить?

Загадку пришлось оставить на потом -- варево почти сошло на нет, и Дримм увидел, как пообщались илайны с правого фланга и его отряд. На траве лежали три чешуйчатых тела, а прямо на глазах у фейри здоровенный илайн в богатых золоченых доспехах буквально разодрал на части последнюю иллюзию Порядка, подождал пока иллюзия исчезнет, нашел глазами Дримма и, широко расставив руки с боевыми серпами, быстро побежал на него. За спиной у обоерукого ящера сняли голову с последнего же костяка -- призванные скелеты лажанули уже во второй и последний раз и несмотря на бафы, щиты и хорошие бронзовые мечи не смогли не то что убить, даже ранить хотя бы одного врага, мало того бесполезные костяшки позорно ''слили'' всего двум бойцам против шести.

Обоерукий с двумя клинками и Дримм с одним сошлись. Оба сильные, опытные бойцы, оба в прочных доспехах, казалось бы впереди долгая пляска мечей, но дело решил один единственный удар -- стремительный укол, скорее бы подошедший легкой рапире чем тяжелому почти двуручному мечу. Покрытый золотой чешуей и золочеными латами илайн не успел, не сумел, не предугадал и парные серпы скрестились на уже пронзившем его плоть клинке. Дримм привычно вертанул рукоять в руке и вырвал меч -- упали на траву грозные серпы, за ними шумно грохнулся их доспешный владелец. У действительно сильного бойца не было времени понять, что схватка с подобием не то же самое что схватка с оригиналом. Дримм не стал играть в благородство и прикончил оставшихся воинов молниями. Два удара -- два обугленных тела -- облажавшиеся скелеты были отомщены.

На этот раз первым делом Дримм провел контроль, потом обеспечил безопасность (барьеры и сигналки), затем, оставив мертвые тела на потом, начал обыскивать сад. Интуиция его не подвела -- под одним из кустов он обнаружил несколько кожаных сумок и свернутые плащи, то что илайны не потащили с собой в бой. В мешках продовольствие, фляги с водой, принадлежности для ухода за оружием и доспехами, склянки с зельями -- ничего исключительного, обычный походный набор. Вскоре Дримм разгадал и загадку глупой гибели мага: его сразу поразил очень бедный набор амулетов, у некоторых воинов, в частности у здоровяка с золотой чешуей, было даже больше. Так не должно было быть, тем более у мага способного ломать щиты 6-ого уровня, но было. Да и амулеты честно сказать не фонтан, хотя в отсутствие интерфейса и опознания Дримм мог только предполагать и значит мог ошибаться. Но все сразу прояснилось, когда фейри взял в руки посох убитого им мага -- резная деревянная палка с навершием-рогаткой из двух камней, красного и синего. Столь опытный маг как Дримм мгновенно понял: у него в руках не посох мага, а несколько нестандартный жезл, способный выдавать два заклинания -- ледяной и огненный шары. Перед фейри лежал в лучшем случае ученик, не удивительно что он не сумел скастовать щит и погиб от первого же удара, а вот почему те, кто вручили ему жезл, не вручили вместе с ним такой же защитный амулет, вот это интересный вопрос. Доспехи и одежда илайнов ему к сожалению не подошли, оружие тоже (Дримм не владел фехтовальной техникой под такие серпы), рисковать с незнакомыми зельями он не стал, а вот с трофейными амулетами поигрался, внимательно прислушиваясь к себе. В конце концов оставил пару колец, браслет, кулон, остальное сунул в одну из сумок.

В отличие от приснопамятных каннибалов тела илайнов прекрасно подошли в качестве зомби, и Дримм поднял сразу шестерых: ученика, которому он вручил могучий, но неудобный жезл, воина в золотых доспехах, Дримм потратил на него последний особый навык некроманта (первый бестолку использовал на одном из каннибалов), и еще четырех обычных зомби. Вуаля -- готова замена почившим иллюзиям и костяшкам-неудачникам. Кстати насчет иллюзий: до перезарядки навыка была доступна еще одна иллюзия Порядка и сколько угодно фантомов квелья -- ни тех, ни других он пока не стал вызывать.

После успешного подъема у Дримма мелькнула надежда, и он попробовал с поднятыми поговорить. Обидная неудача! Ни один из них не знал фейрийского или какого другого знакомого игроку языка. Еще более обидная и еще более непонятная -- илайны, ИЛАЙНЫ (!!!) не знали и своего собственного языка, выдавая его страшно исковерканную версию -- Дримм так и не сумел ничего понять. Обманутый в ожиданиях фейри разочарованно скривился и распределил зомби парами на каждый из 3-х входов в зал, но прежде наложил на них те же бафы и щиты, что и на опростоволосившихся скелетов.

А затем он отдыхал: лежал на траве и смотрел в небо, пил воду, ел фрукты, угощался содержимым сумок (очень пряный сыр и хлеб, сухофрукты оставил на потом, а сушеное мясо и вовсе не ел -- мало ли чье это мясо). Ему даже удалось полчасика поспать и проснуться с головой на плечах. Барьеры были на месте, сигналки никто не потревожил, зомби бдили, ну а Дримм начал собираться, но прежде увеличил обновленный отряд на еще одну боевую единицу. Водный элементаль ничем не уступал воздушному, вся разница -- врагов встретит не молния и воздушный кулак, а сосулька и водяная плеть. На элементаля так же просыпались щиты и бафы.

-- Вроде все? - Дримм оглядел свое воинство и навьюченный на него груз. Ученик с жезлом; золотошкурый с парными серпами, рукояти еще двух торчат у него из-за спины; четверо простых зомби с серпами в руках -- больше не воины, а носильщики (ножны с парой серпов у каждого за спиной, сумки с сухпаем, апельсинами, рубинами, связка из дюжины дротиков) и наконец водный элементаль -- метровая капля воды с неким подобием рук без пальцев и полным отсутствием ног и головы. Единственный кроме оружия груз, что Дримм собирался нести на себе, это намертво примотанная к спине книга, каменная книга с мифриловой обложкой (единственная книга, что уцелела в огне). Дримм попрыгал, приноравливаясь к своеобразному щиту на спине (две мифриловые обложки и сотня пусть и тонких, но каменных пластин), остался доволен и отправился в путь.

Водный элементаль занял место воздушного впереди, зомби с грузом тащились сзади. И снова потянулись коридоры, коридоры и коридоры, а так же все сопутствующие им ужасы...

Через полчаса Дримм лишился элементаля, впрочем тот погиб не зря. Дело было так: фейри с компанией как раз проникли в новый коридор, Дримм скучал, зомби молчали, водный дух хлюпал впереди. И вдруг с потолка спрыгнула какая-то тварь! Фейри не особо успел ее разглядеть: тело как казалось из одних костяных лезвий и четыре красных глаза. Хотя возможно нижняя пара это пасть? Впрочем не так уж и важно -- тварь подмяла элементаля под себя и начала его рвать. Дримм не дал ей сообразить, что рвет она лишь неспособную насытить голод воду, и ударил цепной молнией, потом ледяной, огненным шаром, щебнем, булыжником, снова щебнем, огнеметом, воздушным тараном, зеленым огнем, копьем тьмы, щебнем. Когда рассеялась пыль, перед готовым продолжать фейри предстал пустой коридор. Так сразу и не поймешь, то ли тварь сожгло и разорвало в мельчайшие клочки, то ли она сумела убежать, разумеется попавший под раздачу элементаль не пережил такого шквала.

До перезарядки навыка осталось только две доступные стихии, и Дримм решил поберечь двух имевшихся в наличии духов, впрочем они все равно не подходили: огненный привлек бы слишком много внимания, а медлительный земляной сильно бы сковал отряд. Нет, фейри пошел другим путем и вызвал ''Копейку'' -- доступный еще на втором уровне Общей магии шарик-светлячок не жалко было потерять (отсюда и данное игроками прозвище). ''Копейка'' не умела ничего, только лететь туда, куда укажет ей маг-создатель, и освещать ему путь, да, еще отдать всю свою энергию и умереть в яркой вспышке, но это все -- самое дешевое и бесполезное из всех призываемых магами существ. ''Копейка'' заняла место элементаля впереди и отряд продолжил путь.

Очередное помещение со сломанной дверью: внутри только кучи свежего говна и старых костей...

Мертвый синий великан: вскрыт как туша свиньи, череп разбит, нет ни внутренних органов, ни мозга...

С горкой полная зубов чаша: зубы фейри, зубы илайнов, зубы аргг-ши, клыки и зубы неизвестных существ -- сотни выдранных зубов, на верхних еще не запеклась кровь...

Письмена на стене, четкая и ясная стрелка указывает в уходящий вниз проход. Дримм заглянул в лишенный освещения коридор, вдохнул слабый запах разлагающихся тел и... не рискнул туда идти, а двинул дальше...

Оторванная челюсть неизвестного существа -- клыкам бы позавидовали зубья медвежьего капкана...

Следы битвы: переломанные копья, разбитые клинки, кровь...

Двухметровая статуя дварфа в неглубокой нише...

Вот тут Дримм ненадолго задержался и некоторое время рассматривал творение расы-предшественницы гномов. Широкоплечий дварф в доспехах и с бородой до пупка сжимал в правой руке короткую алебарду (возможно подобное ей оружие), а в левой похожий на банальную авоську мешок полный отрубленных илайнских голов. Дримм уже встречал в этих местах признаки-следы этой древней расы и вот увидел более очевидное подтверждение -- если дварфы и не построили это безумное место, то как минимум не были здесь чужими, даже помаленьку продвигали культуру в массы (книги, надписи, скульптура).

Вскоре приобщившийся к ''прекрасному'' фейри продолжил свой путь и почти сразу вынужден был свернуть -- идти в буквально заваленный обугленными костями коридор категорически не хотелось.

Пандус, пандус, коридор, еще один пандус, коридор, поворот, поворот, пандус и новый очень и очень необычный коридор...

Похоже не только дварфы двигали искусство в массы, но и кое-кто еще: стены длинного коридора покрывали десятки картин. Неизвестный художник отличался довольно специфическим вкусом и признавал лишь один материал -- содранную кожу живых существ: животных, фейри, илайнов, аргг-ши, других гуманоидов и пользовался лишь одной краской -- той, что бежала по жилам бывших хозяев кож. Дримм с усмешкой рассматривал весь этот авангард -- сложно поразить драной кожей того, кто побывал в цитадели Кожаных плащей и прошелся по их складам. Но одновременно он насторожился, ведь вряд ли те, чьи шкуры сейчас висели на стене, добровольно с ними расстались, и это значит -- неизвестный ''художник'' или ''художники'' знают свое дело, а судя по количеству ''картин'' -- знают хорошо.

Дримма сильно заинтересовал способ крепление кожи к стене: кто-то забил в стену трехгранные 20-ти сантиметровые гвозди, причем не бил по шляпкам, с трудом вгоняя сталь в неподатливый камень, а именно забил одним, всего одним ударом -- фейри сильно сомневался, что смог бы такое повторить. Сила неизвестного художника впечатляла, и Дримм решил, что если ему посчастливиться встретиться с ним в бою, стоит уклоняться, обводить, избегать прямых ударов, не подпускать его к себе и ни в коем случае не ставить блок. Чисто ради любопытства он попробовал свои силы -- с большим трудом сумел выдернуть всего 3 гвоздя из сотен. Потрогал острие, взвесил их в руке, оценил материал, балансировку и сунул гвозди под доспех за кожаные ремни сбруи -- пригодятся.

Все это время фейри был настороже, так что нельзя сказать, что скорое нападение произошло совсем уж неожиданно: примерно за минуту до него он что-то почувствовал в воздухе магическим чутьем, какую-то приближавшуюся опасность, а в глубине его разума заворочалась внутренняя суть, и это значило, опасность действительно велика. Дримм напрягся и переложил меч с плеча на сгиб руки, но по прежнему продолжал идти вперед.

Опасность приближалась! Опасность росла! Вот она вокруг него! Он дышит ей и при ходьбе раздвигает ее словно воду! Мышцы ученика Первого не расслаблены и не напряжены, он готов ко всему...

И все же нападение произошло внезапно!!! Дримм услышал гул и звук у себя за спиной, почувствовал ударивший в спину поток воздуха и мгновенно рыбкой бросился вперед, уходя от возможного удара! Перекатился и вскочил уже лицом к сумевшей незаметно подобраться опасности! Кстати, непонятно как сумевшей -- вокруг все тот же коридор, никаких боковых проходов или люков в полу и потолке. И все-таки гигант-фейри (не синий великан, но близко) сумел и одним единственным ударом титанической кувалды лишил Дримма сразу четырех бойцов. Один единственный взмах и на полу остались стоять ноги в стальных поножьях, а четыре перекрученных комка из обломков мечей, доспехов, плоти, рубинов, апельсинов врезались в стену и, оставляя кровавые следы, поползли вниз.

Хомяк схватился за сердце, жаба упала в обморок, но Дримму было не до них -- выжить бы, а добыча дело наживное! Игрок сделал шаг вперед, поднимая руку -- великан обернулся (быстро, слишком быстро!), и на фейри уставились зашитые глаза на абсолютно равнодушном, покрытом уродливыми шрамами и вздувшимися венами лице. Вены и шрамы густой пересекающейся сетью покрывали и все остальное тело. Из одежды на великане присутствовали сандалии в греческом стиле, короткий фартук и пояс с какими-то цацками на нем (тогда Дримму показалось, что это связка ключей).

Сверкнули парные серпы! То золотокожий илайн-зомби нанес свой удар! Один серп врезался в шею и застрял, другой вонзился в спину, там где должна по идее находиться печень, и хоть и проколол кожу, но не смог продвинуться далеко и тоже застрял.

Великан чуть отклонил корпус назад и нет не ударил зомби молотом, а заехал кулаком, которым тот самый молот держал! Поразительный эффект! Здоровяком илайном в тяжелых латах словно выстрелили из катапульты! Страшный грохот когда золотой снаряд врезался в камень и в общем-то это все: удар о стену не просто смял прочные доспехи как жесть, но и сломал все до единой кости в теле того, кто те доспехи носил, и не просто сломал, а расколол в труху -- зомби был жив (если такое существование можно назвать жизнью), но биться больше не мог.

Дримм выпустил булыжник и с изумлением увидел, что тот смог, верней чего не смог: он бы понял, если бы безглазый сумел увернуться или если бы удар отразил щит, но летящий со скоростью пушечного ядра камень врезался в жутко изуродованное лицо, сломал кости, зубы, порвал кожу, заставил обильно брызнуть кровь, но не снес голову как должен был, тем более не убил и даже не заставил того покачнуться.

Безглазый, а теперь безлицый (булыжник все же наворотил дел) шагнул вперед, поднимая молот. Фейри приготовился уворачиваться из-под удара и рубить его по ногам.

Бух! В гиганта врезался огненный шар и взорвался -- в бой вступил забытый всеми зомби с жезлом!

И в этот раз безглазый устоял на ногах, но горел знатно! Ну а фейри, хоть ему тоже досталось, вернее его щиту, уже катился мимо и как хотел рубанул мечом по ноге. Фейри закрутило и едва не вырвало клинок из рук! Теперь он понял, почему спасовали прекрасные стальные серпы -- как камень рубить!

Взмах!

Дримм на пределе своих возможностей откатился в сторону! Острыми как бритва осколками брызнул пол, по всему коридору прошелся гул -- молот опустился на то место, где Дримм только что был!

Молния в безглазое лицо! Кровь вскипела до черноты, а по шрамированному телу загуляли крупные как канаты синие разряды!

Взмах!

Перекатившийся фейри вновь избежал удара, но едва-едва.

Пинок в яйца! Вернее в то место, где они должны были быть -- вместо них у безглазого там был особенно уродливый шрам.

Взмах!

Дримм снова чудом обманул смерть и с отчаяньем увидел, как сквозь кроваво-жженое месиво проступают зашитые глаза, шрам от серпа на шее почти исчез. Тем не менее фейри зарядил новой молнией прямо в проступившие глаза!

Взмах-Бух! В спину занесшего молот великана врезался ледяной шар!

Дримм воспользовался заминкой и ударил воздушной волной! Получилось! Неубиваемого великана отбросило прочь! Дримм смог откатиться и встать!

Но безглазый встал одновременно с ним и, упрямо вздымая молот над головой, вновь атаковал.

Бух! Огонь взорвался на обмороженной спине!

Великан оставил Дримма в покое и пошел на зомби. Сделал шаг, второй и задергался не способный оторвать ноги от пола -- зря, зря он повернулся спиной к такому магу как Дримм.

Безглазый все силился сделать шаг, когда в него врезался очередной ледяной шар, а через мгновение и Дримм напомнил о себе, напомнил, что он не только маг, но и воин и не простой, а прошедший школу сильнейшего мечника Серединного мира (школу Первого). Чудовищный, усиленный руной удар меча в прыжке обрушился на спину скованного паутинкой неуязвимого гиганта и оказалось, что не так он уж и неуязвим. Меч не развалил его надвое, но в отличие от серпов врубился достаточно глубоко и.... застрял, а его хозяин на мгновение потерял подвижность...

Расплата последовала незамедлительно! Тычок рукояткой молота назад и фейри летит по стопам золотодоспешного зомби! Короткий полет закончился новым страшным ударом, и оглоушенный Дримм сполз по стене! Фейри спас лопнувший щит и великолепный щит-доспех, но все равно ему понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя. Магический доспех тоже чувствовал себя не очень хорошо -- рябил как старый телевизор и покрылся белесым налетом трещин. Дримм пропустил один, всего один единственный удар и едва все не потерял.

Тем временем безглазый получил в морду очередной огненный шар и сумел вырвать из паутинки одну из ног, теперь рвал вторую и был близок к успеху. Меч все так же торчал у него из спины.

Дримму понадобилось время и несколько пасов обеими руками, но зато в окончательно освободившегося великана ударило копье чистого света -- заклинание из арсенала расовой магии фейри, и так совпало, что одновременно ударил очередной ледяной шар.

Копье наворотило дел и пробило неуступчивую плоть насквозь, а шар повалил на спину, выбив меч из раны.

Безглазый неуклюже завозился на полу.

Новое копье от фейри и шар из жезла.

Тем не менее истекающая кровью, горящая фигура оперлась о рукоять молота как о посох и начала вставать!

Воздушный кулак от Дримма, он ударил не в безглазого, а в опору-рукоять! Одновременно новый ледяной шар от зомби!

Избиваемый великан не удержал молот в руке -- упал, а молот откатился на пару шагов. Безглазый не вставая потянулся его взять...

Воздушный кулак и молот отлетел на 10-12 шагов!

Огненный шар! Копье истинного света! Ледяной шар! Копье истинного света! Огненный шар! Путы тени! Ледяной шар! Ломкие мышцы! Огненный шар! Неудача! Ледяной шар! Копье истинного света! Огненный шар! Парализация! Ледяной шар! Неудача! Огненный шар! Рука мертвых! Ледяной шар! Оглушение! Огненный шар! Дримм и зомби били в едином ритме, но если удары жезла не поражали разнообразием, то Дримм использовал богатый арсенал смертельных и оглушающих заклятий, а так же дебафов.

Внезапно лопнул один из кристаллических наконечников жезла, и это стало своеобразным сигналом прекратить, тем более изуродованный кусок мяса, по которому столько лупили с двух сторон, не шевелился.

-- Ага все ясно -- так вот ты кто, - догадался осторожно подходивший к неподвижному телу Дримм, увидев на полу кривой явно не боевой нож и связку знакомых гвоздей на стальной цепи, кувалда тоже была в тему.

Дримм подобрал меч и ткнул тело ногой, потом кольнул, надавил посильней, с маху всей тяжестью тела ударил острием сверху вниз -- нет реакции.

-- Наверное все, - подумал отвернувшийся фейри и неожиданно застонав чуть не упал: глаза его горели золотым огнем и тот же огонь рвался из каждой поры на коже. Все это продолжалось от силы пару секунд, а затем Дримм совсем по другому взглянул на ПОКА неподвижное тело и больше старался не поворачиваться к нему спиной.

*

С Дриммом связалась его внутренняя суть. Золотой свет-огонь предостерег: безглазый не мертв и как бы он не старался, ему не убить неподвластное Жизни и Смерти существо. Сам безглазый это не демон, не человек, не фейри, вообще не живое или мертвое, а способный обрести материальное тело оживший кошмар, такой ли своеобразный дух или воплощение чьей-то больной фантазии, или мелкий бог. Скоро раны безглазого исчезнут (не зарастут, а именно исчезнут), и он встанет полный прежних сил, ему будет тяжелей без молота-части его сути в руках, но отсутствие молота лишь замедлит процесс. В то же время не стоит окончательно уничтожать его материальное воплощение -- если получится, то он обретет новое в тот же миг и пройдет через дверь из своего крохотного личного мирка обратно в Серединный мир. Дверьми между мирами служили кожи его жертв на стенах коридора. У Дримма создалось впечатление, что его внутренняя суть ни в коем случае не боится безглазого, нет, но опасается и признает его почти равным себе. Золотой свет оставил решение за Дриммом, но посоветовал скорее уходить, а так же дал несколько советов, как задержать-ослабить по настоящему бессмертное существо.

*

Очнувшийся Дримм действовал быстро и быстро соображал, так что не только воспользовался советами золотого света, но и придумал кое-что сам. Зомби был вручен один из уцелевших серпов и отдан приказ: портить кожи-порталы по всей длине коридора, сперва идти назад, потом вперед. Дримм ударил по прежнему неподвижное тело двумя копьями истинного света и самой мощной какой умел парализацией, тем самым он несколько замедлил процесс восстановления. Потом фейри подтянул к себе связку гвоздей и начал поливать их пущенной из отворенной жилы кровью, а затем, используя рукоятку кинжала как молоток, вбивать в тело как оказалось не побежденного врага: один гвоздь в центр лба -- тело дернулось под ним; по гвоздю в каждый висок -- бессознательный рывок; по гвоздю в каждый зашитый глаз -- чуть шевельнулась, но тут же опала изуродованная огнем и холодом рука без пальцев (прямо на глазах возник мизинец); гвоздь в сердце -- нет реакции; гвоздь в живот -- нет реакции; гвоздь в шрам между ног -- легкая дрожь; еще один гвоздь туда же -- нет реакции; по три гвоздя в каждую руку и ногу -- нет реакции; последний гвоздь вертикально в макушку -- острие звякнуло об острие того, что был вогнан в лоб -- с гвоздями все, Дримм отложил кинжал.

Зомби закончил портить кожи до поворота и пошел обратно, чиркая их на другой стене.

Очередной гвоздь с трудом царапает на груди безглазого руну Неудачи, поверх нее руну Слабости, встраивает в них руну Смерти, руну Света, руну Сна. Дримм прорезает кинжалом ладонь и своей кровью щедро мажет процарапанное -- на груди неподвижного истыканного гвоздями тела словно загорается костер золотого огня -- многослойная руна готова и действует ослабляя, усыпляя, убивая (Дримм все же надеялся).

Зомби почти рядом с фейри.

Дримм перебрасывает цепь с оставшимися гвоздями через плечо и начинает колдовать -- появляется иллюзия Порядка.

Зомби минует фейри и, продолжая портить кожи, идет вперед к неподвижно висящей в воздухе ''Копейке''.

Дримм снова занимается безглазым, а получившая приказ иллюзия шурует среди расплющенных тел у стены.

Дримм глубоко и широко вскрыл вену на руке и идет вокруг неподвижного тела, рисуя кровью круг, рана пытается зарасти, но он вскрывает ее снова и снова. Зомби портит кожи. ''Копейка'' ждет приказа. Иллюзия нашла три более-менее сохранившихся сумки, сгребла туда не слишком далеко укатившиеся рубины и апельсины и повесила сумки на себя.

Дримм закончил круг и... начал его вновь, острием меча рисуя в крови руны и проговаривая тяжелые слова, его глаза светятся золотом. ''Копейка'' ждет. Иллюзия ждет. Зомби дошел до конца коридора и теперь возвращается назад, портя кожи на другой стене.

Дримм закончил круг и протянул руку -- иллюзия вложила в нее апельсин, Дримм с чавканьем сжирает апельсин прямо с кожурой. Зомби почти вернулся. ''Копейка'' по прежнему ждет.

Дримм торопливо накладывает на себя пару щитов, пару бафов, наклонятся и сует разделочный нож за пояс, съедает новый апельсин, с трудом поднимает молот (вздрагивает, когда тот оказывается у него в руках). ''Копейка'' ждет. Зомби ждет. Иллюзия ждет.

Приказ и ''Копейка'' летит вперед, за ней Дримм, рядом с ним иллюзия, в конце зомби. Компания скрывается за углом: Дримм тяжело отдувается под тяжестью молота, но не только довольно быстро бежит, но и успевает перекусывать на ходу, иллюзия подает ему еду из сумок, зомби попутно чиркает серпом встречающиеся шкуры на стене, ''Копейка'' не делает ничего, а просто летит вперед.

Позади осталось неподвижное тело в круге кровавых рун. Нет, не неподвижное! Тело едва заметно дрожит, золотой костер на груди колеблется словно под сильным ветром, а гвозди, что уродуют чистую без ран и ожогов плоть, гниют, ржавеют, раскаляются, замерзают -- все вместе, все сразу. Как живые шевелятся изорванные кожи на стене, с них бежит кровь и змеится к телу, но не достигает его -- сгорает в барьере из рун. Дрожь все сильней, шляпки гвоздей пока еще медленно начинают проворачиваться в ранах...

Глава 37

Неизвестно где, неизвестно когда.

Дримм.

-- Как же хочется жрать! - фейри не жуя закинул в себя очередной кусок сыра и взялся за очередной же апельсин. За последний час он прямо на бегу сожрал почти все содержимое трех сумок, но никак не мог насытить свой голод. А еще молот у него на плече шевелился словно живой (почему словно?!) и показывал разные неприятные картины. Впрочем картина была одна: безглазый шевелится все сильней, гвозди и рунный костер сдерживают его из последних сил. Совсем скоро хозяин молота вырвет из себя сталь, преодолеет костер и займется барьером. Пройдет час, месяц, год, столетие -- неважно, но он сломает способный сдержать могущественнейших демонов, но не способный удержать его барьер и сперва отправится за молотом и ножом, а потом за тем, кто сумел его на время остановить, связать, обокрасть.

Очередной зомби возник на пути. Дримм продолжал бежать -- иллюзия Порядка охраняла его бег. Три каннибала кинулись из бокового прохода -- зомби выпустил из жезла огненный шар. Впереди свет и шум реки...

Дримм с компанией вывалились на длиннющую и довольно широкую террасу, в паре сотен метров внизу бурный поток, на том берегу реки стена и несколько подобных террас на разной высоте, вверху потолок -- река бежит внутри огромного помещения.

-- В добрый путь! - Дримм вложил все силы и швырнул молот в реку насколько возможно далеко, молот возмущенно заорал у него в голове, а где-то там в круге рун застонал его хозяин. За молотом отправился разделочный нож -- легкое лезвие долетело почти до середины широкой реки и ухнуло в бурный поток. Изматывающая связь наконец-то прервалась, и Дримм перестал чувствовать и видеть жуткое существо, а заодно и голод пошел на убыль. - Хорошо-то как! - Дримм сбросил как фигуральный, так и реальный груз и чувствовал себя невероятно хорошо, с наслаждением съел последний апельсин, последний кусок хлеба, запил все это целой фляжкой воды и неторопливо, прогулочным шагом двинул по балкону.

Фейри чувствовал эйфорию и невероятный приток сил -- до этого он и не осознавал насколько тяжел был молот безглазого и тут не только вес имелся ввиду. И все-таки зря он расслабился и забыл где находится...

Первые пять стрел ударили в щит примерно на трети пути, когда УЖЕ можно было разглядеть выход с балкона-террасы, а вход УЖЕ оказался довольно далеко. Укрепленные магий стрелы со звоном ударили в щит -- не пробили, но заставили его замерцать-затрещать.

Всего пара секунд и Дримм опомнился, но за это короткое время с той стороны реки прилетело не меньше двух десятков стрел. Лопнула-исчезла ''Копейка'' -- несущая магию стрела без труда уничтожила беззащитное порождение Общей магии. Вспыхнули щиты на фейри, на зомби, доспехи недавно созданной иллюзии выдержали удар. Все стрелы точно в цель -- ни одного промаха. Балкон, с которого били меткие стрелки, был гораздо выше, а значит Дримм с присными оказались как на открытой ладони.

Фейри ответил -- за реку и вверх ушли огненный шар, копье тьмы и несколько красных пульсирующих комков. Зомби поддержал его огненным шаром и тут же потерял свой щит: одна из стрел вонзилась ему в плечо, другая чиркнула по шее, третья пробила сжимавшую жезл лапу насквозь. Впрочем стрелы -- не лучшее оружие против живых мертвецов (если это не специализированные стрелы с уроном нежити или огнем). Повинуясь приказу илайн-зомби укрылся за парапетом, как и иллюзия, и сам Дримм.

Не долетая до балкона с лучниками взорвались пульсирующие комки -- воздух полыхнул красным, и на многие сотни метров в воздухе повисла густая красная взвесь, несколько красных облаков, в которые канули более медленные копье и шар. Обстрел утих, хотя и не прекратился совсем, лучники начали мазать, то ли ''переваривали'' боевые заклинания, то ли помогала медленно опускавшаяся в реку взвесь, как бы то ни было, теперь стрелы больше зазвенели по камням и лишь изредка тревожили щиты.

Тем временем Дримм не терял времени даром: первым делом восстановил щит от метательного оружия на зомби, вторым -- поменял позицию, со всем отрядом сдвинувшись на двадцать метров вперед (стрелы почти перестали тыкаться вокруг), на ходу скастовал варево, а потом затеял серьезное колдовство школы Природы...

Бурная река, что разделяла пока не способных увидеть друг друга врагов, начала мерцать и закручиваться белыми водоворотами, подернулась дымкой испарений, испарения превратились в легкий туман, туман пошел вверх, набирая силы и густоты, стал стремительно белеть, окончательно теряя прозрачность. Все выше и выше, все шире и шире, все гуще и гуще -- настоящее море плотной белой ''ваты'' встретило опускавшуюся красную взвесь, временно окрасилось, но тут же вернуло себе первоначальный цвет и поднималось, поднималось, поднималось... Между двумя сторонами реки встала клубящаяся белая стена -- непреодолимый барьер для самых зорких глаз.

Казалось бы куда тут стрелять -- в белый туман как в копеечку? Но количество стрелков рывком выросло как минимум на порядок и продолжило расти. Упрямые и многочисленные лучники не видели того, что происходит на террасе, но вот в саму террасу попадали довольно точно, и по всей ее длине зазвенели о камень наконечники, трещали ломавшиеся от удара древки стрел, яд, кислота, огонь, холод уродовали безответный камень. Особенно густой поток оперенной смерти пролился на входы, они же выходы с терассы.

''Белая стена'' колыхнулась по всей длине, но устояла -- у лучников нашелся маг, который попытался вернуть им обзор, возможно он был не один.

Дримм тут же скастовал варево -- заклинание искажало и магическое чутье. Фейри немного опоздал -- вокруг снова защелкали стрелы. Прикрываясь парапетом отряд вернулся на прежнюю позицию. Верное решение! Если бы они двинулись вперед, то попали бы под настоящий дождь из стрел и гораздо хуже -- под несколько копий золотого света. Дримм узнал этот свет -- магия фейри, он действительно попал -- сотни лучников-фейри и несколько, сколько неизвестно, магов фейри против него одного (иллюзия и зомби не в счет). Вновь уже сильнее колыхнулась ''белая стена''.

Нужно было убираться и у Дримма родился план, но прежде отряд вновь поменял позицию, вернувшись туда, откуда они только что ушли. Передвигаясь на карачках под защитой барьера, Дримм наложил на себя и зомби специальные щиты против магии фейри, повторил варево и скастовал еще одно более сильное заклинание для сокрытия от магического взора.

На месте фейри потратил целую минуту, чтобы укрепить белый туман, а потом сразу же начал претворять свой план в жизнь: иллюзия на карачках и под прикрытием парапета поползла вперед, зомби так же назад, ну а Дримм, дав им отползти, встал в полный рост и, не обращая внимания на свист стрел и иногда вспыхивавший щит, начал громко и четко проговаривать слова сложного заклинания школы Огня, одновременно словно комкая невидимую подушку в руках.

6-ой уровень школы Огня это серьезно -- с рук закончившего заклинание мага сорвалась целая гроздь масштабных шаров ослепительно белого огня и с низким гулом канула в туман. Дримм больше не стал пригибаться, а что было сил побежал за зомби.

На той стороне реки грохнуло! На секунду туман побагровел, но быстро вернулся к прежнему состоянию. Поток стрел резко ослаб, а в то место, где несколько секунд назад стоял Дримм, ударило сразу четыре золотых копья.

Дримм остановился в десятке метров от продолжавшего упорно ползти зомби и через пяток секунд ударил, но уже не гроздью, а обычным, хоть и большим огненным шаром и... тут же как спринтер рванул назад, туда, где золотые копья разворотили парапет. Зомби продолжал бодро ползти, иллюзия тоже, хотя нет, иллюзорный Дримм остановился и ждал отмашки творца.

''Белая стена'' колыхнулась, появился разрыв, но тут же затянулся...

Дримм на страшной скорости минует развороченный парапет и машет рукой -- иллюзия стартанула к выходу с террасы. Зомби продолжает ползти. Дримм бежит и прямо на бегу колдует очередное варево.

Зомби встал на ноги и выпустил из жезла огненный шар, потом неуклюже переваливаясь уже не пошел, а побежал дальше. В другую сторону бегут иллюзия и постепенно нагоняющий ее Дримм. Туда, где уже не было зомби, ударило два золотых копья и настоящий град стрел с уроном огнем, несмотря на отсутствие подходящего сырья на голом камне вспыхнул неслабый пожар.

Зомби пробежал определенное расстояние и, выпустив очередной шар, снова побежал. Золотые копья вновь опаздывают и бессмысленно уродуют камень, а вот вал из стрел самым краешком задевает прикрывающий зомби щит. Щит лопается, не выдержав десятков попаданий, зомби получает по стреле в ногу и плечо, но продолжает бежать.

Дримм и иллюзия ставят рекорды скорости...

Зомби вновь использует жезл...

Огромный ком золотого огня как метеор атмосферу пробивает туман! Не успевшему убежать зомби конец! Уничтожена и часть террасы, обожженные похожие на жеванную бумагу камни летят в поток, гигантская терраса колышется как сгибаемая безжалостными руками тонкая линейка, по всей ее длине идут уродливые и глубокие трещины.

Дримм и иллюзия бегут -- выход уже недалеко. Свистят стрелы, иногда вспыхивают щиты...

Новый ком золотого пламени ударил в сотне метров от места первого удара! Вновь горит и падает в воду камень, но Дримм далеко, а иллюзия еще дальше.

Грохот! Летящие во все стороны камни! Золотое пламя ревет! Меньше чем в сотне метров от судьбоносного выхода ударяет новый ком золотого огня -- иллюзия погибла в огне, а в террасе образовалась пятнадцатиметровая щель до самой стены и ее не обойти.

Прыжок! Дримм летит над пропастью! Падает, скользит по камню, рвется вперед, даже не бежит, а отталкиваясь ногами совершает какие-то дикие десяти-двенадцати метровые скачки! Очередной скачок и Дримм влетает в желанный коридор! За спиной грохот и золотой свет, рушится потолок, из стен вываливаются целые блоки! Лопается щит, трещит доспех, но Дримм встает и упрямо идет вперед и только удалившись от образовавшегося завала на сотню метров позволяет себе присесть и перевести дух.

-- Да-а, знатная веселуха, - устало думает привалившийся к стене Дримм. - Еще бы чуть-чуть и все -- финиш! Интересно все-таки, что бы было со мной после смерти. Хотя нет, не интересно -- не умирал и не собираюсь, пускай многим игрокам сдохнуть как высморкаться. Жалко оставшихся рубинов. Хотя тоже нет -- кому их здесь толкать, а вместо апельсинов их не сгрызть. -

Дримм положил руку на живот и неожиданно ярко вспомнил сочные, сладкие, безумно вкусные апельсины из сада илайнов. Нос как в живую ощутил их аромат, а рот наполнился слюной, и фейри осознал, что много бы дал ради того чтобы вновь ощутить приятно пощипывавшую язык мякоть во рту.

-- Значит здесь есть и более-менее нормальные фейри, а не только черноглазые безумцы? - Дримм с большим трудом отвлекся от темы еды. - Или я чего-то не понимаю? Ведь в них (каннибалах) не было ни капли магии, кроме той что превратила их в таких вот кровожадных придурей -- только оружие и ярость. А тут грамотная засада: подождали пока я дойду почти до середины моста, а потом попробовали прищучить и если бы не щит... После того как поняли, что им противостоит маг, позвали подкрепление, своих магов, и дали мне ''прикурить''. Вообще странно -- я фейри, они фейри и вдруг сразу начали стрелять. Впрочем, - Дримм вспомнил про свой доспех, - могли и не понять. Тем более если взглянуть их глазами,- Дримм попытался поставить себя на место дозорных-фейри и против воли хохотнул, - два неизвестных в незнакомых доспехах в сопровождении илайна с жезлом. ''Кем же они могут быть''? Точно -- враги. -

Усталый игрок встал, на автомате наложил на себя несколько бафов, поставил щит и пошел вперед, по пути продолжая размышлять.

-- И все же куда я попал? Что это за безумная психушка? Кто построил эти подземелья? Судя по всему ''веселуха'' здесь длится и длится, и длится неизвестно с каких времен. Хорошо хоть магия со мной, а то бы мне давным-давно пришел копец. Я даже до безглазого бы не дошел -- задавили бы числом еще в зале каннибалов и никакая сила не помогла, а если бы все-таки вывернулся, то прикончили бы илайны в саду. Надо посмотреть и проверить как действуют метки и порталы. Почему бы и нет? Магия ведь работает, значит и порта... Стоп! - внезапная мысль раскаленной иглой пронзила его мозг! - Порталы! Метки! Мой первый подаренный залом Двери и Трона квест! Я ведь ходил по метке когда вернулся, но попал не туда! А если попробовать открыть ее здесь?! Да и если на то пошло, имеются другие метки в другие места, в тот же город или клановую цитадель, в Узел, в Великий лес! -

Дримму стоило огромных душевных сил не попытаться открыть портал прямо в коридоре, и в первую очередь в мыслях его царили не клан, цитадель или Узел, а его большая фейрийская семья. Несмотря на отсутствие интерфейса, его желание оказалось настолько сильно, что он как воочию увидел портальную метку перед собой и едва не перевернул страницу ладонью (открыл портал). Но все-таки он сумел преодолеть себя и сосредоточился на поиске подходящего места, в то же время стараясь не потерять ощущение метки.

Подходящее место подвернулось через несколько минут: не сильно крутой пандус одного из боковых проходов привел его в абсолютно пустой зал -- то что нужно для портала. Еще пара минут, поставить рунные барьеры и сигналки на обоих концах пандуса. Все! Дримм был готов и, полностью отдавшись чувству метки, шевельнул ладонью -- мир вокруг изменился -- с тихим вздохом открылся портал...!

Фейри невероятно повезло -- едва не толкнувшее его на необдуманный поступок нетерпение сыграло в его судьбе положительную роль и открывая портал он находился не в его створе, а сбоку. Толстая колонна воды под чудовищным давлением ударила в каменную стену! Куда там молоту безглазого -- страшный треск и весь зал ощутимо качнулся, с потолка посыпались камни!

Дримм и сам не понял, как он оказался за рунным барьером на пандусе -- видимо сработал инстинкт. А вот портал он отрубил уже вполне осознано.

За те несколько коротких секунд, что существовал портал, внутри зала образовался почти полутораметровый слой воды, в которой шевелились странные существа: плоские как сковорода рыбы с зубастой пастью и разноцветной чешуей; длиннющий то ли угорь, то ли змея с желтой в синюю крапинку бахромой по всему телу; черные, похожие на головастиков твари с крупную собаку величиной; красные шары размером с арбуз с черными шипами по всему телу и как апофеоз всего -- то ли клешня, то ли щупальце, то ли хвост, то ли какая другая отрезанная часть тела какого-то огромного создания -- что это такое сразу было не понять и без поллитры не разобраться. Весь этот зоопарк (скорее аквапарк) был живым, не исключая и фонтанирующую зеленой кровью огромную конечность, и бурно реагировал на новое место: конечность страшно билась, поднимая волны и забрызгивая зеленой кровью стены и потолок, а так же время от времени давя собратьев по несчастью; плоские рыбы пытались плыть, но двухметровым гигантам не хватало глубины, и они лишь бессильно дергались, разевая и закрывая страшные пасти; обладатель бахромы забился в угол и делал резкие броски в сторону любого, кто к нему приближался; черные головастики как заполошные носились по всему залу, время от времени попадая под удар конечности или на зубок рыбам; ну а красные шары постепенно дрейфуя соединялись друг с другом в единую колючку.

Вспыхнул рунный барьер! Один из головастиков попробовал проникнуть на пандус. Второй и вовсе выпрыгнул из воды, метя отшатнувшемуся фейри в лицо -- барьер остановил и его. Очередной головастик высунулся из воды, открыл здоровенную по сравнению со всем телом пасть и издал громкий звук, куда там пожарной сирене!

И без того раздраженный неудачей Дримм нашел на ком сорвать свой гнев: фейри ударил в воду цепной молнией -- проняло всех обитателей новообразовавшегося водоема, а затем, вытянув руки в сторону зала, использовал огнемет. Струя густого жаркого пламени ударила в зал и там разверзся локальный ад! Твари горели, горели стены, горела сама вода, а если не горела, то превращалась в пар. По ушам Дримма ударили жуткие звуки, а в нос шибанул запах переваренной ухи и помоев. Целых 15 минут он поджаривал зал, потратиться не боялся -- огнемет не требовал слишком много маны, а с такой как у него скоростью восстановления он мог бить этим заклинанием хоть год -- мана будет прибывать быстрей чем ее потребляет заклинание. Все же ему не понадобился год чтобы утолить свою ярость -- хватило 15-ти минут. Через четверть часа он опустил руки, немного посмотрел на продолжавший гореть за барьером костер: внутри пламени что-то двигалось, но никто не пытался вылезти на пандус или попробовать пробить барьер. А затем Дримм просто повернулся и ушел, оставив несбывшуюся надежду позади.

Вскоре он нашел новое место и... не смог больше открыть ни одного портала, не смог почувствовать метки, не смог настроить себя -- призрак неудачи отравлял его разум и уверенность в себе -- о порталах пришлось на время позабыть. В совершенно сумрачном состоянии Дримм отправился дальше по коридорам, мечтая лишь об одном: встретить кого-нибудь на пути и как можно более жестоко его или их убить. Вскоре желание временно отбросившего разум фейри осуществилось -- как говорится: ''кто ищет, тот всегда найдет'' или найдут его...

Очередной зал, похож на тот первый с каннибалами, разве что не такой большой и не так хорошо освещен, а так все тоже: разбитые сосуды, перевернутые столы, сломанные шкафы, книги на полу, а вот трупов не было, только лужи уже давно засохшей крови. Усталый и равнодушный взгляд на ковер из книг, такой же взгляд облетел зал -- ушедший в переживания Дримм не проявил ни капли интереса, а просто пошел к ближайшему выходу, громко хрустя переплетами и стеклом. Сознание фейри топила апатия -- его настиг очередной перепад в настроении, как бы остаточная волна по потерянной семье и общая накопившаяся усталость от этого странного места.

-- Зачем все? Кому нужно? Кому нужна эта безумная беготня? Мне?! Сколько мне носится по здешней психушке? Что я должен сделать?! Что выполнить? В чем смысл квеста? Замочить в этих подземельях всех! Пупок развяжется -- работа на сотни лет! Или найти какую-то определенную вещь, зал, коридор, непись, надпись на стене, тайную комнату!? Вообще на тысячи! Не желаю бродить здесь незнамо сколько и искать незнамо чего! Впрочем сам дурак -- сам полез и получил! -

Как бы не был подавлен Дримм и насколько бы он глубоко не ушел в переживания, инстинкты бойца и игрока оставались при нем, так что когда хруст стекла под ногами заглушил свист, а в темноте блеснул металл, тело сделало все само без участия разума. Дримм как срезанный упал на колени, сильно отклонившись назад, а пущенный из темноты топор пролетел над ним. Нет, не пролетел! Со страшным звоном встретился с другим и осыпал коленопреклоненного фейри душем из искр! Причем второй бросок не почуял даже инстинкт, и не будь топора в лицо, Дримм пропустил бы второй топор и еще неизвестно выдержал бы щит...

Апатию сменила ярость!Фейри с рычанием скользнул навстречу соткавшейся из тьмы огромной фигуре с занесенным над головой гигантским мечом.

Синий великан с уханьем опустил свой трехметровый дрын -- невероятно быстрый, умелый, но главное наполненный чудовищной мощью удар, удар, который не смог бы парировать и такой же как он арг-ши, тем более любой другой враг.

Меч с грохотом врубился в пол -- фейри даже не попытался встретить неотразимый удар исполинского меча, вместо этого с легкостью танцора ушел в сторону и взмахнул уже своим пусть и не таким огромным, но тоже немаленьким клинком. Дримм был более точен -- прогудел вентилятор, и голова промахнувшегося великана медленно и будто нехотя поехала с плеч, тяжело как чугунный шар стукнулась об пол, перевернулась, покачнулась, замерла -- из открытого в агонии рта вытекла струйка крови и вывалился черный язык. Безголовое тело не пожелало сразу падать: аргг-ши разогнулся и поднял меч (так и хочется сказать над головой), сделал несколько шагов, а затем медленно и величественно упал, грохнулся на дрогнувший пол и совсем не величественно мелко-мелко засучил ногами.

Тем временем из темноты зала, расталкивая ногами столы, приближались метатели топоров -- еще два вооруженных огромными мечами синих гиганта. Даже удивительно КАК и ГДЕ три, ЦЕЛЫХ ТРИ великана сумели спрятаться пусть и в плохо освещенном, но не таком уж и большом зале, тем не менее как-то сумели, устроили засаду, а теперь два оставшихся в живых спешили рассчитаться за убитого приятеля.

Еще до того как об пол грохнулась отрубленная башка, как дым растаял клинок в руках у фейри -- время призванного меча истекло. Впрочем Дримма не особенно расстроил этот факт -- растаял так растаял, истекло так истекло, ведь у него по прежнему есть гораздо более грозное оружие -- МАГИЯ, и магический меч лишь одна из ее производных.

Взмах ладони, несколько коротких звучных слов и в одного из великанов полетел булыжник! В отличие от безглазого гораздо более крупный великан повел себя как надо, как тот, кому в грудь выстрелили из пушки каменным ядром, и тонкая пленка щита ничего не смогла изменить. Дримм даже обрадовался -- нормальный щит, нормальная реакция слабенького щита на более сильное заклинание -- все так, как и должно быть! Словивший здоровенную каменюку аргг-ши улетел в глубину зала, а Дримм переключил внимание на другого.

Последний оставшийся великан что-то проговорил и ускорился, занося меч. На пару десятков метров вокруг него замерцал воздух и... все (так сперва показалось). Дримм поднял руку и вновь зазвучали нужные слова, а пальцы совершили нужный жест -- приближавшегося великана ждала молния в упор.

Этого просто не могло быть! Вместо молнии меж пальцев фейри вспыхнула пусть и крупная, но всего-лишь искра. Дримм впал в ступор -- прежние страхи вернулись, а несущийся к нему великан уже заносил меч. Секундная задержка едва не стоила Дримму жизни, но все же он вовремя пришел в себя и... драпанул!

Фейри подныривал и перепрыгивал через столы, стулья и скамьи, огибал книжные шкафы и даже не думал выдернуть из-за спины бронзовые клинки и вступить в бой. В свою очередь великан крушил все на своем пути и пытался догнать показавшего спину врага или по крайней мере не выпустить беглеца из зоны мерцающего воздуха.

Погоня прошла вблизи поверженного булыжником великана -- Дримм легко перепрыгнул клинок в ослабевшей руке, повалил на недобитка шкаф и, вскочив на массивный и длинный каменный стол, рванул как услышавший пистолетный выстрел спортсмен. Всякая сила имеет предел -- преследователь не сумел быстро совладать с действительно тяжеленным столом -- фейри так и не вырвался из сферы мерцающего воздуха, но у него появился люфт, небольшой зазор, время не только бежать.

Воздух наполнился сталью и чавкающими звуками, когда разогнавшийся металл входит в плоть -- Дримм вертелся волчком и метал гвозди! Первый же бросок оказался и самым удачным -- трехгранный заточенный штырь по самую шляпку вошел великану в левый глаз, остальные втыкались в прикрывавшие лицо руки и звякали о лезвие меча.

''Подарки безглазого'' не смогли остановить созданное для войны существо. Вскоре погоня продолжилась, засевший в глазу длинный штырь абсолютно не мешал аргг-ши преследовать врага.

Парочка нарезала по залу несколько кругов, с каждым разом усугубляя разгром. Дримм добил гвозди, швыряя их прямо на ходу через плечо, а синий великан упрямо пытался достать спину кусачего беглеца хотя бы кончиком клинка. А затем Дримм рискнул: великан перевернул очередной стол, ища глазами врага, только вот враг уже не убегал, а выхватив клинки из-за спины, кубарем катился у него между ног!

Дримм хорошо прошелся исписанными рунами клинками по обратным сгибам колен и не хуже зарядил пяткой великану между ног, неизвестно что было у того с яйцами, но пятку фейри отбил.

Великана скрючило и парализовало от боли, а еще он оперся о меч как о посох, пытаясь устоять на изувеченных ногах. Новая напасть! В спину великана воткнулись брошенные умелой рукой клинки, воткнулись под каждую лопатку и вошли до половины лезвия. Ну а бросивший их Дримм шустро похромал прочь, пытаясь как можно быстрее покинуть сферу мерцания. Спешил он не зря -- великан справился с болью и начал медленно, используя меч как клюку, разворачиваться. Едва не упав развернулся, заискал глазами врага....

Молния ударила аргг-ши прямо в лицо! Мерцающий воздух несколько ослабил боевое заклинание, но даже ослабленная раза в три молния сожгла великану лицо, раскалила штырь у него в глазу, заставила вспыхнуть волосы. Мерцание исчезло, но великан не упал, упрямо продолжая опираться на импровизированную клюку. Новая уже полноценная молния ударила его в плечо! Мертвый обожженный великан упал, подмяв телом шкаф, кончики бронзовых клинков вышли у него из груди.

Остался последний еще живой враг, искалеченный булыжником аргг-ши, и Дримм сперва хотел добить его тем же макаром, но затем вспомнил о своем желании узнать что твориться вокруг, а потому вместо молнии в раненного великана отправилась парализация, а затем еще одна для верности.

Привычный хотя и давно не проводимый ритуал: Дримм вскрыл могучую грудь кинжалом, вырвал все еще бившееся сердце, произнес нужные слова и, держа огромный орган обеими руками, выдавил из него всю кровь себе на лицо, только часть из выдавленного попало в рот, но фейри хватило.

*

Великана создали несколько дней тому назад. Создали здесь, не конкретно в этом зале, но в подземельях, частью которых являлся зал (ему никто не сказал как называется это место), создали илайны, использовав для этого пленного фейри, и в процессе так отформатировали ему мозги, что он возненавидел всех, в том числе и своих чешуйчатых создателей, единственное исключение -- такие же как он, но и их время от времени хотелось убить. Илайны оглушили новосозданного аргг-ши и унесли его далеко от места, где он был создан. Синий великан очнулся в компании девяти таких же как он, рядом лежало оружие, на теле легкие доспехи, очнулся голодным. В течении нескольких последующих дней аргг-ши странствовали по подземелью, убивали всех, кто попадался им на пути, питались телами убитых. Постепенно ''веселая синяя компания'' теряла бойцов, но оставшиеся в живых набирались опыта и со временем перешли от тактики лобовых атак к тактике засад. Великан завидовал как-то научившемуся блокировать чужую магию товарищу, но сам так не умел, хотя и запомнил нужные слова. От воспоминаний фейри, из которого сделали аргг-ши, почти ничего не осталось.

*

До обидного мало информации, но и то хлеб: например, благодаря воспоминаниям аргг-ши Дримм теперь ''помнил'' какую-то часть подземелий, ''помнил'' пару десятков коридоров с ловушками, ''помнил'' блокирующие магию слова, ''знал'', где орудуют остатки нескольких таких же десятков аргг-ши и ''знал''несколько мест, куда не стоит заходить, так как то что там обитало пугало даже ни х...ра не боявшихся аргг-ши.

Дримм попробовал произнести заветные слова, не с первого, но с третьего раза у него получилось, и вокруг фейри образовался круг мерцающего воздуха примерно метра в два. Пять секунд и круг исчез. Снова слова и снова мерцание продержалось не больше пяти секунд. В третий раз звучат заветные слова, но на этот раз Дримм не потерял времени зря, а попытался скастовать обычную светилку -- не получилось. Мерцание исчезло. Попробовал снова -- в полутемном зале стало светлей.

Вдоволь наигравшись с новоприобретенным умением, Дримм запечатал зал и привел себя в порядок: восстановил уничтоженные мерцанием бафы и щиты ( кстати, щит-доспех почему-то уцелел, как и сила рун на бронзовых мечах), потом начал создавать себе бойца -- напарника-телохранителя в странствиях по подземелью. Хотя нет, сперва создал четыре иллюзии квелья, усилил их своей кровью и использовал в качестве грузчиков-ассистентов.

Дримм создавал голема плоти, как материал использовал тела всех трех аргг-ши, гвозди (пару оставил как метательное оружие), цепь, на которой они висели, камень и металл столов, доспехи великанов, один из их мечей и свою кровь. В связи с отсутствием многих необходимых для ритуала материалов и оборудования пришлось нелегко, но Дримм не первый раз творил таких существ и знал как извернуться, заменяя отсутствующее большим количеством сложных многослойных рун.

*

Големы плоти --искусственно созданные с помощью магии создания, материалом для которых служит мертвая или живая плоть как неразумных, так и разумных существ. В какой-то степени творения Некромантии тоже можно отнести к големам плоти, с другой стороны, создать голема плоти можно и без использования магии Смерти (в частности ее подраздела Некромантии). Магия Хаоса, магия Природы, Алхимия, Рунная магия, магия Порядка, магия Тьмы, стихийные -- список в порядке убывания магических школ, позволяющих творить подобных существ. Часто магические школы комбинируют для достижения наилучшего результата, бывает используют некоторые наработки Некромантии, бывает оказываются не лишними ремесленные навыки -- в общем простор для творчества велик, и чем большим количеством школ, умений, знаний, заклинаний владеет маг, тем большего он может достичь.

*

Несмотря на походные условия голем получился что надо, а когда Дримм заставил его взять в руки два трехметровых меча, да еще и с пламенем на клинках, то вообще глаз не оторвешь (пламя -- тоже работа Дримма)! На три головы выше почивших аргг-ши и более чем вдвое шире их в плечах, непропорционально большие даже для такого огромного тела руки свисают практически до пола, и голем может идти подобно горилле, опираясь на огромные кулаки. Вся уязвимая плоть внутри под блестящей металлической или каменной шкурой, голова вообще сплошной толстый камень, только металлическая маска вместо лица. И завершающий штрих -- трехметровые пылающие негасимым огнем мечи. Дримм наложил на голема несколько щитов, полдюжины бафов, еще несколько раз обошел вокруг него и довольно хмыкнул -- превосходный получился ''танк''!

Так они и пошли: голем впереди, потом Дримм, и иллюзии охраняют тыл. Не слишком мощный заслон против тех, кто решится напасть сзади, но слабосильные иллюзии хотя бы не дадут напасть неожиданно и может быть нанесут перед смертью пару ран.

Всего через час пути отряд покинул известные хозяину поглощенных воспоминаний места, началась Terra Incognito. Впрочем для Дримма все это место было одной черной дырой, так что ничего нового -- все как всегда.

Снова коридоры, тупики, коридоры, пандусы вверх и вниз, коридоры, залы большие и маленькие, коридоры...

Очередные раздражающие своей непонятностью каракули на стене...

Пара разломанных дверей и разгромленные залы за ними -- внутри ничего кроме костей и говна...

Ошалевший одиночка каннибал, погибший от рук голема еще прежде чем Дримм успел хоть что-то сообразить...

Небольшой сад, похожий на тот, где Дримм прищучил илайнов. Не такой большой, не такой ухоженный, вместо фонтана крохотный пересохший родник, но на паре деревьев нашлись плоды, и Дримм вновь смог ощутить во рту охренительно вкусную апельсиновую мякоть...

Почти километровый коридор, похожий на аэродинамическую шахту большого авиационного завода, за ним россыпь из множества путей. Дримм выбрал один из них и вскоре вышел на длинный, тонкий, едва поставить стопу, мост. Далеко-далеко внизу бурная река, возможно та самая, в которую канули нож и молот безглазого, потолок наоборот близко, всего 3 сотни метров вверх, виднеются другие мосты и террасы-балконы, но до них не добраться, если не умеешь летать. Массивный голем с легкостью канатоходца перемахнул тонкий мост.

За мостом крохотный даже не зал, а зальчик и очередной постоянно изгибающийся длиннющий коридор...

Пара десятков поворотов и Дримм вывалился в широкий и насколько хватало глаз уходивший вправо и влево тоннель с низким потолком. Выбрал право, через пару минут не быстрой ходьбы увидел даже не проход, а пролом в стене, за проломом тьма и ощущается огромное, гулкое, пустое пространство...

иДи-ИдИ во тьму, ИДи-иДИ там хо-ррошо и прох-хладно, ИДИ у тебя нет др-руго-го пути, и-д-иии...

Дримм с сомнением заглянул во тьму, но тащиться по однообразному тоннелю не хотелось, а тут хоть какое-то разнообразие, да и тянувшая прохлада приятно холодила лицо. Кольнуло сомнение: уж слишком непроницаемой даже для его фейрийских глаз была тьма, и судя по всему скрываемый этой неестественной тьмой зал был очень велик -- неизвестно кто может в нем обитать...

И-д-И те-бЕ ни-чЕ-го не грозит, иди-иди-иди, ИДИ-ИДИ-ИДИ, иди во ТЬМУ, идиидиидиидиидиидииди....

У фейри на секунду кольнуло в висках. Он мотнул головой, прогоняя не вовремя намылившуюся посетить его мигрень, и принял решение -- идти во тьму.

Странное нетерпение едва не заставило его углубиться в проход без всякой подготовки, но вбитые в самую глубину его существа инстинкты вынудили притормозить. Первым делом Дримм наложил на себя щит против созданий Тьмы, потом такой же щит на голема, потом вызвал целых три ''Копейки'' -- неплохой источник света в кромешной тьме, потом хотел сделать что-то еще, но не вспомнил что и махнув рукой решил, что этого достаточно.

ИДИ!ИДИ!ИДИ!ИДИ!ИДИ!ИДИ!

Фейри не осознавал, что его губы кривятся в странной, какой-то болезненной улыбке, а ноги словно сами несут его во тьму, не чувствовал, как по лицу течет пот и вздулась венка на виске.

Дримм нахмурился, в последний раз пытаясь ухватить за хвост ускользающую мысль, и вслед за едва протиснувшимся големом вступил в укрытый тьмой зал. Разошедшиеся полукругом иллюзии привычно охраняли его спину, ну а ''Копейки'' обеспечивали островок света в этом темном царстве.

Отряд углубился в зал на сотню с лишним метров, свет из пролома за спиной становился все слабей, все беззаботней становился Дримм...

ПОКИНЬ СВЕТ, ВСТАНЬ НА КОЛЕНИ И ЖДИ!

-- Ждать, чего ждать? - словно споткнулся Дримм, у него резко заболела голова, в виски словно долбились бешеные дятлы. - Ждать!? На колени?! - Наваждение спало -- он понял, что его провели -- тот кто манипулировал его разумом пережал.

Фейри мгновенно скастовал вокруг себя ментальный щит и оглянулся на едва различимую точку света далеко позади себя -- до того мгновения ему казалась, что они прошли всего сто метров, а оказалось все триста, может больше.

-- Ах вы, гребанные недонос... !!! -

Дримм не успел закончить фразу или приказать поворачивать назад -- тьма взорвалась и выплюнула-исторгла из себя десятки отвратительно-белых и до изумления быстрых существ.

-- Свет !!! - заорал фейри, посылая мысленный приказ ''Копейкам'', и одновременно зажмурив глаза ударил в ближайшее летящее на него белоснежное нечто копьем света.

''Копейки'' выполнили приказ, и коварную тьму разорвала тройная вспышка! Ни вспышка, ни копье света не сумели остановить нацелившуюся на фейри тварь -- два тела покатились, сплетенные в яростной борьбе.

Тем временем иллюзии повторили судьбу своего хозяина -- каждую из них смял белый костяк. Голем встретил одну из тварей пламенным мечом, взмахом другого отогнал еще двоих и... как под саваном смерти был погребен под десятками белых тел. Хозяева зала рвали металл как картон, камень как сахар, а плоть как топленое масло.

Дримм проигрывал борьбу -- тварь, всего одна тварь, была сильней и быстрей, а когти уже в нескольких местах проникли под доспех и добрались до плоти, и все это за несколько жалких секунд. Фейри яростно вонзил пальцы в пустые глазницы оскаленного черепа и, не обращая внимания на рвущие его бока когти, произнес скороговорку на фейрийском языке -- по пальцам заструился золотой свет и перекинулся на оседлавшего его костяка. Костяк бешено забился, уже не пытаясь прорвать доспех, а наоборот вырваться из жгущих его рук. Дримм не стал ему мешать, а еще и придал ускорение сдвоенным ударом ног.

Фейри огляделся по сторонам:

-- Хана! - мгновенно понял он. - Пора тикать! -

И это было действительно так: на месте грозного голема шевелилась целая куча костяков, из которой одиноко торчала рука с мечом, иллюзий нигде не было видно (погибли в первые же мгновения), полученный благодаря смерти ''Копеек'' свет почти сошел на нет, да и не очень он мешал костяным тварям, скорее всего какой-то разновидности высшей нежити -- зал вновь погружался в неестественную тьму.

Дримм не стал дожидаться пока занятые големом твари обратят внимание на него или очухается пожженный золотом костяк (а он очухивался и быстро -- еще один аргумент за то чтобы бежать -- даже мощная фейрийская магия лишь ранила, а не убила могучего немертвого). Не стал Дримм и соревноваться в беге со столь стремительной нежитью (и правильно -- все равно бы проиграл) вместо этого...

Прыжок!!! Классовый навык ''Открывающего пути'' не подвел -- Дримм вывалился через пролом в освещенный коридор! И тут же рубанув себя кинжалом по щеке начал чертить руны, запечатывая барьером проход.

Закончив с проходом Дримм помчался по коридору назад по уже хоженым местам, целью его был мост, спасительный мост, на котором можно встречать врагов по одному или разрушив полотно и вовсе избежать схватки. Почему-то фейри не сомневался, что твари последуют за ним и без всяких проблем покинут зал. Дримм не ошибся -- прошло лишь несколько секунд как он закончил последнюю из рун и побежал по коридору, а твари уже бились в трещавший барьер, бились так, что выпадывали камни из окружавших пролом стен.

Уже у самого проема в другой коридор фейри нагнала дикая головная боль, и он, обхватив шлем руками, упал на колени...

СтОй! Зам-р-и! О-с-т-а-н-ов-ись! НЕ-дви-ГАЙ-ся! Жди! Не с-о-п-р-о-т-и-в-л-я-йс-я! Жди!

Дримм со стоном встал и поковылял дальше, вывалился в изогнутый коридор и запетлял по нему, наращивая скорость с каждым шагом! Прямо на бегу он вложился в уже наложенный ментальный щит, поставил еще один поверх него, да и его внутренняя суть, хоть и запоздало, но начала просыпаться и яростно выжигать вредоносное влияние -- второй раз его было не провести!

Всего через какой-то десяток секунд как фейри нырнул в коридор, мимо входа пролетела белая тварь! Стремительную нежить занесло и ее обогнала другая! Тоже не справилась со скоростью и инерцией и в нее врезалась третья, потом еще и еще, и еще! Образовалась куча мала, но вскоре твари разобрались меж собой и продолжили погоню.

Дримм вывалился на мост и тут же снова рубанул себя лезвием по щеке. Пока бежал по мосту говорил слова на фейрийском языке и время от времени приседал и чертил на камне кровавую вязку рун. Вот и конец моста, Дримм повернулся готовый увидеть вылетавшую из прохода на той стороне белую тварь, а за ней еще... никого! Но это не надолго.

Фейри вытянул руку с кинжалом и начал рисовать проступавший в воздухе смутно дымчатый золотой знак -- написанные кровью руны засветились похожим светом. Мост начал дрожать и колебаться, по камню пошли трещины.

А вот и твари! Первая из них не останавливаясь помчалась к занятому заклинанием фейри на той стороне !

Несколькими огромными кусками обрушился мост! Но тварь уже близко, вот она оттолкнулась от падающего в пропасть куска полотна, вот она уже летит, предвкушающе горят красным глаза, распахнута пасть, а когти готовы рвать такую близкую добычу!

Бумс! Воздушный кулак сбил стремительный полет, и обманутая в лучших чувствах тварь завизжала, кувыркаясь вслед за обломками моста.

Остальные костяки попытались перепрыгнуть образовавшийся провал и у них получилось, правда им пришлось полетать, и противоположной стены они достигли уже у самой реки, но ничего -- главное достигли. А достигнув, как пауки поползли по вертикальной стене вверх, шустро перебирая конечностями. Только сбитый воздушным кулаком рухнул в бурный поток.

Дримм попробовал достать ползущих тварей копьем света, раз, другой -- каждый раз рядом, но мимо -- трудно целиться из такого положения, а твари все выше. Дримм оставил бесполезное занятие и нырнул в коридор, на бегу пытаясь выродить новый план.

Мост подарил фейри пару лишних минут и забрал одного врага -- погоня продолжалась...

Доспешная фигура бежит по длинному и никак не желавшему кончаться коридору. Несмотря на броню беглец несется так, как не смог бы бежать ни один человек на Земле, но нежить все равно быстрей. Вот на плечи беглецу прыгает самая шустрая тварь, вот остальные, вот в тоннеле ворочается, хрустит костями белый ком! Но что это?! Твари недоуменно отпрянули друг от друга, на когтях и клыках нет ни капли крови, а внизу кучи-малы не оказалось ничего -- костяки одни в тоннели -- уже пойманная добыча растаяла как дым.

-- Пора! - Дримм отвалился от стены и встряхнул плечами и руками. Магия квелья снова не подвела: иллюзия увела нежить за собой по тоннелю, а часть целого надежно укрыла затаившегося у стены фейри от промчавшихся мимо ''белых торпед'' -- ни одна из тварей не почувствовала добычу меньше чем в трех метрах от себя.

Фейри вошел в тоннель -- прямо на его глазах твари догнали иллюзию, подмяли ее, завозились, хрустя костями друг о друга.

Фейри широко расставил ноги, сосредоточился, поднял руки и начал произносить заклинание.

Костяки все еще недоуменно пялились на место, где должна была быть растерзанная добыча, когда в них ударил Воздушный таран! Масштабное заклинание смяло тварей как сухие листки, лупцуя друг о друга, а так же о стены, пол и потолок! Убить не убило, но изрядно побило белые кости о камень, да и проволокло метров пятьдесят.

Самые глазастые и сообразительные твари увидели доспешную фигуру и рванули к ней.

Новый Воздушный таран! В тоннеле нет места увернуться и снова костяки летят как опавшая листва под порывами ветра, новые удары о стены, пол и потолок, новые раскрошенные, треснутые, сломанные кости! Теперь уже все костяки увидели своего врага и, как только их перестал крутить ''гигантский блендер'', упрямо заковыляли к нему. Именно заковыляли -- прежняя немыслимая скорость ушла -- поврежденным костям требовалось время срастись, немного времени, десятки секунд, но все-таки...

Больше не было никаких Воздушных таранов -- Дримм начал мерно бить заклинаниями Света и Огня, иногда вплетая и свою расовую магию, бить самыми мощными и масштабными заклинаниями что знал, а знал сильнейший маг клана Красного Дракона немало. Тоннель наполнился золотом, светом и огнем, каменные стены стонали и горели под чудовищными ударами! Вскоре Дримм почувствовал сосущий голод внутри и узнал это чувство -- не голод желудка, а недостаток маны. Но Дримм не перестал, а игнорируя предупреждение организма, все продолжал бить и бить....

Бил, глядя как камень стен потек словно вода!

Бил, когда ВСЕ огромное подземелье заколыхалось под ногами и вокруг него!

Бил, несмотря на то что образовавшийся в тоннеле огненный вихрь все ближе и ближе подбирался к своему творцу!

Бил ровно до того момента, как обрушились потолки тоннеля и завалили его почти на всю длину! Только тогда Дримм позволил себе перестать и устало привалиться к стене. Он в очередной, который уже раз победил казалось бы непобедимых врагов!

Глава 38

Неизвестно где, неизвестно когда.

Дримм.

На полчаса небольшой, безликий зал стал для Дримма домом, хотя нет, скорее временным убежищем. Все отпущенное самому себе время он провел в не слишком глубокой медитации: дождался пока притухнет не имевшее к голоду никого отношения чувство, пришел в себя и как только почувствовал себя более-менее в норме, вновь отправился в путь. Возможно и следовало подольше отдохнуть, лучше восстановить ману, но Дримма подгонял доспех, точнее неуклонно приближавшийся к концу срок его жизни. За оставшееся доспеху время следовало найти надежное укрытие, еще лучше еду, совсем хорошо источник воды и залечь на дно как минимум на 12 часов, пока не восстановятся доспех и меч.

Какое-то время фейри бродил в одиночестве, а потом ему стало скучно, тем более тоннели как вымерли, и он вызвал сначала одну иллюзию квелья, потом две, три, пять. Дримм понимал, что они почти бесполезны в бою, да и как собеседники не лучше призванных скелетов, но какое-то иррациональное чувство толкнуло его на этот шаг, ему хотелось видеть спину того кто идет впереди, слышать топот не только своих шагов, видеть не только свою тень и все в том же духе -- в общем стадный инстинкт во всей красе. Дримм все это прекрасно понимал, но все же позволил себе такую уступку.

-- Что-то меня часто начали гонять?! - полчаса спустя раздраженно думал несущийся по коридору Дримм, коридор немилосердно извивался, и он бился локтями об углы, когда его заносило на поворотах. Фейри вылетел в небольшой зал и тут же, привычно чиркнув себя кинжалом по щеке, запечатал проход за спиной рунным барьером. Секунду полюбовался на свою работу, злорадно усмехнулся и был таков.

Меньше чем через минуту в барьер на полном ходу врезался разогнавшийся илайн с серпом в руке. Неожиданный удар вышиб из ящера дух, и он не успел предупредить бегущих сзади. В распластанного по барьеру ящера врезался еще один, в того -- еще и еще, и еще -- сотни илайнов забили коридор плотной шипящей от ярости и боли массой, а первого и вовсе расплющили о барьер подобно блину с начинкой из мяса и сломанных костей. В узкости коридора невозможно было развернуться, да еще и острые как бритва серпы постоянно резали соседей и будто заколдованные находили прорехи в доспехах -- как в настоящей битве лилась кровь, слышались стоны, трещали оттоптанные ноги и хвосты.

-- Вот интересно: то что мне стали попадаться настолько сильные или многочисленные враги, значит что я правильно продвигаюсь к цели, или наоборот я делаю что-то не то? - Дримм легко оторвался от выскочивших из очередного прохода илайнов, взбежал по пандусу, свернул, еще раз свернул и еще раз свернул, и... едва не влетел в очередную машущую серпами чешуйчатую толпу. Фейри ударил воздушной волной и нырнул в свободный коридор, посылавшие ему проклятья илайны ринулись в погоню прямо по сбитым волной товарищам, но все-таки потеряли разгон, и фейри оторвался.

Дримм свернул в большой овальный зал с несколькими выходами и привычно перепрыгивая столы понесся сквозь него. Не успел он пересечь зал как повалили илайны, и три слившихся в единую волну потока устремились вслед за ним. Дримм ворвался в коридор, на полмгновения замер, услышав впереди шум, и все же рванул на него. Фейри успел и нырнул в боковой проход прежде чем навстречу вывалилась новая волна преследователей. Несколько илайнов успели свернуть за беглецом, но основная масса нет -- в нее врезалась набегавшая из зала волна -- образовалась куча-мала.

-- Хоть бы намек какой получить! - Фейри скатился по длинному пандусу как по горке и чуть задержался, чтобы окончательно превратить крутой пандус в аттракцион: пара заклинаний и теперь уже самую настоящую горку покрыл тонкий слой льда -- ''приятный'' сюрприз для илайнов позади. - А то бегаю-сражаюсь, сражаюсь-бегаю и не видно ни награды, ни цели впереди -- так и рехнуться можно! -

Илайнам ''понравился'' сюрприз -- многие из преследователей проехались по веселой покатушке и не успев затормозить разбили башку или сломали руку-ногу-спину о стену в паре метров от ее конца.

Совсем скоро фейри выскочил на перекресток -- целых четыре коридора не считая того что за спиной. Один из коридоров громыхал шумом приближавшейся погони, в остальных пока было тихо. Дримм сотворил две иллюзии и, даже не подкормив их своей кровью, отправил в два свободных прохода, сам скользнул в третий. Узкий коридор, зал, две арки входа, выбрал левую -- тупик, вернулся в зал одновременно с догнавшими его илайнами -- огненный шар в чешуйчатых приставал и правая арка.

Дримм скатился по очередному пандусу, тут же поднялся по другому, пробежал средних размеров зал, создал иллюзию, отпустил ее в свободный полет, вернее побег, понесся дальше по длинному неширокому коридору, при первой же возможности свернул...

-- Давно я вас не видал, - Дримм приветливо махнул двум десяткам каннибалов на другом конце коридора и повернул обратно, разумеется каннибалы кинулись за ним.

Фейри метеором вывалился в полный илайнов зал и, проложив себе мечами путь, прыгнул в колодец в середине зала.

Недолгий полет и падение... фейри перекатился и не останавливаясь помчался вперед, наверху пока было не до него -- хвостатые общались с черноглазыми. Несколько минут он бежал абсолютно один, никто не выскакивал из-за угла и не рубил его серпом, а за спиной, в боковых тоннелях и впереди не ревела толпа преследователей.

Не далее чем полчаса тому назад накрылся медным тазом его вполне разумный план найти тихое место и отлежаться. Все произошло как-то внезапно и глупо: в один момент Дримм и иллюзии идут по широкому коридору, а в другой, они выходят в гигантский сводчатый зал. Под завязку забитый илайнами зал! Дримму бы рвануть назад и драть от зала как можно быстрее и дальше, тем более сперва его не заметили: все находившиеся в зале илайны увлеченно слушали то, что говорил им очень крупный, представительный ящер с большим раздувшимся кожистым капюшоном вокруг головы и со светящимся посохом в руке. Даже понимавший лишь отдельные слова Дримм как завороженный уставился на явно отжигавшего оратора, а илайны вообще смотрели на того как бандерлоги на Каа, только не с ужасом, а с восхищением. Вскоре хозяин светящегося посоха начал что-то экспрессивно спрашивать у толпы, и на каждый его вопрос илайны громогласно на разрыв аорты орали десятками тысяч глоток.

-- Прямо ебургский алкаш на танке или картавый на броневике, - невольно подумал Дримм и уже собрался валить, как вдруг громогласный ящер-предводитель указал посохом прямо на него и неожиданно тонко-тонко завизжал -- ни дать ни взять барышня, увидевшая мышь.

В глазастого оратора ушло копье света, а в толпу щебень и воздушная волна, уже выбегая в коридор Дримм метнул через плечо последний оставшийся у него штырь. Лишь скорость и хороший щит уберегли его от полусотни мощных заклинаний буквально разворотивших коридор, а вот фантомам не так повезло -- трое иллюзорных Дриммов погибли даже не от самих заклинаний, а от осколков брызнувшего камня, но двое выжили и вместе с творцом понеслись по коридору прочь. Впрочем не надолго, на ближайшей развилке их пути-дорожки разошлись -- каждый из трех внешне неотличимых Дриммов побежал своим путем-коридором, попробуй разбери кто куда. Маги илайнов разобрались: фокусы фейри могли дурачить только простых воинов, что бежали непосредственно за ним, а вот следовавшие в отдалении маги набросили на беглеца ментальный поводок и не один, так что сколько бы Дримм не изощрялся, сколько бы не путал следы, сколько бы трясин (квелья) и других магических ловушек не оставлял за собой, скольких бы илайнов не покалечил-убил, но сбросить погоню с плеч не мог, так как не мог на бегу срубить ментальные поводки. Дримму нужно было хотя бы полчаса-час спокойного времени, но илайны не собирались ему его давать.

-- Все решит выносливость и упорство, - думал летящий по длинному коридору Дримм. - Либо я спекусь, либо илайны устанут тратить на меня силы. Одно плохо -- они знают эти подземелья, а я нет, могут загнать в тупик и тогда я наконец узнаю, каково это умирать в игре, да еще это место не совсем то же самое что обычный Серединный мир. - Как бы иллюстрируя его слова, из каждого прохода, куда он хотел свернуть, слышался топот и азартное шипение.

Все-таки илайны каждый раз совсем на чуть-чуть, но не успевали перекрыть ему все пути, хотя он верно догадался -- действительно загоняли в тупик, но фейри пока везло.

Дримм пулей вылетел в пересечение двух больших тоннелей и едва разминулся с очередным отрядом преследователей, еще секунда и ему бы отрезали единственный ведущий к спасению путь. Разочарованные воины-илайны зашипели и ускорили бег, а илайны-маги разрядили в сторону беглеца жезлы с драгоценными камнями на концах. Дримм вновь успел! Успел миновать тоннель прежде чем лопнули щиты, у магов почти получилось его достать, но почти это почти, и фейри вновь ускользнул. Погоня продолжалась...

Вновь тоннели, залы, коридоры, тупики... Дримм свернул в очередной коридор и БА! Старый приятель -- безглазый перегородил довольно узкий коридор. Стоит и ждет обидчика во всей своей отвратной красе, будто и не было гвоздей, ожогов, ран, разожженного на груди рунного костра, на поясе как ни в чем не бывало висит разделочный нож, а в руках знакомый молот. Дримм не останавливаясь бросился на него, безглазый ринулся навстречу, занося свою чудовищную киянку для удара!

Безглазый ударил, а Дримм упал, только вот упал фейри за секунду до того как молот пошел вниз. Пролетел-проскользил по полу мимо не успевшего затормозить врага, вскочил, бросил на того заклинание паутинки и задал стрекача! Могучему существу понадобилось не больше десяти секунд, чтобы сбросить сковавшее его заклинание, но к тому времени первый из множества преследователей-илайнов уже доламывал боевой серп об его уродливую башку. ЭТИМ тоннелем ящеры уже не прошли... зато прошли многими другими.

В конце концов Дримм вывалился в громаду очередного зала, нет не зала, а почти не обработанной пещеры. Посреди пещеры уходящая ввысь гигантская винтовая лестница, вершина теряется под самым потолком, из пещеры имелось и несколько других выходов, но Дримм рискнул и начал подъем.

Первый пролет, второй пролет, третий, четвертый. Появились илайны: к лестнице устремились сотни воинов, а в фейри полетели боевые заклинания.

Дримм решил притормозить настырных и не понимающих намеков преследователей и открыл портал, тот самый, первый и единственный портал, который он сумел открыть в этом месте. Как и в прошлый раз открыл легко, да к тому же впервые смог открыть портал горизонтально, створом вниз.

Будто кто-то открыл гигантский кран...! Впрочем почему кто-то? Фейри и открыл, сам поразившись полученному результату. Нет, он конечно помнил, с какой силой хлестала вода из открытого ранее портала, но не учел, что тут она хлестала вертикально вниз, да еще и с высоты четвертого этажа. Уже почти достигших лестницы воинов буквально смело, закрутило и прямо сразу начало жрать (в воде мелькали смутные, но по результату явно не обделенные зубами существа), еще через минуту перестали прилетать заклинания, а вода все шла и шла неостановимым бурным потоком, лишь иногда на мгновение ослабевавшим, когда сквозь портал пропихивало особенно больших тварей.

Дримм продолжил подъем. Пятый, седьмой, двенадцатый, двадцатый, тридцать пятый пролет... Портал все-также перекачивает воду неизвестного океана (моря, озера, реки), почти скрылся под водой первый пролет лестницы, и это несмотря на то, что бурный поток активно уходит сквозь многочисленные проходы. В пещере нет ни одного илайна -- тех кого сразу не убила вода, либо унесло, либо сожрали обитавшие в воде твари.

Сороковой, сорок второй, сорок пятый, выход с лестницы, за ним очередной коридор. Дримм немного полюбовался на то, что натворил использованный как оружие портал, потом спустился на сорок второй этаж. Кинжал, кровь и руны: Дримм начертил на колонне, вокруг которой обвивалась лестница, несколько рун и поднимаясь чертил их на каждом следующем этаже. Снова вершина и снова взгляд вниз: все также работает ''кран'', а вода почти скрыла под собой второй уровень великанской лестницы.

Дримм закрыл портал, а затем вошел в коридор, через сотню метров сжал кулак и произнес слово на фейрийском языке. Грохнуло! Качнулся коридор -- трех последних пролетов лестницы не стало, а обломки рухнули в стремительно мелевший водоем. Просто ради успокоения Дримм оставил за собой пару препятствий (кислотный туман, трясина квелья) и побежал по коридорам свободный как ветер.

Несмотря на ментальные поводки, фейри действительно думал что оторвался и даже начал присматривать уединенное место. Нет, не отдыхать, а снять те самые поводки и только потом искать место для лежбища. Но у йланов были другие планы, и они не собирались отступать. Дримм почувствовал их спустя 15 минут -- либо илайны сумели как-то миновать затопленный и полный разных опасных тварей зал, либо, и это скорей всего, знали другой путь наверх.

Не желавший терять фору Дримм поднажал и неожиданно вывалился...!!! А вот с названием того места куда попал фейри возникла проблема -- коридором или залом ЭТО было не назвать -- просто таки циклопическое пространство, даже не верится, что где-то далеко и высоко его ограничивали стены и потолок: поперек гигантского НЕЧТО (для простоты пусть все-таки будет коридор) мог лечь большой многолюдный город вроде Узла, а начало и конец терялись в бесконечности. Но главное заключалось даже не в самом ''коридоре'', а в том что от стены до стены и от бесконечности в бесконечность его заполняла неправдоподобная масса живых мертвецов -- сотни тысяч, миллионы, возможно и много больше! Илайны, фейри, дварфы, тошта, представители десятков и сотен неизвестных Дримму рас и насколько он смог увидеть, ни одного представителя самых распространенных (эльфов, орков, людей).

Мириады неисчислимых зомби одновременно повернули головы и уставились на прибалдевшего беглеца, ну а потом, как и положено зомби, ринулись рвать живую плоть, мало того сквозь беснующиеся орды нежити пропихивались и другие еще более жуткие существа -- похожие на обколотых анаболиками негров-культуристов рогачи верхом на огромных пауках. Только уже нырнув в спасительный коридор Дримм понял: никакие это не всадники -- бугрящиеся мышцами торсы вырастали прямо из отвратительных восьминогих тел -- черти в аду с их доморощенными копытами нервно курят в сторонке.

Вскоре Дримм почувствовал погоню впереди, тут же остановился, повертел башкой и, использовав не очень большую фору, оценил ситуацию, вспоминая проделанный путь. Принял решение, пробежал еще с полсотни метров навстречу илайнам, остановился и начал колдовать. Простенькое квелийское колдовство первого уровня и коридоры вокруг наполнились шумом: звуком шагов, смехом, невнятным говором, шорохом одежды, появился запах, даже загулял слабенький ветерок, словно порожденный движениями множества живых существ. Масштабная иллюзия должна была привлечь обе погони к себе и до времени скрыть их друг от друга -- разумеется Дримм не собирался упускать такой шанс стравить своих врагов. Ну а сам коварный фейри уподобился той самой мудрой китайской обезьяне и полез на дерево, чтобы переждать пока ''тигры'' передерутся внизу, разве что он не собирался смотреть и ждать, так как не сомневался кто победит. Роль дерева исполнила вертикальная шахта колодца.

Дримм полз, полз и полз -- колодец оказался неожиданно глубок, а внизу разворачивалась настоящая драма: илайны и зомби встретились в тесных коридорах (сразу во многих) и живых мертвяков начали рубить, нет, рвать как Тузик грелку, сечь их острыми серпами, десятками и сотнями уничтожать боевыми заклятиями, бывало и отрывать головы могучими когтистыми лапами. Слабосильные зомби ничего не могли противопоставить искусству опытных воинов и мощи магов, но, НО (!) и еще три раза НО (!!!) зомби было МНОГО, и они заполняли собой коридоры как безбрежный океан и вскоре окружили десятки тысяч илайнов со всех сторон, а потом илайны встретились с рогатыми культуристами с паучьими телами вместо ног и с еще более жуткими существами...

Ну а фейри уже не интересовал развернувшийся внизу ''праздник жизни'' (скорее все же смерти), он наконец-таки достиг верха колодца и тремя воздушными кулаками выбил преграждавшую путь решетку. Дримм попал в некое подобие вентиляционной шахты, со множеством пересекающихся путей и узких, подобных тому из которого он вылез, колодцев, кстати, не только на полу, но и в стенах и потолке, некоторые из них прикрывали решетки, некоторые нет.

Не откладывая в долгий ящик, Дримм собрался скинуть поднадоевшие и просто опасные ментальные поводки, но не успел произнести первого заклинания, как они сами начали один за другим исчезать -- в страшных муках умирали породившие их маги. Всего несколько минут и теперь действительно свободный и сбросивший ''хвост'' Дримм побежал по узким переходам, стремясь уйти как можно дальше. Да, илайны больше не проблема, но оставались зомби, вернее на зомби, сколько бы их ни было, плевать -- он всегда сумеет от них убежать, но вот с хозяевами ТАКОЙ неживой армии не очень хотелось встречаться. А еще Дримма беспокоил безглазый, то как быстро он сумел выбраться из круга, найти свое добро на дне реки, найти фейри. Что помешает ему найти Дримма вновь? Нет на это ответа, а потому фейри спешил и был настороже. Как часто бывает опасность пришла откуда не ждешь: очередная крепкая вроде решетка исчезла из-под ног, и не успевший даже матюкнуться Дримм полетел во тьму глубокого колодца...!

Летел он долго, десятки минут, несколько раз кидал вниз воздушную линзу, что на время притормаживала полет, чиркался доспехом о стенки, ''предвкушая'' как совсем скоро истечет время доспеха-щита и стены придется царапать голой кожей, даже немного привык к бесконечному полету и сгрыз последний прихваченный с собой апельсин, еще думал и гадал, что ждет его внизу.

Страшный, неожиданный удар! Фейри выбил металлическую решетку ногами и вывалился в большой зал! В зале кипел бой: илайны сражались с фейри, фейри было больше, но каждый илайн был носителем золотой чешуи и такого же доспеха. Впрочем Дримма озаботило совсем другое -- в тот самый момент как он вывалился из дыры под потолком, истаял верный много раз спасавший его доспех -- он падал вниз только в набедренной повязке, в почти не защищавших тело кожаных щитках и с каменной книгой, жестко привязанной к спине, падал в котел жестокой битвы с 50-ти метровой высоты...

28 минут спустя.

Нельзя сказать что появление Дримма как-то сместило баланс. Нет, один боец, как бы ни был он хорош, не мог повлиять на битву, в которой сражались тысячи. Хотя если бы у такого мага как Дримм было время на подготовку или если бы он не оказался в самой гуще, а немного в стороне и на дистанции, тогда другое дело, но рухнувший с потолка фейри сразу нырнул в кипящий котел битвы с головой и ВЫНУЖДЕН был сражаться как воин, а не как маг, лишь иногда успевая скастовать воздушный кулак, огненный шар, молнию. Что же касается непосредственно Дримма, то он был невероятно воодушевлен -- его окружали фейри, НОРМАЛЬНЫЕ фейри, и он сражался с ними плечом к плечу!

Фейри приняли помощь неизвестного собрата без всяких условий и подозрений. Впрочем как ее не принять? Слишком сильны были золотошкурые илайны, слишком много фейри гибло каждый миг и слишком мало носителей страшных окровавленных серпов и прекрасных доспехов гибло в ответ. А тут невероятно сильный, подвижный боец, превосходивший любого илайна один на один и даже два-три на одного, еще и маг, каждый магический удар которого или убивал, или наносил такие повреждения, что подраненного илайна легко могли добить простые бойцы. Неудивительно что чудесного воина-мага вскоре стали беречь: не подпускать к нему больше двух-трех бойцов; защищать спину (не раз и не два воины-фейри своим телом останавливали пущенный в полет серп); расчищать место, давая чаще действовать магией, а не мечом; добивать его подранков, и вообще вокруг Дримма полустихийно образовался мощный отряд поддержки. Но то был хоть и важный, но один из эпизодов яростной битвы, в которой не существовало таких понятий как ''плен'', ''жалость'', ''бегство'' -- практически с самого начала противостояния двух великих народов (илайны и фейри) все сражения длились до последнего живого бойца с той или иной стороны. Так случилось и в этот раз: кровь хорошо вымыла каменные полы, вековечная ненависть была удовлетворена, а в верхний и нижний миры отправились щедрые потоки душ, отборных душ погибших в бою воинов.

Под самый занавес битвы, среди груд мертвых и умирающих тел осталось всего три небольшие группы еще сражавшихся друг с другом бойцов, ТРИ на весь громадный смердящий болью и смертью зал. В первой группе был Дримм -- воин-маг не дал себя убить, хотя скорее 50/50: на 50% заслуга принадлежала прикрывавшим его соратникам-фейри, но цена оказалась непомерно велика и от всего отряда осталось только два покрытых кровью с ног до головы бойца -- здоровяк с двойным топором и воин с длинным на треть окованным сталью копьем. Уцелевшие воины не лезли поперек ''батьки'', то есть Дримма, и дожидались пока он свалит трех израненных илайнов, чтобы потом их добить.

Во второй группе -- три фейри в богатых по сравнению с рядовыми бойцами кольчугах и прекрасным дорогим оружием в руках, против них всего один боец, но это огромного роста илайн, за время битвы успевший убить больше двух сотен врагов. В одной руке могучего воина-илайна обычный боевой серп, а вот в другой не характерный для этой расы меч. Когда Дримм мельком издали увидел этот клинок, он поразился насколько же тот похож на Убийцу, его оставшийся далеко-далеко живой меч. Несмотря на долгий тяжелый бой илайн был быстр, силен и казалось совершенно не устал, к сожалению его противники не могли похвастаться тем же.

Третья группа -- шесть фейри против двух илайнов: у фейри длинные копья, у илайнов множество ран и дырявые доспехи. Кроме этих трех групп есть несколько десятков израненных, умирающих, не способных сражаться илайнов, все фейри мертвы -- у них не имелось таких тяжелых доспехов, а заточенные как бритва серпы пластали плоть без ран, наверняка.

Взмах! Летит отрубленная чешуйчатая кисть с серпом!

Взмах! Сталкиваются бронзовый и стальной клинки -- на бронзовом очередная зазубрина и пылает вязь рун, стальной же невредим.

Взмах! Иззубренная бронза вскрывает кожистое горло, и золото доспеха топит под собой багровый поток.

Взмах! Снова сталкиваются бронзовый прямой меч и изогнутый серп.

Взмах! Второй меч, брат сплетенного с серпом, втыкается в оскаленную пасть, ломает клыки, и острие входит в мозг.

Дримм легко справился с тройкой израненных бойцов: двух убил сам, а третьего с отрубленной рукой искололи и изрубили напарники. И одновременно точно также, даже быстрей справился с тремя своими противниками одинокий илайн. Тем временем, чуть позже остальных разобралась между собой и третья группа: два илайна ожидаемо не устояли против шестерых, но взяли с собой две жизни и перерубили четыре копья. Приближался кульминационный момент: тройка фейри с Дриммом во главе поспешила соединиться с четырьмя собратьями, но вот незадача -- илайн оказался много ближе.

Один из четырех успел подобрать целое копье, один обнажил меч, казалось бы беспроигрышный расклад -- четверо против одного, у троих почти трехметровые копья. Обоерукий илайн убил их так быстро, что глаз не успевал это отследить, а разум Дримма и его напарников-фейри осознать, что им уже некуда спешить. Илайн красивым движением напоказ стряхнул кровь с клинков и не спеша пошел на резко затормозившую троицу.

Раз уж такое дело, Дримм тоже не стал спешить, вращая мечи размял перенапряженные кисти, подумал было заменить почти в ноль убитые клинки на что-нибудь получше, но тут же устыдился своих мыслей и решил не обижать верно послужившие мечи, в любом случае это их последний бой. Неожиданно фейри припал на колено, выпустив оружие из рук, и ударил в илайна цепной молнией! Почему бы и нет? Есть подходящая дистанция, есть мана.

Вокруг илайна вспыхнул мощный щит, а доспех засветился ярко-белыми рунами. Возможно именно благодаря такой защите илайн сумел избежать ран и сохранить силы в столь долгом бою. Да и кто знает, что еще давал своему хозяину напоенный силой рун доспех? Магический удар не оставил обоерукого равнодушным, тем более погасивший молнию щит приказал долго жить, и он бросился вперед, спеша достигнуть своих ПОСЛЕДНИХ врагов.

Дримм ударил воздушной волной -- вновь сияние рун -- илайн бежит как бежал.

Дримм скастовал ледяную молнию -- илайн на секунду припал к земле и тут же продолжил бежать -- он все ближе... Воины-фейри за спиной у Дримма крепче перехватывают оружие.

Дримм выпустил огненный шар и вскочил, подхватив с пола клинки -- каким-то невероятно ловким движением илайн увернулся от выпущенного в упор огненного комка и широко развел руки с мечом и серпом.

Сшибка! Дримм и илайн станцевали жаркий танец: илайн дважды достал фейри серпом по руке и ноге, под самую рукоять срубил своим мечом левый бронзовый клинок; фейри сумел остаться в живых и достать илайна правым клинком -- бронза меча бесполезно скрипнула о сталь доспеха. Две смазанные от скорости фигуры разошлись.

Распаханая от кисти до плеча рука и глубоко до самой кости прорезанное бедро -- результат всего одной сшибки и две трети полученных в этом зале ран. Но Дримм даже не застонал, и боль не затуманила его разум -- сейчас главное бой, а все остальное потом. Левой пораненной рукой он достал с пояса кинжал и вновь бросился на врага.

И все-таки илайн был невероятно быстр! За ту жалкую неполную секунду, пока Дримм разворачивался и тягал кинжал, ящер успел прикончить обоих сопровождавших игрока бойцов: похожий на Убийцу меч перерубил древко копья у самых рук, а серп снял копейщику голову с плеч, чуть раньше тот же серп развалил здоровяка с секирой от пояса до плеча.

Сшибка! Вновь пляска тел и клинков! Илайн все так же быстр, но быстр и фейри, к тому же фейри не сковывает тяжелый доспех, а еще фейри хочет жить и победить и как всегда, когда он хочет этого по-настоящему, пробуждается его внутренняя суть. Вихрь клинков и тел: серп перерубил бронзовый кинжал и почти отрубил руку, что его держала, ну а похожий на Убийцу меч со всего маху хлестнул Дримма по спине. Сильный, умелый, смертельный удар, но клинок лишь оставил шрам на прочнейшей мифриловой обложке -- привязанная за спиной книга уже в который раз за последние полчаса спасла Дримму жизнь (не так-то просто перерубить две сантиметровые пластины чистого мифрила и стопку каменных пластин между ними). Ученик Первого тоже не оплошал, и дышащий на ладан иззубренный меч срубил таки удивленно шипящую башку.

Финиш! Дримм, баюкая почти отрубленную руку, устало опустился на подвернувшийся труп, а обезглавленное тело его врага пару минут не желало признавать смерть. Уже свет потух в глазах отрезанной головы, а безголовая фигура в роскошных золотых латах продолжала зажигательно ''плясать'' и пытаться достать клинками хоть какого-нибудь, доставала лишь воздух, но ''плясала''...

Тем временем Дримм успел поврачевать свои раны, восстановить гикнувшиеся в самом начале боя щиты, а затем, найдя подходящего по фигуре мертвого фейри, он испытал искреннее счастье -- ШТАНЫ, настоящие ШТАНЫ!!! Пусть чужие, пусть заляпаны кровью, пусть на дурацкой лямке через плечо, но ШТАНЫ, а не самодельная набедренная повязка из полотенца!

Безголовый труп наконец-то ''натанцевался'' и рухнул на пол рядом с давно мертвой головой. Только что натянувший обнову Дримм жадным взором уставился на выпавший из чешуйчатой руки клинок, еще раз подивился такому сходству и поспешил завладеть приглянувшимся оружием, иззубренный до последней крайности бронзовый меч сиротливо остался лежать на полу.

Стоило фейри подхватить в руки изогнутый клинок с красными знаками на лезвии, его повело, а в мозгу у него словно взорвался разноцветный водоворот! Как только водоворот немного утих, в голове у Дримма раздался знакомый голос:

-- Приветствую тебя будущий и настоящий господин! -

Дримм ошибся -- меч не был похож на Убийцу, а каким-то невероятным образом оказался им самим!

Некоторое время фейри беседовал с живым мечом, ну насколько с ним возможно было говорить, но вскоре разочарованно отступился -- обо всем творившимся вокруг меч знал не больше него, а о том что Дримм был или будет его хозяином узнал из прочитанных воспоминаний самого фейри. Владевший Убийцей илайн не очень доверял живому оружию, боялся его и постоянно держал в голове ментальный барьер, а до илайна мечом владел мертвец, не живой, а вождь неизвестной расы, в могиле которого Убийца провел долгие века, пока могилу не осквернили илайны.

Закончив разбираться с мечом, Дримм двинулся по залу, ища раненых фейри чтобы им помочь и вообще высматривая все интересное. Раненых и беспомощных илайнов не добивал -- у него были на них большие планы.

-- Воин подойди, - Дримм услышал шепот на родном (фейрийском) языке и поспешил на зов.

Звал его один из фейри в кольчуге, тот кого под самый занавес битвы развалил искусник-илайн, причем хуже всего -- развалил не серпом, а Убийцей. Непонятно как еще был жив разделанный подобно говяжий туше воин, но в глазах его светились не только боль, но великая воля и ум. Дримм попробовал было помочь, но быстро понял -- все зря. Кому как не хозяину живого меча знать, какие раны оставляет его оружие? К большому сожалению фейри невозможно было спасти -- не поможет никакое лечение, удивительно как он все еще был жив. И не просто жив, а еще и говорил, хотя нет, шептал, с каждым словом все тише и тише:

-- Молчи, слушай, - не дал и слова сказать умирающий воин. - Левый коридор за воротами, все время налево, три зала вниз мост, за ним тюрьма. Там дети, много. Скоро, день-два, отродья (илайны) их увезут. Освободи детей или, если сам не можешь, сообщи тем кто сможет их освободить. Торопись! Торо.... -

Глаза безымянного фейри подернула муть, через мгновение он умер -- Дримм вновь остался один.

Глава 39

Зал яростной битвы.

Сорок пять минут после окончания битвы.

Дримм.

-- Смотри-ка кто пожаловал?! - Дримм совершенно не удивился, когда из внезапно закровоточившей стены вышел огромного роста безглазый фейри с громадным молотом в руках. - Ну, приставала, ты ''удачно'' выбрал время и место -- удачно для меня! Так что не обижайся потом -- сам виноват! -

Безглазый не ответил на обращенные к нему слова, а как всегда целеустремленно потопал в сторону своей жертвы, поднимая молот и совершенно игнорируя других находившихся в зале существ. Зря, очень зря.

Дримм отдал мысленный приказ и, вынимая на ходу меч, бросился вперед и в сторону, а в безглазого одновременно ударили щебень и огненное копье! И если щебень от элементаля Земли 3-его уровня не нанес кошмарному существу особого вреда, то огненное копье от духа Огня 6-ого это уже серьезно -- безглазый даже не загорелся, а мгновенно превратился в черную обожженную головешку. Но и тогда неубиваемый монстр продолжал идти вперед, все-так же вздымая молот на головой, только теперь в приоритете у него был огненный элементаль. Опять зря -- слишком быстро могучее и мстительное существо забыло, кто его настоящий и самый опасный враг...

Хрусть! Хлюпающий на разрыв звук-стон -- Убийца в руках своего старого-нового-будущего хозяина с одного удара отсек державшую молот руку по самое плечо!

Безглазый мгновенно развернулся и попытался ударить подобравшегося сзади фейри жженым, но все таким же здоровенным кулаком. Только вот ученик Первого не стоял на месте, и могучий, способный убить слона удар пришелся в пустоту.

Хрусть! Хрусть! Одна за другой отвалились ноги и тут же снова... Хрусть! Прежде чем обезноженное по жопу тело рухнуло на пол, Убийца привел его к полной симметрии, и последняя левая рука падала уже отдельно от тела.

-- Пошли! - по приказу своего хозяина десяток зомби отделились от более чем сотенной молчаливой толпы и, подхватив как туловище, так и отрубленные конечности, поволокли: тулово в свободный угол, а конечности совершенно в другую сторону. Ну а их создатель-фейри резко встряхнул клинок, очищая его от пепла и крови, и сунул чистое лезвие в ножны. С момент появления в зале безглазого прошло от силы 10 секунд.

Дримму пришлось задержаться, он рачительно решил не упускать подвернувшуюся возможность и усилить свою армию еще одним бойцом. Не безглазым -- даже будь у Дримма его лаборатория в Холме, библиотека и помощь Туллиндэ, ему вряд ли бы удалось подчинить такую тварь, но вот кое-что другое он мог и сделал.

Зомби споро приволокли безглазого на очищенный участок пола с начерченной на нем пентаграммой для концентрации магических сил. Пентаграмма уже неплохо послужила фейри, и теперь он собирался использовать подготовленное, напоенное кровью и жизнями нескольких зарезанных илайнов место еще раз. Кстати, бессмертный любитель драть шкуры продолжал сопротивляться -- одна из неловко подхваченных рук раздавила голову своему носильщику-зомби, а некомплектное тело билось в руках как вытащенная на берег рыба и сразу шестерым зомби стоило больших усилий его удержать. Но все же зомби справились с обязанностью грузчиков, а затем расступились, позволив действовать своему творцу. Первым делом Дримм дал в пятак буйствующему обрубку, подул на отбитые пальцы, дал еще раз, а затем сорвал с того вплавишийся в тело нож -- именно оружие безглазого, нож и молот, интересовало фейри, а не он сам. Но прежде чем заняться делом Дримм обезопасил себя от нового раунда со способным быстро оправиться врагом. У него больше не было гвоздей, но было нечто получше -- зомби и море оружия вокруг, да и магия давала немало вариантов.

Дримм поступил довольно жестоко, но в то же время остроумно. Бессмертный кожедер быстро восстанавливается от ран? Чудесно! Четверо зомби с кинжалами оккупировали раны на месте отсутствующих конечностей и вонзив в них лезвия начали шуровать ими с мерностью машин, еще один зомби воткнул кинжал в пах, двое на каждый глаз, и последний занялся торсом. Зомби как муравьи облепили безглазого и скрыли его под собой, только треск и хлюпанье терзаемой плоти -- гораздо, гораздо лучше любых гвоздей! Так же как и в прошлый раз Дримм создал рунный круг, но теперь, благодаря усилившей его пентаграмме, круг получился мощней, к тому же у Дримма было больше времени и он не особо спешил, тщательно-тщательно вырисовывая каждую руну. Круг не только не выпустит никого изнутри (в случае безглазого -- спорное утверждение), но и не позволит побеспокоить занятых делом зомби (опять же таки зависит от того, кто будет его ломать, но кто бы это ни был, постараться ему придется).

Покончив с безглазым (по крайней мере на какое-то время), Дримм приказал остальным зомби очистить ему место, а пока сотня с лишним живых мертвецов таскали просто мертвецов, вспоминал нужный ритуал и настраивал себя. На все происходящее абсолютно равнодушно смотрели остальные бойцы его армии: уже упомянутая парочка элементалей -- здоровенный ком чистого, почти до белизны огня и гротескная человеческая фигура с неестественно короткими ногами, квадратным телом и сплюснутой головой без лица, ушей, рта, без всего; шесть висящих в воздухе доспехов, внутри находятся похожие на облачка тумана полупрозрачные смутные фигуры, в призрачных руках которых вполне реальные серпы; восемь иллюзорных Дриммов и... все, считая сотню зомби -- самый большой из сотворенных фейри отрядов. Еще одного бойца Дримм собирался создать, точнее призвать, еще точнее обменять, обменять на оружие безглазого и тем самым убить двух зайцев: не только повысить ударную мощь отряда, свои шансы выжить и сделать то что собирался, но и лишить своего бессмертного преследователя части его силы, возможно даже убить (Дримм очень на это надеялся).

Сотворенные из свежих и не тронутых разложением тел зомби быстро справились с задачей, и Дримм смог приступить к делу. Слишком долго описывать довольно муторный ритуал, главное, всего через полчаса нож и молот навсегда отправились неизвестно куда, а вместо них в зале возник Лорд Тени -- громадная шестиметровая тень, что обрела объем и взглянула на окружающий мир красными как адский пожар глазами. В зале ощутимо похолодало и прибавилось тьмы по углам. Дримм в первый раз проводил подобный ритуал и не знал по каким меркам и кто оценивал предлагаемую плату, но от опытных в этом деле магов слышал, чем сильнее, дороже то, что ты предлагаешь на обмен, тем сильнее призванный Лорд, а если зажилишь, то есть большой риск вообще ничего не получить. Многие и в том числе Дримм считали этот ритуал блажью и бесполезной тратой ресурсов -- отдавать дорогое оружие, доспехи, колдовские книги или мощный амулет за пусть и сильного, но доступного всего-лишь каких-то пару часов бойца? К тому же всегда есть риск обломаться и потерять способную принести немало золота добычу зря. Но сейчас у Дримма все совпало и он ни о чем не жалел, расставаясь с бесполезным для него имуществом безглазого. Что уж испытывал сам в данный момент зверски полосуемый безглазый -- бог весть. Впрочем его мнение никого не волновало -- проиграл, плати.

Видимо с платой фейри угодил -- те, кто часто проводил этот ритуал, рассыпались в лестных оценках, но даже не заикались про шестиметровых Лордов, максимум метра три и то только за особо ценный артефакт. Так что если ориентироваться на рассказы, то призванный Лорд Тени стал самым сильным бойцом отряда, разве что с некоторыми оговорками Дримм все-таки был посильней.

Дальше Дримма подгоняло время: фейри убедился, что призванное существо ему подчиняется, проверил рунный круг, наложил на сотню зомби то же заклинание, что он накладывал когда-то на армию немертвых в Хлебной долине, еще пару общих щитов, дополнительные бафы, в частности специализированные на нежить, так же поработал с элементалями и призраками в доспехах. Лорд Тени, особенно такой, не нуждался в какой-либо поддержке, а на иллюзии невозможно было наложить щиты. Дримм и его армия (на этот раз без кавычек) были готовы и без промедления покинули зал сквозь единственный выход-вход.

Еще один небольшой нюанс, вернее два: ноги и руки безглазого Дримм забрал с собой, имея в планах ''пристроить'' их по дороги в разные укромные и труднодоступные места, а на вход в зал наложил самую сильную и долговечную иллюзию квелья, из тех что он знал. Возможно иллюзию смог бы увидеть высокоуровневый ВОР или не менее высокоуровневый МАГ, последний только со специально прокаченными навыками, ну и наверное все, разве что кому-то придет в голову ковырять совершенно неотличимую от других стену, тем более зал не был проходным. Нет, был еще один вариант -- вентиляция (так же как в зал попал Дримм), но тут как повезет.

Дримм примерно знал дорогу, и вскоре отряд достиг нужного моста, широкого почти полукилометрового сооружения через бурный поток где-то далеко внизу. За время пути Дримм пристроил левую ногу Басае..., извиняюсь безглазого -- нога отправилась в колодец без дна, ну а на мосту пришло время правой ноги: приказ, и тащивший ее зомби швырнул огромную конечность в исходивший белым паром поток.

Несмотря на открытые ворота на той стороне, мост охранялся хорошо: два вынесенных над воротами балкона, на которых можно было разместить до двух десятков стрелков или магов, позволяли просматривать-простреливать весь мост, да и в самом створе ворот толклись не менее трех десятков хвостатых бойцов, пять из них в уже знакомых золотых латах. Единственный недостаток балконов: попасть на них можно было только по расположенным с внешней стороны лестницам, что жутко изгибаясь вели от самых ворот, но одновременно это и достоинство -- балконы не имеют хода внутрь и их захват ничего штурмующим не даст, а захватить придется, ведь иначе не получится спокойно двигаться по мосту.

Фейри оценил столь крепкую позицию, но все же не стал терять время, мудрить, придумывать какие-то хитрости, а сразу же атаковал прямо в лоб. Единственное чего он боялся, так это закрытых перед носом ворот, но благодаря безглазому у него был козырь -- Лорд Тени пролетел через мост быстрее чем летит стрела и сцепился с охраной, навалившись на них облаком абсолютной тьмы, внутри которого стоял дикий ор и переливаясь двигались щупальца жадной до жизней тени. Одним из балконов занялся сам Дримм, прямо на бегу кастуя по нему разнообразные боевые заклинания из своего богатого арсенала. По другому несколько однообразно, но мощно работал огненный элементаль, чуть позже, когда позволила дистанция, к нему присоединился и его земляной собрат, разбавив булыжниками огненные шары и копья. За время пробежки по мосту ни зомби, ни иллюзии, ни призраки в доспехах никак себя не показали -- их время еще не пришло.

Прежде чем возглавлявший отряд фейри добрался до и не думавших закрываться ворот, Лорд разобрался с охраной и скользнул внутрь, оставив после себя прямо на глазах рассыпавшиеся пеплом тела. Дримм ворвался в ворота готовый ко всему и... никого, только восемь трупов и застывшее посреди небольшого зала огромное существо. Ни фейри, ни призванному им бойцу не пришлось долго скучать -- прежде чем до ворот добрался остальной отряд повалили илайны, повалили густо и со всех сторон. 2 больших тоннеля и 6 крупных коридоров -- казалось двоим не разорваться, а пришлось, и пару минут Лорд Тени и Дримм по прозвищу Дракон вертелись как могли. Потом в ворота начал втягиваться растянувшийся по мосту отряд и стало полегче: один из тоннелей взял на себя Лорд Тени, другой -- тандем из двух элементалей, ну а зомби, иллюзии, призраки в доспехах и Дримм разбирались с теми, кто прибывал по коридорам. Минут через пять погибла последняя из иллюзий. Хотя с другой стороны, чего от них можно было ожидать? Отвлекли на себя часть ударов, может даже ранили кого, и то подмога. Ожидаемо хорошо справлялся Лорд Тени, и это при том что на него пришелся самый густой поток воинов-илайнов -- фейри ни разу не пришлось ему помогать. Отлично работали элементали: более ''толстый'' огненный принимал удары на себя и мощно жег, а ''малыш'' земляной действовал булыжниками и щебнем прямо сквозь огненную плоть собрата -- им тоже не нужна была помощь. Неплохо сражались и призраки в доспехах, а вот зомби несли неизбежные, но все равно обидные потери: то одного, то другого разрубал серп или валило заклинание, даже наложенные перед битвой бафы не очень помогали слишком тупым и медленным мертвякам. Хотя нет, помогали -- иначе бы зомби гибли раз в десять быстрей. Тем не менее с ролью массовки зомби справились на отлично, сковывая напор илайнов, отвлекая их внимание на себя, нанося вполне серьезные раны и даже иногда убивая замешкавшегося чешуйчатого бойца. Ну разумеется если зомби были массовкой, то примой был Дримм -- за десяток минут жаркого боя он убил больше илайнов чем вся сотня зомби и шестерка латных призраков. А еще он не только ударными темпами плодил мертвецов, но и умело оценивал обстановку, и когда напор из коридоров почти сошел на нет, то фейри тут же оставил зомби одних, а сам вместе с призраками присоединился к Лорду Тени и вовсе не для того, чтобы помочь тому удержать его тоннель, а чтобы атаковать.

Вот что значит опытный игрок -- Дримм и Лорд сработались будто сражались плечом к плечу всю жизнь: Дримм бил масштабным заклинаниями, Лорд Тени его прикрывал, а затем вместе с призраками добивал выживших после ударов. Таким макаром они довольно споро перемололи-превозмогли бурный встречный поток и вырвались в большой длинный зал. Дримм быстро окинул взглядом спальные места, пустые стойки с оружием, почувствовал особую атмосферу и сразу понял -- казарма. Видимо большинство обитателей казармы уже погибло, так как на игрока и его спутников бросилось лишь пять бойцов -- полминуты одному фейри, а благодаря призванным существам он управился не больше чем за 10 секунд. За первой казармой оказалась вторая, потом еще три -- больше ни одного илайна, но зато в конце последней казармы их встретила дверь, толстая запертая дверь, и фейри почувствовал за ней живых существ.

Как же хорошо было с Дочкой -- стоило отдать приказ и питомица тут же прошла бы сквозь толстый металл двери как сквозь воду. Впрочем Лорд Тени справился не хуже -- все шестиметровое тело в мгновение ока протиснулось в щель между дверью и нижним косяком. Несколько секунд из-за двери раздавались приглушенные крики, а затем грохнул засов, Дримм толкнул дверь ногой и зашел.

Внутри дюжина мертвых илайнов и ОХ и АХ (жаба в экстазе, хомяк пускает пузыри от счастья) -- склад самых разных вещей, от оружия, одежды, доспехов до продовольствия, амулетов и книг -- настоящее Эльдорадо!

Дримм открыл первый попавшийся сундук -- Вах! Полный сундук браслетов, браслеты похожи на подаренный когда-то Старым Хитрецом,. Открыл другой -- наконечники для дротиков и опять почти до верха. Открыл третий -- склянки с зельями, правда непонятно какими, но знакомый дизайн тары не оставлял сомнений. Открыл четвертый -- одежда, причем не на илайнов, а на фейри: разнокомплектные, ношенные вещи, многие с дырками и пятнами крови. Открыл небольшой ларец -- кольца и явно не простые. Развязал горловину мешка -- мука грубого помола. Тут можно было надолго застрять, но фейри позволил себе лишь пять минут: выборочно открыл еще несколько сундуков, заглянул в пару бочек, ''подарил'' себе приглянувшийся нож, сменил одежду (прощайте измызганные штаны на дебильной лямке), напялил кой-какую бижутерию (в том числе браслет), сжевал крупное красное яблоко, нашел черствую булку самого настоящего хлеба и с удовольствием сгрыз ее пока шел обратно к воротам.

Прибыл он вовремя -- еще пара минут и все могло бы обернуться очень плохо: из второго тоннеля жестко били боевыми заклинаниями и уже забили земляного элементаля, да и гораздо более сильный огненный дышал на ладан. С зомби та же чехарда: за минуту до подхода Дримма из коридоров как горох из разорванного мешка повалили илайны и еще чуть-чуть изрубили бы всех зомби в лапшу, мертвякам не помогло бы и более чем двойное превосходство -- к тому моменту как вернулись главные силы отряда, зомби и илайны уже сравнялись в числе. Но Дримм успел и, прежде чем произошло непоправимое, навел порядок : в тиранивших элементаля Огня ушла воздушная волна и цепная молния от фейри, а затем их навестил Лорд; тех же кто ''обижал'' зомби наказали Убийца в руках ученика Первого и шесть боевых серпов в руках призрачных воинов; элементаля Дримм подпитал маной и обновил давно уничтоженный щит. Совершенно случайно в пылу боя фейри наткнулся на отвечавший за ворота рычаг и тут же его опустил -- массивные ворота начали медленно закрываться.

Последний из илайнов пал задолго до того как сомкнулись толстенные створки и на некоторое время воцарилась тишина: из тоннеля и коридоров никто не атаковал; Дримм, готовясь к броску по тоннелю вперед, перекрывал рунными барьерами коридоры; зомби, призрачные доспехи и элементаль не умели говорить; ну а Лорд Тени умел, но ему нечего было сказать. Фейри не хотел повторять ошибку, а потому собирался прогуляться по последнему тоннелю только в компании Лорда Теней, ну а огненный элементаль, зомби и призраки в доспехах останутся караулить коридоры и ворота -- должны справиться, тем более каждый коридор закроет рунный барьер.

С жутким грохотом сомкнулись металлические створы и отрезали внешний мир! Дримм закончил последний барьер и поспешил к рычагу, нажал на его основание, почувствовал как проворачивается граненая шайба, нажал еще раз и с облегчением услышал щелчок стопора. Все! Теперь ворота не открыть снаружи, а только изнутри -- как повернуть защелку на двери.

Откуда же Дримм знал как, если только недавно нашел рычаг? Все просто -- заброшенный город дварфов. Именно там Драконы впервые познакомились с подобной системой рычагов, познакомились когда мертвые, но шустрые хозяева города использовали эту систему против них: открывая и закрывая двери, опуская не способные остановить, но способные задержать решетки, активируя и отключая ловушки и много как еще. После того как хозяева города умерли во второй и последний раз, ремесленники клана внимательно изучили древнюю, но вполне работоспособную механику (скорее мага-механику), а кое-что и приспособили для своих нужд. Так что Дримм сразу узнал знакомый механизм и заодно в очередной раз убедился в дварфском происхождении здешних подземелий.

*

Фейри этого не знал и не узнал никогда, но он очень вовремя закрыл стальные врата -- через несколько минут как сомкнулись створки в них врезалась бесконечная толпа живых мертвецов, жалкий отросток топившего подземелья океана мертвых. Если бы мертвые хотя бы мельком увидели живых, то вскоре к воротам пришли бы те, кто мог сломать прочнейшие створки как картон, а так ворота все равно сломали, но гораздо-гораздо позже.

*

И вот Лорд Тени и фейри-Дримм пошли вперед: илайны с серпами, илайны с жезлами, илайны-маги, илайны в золотых латах -- никто не мог их остановить или хотя бы ненадолго задержать. Совсем скоро илайны кончились и непобедимая парочка продолжила свой путь уже без помех.

Первое ответвление -- широкий проход и длинный пологий пандус вниз. Дримм поставил очередной рунный барьер, а еще сигналку и продолжил идти по тоннелю вперед, напарник последовал за ним.

Второе ответвление -- толстая незапертая дверь. За дверью низкий, но довольно обширный зал, посреди зала мелкий водоем, а еще жарко как в парной. В зале обнаружились два мертвых илайна: ни оружия, ни доспехов, ни одежды, а лишь только два граненых бокала и графин видимо с каким-то вином. На всякий случай Дримм потыкал дохлых алкашей мечом, вино пить не рискнул.

Третье ответвление привело в несколько больших залов, напомнивших Дримму самый первый зал с каннибалами, только тут не было книжных шкафов, зато лабораторных столов и всякого оборудования сколько хочешь и никакого беспорядка. Дримм потратил на залы-лаборатории больше десяти минут -- илайнов не нашел, зато нашел укрепленную в тисках голову аргг-ши со вскрытым черепом и препарированного ребенка-фейри на одном из столов, ребенку было не больше десяти лет.

Все. Больше ответвлений не было, вскоре тоннель уперся в закрытые ворота. Дримм быстро отыскал рычаг, установил стопор и отправился в обратный путь. Снова первое ответвление и ведущий вниз пандус. Спуск, поворот, спуск...

Два илайна с боевыми серпами выскочили из неприметных ниш!

Сюрприза не получилось -- Дримм всегда был готов, как впрочем и посланец Великой Тени. Взмах Убийцы, ''гостеприимные объятья'' Лорда и души илайнов отправились куда следует, а фейри с напарником продолжили спуск. В самом конце пути их встретили уже четверо, или, если вспомнить сколько погибло в тоннелях наверху, всего четверо. За последние пол суток вдоволь нахлебавшийся крови, беготни и битв Дримм уступил честь Лорду Тени, а сам с удовольствием примерил на себя роль зрителя. Сильные, умелые, готовые биться до конца воины-илайны с острыми боевыми серпами в чешуйчатых лапах-руках ничем не смогли удивить жуткое существо. Меньше чем через тридцать секунд фейри переступил рассыпавшиеся прямо на глазах трупы и вошел в средних размеров зал, значительную часть которого перекрывала стена из толстых металлических прутьев от пола до потолка. На него и струившуюся тьмой фигуру у него за спиной уставились больше сотни испуганных детских глаз...

Некоторое время Дримм и дети смотрели друг на друга: сбившиеся в кучу дети ждали, что будет дальше, как изменит их судьбу незнакомец с черным мечом в руках, а еще их сильно пугала шестиметровая тень абсолютной тьмы, ну а Дримм рассматривал кучу забившихся в угол ребятишек и пытался понять как ему поступить. С одной стороны, он выполнил просьбу умершего у него на руках фейри, спас детей-фейри и не только фейри (он с изумлением увидел среди ребятишек несколько десятков вполне узнаваемых мохнатых фигур), но с другой, что ему делать теперь? Куда и как их вести? Чем кормить по пути? Насколько затянется сам путь? Как ему одному уследить за более чем сотней детей? Ну и наконец, сможет ли он провести такую ораву через полное опасностей подземелье? Нет, не так, сможет ли он хоть кого-то из них сохранить там, где ему самому приходилось бегать как зайцу? Неподъемная ноша чуть ли не физически придавила его к земле -- Дримм не знал, как ему теперь поступить, и некому было это подсказать.

Детей действительно было много: более полусотни фейри от 5-ти до 14-ти лет, а еще почти такое же число квелья примерно в том же возрасте, разве что нижний диапазон у квелья был еще ниже -- от 3-х лет. Дримму понравилось как они стоят: старшие впереди, те кто помладше утешают совсем маленьких за их спинами и никакой разницы между фейри и квелья. Особенно выделялись первые ряды: пусть лохмотья вместо нормальной одежды, пусть голод в глазах, пусть синяки и кровоподтеки, но на лицах 12-14-ти летних мальчишек и одной явно боевитой девчонки решимость драться до конца, а еще сжатые кулаки. Не пустые кулаки -- Дримм улыбнулся, увидев у некоторых в руках заточенные каменные осколки -- фейри всегда фейри, пусть и в столь нежном возрасте. Квелья постарше тоже рвались вперед, но их не пускали, отталкивая назад, видимо за маленький рост причислив к малышам.

В конце концов Дримм решил пообщаться с юными сидельцами, в любом случае придется, быть может они подскажут выход, который сам Дримм не мог найти, время тоже поджимало -- не проверены коридоры наверху, да и Лорду Теней жить немногим больше полутора часов. Он довольно быстро нашел на стене пульт с очередным рычагом и опустил его вниз -- три прута бесшумно ушли в пол и открыли широкий проход. Среди детишек прошел гул, но они не сдвинулись с места -- их все также пугал жутко выглядевший монстр. Дримму пришлось самому подойти к детям и, усевшись перед ними на корточки, затеять разговор:

-- Меня зовут Дримм, я пришел вас спасти и вывести из этого места, - он сразу постарался донести до детей, что он им друг и его не стоит бояться. В общем-то получилось -- родная речь, благожелательный открытый взгляд, улыбка и наконец маленьким пленникам просто хотелось чтобы их спасли, тем более незнакомец был фейри и был взрослым. Но кое-что детей все же смущало:

-- А это кто такой?! - Вот и нашелся старший, командир, заводила, тот кто есть в любой детской компании -- мальчишка 14-ти лет с недоверчивым лицом, плохо зажившим шрамом над правой бровью и осколками камня в каждой руке. Может он даже был постарше 14-ти, но худоба скрадывала возраст.

-- Это мой слуга, скоро он уйдет, а пока вам не стоит его бояться -- он убивает только илайнов. -

-- Ты маг, - сделала правильный вывод единственная в первых рядах девчонка, погодка и судя по сильному внешнему сходству сестра командира детской компании.

Дримм подтвердил догадку девочки и неожиданно, а может быть и вполне ожидаемо был погребен под настоящей лавиной вопросов:

-- Ты Воин Великого Совета?! -

-- А почему он (Лорд Тени) должен скоро уйти?!

-- Можно потрогать меч?! -

-- Дяденька, заберешь нас отсюда?! -

-- Ты великий воин?! Сколько отродий ты убил?! Мой папа взял 17 голов! -

-- Ты сильный маг?! -

-- А как его (Лорда Тени) зовут?! Можно погладить?! -

И много, много других вопросов, что характерно все от окружившей его гурьбы фейрийских детей -- квелья тихонько переговаривались между собой и грустно посматривали на вынужденного встать Дримма. Насколько он понял, прислушавшись к их говору, мохнатые детишки не владели фейрийским языком, хотя возможно понимали отдельные слова. А вот Дримм прекрасно понимал о чем они говорят -- совершенно обычный язык квелья, разве что присутствует некоторая напевность, которой он раньше не встречал, и чуть другое построение фраз.

-- Стоп! - Дримм поднял ладонь, унимая поток вопросов. - Вы знаете мое имя, а я ваши нет. Не все сразу, - Дримм вновь остановил готовых опять загалдеть детей и указал на главного среди них, - начнем с тебя. -

-- Меня зовут Троо, мой отец ...-

-- Извини, - прервал его Дримм, - нужно поторопиться, так что теперь ты, - взгляд на следующего из детей.

-- Лаачак. -

-- Ты. -

-- Ментрии. -

-- Ты. -

-- Сантроо. -

-- Великоо. -

-- Хритуу. -

-- Атэнаа. -

Гритуу, Пкааск, Валкии, Доогдж, Гекее, Чикиваа, Лироо, Каапран и еще много много имен, только успевай поворачивайся и запоминай. Дримм попытался расспросить детей о том, как они очутились в плену у илайнов и что это за место. К сожалению его ждал очередной облом: ни один ребенок не помнил, как он попал в плен, многие из них говорили, что при попытке вспомнить у них сильно болит голова, а о том месте, где они находятся, дети знали еще меньше чем Дримм. Действительно обидно и главное нет времени покопаться у них в мозгах -- неизвестно куда ведут еще непроверенные коридоры, возможно совсем скоро придется отсюда уходить, да и в любом случае Дримм не собирался надолго оставаться в хорошо известном илайнам месте -- двери дверьми, стопоры стопорами, но все-равно рано или поздно придется их открыть и прорываться с детьми за плечами.

Внезапно слух Дримма резанули слова на квелийском языке, он прислушался: крохотная девочка просилась-рвалась идти к маме, ее сестра говорила ей, что тогда их вновь схватят ''злые'', а у мамы их снова отберут, но кроха ничего не хотела слушать и старшей сестре приходилось в буквальном смысле ее держать. Дримм протиснулся сквозь вновь загалдевших детей и присел перед испуганно, но и в то же время с надеждой посмотревших на него квелья, даже не желавшая слушать никаких доводов кроха перестала рваться из рук сестры и испуганно сунула пальчик в рот.

-- Что он хочет? -

-- Он возьмет нас с собой?

-- Какой он большой и страшный, с ним страшная тень. -

-- Я его боюсь -- вдруг он .... (непонятное слово)?

-- Он отведет нас к папе и маме? -

Дети квелья смотрели на Дримма и тихонько переговаривались между собой.

-- Они не владеют настоящим языком, - проявил инициативу Троо. - За две дюжины дней мы выучили несколько их слов, они тоже, но лучше получается знаками. Я могу помочь их понять. -

Дримм отрицательно мотнул головой и неожиданно как для квелья, так и для фейри обратился к мохнатым детишкам на их родном языке и первым делом спросил сестру скучавшей по маме малышки:

-- Ваши родители действительно недалеко? Сколько дней пути? -

-- Не дней, совсем рядом, - машинально ответила девочка, а затем осознала, что взрослый чужак пусть и немного непривычно, но свободно и чисто говорит на ее родном языке.

Дети квелья ошарашенно замерли, не зная что им делать, говорить или нет с чужаком, ведь родители всегда говорили им, что язык их народа только для квелья. Значит ли это, что чужак не чужак? Но он не похож на квелья? А может быть мех сошел, и все квелья без меха выглядят так? Слишком сложно для детских напуганных мозгов.

Фейри тоже замолчали, но не от страха или недоумения, а от любопытства: две дюжины дней назад их камеру вновь открыли проклятые отродья (илайны), но не забрали одного из них (такое случалось ни раз), наоборот втолкнули полсотни пищащих мохнатых комков. Сначала они приняли их за животных, но быстро разобрались и не стали их обижать или есть, хотя в этом месте всегда были голодны, а взяли их в свою компанию, тем более дети почувствовали, плачущие коротышки такие же дети как они и также оторваны от дома и родных.

А вот скучавшая по маме малышка не увидела никаких противоречий -- перед ней был сильный, большой взрослый, такой большой сможет защитить и маму, и ее. Малышка кинулась в объятия подхватившего ее Дримма и облегченно заплакала у него на руках, одновременно жалуясь ему на не пускавшую ее к маме сестру, ''злых'' (видимо илайнов), и отсутствующего сейчас двоюродного брата-погодку, который всегда забирал и прятал ее самую лучшую куколку из коры, подарок любимого дедушки.

Реакция Дримма на малышку или ее на него сломала хрупкий лед -- квелья начали с ним говорить и отвечать на любые вопросы. В отличие от фейри у них не было никаких провалов в голове и они прекрасно помнили как их захватили ужасные существа, описать которых они могли с большим трудом -- ужасные и все, но не важно, существа захватили все их племя и увели сначала в незнакомый лес, потом в горы, потом под землю в огромные пещеры. Затем ужасных перебили бородатые, похожие на Дримма только меньше воины (дварфы), привели в свой дом, кормили и поили, были с ними ласковы, потом часть из них куда-то ушла, и почти сразу пришли ''злые'', убили всех добряков-бородачей, а квелья заточили в железные клетки, держали так месяц почти не кормя, а затем отобрали их (детей) у родителей и привели сюда. Дримм задал много наводящих вопросов, выясняя дорогу и как можно больше деталей, и был полностью удовлетворен: во-первых, квелья прекрасно запомнили дорогу, не только от места, где держали их родителей, но ВСЮ дорогу, а во-вторых, цепкий, привычный к мелочам разум лесных жителей ничего не забывал, нужно только суметь задать правильный вопрос -- Дримм сумел. По ходу беседы у него родился план: освободить родителей квелья и с их помощью выбраться из этого места самому и вывести фейрийских детей. Придется конечно посражаться, но в здешних краях сражаться придется везде куда бы он не пошел -- ни зомби, так каннибалы, ни каннибалы, так аргг-ши, ни аргг-ши, так те же илайны, ни илайны, так какие-нибудь жуткие твари, от которых хрен убежишь, и дальше по списку... И вообще Дримму показалось, что он наконец-то встал на нужный путь и эти спасательные миссии и есть составные части квеста, ради которого он здесь.

Дальше Дримм действовал быстро -- четверть часа потеряны на разговоры, а значит следовало поспешить: дети отправились вместе с ним наверх, потом через воротный зал в казармы, а из них на склад, где Дримм велел им наполнять все какие найдут мешки, отдавая предпочтение еде, оружию, одежде. Старшим назначил Троо и его сестру. Кстати после Лорда Тени ни зомби, ни элементаль, ни призрачные доспехи не смогли напугать маленьких пленников, лишь зомби-илайны вызвали на себя целый шквал ненавидящих взглядов со всех сторон.

Оставив детей наполнять мешки Дримм вернулся в воротный зал и занялся наконец коридорами. Впрочем занимался он ими недолго: пара десятков жилых помещений и пустых залов, три лаборатории вроде той внизу, но совершенно крохотного размера, заваленный камнями проход и в общем-то все. Из важного: нашел полудохлого илайна, который еще не сдох от ран, немного подлечил дышащего на ладан врага, затем торопливо вскрыл тому грудную клетку и выпил сердце. К сожалению кроме смутных и плохо воспринимаемых образов мало что узнал -- то ли редкая, но возможная осечка, то ли этот мир (место, квест) не желал, чтобы он узнал то что не должен знать. Закончив с коридором Дримм некоторое время посветил восстановлению своего мертвого войска и за счет свежих трофеев довел число зомби до 120. Как бойцы зомби себя не показали, но зато будет кому тащить мешки, не нагружать же и без того натерпевшихся детей?

Дримм уже построил зомби в колонну и собирался вести их на склад, как вдруг по позвоночнику словно пробежала горячая волна и тут же холодная. Фейри повернулся к запертым воротам и с подозрением посмотрел на них, кинул взгляд на рычаг -- все нормально, постарался почувствовать, что там снаружи, но не смог -- толстый, еще и защищенный магией метал ворот блокировал магическое чутье, кроме пожалуй чувства крови -- живых за воротами точно не было. И все равно что-то беспокоило Дримма, он подошел к воротам, прижался к ним лбом и не меньше минуты так стоял, прислушиваясь не только ушами, магическим чутьем, но и всем телом и внутренней сутью. Ни слух, ни магия, ни ощущения тела ничего не сказали фейри, а вот от внутренней сути пришел намек, и прежде чем вести зомби на склад он сделал два дела: во-первых, нарисовал пальцем на воротах руну и тем же еще помнящим холод металла пальцем такую же руну на руке -- если в течение суток ворота откроют или сломают, связанные друг с другом руны дадут ему знать; во-вторых, приказал призрачным доспехам отсечь головы всем неподнятым мертвецам.

Колонна зомби втягивалась в тоннель под чавкающие звуки опускавшихся серпов... И буквально через десять минут вывалилась обратно! Может быть зомби и не оправдывали возлагаемых на них надежд как бойцы, но как грузчики справлялись вполне неплохо, и каждый из них тащил здоровенный мешок как минимум в свой вес, часто и в два-три раза больше, а если не мешок, то ящик или бочонок. Сразу за зомби шагал Дримм и довольный Троо. Мальчишка сменил замызганные лохмотья на более качественные шмотки, повесил на пояс меч и кинжал, а за спину закинул лук и колчан полный стрел. Пускай лук был туговат для детской руки, а меч и вовсе не по росту, но лицо юного воина светилось уверенностью в себе и счастьем, особенно после того как шедший рядом настоящий воин (Дримм) похвалил его за выполненный приказ, похвалил как равного. Троо действительно справился, и за несколько десятков минут дети под его руководством не только наполнили разным полезным добром найденные тут же здоровенные джутовые мешки и небольшие сумки, но и сумели похрустеть настоящей едой, переодеться, вооружиться. Да, вооружиться: кинжалы и ножи практически у всех не исключая квелья, а у мальчиков постарше луки и мечи. 12-14-ти летние лучники поклялись ему в том, что смогут натянуть тетиву, Дримм не очень им поверил, но и обижать недоверием не стал-- все рано он не собирался бросать ''сопливое войско'' в бой, а еще рассчитывал, что оружие придаст детям уверенности в себе, к тому же возможно дети действительно сумеют себя защитить.

Вскоре Дримм убежал вперед, но прежде проконтролировал, как призраки в доспехах выполнили его приказ и половину из них оставил на вечную вахту охранять рычаг, а трех остальных забрал с собой. За то время пока неторопливая колонна из детей и зомби тащилась по тоннелю Дримм открыл врата с той стороны, открыл в полной готовности ко всему, в том числе к немедленному нападению. Но нет, никто не напал, и Лорд отправился проверять на предмет опасности ближайшие окрестности, ну а сам Дримм, оставив охрану тоннеля на элементаля Огня и призраков, начал намечать контур классовой ловушки ''Открывающего Пути''.

Вернулся Лорд Тени и, передав по мысленной связи ''Нет'', присоединился к охране ворот. Подошли дети и зомби, Дримм дал им пройти, а затем закончил ловушку, как завершающий штрих посреди ловушки легла одна из рук безглазого. Теперь любой, кто позарится на положенное в ловушку ''добро'', отправится в недолгое путешествие, в конце которого его будет ждать ''горячая ванна'' (жерло вулкана) и ''дружелюбная, веселая компания'' (огромные элементали Огня).

Дримм в последний раз глянул внутрь тоннеля, посмотрел на свою руку -- руна молчала и повернул рычаг, а затем, нажав на него всей силой и массой тела, сломал у самого основания. Пришла мысль, что стоило бы поступить так и с первыми воротами, но поздно, и он поспешно скользнул между величаво смыкавшимися створками. Через несколько секунд ворота закрылись, отсекая от внешнего мира ловушку с отрезанной конечностью бессмертного существа в качестве приманки и призрачные доспехи, что охраняли сломанные и не сломанные рычаги.

Детишки квелья не ошиблись и ничего не перепутали, чего честно признаться несколько опасался Дримм (все-таки дети), и путь до следующей базы илайнов не занял много времени. За время пути Дримм выбросил ненужный теперь рычаг в груду обглоданных костей и хорошо пристроил последнюю из рук. Рука упокоилась в узкой щели у самого пола, которую и без всякой маскировки трудно было найти, даже если специально искать, а уж с долговечной и качественной иллюзией 3-ого уровня магии квелья нишу не смог бы найти и самый искусный ВОР, разве что наткнется случайно. Вообще путь не занял много времени и можно было бы сказать обошелся без потерь, но потеря все же была, очень обидная потеря, даже две...

Дримм в тот момент был впереди -- вместе с Лордом Тени проверял-чистил дорогу, огненный элементаль позади -- охранял тыл, но вот заблокировать все многочисленные коридоры они просто физически не могли, зомби тоже не среагировали. Хотя живых мертвецов как раз и не следовало винить -- не было приказа, а одинокий каннибал ЕЩЕ не напал, а когда напал было УЖЕ поздно. Ну а дети-фейри повели себя как дети -- искренне обрадовались еще одному взрослому. Двое малышей лет 8-10-ти, что оказались ближе всего, бросились к приближавшемуся сородичу -- каннибал улыбнулся детям, а затем дважды коротко взмахнул мечом, и две детские головы покатились по каменному полу. Каннибала убил Троо, мальчик не обманул -- действительно сумел натянуть взрослый лук и выпустить стрелу. Дримм сильно переживал, считал что произошедшее его и только его вина -- необходимо было предупредить детей о безумных сородичах, переживали и дети. Но как бы то ни было нужно было спешить, и меньше чем через минуту после трагического события колонна продолжила путь, а неизвестно откуда взявшийся в подземелье ветер развеял две кучки светлого пепла.

-- Как же не хватает интерфейса, - уже в самом конце пути, подумал Дримм, переживая очередную шестую морозную волну по телу, все шесть прокатились буквально за пару последних минут. Раздражение Дримма вполне можно было понять -- с ним что-то происходило, а он не знал что. Оставалось только гадать или вспоминать. Еще через несколько минут он хлопнул себя по лбу -- скелеты, шесть морозных вспышек -- шесть призванных существ! Прошло положенное время, и Дримм снова мог их вызывать. Лучше бы конечно элементаль или даже иллюзии Порядка, но все равно это лучше чем ничего -- по крайней мере примут хотя бы один предназначенный Дримму или детям удар. Именно детей все шесть скелетов и отправились охранять, если бы чуть раньше, возможно случая с каннибалом удалось бы избежать...

На этот раз не было никакого моста -- поворот, а за ним ворота, не было и времени -- срок жизни Лорда Теней подходил к концу, остались считанные минуты, а потому Дримм снова рискнул и бросил могучее создание вперед, а сам вместе с огненным элементалем и половиной сбросивших груз зомби ринулся во второй волне. Остальные зомби и призванные скелеты-воины остались защищать детей (пригодилось: пока Дримм воевал, откуда-то выскочил отряд в десяток илайнов -- зомби и скелеты не смогли убить опытных, доспешных воинов, но смогли их задержать и дать время каждому из малолетних лучников несколько раз натянуть тугую тетиву, дальше ясно -- на дистанции в десяток метров не промахнулся бы даже человек).

Бой вышел жаркий -- илайны вновь лезли со всех сторон, а отряд был меньше, хоть и не скажешь что так уж слабей. Впрочем Дримму опять повезло -- эта база илайнов была гораздо больше той, где он нашел детей, а вот персонала оказалось столько же, плюс-минус десяток другой. Вскоре исчез Лорд Тени, но опять везение -- к тому времени большинство илайнов переселились в лучший мир. В общем Дримм справился, хотя к самому концу илайны умудрились-исхитрились завалить и элементаля Огня, но как и в случае с Лордом их припозднившийся успех уже ничего не мог изменить. Убийца как всегда легко вспорол магические щиты и срубил голову последнему магу-илайну, потом Дримм и оставшиеся зомби какое-то время добивали еще способных сражаться воинов-илайнов, потом не способных.

Уже после дела Дримм уселся на груду тел и тяжело вздохнув обвел взглядом семерых оставшихся зомби -- он устал, смертельно устал и не столько даже за последний бой, как за весь этот долгий-предолгий и еще не окончившийся день. Все же рассиживаться было нельзя и Дримм послал одного из зомби за детьми, а сам с остальными остался охранять вход -- не дай бог пока он бегает пришорошится десяток, всего десяток, припозднившихся илайнов и, вырубив горстку зомби, повернут воротный рычаг. Опоздавшие илайны действительно пожаловали, пусть и не целым десятком: полдюжины одиночек, одна парочка и две группы по три бойца (что характерно, в одной из групп был боец с жезлом) -- Дримм сумел их всех убить еще до того как подошли дети. Затем возникла еще одна проблема: прежде чем закрыть ворота и тем самым обезопасить тыл, следовало перетащить добро на базу, пришлось рисковать и оставить детей под ненадежной защитой трех уцелевших воинов-скелетов и наспех поставленного рунного барьера. Дримм сильно переживал, но все обошлось: возглавляемые им зомби за три ходки перетащили вещи внутрь, а за это время детей попытался атаковать всего один илайн -- воин с серпом, который не смог преодолеть барьер и пал нашпигованный стрелами как подушечка для булавок.

Закончивший с таскотней Дримм похвалил детей (за убитого илайна), повернул рычаг, укрепил барьер, взвел стопор (ворот), по быстрому пополнил отряд за счет валявшихся под ногами тел и отправился исследовать очередную базу, но часто возвращался, проверить как у детей дела. Примерно через полчаса он взломал очередную дверь, убил очередного илайна с серпом и вывалился в длинный зал-коридор, вдоль стен которого тянулись большие наспех сделанные клетки, внутри них ходили, стояли, сидели, лежали сотни представителей народа квелья...

-- Откуда чужак знает наш язык? - нестарый еще квелья по имени Хлип с нескрываемым подозрением смотрел на него, остальные квелья молча и напряженно ждали ответа.

-- Меня научил один из вас, шаман племени, в котором я жил, - ни в одном слове не солгал Дримм.

-- Что-то я не слышал про племя, где жил бы чужак, да еще бы такой, которого учили языку? -

-- Мир велик, - пожал плечами фейри, - неужели ты хочешь сказать, что знаешь все племена? -

-- Нет но..., - квелья хотел было пойти на новый круг, но Дримм ему не дал.

-- Все это можно выяснить потом, а сейчас у нас много других дел! -

Слова Дримма вызвали перешептывания среди квелья и округлившиеся глаза Хлипа.

-- Это какие у НАС совместные дела? - осторожно уточнил Хлип, привычно не ожидая от судьбы ничего хорошего.

-- А вы собираетесь сидеть здесь вечно? - Дримм махнул в сторону открытых клеток. - Или все-таки хотите убраться отсюда подальше? -

В толпе слова Дримма поддержали:

-- Чужак прав, надо уходить. -

-- Ящеры вернутся и накажут нас за побег! -

-- Но можно ли верить чужаку? -

-- Бежать! -

-- А если ящеры бросятся за нами в погоню? -

-- Главное выбраться из-под земли и дойти до леса...

-- А как же дети? -

-- Путь через пещеры займет много лунных циклов. -

-- Детей не вернуть -- так распорядились духи. -

-- Может быть не стоит рисковать, вернуться в клетки и подождать? -

-- Чего!? Пока нас по одному уволокут в котел!? -

-- Подождем возвращения бородатых! Они обещали вывести нас домой! -

-- Нет твоих бородатых и не будет! Раз за столько времени не вернулись отомстить за своих! -

-- А вдруг по пути на нас нападут .... (незнакомое Дримму слово)?! -

-- Так что сидеть и ждать неизвестно чего?! Лучше уйти с чужаком и испытать судьбу! -

Квелья настолько увлеклись, что даже на некоторое время забыли про освободившего их чужака и, несмотря на попытки Хлиппа их успокоить и призвать к тишине, все яростнее спорили друг с другом. Хотя оно и понятно -- решалась их дальнейшая судьба. Как Дримм и думал, со взрослыми квелья оказалось сложнее чем с детьми. В конце концов хор тех, кто предлагал уходить, оказался сильнее немногочисленных голосов за то, чтобы остаться и ждать неизвестно чего. Хлип, хоть и не доверял чужаку, вынужден был учитывать мнение племени, тем более вождем он стал совсем недавно, уже в этих клетках, и не пользовался таким авторитетом как настоящий, провозглашенный по всем правилам вождь.

Как только шум немного утих, Хлип задал конкретный вопрос:

-- Что ты предлагаешь, чужак? -

-- Я предлагаю вам выбраться отсюда и обещаю вас охранять. Ну а дальше, это вы должны предлагать -- насколько я знаю, вам известен путь из этих подземелий? -

-- Да, недалеко есть большая дверь, за ней длинный тоннель, он выводит в земли под каменным небом (огромные пещеры), если долго-долго по ним идти, можно выйти под солнечный свет. Но под каменным небом темно, мало еды и много опасностей. -

-- Ничего, - Дримм остался доволен ответом, - здесь опасностей еще больше, а еда есть, немного, но есть. -

Слова Дримма нашли живой отклик в толпе, хотя некоторые скептики пробовали возражать, но их робкие и неуверенные в своей правоте голоса терялись в одобрительном гуле большинства.

-- Постой! - неожиданно вздрогнул Хлип и протянул к фейри руку. - Откуда ТЫ знаешь, что НАМ известна дорога отсюда? Кто тебе сказал?! -

-- Ах да! - фейри несколько наигранно хлопнул себя по лбу и выложил приберегаемый до времени, но уже ненужный козырь на стол: - Недавно я освободил с полсотни детей вашей расы, они-то и рассказали мне все: и как вы попали сюда, и где вас держат, и про путь наверх. -

-- Ваяса! - выкрикнула какая-то женщина, другая заплакала, за ней третья, и вообще толпа качнулась вперед, а учитывая что квелья было не мене 8 сотен, то даже Дримму стало не по себе.

-- Чужак, ты правда освободил наших детей?! - Хлип не сумел сдержать возбуждение и вскочил. Дримм же, несмотря на неприятные ощущения от сотен нависнувших над ним мохнатых фигур, сохранил лицо и остался сидеть.

-- Да, они наверху. -

-- Их надежно охраняют?! Сколько с ними воинов твоего народа?! Там остались ящеры?! - Хлипа перебила женщина-квелья, что пробилась через толпу и буквально вцепилась Дримму в плечо. Вцепилась с такой силой, что фейри почувствовал ее хватку даже сквозь доспех.

-- Да, они под надежной охраной. Воинов моего народа там нет -- я один, есть примерно столько же детей моей расы, их держали вместе с вашими. Ящеров не осталось -- я их много убил, хотя может и прячутся где два-три-пять, вряд ли больше, - Дримм не пытался освободиться от хватки и ответил, глядя в обеспокоенные материнские глаза.

-- Так кто же охраняет детей раз нет воинов? - недоуменно спросил его Хлип и аж отшатнулся, как и почти вся остальная толпа, когда услышал честный ответ:

-- Живые мертвецы. -

Хватка женщины стала сильней, а в глазах появился страх, нет -- ужас.

-- Мои живые мертвецы, - поспешил уточнить Дримм, - я их поднял. Они опасны только для врагов, детей они не тронут. -

Ужас в глазах женщины-квелья отступил, а к Дримму потянулись и другие протолкавшиеся сквозь толпу женщины, видимо матери освобожденных детей.

-- У нашего народа под запретом такое колдовство, - несколько осуждающе начал Хлип.

-- Прекрасно, но я не квелья, - напомнил-осадил его Дримм. - Кстати, мне пригодится помощь чтобы запутать за нами следы, среди вас найдется шаман? -

-- Да что эти могут?! - несколько презрительно передернул плечами Хлип. - Только жрать в три горла и плясать объевшись грибами! Когда пришла настоящая опасность, они нам ничем не помогли! - Слова Хлиппа вызвали разной направленности шепотки, но большинство поддерживало сказанное.

Дримм поднял бровь -- насколько он успел узнать квелья пока жил среди них, отношение к шаманам было совсем другим.

-- Так есть или нет? -

-- Вождя и всех шаманов убили еще ... (вновь неизвестное слово), остался только самый слабый из учеников, его пропустили. Вот он-то как раз принес племени куда большую пользу чем вождь и шаманы -- пока мы были здесь приманивал крыс, если бы не он, многие бы умерли от голода. Литок, иди сюда, пропустите его, - обратился к толпе Хлип.

Вскоре перед Дриммом и выборным вождем предстал худой юноша-квелья 16-17 лет. Ни особой косы, ни вплетенных в шерсть амулетов -- с первого взгляда и не скажешь что шаман, со второго и третьего впрочем тоже.

-- Мне нужно будет сделать Листопад, Спутанный след, Сам в себе отражен, - сразу перешел к делу Дримм.

-- Про Спутанный след я слышал, - шаман, вернее ученик, явно робел и неуверенно поглядывал на Хлипа, - но это слишком сложно, учитель не успел мне показать, а про остальное я не знаю. -

-- Ладно, тогда я сам все сделаю, - отмел все возражения Дримм, - тебе нужно будет помогать, заодно подучишься. -

-- Но ведь Спутанный след -- магия нашего народа, как ты можешь ей владеть?! - не только в глазах ученика появился вопрос.

-- Я могу! Я любую магию могу, любого народа, любого племени, любой расы, - не удержался и несколько прихвастнул Дримм (прихвастнул, но не соврал).

-- Тогда ты бог, - со страхом посмотрел на него ученик. Среди квеля в очередной раз прошелся шум коротких реплик, и толпа снова подалась назад, исключение, несколько женщин с полными надежды лицами.

-- Был бы я богом, разве мне нужно было бы возиться со всякими магиями и нуждался бы я в твоей помощи? - ответ Дримма несколько притушил испуг, ученик задумался.

-- Хватит! - не выдержала сжимавшая плечо фейри женщина. - Пойдемте наконец к детям! -

-- Пойдем, - согласился Дримм и встал одним единственным движением не используя рук, женщине пришлось его отпустить. - Я показываю путь, вы за мной, если на вас нападут, кричите, - фейри постарался проинструктировать квелья для того чтобы избежать паники и потерь. - Живых мертвецов не бойтесь -- это илайны, ящеры по-вашему. -

-- Почему ящеры? - испуганно спросил кто-то из толпы.

-- Кто уж был под рукой, - развел руками Дримм, - мне не из кого было выбирать. -

Квелья в своем большинстве явно опасались подниматься по лестнице наверх, исключение -- группа обезумевших ''мамашек'', этих наоборот пришлось тормозить. Дримму не нужна была поддержка мужчин, да и, честно говоря, херовые из мужчин-квелья бойцы, а потому он с помощью Хлипа почти заставил мужчин более-менее пропорционально растянуться по всей толпе -- хоть какая-то хлипкая защита для женщин и немногих детей. В конце концов тронулись. Впереди Дримм и Хлип, сзади группа из ''мамашек'', потом все остальные, и вот что характерно, ни одному из мужчин не пришла в голову мысль разломать на оружие табуреты, на которых сидели тюремщики, или чего проще подхватить валявшийся прямо под ногами серп убитого Дриммом илайна, или хотя бы снять у него с пояса кинжал.

Вообще Дримма всегда поражала неспособность, вернее неготовность квелья сражаться, принять бой, мобилизовать силы даже для самосохранения. Да, телесная слабость и недостаток роста, но те же полурослики считались, да и были опасными бойцами, а ведь квелья практически не уступали им по физическим кондициям или росту. Про гномов не стоит и говорить, хотя нет, гномы все-таки были сильней, много-много сильней, зато в выносливости лесовики-квелья могли на равных поспорить даже с трехжильными коротышками, а изнеженных цивилизацией полуросликов оставляли далеко позади. Или взять тех же гоблинов, ну чем они лучше квелья? Силой, выносливостью, ловкостью -- нет и еще раз нет! Без сомнения в рукопашной схватке опытные воины-гоблины разделали бы квелья под орех, зато как стрелки из пращ квелья превосходили гоблинов примерно как эльфы людей, плюс к этому знание тайных троп и превосходное знание леса (не хуже чем у эльфов). И пусть магия квелья не смогла бы противостоять магии гоблинов в открытом бою, но она будто бы специально создавалась в помощь тем, кто избегает прямого боя и воюет из засад, а потом нанеся удар уходит от погони. Казалось бы чего проще, от квелья не требовалось сходиться с врагом лицом к лицу -- бей и беги, а потом кружи и кружи врага по лесу, по ВЕЛИКОМУ ЛЕСУ, отвлекай иллюзиями, стирай, запутывай свои, да и противника следы, заманивай в естественные и созданные магией трясины (как когда-то поступил Дримм), выводи на хищных зверей и снова бей, бей из пращи, бей в спину, бей на переходах, бей на переправах, бей на привалах, бей при каждой удобной возможности, бей и заманивай все глубже в непроходимые болота и чащобы -- какие бы из квелья могли получится бойцы! Но нет, за редким исключением квелья предпочитали уйти, убежать, спрятаться, хотя ради истины стоит все же упомянуть, что получалось это у них очень и очень хорошо, возможно лучше чем у любой другой расы Серединного мира. Такое вот нежелание вступать в бой проявлялось буквально во всем: квелья -- великолепные стрелки, практически не охотились на крупную дичь, а перебивались почти одной только растительной пищей, лишь иногда позволяя себе разнообразить рацион птицей или зайцем. Конечно лося или медведя невозможно добыть пращей, но хватало и вполне доступной дичи, особенно для таких стрелков, и мясо могло бы присутствовать у них в котлах каждый день. Или, например, страх перед всеми другими расами, за исключением фейри (по старой памяти) -- квелья очень постарались чтобы о них забыли и надо сказать преуспели. Магия -- ни одного чисто боевого заклятья. Даже металл: квелья когда-то в сложные для своей расы времена вполне сознательно отказались от него, по мягко говоря странно звучащей причине -- чтобы не вызывать интерес у грабителей. Когда-то Дримм самоуверенно считал, квелья получится изменить, в конце концов он заново научил их плавить и обрабатывать металл (медь), еще большие горизонты открывала для них торговля вином... И действительно какое-то время ему казалось, что он преуспел -- квелья даже помогли с разведкой перед вторжением в Гоблинские горы. Но потом он понял: квелья не изменить -- уйдут Драконы и квелья вновь исчезнут в лесу, разумеется будут бережно и до конца использовать те вещи, что успели получить, но даже не попытаются найти новый их источник, а если потребуется, без сожаления отринут науку Дримма о металле. Удивительно как такая раса смогла когда-то построить большие густо населенные города, но быть может нет тут ничего удивительного -- пока их патроны фейри могли их защитить, квелья процветали, а когда не стало фейри, квелья тут же потеряли все. Впрочем можно посмотреть на это и с другой стороны: они выжили, сохранили свой язык, расовую магию, историю своего народа и в конце-концов после всех мытарств смогли обрести новый дом.

-- А кто такие .... (незнакомое слово)? - по пути к воротам спросил у Хлипа Дримм и пояснил в округлившиеся от удивления глаза квелья: - Может быть я и знаю тех, кого вы обозначаете этим словом, но само слово мне незнакомо. -

-- Знаешь, конечно знаешь, - закивал Хлип, - их знают все, кто ходит под светом пяти лун. -

Квелья не пожалел красок, рассказывая и описывая внешний вид неизвестных существ, и примерно у самых ворот Дримм понял, кого тот имеет в виду. Нет, сперва фейри подумал про какую-то давно исчезнувшую и забытую расу, но затем одна деталь, потом другая и вот уже Дримм кивает головой и размышляет про себя:

-- С каких оказывается давних времен длиться вражда квелья и пожирателей. А я еще думал, как квелья могли так опуститься? Выходит они еще ничего, и то что с ними произошло, далеко не предел -- бывает гораздо хуже, и по-настоящему высокоразвитая цивилизация может рухнуть даже не до дикарей, а практически до состояния полуживотных. Интересно в истории Земли бывали такие примеры? Наверное все-таки нет, та же античная цивилизация конечно сильно упала, но не до такого же уровня? Хотя что известно про более ранние эпохи? Или те же города майя: вот куда и почему ушли их жители и почему пустые не разрушенные города не заселил кто-нибудь другой? -

Не сказать что Дримм был так уж сильно удивлен -- в конце концов несколько встреченных им когда-то пожирателей владели зачатками весьма мощной магии, и это само по себе указывало на наличие хоть какого-то, пусть и весьма примитивного разума, но то что пожиратели как и фейри -- остатки древней и могучей расы, он конечно никак не мог предположить. Да и много позже, когда Дримм шерстил древние книги, ему не встречалось даже намека, даже крохотного упоминания о том, что когда-то существовала подобная раса, а судя по словам квелья не просто существовала, а была пугалом для всех вокруг, ну а для квелья -- самым страшным врагом. Прямо хрестоматийный пример тезиса о том, что ничего в мире не меняется и все идет по кругу -- пожиратели и квелья пронесли свою ''нежную дружбу'' сквозь века, тысячелетия, десятки и сотни тысяч лет, и плевать на то что в современном Серединном мире и тех, и других осталась жалкая горсть. А еще Дримм напрягся -- он помнил как опасен был один, всего один голый и невооруженный пожиратель, а если целый отряд таких? Вооруженных, одетых в доспехи, РАЗУМНЫХ в полном смысле этого слова, в том числе и полностью владеющих своей расовой магией? Ему не хотелось бы сражаться против отряда таких врагов одному -- дети и квелья не в счет.

Встреча родителей и детей вышла бурной: слезы, крики радости, объятья. Даже у не особо сентиментального игрока защипало в глазах, ну а многие дети-фейри плакали и не могли скрыть зависть во взгляде. Дримм не дал квелья долго предаваться радости, а фейри грусти и вскоре припахал как тех, так и других, ну и разумеется безотказных зомби тоже. Перво-наперво весь не вмещавшийся в привратном зале кагал из почти 9 сотен квелья, более полусотни детей-фейри и сотни зомби переместился в другой гораздо больший зал. У ворот, вернее у поставленного на стопор рычага, остались только призванные скелеты.

Большой как стадион зал легко вместил более чем тысячную толпу и немалую груду вещей, а еще у великанского зала имелось два немалых достоинства -- собственный источник воды, в виде небольшого фонтана и всего 3 входа, которые легко можно было перекрыть. Дримм и перекрыл, поставив на каждом входе добротный рунный барьер, квелья, фейри и созданные Дриммом зомби могли сквозь него ходить, а все остальные нет. Затем Дримм заставил квелья вооружиться, нет он не отдал приказ, а жестко, возможно жестоко и в какой-то степени оскорбительно напомнил им про то, что они все-таки мужчины, а рядом с ними нуждающиеся в их защите женщины и дети. Подействовало -- мужчины-квелья, не смея поднять на него глаз, похватали собранные зомби серпы. Впрочем Дримм не особо рассчитывал на боевые качества мохнатых коротышек и больше доверял зомби, собственноручно начерченным рунным барьерам и мальчишкам-лучникам из фейрийских детей (рано повзрослевшие дети уже успели показать себя с самой лучшей стороны). Потом Дримм вернулся в заваленный трупами привратный зал, но прежде приказал Хлипу обустроить лагерь ориентировочно на несколько часов, разобраться с продовольствием, а так же всем что было напихано в многочисленные мешки, ну и заодно накормить голодных. Он не стал предупреждать о том, что в свете будущего путешествия следует экономить еду -- квелья лучше него знали, насколько дальний поход им предстоит.

Сам Дримм занялся пополнением армии мертвых бойцов, сотворил еще 20 зомби-илайнов и второго за сутки голема плоти. С зомби управился быстро -- несколько минут и с окровавленного пола поднимаются 20 живых мертвяков. В силу его высокого уровня в магии Смерти и особого к нему отношения Термеза зомби у Дримма выходили хорошие, да, тупые, да, слабые в бою, но способные двигаться почти с той же скоростью как при жизни и способные понять довольно сложный приказ, а не только ''Иди'', ''Стой'' и ''Атакуй''. Причем следует учесть, что творил их Дримм практически на коленке, без каких-либо инструментов не то что некроманта, но и вообще мага -- только собственная сила и кровь. И опять отношение Термеза: любой другой некромант на его месте справился бы много хуже, он конечно смог бы поднять зомби, но не так быстро, не в таком числе и то что он поднял, иначе чем убожеством нельзя было бы назвать. Имелся у поднятых Дриммом зомби и весьма важный недостаток: поскольку фейри почти не вкладывал очки в связанные с созданием живых мертвецов умения, жить его зомби месяц-полтора, ну два. Хотя если подумать-прикинуть, то в данных обстоятельствах и месяц -- совсем неплохой срок. С големом плоти не получилось так просто -- каждый голем плоти это штучная работа и его не так легко сотворить. Здесь у Дримма не было дарованной богом Смерти форы, но зато был огромный опыт совместной работы с Туллиндэ: при создании этого голема фейри не стал использовать метал как в прошлый раз, но зато на голема пошло целых 30 тел, причем Дримм отбирал илайнов поздоровей. В результате получился многорукий, многоногий, многоголовый похожий на многоножку монстр -- жуткий, бредовый кошмар обожравшегося грибов питерского наркомана. Но Дримм был доволен: монстр понимал приказы, представлял из себя кое-что в бою и мог утянуть до десятка тон груза -- учитывая отсутствие инструментов, первоклассный получился экземпляр. Жить голему еще меньше чем зомби, но месяц или чуть меньше он сможет протянуть.

Сразу после создания, зомби и голема ждал первый приказ: собрать все не пошедшие в дело тела и стащить их в изолированный зал, сам же Дримм несколько раз сбегал в обследованные части базы и приволок еще несколько разбросанных тут и там тел. На входе в превращенный в братскую могилу зал встал рунный барьер с особо сильной защитой от огня, а потом Дримм использовал огнемет и жег пока от пламени чудовищного костра не затрещал барьер.

Кошмарный голем вызвал немалое волнение среди квелья, но главное теперь лагерь был более-мене защищен, и Дримм мог со спокойной совестью закончить зачистку-исследование захваченной базы. Через несколько минут ему пришлось вернуться, точно так же мужчинам-квелья пришлось отложить серпы и отправиться вместе с ним, ну а зомби уже в третий за сегодня раз сменить амплуа. Воинами зомби уже были, носильщиками тоже, ну а теперь им довелось поработать гаишниками, то есть обеспечить безопасное движение между найденным Дриммом складом и превращенным в лагерь залом. На протяжении всего пути от точки З к точке С , на каждом перекрестке-пересечении путей встали пятерки гаишников-зомби, вместо полосатых жезлов серпы, а вместо штрафа усекновение головы -- депутатский мандат отрежут вместе с рукой, взятку не возьмут, разве что вырезанным из тела взяткодателя мясом. Сам обнаруженный склад не впечатлял особыми объемами, но все же многое мог дать, и вскоре из него потянулась цепочка тяжело нагруженных мохнатых фигур.

После того как Дримм организовал ''шелковый путь'' и расставил посты, он вернулся к исследованию базы: живых илайнов он так и не нашел, не нашел и другого склада (хотя на такой большой базе мог бы и быть), не нашел и ничего интересного, так разные мелочи, что смогут пригодится в пути, но не стал пока отвлекаться, рвать пупок и тащить их в обжитой зал. Тем не менее кое-что он все-таки нашел, не в смысле добычи, хотя сперва он принял намертво запертые двери за двери очередного склада, а в смысле лучшего понимания истории этого места. Дримм сломал прочную дверь и отшатнулся -- в нос ударил страшный духан, а вокруг него вспыхнул щит, сигнализируя об отраве в воздухе. Весь зал оказался забит разлагающимися телами -- Дримм впервые увидел бывших строителей этих мест дварфов. По косвенным признаком он быстро понял что здесь произошло: илайны загнали раненых пленников в зал, закрыли двери и не открывали больше никогда. Тем кто быстро умер от ран повезло -- остальные долго умирали от голода и жажды. Вновь рунный барьер и огнемет -- Дримм почтил дварфов огнем. Нашел Дримм и запертые врата, видимо та самая ''большая дверь'', про которую говорил Хлип. Открывать ворота Дримм пока не стал, поставил на стопор рычаг и продолжил зачистку.

Как только Дримм закончил, базу затопил мохнатый потоп: квелья проникали всюду и тащили, тащили, тащили все что может пригодиться в пути. Ну а наш герой решил наконец-то отдохнуть и на целых шесть часов провалился в глубокий, вызванный с помощью магии сон. Проснулся Дримм в прекрасном настроении и голодным как волк. За время пока он спал квелья обчистили базу до нитки и умело пересортировали-переупаковали как собранное здесь, так и прошлую добычу. О детях тоже позаботились, причем не только о своих, но и о фейри: всех детей накормили и уложили спать, даже гордившихся недавно убитыми врагами лучников во главе с Троо и его сестрой, юные воины не решились возражать взрослым, пусть и таким. Кое-что осталось и Дримму, и тот с удовольствием умял тарелку зерновой каши с хлебными крошками и кусочками яблок, запил большой кружкой воды из фонтана. Закончив с обедом или завтраком, или ужином (поди разбери в здешних подземных краях), Дримм прихватил с собой заранее приготовленный узелок, ученика шамана и отправился к воротом, но не к тем, что вели из подземелий прочь, а к тем, что охраняли 3 призванных скелета.

Примерно четверть часа Дримм при помощи подручных средств (содержимое узелка), такой-то матери, магии и ремесленных навыков мастерил ложный рычаг -- получилось вроде неплохо -- если так уж сильно не присматриваться, то и не отличишь от настоящего, ну а настоящий, тот самый что находился метрах в десяти от обманки, скрылся под долговременной иллюзией, и теперь взгляд сразу же падал именно на ложный рычаг, а не на каменную стену на месте настоящего. Нехитрая уловка, но возможно и даже вполне вероятно сможет сбить с толку, тем более скелеты-воины будут защищать именно ложный, ничего не открывающий рычаг, и это несомненно придаст обману достоверности. В общем-то для этого колдовства Дримму не нужен был ученик шамана, но он все равно его взял, показал, объяснил, научил -- Литок морщил лоб, пучил в изумлении глаза и, высунув от усердия язык, старательно запоминал. Напоследок фейри полил скелетов своей кровью (авось подольше проживут) и вместе с учеником шамана вернулся в большой зал.

Сразу после возвращения Дримма и задумчивого ученика началось ''великое переселение народов'', то есть вся тысячная масса из квелья, фейри и зомби стронулась с места и бурной нагруженной рекой потекла к ведущим наружу воротам. Новая остановка -- Дримм не собирался лезть дальше без разведки, а потому сперва перед все еще запертыми воротами встал рунный барьер, потом Дримм проинструктировал Хлипа и Троо как им поступать в его отсутствие, и только после этого он снял стопор и повернул воротный рычаг.

Запах! Да, запах! По мере открытия ворот на всех присутствующих дохнуло не обычным и уже привычным запахом каменных подземелий, а мокрой землей и живым. Именно живым -- сложно это объяснить, но воздух тоннеля отличался от воздуха вокруг как небо и земля, как атмосфера другого незнакомого мира. Некоторое время Дримм, как и все, вдыхал и привыкал, заодно вглядывался, прислушивался, принюхивался, использовал магическое чутье и ждал огонька в темноте, вони мертвых или живых тел, шорохов, отклика, немедленного нападения, чего-нибудь еще..., но ничего не было, и Дримм снял напряженную руку с рычага, а затем, дав несколько последних указаний, прогулялся в пахнущую жизнью тьму за врата.

Довольно большой овальный тоннель с земляными стенами и потолком. Фейри не спешил, подстраиваясь под возможности топавшего сзади голема, однако и не медлил, десятки ног голема бухали в земляной пол и казалось за Дриммом бежит целая толпа. Вот и выход -- круг не такой насыщенной темноты, скорее поздние сумерки или предрассветная летняя ночь. Первым наружу выбрался голем, через минуту за ним последовал Дримм. И тут же фейри вновь застыл готовый ко всему!

Вокруг руины, вернее не руины, нет, остовы так и незаконченных зданий и стен, ямы, груды необработанных и обработанных камней, кучи песка и земли, кое-где блестит металл инструментов, брошенные, часто нагруженные тачки, казалось строители только что уши и вот-вот вернуться, но нет, над всем вокруг стояла мертвая тишина. Над головой практически настоящее небо, облака и пробивающийся сквозь них свет. Дримм даже на какое-то мгновение решил, что квелья зачем-то ему врали и он уже на поверхности, но вскоре он осознал, что не видит обязательных лун, да и слишком тусклый свет отличается от света звезд. Некоторое время Дримм бродил по незаконченной крепости: всюду запустение, но нет мертвых тел, крови или нарочитых следов от боевых заклинаний, лишь один единственный обломок боевого серпа все-таки намекал на участие в судьбе крепости илайнов.

Вскоре Дримм вылез на куртину незаконченной внешней стены и застыл, наслаждаясь подзабытыми ощущениями ветра на лице и открывшимся видом. Квелья зря пугали его тьмой -- огромные светящиеся области неизвестно чего (возможно фосфоресцирующего мха) давали не так уж мало рассеянного голубовато-зеленоватого света -- самое оно для фейрийских глаз. Перед Дриммом раскинулась даже не пещера, а настоящая горная страна, и раскинулась эта страна насколько хватало глаз: в нескольких километрах от крепости изгибается спокойная довольно широкая река, по ее берегам заросли каких-то растений, такие же заросли по всей покрытой короткой рыжей травой равнине, слева небольшая гора, скорее крупный холм, справа, уже за рекой, что-то напоминающее бамбуковый лес, мелкие существа носятся в траве и издают резкие неприятные звуки.

Фейри недолго любовался пейзажем, вскоре он, оставив голема охранять вход, вернулся в тоннель, а примерно через полчаса из тоннеля как из прорвавшейся трубы хлынул живой поток -- недостроенная крепость вновь пусть и на короткое время наполнилась голосами и шумом жизни.

Как только в тоннеле исчез последний нагруженный зомби, Дримм, ученик шамана и пять их добровольных помощников из фейрийских детей занялись делом. Впрочем делом занимался один Дримм, а остальные смотрели и учились. Как оказалось среди фейри тоже имелись недоучки вроде шаманского ученика, и теперь им всем выпала возможность посмотреть как работает настоящий маг. Сначала Дримм затер следы пребывания стольких живых существ, причем затер от большого зала до самых ведущих на поверхность ворот, по идее следовало бы почистить и участок от тюрьмы до первых ворот и от первых ворот до большого зала, но это потребовало бы слишком много времени, а подталкиваемый внутренним чутьем Дримм хотел распрощаться с подземельями как можно скорей. Затем Дримм долго и тщательно создавал контур заклинания иллюзии. Литок жадно вслушивался в звучавшие в устах чужака слова на родном языке и с грустью думал, что его умершему учителю не были доступны такие вершины мастерства. Как только Дримм закончил, он загнал спутников в тоннель и только тогда повернул рычаг, сломав его после того как створки начали движение навстречу друг другу. Фейри сунул рычаг за пояс, бросил последний взгляд назад и скользнул в смыкавшуюся щель. Стоило воротам захлопнуться, на их месте возникла глухая подернутая давней пылью каменная стена, такая же стена появилась там, где располагался обломанный рычаг.

Помимо маскировки Дримм принял и иные меры для того, чтобы никто не смог пройти тем же путем: квелья и зомби под его руководством завалили ворота камнем и засыпали землей, а потом простое, но мощное заклинание школы Природы и завал пронизали сотни серо-зеленых корней, скрепив его лучше стальных канатов и любого раствора. Последняя дань паранойе -- половина зомби остались в крепости до конца своих дней, и все это время живые мертвяки без устали и перекуров заваливали тоннель камнями.

*

Через час Дримм выбросил в реку ненужный больше рычаг, а еще через 14 часов рассеялась так и не сработавшая руна связи у него на руке.

Глава 40

Месяц спустя после того как фейри и квелья покинули Хурэ-Транхэк (колыбель расы пожирателей, когда-то отнятую у них молодой и агрессивной расой дварфов).

Равнина под ''каменным небом''.

-- Нет-нет-нет! - Дримм остановил лупцевавшего самодельную макивару ученика, парень совершенно забыл о показанном порядке движений, возмещая недостаток техники яростью и задором молодости. - Ментрии, опять двадцать пять! - Дримм покачал головой, подросток виновато потупил глаза. - Я ведь точно знаю, ты помнишь как надо, давай заново, но медленно. - Парнишка кивнул и встал в стойку. - Как учили: левой, блок, ладонь, локоть, колено, блок, добивающий! - На этот раз Ментрии сделал все правильно и главное сам, буквально на мгновения опережая слова учителя. - Ну вот, можешь же! - потрепал его по вихрам Дримм. - Давай десяток раз повтори на той же скорости, потом чуть увеличь темп и еще десяток раз и дальше в том же духе. Когда почувствуешь потерю контроля над собой, остановись, немного передохни, успокойся, позанимайся чем-нибудь другим, побегай например. Потом возвращайся и работай в том темпе, в котором ты можешь контролировать себя, работай 20, 30, 50, 100 раз, сегодня, завтра, послезавтра -- работай столько сколько нужно, не спеши -- тебе некуда торопиться и только когда почувствуешь что готов, увеличивай скорость. Все понятно? - Мальчишка кивнул вихрастой головой. - Давай. -

Некоторое время Дримм понаблюдал как пла-а-вно и ме-е-едлено, но четко и правильно идут удары ученика, глазами дал понять косившемуся на него Ментрии ''Так держать!'' и пошел дальше. Шестеро подростков-фейри крутили метровые бамбуковые палки, исполнявшие роль тренировочных мечей, крутили, используя одну только кисть правой руки, по крайней мере пытались, и надо сказать это было не так уж и легко -- в каждой полой палке было утрамбовано не меньше двух килограммов песка. Справлялись подростки хорошо, разве что иногда чисто инстинктивно подключали локоть, но тут же одергивали сами себя. Проходивший мимо Дримм похвалил их усердие и самоконтроль. На небольшой площадке боролись в партере Атэнаа и крупный мальчишка по имени Хантоо, разумеется крупный паренек жал хрупкую девчонку, но сестра Троо держалась молодцом -- хоть и не могла победить, но и не давала победить сопернику. Дримм понаблюдал за борьбой, хмыкнул почесав подбородок -- пожалуй он ошибся, и у Атэныы все же был шанс победить, конечно не в этот конкретный раз, но если девчонка прибавит к своей природной гибкости еще и умение правильно применять уже известные ей приемы, то парню не поможет никакая сила и масса тела -- только так возьмет на болевой или задушит.

-- Прогресс, несомненный прогресс! Как и ее брат растет не по дням, а по часам! Пожалуй даже обгоняет, не на мечах, тут у него нет конкурентов и видимо не будет, но в той же борьбе, стрельбе, в метании ножей постепенно уходит вперед. Молодец девчонка! - довольно думал Дримм, проходя мимо полудюжины усталых учеников, что несмотря на трясущиеся руки и заливающий глаза пот продолжали упрямо натягивать луки, просто натягивать, не стрелять. Хотя как просто? Усилие в сорок пять килограмм потянет не всякий взрослый здоровый человек, тем более раз за разом совершать такое усилие десятки раз -- 12-14-ти летние дети-фейри могли. Дримм жестом предложил лучникам продолжать и, проигнорировав недовольное сопение, пошел дальше.

Самозваный гуру миновал увлеченно играющую в ладушки парочку парней, парня и девчонку с постными лицами скачущих через скакалку, девочку 10-ти лет, что отжималась на одной руке, через каждые пять отжиманий рывком меняя руку, еще одну группу лучников, пускавших невидимые стрелы в невидимую мишень, пропустил наматывавшую очередной круг пятерку бегунов с камнями в руках, приказал им прибавить и присел на корточки рядом с Троо. Вожак мальчишеской кампании упирался кулаками в торцы двух упертых в землю поленьев и держал на этих двух упорах все свое горизонтально зависшее над землей тело. Парню приходилось нелегко: малейшая потеря равновесия и все -- только так полетят поленья и он вместе с ними, поэтому сосредоточенные губы и ушедший в себя взгляд. Дримм посмотрел на землю в районе ног и хмыкнул -- мальчишка ни разу не сжульничал и все это время держал ноги на весу.

-- Очень хорошо, - похвалил ученика Дримм. Троо только теперь заметил его присутствие и моргнул, руки чуть дрогнули, дрогнули ноги, дрогнуло, скрипнуло о землю правое полено..., но и только -- он удержал контроль над собой. - Терпение и сосредоточенность на задаче -- вот чему должно научить тебя это упражнение. И это не совсем наказание, как ты наверное думаешь, а помощь тебе, хотя и наказание тоже, но ты заслужил. - Троо чуть качнувшись на руках кивнул. - В следующий раз сперва выучи связку как следует, повторяй ее пока не запомнишь, пойми ее суть, оцени ее красоту и целостность и только когда не я, а ты сам сможешь сказать что выполнил ее хорошо, только тогда задумайся, всего лишь задумайся о том, чтобы ее изменить или добавить в нее новое, ну и разумеется, когда надумаешь попробовать, не забудь предупредить партнера (спарринг-партнера). А то не хорошо получилось, ты не предупредил его о своем эксперименте и он пострадал. Был бы учебный поединок я бы ни слова не сказал, наоборот похвалил бы, но вы работали по четко указанному шаблону, который ты не должен был менять. И что в результате? -

-- Я понимаю, учитель! - сквозь зубы произнес ученик, снова как под порывом ветра качнувшись на руках.

-- А в результате все могло кончится сломанной шеей, а не носом и с равной вероятностью как его, так и твоей. Так что давай условимся, все свои придумки будешь пробовать сперва на мне, я дам тебе такую возможность. Про мои слова не забывай: терпение, повторение, красота. -

-- Спасибо, учитель, - сквозь пот и напряжение улыбнулся Троо, - я запомню. -

-- Хорошо, считай до 20 и заканчивай. -

Дримм встал, вышел на середину импровизированной тренировочной площадки и огляделся по сторонам: бегуны мотают круг, к ним присоединился Ментрии, Хантоо все так же не может достичь окончательной победы, ладушки, скакалка, лучники. Минуты через три Дримм хлопнул в ладоши и уселся на невысокий чурбак, через несколько секунд ученики собрались вокруг него.

-- А теперь как обычно обсудим, что мы делаем и как. Я вижу у некоторых из вас на лице вопросы, Доогдж, я про тебя говорю. -

Упомянутый Доогдж, один из пропотевшихся лучников, немного помялся, оглядываясь по сторонам, но потом все же выложил накипевшее на душе:

-- Дома отец так же как и ты здесь заставлял нас с братьями растягивать лук. Зачем его тянуть, если не стрелять? Вот пускать стрелы в цель, совсем другое дело, а бесполезно рвать пальцами тетиву...!? Только портить и лук, и тетиву! Зачем? Объясни! -

-- Легко, - улыбнулся Дримм и тут же сам задал вопрос: - А ты хорошо стреляешь? -

-- Неплохо, - осторожно ответил ученик, чувствуя за простым вопросом какой-то подвох.

-- А сколько раз ты выстрелишь из лука? -

-- Много, мы с отцом уходили на охоту на несколько дней. -

-- Нет, из взрослого лука, такого как у тебя сейчас, и не пару раз за день охотясь, а непрерывно, как выпускают стрелы воины в бою? -

Доогдж, да и остальные дети задумались, каждый примерял задачу на себя.

-- Сотню раз, - наконец-то решился Доогдж.

Дримм оценил его взглядом, будто видел в первый раз, хмыкнул, но не стал возражать -- парень действительно был здоров, а со временем и вовсе обещал вырасти в того еще бугая, на голову, а то и две выше Дримма.

-- А две сотни раз? - Доогдж отрицательно помотал головой. - Значит сотню? Давай остановимся на этом числе. Возьмем максимальную скорость стрелка нашего народа, например меня -- один выстрел за 4 удара сердца. Ты сможешь выпустить всю сотню стрел в таком темпе? -

Доогдж вскинулся, открыл уже было рот, но задумался и отрицательно покачал головой. Про себя мальчишка подумал, что он не сумел бы выпустить с такой скоростью и первую стрелу.

-- Молодец! - похвалил его Дримм. - Молодец, что трезво оцениваешь свои силы. К концу сотни твоя рука станет вот такой, - Дримм быстро-быстро потряс расслабленной ладонью. - Ты сам не заметишь, как станешь тратить на выстрел много больше, точность и резкость тоже упадут, ты устанешь, будет болеть рука и плечо, пот зальет тебе глаза, ты начнешь ошибаться, возможно даже травмируешь себя тетивой. -

-- Но ведь я вырасту, а значит стану сильней, - Доогдж, как ему казалось, нашел неотразимый аргумент.

-- И сможешь выпустить сотню стрел так, что последняя уйдет как первая? - улыбнулся Дримм.

-- Да! -

-- То есть попускаешь стрелы минуту с небольшим? - Дримм уже не улыбался. - А нужно час, день, сутки, больше, столько сколько нужно, столько сколько идет бой! Стрелять до лопнувшей тетивы, менять ее и снова стрелять! Стрелять и попадать и не в неподвижные мишени, а в бегущих, скачущих, уворачивающихся врагов, да еще и не просто попадать, а попадать ТАК, чтобы пробивать доспехи и щиты, находить щели и слабые места! Постоянно думать и контролировать обстановку, слышать приказы, когда надо наступать, когда надо отходить, бежать или стоять, сохранить силы для ближнего боя, если придется в него вступить! Вы ведь не задумываетесь когда дышите? - внезапно Дримм задал совершенно неожиданный вопрос, задал всем не только несколько ошарашенному Доогджу.

Все дети покачали головами, некоторые попытались прислушаться к своему дыханию.

-- Вот и с луком: никакого напряжения или усилия -- натянуть тетиву и выпустить стрелу должно стать для вас так же естественно как дышать или в носу поковырять. -

Раздались смешки, а ковырявший в носу мальчишка смутился и поспешно вытащил палец из ноздри.

-- А почему обязательно надо тренироваться с луком? - подняла руку Атэнаа. - От таких тренировок лук постепенно портится, ведь силу и выносливость можно тренировать и по другому? -

-- Можно и нужно, но занятия с луком такие тренировки никогда не заменят -- вы все знаете: лук мало просто натянуть, его нужно ПРАВИЛЬНО натянуть, мышцы ДОЛЖНЫ привыкнуть к совсем особым нагрузкам, если их просто накачать, легко можно покалечить лук и покалечиться самому. Повторюсь, тело должно запомнить КАК и больше не напрягать разум, так что убитый тренировками лук, а может и не один -- плата за память тела и вашу сохраненную в бою жизнь. А вообще такие занятия с луком -- очень полезная и многогранная штука: сильно развивают мышцы рук, груди, плеч, спины, поясницы, а крепкие развитые мышцы пригодятся вам не только в стрельбе из лука -- это скорость, сила, резкость движений; про выносливость и привычку тела я уже говорил; есть еще привычка разума -- разум привыкает к луку, постоянно ощущая его рядом с собой, это вам сильно пригодится, когда вы начнете учиться стрелять, ПО-НАСТОЯЩЕМУ стрелять, а не из детских луков на охоте. Так что, Доогдж, Атэнаа, ответил я на ваши вопросы? -

Оба кивнули, зашушукались остальные ученики, но тут же умолкли, когда учитель продолжил говорить:

-- Ну а теперь может быть опять спросите меня зачем я заставляю вас бегать, прыгать, наклоняться, приседать перед тренировкой -- ''отвлекаю'' от ''настоящих'' занятий вроде стрельбы из лука или фехтования? -

-- Нет, учитель, - за всех ответил Троо, - ты в прошлый раз хорошо все объяснил, мы запомнили. -

-- Запомнили? - Дримм с нарочитым сомнением оглядел учеников и неожиданно указал на одного из них рукой: - Пкааск, расскажи зачем, а то я что-то подзабыл. -

-- Разминка помогает подготовить тело к схватке или тренировке, разогретые мышцы становятся гибче, кровь приливает к голове и внутренним органам, ускоряется реакция, все нагрузки даются легче, после боя или занятий не так болят мышцы, - несколько сумбурно, но по сути правильно ответил ученик.

-- Молодец! - похвалил его Дримм и жестом посадил на место. Тут же как в настоящей школе руку поднял другой и после разрешающего кивка спросил:

-- Учитель, а зачем нам кулачный бой и борьба? Зачем воинам биться на руках? -

-- Сказал тот, кто ни разу никого не победил в борьбе, - громко прошептал кто-то из детей.

Все замечающий Дримм взглядом пожурил ''шептуна'' и, посадив смущенного парнишку, ответил:

-- Хороший вопрос. Рукопашный бой, а именно ему я вас учу, это не только кулаки и борьба, но и бой ногами и любыми другими частями тела, использование различных предметов в качестве оружия -- чурбак, на котором я сижу, комок земли, палка, пояс, - Дримм для наглядности несколько раз ткнул пальцем. - Еще как противостоять вооруженному противнику или комбинировать приемы рукопашного боя с вооруженной рукой. Почему я пока учу вас только борьбе и на кулаках? - предвосхитил вопросы Дримм. - Потому что это базис и все остальное вырастает из борьбы и кулачного боя, когда овладеете на достаточном уровне как тем, так и другим -- поймете в чем вы сильней, а что стоит подтянуть, потом начнете их совмещать, придумывать приемы под себя, а там и до всего остального дело дойдет. И еще, жизнь долгая и забавная штука, она сумеет вас удивить, а вы, владея рукопашным боем, сумеете удивить ее -- не всегда оружие будет у вас под рукой в нужный момент, другое дело руки, ноги, конская упряжь, столовые приборы, мебель... К тому же если вы научитесь убивать без оружия, то и с оружием в руках станете гораздо опасней. Плюс рукопашный бой развивает силу, пластику тела, ловкость, чувство дистанции и много чего еще -- все это пригодится вам как в бою, так и в мирной жизни, да и вообще для здоровья полезно. -

-- Учитель, а когда ты начнешь учить нас всему этому? - с горящими глазами спросил Хантоо.

-- Еще не скоро, - ''обрадовал'' его Дримм и улыбнувшись пошутил: - Сначала вы научитесь бороться как воины, а не как малыши за соску -- Хантоо, Атэнаа, ни одного доведенного до конца приема! -

-- Да эти двое те еще борцы, только и знают что обжиматься! - бесцеремонно поделился со всеми Троо и захохотал.

Атэнаа и Хантоо одновременно покраснели как маковый цвет, а Хантоо показал весельчаку кулак, на что тот развеселился еще сильней.

-- Значит мало я вас гоняю, раз у вас остаются силы на разные глупости, - с серьезным лицом протянул Дримм (смеясь внутри себя) и, огладив несуществующую бороду на подбородке, с видом мудрого учителя из старого китайского фильма про кунг-фу, произнес: - Ну ничего, мы это быстро поправим. -

Троо сразу расхотелось смеяться и он поежился под десятками возмущенных взглядов. Несмотря на обиду Атэнаа мгновенно пришла на помощь попавшему впросак брату и отвлекла от него внимание, задав Дримму новый вопрос:

-- Учитель, а какую пользу приносит ''поймай рыбку'' (ладушки)? -

-- А подумать?! - вопросом на вопрос ответил Дримм и в качестве подсказки, сначала выставил ладони вперед, а затем резко их убрал, вернее отдернул назад.

-- Скорость! Реакция! - одновременно догадались и выкрикнули с места Ментрии и Атэнаа.

-- Верно, и скорость, и реакция, а еще координация, внимание, терпение, умение чувствовать своего противника. Разве всего перечисленного мало или это не пригодится вам в жизни? Так что ''поймай рыбку'' -- действительно детская игра, но только в том смысле, что именно дети получают от нее больше всего пользы. -

-- Почему? -

-- Разум и организм взрослых уже привык к тому что есть, достиг границ, закаменел, сформировался -- только тяжелая и долгая работа над собой может это изменить, да и то до определенного предела. Детям легче -- их организм все еще растет и изменяется, а ''детская'' игра ''поймай рыбку'' подстегивает и придает этим изменениям нужную форму -- так что играйте в игры и когда вы вырастете, ваши границы будут шире чем у тех кто не играл. -

Какое-то время ученики обсуждали сказанное, а потом Дримм хлопнул в ладоши, велел им зажать в каждой руке по небольшому деревянному шарику и равномерно вращать кистями, сам же ходил между ними, смотрел как они выполняют упражнение, а заодно рассказывал зачем оно нужно:

-- Кисти рук, их сила и гибкость невероятно важны, причем одинаково важны как для лучника, так и для мечника. Без развитых кистей никакая сила и скорость не помогут вам достичь мастерства, вы просто не сможете нанести по настоящему сильный удар, а если исхитритесь, то отдача от вашего же удара может травмировать неразвитую кисть в самый разгар боя. Так же и с парированием -- нет кисти и как минимум в половине случаев вы не сможете поставить правильный блок, мало того любой вражеский удар может оставить вас без оружия. Что касается лука, то гибкая и сильная кисть это все -- без нее вы не сможете правильно управлять телом лука, правильно прицелиться, правильно оттянуть тетиву, правильно ее спустить, даже достать стрелу из смертехрана и наложить ее на тетиву будет сложней. Вот что такое кисть! -

Пролетел десяток минут, за ним другой, упражнения на кисти сменили упражнения для пресса, потом отжимания, а Дримм все так же ходил между учениками, поправлял, когда они делали что-то не так, показывал как надо и говорил, говорил, говорил, развивая не только их тело, но и ум. Полезная информация хорошо ложилась в свежие детские головы, да еще и закреплялась мышечной памятью тела.

-- Запомните, у каждого есть слабые и сильные места, но если слабые места врага вы можете и не знать, хотя всегда должны к этому стремиться, то вот свои слабые и сильные места вы знать ОБЯЗАНЫ. Если вы познаете себя и узнаете своего врага, то вы обязательно победите. А потому слушайте, запоминайте, интересуйтесь, читайте книги, не поленитесь и найдите тех, кто УЖЕ сражался с теми, с кем вам ЕЩЕ не довелось биться, и никогда не отмахивайтесь от тех, кто САМ хочет поделиться опытом. Конечно у вас не получится узнать слабые стороны каждого конкретного врага -- очень часто воин сражается с тем, кого увидел в первый и часто последний раз в жизни, но есть общие особенности расы, народа, касты, племени, клана, даже отряда или иного воинского подразделения и при желании их вполне можно узнать заранее. -

-- А у женщин есть какие-нибудь сильные места по сравнению с мужчинами? - не прекращая отжиманий поинтересовалась Атэнаа. Девочку очень интересовал этот вопрос.

-- Конечно: усидчивость, ловкость, реакция, интуиция, болевой порог, - тут Дримм разъяснил сложный для детей термин: - женщины лучше чем мужчины переносят боль. Разумеется все индивидуально, зависит от расы, семьи, воспитания, но в общем и целом, именно в этом женщины превосходят мужчин. -

Атэнаа окинула мальчишек горделивым взглядом, взглядом полным превосходства.

-- А у мужчин!? - ревниво поинтересовался Троо.

-- Сила, выносливость, способность быстрее схватывать общую картину, ориентация в пространстве -- в отличие от мужчин большинство женщин плохие следопыты. Закончили! - остановил отжимания Дримм. - А теперь смотрите! - он отдал мысленный приказ и к месту занятий заковылял илайн-зомби. - Сейчас на примере этого зомби мы с вами рассмотрим слабые и сильные места живых мертвецов, а потом на нем же мы отдельно разберем расу илайнов. -

Илайн доковылял до чурбака, на котором сидел Дримм, и остановился с присущей немертвым АБСОЛЮТНОЙ неподвижностью. Дримм встал и несколько раз обошел вокруг него, дети молчали и ждали.

-- Итак -- зомби! Большинство зомби медлительны, неуклюжи, плохо соображают, плохо используют оружие, если используют вообще, но бывают и редкие исключения, зависит от того как он был создан и навыков, которыми зомби обладал при жизни и сохранил после подъема. Из достоинств: сильны как никогда не были при жизни; не чувствуют боли; не боятся смерти; на них не действует яд; укусы, царапины, даже кожа зомби часто ядовита из-за трупного яда и разной заразы, что хорошо развивается на мертвых телах. Дикие или брошенные зомби, как и вся нежить боятся огня, но если зомби под контролем некроманта, то без колебаний пойдет прямо в пламя. Уязвимое место -- голова, большинство старается ее отсечь, но можно не отсекая головы повредить мозг, если повреждения будут достаточно велики, то зомби упокоится или как минимум не сможет больше двигаться. Повторюсь: очень многое зависит от способа, благодаря которому зомби появился на свет, иногда, редко, но бывает, что поднятый сильным некромантом зомби продолжает сражаться даже с отсеченной головой, тогда остается только изрубить его в куски и сжечь в пепел. Некоторые предпочитают сперва лишать зомби конечностей, чаще всего ног, тут двойная польза: во-первых, лежащий зомби -- удобная цель для мощных добивающих ударов сверху вниз, а во-вторых, и без того низкая мобильность зомби падает почти до нуля, и он вынужден использовать руки для движения, то есть не сможет одновременно двигаться и вас схватить. Но у этого способа есть нюансы: в воде, в кустарнике, в высокой траве лучше не использовать такой прием -- любые препятствия ослабят ваш удар, и есть риск потерять зомби из виду. И еще: НИКОГДА не забывайте сбитого зомби добить и НЕ ВЗДУМАЙТЕ о нем забыть в пылу схватки -- подведете и себя, и своих соратников. Дальше... -

Урок продолжался еще не меньше часа.

Полтора месяца спустя как фейри и квелья покинули Хурэ-Транхэк.

Равнина под ''каменным небом''.

Литок старательно пытался создать Спутанный след -- масштабное заклинание второго уровня магии квелья. По шерсти впервые творившего настолько сложное заклинание ученика тек пот и не просто капли, а настоящие ручейки. Тем не менее его голос был тверд, а руки уверенно совершали все необходимые пасы.

-- Скорей всего справится, - подумал наблюдавший за ним Дримм. - Если сил и маны хватит, - он тут же сделал допущение, но через мгновение, прислушавшись к шевелению силы вокруг и взглянув на неестественно колыхавшуюся траву, окончательно понял: - Справится! Вернее справился -- процесс уже пошел. -

След, что остался после того как по рыжей степи прошли многие сотни ног, постепенно исчезал, вернее никуда не исчезал, но дробился и начинал вести во все стороны сразу, как будто тысячная толпа разом решила разойтись и, разделившись на десятки мелких групп, кинулась в разные направления -- поди разбери, где настоящий след, а где обманки. Впрочем настоящий тоже рядился под след группы всего из двух десятков ходоков. Но эффект хитрого и отточенного тысячелетиями пряток заклинания на этом не исчерпывался -- стоило преследователям встать на один из ложных следов, как он изменялся, начинал расти, удлиняться, вести за собой и так многие десятки километров, пока обманутые не понимали что их провели. Но и это еще не все: по мере того как доверившиеся обманке преследователи уходили все дальше, исчезали остальные ложные следы и словно забирали настоящий след за собой, так что когда прозревшие преследователи возвращались на то место, где все началось, их встречала нетронутая земля, не примятая трава и полная неизвестность куда идти дальше. Магия квелья как всегда была на высоте, на высоте был и Дримм, сумев передать частичку знаний тому, кому они должны были принадлежать по праву крови.

Литок проговорил последние слова, в последний раз взмахнул руками и удивленно уставился на то, что сам только что сотворил, словно не веря тому, что видели его глаза.

-- Неплохо! - хлопнул его по плечу Дримм. - Для первого раза просто отлично! Только на будущее, не махай руками как ветряная мельница -- пасы нужны в первую очередь для тебя, лучше бы вообще обходиться без них. Плавные легкие движения для того чтобы сконцентрировать внимание, а ты словно разминку сделал, не хуже чем воины перед тренировкой -- неудивительно, что тебя можно выжимать. -

-- Пот не от этого, - попытался возразить Литок. - А от .... -

-- От этого, от этого! - не дал ему закончить Дримм. - Твоя мощная и энергичная зарядка взбаламутила разум, он пошел на поводу у тела, а должно быть наоборот -- в результате ты потратил в три раза больше маны чем нужно и остался пуст. -

-- Что же делать? - явно расстроился Литок. - Я вкладывал сколько мог, сколько чувствовал, я чувствовал, если вложу меньше, то заклинание не получится. -

-- Так всегда бывает -- сколько не вложи, кажется мало. Не поддавайся, контролируй себя, делай как нужно тебе, а не как диктует тебе заклинание! Есть предел, после которого заклинание начинает действовать, все что сверх него только делает его мощней, иногда долговечней, но тут я не могу тебе помочь -- ты сам и только сам должен почувствовать этот предел. -

-- И что теперь? -

-- Послезавтра сделаешь еще, во второй раз должно получиться легче. -

-- Я не успею восстановиться, - немного испуганно посмотрел на него Литок.

-- Успеешь, - уверено отмел его возражения Дримм. - У тебя почти два дня -- хватит, особенно если учтешь то, что я сказал. Заодно потренируешь медитацию. -

-- Хорошо, учитель, - склонил голову Литок.

Стайка детей квелья и самых маленьких из детей фейри как буря закружилась вокруг них, дети хотели что-то сообщить, но говорили одновременно, все вместе, все сразу. Все же со временем Дримм сумел их понять и помрачнел: его срочно вызывал Хлип -- один из зомби внезапно упал, попытался встать, не смог, замер без движения и прямо на глазах начал гнить-разлагаться.

-- Началось, - без особого удивления думал Дримм, быстро шагая за унесшейся вперед ребятней. - Голем сдох неделю назад, продержался даже дольше чем я рассчитывал, теперь черед зомби. Ну что же, я этого ожидал, благо припасы изрядно подтаяли и разошлись по рукам, продовольствие вообще подошло к концу. Так что ничего страшного не произошло -- обойдемся и без трупаков. -

Через две недели пал последний зомби. Впрочем вынужденные кочевники не остались совсем уж без тягловой силы -- шесть призванных скелетов и элементаль Земли конечно не заменили почти 7 десятков зомби, но все равно сильно облегчали путешественникам жизнь.

Два месяца спустя как фейри и квелья покинули Хурэ-Транхэк.

Покрытый скалами пляж на берегу моря.

Дримм изо всех сил дал в морду! Тот кто ''познакомился'' с его пудовым кулаком улетел метра так на три и больше не встал -- трудно встать с разбитой как хрустальный бокал челюстью и сломанной шеей. Но Дримм не долго радовался успеху, вернее совсем не радовался --вместо этого он правой рукой удерживал руку с широким клинком, а левой перехватил древко копья у самого наконечника и не давал засадить его себе в ногу. Пот, рычание, хрип, предельное напряжение до треска мышц -- три похожие на гротескную скульптуру фигуры застыли в неустойчивом равновесии. Правый противник Дримма положил обе свои руки на рукоять короткого меча, но все равно не мог преодолеть мощь всего одной руки, а вот левый с копьем, квадратный от мышц крепыш, постепенно добивался своего. Нет, не потому что фейри уступил нажиму вложившего всю свою силу крепыша, а потому что древко проворачивалось в его ладони и помаленьку-потихоньку, но двигалось вперед.

Вот кончик копья достиг бедра! Вот он проколол кожу! Пошла кровь! Лезвие все глубже и глубже проникает в плоть!

Крик! И Дримм падает назад! Падает по собственной воле, и не ожидавшие такого противники проваливаются за ним! Упавший на спину фейри принимает правого с клинком на упор ноги и бросает его через себя -- тот летит и катится по песку. Левое бедро Дримма сильно кровоточит, но в нем уже нет острия, зато квадратный сидит у него на груди и, положив древко ему на кадык, всей своей массой давит на копье.

Вновь борьба! Дримм тоже перехватил древко и вложил в усилие всю мощь обеих рук, но крепыш уж очень здоров, к тому же он сверху. Где-то там ворочается правый -- скоро он встанет. В отдалении слышны звуки шагов по песку...

И все-таки Дримм оказался сильней, крепышу не помогли даже поставленные на древко колени! Копье отброшено! Вихрь борцовских приемов на летящем во все стороны песке! Дримм сверху, отдавший спину крепыш под ним, две могучие руки взяли шею в замок. Крепыш хрипит и дергается всем телом, а руками неловко пытается ослабить несокрушимую удавку умелых и опытных в своем деле рук фейри. Лицо крепыша начинает краснеть, налившиеся кровью глаза лезут из орбит. Еще немного, всего несколько секунд и раздастся хруст!

Дримм не успел совсем чуть-чуть -- разум уже предчувствовал звук сломавшейся шеи, но помешал второй с клинком. Фейри скатился с крепыша и швырнул подвернувшийся камень в летящего на него врага с занесенным мечом. Камень, небольшой легкий голыш, не нанес особого вреда, тем не менее сбил удар, и Дримм вновь сумел перехватить руку с клинком, провел прием и, прижав противника к шершавой стене огромного валуна, начал ломать вооруженную руку. Хозяин клинка не собирался сдаваться просто так и несколько раз зарядил фейри свободной рукой по ребрам. Дримм боднул его в висок и, продолжая ломать руку, еще сильнее притиснул к скале.

Забытый, но ничего не забывший крепыш вспрыгнул Дримму на плечи, в свою очередь взяв его шею в замок!

Дримм так и не выпустил потрескивавшую конечность и, не обращая внимания на бугая, постарался закончить начатое. В конце концов его усилия и терпение были вознаграждены -- клинок воткнулся в песок. Тут же в челюсть уже бывшему владельцу меча прилетел локоть, потом короткий удар кулаком в живот, еще раз локоть -- бежит кровь по виску и оглушенный противник сползает вниз. Пришло время захребетника-крепыша: Дримм делает два шага назад, чувствуя как темнеет в глазах и стучит в ушах, оборачивается и бросается спиной на валун, чужой спиной.

Удар!!! Хватка чуть ослабла... и вновь закаменела -- по спине крепыша течет кровь, но он не оставляет надежд задушить своего противника!

Удар!Удар! Удар! Удар! Дримм бьется о стену мерно как паровой молот, одновременно он сжимает коленные чашечки обхвативших его ног и как может давит способными колоть камни ладонями. Удар! Удар! Удар! Крепыш стонет, но ни на мгновение не ослабляет хватку -- у Дримма снова начинает темнеть в глазах.

Крак! Крак! Не выдержали коленные чашечки, а испытывающий непередаваемую боль крепыш с диким воем разжал руки! Дримм вздохнул полной грудью и закашлял, потом нагнулся за стонущим на песке крепышом. И снова удар! Удар! Удар! Дримм бьет крепыша о каменную стену головой, с восторгом ощущая ладонями как ломается кость, как брызгают на кожу мозги, хруст лопнувшего черепа звучит для него подобно чудесной музыке!

Дикая боль! Хозяин клинка вновь обрел свое оружие и тут же использовал его по назначению, а слишком увлекшийся Дримм проворонил и не смог ему помешать.

Удар локтем назад! Удачливый мечник оседает на песок -- он мертв, локоть сломал переносицу и вогнал кость в мозг. Тем не менее смерть мечника ничего не могла изменить -- клинок пробил Дримма насквозь, и кончик лезвия выглядывал у фейри из живота.

Дримм оперся рукой на валун, другой попытался нашарить рукоять где-то на спине. Из-за валуна вылетел новый враг -- свежий, не раненый воин с копьем в руках и мечом в ножнах на поясе. Через мгновение выскочил второй такой же.

Дримм оставил поиски и, преодолев мутящую сознание боль, шагнул вперед. Пригнулся, не отводя взгляда от кончика устремившегося в него копья... и в последний момент отбил ладонью мощный тычок острия! Отбил, пускай даже ценой распаханной до кости ладони! Его пальцы подобно гвоздям-соткам вонзились копейщику в глаза и достали мозг. Очередной враг был мертв, и Дримм прикрылся его телом от второго копейщика, в то же время нашаривая на поясе мертвеца рукоять меча.

Дримм ошибся: тело соратника не помешало копейщику -- брошенное копье насквозь пробило обоих. Дримм упал, его придавил пришпиленный к нему мертвец, а торчавшая из спины рукоять вслед за лезвием вдвинулась в плоть. Дримм закричал, чувствуя как из него уходит жизнь...!

*

Бурные красные реки бегут меж высоких неестественно ровных скал, или это кровавые ручейки струятся меж рун? Шум моря, шепот в ушах, в сердце, в печени, в почках в крови, во всем! Шепот все сильней, он завет за собой, кровавя мгла закручивается водоворотом...!

*

Дримм очнулся на песке... в который уже раз: над головой закрытое облаками небо без солнца, под ногами песок, справа океан, вокруг разноразмерные валуны и скалы, а впереди десяток равных ему силой и ловкостью бойцов, их еще не видно, но они бегут к нему, опять. Третья попытка! В первый раз он стоял и ждал, а затем пошел на окруживших его врагов -- привыкший к победам Дримм переоценил себя и его закололи как зверя на охоте, он смог взять с собой всего одного. Во второй раз он устроил забег, гонку среди лабиринта скал и в результате смог разделить преследователей на несколько групп. Потом была атака тройки бойцов, которых он завалил, но недостаточно быстро и с фатальными последствиями для себя. И вот он в третий раз поднимается с влажного песка.

Дримм что было сил рванул вперед, по пути подхватив плоский острый камень с два его кулака величиной! Он успел и вскарабкался на подходящую скалу прежде чем показалась десятка убийц-загонщиков. Дримм затих на скале и ждал -- убийцы немного потоптались вокруг, ища следы на песке (зря -- фейри прыгал по камням), а затем разделившись на 5 пар порысили в разные стороны.

Дримм долго ждал удобного момента лежа на скале: двойки то возвращались, то уходили, меняли маршруты, нервничали, уставали от бесплодных поисков, в отчаянии тыкали копьями песок или заходили в воду по пояс, по грудь и пытались найти добычу в воде. Прошел час, второй и третий уже был на исходе, а фейри все также загорал на скале, следил за врагами и ждал удобного момента заявить о себе. Как только такой момент наступил, он сразу же напал: в голову ни о чем не подозревавшего воина полетел острый, тяжелый камень, а на второго, уже знакомого крепыша, упала гибкая тень с высоты!

Опрокинутый на спину крепыш старался освободиться, пытался закричать, тянулся к рукояти меча на поясе! Лежавший под ним Дримм не давал ему ни первого, ни второго, ни третьего, а продолжал безжалостно душить, ногами фиксируя торс и одновременно не давая вытащить клинок. Борцы производили так мало шума, что их легко заглушал накатывающий на берег прибой. Дримм не только душил врага, но и внимательно оглядывался по сторонам, каждое мгновение ожидая появления очередной двойки врагов. И такая двойка в конце концов появилась... через несколько секунд после того как хрустнула шея крепыша.

Ну а пока Дримм спихнул обмякшее тело с себя, быстро оглядываясь по сторонам, сорвал у того с пояса меч, только потом встал и шагнул за отброшенным в пылу схватки копьем. Быстрый взгляд на того, в которого ушел камень -- напарник крепыша любо-дорого раскинул мозгами по песку. Теперь фейри был вооружен, а враги потеряли двоих, при этом в отличие от прошлого раза, он не слишком устал и не получил ни одной раны.

Бойцы следующей двойки конечно жаждали наконец-то найти неуловимую добычу, но никак не ожидали увидеть у той улыбку на лице, тела своих убитых товарищей у ее ног и их оружие, направленное против них.

Двойной бросок! Одновременно брошенные копья едва не столкнулись в воздухе, но все-таки каким-то чудом разминулись и каждое продолжило лететь в свою цель.

Дримм сумел увернуться от острия летящего в него копья и перехватил древко руками, погасил инерцию броска... Мгновение! И кончик копья смотрит в сторону своего бывшего владельца. В свою очередь владелец переметнувшегося оружия тоже поймал брошенное в него копье, поймал грудью, и острие далеко вылезло у него из спины. Его напарник не стал совершать такую же ошибку и поспешил сойтись с фейри в ближнем бою. Верное решение: разумеется Дримм неплохо владел таким оружием, но далеко не так хорошо как мечом.

Поединок затянулся: Дримм трижды достал своего противника острием и один раз древком, тот тоже два раза пометил шкуру фейри кончиком своего копья. Каждый из кружившихся по песку бойцов ждал ошибки другого, но вот какое дело: противник фейри мог и не торопиться, ожидая подхода своих, а вот Дримм по тем же самым причинам не мог себе этого позволить.

Сработал инстинкт, и фейри шагнул в сторону. Впритирку к плечу пролетело копье! Древко слегка чиркнуло Дримма по руке, а вот острие вонзилось в живот его врагу. Дримм мгновенно воспользовался возможностью и прежде чем повернуться к новой угрозе сделал выпад -- лезвие с хрустом и чавканьем вошло в перекошенный от боли рот.

Фейри развернулся к новым врагам, готовый ко всему -- третья по счету двойка: тот кто бросил копье уже выхватил меч, его напарник чуть позади. Неожиданно мечник присел, над головой у него свистнуло пущенное с чудовищной силой копье. Если честно, Дримм не ожидал такого хода! Он все же увернулся, и копье не пробило ему грудь... пробило руку... насквозь!

Дримм сумел устоять на ногах и не просто сумел, но и бросил свое копье в ответ! Любитель коварно присесть поплатился за свое коварство, ну а Дримм мечом встретил его также обнажившего клинок напарника. Фейри очень мешало торчащее в руке копье, а вот его противнику наоборот помогало, и за время схватки он несколько раз бил ладонью по древку, шевеля его в ране.

И все-таки Дримм был хорош, особенно в схватке на мечах -- он сумел прикончить и этого врага. Затем фейри сломал древко копья и вытащил обломок с наконечником из руки. На секунду, всего на секунду, он потерял себя от боли, а когда очнулся, увидел гигантский как гора наконечник копья, летящего ему прямо в глаз. За мгновение до того как острый стальной кончик коснулся расширившегося зрачка...

*

Руны-скалы, струйки-реки! Шум моря, шепот, красный водоворот!

*

Дримм очнулся на мокром песке, уже в четвертый раз...

На этот раз все закончилось гораздо быстрей, однако счет был совсем другой, и прежде чем в спину фейри вонзился меч, целых восемь мертвых врагов упали на песок.

*

Руны-скалы, струйки-реки! Шум моря, шепот, красный водоворот!

*

Пятый раз и шестой! Дримм знал повадки каждого из врагов, знал, что они будут делать и как, но все равно оба раза проиграл, забрав один раз 6, другой 9 жизней. А вот в седьмой раз он добился своего -- десять мертвых тел на окровавленном песке и он, хоть и раненый, но живой.

*

Красная с золотом река, бурный неостановимый поток рушит плотину и бежит дальше! Шепот-крик, кровавый водоворот поглощает весь мир и стремится дальше к небу вверх, вверх, вверх, ВВЕРХ...!

*

Дримм открыл глаза и некоторое время прислушивался к себе, ощущая телом каждую из нанесенных ему недавно ран, но не видя на коже подтверждения того, что ощущало его нутро. На коленях у фейри лежала открытая книга, та самая книга с обложкой из драгоценного мифрила и камнем вместо страниц, по рунным письменам бежала его кровь. Только что Дримм прошел уже шестое испытание книги, а значит теперь он сможет дочитать третью из каменных страниц. В самом начале четвертой страницы находилось изображение вставшего на задние лапы кошака с четырьмя дополнительными лапами-руками, в каждой из которых находился изогнутый клинок.

Три месяца спустя как фейри и квелья покинули Хурэ-Транхэк.

Равнина под ''каменным небом''.

-- Не буду я это есть! - прямо-таки крик души подкрепленный чуть не плачущим голосом заставил идущего по делам Дримма остановиться и направиться к источнику столь сильного недовольства. - Жуки, крысы, тритоны -- еще та гадость! А теперь вообще ЧЕРВИ! Что дальше!? Говно жрать!? Да я лучше буду землю есть и травой закусывать! - между тем продолжал возмущаться противник ''деликатесного здорового питания''. Дримм узнал его по голосу -- Великоо сильнее всех воротило от того, что приходилось есть в пути, но вместе со всеми он терпел, а вот сегодня по какой-то причине его прорвало.

С едой особенно последний месяц действительно творилась беда: мелкие равнинные животные вроде тех самых упоминаемых с таким презрением крыс (смесь тушканчика и суслика), жуки, встречавшиеся в водоемах тритоны, улитки, стебли похожего на сахарный тростник растения, корни, семена прочих равнинных дикоросов вот что составляло рацион стихийно образовавшегося кочевого племени. Надо сказать всего вышеперечисленного было не так уж и мало, но все-равно не достаточно для без малого тысячи ртов. Приходилось жрать кору, противную мякоть мясистых похожих на кактус без колючек растений, листья, лепестки и головки цветков. А ведь день через день нужно было совершать переход и тащить на плечах немало добра, а ученикам-фейри еще и тренироваться. Даже если бы Дримм дня на три распустил свою ''могучую орду'' попастись на подножном корму, это бы не слишком помогло, только окончательно похоронило темп движения и лишило бы разбредшихся по равнине квелья защиты. Говорят ''Вставать из-за стола нужно с легким чувством голода'', так вот после более чем месячного постоянного недоедания даже довольно таки терпеливый Дримм был готов разбить морду тому, кто сказал бы ему такие вот ''правильные'' слова и чуть ли не молился, чтобы на путешественников напал хоть какой-нибудь монстр, желательно побольше и пожирней. Особенно тяжело ему было смотреть в вечно голодные глаза детей, неважно фейри или квелья. Самому Дримму тоже приходилось нелегко -- здоровый и сильный организм мужчины-фейри не получал и пятой части того что ДОЛЖЕН БЫЛ получать и постепенно и незаметно сох, пожирая сам себя -- у Дримма пока понемногу, по чуть-чуть падало зрение, скорость реакции, легкость мысли, выносливость.

-- Что за шум, а драки нет? - преувеличенно бодро, напоказ, поинтересовался Дримм. - Или уже есть? - он оглядел улыбавшихся Троо, Хритуу, Доогджа, Чикивуу, Атэнуу, еще несколько наблюдавших издалека младших детей квелья и фейри, а так же основных участников конфликта: Великоо с недовольным лицом и молодую девушку квелья с большой сковородой, наполненной чем-то похожим на жаренные колбаски.

Колбаски!!!? Рот Дримма моментально наполнился слюной, в глазах на секунду потемнело, а еще нос ощутил просто таки божественный аромат жаренного мяса.

-- Учитель, посмотри что нам подсовывают!? - между тем возмущался оскорбленный до глубины души Великоо. - Червей!!! Грязных червей из земли! Неизвестно откуда их накопали, может прямиком из кучи говна!? -

Вызванное хроническим недоеданием наваждение прошло, и Дримм понял что это за ''колбаски'' -- черви, обычные черви квелья, не очень кстати большие (выращенный под присмотром червь должен был быть как минимум в два, лучше в три-четыре раза больше, только тогда его подавали на стол).

-- Откуда? - спросил у девушки-квелья Дримм и не удержавшись сунул одну из ''колбасок'' в рот. Раньше он не переносил это ''лакомство'', а вот сейчас буквально сглотнул, едва прожевав. Червь пошел на ура, организм требовал еще, но Дримм с большим трудом сдержал себя и прислушался к тому, что ему говорила квелья:

-- .... накопала мелкота. Очень вкусное получилось блюдо. Литхара (самая старшая из женщин квелья) распорядилось давать только детям. Наши сметали с удовольствием, а эти... - возмущенная девушка с трудом удержала грубые слова на языке, - воротят нос! - Неожиданно она расплакалась и чуть не уронила сковородку, Дримм едва успел ее подхватить (сковородку за ручку, девушку под локоть). - Я так несла, так несла, так тяжело удержаться! Я так хотела их съесть, но смогла, выдержала! А вы! - Девушка плакала навзрыд. Дети-фейри уже не улыбались, Великоо и вовсе стоял с виноватым лицом.

-- Ничего-ничего, - погладил ее по голове Дримм и обвел взглядом учеников. - Сейчас и тут сметут, так что не зря ты терпела. - Сковородка опустела в один момент.

Некоторое время Дримм гладил постепенно успокаивавшуюся квелийку по голове, а когда рыдания окончательно сошли на нет, ласково спросил:

-- Как бы мне повидаться с той самой мелкотой, теми кто нашли? -

Вытиравшая слезы девушка робко улыбнулась ему и кивнула на заинтересованно наблюдавшую толпу детей:

-- Да вот же они! Тентик, Фаник, идите сюда! -

Два парнишки-квелья несмело подошли на ее зов, явно чувствуя себя не в своей тарелке под многими заинтересованными взглядами, под взглядом самого Учителя (вслед за фейри и учеником шамана все остальные квелья начали Дримма так называть).

-- Ну герои, рассказывайте где нашли, а лучше показывайте! - сразу взял быка за рога Дримм.

Детишки раздулись от гордости (их хвалили!) и затараторили в унисон, перебивая и дополняя друг друга:

-- Тама! Большой овраг!

-- Сырой неглубокий овраг! -

-- Зато широкий!

-- Грязи по колено или по пояс! А в грязи черви! -

-- Мы их хватали! -

-- Ловили! А они начали прятаться в грязь!

-- Сколько поймали, отнесли к очагам! Остальные ушли в грязь и глубже в землю под ней, не достать! -

-- Да, не достать, мы потом караулили, но они больше не вылазят! -

Дримм с улыбкой потрепал детишек по головам:

-- Сможете отвести? - внутри у фейри все пело.

-- Да! -

-- Да! Тут недалеко! -

Через несколько минут Дримм, его ученики, дети и девушка оказались на краю широкого и заполненного грязью оврага. Некоторое время Дримм стоял на краю оврага закрыв глаза, губы его шевелились, но никто не мог разобрать слова, хотя многие прислушивались, и все без исключения с любопытством ожидали что будет дальше. Дождались: Дримм открыл глаза, вытянул руку ладонью вниз и произнес несколько слов на квелийском языке -- дно оврага скрылось под бело-серой шевелящейся массой -- черви еще не названные ''червями квелья'' тысячами лезли наверх...!

Четыре месяца спустя как фейри и квелья покинули Хурэ-Транхэк.

Равнина под ''каменным небом''.

Дримм лежал на спине и лениво теребя травинку в зубах пялился на клубящиеся в ''небе'' ''облака''. Он был доволен собой, миром, учениками, а еще устраивавшимся в животе недавним обедом. Кстати насчет учеников -- быстрый взгляд на то что творится неподалеку: пятеро учеников сидят вокруг костра и неподвижно смотрят в огонь, иногда один из них загребает пламя рукой; еще десять сидят поодаль -- эти вообще не шевелятся и будто спят закрыв глаза, но нет, ровная осанка исключает любой сон; трое заняты странным делом -- создают крохотные шарики света и отпускают их в свободный полет на радость мелкой ребятне; все остальные ученики заняты привычными упражнениями -- учебные мечи, отжимания, скакалка, разминка, ладушки, лук, борьба, макивара. Все нормально, все как и должно быть, и Дримм вновь откидывается на рыжую траву.

-- Все-таки Хлип ''насвистел'' про опасности этих мест, - ленивые, тяжелые мысли буквально проталкивают себя сквозь наполнявшую тело негу и желание заснуть. - Ни одного нападения за четыре месяца -- курорт или пионерлагерь со мной в качестве вожатого. Если бы не голод, было бы совсем хорошо, но благодаря вовремя подвернувшимся червям и здесь все стало лучше не придумаешь. -

Дримм погладил себя по полному животу и вспомнил о трех десятках наполненных смесью ила и земли горшках, в которых созревал носимый с собой запас червей. Землю часто приходилось менять, выселяя и вновь заселяя червей, но морока стоила того -- голодные дни отступили, хоть и маячили где-то недалеко. Разумеется того что вырастало в горшках не хватало досыта прокормить без малого тысячу едоков, но сытные, калорийные черви неплохо дополняли собой обычный растительный рацион и были много вкусней тритонов, жуков и других обитателей равнин. Дримм вовсю эксплуатировал школы Жизни и Природы, как мог ускоряя естественный рост червей и не только рост, но и процесс их размножения, в результате путешественники ''снимали обильный урожай'' каждые 10 дней, оставляя в каждом горшке 2-3 экземпляра на новый цикл.

-- Интересно, когда же закончится мой отдых? Вроде я много сделал: спас фейри, спас детей квелья, спас их родителей, вывел их всех из той рукотворной психушки, даже нашел червей и отдал их в руки тех, кто назовет их своим именем и превратит в свой главный источник белковой пищи. Когда? Или я ошибся и моя задача в чем-то другом? Не дай бог придется возвращаться по своим следам и откапывать вход в ''психушку'' -- вот это будет веселуха! -

Одна только возможность такого развития событий прогнала послеобеденную негу, и Дримм сел.

-- Примерно два месяца назад исчез страх наткнуться на невидимый и непроходимый для меня барьер, такой же как когда-то был в лесном раю-тюрьме, тут если он есть, то явно много шире, но и исключать его наличия никак нельзя. Если появится, ученикам и квелья придется идти дальше одним, а мне в одиночестве гулять по равнинам или возвращаться в ''психушку'' -- неприятная перспектива, но тут я не властен, все будет как будет. Еще есть книга, которую читать не перечитать -- возможно причина в ней, но тогда я тут надолго, года так на три или больше. Как легко игрокам с действующим интерфейсом -- открыли, посмотрели, сделали то-то и то-то, и как тяжело не знать, что от тебя хотят и вообще движешься ли ты в верном направлении или от него. -

Некоторое время он проигрывал в голове разные варианты, искал закономерности, строил догадки, потом понял что ходит по кругу и, решительно закончив пустое времяпрепровождение, направился к ученикам.

-- Что вы сидите будто вас на кол посадили?! - первым делом Дримм наехал на занятую медитацией, сиречь накоплением маны, десятку учеников. - Вам должно быть удобно. Тело не должно испытывать напряжения. Разум должен быть расслаблен как бывает перед сном.-

-- Учитель, а может и в самом деле лучше поспать? - не открывая закрытых глаз внес рацпредложение Троо. Мальчишке дико хотелось спать, но он изо всех сил боролся с собой. - Ты ведь сам говорил, что мана быстрее восстанавливается во сне? -

-- Говорил, НО если вы научитесь собирать ее с помощью медитации, вы сможете собирать ее в 3, в 5, в 10 раз быстрей чем во сне. Так что собирайте до упора (полного резерва), кто не удержит себя под контролем и заснет -- сто кругов с камнем, потом обратно. Давайте, я в вас верю! И сядьте поудобней наконец. -

Затем Дримм полчаса занимался с мечом, вернее с изображавшей его бамбуковой палкой, показывая нескольким собравшимся вокруг него ученикам одну из базовых связок и по ходу объясняя как, когда и для чего ее применять. После теории пришло время практики и разбившиеся на пары ученики отрабатывали-закрепляли увиденное, ну а Дримм ходил между ними, поправлял, помогал, если нужно, разъяснял не понятые с первого раза моменты.

-- Учитель, мы все, выложились до конца, - к Дримму подошли закончившие пускать светящиеся шары ученики. Вернее подошли только двое -- третий продолжал радовать гонявшуюся за ''светилками'' детвору.

-- Как успехи? - поинтересовался у них Дримм, не отрывая взгляда от выполнявших связки учеников.

-- У меня вышло на 3 больше, - похвастался один из начинающих магов.

-- У меня на 2, - сообщил другой.

-- Хорошо, - Дримм довольно качнул головой. - Разомнитесь, побегайте, а потом ступайте к тем кто занимается медитацией, вы знаете что делать. -

Ученики давно уже медитировали вместе с остальными, а третий их товарищ, вернее третья все так же продолжала пускать светящиеся шары и похоже собиралась еще долго этим заниматься. Дримм хмыкнул, глядя на неутомимую девчонку, сделал для себя определенный вывод и направился к костру и сидевшим вокруг него ученикам.

-- Ну как? -

В ответ на него уставились четыре усталых, недовольных лица и одно восторженно-задумчивое, единственная среди костровых девочка словно прислушивалась к чему-то внутри себя.

-- Чикиваа? -

-- У меня получилось. Кажется? -

-- Так кажется или получилось? -

-- Не знаю: я почувствовала тепло в груди, в животе и ниже, а еще огонь совсем перестал жечь руку, - все также неуверенно ответила Чикиваа и продемонстрировала учителю чистую ладонь.

-- Ладно, проверим. -

Дримм достал из-за пояса специально приготовленную связку высушенных стеблей.

-- Давай формулу призыва огня и сконцентрируйся. -

Девочка уставилась на связку и зашептала нужные слова, вскоре по ее лицу потек пот, задергались пальцы на руках и левое веко. Некоторое время ничего не происходило, потом появился легкий полупрозрачный дымок.

И вдруг! Стебли вспыхнули ярким и сильным огнем! Вместе со всеми охнула и Чикиваа, затем вытерла пот со лба и улыбнулась учителю, остальные ученики с завистью смотрели на нее.

-- Молодец, - потрепал ее по голове Дримм. - Сегодня больше не занимайся, отдыхай, набирайся сил. Завтра мы с тобой будем учиться делать огненный шар. -

Девочка радостно взвизгнула и задрав нос с гордым видом оглядела кислые рожи остальных учеников. Дримм еще раз ее похвалил и занялся не достигшей успеха четверкой.

-- Ну а вам сегодня тоже отдыхать, можете помедитировать и запастись маной, но не увлекайтесь, лучше поспите подольше. Завтра каждый из вас отправится на равнину и соберет все необходимое для костра. Никаких инструментов, только оружие для самообороны, пользоваться им, например для обдирания коры, запрещаю. Как только все соберете, разведете костер, чем развести найдете вместе с пищей для костра. Да, огонь должен гореть как минимум часов 5 и не крохотный огонек, а нормальный способный согреть костер. Потом будете пробовать то же что и сегодня, столько сколько горит костер или пока не получится. -

-- Да, учитель, - хором ответили ученики.

*

На завтра получилось у всех -- метод Дримма сработал, и собственноручно созданные костры привлекли под знамена школы Огня еще четырех адептов.

Пять месяцев спустя как фейри и квелья покинули Хурэ-Транхэк.

Равнина под ''каменным небом'', берег реки.

Дримм занимался с клинком на берегу спокойной, неширокой реки. Летали насекомые, иногда на воде возникали круги, тихонько шумел бамбук, а черное лезвие в руках фейри грозно гудело, полосуя ни в чем не провинившийся воздух, и творило невероятно зрелищные восьмерки, круги и другие гораздо более сложные письмена. Вернее творил их Дримм, а живой клинок как всегда повиновался малейшим движениям разума и тела своего господина. Забавно! Ведь именно Убийца научил Дримма этим связкам. Круг замкнулся, и Дримм сейчас учил того, кто научил, научит его самого, то есть по сути фейри учил сам себя -- этакий очень растянутый во времени сеанс самообразования. От таких вещей должна была бы кружиться голова, но вместо этого фейри кружился с клинком и давно уже не забивал себе голову -- привык.

Сидевший неподалеку Троо полировал свой меч и наслаждался зрелищем, одновременно пытаясь запомнить хоть что-нибудь. Мальчик, хотя нет, уже подросток, будущий воин, прекрасно понимал: несмотря на то что он лучший среди всех учеников на мечах, до такого уровня ему еще очень и очень далеко, но все равно смотрел, впитывал, запоминал, заряжался, формировал у себя в голове стандарт, образец, к которому должно и нужно стремиться, формировал его на всю оставшуюся жизнь. Вскоре к нему на камень подсела сестра и так же как он завороженно уставилась на пляску с клинком.

Дримм закончил последнее движение и застыл, потом неглубоко поклонился. Поклонился тени -- метафорическому противнику, с которым фехтовал, поклонился живому клинку -- одновременно его учителю и ученику, поклонился всем своим наставникам как на Земле, так и в Серединном мире, поклонился своим прошлым, настоящим и будущим врагам, поклонился богам, поклонился судьбе и не раз выручавшей его внутренней сути. Поднял ножны с песка и, сунув в них меч, направился к плоскому как стол камню, на котором сидели Троо и его сестра. Парень заканчивал с мечом и напоследок натирал его сухой тряпкой, а девочка готовила обед на троих. Готовка не заняла у нее много времени -- разве сложно приготовить самой природой подготовленный к употреблению обед? Атэнаа привычно всунула кончик ножа в большую витую раковину, пошуровала, пристукнула, нажала и вуаля (!) -- раковина распалась на две равные половинки, практически готовые тарелки и даже уже со съедобной массой внутри. Вторую раковину постигла та же судьба -- КРАК (!) и еще две порции на импровизированном каменном столе. Каждую порцию посыпать лепестками и мелко порубленной ароматной травкой, пара капель из небольшого сине-зеленого плода, кусок молодого сладкого тростника вместо хлеба -- порция готова, можно есть. Чем все трое некоторое время и занимались, хлебая густую, теплую бурду с рыбным вкусом и пикантной кислинкой. Не фонтан, далеко не фонтан! Но не так уж и плохо -- в любом случае приятное разнообразие после слегка поднадоевших червей. Ни Дримма, ни его юных учеников ничуть ни смущал внешний вид того, что они с удовольствием едят (белая похожая на густые сопли масса), ни то, что они наяривают еще живую плоть -- за прошедшие месяцы они навсегда избавились от любой брезгливости в еде. Ну чем выловленный в реке моллюск хуже подозрительных корней, горьких семян, невкусных стеблей, жесткой попробуй-прожуй коры, похожих на крыс обитателей равнин, тритонов, жуков и тех же червей? Так что встречавшиеся на берегу очередной реки моллюски шли на ура, один недостаток -- их нельзя было долго хранить или употреблять в каком-либо другом не сыром виде.

Троица смеялась и шутила, наперегонки наяривая сей ''деликатес'', Троо подшучивал над сестрой насчет ее парня, та тоже пыталась его достать -- получалось, у девочки был острый язычок, Дримм их мирил и не допускал ''кровопролития'' -- привычные посиделки даже не друзей или учителя с учениками, а очень близких друг другу людей (фейри), почти семьи. Эти двое действительно сильно привязались к Дримму за время пути, да и он всегда был рад их компании, каким-то уголком своей души воспринимая их как своих навсегда потерянных детей-фейри. Нет, он не утратил рассудок и все осознавал, но ему было приятно думать, что его дети были бы похожи на Троо и его сестру, такими же умными, сильными, красивыми, способными -- Дримм радовался глядя на них и в тоже время грустил, но радовался больше.

Вскоре загрустили и дети, причина -- его уход. Дримм никогда не скрывал от них что может исчезнуть в любой момент или их совместное путешествие прервет непроходимый для него барьер, а потому как мог старался подготовить детей к неизбежному.

-- Не расстраивайтесь -- это судьба, тут ни мне, ни вам ничего не изменить. Не первая и далеко не самая страшная потеря в вашей жизни, в конце концов вы будете знать, что я не умер, просто живу очень и очень далеко и помню о вас, вы тоже не забывайте того, чему я вас учил. -

-- Не забудем, учитель, - решительно сказала Атэнаа и тут же отвернулась, чтобы украдкой смахнуть набежавшую слезу.

-- А может быть ты не исчезнешь пока не закончишь наше обучение?- несколько по-детски предположил Троо. - Ты ведь сам говорил, что не знаешь когда случится то что ты ждешь. -

-- Верно, - Дримм с улыбкой посмотрел в полные надежды глаза, - все может быть. Но если это все-таки произойдет, не позволяйте себе слабости -- помните: вам нужно добраться домой. -

-- А как же Хлип и остальные взрослые? -

-- Они взрослые, но они квелья: слушайтесь их как взрослых -- плохого они вам не посоветуют, однако вы знаете какие квелья бойцы. -

-- Знаем, - усмехнулся Троо и тут же получил щелчок по носу.

-- Не зазнавайся! - Дримм предостерег обиженно потирающего нос мальчишку. - И не вздумайте задирать перед ними нос. Хлип прожил долгую жизнь и если племя избрало его вождем в такой сложный для себя момент, значит он чего-то стоит, но помните: он квелья и когда-нибудь вам придется брать инициативу на себя, я сильно надеюсь что не придется, но вы должны быть готовы. -

-- А как нам понять, что время пришло? - нахмурился Троо и еще больше нахмурился услышав ответ учителя:

-- Тут я вам не помогу -- вы сами должны это понять. Так что три совета: не забрасывайте тренировки, будьте готовы и думайте, хорошо думайте прежде чем что-то сделать. -

Троо кивнул, еще не упавшая ответственность лишь краешком коснулась его плеч, но 14-летнему подростку не понравилось это чувство -- как хорошо было за спиной учителя, а тут придется решать все самому и не только за себя и за сестру, но и за всех остальных. Как угадать тот момент, когда нужно будет взять все в свои руки? Как остановиться, если ты ошибаешься? И что дальше делать, если нет? У мальчишки отшибло аппетит, и он вяло поковырявшись отставил и наполовину недоеденную порцию.

-- И еще, учитесь у квелья! - кое-что вспомнил Дримм.

-- Чему? - недоуменно спросила Атэнаа.

-- Когда покинете пещеры и попадете в лес, поймете. И обязательно соберите мои вещи после исчезновения -- доспехи, оружие, одежда вам пригодятся. Книгу и меч храните, но не пытайтесь использовать. -

-- А что нам с ними делать? - вернулся к разговору Троо. - И почему нам нельзя ими пользоваться? -

-- Книгой и не получится -- она только для воинов, а вы пока ими не стали. Отнесите ее к нашему народу, пусть ее читают воины и растут в мастерстве, когда-нибудь придет и ваше время. Что же касается меча, то он опасен даже для взрослых, не то что для вас. Вы еще дети, ваш разум не готов к испытанию живым оружием, а значит меч подчинит того из вас, кто попытается им владеть, не со зла просто он так устроен -- будет плохо как для меча, так и для вас, для всех вас. -

-- Тогда как нам с ним поступить? - Троо с сожалением взглянул на вожделенный клинок, но мальчик верил учителю -- раз тот говорит пока нельзя, значит НЕЛЬЗЯ.

-- В общий котел, или отдайте какому-нибудь достойному воину, или храните пока не вырастите и сами не сможете им воспользоваться -- в общем решите. - Дримм попробовал немного снять напряжение тяжелого разговора о будущем и пошутил: - Только не подеритесь из-за него. -

-- Значит в общий котел, - переглянулся с сестрой Троо.

Дримм сделал зарубку в голове -- дети прекрасно поняли о чем он говорил, не переспросили, не удивились.

*

Термин ''Общий котел'' имел в языке фейри совсем особенное значение -- так называли невероятно мощное заклинание, хотя скорее обряд или ритуал, благодаря которому фейри тысячелетиями собирали материальные ценности, магическую силу и знания. Все собранное становилось частью ритуала питая его силу, накапливаясь, изменяясь и в конце концов возвращаясь к следующим поколениям фейри с немалой лихвой -- словно огромный расположенный неизвестно где банк начислял на вложенное процент. Именно ''Общий котел'' подарил Дримму Холм и нечувствительность к любым ядам.

*

-- Учитель! Учитель! - стайка ребятишек прервала важный разговор и заклубилась вокруг Дримма и его учеников.

-- Учитель, там на равнине такое...! -

-- Горы из шерсти! -

-- Холмы, но большие!

-- Они жрут всю траву на своем пути, после них полоса голой земли!

-- А я говорю горы! -

-- Холмы! -

-- Не горы, не холмы, а звери! -

-- Они рычали на взрослых, когда те собирали клубни неподалеку! -

-- Но не погнались, когда взрослые убежали! -

-- Может погнались, а не догнали!? -

-- Зачем им взрослые, если они жрут траву?! -

-- Так!!! - хлопнул в ладони Дримм, детишки ненадолго притихли. - Я правильно понял, на равнине большие, неизвестные животные, и Хлип послал вас за мной? -

-- Да-аа! -

-- Да!-

-- Хлип послал! -

-- Да-да, учитель пошли! - Вновь загалдели дети, некоторые из них от избытка чувств вскарабкались на каменный стол.

-- Ну тогда пошли. -

Раковины с недоеденной массой были забыты, и Дримм вместе с полными любопытства учениками порысили за стайкой веселой и галдящей ребятни. Впереди их ждали неизвестные существа, прежде невиданных на равнине размеров, а затем удачная охота и несколько центнеров пусть жесткого и немного пахучего, но самого настоящего МЯСА!

*

Как только посторонние покинули берег реки, из воды выползло странное существо: буро-зеленого цвета с лапами и хвостом как у ящерицы, телом как у крысы или другого какого грызуна и недлинным хоботом на месте пасти и носа, а еще у существа имелся всего один глаз, но зато с кулак величиной. Неизвестная уродливая тварь посопела, принюхиваясь хоботом -- полой широкой трубой с многими рядами мелких зубов внутри, прислушиваясь похожими на ослиные ушами, и внимательно посмотрела вслед пришельцам своим огромным и ярко-зеленым глазом. Потом, убедившись что чужаки ушли и не собираются возвращаться, встала на задние лапы, оказавшись почти метровой высоты. Обитатель здешних вод еще немного постоял, потом поправил искусно сплетенный из травы пояс на брюхе, поудобней перехватил копье из стебля бамбука и рыбьего позвонка, а затем деловито двинулся к камню с остатками неоконченной трапезы. Невысокому существу пришлось попыхтеть прежде чем оно взлезло на камень, но все же оно справилось с задачей, забравшись вновь присело, внимательно оглядываясь по сторонам, и только когда местный уроженец еще раз убедился что опасности нет, он зашлепал по камню перепончатыми лапами. Существо с удовольствием приговорило содержимое нетронутой половинки раковины, чисто-начисто вылезало остатки в трех остальных, со вкусом и урчанием похрустело недоеденными кусками тростника, рачительно сунуло за пояс забытую впопыхах металлическую ложку, аккуратно составило половинки раковин в стопку, снова огляделось по сторонам и, спрыгнув с камня, вместе с добычей поспешно потопало обратно к реке...

Шесть с небольшим месяцев спустя как фейри и квелья покинули Хурэ-Транхэк.

Равнина под ''каменным небом''.

За многие месяцы совместного пути Дримм не по одному разу успел расспросить уже бывавших в здешних краях квелья, примерно знал что его ждет, а потому ничуть не удивился когда привычный подземный мир начал, как бы получше сказать, усыхать, а впереди возникла огромная, уходящая в облака гора. С тех самых пор гора росла, каждый день понемногу прибавляя в размере, и точно так же каждый день ''сох'' когда-то огромный мир: вот на горизонте сначала справа, потом, через пару дней и слева проступили тянувшиеся до самых небес стены, вот сами небеса словно начали опускаться вниз, вот в невероятно низких облаках появились разрывы и... сквозь них показался потолок пусть исполинской, просто чудовищно-огромной, но всего лишь пещеры, а не небо бескрайнего мира, которое Дримм привык созерцать за пять месяцев пути. Менялась и равнина: рыжую траву все чаще разбавляла непривычная зелень, незнакомые растения, целые рощи деревьев и кустов. И всюду, буквально всюду кипела жизнь, и не только скрытой в траве мелочи, а гораздо более явная и радующая глаз: группки разнообразных копытных, большие шерстистые похожие на бизонов быки, еще более здоровенные животные тоже похожие, но на давно вымерших на Земле трицератопсов, лисы, мелкие рыжие волки, что сливались с травой, а еще птицы -- Дримм многие месяцы не видел самых обычных птиц. Такое обилие живых существ имело и оборотную сторону -- равнина стала опасной и ученикам Дримма пришлось продемонстрировать учителю то, чему он их научил. Рыжие волки оказались самой мелкой из проблем -- на изменявшейся каждый день равнине встречались твари покрупней, вроде прайдов подобных львам кошек или огромных змей с перьями на голове, последние оказались особенно опасны, так как несмотря на их впечатляющий размер их трудно было разглядеть в высокой траве. Полгода пролетели не зря -- слишком наглых волков и кошаков всегда встречали стрелы и им ни разу не удалось застать фейри врасплох, да и пращи в руках квелья всегда были готовы поддержать юных лучников. Пожалуй пару раз коварные змеи подбирались слишком близко, но у путешественников был Дримм и его магическое чутье, а еще цепные и простые молнии, огненные шары, ледяные копья и много чего еще. На какое-то время роли поменялись -- теперь не квелья, а фейри стали основными добытчиками: квелья уже не могли как раньше широко разбредаться в поисках еды, а для луков фейри появились достойные цели, в результате из рациона путешественников почти исчезла растительная пища, но зато мяса стало просто завались. Тем не менее квелья упрямо продолжали тащить горшки с созревавшими червями и не собирались их бросать, только упросили Дримма больше не ускорять их рост.

Помимо животных и растений тело равнины пятнали старые и новые следы совсем другой жизни, разумной жизни -- еще одна причина быть настороже. Дримма почему-то особенно поразила нога, всего лишь одна уцелевшая нога давным-давно разрушенной каменной статуи быка -- задняя правая нога высотой... с ПЯТИ ЭТАЖНЫЙ ДОМ ! Целое море каменных обломков раскинулось вокруг одиноко стоявшей ноги, в том числе вполне опознаваемые части гигантской головы и рогов. Тут и там посреди равнины торчали развалины каменных башен, иногда вокруг такой башни виднелись остатки дополнительной стены или полузасыпанного рва. В бытность своей службы в Дагестане человек, что отзывался сейчас на имя Дримм, видел похожие башни, но те башни отличались от этих как палец и целая рука -- кольцо полуразрушенных стен каждой из них легко вмещало почти девять сотен квелья и больше полусотни фейри. Часто встречались кострища, следы стоянок, явно не животными протоптанные тропы, один раз путь им пересекла дорога из побитых, потрескавшихся, сильно заросших, но все еще выполнявших свою функцию каменных плит. Случались и колодцы с чистой, буквально голубоватой водой, водой настолько холодной, что ее даже не пыталось пить многочисленное зверье, а вот путешественники набирали ледяную воду во все доступные емкости и спустя полчаса с удовольствием пили -- остывшая колодезная вода не только была как-то по особенному вкусна и утоляла жажду лучше чем обычная, но и реально прибавляла сил, а еще ману у тех кто практиковал магию. Путешественникам так и не повезло (а может наоборот повезло?) повстречать на своем пути других разумных существ, только следы, в лучшем случае еще не до конца остывшие угли костров.

Шесть дней назад равнина пошла вверх. Совершенно незаметно для себя квелья и фейри достигли подножья горы и начали подъем, а день назад Дримм осознал, что сильно переоценил величину горы, вернее недооценил насколько опустилось и продолжало опускаться ''небо''. Через три дня после начала подъема путешественников ненадолго накрыла тьма -- светящиеся области на небе-потолке остались далеко позади. Но вскоре вновь посветлело -- разреженный, робкий свет исходил откуда-то с пока невидимой вершины горы. Потом свет пропал и вновь появился через несколько томительных часов. Всех без исключения путешественников охватил какой-то зуд, привалов почти не было, только движение вперед и вверх.

Дождь, настоящий дождь, обрушился на путников внезапно как удар убийцы из-за угла! Первый дождь за полгода! Квелья и фейри, взрослые и дети как сумасшедшие скакали под теплыми струями, пили набранную в ладони воду или ловили капли высунутым языком, полной грудью вдыхали принесенные дождем запахи, запахи ледников, горных озер и лугов и совсем небольшую, но особо ценную для квелья нотку леса. Не радовался лишь Дримм -- он понимал, вскоре решится его судьба: остаться ему в этом мире (локации, времени, квесте) или уйти, а если остаться, то в качестве кого и зачем? Дримм не особенно показывал свои чувства остальным, но его ученики, и больше всех двойняшки, успели узнать его уж слишком хорошо и вскоре тоже начали переживать. Дети окружили его со всех сторон, как будто надеялись не отдать своего учителя судьбе. С грустной улыбкой смотрел на них Дримм, но не возражал.

Свет становился все сильней, все больше и больше разрежая подземную мглу, легкий ветерок шевелил волосы и одежду, приносил будоражащие обоняние запахи. Путешественники совершенно невольно все ускоряли и ускоряли шаг, в конце и вовсе перешли на бег, лишь все еще многочисленные вещи, горшки с червями, запасы мяса и другой еды не давали им понестись сломя голову.

Дримм шел и прислушивался к себе, каждые две минуты проверяя доступность интерфейса. В прошлый раз Система подарила ему несколько часов закончить дела, и по аналогии он надеялся, что так будет и в этот раз. С одной стороны, Дримму хотелось поскорее уйти -- его ждал клан, питомцы и ПЛАН. С другой, и совершенно неожиданно для себя, он обзавелся здесь немалым грузом дел, большинство которых если он исчезнет не будут доведены до конца: тут вам и ученики как фейри, так и молодой шаман квелья -- он многому смог бы их еще научить; и книга -- он прочитал меньше десятка каменных страниц. Да и не хотелось Дримму бросать спутников на полпути -- квелья и фейри ждали горы, затем лес и неизвестно сколько опасностей впереди. Дримм решил положиться на судьбу, но в глубине души он знал чего он хочет больше всего, знал и потому испытывал перед детьми стыд -- они искренне всем сердцем желали, чтобы их учитель, защитник и друг никуда не уходил, а он всем сердцем желал обратного...

Первые из нетерпеливых путешественников перевалили небольшую загораживающую обзор скалу, и воздух наполнился радостными криками -- вот он выход из опостылевших пещер, он же вход в большой мир! Все без исключения рванулись вперед увидеть пока еще далекую расщелину-вход, сквозь которую пробивался непривычно яркий дневной свет!

Троо и Атэнаа запомнили этот момент навсегда: учитель как и все посмотрел на яркую линию далекого света, взглянул на них с непонятной грустью в глазах, улыбнулся и хотел что-то сказать... на землю упал пустой доспех и меч...

ТЕМНОТА...

Дримм резко очнулся в каменном кресле: под голой задницей холодный камень, перед глазами ведущая в никуда дверь. Первым делом что сделал вернувшийся из путешествия Дримм так это выругался от всей широты фейрийско-русской души:

-- .... ..... .... б..ть!!! Вот вам интерфейс и три часа! Даже попрощаться не дали, уроды! - Кого уж Дримм называл ''уродами'' Систему, богов, программистов создателей Серединного мира он и сам толком не знал, но искренне желал неведомым ''уродам'' всех ''благ''. - Ладно, - фейри постарался успокоиться. - Жалко не удалось сыпануть напоследок бафов и щитов, но об остальном я успел позаботиться -- Хлип, Литок, ученики знают что им делать, когда меня не станет -- должны справиться. Квелья не бросят детей (детей-фейри), а дети помогут им выжить в горах, главное добраться до леса и не встретить по дороге сильный отряд пожирателей, дварфов, илайнов или какой другой нечисти -- должны, должны справиться, - продолжал убеждать себя Дримм. - Литок уже не тот заклинатель крыс каким был, а практически полноценный шаман -- крепкий второй уровень, ему вполне по силам отвести глаза и спрятать след. Дети тоже кое-чего стоят -- хищники на равнине узнали это на собственной шкуре, да и боевая магия -- волшебная стрела, огненный шар вполне по силам большинству из них, а Чикивее доступно гораздо больше, особенно в магии Огня и Воздуха. Должны, должны справиться, - как мантру повторил Дримм, успокаивая себя.

На какое-то мгновение он застыл в кресле, глубоко уйдя в переживания и до хруста суставов сжав каменные подлокотники, потом встряхнулся -- все уже сделано и ничего не изменить. Вскоре он вызвал свою питомицу и, слушая по мысленной связи ее жизнерадостную болтовню, прямо таки физически почувствовал как с души у него скатился камень, буквально целая скала -- полугодичная эпопея уложилась в один миг, в общем точно так же как и в прошлый раз, даже лучше -- в тот раз Дочка почувствовала что-то не то, а на этот раз нет.

Некоторое время он просто сидел и наслаждался подзабытым ощущением связи, голосом и эмоциями питомицы в своей голове, ну а довольная вниманием отца Василиса разливалась соловьем, как обычно вываливая на него массу очень полезной, просто полезной, относительно полезной и совершенно бесполезной информации. Разговор прервался по инициативе Василисы -- ей нужно было бежать по каким-то делам. Дримм с легким сердцем ее отпустил и переключился на Послушного. Послушный был занят -- в человеческой форме наяривал одну из портних-заготовок Исилиэль. Дримм несколько смутился, к выкрутасам Дочки он привык, а вот Послушный засветился в роли любовника в первый раз. Тем не менее фейри быстро преодолел смущение, успокоил даже вскочившего с подружки оборотня и, пожелав ему всяческих успехов, переключился на Ворошилова. Огромный шестилапый маунт хорошо поел и сейчас спал, во сне ему снилось как он хорошо поел и пошел спать. Дримм не стал его отвлекать и переключился на Дара. Дракончик обрадовался вниманию хозяина не меньше Дочки и затопил фейри потоком не облеченной в слова любви.

Общение с питомцами сильно подняло ему настроение, Дримм будто окунулся в фонтан с живой водой -- переживания ушли, и он поудобней откинулся в кресле, собираясь открыть интерфейс и посмотреть что же он получил на этот раз. Не удалось! Дримм почувствовал, как что-то твердое и острое уперлось ему в позвонок, а кожа ощутила металл, а не камень кресла.

Фейри сунул руку назад, нащупал то что мешало ему сидеть, его глаза округлились и полезли из орбит, он потянул добычу и... достал книгу в металлической обложке, по металлу змеился небольшой рубец -- след от удара Убийцы. Дримму чуть не в буквальном смысле вынесло мозг -- он уже в общем-то смирился с тем, что ему ничего не взять туда, куда отправляли его трон и дверь, и точно также ничего не принести оттуда-неизвестно откуда, а оказывается это не так или вернее не совсем так! Дримм осмотрел книгу, открыл -- все верно она. Потом, словно боясь что книга исчезнет прямо из его рук, прижал ее к груди и соскочил на пол, внимательно осмотрел себя и трон на предмет других вещей -- но нет, только книга и больше ничего. Несмотря на отрицательный результат настроение фейри стремилось пробить потолок -- за исключением Убийцы книга была самой ценной из его тамошних вещей, и вот она здесь с ним, а значит он сможет ее дочитать и не только он, но и другие воины клана. Дримм ласково провел пальцами по каменным страницам, по одетому в метал корешку, по шраму на обложке. Затем он снова умостил задницу на трон и сделал то, что собирался сделать до того как его отвлекла неожиданная находка, то есть открыл интерфейс.

*

Вами выполнена вторая часть классового квеста ''ПУТЕШЕСТВЕННИК''.

Награда: получено 12 новых уровней.

Очки опыта.

Открыт доступ к уникальным навыкам класса ''Открывающий пути'' (доступ открыт после выполнения второй части квеста ''ПУТЕШЕСТВЕННИК'').

Доступно прохождение третьей части классового квеста ''ПУТЕШЕСТВЕННИК''.

*

Огромная стопка накопившихся сообщений впечатляла -- читать не перечитать, но Дримму некуда было спешить, а потому он поудобней устроился в кресле и, машинально поглаживая памятный шрам на обложке книги, принялся читать, старательно обдумывая прочитанное...

Интерлюдия.

Подмосковье, дачный поселок N.

Дачный поселок существовал в здешних краях довольно давно. Задолго до первой русской революции и даже до наступления самого ''гуманного'' из веков (20-ого века) в окрестностях небольшого, но крепкого села начали строиться первые дома для редких перелетных птиц-дачников из Златоглавой и других крупных городов империи. Село и раньше не бедствовало, а с появлением дачников и вовсе стало богатеть -- свежие овощи, мясо, молоко, разнообразные соленья и дары леса шли у сезонных пришельцев на ура, к тому же в отсутствие хозяев за дачами кто-то должен был смотреть, да и постоянное строительство новых дач требовало много рабочих рук. Со временем у дачников появились огороды, разнообразные цветники и оранжереи, а из села потек густой пахучий поток коровьего, свиного, куриного дерьма, за которое богатые мещане, а то и дворяне платили не скупясь. Шли годы, количество дач неуклонно росло, и к началу века дачи окружили село со всех сторон, постепенно, но неуклонно сжирая принадлежавшие селу выпасы, покосы и пахотные поля, все дальше и дальше отодвигая лес. Село особо не сопротивлялось -- к тому времени мир (община) давно перестал жить с тех самых выпасов, покосов и полей, а жил с дач и огородов, ну а до немного ''убежавшего'' леса все-равно легко можно было дойти. Многие из разбогатевших к тому времени сельчан сами с охоткой продавали свои дома и перебирались на постоянное место жительство в города -- дачи появились не только вокруг села, но и внутри него. Сельский мир все еще был жив, хотя и постепенно растворялся в мире окружавших его дач, в мире праздности и пленэра. Тем не менее когда подоспел бунтовской 1905-й год, именно еще окончательно не умерший сельский мир стал тем стержнем-охранителем, что уберег дачный поселок от беды -- здесь не горели дома, не били морды господам, не насиловали барышень, не грабили, не убивали и не шатались толпы озверевших, готовых на все крестьян -- вооруженная охотничьими ружьями и револьверами стихийно зародившаяся милиция из дачников и бывших сельчан отстояла свое имущество, жизни и женщин. В гражданскую такой фокус уже не прошел, зато по дачному поселку хорошо прошлись красные, белые, черные волны -- и анархисты, и коммунисты, и верные прежней власти казаки порезвились от души -- почти до середины века чернели пустыри на месте многих и многих сожженных дач, а грибники и копавшие червей рыбаки до сих пор натыкались на старые кости со следами пуль и сабельных клинков. Но все-таки поселок пережил недоброе лихолетье, и в середине 20-х годов начался его очередной расцвет: многие покинутые дачи обрели новых хозяев, в какие-то вернулись старые, немало было и тех кто никуда не уезжал, а сумел пережить лихие годы в своих когда-то сезонных, а ныне постоянных домах, кормясь с леса и реки (хлеб и продукцию огородов с редким постоянством выгребали всегда голодные большевики, такая же чехарда творилась с любой домашней скотиной и птицей).

С тех пор дачный мир жил как жил, в общем-то неплохо, временами усыхал, временами расширялся, постепенно исчезали горелые пустыри, улицы поселка обретали названия, а так же столбы, по которым последовательно провели сначала электричество, затем радио и телефон. И все же много переживший поселок несколько отличался от сотен и тысяч таких же по всей стране, отличался какой-то внутренней спайкой, малозаметной со стороны, но ощутимой если смотреть изнутри общностью местных жителей, причем не только тех, кто жил здесь всегда (несколько поколений), но и тех, кто поселился не так давно. Чистки конца 30-х годов и Великая Отечественная Война не очень затронули тихий и самобытный поселок. Ну как не затронули? В 41-м каждый его носивший штаны обитатель, достигший 18 полных лет, ушел на войну, кто-то из них вернулся, другие нет -- в общем как по всей стране. Хотя нет, был один странный случай в 39-ом году: 3 черных воронка полных сотрудников грозной НКВД приехали посреди ночи арестовывать семью одного из достаточно высокопоставленных владельцев дач (сам глава семьи к тому времени уже ''прописался'' на Лубянке ), машины нырнули в переплетение узких улочек... и больше их никто и никогда не видел, как и ни одного из сидевших в них сотрудников всесильной организации. Впрочем возможно это был всего лишь дурацкий, но живучий слух. В свое время в поселке появились и выпавшие из гнезда первых реформ 90-х малиновопиджачные птенцы-выблядки -- наглые, опасные, сверкающие золотом перстней и цепей мудаки на дорогих тачках. Но поселок справился с новой напастью: некоторых переварил и превратил в почти нормальных людей, а большинство вышиб несмотря на всю их крутизну, как десяток лет спустя вышиб дачный кооператив, который попытались организовать воспылавшие любовью к русской глубинке чернявые ребята с ну очень южных гор. Чуть позже точно такой же отлуп получила и скупавшая землю компания, принадлежавшая второй половине любителя пчел и кепок из Москвы. Несколько последних лет со своеобразным местом и вовсе творился довольно странный, но интересный, в чем-то закономерный процесс: когда-то сожравший село дачный поселок постепенно превращался в то что сожрал, и это не могло не радовать мимикрировавших под дачников наследственных жителей того самого давным-давно исчезнувшего села.

По одной из самых старых и скрытых в глубине поселка улочек шагал парень, хотя скорее молодой мужчина, в старой довольно таки потрепанной одежде, на плече у него висела большая позвякивавшая при ходьбе сумка, а в руках он держал тщательно завернутый в полотенце горшочек. Чем-то неуловимым мужчина отличался от привычно ковырявшихся в огородах и во дворах местных жителей, но и на пришельца из Нерезиновой не очень походил. Дачники из настоящих МАСКВИЧЕЙ редко забирались так глубоко в живущий по своим неписанным правилам поселок. Да и зачем? В центре никогда не было ничего для них интересного, ни кабаков, ни магазинов, ни каких-либо памятных мест. Да и чем таким можно было удивить приехавших из самого дорогого города мира ''сверхлюдей''? Ответ довольно прост -- ничем, хотя никто особо и не стремился. К тому же большинство принадлежавших арбатской кости и химкинской крови дач располагались на окраинах поселка, центр же застолбили за собой старожилы, многие из которых не покидали свои старые родовые гнезда даже зимой. Разве что оголтелая ребятня не признавала обычаев, законов и границ, а потому играла, бегала, носилась, шкодила везде и... без проблем возвращалась домой. Женщинам и старикам тоже ничего не угрожало, хотя нет, старикам угрожала... опасность нарваться на таких же любителей поговорить о старых добрых временах, когда трава была зеленей, а девки краше, и намертво зацепившись языками забыть про время. Но вот компаниям молодых ищущих приключений на одно место парней не стоило углубляться в лабиринт улочек -- среди местной пацанвы хватало желающих почесать кулаки, аборигены ревностно охраняли свою территорию от пришлых и легко могли насовать по наглому столичному чавкалу или не столичному и не наглому, но все равно не казенному лицу.

Впрочем все вышеперечисленное не касалось неторопливо идущего мужчины с аппетитно пахнущим горшочком в руках -- недоверчивые местные, в том числе и ражие горячие парни с крепкими кулаками давно уже перевели его в разряд СВОИХ. Для такого к нему отношения было сразу несколько причин. Во-первых, тот кого поселковые жители считали его двоюродным дедом жил, не приезжал на сезон, а постоянно жил в поселке вот уже двадцать с лишним лет, причем не на окраинах в районе новых дач, а в самом центре, когда-то сменив в старом доме-ровеснике самого поселка прожившую в нем без малого сотню лет родственницу. Во-вторых, каждое лето проводивший в поселке мальчик, потом парень, потом мужчина вырос у старожилов на глазах, гонял в футбол с местными пацанами, воровал яблоки, бегал за девчонкой с соседнего двора, устраивал поминки по родному деду, что жил в поселке вместе с братом (так считали жители поселка) не меньше десятка лет до самой своей смерти. В-третьих, сам Юрий, именно так звали мужчину, обладал несколькими очень редкими по нонешним временам качествами: веселым и добрым нравом, золотыми руками и отзывчивым сердцем.

Юрий обогнул глубокую лужу, которую объезжали даже внедорожники и грузовики (а кто не объезжал, потом жалел), цыкнул на возбужденную вкусными запахами соседскую собаку, открыл ногой калитку дома и вошел, сумев не пустить жалобно повизгивающую нахлебницу. Собака возмущенно тявкнула, поскреблась в калитку, а затем разочарованная потрусила по улице прочь. Ну а Юрий прямым ходом направился в дом, желая поскорее пристроить горшочек и сумку, сбросить рабочую одежду и нырнуть под душ, но неожиданно остановился, прислушался, потом и вовсе подошел к невысокому забору, что разделял два соседских двора. За забором вещало радио:

-- Сегодня в 12 часов по Московскому времени бывший мэр Киева, а ныне президент Украины Васисуалий Клычко дал пресс-конференцию всем ведущим западным средствам информации, на которой публично заявил о своей нетрадиционной сексуальной ориентации. Лидеры западных стран, главы ведущих мировых общественных организаций и представители оппозиционно-либеральных кругов Российской Федерации приветствовали столь смелый поступок и выразили ему полную поддержку... -

-- Ну дела-а-а -- совсем Хохляндия отожгла! - ошарашенно подумал Юрий.

Еще более сильной реакция была у двух дедков, которые с комфортом расположились за летним столом под грушей и под чаек с пряниками слушали тот самый старенький, но вполне еще работоспособный приемник. До этого момента пенсионеры наслаждались чайком и хорошей погодой, а тут на них словно вылили ушат говна -- чудесный вечер был испорчен.

-- Огуряло пресноплюй! - сплюнул один из стариков, когда подобрал челюсть (вставную челюсть со стола) и смог внятно говорить. - И что же он в пидары-то подался?! Ведь спортсмен, боксер, красавец, еще и с какой-то американской актрисулькой крутил, я сам ее в телевизоре видел -- гарная дивчина! Ну чего ему не хватало?! Наверняка с головой плохо стало -- это вы москали его довели! - сделал неожиданный вывод старик, вот уже больше полувека не ступавший на родную для себя землю Запорожья, но не зря говорится, ''кровь не водица'' -- душа за родные края болела до сих пор.

-- А мы-то тут причем?! - тут же возмущенно возразил ему второй дедок. - Мы что ли заставляли его свой елдак мужикам в жопу толкать или свою жопу под чужой подставлять!? Так что не замай, не наша вина, хотя у вас всегда москаль виноват: град пошел -- виноват москаль, корова сдохла -- виноват москаль, денег нет -- виноват москаль, в Европу не берут -- виноват москаль, с калганом плохо -- виноват москаль! А в чем мы не виноваты-то?! -

-- Да чего теперь говорить, - расстроенно махнул рукой обладатель запорожских корней, - как конопатый и та б...ть с косой в 4-ом годе к власти пришли, так все и покатилось под откос -- такую страну просрали! Теперь еще и этот, был боксером, мужиком, а стал пидорасом, да ладно бы только стал -- стал и стал и молчал бы в тряпочку, так нет, он пидлюка всю Украину припозорил. Тьфу!- старик сник и будто прибавил пару годков к своим и так немалым летам.

Юрий просто не смог сдержаться и не вмешаться в разговор, весело прокомментировав все услышанное из-за забора:

-- Как ты не понимаешь, дед Потап: Клычко ваш воспринял западные ценности всем сердцем, открыл им всю свою душу и... как оказалось кое-что еще открыл! -

Возившиеся неподалеку с раскуроченной нивой мужики в голос заржали, второй из стариков едва не упал от смеха со скамьи, а тот самый дед Потап погрозил охальнику кулаком:

-- Надрать бы тебе уши, зубоскал, да поздно. -

Тем временем приемник продолжал гундеть: украинский политолог с рыбной фамилией повизгивая от восторга вещал о том, что этот шаг президента несомненно ускорит вступление Украины в Евросоюз и НАТО, где украинцев ждут не дождутся европейские зарплаты, молочные реки, кисельные берега и сколько угодно кружевного белья, причем почему-то старался убедить в этом не жителей своей страны, а жителей чужой и очень обижался, когда его слова подвергали сомнению.

Довольный собственным остроумием Юрий оставил стариков обсуждать новость дня, зашел в дом, пристроил горшок и сумку, сбросил пропотевшие, грязные тряпки и наконец-то нырнул под душ. Затем переоделся в чистое и привычной дорогой потопал в подвал -- не обычный дачный или деревенский подвал, местообитание различных закаток, солений, варений или картошки, а нечто гораздо большее. Сперва он открыл старую рассохшуюся дверь, потом откинул крышку электрощитка. Нет, не щитка, а замаскированной под него сенсорной панели! Отстучал сложный двенадцатизначный код, нажал ввод и... отстучал еще один, но уже всего из пяти знаков -- только после этого щелкнул скрытый внутри двери замок. Юрий не без труда открыл массивную, даже не скрипнувшую дверь и зайдя внутрь закрыл ее за собой. Крепкая, широкая лестница, еще и отгороженная от остального помещения решеткой из стальных прутов, привела его в ярко освещенный панелями дневного света подвал. Последняя преграда -- решетчатая дверь и уже не спрятанный кодовый замок, но прежде чем отстучать код Юрий надел одноразовые бахилы и только тогда вошел в чистый, едва ли не стерильный подвал.

Вдоль одной из стен довольно таки обширного подвала стояли десятки системных блоков, разнообразных модулей, экранов, сканеров и всякой прочей подобной фигни, вплоть до принтеров и каких-то совершенно древних агрегатов с лампами вместо микросхем. Все это и суперсовременное оборудование, и супердревнее хламье было подключено друг к другу и работало (гудело, звенело и щелкало). Вторую стену подвала по-братски делили полки с разнообразными инструментами, пара станков для работ по металлу, еще полки с множеством толстых папок с обложками разных цветов или свернутыми в трубочку чертежами, три раскуроченных телевизора, внутри которых не хватало половины содержимого и наконец массивный стальной рабочий стол, над которым снова полки с инструментами или буквально ломящимися от закладок книгами технического содержания, на столе множество деталей и вскрытый системный блок. Две капсулы виртуальной реальности вольготно расположились вдоль третьей стены, кроме них шкаф с одеждой, умывальник и небольшая софа, ну еще наполовину заполненная мусорная корзина. В одной из капсул кто-то был. С четвертой стороны все пространство от стены и чуть не до середины подвала занимал здоровенный механизм, похожий то ли на жутко изуродованный самогонный аппарат, то ли на печь, то ли неизвестно на что, аппарат не работал и был качественно укрыт полиэтиленовой пленкой.

Юрий проверил сохранность пленки, ликвидировал небольшой беспорядок на рабочем столе, но системный блок убирать не стал. Потом десяток минут поработал с жутким техногенным монстром, отключил пару системных блоков, пару других наоборот включил, вставил принесенную с собой флешку в порт и только проделав все эти не обременительные, но необходимые дела занял вторую капсулу. На полчаса в подвале вновь воцарилась тишина, только тихонько щелкал, мигал лампами и гудел дюжиной кулеров технический уродец у стены.

Через полчаса капсулы почти одновременно открылись и наружу полезли Юрий и его ''двоюродный дед'' - Семен Никифорович Проводников, на самом деле старинный и лучший друг его настоящего деда. Впрочем Юрий настолько давно был с ним знаком, что и сам начал забывать об очень большой условности их ''родства'' и относился к нему как к самому настоящему деду, особенно после того как умер отец и он переселился сюда на дачу (московскую квартиру захапала всегда гнобившая пасынка мачеха и двое его сводных братьев). Прошло не больше пяти минут и подвал снова опустел -- вернувшиеся в реал ''дед с внучком'' отправились на летнюю веранду вечерять.

-- Кому опять компьютер починил? - немного ворчливо спросил Семен Никифорович у своего ''внука'', кивнув на все еще теплый горшочек на столе.

-- Не компьютер, а спутник, точнее ресивер, - ответил расставлявший тарелки Юрий. - Почти час возился, но зато горшок рождественских (пельмени с гусятиной) и вот эта красота, - жестом фокусника он достал полулитровую банку абрикосового варенья. - Кстати горшочек надо не забыть вернуть, а чинил тете Даше с Буденновской (название улицы). -

-- И зачем тебе такая морока? - Семен Никифорович налил крепкого чая в два высоких стакана, себе по старой привычке плеснул заварки чуть не на палец высотой, а Дмитрию вполовину меньше. - Спутники, компьютеры, телевизоры, недавно Степану и вовсе патефон починил. Зачем? Отвлекает ведь и от работы, и от ПРОЕКТА? -

-- Помогает не потерять навык и прочистить голову, - Юрий поставил на стол розетку с густой деревенской сметаной и воткнутой в нее ложкой -- ложка стояла не хуже чем вкопанный в землю телеграфный столб. - Интересно покопаться в разном железе как нашем, так и в забугорном, бывает удается забавное техническое решение подсмотреть, и мне приятно, и людям польза. -

Юрий освободил горловину горшочка от тряпок -- по веранде, да и по всему дому и немаленькому двору поплыли изумительные запахи, а оба собеседника не сговариваясь сглотнули слюну...

-- Да уж, - через некоторое время протянул Семен Никифорович, тяжело, но довольно отваливаясь от стола. - Такую прелесть ни в каком магазине не купишь и в ресторане не закажешь. -

-- Вкуснота!- с полным ртом согласился ''внук'', едва не проглатывая язык вместе с пельменем. - Еще одна причина -- полчаса-час возни и такая радость желудка. Вам положить еще? -

-- Хотелось бы, - хозяин дачи с легко читаемым на лице сожалением посмотрел на не более чем на треть опустевший горшочек, - но нет -- годы не те -- буду так жрать, два следующие года не протяну, а протянуть надо. Лучше пододвинь-ка мне варенья, посмотрим чего там Дарья наваяла. -

-- А я еще полстолько жахну, - не пожалел себя Юрий, выполняя просьбу ''деда''. - Вы правы -- пельмени атас (!), особенно под такую зачетную сметанку, и на завтра осталось. -

Вскоре молодой-здоровый добил план по пельменям и присоединился к дегустации вкуснейшего варенья под ароматный чаек, очень особенный чаек, на всей планете Земля позволить себе такой чай могли лишь двое жильцов старой дачи под Москвой, ну и те немногие, кому они отщипнули от щедрот.

Темнело, стрекотали сверчки, а кричащие кровожадные звери с длинными тонкими носами начинали охоту на людей. Но обитатели веранды совершенно не боялись жаждущих крови монстров -- похожий на телевизионную антенну самодельный прибор гораздо лучше любых импортных средств отгонял кровожадных тварей. Так что ''родственнички'' могли спокойно наслаждаться прекрасным чаем, вкуснейшим вареньем и беседой, а комары, вернее их самки, в бессильной злобе орали где-то вдалеке.

-- Так что там насчет ''Миллиона Путей''? - Семен Никифорович имел в виду недавно выброшенную на рынок новинку: главный конкурент ''Основы'' американо-китайская корпорация ''Континент Воображения'' наконец-то сделала ход и представила на суд общественности свой продукт. Причем ''Воображенцы'' не стали прямо конкурировать с ''Основой'' на фэнтезийном поле, а предпочли застолбить за собой космическую тематику -- давно ожидаемой и главное востребованной фанатами космоса новинке предрекали бешеный успех.

-- ''Воображенцы'' обосрались по полной -- с такой помпой выбросили на рынок абсолютно сырую вещь. Интернет еще не кипит, но уже закипает, день-два взорвется -- фанаты косморубилова в ярости, особенно те, кто успел поиграть в Серединный мир. Мне больше всего запомнился один ржачный комментарий: там один из разочарованных выдал, что ''Миллион Путей'' после ''Серединного мира'' как секс в трех надетых друг на друга презиках после нормального траха голяком. -

-- Значит качество их матриц хуже? - уловил основное и сделал сам собой напрашивавшийся вывод Семен Никифорович.

-- По видимому. Говорю же все сыро-сыро, да еще они с капсулами налажали, не так как ''Основа'' в начале -- никакого дефицита, но их оригинальные капсулы вызывают еще больше гневных коментов чем их вирт-мир -- очень сложные в эксплуатации, особенно в домашних условиях. Мне тут одна ''птичка'' из нашего финансового отдела нашептала, что из всех купленных по предзаказу и проданных за неделю капсул чуть ли не треть гикнулись, а ведь гарантийный срок три месяца. Вы представляете всего за неделю рекламация 30% товара?! ''Воображенцам'' конец -- после такого не подняться, думаю месяца через два их компания объявит себя банкротом, а их активы, акции и все остальное пойдет с молотка. Может ''Основа'' и купит -- у нас в отличие от них дела лучше некуда, устойчивый рост каждый квартал. -

-- А как на этот счет у самой ''Основы'', помнишь ты рассказывал мене о похожем проекте про космос и еще об одном для любителей ''сладкого''?

-- Теперь это один проект -- космо-симулятор и сексодром решили объединить, заодно присобачили туда проект для любителей робинзонад на необитаемых планетах, ну это всякая инопланетная флора-фауна, заброшенные города инопланетных рас или даже гигантские космические станции, покинутые своими владельцами, и все в том же духе. Но там пока глухо -- месяц назад пришлось чуть не по новой всю работу начинать, не по тех-части -- там все нормально, а по созданию самого мира, вот там действительно тушите свет!. -

-- Почему? -

-- Да главный фантаст, по мотивам произведений которого и создавался мир, неожиданно припух -- ни с того, ни с сего выставил несколько невыполнимых условий, а когда с ним попытались их обсудить, с чего-то заистерил, прервал все контакты и отозвал разрешение на использование его идей. Теперь общается с ''Основой'' только через адвокатов, еще и аванс зажал. -

-- А что хотел? -

-- Больше денег, хотя за его подернутый пылью мир Далекой-Далекой итак платили совершенно дикие бабки, а еще чтобы ''Основа'' продала 25% своих акций указанным им американским компаниям. Но свет клином не сошелся -- вовсю идут переговоры с Лукьяненко -- дурной американец еще локти будет кусать что закобенился и упустил такие деньги и славу. Жаль только проделанной работы -- чуть ли не все наработанное за год придется спустить в унитаз. ''Основа'' готовит иск за нарушение контракта и упущенную выгоду, но делу это не поможет. -

-- И когда теперь? -

-- Год, больше года, скорее полтора. Но даже если и год, то нам все равно не успеть создать там такую же силу как Драконы в Серединном мире, да и бросать Дримма, Туллиндэ и других второшансников не охота -- некрасиво и подло. -

-- Знаю, самому не хочется, - покивал Семен Никифорович.

Некоторое время погруженные в мысли собеседники молчали, прихлебывая чай, первым встряхнулся не по возрасту бодрый старик :

-- Ладно! - Семен Никифорович допил последний глоток драгоценного чая и решительно отставил стакан. - Значит все остается в силе -- эльфы, грифоны, магия, а не бластеры, роботы, космические корабли -- прекрасно, сосредоточимся на том что есть! -

Вскоре освобожденный от посуды стол оккупировали, буквально похоронили под собой открытые справочники, энциклопедии и атласы, а также два включенных в сеть ноутбука. Юрий и Семен Никифорович не первый и даже не десятый раз занимались подобной работой, о чем красноречиво свидетельствовали многочисленные закладки и еще более многочисленные карандашные пометки на полях бумажных источников. Вот и сейчас атласы чиркал безжалостный карандаш, а в интернет отправлялись десятки запросов, ну а если всемирная паутина не могла дать ответ, то в дело шли заслуженные, еще советских годов справочники и энциклопедии. Прошло несколько часов напряженной, прерываемой лишь короткими репликами работы, и ночь окончательно вступила в свои законные права, а увлеченная работой парочка все также сидела на веранде и все также терзала бумагу и интернет, из изменений -- включенный под потолком веранды свет и вновь появившийся на столе чай.

-- Больше недели возимся, пора бы уже остановиться, - Юрий со вздохом отвалился от стола и повел-размял сведенными от долгого сидения плечами.

-- На чем?! - Семен Никифорович раздраженно бросил карандаш на стол. - Подходящего места так и не нашли! Такое ощущение, что к 80-ым годам (20-ого века) всю Сибирь исходили вдоль и поперек и Западную, и Восточную! Особенно нам подгадили геологи -- куда не ткнись, какое место не возьми была экспедиция, а чаще всего и не одна! -

-- Ну насчет геологов я бы не особо волновался, - расплылся в улыбке Юрий.

-- Почему? - нахмурился Семен Никифорович, с подозрением глядя на лыбившегося парня, а тот стрелял чертенятами из глаз и кусал губы, еле сдерживая рвущийся наружу смех.

-- Как когда-то сказал вице-спикер нашей думы (Юрий изменил голос, подделываясь под другого человека): ''Геологические партии -- самый рассадник гомосексуализма. Однозначно! ''. Так что педики-геологи больше смотрят на жопы друг друга, а не по сторонам! - закончил Юрий и заразительно заржал.

-- Смотри не ляпни такое при Морнэмире, - предупредил его Семен Никифорович, но против воли и сам улыбнулся.

-- Действительно пора определиться, - все еще похохатывающий Юрий вновь придвинулся к столу и долил кипятка в свой стакан. - Идеала все равно не найти -- такого места, где людей ВООБЩЕ никогда не бывало, просто нет -- не геологи, так нефтяники, газовики и всякие прочие буровики, а еще археологи, этнографы, старатели, туристы, плюс еще местные, староверы, просто охотники. Одна надежда, что в начале 19-ого (века) или в конце 18-ого разного народа шляется все же поменьше, а дальше как повезет. -

-- Два века, - Семен Никифорович будто попробовал сказанное на вкус. - Прожить два века и никому не попасться на глаза -- такое вообще возможно? -

-- В Центральной России вряд ли, а там тайга, тундра, болота -- мало людей, огромные пространства, трудно доступные места. Весь народ что там шляется, именно шляется, а не обыскивает местность или целенаправленно кого-то выслеживает. -

-- Охотники из местных? Какие-нибудь буряты или эвенки, они-то как раз ищут и пусть совершенно случайно, но вполне могут встать на след. -

-- Значит им не повезет. Сомневаюсь, что исчезновение 1-2, 5-10, пусть даже 20-ти тунгусов в тайге как-то радикально повлияет на будущее. Да и вообще всякие исторически значимые личности по таким местам не шляются, разве что Сталина или какого другого революционера прибьет, когда те будут дергать из ссылки, но тут вероятность один на миллион. И вообще таким беглецам не до поисков чьих-то следов -- свои бы ноги унести. -

-- Погоня? -

-- Да какая там погоня?! Кто за ними гонялся?! Насколько я знаю все революционеры жили там как на курорте: на охоту ходили, с бабами развлекались, отъедались, самообразовывались, книжки писали -- рай да и только! А когда нужно, уходили без каких-либо проблем. Сталин вон вообще вы..ал пол Сибири -- чуть не в каждой деревне там сидит хотя бы один утверждающий что он его сын старик! -

-- Два века, - снова повторился Семен Никифорович. - Самые тяжелые периоды -- Гражданская война и освоение Сибири после Отечественной. -

-- Не согласен, - возразил Юрий. - Во время Гражданской все основные события раскручивались рядом с железными дорогами и крупными судоходными реками, исследовательские экспедиции не отправлялись, освоением земель никто не занимался, даже местные не очень далеко уходили от тогдашних центров цивилизации -- их к тому времени уже хорошо подсадили на табак, патроны, стальные изделия и прочее. Ну а те, кто придет после Отечественной, в большинстве своем глубоко городские люди и совершенно не знают тайги -- опытный лесовик спрячется от них без проблем. -

Семен Никифорович задумчиво отхлебнул чаю и вынужден был признать правоту молодого собеседника:

-- Может быть ты и прав. - И тут же вновь как заклинание повторил: - Но все-таки два века, целых ДВА века! Одна случайная пуля или какой-нибудь несчастный случай, природный катаклизм, лесной пожар и все -- с сундуком было легче, а тут живое существо: ему нужно есть, пить, спать. -

-- Тут уж как карты лягут, - с видом фаталиста пожал плечами Юрий. - Если кто и справится, то это Дядины ''Приносящие рассвет''. -

-- Да, - согласился Семен Никифорович, - серьезные ребята, пускай на вид соплей перешибешь. -

-- Точно. Если они в полном или хотя бы половинном объеме сохранят свои возможности, то местным вообще нечего ловить -- я ведь не для красного словца про 20 тунгусов ввернул -- завалит и больше, хоть с огнестрелом, хоть без. Но всякие подобные подвиги понадобятся только в том случае, если не будет магии, а если БУДЕТ, то никакие тунгусы, буряты и прочие урзалы его никогда и ни за что не найдут! -

-- Как будешь изымать заготовку из вирт-мира? Не боишься, что твое вмешательство обнаружат? - старый ученый несколько вильнул в сторону, хотя и остался в общей канве обсуждения будущего эксперимента.

-- Да не должны, - Юрий отхлебнул большой глоток и чуть сморщился -- слишком много разговоров, вот чай и подостыл. - Каждый день в Серединном мире гибнут сотни тысяч, миллионы, десятки миллионов заготовок, про неписей я и не говорю. Нет, не должны спалить -- как только я устроился на работу, то тут же начал копать на предмет безопасного изъятия матрицы, ну для основного переноса, а изъять одного единственного заготовку это просто ерунда. Только сделать все надо быстро -- 3-4 дня и матрица начнет повреждаться. Кстати, когда будем проводить БОЛЬШОЙ эксперимент, точно также ни в коем случае нельзя тянуть дольше трех дней. -

Юрий звенькнул стаканом, через-чур резко поставив его на стол, и не сдержав чувств быстро провел рукой по разложенным на столе бумагам, затем поднял на ученого горящие глаза.

-- Так не терпится побыстрей закончить со всей этой волокитой и перейти к делу! Считай у нас финальная репетиция -- впервые отсылаем в прошлое живое разумное существо! К тому же эксперимент даст нам столько ответов на очень важные вопросы: смогут ли долгоживущие расы жить столько же сколько живут в Серединном мире или по крайней мере подольше обычных людей (?); будет ли действовать магия, настоящая магия, а не природная особенность неразумного насекомого (жука-колдуна) (?); как поведут себя игровые тела в реальном мире, что сохранят, что потеряют (?); будут ли заготовки нам по прежнему верны (?) -- какой из этих вопросов для нас важней даже не возьмусь судить! Каждый из них может радикально изменить всю стратегию подготовки к будущей жизни на Земле. Если заготовка справится, то мы сразу, ЗАРАНЕЕ получим на них ответы -- представляете?! -

-- А если не справится? Умрет от старости, голода, пули, - и Семен Никифорович снова повторился, - мало ли что может произойти за два века? -

-- Тогда мы все-равно нырнем в омут с головой! А разве есть варианты? Лучше такая надежда, чем совсем никакой -- как говорится: быстрей шевели лапками и взбивай сливки в масло! -

-- Верно, - согласился с молодым напарником ученый, заражаясь от него энтузиазмом, а еще как всегда подействовал ралгун в чае, и Семен Никифорович почувствовал прилив сил, как-будто и не было нескольких часов довольно напряженной работы. - Значит расширим рамки: нам нужна территория, где не было приисков, рудников, любых добывающих предприятий, тем более населенных пунктов, военных баз или исправительных лагерей, где не валят лес, нет оживленных туристических маршрутов, заповедников, дорог, крупных рек и газопроводов, ну и не слишком далеко на север -- все-таки нужен лес, а не тундра. Редкие геологические партии, еще более редкие туристы, из тех что любят забираться в самую глушь, допускаются. Всяких местных охотников и староверов, а так же прочих беглецов от цивилизации мы не можем просчитать, так что в этом вопросе придется полагаться на судьбу и подготовку Дядиного заготовки. Пожалуй теперь я с ходу могу назвать десяток таких мест, в конце 18-ого века они и вовсе самая глухая глушь. -

-- У меня тоже найдется несколько вариантов, - в нетерпении скрипнул по полу ножками стула Юрий, пододвигая к себе ноутбук. - Нужно сравнить наши варианты, совпадения сразу отложим, а с остальными давайте сделаем так: вы проверите мои, я проверю ваши, потом обсудим. -

-- Так и сделаем, за работу, - Семен Никифорович одной рукой придвинул к себе второй из ноутбуков, а другой -- самый толстый из атласов, подробнейший атлас Восточной Сибири.

Работа кипела чуть ли не до шести утра, но зато в конце полной трудов ночи осталось всего три варианта -- три местности, три области на теле огромного континента под названием СИБИРЬ. Именно сибирской земле предстояло принять гостя из другого мира -- обретшее реальное тело РАЗУМНОЕ виртуальное существо, а по совместительству еще и путешественника во времени.

Теперь у напарников было что предъявить Главе и клану, но прежде чем закончились слишком затянувшиеся уже далеко не вечерние посиделки, Семен Никифорович поднял еще один весьма и весьма важный вопрос:

-- Что это ты там наобещал Главе и остальным насчет научной и технической информации из реального мира? -

-- А это, - устало потер слипающиеся глаза Юрий. - Когда создавали всякую магию, алхимию, ремесла, то опирались на научные и технические знания Земли. А на что еще опираться? Так вот, у разных групп разработчиков существовали целые библиотеки разнообразной технической и научной информации, именно оттуда они брали примеры для разных книг, свитков и всего прочего. Потом когда Система переработала все в единый бульон, библиотеки стали не нужны и их удалили, но мне пришло в голову, что возможно удалили не все, ведь столько разнообразных коллективов занималось, одной только магией восемь с лишним десятков групп. -

-- И...? -

-- В общем я хорошо полазил по резервным копиям, архивам и мусору (мусорным файлам), - Юрий заразительно зевнул, - ну и не без труда, но нашел то что нужно -- целая библиотека, хотя почему-то на эльфийском языке, да еще подделанное под написанное от руки. Может поэтому и забыли удалить? Правда без истории, географии и астрономии, но зато там есть математика, физика, химия и дальше по списку. Да, никакой художественной литературы тоже нет. - Рассказчик вновь не удержался и зевнул.

-- Велик ли тот список? - Семен Никифорович тоже устал, но старался держаться наравне с молодым напарником.

-- Весьма, я его немного подрихтовал, то есть переделал под матрицу для внедрения в Серединный мир. Кстати, поскольку информация уже в Системе, да еще на эльфийском языке, напрягаться особо не пришлось -- это ведь не чужеродный элемент, а вроде как свое родное. Получилось три с лишним тысячи томов, каждый том метр на метр и чуть не с руку толщиной. -

-- Неплохо. Как и когда думаешь перебросить их в Серединный мир? -

-- Да просто, по уже отработанной схеме: мой кореш, что сидит на игровом аукционе, как обычно выбросит книги в договорное время, а мы их купим. Думаю все обойдется тысячи в две, да даже если и больше, то за такое не жалко. Корешу разумеется придется дополнительно отстегнуть, но тоже не проблема. А когда? Да когда угодно, пускай Глава решает. -

-- Думаю он не будет тянуть, - прозорливо предположил Семен Никифорович (и оказался прав). - Ладно Юр, давай расходится, а то боюсь вскоре тебе в рот не то что муха, а самолет залетит, да и у меня что-то ноги тянет. -

-- Ваша правда -- че-то засиделись мы, на какой пожар спешим не понятно -- времени еще вагон и маленькая тележка. -

Вскоре веранда опустела, а в подвале вновь загорелся свет, впрочем горел он не долго, не больше пары минут -- Тот и Эленандар отправились домой...

Глава 41

Форт-городок спецназа.

Казалось бы не на шутку разогнавшийся маховик гигантской стройки и освоения клановых земель уже ничто не сможет остановить. Но нет, смогло, вернее почти смогло, и в настоящий момент он едва не захлебывался в непомерном напряжении -- разросшийся в последнее время клан готовился выступить в большой поход и тем самым засбоил отлаженный ритм. Засбоил, замедлил, но не остановил: все также строился город, военные городки-форты и замки, модернизировались подземелья, выдавали продукцию мастерские, тянулись дороги, по ним везли грузы, работали шахты и лесопилки, таял город дварфов, а каменоломни выдавали камень -- отлаженный механизм, в который многие члены клана вложили столько сил, времени, таланта, сумел пережить потери без особого вреда для дела. Клан в очередной, который уже раз пожинал плоды своей политики в отношении заготовок -- достаточно опытные, а значит развитые заготовки-ремесленники умудрялись справляться даже при минимальной руководящей роли игроков.

Буквально неделю назад по цитадели и землям клана штормом, бурей, ураганом пронесся Халлон и прочие офицеры его флота -- в очередной раз увеличившийся флот нуждался в магах, офицерах, матросах, мастерах (ремесленниках), бойцах, стрелках, и совершенно не важно кто попадался флотским в силки человек, эльф или орк, заготовка или игрок -- гребли всех, до кого могли дотянуться. В тот раз земли клана лишились многих ремесленников, бойцов и игроков, а значит тем кто остался пришлось впрягаться не только за себя, но и за тех кто ушел и это в весьма напряженное время, когда помимо самого города ЕЩЕ не достроены целых два военных городка и УЖЕ запущен процесс возведения громад Южного и Северного замков! Не удивительно, что все, буквально ВСЕ могло забуксовать (стройки, освоение, производства, другие запущенные процессы). Удивительно, как этого все же не произошло! И вот, два дня назад все началось по новой, и не просто началось, а как бы не в тройном размере...!

Шестьдесят пять, 65% (!) всех игроков клана забирали Дримм и Таурохтар, собираясь по-братски поделить их на два почти равных войска, не меньше 20% были заняты в Южном океане (флот, верфи, разведка), так что в землях клана оставалось не больше 15% игроков. Вроде бы так?! Но нет, не так : многих новичков давно забрали с собой Айсмэн (Галивартан) и Горец (Менелтор), еще сотню игроков брали отправлявшиеся в варварские чащобы Элеммакил и Альдарон, и это не так уж и мало для относительно небольшого клана, плюс какое-то число оттягивали на себя другие предприятия клана, та же резиденция в Узле или торговые посты в Великом лесу. Так что получалось, что в землях клана оставалось 8-9, максимум 10% игроков и соответственно чисто арифметически нагрузка на них возрастала во все те же 10 раз. Впрочем не все так страшно: большинство оставшихся игроков -- ремесленники, на которых и до того держалась львиная часть непосредственно связанных с производствами и строительством дел. А вот в смысле безопасности действительно образовалась гигантская дыра, да и процесс исследования окружавших зону переноса земель приостановился. Да что там, просто замер, благо хотя бы работы по обеспечению границы со степью на время остались позади.

Дела с заготовками обстояли не лучше: из 28 сотен спецназа пять служили на флоте; еще по две входили в состав отрядов Айсмена и Горца; целых пятнадцать, большую часть, выгребли Дримм и Таурохтар; две с кровью выдрали Элеммакил и Альдарон. После безжалостного грабежа на землях клана оставалось две сотни его лучших бойцов, всего какие-то ДВЕ жалкие сотни из ДВАДЦАТИ ВОСЬМИ! Чуть-чуть получше обстояли дела с эльфами-стрелками: из 42-сотен 18 забирали Дримм и Таурохтар, 2 Элеммакил и Альдарон, 8 оттягивал на себя флот, 6 -- занятые ''рекрутированием'' трупаков отряды и еще полсотни дежурили на лесных заставах в Великом лесу. Так что оставшиеся 7 с половиной сотен -- не так уж и мало, хотя нет -- мало, особенно учитывая образовавшийся дефицит спецназа и игроков. 3 из оставшихся сотен -- совсем недавно приобретенные эльфы-стрелки, точнее эльфийки, впрочем это не существенная деталь.

Потеря такого количества эльфов-стрелков отразилась на безопасности клановых земель не меньше, во многом даже больше чем потеря спецназа: во-первых -- число, чисто с арифметической стороны отсутствующих эльфов-стрелков почти в два раза больше чем отсутствующих спецназовцев; во-вторых -- дичь, именно охотничьи партии из эльфов-стрелков добывали 80% мяса (дичины) и лишь 20% добывали игроки (в основном рейнджеры) и проживавшие в окрестностях города Белки; в-третьих -- сбор даров леса, разнообразных трав, ягод, орехов, грибов. И нет, эльфы-стрелки сами не собирали все эти грибы, ягоды и орехи, но зато охраняли партии занятых сбором универсалов -- теперь подобные вылазки пришлось прекратить. Нельзя было сказать, что остававшимся игрокам и заготовкам придется сесть на голодный паек, но дикого мяса и прочих даров леса станет поменьше, а больше конины и всего того, чем когда-то ''поделились'' с Драконами гоблины одноименных гор.

Еще в землях клана оставалась пехота из трех неполных сотен заготовок-пехотинцев и неполная полусотня (44) тяжелолатных кавалеристов, но их традиционно не принимали в расчет, быть может зря. Хотя с другой стороны, пехота не могла как эльфы-стрелки и спецназ разить врагов на расстоянии, а использовать столь тяжелую кавалерию даже для патрулирования дорог все равно что забивать гвозди кувалдой -- можно, но жутко непродуктивно и велик риск сломать как сам несчастный гвоздь, так и то, во что ты его вбиваешь.

В отличие от воинов-заготовок в процентном соотношении численность многих тысяч принадлежавших клану универсалов-ремесленников упала не так уж сильно, но все-равно почти все стройки и производства мгновенно ощутили дефицит ОПЫТНЫХ рабочих рук и даже еще большее число свежекупленных заготовок очень условно закрывало образовавшуюся дыру.

*

Универсалы -- становой хребет всей хозяйственной деятельности клана от обеспечения армии клана на марше и работы в мастерских до любого строительства и практически всех сопутствующих ему и не только ему производств. По идее каждого не заточенного под конкретную деятельность заготовку можно было назвать универсалом, например, здоровенные эльфы, первые, а впоследствии лучшие воины клана, известные как спецназ, ну чем не универсалы(?) -- маги и бойцы, лучники, мечники, рукопашники, неплохие следопыты и неплохие всадники -- универсалы и есть. Тем не менее очень нестандартные эльфы-здоровяки получили имя -- спецназ, а универсалами в клане Красного Дракона называли довольно дорогих заготовок ремесленной направленности, которые пусть и на самом среднем уровне, но владели ВСЕМИ ремесленными профессиями от шитья обуви до постройки кораблей. Подобных заготовок редко покупали -- зачем такие дорогие, да еще и малополезные в бою заготовки обычным игрокам? Им нужно пушечное мясо, бойцы поддержки, шахтеры (добывать руду в захваченных шахтах), кузнецы (плавить добытую руду), игрушки для утех, слуги. Да, слуги -- казалось бы вот она ниша для таких универсалов, но не за ВОСЕМЬ же сотен золотых? Большинство предпочитало что-нибудь подешевле и такая возможность была -- 4, 9, 12, 20, 40 золотых обычно столько готовы были платить и платили игроки. Только кланы, сильные богатые кланы с землями и цитаделями могли бы заинтересоваться такими заготовками и были в состоянии их купить и найти им дело по плечу..., но чаще всего не покупали, предпочитая либо специализированных заготовок под конкретные задачи, либо универсалов, но не таких дорогих, а за 200, 300, ну 400 золотых -- тоже довольно неплохие ремесленники, способные решать немалый круг задач. Из всех кланов Серединного мира лишь Драконы пошли другим путем и нет, когда нужно они использовали специализированных заготовок, но основную ставку сделали на тех, кто в силу по настоящему огромного багажа знаний мог подстроиться под постоянно внедряемые Драконами новинки и в то же самое время стать надежным фундаментом клана во всех не связанных с войной делах.

*

Среди рабочих заготовок были и те, кто практически не ощутил особых изменений -- те самые специализированные заготовки: шахтеры, кузнецы, портнихи, крестьяне (заготовки сельскохозяйственной направленности) и небольшое количество других еще более редких профессий. Никого из них не взяли в поход и они спокойно продолжили заниматься своими обычными делами.

Огромная армия зомби тоже ничуть не уменьшилась в числе, наоборот благодаря щедрым посылкам от Айсмена и Горца ежемесячно росла. К сожалению зомби не могли полностью покрыть нужду в рабочей силе, поправка, в КВАЛИФИЦИРОВАННОЙ рабочей силе: удел неприхотливых и не нуждавшихся в отдыхе и пище зомби это самые простые, можно даже сказать примитивные работы, разумеется все это относилось к массовой штамповке, а не к штучным экземплярам (например, зомби-слуга Халлона), но таковыми и были более 99% клановых зомби.

Пошедшие под руку клана Белки также как и зомби не понесли потерь, а вот сородичи Главы фейри наоборот, и больше полутысячи здоровых крепких мужчин и некоторых женщин пополнили собой вспомогательные войска клана. Разумеется никто не собирался посылать фейри в бой, но вот использовать их навыки в обращении с лошадьми, навыки лесовиков, ремесленников, бывалых путешественников, охотников, почему бы и нет? В конце концов прекрасные лучники-фейри при большой нужде вполне могли бы и поддержать из задних рядов общий залп многочисленных клановых стрелков.

В настоящий момент двухдневная подготовка к походу вступала в заключительную стадию, и это при том что маховик гигантской стройки и освоения клановых земель пусть и со страшным скрипом, но продолжал вертеться. Что же касается отправлявшихся в поход войск, то их сильно выручил уже построенный военный городок -- стал местом общего сбора, позволив воинам не путаться под ногами у строителей и наоборот. Способный принять как минимум десять тысяч бойцов форт легко вместил и разместил всех кто отправлялся в поход, походы, заодно позволив спецназовцам оценить свой будущий дом, а всем остальным им позавидовать.

Вдали от кипящего в преддверии скорого выступления муравейника прогуливались и беседовали двое -- неторопливо шагавшим по кирпичной стене форта Дримму и Альдарону было о чем поговорить...

-- Не слишком мало бойцов берете? - в очередной раз поинтересовался Дримм. - Если что, вам никто не сможет помочь -- мы с Таурохтаром далеко, а в городе не будет свободных сил -- им бы собственную безопасность обеспечить, про то чтобы кому-то помочь и речи не стоит. -

-- Нормально: возьмем слишком много, проявим неуважение к племенам Лесов Заката как к гарантам нашей безопасности, но и силу свою показать тоже нужно, чтобы ни у кого не возникло даже самой призрачной мысли, что нас можно пощипать. Сотня игроков, их мобы-петы, две сотни спецназа, столько же стрелков (эльфов-стрелков), плюс универсалы и фейри -- должно хватить и покрасоваться, и отбиться если что. -

-- Да-а-а, - Дримм оперся руками на парапет и посмотрел в сторону города. - Идея Улиса (Элеммакила) полностью себя оправдала -- мы не только заимели дружественно настроенные к нам племена-буферы на границе наших земель, но и получили доступ на Большое Торжище. -

*

Большое Торжище -- одно из крупнейших на континенте мест обмена и торговли варварских племен. На территории Торжища была запрещена кровная месть и любые конфликты, тот кто нарушал это правило, становился врагом всех участвовавших в Торжище племен, и не только их, но и других страшных и безжалостных сил. Обычно на Торжище не допускались чужаки, а только члены варварских племен, что чтут законы предков. Исключение -- тот за кого поручилось сильное и уважаемое племя, лучше несколько таких племен, еще лучше союз племен. Практически все торгующие с варварами купцы мечтали заиметь такое поручительство, но мало кому из них это удавалось. Вездесущие Теневые гильдии тоже желали бы получить доступ к редким, часто уникальным товарам-- бывало им везло, но крайне нерегулярно. Проводилось Большое Торжище раз в год, каждый раз время и место его жизни изменялись: время от нескольких дней, до 2-3 месяцев, место зависело от воли крайне загадочных устроителей Большого Торжища, тех о ком среди варварских народов не принято говорить даже в кругу семьи.

*

-- Ну я бы не был столь категоричен, - Альдарон попытался поумерить восторги Главы, - дело-то еще не сделано, вернее не до конца сделано, да и дети -- конечно хорошо, и репутацию у варваров мы подняли, но я не стал бы рассчитывать на то, что эти племена вступятся за нас, если их соседи пойдут на нас набегом, если хотя бы предупредят и сами не будут участвовать, то и то хлеб. -

-- Как всегда и со всеми, - пожал плечами Дримм, - перефразируя: ''лучшие и самые верные союзники ЛЮБОГО государства это его армия и флот''. От варваров нам нужна не защита, а спокойная и предсказуемая граница -- сомневаюсь, что живущие далеко племена из мощных захотят переться черте-куда ради всего одного не самого большого города, да еще набитого не жирными купцами, а ''кусачими'' воинами и магами. Нет, главная опасность -- местные сильные племена и их союзы, вроде того же союза племен Лесов Заката, теперь, благодаря предложению Элеммакила она решена, а мелочь пузатая нам не страшна, к тому же у нас есть еще один буфер -- территории бывших королевств. -

-- Слабый буфер -- мы сами и вырезали хозяев тех мест. -

-- Какой есть, - пожал плечами Дримм. - Во-первых, разрозненные шайки и банды все-равно не остановили бы более-менее серьезное вторжение, даже не задержали бы. А во-вторых, сотни километров лесных чащоб без всяких бандитов дают нам время подготовиться, а если нас еще и предупредят наши варварские друзья... Меня больше беспокоят орки: недавняя попытка нас прощупать -- первый тревожный звоночек. -

-- Согласен. И в этой связи: разумно ли в такой момент устраивать большой поход? -

-- Так что ж теперь ничем не заниматься, а сидеть и ждать пока не пожалуют орки?! Сколько?! Месяц, два, пять? Может они вообще через год или два соберутся?! -

-- Не пожалеть бы потом. Да и зачем оставлять все дела? Заниматься городом, заниматься Южным океаном, заниматься вином -- разве мало? Походы тоже можно устраивать, но конечно не такие большие как нынешний. -

-- Не буду спорить -- ты прав, но и отменять поход не буду -- поздно. Думаю в самом худшем случае месяц-два у нас есть -- большую орду не так просто собрать, да и по степи она идет довольно медленно. К тому же помнишь, ты сам докладывал, что основные племена континента (племена кочевых орков) стянулись к Парнской империи? -

Альдарон кивнул, но уточнил:

-- Это было еще до попытки нас прощупать, за столько времени много воды утекло. -

-- Верно, но я сильно сомневаюсь, что взявшие хорошую добычу орки сразу ринуться в очередной набег, скорей всего какое-то время будут делить взятый хабар, зализывать раны, пьянствовать, отдыхать -- так что время у нас есть. В любом случае магических гонцов и мои порталы никто не отменял, но я думаю, не понадобится -- максимум три недели и мы дома. -

Некоторое время фейри и эльф сидели на парапете, наслаждаясь последними минутами спокойствия, обоих ожидала дальняя дорога, и вряд ли в ближайшие недели им выпадет возможность вот так вот спокойно посидеть. Однако драгоценное время утекало как вода, и вскоре Дримм и Альдарон продолжили мерить шагами стену и говорить, у них хватало важных, нуждавшихся в обсуждении тем:

-- Какие новости от Ниндзи и Пирожка? Их не спалили случаем? - небрежный тон вопроса, но внимательный, ожидающий взгляд и облегченный вздох, когда Дримм услышал ответ.

-- Тьфу-тьфу, - Альдарон поискал взглядом дерево, чтобы по нему постучать, не нашел и постучал себе по лбу, - справляются покамест: буки так и не поняли что их ведут, спокойно дотопали до дома и сейчас занимаются своими обычными делами. -

-- Ну и...? - фейри подпустил заинтересованности в голос.

-- Ну и пока ничего: слушают, смотрят, следят, ждут ближайшего каравана -- если отправится, то Ниндзя или Пирожок повиснут у него на хвосте, а если вернется, запомнят, кто из бук приволок яйца (яйца грифонов) и точно также проследят, когда он отправится за ними в следующий раз. -

-- Хорошо, - Глава был доволен, - пусть продолжают в том же духе. -

-- Я передам. - Альдарон на мгновение запнулся, а потом все же высказал накипевшее: - Мне по прежнему кажется, что зря мы все это затеяли -- можем сильно поссориться с буками. И главное из-за чего? ''Я думаю буки приносят на продажу гораздо меньше грифоньих яиц чем могли бы'', - процитировал Вара Альдарон. - Одни догадки и ощущения. А если буки срисуют наших, как мы это им объясним? -

-- Просто: скажем что наши молодые лазутчики решили показать свою лихость и проверить умения. Вар рассказывал, у бук есть похожий обычай, когда их молодежь старается пробраться на территорию чужого поселения и в качестве доказательства своей лихости прихватить все что плохо лежит. -

-- А словят? - всегда любознательный Альдарон не мог не поинтересоваться судьбой попавшейся на горячем молодежи.

-- Это называется -- не повезло, - уголки губ фейри слегка дернулись вверх,- если попавшемуся молодцу просто не повезло, то рабство, а если не повезло в квадрате, день неудачный или вообще по жизни не везет, то жители поселения побалуются молодым, полным адреналина и тестестерона мясцом -- естественный отбор во всей красе! -

-- Каннибалы...! - скривился Альдарон.

Дримм пожал плечами, он давно уже привык к местным заморочкам, да и если на чистоту, Альдарон тоже привык, а кривился больше для порядку.

-- В общем если одиссея Ниндзи и Пирожка закончится неудачей, то мы немного потеряем -- буки не полезут в бутылку, не после Гоблинских гор, а вот если они сумеют выследить бук и Вар окажется прав, то мы сможем резко нарастить численность летунов (всадников на грифонах) -- такая игра стоит свеч! -

-- Заманчиво, - вынужденно согласился Альдарон, - но все равно рискованно, ты прав, в бутылку буки не полезут, но ничего не забудут и нам придется постоянно держать ухо востро. -

-- А мы разве не держим? - Дримм удивленно поднял бровь. - Если бы их совет старейшин увидел, почувствовал хотя бы тень шанса победить, буки напали бы в тот же момент -- гоблины не могут по другому. Но они твердо знают, что им не победить ни при каких раскладах, потому и не лезут, и не полезут. -

Вновь Альдарон вынужден был согласиться с аргументами Главы, тем более он и сам прекрасно понимал, насколько усилиться клан, если очень уж неторопливый рост обладателей крылатых маунтов ускорится хотя бы раза в два, а если в три, четыре, пять? Так можно и весь клан посадить на крылатых скакунов! Впрочем -- мечты-мечты, где ваша сладость!?

-- Как наши болотные дела? - вновь спрашивал Глава, и вновь легкомысленно-небрежный тон и внимательный взгляд. Клан Красных Драконов ничего не забыл и не простил предавшему их когда-то королю Синих болот и не спеша готовил ответный удар и не просто удар, а удар по самому больному месту правителя воюющей державы... по кошельку! Зря, очень зря болотные гоблины зажали причитавшийся Драконам процент -- Драконы собирались взять свое как минимум на сотню лет вперед, причем не серебром, а золотом...!

-- Дела идут не то чтобы быстро, но идут, - несколько неопределенно ответил задумавшийся о чем-то другом Альдарон, но вскоре эльф собрался, отбросил посторонние мысли и представил Главе более развернутый доклад: - Твои старые знакомцы действуют наверняка и подгонять их не стоит -- в Синих болотах сейчас раздрай и беспорядок: король, королевский двор, королевская гвардия и все сильнейшие воины и шаманы сейчас воюют в горах (Гоблинских горах), но если королевский дворец и стали охранять хуже, то совсем не намного и разумеется лучше всего охраняют сокровищницу. Потом, вокруг дворца город со всеми ''прелестями'' военной поры: днем -- улей, по ночам -- комендантский час, усиленные патрули, заставы на перекрестках, некоторые части города перекрываются магическими стенами, в том числе все улицы вокруг дворца. -

*

''Старые знакомцы'' -- Миллирон и Ленаркил, двоюродные братья в реальности и ВОРЫ в Серединном мире. Когда-то еще до официальной регистрации клана Красного Дракона их дорожки пересеклись, и братья хорошо поработали на клан (остров Сирены). Прошло время, братья закончили обучение у мастера вора, приобрели репутацию как в Гильдии Воров, так и в среде игроков, изрядно выросли в уровне, взяли второй класс МАГ, но развивали его только в той степени, чтобы усилить свой основной класс (ВОР). И вот спустя более чем два года дороги клана и теперь уже опытных и авторитетных воров вновь пересеклись.

*

-- Подземелья? - подал идею Дримм и пролетел.

-- Город построен на болоте, так что какие там подземелья -- смех один. Братья просят больше времени, говорят дело оказалось сложнее чем они думали. -

-- Неужели цену себе набивают?! - неприятно удивился Дримм. - Они итак работают с трети, С ТРЕТИ! А ведь мы доставили их на место, снабдили довольно подробной информацией, снабдили амулетами и зельями, такими амулетами и такими зельями каких им без нас и не понюхать! А портальный свиток!? Им ведь только не наделав шума проникнуть в сокровищницу и открыть портал, а потом мы сами все перенесем и прикроем их если что -- делов-то! - не на шутку завелся Глава.

-- Нет-нет-нет, - Альдорон наконец-то сумел вклинится в гневный монолог. - О деньгах речь не идет. Ребята лишь просят дополнительное время -- хотят сделать все красиво и без кровопускания в конце, чтобы зеленые однажды утром открыли сокровищницу, а там шаром покати. И еще, после дела они хотят поговорить о вступлении в клан. -

-- Вот значит как, - несколько успокоился Дримм. - Желают убить двух зайцев одним выстрелом: хорошо заработать и произвести впечатление на будущих соклановцев, ну что ж уважаю -- сам такой. Что думает о них Ватсон (Муллкорх)? -

*

Из всех членов клана Муллкорх общался с братьями больше всех, выступая в роли их куратора и проводника через полный опасностей Великий лес.

*

-- Говорит -- хорошие ребята, хоть и хитрые. - Неплохая даже лестная оценка для тех кто выбрал класс -- ВОР.

-- Ты как думаешь? -

-- Посмотрим как сделают дело, но мнению Ватсона я доверяю. -

С фейри связалась Василиса и сообщила, что отряд Элеммакила построен на плацу, ждут только Альдарона, ну и самого Дримма, для того чтобы тот открыл временный портал. Собеседники ускорили шаг, пытаясь успеть на ходу обсудить еще одну тему: на этот раз на повестке стоял не виртуал, а самый что не на есть реал -- весьма важный, можно сказать судьбоносный вопрос, от разрешения которого зависела не только судьба клана, но и, если копнуть глубже, судьба планеты под названием Земля...

-- Вы уже определились с нашим американским ''другом''? - Дримм даже не пытался скрыть искренний интерес, да и быстрая, на грани бега ходьба не способствовала таким играм.

-- Да, ясность есть: его не заслали и он ни на кого не работает -- обычный великовозрастный лоботряс с уймой свободного времени. Это точно на 90%, - все же подстраховался Альдарон, хотя сам был уверен на все сто, но по давней привычке оставлял 10% зазор на случай всегда возможной ошибки.

-- Когда и как? - Глава клана не собирался перекладывать ответственность на кого-либо другого и задавая два этих вопроса фактически давал добро на то что нужно было сделать.

-- Как можно скорей, каждый день это риск, что кто-нибудь проболтается или он сам случайно услышит не предназначенный для его ушей разговор. Не стоит особо мудрить, кого-то подставлять или хитроумно путать следы -- все должно быть быстро, внезапно, вдруг -- все концы в воду. Работать под ограбление не стоит, все-равно ни наши, ни американцы не поверят и будут копать, а потому следов просто не должно быть, НИКАКИХ. -

Дримм остановился на вершине ведущей со стены аппарели, остановился и Альдарон.

-- А справитесь? - Глава клана пытливо взглянул в глаза невозмутимого эльфа.

-- Должны -- слишком много от этого зависит. Самый сложный вопрос, кто сделает ДЕЛО в реале. У меня нет людей подходящего возраста и профессии, все кого я знаю в лучшем случае откажутся, а в худшем согласятся, а потом сдадут меня Конторе, те кто не откажется и не сдаст, уже не годятся. Так что либо я, либо Элеммакил, скорей всего Элеммакил -- он по молодости много занимался такими делами, да и помоложе он. -

-- Может кого-нибудь из нашей московской молодежи стоит привлечь: Куэ, Людмилу, Ниэллона, Айсмена, Исилиэль? Тота не предлагаю, ты сам знаешь почему. -

-- Подумаю, но как бы то ни было они будут только на подхвате -- ДЕЛО я им не доверю. -

Глава клана кивнул и качнувшись с пятки на носок быстро зашагал по аппарели вниз, Альдарон последовал за ним.

-- Вот значит зачем ты напросился в поход с Элеммакилом, хочешь по пути прорабатывать акцию, - Глава не спрашивал, а утверждал.

-- Отчасти да, но и Большое Торжище тоже вызывает интерес, я тут поспрашивал, из наших, даже среди тех кто отыгрывает варваров, мало кто его посещал, говорят там можно найти такие штуки, каких больше нет нигде. -

-- Я тоже такое слышал, - согласился Глава, а потом их встретили возмущенные Людмила и Элеммакил: Дримм отправился открывать временный портал, а Альдарон присоединился к своему отряду и вместе со всеми принял благословение жрицы.

Уже после того как вкусивший милости Трооатэны отряд начал втягиваться в открытую пасть портала, Людмила поспешила к Дримму, желая напоследок поговорить с ним не как жрица бога войны, а как правитель города в отсутствие Главы...

-- Опять ты, дедуля, бросаешь меня на хозяйстве! - начала с претензии Людмила. - Я че рыжая!? По справедливости Я должна отправиться в поход, а Таурохтар остаться!Хорошо хоть на этот раз Анариэль оставил, ирод! -

-- Не бухти, - добродушно встретил претензию Дримм, следя глазами и ожидая момента пока в портал пройдут последние бойцы отряда Элеммакила. - Сама знаешь, у тебя получается намного лучше чем у Таурохтара, а в такой сложный момент ему тем более не потянуть -- он конечно будет стараться изо всех сил, но не справится. -

-- А как же справедливость?! - немного по-детски возмутилась Людмила.

-- Кака-така справедливость? - Дримм сделал преувеличено удивленные глаза и улыбнулся. - И вообще чем ты недовольна? Анариэль остается, Морнэмир остается, Светлана заменяет Таурохтара и тоже остается, а ты, внученька, становишься полновластной ''Владычицей морскою''. Наслаждайся! -

-- Мне власть твоя вот где! - Людмила провела ребром ладони по горлу. - За Светлану спасибо, хотя ее пришлось чуть не цепями приковывать -- так рвалась с вами в ''пампасы'', а от Анариэль и Морнэмира сейчас почти никакого толку: первая по уши нырнула в серебро, прямо как самый богатый селезень Даксбурга, ко второму страшно подойти -- бурчит, рычит, глазами зыркает, едва не кусается, да и найти его чтобы подойти -- проблема, как заполошный носится между фортами, замками, заводом (кирпичным), шахтами и болотом (производство стрел). -

-- Ну со Светланой сами разбирайтесь, кто из вас кого цепями приковывает, - отшутился Дримм и уцепился за ее претензию насчет Морнэмира: - Хорошо что носится, значит держит руку на пульсе -- тебе же легче. -

-- А Отличницу (Исилиэль) зачем забрал?! Она ведь хотела остаться!? - продолжила наезжать Людмила.

-- Ей просто необходимо прогуляться. - Дримм проводил взглядом последнего исчезнувшего в мерцающем мареве бойца и взмахом ладони закрыл портал. - А то как Смирнов с Вициным в ''Деловых людях'' (название кинофильма) просто сдрюкнулась бы со своими ''малолетними бандитами''. -

Людмила скривилась, но кивнула, признавая правоту Главы. На плац потекли сперва робкие, но все более и более полноводные ручьи из игроков, заготовок, ведомых табунщиками-фейри лошадей.

-- Отличница может теперь и не сдрюкнется, зато сдрюкнусь я -- мелкие мерзавцы только и ждут чтобы чего-нибудь учудить! Позавчера устроили поджог, пять дней назад пробрались на склад и уволокли 10 мешков орехов... Как только сумели такую тяжесть уволочь?! А потом обожрались ими до кровавого поноса и заворот кишок! Неделю назад устроили массовую драку, а когда заготовки начали их разнимать, воткнули одному щепку в шею, а другому и вовсе нож в спину -- любая колония для малолеток отдыхает! -

-- Да ладно тебе, это все семечки по сравнению с тем, что было хотя бы месяца два тому назад. Ты сама должна помнить! Уверен Дядя справится -- он тот еще Макаренко, не знаю как на счет наказания и рабов, но способной родить хулигана безнаказанности точно не будет -- режим, дисциплина и розги! -

*

(Наказание рождает раба, а безнаказанность -- хулигана. А. С. Макаренко)

*

-- Не переборщил бы, - несколько непоследовательно пожалела ''мелких мерзавцев'' Людмила. - У Дяди сейчас настроение не очень -- ему чуть не до слез жалко Стригу на эксперимент отдавать и я его понимаю: даже если все закончится успешно, Стриге по любому конец -- гикнется вместе со всей Землей. -

-- Да, жалко такого бойца, - согласился Дримм, кивая подходившим Вару и Таурохтару. - Но эксперимент нужно провести как можно скорей -- каждый день на вес золота. Из всех наших заготовок Дядины ''золотые мальчики'' самые лучшие, а из них самый сообразительный -- Стрига, если у кого и есть шанс, так это у него. Купить специального заготовку под миссию? Все равно придется его учить и развивать, а это время и немало. А за детей не волнуйся -- Дядя справится и с собой, и с ними. -

-- Надеюсь, - поджала губы Людмила, - ведь у меня вашими стараниями свой ''Детский сад'' образовался и его на Дядю уже не спихнешь. Вы конечно ловко свалили, прям по поговорке всунули мне тысячи ''младенчиков'' и бежать, а мне теперь с ними валандайся и это при такой нехватке людей. -

-- Говоришь будто тебе им всем соски в рот совать и подгузники менять, - подошедший Вар прокомментировал ее последние слова. - Ну заготовки, ну молодые, ну много, ну и что? Раз, два и обтешутся -- как всегда бывало! -

Таурохтар промолчал -- чувствовал свою вину перед остающейся паладиншей.

-- Тебе легко говорить, - не очень дружелюбно посмотрела на полуорка Людмила, - вся маята достанется мне, а вы потом придете на готовенькое. -

Ни Вар, ни Дримм, ни тем более виновато смотревший на нее Таурохтар не решились возразить -- по большому счету Людмила была права. Вскоре Вар и Таурохтар убежали наводить порядок среди массы войск и лошадей, а также распределять очередность при прохождении портала, ну а Людмила вновь вернулась к теме будущего эксперимента и личности ''подопытного кролика'':

-- Вот кто может реально сойти с ума, так это Стрига. Ты только представь: больше двух веков в полном одиночестве, все время ныкаясь по лесам. Даже если он выживет, то к тому времени крыша может настолько съехать, что он пристукнет Тота, когда он за ним придет! А что -- вполне реальный вариант, или он еще раньше с ума сойдет и рванет радикально менять историю, то есть мочить всех вокруг! Может все же заслать группу, скажем всю группу Дяди в полном составе и полдесятка-десяток спецназовцев или эльфов-стрелков? Они хоть поговорить друг с другом смогут, и в смысле страховки от случайной смерти станет полегче. -

Дримм не смог сдержать смешка, хорошо хоть не заржал что твой конь:

-- А что мелочиться, давай тогда сотню пошлем -- вот они наговорятся! Заодно в футбол смогут поиграть, аж на девять команд хватит, даже с судьей -- целый чемпионат! - почти с серьезным видом предложил Дримм. Людмила насупилась после его слов, а Дримм уже серьезно спросил: - Ты что, действительно не понимаешь насколько каждый дополнительный заготовка повышает риск провала?! -

-- Да все я понимаю, только ведь мы совсем не знаем, даже не можем предположить, что выйдет из заготовки через два века -- вон как самые старые из них изменились всего за год-два, а тут 200 с лишним лет. -

-- И как то что мы отправим несколько вместо одного изменит ситуацию? Те же самые 200 лет -- сойдут с ума все вместе и хорошо если перебьют друг друга -- самый лучший вариант. Худший -- пойдут убивать, и три, пять, десять это не один -- могут наворотить дел, вплоть до радикального изменения истории. Нам это надо? Нет. Положимся на верность заготовок -- пока что у нас не было повода в ней сомневаться. -

-- Пока что..., - неохотно согласилась Людмила, но осталась при своем мнении.

Тем временем вокруг занятых беседой Дримма и Людмилы собрался почти весь высший командный состав армии и те кто оставался на хозяйстве. Главу и жрицу не торопили -- тем кто уходил и тем кто оставался тоже было о чем поговорить: вот Вар и Таурохтар общаются со Светланой, рядом Туллиндэ дает последние указания Шутнику, а вот Айнон что-то надиктовывает своему заместителю-друиду, и тот аккуратно, но быстро записывает слова шефа в большую красную тетрадь.

Неожиданно раздались крики, и часть плаца шарахнулась в стороны, порождая расширявшиеся круги из отдавленных ног, ругани и толкотни, где-то тревожно заржали лошади, а на освободившееся пространство с шумом грохнулся огромный как дом Ворошилов с Дочкой и Послушным на спине, через пару минут прилетел и добравшийся своим ходом Дар. Дримм покачал головой на очередной выкрутас шебутной питомицы (а кто еще мог такое придумать и подбить остальных?), но ничего не сказал, оставив разборки на потом, ну а пока его вниманием полностью завладела Людмила. Впрочем Дочка итак отгребла со всех сторон, что однако ничуть не повлияло на ее прекрасное настроение, наоборот красноволосая оторва буквально купалась в потоке чистых и ярких эмоций, заодно пополняя свой словарный запас смачными выражениями.

-- Плохо что нельзя отложить поход на пару дней. - Людмила оглядела забитый и гомонящий на тысячу голосов плац, улыбнулась, глядя на весело отбрехивающуюся Василису, и повторилась: - Да, жалко. Всего два дня и будет готов второй форт -- приняли бы, и тогда с чистой совестью в поход. -

-- А в чем проблема? - не понял Дримм. - Ты и примешь, по прошлому ты знаешь, куда смотреть и что спрашивать, для солидности можешь позвать Анариэль, Светлану, Шутника, еще кого-нибудь, флотских например, Робокоп вообще всегда на верфи -- его позови. Хотя сомневаюсь, что с фортом будут какие-то проблемы, вряд ли Морнэмир нахалтурил или перевел строительные фонды на местные Багамы, да и мы, - Дримм оглядел полный вооруженного народу плац, - совсем не похожи на дольщиков. -

Рассмеявшаяся Людмила оценила и поддержала шутку:

-- Этт точно! Если бы вороватые застройщики на Земле увидели эти рожи, клыки, клинки, доспехи, то никогда не решились бы сдристнуть с деньгами -- такие найдут на любых Багамах, Канарах, Мальтах и прочих Швейцариях с Кипрами, найдут и вместе с деньгами душу через жопу вытрясут! -

Перед смертью не надышишься, так что вскоре Главе и жрице-паладинше пришлось закончить разговор. Дримм вместе с руководством армии встал в первых рядах, ожидая благословения от бога войны, а Людмила вместе с жрецами-заготовками и такими же прислужниками готовила то самое благословение. Почему ей требовалось время на подготовку и помощь? Ответ довольно прост: одно дело наложить божественный баф на полутысячный отряд, другое -- на более чем семитысячную армию.

На плац почти опустилась тишина, только тихие разговоры меж игроками и искренние молитвы искренне верующих заготовок.

-- Жалко что не вышло заполучить хотя бы еще одного ''Открывающего Пути'', - сокрушался стоявший рядом с Главой Таурохтар, - не пришлось бы делать такие крюки -- сразу бы, без всякой точки сбора, двинули к цели, а потом вернулись бы прямиком сюда. -

-- Да, жалко, - согласился с ним Дримм, - но ничего не попишешь, как уж есть. Так что сделаем как решили -- самый оптимальный вариант: пять дней до озера топаем вместе, находим удобное место для точки сбора, и я устанавливаю портальную метку, потом делимся -- мне до цели дней 10, тебе неделя, если не будет ничего непредвиденного, то меньше, 3-5 дней на чистку каждого из поселений (покинутых поселений древних фейри), после зачистки ты как можно быстрее идешь к точке сбора, а я открою туда портал и жду тебя там, так что не задерживайся, а то брошу твой отряд в джунглях и выбирайтесь как хотите, - с серьезным лицом закончил Дримм, полюбовался на открывшего рот и вытаращившего глаза Таурохтара и с улыбкой произнес: - Шутка! -

Вар и Айнон заржали, Туллиндэ посмеялась в кулачок, Таурохтар сперва насупился, но в конце-концов тоже улыбнулся, машинально поглаживая рогатую голову своего верхового маунта.

Людмила вздела над головой церемониальный жреческий меч и начала произносить слова предварявшей благословение молитвы, ей вторили окружившие плац жрецы, все без исключения заготовки, фейри и даже некоторые игроки. Многие из игроков давно заметили, что если сперва помолиться, благословение дает гораздо больше, да и по времени действует дольше.

-- Боровик (Айнон), ну как там насчет живой стены? Ты посчитал во сколько она нам обойдется? - Глава клана не собирался выгадывать процент, а потому вместо молитв предпочел кое-что обсудить. Речь шла о предложении окружить отдельной живой стеной всю территорию переноса, усилив тем самым безопасность клановых земель как здесь и сейчас, так и в прошлом Земли.

-- Проект весьма масштабный, - издалека начал Айнон, - весьма и весьма -- как ни крути придется тянуть многие десятки километров зеленки (живой стены) и не времянки какой, а постоянной, да еще 20 метров в высоту и 50 в ширину. Учитывая масштаб, это уже не просто живая стена, а цельный лес. -

-- Все верно, - подтвердил Дримм, - тянуть тоненькую нитку не имеет смысла -- даже обычные безмозглые монстры со временем порвут. -

-- Вот, - продолжил Айнон. - Целый лес, огромная самоподдерживающаяся структура -- куча, гора работы, причем не только с самой стеной, но и до того как мы начнем ее растить. Первое и самое легкое: точно разметить территорию, где она встанет, по всей окружности зоны переноса. Второе, уже не такое легкое: закопать на этой территории все овраги, срыть все холмы, разобраться со всеми ручьями и обеими речками, постараться вытащить из земли как можно больше камня, на хрен вырубить все кусты и деревья. Правда можно попытаться встроить кусты и деревья в живую стену, но это лишняя и весьма муторная работа, а ее итак будет хватать, так что лучше вот так вот. Третье: землю не обязательно, но желательно подготовить, вспахать или вскопать, потом удобрить. В Хлебной (название долины) не было проблем со вспашкой -- хорошо обрабатываемая сельскохозяйственная почва, а тут все-таки лес. С удобрениями: в Хлебной мы прикопали сотню порезанных, но живых зеленушек (гоблинов), по полсотни на каждую из стен, и накидали несколько сотен корзин трупного пепла -- противно конечно таким заниматься, но зато ты сам видел, как быстро выросли стены и как потом держались. Здесь не нужно так мараться -- есть прекрасное удобрение -- красная земля, лучше любых гоблинов и надо-то немного. Только закрыв эти вот три пункта можно приступать непосредственно к стене. -

-- Рожай давай быстрей! - поторопил его Вар. - Ледяная (Людмила) сейчас закончит, а ты все мыслью по древу растекаешься. - Действительно Людмила подняла над головой засветившийся белым светом меч, остальные жрецы такие же светящиеся посохи, а над плацем возникло масштабное марево из искр. На всех повеяло грозовой свежестью со вкусом скорого дождя.

-- 3 месяца, - наконец-то выдал друид. - Минимум 3, лучше 4 месяца и только при условии что будут задействованы все друиды клана, частично друидов могут заменить маги, особенно те, кто хорошо продвинулся в Природе и Жизни, но все-равно основное ляжет на нас. Еще нужно много зелий на восстановление и регенерацию маны. Еще охрана, вспомогательный персонал: охрана -- понятно, вспомогательный -- тоже понятно, для того чтобы не отвлекаться на быт. Ну вот примерно и все. -

-- Затратно, - покряхтел задумавшийся Дримм.

-- Еще и ров за стеной копать, - напомнил Вар.

-- Может не нужно рва? - внес предложение Таурохтар. - Такая стена и вправду как настоящий лес. -

Людмила произнесла последние слова и опустила меч, указывая пылающим острием на войско, вслед за ней опустили свои похожие на совни посохи остальные жрецы -- марево из искр опустилось. Каждый из тех кто присутствовал на плацу почувствовал необычайный прилив сил, бодрости, уверенности в себе, все бонусы в доспехах и оружии скакнули вверх, скакнули вверх многие воинские навыки и параметр Жизнь.

-- Ров меня не волнует, - покачал головой Дримм и пояснил: - через полгода мы закончим большинство масштабных строительных работ, для которых пригодны зомби, и больше половины из них, а это десятки тысяч, можно отправить копать ров -- пусть копают хоть до самого переноса. Если увидим что не справляются, поможем заготовками и магией. Ладно, - Дримм встряхнул плечами, - по пути договорим -- пора! - и Глава клана взмахнул ладонью, открывая всеми ожидаемый портал...

Через 25 минут.

Совсем недавно немаленьких размеров плац буквально бурлил, а теперь на него опустилась прямо таки неестественная тишина, особенно заметная после того праздника жизни, что творился несколько минут назад, когда бесконечные вереницы бойцов и лошадей втягивались в мерцающие врата портала. Небольшая группка оставшихся игроков будто бы боялась огромного, пустого, гулкого пространства, а потому они неосознанно жались к друг другу, пытаясь преувеличенно громкими и бодрыми голосами разорвать эту тишину. Но жизнь продолжалась, и вскоре на плацу появились уборщики с тележками прибрать изгадивший плац конский навоз, а игроки поспешно разошлись -- у каждого из них хватало забот. Отправилась по делам и Людмила: ее ждал уже упоминаемый ''Детский сад'' из 6-ти сотен свежекупленных спецназовцев, тысячи таких же эльфов-стрелков (вся тысяча нежного пола) и 2-х тысяч универсалов -- первое, но далеко не последнее дело из множества дел, что ожидали пусть и временную, но полновластную правительницу города и всех клановых земель.

*

Совня -- вид копья.

Глава 42

Граница контролируемых кланом Красного Дракона земель, обширные болота от степи до самых варварских чащоб.

Через двенадцать дней после того как армия клана выступила в очередной большой поход.

Стальной Клинок (Гематоген) -- эльф-рейнджер 87-ого уровня.

-- Ну давай, чего ты жмешься, уродец?! - ругался про себя Гематоген, напряженно ожидая как поведет себя похожая на огромную зубастую жабу тварь. Тварь с явным интересом разглядывала привязанного к металлическому костылю поросенка, но пока не спешила отведать редкого в здешних болотистых краях лакомства. Что касается самого рейнджера, то он уже довольно давно полулежал в невысоких кустах неподалеку, скрытый ото всех маскировочной накидкой и классовым спец-навыком. Благодаря мазям эльфа не беспокоили комары и другие болотные обитатели, но честно говоря, он давно задолбался мокнуть и сохранять полную неподвижность в готовых хрустнуть при любом неловком движении кустах. - Ну чего, чего тебе надо?! - чуть ли не в слух уговаривал монстра Гематоген. - Молодой вкусный пятачок и прямо перед тобой -- жри давай и не кобенься! -

Наконец-то что-то щелкнуло в мозгах -- хищная болотная тварь приняла решение и неторопливо двинулась к небольшому участку поросшей травой суши, на котором жалобно визжал предчувствующий свою незавидную судьбу хрюшкин. Во многом именно визг и спровоцировал монстра, который оказался достаточно умен для того чтобы понимать -- халявы в жизни не бывает! Но восхитительные звуки, упоительный аромат и чудесный вид пробудили инстинкт и усыпили опаску.

-- Ай, молодца! - оживился Гематоген, поудобней перехватывая лук и уже наложенную на тетиву стрелу с бронебойным наконечником, но натягивать тетиву пока не стал -- рано.

Поросенок уже не визжал, а почти человеческим голосом орал от ужаса и, рискуя задушить себя петлей, пытался оборвать веревку или вырвать костыль из земли -- напрасные мечтания, но даже если получится, ему некуда бежать. Огромная рогатая жаба все увереннее загребала лапами, по мере приближения к добыче теряя последние остатки осторожности, из пасти монстра раздавалось предвкушающее урчание, а глаза затопила сладостная муть, как будто тварь уже ощущала вкус нежнейшей свинины на небе.

Вот передние перепончатые лапы возжелавшей полакомиться твари коснулись твердой земли, а вот и вся сочащаяся слизью туша выбралась на сухое из грязной болотной воды. Тварь не отрывала жадного взгляда от бешено бьющегося порося и словно растягивала удовольствие, наслаждалась беспомощностью обреченной жертвы. Все же не стоит приписывать жабе черты разумного существа -- на самом деле хищница подбирала задние лапы и готовилась к финальному прыжку. Подобрала, хорошо утвердилась на земле, страшно рвя когтями дерн, напрягла мышцы, закаменела, пры ...

Гематоген выдал переливчатый свист и в тоже время собрался для рывка! Сигнал не остался без ответа -- десяток стрел вонзились твари в конечности и бока! Безжалостные стрелы не нанесли глубоких ран, по правде говоря, едва-едва пробили не по жабьи прочную шкуру, однако сделали то что должны -- причинили твари сильную, обидную и неожиданную боль!

Болотный монстр забыл про желанную добычу -- взвился вертикально вверх, распахнул пасть в яростном вое, в котором звучала не столько боль от ран, сколько желание отомстить!

Именно этого и ждал Гематоген! Тварь еще висела в воздухе, распахивая необъятное хайло, а рейнджер уже встал на одно колено, одновременно нацеливая лук и натягивая тетиву. Из пасти ударил вой -- отпустил стрелу в полет! И прежде чем стрела достигла цели потянулся за новой!

Рейнджер-эльф-игрок не промахнулся -- специализированная стрела без труда пробила гортань и глубоко вошла туда, где у хищного монстра должен был быть мозг!

Как по щелчку выключателя оборвался вой -- туша тяжело грохнулась в траву.

Поросенок все также бился, не понимая что его обидчик уже мертв, к суше быстро приближались несколько одетых в грязно-зеленые накидки фигур, а неподвижная тварь даже не дергала лапами в агонии. Покинул свою позицию и рейнджер, но стрелу с тетивы не убрал. Несколько секунд Гематоген ждал, не дождался, усмехнулся, поднял руку, подавая сигнал -- фигуры немедленно прекратили свой запрыг по кочкам и застыли в ожидании, у всех в руках луки и готовые к путешествию стрелы на тетивах, каждая вторая фигура не сводит глаз и наконечника стрелы с поверженного монстра, а каждая первая контролирует обстановку вокруг.

-- Неплохо-неплохо, - Гематоген похвалил не мертвую, но исключительно качественно прикинувшуюся мертвой тварь. Хитрая тварь была хороша и могла бы обмануть кого угодно... кроме игрока -- не получивший законных очков рейнджер мгновенно раскусил притворщицу.

Стальной Клинок не торопился: нашел удобную позицию, стряхнул налипшую грязь с сапогов, сменил стрелу на более подходящую, поправил кольцо лучника, примерился, прицелился, с недовольством на лице опустил лук, чуть-чуть сместился влево, нашел опору для ног, легонько встряхнул пальцами правой руки, вновь прицелился... Выстрел!

Новый яростный вой! Откуда только что взялось -- вроде бы ''мертвая'' тварь взвилась со стрелой в глазу не в состоянии поднять пробитое веко и открыть стремительно вытекавший глаз! Несколько минут она билась, ломая засевшие в шкуре стрелы, пыталась ползти к обидчику, рычала-урчала истекающей кровью пастью, бесполезно ковыряла глаз когтями передних лап. Рейнджер ждал, больше не стреляя, но и не снимая очередную стрелу с тетивы, ждали и его спутники-подчиненные. Ну а натерпевшийся страха, полузадушившийся парась ничего не ждал -- обессиленно лежал на траве с закрытыми глазами. Через пять минут монстр дернулся в последний раз и осел, содрогаясь все убывающей дрожью, по воздуху поплыл кисло-пряный аромат. Гематоген убрал стрелу в колчан и подавая сигнал вновь махнул рукой. Игрок получил очки -- живучая, хитрая тварь умерла.

Вами уничтожен ропла-лук (самец).

Награда:

Получены очки

Спец-навык МЕТКИЙ СТРЕЛОК вырос на 3%

Напоминание: вам осталось убить еще 5 ропла-лук для получения достижения.

Напоминание: вам осталось убить еще 5 самцов ропла-лук, чтобы получить достижение.

Напоминание: вам осталось убить еще 45 болотных созданий выше 20-ого уровня для получения навыка ''Гроза болотных монстров 3-его уровня''.

Гематоген сидел рядом с так и не ставшим обедом поросенком и гладил, но не полуобморочного пятачка, а положившего ему на колени голову Ворона (питомца-волка) и читая сообщения с улыбкой смотрел, как дюжина лесных эльфиек потрошат бесполезную в смысле пищи, но ценную как источник алхимических ингредиентов тварь, уже шестую тварь за сегодня. Когти, небольшие рога на голове, некоторые внутренние органы, содержимое желчного пузыря, но главное -- ядовитые железы под кожей, у взрослой твари не меньше пяти, иногда бывало и семь, и больше. За безопасность он не переживал -- еще один лесной эльф, на этот раз мужчина, оккупировал самую высокую кочку на многие сотни метров вокруг и караулил потенциальные угрозы. У рейнджера появилось время отдохнуть и подумать -- эльфийки-заготовки конечно работали шустро, но и тварь была достаточно велика, да еще и прочнейшая шкура плохо поддавалась даже усиленным бонусами специализированным разделочным ножам. Эльф гладил питомца по шерсти и вспоминал события минувших дней, ему было что вспомнить...

Десять дней тому назад его вызвала к себе сменившая Таурохтара Светлана и, огорошив неожиданным заданием, навялила целую сотню только что купленных, а значит суперзеленых заготовок. Суть задания: возглавить сотню новеньких эльфов-стрелков, пардон эльфийек-стрелков, и сменить охранявшую мастерские по производству стрел сотню на болотах. Почему Светлана выбрала его понятно: в клане было не так много тех, у кого получалось хорошо работать с новенькими заготовками, выводя их к оптимуму возможностей и сил, пробуждая разум, и Стальной Клинок как раз был одним из таких игроков, если не лучшим из всех, то в первой десятке точно. Если бы Светлана могла, то навесила бы на него всю тысячу недавно купленных эльфиек-стрелков, однако даже такой умелец как Гематоген не потянул бы больше сотни заготовок-новичков.

По идее Светлана не должна была его привлекать, так как рейнджер вместе с напарником-друидом уже осуществлял особый проект Главы по тестированию новых клановых бойцов, а точнее здоровенных, похожих на очень крупных мастифов псов-заготовок, и этот проект явно был важнее чем банальная раскачка обычных эльфов-стрелков.

Что же можно сказать про потенциальных клановых бойцов? Мощные, матово-черного окраса псы-заготовки породы под названием БАГ, как и питомцы поумнее обычных животных, в частности обычных собак, ну и разумеется, как у всех заготовок, беспрекословное подчинение хозяевам-игрокам.

Та еще работенка -- заготовки-заготовками, подчинение-подчинением, но на первых порах Гематогену с напарником пришлось нелегко: одно дело, пусть и нуждавшиеся во внимании и обучении, но РАЗУМНЫЕ существа, а другое -- пусть умные и преданные, но ЖИВОТНЫЕ. По замыслу Главы сравнительно недорогие псы-заготовки должны были расширить возможности клана и поднять его на новую высоту, не как самостоятельная сила, но как усиление (сопровождение-прикрытие эльфов-стрелков) и как охрана рабочих заготовок, полей, табунов, да и обозов в походе, последнее позволяло высвободить от подобной рутины многих спецназовцев и эльфов-стрелков. Впрочем и в настоящем бою сотня таких вот огромных, размером со взрослого пони, собак -- немалое подспорье, особенно с учетом того, что клан граничит со степью, а другое название породы собак-заготовок звучало как ''убийцы лошадей'', да и варга такой вот здоровенный и свирепый пес пусть и не победит, но точно задержит, отвлечет, нанесет много опасных ран (кстати как и с любым другим крупным животным от волка до медведя или какого-либо монстра, обычного волка вообще задерет только так, а два-три громадных пса справятся и с медведем). Да, сложностей было много и первое время и потом, однако великолепный результат искупал все -- четыре кобелька и четыре суки показали себя хорошо и оправдали надежды Главы.

В процессе обучения Гематоген сильно привязался к псам, а они к нему, рейнджер даже не возражал, когда напарник-друид отпросился в поход вместе с войском и оставил его одного. В общем-то друид был уже не нужен -- с псами Гематоген прекрасно ладил и без него. Что же касается задания Главы, то оставалось только написать отчет, подучить псов паре трюков, может быть к своему удовольствию и с пользой погулять-поохотится в лесах или устроить четвероногим заготовкам что-то вроде практики при многочисленных клановых табунах. Именно такими веселыми и в то же время полезными делами собирался заняться Гематоген, но не судьба -- его вызвала Светлана.

Как уже исполнявший поручение Главы он имел право отказаться от задания, однако не стал -- надо, так надо -- в землях клана осталось слишком мало людей (членов клана) и филонить, пусть на законных основаниях -- позор. Да к тому же ему давно хотелось посмотреть на болотную страну, о красоте которой все уши прожужжали те, кто успел там уже побывать. Его не особо смущал пол новых подчиненных. Девчонки и девчонки, ну и что? Обычные заготовки: умеют стрелять, умеют ходить по лесу, слушаются приказов -- что еще нужно? Не слишком интересовали и всякие глупости, про которые с таким смаком рассказывали другие игроки. А вот с числом его новых подчиненных все было наоборот и Гематогену, хотя он этого не любил и не умел, пришлось вступить в жестокую бескомпромиссную борьбу со Светланой, пытаясь выбить у нее себе подмогу из игроков или тех же заготовок, но опытных заготовок, лучше спецназовцев.

*

Да, в распоряжении оставленной на хозяйстве Людмилы осталось всего две сотни спецназа, но это первая и вторая сотни -- гвардия из самых лучших бойцов и кадровый резерв десятников для новосоздаваемых сотен.

*

Обидно, но губу пришлось закатать -- Светлана легла костьми, но опытных спецназовцев не дала (неопытных бери сколько хочешь), итак обе сотни практически прекратили существовать, раздерганные куда только можно и нельзя. С опытными эльфами-стрелками творилась похожая чехарда, и в качестве помощи Светлана попыталась всучить ему десяток эльфиек, разве что возрастом в неполный месяц, а не в несколько часов. Но тут уж лег костьми Стальной Клинок: нужда -- великий учитель, и он сумел засунуть в задницу свою обычную неуверенность и нежелание вступать в конфликт и чуть ли не со скандалом выдрал десяток полугодовалых стрелков (эльфов-стрелков), взял и одномесячных дам -- хоть и дополнительная морока, но все же лишними не будут.

От Светланы он вышел красным как после бани и первым делом напился из ближайшей бочки с питьевой водой, заодно остудил кипевшие мозги вылитой на голову кружкой, затем немного полупил стену здания ногами, побросал в нее нож, высказал стене все что накипело, успокоился и направился в свое жилье.

Практически постоянное жилье, в котором он кантовался весь последний месяц -- барак в одном из фортов, вернее половина барака, которую отдали ему с напарником и псам, а учитывая что барак был рассчитан на проживание в нем двух сотен человек, то просто шикарные хоромы для восьми псов, волка-питомца и одного игрока. Да, именно одного -- несмотря на класс напарник-друид не любил запах псарни и жил в другом месте. Гематоген не возражал и не оглядываясь на неженку-друида обустроил жилье под свой непритязательный вкус, ну и разумеется про нужды собак тоже не забыл. Путь до сильно опустевшего форта не занял много времени, и уже через 15 минут он входил через открытые внутренние ворота (ворота со стороны города).

Дома он немного позанимался с четвероногими заготовками, и как всегда ему сильно помогал Ворон: если самого Гематогена заготовки слушались как хозяина-игрока, то черного волка-питомца воспринимали как вожака и в какой-то степени как родителя и не просто слушались, а старались ему подражать. Потом два универсала приволокли тушу забитого на мясо коня -- дневную норму восьми прожорливых псов и волка -- мясо на обед, кости на ужин. Гематоген спровадил универсалов, самолично порубил тушу на порции и, разложив конину по мискам, разрешил пускавшим слюни псам жрать. Глядя на трапезу подумал, что нет худа без добра: очень скоро все в городе ощутят дефицит свежего мяса, но это в городе, а он-то со своими старыми и новыми подопечными переждет сложные времена в лесу, ну пусть не в лесу, а на болоте, но все равно как у Трооатэны за пазухой -- гуси, утки, прочая дичь, плюс ягоды, плюс рыба -- можно жить.

Позаботившись о псах он решил позаботиться и о себе и, оставив подопечных и питомца весело чавкать кониной, перешел на другую половину барака. Рейнджер привычно вытер ноги о матерчатый половик и словно попал в другой мир: смесь псарни и холостяцкого жилья осталась позади -- на чисто вымытом полу плетеные половики, всюду расшитые узорами цветастые занавеси, сушится на веревках белье, бегают дети, вкусные запахи еды, со всех сторон звучат голоса и смех. Вторую половину барака населяли несколько фейрийских семей, и подружившийся с ними игрок часто у них бывал, а фейри бывали у него, в основном любившие возиться с собаками дети, но и взрослые не забывали угрюмого соседа ( поначалу угрюмого). Удивительно, но фейри удалось то, чего не получилось у собратьев-игроков -- терпением и лаской они сумели сломать скрывавший неуверенность холодок и вызвать ответную реакцию. Ну дети понятно -- их в основном интересовали псы и волк, а вот со старшими фейри все было не так просто: можно было подумать, что каким-то удивительным образом они увидели-поняли-осознали, что за вполне взрослой внешностью рейнджера-одиночки скрывается едва переступивший двенадцатилетний рубеж мальчишка с несчастливой судьбой. Хотя нет, такого никак не могло быть, ну не могло же...?!

Как всегда Гематогена вкусно накормили, расспросили обо всем на свете, проявили искреннее участие, женщины узнали не нужно ли ему чего-нибудь постирать, мужчины поинтересовались не требуется ли помощь с собаками, дети трещали обо всем на свете -- в общем рейнджера окружили теплом и заботой не как соседа, а практически как члена семьи, как своего. Гематоген млел, таял, много чего еще -- ни на Земле, ни здесь в Серединном мире он не испытывал подобного к себе отношения, а потому невероятно ценил такие моменты. Обычно всегда угрюмый и молчаливый игрок преображался во время подобных посиделок: шутил, смеялся, рассказывал интересные истории, делился мыслями, новостями, планами и с интересом слушал то, что рассказывали ему фейри. Помимо вкусного обеда и отдохновения души Гематоген извлек из общения реальную пользу -- узнавшие о его сложностях соседи предложили ему помочь. Ну как помочь? Рейнджер и фейри могли выручить друг друга: у фейри имелось некоторое количество вошедших в пору взросления парней и девчат, которые по давней традиции должны были на время покинуть родных и, пожив какое-то время в лесу одни, доказать что они взрослые, ну а у игрока имелся отряд, большую часть которого составляли сильные, обученные бойцы, но с недостатком реального хоть боевого, хоть житейского опыта. Фейри конечно слегка хитрили, отступая от традиций, но с другой стороны, практичные кочевники-лесовики убивали сразу несколько зайцев: во-первых, молодежь пройдет таки испытание лесом, но кроме того под руководством опытных воинов научится дисциплине и чувству локтя в отряде, да к тому же опытные и взрослые воины смогут их защитить от того, с чем они не справятся одни; во-вторых, они (фейри) помогут клану своего старейшины и своему другу-соседу; в-третьих, в будущем детям пригодятся знакомства среди воинов клана -- фейри давно (и заслуженно) оценили эльфов-стрелков и спецназовцев по самой высшей мерке и искали их дружбы ничуть не меньше чем дружбы игроков.

Гематоген согласился и дал соседям разрешение кликнуть клич в тех семьях, где есть подходящие подростки, только поставил условие -- не больше двух десятков. Потом еще немного посидел-поболтал, ненадолго забежал на свою половину проведать псов и отправился знакомиться с будущими учениками-подчиненными.

Первой остановкой на его пути стала казарма опытных, не менее полугода послуживших клану эльфов-стрелков. Выделенного ему десятка не оказалось на месте, но бывалый, авторитетный рейнджер знал как делаются дела, быстро перетер со старшим десятником сотни и через полчаса искомый десяток стоял перед ним.

Некоторое время игрок молча ходил вдоль строя бойцов-заготовок, оценивая их внешний вид, оружие, готовность -- в общем и целом остался доволен. Заготовки кстати тоже -- разумеется все заготовки беспрекословно подчинялись игрокам клана и готовы были выполнить любой приказ, но все-таки это были разумные существа и у КАЖДОГО из них имелось свое мнение насчет КАЖДОГО из игроков, и если некоторым игрокам они просто подчинялись, то под командой других ЖЕЛАЛИ служить (Гематоген был одним из таких игроков и в неофициальной табели о рангах занимал едва ли не самую высшую строчку).

Рейнджер сообщил заготовкам, что они переходят в его подчинение, и вместе с ними двинул за десятком пусть и не таких опытных, но уже нюхнувших службы и жизни эльфиек (эльфиек-стрелков).

Дальнейший путь Гематогена и его спутников-подчиненных лежал в Иваново, именно такое навевавшее определенные ассоциации название утвердилось за целой улицей из бараков, на которой прописался женский пол от заготовок. В основном там обретались портнихи, ткачихи и первые три сотни эльфов-стрелков из дам, кроме того наемные работницы из незамужних Белок. Иваново и есть -- целый квартал со своей спецификой, уже сложившимися обычаями, традициями, порядками и в то же время осажденная крепость, осажденная мужчинами-ценителями женской красоты. Каждую ночь в крепость проникали лазутчики и брали штурмом целые компании, и ведь не скажешь, что ''гарнизон'' встречал их сталью и дубьем, наоборот, многие прекрасные защитницы выбрасывали белый флаг и были весьма довольны результатом свой сдачи. Лишь принципиальность некоторых женщин-игроков сдерживала совсем уж откровенный разврат. Принципиальность, а еще добросовестность заготовок : по негласному договору днем Иваново -- пустой и скучный городской район, а вот ночью...

Нужный рейнджеру десяток оказался на месте, отсыпался после патруля. Как удалось выяснить у дневального (-ной) отсыпался уже несколько часов, так что игрок не испытывал угрызений совести пробуждая ''спящих красавиц'' от сна. Разбуженные лесные эльфийки похлопали сонными глазами, посверкали обнаженными телесами, но довольно быстро оделись, вооружились, построились, их десятница сделала салют и доложила о готовности -- все не хуже чем у их коллег мужского пола. Гематоген походил вдоль строя сверливших его взглядами дам, оценил общее состояние десятка, приценился к амулетам, снаряжению и оружию. Состояние оценил на хорошо, а вот снаряжение и оружие -- стандарт. Хотя оно и понятно (за месяц заготовки начали немного соображать, но даже не приступили к сбору своего индивидуального комплекта снаряжения, не говоря уж об оружии). Гематоген немного прикинул, как усилить десяток перед выходом, особенно учитывая специфику болот и диких еще не чищенных чащ, навскидку придумал не так уж и мало -- специализированные амулеты, гранаты, особые стрелы, еще ему внезапно пришла в голову мысль, что с таким количеством новичков не избежать множества ран, а значит запас зелий исцеления должен быть достаточно велик, ну и все знакомые ему болота Серединного мира просто кишели змеями и другими ядовитыми тварями, иногда и сами болота испускали ядовитый газ, туман и фиг знает что еще, а значит и солидный запас противоядий не повредит.

Последней остановкой на пути игрока и его изрядно подросшего сопровождения стал барак, когда-то принадлежавший 14 и 17-ой сотне спецназа, а теперь отданный под сотню недавно купленных эльфиек-стрелков. Прежние жильцы ударными темпами переселялись на постоянное место жительство в свой личный форт-городок, и не нужные им больше помещения постепенно обретали новых хозяев (хозяек в нашем случае).

После того как Гематоген со свитой заявился в барак-казарму, ему не потребовалось много времени чтобы понять -- полумерами тут не обойтись. По правде говоря, он и не ожидал другого, про себя привычно костеря ранее отвечавших за заготовок игроков -- могли ведь, вполне могли бы озаботиться элементарными основами и тем самым облегчить ему жизнь, но нет -- с глаз долой из сердца вон! Рейнджер отправил условных старичков за вещами, сам же собрал сотню вокруг себя и начал ее просвещать, закладывая основу их поведения -- как заправлять постели, куда ходить в сортир, столовую, душевую, когда вставать, когда ложиться и множество подобных базовых вещей. Благо опыт и немалый у него уже был, так что эльфийки ничем не смогли его удивить -- обычная много раз деланная работа. Не обошел и тему мужиков, не стал особо начитывать морали, но четко и понятно объяснил когда и где можно, а когда и где нельзя. Заготовки внимали и мотали на... на нос.

Вскоре вернулись во всех смыслах опытные десятки, и Гематоген, не откладывая в долгий ящик, принялся перекраивать вверенные ему силы: 12 десятков эльфов-стрелков превратились в десять взводов в дюжину бойцов каждый -- полугодовалые стрелки стали взводными, а прожившие месяц эльфийки их заместителями. Таким образом Гематоген лишился двух десятков, зато управляемость каждого нового взвода сильно возросла: старые заготовки не дадут новичкам сглупить или по незнанию не выполнить отданный приказ, к тому же послужат для склонных обезьянничать молодых заготовок примером для подражания.

Весь оставшийся день до самого глубокого вечера рейнджер занимался с бойцами своего отряда: составил план занятий и определился что понадобится сотне в походе, сводил заготовок на обед, потом на склад, затем долго занимался с ними на тренировочных площадках, давая взовдным, их заместителям и бойцам привыкнуть друг к другу и к нему, по результатам тренировок вновь сводил на склад и кой-чего добрал, потом ужин, посещение бани и сотня отправилась спать, а усталый, но довольный Гематоген к себе домой. Однако вот засада! И дома ему не удалось сразу отдохнуть -- потребовали внимания заскучавшие псы, а еще хочешь не хочешь пришлось устроить настоящее собеседование с кандидатами в отряд -- четырнадцать фейри (9 девушек, 5 парней) от 15 до 17 лет. И хотя Гематоген и устал, но все же нашел в себе силы внимательно присмотреться к тем, кого привели его соседи. Что сказать? Молодые фейри пришлись ему по душе -- все умелые стрелки, охотники, урожденные путешественники, все беспрекословно готовы слушаться рейнджера -- хорошая подмога в походе, не говоря уж о том, что постоянное и ежедневное общение фейри и заготовок пойдет последним на пользу, сильно подстегнув их развитие. Уснул Гематоген ближе к полуночи, уснул жутко усталым, но и не менее жутко довольным тем, как он провел этот день. На следующее утро он вновь отправился в казармы и в этот раз прихватил с собой псов и фейри -- знакомить всех со всеми...

-- Господин! -

Недовольно рыкнул сомлевший под рукой хозяина Ворон, а рейнджер не торопясь поднял глаза на заместителя командира взвода. Лесная эльфийка не отрывала кулак от груди и терпеливо ждала пока на нее обратят внимание. Поощрительное движение пальцев и дисциплинированная заготовка, еще раз вскинув кулак в формальном приветствии, доложилась как учили:

-- Господин, мы закончили, все упаковано в мешки! -

-- Хорошо, - игрок в последний раз погладил питомца и снял его голову с колен, встал, поводил шеей, бросил беглый взгляд на остальной взвод и отдал приказ: - Старшему: готовиться к выходу, возвращаемся на базу. -

-- Да господин! - на мгновение, всего на какое-то мгновение в глазах заготовки мелькнуло трудноопознаваемое чувство, а затем она вновь приложила кулак к груди и убежала передать приказ.

Опытный взводный не потерял ни секунды зря: заготовки шустро оттащили выпотрошенную тушу монстра подальше, нарвали травы и как могли удалили с одежды и обуви кровь и слизь, особое внимание уделяя подошвам сапог, отчистили и разделочные ножи, убрали их в сумки, достали флакончики прозрачного стекла и обновили защитную мазь на лице и открытых участках тела, осмотрели луки, особенно тетивы -- все, взвод готов к долгому и опасному пути. К тому времени Гематоген проверил пространство вокруг островка, использовав при этом не только свои навыки рейнджера-игрока, но и хорошо прокачанные нюх и обоняние своего питомца. Ничего особенно не обнаружил -- так, обычная болотная живность: пара слабеньких упырей, из тех что никогда не решатся напасть на столь большой отряд; несколько скрытых в болотной воде тварей посерьезней, вот эти представляли немалую опасность, но к счастью их больше интересовала разделанная туша (твари были достаточно умны, для того чтобы просто подождать); с десяток вездесущих змей; ну и напоследок обычные, можно сказать фоновые и почти безвредные существа -- полуметровые пиявки, жуки и комары размером с ладонь, стрекозы размером с руку, безвредные, если их не трогать, тритоны и опасные ночью, но вялые днем полурастения-полуживотные, похожие на кучки обычной дрейфующей травы.

На всякий случай и ради успокоения совести (они все-таки нашумели), рейнджер решил активировать амулет обнаружения. Не его амулет, вернее его, но надетый не на самого игрока, а на его питомца.

Гематоген приказал волку сесть и не двигаться. Питомец мгновенно выполнил приказ и даже не дрогнул, когда на умную лобастую башку легла хозяйская рука. Игрок напрягся и закрыл глаза, устанавливая ментальную связь. Несколько мгновений ничего не происходило, а затем на шее волка появился металлический ошейник, на самом деле очень дорогой и специально предназначенный для питомцев предмет экипировки, десятки похожих на медали значков на нем -- интегрированные в ошейник магические амулеты. Главная ценность ошейника -- неразрывная связь с питомцем, на которого он одет: если питомца убьют или отзовут, ошейник исчезнет вместе с ним, а затем, когда питомца призовет его игрок, вместе с ним и вернется. Снять или как-то изменить ошейник может только хозяин питомца, все остальное время ошейник невидим и неощутим. Самостоятельно Гематоген не смог бы потянуть такой ошейник, но помог клан, а вот амулеты он уже покупал на свои или брал в качестве добычи.

Нужный амулет, небольшой украшенный рубинами квадрат, замерцал, замерцал сильней, воздух вокруг него заискрился множеством синих искр. Игрок знал что сейчас должно произойти, напрягся... и... рейнджера и волка словно поразил мощный электрический разряд! Ошейник вновь исчез, а во все стороны ударил стремительно расширявшийся круг зеленоватого сияния. Через считанные десятки метров сияние исчезло, но не исчезла породившая его магия -- уже невидимый круг продолжал расти, в конце концов покрыв площадь не меньше чем в квадратный километр. Сами не понимая почему забеспокоились упыри, поспешили прочь чувствительные к магии тритоны, а многие из дожидавшихся своего часа монстров занырнули поглубже или зарылись в грязь. И хотя дополнительная проверка ничего не дала, но отняла всего несколько секунд и позволила успокоить разыгравшуюся паранойю.

Гематоген похвалил питомца, погладил его напоследок и, кивнув занимавшемуся поросенком взводному, потрусил к куче приготовленных для него безразмерных мешков (мешки Гематоген тащил не потому что он игрок, а потому что ему было стыдно порхать когда девчонки, пускай и заготовки, тащат груз -- неправильное поведение для командира, но иначе он просто не мог). Взводный быстро и умело связал поросенку ноги, без особого напряжения взвалил слабопохрюкивающую приманку на плечо и последовал за командиром. Взвод ждал не такой уж и долгий, но довольно тяжелый и опасный путь -- прыжки в длину по неустойчивым кочкам, ходьба по пояс в мутной воде, заплывы, там где не было даже такой эфемерной тверди под ногами, и все это в постоянной готовности отбить внезапное нападение многочисленных любителей свежего мяса, благо хоть комаров отгоняла постоянно обновляемая мазь, а пиявок -- специальные амулеты.

Полтора дня, всего полтора дня, или целых полтора дня -- много это или мало? Наверное все же мало, особенно для того, кому за такое короткое время нужно сбить полноценный отряд из разномастных бойцов, большинство из которых не нюхавшие крови новички с пустотой в глазах, часть -- неразумные звери, а некоторые и вовсе дети. Да еще их командир -- двенадцатилетний пацан, пускай и в теле взрослого мужчины. Казалось бы с такими сроками, с такими бойцами, с таким командиром невозможно создать не то что более -менее нормальный отряд, но даже не сбить компашку из детсадовцев, ведь так? Так, да не так! Все-таки не стоило подходить к Серединному миру с мерками Земли! Да, Гематоген -- двенадцатилетка, НО в тоже самое время -- опытный рейнджер, прошедший не один десяток битв и индивидуальных схваток; умелый разведчик, способный выжить в наполненных древним ужасом чащобах Великого леса, в полных опасностей Гоблинских горах, да и в местных весьма непростых лесах; учитель, воспитавший не одну сотню заготовок. Да, новорожденные эльфийки -- очень и очень специфические существа, без мыслей, без чувств, без желаний, без жизненного и любого другого опыта, НО все они -- Tabula rasa - неиспорченные грузом прожитых лет создания, способные запомнить любую информацию с первого раза и не способные капризничать или лениться (несбыточная мечта любого учителя), и одновременно в каждую из них уже заложено столько знаний и умений, сколько редкий земной человек получает за всю свою жизнь, а если получает, то не может усвоить, а если усваивает, то не может применить -- как и всем заготовкам им нужно помочь освоиться в этом мире, помочь раскрыть свой потенциал, а потом они горы свернут. Да, собаки-заготовки -- неразумные существа, НО ни в коем случае не обычные животные: во-первых, они заготовки, а значит беспрекословное подчинение своему хозяину или хозяевам и беспрекословное значит БЕСПРЕКОСЛОВНОЕ -- если нужно они бросятся в огонь или в пропасть; во-вторых, они как и все подобные им животные-заготовки в самом прямом смысле БОЕВЫЕ звери -- их не нужно учить убивать, нужно только указать цель, плюс пониженный болевой порог и отсутствие страха за свою жизнь (инстинкта самосохранения) -- именно такие бесстрашные и свирепые твари нужны были всем игрокам (и они их получали); в-третьих, как и у всех заготовок у них великолепная память -- такой вот пес запоминал команды с первого, редко-редко со второго раза, а запомнив, не забывал. Да, 15-17-ти летние фейри -- дети, ну ладно -- подростки, мало чем отличавшиеся от детей, НО каждый (каждая) из них родился и вырос вдали от городов, среди степей и лесов полного опасностей Серединного мира, и пускай большинство из них не умели читать и писать, зато они знали как разжечь костер даже в дождь, как добыть воду в безводной степи и зверя в лесу, как спастись от стаи волков и сбить со следа охотников на рабов, им были привычны ночевки под открытым небом, холод, голод и зной. Так что сами думайте, сможет ли такой вот командир сбить полноценный отряд из таких вот бойцов...?

Но сможет или не сможет десятый по значимости вопрос -- сотня ДОЛЖНА была выступить в поход утром третьего дня, и она выступила. Ее окончательный состав -- десять тактических единиц: 6 ординарного состава -- взводный, его заместитель, 10 бойцов, один фейри; 4 усиленного состава -- взводный, его заместитель, 10 бойцов, 2 собаки, 2 фейри. Отдельно -- командир отряда и его питомец. Если бы отряд все время двигался ''лесной дорогой'', то достиг бы болот за три дня, но Гематоген не гнал, давая заготовкам как псам, так и эльфам-стрелкам привыкнуть друг к другу, привыкнуть к фейри, к походной жизни, к обычному, а не созданному магией ''дороги'' лесу, так что на все про все ушло 5 дней (суток), даже несколько больше, поскольку к расположенному на окраине болот лагерю они вышли к полудню шестого дня. Выводил Гематоген абсолютно зеленых новичков, а привел уже кое-что соображавших бойцов -- тренировки тренировками, но ничто не заменит практики, когда учишься собирать лапник себе на постель, вязать коряги осиновыми корнями и на получившейся конструкции переправляться через поток, встречать калеными стелами злобного шоша (покрытый иглами хищник), впервые вставать в ночной дозор и получать от старшего затрещину, за то что портил ночное зрение, смотря на огонь.

Приняли сотню хорошо, сразу поставили на довольствие, определились с жильем, и остаток дня сотня устраивалась на новом месте, а Гематоген принимал дела у рейнджера-командира уходившей сотни. Как оказалось на окраине болот царили тишь да гладь, да божья благодать: ни монстров, ни хищного зверья, ни тем более каких-либо враждебных туземцев -- курорт, да и только: всех необременительных обязанностей -- охранять лагерь, сопровождать заготовительные партии (дерево, болотная руда), снабжать лагерь дичью и пером для оперения стрел -- все.

Казалось бы Гематогену стоило просто порадоваться -- он получил даже больше чем хотел: умеренную нагрузку на новеньких заготовок, минимум угроз пока они не раскроют себя, обильное питание для них же, время и возможность проводить занятия и даже немного свободного времени для него самого. Однако вот незадача -- Гематоген смертельно заскучал уже к середине второго дня. Игрок-рейнждер начал искать, чем бы себя занять, и надо же нашел: ропла-лук -- огромные рогатые жабы теоретически могли бы напасть на сборщиков болотной руды. Нет, такого еще не случалось, однако стоит истощиться отложениям руды на окраине болот и сборщикам придется отправиться дальше в глубину, ну а тогда лишь вопрос времени, когда первое такое нападение произойдет. Несколько притянутая за уши причина, хотя и не скажешь, что совсем фуфло, по крайней мере заправлявший в лагере воин-игрок хоть и хмыкнул (про себя) на озвученный Гематогеном запрос, но не стал возражать. Неожиданно быстро озверевший от скуки Гематоген не терял времени зря и уже к вечеру поделил отряд на две части: большую (66 эльфийек-стрелков, четыре собаки, два фейри помладше и одного командира взвода) оставил заниматься рутинными делами, а с другой, меньшей (9 взводных, 44 эльфийки, 4 собаки и остальные фейри) отправился на болота. Отправился не так чтобы далеко -- всего пара часов пути в глубину болота.

Удивительно, но практически сразу он нашел то что нужно -- поросший дубовым лесом островок будто специально предназначался для стоянки таких вот решивших поохотиться отрядов (хотя кто знает, может и специально -- все-таки вирт-мир). Каким-то странным образом на островок не проникала вонь болот, а многочисленные пиявки и комары шарахались от вполне обычных дубов словно от огня. Если не знать, что вокруг крохотной рощи огромный болотный мир, можно было подумать, что ты в самой сердцевине леса.

До ночи организовали лагерь, там же нашли приманку (несколько диких поросят) и обед (их мамаша), а еще, уже по последнему свету, успели разведать местность. По результатам разведки Гематоген отказался от мысли устроить большую загонную охоту всем кагалом, а решил еще раз поделить свой отряд на три охотничьи партии, одну из которых собирался возглавить сам, а в других поставить рулить опытных заготовок. Надо сказать игрок немного опасался отпускать заготовок в свободное плавание, но решил рискнуть, все-таки до трети каждого из двух отрядов составляли уже нюхнувшие жизни бойцы -- должны были справиться. Охрана и дальнейшее обустройство лагеря легло на не вошедший в отряды взвод (под руководством заместителя командира взвода), так же на острове оставались все фейри и все псы. Юные фейри рвались в бой и потому были недовольны его решением, но рейнджер не собирался тащить их на первую же охоту, хотел сперва осмотреться, а потом уже решить насколько это безопасно для детей. Что же касается псов, то к сожалению псы-заготовки показали себя плохими ходоками по болотам -- вязли, проваливались, пачкались, страдали от пиявок, комаров и едкой для кожи болотной воды. Все оказалось настолько плохо, что Гематоген не раз и не два пожалел, что взял их с собой на болота. А вот Ворон (волк-пет), благодаря множеству интегрированных в ошейник амулетов, был избавлен от подобных проблем и спокойно бегал по самым топким местам. Охотничьи партии покинули лагерь утром следующего дня, и началась охота...!

-- Ну вот мы и на месте! - устало, но довольно думал игрок, созерцая верхушки мощных дубов. Двухчасовой запрыг-заплыв по кочкам приближался к концу. Последнее напряжение сил и грязный как чушка Гематоген буквально вырвал свое тело из приставучего болота, выбрался на твердую землю и окунулся в прохладную лесную тень. Вслед за командиром такое же блаженство испытали его бойцы, но особенно радовался поросенок -- ему не досталось мази от комаров и два последние часа свинюшкину приходилось нелегко, впору соскучиться по рогатой жабе -- милосердный монстр сожрал бы его в один присест, а безжалостные кровопийцы не давали такой милости.

Гематоген устало сбросил мешки на траву и присел, идти дальше не хотелось, не хотелось есть и пить, не хотелось даже сорвать с себя грязную одежду, хотелось прямо тут прилечь и заснуть и спать ДОЛГО. Но нет -- нельзя, то что может позволить себе простой боец, не может позволить командир, а значит надо встать, вновь подхватить мешки и через силу, но сделать еще сотню метров до лагеря. Гематоген без интереса взглянул на двух выступивших из-за деревьев девчонок (фейрийка и эльфийка-стрелок), подумал, что стоит похвалить дозорных и, едва удержав стон, начал вставать...

Час спустя успевший таки урвать немного сна и отдыха рейнджер занимался не совсем, вернее совсем не командирским делом, а точнее кухарил у трех здоровенных поставленных на огонь котлов. Кухарил не один, а вместе со своими, ну почти добровольными помощниками фейри. Опять же таки вопрос цены -- в отличие от многосторонне развитых спецназовцев молодые эльфы-стрелки просто НЕ УМЕЛИ готовить и не умели от слова НИКАК. Нет, они вполне могли убить дичь, освежевать и поджарить тушку или куски над огнем, но на этом их кулинарные таланты заканчивались, да и вкус того, что вышло бы из-под их рук, был бы прямо скажем довольно спорный, на большого любителя или с большой голодухи. Да, неприхотливые заготовки вполне могли бы обойтись сухпаем, всякими попутными орехами, ягодами, плодами, а так же полусожженным или наоборот недожаренным мясом с огня, обошлись бы и слова не сказали, но много с ними общавшийся игрок знал, как они любят поесть и поесть вкусно, а потому не желал держать своих бойцов на такой вот не совсем полезной диете, особенно когда такое обилие дичи вокруг. Так что Гематоген сразу же взял готовку на себя и заодно привлек к ней фейри. Привыкшие слушаться старших подростки особо не возражали, хотя и не пришли в восторг, на долю же заготовок осталось снабжение импровизированной кухни дровами и дичью. В самой готовке не было ничего сложного: пара пареньков-фейри поддерживали огонь под котлами и если надо, бегали за водой, три девчонки ощипывали принесенных уток, еще одна девка и парень потрошили ощипанные тушки, рубили лапки и головы, удаляли копчиковые железы, потом подготовленные тушки попадали непосредственно к Гематогену и его напарнице из девочек постарше, они в свою очередь рубили их на порционные куски, кидали в кипящую воду и добавляли туда соль, травы, дикий чеснок и немного пшена для густоты и вкуса -- получалось неплохо, быстро и вкусно. Что касается невостребованных пятачков, Гематоген приберегал их как приманку, вот когда придет время возвращаться домой (ну не домой, а в базовый лагерь на болотах), тогда напоследок можно будет побаловаться шашлычком, хотя если честно, вряд ли такое вот много раз пуганное мясо даст особый вкус, но все равно после многодневной ''утиной диеты'' пойдет на ура.

Кипела вода в котлах, по лесу распространялся восхитительный аромат, псы-заготовки со вкусом жевали потроха и хрустели отрубленными лапками, а эльфы-заготовки все чаще прогуливались вблизи котлов и с завистью поглядывали на своих четвероногих собратьев. Казалось бы все хорошо, но кое-что не давало Гематогену по настоящему расслабиться, и он все чаще с тревогой поглядывал на заходящее солнце, мысленно уже настраиваясь идти в ночные болота. Однако пронесло -- к концу готовки вернулись оба отряда заготовок, вернулись без потерь, вернулись с добычей, и у него отлегло, на радостях он даже достал из сумки пару бутылей вина, поощрить заготовок, отметить первый удачный день и для лучшего сна. Фейри вина не досталось... досталось кое-что получше: за обедом рейнджер объявил, что завтра возьмет с собой половину из них, а на следующий день вторую половину. Ну а после вкусного обеда, еще и сбрызнутого каплей вина для одних и приятными вестями для других, пришло время уже традиционных вечерних посиделок у костра, которые одинаково любили и фейри, и эльфы-стрелки, да и сам игрок.

-- Вначале была Воля Неведомого Творца, - напевно рассказывала девочка фейри. Пламя большого костра бросало загадочные тени на ее лицо, а опустившаяся на лес тьма и внимательная тишина десятков глаз придавали веса ее словам. Даже псы заготовки смотрели так будто понимали каждое слово, впрочем возможно их завораживал огонь. - Из его Великой Воли родился Серединный мир. Новорожденный мир был не велик, не больше тысячи шагов в любую сторону, и не было в нем воды, воздуха, земли, один только прочный как гранит и гладкий как стекло камень, а из жизни существовали крохотные и подобные паукам холлиссаты. Первые и единственные живые творения Неведомого Творца не нуждались в еде, воде и воздухе, лишь только в свете солнца, которое в великой своей милости зажег для них Создатель мира. Целую вечность и еще столько же царили холлиссаты в Серединном мире, вырастая огромными как горы, их мысли стали маной, их дыхание -- воздухом, их смерть позволяла миру расти, их кровь и другие соки тела размягчали безжизненный камень и породили настоящую почву и первые моря -- за время их владычества Серединный мир вырос в тысячи и тысячи раз. Но все имеет свое начало и свой конец, пришел конец и могучим созданиям Неведомого Творца. Одряхлевшие от могущества и скуки холлиссаты оставили мир, но напоследок самый старый, сильный и мудрый из них, тот, кто еще помнил дыхание Неведомого Творца, сказал СЛОВО, первое и последнее СЛОВО всей его расы. Сила всех холлиссатов была в этом слове, и была она такова, что содрогнулась земля, вышли из берегов моря, а солнце испугалось и отдало половину времени ночи. Умер последний из первых созданий Неведомого Творца, но эхо его слова еще долго гуляло по безжизненному миру, беспокоя воду, воздух, земную твердь, подземный огонь и ману, рождая странных не живых, но и не мертвых созданий. Первородные стихии и не испорченная скверной мана породили и других существ, не таких могучих как первые хозяева мира, но способных жить и оставить потомство. - Пятнадцатилетняя фейрийка обвела слушателей не по-детски мудрым взглядом и подвела итог: - Так появился Серединный мир, и так в нем зародилась жизнь. -

Горит костер, шумит дубовая роща, вокруг нее стонет смертельное для всего живого болото, злятся чующие кровь, но неспособные пересечь незримую границу комары и пиявки, а способные наплевать на границу монстры достаточно умны, чтобы не лезть на огонь и стрелы. Вокруг костра рассказывают истории, притчи, легенды и побасенки, что будят в пока пустых глазах эльфов-стрелков искорки чувств и мыслей, а у тех, у кого эти искорки уже есть, раздувают их в пламя...

Глава 43

Цитадель клана Красного Дракона, мастерские.

Через двенадцать дней после того как армия клана выступила в очередной большой поход.

Валирон (прозвище -- Шпунтик) : раса -- эльф, класс -- ремесленник, специализация -- механик, алхимик.

Валирон по прозвищу Шпунтик скучал и в то же самое время занимался чрезвычайно важным и нужным делом. Казалось бы противоречие? Однако вспомните, сколько в жизни бывает важных и в то же время смертельно скучных дел -- нелюбимая работа, ненавистная учеба, посещение налоговой, заполнение платежек ЖКХ, в конце концов банальная штопка носков. Любое из вышеперечисленных занятий не вызывает восторга у нормального и не склонного к мазохизму человека, но все тот же нормальный человек вынужден ими заниматься, а иначе он сдохнет от голода, вылетит за прогулы, сядет в тюрьму, лишится жилья и все это в дырявых носках. Так вот, Валирон конечно скучал, но старательно и добросовестно делал свою работу. Предмет приложения его сил -- жезлы, магические жезлы, те самые жезлы, что содержат внутри себя ударные боевые заклинания разных школ магии. Шпунтик не заряжал жезлы магической энергией и тем более не распределял заряженные жезлы по спец-хранам клана откуда их брали воины и маги: для первого ему не хватало класса МАГ, опыта, умений, специализированных навыков, а для второго -- власти. И вообще конечная зарядка и распределение жезлов среди игроков -- вершина айсберга, а Шпунтик находился в самом низу, под самой так сказать толщей вод. Так что жезлы: маленькие с небольшую кисть для рисования и большие с трехметровую пику (такие встречались редко), деревянные, металлические, каменные, костяные, из одного материала или из нескольких, скромные и украшенные драгоценными камнями, гладкие и покрытые затейливой резьбой, фейрийские, эльфийские, гномьи, работы тошта, крылатых и многих других рас, в том числе и людей -- разные. Десятки, сотни, тысячи жезлов попадали к нему на рабочий стол в небольшом, ярко освещенном помещении 6-ого производственного этажа цитадели, каждый жезл нужно было внимательно осмотреть на предмет повреждений и дефектов, если необходимо, определить каким боевым заклинанием фигачит конкретный жезл и какого оно уровня, установить количество оставшихся в жезле зарядов и возможность его перезарядки -- только после всего вышеперечисленного жезл распределялся в одну из четырех категорий. Сам не очень высокого уровня ремесленник, со слабо прокачанными специализированными навыками сумел бы только провести визуальный осмотр на предмет видимых глазу повреждений и благодаря опознанию узнать, чем какой жезл может лупить -- в общем-то уже немало, но совершенно недостаточно для той работы, которой он занимался. К счастью в помощь Шпунтику имелся немалый ассортимент амулетов, даже его рабочий стол это специально предназначенный для такой работы артефакт. Затратно? Конечно, но богатенькие Драконы могли себе такое позволить, а потому самой рутинной первоначальной сортировкой жезлов занимался недавний новичок, а не маг и не ремесленник высокого уровня.

Первая категория -- полностью или как минимум на 50% заряженные жезлы, без внешних повреждений, без внутренних дефектов. Прямая дорога таких жезлов -- уже упоминаемый спец-хран, затем -- руки игроков или заготовок, затем -- битва, во время которой или которых жезлы с пользой отдадут заложенную в них мощь, и возвращение на этот самый стол, где Шпунтик или кто-либо другой вновь будет решать их судьбу.

Вторая категория -- разряженные жезлы, бывает что разряженные не до конца, но в любом случае меньше чем с 50% заряда и так же без повреждений и внутренних дефектов. В этом случае уже не прямая дорога, а с остановкой на пути: сначала подобный жезл попадает к тем, кто сможет его зарядить, потом в спец-хран, ну а дальше та же история что и у первой категории: игрок или заготовка, битва (одна-две), недолгое ожидание в общей куче использованных, найденных, взятых в качестве добычи жезлов и затем знакомый стол. Впрочем имелось единственное исключение -- жезлы, заряженные заклинаниями какой-нибудь редкой расовой магии, про которые точно было понятно, что в клане нет того кто смог бы их зарядить, такие жезлы отправлялись в третью категорию, про которую будет сказано дальше.

Третья категория -- жезлы испорченные, но все еще работоспособные, ненадежные в силу внутренних дефектов (могут дать осечку или взорваться), использованные до донышка, то есть не способные к перезарядке или те, до которых все же добралось безжалостное время. Судьба таких жезлов -- продажа, хотя бы и в четверть цены.

Ну и четвертая категория -- откровенный брак. Участь его понятна, но и с такого брака можно было кое-что взять: драгоценные и полудрагоценные камни, магические кристаллы, металл (бывало и золото, и кое-что подороже), редкие алхимические ингредиенты, встроенные амулеты.

-- Так-так, - привычное движение и Шпунтик достал из расположенной рядом со столом стойки предпоследний жезл, полуметровую металлическую палку с мутноватым кристаллом по форме похожим на трехгранный наконечник копья. Сперва проверил жезл опознанием: узнал что тот бьет спиральными ледяными молниями -- заклинание из серии ''на кого бог пошлет'' (бесполезное против одиночной цели, ну разве что очень, ОЧЕНЬ крупной, но неплохо работавшее против большой толпы). Потом ощупал жезл руками, осмотрел его со всех сторон, особое внимание уделил навершию кристалла, взял лупу и посмотрел в нее на пару подозрительных мест, но трещин так и не нашел. Положил жезл в середину нанесенного прямо на столешницу золотого круга -- круг не поменял цвет, значит целостность магической структуры жезла не нарушена. - Тридцать пять процентов, даже ближе к сорока, - очередной тест с помощью амулета-стола принес быстрый результат. - Почти полный, неужели не могли его нормально добить? - возмутился большим остатком Валирон, но делать нечего -- 40 не 50, и он определил почти годный жезл во вторую категорию, хотя мог бы и в первую -- 40% заряда жезла это несколько десятков мощных площадных заклинаний и их вполне хватило бы как минимум на одну битву, но правила есть правила, не ему их менять.

Шпунтик с отвращением глянул на последний жезл в стойке и прежде чем его достать и положить на стол задумался, как он дошел до жизни такой:

-- Ведь как все хорошо начиналось, когда отец привел нас с сестрой в клан и сумел убедить, что это наш единственный шанс. Сложно все же было поверить, особенно мне. Гибель Земли! Машина времени! Персонажи из вирта, перенесенные в прошлое реального мира! Ну как в такую ересь поверить!? Особенно кандидату наук! Сестра вот поверила сразу, а я нет. Сейчас стыдно вспомнить, как долго я считал отца сумасшедшим и сколько вымотал ему нервов. Но все-таки пришлось поверить -- 200 грамм присланного в конверте сушеного ралгуна и прощай камни в почках! Необъяснимый с научной точки зрения факт, но факт -- 200 грамм подозрительной сушеной травы избавили меня от операции. После этого я уже не мог относиться к его словам как к болтовне сумасшедшего старика. Дальше больше: покупка капсулы, создание аватары и сплошные знакомства: знакомство с Серединным миром -- удивительное явление и те кто говорят, что это не просто вирт-игра правы на 100%; знакомство с отцом, вернее с его здешним обликом, знакомство с кланом. Отца узнал легко -- такой же каким помню его в детстве, когда он изредка бывал дома, только вот уши, чересчур смазливая внешность, впрочем у меня теперь не лучше, и странное новое имя -- Морнэмир. Хотя не мне, Валирону, чего-то говорить о странностях -- обычные эльфийские имена. Клан мне в целом понравился -- много достойных, разумных людей, разговоры с ними окончательно помогли понять, что все рассказанное отцом не слишком затянувшаяся шутка. Потом началась двойная жизнь, настоящий цейтнот: в вирте -- учеба, оплаченные кланом практики у кузнеца-гнома и в школе алхимиков, затем большой поход, посвящение в члены клана, работа на верфи, работа на лесопилке в окрестностях города и всякие подобные дела; в реале -- продажа квартиры сестры, моей второй квартиры, участка под дачу, общее подбивание всех моих средств, покупка капсул для детей. С последним не возникло никаких проблем -- мои шалапуты давно рвались в Серединный мир и проели мне просьбами всю плешь.- Валирон машинально взлохматил гриву густых крепких волос на месте отсутствующей у этого тела плеши. - Тут в Серединном мире их встретил отец и быстро взял их в оборот -- все как у меня: обучение, практика, большой поход, посвящение. Почему-то двое из них выбрали класс друида, а третий воина, ну ладно -- не суть, главное мы сумели затащить их в вирт и в клан, остается только рассказать им правду про гибель Земли, но с этим стоит погодить, все-таки дети, могут проболтаться. С квартирами откровенно повезло: обе продал быстро и по хорошей цене, с участком так удачно не получилось -- риэлтор говорит не сезон и постоянно просит снизить цену. Уже два раза снижал, а ему все мало -- просит еще, возможно где-то хитрит или надеется поиметь какую-то свою выгоду. Ладно -- неважно, все теперь не так важно -- продастся как-нибудь. Вообще денег полно -- две квартиры в Мытищах, средства, что я копил на дачу, на первый взнос за новый автомобиль, то что было на банковском счете у сестры. Часть потихоньку выводим в вирт, а часть на прожитье до Конца Света. Еще трехмесячный оплачиваемый отпуск, что мне удалось выбить в университете -- тоже весьма толстенькая пачка денег. -

Валирон вспомнил чувство радости, когда почти вся их семья в кои-то веки собралась вместе, и невольная улыбка набежала на его лицо. К сожалению счастье не продлилось долго -- отца он видел еще реже чем в детстве, не намного чаще видел сестру, все трое сыновей служили на клановом флоте, а он сам на долгие месяцы оказался заперт в недрах клановой или, как сейчас модно стало говорить, старой цитадели (смешно -- новую пока не построили и там вообще никто не жил). Зачем с ним так поступил отец, Валирон не знал, но подозревал, что он решил его испытать (как бывало в детстве и юности) и ждет пока он взвоет и прибежит к нему за объяснениями и на поклон (это тоже бывало). Если так, то Морнэмиру долго придется ждать -- на этот раз Валирон не собирался ему потакать, он протестовал против такого обращения, но протестовал не по-русски -- забив болт на все, а по-японски -- хорошей и качественной работой. Впрочем возможно он был не прав и просто не знал замысла отца: тот никогда и ничего не делал без какого-то скрытого смысла, и если он его не понимает, то это не значит что его нет. Но в любом случае как бы то ни было Валирон не собирался уступать.

-- Посмотрим, - ремесленник достал последний жезл из стойки и положил его перед собой. - Так, ничего особенного: дерево, сантиметров 30, рун нет, камней нет, металла нет, трещин тоже вроде нет -- немного похож на пистоль (одноразовый жезл разработки клановых умельцев), только толще. - Шпунтик проверил жезл опознанием, потом с помощью возможностей стола и разочарованно прицыкнул языком: - Пустышка -- последний оставшийся воздушный кулак 1-ого уровня и без возможности перезарядки. Ну вот куда его? Даже стыдно такой продавать! Да, решено: не буду позорить клан, отправлю в брак! -

Неожиданно ремесленник остановил уже занесенную руку, нахмурился, подбросил деревяшку в ладони, а затем вернул ее на стол:

-- Что-то ты, дружок, слишком тяжел для сухой деревяшки, - задумчиво обратился к жезлу Валирон. - А нет ли у тебя чего внутри? Молчишь? - Разговаривая с жезлом Валирон доставал длинный, почти метровый пенал из черного дерева с нанесенной на него затейливой резьбой. - Ну молчи-молчи -- все равно все узнаю. Тебя конечно потом проверит тот, кто будет перебирать брак, но могут и пропустить, уж прости за горькую правду, но больно ты неказист -- полено-поленом. -

Ремесленник засунул подозрительный жезл в пенал, закрыл крышку, и, проговаривая нужные слова, обвел пальцем некоторые из знаков -- пенал дернулся и завибрировал, пытаясь ускакать со стола, но опытный Валирон придержал его ладонью. Вибрировал пенал примерно пару минут, а затем центральный символ на крышке на мгновение мигнул серебром. Уже очищенный от всяческой магии жезл был извлечен из пенала и вскоре распался на две половинки, разрезанный специальным, режущим дерево как масло инструментом. Как Валирон и думал жезл оказался с начинкой: добычей довольного собой ремесленника стал 25-и сантиметровый стержень металлической проволоки, в основе которого были представлены курганский сплав, платина, конийская медь и даже драгоценный мифрил.

Валирон не отказал себе в удовольствии полюбоваться добычей, щелкнуть по ней ногтем, подбросить в руке и поймать, затем с еще большим удовольствием прочитать ряд сообщений про то, что несколько специальных навыков по работе с жезлами подросли, подросли не на много, на десятые и сотые доли процентов, но все же подросли. А еще за нахождение стержня он получил очки, опять же таки немного, но очки это очки -- лучше немного, чем совсем ничего.

Бумс!!! В опустевшую стойку ухнула целая стопка новых жезлов, то помощник-заготовка оперативно обеспечил своего начальника работой.

Хорошее настроение разом улетучилось, и Валирон с кислым лицом отправил остатки жезла в корзину для брака. Игрок с надеждой открыл интерфейс, но нет -- облом, до обеденного времени еще далеко, хочешь-не хочешь пришлось мысленно засучить рукава и впрячься. Достаточно монотонная работа не отнимала много сил, физических сил, зато требовала постоянного внимания к мелочам -- не дай бог пропущенный бракованный жезл взорвется в руках того, кто будет его заряжать, в руках использующего его игрока или заготовки! С кого тогда спросит клан? Правильно с него, с того, кто не смог распознать брак! Незаметно летят минуты, десятки минут, часы, тает общая стопка жезлов, ну а предназначенные для разных категорий корзины наоборот наполняются.

К работе с жезлами Валирон пришел не сразу: в самом начале его заточения был цех по производству гранат. Сперва ему даже понравилась эта работа. А что? Важное для клана, новое для него и весьма интересное дело. Полная свобода и простор для творчества -- как алхимик он сам мог решать чем начинять гранаты, регулировать мощность заряда и придумывать новые комбинации. Обилие алхим-ингредиентов, включая черный, белый, серый пороха, очень разных зажигательных смесей и многого другого будили фантазию и желание творить. Просто праздник какой-то! А вдобавок за каждую собранную гранату он получал очки и качал навыки. Первую тысячу гранат он собрал примерно за неделю, установив тем самым своеобразный рекорд по клану, заслужил похвалу отца, получил достижение ''Производитель гранат'', сразу четыре уровня, хорошо прокачал многие связанные с ремеслом и алхимией навыки. Валирон не устоял и позволил себе поддаться часто посещавшей молодых игроков эйфории, да и сложно было его в этом винить -- очень трудно устоять, когда как орешки отлетают уровни, а навыки растут как на дрожжах. Вторую тысячу гранат он собрал едва ли не быстрей -- эйфория пошла на спад: никаких достижений, медленней росли навыки и всего два новых уровня, да и то как минимум треть одного из них -- заслуга прошлой тысячи. Тем не менее два уровня, и пусть не такой большой как в начале, но все же рост -- Валирон замахнулся на третью тысячу, пытаясь за счет достижений и уже выросших навыков хотя бы удержать достигнутый результат. В целом у него получилось -- неплохой рост навыков и два новых уровня, однако даже без подсказки со стороны более опытных игроков-ремесленников он понял, нужно что-то менять. Переход на изготовление специальных гранат для всадников на грифонах (скорее ручных бомб) на время помог -- снова пошли хорошие очки, начали быстрее расти как старые навыки, так и те, которые не качались в то время пока он работал с ручными гранатами, появилось и несколько новых -- опять ощущение что ты поймал бога за яйца. Но очередная лафа длилась не долго: пара тысяч мощных гранат и Валирон вернулся туда где был, к тому же новая работа не давала такого простора для творчества -- большой, но жестко установленный перечень начинок для гранат, без малейшей возможности импровизации. Отошедший от угара первых недель Валирон начал оглядываться по сторонам, пытаясь найти для себя выход и неожиданно понял-осознал: весь процесс производства гранат, вернее их сборки из ГОТОВЫХ корпусов, ГОТОВЫХ детонаторов, ГОТОВОЙ начинки совершенно не нуждался в присутствии игроков, ну разве что одного единственного ремесленника для общего контроля работ, а так все делали универсалы-заготовки. И еще он обнаружил, что стандарты существовали не только для грифоньих ручных бомб, но и для любой другой взрывающейся, сжигающей, отравляющей продукции клана, от тех же самых ручных гранат, до мощнейших фугасов, а та свобода творчества, которую он и еще несколько новичков получили в самом начале, была ради них самих -- им давали подкачать навыки, поднять уровни, набить руку. Затем пошла сплошная скука: в течение двух недель он собирал установленного кланом стандарта гранаты, мины, бомбы, фугасы -- освоил всю номенклатуру выпускаемой кланом взрывоопасной, горючей и ядовитой продукции, но к концу двухнедельного срока совершенно перестал расти в уровне и почти перестал качать навыки. Как Валирон понял потом: ему, как и всякому новичку, дали извлечь из производства гранат все что возможно, заодно познакомили с клановыми стандартами и технологическими цепочками, и только потом перевели на новое место работы, хотя скорее все же практики.

Очередным полем приложения сил молодого игрока стал цех по изготовлению и разработке алхимических составов от ричичи, которой пропитывали стены, полы и потолки деревянных строений, до лечебных зелий и взрывчатки -- очень важный для клана цех, по-настоящему базовый для доброй половины клановых производств. Ну а для любого алхимика этот цех являлся настоящей Меккой, и не только потому, что такое оборудование как в нем встречалось не в каждом отделении Гильдии Магов и практически не встречалось в свободной продаже, а если встречалось, то стоило запредельных денег, и не потому, что тут не ограничивали себя стандартами как в цехе по производству гранат (стандарты все же существовали и здесь), а во многом потому, что тут не зацикливались на вычитанных в книгах рецептах, но поощряли самостоятельные исследования работников. Все ингредиенты, материалы, магические амулеты, свитки заклинаний и все остальное, что нужно для экспериментов, бесплатно обеспечивал клан, так же как и безлимитный доступ к машинам для смешивания зелий, флотационным, для обработки порошков, к сушилкам, прессам, печам, холодильникам, сепараторам... -- всему огромному арсеналу оборудования, ну а от решившего заняться изысканиями ''кулибина'' требовалось лишь составлять отчет своих экспериментов и в общем-то все -- никакой ответственности за неудачи он не нес, а вот в случае успеха мог получить премию от клана. И вновь очки, навыки, новые уровни буквально каждый наполненный открытиями день, конечно руководство требовало план и приходилось выдавать стандартную продукцию, но и на самостоятельную работу времени оставалось с лихвой. Удивительное, столь много способное предложить место буквально заворожило Валирона, увлекло, подчинило, заставило забыть внешний мир -- он провел в этом чудесном месте больше месяца и в отличие от цеха по производству гранат был сильно недоволен, когда его перевели. Впрочем вскоре недовольство было забыто, и Валирон с головой окунулся в не менее интересное дело.

Новое занятие кардинально отличалось от того чем Валирон занимался раньше: вместо сидячей работы, постоянная ходьба, вместо достаточно четкого распорядка, не нормированный рабочий день, вместо безопасности цехов в самом сердце цитадели, тоже в целом безопасный, но жутковатый и способный на неожиданности лабиринт города дварфов. Демонтаж механизмов, использованных и не активированных ловушек, различных систем управления, водопроводных, отопительных, вентиляционных и осветительных систем оказался неожиданно интересным делом, настолько интересным, что львиную часть заработанных там же очков Валирон вложил в приобретение и рост специализированных навыков и умений и ни разу об этом не пожалел. Город дварфов был к нему добр не только насчет очков -- найденный за одной из демонтированных панелей клад послужил прекрасным стимулом к хорошей работе. Пускай треть найденного пришлось отдать в клановую казну, а остальное делить на четверых (бригада, в которой он работал), но полторы тысячи золотом, два кольца с бонусами и довольно дорогой амулет с подходящими для его класса умениями -- совсем неплохо для молодого игрока, да и для старого тоже. Очень скоро сказались врожденное трудолюбие и искренний интерес -- Валирон пошел вверх, встал во главе бригады, потом сразу трех, не прошло и двух месяцев как он уж отвечал за свой собственный участок работ (едва не треть огромного города) и вполне обоснованно считал, что нашел свое дело, призвание так сказать, но у руководства клана и Морнэмира имелись свои планы -- его снова перевели.

Совсем небольшой отдел, всего один подчиненный, да и тот молчун-заготовка, и жезлы, много жезлов... Первую неделю с ним сидел тот, кого он должен был сменить, а потом полная самостоятельность в принятии решений, как водится вместе с самостоятельностью пришла и ответственность. Сначала работа показалась ему интересной: невероятное разнообразие артефактов самых различных рас, народов, времен -- настоящий экскурс в пусть и выдуманную, но богатейшую историю Серединного мира, плюс снова пошли ''длинные'' очки. Однако через месяц такой вот пусть и интересной, но однообразной работы его настигла скука -- до воя хотелось каких-нибудь, неважно каких, любых перемен.

Вот так он и жил последние полгода: работал, скучал, радовался, набирался опыта, узнавал клан изнутри, несколько раз проведывал сыновей и смог поплескаться в океане, почувствовать меж пальцев горячий песок пляжа, пару раз навещал отца и сестру в городе, но в основном он видел небо только в реале, когда покидал Серединный мир.

Бумс! Задумавшийся Валирон и сам не заметил как ''переварил'' очередную порцию жезлов, и помощник-заготовка бухнул стопку новых. Тревожный звоночек, когда вот так вот незаметно летит рабочее время. Нет, с одной стороны это хорошо -- помогает бороться с отупляющей сознание скукой, но с другой, это первый признак того, что замылился глаз и ты можешь что-то упустить.

-- Так, шабаш! - ремесленник устало откинулся от стола. Открыть интерфейс, взглянуть на часы... О радость (!), о счастье (!), о благодарность богам (!) -- время обеда! - Как же меня задолбали эти жезлы, - думал Валирон, убирая рабочие инструменты и амулеты, - и вообще подземелья -- что я гном? Хочу на воздух, на солнце, на море, на флот, в леса, в горы, в город, но только на поверхность, даже, блин, на войну, и не обязательно она должна быть в июле и в Крыму -- куда угодно, только подальше отсюда! -

Между тем руки сами-собой сделали привычную работу, Валирон глянул на ожидавшего приказов заготовку:

-- Все, баста: я на обеде, а значит и ты, только сперва разнеси готовое по отделам, через два часа будь здесь. -

-- Слушаюсь, господин. - Заготовка тут же встал, подхватил корзину с жезлами второй категории (их было ближе всего нести) и направился на выход. Ну а Валирон тоже отправился, но прежде быстро и привычно пробежался по многочисленным отделам, цехам, мастерским и лабораториям производственного уровня и собрал нескольких друзей, которыми он обзавелся за время жизни и работы здесь, в основном таких же как он молодых игроков ремесленного класса.

В первом посещенном месте ему не повезло -- два его приятеля, полуэльф и полуорк, с головой ушли в работу и не желали отвлекаться на какой-то там обед. Во втором, опять неудача -- торопыга-приятель успел усвистать без него. В третьем, в знакомом, можно даже сказать родном алхимическом цеху его ждал успех. Благодаря острому как у всякого эльфа слуху он еще находясь в коридоре услышал знакомые голоса, и если один из голосов был голосом Бобра, то второй -- голосом того, вернее той, кто и был ему нужен:

-- Сыпь хреню в чушку, не жалей, - как обычно уверенным до хамства тоном вещал Бобер. - Говорю больше сыпь! Добивай мешок, не бойся! -

-- А не слишком будет? - осмеливалась возражать ему Гирзза, единственная в клане девушка-орка, избравшая класс мага, но с большим упором в алхимию (собственно поэтому она и была сейчас здесь, а не в составе одного из боевых рейдов). - По нормативу нужно вполовину меньше, а ведь мы и с фосфором, и с магнием переборщили -- смесь итак неустойчивая получается, а ты говоришь, сыпь еще! -

-- Ха! Да я эти нормативы и устанавливал, а потом писал инструкции, в которых они прописаны! - захохотал Бобер. Он сказал чистую правду, но таким самодовольным тоном, что Валирону захотелось дать ему в морду.

-- Тогда почему? - не поддавалась и не отступала упрямая девушка.

-- А потому, что писал я их больше семи-восьми месяцев назад -- они уже устарели, а переписать времени нет, так что слушай меня и мотай... Хм. Тебе ведь некуда мотать, ну ладно, так запоминай. -

Женщины редко выбирали расу орков, меньшим спросом у прекрасного пола пользовались лишь гномы, но известная как Гирзза игрунья по каким-то ведомым только ей причинам не последовала общему канону (чаще всего -- эльфы), а предпочла славную свирепостью, живучестью, воинскими талантами, но никак не красотой расу. Еще более странный выбор, если учесть ее класс -- МАГ. Хотя каждый сходит с ума по-своему и не похоже было, что Гирзза хоть раз пожалела о сделанном выборе, а если сравнивать ее привлекательность для противоположного пола, то тут она вообще попала в десятку -- на фоне стандартно-красивых худышек-эльфиийек ее оригинальная внешность, крепкое телосложение, пикантно острые и длинные клыки с редким постоянством вызывали повышенный мужской интерес, и недостатка в кавалерах Гирзза не испытывала.

Валирон вошел в зал и, минуя многочисленные столы, станки и механизмы, направился к здоровенной цистерне. К самой вершине цистерны вел широкий пандус из металла, по которому к разинутому зеву огромной емкости доставляли бочонки и мешки с нужными ингредиентами. Сейчас на решетчатой площадке у распахнутого зева находились трое: Бобер, Гирзза и заготовка с полупустым мешком, и там же, как говорится не отходя от кассы, шел урок. Валирон замедлил шаг -- то что сейчас рассказывал Бобер было важно, и девушке следовало это знать.

-- Сейчас мы готовим основу для взрывчатки не для ручных гранат, не для грифоньих бомб, не для растяжек и даже не для мин, а для больших фугасов. Стабильности там особой не нужно, а вот дополнительная мощь при взрыве не помешает, как и зажигательный эффект и яркая, слепящая, хорошо заметная вспышка. -

-- Поэтому фосфор и магний, - кивнула Гирзаа, - я уже догадалась. Но почему нужно жертвовать безопасностью в угоду мощи взрыва? -

-- Да никто и не жертвует -- в походе фугасы всегда хранятся в сумках (безразмерных сумках). Сама знаешь, такую сумку можно швырять, топтать, топить, хоть плясать на ней, но пока оболочка цела содержимому ничего не угрожает... -

-- А если ее повредить, то содержимое просто исчезнет с концами, - закончила Гирзза.

-- Ну вот ты сама все поняла, - обрадовался Бобер. - А все остальное время фугасы лежат прикопанные в земле -- стабильности выше крыши. Так что сыпь давай! -

-- Сыпь, - Гирзаа кивнула заготовке, и тот высыпал в зев цистерны остатки мешка. Одновременно орка заметила подошедшего Валирона и махнула ему рукой. Заметил его и Бобер, глянул в интерфейс, глянул на орку, перевел взгляд на цистерну, что-то прикинул в уме и махнул рукой:

-- Смеси все равно часа три еще зреть, так что иди уж набачивайся хавкой, я тоже может через полчасика подойду, - заканчивал он уже в спину спускавшейся по крутому пандусу как по горке Гирззе, только знай хлестала по воздуху и по металлу черная как нефть и длинная до колен коса.

-- Ну что сперва за косолапым, за мафией и папским отродьем или за акробатами? - уже в коридоре поинтересовалась орка.

-- Акробаты не у дел, - на ходу пояснил Валирон. - Залезли в потроха древнего фейрийского голема и пропали для общества. -

-- Жалко. Тогда Топтыгин -- он ближе. -

-- Давай. -

Путь игроков лежал в литейку, как ясно из названия, это полный нестерпимого жара и грохота цех, в котором отливали изделия из металла, от ложек до корпусов гранат. Впрочем цехом литейку называли больше по привычке: когда-то давно это действительно был цех в средних размеров зале, нынче же -- целый завод, большая и постоянно растущая система залов, вместе с ростом количества залов рос и ассортимент выпускаемой продукции. Эльф и орка так и не достигли самой литейки -- тот за кем они шли встретился им по пути.

Миша Топтыгин по прозвищу Маленький Джон начал свою игровую жизнь как воин, как воин он заработал серьезную репутацию среди игроков и как воин же пришел в клан. В общем-то ничего удивительного -- борец вольного стиля, профессиональный десятиборец международного класса умел ставить перед собой цель и идти к ней как танк, сметая все на своем пути. Несмотря на выбранную расу (полуэльф), мощь и навыки его реального тела частично отразились на теле виртуальном. Конечно Маленький Джон не был таким бугаем как спецназовцы, но на фоне остальных полуэльфов смотрелся тем еще здоровяком. А еще, как тот кто проводил в виртуале времени больше чем в реале, он имел преимущество над теми, кто просто играл -- обе форы Топтыгин использовал на все сто (не зря его заметил и пригласил клан Драконов). Уже состоя в клане он неожиданно для всех вспомнил свое первое образование (слесарь-инструментальщик) и полностью сменил амплуа, взяв вторым классом ремесленника, а не друида или мага как хотел раньше. Кстати ремесленник из него получился, вернее грозился со временем получиться, даже лучше чем был когда-то воин, особенно он был хорош в любых работах с металлом, хоть в ковке, хоть в литье. Не меньше хозяина заслуживал внимания его питомец -- полутораметровый, прямоходящий, разумный кот по кличке Батоно и, что характерно, радикально черного цвета (для справки: вообще-то никакой не кот, а ракшас, но скажем так, компактный и совсем не жуткий на вид). За что Топтыгин наградил питомца таким именем, оставалось неизвестным: когда игроку задавали прямой вопрос, он делал загадочные глаза и говорил, что ''похож'', а чем похож и на кого не говорил. Такая загадочность только разжигала интерес, и многие любопытствующие пытались вытянуть из хозяина питомца историю происхождения имени, а еще искали и, вот удивительно, находили в ракшасе-коте присущие грузинской нации черты. Тот же Шутник не упустил случая и с позволения хозяина презентовал котейке кожаную кепку и полную авоську мандаринов. Ну мандарины давно уже кончились, а в кепке Батоно рассекал до сих пор.

-- Здорово! За мной идете? А я вот он, - первым поприветствовал друзей Топтыгин, Батоно вежливо приподнял край кепки. Питомец еще не говорил (не хватало уровня), но все понимал.

-- Здорово-здорово, медведище, - не остался в долгу Валирон и звонко хлопнулся с ним ладонями. - Привет родине младших научных сотрудников, - это уже Батоно.

-- Металлургам привет, - поддержала общий тон Гирзза и немедленно начала гладить замлевшего и заурчавшего кота.

-- Что новенького вывалилось из ваших плавок? - на ходу спросил у Топтыгина Валирон.

-- Счас, - Маленький Джон сунул руку в широкий карман штанов и извлек из него... нет, не дубликат бесценного груза, а ребристый корпус гранаты, опять нет, не полноценную гранату, а пустотелую ''рубашку''.

-- Это то что я думаю? - подкинул изделие в руке Валирон, одновременно он подивился весу -- легкая. Действительно очень легкая, а ведь он понимал дело -- сколько собрал своими собственными руками и не перечесть.

-- То самое, - Топтыгин был доволен как слон и не скрывал своих чувств. - Все, можно забыть про прежние кустарные самоделки, доводку напильником и прочую мутотень -- теперь будем сразу отливать таких вот красавцев и столько, сколько захотим, хоть до пяти тысяч штук в день. -

-- А и вправду легкая, - изделием завладела Гирзза. - Что за материал не пойму? Не железо, не чугун, не сталь -- бронза? -

-- Специальный сплав, - для значимости поднял палец кверху Топтыгин. - Еще не придумали как назвать, но за этим дело не станет -- главное есть четкая рецептура. -

-- Ты прав, название -- фигня, - согласился с приятелем Валирон, машинально подкидывая изделие в руке -- легкая как перышко ''рубашка'' буквально воспаряла к потолку, удобный размер не заставлял напрягаться ладонь, а ребристая поверхность не давала пальцам соскользнуть. - А вот всех нас скоро ждут веселые времена: кого-то потеснят, кому-то придется переехать и всех без исключения ждет больше работы. -

-- Чего ты такое говоришь? - нахмурился Маленький Джон, убирая свое имущество в карман. - Что за приступ ''касандровой болезни''? -

-- Объясню, - краешком губ ухмыльнулся Валирон. - Во-первых, сколько ты там говоришь вы можете выдать в день? Пять тысяч? -

Топтыгин кивнул, на его лице начало проступать понимание, рядом также понимающее ухмылялась Гирзза.

-- Я вот думаю, старшие клана непременно захотят иметь эти пять тысяч в день, захотят и больше. И это правильно -- мы не только окончательно закроем все потребности клана внутренним производством, но и сможем создавать запас, серьезный стратегический запас гранат. Дальше больше: если можно лить рубашки для ручных, то почему бы не лить корпуса для мин, для ручных бомб, мало ли еще для чего... -

-- Для пугалочек (шумовых), вспышек (осветительных), вонючек (дымовых), - подхватила Гирзза.

-- С ядом, зажигательных, с маг-начинкой, - заканчивал уже Маленький Джон. - Все верно, придется отливать разные виды корпусов, ну и мины с ручными бомбами придется лить -- никуда не денешься. -

-- Вот, значит вас скоро расширят: добавят финансирования, добавят помещений, нагонят персонала, загрузят работой. -

-- И не поспоришь, - развел руками Топтыгин.

-- А во-вторых? - вернулась немного назад орка.

-- Во-вторых, большие перемены ждут цех по сборке гранат, твое место работы кстати тоже. Почему? - Валирон не дал задать вопрос -- задал его сам и тут же сам и ответил: - Да потому что сейчас цех по сборке собирает от силы тысячу изделий в день и это все: гранаты, бомбы, мины, фугасы -- все, а нужно будет пять тысяч одних гранат, да и предположу не ошибусь и остальные позиции сильно вырастут в объемах. А значит будет как с литейкой -- взрывной рост помещений и персонала. По аналогии цех алхимиков -- нужно же многие тысячи мин и гранат чем-то начинять? Так что большие объемы производства -- больше персонала, больше помещений...

Маленький Джон собирался задать вопрос и уже открыл рот, но его опередила орка:

-- Ладно хватит ванговать -- пришли. -

Троица игроков и питомец проникли в царство тишины, стеклянных колб и трудноуловимых запахов, от которых иногда кружилась голова, бывало темнело в глазах, сохло в горле, шелушилась кожа, а иногда сигнализировал о наложенных дебафах интерфейс -- отдел по производству ядов не любил праздношатающихся зевак. Вскоре трио игроков превратилось в квартет.

-- Наше с кисточкой корпорации отравителей, - опять первым поздоровался Валирон, хлопнув сидевшего за одним из столов эльфа по плечу.

-- Ну ты бара...! - не закончил фразу эльф, едва не хлопнув о стол стеклянную мензурку с какой-то мутной жидкостью внутри. Несколько мгновений он с ужасом смотрел на колыхание способной убить все живое в радиусе 100 метров вокруг субстанции, потом облегченно вздохнул, вытер обильно выступивший пот и осторожно поставил ее в специальный держатель. Надо ли говорить о том, что приветствия остальных игроков прошли мимо его внимания.

Игрок-эльф по имени Цезарь 555 и заработанному еще до клана прозвищу Борджиа пришел к Драконам не так давно, вернее как и Топтыгин был приглашен. Очень неплохой ремесленник и довольно сильный маг-алхимик успел прославиться как наемник в многочисленных клановых войнах, но сам не спешил вступить в какой-нибудь клан или даже связать себя долговременными обязательствами, предпочитая золото и свободу тем преимуществам, что давало членство в любом клане, даже Драконы когда-то получили от него вежливый, но отлуп (однако приглашение не отозвали). Может быть Борджиа так до сих пор и жил бы как тот кот сам по себе и гулял где вздумается, но однажды он слишком хорошо выполнил свою работу и серьезно унизил-опустил враждебный его очередным нанимателям клан. Закончилась война двух кланов, наниматели щедро расплатились за оказанные услуги и забыли о наемнике, а на Борджиа началась охота -- мстительный клан охотился за ним повсюду: объявил награду среди игроков, подписал Гильдию Убийц, платил взятки продажным стражам и чиновникам тех городов, где чаще всего бывал их враг, платил кому угодно за любую информацию о нем. Некоторое время опытный, прошедший не одну войну наемник метался как загнанная, а потому смертельно опасная крыса и даже умудрялся делать ответные ходы, больно кусая своих преследователей и гонителей или тех кто польстился на их деньги, но сила солому ломит -- как бы ни был хорош Цезарь 555, против него был целый клан, сильный, большой, богатый клан. В конце концов лишившийся всех средств, нычек и друзей игрок вспомнил о давнем приглашении Драконов и поспешил его принять (терять-то ему все равно было уже нечего, кроме разве что аватары). Со своей стороны Драконы рискнули взять опального игрока к себе и спрятали его там, где кроме них не было и еще долго не появится других игроков.

-- Ты баран, Шпунтик! - разобравшийся со смертельным содержимым мензурки Борджиа наехал на растерявшегося Валирона. - Из-за тебя мы все могли сдохнуть, и под всеми я имею в виду весь зал! -

-- Ну извини, - вполне искренне повинился Валирон, - как-то не подумал. -

-- Совсем ты у себя там с жезлами одичал, - напоследок пробормотал Борджиа, но поскольку все окончилось хорошо, не стал сильно глубоко лезть в бутылку, облегченно уселся на край стола и спросил: - Чего притютюнились? -

-- За тобой, - ответил Маленький Джон, с интересом рассматривая содержимое стола, но благоразумно ни к чему не прикасаясь. - Глянь в интерфейс, обедешное же время. -

-- А ведь верно, - последовал его совету Цезарь, - сейчас приберусь и пойдем. -

-- А где мафия, чего-то его не видать? - орка спросила об отсутствующем приятеле, и тут же, демонстративно помахав у носа ладонью, выкатила претензию : - И вообще почему у вас всегда так воняет, что нельзя аккуратней быть?! На мне между прочим два дебафа уже висит, и жизнь упала на целых десять пунктов! -

-- Мафии нет -- перевелся. Предпочел нашей работе сельхоз-навоз, зато на воздухе (сельхоз-навоз -- отдел по ремонту и обслуживанию букхеров, веялок, конных грабель и т д).

Борджия довольно быстро прибрал свое рабочее место и повернулся к поджидавшим его друзьям.

-- Все я готов, пошли. Ну а насчет дебафов сами виноваты -- что как не родные, будто первый раз сюда пришли? Вон стопка амулетов висит, специально для таких как вы гостей, надели бы и ничего бы не было. -

И ведь не поспоришь-- ни один из игроков даже не вспомнил про амулеты, хотя каждый из них мазнул по ним взглядом перед тем как войти во всегда опасный зал. Впрочем не такой уж и большой косяк -- Борджиа и Гирзза быстро сняли дебафы и подлечили как себя, так и друзей. Вскоре окончательно сформировавшаяся компания бодро шагала к ближайшему телепорту.

-- Ты все еще не закончил со своей побочной самодеятельностью, не оставил идеи сделать лук? - поинтересовался у Борджиа Валирон, галантно пропуская вперед Гирззу. Орка встала на металлический круг и через мгновение исчезла.

-- Нет, - немного раздраженно, но в то же время упрямо ответил Борджиа, вскоре стало ясно, почему он раздражен: - Снова запорол основу: когда начал ее делить на две части, оказалось что дерево недостаточно высохло -- опять все по новой начинать. -

Телепорт перезарядился, и на него встал Топтыгин -- раз и его нет. За хозяином последовал Батоно, игроки не возражали.

-- Может хватит маяться? - попытался образумить приятеля Валирон. - Зачем тебе лук? Тебе из него не стрелять. -

-- Знаю, - согласился Борджиа, - но интересно и хочется довести дело до конца. И клей могу сварить, и лак, знаю всю теорию от и до, с деревом у меня хорошо получается, взял и прокачал специальный навык для работы с рогом -- обидно будет, если все усилия пропадут зря.

Тихий хлопок и Батоно исчез, а Валирон занял его место.

-- Тогда яйца в кулак и терпи, - подбодрил упрямого друга Валирон, - любое новое дело требует усилий и часто сразу не идет. -

-- Знаю, - Борджия ответил пустоте и в свою очередь вступил в круг. Через несколько секунд исчез и он... чтобы присоединиться к друзьям на другом уровне цитадели.

Уже у самого входа в ''столовку'' кампания встретила и поприветствовала того самого отсутствующего ''мафиози'' -- совсем молодого эльфа-игрока по имени Мегатрон 5013 и прозвищу Майкл Корлеоне, близкого родственника одного из старейших членов клана (нет, не Вито Корлеоне и вообще не Корлионе и даже не итальянца, а уроженца страны вечнозеленых помидор).

-- Какие люди и без охраны! - широко улыбнулся Топтыгин.

-- Привет счастливчик загорелый, - немного завистливо прокомментировал внешний вид приятеля Валирон.

-- Как там Аль Капоне и Тони Сопрано? - вставила свои пять копеек Гирзза.

-- Ну и чем пахнет деревня? - немного желчно поприветствовал ''перебежчика'' Цезарь.

По понятным причинам Батоно ничего не сказал, но вновь приподнял кепку в приветствии.

-- Здорово всей честной компании! - обрадованно и задорно ускорил шаг Мегатрон. - В деревне чудесно: свежий воздух, солнце, трава, птички поют, доярки дают... в том числе и парное молоко. -

-- Балабол! - прокомментировал Борджиа, но против воли улыбнулся.

-- Что касается всяких там дикарей из Чикаго и жирножопых провинциалов из Нью-Джерси, то не пристало представителю благородной семьи Корлеоне забивать себе голову мыслями о таких мелких уеба...ах. -

-- Пошли, благородный болтун, - подхватила его под локоток Гирзза и повлекла ко входу в ''столовку'', остальные со смехом последовали за ними. Всегда веселый ''мафиозо'' сумел поднять настроение на нужную высоту.

Смеющаяся и перешучивающаяся компания ввалилась в зал и быстро оккупировала ближайший подходящий столик. Совсем скоро к столику подошел официант и веселая компания смогла сделать заказ.

-- Значит так, - опередив всех, первым начал заказывать наглый как его тезка Корлеоне, - я готов быка с яйцами сожрать и запить его целой бочкой лимонада! Я правильно слышал, у вас ведь начали делать лимонад? -

-- Правильно, господин, - подтвердил слухи официант. Лимонад в ''столовке'' начали делать пять дней назад из привозных лимонов и сахара (флотская добыча) и местной воды. - Из нового еще есть морс (клюкву тащили безразмерными сумками с болот). -

-- Не-е, кислятины нам не надо, тащи лимонад и пошустрей! - отказался от полезного в пользу сладкого Майкл.

-- Хорошо, господин, - слегка поклонился официант и развернувшись быстро пошел, почти побежал в сторону кухни.

-- Не понял, - возмутился Маленький Джон, - куда это он поскакал?! А заказ?! -

-- Так наш мафиоза сам его застращал, - со смехом пояснила Гирзза. - Парнишка видно новенький -- я здесь его раньше не видела, вот он и воспринял его ''пошустрей'' буквально и шустро помчался за лимонадом! -

-- Да-а, промашка вышла, - немного смутился Мегатрон 5013.

-- Ничего, он скоро вернется, - рассудил Валирон, - тогда и сделаем заказ, зато пока ждем, будем попивать лимонад. -

-- Скорей бы, - хрипло сглотнул Борджиа и в ответ на недоуменные взгляды пояснил: - Сегодня с абсорбентами работали -- сушняк как после недельной пьянки. -

Валирон ошибся, не насчет лимонада, а насчет того, что компании светит спокойно его попивать, ожидая свой заказ -- парнишка Белка действительно работал здесь первый день, дорожил полученным шансом и очень желал отличиться...

-- Ох..ть! - с искренним чувством высказался тихо-мирно обедавший за одним из столов друид, увидев огромное медное блюдо, которое тащили сразу восемь человек и тушу цельнозапеченного быка на нем. Друид не долго оставался один -- со всех сторон зала послышались смешки и комментарии:

-- Совсем молодежь озверела! - не понять то ли с завистью, то ли с возмущением высказался маг, но ни зависть, ни возмущение не помешали ему замахнуть очередной кубок вина.

-- Если они пашут как жрут, то Стаханов отдыхает, - прокомментировал зрелище вернувшийся из долгого похода по лесам и решивший насладиться благами цивилизации рейнджер.

-- Они чо правда решили все это сожрать?! Впятером?! - ошарашенно спросил очередной шокированный игрок, когда подобрал челюсть с пола.

-- Еще как сожрут, а потом за нас возьмутся, - с серьезным видом ответил ему воин-орк из-за соседнего стола и, повернувшись к своей соседке, недавно вступившей в клан эльфийке ( родственнице одного из членов клана), с обеспокоенным лицом ее предупредил: - Готовься и оружие держи под рукой -- точно надышались там у себя всякой алхимией и поехали шифером в сторону Перми, сейчас быка дожрут и кинутся. -

Глаза девушки стали даже не круглыми, КВАДРАТНЫМИ, а ладонь судорожно сжала рукоять меча. Только через минуту она увидела улыбки на лицах сидевших за столом воинов и поняла, что ее разыграли. А вот каждый из пятерки ремесленников рад был бы стать жертвой розыгрыша и посмеяться вместе с теми, кто их разыграл, только вот получалось, что разыграли они сами себя, вернее не разыграли, подставились и все благодаря длинному языку одного из них и чрезмерному желанию услужить новенького работника ''столовки''.

Все то время пока на столе размещали блюдо с исходящим паром и запахами быком ремесленники ошарашенно молчали, молчали, когда рядом с их столом уместили бочонок лимонада с висящем на нем ковшом (на столе бочонок уже не помещался), молчали, когда рядом с быком сумели таки втиснуть блюдо с двумя кусочками мяса в форме колобков, а перед каждым из них сервировали тарелку и большую кружку для лимонада, не молчал только Батоно -- котяра урчал, сверкал глазами и едва не драл деревянный стол когтями в нетерпении.

-- Что-нибудь еще? - услужливо спросил официант, когда целый десяток здоровенных мужиков-носильщиков разместили заказ и отправились в сторону кухни, не дождался ответа и уже более обеспокоенно спросил, испуганно глядя в сторону направлявшейся к столу Ларириры: - Я что-то сделал не так? -

-- Все так, - быстрее всех сориентировалась орка, - молодец. Теперь тащи какой-нибудь тесак или топорик для туши, хлеба, тарелку зелени и побольше соли и всяких приправ.-

-- Я мигом! - обрадованно закивал старательный (даже чересчур) парнишка и вновь припустил в сторону кухни. Заинтригованный зал проводил его взглядами и шепотками, а затем затих, с интересом ожидая с чем он появится в следующий раз.

-- Морду кирпичом! - сквозь зубы прошипела сотрапезникам Гирзза и широко напоказ улыбнувшись кивнула Ларирире, администратор ''Столовки'' поклонилась в ответ и двинулась вслед за официантом узнать о том что происходит из первых рук.

-- Удружил ты нам, Мегатронище, - Топтыгин осуждающе глянул на заварившего кашу приятеля, - думать надо, потом говорить, а то БЫКА, БОЧОНОК! Вот тебе бочонок, вот тебе бык! И назад отправить нельзя -- вон все как зыркают, дадим задний ход, офоршмачимся (потеряем лицо)! - Одновременно он гладил-успокаивал возбужденного таким количеством мяса питомца, который почти был готов забыть про всю свою разумность и броситься вперед.

-- Точно, - орка стрельнула глазами по сторонам. - Делать нечего, придется жрать до барабана вместо пуза и затем готовиться занять долговременную позицию на толчке. Так что ты, Топтыгин, не очень успокаивай своего усатого генацвале -- чем больше он сожрет, тем лучше. -

-- Пацаны, Гирзза, простите! - наконец отмер Мегатрон. - 100%-й мой косяк, признаю! -

-- Да ладно тебе, - усмехнулся Валирон, наливая себе лимонада ковшом, - зато будет чего вспомнить -- я вот, например, впервые быка прямо с вертела буду есть.-

-- Это то, что я думаю? - брезгливо указала на отдельный поднос Гирзза.

-- Ага, - завладел подносом и поставил его перед собой Борджиа. - Они самые -- бычьи яйца. Я как-то туристом ел в Кадисе -- обалденная вкуснятина. Мне говорили, что особенно хороши яйца быка убитого на корриде, лучше прямо на арене. -

-- Какая гадость! - чуть не сплюнула Гирзза, остальные ремесленники явно разделяли ее мнение.

Борджиа жалеючи посмотрел на них, пододвинул к себе плашечки с солью, горчицей и хреном, вооружился ножом и вилкой, но прежде чем приступить, предупредил:

-- Сами не знаете, чего себя лишаете, говорю: вкуснятина обалденная! Ну?! - он обвел взглядом приятелей -- все отворачивали и кривили лица. - Ладно, как знаете, - не похоже что он был недоволен их выбором, скорее наоборот. - Тут яйца вообще супер -- в три раза больше тех, что мне подавали в реале. -

-- А ты уверен, что тебе тогда приносили именно бычьи яйца? - Гирзза с омерзением смотрела как Цезарь отрезает первый небольшой кусочек от придерживаемого вилкой мясного ''колобка''.

-- А чьи еще? - не понял ''гурман'', обмакивая отрезанный кусочек в хрен.

-- Ну ты же сам говорил про корриду и что яйца были меньше -- вдруг тебе принесли не яйца быка, а конкиста..., ой, тореадора? -

Рука Борджиа даже не дрогнула: он донес лакомство до рта, прожевал, оценил вкус, проглотил, отпил лимонада и только потом ответил на подкол:

-- Нет, яйца КОНКИСТАДОРА подавали на соседний столик, так что за меня не переживай. -

Первой брызнула смехом сама Гирзза, потом все остальные, а вот Борджиа держал марку до конца и с прежним минорным выражением лица обмакнул уже второй кусочек, но на этот раз обмакнул его в горчицу.

-- Ну хватит про яйца! - возмутился Топтыгин. - Я жрать хочу! Где наш шустрила с топором? Значит быка мигом приволокли, а топор чего, с собаками ищут, на КУХНЕ?! Может ну его, обойдемся ножами? - он вытащил из-за пояса здоровенный кинжал. Валирон, Гирзза и Мегатрон потянулись за своими.

Снова вздохнул зал, но скорей разочарованно -- всего три подавальщика с подносами и никаких больше быков и других подобных занимательных вещей, а вполне обычная большая тарелка нарезанной зелени, хлеб, глубокая миска соли и множество пиал с приправами и соусами. Правда поднос с лежавшими крест-на-крест топором и полуметровым тесаком несколько выбивались из стандарта, но все сразу догадались, зачем сии предметы решившим сожрать быка ремесленникам.

Топором сразу завладел Топтыгин (никто не возражал) и употребил его для общей пользы, тесаком пользовались все по очереди, когда в нем возникала нужда. Дальше все сложилась довольно удачно, и нет, пятерка ремесленников и питомец не смогли одолеть целого быка (хотя и старались) -- справились примерно с четвертью, но вскоре подошла еще пара приятелей из мастерских, потом Бобер вместе с начальником цеха по выпуску гранат, затем чуть ли не целая толпа из мастерских по разработке-производству сельхоз-техники, еще кое-кто и еще -- бычару обглодали до белых костей, но это случилось уже без отравившихся восвояси приятелей (их обеденное время подходило к концу).

В отличие от приятелей Валирон захотел прогуляться, а не воспользоваться телепортом. Оно и понятно -- у них работа на ногах, а у него на заднице, которую весь день приходится полировать о жесткий деревянный табурет, так что он использовал любую возможность, чтобы дать ей отдохнуть и заодно размять ноги, да и чересчур щедрой порции жаренного мяса нужно было уложиться в животе. Хороший, разумный, еще и полезный план, жаль не получилось, но это позже, а пока Валирон попрощался с приятелями, с улыбкой проводил глазами перекатывающегося как колобок котейку в кепке и прогулочным шагом двинул по коридорам, держа путь к самому большому из них, известному в народе как ПРОСПЕКТ. ''Проспект'' не зря получил такое название: пускай по другим не таким большим коридорам и лестницам (тем более телепортам) и можно было сильно срезать путь, но путешествуя по проспекту ты мог ни разу его не покидая пересечь всю огромную цитадель, от превратившегося в гигантский склад восьмого уровня до ведущего на поверхность первого. По крайней мере так должно было быть...

-- О-п-р-с-тэ! - не удержался от комментария Валирон, шарахнувшись обратно в только что покинутый коридор.

По проспекту гнали коз, нет, КОЗ -- огромных тварей с хороший стог величиной. Почему такое сравнение? Все просто: густая, буквально метущая пол шерсть голубоватого отлива визуально сильно увеличивала размеры и без того довольно впечатляющих животин. Впереди коз двигался друид, величаво постукивая резным посохом по полу и как бы задавая ритм концерту из множества цокающих копыт у него за спиной, всего один друид на все стадо в сотню голов. Рядом с друидом вышагивал козел, видимо вожак стада. И опять же таки не просто козел, а КОЗЕЛ, можно даже сказать ОХРЕНИТЕЛЬНО ЗДОРОВЕННЫЙ КОЗЛИЩЕ, кончик довольно длинной бороды которого все равно немножко не доставал друиду до плеча, вернее это плечо не доставало до кончика бороды гигантского зверя. Честно сказать, Валирону стало немного не по себе, когда он поймал взгляд вожака стада, он оценил довольно агрессивный взгляд (если бы не друид, впору было бы драпануть), оценил и копыта, способные с одного удара убить медведя, а то и кого покрупней, оценил похожие на колья засеки рога, кончики которых покачивались в трех с половиной метрах над землей -- чтобы завалить такого вот ''бабушкиного козлика'' потребовался бы хорошо сбитый рейд из опытных игроков, да и то шансы 50/50. И хотя даже столь большие животные не смогли перекрыть весь огромный коридор, Валирон все же не решился идти параллельно гонимому стаду: он сильно сомневался, что один друид полностью контролирует ВСЕХ коз -- единственный пусть и случайный удар копытом и здравствуй респаун. Ну и запах: густое, почти видимое облако запахов, которое окружало коз и даже здесь в коридоре заставляло слезиться глаза -- ремесленник пожалел свой нос, пожалел свою обувь и побоялся потерять обед.

*

Коз, да и любую другую животину берегли и не гоняли через портал, а потом через грязно-шумно-вонючую городскую стройку. Для нежных чувств животных такая прогулка стала бы пострашнее чем посещение аттракциона ужасов для совсем маленьких детей -- психические травмы, вплоть до физиологических последствий (потеря молока, выпадение шерсти, снижение веса, огрубевание мяса и т.д., вплоть до смерти). А потому всех покупных животных выводили через большой наружный телепорт прямо на остров посреди лесного озера, затем по ВОДНОЙ ТРОПЕ выводили с острова в лес, ну а потом кружным путем гнали куда надо.

*

Валирон благоразумно переждал, пока пройдет стадо, потом еще немного подождал, пока проедут сразу две телеги, на которые заготовки с лопатами сбрасывали остающееся после коз говно и, только когда коридор был ''разминирован'', продолжил путь. Прогулка уже была испорчена -- несмотря на усилия спец-команды заготовок коридор все равно намертво пропах козьей шерстью и говном, но Валирон продолжил бы по нему идти, надеясь вскорости миновать вонючую зону, однако через пару минут встретил новую напасть: на этот раз по коридору гнали свиней, не таких больших как козы, но гораздо более вонючих. Валирон понял -- не судьба, а потому, оставив мысли о прогулке, свернул в боковой коридор, быстро нашел ближайший телепорт и через пару минут уселся за свой рабочий стол. Вновь хуже горькой редьки надоевшие жезлы, жезлы, ЖЕЗЛЫ и жезлы, и так до бесконечности, точнее до конца рабочего дня.

Глава 44

Земли клана Красного Дракона, зона переноса, территория еще не построенного Восточного замка, 200 метров под землей.

Через 14 дней после того как армия клана выступила в очередной большой поход.

Зубастая пасть огромной гиены брызнула осколками зубов и кровью -- словивший стрелу гнолл выпустил из лап грохнувшийся об пол кистень, вскоре вслед за кистенем последовало уже мертвое тело.

-- На! - Кредитор (Гэлрон) увернулся от свистнувшей рядом секиры и подсек своего противника мечом. Распрямиться обезноженый гнолл так и не успел, но отвлекшийся Кредитор был тут не причем -- другой воин как тыкву развалил подранку голову топором и это несмотря на прочный кожаный шлем.

-- Оттесняйте оставшихся в угол, - скомандовал Полдон, практически в упор выпустив очередную стрелу, стрелу с пульсирующим багровым наконечником. Взрыв! Еще один изуродованный враг растянулся на каменном полу. Бонусные стрелы едва ли не в буквальном смысле рвали пасти на британский флаг!

-- На хер!? - прорычал подчистивший за Кредитором воин. - Так добьем! - И он был прав: на шесть игроков рейда осталось шесть разумных, прямоходящих гиен -- ерунда, жалкая горсть по сравнению с тем изобилием мертвых тел, что уже устилали пол.

Эленон убил замахнувшегося на него гнолла булыжником!

Друид воткнул в живот другому посох-копье с мечевидным наконечником!

Полдон снова спустил тетиву!

Любитель чистоты разрубил своего от плеча до пупка, и подставленная под удар секира не помешала богато заговоренному клинку!

Кредитор в два слившихся в одно движение взмаха прикончил сразу двоих -- одному срубил руку по плечо и распорол бок и бедро, другому помог сбросить вес головы!

И... противники закончились -- все.

Некоторое время игроки деловито шмонали мертвые тела, потом собравшись в боевой порядок двинулись дальше. Впереди два воина, сзади два мага, друид и рейнджер в середине -- довольно условное деление: и Кредитор, и его напарник давно уже взяли второй класс мага и неплохо в нем продвинулись, мага взял и идущий позади них Полдон, а исполнявшие сегодня роли магов игроки имели вторыми классами ремесленника и воина, один лишь друид пока, именно пока, пребывал ''в чистоте'' и не озаботился вторым классом.

Готовый к бою рейд встретили довольно большой зал-пещера и восьмиметровый голем плоти посреди него. Уродливое создание заметило игроков, его глаза зажглись ненавистью, конечности начали подниматься, открылась наполненная разноразмерными зубами пасть...

Бумс! Ломая зубы в рот вонзилась граната и прежде чем монстр успел выплюнуть или достать ''лакомство'' рукой прогремел еще более громкий БУМС! Потолок пещеры украсили веселенькие разводы, а на пол пролилась короткая капель.

-- И это все?! - разочарованно вопросил Полдон, после того как обезглавленное тело грохнулось на дрогнувший пол. - Как-то кисло! -

-- Вот и нету великана, даже усов от него не осталося! - со смехом процитировал Эленон. - Чем недоволен?! Завалили и завалили, капнули очки, кстати прилично капнуло! А ты че хотел полчаса с ним махаться?! -

-- Да не-е, - отверг обвинение Полдон, - просто не ожидал: такой ли Фреди с улицы Вязов, да еще с тот самый вяз величиной, а слился после одной гранаты. Тьфу позорник! -

-- Если тебе в хайло гранату затолкать, хорошего не жди, - выдал околофилософскую мыслю друид -- с ним сложно было спорить.

Обсуждение совместимости хайла и гранаты надолго не затянулось как и обыск бедной на добычу пещеры, и вскоре игроки готовы были продолжить путь... но вот незадача, не ясно было какой из трех возможных путей им следовало избрать.

-- Ну что, бросим монетку? - в конце-концов предложил Кредитор.

Возглавлявший временно сбитый рейд Полдон скривился -- он не любил отдавать решения на откуп слепому случаю, но все же согласно кивнул.

-- Орел -- прем прямо, решка -- сворачиваем, - предложил хозяин судьбоносной монеты и не дождавшись возражений подкинул серебренный кругляк едва не к самому забрызганному мозгами потолку.

-- А если выпадет сворачивать, то куда, вправо или влево? - поинтересовался воин-орк, хозяин дорогого, способного одинаково рубить как сталь, так и плоть двуручного изогнутого клинка.

-- Подбросим еще раз и решим, - отмахнулся от вопроса Эленон, азартно следя за возвращающейся монетой.

Вот Кредитор поймал блестящий кругляш и накрыл его ладонью, не спеша показывать результат оглядел заинтересованные лица.

-- Хватит нервы трепать, Бедняков безбородый! - не выдержал один из магов. - Показывай давай! -

Совершенно не похожий на известного ведущего Кредитор ухмыльнулся и показал. Все дружно выдохнули -- выпал орел -- центральный путь.

-- Так, стоять, торопыги! - Полдон остановил намылившихся построиться в боевой порядок соратников. - Че-то мы расслабились: пускай голем оказался дутым, но в той пещере все может быть по другому -- чую там если не босс, то кто-то серьезный. Так что давай, Поплавок (Эленон), вспомни свой первый уровень (ВОР) и нарой-ка нам инфы.

-- Лады, - не стал возражать Поплавок, и вскоре едва видимая фигура скользнула вперед, через несколько метров вор и вовсе слился со стеной. Полдон тоже проверил соседний зал как маг, но понял только, что там есть живое существо, использовал рейнджерскую спец-способность и ощутил слабый запах волчьей шерсти. Старший рейда недоуменно хмыкнул -- откуда здесь волки?

-- Хотя, - мгновением спустя подумал он, - логикой в этом месте и не пахнет -- может быть все что угодно. -

Ожидание не затянулось, и меньше чем через десять минут успешно попрактиковавшийся в скрыте вор держал ответ перед остальными:

-- Ты был прав (взгляд в строну Полдона) там серьезненький пацанчик обретается -- не голый король навроде (презрительный взгляд на безголовое тело голема), а настоящий злобный волколак и здоровенный к тому же. -

-- Вот жопа! - не удержался от ругательства Кредитор и пояснил для остальных свою реакцию: - Я полгода таскал с собой серебренный меч, как раз на случай таких вот и похожих ''товарищей'', а три дня назад чистил сумку от хлама и выложил -- решил не хер таскать бесполезную игрушку -- теперь из серебра у меня только монета и осталась. -

-- Бывает, - посочувствовал Кредитору воин-орк, остальные тоже проявили понимание -- проблема безразмерных мешков была знакома всем: копишь и копишь вроде бы ненужный, но потенциально способный пригодиться хлам, в конце концов скрепя зубами чистишь жутко забитый мешок и спустя несколько дней снова скрипишь, вспоминая как собственноручно выбрасывал из сумки ''хлам'' -- до зарезу нужный ''хлам''.

-- Ладно, это все лирика, - прервал неконструктивные переживания Полдон, - дальше рассказывай: пещера, местоположение, есть ли другой выход?

-- Пещера как пещера, - продолжил Поплавок, - похожа на эту, но чуть побольше. Волколак дрыхнет на медвежьей шкуре в дальнем правом углу. Выход есть и ведет уже не в пещеру, а в самый настоящий зал. Я конечно могу и ошибаться, но мне кажется, там обитает босс, а наш мохнорылый уродец типа секретарши в приемной. -

-- Шоколадки ни у кого нет? - с серьезным лицом спросил у присутствующих Полдон и разумеется получил от гогочущих соратников отрицательный ответ, правда поступило предложение послать богатенького Кредитора с его серебряной монетой в ближайший универсам за шоколадом, но Кредитор зажал монету. - Ну и ладно, - под уже откровенный ржач пожал плечами старший рейда, - придется ''секретутку'' мохнорылую валить, но не на диван. -

Новый взрыв хохота на пару минут, а затем опытные, прошедшие много данжей игроки уже серьезно взялись за дело, и через весьма короткое время родился план -- как ухитриться завалить волколака без серебра и не сдохнуть в процессе. План включал в себя идеально подходящий для ''работы'' с плотью меч орка, целую бутыль ''волчьей отравы'' завалявшуюся у одного из игроков в мешке (ох уж этот ''хлам'' -- пригодился!), самые мощные чары парализации от друида и четыре лука. Да, воины и имевший вторым классом воина маг достали луки из сумок и мешков (опять таки ''хлам'').

-- Уверены что сможете попасть? - уже перед самым делом спросил Полдон -- рейнджер обоснованно сомневался в способностях воинов.

-- Справлюсь! - сосредоточенно ответил воин-орк.

-- Говно вопрос, - ухмыльнулся Кредитор.

-- Угу, - кивнул маг-воин. Он сомневался в себе, но старался этого не показать, надеясь что его эльфийская природа поможет ему не промахнуться практически в упор.

-- Еще раз, - решил таки повториться-подстраховаться рейнджер, - правая верхняя лапа, правая нижняя лапа, левая верхняя лапа, левая нижняя лапа, - каждый раз называя конечность он тыкал пальцем в того, кто должен был ее поразить (указанный кивал), на левой нижней лапе ткнул пальцем в себя. Последний командирский взгляд и встряхнувшийся перед схваткой Полдон первым ступил в связавший две пещеры коридор.

*

Волколак -- одновременно проклятое и благословленное силой пяти лун создание. В дневное время -- обычный волк или человек (или другая разумная раса), а под светом лун -- жуткий, свирепый, плохоуязвимый для стали и магии монстр, боявшийся лишь лунного металла (серебра) и больше ничего. Однако не стоит путать волколаков и оборотней -- по сравнению с волколаком обычный оборотень-волк как месячный кутенок дворняжки в сравнении со львом. Иногда маги и шаманы разных рас ловили и подчиняли таких созданий, чтобы использовать их в бою, имелись и заклинания, что позволяли волколаку сохранять свою сильнейшую форму даже днем, но до сих пор ни один кудесник не сумел найти способ избавить волколаков от уязвимости перед серебром (оно и к лучшему).

*

Могучий страж пещеры умер быстро, не так быстро как голем плоти в другой, но все же слишком быстро -- не так как по идее должно было бы умереть настолько могучее и способное залечить почти любую рану существо. Нет, сперва все было обычно, стандартно: сладко спавший-нежившийся на теплой медвежьей шкуре волколак услышал тихие шаги проникших в его пещеру чужаков и мгновенно проснулся, проснулся бодрым и полным сил, проснулся готовым сожрать любого, проснулся и подобно настоящему волку на всех четырех лапах рванул в сторону врагов -- горят угли-глаза, искры летят из-под когтей-ножей, белые кинжалы-клыки оскалены в предвкушении и по ним бежит слюна, а еще рык, сводящий с ума рык, от которого дрожат колени и мутится сознание -- 2-3 секунды и ВСЕ ЭТО обрушится на ''гостей''! А вот дальше начались неожиданности: прилетевший со стороны ''гостей'' флакон почти пролетел мимо (метнувший его маг перенервничал и промахнулся), но сам волколак хлестнул его лапой и разбил... Зря, очень зря! Густое бело-серое облако смертельной для волчьей породы субстанции скрыло монстра внутри себя, и пусть спустя всего лишь секунду, меньше, он вывалился из его совсем не дружеских объятий, но дело уже было сделано. ''Волчья отрава'' в принципе не могла убить настолько мощное существо как волколак, но жгла глаза, жгла легкие, жгла кожу, жгла нос и пасть. Способный убить пару сотен обычных волков концентрат сработал как надо -- на некоторое, пусть и весьма короткое время хозяин пещеры лишился зрения, слуха, обоняния и разума, а взамен получил безумную боль. Настолько всепоглощающую боль, что пронзившие его конечности отравленные стрелы и парализующее заклинание прошли мимо него: страшно мучившийся волколак не почувствовал удара об пол, когда подломились отказавшие лапы, не осознавал, что его тело сковано заклятьем (которое будь он здоров преодолел бы без труда), не видел окруживших его со всех сторон врагов, а вот отрубивший ему голову меч волколак ощутил, но было поздно.

Опытный воин-орк справился с первого раза, и временно беззащитный монстр лишился головы, ну а без головы не сможет жить даже такая тварь как волколак. Чистая победа! Тут уж не скажешь, что просто повезло или враг оказался слабаком -- рейд вырвал заслуженную победу, вырвал у сильного, страшного, свирепого врага и что характерно, обошелся без серебра!

Через пару минут убитый монстр лишился остальных конечностей, лишился внутренностей, лишился шкуры, лишился половых органов -- все это вместе с отрубленной головой отправилось в мешки довольных игроков, а на полу остался словно обглоданный пираньями остов.

-- Опять двадцать пять! - разочарованно протянул Кредитор, после того как игроки обыскали пещеру и убедились, что кроме ободранных останков волколака в ней нет другой добычи. - Второй уже раз шаром покати! -

-- Да ладно тебе, - не согласился с ним довольный как слон друид. - Какая тебе еще нужна добыча?! Каждый глаз волколака потянет на 20 золотых, мозги на сотню, печень на три, плюс язык, х..й, яйца, когти, клыки, почки -- чертова уйма бабок! А за сердце в Великом круге друидов Узла можно такое получить...! - друида прямо перло от избытка чувств.

-- Ну что двинем дальше, пока бафы не сошли на нет? - воин-орк ласково поглаживал лезвие верного клинка и явно был не прочь вновь пустить его в дело, и как можно скорей -- что называется затравился.

-- Нет, - обломал орка Полдон, - там босс, а к боссу так не ходят -- обидно будет лечь в самом конце. -

Спорить никто не стал -- старший рейда был прав, так что вперед снова отправился Поплавок, а остальные подождали его в пещере: оттащили останки волколака в дальний угол, чтобы не портить аппетит, и перекусили чем бог послал каждому из них. Кому-то послал бутерброд -- две булки, а между ними кусок копченого мяса, ну а кому-то -- полноценный горячий обед в исходящем вкусным мясным паром горшочке -- все зависело от выбора и запасливости каждого конкретного игрока. Импровизированный обеденный перерыв еще не успел закончиться как вернулся Эленон (Поплавок) и под хруст мяса на крепких зубах порадовал сорейдовцев добрыми и полезными вестями:

-- Там и впрямь большой зал, прямоугольный, в последней трети расширяется полусферой. У стен в прямоугольной части много колонн, но за ними никого нет, я проверил, скрытых проходов и тайных дверей тоже нет -- железно (старший рейда кивнул, теневые умения у Попловка были прокачаны как надо -- если он говорит НЕТ, значит НЕТ ). У стены полусферы равномерно распределены 8 тронов, на них заседают мертвые чуваки. Кто такие не очень понятно -- я застремался к ним близко подлезать, но судя по росту, клыкам и пропорциям тела кто-то вроде огров или олли: четверо -- воины в доспехах, четверо судя по одежке и цацкам -- маги.

-- Либо один из них босс, либо босс в следующей комнате, - изрек глубокомысленную банальность Кредитор.

-- Либо за боссом нужно было идти в правый или в левый проход, - выдал не меньшую банальность друид.

-- За тронами есть двери? - Полдон вернул разговор в конструктивное русло -- как бы то ни было, есть в зале босс или нет, зал все равно следовало зачистить от обитателей и хабара.

-- Не знаю, - развел руками Эленон, - говорю же, стремно к этим мертвым чувакам подходить -- вскочат и все -- туши свет... -

-- Что-нибудь еще? -

-- На полу посреди зала на стыке прямоугольной части и полусферы масштабная ловушка огненного вихря -- как сработает, только по стеночке и можно будет протиснуться, и то хороший щит от огня не помешает. -

Некоторое время в пещере было шумно: много раз дравшие и в хвост, и в гриву разнообразных мертвяков и отчистившие чисто-чисто множество данжей игроки прямо таки фонтанировали-извергались предложениями, выстраданными в боях наработками, тактиками, срывались на примеры и хвастовство о своих прошлых победах. Полдону тоже было что рассказать, но он, проникшись возложенной на него ролью, больше слушал, суммировал, прикидывал, отбрасывал самую ерунду и подмечал-откладывал в памяти действительно интересные вещи. Через десяток минут родился довольно неплохой, вполне осуществимый план... который разлетелся вдребезги через пару минут горячих споров, затем, еще через несколько минут родился второй -- и этот не выдержал жесткой проверки на прочность, родился третий, четвертый, десятый -- и каждый из них существовал от силы пару минут, а то и меньше. Уже пятнадцатый преодолел пятиминутную границу, но пусть и с сожалением, но игроки отбросили и его, а вот шестнадцатый пришелся ко двору, и нет, его не взяли в работу, но на его основе выработали окончательный план будущей битвы за зал -- все шло своим обычным чередом -- очередной данж, очередной босс...

Три с половиной часа спустя.

Подземелья под Восточным замком, естественная пещера со входом в недавно открытый данж.

Светлана, Полдон.

В данный момент сырая и нескладная пещера глубоко под землей переживала второе рождение: десятки заготовок чистили от разного мусора пол, кирками и лопатами ровняли стены, теми же кирками ''поднимали'' потолки, оборудовали места для подставок с магическими светильниками и скамеек, на которые можно присесть и отдохнуть, расширяли ведущий на поверхность лаз. В чем же причина такого внимания именно к этой, одной из сотен безымянных пещер под еще не построенным замком? А вот она причина -- вход в новооткрытый данж! Желанный доступ к качу и хабару в мгновение ока кардинально поменял статус задрипанной пещеры в глазах игроков.

Два игрока, два рейнджера, отошли в уголок и, не обращая внимания на шум работ, вели обстоятельный разговор -- прибывшая грифоном Светлана (привез Стас из Самары 11) расспрашивала Полдона об его прогулке в данж...

-- Данжик большой, двухъярусный, - со вкусом рассказывал довольный прогулкой Полдон. - Первый ярус так вообще -- громада. Такой ли огромный, но простой как ''русский Ваня'' лабиринт: входишь и попадаешь в здоровенный коридор -- одно огромное замкнутое кольцо, которое проходит ровно через сорок залов, вход в следующий такой же коридор-кольцо на противоположной стороне, так что без разницы вправо или влево по коридору ты пойдешь -- все равно придется ломиться через 20 залов. Всего с залами километров 5 не меньше, хоть марафоны устраивай. -

-- Почему ломиться? - задала вопрос Светлана, впрочем она догадывалась почему.

-- В каждом зале от десятка до двух троллей, самых обычных пещерных троллей. В общем-то ничего сложного -- десяток вообще легкотня, два уже не легкотня, но тоже можно, однако есть засада -- как только зачистишь 13 залов по пути, то на тебя начинают сбегаться тролли из всех оставшихся залов, и сбегаются они быстро -- глазом не успеешь моргнуть как несколько сотен таких вот уеб..ов скачут вокруг и хотят оторвать тебе башку! -

-- Как отпинались? -

-- Никак -- легли всем рейдом, а потом по новой начали проходить. -

-- Сочувствую. -

-- У всех бывает, - пожал плечами Полдон. - Так вот, таких коридоров 8, каждый из них короче предыдущего, залов с троллями на 5 меньше. То есть в 7-ом -- 35 залов, в 6-ом -- 30 залов, в 5-ом -- 25 залов, в 4-ом... -

-- Я поняла, - остановила его Светлана, - считать умею. Что с троллями? -

-- Число не меняется -- от десяти до двадцати, но сами тролли ''толще'' и злей, в пяти залах последнего коридора прям не тролли, а чудища какие-то -- крайне тяжело валить, но опознание выдает -- тролли, куда деться (?) приходится верить. Принцип трети сохраняется во всех коридорах -- завалишь треть троллей, на тебя начинают сбегаться из остальных залов, хорошо хоть из соседних коридоров не лезут, а то была бы полная жопа, а так одна ягодица. -

-- Пошляк! - не удержалась Светлана, но тут же сыпанула вопросов: - Ловушки? Двери? Скрытые комнаты? Добыча? -

-- Есть, все есть, - обрадовал ее Полдон. - Ловушек не так и много, но встречаются, в основном в коридорах, в залах с троллями никогда. Ловушки не полное говно, но и ничего серьезного. Есть замаскированные ниши с хабаром -- эти встречаются и в коридорах, и залах. Хабар ничего так, фигни всякой бесполезной конечно много, но в каком данже ее совсем уж нет? Да и почти любую фигню можно пристроить за денЮжку малую. -

-- Не отвлекайся, - вернула его на нужные рельсы Светлана.

-- Есть комнаты за железными дверьми: хабар там посерьезней -- больше дельных вещей и меньше фигни, но придется махаться с охраной или костяшки (скелеты), или кентервили (привидения), или зомбаки -- обычно по пять-шесть штук, реже меньше. Скелеты -- серьезные, как минимум с одного удара не сыпятся и оружие неплохое. Кентервилей как всегда можно только магией, ну и спец-оружием, если есть. Зомбаки -- тифозники (зараженные): после боя приходится закидываться лечилками от болезней, хочешь такого избежать, гаси их на дистанции. От внешнего коридора есть еще четыре дополнительных отнорка, каждый из них ведет в интересные места. Один ведет в такой ли мини-лабиринт из трех десятков залов. В лабиринте темно как у бывшего главного негритоса планеты в жопе, так же воняет и гоблины как его глисты лезут со всех сторон. Почти бесполезное место -- очков с гулькин хрен, особого хабара не возьмешь, разве что приятно вспомнить старое и гоблов от души полупцевать. Второй отнорок ведет в большой зал, типа амфитеатра, даже пол песочком присыпан, в одном из углов куча золотых и серебряных монет. Куча -- реальное разводилово! Больше половины в ней позорная медь, только сверху золото и серебро, хотя на круг получилось не так уж и мало. Но до кучи нужно еще добраться -- как только дойдешь до середины зала, с потолка спрыгивает мантикора! И это я тебе скажу не зверь, а полный пи...ц -- тогда мы и слились во второй раз! В третьем отнорке сидят родичи нашей ''шоколадки'' (дроу) -- серьезные пацаны, лупят больно и магией, и сталью, а впрочем ничего неожиданного. Хабар стандартно-хороший. Да, как завалишь дроу, можно отдохнуть -- там есть и койки, и бассейн с теплой водой, и жрачка. Четвертый отнорок ведет в страну дураков... большой зал, где не протолкнуться от ловушек и иллюзий. Ловушки разные, по словам Поплавка есть и такие какие хрен обезвредишь, только активировать с расстояния. Иллюзии -- воины с оружием, орки, люди или эльфы, пытаются тебя прирезать, после первой же ответки исчезают, но через некоторое время появляются вновь. Если хочешь избежать маяты, нужно разбить две дюжины кристаллов в нишах по окружности зала. Но лучше в этот зал и не заходить -- совершенно бесполезное место, пустышка -- за иллюзии очков не дают и добычи нет, никакой. В общем это все про первый ярус. А, да -- не все: в зале, где переход на второй ярус, откуда-то вываливаются десяток адвокатов (вампиров). Средненькие, но мечами машут шустро и мечи совсем не фуфло. -

-- Откуда вываливаются: сверху, снизу, из тайного прохода, из жопы, если из жопы, то из чьей? - захотела уточнить Светлана.

-- Хер знает, мы так и не поняли -- вываливаются и все, может какая жопа и была, но мы ее не углядали. -

-- Давай про второй ярус. -

-- Значит сперва небольшой зальчик : внешне безопасный, но есть ловушка -- лезвие на цепи. Мы там едва не попали -- не ожидали, что так вот сразу херакнет! Больше ловушек нет, есть замаскированная ниша, но хабар в ней говно -- глиняные шарики для пращи, под тысячу штук. Мы даже в сумки их пихать не стали -- на хер! -

-- Дальше, - поторопила его Светлана.

-- Дальше коридор, разделен на четыре зоны металлическими воротами. Чтобы открыть ворота нужно разгадать головоломку и переставить стеклянные пластинки на экране рядом с воротами, как правильно поставишь, раздастся громкий щелчок и можно тянуть рычаг. Лучше разгадать головоломку -- вариантов не так уж и много, а ворота серьезные, ломать долго придется. В каждой из четырех зон тусуется почти сотенная толпень: в первой буки, во второй гноллы, в третьей опять буки, в последней снова гноллы. Вооружение и снаряжение у них примерно одинаковое: оружие -- кистени и секиры, у нескольких луки -- все без бонусов; снаряжение -- косят под металистов из 90-х, кожа и заклепки, тока заклепки из бронзы. И буки, и гноллы как бойцы полные фуфелы, но навалившись всей массой могут и задавить. Пока ворота открываются почему-то не лезут, ну а как откроются, наваливаются и тут держись. Лучники держатся сзади, стреляют плохо -- часто попадают в своих, луки -- дерьмо, но совсем их сбросить со счетов тоже не получается. Первый раз нас едва не завалили, еле отмахались, потом полчаса себя в порядок приводили. Второй раз использовали гранаты -- без проблем положили всех, но дорого и скучно. Третий раз подготовились, и пока ворота скрипели (открывались) отступили за ловушки и работали дистанционкой -- кто не сдох от стрел и магии, тот кончился на ловушках, в рукопашку пара только и прорвалась. В последний раз скомбинировали: пока ворота окончательно не открылись, кинули парочку гранат, стрельнули кто чем мог и пошли на абордаж -- хорошо повеселились! Затем была пещера с големом плоти, такой ли знаешь хре...сос 8-10 метров ростом, похож на франкенштейна из фильма, но собранный не из частей разных людей, а из частей великанов, да еще с ободранной кожей -- в общем ''красавец''. Голема завалили легко, но непонятка, мы не доперли: то ли он лошара по жизни, то ли ему просто не повезло. -

-- Как-так? - удивилась Светлана.

-- А вот так! Кредитор наш отличился и снайперски запулил гранату прямо в открытое хайло, ну и БАМС, мозги еще долго капали с потолка. После голема начинается русская народная сказка -- направо, налево и прямо. Направо длинный понижающийся тоннель ведет в полузатопленную систему пещер, где навалом ловушек и невероятно уродливых монстров. Ловушки средненькие, а монстры -- трехголовые тролли, гигантские гули с рогами, слепые огры с восемью руками и прочая похожая мерзота -- цирк уродцев да и только. Посреди лабиринта заброшенная лаборатория алхимика, и вот там-то мы взяли настоящий хабар, отдохнули душой -- сколько хочешь всяких зелий и не дешевки позорной, а дорогих, не намного хуже чем в фейрийских подземельях, инструменты, всякие редкие реагенты, металлы, даже камешки были, еще взяли инкубатор гомункулов, две походные машины для смешивания зелий и неплохую походную же жаровню. Теперь левый проход: тоже лабиринт, но сухой, вместо уродливой мерзоты маленькие, но злые дракончики, сукубы, бесы, шаровые молнии, призраки. Самые опасные -- сукубы и дракончики: сукубы отвлекают голыми титьками, лезут в голову менталкой, и лягаются что твои каратисты, хотя на вид такие ляли -- я бы вдул! (Светлана поморщилась, но ничего не сказала). Дракончики выдыхают не огонь, а какой-то туман, который разъедает любой щит. В центре лабиринта заброшенная лаборатория, но не алхимика, а мага. В отличие от прошлой лабы есть жилец -- демолич. Злобная черепушка как заполошная носится по всей лабе и больно лупцует магией, но стоит подобраться поближе и всего раз хорошенько хрякнуть мечом, то все -- разлетится как пустой пивной пузырь о бордюр. По хабару не хуже чем в прошлой -- свитки, книги, жезлы, амулеты и все такое, хорошее и много. -

-- Значит прямо -- босс, - догадалась Светлана, впрочем все вполне очевидно.

-- Почти, босс в следующем зале, а сперва волколак. -

-- Ух ты! - удивилась эльфийка и не зря -- волколаки редкость, и бой с каждым из них это событие.

-- Нам повезло -- нашелся пузырь ''Волчьей отравы'', им мы его и траванули, для верности приголубили парализацией и стрелами с парализующими ядами по конечностям, ну а дальше пока не очухался в темпе вальса укоротили на башку. -

-- Ты прав вам повезло -- обычно у тех, кто махался с такой тварью, гораздо больше впечатлений. -

-- Знаю, - расплылся в улыбке Полдон, - это мой третий волколак, так что можешь не рассказывать. -

-- Ну и босс...? -

-- Босс един в восьми лицах -- восемь мертвых огров: четыре воина в доспехах, четыре мага. Сидят в конце зала с огненной ловушкой посередине, похожи на дристунов на параше, но как отдристаются и спрыгнут, могут дать жару -- серьезные перцы, прямо сплошные терминаторы и дамбелдоры!

-- Как вы их валили? -

-- Закидали доспешных липучками и зарубились с магами. Когда доспешные освободились, три мага из четырех уже дали дуба, один из наших магов тоже -- не повезло.

-- Дальше? -

-- Когда доспешные придурки ломанулись прямо по ловушке, активировали ее гранатой -- придурки гикнулись, через пяток минут прогорела ловушка, и мы добили последнего мага. -

-- Все? -

-- Не совсем: за каждым троном-парашей есть дверь, за ней кроткий коридор, типа в сокровищницу. Каждую комнату охраняло по три мумии. После парашных сидельцев -- ерунда! Парализацией и замедлением их не возьмешь, холодняк тоже плохо работает, но зато одна единственная искра и прощай ''бинтованный Вася'', мы не будем тебя помнить и забудем через 5 секунд. В сокровищницах много сундуков, в них приличный или хороший хабар, ловушки на сундуках так же приличные. Данж не торопит после убийства босса, как уйдешь, так уйдешь. Теперь все. -

Несколько секунд Светлана молчала, давая информации уложиться в голове, потом озвучила некоторые свои сомнения:

-- Странно, какой-то зоопарк, а не нормальный данж...? -

-- Да ладна-а, - почти обиделся за веселое место Полдон, - не наводи тень на плетень. Очки, хабар, рубилово от души -- чего еще надо-то?! -

-- А вот это я и посмотрю! - повела плечами и шеей Светлана, вставая с камня на котором сидела.

-- Ага! Сама собралась! - сообразил Полдон (данж генерировал себя сообразно классу, уровню и численности входивших в него игроков).

-- Посмотрю, что он может предложить одинокой скучающей девушке. Ты против?

По неписанным правилам игроков Полдон, как нашедший данж, имел право первой очереди, в том числе и на проход в одиночку.

-- Ни в коем разе -- свое я взял с лихвой! Как говориться: ласкаво просимо! Тебе чего подкинуть? Сумки забиты, но могу дать зелий, амулетов, осталось немножко гранат. -

-- Ничего не надо -- свое есть. Сообщи Стасу наверху, чтоб возвращался в город и если не жалко, кинь пару бафов. -

-- Об чем разговор, хоть десять, хоть двадцать. -

Пока Полдон практиковался во втором классе, Светлана связалась с питомцем-ягуаром и приказала ему спускаться к ней, Зубастика (маунта-варга) пока вызывать не стала -- решила вызвать уже внутри данжа. Через несколько минут готовая к бою эльфийка-рейнджер и здоровенный мохнатый кот шагнули в слегка замерцавшие врата...

Старая цитадель клана Красного Дракона, тренировочные залы.

Через 14 дней после того как армия клана выступила в очередной большой поход.

Девятикратный (Дядя) -- игрок, тошта (раса), ''Скользящий в сумерках''. Стрига -- заготовка, лесной эльф, ''Приносящий рассвет''.

В тренировочных залах Старой цитадели всегда было многолюдно: гремел перестук деревянных клинков и другого учебного оружия, стонали наполненные соломой или песком мешки, тела с грохотом обрушивались на жесткий пол, звучали мат, шутки и подначки, слышалось уханье метателей дротиков и топоров, щелчки тетивы, хлопки пращ... Да, всегда, но только не сейчас: стоило почти всему клану уйти в большой поход как веселые и шумные времена многолюдья мгновенно закончились, ну а оставшиеся игроки согнулись под грузом разом навалившихся забот -- какие уж тут тренировки? Прекрасно оборудованные залы скучали по прежним временам, и лишь уборщики-заготовки изредка нарушали их грустно-гулкое одиночество. Однако имелось одно единственное исключение, вернее два -- игрок из расы тошта и заготовка-лесной эльф. Эти двое навещали покинутые залы как минимум раз в день (иногда два раза), дарили им (залам) надежду на возвращение добрых старых времен и не давали окончательно заскучать.

-- Это? - Дядя поднял очередную картонку с довольно точным, хотя и несколько гротескным рисунком на ней, не первую, но и не последнюю картонку из толстой пачки рядом с ним.

-- ИЖ-27, - мгновенно ответил наконец-то отдышавшийся после сложного спарринга Стрига, - два вертикально расположенных ствола, два заряда, гладкоствол, бездымный порох, быстрая перезарядка, стреляет как дробью, так и пулей, дистанция прицельного выстрела до100 метров.

-- Это? - Дядя мгновенно достал другую картонку и не смог сдержать довольной улыбки, получив не менее быстрый и все такой же точный ответ:

-- Люттихский штуцер образца 1832 года: один выстрел, долгая перезарядка, нарезы, дымный порох, дальнобойность с остроконечной пулей 600 метров, с обычной пулей меньше. -

-- Хорошо. Это? - очередная картонка в руках.

-- Винтовка Крнка, другое название -- ''крынка'': однозарядная, умеренно быстрая перезарядка, нарезное, дымный порох, дальнобойность до 1 километра. Я могу послать правильную стрелу в два раза дальше и попасть, - с гордостью похвастался ''Приносящий рассвет'' и уточнил: - Послать из складня (складного лука), а из большого (лука) в три, если хороший ветер, то и в четыре, может дальше. -

-- Не зазнавайся! - осадил его Дядя. - Пуля летит куда быстрее стрелы, а если это автоматическое оружие, то на каждый твой выстрел ответят десятком, двумя, тремя и больше! Так что повторюсь: не зазнавайся, а еще не обольщайся -- там куда ты отправишься хватает умелых стрелков, и в отличие от тебя они могут стрелять из позиции лежа. Никаких перестрелок на дальней дистанции! Ты понял?! - Дядя дождался кивка и достал очередную картонку: - Это? -

-- Пулемет Максим 1910 года: бездымный порох, автоматическая стрельба, емкость ленты 250 патронов, громоздкий, встречается на вооружении крупных воинских отрядов, устанавливается на запряженные конями повозки, обслуживают 2 человека, опасен на дальности до 2 километров.

-- Все верно, так что запомни: Максим одновременно страшный враг, но в то же время твой союзник, гиря на ногах тех кто им владеет. -

-- Я запомню, - кивнул заготовка.

-- Куда ты денешься с подводной лодки, - улыбнулся Дядя. - Это?-

-- Револьвер Наган 1895 года, модернизирован в 1931-ом году. Часто встречается не только у военных, но и у гражданских. 7 патронов, бездымный порох, высокая пробивная сила, оружие ближнего боя до 50-ти метров. -

-- ЗАПОМНИ, такое оружие может встретиться у любого человека, лежать в кармане, за пазухой, в рюкзаке, в сапоге, даже в шапке. С дистанции меньше 10-ти метров очень сложно промахнуться и практически невозможно увернуться, тем более 7 раз подряд -- всегда, ВСЕГДА учитывай такую вероятность. -

Заготовка слушал и кивал, кивал и слушал, внимательно.

-- Это? -

-- Лось -- карабин: нарезное, бездымный порох, в магазине 5 патронов, умеренно быстрая перезарядка, опасен до 400 метров. Используется охотниками-промысловиками, очень опасными противниками. У любителей-охотников и военных не встречается. -

-- Это? - новая картонка взлетела раньше чем заготовка договорил.

-- Сайга 12: самозарядное оружие, бездымное, гладкоствольное, магазинное заряжение, емкость магазина 5-8 патронов, возможна установка оптического прицела, опасна до 300 метров. -

-- Это? -

-- Револьвер Смит-Вессон: 6 патронов, патроны снаряжаются как бездымным, так и дымным порохом, оружие ближнего боя до 50 метров. -

-- Даю вводную, - Дядя устроил своему ученику неожиданный экзамен по уже пройденному материалу, - ты перенесся, вокруг лес, зима, невдалеке слышны голоса -- твои действия? -

-- Упасть на землю, использовать возможности камуфляжа, осмотреться, прислушаться, использовать Взгляд (маг-способность ''Приносящих рассвет''). -

-- Дальше? -

-- Уйти с открытого места, уползти, определиться на местности по солнцу или звездам и убедиться, что я не двигаюсь в сторону населенных мест, потом уходить подальше от голосов, уходить как можно быстрей и незаметней, после того как голоса не будут слышны, менять направление движения и начинать путать следы. -

-- Это? - без всякого перерыва и быстро как молния взлетела новая картонка.

-- Винтовка Хайрема Бердана N 2, другое название -- ''берданка'': один патрон, умеренно быстрая перезарядка, нарезы, дымный порох, есть укороченные варианты -- драгунский и казачий, опасна до полутора километров. -

-- Это? -

-- Штуцер 1805 года: один патрон, очень долгая перезарядка, дымный порох, нарезы, опасен до 400 метров.-

-- Это? -

-- Маузер С-96 модель 1912 года: 10 патронов, высокий темп стрельбы, бездымный порох, опасен до одного километра, но только в случае использования деревянной кобуры как приклада, иначе дальность значительно меньше. Люди с таким оружием очень опасны, особенно если носят кожаную одежду со звездами. -

-- Как уходить с траектории выстрела из огнестрельного оружия? - внезапный блиц-вопрос -- очередной экзамен внутри экзамена.

-- Как от выстрела из арбалета: падать на землю, перекатываться, укрываться за деревьями, отвечать после того как выстрел сделан, если оружие врага нуждается в перезарядке и нет возможности поразить его из лука или метнуть нож, сближаться в ближний бой, но лучше всего не попадать на траекторию выстрела и нападать на носителя огнестрельного оружия внезапно из засады. -

-- Да не густо... - недовольно покрутил головой Дядя, - но ничего -- скоро вернуться из походов Папаша и Ватсон (Альдарон и Муллкорх), они научат тебя качать ''маятник'' и всяким другим приемчикам, таким каким я не могу тебя научить. Это? -

-- Винтовка Мосина 1891 года, другое название -- ''трехлинейка'': многократно модернизировалась, пять патронов, бездымный порох, нарезы, условно быстрая перезарядка, есть укороченный вариант, возможна установка оптики, опасна до 2 километров. -

-- Это? -

-- Кремневый пистолет: один патрон, дымный порох, гладкий ствол... -

-- Ой-ли? - прищурился Дядя.

-- Нарезы бывают, но редко, - немножко поправился Стрига. - В любом случае -- оружие ближнего боя, до 15-метров, долгая перезарядка. -

-- Это? -

-- СВТ-40: самозарядная, бездымный порох, нарезы, оптика, опасна до одного километра. -

-- Это все? -

-- Магазин на 10 патронов, быстрая перезарядка, - дополнил ответ Стрига. Дядя кивнул.

-- Это? -

-- АК-47: автомат, магазин на 30 патронов, быстрая перезарядка, бездымный порох, нарезной ствол, опасен до 1 километра, на вооружении только у военных частей. Не вступать в бой с обладателями такого оружия до последней крайности. Если нет возможности уклониться от боя, убивать из засады оружием ближнего боя, в перестрелку не вступать, если нет возможности подобраться, использовать гранаты. -

-- Ну ладно... - Дядя пока отложил в сторону стопку как уже опознанных, так еще не пошедших в дело картонок и неожиданно озадачил Стригу новой вводной: - На твой след встали местные охотники с собаками, все попытки сбросить след не увенчались успехом, и они нагоняют -- твои действия? -

-- Нагоняют? Меня? - несколько озадачился Стрига и уточнил: - Пешие люди в лесу? Нагоняют меня? - в его голосе звучала если не обида, то близкое к ней чувство.

-- Теоретически допустим,- Дядя стоял на своем, ну почти, - если и не нагоняют, то не отстают. Давай думай и отвечай. -

-- Буду стараться увеличить разрыв, одновременно двигаясь к ближайшей реке, - через несколько секунд выдал заготовка.

-- К любой реке? -

-- Кроме судоходных. -

Дядя одобрительно кивнул и жестом предложил ученику продолжать.

-- Дойду до реки и поплыву по ней вверх по течению -- охотники будут искать меня на том берегу и вниз по течению, а я выберусь в верховье и потрачу немного времени чтобы спрятать след, может мне повезет и попадется водопой или протока, тогда выберусь там. -

-- А если не хватит сил? -

-- Хватит, если потребуется, приму зелье выносливости, - заготовка почти обиженно посмотрел на вновь усомнившегося в нем господина.

-- А если еще до реки спустят собак? - не хуже банного листа привязался игрок.

-- Не останавливая движение напугаю собак магией или убью метательными ножами, задерживаться чтобы подобрать ножи не буду. -

Дядя хмыкнул, но не стал искать в ответе слабые места -- кому как не ему знать возможности своего заготовки -- ''Приносящий рассвет'' мог и не такое.

-- Допустим у тебя не получилось и после реки они снова встали на твой след? - маловероятный вариант, но Девятикратный подыграл преследователям.

-- Буду убегать до ночи, перестану пытаться увеличить дистанцию, ночью местные не ходят по лесу и не охотятся, а встают лагерем. Ведь так? -

Дядя улыбнулся и кивнул.

-- А я хожу и охочусь -- вернусь по своим следам и до утра убью их всех. -

-- Как будешь убивать? -

-- Использую заклятья парализации и сна -- не свалит, так ослабит. Постараюсь убить их по одному до того, как они поймут что я на них охочусь, или сразу убью как можно больше, для этого воспользуюсь гранатой, потом буду добивать стрелами и ножами из темноты, потом уничтожу или закопаю тела, потом насколько возможно спрячу следы схватки, потом уничтожу ведущий к месту схватки след, потом запутывая свои следы уйду. -

-- Добыча? - Дядя прищурившись посмотрел на ученика.

-- Продовольствие, оружие, одежду и обувь брать не буду -- также закопаю или уничтожу. Взять можно только соль, мелкие металлические или стеклянные изделия и ВСЕ. -

-- Молодец! - Дядя вполне искренне похвалил ''Приносящего рассвет''. - Хорошо все расписал, а теперь для верности перечисли-ка мне ''Золотые правила''. -

-- Избегать людей, - Стрига начал строго по порядку, незаметными ударами указательного пальца правой руки по костяшке левой задавая себе темп,

-- не ночевать на одном месте больше двух раз;

не приближаться к людским поселениям и проторенным путям: грунтовым дорогам, тропам, судоходным рекам, железнодорожным путям;

не выходить на открытую местность;

не вмешиваться в дела людей;

не оставлять следов;

никогда не разводить открытого огня в ночное время, всегда использовать для костра только малодымные породы дерева;

если нет возможности избежать боя, убивать ВСЕХ ВРАГОВ, не оставляя свидетелей; прятать тела и скрывать следы убийства, если такой возможности нет, уродовать тела как при нападении дикого зверя, изъять печень, сердце, несколько конечностей и унести с собой;

всегда быть настороже и маскировать место своего сна;

не есть пищу людей;

не использовать людское оружие и не пытаться его добыть;

не ночевать в заброшенном людском жилье или на старых стоянках;

если поблизости появляется много людей, ездящих и летающих машин, немедленно уходить. -

-- Все верно, молодец, - Дядя вновь, в который уже раз похвалил Стригу, про себя не переставая удивляться его работоспособности, старательности, памяти. Все заготовки, а особенно ''Приносящие рассвет'' обладали вышеперечисленными чертами, но Стрига несомненно выделялся на фоне остальных. - Если тел будет больше пяти, сложи их в кучу и используй кислотную гранату -- граната уничтожит как тела, так и одежду, и металл. У тебя будет запас таких гранат, не используй их для боя, береги на подобный случай, без них тебе будет сложней, но ты знаешь что делать. Кстати что? -

-- Если поблизости могут пройти люди, то закопать и присыпать сверху пеплом костра, сверху дерн. Если людей поблизости нет, раздеть, разрубить на куски и оставить на съедение зверям. Оружие и предметы из металла утопить, одежду и вещи сжечь или закопать, если рядом есть болото, воспользоваться. -

-- Правильно -- тебе ничего не нужно от людей, разве что соль, но и ту ты знаешь как найти. Знаешь? Или еще нет? -

-- Я учу карты, - Стрига поспешил прояснить вопрос.

-- Ну учи-учи, - хмыкнул Дядя, - у тебя неделя, потом посмотрим, чего ты выучил.

Дядя не преувеличивал, когда говорил что Стриге ничего не понадобится от жителей Земли -- 8 с лишним тон полезного груза в безразмерной сумке обеспечат заготовке бытовую автономность: оружие, гранаты на любой вкус, амулеты, зелья, инструменты, одежда, всякие мелочи необходимые для жизни в лесу, даже продовольствие на первое время -- все самого лучшего качества, на 8 тяжелых, грамотно распределенных тонн. Впрочем все это великолепие только если безразмерная сумка сохранит свои свойства в реальности Земли, а если нет, то заготовке придется полагаться на небольшой резервный комплект в обычном вещмешке -- уже не 8 тонн, а 40 килограмм. В этом случае шансы Стриги падали, но отнюдь не до нуля -- лесной эльф и ''Приносящий рассвет'' сумел бы выжить в лесу хоть голышом, тем более с луком, другим оружием и кое-каким, пускай и небольшим, количеством очень качественных припасов (клан не собирался экономить на первом путешественнике во времени -- только лучшие, самые дорогие вещи). Но вот хватит ли этого на 200 лет...? Впрочем наличие безразмерной сумки точно также не гарантировало 100%-й результат.

-- Теперь займемся языком. - Дядя имел в виду русский язык -- самый распространенный язык там, где заготовке предстояло обитать две сотни лет. Возможно эвенкийский, бурятский или какие-нибудь другие языки коренных народов Сибири оказались бы не менее полезны, но в клане не нашлось носителей этих языков, даже немало постранствовавший по Сибири Морнэмир знал отдельные слова разных языков и не так уж мало, но не владел РЕЧЬЮ ни одного из них, так что на нет и суда нет -- оставался русский. - Давай алфавит, затем пройдемся по фразам. -

-- А, Б, В, Г, Д, Е..... - Стрига старательно выговаривал, даже не так, проговаривал буквы, но все равно сразу чувствовалось, что язык ему не родной, хотя дело наживное, да и по большому счету ему не придется вести с кем-либо долгих бесед -- главное понимать подслушанную речь.

Через 20 минут.

-- На ночь встанем здесь, ты, сходи за водой, ты, козел, набери хвороста, а я разведу огонь, - Дядя произнес очередную несложную фразу на русском языке и выжидательно уставился на Стригу.

-- Тот кто говорит решил устроить лагерь, - не вполне уверенно хотя и правильно начал Стрига, - послал одного из своих спутников за водой, второго еще за чем-то, сравнив его с каким-то животным, сам остался развести огонь. -

Закончивший расшифровывать чужую речь заготовка внимательно уставился в глаза игрока, выискивая в них признаки недовольства или похвалы.

-- В целом верно, - улыбнулся Дядя, - смысл ты правильно ухватил, разве что не узнал отдельные слова -- хворост, железка, бензин, связь. С алфавитом тоже неплохо, единственное перепутал П и Ф, но все буквы назвал. Молодец! Еще нужно будет поработать и позубрить, но прогресс на лицо -- я доволен тобой. -

Услышавший похвалу Стрига невольно расплылся в улыбке.

-- На сегодня все, - решил закруглиться Дядя -- помимо обучения Стриги у него было много других дел и обязанностей. - До обеда позубришь алфавит и разговорник, после сходишь в мастерские к Попкорну (прозвище ремесленника-игрока), он тебя ждет. Будете шить обувь из шкур, внимательно запоминай все что он тебе покажет, задавай вопросы, если чего не поймешь. Поужинаешь, можешь отдохнуть, сходи в Иваново что-ли, будут гонять (игруньи-ревнительницы нравственности) скажешь что от меня. -

-- Что-нибудь еще, господин? -

-- Да нет. Разве что в Иваново с девками не переборщи, оставь время на сон -- завтра будем учится вести дневник и календарь -- дело важное и ответственное. Все иди. -

*

Дядя со сложным чувством посмотрел вслед бодро ускакавшему заготовке: с одной стороны, он чувствовал гордость от того, что его Стрига станет первым преодолевшим океан времени разумным существом; с другой -- надежду, надежду на то, что Стрига сумеет пережить два столетия и невероятно обогатит клан знанием о том что его ждет, о магии, о бонусах, способностях, долголетии, мало ли о чем...; с третьей -- грусть -- он привязался к заготовке и ему не хотелось с ним расставаться; ну и наконец -- жалость -- в любом, самом лучшем для Стриги случае эта миссия все равно билет в один конец. Дяде приходилось нелегко: он постоянно чувствовал свою вину перед бесконечно преданным существом и с трудом мог скрывать ее внутри себя, тем более каждый день глядя в довольные жизнью, можно сказать счастливые глаза заготовки-ученика, который как губка впитывал необходимые в его двухвековой миссии знания.

Старая цитадель клана Красного Дракона, рабочий кабинет Людмилы.

Через 15 дней после того как армия клана выступила в очередной большой поход.

Людмила -- игрок, паладин, жрец, ''Владычица морская'' на время отсутствия Главы клана.

-- ... Всем спасибо, все свободны, - закончила совещание Людмила, распуская старейшин клана и, подавая им пример, первой встала из-за стола. Ежедневное часовое совещание закончилось на позитивной ноте, и теперь спустя полмесяца после ухода армии клана в большой поход, Людмила с уверенностью могла сказать -- они справились!

Очень трудно было переоценить достижения горстки игроков: самое малое, им удалось преодолеть наметившийся было дефицит квалифицированной рабочей силы; тяжелее оказалось закрыть просто таки чудовищный некомплект руководящих кадров; не намного легче встала задачка по одновременной интеграции тысяч новых заготовок в структуры клана, и это при жутчайшем недостатке способных работать с ними игроков; при всем при этом требовалось не снизить темпы строительства, не прервать налаженные поставки на верфи, не похерить проекты вне клановых земель, не забить болт на Монетный двор (придумка Анариэль); неизбежные проблемы с недостатком свежей мясной и растительной пищи так же не давали спокойно спать. Тем не менее оставшиеся Драконы справились. Да, справились со всем что на них навалилось! Людмила с полным правом могла гордится как собой, так и теми, кто работал с ней плечом к плечу, последние полмесяца решая, разгрызая, а иногда и разрубая как гордиев узел массу практически неразрешимых проблем. Не менее довольными выглядели, да и были, игроки-старейшины клана -- каждый из них понимал, какую гору они своротили, понимал бесценность приобретенного опыта, приобретенного лично ими, приобретенного кланом, а еще мог оценить перспективы той удивительной самоорганизации и живучести, которую продемонстрировал союз заготовок, фейри и Белок, объединенный направляющей волей горстки игроков, вынужденных изыскивать внутренние и внешние резервы там, где раньше им и не приходило в голову искать.

Людмила с улыбкой попрощалась с рванувшим как на пожар Морнэмиром, напоследок перекинулась парой слов с Анариэль, подбодрила вечно насупленного Девятикратного, напомнила поставленной на важный проект Куэ о важности соблюдения сроков, благосклонно кивнула порадовавшему ее сегодня Хугину и... и... и в общем-то, это все -- все ''временное правительство'', за исключением занятой в городе Светланы. Проводив гостей Людмила пару минут поразминала затекшие от часового сидения ягодицы, понаклонялась, попрогибалась, помахала руками, не торопясь выпила лимонаду и занялась нелюбимой, но необходимой бумажной работой. Все было как всегда, и ничто не предвещало беды, а тем не менее земли клана доживали последние спокойные минуты. Нет, сама беда была еще далеко, но весть о ней неотвратимо приближалась...

Сначала в кабинете Людмилы возник звук -- все набиравший и набиравший силу хрустальный перезвон, потом прямо перед столом отложившей бумаги жрицы возникла переливающаяся белым и голубым снежинка, сперва размером с ноготок, через секунду с горошину, через две со сливу, через три с яблоко, с некрупную дыню, с большой арбуз. Достигнув предельной для себя величины снежинка прекратила рост, уплотнилась, немного притухла и поменяла форму -- теперь перед Людмилой висела слабосветящаяся белая сфера с голубоватым отливом. Через пару секунд раздался голос:

-- Меня слышно? Связь есть? Как получилось? - искаженный магией голос напоминал скрипение железа по стеклу, но в то же время при желании вполне можно было узнать того кто говорил.

-- Слышно и есть, - ответила Людмила. - Ты-то меня слышишь? -

-- Во класс -- получилось! - обрадовался маг на той стороне. - Первый раз пробую и получилось! - на весь кабинет радостно скрипела ''снежинка''.

-- Почему связь таким образом, а не через грифона!? - обрывая восторги наехала на подчиненного Людмила.

-- Через менталку не дотягиваюсь -- не хватает навыка, пришлось так, уж больно сведения срочные, - объяснил Сайклинэн -- полуэльф-маг не очень высокого уровня, его маунт-грифон был ему подстать, так что действительно менталку им обоим нужно было качать и качать, к счастью у любого мага имелись и другие варианты.

-- Какие еще сведения? - перешла к сути Людмила и непроизвольно вскочила из кресла услышав ответ:

-- Орда, орочья орда... -

Несколько мгновений Людмила стояла на ногах, вцепившись в столешницу как в спасательный круг, в голове была пустота, а изнутри поднималась паника, затем она рухнула, именно рухнула в кресло и сжала виски руками.

-- Эй, есть там кто живой! - устал ждать Сайклинэн, да и затратное и плохо прокаченное заклинание связи со страшной силой вытягивало-выжирало из него ману.

-- Сколько? - не отнимая пальцев от висков спросила Людмила.

-- Чего сколько? Сколько орков или сколько им до нас телепехать? - не понял маг.

-- И то, и это. -

-- Сколько орков не знаю, но много -- вся степь от горизонта до горизонта забита конями и повозками! Впереди основной орды крупный отряд из одних воинов, грубо на глазок -- 15-25 тысяч. До границы им идти дней 5, возможно неделю, но не больше. -

-- Что ты делаешь так далеко на юге, ведь ты должен охранять черту? - удивилась не прекращавшая массировать виски Людмила. Не то чтобы у нее заболела голова, но ощущался дискомфорт -- тяжесть и одновременно пустота, короче -- шок.

-- Заметил отряд орков, что терся у передовой черты, проследил, уже в степи к ним присоединилось еще несколько отрядов и, что характерно, все шли от нас, от черты. Ну тут совсем ясно стало, что-то тут не то, так что я заночевал от них неподалеку, а утром последовал за ними глубже в степь. К ночи второго дня увидел с высоты море огней, дальше понятно. -

-- Спасибо, молодец! По возвращении получишь премию! - совершенно искренне поблагодарила летуна Людмила. Пять дней или даже неделя времени это не считанные часы! Не прояви Сайклинэн инициативу... страшно представить!

-- Кхм, премия это хорошо! - даже такой искаженный голос отразил эмоцию, - а что мне сейчас делать? -

-- Сколько ты в полете? - Людмила отходила от шока и начинала соображать.

-- Часа четыре, мой парнишка (грифон) устал, но еще пару часиков протянет. -

-- Возвращайся на заставу (один из полупостоянных лагерей по охране границы), сообщи об орде напарнику, если еще не сообщил, и оба отдыхайте до вечера, вечером прибудет Лилия с подкреплением и нарежет вам задачи. -

-- Окей! Все, я почти пуст. - До окончания сеанса связи оставалось несколько секунд.

-- Приказ ты слышал. Делай! -

Попрощаться жрица не успела -- вспышка и сфера-бывшая снежинка исчезла как и не было.

Некоторое время Людмила сидела как будто оглоушенная пыльным мешком из-за угла, не зная за что хвататься первым, взгляд ее гулял по обстановке кабинета и по бумагам на столе. Однако она не видела ни первого, ни второго, полностью уйдя в себя и свои переживания. Впрочем бездельничала жрица недолго -- нужно было что-то делать и не упустить подарок судьбы, фору, которую добыл клану инициативный Торопыга (Сайклинэн). Людмила как хозяин-игрок вызвала своего маунта и уже через него по ментальной связи установила контакт с маунтом-грифоном Ласмерил, а соответственно уже через него с его хозяйкой. Но прежде достала из ящика стола небольшие песочные часы и стеклянную бусину, внутри которой золотом горела капля крови, бусину разбила и перевернула часы.

-- Ну чего-о? - вяло и недовольно ответила Лилия (Ласмерил).

-- Не разбудила? - благодаря развитым навыкам ментального общения Людмила уже знала ответ, но все равно спросила из вежливости.

-- Разбудила! Только-только прикорнула, глаза закрыла, а тут ты... Хотя нет, - удивилась Ласмерил, глянув на хронометр в интерфейсе, - часа два уже храплю, - удивилась, но претензию высказала: - С удовольствием еще бы часа 4 попротягалась. И вообще, что за срочность?! У меня законный отдых! -

-- Орда из степи, 5-7 дней пути до черты, - Людмила ''обрадовала'' ойкнувшую летунью, которой как-то сразу и резко расхотелось спать и возмущаться.

-- И что теперь делать? - как-то наивно спросила еще толком не способная соображать засоня.

Людмила прекрасно ее понимала -- сама пару минут тому назад была такой же, и тем не менее в ответе жрицы-паладинши ощущалась прочная как гранит уверенность:

-- Готовиться, потом сражаться. -

-- Без Дримма и остальных? - вновь по-детски изумилась пока еще окончательно не проснувшаяся летунья.

-- Дримм будет. Забыла кто он есть? -

-- А ведь и верно! - сообразила повеселевшая Лилия.

-- Ты сейчас отдохни, часок доспи, если получится, найди себе напарника из наших (летунов), кто не занят в патруле, пополнись запасами и вылетай к крылатой заставе (заставе, где обычно базировались патрулировавшие границу летуны). -

-- К какой из двух? - уточнила Лилия.

-- К первой, там сейчас двойка Торопыги. Примешь командование и начинай плотно опекать орду: опекай их и днем, и ночью, как распределять двойки решай сама. Меня интересует численность, порядок и направление движения орды, эмблемы племен и родов, вооружение воинов, количество варгов -- в общем все, меня интересует все. -

-- Это-то понятно, - не удивилась окончательно сбросившая путы сна Лилия. - Если будет удачная возможность отбомбиться -- вожди там, шаманы и... -

-- Ни в коем случае! - на полуслове прервала ее Людмила. - Ваше дело информация и ничего больше! Орки не должны вас увидеть, поэтому маскировку на полную! -

-- А ведь если это родичи тех кого мы шуганули несколько месяцев назад, то они могут и знать, - прозорливо предположила Лилия. - Мы многих конечно прижучили, но кое-кто ушел. Разве нет? -

-- Да могут, но разведку так и так придется проводить, поэтому маскируйтесь, сильно не опускайтесь и только пассивные способы разведки -- никаких ментальных щупов и просветок. -

-- Поняла. -

-- А раз поняла, готовься, на все про все у тебя 3 часа, заодно подкинешь группу наземной разведки из рейнджеров. -

-- Куда деваться, подкину. -

-- Тогда все, - закруглилась Людмила, - как прибудешь на место и примешь командование, свяжешься со мной. -

Через минуту Людмила вновь вышла на связь уже с другим абонентом, но на этот раз использовала не грифона, а особый жреческий амулет...

-- Да! - мгновенно отозвалась Светлана. Вооруженная толстой стопкой чертежей и расчетов эльфийка-рейнджер устроила в городе неожиданную инспекцию, проверяя как ее архитектурные задумки претворяются в жизнь, причем хитрюга подгадала так, чтобы ее не отвлекал и не давил своим авторитетом Морнэмир.

-- Заканчивай со своими штангелями, циркулями, транспортирами, со всей своей архитектурой -- есть настоящее дело! -

-- А я что ненастоящим занимаюсь!? - обиделась Светлана. - Между прочим я нашла кое-какую отсебятину -- мейд-ин Самоделкин (Морнэмир)... -

-- Все это не важно, может подождать, а вот орда орков из степи нет! - грубо прервала ее разглагольствования Людмила. Впрочем Светлана не обиделась -- их мелкое и постоянное противостояние с Морнэмиром (теоретик, который знает как НАДО vs практик, который знает как НЕ НАДО ) мгновенно отошло даже не на второй, на сотый план.

-- С Драконом связалась? - в отличие от Людмилы или той же Ласмерил Светлана никогда не терялась в кризисных ситуациях, не впадала в ступор или шок, а наоборот начинала соображать гораздо быстрей и лучше чем в спокойной обстановке.

Людмила глянула на песочные часы и, хотя Светлана не могла этого видеть, отрицательно мотнула головой:

-- Пока нет, свяжусь сразу после тебя, а от тебя мне нужен отряд для дальней разведки. Сама решишь, кто лучше подходит для такого дела, но помни: у тебя на все чуть меньше трех часов -- через три часа ты должна быть с рейдом в третьем форте, найдешь Лилию, она с ветерком прокатит вас на грифонах. -

-- Значит орки пока далеко, раз разведка дальняя, - сделала правильный вывод Светлана.

-- 5-7 дней до черты. -

-- Уйма времени -- соберем все силы в кулак и врежем! -

-- Дай-то бог, - в очередной раз позавидовала оптимизму подруги Людмила. - Как прилетите, Лилия установит связь, тогда вместе и решим, как вам лучше скоординироваться и провести разведку.

-- Ладно, тогда я побежала, - не стала долго рассусоливать Светлана. - Люблю тебя и целую во все места. -

-- Я тебя тоже, - ментальный ответ Людмилы ушел в пустоту -- Светлана уже оборвала связь.

Закончившая сеанс связи жрица посмотрела на часы и в раздражении пожевала губами -- тонкая струйка песка издевательски медленно падала вниз, казалось все замедляя и замедляя падение с каждой упавшей песчинкой. Людмила попыталась поудобней устроится в кресле, закрыть глаза, подумать, однако не смогла усидеть и пары секунд -- как уколотая в попу шилом подскочила и забегала по кабинету, время от времени возвращаясь к столу, чтобы взглянуть на предательски медленное падение песка. Пытаясь убить время схватила одну из бумаг со стола, попробовала читать, но через секунду с почти сорвавшимся с губ бранным словом швырнула бумагу обратно. Какие еще в жопу закупки сухофруктов и специй в Узле!? Долбаный изюм с перцем могут и подождать! Вот уж действительно не до жиру, быть бы живу! Наконец чертовы часы отсчитали последние секунды, и Людмила практически бегом устремилась к ростовому зеркалу в углу кабинета. Густо покрытая рунами рама зеркала загудела, когда Людмила начертила особый знак, а гладкая зеркальная поверхность пошла рябью словно вода. Очередной знак и руны загудели сильней, внутри зеркала возник радужный водоворот. А затем радуга провалилась внутрь себя -- настолько четким, объемным, живым оказалось изображение сидевшего на камне Главы на той стороне -- полное впечатление того, что можно шагнуть в открывшийся проем и очутиться рядом с улыбавшимся фейри.

-- Здорово, внученька! Соскучилась по мне? Зачем звала? - шутливо поприветствовал жрицу Глава. Дримм был доволен путешествием, отсутствием больших потерь, добычей, жизнью вообще, а потому сиял как золотой и лыбился во все зубы.

-- Беда! Из степи идет орда, судя по всему большая, - слова Людмилы мгновенно испортили ему настроение и стерли улыбку с лица.

-- Сведения точные? - с потаенной надеждой спросил Глава.

-- Торопыга обнаружил крутившийся у черты отряд, ''проводил'' их в степь и наткнулся на орду, говорит от горизонта до горизонта. Для простого кочевья слишком много, сам знаешь, в наших краях нет других достойных целей кроме нас.

Дримм кивнул соглашаясь: на многие сотни километров вокруг город Драконов был единственным более-менее крупным поселением -- чтобы разорить мелкие селения Белок или разбойничью стоянку, не нужно собирать орду, достаточно отряда из нескольких десятков, пускай сотен, ну или, на крайний случай, пары тысяч свирепых в бою степных воинов.

-- Когда получены сведения? Кто на нас идет? Сколько им до нас идти? Что уже сделано?- Дримм задавал четкие, не допускающее двойного толкования вопросы, а Людмила отвечала в том же духе, с облегчением ощущая как груз ответственности перемещается с ее хрупких плеч на широкие плечи Главы.

-- Сведения получены сегодня, сейчас, получаса не прошло. Какие племена выступили в поход пока неизвестно. По расчету Торопыги до границы им идти неделю, может на пару дней меньше. Через три часа в сторону границы вылетит Лилия, она возглавит воздушную разведку из четырех летунов, так же вместе с ней отправится группа наземной разведки, группу поведет Светлана. -

-- Хорошо, ты все правильно сделала -- разведка прежде всего. -

Если Людмила испытывала почти физическое облегчение, то Дримм наоборот согнулся под тяжестью неожиданных вестей, и на его лицо набежала тень, тень глубоких раздумий и неприятных решений, ну и ответственности за принятые решения.

-- Значит собирай старших и сообщи им об орде, они уже доведут сведения до своих подчиненных. Подумайте какие первоочередные меры можно предпринять, но сразу можете начинать готовить эвакуацию в город -- все рабочие на производствах, все фермеры, все Белки, которые захотят. Не забудь послать гонца, чтобы оповестили признавшие нашу власть поселения. Постарайтесь вывезти все оборудование и запасы. Особое внимание любым съестным припасам, корму для коней и тому, что смогут использовать против нас в случае осады. Свяжись с Халлоном, с Узлом, с заставами в Великом лесу, с Гаваями, с Кури -- все работы приостановить, корабли на прикол, объекты законсервировать, весь персонал и всех воинов в город. Продумайте с Анариэль возможность закупки большого количества боевых заготовок. Через пять часов созовешь большое совещание, к тому времени у вас уже должны быть наметки первоочередных дел, я буду присутствовать дистанционно, через зеркало и.... -

-- Постой! - почти выкрикнула Людмила, с каждым словом Главы ее непонимание-недоумение росло пока не перехлестнуло через край. - Какое совещание! Какой Халлон! Какое зеркало! Какие наметки! Ты в конец охренел!!! Когда ты откроешь портал и вместе с армией вернешься домой!? - Людмила негодовала, а еще ей было горько и обидно, примерно как бывает обидно маленькому ребенку, который упал и плачет, а родитель немедленно не бежит на его плач, еще хуже, игнорирует! Вот как чувствовала себя Людмила, конечно же не совсем так, но близко.

-- Успокойся и послушай! - Дримм прекрасно понял реакцию эльфийки, но гнул свою линию, вернее не гнул, объяснял: - То поселение фейри, в котором мы находимся сейчас, очень особенное -- не просто крепость, лаборатория или город, а арсенал по производству и хранению магических жезлов и не простой арсенал, а один из трех крупнейших на континенте. Если тут осталась хотя бы 1/10 часть того что здесь когда-то было, то это тысячи, десятки тысяч пустых и заполненных жезлов, компоненты и оборудование для их производства, исследования, техническая и производственная документация, а если нам совсем сильно повезет, то и информация о том, куда развозили продукцию арсенала и откуда в него поступали материалы для производства. Понимаешь что это значит? -

Людмила понимала, но все равно дулась и сверлила Дримма обиженным взглядом.

-- Мы уже нарушили маскировку и взломали входы, обезвредили ловушки, почти уничтожили внешнюю стражу -- стоит нам сейчас уйти, то с вероятностью более пятидесяти процентов мы полностью потеряем добычу арсенала. Тут ведь хоть и МАЛО, но НАСЕЛЕННЫЕ места -- земля слухом полнится и не игроки, так неписи разграбят ВСЕ, а если не успеют, то нам придется зубами выгрызать жалкие остатки того, что должно принадлежать нам. Потом, со мной лишь половина армии, остальные с Таурохтаром и они в шести днях пути от нас, уже два дня чистят большой, ''вкусный'' город. Даже если я с ними свяжусь и они сейчас же бросят все и ломанутся, то до точки сбора им неделя пути, ну 6 дней, учитывая что местность, по которой они будут возвращаться, им знакома, пойдут не к точке сбора а к нам сюда -- те же 6 дней. И еще: всю добычу города, которую они не успели взять, мы так же потеряем -- обидно! -

Людмила была возмущена, Людмила была на грани и ей до дрожи в теле хотелось наорать на фейри, а то и настучать ему по башке, но она сдержалась и неожиданно мягким голосом спросила:

-- А ты понимаешь, что если орки разрушат все что мы успели сделать, разрушат город, убьют всех заготовок, убьют фейри, убьют и разгонят Белок, то все твои, ВСЕ НАШИ старания зря? Сколько угодно много жезлов, добычи, информации не искупят потерянного времени... -

-- Не преувеличивай, - Дримм непроизвольно огладил лицо -- ему явно было не по себе от такой перспективы, однако он был тверд в принятом решении. - Вас никто не бросает. Да, в подготовке мы не будем участвовать, но к битве вернемся и вернемся все, включая силы Таурохтара. -

-- И как ты это провернешь? Сам же говорил, он в шести днях! - все еще недовольно, но и с ноткой надежды посмотрела на Главу Людмила. На этот раз Дримм не обманул ее ожиданий:

-- После нашего разговора я с ним (с Таурохтаром) свяжусь и прикажу ускориться, мы тут тоже зашевелимся шустрей. Дам Таурохтару еще два дня, потом он пойдет сюда, не к точке сбора, а прямо сюда. К концу третьего дня открою здесь 24 часовой портал к точке сбора, сам оседлаю грифона и рвану навстречу Таурохтару -- думаю меньше чем через сутки мы встретимся. Открою для его армии портал к точке сбора и вуаля (!) -- армия объединена, потом открываю портал рядом с городом или в городке спецназа. -

-- Хороший план, - вынуждена была признать Людмила, - хотя гонка, да и если что-то пойдет не так... -

-- Все пойдет как надо! - твердо пообещал Дримм, и Людмила ему поверила, как верила всегда. - Значит через 5 часов совещание, а через час готовься встречать гостей. -

-- Каких еще гостей?! - вытаращилась на него Людмила. - Ты же сам сказа... -

-- Я помню, что я сказал, - не дал ей закончить фейри, - встретишь всех, кого можно будет оторвать без большого урона для зачистки арсенала и охраны лагеря наверху. -

Через несколько минут зеркало потухло, и Людмила вновь осталась одна. Разговор с Драконом оставил после себя двойственное чувство: с одной стороны, Людмила вновь согнулась под непомерной ношей власти и ответственности, которую так и не получилось спихнуть; с другой, она зарядилась от Главы уверенностью и получила несколько четких и ясных распоряжений, еще больше советов и немалую помощь в лице, точнее в лицах какого-то количества игроков, в том числе и всадников на грифонах, но главное двух старейших и сильнейших членов клана (Туллиндэ и Айнон), которые несомненно возьмут часть ответственности на себя.

Людмила встала с кресла, в котором задумчиво сидела переваривая разговор с Главой, и начала рассылать магических гонцов, возвращая расходившихся, разъезжавшихся и разлетавшихся членов ее ''временного правительства''.

Глава 45

Территория бывшей Парнской империи.

Галивартан (Айсмэн) -- командир отряда наемников на службе у лорда-протектора вольного города Салимарана.

-- Хватит! Хватит драпать!- окончательно решил Айсмэн, останавливая коня на вершине очередного холма. Он не проорал это вслух (хотя хотелось), даже не шевельнул губами, не изменил выражение лица, лишь сверкнули на полмгновения голубые как лед глаза, но от командира отряда словно пошли круги как от брошенного в воду камня. С Вуки понятно -- питомец почувствовал настроение хозяина и, сняв дубину с плеча, одобрительно заворчал, но откуда, откуда если не узнали, то догадались остальные -- игроки, заготовки и даже лошади...? Однако узнали, почувствовали призрак изменений -- все больше и больше взглядов обращались на вершину холма, вернее на неподвижно уставившегося назад и вверх ледяного эльфа.

Несколько дней назад отряд Драконов и полторы дюжины других наемных отрядов из самых сильных получили ''вкусное'' задание: захватить большой город на пересечении многих рек и привести его под власть их нанимателя. Большой, богатый и главное не разграбленный город, не слишком разоренные войной земли, что может быть лучше? Наемников не смутила даже необходимость тащиться довольно далеко, тем более сбивать неказенные ноги не пришлось -- наниматель оперативно подогнал несколько барж. Отряды погрузились и с ветерком прокатились к низовьям реки, насладились красивыми пейзажами, пображничали, попели песни, отдохнули, выспались, а кое-кто прямо с неторопливых посудин умудрился поудить рыбы и остался доволен щедростью реки. Через пять дней довольные, хорошо отоспавшиеся и отдохнувшие наемники выгрузились с барж и чуть ли не с песнями продолжили путь по суше. Все логично и правильно -- мало кто из них умел сражаться на воде, да и баржи для перевозки зерна далеко не боевые суда. Не дай боги, налетят любые самые плохонькие, но специально приспособленные к драке на воде посудины -- набитые воинами зерновозы моментально булькнут, а их грузу, если сумеют, придется спасаться вплавь (в доспехах и с оружием, АГА!). Так что никакой реки, наемникам предстоял трехдневный переход и битва на предсказуемо твердой земле -- привычная много раз деланная работа. В общем все прекрасно: жарит ласковое солнце, зеленеет трава, поют птички, а наемники самоуверенно предвкушают легкую битву (если жирножопые купцы и их заплывшая жиром охрана решатся на сопротивление) и богатую добычу (в любом случае).

Мечты, сладкие мечты, как больно когда мечты разбиваются о суровую и часто немилосердную действительность! Какие еще три дня?! Мечты многих людей и нелюдей, игроков и неписей разбились к полудню первого же дня пути. Если бы не козырь в рукаве у Айсмэна, наемное войско так бы и притопало в ловушку, до последнего момента не подозревая в какую жопу оно держит путь, но козырь был -- много раз выручавшие Драконов глаза в небе, глаза наездников могучих крылатых зверей. Враги впереди -- споро идущая навстречу девяти-десяти тысячная армия ледяных эльфов; враги справа и слева -- так же приближавшиеся отряды от нескольких сотен до пары тысяч, не меньше десятка таких отрядов с каждой из сторон (все те же ледяные эльфы, все те же 10 тысяч); даже лес позади вызывал подозрение -- внутри него происходили какие-то невидимые с высоты процессы, в результате которых в воздух поднимались стаи птиц (ледяные эльфы немного напортачили -- их лесные собратья никогда бы не допустили такой небрежности).

Куда податься бедным наемникам?! Шашки наголо (извиняюсь мечи) и вперед махаться с численно превосходящим их войском, в любой момент ожидая неизбежный удар в спину от еще большего количества воинов? Назад к реке и баржам сквозь подозрительный лес, при этом имея на плечах тысячи, десятки тысяч объединившихся врагов? Или метнутся в бок, надеясь что удастся быстро уничтожить один или несколько отрядов загонщиков и вырваться на оперативный простор? Все варианты с червоточинкой, да что там с огромным дефектом. Вот тут и сказалось наличие у наемников общей цели, но отсутствие единой ''головы''. Может быть, только может быть такой ''головой'' мог бы стать Айсмэн -- достаточно авторитетный командир самого крупного по численности отряда? Да мог бы, если бы захотел, но он не захотел, и общее войско развалилось на три больших и несколько малых частей.

В самом начале, в те самые первые минуты когда стало известно об окружении, Айсмэн не знал как ему поступить и лихорадочно соображал, зато как поступить точно знал командир семисотенного отряда конницы, он-то и возглавил одну из частей разорванного войска. Решивший поискать счастья в наемниках барон произнес зажигательную речь про славу или смерть, про воинскую честь и доблесть, про взгляд Трооатэны с высоты и много другого подобного пафоса. В результате за его собственным конным отрядом последовало еще не меньше шести сотен пеших бойцов, в основном отмороженные, нестрашащиеся смерти игроки, но и неписей-наемников хватало, последовали в безумную атаку лоб в лоб на вдесятеро превосходящего их врага.

Знали как поступить и командиры шести крупных отрядов-неписей, что позиционировали себя как тяжелая пехота и местные уроженцы. Наиболее авторитетный командир одного из этих отрядов и возглавил вторую часть. Более чем две тысячи относительно тяжелых бойцов (позиционировать и быть -- разные вещи ) решили прорываться к реке, рассчитывая с боем пройти сквозь лес, погрузиться на баржи, отчалить и оставить преследователей с носом. Реальный, на первый взгляд вполне осуществимый план, если бы не одно но: было совершенно неизвестно сколько врагов скрывается в лесу -- с равной вероятностью могли быть как сотня-две, так и те же самые десять тысяч, а то и больше.

Пяток отрядов неписей и пара таких же отрядов игроков избрали третий вариант, и как мелкие гопники при приближении наряда рванули в разные стороны, питая несбыточную надежду проскользнуть между смыкающимися клещами загонщиков и оторваться-затеряться среди лесов. Несколько минут, меньше получаса и от всего войска остались одни Драконы, они-то и стали третьей более-менее значимой частью уже несуществующего войска.

Надо признать Айсмэну пришлось нелегко: сперва ему стоило огромных усилий сдержать себя и не поддаться на горячий призыв барона и не присоединить свой отряд к его безумной атаке, сдержать не только себя, но и многих своих бойцов-игроков; потом удержаться и не поверить тем, кто решил прорываться к реке -- Айсмэн почти решил присоединиться к ним, но сработал инстинкт, и две с лишним тысячи тяжелой пехоты ушли без Драконов. Возможно кто-то мог бы сказать, что Айсмэн упустил несколько прекрасных возможностей, трусливо сбежал от ответственности за судьбу всего войска, промедлил, слишком долго совещался со старшими рейдов. Да, все это можно было бы сказать, как та стерьвь-Акулина, что развела руками ПОСЛЕ дела -- судить Айсмэна мог только тот, кто когда-то оказался на его месте и не побоялся принять полную ответственность за все, за жизнь и смерть. Айсмэн и принял: не поддался на призывы героически помереть, не понадеялся на авось-небось в непредсказуемом лесу, а не поря горячку подумал, посоветовался, выработал план и только потом двинул свой отряд... по стопам решившей прорываться сквозь фланговые отряды мелочи. В отличие от них у Драконов был шанс -- все те же глаза в небе, а значит лучшее чем у всех остальных, наиболее полное понимание всего происходящего. Айсмэн не рассчитывал на удачную возможность проскользнуть в разрыв между двух отрядов... Нет, не рассчитывал! А точно знал, где цепь загонщиков слабее всего, где самый обособленный от остальных отряд, и держал курс прямо на него...

Игроки и заготовки пили зелья прямо на бегу, маги накладывали бафы, готовились гранаты, пистоли и жезлы, лошади оттеснялись в тыл, а впереди формировался ударный кулак-зуболом из тяжелее всего одоспешенных спецназовцев и воинов-игроков, грифоны тоже готовились внести посильный вклад -- встреча готовых к прорыву Драконов и одного из многих отрядов загонщиков приближалась, нет, да, была неизбежна...!

*

Семь сотен всадников: три -- тяжелая рыцарская конница, латные потомственные воины на тяжелых и мощных жеребцах; четыре -- легкие всадники, на не таких мощных, но быстрых лошадях, у всадников нет такой выучки, нет тяжелых лат и способных пробить все рыцарских копий, но зато есть дротики и луки, и скорость, и маневр -- идеальный тандем и большая сила, даже не учитывая 6 сотен разномастной пехоты у них за спиной. Тем более обидно, что такая сила погибла абсолютно зря -- семь сотен опытных конных воинов, возглавляемых храбрым вождем не убили НИ ОДНОГО врага. В чем же причина такого конфуза и несправедливости судьбы? Безумная атака на превосходящего и ждущего этой атаки врага, чем не причина?! Все же главная причина не в безумии неподготовленной атаки, а в тысячах луков и десятках тысяч выпущенных стрел, выпущенных меньше чем за минуту, да что там за несколько секунд! Пускай ледяные эльфы хуже всех эльфийских народов владели таким оружием как лук, но они были ЭЛЬФАМИ, они были ОПЫТНЫМИ ВОИНАМИ и наконец их было МНОГО. И в конце-концов, что значит это хуже? Хуже по сравнению с остальными эльфами, но вот по сравнению с людьми... Им ведь не пришлось стрелять на километр-два и попадать в мелкую монету или белке в глаз -- несущийся в сотне метров всадник, несущийся прямо на тебя -- прекрасная цель! КАЖДЫЙ из ДЕСЯТИ ТЫСЯЧ эльфов три-четыре раза спустил тетиву и... все -- войско ледяных эльфов забыло о кавалерии и занялось пехотой. Шесть сотен пехотинцев, среди которых было много игроков, не сдохли такой гадской смертью как их соратники кавалеристы, но все же сдохли, остановив десятитысячное войско на четверть часа, плюс жизни двух сотен ледяных эльфов -- не слишком героическая смерть, когда каждый воин забирает с собой множество врагов, однако все познается в сравнении.

Тем, кто решился прорываться к реке, тоже не повело: с одной стороны, плотный строй, большие щиты, какая-никакая выучка, какие-никакие доспехи и решимость прорваться любой ценой; с другой -- ледяные эльфы больше привыкли к тундре и хвойной тайге чем к лесам средней полосы. Но опять таки наемникам противостояли ЭЛЬФЫ, а лесная война заложена у эльфов, у любых эльфов, в крови, в памяти предков, в генетическом (игровом, если вам угодно) коде -- везде, хоть в жопе, хоть не скажу где. Кроме того и в этом случае ледяных эльфов было банально больше, а вскоре к превратившемуся в огромную ловушку лесу подошли еще. Не так уж и редко бывает, когда щит и копье одолевают лук и стрелу. Да бывает, но не здесь и не сейчас! И вновь обида, печаль, несправедливость судьбы: даже если бы произошло чудо, и наемники сумели бы миновать жестоко встретивший их лес, то их подвиг все равно пропал бы зря -- несколько неизвестно откуда возникших челнов ледяных эльфов давным-давно взяли все баржи на абордаж и увели их на середину реки (пехотинцы изначально прорывались в никуда). Впрочем никто и не прорвался -- все без исключения пошедшие на прорыв наемники остались в лесу, ''пожертвовали'' свои сердца оценившим их смелость врагам.

А вот решившим поиграть в догонялки наемникам из небольших отрядов так не повезло -- их загоняли как диких животных, неизменно стремясь взять живьем. Самые смелые из них сумели пасть в бою, самые умные покончили с собой, а самые трусливые или те, кому просто не повезло, долго и страстно завидовали легко покинувшим сей жестокий мир приятелям, но в любом случае никому из них не удалось избежать своей судьбы.

*

Полутысячный отряд ледяных эльфов не ожидал удара сверху! Вот ледяные эльфы готовятся встретить быстро приближавшихся врагов, а вот на подготовленных позициях рвутся бомбы, заряды жезлов сжигают и замораживают десятки жертв за раз! Пускай отработали лишь два грифона, но шороху они навели за десятерых, а главное ненадолго, но полностью переключили внимание на себя, заставив эльфов забыть о засаде, о позиции, о приближавшихся по земле врагах и вертя башкой бездарно тратить оставшееся время, кидая стрелы вслед хорошо прикрытым щитами летунам. Идущие, вернее бегущие-атакующие по земле Драконы не дали им опомнится: никаких стрел, никаких заклинаний издалека, никаких предупреждающих врага боевых кличей, никакого благородства, только гранаты и жезлы практически в упор и в спину, а затем сразу же мечи! В отличие от тех же лесных ледяные эльфы умели и любили звенеть клинками в ближнем бою, но не против спецназовцев и тем более не против игроков. Еще: практически все маги, берсерки, просто опытные воины пали или были ранены -- дееспособной осталась почти одна только молодежь с опытом одного-двух походов, а то и без оного, и это так же сыграло свою роль. Десять минут и разбомбленный, изорванный жезлами, а затем безжалостно изрубленный мечами отряд перестал существовать (потери Драконов -- 9 убитых спецназовцев, 3 убитых игрока, 10 питомцев, ну и раненные). Еще десять-пятнадцать минут и большинство мертвых врагов прямо в доспехах и с оружием переместились в мешки, тем из них кто не влезал (был все еще жив) наспех перерезали глотки, часто забрызгивая кровью драгоценные мешки, но не обращая на это внимания -- некогда. Вскоре Драконы вновь неслись вперед, позади выигранный бой, впереди свобода и жизнь, за спиной полные добычи мешки. Троица возродившихся после респауна игроков догнала основной отряд через 20 минут. Однако кое-что мешало счастью -- ледяные эльфы не собирались отпускать больно укусивших их врагов и бросили в погоню практически полноценное войско в пять тысяч бойцов.

Казалось бы почти полностью пеший отряд никогда не сможет догнать беглецов, на каждого из которых приходится две-три лошади, но поди ж ты догонял -- лес, хоть и не сильно густой, он все-таки лес, а не удобная для копытных равнина или хотя бы лесостепь. Драконы как могли пытались сбросить погоню с хвоста: оставляли за собой растяжки и ловушки, с помощью магии запутывали следы, стирали, оставляли ложные, но ничего не помогало-- лошади, раньше палочки-выручалочки, а ныне колодки на ногах, не только тормозили отряд, но и оставляли такой след, что никакая магия не смогла бы тут помочь -- ледяные эльфы шаг за шагом, километр за километром нивелировали разрыв. Им тоже приходилось непросто: пускай умение ходить по лесам у эльфов в крови, но проталкивать пятитысячное войско сквозь незнакомые и непривычные чащи было нелегко, вот если бы родные хвойные леса... Впрочем пустой разговор -- у себя дома ледяные эльфы уже десять раз догнали бы беглецов, а тут вынуждены были сокращать разрыв по чайной ложке в час. Преследователей так же как и беглецов тормозили своеобразные колодки -- не лошади, а огромные шерстистые носороги. Спокон веку такие носороги носили в битву лучших воинов и вождей ледяного народа. Именно шесть таких зверей и тормозили пятитысячное войско и тормозили сильно, почти так же как две с лишним тысячи лошадей тормозили беглецов. С одной стороны, тяжелые еще и покрытые кольчужной броней носороги могли пройти там, где не могли пройти лошади, ломая мелкие деревца и без вреда для себя рвя любые самые колючие и густые заросли кустов, с другой -- лошади могли проскользнуть между групп многоохватных стволов, а носорогам приходилось идти в обход; могли спрыгнуть в неглубокий овраг, пройти по дну и вскарабкаться по пологой стенке, а носорогам приходилось идти в обход; могли пройти по камням, взбираясь на возвышенности, а носорогам приходилось идти в обход. Да, звери тормозили и тех, и других, но ни беглецы, ни преследователи не собирались их бросать -- погоня продолжалась...

Судьба -- странная дама! Вот тебе не везет и ты в кольце врагов, а потом вроде бы вырвавшись несешься что было сил, чувствуя спиной дыхание неизбежно нагоняющей погони, и что бы ты не делал, как бы не напрягал остатки сил, погоня нагоняет... А еще Судьба -- дама справедливая и любит тех, кто борется до конца. Короче -- Драконам повезло и повезло целых два раза подряд.

Первый раз, когда не надолго, всего на несколько десятков километров закончился лес: мгновенно все недостатки лошадей в лесу превратились в достоинства тех же лошадей, но на равнине -- Драконы наддали и оторвались, с лихвой отыграв назад все что потеряли за пару последних часов. Безлошадные преследователи тоже ускорились вырвавшись на простор, но конечно не так как беглецы.

Вторая улыбка судьбы -- хорошая, удобная для лошадей дорога через вновь начавшийся лес, полный гоблинов лес. Казалось бы в чем же здесь подарок судьбы?! Ответ довольно прост: гоблины хоть и контролировали лес, но контролировали ВЕСЬ довольно таки большой лес и не могли все быть в одном месте, не ждали, что по дороге быстро-быстро пронесется большой и сильный отряд, не сумели в достаточно короткий срок собрать все свои силы в один кулак. Нет, они справились с этой задачей... примерно в то самое время, когда под сень кипевшего как потревоженный улей леса вступило войско ледяных эльфов -- тысячи зеленых ''шершней'' обрушились на тех, кто потревожил их покой. Так что Драконам действительно повезло: полсотни убитых из луков и пращей лошадей и несколько раненых бойцов -- невеликая цена за так необходимую фору и за редкую возможность стравить своих смертельных врагов. Правда насладиться зрелищем Драконы не смогли, не было времени, но и не надо -- сам факт ''плотного междусобойчика'' ледяных эльфов и гоблинов поднимал им настроение.

Ну а что же ледяные эльфы? Пятитысячное войско кануло в недружелюбно настроенный лес и... и.... и полчаса спустя вынырнуло из него, изрядно уменьшившись в числе -- было пять тысяч, а стало полторы. Нет, вовсе нет, гоблины не положили три с половиной тысячи длинноухих северян -- как говориться, кишка тонка. Положили примерно тысячу, потеряли в шесть-семь раз больше, а те из них кто остался в живых отступили, хотя скорее бежали в глубину леса. Разъяренные задержкой и нежданными потерями суровые жители ледяных краев решили преподать зеленошкурым урок того, что не стоит лезть в чужие дела, и непедагогично истребить всех обитателей леса до одного. Но и шуструю добычу им не хотелось отпускать, а потому лидер ледяных эльфов разделил свои силы на меньшую, но наиболее сильную часть (все танки-носороги, ╬ магов, славнейшие воины, лучшие следопыты) и более многочисленную (оставшиеся маги, какое-то количество опытных бойцов, но в основном ярая до крови и подвигов молодежь) . Сильнейшая часть продолжила погоню, а более многочисленная занялась ''преподаванием'' в лесу. Вождь ледяных эльфов ошибся -- ни в коем случае нельзя было так поступать, хотя об этом позже, а пока погоня продолжалась, ну и поскольку продолжилась она по лесам, ледяные эльфы вновь начали нагонять.

Пару часов спустя Драконам снова повезло -- опять лес остался позади, а перед ними легла раздольная для лошадей равнина. Впрочем трудно назвать везением наличие внимательных глаз высоко в небе -- Айсмэн вполне осознанно выбирал наиболее удобный путь, удобный для своего отряда, а не для топающих пешкодралом преследователей, его так сказать заочно-виртуальной родни (напомню, по расе Айсмэн такой же как и они ледяной эльф). В очередной раз Драконы ушли в некоторый отрыв, но тем не менее как ни старались не смогли стряхнуть врагов со своего следа. Еще пара часов бешеного драпа и местность снова изменилась -- уже не лес и не равнина, а поросшие кустарником и редкими деревьями невысокие холмы, обширные, частенько извилистые овраги-балки и такая местность на много часов пути. Воздушные наблюдатели выручили отряд и на этот раз, ведь легче легкого было затеряться в лабиринте холмов и забрести в ловушку осыпающихся склонов, упереться в непроходимый овраг, а потом, возвращаясь по своим следам, терять при этом десятки минут, а то и часы, но благодаря глазам в небе, этого не произошло -- ведомый подсказками свыше отряд вошел в этот рукотворный лабиринт там где нужно и ни разу не сбился с пути. И вот тут-то среди многочисленных холмов и балок, там где взгляд ежесекундно падал на удобное для засады или обороны место, командир отряда ледяной эльф Галивартан по прозвищу Айсмэн принял судьбоносное решение прекратить многочасовой драп и встретить изрядно поредевших врагов в бою. Зря, очень зря вождь ледяных эльфов разделил свои силы...

-- Чем порадуете, покрышкины? - Да, Айсмэн желал ''пообщаться'' с погоней, у него все кипело внутри, так ему хотелось прекратить убегать и ухватить посмевшую гонять его как зайца ''родню'' за ''фаберже'' и глядя им в глаза оторвать то самое ''фаберже'' напрочь, однако ему не хотелось самому остаться без яиц.

-- Все по-прежнему, - ответил старший двойки летунов (наездников на грифонах), - прут за нами на всех парах. -

-- Численность? -

-- Тоже по-прежнему: шесть ''танков'' и полторы тысячи махры. Не пойму, неужели гоблойды оказались так круты, что сумели завалить три с лишним тысячи ледяных эльфов? Не верится как-то? -

-- Если их было много, то почему бы и нет, - Айсмэн тоже сомневался, но ХОТЕЛ думать, что все произошло именно так, и три с лишним тысячи ''родственников'' навсегда легли в гоблинском лесу. - Ты же знаешь, как зеленошкурые могут навалиться когда их много? -

-- Эт да, могут! - Старший двойки получил грифона уже после войны в Гоблинских горах, а во время нее сражался на земле в группе Синьагил, так что на собственной шкуре испытал, что такое тупой навал гоблинского мяса.

-- Кинь мне картинку, - приказал Айсмэн и приготовился переждать неизбежную боль.

-- Держи! - летун-маг привычно установил ментальную связь.

На мгновение Галивартан потерял равновесие, почувствовал барабанные палочки в висках, но в седле удержался и через секунду взглянул на мир с высоты, причем взглянул не глазами собрата-игрока, а гораздо более зоркими очами его маунта-грифона.

-- Все так как он сказал: шесть носорогов со всадниками на спине и полторы тысячи бойцов, - Айсмэн сам убедился в словах летуна, не то чтобы он ему не доверял, но действительно ''лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать''. - Идут точно по нашим следам, за ними никого. Если гоблы и вправду сделали дело, то я за них выпью, потом, а пока доделаю их дело -- раз даже гоблы уложили три с полтиной тысячи ледяных, то нам сам бог войны велел. Тем более не так ''родственнички'' и сильны, если слили столько народу каким-то зеленым коротышкам! - Айсмэн закончил рассматривать бодро топавших по равнине преследователей и перевел взгляд на холмистую местность: пару секунд разглядывал отряд, в том числе и застывшего на лошади себя на вершине холма, потом взглянул шире и дальше, прошелся по изгибам рельефа, по природным крепостям и ловушкам, по возможным тупикам и удобным для прохода местам, подумал, вернулся взглядом чуть назад, прикинул варианты, еще раз окинул общую картину и прервал связь.

Как всегда после ментального контакта в голове долбились дятлы, но Айсмэн не обращал внимания на боль и ни о чем не жалел -- в результате взгляда с высоты он принял окончательное решение ''подергать смерть за усы'' и составил четкий порядок дальнейших действий. Ну а боль (?), боль можно было и перетерпеть, не в первой. Несмотря на то что рейтинг сородичей упал в глазах Айсмэна, он не решился бы принять бой, если бы превосходство ледяных эльфов было бы хотя бы двойным, но полторы тысячи против почти тысячи бойцов его отряда, почему бы и нет? Тем более у него превосходство в воздухе (два грифона), превосходство в магах, превосходство в качестве стрелков, да и последний бой во время прорыва показал, что как мечники ледяные эльфы не так уж и хороши. Для сравнения: Айсмэн не задумываясь дал бы бой пятикратно-семикратно превосходящим силам гоблинов. Некоторое беспокойство вызывали носороги, да вызывали, но все же не такое, чтобы отказаться от планов: может быть большие как дом и забронированные не хуже того танка звери и смогли бы кого-то напугать, но только не игрока -- Айсмэн самолично валил тварей и побольше, и пострашней, и вообще на фоне некоторых данжевых монстров ездовые зверюги ледяных эльфов смотрелись милыми домашними питомцами (этакие небольшие пушистые котята со странными носиками).

*

Айсмэн опирался на известную ему информацию: большая часть ледяных не вышла из леса, как лучники они слабейшие из эльфов, не произвели впечатления в рукопашной, не используют жезлы и гранаты. В чем-то он был прав, в чем-то ошибался, вернее не знал: не знал, что эльфы не слили гоблинам в лесу, а наоборот настолько были уверены в своих силах, что разделили отряд на две части; не знал, что по соотношению маги / воины полуторатысячный отряд почти не уступал отряду Драконов, хотя по силе и уровню маги Драконов все же превосходили своих коллег неписей (совсем не на много, но все же); не знал, что в отряде преследователей большинство очень опытные и умелые бойцы -- не чета тем соплякам, что его воины рубили несколько часов назад.

*

-- Отлично, сопровождай их и дальше, будут какие-либо изменения, сообщишь, - Айсмэн отдал приказ и тут же скривился услышав в ответ:

-- Может нам их щипануть немного, чтобы жизнь совсем уж медом не казалась?! - Наездники соскучились просто парить в вышине -- им хотелось побомбить, пострелять из жезлов, дать маунту возможность подхватить когтями ''игрушку'' с земли, а потом уже в вышине отгрызть орущей ''игрушке'' башку. Командир отряда все понимал, но не собирался потакать их низменным желаниям.

-- Ни в коем случае, - Айсмэн был категоричен, - ни в коем случае не обнаруживайте себя: следите, докладывайте об изменениях и ВСЕ! Ясно?! -

-- Ясно-ясно не заводись, просто скучно следить за жизнью без возможности вмешаться. Неужели так ни разу и не размочим счет? - почти жалобно спросил летун.

-- Может и размочите, - обнадежил обоих летунов Галивартан. - По крайней мере будьте готовы в любой момент. -

-- Ага! - многозначительно и радостно встрепенулся старший летун. - Значит решил таки помахаться!? Отлично! -

-- Не слишком радуйся! - немного осадил его Галивартан. - И упаси тебя Творец Битвы атаковать без приказа! -

-- Понял -- не дурак, дурак бы не понял! - присказкой ответил разом повеселевший летун. - Еще что-нибудь!?-

-- Все, до связи. -

-- До связи. -

Айсмэн огляделся по сторонам, ухмыльнулся, нарвавшись на ответные улыбки старших рейдов и рядовых игроков, а затем громко спросил:

-- Ну что, Драконы, станцуем брейк на костях!? - Рев сотен глоток и выхваченные из ножен клинки послужили прекрасным ответом на чисто символический вопрос.

Считанные минуты спустя вокруг закипела работа: на вершину того самого холма потащили связки пистолей (одноразовые жезлы производства мастерских клана), жезлы, сумки с гранатами, стрелы; маги устанавливали стационарные щиты и тут же прикрывали их маскирующими чарами; заготовки-универсалы уродовали вершину холма кирками и лопатами; в нужных местах сеялись мины, растяжки, ''чеснок''; лезли к небу друидские кусты; шуршали возникая и до времени замирали зыбучие пески; без внешних эффектов возникали колдовские и воровские ловушки; кое-где звучали взрывы -- опасные ноголомательные балки становились еще опасней, а крутые холмы еще круче; в одном месте особенно мощные взрывы буквально обрушили два холма навстречу друг другу, кардинально изменив рельеф и уничтожив удобный проход. Ну а Айсмэн тем временем беседовал с двумя командирами рейдов, на которых возлагалась особая роль:

-- Сидите тихо, как подойдут, бейте всем чем можно, потом держитесь до последнего. Никаких вылазок, вообще с холма ни шагу -- намертво врастите в вершину и гандурасте гранатами и жезлами. Особенно ты, Гвоздь, я знаю ты у нас ''д' Артаньян'', но поушибся на этот раз. Гуф, проконтролируй его! - Один из командиров рейдов улыбнулся и кивнул, второй, тот самый Гвоздь, насупился:

-- Да чего вы, мужики, что я не понимаю?! Надо так надо! -

-- И еще '' не жалейте заварки'' (намек на старый еврейский анекдот), лупите без перерыва! На то вам 2/3 всех пистолей и половину жезлов оставляем! Постарайтесь использовать все. За то что вас обойдут не бойтесь -- сами видите, все пути перекрыты. -

-- А по обратному склону, над минами? - нашел слабое место Гуф.

Айсмэн глянул на почти вертикальный склон и вынужден был согласиться: да, с трудом, с большим трудом, но можно пройти, вернее рискуя сверзнуться прямиком на мины пролезть по осыпающейся из-под ног земле.

-- Ну посматривайте иногда, если сунется какая-нибудь эльфо-паучья помесь, скиньте пару гранат -- делов-то! Не подведите, парни, подыхайте погромче и подольше! Дайте нам время обустроиться на новой позиции.-

-- Сделаем, - пообещал Гуф.

-- Постараемся, - сказал свое слово Гвоздь. - Только вот чего: прикажи заложить под нами (на верхушке холма) фугас помощней -- как нас сомнут, мы его рванем. -

-- Хорошая идея, - улыбнулся Гуф.

Айсмэн кивнул, отдал соответствующее распоряжение и напоследок предупредил-приказал:

-- Как воскреснете на точке (точке возрождения), пулей к нам, мы к тому времени уже пощупаем их за жопу, и каждый меч будет на счету. -

-- Само-собой, - даже обиделся Гуф, - мог бы и не говорить. -

Примерно через час отряд тронулся вперед, а на подготовленной позиции на вершине превращенного в крепость холма осталось два рейда: 14 игроков, 12 питомцев -- смертники, если конечно так можно высказаться про бессмертных существ. Ледяные эльфы приближались, держа путь точно по следам тысяч копыт, их авангард в сотню бойцов уже подходил к холмам.

Отряд Драконов недолго двигался вперед, пару километров спустя немного довернул, рискуя прошел по краю осыпающегося оврага (две лошади не удержались), вновь довернул, перевалил через совсем низкий и пологий холм и закончил закладывать крюк -- Драконы возвращались назад навстречу своим врагам. Меньше чем через полчаса оба отряда вполне могли бы увидеть друг друга, могли бы, если бы их не разделяло несколько холмов. Однако был нюанс: ледяные эльфы все еще думали, что преследуют беглецов, а вот Драконы абсолютно точно знали, где их враги. Тем не менее пока что отряды разошлись: ледяные эльфы продолжили идти вперед прямо в объятья поджидающей их засады-заслона, а Драконы соответственно назад.

Вскоре почти одновременно произошли два события: первое -- Гуф скомандовал ''Давай!'' и на авангард вражеского отряда обрушился вал из гранат, потом подключились пистоли и жезлы; второе -- основной отряд Драконов снова свернул, перерезая как свой след, так и след своей погони.

Гуф и Гвоздь сразу же использовали чуть ли не треть всего наличного запаса гранат, но зато и результат -- сотня авангарда практически перестала существовать, в спины тех кто выжил и смог бежать разрядили жезлы и пистоли, а изрубленных осколками раненых добили-догрызли питомцы (Гуф и Гвоздь не нарушили приказ командира -- ни один из игроков так и не сошел с холма). Болезненный ''щелчок по носу'' , но ледяные эльфы быстро собрались: несколько небольших групп тут же начали искать путь в обход холма, а шесть сотен лучников разбились на полусотни и с разных сторон попытались засыпать вершину холма валом из стрел, не спали и маги. Ни у тех, ни у других, ни у третьих не получилось: разведгруппы всюду натыкались на непроходимые овраги и холмы, а то и на мины, друидские кусты, зыбучие пески, растяжки и прочие ''прелести'' не жадных и богатых на выдумки Драконов; полусотни лучников покидали стрелы и отошли -- холм буквально взорвался ответным огнем из жезлов и пистолей, а довольно мощные стационарные маг-щиты хорошо держали стрелы, по той же причине и маги не достигли результата. Однако заслугой магов ледяных эльфов стало отсутствие новых больших потерь. На несколько минут стороны застыли в хрупком равновесии: ледяные эльфы готовились к штурму, обитатели холма готовились тот штурм отражать.

Тем временем основному отряду Драконов пришлось вступить в бой раньше чем рассчитывал его командир -- полусотенный арьергард ''остроухих ледышек'' не только перекрывал путь к новой позиции, но и мог предупредить своих, должен был предупредить. Да, должен был... Айсмэн рискнул, тем более вывалившиеся из-за холмов Драконы отрезали арьергард от основных сил. На этот раз никаких гранат и жезлов, только мечи, сотня дорогих многобонусных мечей, плюс прилагавшиеся к тем мечам воины-игроки, плюс их питомцы, плюс горячая и острая поддержка магов и рейнджеров их рейдов, ну и на сладкое, еще сотня неплохих мечей в руках тяжелодоспешных эльфов-бугаев. С одного раза угадайте, кто победил! Тум-Тум-Тум (барабанная дробь)! Правильно! Вы угадали -- с разгромным счетом победили игроки и спецназовцы (50/0), кармические собратья Российской сборной по футболу так и не успели предупредить своих.

Не подозревавшие о гибели своего арьергарда ледяные эльфы вновь попытались отомстить за авангард. Уже восемь полных сотен начали шпиговать вершину непокорного холма из луков, мощные молнии заставляли страшно трещать не менее мощные маг-щиты. Ну а под вспышки и грохот магической иллюминации к холму будто бы приближалось два штурмовых отряда по 7 десятков бойцов в каждом со щитами в руках и под маскирующими чарами. У многосложной атаки имелся и третий, уже не такой очевидный уровень -- два полусотенных отряда, что вышли позже всех. Первый попытался сходу преодолеть завал земли от двух ''слившихся в объятьях'' холмов, второй быстро проскользнуть по тому самому обратному склону холма. У первой группы не пошло сразу -- коварная земля выскальзывала у них из-под ног и тормозила подъем, спины оказались прекрасными мишенями, ну а игроки хоть и были заняты ложным штурмом, но не спали и сумели выделить чутка времени в своем плотном графике -- ''альпинисты-неудачники'' потеряли два десятка бойцов и, съехав на подпаленных жопах вниз, оставили надежды преодолеть земляной вал. А вот у второй группы точно так же сразу пошло -- полусотня сумела добежать до холма, успела вскарабкаться по крутому склону, а когда очухавшиеся игроки начали приветствовать их сброшенными с верхотуры гранатами, было поздно -- крутой изрезанный трещинами и торчащими откосами склон с одной стороны затруднял передвижение, с другой -- точно также защищал медленно, но неуклонно ползущих к цели эльфов. Неуязвимые для гранат ледяные эльфы так бы и ползли по склону, однако голь на выдумки хитра -- не получилось с гранатами, получится по другому -- четыре питомца отправились вниз (две рыси, гепард и енот), а вслед за ними как Деда Мороза в дымоход спустили обвязанного веревкой Гвоздя.

Расправившийся с арьергардом основной отряд Драконов в темпе зажигательного танца собрал добычу, собрал тела и немного прошелся по своим следам, но не вперед, догоняя ледяных эльфов, а назад. Вскоре Драконы в том же быстром темпе обживали три доминирующих над местностью холма. Обживали вплоть до пусть неглубокого, но длинно-извилистого рва, что прикрыл все три холма, ну и вынутая земля пошла на вал за рвом. Прямо скажем укрепления не фонтан: не ров -- канава, не вал -- полуметровое убожище, но вместе с редкой засекой из срубленных и обструганных по пути древесных стволов, наспех выращенных друидских кустов, россыпью мин и ловушек -- уже нечто или бери выше -- кое-что. Вообще позиция получалась неплохая: господствующая высота, удобная для своих лучников и неудобная для чужих, да и решившим переведаться в ближнем бою придется карабкаться вверх (мелочь, а приятно); пусть жидкое, но все же укрепление перед основной позицией; слева почти настоящая стена из 20-30 метровых скал, и тянется та стена довольно далеко; справа глубокий овраг, не такой длинны как стена, но и его не так просто обойти. Да, хорошая позиция -- любо-дорого встречать на ней врагов!

Крутой и сложный склон забирал все силы, а потому не удивительно, что старавшиеся не сверзнуться на мины ледяные эльфы проморгали начало нападения -- первая питомица-рысь божьей карой упала на спину своей жертвы, пробила кривыми как рыболовные крючки когтями кольчугу, вгрызлась белыми как сахар клыками в беззащитный затылок! Орущий и рычащий клубок стремительно покатился вниз, по пути прихватив еще двоих, нет троих, нет снова двоих (один из эльфов сумел притормозить, а после полностью остановить падение-скольжение по осыпающемуся склону). ВЗРЫВ!!! Еще один поменьше! Одно из четырех тел активировало мину, ну а взрыв заставил с детонировать растяжку. Надо ли говорить, что оказавшиеся в эпицентре сразу двух взрывов вышли из игры (питомец как всегда на сутки, ледяные эльфы навсегда)?Атаковавшего вторым гепарда уже встречали, два метательных ножа убили его еще в полете, но остановить не смогли -- новый катящийся вниз клубок, хотя и всего из двух тел... Новый взрыв! Снизу прилетел шальной осколок и на излете срубил полбашки неудачливому воину. Вторую рысь тоже встречали уже четыре метательных ножа, однако в цель попал всего один (баф на питомце). Результат противостояния питомец vs ледяные эльфы -- 1:2! На этот раз не мина и не растяжка, а воровская ловушка -- возникшие прямо из воздуха металлические шипы пробили одно мертвое и два живых тела и тут же растаяли в воздухе. Не такой ловкий как его кошачьи собратья енот атаковал позже всех -- счастливо избежал ножей, сбил свою цель и вместе с ней покатился вниз, но умер на мече по дороге, а опытный воин сумел остановить свое падение в последний момент и, оторвав от себя мертвого енота, начал подъем. ВЗРЫВ! Зря воин не проследил за судьбой продолжившей скольжение туши -- уже мертвый питомец активировал мину и достал-таки своего врага. Изрубленный осколками эльф с перебитыми ногами не сдавался до конца, пытался ползти, обильно пятная землю из развороченной осколками жопы, но быстро истек кровью. А в это время спущенный на веревке Гвоздь встречал сумевших миновать трудный участок эльфов по одному. Не зря Айсмэн недавно упомянул сумасбродного гасконца -- Гвоздь был хорош на мечах, может и не как Юла или Нарамакил, но для его нынешних врагов хватало -- пара секунд и очередной решивший скрестить с ним клинки АЙдиот отправлялся вниз, частенько без башки. Ледяным хватило всего шести уроков, шести потерянных в изначально неравной схватке бойцов, вскоре они убедились, что ножами и стрелами Гвоздя не достать (хорошие доспехи и щиты), не обойти и не выставить против него более одного бойца -- эльфам ничего не оставалось как повернуть назад. Так и не сумевшему выполнить свою миссию отряду повезло в самом начале, повезло и в самом конце -- игроки отвлеклись на другое и отправили им вслед всего две стрелы и болт. А вот одному из штурмовых отрядов не повезло, но его командир виноват сам: с какого-то перепугу он решил нарушить общий план и захватить холм силами только своих бойцов. Самоуверенный командир отдал приказ ''Вперед!'' и во главе ни на секунду не заколебавшихся воинов кинулся к вершине холма, кинулся по будто специально предназначенному для столь быстрой атаки подъему. Подъем конечно был творением природных сил, а вот фугас в его основании нет. Но давайте по порядку. Передовые штурмовики уже готовились обагрить кровью мечи, десяток метров до вершины не больше... но ВЗРЫВ (!!!), глухой хлопок, и весь пологий склон стремительно поехал вниз, прихватив с собой мало не весь штурмующий отряд! Причем съехал он не просто к подножью холма, а в рукотворный овраг рядом с ним (удивительно что могут сделать 3 десятка универсалов с лопатами за час). Буквально секунды спустя в ворочавшуюся смесь живой плоти и земли полетели гранаты. Нет, не осколочные -- газовые, с ядом, с кислотой, и только минуту спустя прилетела единственная зажигательная. Полыхало знатно! Кого не убили газ, кислота и яд, прикончил огонь!

Глава 46

Территория бывшей Парнской империи.

Битва среди холмов (продолжение).

Галивартан (Айсмэн).

Айсмэн находился на распутье: с одной стороны, каждая пробежавшая минута позволяла прочнее вгрызться в позицию и лучше подготовиться к неизбежной битве, с другой -- не дай бог упустить время. Упустишь -- придется бросать удобные для боя холмы и все вложенные усилия пропадут зря. К счастью у командира отряда Драконов имелась возможность спросить, как лучше поступить, и он адресовал свой вопрос небесам:

-- Ну как там Гуф с Гвоздем? -

-- Цветут и пахнут! -''небеса'', в лице старшего двойки грифонов, немедленно ответили на вопрос . - Так зажигают, что просто держись! - в словах наездника чувствовалась искренняя зависть и желание быть там внизу, где происходят столь интересные события, а не бесстрастным наблюдателем парить в вышине.

-- Значит у них все складывается хорошо? -

-- Хорошо?! - возмутились ''небеса''. - Да они ''нажадничали'' уже не меньше двух сотен ледышек и никого не потеряли в процессе! Если это хорошо, просто хорошо, то хорошо! -

-- Молодцы! - расплылся в улыбке Айсмэн. - Их не пытаются обойти? -

-- Не без того, но пока обламываются -- вблизи холма не получается, а далеко ледышкам не охота переть, да и надо знать куда, а значит искать -- не хотят. -

-- Как у них с гранатами и жезлами на твой взгляд? -

-- Плохо, - изменился тон ''небес''. - Считай все уже пустили в дело, но на один серьезный штурм хватит, может быть. -

-- Может быть, - - кивнул своим мыслям Галивартан, в общем-то он узнал все что хотел. -

-- Слушай, а давай...-

-- Ты не будешь им помогать и светиться! - не дал ему закончить Айсмэн. - Все по прежнему -- смотришь, докладываешь и ВСЕ! Ты ведь кажется белорус, а не татарин -- ну сколько раз нужно повторять?! - почти вышел из себя Айсмэн.

-- Гвоздь, между прочим, курганский татарин, - непонятно зачем уточнил несколько обиженный летун.

-- Не переводи стрелки! У них там на Урале каждый второй татарин, каждый первый башкир -- все хлещут водку, жрут сало и обзываются русскими, - озвучил свое несколько неполиткоректное мнение о населении уральских гор потомственный мАсковский яврей. - А ты вот точно татарин и почистокровней тамошних, если тебе приходится одно и то же по двадцать раз повторять! Все, не зли меня, бусурманин гомельский, а выполняй приказ! Булыгыз (до свидания по-татарски)! -

-- Это кто из нас еще бусурманин!? - успел напоследок взвыть летун, прежде чем прервалась связь.

Вскоре в направлении войска ледяных эльфов выступила группа. 3 рейда -- 17 игроков -- немалая сила, тем более дюжина из них несли по паре жезлов на душу населения, а пять остальных по десятке одноразовых пистолей на нос. Задача группы -- пощупать ледяных эльфов за мягкий открытый всем х..м задок и указать им путь, где их ждет ''весьма гостеприимный прием''. И еще: старший группы имел приказ по возможности не начинать пока ледяные эльфы не захватят столь дорого вставший им холм. Благодаря грифонам в небе легконогие посланцы Драконов особо не хоронились, а довольно быстро бежали меж холмов.

Шутки кончились -- озверевшие от потерь ледяные эльфы взялись за обитателей холма всерьез! Сразу три отряда в сотню бойцов каждый построили что-то вроде черепах и начали медленно приближаться к холму. Четыре сотни лучников обрушили на вершину настоящий ливень стрел. Однако главная роль отводилась магам -- маги ледяных эльфов приноровились к вражеским щитам, поняли с чем имеют дело и ударили всей своей немалой силой.

ШУХХ!!! Невероятно яркая вспышка над холмами -- то огромная молния ударила в защищавшие холм щиты! Щиты выдержали удар, а вот глазам и ушам игроков пришлось нелегко: нельзя было сказать, что все они оглохли и ослепли, но уши заложило, а в глазах замелькали разноцветные пятна.

ШУХХ!!! Снова вспышка над холмами -- новая еще более чудовищная молния бьет в холм! Очень качественные щиты выдержали и этот удар. Разноцветных пятен прибавилось, окончательно заложило уши, и у всех игроков разыгралась мигрень (ну еще бы -- такая встряска).

ШУХХ!!! Третья по счету молния почти разорвала щиты! Те замерцали, затрещали, пошли искрами -- первые стрелы начали тюкаться в землю холма, в игроков, в питомцев.

''Черепахи'' все ближе, их стрелковая поддержка тоже подошла. Три мага-игрока бросили все силы на восстановление щитов и кое-что смогли. От шальной стрелы погиб питомец.

ШУХХ!!! Дышавшие на ладан щиты ''крякнули'', но спасли обитателей холма в самый последний раз. Маги без маны, почти все игроки без зрения и слуха и густой поток падающих сверху стрел... Питомцы погибли сразу, игроки держались за счет наложенных ранее бафов, доспехов, амулетов и индивидуальных щитов. Кое-кто из них наугад разряжает пистоли и жезлы, бросает гранаты сам не видя куда -- холм все еще огрызается, но судьба его предрешена (впрочем она была предрешена с самого начала).

Шухх!!! Пятая и последняя молния оказалась послабее всех остальных, однако защитникам холма хватило -- погибли девять из четырнадцати игроков, только каким-то чудом не сдетонировали остатки гранат и мощный фугас в земле.

''Черепахи'' подошли к подножью холма и начали подъем, строй несколько сломался, но ничего -- избитый молниями холм молчал. Хотя нет! На краю холма возник утыканный стрелами воин-игрок в хорошем доспехе и запустил в полет целую связку гранат! Воин принял в себя десяток ледяных молний, добрую сотню стрел и разумеется погиб, связка не долетела... Обидно! Но кое-какой результат все же был: осколки без малого десятка гранат потерзали магические щиты одной из ''черепах'', потерзали обычные щиты составлявших ее воинов, поискали слабину в надетых на них доспехах -- нашли, и несколько раненых эльфов поковыляли к своим. Еще один воин в дырявой кольчуге и с одной целой рукой попытался повторить подобный трюк уже с другой ''черепахой'' -- снайперский выстрел снизу и однорукий падает со стрелой в глазу, брошенные уже мертвой рукой гранаты не пролетели и четверти нужного расстояния, благо взорвались все же за скатом холма, а не на самой вершине.

Все. Больше никто не вставал и ничего не бросал. ''Черепахи'' продолжали подыматься на холм, лучники продолжали терзать его вершину, буквально проращивая на ней лес из стрел, густой лес, настоящую чащу. Казалось бы в этом ''лесу'' уже никак не может быть живых, никто не сможет выжить под таким градом стрел, однако один защитник холма все же был жив, последний его защитник....

Гвоздь потерял ступню, сломал в теле шесть стрел (только те, что сумели пробить доспех), его правый глаз вытек, а лицо представляло собой один страшно уродливый ожог, но он был бодр, все понимал, купировал боль с помощью зелий. А еще он ждал, лежа под доставшимся ему единственным ростовым щитом, ждал тех, кто поднимется на холм. Он дождался первых бойцов ''черепах'', улыбнулся им из-под щита и активировал заложенный фугас.

Страшный взрыв разметал вершину холма -- Гвоздь забрал с собой почти сотню бойцов!

Ледяные эльфы не долго радовались своей так называемой победе -- старший группы из трех рейдов в точности выполнил приказ и нанес удар не раньше, чем кончились рейды Гуфа и Гвоздя, но прежде, чем поднятая взрывом фугаса земля упала вниз. Опять холм (что поделать вокруг одни холмы -- плюнь, попадешь в холм, промахнешься -- в овраг), опять коварный и мощный удар, опять больше сотни ледяных эльфов не добровольно и навсегда ''переселились'' в ледяные пустоши загробного мира. Потери могли быть и больше, все-таки 24 жезла и полсотни пистолей в спину метров с 500, но маги-сородичи Айсмэна были настороже, щиты подняты, и неожиданный удар не стал таким уж неожиданным. Казалось бы, что такое сотня бойцов? Мелочь! С другой стороны -- 1/15 всего полуторатысячного войска, ну а если учесть потери при штурме непокорного холма, то гораздо, гораздо более существенная часть.

Внезапный удар не только лишил войско ледышек еще одной сотни бойцов, но и прояснил им судьбу арьергарда -- неудивительно что эльфы взвились как укушенный оводом конь, укушенный в нежные яйца или прямиком в очко! Несколько секунд и по позиции игроков хлестнула одна из уже показавших себя молний, потом просыпался, исхлестал как картечью ледяной град (каждая градина размером с гусиное яйцо), снова молния и напоследок шар слепящего голубого холода, и был тот шар размером с дом. Совсем скоро воины ледяных эльфов взбирались на испаханный заклинаниями холм: никто не мешал им подниматься, потерь они не понесли, но... группа игроков отступила сразу же как нанесла удар -- все ответки остроухих магов пропали зря. Раздосадованные воины решили прогуляться по следам... Большая ошибка! Рейды игроков оккупировали очередной холм и почти добили жезлы по нетерпеливым, не дождавшимся магов дуракам -- еще четверть сотни воинов долой, остальные как-то резко поумнели и отступили за полузамороженный-полуоплавленный холм. Совсем скоро уже вся армия ледяных эльфов, а это напомню по-прежнему больше тысячи бойцов, двинулась в атаку: по холму забили ледяные молнии и стрелы, а в лоб и обход понеслись многочисленные, хорошо прикрытые мощными щитами отряды. И вновь ледяные не добились ничего -- очередной холм оказался привычно пуст, лишь пара растяжек там, где должны были находиться их обидчики. Растяжки не сыграли никакой роли и не забрали ни одной жизни, зато немаловажную роль сыграла вонзившаяся в спину одному из полусотников стрела -- Точный выстрел от спрятавшегося неподалеку рейнджера-игрока. Полусотник не мучился -- бронебойная стрела, еще и с хорошим уроном кислотой свалила его наповал, а использовавший спец-навык рейнджер тут же задал стрекача. Кинувшаяся за ним полусотня попала в засаду, потеряла десять бойцов, плюс раненые и откатилась к основным силам -- рейды добили последние остатки жезлов. И началась гонка: ледяные эльфы как огромная рука ползли вперед и пытались ухватить комара, вернее сразу трех комаров, а комары-рейды постоянно ускользали из неуклюжих пальцев и жалили, жалили, жалили...

Мина под ногами -- два бойца долой, один лишился ноги, трое получили легкие ранения.

Несколько пущенных издалека и навесом стрел -- лишь чудом никто не пострадал (светло-синие оперение сливалось с небом, светло-серые древки тоже, а стеклянные наконечники не сливались, но...)

Еще одна мина -- один убитый, один раненый боец.

Передовой отряд попал в ловушку, его закидали гранатами с вершины крутого холма. Разумеется когда холм обошли, гранатометателей и след простыл. Потери: 6 погибших воинов, 1 маг, 11 легкораненых.

Еще одна мина. Ледяные эльфы уже приноровились к таким сюрпризам и обезвредили ее издалека стрелой.

Очередная засада: маг-игрок скастовал несколько мелких огненных стрел и булыжник, два рейнджера сделали по полудюжине выстрелов из луков. Троица попыталась скрыться по вершине плохо доступного снизу холма -- уйти удалось лишь магу, да и то с двумя стрелами в спине. Потерь ледяные эльфы не понесли.

Короткая перестрелка с авангардом! Потери: у Драконов -- два игрока и питомец, у ледяных эльфов -- два воина и маг.

Ловушка с направленным взрывом -- дюжина раненых мелким щебнем бойцов, ничего серьезного, но неприятно.

Болт с ядовитым наконечником взял кольчужный панцирь на боку носорога, но естественную броню пробить не смог.

Снова обезвреженная мина.

Мощный выстрел издалека. Метили во всадника, а попали в носорога, точнее в его броню -- не пробили даже первый искусственный слой.

Мина -- нет потерь.

Воровская ловушка -- нет потерь.

Перестрелка -- три убитых игрока, два ледяных эльфа (маги).

Мина -- нет потерь.

Передовая пара бойцов авангарда подорвались на очень искусно замаскированной растяжке.

Один из сильнейших эльфийских магов принял в сердце невероятно дорогую двадцатибонусную стрелу. Пустивший ее рейнджер не смог избежать возмездия.

Мстительные маги ледяных эльфов обработали два подозрительных холма гигантскими молниями. Результат: один убитый маг-игрок, один раненый воин-игрок, двух умирающих питомцев пришлось отозвать.

Прилетел ворон-питомец с тяжелой гранатой в когтях, облегчился и попытался удрать налегке. Ворону не удалось безнаказанно уйти, но очко забрали все-равно игроки -- питомец возродится через сутки, а четверо убитых гранатой воинов нет.

Мина...

Растяжка....

Стрелы...

Ловушка...

Засада...

Мина...

Три рейда постоянно кусали эльфийскую армию, показывались на глаза, оставляли ловушки, дразнили, перестреливались -- в общем поддерживали интерес и манили за собой.

Все имеет свое начало и свой конец: авангард эльфов перевалил очередной холм, увидел что находится за ним, успел половить замерцавшими щитами стрел, болтов и заклинаний и поспешно откатился назад. Вскоре уже вся армия ледяных эльфов перевалила через холм, большой, но низкий холм напротив трех выстроившихся рядком холмов. А затем начался перестрел -- эльфийская национальная игра, начался и продолжился, надолго, до полного истощения боезапаса у одной из сторон.

-- На, чмошник! На, говнюк! На, свиная подстилка! На, дрисня больного сифилисом хорька! На, поедатель использованных гандонов! - Айсмэн азартно матерился, опустошая очередной колчан. Нельзя было сказать, что варвар питал особую страсть к бесконтактному оружию, в частности к лукам, но вполне пристойно умел дергать тетиву, к тому же как представитель расы эльфов имел к стрельбе из лука врожденный талант. На дне одной из его сумок нашелся и лук -- вполне неплохой трофейный лук. Вообще-то Айсмэн предпочитал ближний бой, когда брызжущая из разрубленного тела кровь приятно освежает твое лицо, но ради такого случая стряхнул с лука пыль.

Ледяная молния пробила один из общих щитов и ударила в землю в двух метрах от него -- в траве образовался полуметровый круг убитой травы, как искупавшиеся в азоте стебли с тихим звоном ломались под порывами ветра, а от земли поднимался полупрозрачный белый пар.

-- На, жукосранец! На, овцелюб! На, долбодятел! На, гастоазерхач! На, черепаший выкидыш! На! На! На!... - Молния заставила замерцать личный щит и вспыхнуть синим причудливую татуировку у Айсмэна на коже, но не помешала ему добить колчан до конца.

Вот уже почти полчаса Драконы и ледяные эльфы ''игрались'' в перестрел. Благодаря удобной позиции и качественному превосходству магов и стрелков, Драконы выигрывали... по очкам -- численное превосходство по прежнему оставалось за их противниками, да и качественное превосходство драконьих магов оказалось не так уж и велико. Мощные групповые щиты что с одной, что с другой стороны, обилие отклоняющих стрелы и заклинания чар, личные щиты чуть ли не у каждого второго участника смертельной, но веселой игры, амулеты (по 5, по 10, по 20, иногда больше) и наличие у всех хороших, часто отличных, а то и вовсе прекрасных доспехов позволяло обеим сторонам избегать больших потерь и в то же самое время не давало нанести существенного урона врагу. Маги и лучники с обеих сторон добросовестно тратили ману, тратили стрелы, тратили время, но вот результат... считанные десятки убитых за десятки минут напряженного боя. Дебильная ситуация, дебильная в квадрате -- эльфы, даже ледяные, ЛЮБЫЕ, в принципе не умели промахиваться, расстояние между отрядами не превышало километра, а УЖЕ потраченных стрел хватило бы на армию из нескольких десятков тысяч человек, однако ледяные эльфы и Драконы стреляли, стреляли, стреляли и стреляли и не было у этой перестрелки конца...

Айсмэн сунул пустой колчан в сумку, достал полный, прицепил его к поясу, открыл, пробежался пальцами по оперению, но стрелять не стал, вместо этого командир отряда вернулся к своим основным обязанностям. Прошелся по позициям, подбодрил-похвалил заготовок, выпустил пару стрел вместе с рейнджерами-игроками, подстегнул магов больше внимания обращать на щиты, закрыл глаза умиравшему эльфу-стрелку со стрелой в сердце, велел раненому спецназовцу отступить в тыл и показаться целителю, добил попавшую под шальную стрелу лошадь, тут же приказал универсалам отвести остальных поглубже в тыл, вместе со всеми посмеялся над брошенной одним из воинов шуткой, сам отпустил пару донельзя похабных острот -- в общем обычные дела вождя, командира, офицера -- неважно -- все это суть одно, особенно в бою. Потом варвар снова стрелял, угощая собратьев по расе содержимым очередного колчана. Да, один лук, один средний лучник это практически ничто, особенно там, где перестреливаются сотни гораздо более искусных стрелков, но и крохотная капля воды точит огромную и прочную скалу.

-- Когда же у них кончатся стрелы!? - думал Айсмэн, выпуская по врагу десяток стрел. Он не целился в кого-то конкретно, а пускал по принципу ''на кого бог пошлет''. - Неужели я ошибся и у них окажется больше стрел чем у нас?! - на мгновение мелькнула паническая мысль и тут же под давлением логики ушла. - Да нет, не может быть, не может этого быть! У нас пусть и вьючный, но обоз, у них -- только то, что смогли уволочь на себе! Может носороги? Нет, ерунда: носороги -- боевые звери, они носят в бой героев и вождей, а не таскают вьюки. Все понятно, безразмерные колчаны, как и у многих из нас, но все имеет свой предел -- когда!? -

Однако что бы он не думал, факт оставался фактом -- прошло больше получаса, а стрелы у ледяных и не думали кончаться.

Варвар еще немного поработал за простого лучника, а потом, так и не убрав лук в смертехран, двинулся дальше, поздравил нанесшего удачный удар мага, скривился, когда мимо него пронесли убитого эльфа-стрелка, и более равнодушно воспринял смерть одного из бойцов ''прослойки'', который словил стрелу горлом прямо у него на глазах и осел на траву, выронив из рук тяжелый арбалет.

*

''Прослойка'' -- отдельное подразделение внутри отряда Драконов: все местные уроженцы, в основном люди, но встречались и полукровки разных рас. Когда-то больше года тому назад мелкие ремесленники и крестьяне, потом -- беглецы и жертвы гражданской войны, голодные, бездомные, нищие попрошайки с мертвой пустотой в глазах, ну а теперь -- добровольно влившиеся в отряд бойцы. Драконы снарядили их в хорошие трофейные доспехи -- толстая бычья кожа и сталь, дали в руки длинные копья или арбалеты, подучили, подкормили, положили небольшой, но стабильный оклад, плюс неплохой харч. Задачи ''прослойки'' вытекали из ее названия: доспешный строй из нескольких сотен вооруженных копьями и арбалетами бойцов прикрывал эльфов-стрелков и тем самым повышал мобильность спецназовцев и игроков. Сначала в ''прослойке'' было 400 бойцов и одни копья, потом их численность сократилась до 100, потом выросла до 200 и снова упала на полсотни, теперь же их было 250 (150 -- копейщики, 100 -- стрелки из арбалетов). Как видно из динамики потерь, служить в ''прослойке'' как играть со смертью в домино, однако верный кусок хлеба и стабильность перевешивали в глазах отчаявшихся людей возможность умереть в любой момент -- из ''прослойки'' почти не уходили и она никогда не испытывала проблем с притоком добровольцев.

*

Айсмэн довольно равнодушно относился к своему детищу, воспринимая ''прослойку'' не как часть СВОЕГО войска, а скорее как инструмент, и без сожаления пожертвовал бы ей всей, если бы подперла нужда, но и он выругался, когда сразу два арбалетчика наловили стрел -- хорошие, но совершенно простые доспехи не могли остановить эльфийскую стрелу, что сумела найти щель в общих щитах. По идее столь слабо защищенных бойцов стоило бы отвести в тыл, к лошадям и их собратьям копейщикам, однако безжалостный, но практичный Айсмэн не отдавал такого приказа -- пускай их арбалеты делали один выстрел в минуту, пускай простыми болтами, пускай вчерашние крестьяне и ремесленники не очень хорошие стрелки, но каждый выстрел из мощного, почти что станкового агрегата напрягал щиты врагов, повышая шансы гораздо более искусных стрелков (заготовок, игроков), рассеивал внимание вражеских лучников, тем самым сохраняя жизнь своим. Что же касается потерь, то тут судьба, которую не могли избежать даже гораздо лучше защищенные спецназовцы и эльфы-стрелки, да и в конце-концов, если кто-то из бойцов ''прослойки'' хотел долго жить, ему не следовало приходить в отряд Драконов.

Варвар подозвал отвечавшего за ''прослойку'' воина-игрока и узнал у него про состояние сотни: 92 на ногах, ведут обстрел позиций противника, 6 отправились на местные небеса, двух бойцов утащили к прочим раненым -- на взгляд Айсмэна неплохо, для часового боя так и вовсе хорошо, лучше чем он опасался, увидев как одновременно завалили сразу двух бойцов.

Он еще немного потусовался на холме, убедился, что все идет как надо и опытным магам и стрелкам не нужен пригляд командирского ока, сиречь стояние над душой, сделал несколько выстрелов куда-то в сторону врагов и, покинув центральный холм, отправился на тот что справа. Очень быстрый, хоть и рисковый спуск под уклон и достаточно непростой подъем -- ловкий, сильный, пробафленный варвар справился и через пару минут достиг нужной ему позиции. Тенью следовавший за ним Вуки (питомец) немного отстал от своего шустрого хозяина на спуске, зато моментально догнал его на подъеме.

Тут все также работало как часы -- нормально: одни маги поддерживали щиты, другие ''грызли'' щиты врагов, третьи бафили, стрелки умело взаимодействовали с магами, раненых вовремя оттаскивали в тыл и либо подлатав отправляли обратно на передовую, либо обеспечивали им покой и уход. Особое внимание Айсмэна привлекли вернувшийся с респауна Гуф и игрок-воин с арбалетом. Гуф метал гранаты, нет, не так, Гуф метал гранаты с помощью пращи. Метал весело, с выдумкой, и в сопровождении смешных комментариев, то отправляя гранату прямой наводкой, то навесом, а еще он постоянно чередовал виды гранат, и ледяные эльфы наверняка проклинали умелого пращника-гранатометчика, не зная что им прилетит в следующий раз. Не очень любимое эльфами оружие творило в руках воина чудеса, ну и гранаты производства клановых мастерских не подводили. Предпочитавший арбалет игрок стрелял даже реже арбалетчиков из ''прослойки'', но вот результат... дорогое, очень дорогое высокоуровневое оружие, дорогие болты, хорошо прокачанные спец-навыки -- нельзя было сказать, что каждый его выстрел убивал (все-таки щиты и хорошие доспехи), но цели достигал каждый выпущенный им болт.

Как уже было сказано ранее, Драконы вели по очкам, и немаловажной причиной их превосходства являлось разнообразие применяемых ими разновидностей метательного оружия: если их противники ледяные эльфы использовали луки и только луки, то с позиций Драконов прилетали не только стрелы, но и арбалетные болты, как снайперские выстрелы, так и ослабляющие щиты ''приветы'', прилетали гранаты с самой разной начинкой от ядовитого облака до способных пробить даже сталь осколков льда (не только Гуф умел ТАК использовать пращу). Что греха таить, именно гранаты, любые гранаты доставляли ледяным эльфам больше всего проблем. Когда-то на заре Серединного мира гранаты были сильно недооценены игроками и те в своем большинстве практически не пользовались этим оружием. Зачем!? Ведь есть такое притягательное, овеянное славой оружие как меч, есть лук, который почти не уступает славой мечу, есть огромный арсенал холодного оружия на любой самый притязательный вкус, ну и наконец, есть магия -- Альфа и Омега любой фэнтезийной игры. Примерно так рассуждали игроки, и гранаты, разнообразнейшие гранаты, бесполезно пылились на полках лавок и магазинов. Как обычно и бывает, время все расставило по местам -- дурацкое поветрие прошло, и теперь редкий игрок не имел в своем арсенале хотя бы парочки гранат. Кстати, тут Драконы с полным правом могли гордиться собой -- они первые, или как минимум одни из первых, осознали преимущество гранат в сражении с теми, кто использует магические щиты, причем совершенно не важно какой школы.

-- Как весело бывало с Василисой! - как молния сверкнула совершенно неожиданная мысль. Вокруг бой, на нем отряд, трещат щиты, свистят стрелы, летают гранаты, а он чуть не кончил в штаны! И от чего!? От простых воспоминаний! - Ах ты чертовка! Что ты делаешь со мной!? - варвар замотал головой, как-будто пропустил удар. Перед глазами словно прокручивали порнофильм с ним и Василисой в главной роли, не один порнофильм, а целую фильмотеку. Сладкие, дикие, правдивые, что скрывать от самого себя приятные, но абсолютно несвоевременные воспоминания. И не перечесть сколько раз они с Василисой украдкой, а то и нет, предавались любви прямо на поле битвы, и в это время не имели значения полученные раны, грязь, стоны добиваемых врагов, иногда насмешки и осуждение заставших их за этим делом игроков -- все шло лесом! Он понимал, что это не нормально, но сам не мог пересилить себя и остановить этот безумный хоровод, хотя и пытался, сильно пытался, но не мог. Ему повезло -- Василиса сама, по собственной инициативе решила закончить их связь и остаться только друзьями (друзьями, но с привилегиями). С тех пор прошло много времени и много женщин, возможно слишком много -- клятая Дочка разбудила в нем зверский ''аппетит'', даже в его отряде он спал сразу с двумя игруньями, магичкой и воительницей -- необременительный секс ради удовольствия без обязательств. Но все равно он время от времени скучал по своей первой, САМОЙ первой подружке, безумной как сотня сумасшедших шляпников, красивой как воплощение тысяч прекраснейших красавиц и опасной как сама смерть Василисе.

Айсмэн едва не застонал сквозь стиснутые зубы -- как всегда от таких мыслей-воспоминаний у него потяжелело в штанах и еще ему хотелось... в общем хотелось и сильно. Похабно-сложная ситуация: подружек нет под рукой, да и при всех своих достоинствах подружкам-игруньям далеко до Василисы, и не одна из них ни разу не поймет, если он в разгар боя потащит их в кусты. Впрочем не поймут и другие игроки, не поймут заготовки, даже враги и те не поймут. Да что там враги -- он сам себя не поймет, вернее не простит, если в разгар боя поддастся животным желаниям. К счастью он знал как преодолеть такое состояние и не просто преодолеть, а использовать его во благо: варвар начал стрелять, вкладывая в каждый выстрел частичку себя, всю свою ярость, огромную силу и все свое неудовлетворенное желание. Прикончил начатый колчан, точно так же второй и третий и лишь на четвертом его начало отпускать: образ Василисы поблек, а из тела ушло неправильное, ненужное и вредное во время боя напряжение.

Давно известно, любое дело, в которое ты вложил душу, получается гораздо лучше чем сделанное без нее. Так и тут -- не самый лучший лук, не самый умелый лучник, не самые хорошо сделанные стрелы, однако поди ж ты -- 3 убитых и 5 раненых воинов и один убитый маг! В данных обстоятельствах (щиты, отклоняющие заклинания, доспехи, километровая дистанция) неплохой результат даже для рейнджера, а для такого ''мастака'' как Айсмэн и вовсе исключительный.

-- Айс, ''танки'' пошли в обход оврага! - пришло тревожное сообщение на исходе четвертого колчана. - Я не представлял, что они так могут -- шпарят что твой автомобиль! На каждом двадцать-тридцать бойцов верхом или в специальных петлях на боку: прям как в кино -- действительно настоящие танки с пЯхотой на броне. -

-- И долго им пиликать? - Айсмэн продолжал стрелять, но качество его стрельбы мгновенно упало -- мысли были заняты другим: - Вот оно! - раскаленная как молния мысль пронзила его мозг. - То, чего я так долго ждал! Либо фронт пойдет вперед, а во фланг нам ударят ''танки'' и сопровождающие их бойцы, либо наоборот -- сначала фланги, потом фронт, но в любом случае скоро атака и рукопашная -- у ''родственников'' наконец-то закончился носимый с собой запас стрел. -

-- Говорю же быстро шпарят, минут пять-семь дойдут до края (оврага) и повернут на нас! - не давал спокойно подумать главный летун, жадный до боя и непонятливый маг-белорус.

-- Так, ясно. - Айсмэн выпустил последние две стрелы, уже совершенно не думая куда они прилетят, куда-то в сторону врага и ладно. - Следи и докладывай каждые две минуты, ну и готовься работать по земле. -

-- Неужто дашь душе праздника?! - неподдельная радость звучала в мыслях летуна.

-- Да, гуляй рванина, только оставь напарника в воздухе приглядывать за обстановкой. -

-- Ну вот, кому все, а кому ничего, - тот самый напарник (второй летун) явно был недоволен.

-- Будет и на твоей улице праздник, но не сегодня, - непонятно то ли подбодрил, то ли подколол напарника старший двойки.

-- Только не забудь: будешь гулять строго по приказу, но не раньше! - варвар поспешил предостеречь энтузиаста от необдуманных самостоятельных действий.

-- Да-да-да! - тот не стал возражать, находясь в предвкушении драки.

Дальше командир отряда крутился как волчок, не теряя ни одной секунды зря, оно и понятно: прозеваешь-промедлишь и во фланг ударят шесть огромных как дом забронированных зверей и заодно лучшие бойцы ледяных эльфов. Откуда известно что лучшие? Ну а кто еще мог владеть такими зверьми и отправиться в обход? Маги ледяных эльфов вынуждены были держать фронт -- только дай слабину и маги Драконов без всяких стрел, болтов, гранат раскатают вражеское войско в блин, дырявый, горячий, кровоточащий блин. По той же причине отпадали лучшие лучники. Оставались бесполезные в дистанционном бою, но смертельно опасные вблизи мастера меча, берсеркеры, обладатели самого дорогого оружия и самых крепких лат. Но не стоит думать, что начальствующий варвар носился по всем трем холмам как взбесившийся горный козел... в конце-концов за ради чего существует ментальная связь? Одновременно он успевал и сам приготовиться к бою: засунул сыгравший свою роль лук и колчан в сумку; достал чехлы с приберегаемой как раз на такой случай парой жезлов; достал любимые топоры, достал кистень и копье с наконечником из нефрита, то самое копье, которым можно было завалить любого обычного врага; а еще варвар хлестал зелья как воду и с каждой отлетавшей бутылочкой становился сильней и опасней.

Несмотря на жесткий лимит времени, Айсмэн успел, и когда из-за холмов показались не званные гости, их уже ждал довольно таки представительный ''комитет'' по встрече. Снизу вверх по скату холма: ''прослойка'', игроки, эльфы-стрелки.

''Прослойка'' в полном составе: полторы сотни копейщиков с трехметровыми копьями в руках -- копейщики перекрывали самую удобную в смысле подъема часть холма и располагались в два ряда; без малого сотня арбалетчиков привычно готовилась стрелять поверх голов уперших копья в землю копейщиков; для усиления строя на флангах ''прослойки'' располагались немногочисленные и наспех связанные ежи из кольев. Обойти ''прослойку'' не то что было нельзя, но это значило потратить силы, потерять время и подарить его врагам, а пойти на это ледяные эльфы не могли.

Ну полусотня игроков это полусотня игроков -- дюжина рейдов: маги, воины, рейнджеры, друиды, плюс питомцы каждого из них и способные сражаться маунты. Игроки не только выступали как магическое обеспечение всего флангового отряда, но и являлись второй линией, на случай если атакующим удастся прорвать строй ''прослойки'', а так же резервом для контратаки. Поддержанные своими питомцами рейды игроков -- страшная сила и не стоило обманываться их малым числом.

Наконец расположившиеся выше всех по склону эльфы-стрелки -- сотня. Полная сотня лесных эльфов-заготовок с хорошими луками, с хорошими стрелами, хорошо пробафленные магами-игроками. В ближний бой им не идти, только хорошо делать то, ради чего они были созданы-рождены, а потом куплены Драконами.

Так что подводя итог: две с половиной сотни -- ''прослойка'', полсотни игроков, сотня эльфов-стрелков -- всего 4 сотни бойцов, а учитывая питомцев и маунтов почти 5 сотен -- вполне достойные силы, чтобы встретить гораздо более компактный отряд ледяных эльфов и это даже без учета того, что эльфам придется атаковать вверх по холму.

План боя по-Айсмэновски был довольно прост: эльфы-стрелки засыпят ледяных стрелами на дальней и средней дистанции, на средней к заготовкам присоединятся стрелки и маги игроки ( последние отдадут предпочтение танкам-носорогам); возможно ледяные эльфы даже не дойдут до ''прослойки'', ну а если все же дойдут, их встретит залп сотни арбалетов в упор и стена длинных копий; потом вперед пойдут игроки с питомцами и добьют тех, кто еще жив. Простой, понятный, вполне реальный план... прямо как по поговорке полетевший к черту в первые же минуты боя...!

Носороги с грузом вылетели из-за холмов на полном ходу и тут же стряхнули с себя живую доспешную поклажу, вернее это ледяные эльфы, увидев что их встречают, немедленно отпустили кожаные петли и дальше бежали на своих двоих, ну кроме одного седока на каждом из зверей. В это время в их сторону уже летел первый залп от эльфов-стрелков, за ним второй и третий, и четвертый, и пятый, шестой все еще был на тетивах, но не надолго. И тут первая неожиданность: залпы просто не достигали цели -- закручивались неестественно сильным ветром и потеряв силу падали вниз. Одновременно по позициям игроков, ''прослойки'' и эльфов-стрелков хлестнули мощные молнии, никак не слабее тех, что сожгли рейды Гуфа и Гвоздя -- Айсмэн ошибся, часть магов северного народа все же рискнула покинуть основное войско -- вторая неожиданность.

Маги игроков не зря хавали свой белый-прибелый хлеб с толстым слоем икры -- ни одна из молний не достигла отряда Драконов, мало того, когда через короткое время маги ледяных эльфов попытались повторить свой удар, у них не получилось даже создать сами молнии, не то что врезать ими по щитам. Однако и маги ледяных не зря имели тройную долю в походе -- их апологеты игроки тоже не смогли нанести ни им, ни воинам под их защитой какой-либо серьезный урон, единственное что они сумели, так это снять отклоняющее стрелы заклинание, да и то поздновато -- ''танки'' и ''пехота'' уже поднимались на холм. В общем маги нейтрализовали друг друга -- не такой уж и редкий случай, когда силы магов с обеих сторон практически равны.

Однако лучше поздно чем никогда. Прежде чем ледяные эльфы начали ''общаться'' с ''прослойкой'', эльфы-заготовки сумели размочить счет и немного погвоздить сородичей-неписей. Почему немного? Это просто: пускай маги Драконов убрали отклоняющее стрелы заклинание, но остались щиты и крепкие доспехи (тут Айсмэн оказался прав). Все же десяток ледяных эльфов легли со стрелами в разных местах и не встали, да и живым танкам не пришелся по вкусу обстрел способными пробить броню бонусными стрелами, к большому сожалению, ни одного наездника снять так и не удалось.

А вот того что произошло дальше, никто не мог предусмотреть! Вот ''прослойка'' готовится встретить врагов: копейщики привычно упирают копья в землю (носорог -- не конь, но принцип-то один, лишь бы выдержали древки), арбалетчики не менее привычно готовятся дать губительный залп в упор -- спокойная рабочая атмосфера и деловой настрой... А в следующее мгновение они бегут! Нет, не все, но много -- вполне достаточно для того, чтобы плотный строй перестал существовать. Почему же это произошло? Бог весть -- неизвестно: возможно какие-то чары, возможно банальный страх, недостаток подготовки, да и прямо сказать, прущие на них огромные звери в утыканной стрелами броне, с налитыми кровью глазами и огромным рогом впереди внушали страх, ужас, вызывали непроизвольное желание сделать в штаны и сделать ноги, можно одновременно (если одно не помешает другому). На месте осталась примерно сотня бойцов, почти в равных долях арбалетчики и копейщики, а остальные, побросав копья и НЕ РАЗРЯЖЕННЫЕ арбалеты, бросились назад на игроков. Те кто остались стоять на месте сделали все что могли: арбалетчики дали несколько преждевременный залп, а копейщики попытались принять верховых чудовищ на копья. Если бы ''прослойка'' встретила врагов в полном составе, у нее был бы шанс, нет, не остановить чудовищных зверей и их хозяев, но нанести им серьезный урон. Ну а так : выпущенные с пятидесяти шагов болты сумели взломать щиты, смогли пробить двойные кольчужные панцири и... застряли в естественной броне носорогов -- неприятно, но не смертельно и даже не опасно. Еще хуже получилось у копейщиков: здоровенный, покрытый рунами молот одного из носорожьих седоков буквально взломал редкий строй (полдюжины убил, вдвое больше раскидал) и неторопливо вращаясь вернулся к владельцу. Другой, уже не такой здоровенный молот, убил двоих и также полетел назад. А еще были метательные ножи -- не самое подходящее против доспешных бойцов оружие, но работавшие с ними эльфы знали свое дело. В общем носорогов приняли на копья всего 7 бойцов ''прослойки'', 7 из не побежавших 50-ти. Надо ли говорить, что носорогов не удалось остановить. Боевые звери сломали хлипкие против них копья своими чудовищными телами, стоптали семерых храбрецов, стоптали многих раненых (остальных походя зарезало их сопровождение), потоптались на пытавшихся тыкать в них мечами арбалетчиках и двинулись дальше (тех кого пропустили опять таки добили ледяные эльфы). Но это те, кто остался стоять, что же касается тех, кто побежал...

-- Гады! - сквозь зубы прорычал Галивартан и ударил по беглецам с двух рук, ударил из жезлов, ударил заклинанием огненный шар. Огненная смерть прошлась по драпавшей толпе! Десятки горящих фигур с воем подлетели в воздух или покатились по земле -- беглецы напрасно рассчитывали найти спасение в тылу. Почин командира мгновенно подхватили остальные игроки, ну и от заготовок позади них пришли две сотенные волны стрел. Секунда-две и полторы сотни трусов перестали жить, приняв позорную смерть от своих.

Как бы то ни было, ''прослойка'' из местных перестала существовать. Что же -- бывает -- судьба. Как говорится: ''на войне как на войне''. В общем-то ничего особенного не произошло, просто вместо ''прослойки'' вперед выдвинулась полусотня игроков. Не в первый раз рейды-игроков закрывали собой стрелков-заготовок и скорей всего не в последний.

Шесть ''танков'' и их сопровождение топтали трупы и еще живых и поднимались по холму...

Ну а теперь давайте на время покинем фланг и ненадолго перенесемся обратно на фронт. Там творились не менее интересные дела: несколько последних минут иссякавший поток стрел от ледяных вдруг возобновился с прежней или даже большей силой, возобновился, но всего на пару секунд, а затем бесследно иссяк, как будто кто-то повернул особенный кран. И тут же вся масса ледяных стронулась в сторону трех холмов, нет, покатилась как набирающая ход лавина. Айсмэн снова оказался прав -- колчаны ледяных эльфов были пусты. Вот когда пригодился недовал, недоров и щербатая как рот избитого на зоне стукача засека, ну и жиденькая линия ловушек не осталась в стороне. Как уже говорилось, каждый элемент по отдельности не представлял из себя почти ничего, но вместе это было уже кое-что, то что дало защитникам холмов очень ценный ресурс, и имя этому ресурсу -- время. Ледяным эльфам пришлось перепрыгивать скорее широкую канаву чем полноценный ров, им пришлось затратить некоторые усилия для того, чтобы вскарабкаться на недостойный своего названия вал, протиснуться сквозь колья позорной засеки, частенько пригнуться, припасть к земле, когда невдалеке срабатывала мина, бывало переступить через мертвое тело товарища, который попал в ловушку, вскрикнуть, когда осколок взорвавшейся рядом растяжки больно ужалил тебя в плечо, в ногу или в бок, ну а потом карабкаться по склону холма вверх, и все это под беспрерывно безжалостным градом стрел, болтов, колотушек и шариков гранат -- ни того, ни другого, ни третьего игроки и заготовки не то что не жалели, а ''гуляли'' как в последний раз. Надо отдать должное сородичам Айсмэна -- они теряли уже не считанные десятки за час, а сотни за минуты, но упрямо перли вперед на смерть и не считаясь с потерями лезли на холм, в мечи!

Однако оставим истекающий кровью фронт и снова вернемся на фланг, туда где в данный момент решалась судьба всей битвы. Между несуществующей уже ''прослойкой'' и игроками было метров 200, пусть под несильный уклон вверх, но всего 200 метров -- меньше минуты для сильного, тренированного бойца, еще меньше для боевых зверей. Однако ледяным эльфам понадобилось гораздо больше времени на подъем, причина -- маги игроков нашли слабое место магов неписей и как водится использовали его как могли. Все это расстояние, все эти 200 метров доспешные бойцы и однорогие звери прошли под непрерывным и страшным прессингом замедляющих, ослабляющих, тормозящих, сковывающих чар, и самое обидное, маги ледяных эльфов ничего не могли предпринять в ответ -- ''танки'' и пехота потеряли темп.

Ну ледяные эльфы потеряли, а игроки нашли, точнее приобрели, приобрели время использовать все свои способности, навыки, умения -- короче говоря, вжарили ледышкам как могли!

Айсмэн работал из жезлов пока в них не кончился заряд. Не впечатляющий результат -- дырявый щит вокруг одного из ''танков'' и в общем-то все. Остальные игроки не отставали: жезлы, стрелы, арбалетные болты, гранаты, но так же более чем скромный результат -- мерцающие дышащие на ладан щиты и несколько упавших доспешных фигур, ни одного носорога пока не удавалось остановить. Варвар взялся за копье и... УДАЧА! С этого и следовало начинать! Великое оружие забытой всеми расы как промокашку пробило ослабленный щит, как в туман нырнуло в двойной кольчужный панцирь, как раскаленный нож проникает в кусок масла взяло толстенную и прочную как сталь кожу и как пловец ныряет с вышки в море нырнуло в плоть. Огромная туша взревела в предсмертной муке и встала на дыбы! Натурально, носорог встал на задние лапы, как человек на ноги! Через мгновение вся эта уже мертвая многотонная махина рухнула назад, нескольким пехотинцам едва-едва посчастливилось выскочить в последний момент, а вот всадник не успел, не уберегся и разделил судьбу своего зверя, ему не помогли прочные тяжелые латы.

Тем временем Галивартан принимал как обычно вернувшееся к нему копье и поздравления собратьев-игроков -- счет был размочен, первый ''танк'' весьма эффектно отбросил коньки. Как часто бывает, удача не ходила одна, да и успех командира вдохнул новые силы в остальных бойцов -- прежде чем варвар снова метнул столь замечательное копье, сыграл в ящик второй из огромных зверей. И это вновь можно было приписать в заслугу Айсмэну, вернее его рейду -- маги его рейда сумели снять с одного из носорогов щит от метательного оружия, а рейнджер вогнать стрелу в яростный, но теперь беззащитный глаз, хорошую бронебойную стрелу с четырехгранным наконечником, бонусом к пробитию брони и зверским уроном Тьмой. Заготовки-стрелки тоже не спали и лишенный защиты наездник ненадолго пережил своего зверя.

Прилетел гигантский рунный молот, на этот раз его целью стали не копейщики-неписи, а игроки -- два мага отправились на респаун, а молот назад к хозяину. Прилетал и меньший собрат молота, но его принял на круглый ручной щит воин-игрок -- слабосильная железка грохнулась в заговоренный металл и улетела ни с чем.

Айсмэн вновь метнул копье... и вновь оно не подвело -- очередной носорог отправился в их носорожий рай. Однако на этот раз никакого кульбита назад, да и всадник сумел соскочить с мертвой туши и присоединиться к остальным пешим бойцам.

Меньше сотни метров: чаще взрываются гранаты, в обиход постепенно начинают входить метательные топоры, палицы, ножи, горкхи, шакрамы, до рукопашной еще далеко, но ее дыхание со вкусом кровавого железа на зубах уже витает над строем игроков. Радуется предстоящей битве питомец-великан, скалит белоснежные клыки! Остальные питомцы игроков от него не отстают!

Бросок! Нефритовое всесокрушающее копье отправилось в полет... КРАХ!!! Рунный молот встретил копье на полпути и... и.... -- трагедия, несчастье, судьба! Каменное копье разлетелось в мелкие осколки, а молот летит в лицо его хозяину! И кажется ничто не может остановить напоенный силой рун могучий артефакт!

Нельзя было сказать что перед глазами Айсмэна пробежала вся его жизнь -- он просто не успел ничего сообразить и так бы и принял смерть, но в последний момент его заслонил своим телом верный Вуки и даже попытался отбить молот дубиной как заправский бейсболист. Дубина сломалась, питомец погиб, но погребенный под изломанным телом игрок остался жив, хотя и потерял сознание. Молот все также демонстративно неторопливо вращаясь вернулся к своему хозяину.

Временная потеря командира почти не ударила по отряду -- все ясно, все понятно и катится по проторенному пути...

Кончился очередной, четвертый по счету носорог. В этом случае не было конкретного виновника-героя -- магия и стрелы, стрелы и магия, а еще осколки гранат, горкхи и метательные топоры. Ну как тут разберешь какой удар стал непоправимым, какой подготовил почву для смертельного удара, а какой пришелся уже после, когда боевой зверь был уже мертв? Но это все ерунда -- главное, бронированный носорог завалился на бок, подергался в агонии и умер!

50 метров до столкновения! Пешие ледяные эльфы начали работать метательными ножами, работать умело и с душой. Прилетел гигантский молот и забрал жизнь рейнджера-игрока, повезло что всего одну. Наездник последнего убитого носорога, он же хозяин не такого мощного молота, так же метнул свое оружие, и вновь его ждала неудача, даже более того -- он еще успел поймать вернувшийся ни с чем молот и тут же снова поймал, но горкху лицом. Айсмэн начал шевелиться.

20 метров до столкновения! Четыре питомца, тигр, пещерный медведь и два волка бросились вперед на носорога, на котором восседал владелец рунного молота, пытаясь успеть прежде чем тот отправит свою суперубийственную фиговину в новый полет! Не успели, но молот не полетел в игроков, а достался тигру (бедный котик!), одного из волков прикончили метательными ножами, второй схлестнулся с доспешным пехотинцем (не убил, но помял), а владелец другого носорога не дал медведю добраться до цели. Острый и будто специально заточенный рог пропорол медведю бок! Не намного уступавший носорогу габаритами медведь как и товарищ Сухов в известном всем фильме не захотел умирать сразу, а пожелал помучиться: классово-близкий медведь яростно ревел, рвал сталь носорожьего панциря клыками и когтями, ударами тяжелых лап пытался достать седока, перекусил древко копья, которое наездник носорога не от великого ума пытался засунуть ему в пасть, в общем как другой герой того же фильма не желал уходить с баркаса.

Фантасмагорическая картина: буйствует истекающий кровью медведь, из-под его клыков и когтей летят в воздух блестящие кольчужные кольца и куски покрытой густой белой шерстью кожи; хрипит полосуемый носорог, все глубже проталкивая в медвежью плоть свое природное оружие; его наездник используя щит и меч с трудом, но отбивает удары тяжелых лап; десяток ледяных эльфов прямо как собаки облепили бока медведя и с помощью мечей пытаются подражать носорогу, пытаются плохо -- высокоуровневый пет это вам не обычный, хоть и большой медведь.

ВЗРЫВ!!! Без приказа вмешался старший двойки летунов! Он просто не смог устоять перед такой завлекательной картиной и спикировал вниз! Полумертвый питомец умер быстро, а вот носорогу, его наезднику и пехотинцам-помощникам не досталось легкой смерти в жарком колдовском огне -- ''спасибо'' щитам и прочным доспехам.

Удачно ''отгулявшего'' носорога летуна настигло немедленное возмездие: хозяин рунного молота буквально вбил свое оружие в полупрозрачный крылатый силуэт -- лопнули пробитые щиты, маскировочные чары спали, и мертвый маунт грохнулся вниз, вместе с ним грохнулись и его седоки, лишь каким-то чудом избежав ими же самими устроенного ''костерка''.

Мощный взрыв окончательно ''разбудил'' Айсмена, и залитый кровью варвар сел, пытаясь продрать заляпанными руками липкие глаза. С задачей он справился быстро и как раз успел ''насладиться'' зрелищем того, как расправились с магом-летуном и его экипажем из двух спецназовцев...

...Оказавшийся среди врагов летун не растерялся и не вставая ударил молнией в сторону ближайших врагов -- два ледяных эльфа долой, еще три получили частичную парализацию и легкие ожоги от раскалившихся доспехов. Перекатившись на живот (в то место где он лежал воткнулся метательный нож) применил воздушную волну на уже занесшего меч врага -- доспешного воина отшвырнуло как легкий листок. Встав на колено врезал воздушным кулаком по другому и тут же вскрикнул -- брошенный умелой рукой нож пробил щит, пробил мантию мага и по рукоять ушел в плечо. Новый нож, еще один и еще, еще, еще, еще -- почти-что сдохший щит с одинаковой вероятностью то держал, то ослаблял, то пропускал. Маг испытывал сильную боль, но злость за потерю маунта и упоение битвой помогали ему продолжать бой: воздушный кулак, огненная стрела, булыжник, снова воздушный кулак, нет времени выпить зелье, поддержать щит или наложить на себя исцеление -- враги набегали со всех сторон сразу, со всех сторон сразу летели и ножи. Рядом сражались спецназовцы его экипажа, сражались 1/10, сражались как умели и могли старые опытные бойцы-заготовки. Да, маг-летун и его подчиненные сражались достойно, но результат все-таки был предрешен -- все заняло от силы десяток секунд: до мага в конце-концов добрались и порубили не то что на лапшу, на ленточки для бескозырок, спецназовцы тоже приняли смерть от мечей, забрав с собой по паре врагов.

Остальные игроки не сумели помочь своим. Второй летун скрипел зубами, но выполняя приказ не вмешивался в схватку. Айсмэн активировал классово-расовую способность ''Ледяной берсеркер''.

Переродившийся и обновившийся варвар как хищник бросился вперед, каждым прыжком преодолевая по пять шагов. Топоры дрожали в руках, рот кривился в зверином оскале, татуировка горела ледяным огнем -- вроде все как обычно, но Айсмэн чувствовал, внутри что-то не то. Нет, все особенности и преимущества, способности были с ним, но вот незадача -- ярость от потери питомца, от потери летуна, от потери ''прослойки'' никуда не ушла, наоборот, ЯРОСТЬ стала сильней прямо как у классического берсеркера, поглотив все его существо... и в то же время он все понимал -- такой вот когнитивный диссонанс. Через мгновение за лидером в атаку бросились и все остальные игроки, в безумную, неподготовленную, но такую яростно-сладкую атаку на все еще превосходящего по численности врага!

Айсмэн и хозяин рунного молота встретились глазами одновременно и так же одновременно отправили каждый свое оружие в полет! Более легкие, но не менее опасные топоры гораздо раньше достигли своей цели: первый из них чиркнув по рогу врезался носорогу прямо в лоб -- пробил сорок сантиметров стали налобной защитной пластины, пробил толстую кожу лба, пробил, нет, да -- побил кость, но и застрял в ней -- самый кончик лезвия топора вошел в мозг примерно на ноготок -- носорог потерял бы сознание от удара, но не мог от БОЛИ (если вот вам забить в голову гвоздь, пусть даже самый кончик, будет вам больно или нет?); второй топор врезался во всадника -- вспыхнул целый фонтан красно-желтых искр и... и топор отлетел прочь, так и не пробив просто невероятно прочный заговоренный доспех, но всаднику все же досталось и на время он безвольной куклой осел в седле. За сегодняшний день, час, десяток минут молот уже второй раз летел Айсмэну в лицо, но вот только Айсмэн был уже не тот -- сильнее, быстрее, с гораздо лучшими рефлексами, нет не так, СИЛЬНЕЕ (!!!), БЫСТРЕЕ (!!!), просто блин, с НЕВЕРОЯТНО улучшившимися РЕФЛЕКСАМИ (!!!) -- в таком состоянии Айсмэн смог бы легко увернуться от стрелы, а возможно и от пули, ну а от медленного по сравнению с ними молота тем более. Но этого варвару показалось мало и он не только увернулся, пропустив могучее оружие мимо себя, а совершил безумный на первый взгляд поступок -- перехватил молот за рукоять! Сила броска едва не свалила Айсмэна с ног, благодаря инерции он буквально пропахал ногами десяток-другой шагов, но впавший в состояние берсеркера варвар был силен, упрям и не мог, не знал что значит отступить! Вспаханная земля, волдыри на ладонях, проступившая кровью татуировка на спине (надорванная кожа и мышцы) все это было, однако рунное оружие покорилось воле игрока -- молот прекратил свой полет.

И тут же вновь возобновил! Но полетел уже назад к бывшему хозяину, ну а за ним едва ли не быстрее самого оружия бежала татуированная смерть с ледяными озерами вместо глаз, озерами, на дне которых пылал адский огонь.

Молот врезался носорогу в башку, не в топор, но близко (топору повезло) -- боевой зверь избавился от головной боли навсегда, мало того огромная туша улетела как пробитый форвардом мяч, улетела, по пути разбросав-убив 5-7 бойцов, улетела на сотню метров назад, улетела так быстро, что всадник выпал из седла и брякнулся мордой (ну пусть забралом) о землю! Падение ему не повредило, наоборот привело в чувство, и он начал подниматься на руках... Не успел! Айсмэн с ходу и с большим замахом отоварил его кистенем!

И все-таки доспех бывшего хозяина молота был удивительно хорош -- чудовищный удар его не убил и даже не отправил в сон, да что там даже не поцарапал металл, только чуть-чуть погнул затылочную пластину. А ведь кистень Айсмэна это не просто трехкилограммовая чушка на стальной цепи, а нечто несравнимо более страшное, не говоря уж о яростной силе того, кто наносил удар -- однако доспех, ДОСПЕХ, ЧУДЕСНЫЙ ДОСПЕХ...! Хозяин изумительного снаряжения вновь попытался подняться, чтобы хотя бы посмотреть на того, кто лупит его по башке. Не успел, опять не успел! Или не смог? Неважно -- Айсмэн повторил свой удар и повторил, и повторил, и повторял столько, сколько нужно раз, пока сквозь щели в расплющенном шлеме не потекли мозги.

Тем временем вокруг кипел бой: несмотря на питомцев ледяных эльфов все равно было больше, ну а маги и друиды как всегда не слишком блистали в ближнем бою, рейнджеры кстати тоже. Дела шли настолько плохо, что в бой вмешался последний резерв -- эльфы-стрелки отбросили луки и выхватив мечи сбежали по холму на помощь своим.

Впрочем варвара это не волновало, его вообще сейчас ничего не волновало, он искал глазами новую жертву... и нашел! Наездник третьего убитого носорога, невысокий даже по меркам эльфов боец в изящном дорого выглядевшем полулатном доспехе бился в паре с одетым в простую кольчугу воином -- парочка двигалась четко и быстро, прямо как хорошо смазанные шестерни единого механизма и пусть и с напрягом, но перемалывала рейд игроков. А двоим НЕПИСЯМ перемолоть рейд из 5 ИГРОКОВ это надо сказать не так уж и легко -- достойные враги! Айсмэн не думал об этом когда бросился к ним, не желал он и помочь своим (в любом случае не успевал), им полностью завладело желание убивать, крушить, рвать, в общем поступать так, как и положено берсеркеру в боевом безумии.

Напарник шустрого полулатного богача умер на позитиве: вот он с подвывертом вытаскивает меч из живота мага-игрока, на мгновение замирает, впившись взглядом в полные муки глаза умиравшего врага, позволяя себе насладиться чужой болью и своей победой, поднимает взгляд... И в голову ему прилетает чушка кистеня! Шлем воина рядом не стоял со шлемом хозяина рунного молота и после первого же удара разлетелся как будто был сделан из стекла!

Полулатный, которого словно обрызгали из душа шарко (кровь и мозги), вскрикнул неожиданно тонким голосом и бросился вперед, стремясь отомстить за напарника. Да, ледяной эльф был быстр, невероятно быстр, а еще дьявольски точен, умел и везуч в бою, о чем яснее любых хвалебных слов свидетельствовал испачканный в крови трех игроков меч. Но все-таки именно варварский кистень первым устремился к голове врага... Да, ледяной эльф был хорош, но другой ледяной эльф, еще и игрок, и берсеркер был лучше, лучше во всем...!

Кистень и меч встретились едва ли не с колокольным перезвоном! И снова: это не меч отразил кистень, а гибкая цепь кистеня сковала-оплела жесткую полосу меча, да еще и смазала билом по правому наплечнику, отсушив тем самым правую рабочую руку хозяину клинка. Две фигуры сошлись глаза в глаза: не высокий, но гибкий воин в прекрасном будто пришедшем из сказки латном доспехе и полуголый татуированный варвар, залитый своей и чужой кровью.

Воин не терял времени зря: ударил варвара стальной маской шлема в лицо, туда же одетым в сталь кулаком левой руки, одновременно, не обращая внимания на резкую боль в правой, попытался порезать его хоть и скованным цепью, но по-прежнему опасным клинком (порезал и довольно сильно).

Варвар перенес боль с поистине дикарским безразличием, мало того ухмыльнулся разбитыми губами и плюнул, нет, харкнул воину в лицо кровью. Дальше больше: кистень не зря прозвали кистенем -- это воин не мог выпустить рукоять меча, а варвар спокойно разжал ладонь и, оставив оружие висеть на запястье, вцепился в правую руку своего врага чуть пониже наплечника и чуть повыше локтя, а затем сразу рванул уже травмированную руку с чудовищной силой ледяного берсеркера (если бы не доспех, оторвал).

Воин, вернее воительница вскрикнула на этот раз вполне опознаваемым девчоночьим голосом и обмякла, потеряв сознание от непереносимой боли, а варвар притянул ее к себе и начал яростно бить ножом в бок, туда где ближе всего до сердца. Девчонка не девчонка ему было все равно -- им полностью владело желание убивать, да и если прекрасная дама решила надеть доспех, взять в руки меч, выйти на поле яростной битвы, решилась убить, то не стоит ее оскорблять и относиться к ней как-то по особенному -- раз пришла убивать, значит готова умереть. Доспех девчонки, кем бы она не была, оказался хорош, не хуже чем доспех уже мертвого хозяина рунного молота, но и нож варвара ему не уступал, еще и чудовищная сила и ярость, с которой варвар-берсеркер раз за разом всаживал свой клинок в безвольное, защищенное лишь сталью доспеха тело. Такая ли своеобразная рулетка: что первым сломается (?) -- искусно сделанный доспех или жаждущий плоти нож? Но в любом случае девчонка была обречена -- сломается нож, берсеркер подберет другой, подберет топор или меч, подхватит камень, будет рвать голыми руками -- нет пощады тому, кто попал к нему в руки.

И все-таки древний фейрийской работы нож оказался прочней эльфийской поделки -- предки снова превзошли далеких потомков, и очередной удар стонущего в муке лезвия пробил заговоренную сталь и проник в плоть на пол-пальца! Потом стало легче -- каждый следующий удар все больше нарушал прорванную структуру доспеха и встречал все меньше сопротивления... Удар -- лезвие вошло на палец! Удар -- на ладонь, клинок кольнул сердце! Удар -- наконец-то вошел на всю длину...! И так дюжину раз подряд!

Мертвая эльфийская принцесса, а именно принцессой была воительница в прекрасном доспехе, не удовлетворила только вошедшего в раж берсеркера, и он, отбросив мертвое тело прочь, продолжил искать жертву-добычу. К счастью вокруг него кипела уже даже не битва, а бешеная СВАЛКА мечей и смертей -- игроки и заготовки лишь немного превосходили ледяных эльфов в числе, а каждый ледяной эльф стремился прикончить убийцу дочери их короля...

Четверть часа спустя.

Айсмэн очнулся как-то сразу, почувствовал нарастающую боль в теле, понял что сидит на земле, нет, не на земле, на трупах он сидит, да еще и со знакомым рунным молотом на коленях. Рядом с ним стоит маг и несколько спецназовцев: маг накладывает на него исцеление, спецназовцы охраняют обоих.

-- Что, что произошло? - Айсмэн оперся о рукоятку молота и с большим трудом встал.

-- О! Очухался! - обрадовался маг. - Наконец-то! Тогда все -- извини, командир, но дальше сам как-нибудь! - не ответил на заданный вопрос маг и будто уколотый в жопу рванул вверх по холму.

Варвар немного ошарашенно посмотрел ему в след, но последовав данному совету, нашарил на поясе лечебное зелье и хлобыстнул полный пузырек -- в голове окончательно прояснилось и он огляделся по сторонам: трупы, трупы и трупы по всему склону холма -- ледяные эльфы, ''прослойка'', заготовки... Очень много заготовок! Слишком много! Причем не только эльфы-стрелки, но тут и там лежат спецназовцы, как те что стоят рядом с ним.

-- Что произошло? - на этот раз на заданный вопрос был получен ответ.

-- Мы победили, господин, - бесстрастно ответил заготовка.

-- Победили? - Айсмэн оглядел горы трупов и тут же осознал, что не видит собирающих лут игроков и вообще не видит никого кроме трупов и шестерки спецназа рядом с ним.

-- Да, господин, враги мертвы и здесь, и на главной позиции. -

-- Потери? - Айсмэн в общем-то уже подозревал что услышит в ответ, но ему все равно захотелось схватится за голову.

-- Много убитых, много раненых, все маги-господа занимаются ранеными. -

-- Ладно, пошли, - как бы то ни было, следовало вновь вступить в права командира, если конечно осталось чем, и Айсмэн, взвалив на плечо молот, тяжело потопал вверх по холму к обозу, к другим игрокам, к более подробной информации. - Вы-то как здесь? - спросил он на ходу у старшего шестерки спецназа.

-- Когда на основной позиции почти закончились враги, нашу полусотню, то что от нее осталось, - поправился спецназовец, - прислали вам помочь. -

-- Сколько прислали, сколько осталось? - Айсмэн на секунду зажмурил глаза услышав ответ:

-- Прислали 32 бойца, все кто остался идут рядом с тобой, господин... -

Через десять минут он знал все: что произошло за время его отключки, потери и что случилось после битвы -- Айсмэну хотелось выть и проклинать себя! Тактически он не ошибся ни в чем -- у ледяных эльфов действительно закончились стрелы, и они действительно рванули вперед, один нюанс: фланговый отряд и фронт атаковали одновременно. А вот в чем он по-настоящему ошибся, так это в оценке боевых возможностей сородичей, страшно ошибся, непростительно ошибся! Пример тому фланговый отряд, кстати под его непосредственным началом: если бы не подмога уже упомянутой неполной полусотни спецназа, фланг бы вообще перестал существовать, но итак от него мало что осталось -- 6 игроков, включая невменяемого его (счастье что он еще никого не убил из своих), 27 эльфов-стрелков... 27 из полной сотни!!! Половина тяжело раненые, половина, скажем так, на ногах, маунтов и петов ни одного -- выкосили всех. Жуткое дело, особенно если приплюсовать ''прослойку''. Впрочем на ''прослойку'' Айсмэну было плевать, а вот на остальные потери нет. Из 2-х сотен спецназа осталось чуть-чуть больше сотни: 64 на ногах, остальные не смогут сражаться от нескольких часов до нескольких дней. Из 3-х сотен эльфов-стрелков примерно 7 десятков на ногах, еще почти такое же количество лечат от ран. Лечат те кто могут -- большинство магов и друидов бегут от точки возрождения, надеясь успеть помочь немногим оставшимся в живых и сейчас зашивавшимся коллегам. Ну потери игроков это потери игроков -- не приятно, но не смертельно, а вот потери такого количества боевых заготовок и не только (40 универсалов на последних минутах боя) это приговор отряду.

Айсмэн не слишком боялся гнева Главы и прочих старших клана. Нет, не боялся -- он сам прекрасно понимал как налажал: ошибся с решением принять бой, ошибся, оценивая возможности врага, ошибся с тактикой боя, позволил себе потерять управление битвой, потерять разум и сражаться как простой боец. Все это Айсмэн понимал и в будущем собирался безропотно принять любое наказание, что определит ему клан. Ну а пока жизнь не стояла на месте, а очень даже быстро летела вперед: следовало собрать трофеи и мертвые-годные для подъема тела, встретить прибывающих с точки игроков, позаботиться о раненых и главное сохранить и вывести то, что осталось от отряда.

И вот когда только-только с респауна притопал последний игрок, а на поле недавно закончившейся битвы только-только по-настоящему развернулась трофейная лихорадка, судьба преподнесла очередной ''приятный'' сюрприз...

-- Командир, на пределе видимости кто-то идет, - вышел на связь последний оставшийся в небе летун. - Пока не разгляжу кто, но мне кажется -- дружки тех, кого мы покрамсали. Или от основного войска выслали еще воинов, или в лесу все сложилось не так как мы думали. -

-- Долго? - Айсмен не уточнил что он имел в виду, однако опытный всадник итак догадался.

-- Минимум часа два до холмов, может чуть больше, и то только потому что топают быстро, прямо пыль столбом стоит -- если будут так все время нестись, к холмам обязательно устанут. -

-- Продолжай наблюдать. Если ускорятся-замедлятся-свернут, немедленно докладывай. До связи. -

-- До связи, - попрощался летун.

Буквально через пару минут вокруг командира собрались старшие рейдов.

-- Есть желающие выполнить самоубийственную миссию, где придется много побегать и легче легкого сдохнуть? - Айсмэн сразу же огорошил подчиненных неожиданным вопросом и тут же уточнил: - Гуф, Гвоздь, себя не предлагайте -- вы свою норму перевыполнили. -

-- Да я в общем-то и не собирался, - под общий нервный смех пробормотал Гуф, Гвоздь лишь пожал плечами -- он как раз таки был бы не прочь.

-- Я могу попробовать, - подняла руку девушка-воин с двумя мечами за спиной. - А что делать-то надо? -

-- Сейчас поймешь, - заинтриговал ее Айсмэн и сыпанул приказами: - Мазай, от всех коняшек отбери четверть самых крепких. -

Главный друид отряда кивнул.

-- На отобранных коней мешки со жмуриками, всех раненых и недельный запас продовольствия, все что не войдет в личные мешки долой. -

Кое-кто из игроков явно был недоволен и в другое время непременно бы ему возразил, но только не сейчас -- время не то, да и настроение у Айсмэна после ТАКОГО боя... в общем не решились.

-- Как закончим совать жмуриков в мешки, все мины, гранаты, фугасы, все что взрывается и горит посеять здесь на поле (поле боя) -- пусть опоздавшие так же проникнутся общим настроением и поучаствуют в ''веселье''. Все! - Айсмэн звучно хлопнул в ладони над головой. - Поехали, на все про все у нас час не больше! Пошустрей-пошустрей! -

Старшие разбежались по своим рейдам, друиды направились к коням, а отвечавший за арсенал отряда алхимик рванул безжалостно потрошить остатки ''шумного'' запаса.

-- Теперь ты, - Айсмэн обращался к единственной оставшейся стоять воительнице, - сама наверное уже догадалась что будешь делать. -

-- А что тут догадываться -- вместе с основным табуном уводить погоню за собой. -

-- Верно. Погоните коняшек через полчаса после нас, погоните по нашим следам, но не шибко спешите, по крайней мере пока не кончатся холмы. Потом мы сбросим след, а вы рвите что есть мочи на север и так до упора. Если вас не догонят, идите к Лан-пин-Чару (ближайший город), продавайте коней и уходите гильдейским телепортом в Узел. Если вас будут догонять, тяните их за собой сколько сможете. Когда больше не сможете, бросайте или разгоняйте коней и драпайте что есть мочи, ну если получится -- сама видишь, моих сородичей лошками не назовешь -- вцепятся, не отстанут. -

-- А вы-то как? - девушку (одну из двух походных ''жен'' Айсмэна) не особо беспокоила своя судьба, а больше судьба основного отряда, ну и немного любовника.

-- Нормально: в Салимаран возвращаться не будем -- там нас ничто не ждет, отпишу протектору, что отряд разбили, и хватит с него. Сука он все же! - на секунду поддался чувствам Айсмэн. Все время разговора со старшими рейдов он сдерживал себя, даже пытался шутить или как минимум говорить в своей обычной манере, а вот сейчас сорвался, пускай всего на мгновение. - Уверен, он точно знал на кого нас посылает, но послал, и даже предъяву не кинешь -- все четко по контракту. -

-- Решил избавится от самых сильных и дорогих наемных отрядов, - покивала головой догадливая воительница.

-- Настоящий политик, то есть конченая сука! - повторился Айсмэн. - Ну да ладно и хрен бы с ним, а мы отсидимся в нейтральных озерных городах -- телеграф (внутри-игровой чат) вещает, там сейчас тихо -- будем ждать пока Дримм не заберет нас порталом или не скажет куда идти. Всей нашей миссии конец и мне как командиру конец -- неизвестно доверят ли мне после такого фиаско даже рейд! - неожиданно для самого себя Айсмэн выплеснул обуревавшие его чувства.

-- Да ладно, ты не виноват и в конце-концов мы победили, - попыталась ободрить его подруга, но он не принял ее слов.

-- Виноват-виноват, - трезво оценивал свои ''достижения'' Айсмэн, - а победа пиррова... Ладно, - ледяной эльф встряхнулся как потрепанный, но все еще готовый к драке пес, - хватит лясы точить -- у нас мало времени. -

*

Полторы тысячи усталых, но злых в драке ледяных эльфов достигли поля недавней битвы меньше чем через три часа, однако обнаружили лишь пустоту: взрыхленную, как миксером взбитую землю, обломки тысяч стрел, громадные, почти высохшие лужи крови, разный брошенный скарб, включая немалое количество продовольствия, но ни одного мертвого тела и не одного живого врага, только уводившие дальше в холмы следы. Командир отряда отправил на поле лучших следопытов, выяснить что тут произошло. Ошибка! Больше двух десятков бойцов ''погрелись'' и ''наелись'' осколков на минах и растяжках. Однако обидные потери не остановили ледяных эльфов, и вскоре они устремились по явственно видимым следам множества лошадей. Три дня длилась бешеная и утомительная погоня -- ледяные эльфы не могли отступить, не в этот раз! Отчаянное упорство принесло свои плоды -- беглецов настигли утром четвертого дня и... много времени ловили разбежавшихся по степи лошадей и добивали загнанных. Лошадей нашли всех, но только лошадей -- беглецы словно провалились сквозь землю. Эльфы долго искали следы -- не нашли, продолжили искать, буквально просеивая местность -- нашли, хотя и не совсем то что желали -- следы неполного десятка беглецов, но на безрыбье... бросились в погоню, однако через сутки опять потеряли след и на этот раз с концами.

Глава 47

270 километров на юг от города Ожившей Бабочки, замаскированная стоянка армии клана между третьей и четвертой линиями ловушек (чертами), шатер командующей.

Вечер перед битвой.

Людмила.

-- В общем и целом все сделано: шахты законсервированы и замаскированны, ну насколько возможно; все производства вовне эвакуированы в город или в старую цитадель; работы на глиняном карьере и заводе остановлены, оборудование какое смогли тоже вывезли; с песчаным (карьером) так возиться не пришлось -- нечего там брать или портить, всякие лопаты, носилки, тачки просто прикопали неподалеку; к утру под защиту города и готовых фортов уйдут последние строители замков и фермеры, из мужиков фермеров сформировали вспомогательные отряды и приписали их к разным участкам обороны; племена Белок предупреждены. -

Казалось бы один позитив -- все что нужно и должно сделано или будет сделано в ближайшее время, но вот лицо докладывавшего обо всем об этом Морнэмира... как бы помягче сказать (?): будто он только что поел говна и всем своим существом ощущал его ''незабываемый вкус''.

-- Что с рожей? - Людмила не могла не спросить о таком заметном несоответствии сказанных слов и выражения лица, про говно дипломатично не спросила, хотя ей и пришло на ум это сравнение.

-- Да все то же! - почти взорвался Морнэмир. - Если ваш с Драконом план не сработает...! - пару мгновений он не находил нужных приличных слов, потом все же справился с собой: - Почти достроенный форт, два начатых замка, кирпичный завод, посеянные поля, фермерские дома -- и все это псу под хвост?! -

-- Ну не посеянные, а засеянные, - зачем-то поправила его Людмила и тут же об этом пожалела. -

-- Да хоть прое....ные! - Морнэмир едва контролировал себя и его можно было понять -- ладно поля и фермерские дома, тут он не слишком засветился, но все остальное: замки, форт, завод -- его труд, его пот, его детища, не говоря уж о том, что это деньги и время, большие деньги и много драгоценного времени. Терять все это было обидно до слез или до мата, который едва-едва не срывался у него с языка.

-- Устал? - понимающий взгляд Людмилы разом остудил весь гнев, Морнэмир смутился и даже испытал стыд -- ему много-много лет, а девчонке нет, но молоденькая посикуха держит себя, а он старик -- нет.

-- Обидно, - Морнэмир уже не кричал и не злился, а говорил усталым и выдававшим всю меру его усталости голосом, - особенно обидно за последний форт -- почти ведь достроен, если ваш план не сработает, он станет прекрасным осадным лагерем для орков. О да! Они оценят прекрасные комфортабельные казармы, просторные конюшни, собственный источник воды. Чуть-чуть ведь не успели, если бы знать и бросить все силы на стены... -

-- Не казнись, - Людмила грустно улыбнулась, - мысли о том, что было бы да кабы-если бы, никому еще не помогали, никогда -- есть как есть. Да даже если бы и успели, то что? Тебе бы пришлось делить силы не между городом и двумя фортами, а между городом и тремя фортами, и при таком дефиците сил стало бы это благом -- большой вопрос. -

-- Так то оно так, - согласился Морнэмир, - но все равно жалко -- вые..ые в сра...у уроды все засрут, испоганят, нагадят везде где можно! -

-- Отчистим, отмоем, отскребем, восстановим, - Людмила жестко пристукнула кулаком по столу. - Да и в конце концов, не так уж и много они могут испортить. Фермы -- да, сожгут, но там вместо домов сплошной недострой, а коровники и сараи отстроим быстро. Поля вытопчут, но не все и не полностью. Кирпичный завод -- будут ломать печи, сушилки, засыпят глиняный карьер? -

Несмотря на всю серьезность ситуации услышавший последние слова Морнэмир не смог удержаться от смешка.

-- Вряд ли, а если попытаются, то Раститель Воинов и все остальные боги им в помощь -- нам же будет легче. Южный и Северный замки -- недостроенные объекты, груды земли, ямы и камни -- там пока нельзя ни жить, ни обороняться. Восточный -- вообще только очищенная площадка посреди леса, даже дорогу к нему не закончили. -

-- Закончили, - смущенно признался Морнэмир, - со всей этой суматохой я забыл ''похвастаться'', что управились раньше срока. -

-- Не суть, - отмахнулась от его слов Людмила, - дорога ведущая в никуда, сильно она им поможет? Неприятно будет, если они найдут шахты, но тоже ничего страшного -- ну что они могут с ними сделать? Засыпать? Вряд ли, вряд ли они захотят и у них найдется на это время, а если все же найдется и время, и желание, то вряд ли у косоручек степных получится. Ну а за свой любимый форт вообще не беспокойся -- ты прав, он понадобится им в качестве осадного лагеря и, уж я думаю, у них хватит ума не рушить и не гадить в СВОЕМ укреплении, может быть недостроенную тобой стену достроят. -

Морнэмир вскинулся было в возмущении, но не успел ничего сказать -- широко улыбнувшаяся Людмила успела раньше:

-- Пошутила! -

Паладинша использовала любую возможность приободрить своего собеседника, и он не будучи дураком это прекрасно понимал, был благодарен, но и злился, злился на себя -- пятидневный, не закончившийся аврал выжимал и почти выжал из него все силы какие есть.

-- Постой! - вскинулся вдруг Морнэмир. - Ты говоришь так, будто допускаешь что они используют форт для осадного лагеря!? А как же ваш с Драконом план?! Получается это туфта?!

-- Точно устал, - покачала головой Людмила, - тебе надо выспаться, мне кстати тоже. Вот опять ты не понятно зачем лезешь в бутылку. Почему туфта? Вполне рабочий, продуманный план: мы, мое войско пропускает ударную часть орды и отрезает ее от обозов, табунов и возможности сбежать; ударная часть поворачивает на нас, в спину им бьет Дримм и Таурохтар, орки дохнут -- победа! Все пьют как на русской свадьбе и танцуют как в индийском кино. Что тебя не устраивает?! На тот маловероятный случай, если орки все же решат переть вперед без жрачки, запасных коней, всего остального снаряжения, припасов и имея врага за спиной... Тебе самому не смешно? -

-- Нет! - сказал, как отрезал Морнэмир.

-- Так вот, на такой невозможный, ну или, если угодно, очень маловероятный случай и проводится эвакуация. Если орки так поступят, то мы без вопросов победили, пускай они даже насрут на стройках, в форте, на кирпичном заводе! Хотя постой! Не с чего им будет срать -- жратва-та их тю-тю, у нас. -

-- А что будет, если они разделятся, скажем отправят часть сил вперед, и они проскочат до того как Дримм откроет портал? -

-- А что будет? - пожала плечами Людмила. - Если их будет больше трех-четырех тысяч, посидишь в осаде и дождешься пока мы не расколотим основную орду и не сможем ими заняться, если меньше -- сам с ними расправишься. Как-никак у тебя больше тысячи спецназа, полторы тысячи эльфов-стрелков, половина универсалов, почти все наши фейри, ополчение Белок и 6 тысяч зомби, не говоря про 2 сотни игроков. Даже не знаю, кто бы умудрился при наличии таких сил, да еще опираясь на укрепления города и фортов, слить какой-то жалкой паре-тройке тысяч степных вонючек. -

-- Как легко у тебя все выходит! - снова ''пожевал говна'' Морнэмир. - Весь спецназ и все эльфы-стрелки, что ты мне столь ''щедро'' оставила -- сосунки двух-трех суток отроду; универсалов в открытый бой не бросишь; фейри -- бабы и детишки, мужиков всего-ничего; Белок мало, да и бойцы из них...; зомби -- тупое мясо; а почти все игроки -- ремесленники! Могла бы часть флотских оставить, когда они перли к вам на подмогу, но нет, всех забрала. Кого мне в поле выводить?! -

-- Значит сиди в осаде, - жестко отбрила его претензию Людмила. - Разумеется я выгребла всех опытных, а тебе сбросила всех новичков! Все честно -- у вас есть возможность отсидеться за стенами, а у нас такой возможности нет -- нам в бой идти, между прочим против всей орды! -

-- Ладно, я понимаю, - устало вздохнул Морнэмир, - и эта, не сердись, подруга, действительно устал и на нервах. -

-- Еще раз говорю: поспи. Завтра будет дьявольски тяжелый день и тебе пригодится свежая голова, мало ли что... -

-- Так и сделаю, - неожиданно легко согласился Морнэмир. - Как закончим разговор, так сразу пойду и дам храпака часов на 6-7 (на самом деле он собирался ''присесть'' на зелья выносливости, рассчитывая что за пару дней не успеет сильно подсесть). Удачи желать не буду -- утром свяжемся еще раз, тогда и пожелаю. -

-- Годится. Приятных снов. -

-- И тебе, береги себя, детка, - не остался в долгу Морнэмир.

Полуметровое бронзовое зеркало погасло, две свечи по бокам от него вновь загорелись обычным, а не зеленым колдовским огнем. Ну а Людмила присела на край стола и вытерла пот со лба -- сеанс магической связи закончился, она вновь была в шатре одна.

Некоторое время командующая отрешенно сидела на краю, пялясь в уже пустое зеркало, потом встряхнулась, захотела пригубить вина, но пока наливала его из бутыли в бокал забыла о своем желании, переместилась в кресло и начала шуршать картами и прочими бумагами на столе, вновь вскочила на ноги, и рванула было на выход из шатра, но на полпути остановилась и зачем-то отправилась к стойке с оружием и доспехами в углу, снова не дошла и вернулась к столу -- как бы она не бодрилась перед Морнэмиром, но ответственность, усталость и тяжелые мысли не отпускали ее ни на минуту:

-- Почему, почему Дримм сказал Б, но не сказал А? Почему он прислал Туллиндэ с ее трупорезами (некромантами) и Айнона с несколькими друидами, но не прислал ни Таухорхтара, ни Вара, ни хотя бы Октарона? Никого из тех, кто мог бы возглавить войско и снять с меня эту ответственность? Ведь это правильно и логично, разве нет? Но нет -- даже разговора об этом не было! Зачем ему это надо? Опять какая-то проверка? Опять он меня проверяет как тогда, когда на месяц, на целый месяц, оставил меня главной и ответственной за все? Но тут эти его игрища могут выйти нам всем боком и ему в том числе! Иногда мне кажется, что он такой же сумасшедший как его оторва (Василиса), только что не спит со всеми подряд! Хорошо хоть Мирмика (Миримона) прислал -- без него бы наступил полный швах или, как говорит матершинник-Самоделкин (Морнэмир), полный пи...ц! -

Жрица-паладинша с искренней теплотой и благодарностью вспомнила авторитетного воина: какую неоценимую помощь он оказал при подготовке войска, в составлении плана будущей битвы, в интеграции в клановую армию тысяч новых заготовок, в разведке степи, да мало ли в чем, в том, в чем сама Людмила разбиралась гораздо хуже него. Да, ценность Миримона далеко не ограничивалась его доскональным знанием границы со степью -- он вполне мог бы возглавить армию... и при всем при этом, именно Людмила оставалась ответственной за все!

-- Самоделкин жаловался, что я спихнула ему новичков... ХА! И еще три раза Ха! Если бы подумал и посчитал, то даже бы не вякал! Понял бы насколько я была к нему щедра! Ноет что у него новички, а у меня кто?! Вот именно! Половина 3-4-дневные, другая двухнедельные -- разница конечно ''БОЛЬШАЯ''! Опытных заготовок горсть, да и ту пришлось тонко-тонко размазать по подразделениям из новичков. А куда денешься? Иначе все тот же Морнэмиров пи...ц! Даже Миримон морщился-морщился, бурчал про сильный резерв из опытных воинов, но не смог ничего лучше предложить -- иначе войском из одних новичков вообще невозможно было бы мало-мальски эффективно управлять. И главное побурчит-побурчит и смотрит на меня, будто я ему сейчас вырожу тот самый резерв, лучше два, а то и три! Тоже мне, нашел мать-героиню! Так что Самоделкин должен меня в попу целовать, причем много раз и в засос, за то что я ему целую тысячу спецназа оставила...! Тут я конечно сглупила, нужно было оставить ему тысячу, но эльфов-стрелков, а всех спецназовцев до одного забрать с собой -- завтра нам сильно будет их не хватать. -

Людмила вспомнила про вино и выхлебала весь бокал в два глотка, не чувствуя ни вкуса, ни аромата довольно дорогого напитка. Ни какого облегчения тоже не почувствовала и разочарованно поставила бокал обратно на стол, снова наполнять не стала.

-- Не зря Морнэмир волнуется, ох не зря! Я вот его убеждала, что все в ажуре, а на самом деле... кто бы меня убедил?! Дедуля (Дримм) с какого-то перепугу верит в мои ''полководческие таланты''. Вот хохма! Верит в то, во что я сама не верю! Миримон заглядывает в глаза, хотя видит, не может не видеть, как я ''плаваю'' в некоторых вопросах. Туллиндэ спокойна как ее ''клиенты'' и абсолютно уверена в победе! Даже завидно -- вот бы мне так уметь! Хотя такая абсолютная уверенность скорее признак психопата, чем нормального, разумного человека. Но польза от такой непробиваемой уверенности большая -- она заражает ей других. Боровик (Айнон) сосредоточен и деловит как всегда, если и волнуется, то хорошо это скрывает внутри себя. -

Людмила откинулась в кресле и улыбнулась, по жилам побежало тепло, в голове слегка прояснилось, мышцы чуть, но расслабились -- подействовало вино.

-- Как впрочем и я скрываю. В общем все верят в меня, в план Дримма, в победу, в наше войско. А есть ли оно у нас? Вернее оно есть, но какого качества? С бору по сосенке стянули откуда возможно, прямо тот самый хрестоматийный тришкин кафтан. Игроки с Кури, с Курорта, из Великого леса, из Узла -- в основном ремесленники по первому классу, но есть и маги, и друиды. Хотя не все так плохо -- у многих есть второй, а то и третий класс, но могло быть лучше -- слишком много алхимиков и друидов, а нужны маги, воины, рейнджеры, да и второй класс -- не первый. У меня здесь и сейчас почти 2 тысячи спецназа, 18 полных сотен. На первый взгляд -- немалая сила, однако если присмотреться... 2 сотни спецназовцев -- элита -- опытные бойцы, в прекрасных доспехах, с прекрасным оружием, с достойным набором амулетов. Каждый не уступит воину-игроку уровня так до 50-го, в стрельбе из лука -- 30-ому рейнджеру, да еще у каждого способности мага уровня так 10-ого. Побольше бы таких! Еще 6 сотен -- полумесячные: хорошее выданное кланом оружие, такие же доспехи, самый базовый комплект амулетов, соображалки чуть, воинского опыта чуть -- даже рядом не стоят с первыми двумя сотнями. С ними конечно занимались и игроки, и опытные заготовки, но мало, МАЛО, слишком мало -- таких талантов как Гематоген и без того было немного, а как армия клана ушла в большой поход, так и вовсе остались считанные единицы. Как бы он пригодился сейчас! - Людмила тяжело вздохнула, глянув на пустой бокал, но и только. - Пригодился бы как он сам с его опытом, так и его проект, вернее проект Дримма с песиками. Пораньше бы месяца на четыре, лучше на полгода -- несколько сотен ''убийц лошадей'' сильно бы нам пригодились. Не успеваем, уже не успели, а потому Гематогену и его подопечным пришлось остаться на болотах -- всего 8 псов и сотня лучников ничего не изменят в раскладе, а бросать производство стрел не след. Со стрелами тоже запаздываем -- нынешние поставки с болот не покрывают и 1/10 нужды в обычных безбонусных стрелах. Ну ладно, что есть, то есть, пока есть средства и доступ к магазинам Узла, без стрел мы не останемся. Итак спецназ: 2 сотни -- прекрасные, элитные бойцы; 6 сотен -- скажем новички, но уже не сосунки, подгузники менять не надо; а вот целой тысячи спецназовцев таки надо, а им завтра в бой! Стандартное-родное (имеющееся при покупке) оружие и доспехи, базовые навыки и бараньи мозги, хорошо хоть амулеты, тот же базовый комплект, сумели наскрести. Любые тактические схемы и перестроения им противопоказаны, неплохо могут три вещи: стрелять из лука, атаковать толпой и не отступать-умирать там где поставят. Хорошо хоть это спецназ -- даже в таком нежном возрасте и с таким оружием -- серьезные бойцы в ближнем бою. А вот про купленных эльфов-стрелков такого не скажешь -- если до новеньких доберутся в рукопашную, то все, туши свет! Но не использовать их тоже нельзя -- нам необходим вал стрел, а с такими врагами как степные орки -- жизненно необходим! Из 3000 купленных эльфов-стрелков половину как и тысячу также в спешке купленного спецназа пришлось оставить Морнэмиру, а половину присоединить к тем что были. К счастью в случае эльфов-стрелков опытных все же больше чем новичков: 7 с половиной, с теми что пришли с игроками из Великого леса -- 8 сотен опытных, тысяча полумесячных из последнего набора и полторы тысячи свежекупленных, всего 3300 -- неплохо, но вот оружие и подготовка... - Людмила уперла кулак в подбородок и некоторое время будто ввинчивала его, потом расслабилась и перестала ломать себе челюсть, но не мозги. - Ладно, там видно будет. Наше секретное оружие и замена отсутствующим ''убийцам лошадей'' -- 400 купленных латных кавалеристов-заготовок на тяжелых забронированных конях. Обошлись в ту еще копеечку (Людмила невольно усмехнулась, вспомнив как в буквальном смысле стонала Анариэль), но эта задумка Таурохтара должна хорошо себя показать в особенности против степняков. Проблемой могут стать орки на варгах, но и тут длинные копья и латы против клыков и силы гигантских волков -- посмотрим... Вместе с купленными еще для похода Улиса (Элеммакила) всего почти 4 с половиной сотни, плюс 4 сотника и один полусотник из молодых воинов-игроков. -

Людмила несколько отвлеклась и вспомнила об одном из сотников, недавно принятом в клан родственнике Анариэль по имени Петр. Странный человек и даже не тем, что именно человека он выбрал как расу, и не тем, что сразу вызверелся на них со Светланой -- такое бывало и раньше, будет и впредь, но чем перед ним провинились остальные и даже Анариэль? Какое-то высокомерное на грани презрения отношение к соратникам по клану и грубое, если не сказать больше, отношение к Анариэль, к своей сестре, тому, кто поручился за него, привел в клан и носился как с писаной торбой! Почему? За что? Будь на то воля Людмилы, она бы не то что не доверила ему сотню конных, но вообще не допустила такого в клан! Но ради Анариэль приходилось его терпеть и не замечать сплевываний при виде них со Светланой, не слышать брошенных за спиной слов, не обращать внимания на почти откровенное хамство в разговоре. У Людмилы непроизвольно сжались кулаки, а перед глазами возникла явственная картина как она разрубает мечом наглую харю, макает эту же харю харей в унитаз, пинком под зад вышибает из клана и множество других подобных вещей -- это было так приятно, что просто не передать. В конце-концов Людмила справилась с собой и вернулась мыслями к текущей ситуации:

-- 4000 пехотинцев-заготовок -- наш ответ Чемберлену, то есть желающим добраться до стрелков оркам. Дешево и сердито: их не так жалко терять, у них простая ясная задача, а длинные копья и щиты одинаково опасны и для кавалерии, и для пехоты. С опорой на рогатки, засеки, мины, защищенные магами и подпертые спецназом должны справится -- Октарон и Элеммакил о них хорошо отзывались, к тому же орки не особые фанаты строя. Еще пехотинцы способны метать дротики и неплохо: 50-100 метров приличная дистанция, на сотне хромает точность, но по толпе это не так важно. Как лупанут 4000 дротиков все сразу, мало не покажется ни коням, ни всадникам, ни варгам! С гор (Гоблинских гор) пылится на складах масса дротиков, пусть хоть все используют, не жалко! Эх! - вздохнула Людмила. - Если бы знать заранее, то можно было бы озаботиться наемниками как в Гоблинских горах -- олли и легионеров, лучше легионеров, те же 4 тысячи, еще лучше 10. Как они давили гоблов -- любо дорого вспомнить! 10 тысяч легионеров и победа у нас в кармане -- затратно, но стоит того. К сожалению опять не успеваем и приходится обходиться тем что есть. -

В голову Людмиле пришла интересная мысль и чтобы ее не забыть она поспешила поскорей ее записать. Мысль действительно интересная: когда все закончиться, пригласить легионеров, но не в качестве бойцов, а в качестве инструкторов для пехоты из заготовок, если конечно клан и дальше будет использовать такую пехоту. Записав Людмила причмокнула губами: недорогие заготовки, вооруженные недорогим, но качественным оружием и обученные по методикам легионеров... это следовало обдумать, хорошо обдумать перспективы и возможности!

-- Настоящий подарок судьбы 3 тысячи внезапно подошедших флотских: игроки, спецназовцы, эльфы-стрелки, абордажные команды (заготовки из морских людей)! Все опытные, все хорошо вооруженные, игроки -- сплошные воины и маги -- то что доктор прописал! Халлон извернулся, но успел до ближайшего острова, где имелось отделение Гильдии магов, а значит гильдейские телепорты -- в этом случае даже Анариэль не ворчала насчет и вправду огромных расходов на перенос! Нет, все-таки какой же Диссидент молодец! -

К сожалению Халлон и Русалочка не смогли присоединиться к армии клана -- флот итак лишился большей части бойцов и доброй половины магов, так что привести его на базу -- не тривиальная задача, а без этих двоих и вовсе невозможная.

-- Ладно! Вместо Халлона и Эариэль -- Айнон и Туллиндэ -- те еще монстры в магии, особенно Туллиндэ. С флотскими прибыли и 8 владельцев грифонов, с теми 7-ю что у меня были и 10-ю что прислал Дримм -- 25, это уже кое-что, 26 с моим Физруком. Но все равно хотелось бы больше, всего больше: заготовок, грифонов, магов, игроков, но главное времени, и вообще как же нам подгадили эти орки со своим дурацким набегом! Не могли подождать полгода-год или хотя бы полмесяца до возвращения армии клана?! - Людмила прекрасно понимала, что глупо и бесполезно винить орков или судьбу, но не могла удержаться. - Смешно -- получается кроме флотских самые опытные и при этом многочисленные части нашего войска это зомби и универсалы. Самые опытные, но и ограниченные: универсалов в строй не поставишь, с гоблинами бы еще сошло, да и то..., а вот с орками нет, если конечно мы не хотим их всех потерять, да и бессмысленно -- сгодятся на охрану тылов от атак разрозненных табунщиков из степи и ладно. Зомби -- отдельная песня и вотчина Туллиндэ: она неплохо придумала как их использовать, по крайней мере и мне, и Дримму, и Миримону понравилось, а вот что получится из ее затеи покажет завтрашний бой. Тьфу-тьфу, чтобы все получилось, - Людмила суеверно постучала по столу.

Она все же не усидела на месте, встала и подошла к стойке с доспехами и оружием. Стукнула пару раз по нагруднику, сняла с подставки шлем и некоторое время разглядывала его как будто видела в первый раз, поставила на место и медленно достала из ножен меч. Двуручный клинок завораживал своей молочной белизной, как всегда от него веяло чистотой и покоем, словно от тихого лесного озера или безлюдного луга на вершине горы. Людмила ласково огладила голомень и с почтением приложилась к нему губами, прижалась лбом, а затем, еще раз пробежавшись пальцами по металлу, чисто машинально прочитала короткую молитву Творцу Битв. Закончив с молитвой (кстати, ей немного полегчало) убрала меч в ножны и вернулась в кресло.

-- Последняя часть войска -- фейри, больше тысячи лучников-фейри. В какой-то степени завтрашнее сражение станет знаковым событием -- впервые в армии клана будут не только игроки и заготовки, но и неписи и не наемники, а подданные клана, жители наших земель. Жаль что использовать их можно только как лучников -- в рукопашную их не пошлешь и в первые ряды не поставишь -- и для того, и для другого нужны доспехи и умение биться в строю. Зато как лучники они хороши, даже очень, но и тут есть нюанс: они не владеют залповой стрельбой и не могут поддерживать темп заготовок. Скорей всего придется поступить как предложил Миримон: частью усилить универсалов в тылу, а часть разбить на пятерки и тройки, расставить в удобных местах и дать разрешение вести огонь по готовности, этакие егеря как в армии дореволюционной России. Да, так и поступлю. -

Людмила привстала и прислушалась к тому что происходит снаружи шатра, там внезапно раздался сильный шум, тревожное ржание коней и матюки. Она даже кликнула ординарца, роль которого исполняла лесная эльфийка из предпоследнего пополнения эльфов-стрелков, и приказала узнать в чем дело. Вскоре исполнительная заготовка вернулась, и Людмила вновь опустилась в кресло -- дело не стоило выеденного яйца, обычная суета немаленького лагеря.

-- Итак, со всеми этими разнородными, собранными откуда только возможно войсками мне надо стать наковальней, о которую армия клана разобьет оркскую орду. Да уж задачка! Но никуда не денешься -- мы обязаны победить! ОБЯЗАНЫ! - Людмила произнесла это вслух и хлопнула по подлокотнику кресла. - И при этом вывернуться наизнанку, но не допустить больших потерь. Вот зомби можно не жалеть -- после битвы будет много трупов и набившие руку трупорезы (некроманты) быстро восполнят все потери. А ведь страшно, - сама себе призналась Людмила, - столько новичков, 2/3 всей моей армии -- новички, зеленее не придумаешь -- можем не выдержать. Как-никак на нас навалится трехсоттысячная орда и пока Дримм не подошел нам нужно будет ее удержать, плюс из степи тоже будут атаковать, хоть и не такими силами. Страшно! Страшно даже со всеми придумками Айнона, Туллиндэ и Миримона, с тремя тысячами опытных бойцов от флота, с прекрасно проработанным планом битвы -- все равно страшно. Может щедро шибануть по орде эпиками? Нет, нельзя -- дико дорого и, если свежие в начале битвы шаманы окажут достойное противодействие, неэффективно. Нужно подгадать момент, где-нибудь к концу битвы, когда все будут на последнем издыхании, и вдарить! Только бы его угадать! - Неожиданно ей на ум пришло странное, в чем-то даже кощунственное, но в то же время показавшееся смешным сравнение, и она помимо воли хмыкнула в кулак: - Я прямо как Жуков в 41-ом при обороне Москвы -- куча разных частей и московское ополчение, сибирские дивизии успеют ли неизвестно, а немцы вот они, в бинокли разглядывают башни Кремля. Только Мяснику (Жукову) было легче -- немцы получили по носу и спокойно отступили, а орки не отступят -- им некуда будет отступать -- для них жизнь это степь, а путь в нее через меня-наковальню, пока не опустился молот-Дримм. Эх, дедуля (Дримм), заигрался ты -- если я не справлюсь, тебе и винить-то будет некого кроме себя, ну и меня. А и ладно! - паладинша одним волевым усилием отбросила пессимистические мысли. - Хочешь поиграть?! Поиграем, только вот я сыграю в свою игру и постараюсь уцелеть и если получится, а я сильно постараюсь чтобы получилось, не положить своих как Мясник положил москвичей! -

Порция здоровой боевой злости окрасила щеки снежной эльфийки румянцем, зажгла глаза и буквально подбросила ее из кресла. Людмила на мгновение задумалась, потом решительно подошла к столу, взяла в руки круглый украшенный драгоценными камнями диск на цепи, нагрудный знак ее жреческой власти, сосредоточилась -- знак ярко загорелся у нее в руках, и послала свою волю во вне, устанавливая ментальную связь. Абонент ответил быстро, благо было недалеко, да и не зря он носил с собой звено из цепи, на которой висел установивший связь знак-амулет.

-- Слушаю, - деловито ответил Миримон и тут же предупредил, - только давай покороче -- дел невпроворот. -

-- Вот о делах я и хотела тебя спросить: как флотские вливаются в коллектив, какие настроения, боеготовность? -

-- Вливаются нормально, а че им не вливаться? Настроение боевое -- все хотят положить жизнь за родину и Сталина и порвать очко степным вонючкам на британский флаг. Боеготовность тоже нормально, насколько возможно в данной ситуации. Я тут поклянчил у Юлы (Лауриндиэ) опытных бойцов, в основном спецназовцев и эльфов-стрелков, и всех, кого она дала, распихал по подразделениям как изюмины в булки. -

-- Думаешь станут ''вкусней''? -

-- Надеюсь. Сильно меня порадовали абордажники (заготовки из морских людей), оказалось классные ребята и в свалке не сплохуют, и строй держать умеют, а как из арбалетов лупят... дай бог каждому! А вот кто меня не радует, так это родственник Анариэль, этот ее Петр -- еще тот бодливый козел с гнилым куриным пометом вместо мозгов. Башку ему срезать что ли, чтобы понял как себя нужно вести? -

-- Позже, - с пониманием отнеслась к его словам Людмила. - А пока, как он на сотне? -

-- Неплохо, - с неохотой признал Миримон, - даже удивительно. Ты знаешь мне кажется, он и до Серединного мира занимался с лошадьми и скорей всего тянул лямку. -

-- Значит справляется? - уточнила главное Людмила.

-- Справляется. -

-- А как... ? -

Некоторое время Людмила пытала явно недовольного таким поворотом дел Миримона, выясняя, уточняя детали, чуть ли не залезая ему под шкуру. Впрочем несмотря на недовольство, Миримон неплохо отбрехивался, однако Людмила не отставала, и когда чересчур настойчивая паладинша начала повторяться как заезженная пластинка, он не выдержал и послал ее, но все же не на три известные всем буквы:

-- Шла бы ты спать, мать, а то уже третий день на ногах, и че-то не видел, чтобы ты хоть немного прикемарела -- носишься всюду как электровеник или вот менталку напрягаешь. Поспи -- завтра ты нам свежая нужна! -

Людмила едва не расхохоталась -- совсем недавно она почти теми же словами убеждала отдохнуть Морнэмира и вот в том же самом убеждают ее.

-- Сам-то когда собираешься? -

-- После полуночи, как баю-баюшки-баю уложу всех заготовок, придавлю минут триста и встану как огурец. -

-- Ладно, ''огурец'', бывай и не забудь про свои 300 минут. -

-- За собой последи, - не остался в долгу Миримон и отключился, ну а Людмила вызвала очередного абонента-обладателя звена от цепи:

-- Ну как ваша мертвячья контора пашет? - на этот раз первой поприветствовала собеседницу Людмила и тут же подняла самый наболевший вопрос:- Как бригады, хорошо замаскированы, ты уверена что их не найдут? -

-- Если будут хорошо искать, обязательно найдут, - огорошила ее Туллиндэ, - но не бригады, а границы проклятых мест, густо пропитанных магией Смерти и типа жутко агрессивных ''диких'' мертвяков на этих границах. Внутрь точно не полезут: во-первых, зачем им это надо (?), во-вторых, мы постарались устроить хороший аттракцион -- побоятся, в-третьих, ну сколько сил они смогут на это бросить? -

-- А если все-таки..? - не отставала от некромантки дотошная Людмила.

-- Кто туда полезет, тот оттуда не вылезет, - уверенно пообещала Туллиндэ и предвосхитила следующий вопрос: - Шаманством нас тоже не вскрыть. Ну что они почувствуют? Силу Смерти и проклятий, зомби и более страшных тварей -- все как и должно быть, три десятка наших (магов-некромантов) просто затеряются на таком мощном фоне. -

-- Точно? -

-- Точно! Я и сама не могу их почувствовать, и это я маг Смерти 6-ого уровня, с перчаткой седьмого (перчаткой Лавира), а какие-то полуграмотные вонючки-недоучки тем-более. -

-- Смотри... - немного успокоилась Людмила, про себя подумав: если все пойдет по плану, то у орков просто не будет времени устраивать более тщательные проверки.

За несколько следующих минут некромант и паладин обсудили еще полдюжины вопросов, в том числе боеспособность и варианты использования 10 тысяч зомби, непосредственно в составе войска: Туллиндэ озвучила ряд идей, как своих собственных, так и ее подчиненных и даже не имевших никакого отношения к некромантии игроков; Людмила сразу одобрила парочку самых на ее взгляд многообещающих и не требующих много времени и сил на реализацию, над остальными пообещала подумать. Расстались девушки вполне довольными друг другом: уставшая как чертушка Туллиндэ раньше многих отправилась на вполне заслуженный отдых, а Людмила связалась со следующим владельцем замечательного звена:

-- Ну что надо? - несколько излишне агрессивно поприветствовал ее Айнон. Людмила не обиделась -- в какой-то степени ментальная связь позволяла чувствовать эмоциональный фон собеседника, и она сразу же узнала такую же как у нее усталость, отсюда и агрессия, вернее не агрессия -- раздражение.

-- Как там с вашей ''тропой смерти'', к утру закончите? -

-- Закончим-закончим и даже не к утру, а часам так к двум ночи и ''полосу замедления'' за ней к трем. -

-- Молодцы! - вполне искренне похвалила друидов Людмила. - А теперь еще раз и поконкретней: как она подействует? Что-то в прошлый раз ты объяснял-разобяснял, но я почти ничего не поняла, или я такая тупая или ты такой косноязычный... Так как? Для тупых повторись уж, не сочти за труд. -

-- Ладно тебе ерничать, - несколько смутился Айнон. - Болячка действует конкретно на лошадей, самим оркам или скажем варгам ничего не будет, да и лошади не сразу падут, а через некоторое время. -

-- Сколько? Конкретику давай. -

-- Тут все зависит от лошадей, - заюлил главный друид, - если лошадь хотя бы пару зараженных травинок ущипнет, скажем утром, то к полудню скопытится. Причем финальная стадия болезни наступает очень быстро, и внешне здоровая лошадь умирает всего за несколько секунд -- ее не успеют вылечить -- вот она как ни в чем не бывало бежит, а вот уже мертвая дохлятина валяется. -

-- А если не ущипнет? -

-- Тогда сложней: болезнь все равно в нее проникнет, через прикосновение к зараженной траве, через дыхательную систему, через кожный контакт с уже зараженными лошадьми, но ей требуется больше времени на инкубационный период. -

-- Еще раз, сколько? -

-- Если так же утром, то к вечеру, скорее к ночи, может даже к утру следующего дня. -

-- То есть к тому моменту, когда битва давно закончится, - иронично подытожила Людмила и тут же обеспокоилась: - А наших лошадей твоя зараза не скосит?! -

-- Нет! Ни в коем разе -- болезнь убивает сама себя и убивает зараженную траву -- через два-три дня не будет ни травы, ни болезни! Ну и в конце-концов есть лекарство, наделали с большим запасом, целых 6000 доз. -

-- Ладно поверю, тем более Дримм разрешил, но смотри мне, Сиро Исии недоделанный...! После боя вы ОБЯЗАТЕЛЬНО проверите всех наших лошадей! - (Сиро Исии -- командир отряда 731 Японской Императорской Армии, во время Второй Мировой Войны отряд занимался разработкой биологического оружия).

-- Само-собой, - не стал отказываться Айнон (попробовал бы он только отказаться!).

*

''Тропой смерти'' Людмила и Айнон называли полосу зараженной травы. Ширина полосы 10 километров, длина более 30-ти. Цель полосы: лишить орков лошадей, то есть лишить степных всадников возможности сражаться верхом или удрать в степь. Довольно подло, но эффективно, по крайней мере так должно было быть (средство не проверено в полевых условиях, только в полигонных). Одно из главных достоинств -- теоретическая неспособность шаманов орков предотвратить заражение, ведь это не враждебная магия, не проклятье темных сил и не отрава, а просто болезнь, незнакомая степным шаманам болезнь, которую почувствуют только лошади, да и то лишь в несколько последних секунд перед смертью.

В свою очередь ''Полоса замедления'' -- несколько тысяч друидских кустов из враждебных всему живому плотоядных лиан и корней. Такая преграда не остановит многосоттысячную орду, но задержит и даст орде время узнать, что за спиной у нее появились враги, а заодно у оркских лошадей появится время попастись и разумеется пастись им придется на ''Тропе смерти''.

*

Людмила не стала надолго отвлекать занятого делом друида, и вскоре на ее вопрос отвечал уже другой абонент, как водится обладатель заветного звена:

-- Я слушаю! - довольно бодро отозвался Цезарь 555.

-- Чем порадуешь? - в который уже раз за сегодня поинтересовалась Людмила. Учитывая ''милую'' привычку Драконов травить перед битвой все что можно и нельзя, игрок по прозвищу Борджиа пришелся в клане ко двору, вот и сейчас он руководил вытекавшим из его прозвища направлением.

-- Готова половина всех обычных стрел, все оружие, что подвергается спец-обработке, тоже, как и до четверти дротиков. Пока у нас технический перерыв, через пару часов продолжим со стрелами и дротиками. Не знаю сумеем ли закончить со стрелами, а ведь еще есть копья для баллист и болты для станкачей (станковых арбалетов). Рогатки, чеснок, ежи, колья для засек и колючку обработаем уже после установки, сама понимаешь, иначе их слишком опасно будет транспортировать, потом собирать-устанавливать, да еще и в спешке.-

-- Какой еще технический перерыв? - нахмурилась Людмила и нахмурилась еще больше (по крайней мере по началу), услышав ответ:

-- Все выделенные на оружие яды закончились ПОЛНОСТЬЮ, пришлось организовывать производство на месте из доступных материалов -- разумеется получается хуже чем в цитадели, но дело делать будут. -

-- Можете не морочиться с копьями и болтами - милостиво разрешила Людмила и в то же время поставила жесткое условие, - но все дротики и стрелы должны быть готовы к утру. -

-- Постараемся. -

Не те слова, что хотела бы услышать Людмила, но ей хватило разумения понять, что лучше не давить и не вымогать у Борджиа невыполнимых обещаний.

В течении следующего получаса неугомонная Людмила связалась еще много с кем: с отвечавшим за охрану лагеря Лаирасулом; с Ласмерил, своим заместителем среди летунов; с Анариэль; с друидом главой мед-службы; с отвечавшим за производство ежей и рогаток ремесленником; с саперами; с игроками-командирами подразделений заготовок; с магами, что защищали войско от обнаружения шаманами; с... в общем действительно много с кем. Каждый разговор-доклад занимал всего несколько минут, иногда Людмила хмыкала, иногда хвалила, иногда насильно отправляла подчиненных спать, иногда наоборот безжалостно настаивала на ускорении работ, но было в этих разговорах одно общее место -- после каждого из них на чуть-чуть росла ее уверенность в себе, в войске и в завтрашней победе.

Тем временем в шатре прибавилось действующих лиц -- из дальнего разведрейда в степь вернулась пропахшая потом и степными травами Светлана. Впрочем не такого уж дальнего -- орда была близко, очень близко, можно сказать она уже стучалась в границу клановых земель. Напряженно застывшая у стола Людмила скосила на нее глаза и кивнула, но не прервала своего занятия и не выпустила амулет из рук, оставив разговор с подругой на потом -- ментальное общение с командирами подразделений было важней, а Светлана, вот она и уже никуда не убежит. Со своей стороны Светлана правильно все поняла и использовала появившееся время чтобы привести себя в порядок: с помощью двух эльфиек-заготовок избавиться от доспехов и вонючих будто побывавших в свинарнике сапог, гораздо больше времени ушло на то, чтобы в шесть ловких рук снять многочисленные амулеты. Потом раздетая по пояс Светлана долго смывала с себя пот, причем не только свой, но и проникший под одежду пот маунта-варга. Одна из заготовок поливала ей из кувшина, свирепо скоблила жесткой губкой по загорелой спине, помогала буквально выдирать каким-то образом оказавшийся в волосах мусор, после подала полотенце; другая раскладывала амулеты и соображала что-нибудь выпить и закусить голодной как ее маунт игрунье-рейнджеру. Затем не озаботившаяся одеждой босоногая Светлана вольготно расположилась в кресле, пила вино, закусывала толстенным бутербродом с сыром, зеленью и ветчиной, и, лениво болтая закинутой на подлокотник кресла ногой, наблюдала за занимавшимися луком, мечом и другим оружием заготовками. Вскоре расторопные заготовки закончили, поклонились госпожам и, забрав грязную одежду и сапоги, ушли.

Некоторое время Светлану полностью и без остатка занимали вино и бутерброд, потом только вино, затем она лениво гуляла глазами по обстановке шатра, проверила работу заготовок, вернулась в кресло и налила себе еще, а Людмила все стояла и стояла у стола, успевая не сходя с места охватить своим вниманием весь лагерь. Светлана еще немного поскучала, допила кубок и наконец, решительно его отставив, направилась к столу.

-- Не время, не сейчас, погоди! - Людмила попыталась отстраниться от обнявшей ее сзади подруги. Сложно вести серьезный разговор, когда уверенная рука ласкает твою грудь, другая залезла между ног, к спине тесно прижимается жаркое полуголое тело, шею ласкают требующие ответа губы и над всем этим плывет возбуждающий дух степных трав и желания.

Светлана не позволила себя оттолкнуть и, не обращая внимания на слова и сопротивление, действовала все смелей и настойчивей: ее губы страстно гуляли по шее и волосам, иногда прихватывая ухо, как будто она хотела укусить; левая рука распахнула полу жреческой мантии и уже не через тонкую, но все же ткань, а кожа к коже ласкала шикарную грудь подруги; правая рука так же искала путь через занавес одежды и почти задрала подол; даже сквозь все еще надетые на нее штаны она чувствовала ответную реакцию в прижатом к ней теле и не собиралась годить, не сейчас и никогда!

Людмила с грехом пополам закончила последний на сегодня разговор, про себя на чем свет костеря не утерпевшую всего-лишь пару минут Светлану и в то же самое время разрываясь от дикого желания. Повернула голову, пытаясь что-то сказать озабоченной подруге, как минимум потребовать от нее отчет по походу степь... Ее губы накрыли губы Светланы и Людмила поплыла, тем более настойчивые пальцы проникли туда, где все было готово и мокро.

На какое-то время ушли все дела и проблемы, заботы о новичках, ядах, маскировке, даже завтрашней битве -- все это и многое другое улетело куда-то далеко-далеко, остались только стоны и желание, все убыстрявшиеся движения руки и звуки поцелуев... КРИК!!! Людмила кричала так, что Светлане пришлось отвлечь одну из рук от груди и зажать подруге рот, но другая рука продолжала движения вверх-вниз. Продолжала до самого конца, только потом, когда содрогавшееся тело обмякло, Светлана вытащила мокрую руку наружу, повернула едва не падающую Людмилу к себе и впилась ей в губы уже по-настоящему глубоким поцелуем.

Совсем скоро Людмила пришла в себя и не просто пришла, а завладела инициативой: подхватила подругу под ягодицы, развернулась и усадила ее на стол, затем завозилась с долго не поддающейся пряжкой ее штанов, а губы командующей то ласкали обнаженные полушария груди, то отвечали на страстные поцелуи. Наконец-то проклятая пряжка сдалась, и Людмила под вскрик умиравшей от желания и восторга любимой буквально сдернула штаны со стройных, сильных ног и отшвырнула их прочь. Жаждущий язык верной жрицы бога войны пробежался по шее, по ключицам, по груди, целуя каждый сосок, опустился на живот, проник в пупок, потом дразня вернулся на грудь и вновь спустился вниз. Пупок стал лишь прелюдией, и вскоре горячий язык проник в куда более глубокое отверстие и задержался там надолго, исследуя разные потаенные уголки. Снова стоны и согласованное движение тел, но еще и скрип стола.

Светлана лучше подруги контролировала себя, но все равно ее финальные стоны заставили ежиться охранников у входа в шатер, хорошо что вместе с ними находилась эльфийка-ординарец, а то бы они ворвались в шатер еще в первый раз.

Некоторое время они полулежали на столе, целовались, ласкали друг друга. Первой опомнилась Людмила -- паладинша преодолела сопротивление не желавших отпускать ее рук, встала, запахнула мантию и, опасаясь провокаций со стороны потягивающейся как кошка любовницы, встала так, чтобы между ними оказались вся поверхность стола и кресло.

-- Ну что довольна!? - командующая пыталась сердиться, но не могла, но пыталась, пыталась изо всех сил.

-- Довольна... - потянулась всем телом Светлана, с вызовом и желанием глядя на старавшуюся злиться подругу, и, дразняще лизнув пальцы правой руки, задала не требующий ответа вопрос: - А ты будто нет? -

-- Хм, - Людмила покраснела еще больше и словно защищаясь отступила за высокую спинку кресла, отгораживаясь ей словно щитом.

Светлана рассмеялась и, усевшись на краешек стола, положила ногу на ногу, одновременно слегка откинувшись назад. Ее ироничный, уверенный взгляд и вздымающаяся грудь со все еще твердыми сосками приглашали, а влажный треугольник внизу заманивал.

-- Рассказывай! - Людмила, пытаясь не смотреть в сторону стола, потребовала доклада по результатам разведки.

-- Все как прежде: орки прут к границе, передовой отряд достиг первой черты, вернее прохода, но как мы и думали в глубь не пошел -- встал на ночную стоянку. За ним в 30 километрах боевая часть орды, тоже встали на отдых, как обычно их догнала вспомогательная часть орды -- все. -

-- Ничего не изменилось, численность авангарда, скорость движения всех частей (орды), направление? -

-- Нет: 20 тысяч в авангарде, скорость хода по степи все та же, идут куда нужно НАМ. -

-- Как думаешь, орда не может свернуть в последний момент? Ведь их разведчики крутились у других мест, где можно пройти. Теоретически могут начать ломиться прямо сквозь черты. -

-- Не накручивай себя, - Светлана потянулась за почти пустой бутылью вина, отхлебнула прямо из горла и добила остатки в кубок. - Если бы они хотели проломиться сквозь черты, то давно бы выслали отряд готовить проход -- такого отряда нет, значит сквозь черты они не пойдут -- точка. Другие проходы слишком далеко, да и если бы они хотели пройти другим путем, изменили бы направление движения 3-4 дня тому назад, а теперь им придется делать 70-ти или 100 километровый крюк. Зачем? -

-- Хорошо если так, - вздохнула Людмила. Аргументы подруги совпадали с ее собственными мыслями, да и с простой логикой тоже, но она все равно опасалась, что орки поступят не так, как ждут от них Драконы, и все их приготовления отправятся тушканчику под хвост. - Численность варгов удалось прояснить? - Людмила задала второй по важности вопрос -- воздушная разведка и она в том числе так и не смогли установить даже приблизительное количество всадников на гигантских волках, а ведь это было важно.

-- 3-5 тысяч, - легкомысленно ответила Светлана и отпив вина уточнила: - Скорее ближе к трем, чем к пяти. -

-- Ты уверена?! - ухватилась за ее слова Людмила, с надеждой уставившись ей в глаза.

-- Уверена, - сделала еще один глоток Светлана. - Но не сильно радуйся -- там такие зверюги, по сравнению с которыми мой Зубастик (маунт-варг) просто щенок! Наездники им под стать -- неизвестно кто из них опасней. -

-- Так и должно быть, - не удивилась ее словам Людмила, - варги носят только знать или самых удачливых и сильных бойцов, тех кто сумел выложить за покупку и обучение щенка немалую цену или получил щенка в виде выкупа. -

-- Тогда все, - Светлана допила кубок и изменив положение ног уже откровенно, на полную засверкала тем что между ними. - Может продолжим...? - предложила она и разочарованно выдохнула услышав в ответ:

-- Теперь давай мне подробности -- все что показалось тебе странным, необычным, заслуживающим внимания. -

-- Ладно, обломщица, - Светлана снова закинула ногу на ногу и, раз уж та не желала любви, дала подруге-командующей то, что та хотела: - Слишком много лошадей: я поняла бы три-четыре на брата -- заводные, вьючные, замена на случай потери боевой, но не 8-10!? Еще много женщин и даже детей, идут со вспомогательными частями и не воительницы, не шлюхи, а именно обычные степнячки. Если это семьи воинов идут с ними в поход, то наоборот мало -- почему одни взяли семьи с собой, а другие нет? Непонятно! Еще непонятка с шаманами (Людмила сделала стойку как гончаяя): их слишком мало, я видела сотню не больше -- сама понимаешь, на такую большую орду это крохи. Зато видела магов, гильдейских магов, в мантиях с амулетами и знаками, все как положено. -

-- Интересно, - Людмиле было действительно интересно, настолько что она забыла о обнаженно-манящих прелестях подруги. Паладинша бухнулась в кресло и, подтянув к себе несколько книг, открыла их на заложенных местах.

-- Что там? - заинтересовалась и Светлана, перемещаясь по столу.

-- Маги все орки? - вопросом на вопрос ответила не отрывавшая взгляда от страниц Людмила.

-- Да, все, не орков в орде нет, - подтвердила ее догадку Светлана и, увидев что та что-то поняла, вновь спросила: - Ну что? -

-- Возможно, только возможно, нам повезло и шаманы вишневых племен (именно эти племена угрожали клану) не одобрили поход и их нет в орде.-

-- Почему так думаешь, узнала из книг? - Светлана скучающе пробежалась глазами по густо исписанным страницам и неожиданно сунула ногу, вернее ступню Людмиле между ног. -

Та задохнулась от неожиданности, чувствуя как ее пытается унести сладкая волна, а телу так и хочется откинуться назад, раздвигая ноги все шире и шире, но она сумела преодолеть себя, перехватить коварную ногу за щиколотку и даже ответить на вопрос:

-- По записям тех, кто ведет с племенами Вишни дела, шаманы у них уже не имеют той власти как в других племенах: их активно пытаются потеснить маги -- те же орки, но прошедшие обучение в гильдии (Гильдии магов), и орден выделившихся из среды шаманов степных колдунов. Кстати, шаманы, что ты видела, это случаем не колдуны были? -

-- Откуда я знаю, - Светлана попробовала достать грудь подруги свободной ногой, но та тоже попала в жесткий захват. - Чем они друг от друга отличаются? -

-- Шаманы придерживаются традиций, а колдуны впускают в себя духов, почти как черныши в горах (Гоблинских горах), но в отличие от них не умирают, а так и живут с духами внутри, - Людмиле было тяжело давать урок и, одновременно удерживая брыкающиеся ноги, созерцать манящий наслаждениями треугольник недалеко от своего лица, но она старалась не отвлекаться -- то, о чем шла речь, было важно. -

-- Нет ты не поняла, - а вот Светлане игра доставляла искреннее удовольствие, хотя она не забывала и о деле. - Как они внешне отличаются, скажем одеждой?

-- Никак, - Людмила все поняла и дальнейшие слова подруги только подтвердили ход ее мыслей.

-- Тогда извини, но я не знаю шаманы это были или колдуны, знаю только, что кто бы это ни был, их мало. -

-- Могла бы и изучить наших врагов, - справедливо упрекнула подругу жрица, - нужной литературы полно. -

-- Куда уж нам простым рейнджерам, - усмехнулась Светлана и, воспользовавшись тем что руки Людмилы заняты, наклонилась вперед, уже своими руками обхватив ее голову. - Книжки для всяких жрецов вроде тебя, а мы другим сильны, - и не давая ответить поцеловала недовольно надутые губы, преодолела их сопротивление и просунула язык как можно более глубоко.

-- Тогда в следующий раз не буду поддерживать твои архитектурные проекты, - пригрозила Людмила между поцелуями, - хочешь быть неучем и бегать по лесам, бегай, но на большее не претендуй! -

Светлана только рассмеялась в ответ на ее слова и продолжая безобразничать попыталась стянуть мантию с ее плеч.

Людмила почувствовала что проигрывает и предприняла ответные шаги: резко рванула Светлану на себя, одновременно разворачивая ее животом и грудью на стол, добившись чего хотела, выпустила ноги, но навалилась сзади, прижав затихшую и полную надежд подругу к столешнице. Светлана надеялась не зря, а вот Людмила сделала только хуже -- столь плотный контакт двух жаждущих тел и в результате она не сумела сдержать себя, дрожащей рукой задрала мантию и легла-вбила себя в прогнувшуюся Светлану. Довольно долго в шатре раздавались лишь влажные тугие шлепки и парные вскрики. Через некоторое время и пару оргазмов Людмила пришла в себя, отстранилась, насколько могла оправила одежду и вернулась к допросу, а вновь усевшаяся голой попой на стол Светлана разочарованно вздохнула -- подруга-командующая все еще предпочитала любовным утехам слова.

-- Что-то еще? Еще что-нибудь бросилось в глаза? - хриплым голосом спросила Людмила, не поднимая глаз от стола, щеки ее пылали, а руки не могли сдержать остаточную дрожь.

-- Слишком богатенькие. Я помню добычу с сунувшейся полгода назад молодежи -- кольчуг единицы, в основном войлок, кожа и лакированное дерево, а здесь и сейчас сплошная сталь и железо, - ровным даже не дрогнувшим голосом пояснила Светлана. - У многих и кони защищены, конечно не как у наших броневиков (кавалеристов-заготовок), но у каждого второго конь в кожаном доспехе с кольчужными вставками, у некоторых есть нагрудники и стальные маски для морды. -

-- Плохо, - расстроилась Людмила, - такое вооружение и снаряжение может быть только у очень хороших воинов, а это значит, что орда сильней чем мы предполагали. Нужно рассказать Миримону и Айнону, заодно просвещу их про варгов и обрадую насчет шаманов... -

-- Не нужно, - остановила ее Светлана, - план все равно уже не изменить, а обрадовать можно и утром -- не критично, тем более с Миримоном я уже пересеклась и рассказала ему про движение орды. -

-- Надо, - Людмила попыталась пройти, но Светлана взяла ее за плечи и не пустила.

-- Хватит! Не изводи себя! Все что нужно сделано! -

Людмила была не согласна, и между подругами произошла почти настоящая борьба, на этот раз победительницей вышла Светлана, а гневно сверкавшая глазами Людмила оказалась прижата к столу.

-- Хватит! - вновь взмолилась-приказала Светлана и заключила подругу в плен своих рук. Немного грубовато, но с искренней страстью ухватила ее за волосы и, оттянув ее голову назад, начала целовать возмущенное лицо и пытавшиеся что-то сказать губы. -Хватит! Хватит! Хватит! - Светлана буквально затыкала рот поцелуями, не давая сказать ни слова. Такая тактика сработала лучше любых захватов, и вскоре Людмила с не меньшей страстью отвечала на поцелуй. - Хватит всей этой ерунды! - Светлана воспользовалась недолгим перерывом и, жарко прижавшись губами к уху подруги, озвучила свою позицию: - Сейчас я хочу только стонать под тобой и на тебе и чтобы ты тоже стонала! -

Подруги не размыкая объятий и не прерывая поцелуев словно закружились в танце, в котором вела обнаженная Светлана, вела свою одетую подругу, вела к спальному ложу и вскоре привела, но именно Людмила толкнула ее на постель. Какое-то время жрица стояла и смотрела на ждущее ее тело: на полное страсти лицо, на вздымающуюся в возбуждении грудь, на широко раздвинутые ноги и то что между ними. Насмотревшись, медленно и напоказ, давая подруге насладиться каждым мгновением, распахнула верхнюю часть мантии, спустила ее с плеч, развязала пояс и все также медленно помогла ткани соскользнуть на бедра, щиколотки, в конце-концов на пол. Распрямилась, давая жадному взору оценить красоту своего тела, длину ног, плоский живот, изгиб бедер, тяжесть груди и как завершающий штрих резко откинула голову назад, хлестнув пушистыми светлыми волосами по своей спине и попе. Светлана ответила на демонстрацию своей: облизала губы и провела руками по своему телу от груди до низа живота, а также шире раздвинула ноги приглашая. Людмила приняла приглашение и залезла на кровать, толкнула попытавшуюся обнять ее Светлану назад и полезла дальше и выше, но не касаясь трепещущего тела под собой. Остановилась, когда глаза смотрели в глаза, и только тогда медленно опустилась влажным треугольником волос внизу на жаждущий и мокрый треугольник, животом на живот, грудью, твердыми сосками на грудь и соски, дала вскрикнувшей подруге ощутить тяжесть ее тела на себе, осознать всю меру ее желания, сама ощутила биение сердца в другой груди, почувствовала низом живота биение пульса, двух пульсов, что с каждым мгновением становились одним, и лишь затем Людмила накрыла губами давно изнывающие в ожидании поцелуя губы. Больше в шатре не раздавалось слов, только крики и стоны и другие вековечные звуки страстной искренней любви.

Более часа напряженной любовной акробатики, животных грубостей и нежных ласк остались позади, и усталая телом, но отдохнувшая душой Людмила крепко прижимала счастливо уснувшую подругу к себе, целовала ее волосы и в полусне вспоминала, как это все у них началось...

Москва.

Шесть лет тому назад.

Людмила была пьяна и счастлива, не столько даже пьяна сколько счастлива, ну а алкоголь лишь добавлял приятной теплоты и легкости. Вечер прекрасно начался: она смогла надыбать проходки в новый модный клуб, на который облизывалась чуть ли не месяц, ну ладно неделю с небольшим, а так же зазвать явно пересидевшую за учебниками лучшую подругу с собой. Светлану нельзя было назвать ''синим чулком'' -- она умела отрываться и отдыхать, но иногда ее словно переклинивало на той же учебе или ее любимом руко-ного-дрыгомахании и Людмиле приходилось вправлять ей мозги. Ничего, она привыкла, как никак вместе с детсадовского горшка и до сегодняшнего дня, вернее вечера.

Итак вечер: продолжение оказалось не хуже чем начало -- клуб оправдал возлагаемые на него надежды, а Людмила сумела показать себя и урыла всех на танцполе. Урыла не способных толком ходить, не то что прилично танцевать дылд-блондинок (часто ''настоящих'' с крашенными в черный цвет корнями волос), урыла брюнеток, урыла рыжих как она, толстожопых мулаток, мода на которых последние годы гуляла по Москве, урыла тоже. Пара пустяков для той, кого с четырех лет отвели на балет, а ведь с двенадцати, когда она смогла решать сама, балет сменили брейк, контемп и хоп. Возможно и не стоило особо напрягаться -- ей не было равных в ту ночь, но как всегда Людмила выложилась по полной, едва не выпрыгивая из трусов, зато она буквально искупалась в восхищенных взглядах парней и завистливо-ненавидящих девчонок. Какой еще алкоголь?! Какие наркотики или даже секс?! То что она испытала, было во сто крат круче! Потом ей оставалось только выбирать из кружившихся вокруг них со Светланой самцов и отшивать тех из них, кто не сумел хоть немного зацепить ее внимание. Причем отшивать Людмила умела (врожденный дар), и большинство попавших ей на язычок предпочитали тихо засохнуть и побыстрей покинуть клуб, ну а над теми, кто избрал другой путь, совсем скоро уржахивался весь клуб -- опущенным ниже плинтуса тупым приставалам трудно будет найти себе подружек даже через год, по крайней мере здесь. Да, Людмила была девушкой жестокой, особенно в отношении парней: не понял с первого раза -- пожалеешь, вовремя не убрался с пути -- держись и не плачь потом. Впрочем нашла коса на камень, хотя по правде говоря, коса-Людмила и хотела найти тот самый камень, вернее парня на эту ночь, причем не только для себя, но и для не такой шустрой подруги. Нашла! Двое крепких спортивного вида парней под завистливые взгляды прочих обитателей клуба увели заводных девчонок в ночь. Точнее девчонки позволили себя увести и не в абстрактную ночь, а к заранее вызванному такси ( у каждого из парней была машина, у Людмилы тоже, но благоразумная Светлана настояла на такси). Поддатая веселая компания держала путь на хату к Людмиле, подаренную ей на шестнадцатилетие отцом, в головах гулял хмель, в телах желание и адреналин, а в планах.... хотя понятно и так -- ну что могут желать молодые здоровые парни от снятых девок, и на что напрашиваются не менее здоровые и молодые девки, пригласив двух понравившихся им парней к себе? Не пить же чай до утра и читать Тургенева? Все понимали что должно дальше произойти и не имели ничего против. Не в первый раз подружки снимали так парней, и как они считали в тот раз и не в последний. Радости быстро проходящей молодости во всей красе -- разве можно их в этом винить? Двух молодых горячих девок: одну яркую рыжую ведьму-зажигалку с зелеными колдовскими глазами и ногами от ушей и другую, не такую яркую и высокую, но красивую истинно классической красотой жгучую брюнетку со спортивным телом.

Начали еще на заднем сиденье такси, целуясь до распухших губ и давая волю рукам -- у грузина таксиста лезли глаза на лоб, непроизвольно потели руки и сохло во рту. Каким чудом ошалевший, косоглазый от увиденного в салонное зеркало генацвале сумел не разбить свою кормилицу непонятно, но ему, да и разошедшимся парочкам повезло -- видимо хранил их забавник-Амур и развратник-Эрос. Действительно только вмешательством этих богов и можно объяснить тот факт, что такси довезло-таки их в целости и сохранности, не протаранив по пути ни столб, ни чужой бок, да и менты, большие поклонники кавказцев и таксистов, пропустили вихлявший автомобиль.

Машина остановилась у самого подъезда и давным-давно кончивший в штаны таксист с красным как помидор лицом хриплым голосом потребовал оплату. Один из парней сунул ему кучку смятых бумажек и не дождался сдачи, хотя сунул раза этак в два больше чем нужно, но парню было не до того, и он скорее поспешил за уже покинувшими такси девчонками и приятелем. Не до того было и таксисту -- вроде бы взрослый солидный мужик не мог оторвать маслено блестевших завистливых глаз от почти не скрытых короткими платьицами девичьих тел, не мог забыть цвет трусиков, который он разглядел в салонное зеркало, когда парни-счастливчики по серьезному щупали своих подруг, не мог выбросить из головы картинку, где именно он, а не какие-то сопляки имеет рыжую и брюнетку на заднем сидении его ласточки-кормилицы. Видение оказалось столь сильным, что у мужчины заломило затылок и заболели яйца, чего не случалось с молодых лет. Впрочем чему тут удивляться -- в штаны он тоже в последний раз кончал примерно в те же времена, а тут прям как молодой! Некоторое время таксист смотрел на давно закрывшуюся дверь подъезда, затем вспомнил кто он, где он и сколько ему лет, горестно вздохнул, снял потертую кепку и почесал отгрызшую добрую половину волос плешь. Вскоре старый Гиви отправился домой, где его ждали давно остывшее лобио и давно уже не молодая, не красивая и не стройная жена с усами почти как у него. Сегодня Гиви удивил жену и впервые за полгода исполнил супружеские обязанности, благоразумно сумев оказаться наверху в самом конце недолгих любовных утех -- немалое достижение, а то ведь можно было и не проснуться по утру, все-таки 200 килограмм живого веса, это 200 килограмм!

Путь в четыре этажа занял у распалившихся парочек чуть ли не 10 минут, 10 минут сладострастных поцелуев, смеха, охов и скрипа перил, когда на них наваливались полные желания тела. Людмила радовалась за себя и за подругу, но за подругу больше -- Светлана полностью забыла про зубрешь, экзамены и другие подобные суперскучные дела и вовсю отжигала со своим сегодняшним кавалером, позволяя ему все, в том числе ласкать свою почти вывалившуюся из-под платья грудь. Как всегда Людмила позавидовала подруге -- грудь у той была хороша, каждая в два кулака величиной, идеальной формы и настолько упругая, что Светлане никогда не приходилось стеснять ее бюстгальтером -- в общем идеальная грудь. У Людмилы тоже была ничего и даже больше чем у Светланы, но до такого совершенства ей было далеко. А еще Людмила в очередной раз убедилась, что все мужики козлы -- второй из парней весь вечер не сводил с нее взгляда и клеился не хуже чем тот, что обнимает ее сейчас, однако только так сосется с ее подругой и лапает ее за грудь.

-- Хотя такую грудь грех не полапать, - подумала Людмила. Через секунду она забыла про подругу -- рука уже ее кавалера в трусах и его губы у нее на шее полностью переключили внимание девушки на себя.

Вот и дверь квартиры, потом короткий и узкий коридор, в котором смеющиеся парочки крепко потолкались попами, спинами и локтями, словно намеревались устроить четверничок. Но нет, никого квартета -- парочки разошлись: Людмила со своим кавалером направилась в спальню, где располагался ее личный сексодром -- большая четырехместная кровать; ну а Светлана со своим оккупировали гостиную, где имелся прекрасный раздвижной диван-софа, не такой роскошный и удобный, но в раздвинутом состоянии почти такой же большой. Лично подбиравшая и софу, и кровать Людмилина мать несомненно пришла бы в ужас, если бы узнала, ЧТО вытворяет дочь и ее подруга на любовно выбранных и подаренных вещах и сколько кавалеров те успели перебрать!

Людмила не на шутку завелась, а потому практически сразу сбросила на пол спальни платье и утянула парня к кровати, одновременно жадно сдергивая с него майку, восхищенно охнула на рельефную мускулатуру и четкие кубики пресса, позволила швырнуть себя на простыни и работая ногами помогла ему стянуть с себя трусы, а затем ожидающе-предвкушающе замерла, глядя как тот расстегивает джинсы. Вот парень одним движением стянул джинсы и боксеры с оскаленной мордой тигра впереди и... Людмила РАСХОХОТАЛАСЬ! Даже в возбужденном состоянии у красивого, здоровенного и перевитого мышцами молодого мужчины был как у 12-ти летнего пацана!

Удар по лицу! Может быть обладатель впечатляющих мускулов и небольшого недостатка и не хотел бить, тем более женщину, но место разума занял инстинкт, звериный инстинкт и давняя обида на судьбу, матушку природу, того, кто сделал его не таким как все. А потому ладонью по лицу посмевшей расхохотаться девицы!

От пощечины у Людмилы зазвенело в ушах, но она ответила в тот же миг! Мало кто осознает насколько сильны те, кто посветил танцам все свою жизнь -- так как хлестнула ногой несостоявшаяся балерина и вполне состоявшаяся хоперша смог бы ударить не всякий каратист. Если бы удар прошел куда нужно, то на этом бы все закончилось, но в пах она не попала -- попала в пресс, сильный накаченный пресс не пренебрегавшего качалкой здорового молодого мужчины.

Насильник вновь, теперь уже вполне осознано, ударил девчонку по щеке и, не дожидаясь нового более удачного пинка, навалился на нее сверху. Обида толкнула его на попытку доказать, что он не хуже других, доказать так, как подсказывали возбуждение и алкоголь, доказать помимо и вопреки воли оскорбившей его девчонки. Он ожидал сопротивления, в конце концов девица была здорова -- длинноногая баскетбольного роста рыжая оторва, да и вон как зарядила ногой (живот болел словно по нему с маху врезали битой!), однако парень рассчитывал на свою силу и массу. О том что будет дальше он не думал, хотя возможно думал, на что-то надеялся, наверное...

А вот чего он не ожидал, так это вцепившихся в щеку зубов и всунутого в ухо указательного пальца с длинным, острым ногтем на конце! Мужчина испытал дикую боль (остро заточенный, да еще позолоченный на конце ноготь надорвал ему барабанную перепонку) и, пытаясь избегнуть этой боли, скатился с кровати, невольно прихватив с собой свою мучительницу-жертву.

Хотя какую жертву?! Где вы ее тут нашли!? Покажите мне ее! Оказавшаяся сверху Людмила выплюнула кусок щеки и быстро-быстро заработала десятком позолоченных ''лезвий'' по лицу и пытавшимся защитить его рукам! Полилась реальная кровь и полетели куски кожи! Природные, ну немного доработанные в маникюрном салоне лезвия пластали руки, лоб, щеки, губы, шею, едва не прорезали защищавшие глаза веки и в любом случае оставляли даже не царапины, а плохо заживающие шрамы, некоторые из которых грозились остаться навсегда!

Но мужик есть мужик -- новый удар сбил озверевшую девчонку на ковер! Сбил, но не остудил ее пыл -- жесткая, буквально каменная пятка смазала насильнику по зубам и изорванным ногтями-когтями губам, буквально разрывая их в мясо!

На этот раз мужик с разорванной рожей ответил кулаком, и Людмила поплыла, а из носа у нее потекла кровь! Сознания она не лишилась, но на какое-то время потеряла способность сопротивляться и бессильно смотрела как ее обидчик встал и....

Пинок ногой в живот был силен...! Танцовщица успела сгруппироваться и избежать травм, но все равно несомненно будет синяк. Ну а пока она испытывала сильную боль. Насильник перевернул скорчившуюся Людмилу лицом вверх и занес кулак -- он больше не хотел ее трахнуть, да и после всего произошедшего вряд ли бы смог, а хотел избить, лучше убить бешеную, изуродовавшую его тварь!

Тяжелый мужской кулак так и не опустился на беззащитную девчонку -- нога другой девчонки врезалась насильнику в пах, то подоспевшая на звуки борьбы Светлана пробила ногой как футболист по мячу. А надо сразу сказать, в силу некоторых причин удар более изящной Светланы по силе практически не уступал удару Людмилы, а по резкости, жесткости и отработанности превосходил его многократно -- в общем лучше бы тогда попала Людмила, по крайней мере парень сохранил бы лицо. Теперь же он потерял сознание и как деревянная колода бухнулся на ковер -- вскоре его травмированный ''малыш'' подрос до нормального размера, но цветом стал напоминать абхазский баклажан.

-- Ты что делаешь, сука! - второй из парней схватил девушку, которую только что любил, за плечо и развернул ее к себе, одновременно занося кулак в богатырском замахе.

Бумс! Кулак, вернее кулачок Светланы оказался быстрей! Неожиданно злой удар заставил заиграть зубы парня как клавиши рояля, и он, ухватившись за рот обеими руками, отскочил в сторону, непроизвольно воя и роняя бегущую между пальцев кровь на ковер.

Светлана кинулась к подруге, по пути съездив лежащему в беспамятстве насильнику по роже ногой -- на всю комнату хрустнул сломанный нос, а отоваренный подонок зашевелился на ковре.

Светлана подняла подругу и усадила ее на кровать, осмотрела-ощупала лицо, так же ребра и облегченно выдохнула, не найдя переломов. Спросила про другое и с облегчением услышала, что нет, обладатель ''баклажана'' не успел, затем поднялась и повернулась к не оправдавшим надежды девушек парням: покусившийся на Людмилу кастрат стонал и ворочался на ковре, сжимая руками свое распухшее хозяйство, а бывший парень Светланы убедился в сохранности зубов и теперь злобно и решительно шагал на девчонок, по-боксерски подняв кулаки. Обнаженная Светлана улыбнулась-оскалилась недавнему кавалеру в глаза и уверенно скользнула навстречу...

С восьми лет боевое самбо, с десяти система РОСС, с двенадцати акватлон -- в отличие от ушедшей в прекрасный мир танца подруги Светлана избрала совсем другой путь и, несмотря на то что почти не участвовала в различных соревнованиях и сборах, достигла в нем немалых высот, то есть ушла по нему несколько дальше обычного любителя единоборств -- еще не профессионал, для которого его дело -- хлеб, но близко, очень близко...

Парень был здоров, силен, у него наличествовал неплохо поставленный удар, но против такой как Светлана он был НИКТО по имени НИКАК: на каждый его удар она отвечала тремя своими, и разница -- ее удары попадали в цель, а вот его -- нет, ни разу тяжелый кулак не коснулся особо и не уворачивающейся девчонки.

Светлана работала жестко, работала по этажам, работала в уязвимые точки, работала локтем, коленом и кулаком, а еще постоянно двигалась как могут только лучшие бойцы, ''текла'', струилась всем телом, и именно потому неуклюжие кулаки оппонента всегда прилетали не туда. Никаких ''длинных'' ударов вытянутой ногой, киношных вертушек, позерских ударов в прыжке, подсечек или попыток вступить в борьбу, только экономные короткие движения, быстрые, но не слишком, чтобы вложенная сила успела догнать удар и он не пропал зря.

Чуть больше минуты и парень упал, почти сразу встал, но тут же снова упал и больше уже не смог преодолеть боль избитого тела, не смог преодолеть появившийся страх, сжался в комок и жалобно попросил прекратить его бить. Если честно, разошедшаяся-озверевшая Светлана не желала останавливаться и неизвестно куда бы ее это завело, но вмешалась пришедшая в себя подруга и обхватив ее сзади оттащила от скулящего ничтожества.

Вытурить из квартиры нежеланных гостей оказалось не легко и нет, никаких агрессивных действий с их стороны не было, да и не могло быть, но один из них почти не мог ходить, не мог вытереть окровавленное лицо, ничего не соображал и постоянно порывался сблевануть, а второй боялся девчонок и при каждом их резком движении сжимался и скулил, двигаться ему тоже было тяжело как и видеть (заплывшие глаза). Но в конце концов скорее раздетые чем одетые ''гости'' с грехом пополам покинули ''гостеприимный'' дом, и Людмила заперла за ними дверь. Дальше пути-дорожки невезучих парней и верных подружек разошлись навсегда. Ну а тогда Людмила повернула собачку замка и только после этого позволила себе выдохнуть, облегченно прижавшись лбом к металлу двери. Болела щека и ныл живот, а еще ей хотелось плакать, плакать от облегчения и отпустившего ее страха перед тем что едва не произошло, но она пересилив себя повернулась к Светлане. Неожиданно Людмила увидела-поняла, что для той все случившееся так же не прошло даром -- Светлану трясло как загнанную лошадь, до стука зубов. Да, трясло, но не от запоздалого страха, а от зверской порции адреналина, которая продолжала кипятить кровь, наполнять мышцы тугой силой и будить угнетавшие разум инстинкты бойца.

Людмила обняла подругу, пытаясь ее успокоить и успокоится самой, прижала к груди и гладила по спине, шепча на ухо ласковые слова. Та тоже прижалась к подруге, уткнувшись ей носом в плечо. Так и стояли посреди коридора, утешая друг друга теплом своих тел, переживая стресс, адреналин и многое другое. Людмила ощущала невероятный душевный подъем, благодарность к подруге, а еще восхищение ее искусством. Светлана чувствовала, как дрожь в ее мышцах становится слабей, но не уходит совсем, а меняется на нечто другое. Через какое-то время они обе почувствовали что-то не то, еще успели изумленно глянуть глаза в глаза, а затем их обеих накрыл его величество оргазм, продолжительный, одновременный и невероятно мощный! Два тесно сплетенных тела едва не падая на пол буквально бились в объятьях как при эпилептическом припадке -- кипящий в крови перевозбужденных девиц адреналиново-эндорфиновый коктейль нашел точку приложения сил, и теперь уже совсем другой ''коктейль'' смешиваясь тек у обеих по ногам. Некоторое время отпрянувшие к стенкам коридора Людмила и Светлана смотрели друг на друга, чувствуя как внутри каждой из них растет горячая и всесметающая волна цунами. Практически одновременный шаг навстречу и поцелуй -- их первый настоящий поцелуй! Глубокий страстный поцелуй и объятья закончились тем, что более крупная Людмила прижала подругу к стене, Светлана обхватила ее талию ногами и.... новый еще более сильный ''припадок'' не заставил себя ждать!

Потом была постель, из которой они почти не вылезали целых два дня, ну а когда все же покидали раскаленные как песок в пустыне простыни, то как в топку закидывали в себя топливо в виде еды и возвращались к прерванному занятию. На эти два дня они забыли про внешний мир, про синяки Людмилы, про сбитые кулаки Светланы, для них существовала только постель и то что творилось на ней. Творилось в первый раз, но с каждым следующим разом, с каждым оргазмом, с каждым криком, движением тел, рук и языков они узнавали новое и радовались этим открытиям.

Все же силы даже настолько физически развитых девушек имели предел и через два дня им пришлось прекратить безумный секс-марафон и вернуться в реальный мир, к учебе, к друзьям и родным. Однако безумная ночь изменила их жизни навсегда.

*

Родителям подружек и в голову не могло прийти, что делают друг с другом их красавицы-дочери, когда остаются наедине. А внешне мало что изменилось: закадычные подружки всегда были не разлей вода, разве что теперь они, даже шебутная Людмила, больше времени отдавали учебе и меньше тратили на парней (по крайней мере так они говорили родителям). И все бы было хорошо, но примерно через год у Светланы начались странные, сперва не очень сильные головные боли, со временем они становились все сильней и чаще...

Шатер командующей.

Настоящее время (ночь накануне битвы).

Людмила чувствовала как ее уносит сон и не противилась ему, лишь поплотнее обвила подругу руками и ногами и как под одеяло подлезла под нее. Впервые за пять этих дней она смогла отрешиться от забот и пусть только на время, но сбросить с души непомерный груз ответственности. Вскоре влюбленная и любимая Людмила провалилась в сон, глубокий целебный сон до самого утра.

Глава 48

Территория между седьмой и восьмой чертой.

Утро дня страшной битвы.

Дрожала земля, обезумевшие от ужаса птицы заполонили небо, а в воздухе царил запах, НЕТ, вонь! Чудовищный духан конского пота, настолько густой духан, что от него слезились глаза, жухла трава и листья опадали с деревьев! Впрочем так и не успевавшая пожухнуть трава тут же вытаптывалась копытами сотен тысяч коней, как простых степных лошадей неопределенной породы, так и дорогих, статусных хаштра -- на земли клана Красного Дракона вступала огромная, грозная, считавшая себя непобедимой орда! Вступала-стелилась гигантской прихотливо изгибавшейся змеей в 14 километров длиной, чудовищем в сотню и больше едущих в ряд воинов -- без малого 300 тысяч хорошо одоспешенных орков на сытых, сильных лошадях, плюс двадцать тысяч в десяти километрах впереди и две с лишним тысячи в пяти километрах позади -- все вместе те самые ПОЛНЫЕ 300 тысяч, даже чутка побольше. Но и это еще не все: в нескольких часах пути позади плотных порядков конных воинов неторопливо двигалась вспомогательная часть орды -- еще многие и многие сотни тысяч лошадей, тысячи кибиток с женщинами, что захотели и смогли сопровождать своих мужчин в походе, знакомыми с ремеслом рабами и свободными ремесленниками-орками, припасами и продовольствием. Охраняли все это молодые орки-воины, пока не заслужившие честь сражаться в одном строю со своими отцами и старшими братьями; пленники-рабы, которым дали шанс заслужить свободу сражаясь; должники, что не считались за полноценных воинов пока не отдадут долг, и бедняки, посаженные на коней и вооруженные на средства своих более богатых и удачливых соплеменников -- всего под 100 тысяч таких. Казалось бы немалая сила, все-таки обучавшиеся с детства сражаться орки, но вот доспехи, оружие и кони большинства из них... кожа, войлок, лакированное дерево, очень часто костяные наконечники стрел, окованные железом палицы вместо мечей и секир, самое дешевое железо на копьях, а кони -- не то чтобы годное лишь в пищу мясо, но далеко не первый, не второй и даже не третий сорт. Однако все ж таки 100 тысяч бойцов! 100 тысяч стремившихся заслужить свободу, богатство и уважение орков, готовых ради этого на все -- не стоило их недооценивать.

Да, милостью богов, а возможно их попустительством орки были невероятно сильны и с полным правом могли считать свою орду непобедимой! Когда-то гораздо меньших сил хватило, чтобы смять, сокрушить, втоптать в пыль копытами коней некогда владевшие этими землями королевства: 3 королевства не сдались без боя, закаленные в битвах с варварскими племенами рыцари сражались каждый за пятерых, набранные из охотников лучники умели стрелять, стены замков и крепостей были крепки и высоки, патриоты-купцы жертвовали огромные суммы, патриоты-горожане и крестьяне тысячами записывались в ополчение, НО ничего не помогло -- все 3 королевства пали в огне и крови (истины ради следует все же сказать, если бы не одновременное вторжение варваров из чащоб, возможно, только возможно, королевства могли бы и устоять). Теперь же против орды не 3 могучих королевства, а поселившиеся в этих землях чужаки из дальних стран, достаточно сильные, чтобы уничтожить беззаконные банды, и достаточно глупые, чтобы принести горе ко многим орочьим очагам. Что может быть страшнее для родителей, чем потеря детей?! Погибших в чужом краю, не оставивших потомства, любимых детей!? Что!? Поход возмездия был неизбежен и горе накликавшим его на себя чужакам!

Орки прекрасно понимали, что приближение орды не удастся скрыть... Попробуй скрой ТАКОЕ!? Но не боялись чужих глаз -- пусть обреченные чужаки смотрят и готовятся к неизбежной смерти -- орду им не победить, как не сумели ее победить те, кто населял эти земли до них. А потому минимальная разведка и предельно быстрый темп -- орки не только не страшились битвы, а наоборот жаждали ее всем сердцем. Единственное чего они опасались, так это того, что кровники-чужаки попробуют сбежать, а потому так же стремительно как входит стрела в беззащитную плоть, так и орда вошла в разведанные проходы между черт и зазмеилась между ними, стремясь как можно быстрее вырваться на простор (перед первой чертой все орки орды пересели на свежих, хорошо подкормленных снадобьями коней ).

Вспомогательная часть орды еще не успела достичь даже первой со стороны степи черты, а ее боевая часть уже миновала восьмую, как настоящая змея проскользнув в разрыв между напичканными ловушками дубравами. Да, орки без потерь и невероятно быстро для такой массы воинов преодолели дырявый барьер, однако орда продолжила двигаться плотной колонной-змеей, лишь немного ''раздобрев'' -- многочисленные рощи, поросшие лесом холмы, болотца, мелкие речки и овраги сковывали привыкших к простору всадников и не давали орде растечься широким ''морем'' как было бы в степи.

''Бойся своих желаний, потому что они могут сбыться'', так гласит народная мудрость, и это действительно МУДРОСТЬ с большой буквы М -- орки не ошиблись насчет внимательных глаз, только вот было их не десять, не сто и не тысяча, а гораздо, гораздо больше, да и столь желанная орками битва началась не совсем, вернее совсем не так как им виделось и хотелось, являлось в сладостно-мстительных мечтах...

Запах огромной массы лошадей еще стоял в воздухе почти видимым туманом, а от конских какашек на намертво вытоптанной земле еще подымался вполне реальный дымок, когда разрыва в последней черте достиг двух с половиной тысячный арьергард. Следовавшие по стопам орды орки арьергарда не ожидали подвоха, вернее ожидали, но только не со стороны совсем недавно прошедшей этим же путем орды. Опыт подсказывал им, что любой, кто убоялся бы напасть на основную орду и набрался храбрости напасть на них, напал бы сзади или с боков, напал бы так, чтобы иметь возможность отступить, когда орда придет на помощь своим, и никогда не поставил бы себя между молотом и наковальней (ордой и арьергардом). Так вот они ошибались, не учли наглости-уверенности Драконов, не учли их знания местности, не могли себе предположить, что Драконы ничуть не боятся орды и рассчитывают уничтожить арьергард ЦЕЛИКОМ до последнего орка. Да, орки ошиблись и не успели и глазом моргнуть, как на них летел ужас легкой степной конницы -- латные воины на больших, мощных, УЖЕ РАЗОГНАВШИХСЯ конях -- летел с опущенными в ожидании удара копьями!

Орки испытали шок... и немедленно все как один бросили коней вперед, навстречу накатывающемуся ужасу! Молодые воины не осознали, что на них надвигается смерть, а просто увидели врага и в предвкушении драки пришпорили коней, старые опытные воины все поняли правильно, но не могли бросить молодняк, да и мгновенно просчитали, что от удара не уйти, не на такой мизерной дистанции -- попытаешься, сделаешь только хуже и умрешь позорной смертью, получив копье в спину как трус! К тому же и у тех, и у других наличествовало присущее только настоящим воинам желание любым способом убить врага, а если не получится, то хотя бы умереть пытаясь! Орков много кем можно было назвать, но слабаками и трусами -- никогда!

Прежде чем разогнавшаяся латная конница и только разгонявшиеся орки столкнулись, по латникам побарабанил град из метательных копий и ножей. Бесполезно! Как броском камня снизу вверх попытаться остановить упавшую с десятого этажа бетонную плиту -- дротики и ножи бессильно отскочили или сломались о толстые латы. А вот вырвавшиеся вперед редкие всадники на варгах добились определенного успеха! Пускай неожиданно ловкие латники всегда ловили на копья распластавшихся в прыжке гигантских волков, пускай зачастую копье пробивало не только варга, но и седока, пускай! Однако массы тела огромного зверя всегда хватало, чтобы сломать копье внутри себя, смять-подмять латника вместе с мощным конем и, ломая клыки о сталь, вцепиться последней смертельной хваткой не важно куда, наездники варгов тоже не спали -- страшный размен один за одного!

Дикий грохот, ор и звон -- две конные массы столкнулись лоб в лоб!

Дальше потери несли только орки -- на поле боя царили длинное копье, броня, разгон могучих коней! И ни опыт немалого количества битых жизнью и врагами степняков, ни замечательные почти разумные хаштра ничего не могли этому противопоставить. Будь тяжеловооруженных всадников в два раза больше, все бы закончилось в несколько минут, а так часть орков сумела не попасться на копье и избежать прямого столкновения. Уцелевшие орки брызнули в сторону как вода из-под тяжелого ботинка и тут же как водится у любых кочевников, любых рас, стран и миров попытались закрутить вокруг неповоротливой, потерявшей разгон бронированной конницы смертельный хоровод.

НЕ ТУТ-ТО БЫЛО! Во-первых, крепкие латы коней и всадников оказалось не так чтобы легко пробить! Нет, можно конечно, но нужны особые луки и особые стрелы -- ни того, ни другого у пока еще живых воинов арьергарда не нашлось под рукой. Что же касается возможности попасть в уязвимое место лат, например в глазную щель, то этот фокус не так просто провернуть на полном скаку. Нет, тоже можно, но в любом случае понадобится много времени и стрел, если ты конечно не эльф, впрочем эльфы НИКОГДА не стреляли из луков сидя верхом. Ну а во-вторых, страшные бронированные конники являлись лишь малой частью основного войска, в котором имелось немало, да что там, МНОГО стрелков, и большинство тех стрелков превосходили орков во всем.

Сегодня видимо был такой день -- этим конкретным оркам не удавалось ничего: не удалось предугадать засаду, не удалось взять за жизни товарищей достойную цену, не удалось с толком потратить стрелы и метательные копья и как апофеоз и последняя точка, им не удалось сбежать. Дорогу к боевой части орды перекрыли полсотни игроков на маунтах, их петы и 3 сотни спешенных эльфов-стрелков, чьи стрелы уже начали собирать с орков урожай. Дорогу же в степь перекрыли 500 также спешившихся и растянувшихся в цепь спецназовцев.

Оркам пришлось выбирать... Орки ошиблись и выбрали спецназ...

Вполне простительная ошибка -- редкая цепь доспешных здоровяков пугала их куда меньше, чем несколько сотен эльфийских лучников, к тому же поддержанных конными бойцами и боевыми животными. Откуда оркам было знать, что спецназовцы -- те же эльфы?! Доспехи скрывали расовые черты, а габариты спецназа подошли бы скорее даже не людям, а горным оркам, и уж точно могучие фигуры не походили на худосочных и невысоких потомков фейри. Короче, орки ошиблись и до бронированных бугаев с эльфийскими луками в руках не доскакал ни один из нескольких сотен пошедших на прорыв всадников.

Еще до того как добили последних орков, на поле уже произошедшей и еще только предстоящей битвы показались головы нескольких огромных колонн. Последние словившие стрелу хаштра еще кувыркались в траве, последние орки еще харкались кровью, не желая подыхать, а вокруг, заглушая хрипы и предсмертные проклятья, начинал набирать оборот деловитый перестук топоров и киянок, звучали рабочие команды, ржали впряженные в подводы рабочие лошади и волы, скрипела сталь, трещало дерево, стонала под штыками тысяч лопат земля -- в общем обычная рабочая суета. Хотя нет, не совсем обычная, а словно ускоренная в несколько раз -- зелья выносливости, зелья силы, зелья ускорения в крови у КАЖДОГО рабочего заготовки, хорошие, дорогие зелья.

Особняком стояли зомби, которых невозможно было так накачать, однако и зомби шевелились не хуже заготовок -- присутствие в армии клана Королевы Мертвых давало немало преимуществ помимо чисто боевых. Каждый временно зашустривший зомби тащил на спине связку 3-х метровых кольев, а в руках держал лопату или кирко-мотыгу, свой основной рабочий инструмент. Перед самой битвой зомби сдадут лопаты и получат оружие -- в основном всякий трофейный гоблинский хлам, но пара тысяч возьмут в руки специально для них полукупленное-полусделанное оружие -- копье с полутораметровым толстым древком и широким в пол руки длиной наконечником из самого дешевого железа. Наконечники -- специальная поставка через игровой квартал Узла (несколько сотен тысяч штук такого говна выбросил на игровой рынок подсаженный на вполне реальные бабки распорядитель), древки сработали заготовки-универсалы клана, они же занимались сборкой оружия. К сожалению нельзя объять необъятное, и клан не сумел, вернее не успел, а еще вернее слажал, и зомби остались без предназначенного для них оружия, впрочем на фоне остального, не такой уж и великий косяк. Что же касается груза кольев, то представьте-посчитайте сколько кольев могли приволочь 10 тысяч зомби, учитывая что каждая связка 4-5 штук. Представили? А теперь удвойте это число -- еще столько же кольев привезли на подводах и притащили на своих плечах не задействованные в уничтожении арьергарда пехотинцы-заготовки.

Огромный, налаженный, еще и подстегнутый зельями и магией механизм функционировал без сбоев, задержек и остановок. Группа из нескольких сотен игроков, спецназовцев, эльфов-стрелков прошлась по мертвым оркам делая контроль; за ними другая группа из нескольких сотен универсалов, эти собирали оружие и седельные сумки; третья группа, тоже универсалы -- мертвые тела орков; четвертая группа, опять универсалы -- конские туши. Одновременно тяжеловооруженные всадники получили новые копья и развернув коней отправились туда, откуда началась их всесметающая атака, отправились они не одни, а вместе с отрядом из двух сотен эльфов-стрелков и полусотней игроков. Одновременно тысячи заготовок и зомби под руководством игроков начали копать, разгружать подводы, собирать рогатки и ежи, городить засеку из кольев, устанавливать походные шатры, разводить костры, на которых кипятили наполненные металлические котлы с герметично закрытыми крышками и много-много, МНОГО чего еще. Не спали и маги -- бафы, бафы и еще раз бафы: на подходившие подразделения боевых заготовок, на занятых делом универсалов, на игроков, на зомби, на засеки, на рогатки, на ежи, на землю под ногами, на воздух, которым все дышат, на все. Вскоре возникло несколько масштабных перекрывающих друг друга лечебных и усиливающих пологов. Ну и конечно же многочисленные разнонаправленные магические щиты, в основном от неприятельских стрел и от враждебной магии. Друиды клана не принимали участия в подготовке поля боя между двух чащ -- как раз таки чащи и стали местом приложения их сил: и без того густой, напичканный ловушками лес прямо на глазах превращался незнамо во что -- в страх, в ужас, в воплощение ночных кошмаров не только для не любивших лес степняков, но даже для опытных лесовиков. Тут надо сразу пояснить: целых пять дней друиды клана что называется ''окучивали'' лес: убрали часть мешающих ловушек, вылечили все недуги деревьев и кустов, принесли жертвы лесным духам и богам (в том числе и кровавые), закопали, магическим способом погрузили в кору и корни, разместили в ветвях, в листве тысячи напоенных силой амулетов и вот сейчас пожинали плоды своего труда, превращая обычный лес в воплощенный кошмар, несокрушимую преграду на пути степной орды.

*

То что сейчас получилось у друидов на голову превосходило похожие живые укрепления в Хлебной долине, причем, и это важно, друиды обошлись почти без помощи магов других школ.

*

Орки подарили Драконам час, час чистого времени, драгоценный час, за который Людмила готова была поцеловать оркских вождей в их клыкастые татуированные хари. Только спустя драгоценный час со стороны ушедшей орды показался несущийся во весь опор отряд -- завязшая в полосе замедления орда все еще рвалась вперед, но уже начинала понимать, что позади нее происходит что-то не то.

Семь сотен верховых орков, казалось бы это немного, но семь сотен орков верхом на варгах -- совсем другой расклад, совсем-совсем...

Ну а что же игроки, заготовки и зомби? А ничего: универсалы и зомби как работали, так и продолжали работать, полностью игнорируя накатывающий на них смертоносный вал из стали и клыков, вперед неторопливо выдвинулся небольшой отряд спецназа и как-то вяло начал постреливать из луков.

Со спины бегущего варга нельзя пустить стрелу и в этом, только в этом, варги уступали коням, а потому орки не могли ответить спецназовцам тем же, но зато рычащая волна стремительно катилась вперед, и пусть орки платили жизнями за каждый метр, они не без оснований рассчитывали взять свое с лихвой.

-- Только бы добраться и посчитаться! - думал каждый орк, слыша свист стрел и видя смерть товарищей, а еще их обижало пренебрежение универсалов -- какие-то землекопы не разбегаются с визгом как должны. Варги ничего не думали и ни на что не обижались, просто хотели поскорей погрузить клыки в плоть.

Орки ошибались -- ими вовсе не пренебрегли: разведчик на грифоне вел их от самой орды, отрядом ''ленивых и вялых'' спецназовцев командовал лично Миримон, еще три отряда спецназа готовы были прийти на помощь собратьям и четыре отряда эльфов-стрелков присоединиться к залпу, несколько сильных магов готовились применить особое колдовство, а сигнал расположившимся в засаде конным латникам подала лично Людмила. Оркам не стоило так бездумно рваться вперед, рваться прямиком в расставленную ловушку...

Раз! Во след оркам вылетела получившая приказ латная конница. Тяжелые обремененные собственными латами и латниками кони не могли соревноваться с гораздо более быстрыми варгами, но любая задержка и нагонят в один момент! В свою очередь все внимание орков приковал к себе ''обижавший'' их спецназ, и они не обращали внимания на то, что происходит у них за спиной.

Раз! Поток стрел рывком увеличился едва ли не на порядок! Если бы орки нарвались на такое в самом начале атаки, то предпочли бы повернуть назад, но теперь было слишком поздно и им ничего не оставалось как испить горькую чашу до конца.

Раз! Перед взвизгнувшими варгами вспыхнула огненная стена, и орки не успели осадить своих зубастых скакунов -- умные звери сами не пожелали лезть в огонь и тормозили изо всех сил, часто кувыркаясь по траве вместе с седоками! Иллюзорная огненная стена была хороша, как и все высокоуровневые иллюзии -- возможно иллюзорный огонь и не смог бы убить (хотя как знать), но от дикого жара стягивало кожу, тлели волосы и шерсть, а пробудившийся инстинкт требовал бежать подальше.

Раз! Латники догнали не по своей воле остановившихся орков и врезались в них на полном скаку! Все точно так же как и с арьергардом: длинные копья, масса коней, броня, разгон.

Раз! Сквозь прямо на глазах терявшую силу иллюзию ринулись не меньше тысячи спецназовцев -- воздух наполнился низкоуровневыми молниями, огненными шарами и метательными ножами, вскоре пришло время мечей.

Через несколько наполненных болью и смертью минут все было кончено. Однако семь сотен всадников на варгах это семь сотен всадников на варгах -- даже такие покоцанные, деморализованные, зажатые с двух сторон они заставили Драконов заплатить суровую цену в сотню с лишним латных кавалеристов и почти полсотни спецназовцев. Особенно прошедшегося по месту схватки Миримона впечатлили разрубленные надвое тела в латах и тяжелых пластинчатых доспехах (спецназ), разрубленные с одного удара, а в случае кавалеристов разрубленные вместе с конем. Миримон тогда подумал про себя: если хотя бы каждый десятый воин орды окажется способен на такое, то им (Драконам) не победить -- не помогут инженерные заграждения, мины, грифоны, магия и любое количество эльфов-стрелков.

Как бы то ни было, орда вновь сделала подарок игрокам -- еще 45 минут чистого времени на подготовку. Все десять тысяч зомби отправились рыть рвы -- три параллельных рва со стороны клановых земель, по три с лишним тысячи зомби на ров. Эти рвы являлись одновременно простой и в то же самое время довольно хитрой штукой: не особо глубокие и широкие, разве что длинные от чащобы до чащобы, но зато каждый ров чуть отличался от другого шириной, не более чем на метр и внешне почти незаметно (особенно из далека), но отличался; с пространством между рвами творилась похожая чехарда, 7 метров между первым и вторым и 5 между между вторым и третьим -- со стороны тоже не очень заметно, а вот в бою, когда перепрыгнувшие второй ров кони будут брать разбег... чтобы перепрыгнуть еще более широкий ров....! ''Невинная'' хитрость гораздых на выдумки Драконов. За рвами занимались ''посадками'' саперы-игроки, ''садили'' не особо густо, но и не жмотились, прикапывая в землю взрывающиеся разнообразнейшей хренью гостинцы, в основном простого, но надежного нажимного действия.

*

Производство мин в клане Драконов давно поставили на поток, но все равно хронически не успевали за постоянно растущими нуждами. Недавний технологический прорыв в серийном производстве литых изделий и доступ к очень качественному углю должен был в перспективе удовлетворить ВСЕ нужды с большой лихвой, но прорыв произошел несколько дней назад, так что Драконы вынуждены были обходиться тем что есть -- предельно ограбленными после ухода армии клана арсеналами, небольшим неприкосновенным запасом и тем, что обезлюдевшие мастерские клана выдали за 15 спокойных дней (с момента ухода армии клана) и пять дней дикого аврала. Образовавшийся дефицит покрыли за счет покупок в Узле, покривились, но покрыли. И нет, Драконы кривились не из-за денег, хотя цены на такой товар кусались, и не из-за качества купленных изделий, просто игроки клана давно уже привыкли к более грубым, тяжелым (в смысле веса), внешне неказистым, но гораздо более мощным изделиям клановых мастерских.

*

Сразу за минным полем вольготно раскинулся настоящий лабиринт из намертво и с большим наклоном вкопанных в землю заточенных кольев, ''ежей'' из кольев поменьше и ''всадников'' (испанских рогаток). Хотя нет, еще не раскинулся, но усилиями трудолюбивых заготовок раскидывался в настоящий момент. И вновь как и со рвами довольно хитрое, хотя и не новое решение: вместо нескольких сплошных линий полевых заграждений возводился лабиринт, в который атакующие враги могут зайти и даже по оставленным проходам продвигаться к цели... постоянно подставляя под стрелы обороняющихся то один, то другой бок, а то и спину. Если же атакующие захотят ломиться напрямик, то... Welcome! Под теми же стрелами им придется ломать-рубить-оттаскивать с пути на совесть связанные ''ежи'', рогатки, намертво вкопанные колья, плюс пока не накинутые на заграждения колючую проволоку, прочные морские канаты, сети и пророщенные друидами кусты. Да, пускай пытаются -- счастья им и удачи -- она им понадобится! В некоторых местах рукотворного лабиринта имелись такие ли заманчивые прорехи, что как бы приглашали срезать путь -- путь без кольев, ''ежей'' и рогаток... зато щедро усеянный активно копаемыми волчьими ямами или в будущем не менее щедро усыпанный ''чесноком'' (не тем медным убожеством, что клан использовал в Гоблинских горах, а стальным). Совсем скоро и ямы и ''чеснок'' скроют под собой хорошие долговременные иллюзии и снова Welcome! Такой вот лабиринт -- прекрасная ловушка-держалка-крововыжималка для соблазнившейся конницы, да и пехоте в нем придется нелегко.

И лишь за рвами, минным полем и лабиринтом находились непосредственные позиции войск, пока не занятые воинами, но отнюдь не пустые -- тысячи универсалов готовили землю к предстоящей битве. Казалось бы, ну что можно сделать с землей, с вполне обычной землей? Разве что засыпать ямы и срыть бугры. Пожалуй что и все? Ан нет! Драконы подошли к делу с размахом и выдумкой -- не просто выровнять почву, чтобы воином было легче держать строй и сражаться, а с помощью земли из копаемых рвов создать почти незаметный уклон -- оркам придется атаковать снизу вверх, тратя чуть-чуть больше сил, а воины клана смогут бить под уклон и благодаря этому их удары станут чуть-чуть сильней. Нехитрая задумка и совсем небольшое преимущество, но если можно сделать, то почему бы и нет, в конце-концов землю из рвов все равно пришлось бы куда-то девать. Пока что в ход шли только лопаты в руках тысяч умелых универсалов, но совсем скоро пойдут массивные полевые катки, каждый из которых тянула четверка волов -- катки еще больше уплотнят и разровняют почву.

*

Вообще-то подготовка земли началась за сутки до битвы: универсалы вырубили все деревья и кусты, немного покорчевали корни и вынули из земли особо крупные валуны. Потом по земле прошла орда и немного облегчила универсалам работу, вытоптав всю траву.

*

Своего часа дожидались не только обычно используемые в сельском хозяйстве катки, но и сотни больших мантелетов или по другому осадных щитов, довольно редких гостей в полевом сражении. И снова, зачем они Драконам, особенно когда есть магические щиты? Неужели маги Драконов сомневались в своем искусстве или считали оркских коллег сильней себя? Вовсе нет и на первый, и на второй вопрос. А что касается мантелетов, то опять, а почему бы и нет? Группа из семи-десяти таких вот больших и труднопробиваемых стрелами щитов послужит прекрасным укрытием для раненых, для лучников, которым нужно сменить лопнувшую тетиву, в конце-концов для исчерпавших резерв маны магов, да и мало еще для кого. Кстати, сделанные из дерева мантелеты не требуют маны для работы -- поставил и забыл, а вот о магических щитах так не получится сказать.

На используемых Драконами конструкциях следует остановиться особо. Ведь что такое обычный мантелет? Поставленная на колеса или жестко закрепленная на земле стена-экран из досок, горизонтально набранных бревен или других доступных материалов, иногда покрытая сверху мокрой шкурой от зажигательных стрел -- недорого и вполне надежно. Спрашивается, чего тут можно улучшать? Однако Драконы как всегда нашли и улучшили, используя собственную смекалку и знания Земли -- драконий мантелет не просто мантелет, а более сложная двуслойная конструкция. Первый слой -- массивный щит 3x4 метра, сколоченный из толстых досок или вертикально сбитых жердей, а то и на скорую руку избавленных от веток не ошкуренных стволов молодых деревьев. Иногда вместо дерева использовалась стальная плита толщиной в 5 сантиметров (сотню таких плит привезли из цитадели). Пока все обычно -- щит устанавливали в боевое положение и заводили упор-бревно. Второй слой, второй экран был полегче -- более тонкие горизонтально набранные жерди, связанные прочными веревками, иногда настолько густо обвязанные теми самыми веревками, что из-под них не видно было дерева -- почти такое же хорошее препятствие для стрел как и первый щит. Специальные пазы позволяли устанавливать второй легкий щит поверх тяжелого первого и в результате получить искомую конструкцию -- два слоя, два щита, между ними пустое пространство примерно в ладонь толщиной. Иногда это пространство так и оставляли пустым, но бывало туда запихивали наполненные землей мешки, такие же мешки вешали поверх конструкции, в ход шли и трофейные ручные щиты убитых орков арьергарда и даже снятые с них доспехи подешевле. И еще: то тут, то там на дереве мантелетов белели свежевырезанные руны, которые немножко (хотя смотря кто вырезал) добавляли щитам прочности, устойчивости к огню, способности противостоять магическим ударам и всего остального в том же духе.

За еще пока не занятыми позициями расположился основной лагерь. Ну что о нем сказать? Лагерь как лагерь: шатры, повозки, лошади у коновязей на сотни голов, снова повозки и снова шатры. Всюду игроки и заготовки, всюду царит рабочая суета: куда-то тащат кипы безразмерных сумок и обычных мешков; несут многочисленные вязанки стрел и дротиков, те кто несут, несут осторожно, стараясь не поцарапаться об отравленные наконечники и тех, и других; в предназначенных под санитарные пункты шатрах уже оказывают помощь раненым (''пообщавшиеся'' с волчьими всадниками латники и спецназовцы); суетятся у поставленных на огонь котлов алхимики; маги проводят ритуалы; куда-то гонят коней; воины-пехотинцы проверяют-чистят оружие; готовят луки эльфы-стрелки; что-то волокут; что-то катят; куда-то бегут или идут; кричат; командуют; готовятся -- в общем жизнь кипит, битва приближается, все как всегда.

Но вот обширный и шумный лагерь подходит к концу и... и новая линия укреплений, на этот раз обращенная в сторону степи. Все здесь вроде бы похоже -- те же рвы, мины, колья, ''ежи'', рогатки, ''чеснок'', но в то же время кардинально отличается -- все сделано под другую тактику, другое оружие, других бойцов. На этот раз минное поле впереди основных позиций и только за ним ров, поглубже и пошире чем те, что с противоположной стороны лагеря, но всего один, а не три, зато сюрпрЫз -- дно рва щедро, даже чересчур щедро усыпано ''чесноком''. За рвом опять полоса засеянной минами земли, не широкая полоса, но полста метров наберется. После ''горячей'' полосы идут ''ежи'', рогатки, вкопанные колья и много ''чеснока'' -- деревянных заграждений гораздо меньше чем с той стороны, но количество наверченной на них колючей проволоки и рассыпанного вокруг и между ними ''чеснока'' внушает уважение. Потом снова 50-ти метровая ''горячая'' полоса из ''жидкомордых'' покупных мин, затем полсотни метров внешне чистой, прикрытой нетронутой травой земли и начинаются позиции стрелков. 12 отдельных позиций, 12 ''лестниц'', расположенных в один ряд. Первая ''ступень'' каждой из ''лестниц'' -- бруствер из двух досок в пол пальца толщиной, между ними полметра хорошо утрамбованной земли. Высота бруствера те же полметра -- немного, но вставшего на колено арбалетчика прикроет до середины груди, одновременно бруствер послужит прекрасной подставкой для его оружия, экономя силы и повышая точность стрельбы, да вдобавок болты можно выложить на бруствер как на стол, только руку протяни. В пяти метрах позади находится вторая ''ступень'', второй бруствер: та же земля, те же доски, только бруствер уже метровой высоты, однако расположившимся на этой позиции арбалетчикам не придется стоять -- позади бруствера идет широкая и устойчивая ступень-банкет. Еще пять метров назад и новая, последняя ''ступень'', последний бруствер, ровно на полметра выше второго: опять земля и доски, опять ступень-банкет, единственное отличие -- банкет расположен слишком высоко, но не беда, есть удобные и многочисленные приступки из чурбаков. Ступенчатые позиции предназначались для не самых лучших, но зато многочисленных стрелков, для вооруженных арбалетами универсалов. Каждая из ''лестниц'' могла принять до 600 стрелков (по 200 на ''ступень'') всего 7200 арбалетчиков на 12 ''лестниц''. Неплохой такой ''залпик'', да и на дистанции до полкилометра универсалы уверенно поражали ростовую мишень. 15 таких залпов и каждый охранявший обоз орк получит по персональному болту из тяжелого, способного пробить латный доспех арбалета. Но и это еще не все: в промежутках между лестницами расположились еще 2000 арбалетчиков-универсалов и полтысячи стрелков из фейри, а позади встали десятки вышек с гораздо более серьезным оружием чем пускай и мощный, но ручной арбалет.

*

Невысокие, но устойчивые, неожиданно легкие, а главное довольно быстро собираемые и разбираемые вышки когда-то охраняли дорогу между старой цитаделью и строившимся городом. Потом дорогу убрали, вышки разобрали и вместе с разделившими их судьбу станковыми арбалетами отправили пылиться на склад. И вот быстровозводимые и при том неплохо защищенные конструкции вновь радовали мир своим видом, на каждой из них встал старый друг -- приписанный к вышке станковый арбалет и новые знакомцы -- два универсала обслуги. Всего сорок две вышки -- сорок два способных пульнуть на километр станкача. Кроме того между старых заслуженных вышек появились сварганенные на скорую руку новички, не такие продуманные и устойчивые, не такие легкие в сборке, не такие защищенные, но зато гораздо более массивные с широкой и длинной платформой -- на каждого из восьми новичков можно было впихнуть 4 , а то и 6 станкачей. Но никто не впихивал -- вместо станкачей встали хоть и не большие, но самые настоящие баллисты, как и станковые арбалеты ''подарки'' Гоблинских гор. Баллисты били не намного дальше арбалетов, но зато били способным пробить сразу семерых воинов копьем. На каждой из восьми свежесделанных вышек по две баллисты и по три универсала при каждой из них, опытных универсалов, уже стрелявших из этих самых баллист в Гоблинских горах.

*

Неудивительно что при таких серьезных позициях, таком количестве стрелков и метательных машин Людмила не особо опасалась атаки со стороны степи и могла полностью сосредоточить свое внимание на более опасной части орды.

Внезапно, в самый разгар работ, на правом фланге раздался шум. Даже не шум! ГРОХОТ множества взрывов и сотрясение самой земли! Невероятно длинная цепь разрывов протянулась казалось под самый горизонт и дальше! Внешние эффекты взрывов, землетрясения и обрушения поднятой в воздух земли предсказуемо остановили работы -- все, и игроки, и заготовки машинально отвлеклись и уставились, разглядывая сплошную стену пылевых столбов, лишь равнодушные зомби продолжали копать как ни в чем не бывало. Через мгновение стена начала таять, рассеиваться, оседать, и зрители смогли увидеть, что оседает не только поднятая взрывами пыль, но и сама земля осела внутрь себя, и до того же самого горизонта поросшую лесом равнину расколола чудовищная щель. Совсем скоро игроки и универсалы забыли про щель и вернулись к прерванным занятиям -- время поджимало, подаренный судьбой и орками академический час подходил к концу.

*

Черви квелья -- удивительные существа, а если их ОЧЕНЬ много, то удивительные втройне. Драконы не считали всех оказавшихся в их распоряжении червей, но если бы все же сумели подсчитать, то сами бы поразились их числу -- более двадцати четырех миллионов взрослых особей -- больше чем жило во всем Великом лесу, больше чем во всем Серединном мире и это еще не считая нескольких тысяч, которых Драконы оставили на развод. Все было достаточно просто: маги Земли определили подходящее место, заготовки прорыли первоначальный туннель на нужную глубину, маги Жизни накачали червей силой и вызвали у них прямо таки неестественный жор, а друиды управляли прожорливой массой из миллионов белых ''землекопов''. Вот так и получился ров, хотя нет, не ров -- ров слишком слабое определение того, что образовалось когда сработали сотни неглубоко зарытых фугасов, что вскрыли нетронутый червями слой земли на поверхности и дали мощный толчок мертвой, взрыхленной и больше не скрепленной никакой органикой породе в глубине -- получившийся результат скорее можно было назвать пропастью, чудовищным разломом в земле, но никак не рвом. Простимулированные магией черви начали гнить еще до того, как закончили работу и умерли все до одного после, но не беда -- в результате этой жертвы клан надежно обезопасил свой правый фланг. 50-70 метров в ширину, 120-140 метров в глубину и десятки километров в длину -- вот каким был образовавшийся разрыв в земле. Единственный способ его преодолеть -- построить хоть магический, хоть обычный мост. Но есть целых два вопроса: первый -- смогут ли оркские колдуны и маги построить магический мост? Именно магический, потому что обычный придется строить много дней, если не недель, да и есть большое сомнение, смогут ли косорукие степняки, еще и гордые воины вообще хоть что-то построить без инструментов, без мастеров, без рабов. Второй вопрос -- как на любое строительство посмотрят Драконы? И еще для справки: перерезанная рукотворным провалом речушка не сумела сразу же наполнить его водой, но через час дно скрылось под слоем мокрой грязи, к полудню грязи было уже по колено, к вечеру по пояс, к утру следующего дня по горло.

*

Без внимания Драконов не остался и левый фланг -- ╬ всех запасов мин послужили адекватной заменой рукотворной пропасти, плюс уже знакомые вышки со станковыми арбалетами наверху, не так много как на позициях со стороны степи, но достойно, вполне достойно. Комбинация, хотя скорее тандем из мин и тяжелых способных за километр пробить любой доспех арбалетов надежно обеспечивал левый фланг. Между густыми, обширными минными полями и вышками лежал ''чеснок'' и щербилась редкая засека, других укреплений не было, разве что невысокий и недлинный частокол, прикрывавший от флангового обстрела позиции со стороны степи.

Уже на исходе крайне плодотворной сорокапятиминутки одновременно взлетели и ушли в сторону степи два десятка грифонов. Людмила получила ментальное сообщение: вспомогательная часть орды подходила к первой черте, а двухтысячный передовой отряд из вспомогательных частей, что двигался по четкому следу боевой орды, уже прошел половину расстояния до второй. Нет, Людмила не боялась за хорошо прикрытый тыл, но пока не началась главная битва спешила нанести как можно более мощный удар по слабейшей части орды -- потом, когда начнется основное ''веселье'', такой возможности может и не быть.

Однако оставим пока грифонов в покое и сосредоточим свое внимание на лагере и основных позициях, где также началась суета. В результате ни универсалы, ни зомби не прекратили заниматься своими делами, однако из лагеря выдвинулась примерно тысяча спецназа и три тысячи эльфов-стрелков -- 4 тысячи превосходных эльфийских лучников, у каждого в руках отличный лук, а за спиной и на поясе по три колчана. Выдвинулись и споро промчались по утрамбованной земле, рассыпавшись десятками ручейков миновали почти достроенный лабиринт, вновь соединились и по специально оставленным проходам преодолели минное поле и достигли рвов. Именно рвы со все еще копошившимися в них зомби и стали границей выдвижения стрелков. 3 почти отрытых рва и 10 тысяч вооруженных лопатами живых мертвяков страховали стрелков на случай если что-то пойдет не так.

Спецназовцы и эльфы-стрелки построились для боя и застыли в грозном, готовом ко всему молчании, перед ними так же молча вкалывали мертвяки, а за спиной пытавшиеся игнорировать происходящее универсалы и ремесленники-игроки. У универсалов лучше получалось претворяться.

Пара минут все-растущего напряжения и вот они -- те, из-за кого и разгорелся весь сыр-бор... 10 тысяч орков на резвых коньках и с готовыми к бою луками в руках -- легконогие посланцы тяжело ворочавшейся-разворачивавшейся боевой орды!

Исчезновение арьергарда и почти тысячного отряда волчьих всадников не послужило для орков уроком -- вся многотысячная конная масса с улюлюканьем понеслась вперед, растоптать, убить, ограбить тех, кто осмелился встать у них на пути! Орки были в своем репертуаре -- их ничуть не озаботила численность врагов, их ровный как по линейке строй, рвы, копошащиеся в них зомби и явно дорогие доспехи воинов первых рядов. Как говорится: ''Кто не хочет учиться, того не научить'' -- орки пока не хотели.

Неподвижные как каменные истуканы спецназовцы и эльфы-стрелки спокойно ждут отмашки от игроков...

Орки достигли незримого рубежа, на котором их уверенно доставали эльфийские лучники и эльфийские луки, пересекли его и продолжили испытывать судьбу!

Заготовки стоят и ждут....

Орки ярятся, впадают в боевое безумие, жестоко шпорят безответных коней, выкрикивают ругательства и боевые кличи, просто орут от избытка чувств!

Заготовки стоят и ждут приказа.....

Первые ряды надвигавшейся клыкастой волны пустили стрелы в полет, скорей пугая чем рассчитывая не то что попасть, даже добросить стрелу до все также неподвижных рядов их врагов!

Заготовки стоят и ждут, а вот офицеры-игроки нервничают и все чаще оглядываются назад, туда откуда должен прийти приказ......

Завывающая волна все ближе, стрелы начинают падать в ров, втыкаться в равнодушных и продолжавших копать зомби, втыкаться у самых ног застывших в первых рядах спецназовцев!

Заготовки стоят и ждут... Игроки ругаются... Сигнала от Людмилы нет как нет.......

Масштабная волна из нескольких тысяч стрел рухнула прямо на неподвижные ряды и... сгорела в огненном мареве -- маги клана как всегда на высоте!

Но даже это не остудило пыл борзых посланцев боевой орды -- орки все также неслись вперед и рвали тетивы, бездумно опустошая отнюдь не бесконечные колчаны!

И вот оно!!! Сигнал от командующей! Сигнал, который мгновенно продублировали офицеры-игроки! Сигнал, по которому тысячи асимметричных эльфийских луков приняли на тетивы тысячи стрел и в мгновение ока отправили их в полет! В полет к напоенной ненавистью и яростью волне!

Орки передних рядов успели увидеть и понять, кто молча машет лопатами во рву и кто спускает тетивы луков! Это было последнее что они увидели в своей жизни...

Первый же залп эльфов сработал не хуже бетонной стены! Той самой стены, в которую на полном ходу врезалась разогнавшаяся живая волна! Мгновенно образовался вал из мертвых и бившихся в агонии тел орков и коней, и этот жуткий, сочащийся кровью вал постоянно ширился и рос в вышину!

Живые орки из задних рядов пытаются отвечать, их стрелы долетают до ровных рядов эльфов... и бессильно сгорают в мощных щитах, сгорают все до единой. Зря, очень зря среди посланцев орды не затесалось даже одного самого паршивого мага или колдуна. Некоторые из орков соскакивают с коней и пытаются помочь подмятым убитыми лошадьми товарищам, другие пережидают падающие стрелы под поднятыми над головой щитами. Десятитысячная масса бойцов тает как снег поздней весной!

Эльфы-заготовки добили первый колчан и взялись за второй....

Орки окончательно перестали отвечать -- их колчаны показали дно, а потрошить колчаны погибших соратников и собирать стрелы эльфов не с руки -- это вам не ягоды-грибы под дождем собирать, и вообще, еще живые орки надумали тикать. Надумали только сейчас, наконец-то осознав, что происходит, вернее УЖЕ произошло.

-- Сдулись клыкастые, не потянули! - цинично подумал руководивший одним из подразделений Полдон, но в последующих его мыслях мелькнули нотки обычно несвойственной ему жалости: - А кто бы потянул!? - Рейнджер был прав -- эльфы всегда превосходили орков в умении кидать стрелы, на дальность, на скорость, на точность, ну а в таких прямо скажем невыгодных для орков условиях превосходство эльфов стало абсолютным. Боя не было, а была профанация, избиение младенцев, тренировка по неспособным ответить мишеням -- захлебнувшаяся кровью атака была обречена с самого начала.

Да, орки сдулись и погнали коней назад, но эльфы это эльфы, тем более когда им можно не торопясь добить колчан до конца, добить по спинам бегущего врага -- назад понеслось почти две тысячи орков, а скрылось сотни три, да и то у половины из них торчали ''гостинцы'' в спине. Людмила не соблазнилась и никого не отправила в поле собрать хабар и добить подранков -- до самого подхода орды из-под груд мертвых тел раздавались жуткие стоны умирающих орков и жалобное ржание искалеченных лошадей. Впрочем Драконам было не до них -- они пытались успеть.

Тем временем два десятка летунов достигли второй со стороны степи черты и пары разведчиков. Командир летунов с удивлением, но и злорадством обнаружил, что разведчики не утерпели, не удовольствовались ролью простых наблюдателей и без приказа ''пообщались'' с передовым отрядом вспомогательной части орды. Два грифона, четыре игрока, четыре бомбардира-заготовки на две с лишним тысячи орков -- казалось бы не сопоставимые силы (?), но орки даже не видели своих врагов (чары маскировки), не то что могли бы им как-то повредить, а у наездников-игроков имелись заполненные до краев жезлы и сколько угодно мощных бомб. Короче, совсем коротко: к подлету посланных Людмилой сил авангард вспомогательной орды перестал существовать -- частично уничтожен, но большей частью рассеян между первой и второй чертой.

Отряды из 20-ти и 2-х грифонов встретились над изломанной взрывами и усыпанной трупами землей, пару минут пообщались, а затем разлетелись в разные стороны. Нарушившие приказ разведчики отправились к основному лагерю получить от Людмилы втык и похвалу, пополнить боезапас и вернуться к скучным, но жизненно необходимым обязанностям наблюдателей. Ну а двадцатка летунов оставила за спиной черты и ''поприветствовала гостей'' из степи, объяснила им, кто они есть на этом свете, и к кому пришли, щедро ''попотчевала'' их разнообразными гостинцами, в общем порезвилась от души...

Валялись трупы, горела степь и перевернутые кибитки, дети рыдали над телами матерей, а матери выли над телами детей, разбегались испуганные лошади, очумевшие всадники носились, пуская стрелы в небо наугад, а бойня длилась и длилась, и длилась, до полного истощения довольно вместительных сумок, и лишь затем оставившие за спиной хаос и смерть летуны-Драконы отправились в обратный путь порадовать пославшую их жрицу бога войны. Навстречу им уже летела двойка наблюдателей.

*

Именно столь мощный налет на многие часы деморализовал вспомогательные силы орды, потом тамошние орки конечно собрались и попытались помочь своим, но об этом позже.

*

Драконы с толком воспользовались новым подарком слишком медлительной орды и не потратили ни одной минуты зря:

Через двадцать минут полностью закончили позиции со стороны степи и лабиринт полевых заграждений на противоположной стороне лагеря.

Через тридцать минут зомби закончили три хитрых рва, а игроки и универсалы закончили ''шпиговать'' минное поле за рвами. Сквозь оставленные в минном поле проходы потянулись извилистые ручьи мертвяков, а по достроенному лабиринту пошли специальные команды из игроков и заготовок, все одеты в толстую кожаную одежду, такие же перчатки и сапоги, на лицах кожаные маски со стекляшками на месте глаз, в руках здоровенные котлы. Такие же команды появились и у инженерных сооружений со стороны степи. Команды макали большие кисти в котлы и не жалея мазали густой зеленоватой массой любые деревянные поверхности, а еще из больших деревянных леек поливали стальной ''чеснок'' так же как крестьяне поливают его живого тезку, но поливали отнюдь не водой (после битвы одежду, кисти и лейки уничтожили, а котлы сурово прокалили).

Через сорок минут лагерь словно запылал от вспышек буквально всех существующих на свете цветов и нескольких не существующих на реальной Земле, то маги и друиды накладывали последние самые мощные бафы. Меж рядов преклонивших колена воинов заходили неписи-жрецы и белый свет благословений гармонично вплетался в общую разноцветную феерию. К ступеням-брустверам потянулись первые универсалы с арбалетами, те же универсалы на вышках настраивали станкачи и баллисты. Зомби дисциплинированно сдавали рабочий инвентарь и получали боевой. На подготовленной для боя земле строилось войско клана: сперва эльфы-стрелки, потом пехота, потом спецназ, потом опять эльфы-стрелки, ну и вкраплениями игроки с питомцами и маунтами, отряды абордажников из морских людей встали в резерв.

И вот послышался отдаленный гул, сперва робкий, практически терявшийся на фоне шумного лагеря, затем все более, более, более громкий, привлекающий к себе внимание, заставлявший трястись землю и быстрее бежать кровь по венам. Чуть позже появился запах, почти выветрившийся запах орды, он становился все сильней, подменяя собой все другие запахи, как будто битва запахов орды и клана предваряла настоящую битву -- запахи орды побеждали и теснили Драконов по всем фронтам. Присказка закончилась -- приближалась сказка! Страшная, клыкастая, конная, злая сказка из сотен тысяч жаждущих крови оркских рыл.

И вновь ''Кто не хочет учиться, того не научишь'' -- вожди орды могли бы задуматься о судьбе арьергарда и двух уничтоженных отрядов, вернее не могли бы, а были обязаны, тем более несколько сотен орков ушли и рассказали КАК все произошло. Да, могли и обязаны, но НЕ ЗАХОТЕЛИ, а потому ВСЯ огромная орда просто катилась вперед без всякого плана, без строя, без ума, рассчитывая только на массу, напор и ярость, катилась на рвы, мины, лабиринт из полевых заграждений, катилась под меткие эльфийские стрелы...

И все же КАК орки шли! Как они шли -- загляденье! Дрожит земля от сотен тысяч ударов копыт, дрожит воздух от дикого ора сотен тысяч глоток, сталь доспехов и обнаженных мечей горит под лучами солнца, еще ярче горят глаза сжимающих оружие воинов! Атакующая орда -- удивительное и завораживающее зрелище, достойное пера великого живописца! Казалось бы какие рвы, мины и дерево заграждений -- разве вся эта мелочь сумеет остановить ВОТ ЭТО?! Да никогда! Орда легко перелетит рвы, похоронит под собой мины, сметет презренные деревяшки и в мгновение ока сомнет жидкий строй врагов... так действительно казалось какое-то время, только вот это было не так! Совсем не так!

Ныне многочисленные эльфийские лучники не ждали орочьих стрел, а начали с запредельной для степняков дистанции, раз за разом вбивая в приближавшуюся конную массу залпы не менее чем в 6 тысяч стрел, ну а маги игроков делали все для того, чтобы и без того смертоносные тучи отравленных стрел стали еще смертоносней. На этот раз эльфийских лучников было больше, да и маги Драконов не ограничивались защитными чарами, но и над наступающей ордой раскинулось одеяло из щитов, лоскутное с большими прорехами, местами не очень мощное, местами быстро истощавшееся, иногда пропускавшее подобно дырявой крыше в дождь, однако какая-никакая защита -- лишь каждая третья эльфийская стрела достигала оркских рядов, и не обязательно она пробивала прочный доспех или ручной щит. Вскоре дела у эльфов пошли получше -- часть магов-игроков ударили непосредственно по щитам, но практически одновременно орки достигли дистанции, с которой могли отвечать, и в воздух взлетели буквально тучи их стрел. Стрел было по-настоящему много, настолько много, что Драконам едва ли не в прямом смысле приходилось ''сражаться в тени'', ну а искусно сделанные, довольно мощные и щедро подпитываемые маной щиты Драконьего войска трещали, стонали, мерцали и временами ''текли''. В общем не скажешь, что баш на баш, все-таки орки теряли каждую минуту сотни бойцов, а Драконы вообще не несли потерь, но как бы то ни было, эльфийские лучники не могли остановить приближавшуюся орду.

Волна атакующей орды скрыла под собой невысокий вал из мертвых и умирающих тел -- стоны и ржание смолкли навсегда, а копыта коней окрасились кровью...

Первые раненные среди боевых порядков Драконов -- несколько стрел не только сумели проскользнуть сквозь войсковые щиты, но и найти слабые места в доспехах. Спецназовец и два эльфа-стрелка сами поковыляли в задние ряды, еще одного эльфа несли универсалы медицинской службы...

Оркские маги и колдуны попробовали снять щиты над войском Драконов... Что тут сказать? Не по Сеньке шапка! В свое время гораздо более многочисленные и искусные шаманы гоблинов даже не пытались провернуть такой вот трюк, а вот орки рискнули, понадеялись на гильдейскую выучку своих магов и заемную силу подселенных духов. Ни того, ни другого оказалось недостаточно, мало того, просчитавшиеся оркские кудесники не только без всякой пользы потратили массу маны, но и ослабили защиту орды, и разумеется маги Драконов воспользовались просчетом -- потери орков от стрел рывком возросли...

И все же несмотря ни на что, огромная конная масса стремительно катилась вперед, катилась-катилась и... докатилась! То что не смогли сделать тысячи эльфийских стрел, легко сотворили не особо глубокие и широкие рвы, почти что канавы в земле!

Нет, сперва казалось что орду не остановить -- тысячи всадников, тысячи хаштра взяли первый ров без проблем, и лишь немногие оказались во рву, в основном те, кто скакал в битву на обычных лошадях.

Второй ров собрал на порядок больше жизней -- слишком маленькое пространство для разбега, и сам ров оказался шире чем ожидали те, кто преодолел первый из рвов, а ведь любая задержка -- гибель и не только для не справившихся всадника и коня, но и тех кто за ними.

Но и второй ров не смог остановить орду, а вот третий смог -- еще меньше пространства для разбега, еще шире сам ров... Самое ужасное, разогнавшиеся всадники не могли остановиться, даже если успевали осознать происходящее, но многие из них так и не успевали до самого конца.

Орда сложилась как гармошка -- от последнего третьего рва пошла цепная реакция, и вот уже второй заполнен до краев, заполнен стонущей, воющей биомассой, в которую беспрерывно падают-влетают все новые всадники, вскоре и первый постигла та же судьба. Многие орки еще живы и даже с целыми не сломанными при падении костями, но их уже не спасти -- не расколет башку конское копыто, прикончит упавшая стрела или раздавит туша навалившегося сверху коня, или, и это хуже всего, ты просто задохнешься под придавившей тебя массой тел.

Передние ряды гибли во рвах и между ними, а задние пытались развернуть коней и не могли из-за страшной скученности. Куча-мала впереди, затор позади и на все это безобразие падает и падает безжалостный, беспрерывный, беспощадный дождь эльфийских стрел. Универсалы с запасными колчанами сбиваются с ног, но успевают обеспечить всех стрелков, спецназовцы и эльфы-стрелки работают в комфортном для себя темпе: не частят, экономят силы, берегут луки -- функционирует налаженный конвейер смерти.

И все же сотни самых искусных наездников, на самых лучших хаштра сумели перескочить и третий ров... и тут же влипли в минное поле, но к чести орков ни один из них не повернул, даже когда куски взорвавшихся на очередной мине товарищей летели им прямо в лицо. Самые отмороженные и удачливые из упрямцев дошли до деревянного лабиринта и изорванные осколками части их тел повисли на остриях рогаток и ''ежей''.

Там же.

Через некоторое время.

Орде понадобилось довольно много времени для того чтобы отойти, скорее отползти, теряя каждую минуту сотни бойцов и во много раз больше оставляя за спиной, пускай те и молили о помощи, пытаясь спихнуть с себя тушу коня или ползли за ордой подволакивая сломанные ноги. Результат безумной атаки -- вал из мертвых тел в два человеческих роста высотой, вал на месте забитых под завязку рвов! Сколько точно забрала у орды первая атака доподлинно было не известно, но абсолютно точно это десятки тысяч бойцов, десятки тысяч тех, кто всегда сражался в первых рядах -- лучшие воины, обладатели лучших коней, оружия и доспехов -- НЕВОСПОЛНИМАЯ ПОТЕРЯ! Благодаря случаю, судьбе, богам, но не осознанным усилиям вождей орды, волчьи всадники не участвовали в этом обреченном безумии и потому не понесли потерь.

Час, целый час орда зализывала рану и готовилась к новой атаке. Однако не стоит думать, что вождям орды пришлось речами пробуждать в воинах убежавшую храбрость или подобно гоблинам накачивать их наркотой. Нет, рядовые воины рвались вперед, рвались отомстить и смыть с себя позор отступления, смыть кровью тех, кто заставил их отступить и бросить на поле битвы товарищей, отцов, братьев и сыновей. Однако на этот раз орки, хотя скорее все же вожди, усвоили урок и не собирались повторять так дорого им обошедшихся ошибок. Ну а пока, чтобы Драконы не скучали, их развлекали многочисленные отряды конных стрелков, с предельной дистанции пускавшие стрелы в надежде на волю ветров и колдовского искусства степных колдунов. Еще от основной орды отделился 30-ти тысячный отряд -- сам по себе хоть и маленькая, но полноценная орда, и двинулся вдоль черты, спеша обойти неприступную колдовскую чащобу, найти удобное место для прорыва, прорвать черту и зайти Драконам во фланг и в тыл -- хороший план... если бы не наблюдатели в небе.

Драконы тоже не спали, а готовились к новому раунду и заодно как могли препятствовали каверзам орды: эльфийские лучники ответно ''угощали'' конных стрелков, и надо сказать, у эльфов получалось лучше, как и у прикрывавших их магов -- орки постоянно несли потери, эльфы-стрелки в общем-то тоже, но орки намного больше и в основном убитыми, а не раненными; параллельно малой орде отправился отряд из двадцати рейдов игроков -- немалая потеря для войска Драконов, но Людмила на нее пошла. Всего 20 рейдов, меньше 2-х сотен игроков, конечно не смогут разбить 30 тысяч конных воинов, но не дадут им спокойной жизни, не дадут легко взломать черту, не дадут в полную силу ударить армии клана во фланг и заставят постоянно оглядываться по сторонам и назад... по крайней мере Людмила на это рассчитывала, но одновременно напряженно думала, кого можно вырвать из основных порядков войска, если такая атака все же произойдет. ''Пошалившие'' в степи грифоны вернулись как никогда вовремя, и после короткого отдыха половина пополнивших запасы летунов отправилась вслед за рейдами и малой ордой, а остальные готовились ''шалить'' над основной ордой.

В целом общая ситуация складывалась в пользу Драконов: боевая орда понесла достаточно чувствительные потери, вспомогательные силы орды тоже и находясь в беспорядке не могли побеспокоить тылы армии Драконов; в свою очередь Драконы практически не понесли потерь, а главное, на их стороне играло время -- пусть орки и не догадывались об этом, но каждый упущенный час тяжелой гирей падал на чашу весов победы Драконов, пока еще таких гирь маловато для того чтобы 100% победить, но это пока...

Часовой перерыв подходил к концу: орки выстраивались для новой атаки, что характерно атаковать они собирались в пешем строю, лишь пара фланговых отрядов конных стрелков поддержат пехоту валом из стрел. Впрочем разве могло быть иначе? Результат глупости вождей не оставлял им другого пути, все-таки даже хаштра не смогли бы взять высокий вал из тел и конских туш, особенно на полном скаку. Скорей всего варги сумели бы его преодолеть, но обжегшиеся вожди дули на воду и не собирались рисковать своей главной ударной силой. Вот когда спешенные воины сойдутся с врагами грудь в грудь, проверят путь, уберут деревянные преграды, тогда и только тогда придет время гигантских волков и их свирепых хозяев, а также всей остальной конницы орды. Ну а пока пехота -- десятки тысяч воинов в хороших доспехах, с хорошим оружием в руках, прикрытых довольно мощными, а не наспех и на ходу созданными щитами, построенных в некое подобие боевых порядков людей, хорошее подобие -- орки этой орды часто набегали на земли людской расы и уважали их отборную пехоту. На флангах два десятитысячных конных отряда с двумя колчанами у седла.

*

Лишенная доступа к обозу орда уже начала ощущать голод, не голод желудка, а голод стрел -- безумная атака, когда по позициям Драконов без счета выпускали тучи стрел, и плотная часовая перестрелка с ними же сильно истощили запасы орды, для этой атаки стрелы нашлись, возможно найдутся и для следующей, а вот что будет потом...?

*

Орки уже могли бы и начать, но ждали фланговый удар пошедшей в обход малой орды. Ждали зря: 30-ти тысячная орда с потерями сумела проломить черту, прибить пол-десятка оборонявших ее рейдов, разогнать остальные (отогнать на время), покорчиться под ударами с воздуха, но все же выйти во фланг Драконам... А вот дальше дело застопорилось: передовой отряд без всякой видимой пользы сточился на минах, по основным силам малой орды лупили станковые арбалеты с вышек, да и забавники-летуны с душой гондошили с небес. Ладно арбалеты и бомбы, но орки просто не понимали, как убрать смерть из земли, немногочисленные колдуны и маги пожимали плечами, что-то бормотали про алхимиков и ловушки воров. Броситься всей массой вперед и надеяться, что смерть в земле кончится раньше чем кончатся воины? Возможно так и следовало поступить, но вождь малой орды решил по другому и повел своих воинов сквозь остальные черты в степь, туда, где можно пополнить запас стрел, где можно сменить лошадей, где его малая орда станет ядром для ста тысячного вспомогательного войска. Благие намерения -- всем известно куда ведет вымощенная ими дорога! Для всей боевой орды и всех орков степи было бы лучше, если бы вождь избрал первый вариант -- да, он потерял бы половину, а то и больше своих воинов, но зато в самую сердцевину лагеря ворвались 12-15 тысяч свирепых бойцов и против них встали бы только полторы тысячи пеших абордажников, 3 сотни тяжелых конных латников и все. Ах да, еще универсалы -- почти десять тысяч здоровяков-ремесленников, НЕ ВОИНОВ. Кто бы в этом случае победил не знает никто кроме богов и Судьбы.

Однако все было как было -- основная орда так и не дождалась удара во фланг.

Вождь малой орды думал, что сберег своих бойцов от бессмысленной смерти, а на самом деле привел и повел их по очень тяжелому и полному той же смерти пути: рейды повисли на орках как борзые на ляжках медведя, не давая им ни на секунду вздохнуть, грифоны также не оставляли их своим ''высоким'' вниманием. Орки десятками гибли на ловушках черт, сотнями от стрел, магии и клинков бойцов рейдов и тысячами от ударов с небес. И все-таки несмотря на усилия многих заинтересованных сторон, бомбы, стрелы, жезлы, магию и ловушки на пути, орки прорвали все линии-черты и вырвались в родную степь! Главной причиной почему оркам удалось, а игрокам не удалось положить их всех, стало число прорывавшихся орков, ну и недостаток времени у грифонов. Да, орки прорвались... 7 тысяч из 30, на смертельно усталых, часто раненых конях, впрочем в этом смысле всадники были не лучше своих скакунов.

*

Усталые и раненные кони -- тоже мне проблема -- орки легко могли их заменить. Однако главная беда ускользнула от сумевших достичь степи воинов -- они конечно прорвались, но, НО, на ЗАРАЖЕННЫХ конях! Именно поэтому, когда победившие Драконы преследовали-потрошили вспомогательную орду, они не досчитались огромной части добычи -- степь буквально покрыл ковер из дохлых конских туш. Спасти удалось лишь несколько тысяч хаштра, на которых хватило лекарств, и чуть больше десятка тысяч не заразившихся обычных лошадей (хотя возможно оно и к лучшему -- если бы Драконам достались многие сотни тысяч лошадей, они бы просто не знали, что с ними делать ). Степь только кажется пустынной со стороны -- такое количество бесхозного мяса привлекло хищников, птиц, грызунов, монстров, других разнообразных тварей едва ли не с половины огромного травяного моря, и все они устроили себе пир на весь мир! Один пир плавно перетек в другой, когда на такое количество тухлого и живого мяса пожаловали сразу несколько орд степных троллей. Тролли жрали мертвых коней, жрали позарившихся на тухлятину живых обитателей степи, жрали друг друга -- в общем вели себя как всегда. Третий пир случился на третью ночь, когда обожравшиеся тролли уже сожрали все что могли и разогнали не съеденных конкурентов по степи -- на следующее утро степь снова устилали, но не конские туши, а целые внешне, но без мяса и костей внутри тела троллей. Страшно себе представить того или тех, кто ВСЕГО за одну ночь сумел завалить и сожрать 60 с лишнем тысяч степных троллей. Хотя нет, лучше их себе не представлять и даже не думать о таких, а то вдруг услышат твои мысли и придут...

*

Как уже говорилось ранее, орки слишком затянули с атакой, хотя уже построенные в боевые порядки спешенные воины орды готовы были двинуться вперед в любой момент, точно так же мощные конные отряды на флангах едва успокаивали возбужденных коней и сами нервно дергали тетивы натянутых луков. Колдуны и маги орды вложили немало сил в щиты и теперь ругались -- потраченное на ожидание время = бездарно потраченная мана. Колдуны, вожди, простые воины ждали малую орду, ждали, ждали и дождались! Но не флангового удара, а атаки с позиций Драконов!

На мгновение середина вала из мертвых тел налилась малиновым цветом ... и взорвалась! Разорванные страшным взрывом куски долетели едва ли не до инстинктивно подавшихся назад воинов орды. Не успели куски разорванных тел упасть на землю как в образовавшийся проход начала проталкиваться масса атакующих с метрового диаметра щитами в руках, а над валом взлетели стрелы и устремились к орде, за первым залпом последовал второй, третий, пятый, десятый, двадцатый...

Все происходило слишком быстро, слишком как для вождей, так и для простых не обремененных властью воинов, и если атаку орки вполне успевали осознать и подготовиться, то залпы с неправдоподобной даже для эльфов дистанции за считанные мгновения преодолевали расстояние до орды и падали на ее воинов один за другим. Падали не на прикрытые мощными щитами готовые к атаке отряды впереди, а чуть ли не в середине орды, на абсолютно не ожидавших такого воинов, ничего не понимающих воинов, которые чувствовали себя в полной безопасности и просто не успевали сообразить поднять над головой ручной щит. Какие-то мгновения, секунды, короткие наполненные непониманием и смертью минуты и орки понесли страшные, неприемлемые потери, но главное, на несколько минут вожди потеряли управление внезапно захлебнувшейся кровью ордой...

*

Тысяча скрытых за валом из мертвых тел эльфов-стрелков выпустили по колчану невероятно дорогих дальнобойных стрел и быстро, но без суеты отступили сквозь мины и лабиринт к основным позициям -- стрелы, каждая из которых стоила едва ли не дороже чем выпустивший ее эльф-стрелок, были потрачены не зря.

*

Ненадолго оставим дезорганизованную орду и повнимательней приглядимся к воинам Драконов, к тем безумцам, что всего двухтысячным отрядом решились атаковать превосходящего их так этак в 100 с лишним раз врага. Кто же это такие?! Храбрецы с горячими не знавшими страха сердцами?! Или все же безумцы с соломой вместо мозгов?! Ни те, ни другие -- две тысячи зомби бежали по трупам мертвых орков в сторону орков живых. Ни доспехов, ни даже обычного самого ''мусорного'' оружия, лишь имитирующие его дубины и сучья. Правда был нюанс, абсолютно нехарактерный для живых мертвецов элемент снаряжения -- щит, пускай грубо и наспех сколоченный, пускай жутко неудобный, пускай из одного часто неподходящего и сырого дерева, но самый настоящий щит. Оснащенные щитами зомби с совсем несвойственной этому виду немертвых скоростью бежали к орде и, прежде чем орки сумели восстановить порядок, пробежали половину разделявшего два войска расстояния.

Еще до того как фланговые отряды конных лучников получили соответствующий приказ, многие из них пускали стрелы по немертвым воинам клана, а когда получили, ''вжарили'' по-настоящему! 20 тысяч луков, 20 тысяч очень неплохих лучников и по два полных колчана у каждого из них -- зомби пришлось нелегко! Вообще-то живой мертвяк даже не заметит обычной стрелы; проигнорирует и две-три засевшие в тулове стрелы; десять стрел -- уже серьезно, но если не очень сильно поврежден мозг, не перебиты связки или позвоночник, мертвяк перенесет и десять стрел; двадцать стрел -- уже проблема, но если повезет, то и два десятка стрел не остановят равнодушную к боли нежить; а вот больше двух десятков обычных (подчеркиваю -- обычных стрел), почти наверняка если не уничтожат, то резко снизят возможности зомби -- разумеется немертвые не чувствуют боль, не могут умереть от потери крови или от остановки пронзенного сталью органа, однако пусть и мертвое тело имеет свой предел и больше 2-х десятков даже обычных безбонусных и не несущих магии стрел ОБЯЗАТЕЛЬНО нанесут какой-нибудь пускай и некритический ущерб. Именно поэтому руководство Драконов расщедрилось на щиты для этих двух тысяч зомби -- корявый и неудобный щит примет в свое деревянное тело девять из десяти выпущенных в немертвого стрел, а одну не примет, но одну стрелу зомби спокойно перенесет. Но даже это не помогло бы живым мертвякам -- слишком, слишком много стрел и не только простых, однако деревянные щиты в руках у зомби защищали своих хозяев от жалких струек основного дождя, главной же защитой мертвяков являлись мощные магические щиты и отклоняющие стрелы заклинания.

И все же перенервничавшие орки двух фланговых отрядов сорвались и буквально за считанные минуты опустошили свои колчаны! Да, магические щиты от могучих и умелых магов! Да, не менее могучие и искусные отклоняющие заклинания! Да, деревянные убожества в руках у каждого зомби! Да, общая нечуствительность живых мертвяков к стрелковому оружию! А теперь подсчитайте сколько стрел выпустили 20 тысяч орков из расчета не менее 40 стрел в колчане и по два колчана на стрелка! Подсчитали?! Ужаснулись?!! А теперь представьте каково было несчастным зомби под таким морем стрел! Думается, если бы на месте зомби был кто-то другой, пускай в отличных многобонусных доспехах, пускай с правильно сделанными щитами в руках, этот кто-то ни за что не дошел бы под такой лавиной стрел и никакая магия не смогла бы помочь этим гипотетическим кто-то. А вот накаченные магией зомби дошли, доковыляли, доползли, уже без разбитых щитов в руках, оперенные словно птицы и не все, а примерно четверть с небольшим, но дошли.

К тому времени орки уже пришли в себя и сумели опознать атакующих врагов. Опознали и не особо испугались -- не такой уж и редкий и сильный враг, гораздо больше орки переживали о бездарно потраченных стрелах. Ну а зомби? А что зомби? Первые ряды степняков раздались и вперед протолкались мощные, плечистые воины с тяжелыми и длинными мечами в руках -- по два таких воина на мертвяка, даже слишком жирно для едва ковылявших избитых созданий.

Вот зомби почти дошли...

Вот воины подняли мечи, готовясь рубить гнилые головы...

Вот фланговые отряды конницы заключили ковылявших трупаков в своеобразное кольцо и привстав в седлах, старались не упустить приближавшееся зрелище...

Вот осталось двадцать шагов, вот десять, вот пять...

*

Айнон, по прозвищу Боровик -- сильнейший друид клана, один из старейших и уважаемых всеми членов клана, большой любитель природы, причем неважно Серединного мира или реальной Земли. И в то же время он же -- полный отморозок в бою, неутомимый и безжалостный экспериментатор, для которого нет запретных тем, создатель многих ядов и отравляющих веществ. Совсем не удивительно что пытливый на смертоносные выдумки друид и с неугасимым жаром с головой нырнувшая в тайны Смерти Туллиндэ сошлись на почве общих исследований, от которых зашевелились бы волосы даже на абсолютно лысой голове. Сейчас к оркам приближался их совместный продукт -- внешне совершенно обычные зомби, не сильней, не быстрей, не умней, разве что чуть-чуть выносливей стандартных, но зато с очень особенной начинкой внутри.

*

Пять шагов между орками и зомби. Зомби тупо и упорно идут вперед, хотя нет, не идут -- бредут, ковыляют, стараясь не упасть. Некоторые все же падают, но встают или, если не в состоянии встать, ползут, подтягиваясь на руках, ломая густо торчащие из них древка стрел. Орки как обычно выкрикивают оскорбления и делают угрожающие жесты клинками. Те из них, кто раньше сталкивался с живыми мертвецами, понимают всю бессмысленность подобного занятия, однако их подчиняет себе общее настроение толпы, и они орут не хуже остальных.

Четыре шага между орками и зомби. Из общих рядов выступает здоровенный орк с длинным почти двуручным мечом в руках, последняя четверть клинка зачем-то изогнута как хоккейная клюшка -- меч предназначен рубить и только рубить. Здоровяк заносит свой меч над правым плечом, его глаза уже выбрали первую жертву, это более-менее целый зомби с сучковатой палкой в пронзенной стрелой руке, в палке тоже засели две стрелы...

Три шага между орками и зомби и два между здоровяком и его жертвой. Мышцы на могучих плечах вздуваются, закаленная сталь начинает смертоносный разгон. Зомби даже не пытается поднять палку или как-то по-другому защититься и покорно шагает под клинок...

Странно изуродованный меч не успел снести мертвую голову с плеч... секунда, меньше и клинок врезался, но не в шею покорного мертвяка, а в зеленый дым! НЕТ! И еще раз НЕТ! В облако зеленых спор, что буквально разорвало мертвяка изнутри! Разорвало не только его одного, но и всех подходивших к боевым порядкам зомби, а так же уже неспособных подойти.

И в ту же самую секунду ударил ветер, мощный магический ветер, далеко не ураган, а просто сильный ветер, но именно этот ветер подхватил зеленую взвесь в воздухе и разнес ее чуть ли не на четверть орды...!

*

''Хоккеист'' и еще 15 тысяч орков умерли сразу или в течении 10-ти минут. 8-9 тысяч орков не пережили часа. Еще 40 тысяч магам и колдунам орды удалось отстоять, буквально вырвать из цепких рук ''Приходящей Ко Всем Госпожи'', но вот состояние тех, кого удалось спасти... словно после многомесячной болезни, когда недуг уже ушел, но израсходовавшему много сил организму противопоказано любое напряжение, тем более верховая езда, тем более бой. Конечно существовали придающие сил зелья и амулеты, магия заговоренного оружия и доспехов, магия колдунов и воля самих воинов-орков, но ни зелья, ни магия, ни воля не могли полностью заменить утраченного.

*

На этот раз орде понадобилось не меньше двух часов чтобы прийти в себя -- эвакуация в тыл зараженных спорами, их лечение, перегруппировка здоровых потребовали много нервов, времени и сил. Да еще Драконы не давали оркам спокойной жизни: то десятка грифонов вываливает на беззащитную перед ней орду взрывоопасный груз, то маги игроков начинают бить боевыми заклинаниями, и это в тот момент, когда все силы колдунов и магов орков направлены на другое; Людмила даже не пожалела дорогущих эпиков и на орду поочередно обрушились кислотный дождь, ледяной град, где градины величиной с яйцо летели вниз со скоростью пули, и наконец дождь из тысяч ядовитых тарантулов -- в общем оркам не приходилось скучать! Неизвестно чего им это стоило, но колдуны и маги орды справились со всем: спасли от лютой смерти изрядную часть орды, отразили большинство ударов магов-игроков и почти свели на нет ущерб от эпиков. Ну как почти? Пара тысяч орков погибли от градин, от кислоты, от укусов ядовитых тварей, но по сравнению с тем чего удалось избежать это почти ничто. Как бы то ни было, спустя два часа орда привела себя в порядок и вновь готова была атаковать.

Однако день как-то незаметно перевалил за полдень, и на орков обрушилась новая напасть -- совершенно внезапно и без всяких видимых причин начали умирать лошади: сначала десятки, сотни через считанные минуты, совсем скоро счет пошел на тысячи, потом на десятки тысяч. Умирали все и дешевые смески, и взятые в качестве добычи в чужедальних странах мощные кони, и драгоценные хаштра. Маги и колдуны старались, пытались, искали способ одолеть беду, но на этот раз не смогли -- за какой-то час орки лишились почти половины коней, причем кудесники орды так и не смогли понять отчего наступила смерть и почему одни кони умерли, а другие нет.

История с конями отняла у орков целый час, драгоценный час, и тот же час подарила Драконам. За первым как-то сам собой и без малейших усилий со стороны Драконов последовал второй -- вождям орков стоило огромных усилий восстановить контроль над взволновавшейся ордой и предотвратить абсолютно безумную и неподготовленную атаку, зачинщиками которой выступали до последней крайности озверевшие хозяева умерших лошадей (орки правильно догадались кто виноват, впрочем подозреваемых было не так чтобы много). Все же вожди сумели предотвратить страшную ошибку, обуздать орду и угомонить главных заводил (некоторых на голову). Орки вновь начали строиться для атаки уже знакомыми пешими порядками, имея на флангах десятитысячные отряды конных стрелков, но было и одно небольшое отличие -- в рядах пехоты стояли не добровольно спешившиеся орки, а те, кто потерял коней по вине игроков, и эти орки были злы, НЕТ, ЗЛЫ!!!

На этот раз уже ни что не помешало оркам начать атаку и начать ее так как хотели они: все атакующие двинулись одновременно, но фланговые отряды моментально обогнали пехоту и осыпали позиции Драконов тучей стрел, причем для Драконов стало неприятным сюрпризом сколь много залпов смогли выдать конные стрелки (уже не по два, а по пять, по шесть колчанов у каждого седла -- стрелами поделились те, кто атаковал в пешем строю).

Оркам отвечали по тысяче эльфов-стрелков на каждый фланг, но основная масса лучников сосредоточилась на накатывающейся пехоте. Дела шли не очень -- у Драконов случилась первая за сегодняшний день осечка: маги и колдуны орков превзошли сами себя и их многочисленные и, надо отдать должное, искусные щиты держали-отклоняли-ослабляли процентов 80-85 выпущенных Драконами стрел. В то же самое время они как-то сумели сбить одного грифона, через минуту второго, вскоре сильно подранили еще двух, а еще постоянно испытывали на прочность щиты уже Драконьего войска и иногда не безуспешно. В общем маги и колдуны гибнущей орды выкладывались на 300% и всеми силами пытались предотвратить ее конец. Конечно честь им и хвала за такое старание, но Драконам приходилось нелегко.

От порядков Драконьего войска потянулись тонкие ручейки раненых, появились и первые убитые. Почти все убитые и раненные из эльфов-стрелков -- спецназовцев спасали тяжелые доспехи, а пехотинцы подняли над головой щиты и довольно неплохо чувствовали себя под ними. Редкие игроки потерь не несли -- дорогие доспехи, дорогие амулеты, индивидуальные защитные чары.

Пешие орки достигли вала из мертвых тел на месте рвов и ринулись в оставленную после прохода зомби прореху. Лучше бы ее не было, лучше для орков -- немедленно образовалась жуткая давка, и темп наступления упал, наиболее умные воины не лезли в ворочавшуюся массу, а лезли по склонам вала -- долго, трудно, неприятно, но зато тебе не отдавят ноги и не сломают ребра в толпе.

По лабиринту полевых заграждений устремился трехтысячный контратакующий отряд, отряд из одних зомби, обычных зомби с оружием в руках. Сумевшие протиснуться в проход и перелезть вал орки заколебались -- недавнее впечатление от зараженных спорами зомби было еще свежо, но почти сразу ненависть пересилила страх, и орки с ревом устремились вперед... прямиком по минам.

Зомби молчали и на мины не пошли, расположившись в проходах ''лабиринта''.

Орки преодолели минное поле на раз, хотя и потеряли множество воинов (тут маги и колдуны не смогли им помочь), врезались в массу зомби, врезались в полевые заграждения -- закипел рукопашный бой, неизбежный, столь желанный орками рукопашный бой. Бой, который вступивший в него рядовой орк не имел шансов пережить: царапина о ''еж'', о ''чеснок'', об острие засеки, рогатки или колючку стальной проволоки -- смерть, царапина отравленным оружием в руках живого мертвяка -- смерть, царапина от прилетевшей или упавшей сверху стрелы -- смерть, брызнувшая кровь отравленного товарища на твоей открытой ране или попавшая в рот, в глаза -- смерть. Смерть рядом, повсюду и везде...

Однако орки не смотрели, не думали, не ужасались своим потерям, а рвались вперед и пластали зомби только так, прорвавшись бежали по смертоносному лабиринту под градом стрел, а затем те, кто сумел пережить яд и смертоносный марафон, гибли, словив грудью или лицом брошенный умелой и сильной рукой дротик. Не хватало одного, прилетали 3-5-7, столько, сколько нужно -- с пятидесяти шагов пехотинцы-заготовки не промахивались НИКОГДА! Сперва дротики метали первые два ряда, метали по готовности по одиночным целям, затем включилась и вся остальная пехота, работая навесом на 100-200 шагов, работая по сотням и в четком заранее определенном порядке. Еще через какое-то время первые четыре ряда пехоты были вынуждены прекратить использовать метательное оружие и взяться за копья. Битва продолжалась...

*

В нескольких десятках километров севернее, между так и не пройденной орками ''полосой замедления'' и готовым к обороне городом, прямо в воздухе возникла мерцающая арка. Несколько секунд она тихо и мирно мерцала, а затем открытый портал исторг из себя тысячи и тысячи бойцов, настоящую реку из стали, оружия, коней и огромных крылатых зверей с телом гигантского льва и головой неправдоподобно большого орла. Последним сквозь портал проник и вовсе чудовищных размеров шестиногий чешуйчатый зверь с маленьким на его фоне наездником на спине. Армия клана вернулась домой...!

Глава 49

Условная граница между степью и лесом.

День страшной битвы.

Четвертый час после полудня.

Находившимся в степи оркам вспомогательного войска потребовалось много времени, для того чтобы прийти в себя, и прибытие воинов малой орды не сильно повлияло на ситуацию. Однако отсутствие новых налетов или какой-либо другой угрозы привело к неизбежному -- орки преодолели вызванный налетом кризис и пусть и с запозданием, но отправилась таки на помощь своим, оставив для охраны обозов и табунов самый необходимый минимум воинов. Да, неожиданный и очень успешный налет двадцатки грифоньих наездников привел к полному беспорядку, напугал и смутил, но в численном отношении потери в способных сражаться воинах оказались не так уж и велики -- пять, ну может чуток побольше тысяч (из СТОТЫСЯЧНОГО войска). Плюс вспомогательные силы получили 7-ми тысячный впрыск из опытных, хорошо вооруженных и качественно одоспешенных воинов боевой орды, так что их силы даже возросли. В данный момент не ограниченная в припасе и количестве лошадей стотысячная орда приближалась к позициям армии клана.

Как бы эти орки не уступали оркам боевой орды, их невозможно было игнорировать и казалось бы Драконам необходимо было что-то предпринять, перегруппировать силы, нанести упреждающий удар, хотя бы усилить позиции со стороны степи. Людмила все это понимала... и все же ничего не сделала -- все силы армии и все ее внимание сковала-отвлекла на себя атакующая боевая орда.

В общем-то сложилась довольно любопытная ситуация: вспомогательные силы клана против вспомогательных войск орды, однако у орков это молодые, бедные, неудачливые, но воины, а у клана -- универсалы-ремесленники, к тому же сильно уступавшие оркам в числе. И еще любопытный нюанс -- минимум магии с обеих сторон: у орков разнообразной степени выучки ученики колдунов и не одного мага (всех немногочисленных магов полностью захапала боевая орда); у Драконов всего четыре мага, причем двое из них по второму классу, ну и стационарные амулеты, а так же наложенные ранее бафы и щиты -- какая из сторон оказывалась в выигрыше, так сразу и не поймешь. Хотя нет, у орков имелось одно очень важное преимущество -- ЧИСЛО, тупое, почти десятикратное превосходство в количестве бойцов. Драконам оставалось уповать на умело организованные и хорошо укрепленные позиции, мины, арбалеты, баллисты и на то что все это помешает оркам прорваться в ближний бой. Оркам требовалось ровно противоположное -- перетерпеть-преодолеть все эти мины, арбалетные залпы и выстрелы баллист и дорваться до рукопашной, где воинская подготовка и численное превосходство гарантируют им безусловную победу, а потери они могли и потерпеть.

Орки этой части орды проявили больше выдержки и не бросились в безумную атаку сразу как наткнулись на укрепленные позиции клановых войск. Не стали они искать и обходные пути -- гигантская пропасть с одной стороны не оставляла возможности маневра, а сплошные минные поля с другой, не понаслышке были знакомы возглавившему вспомогательные силы вождю малой орды. У орков имелась только одна возможность -- атаковать позиции клана в лоб, по крайней мере так думал помнивший судьбу воинов малой орды вождь. Он не собирался повторять свою ошибку и отступать там, где можно и нужно атаковать, слишком дорого такая ошибка обошлась в прошлый раз -- разъяренный вождь хотел поквитаться и смыть свой позор.

Пускай вождь и ошибся тогда, но он был далеко не глуп и не только изводил себя мыслями о мести, но и думал как лучше отомстить, КАК преодолеть смерть в земле и не потерять при этом всех своих воинов. Результатом его раздумий стал большой табун совсем уж ''мусорных'' лошадей, годных только на мясо и шкуры, в отличие от коней боевой орды по ним никто не стал бы горевать, и вождь не собирался их жалеть. Несколько сотен конных орков с факелами в руках рассыпались как во время привычной загонной охоты, ученики колдунов показали все на что способны, и в результате совершенно обезумевший табун помчался на позиции Драконов неостановимым потоком в десятки тысяч голов.

С предельной дистанции заработали баллисты, заработали станкачи, лучшие стрелки-фейри пускали стрелы на волю капризного ветра, но гибель сотен и сотен лошадей не могла изменить ситуацию -- огромная масса коней катилась вперед, полностью скрывая дрожавшую степь под собой, и ни что не могло их остановить! А за спиной обезумевшей массы обреченных коней, тонкой цепочки погонщиков и нескольких крупных конных отрядов, где на каждого конного орка приходилось не меньше трех тяжело навьюченных лошадей, не мешкая разворачивались боевые порядки основных сил.

Между тем гонимая масса лошадей достигла окраин минного поля.... Взрывы! Взрывы! Взрывы! Взрывы! И еще, и еще, и еще, еще, еще, еще...! Осколки, иглы, огонь, кислота, яд... боги знают что еще! Обезумевшие животные гибнут во множестве, получают страшные раны, ожоги, очень часто испытывают сильнейшую боль, но продолжают рваться вперед -- их гонит инстинкт, тот самый инстинкт, что во время загонной охоты заставляет их диких собратьев нестись к краю обрыва и лететь с него вниз.

Минное поле жадно пожирало все новые и новые жертвы, но и само истончалось с гибелью каждой из них, а количество лошадей казалось неистощимым, они все шли и шли, умирали и шли, терпели страшные раны, горели, иногда рассыпались в пепел прямо на бегу, но шли, жутко израненными стонали под копытами задних, но до последнего мгновения своей жизни стремились вперед -- подстегнутый магией инстинкт страшная сила!

Ужасающий своим видом вал боли и смерти прошел минное поле до конца, активировал-обезвредил множество мин, а те что не взорвались скрыл под тушами мертвых лошадей... и обрушился в объятья рва, большого, широкого, глубокого рва, с большим количеством ''чеснока'' на дне!

Орки и в самом деле не постояли за ценой -- туши мертвых и еще живых лошадей заполнили жаждущий жизней ров почти до краев, в некоторых местах даже не почти. Специальные конные отряды, что следовали за обезумевшей массой, споро сняли с вьючных лошадей доски и мешки с землей и, не обращая внимания на град стрел и болтов, побросали-приладили их на еще шевелящуюся жалобно стонущую массу. Там где не хватило мешков и досок, легли тут же зарезанные вьючные лошади и тела погибших от обстрела орков.

Степняки действовали удивительно синхронно, и еще прежде чем переправа на крови была полностью готова, прозвучал сигнал, и уже построенная для боя конная масса тронулась вперед. Странно тронулась -- орки не разгонялись, стремясь побыстрее пересечь поле и добраться до врага, а держали равномерный темп и даже не думали шпорить коней. Исключение -- небольшие, но многочисленные отряды из лучших конных стрелков, которые наоборот рванули вперед со всей возможной скоростью, и с предельно возможной дистанции начали в предельно быстром темпе, практически не целясь и не думая куда упадет стрела, опустошать колчаны по позициям Драконов.

Конным стрелкам отвечали с вышек баллисты и станкачи, отвечали лучники -фейри, а вот универсалы с ручными арбалетами пока не сделали ни одного выстрела, более того, ни один из них даже не смотрел на поле, а полностью скрывшись за надежной ''ступенью'', поднимал над головой легкий щит. Нет, не щит, а небольшую наспех вырезанную плаху из широкой, не слишком толстой доски. Потерь универсалы на позициях-ступенях не несли, до вышек стрелы орков пока банально не долетали, а фейри надежно защищали стационарные магические щиты.

И вновь бывший вождь малой орды сумел удивить руководивших обороной игроков -- масса верховых орков не полезла на усыпанное тушами бывшее минное поле ломать ноги коням: конные орки достигали первых конских туш верхом, спешивались и бежали вперед уже пешком, а выделенные бойцы немедленно уводили коней в тыл. Причем проделывали это все настолько быстро и четко, что умудрялись не создавать давки и не мешать тем, кто шел сзади повторять их маневр. Раз! И тысячи, десятки тысяч вооруженных легкими щитами и тяжелыми копьями орков бодро топают вперед по тушам коней!

Командовавший на позициях Лаирасул впечатлился, немного заочковал и вновь решился побеспокоить Людмилу, хотя видел что ей приходится нелегко. Зеленоглазый эльф получил грубый, едва не матерный отлуп, пожал плечами и продолжил действовать по установленному плану (как потом оказалось -- самое верное решение).

Мелкие отряды конных стрелков не нанесли позициям Драконов особого вреда, но хорошо отвлекли на себя лучников, станкачи и баллисты, ну а когда те опомнились и перенесли огонь на пехоту, первые пешие орки уже подбегали ко рву, к засыпанному рву, который не то что не смог остановить, но даже на секунду задержать море пеших бойцов. Орки стремительно преодолели ров и... и так же стремительно влипли во второе минное поле! Если бы минное поле было чутка побольше, разика так в два-три, возможно оно сумело бы остановить атаку или как минимум ее задержать, а так орки понесли тяжелые потери, буквально завалили его изорванным в клочья мясом, но преодолели и уперлись в полевые заграждения раньше, чем рядовые бойцы в своей массе сумели осознать что произошло.

Баллисты и станковые арбалеты вышли на предельную скорострельность -- целиться не было особой нужды -- куда не выстрели не промахнешься. Примерно так же не целясь, в предельно быстром темпе рвали тетивы фейри-стрелки. Арбалетчики-универсалы по-прежнему ждали сигнала.

Полевые заграждения сумели на время сдержать натиск атакующих орков, на короткое, но достаточное, чтобы меткие стрелы, тяжелые болты станкачей и пробивавшие несколько воинов за раз копья баллист сумели собрать хороший урожай. Но вот орки прорвались, сначала в одном месте, разломав последнюю рогатку, потом в другом, порубив топорами не устоявшего ''ежа'', в третьем, бросив щиты на ''чеснок'', в четвертом, потоптав ногами запутавшихся в колючей проволоке товарищей, в пятом, в шестом, в седьмом, в восьмом и далее, и далее... Прорвавшиеся ручейки вновь соединились в неостановимый поток... который немедленно влип в очередное минное поле!

Да, орки гибли во множестве, гибли под стрелами и болтами станкачей, гибли на минах и насаженные на копья баллист, гибли от яда, но они все равно рвались вперед -- степные воины по-прежнему надеялись победить, особенно теперь, когда стоившая стольких жертв цель была так близка!

Надеялись ровно до того момента, пока подпустивший их на самую убойную дистанцию Лаирасул не подал сигнал и тысячи универсалов не сделали первый залп из арбалетов...

Легкие щиты, легкие доспехи и тяжелые способные пробить цельнокованную кирасу болты с предельно малой дистанции, 11200 таких болтов практически одновременно (ну не совсем одновременно -- ''ступени'' стреляли с двухсекундной задержкой, но так даже хуже).

По массе орков словно хлестнула незримой и чудовищно огромной косой сама Смерть -- первые, вторые, третьи, четвертые ряды погибли в один момент, погибли ВСЕ, все до последнего бойца! Пятые, шестые, седьмые лишились каждого второго-третьего! Бегущие за ними тоже понесли потери! Казалось бы ну что такого?! Несмотря на все уловки хитрого вождя, орки УЖЕ потеряли воинов не намного меньше! Однако столь масштабная, внезапная и главное столь мгновенная смерть ударила по мозгам каждого из орков не хуже кувалды, вызвав столь же мгновенный шок у большинства из них, особенно у тех, кто неожиданно оказался в первых рядах. Возможно воинам и удалось бы прийти в себя, но не прекращавшийся обстрел с вышек подстегнул-подпитал завладевшую умами панику. Это было все -- орки не сумели заставить себя бежать по трупам друзей и родственников, бежать на верную смерть, а те кто мог бы себя преодолеть и увлечь своим примером других, сражались и умирали где-то там, с другой стороны неприступных позиций Драконов.

Второй общий залп универсалы сделали по спинам бежавших врагов... И снова незримая коса прошлась по потерявшим разум и достоинство воинам -- если потери от второго залпа и были меньше чем от первого, то ненамного. Третьего залпа не было, но стрелки самых высоких ''ступеней'' стреляли по готовности пока позволяли возможности оружия. Вышки и фейри так же ''провожали незваных гостей'' пока могли.

*

Так и закончилась первая, она же последняя атака со стороны степи. Что же касается мстительного и умного вождя, то он не пережил второго еще более страшного позора и умер от своей руки.

*

Совсем другая атмосфера царила там, где армия клана сражалась с боевой ордой -- орки там несли не менее страшные потери, но не то что не отступали, а наоборот шли вперед. Больше часа тому назад они добились чего хотели -- во множестве полегли под настоящим ливнем стрел, дротиков, гранат, преодолели давно мертвых, но способных убивать зомби с отравленным оружием в руках и смертоносный, также отравленный лабиринт и наконец сошлись с врагами грудь в грудь. Если бы не исключительное искусство колдунов и магов орды, орки не сумели бы провернуть такой трюк -- не в первый раз оркские орды выбивались многократно уступавшими им в числе армиями эльфийских лучников, а ведь сегодня на орков обрушились не только стрелы, но и массы дротиков, гранат выстрелов из одноразовых жезлов-пистолей, сверху бомбы и целые очереди боевых заклинаний из полноценных жезлов. Однако загнанные в угол оркские кудесники желали жить, а потому превзошли сами себя, и воины орков получили свой шанс показать себя в ближнем бою. Воинам боевой орды было что показать: они сражались с песней на устах и гибли с улыбкой на губах, каждый из них не думал о себе, а только о том, чтобы убить врага, убить пусть и ценой собственной жизни, каждый из тех, кого пронзило копье, по собственной воле насаживался на него глубже, для того чтобы на последних секундах жизни достать убившего его врага, а если не получится, то своим мертвым телом лишить его застрявшего оружия, каждый кто упал пытался ползти вперед, ослепшие в битве дрались без глаз, потерявшие конечности продолжали биться, те у кого из ран хлестала кровь, направляли поток в лица врагов, пытаясь лишить их зрения -- все воины дрались как берсеркеры, все берсеркеры дрались как полубоги, ну а герои, лучшие воины орды, сражались как истинные боги битвы, как воины небесной дружины Трооатэны, его ''живущие в бою''. Да! Видят боги и сам грозный Творец Битвы, оркам было что показать!

Однако противники оркам достались еще те -- не страшащиеся, привыкшие к смерти игроки, не способные отступить, побежать, запаниковать заготовки и на сладкое УЖЕ мертвые зомби. Что же касается фейри, то их не пускали в ближний бой -- их делом было стрелять, стрелять и стрелять до распухших пальцев и лопнувшей тетивы, а потом подлечить пальцы, сменить тетиву и снова стрелять, стрелять, стрелять... Наибольшие потери несли пехотинцы, за ними спецназ, за ними эльфы-стрелки и только потом игроки. Пехота понятно: именно пехотинцы-заготовки первыми встречали орков стеной щитов и частоколом копий, и именно они же отгребали больше всего, особенно когда герой или берсеркер все же проламывал крепкий строй и им приходилось затыкать оставленный им прорыв, каждый раз платя за это многими жизнями. Таких вот ''особенных'' орков встречал спецназ и слишком часто бывало, что один на один спецназовец уступал осененному милостью бога войны безумцу-берсеркеру или богоравному герою. К счастью схватки один на один были редки, а пять-шесть спецназовцев заламывали и берсеркера, и героя, но в половине случаев берсеркер или герой уходил в верхний мир не один, а в компании хотя бы одного спецназовца. Изредка, но случалось, что спецназ не успевал и прорвавшийся орк добирался до эльфов-стрелков, нарушал налаженную работу по выпуску стрел и убивал, убивал, убивал-убивал почти беззащитных перед таким противником лучников. Игроки гибли редко, но не потому что прятались за спины своих бойцов-заготовок, а потому что мало было тех самых игроков, слишком мало.

Действительно слишком мало игроков, но некоторых из них оркам ОБЯЗАТЕЛЬНО следовало бы убить и убивать каждый раз, как эти игроки возвращались с респауна! Если бы только орки могли... но они не могли, а потому: смертоносная магия Королевы Мертвых забирала по несколько сотен жизней каждые десять минут и никакие щиты не могли ее остановить, а зомби, обычные зомби двигались со скоростью хорошо обученных бойцов и разили с такой же точностью; из-под земли и из глубин ограничивавших поле битвы кошмарных чащоб лезли приставучие корни, желающие задушить колючие лианы, острая как бритва и невероятно высокая трава, побеги с зубастой пастью вместо цветка, и пусть каждое растение само по себе не представляло смертельной угрозы и легко гибло под ударами стальных клинков, но их было по-настоящему много -- то Великий друид (Айнон) не давал оркам заскучать, а еще пчелы, осы, шершни, комары, мыши, змеи, крысы, целые стаи птиц -- жала, зубы, когти, клювы и тысячи мелких, но небесполезных смертей. Посреди орды вздулся огромный горб: ужасно уродливый, бесформенный, безглазый, сорокаметровый элементаль Земли начал махать конечностями без пальцев и кистей -- десятки, через минуту сотни орков отправились в полет, другие превратились в кровавые лепешки, третьи изломанными снарядами врезались в плотные ряды воинов, плодя все новых и новых калек -- едва не сдохнувшая от напряжения Анариэль вложилась без остатка и сумела показать себя как маг, а не только как казначей. К счастью для орков исполинское создание просуществовало всего пару минут и вскоре осыпалось вниз мертвым градом земли и камней (но даже земля и камни, упавшие с такой высоты, забрали несколько жизней). Многие другие маги и друиды Драконов так же не упускали случай показать себя -- забирали жизни у орды и макали оркских кудесников харей в дерьмо!

Отдельной статьей стояли грифоны -- летучая смерть с небес! Оркские маги и колдуны пытались их обуздать и защитить орду, но получалось у них плохо. Раз за разом десятки мерцающих силуэтов на страшной скорости пролетали над массой орды и каждый раз после них оставались полосы, настоящие дороги из трупов! И ни стрелы, ни боевые заклинания не могли помешать ''дорожному строительству'', лишь сильнее заставляли мерцать мощные щиты. Но все же оркам иногда везло и подбитый силуэт падал среди бурлящей от ненависти толпы своих жертв -- такое тоже случалось. Всего с начала битвы оркам повезло 7 раз -- осталось 18 грифонов, включая Физрука, со спины которого метко и часто разила чередующая лук, бомбы и жезл любимая подруга командующей (у самой Людмилы было слишком много обязанностей, чтобы лично участвовать в сражении).

Чудовищная по ярости битва звенела как натянутая струна и все же нельзя сказать что воинская удача склонялось на ту или иную сторону -- для нее тут было мало места -- все решали напор и воля противоборствующих сторон, а так же то, насколько далеко каждая из сторон могла зайти и сколько заплатить за желанную победу. Игроки, Драконы, хозяева этих мест не могли отступить и сражались методично, умело, на подготовленном поле битвы, упираясь спиной в полный припасов лагерь и вспомогательную инфраструктуру, сражались в плотных, грамотно построенных боевых порядках, благодаря умело выбранному месту нивелировав численное превосходство своих врагов -- все правильно, все четко, все КАК НАДО, для того чтобы победить. Со свой стороны орки тоже не могли отступить -- им просто-на просто некуда было отступать, они не сумели выбрать ни время, ни место битвы и благодаря свой самонадеянности допустили, что орду разрубили на две части, сильнейшая из которых могла и желала биться, но не имела доступа к запасам огромного обоза, а другая имела такой доступ, имела желание, а вот с возможностями у тамошних орков оказалось туго. Драконы с самого начала мастерски использовали сильные стороны своих бойцов и слабые места врагов, быстро нанесли оркам большие, очень большие потери и при этом сумели избежать потерь у себя, постоянно предугадывали шаги выходцев из степи, постоянно наносили им обидные удары и тем самым вынуждали их бездумно, на ярости и желании отомстить ''биться головой'' об укрепленные позиции. Орки несли страшнейшие потери, несли их всю битву, от самого начала и до этого момента -- их били магией, их били стрелами, их били бомбами, что летели со спин летающих зверей, их били много чем еще, они потеряли большую часть лошадей, стрелы закончились больше часа назад, закончилась даже вода в седельных бурдюках, все что они могли противопоставить своим врагам -- свое мужество, свою жажду жизни и желание победить. Маги Драконов были сильней, особенно некоторые из них -- та же Королева Мертвых одна стоила целой когорты опытных магов. Магов и колдунов орков было больше. Драконы многократно превосходили орков в дистанционном бою, кроме стрел в ход шли гранаты и жезлы, а на последнем отрезке дистанции тяжелые отравленные дротики. У орков вообще не имелось ни жезлов, ни гранат, а стрелы закончились давным-давно, но их было больше и намного. На стороне Драконов играл строй хоть и не опытной, но все же неплохой пехоты, армированной вкраплениями игроков и не намного уступающими пехоте в числе искусными воинами-рукопашниками в тяжелых, но не стесняющих движения доспехах (спецназ). Среди воинов боевой орды почти не было новичков и уж точно не было слабаков, а еще среди них были берсеркеры и герои -- лучшие среди всех, знамя и огонь во тьме для остальных!

Да! Звенела натянутая струна, а чаша колебалась, но колебалась она в сторону... ОРКОВ! Пускай потери Драконов нельзя было даже близко сравнить с потерями степняков, но они постоянно росли. Меньше чем через час после начала битвы большая часть спецназовцев вынуждена была отложить луки и сражаться в ближнем бою, а значит вес общего залпа упал, меньше летело гранат, меньше произносилось заклинаний. Потери пехоты из заготовок достигли опасных значений -- едва не половина пехотинцев переселилась в лучший мир. Численность эльфов-стрелков тоже упала -- короткая, но жаркая перестрелка в самом начале, редкие успехи колдунов и все более частые прорывы лучших оркских бойцов также играли свою роль. От точки респауна тянулся хоть и прерывистый, но нескончаемый поток игроков, количество петов и маунтов упало почти до нуля. Людмила как могла пыталась изменить ситуацию: на помощь поредевшему строю пришли абордажники -- больше тысячи умелых в беспорядочной свалке бойцов; вступили в бой и спешенные латники-кавалеристы -- 3 сотни воинов, чьи тяжелые латы было сложно пробить, а длинные мечи разрубали любимые орками кольчуги как бумагу; Людмила даже ''ограбила'' позиции со стороны степи и забрала к себе 2 тысячи универсалов с арбалетами -- слабая подмога в ближнем бою, но зато дополнительный заслон на случай участившихся прорывов, да и гранаты универсалы метали не хуже любых других заготовок. Но всего этого было мало -- Драконы гнулись под бешеным натиском орды.

Все было бы еще хуже, но в самый разгар битвы, примерно через 40-45 минут как орки осуществили свою заветную мечту (прорвались в ближний бой), как будто провалились сквозь землю все колдуны, буквально все до единого, и вся тяжесть магической поддержки орды легла на и без того трещавшие плечи оркских магов. Именно поэтому могли так зверствовать лучшие маги Драконов, однако сразу нужно сказать: зверствовали они далеко не так как могли -- подозревали подвох, сломали головы, пытаясь понять что задумали орки, а заодно подкапливали резерв и в то же время латали и усиливали защиту как от очевидных, так и от надуманных угроз. Падение уровня магического обеспечения не могло не сказаться на боевой мощи орды. И да, оно сказалось, однако вот незадача -- поймавшие волну орки справлялись и без колдунов: вожди и рядовые воины чувствовали, ощущали надвигающийся перелом и жали, ломали, теснили постепенно сдающих позиции врагов.

*

Никуда колдуны не проваливались, а впали в забытье, из которого их не могли достать лучшие лечебные и исцеляющие чары сразу же попытавшихся помочь им магов. Если бы среди орков нашелся хотя бы один шаман, он бы смог пролить свет на то что произошло. А произошла довольно простая вещь: духи, сожители колдунов, почувствовали рядом Убийцу духов, Убийцу богов и поскорей покинули их тела и вернулись в свой мир. Не самые сильные обитатели мира духов не собирались рисковать и попадаться на зубок тому, кто носил на себе знак Пожиратель духов! Орки заслуженно поплатились за свою лень и пренебрежение разведкой -- они собрали великую орду, пересекли степь, вступили в бой, и все это толком не выяснив против кого же они отправились в поход.... Что же касается колдунов, то сон-забытье не нес угрозы их жизни, пара недель и они придут в себя, месяц-два-три найдут нового жильца и возможно не такого сыкловатого как прежний, но разумеется никто не собирался давать им месяцев, недель и даже дней.

*

-- Сдохни! - Людмила мастерски вспорола глотку мечом и невольно облизнула забрызганные теплой кровью губы. Очередной мертвый орк повалился на землю, а переступившая через него жрица-паладинша схлестнулась с новым врагом.

На этот раз все оказалось не так легко: бугрящийся от мышц орк с огромным изогнутым клинком двигался с легкостью и пластикой танцора (уж Людмила могла оценить) и первым же ударом едва не вскрыл саму жрицу, по крайней мере кончик его клинка чиркнул по ее доспеху от живота до наплечника. Удар же жрицы пришелся в пустоту... Первый удар, а вот второй был более точен и легкому как кот орку поневоле пришлось встретить клинок клинком!

Бдзынь! Со страшным звоном скрестились мечи, и оба противника удивились, причем удивились одному и тому же. Оба обладателя дорогих усиленных магией клинков привыкли, что их удар не так просто отразить и решившийся на парирование противник чаще всего лишался своего оружия, да и жизни. А еще не всякий смог бы удержать блок против невероятно сильного даже для своей не самой слабой расы орка-героя, ну а Людмила в многобонусных доспехах была сильна как сто человек, плюс сил ей добавляли бафы, зелья, амулеты и меч в ее руках.

На мгновение смертельные враги застыли, пытаясь пересилить, пережать! Лицо к лицу, глаза в глаза и предельное напряжение сил! Они стоили друг друга по силе, по ловкости, по мастерству, оба обладатели прекрасных клинков. Казалось бы впереди долгий, яркий, непредсказуемый бой! Но нет, не судьба -- Людмила оказалась чуточку умней, подлей, хитрей, хотя это с какой стороны и как посмотреть, но с какой не смотри, высунутый жрицей-паладиншей язык, что едва не коснулся носа орка, на мгновение, всего на мгновение, заставил орка ошарашенно замереть, широко распахнуть удивленные глаза... и Людмила не упустила свой шанс...!

Пинок ногой, смачный плевок в глаза, колено в пах, обманный рывок -- лезвие на налокотнике разорвало орку щеку, едва не разрезав язык внутри рта, полупируэт и меч крутанувшейся на месте паладинши с хрустом врубился орку под левую подмышку... чтобы тут же выйти из-под правой -- половина орка из плеч, рук, части груди и головы так и не выпустила меч до самого удара о землю, а вторая из почти всего туловища и ног еще пару секунд стояла вертикально, а затем, переступив с ноги на ногу, не упала, а скорей осела вниз.

Нижняя фонтанирующая кровью половина еще стояла, когда Людмила сошлась с последним врагом -- тут все было просто: молодой орк с отчаянными глазами метнул топор, Людмила чуть отклонила корпус, пропустив топор впритирку рядом с собой; орк выхватил меч и с криком бросился вперед, Людмила ждала его, словно готовясь парировать первый удар; орк не слишком умело, но зато яростно взмахнул клинком... и промахнулся, а меч Людмилы легко, будто и не было толстой двойного плетения кольчуги разрубил провалившегося орка наискосок, от правой ключицы до левой ягодицы.

Вокруг больше не было врагов -- очередной над...цатый прорыв уже закрыли спецназовцы, пехотинцы и абордажники, а все кто прорвался нашли свою смерть. Орку-герою и нескольким его спутникам в какой-то степени одновременно повезло и не повезло -- прорвав порядки заготовок, они не начали потрошить фейри или эльфов-стрелков, не обрушились на беззащитных перед ними универсалов с вязанками дротиков и стрел, не накинулись на эвакуационную санитарную команду с раненым бойцом на руках, а получили шанс прикончить командующую армии Драконов и на время лишить армию управления, но нет, не справились, не сумели воспользоваться полученным шансом, хотя и натворили дел.

Людмила с раздражением оглядела тела орков, скривилась, скосив глаза на мертвую ординарицу-эльфийку-заготовку, из лица которой торчала рукоять боевого ножа, взглянула на двух оставшихся спецназовцев личной охраны (двух из пяти), благосклонно кивнула десятку универсалов-арбалетчиков, чей своевременный залп сумел уполовинить число прорвавшихся орков, посмотрела и на остальную свою немногочисленную свиту командующей, а затем, словно ставя точку, как острогой ударила мечом вниз -- острие клинка так и не достигло земли, зато земли достигла пятнавшая лезвие кровь. Чистый клинок отправился в заспинные держатели, а Людмила вернулась к своим настоящим обязанностям. Тела орков уже тащили прочь, чтобы не путались под ногами, универсалы перезаряжали свои агрегаты, спецназовцы в изрубленных латах накладывали на себя лечилки, игрок-маг ее свиты накладывал баф на органично влившихся в охрану командующей арбалетчиков. Битва продолжалась...

-- Дедуля, ты о..ел!!? - воспользовавшаяся амулетом Людмила жизнерадостно поприветствовала Главу клана и, не давая ответить на столь провокационный вопрос, наехала на него как танк : - Вы где?! Вы когда?! Вы что каждую минуту делаете перерыв, чтобы пальцами в жопе поковыряться?! Пока вы этим занимаетесь, нас прибьют -- заканчивайте ломать пальцы и пулей сюда! -

-- И тебе поздорову, внученька, - ничуть не удивился и не обиделся Дримм -- прекрасно понимал, почему Людмила срывается на него, и не винил ее за это. - Слишком много, ты внученька, общалась с пошлым дядей Самоделкиным (Морнэмиром) -- он плохо на тебя повлиял. -

-- Иди на ... в .... туда и .... всем со своими нотациями! - проиллюстрировала его слова Людмила. - Не зли меня, старый! Когда вас ждать!? Когда вы ударите?! Если что, я бросила в бой все резервы, привлекла универсалов, гранаты и стрелы на исходе, жезлы пока нет, но... потери растут в геометрической прогрессии, прорывы все чаще, орки прут как ..., прут в общем! Ты понимаешь что происходит?! Что может произойти!? -

-- Успокойся! - уже серьезно ответил Дримм. - Мы идем как можем быстро -- где-то часа через два и мы ударим им в тыл, чуть меньше, если атакуем сходу! -

-- Ой медленно, МЕДЛЕННО! Как бы нас не смяли к вашему подходу -- орков-то вы разобьете, но нам хана! -

-- Неужели так все плохо? А мне вот пару минут назад докладывали, что вы уверенно держите позиции и перемалываете орков что твоя мясорубка?! -

-- Это кто там тебе докладывает?! - едва не вслух заорала взбешенная жрица. - Кто-то через мою голову?! -

-- Успокойся! - повторился Дримм. - Наш авангард уже на месте, ждет основных сил -- они и докладывают. -

-- Так может...? - у Людмилы вспыхнула надежда, но ее ждал облом...

-- Нет, - не дал ей закончить Дримм, - предупредим орков и рискуем потерять авангард. -

-- Так что же нам тут подыхать?! Дела швах, кто бы там тебе чего не лепил! Еще чуть-чуть и пойдут очень серьезные потери...! -

Секунд на тридцать Людмила отвлеклась: выслушала посыльного универсала, отправила парочку посыльных сама и вернулась к ментальному разговору с Главой.

-- Хорошо, - пошел на поводу у паладинши Дримм, - пошлю к тебе всех летунов, на половину подсажу сколько влезет спецназа и магов, другая пойдет с бомбами. Не дело конечно -- лучше было бы ударить вместе, и орки могут догадаться, что мы на подходе, но я тебе верю. -

-- Спасибо, дедуля! Да, еще пришли стрел сколько сможешь! И сам давай быстрей! - одновременно и поблагодарила, и подстегнула его Людмила.

-- Двадцать-двадцать пять минут и они у вас, а скоро и мы подойдем. Держитесь! - подбодрил ее Дримм и оборвал связь, спеша претворить в жизнь свои слова.

Жрица не в одном слове не преувеличила сложившуюся ситуацию -- казалось бы вполне достаточные запасы гранат и особенно стрел подходили к концу.

Тут следует понимать: обычно запасливые Драконы имели и того, и другого с большим люфтом, так что если случался перерасход (а случался он часто), то ничего страшного, но в данной ситуации командующей и ее штабу пришлось рассчитывать на полупустые арсеналы и сумбурные, суматошные закупки в Узле, а еще Людмила и остальные оказались психологически не готовы к такому взрывному увеличению стрелков и войск вообще. Нет, все понимали, делали расчеты, создавали резерв стрел и НЗ на совсем уж крайний случай, но невольно мерили все старыми мерками, неспособные привыкнуть и осознать изменившиеся реалии, а потому сильно недооценили СКОЛЬКО стрел могут ''сожрать'' несколько тысяч эльфийских лучников, особенно если все эти лучники будут стрелять по площадям и не особо лимитировать залпы. Внезапное прозрение наступило в самый разгар битвы, но ничего уже нельзя было изменить -- обидный просчет грозил обернуться огромными потерями.

С гранатами все обстояло чуть-чуть получше, но именно чуть и то только потому что гранаты пошли в дело гораздо позже стрел. В отличие от стрел гранаты клан давно уже не покупал на стороне, а обеспечивал себя сам, однако производство явно запаздывало, не успевая за постоянно растущим количеством клановых бойцов. До поры до времени ситуацию сглаживали трофеи и то, что гранаты приходилось использовать далеко не в каждом бою -- сегодня же перезревшая проблема встала в полный рост.

Гораздо лучше обстояло с жезлами..., но опять таки лишь потому, что жезлы использовали ТОЛЬКО летуны -- стоит пустить их в общий оборот, как весь наличный запас истает в один момент. Пистоли использовали много чаще -- не раз и не два своевременные залпы сотен одноразовых жезлов предотвращали особенно масштабные прорывы, но и пистоли тоже берегли, хотя при массовом применении подобного нехитрого оружия потери орков увеличивались в разы.

С пистолями сложилась довольно интересная, в чем-то странная ситуация -- они так и не смогло занять четкой ниши: при обычных обстоятельствах их практически не использовали рейды игроков, эльфы-стрелки или спецназ, а ситуации, когда их вынужденны были применять универсалы, случались довольно редко, так что на складах цитадели всегда имелся изрядный и постоянно растущий запас. Казалось бы хорошо и хотя бы по одной позиции войско Людмилы не должно было испытывать нужды? Но как всегда бывает в жизни, все оказалось несколько сложней: почти за месяц до Большого похода производство пистолей было прекращено, нет, при всей неопределенности клан не отказался от подобного достаточно дешевого и эффективного оружия, наоборот, готовился ввести в строй его более продвинутый аналог. Новые пистоли были мощней, технологичней в производстве, устойчивей к внешним воздействиям, а главное безопасней для самих стрелков -- сплошной позитив. Но вот какая штука: остановить производство старых пистолей остановили, а новое так и не успели запустить и так до самого известия о подходе орды -- как не изворачивалась Людмила и ее ''временное правительство'' страшный дефицит управленческих кадров, магов и квалифицированных специалистов бил по многим областям. Пара сотен не серийно произведенных пистолей нового типа не сделали погоды, а две трети старых, заслуженных, пусть и способных отмочить хреню пистолей пришлось оставить защитникам города и двух фортов -- для множества универсалов за крепкими стенами самое оно. Так что запас жезлов-пистолей был хоть и велик, но все равно недостаточен для такой большой армии и такой напряженной битвы. А еще обезумевшие орки не давали Драконам хоть немножко сэкономить, и те вынуждены были очень щедро расходовать и стрелы, и гранаты, и пистоли, расходовать, но и одновременно с ужасом наблюдать как стремительно пустеют магические мешки...

Тем временем Людмила, используя глаза Физрука, глянула на битву с высоты и ей не понравилось то, что она увидела. Пару минут, пару драгоценных минут жрица с помощью посыльных и ментальных приказов тасовала уже введенные в бой резервы, по сути пытаясь остановить воду решетом, а затем вышла на связь с очередным абонентом, тем, вернее той, кто мог повлиять на ситуацию в корне...

-- Ну что?! - грубо и недовольно отозвалась Туллиндэ. - Отвлекаешь от дела! - В этот самый момент под просыпавшимся из ниоткуда серебристым дождем, от струй которого веяло запахом тлена, в страшных муках гибли сотни воинов орды, а маги орды теряли остатки сил, пытаясь не допустить того чтобы те считанные сотни превратились во многие тысячи. Надо сказать у оркских магов получалось, но как же им было тяжело...

-- То самое! - проигнорировала ее тон Людмила. - Тоже что и четверть часа назад! Где эти чертовы укурки-тормоза!? Если кто не понял, я имею в виду Шутника и Некро с их бригадами! Что переобщались со своим дохлым контингентом и сами сдохли!? Если так, то тогда я понимаю, почему их до сих пор нет, а если не сдохли, то я не догоняю вашего тухлого трупного юмора! -

-- Что ты заводишься? Они идут, - как заезженная пластинка ответила Туллиндэ.

Короткий ответ совершенно не устроил Людмилу -- за последний час она слышала это ''идут'' уже в третий раз и ее в принципе не устраивало это слово и то что за ним стоит, а завелась она уже давно и на полную.

-- Какого й...та ты компостируешь мне мозги -- они вышли час назад! Целый час! Все сроки уже прошли! Или ты не видишь, что происходит и как их бригады нам сейчас нужны?! -

-- Вижу, нужны, - согласилась Туллиндэ. - Будут через два часа. -

-- Вы че сговорились с Драконом?! - едва не вышла из себя Людмила. - Он тоже втирает про два часа! - Услышав ответ и не подумавшей отпираться Королевы Мертвых, она задохнулась от возмущения:

-- Ну да сговорились, - Туллиндэ совершенно не чувствовала за собой вины, - он связался со мной сразу же после того, как ты вызывала меня в прошлый раз, и попросил притормозить Шутника и Некро для того, чтобы он и мертвые бригады ударили по оркам синхронно: первым на них наедет Шутник, через пяток-десяток минут -- Некро с другой стороны, а еще через столько же на них навалится Дримм. Должно ведь хорошо получится. -

-- Вот ведь хорьки еб...е -- вы оба! Не могли меня предупредить! - не на шутку обиделась Людмила. - Хорьки вы и есть -- стоите друг друга! -

-- Ну извини, так получилось, - поспешила попросить прощения некромантка, хотя по-прежнему не чувствовала за собой никакой вины.

-- Одних извинений мало! - гневные мысли разъяренной жрицы бога войны болезненным эхом отдались у некромантки в голове. - Накосячили -- исправляйте! С Дракона я позже спрошу, а ты... - Людмила едва удержала при себе ну очень нелестный эпитет, - такая-растакая королева морга, делай что хочешь, но вжарь так, чтобы оркам стало резко не до нас! Дай нам хотя бы получасовую передышку! Или еще лучше, сделай, что сделала в Хлебной! -

-- С ума сдрюкнулась?! - не менее эмоционально ответила Туллиндэ. - Хочешь чтобы нас тоже задело и десятки тысяч поднятых разбрелись вокруг?! Да и не получится -- обряд нужно готовить заранее. -

-- Поговори мне еще тут, залетчица! - продолжала бульдозером наезжать Людмила. - Пусть не то же самое, пусть что-то другое послабей, но вжарь, я знаю ты можешь! Благодаря дедулиной цацке ты ведь седьмой уровень -- кому как не тебе! Делай я говорю! -

Одновременно с разговором Людмила, не снимая ладони с рукояти меча, напряженно ''любовалась'' на новый прорыв неподалеку -- сразу десяток берсеркеров проложили себе дорогу сквозь строй и вырвались на простор, вместе с берсеркерами прорвалось равное им количество обычных воинов.

-- Есть у меня одна домашняя заготовочка, - задумчиво ответила Туллиндэ, - можно попробовать, но результат не гарантирую -- по всякому может повернуться. -

-- Так сделаешь или нет?! - Людмила спохватилась и лихорадочно перезаряжала небольшой двухдуговый арбалет с пистолетной рукоятью (давний подарок Дракона), не забывая вполглаза следить за прорвавшимися орками.

Берсеркерам и их сопровождающим приходилось кисло: сразу два мага-игрока наложили на них чары замедления, а десяток эльфов-стрелков расстреливали не способных толком идти вперед орков практически в упор. Десяток влившихся в охрану командующей универсалов присоединились к веселью, так же за луки взялись два оставшихся спецназовца охраны. Людмила отвела глаза и сосредоточилась только на Королеве Мертвых и арбалете -- орки были обречены.

-- Попробую, - наконец решилась Туллиндэ, ей и самой давно хотелось испытать одно заклинание 7-ого уровня магии Смерти.

-- Когда?! - Людмила со щелчком вставила короткий болт с уроном огнем, за первым сразу последовал второй.

-- В течении двадцати-сорока минут, - обнадежила ее некромантка и тут же предупредила: - Получится не получится, но потом часа на два я буду вне игры, минимум часа на два. Так что смотри... -

-- Все равно делай! Удачи! - Людмила не дожидаясь ответа прервала разговор -- ее настойчиво вызывал кто-то другой.

Жрица не ждала от нового вызова ничего хорошего -- новые неприятные известия, новые проблемы, которые нужно немедленно решать, новая головная боль вдобавок к уже имеющейся. Ради разнообразия она ошиблась, и возглавлявший отряд из трех рейдов Дядя сумел порадовать командующую приятными вестями, а вдобавок избавил ее как минимум от одной из проблем:

-- Клыкастые в полном раздрае -- драпают в степь аж пятки сверкают: ни малейшей попытки организоваться, только что раненых не бросают! - Дядя имел ввиду разбитых орков вспомогательных войск -- страшное поражение и огромные потери помрачили их разум. Хотя, если орки и в самом деле не оставляли раненых товарищей на произвол судьбы, помрачило не до конца, и они сохранили в своих душах капельку достоинства, а значит потенциально все еще были опасны. - Мы между делом подловили пяток небольших отрядиков десятков в 6-8 каждый, - продолжал рассказывать Дядя. - Так вот, на помощь своим орки пришли лишь в одном случае из пяти. Потерь у нас нет, собираюсь вести их до самого обоза и по возможности ''щипать'', увижу возможность и обоз где-нибудь с краешку ''укушу'', - поделился своими наполеоновскими планами ''скользящий в сумерках''.

-- Прекращай заниматься ерундой и живо сюда! Здесь у нас каждый боец на вес золота, а с наблюдением справятся и без тебя! - обломала его Людмила, тем самым отменяя свой собственный недавний приказ -- функции присмотра за вспомогательными силами орды вновь полностью возлагались на дежурную двойку летунов, а дублирующий их отряд Дяди возвращался назад. Невеликие силы в масштабах битвы, но все же -- три рейда игроков, плюс Дядя с четверкой его ''приносящих рассвет''.

-- Хорошо, скоро будем, - ничуть не расстроился Дядя. А что ему расстраиваться? В конце концов, какая разница где зарабатывать очки? И там, и там орки и там, и там можно сдохнуть в процессе, хотя в сшибках с удирающими в степь беглецами вероятность сдохнуть меньше, зато орки боевой орды в перспективе дадут изрядно больше очков.

Закончив с Дядей Людмила немедленно вызвала командира позиций со стороны степи и как уже было совсем недавно вновь безжалостно его ''ограбила''.

-- Всем твоим арбалетчикам сдать гранаты (по осколочной гранате у каждого универсала на поясе), носильщиков я сейчас пришлю! -

-- Какого...?! - возмущению Лаирасула не было предела -- мало того что тягают бойцов, ослабляя позиции, так еще и разоружают тех что остались. - Может еще штаны со всех снять?! Как я буду обороняться, ежели снова попрут из степи?! У меня ни рва, ни рогаток, ни мин, одни волчьи ямы остались! -

-- Как минимум в ближайшие часы не попрут -- Дядя только что должился. Кстати он возвращается, так что можешь узнать новости из первых рук. И вообще, если у тебя дойдет до гранат, то дело швах! Хватит пререкаться, сначала исполняй приказ, а потом возмущайся сколько влезет. -

Людмила ненадолго отвлеклась на гонца-универсала, а потом вернулась к разговору:

-- Если хочешь подстраховаться, то не ной, а пошевелись: возьми из обоза ''ежи'', что не успели поставить, возьми проволоку -- я знаю там осталось, все возьми что есть и устрой хотя бы тоненькую линию -- как минимум это даст тебе лишний арбалетный залп. Поспрашивай, может и мины найдутся или взрывчатка, бери все, используй как хочешь, привлекай всех незанятых в битве -- я разрешаю! -

-- Хорошо, - Лаирасул все еще был недоволен и возмущен, но его мысли уже занимало другое -- Людмила указала ему направление, и теперь пытливая мысль рейнджера искала как еще усилить тонкие как промокашка позиции.

-- Не тяни с гранатами, - поторопила его Людмила, - они нужны нам здесь как воздух. -

-- Все будет, - пообещал Лаирасул и отключился. Вскоре меж ''лестниц'' побежали универсалы с безразмерными мешками, а арбалетчики дисциплинировано и без каких-либо возражений сдавали им несущие смерть ребристые металлические шары.

Людмила была по-настоящему довольна собой -- потенциальный дефицит гранат остался в прошлом, теперь если не случится каких-либо неожиданностей, гранат хватит на все про все. А еще Лаирасул не знал (и никогда не узнал), но вместе с гранатами он мог лишиться и лучников-фейри, однако в последний момент Людмила передумала -- запас стрел таял с катастрофической скоростью и полутысяча фейри лишь ускорили бы этот процесс, а без стрел фейри -- всего лишь бездоспешные, не очень умелые в ближнем бою лесовики (это было не совсем так, но оставим это заблуждение на совести Людмилы, к тому же если сравнивать фейри с воинами-игроками и спецназовцами, то она была права).

-- Так, гранат хватит, из степи не нападут, скоро по оркам круто врежут с воздуха, а мы получим подкрепление и какое-то количество стрел, ну и главная мертвячка разродится какой-нибудь жуткой хренью -- вроде все неплохо, - размышляла Людмила и не находила в своих выкладках слабых мест -- один сплошной позитив, даже удивительно. - Через два часа ударят бригады, ударит армия Дримма, и орки окажутся в мешке -- нужно только продержаться эти два долбаных часа. -

Позитивный настрой Людмилы не испортил даже очередной прорыв -- жрица с пользой потратила два болта и перезаряжая арбалет вернулась к полным надежды мыслям:

-- Может чего-нибудь придумать: контратаковать, использовать еще эпиков, использовать свитковых тварей с грифонов? Хотя нет, не стоит -- надо просто держаться, - не решилась рисковать Людмила. - Нужно перестать экономить пистоли, гранаты, вон дротиков и арбалетных болтов осталась целая куча, можно подогреть спецназовцев жезлами -- уже можно. Да, - окончательно определилась жрица-командующая, - не станем совершать резких движений, а будем крепко держать позицию. Сможем! Два часа так абсолютно точно! -

Мечты-мечты! Не прошло и пяти минут как с командующей связалась Светлана и принесенные ей вести похоронили такие соблазнительные надежды Людмилы на ровное и спокойное окончание битвы...

-- Орки начали формировать ударный кулак у рвов, - Светлана с ходу обрушила на подругу прозвучавшее как гром среди ясного неба известие. - Три с чем-то тысячи волчьих всадников -- все что у них есть, за ними тридцать тысяч пешцов, потом вся оставшаяся конница -- тысяч 50 с гаком. -

-- Сколько, когда они будут готовы? - неожиданно спокойно отреагировала на известие Людмила -- еще секунду назад превалировавший в ее мыслях позитив исчез с концами, но и нервы словно взяли антракт -- Людмила отстраненно, без эмоций и будто со стороны оценивала сложившуюся ситуацию. Хотя нет, была одна эмоция -- недовольство собой -- Людмила не понимала, КАК она могла забыть про отборных воинов орды!

-- Минут пятнадцать, может чуть больше и попрут, - Светлана конечно не знала планов орков, но, опираясь на свой опыт и то что видели ее глаза, предположила с большой долей вероятности.

-- Вы можете им помешать или притормозить? -

-- Можем, но придется рисковать: долбаные маги прикрыли их очень жестко -- хлещут молниями только так, зато в остальных местах раздолье -- бомби не хочу! Да что я тебе рассказываю?! - опомнилась Светлана. - Ты ведь и сама можешь посмотреть, вот и гляди! -

Людмила закрыла глаза и посмотрела на мир очами парившего над битвой маунта. Через минуту она убедилась -- Светлана была права: и насчет варгов, и на счет ударного кулака, и на счет магов, на счет примерного времени видимо тоже. Командующая сразу поняла: если ударный кулак с варгами вместо кастета достигнет порядков Драконов, им не устоять -- прорвут как бумажку и тогда все -- КОНЕЦ! Нужно было что-то делать и срочно!

-- Так нам рисковать или нет?! - напомнила о себе Светлана.

-- Нет, - Людмиле было тяжело и она не была уверена, что поступает правильно, но уже все решила и готова была идти до конца. - Бейте там, где сопротивление меньше всего, жарьте изо всех сил, чтоб чертям в аду тошно стало! А ты лети сюда, подхватишь меня -- будем ''шалить'' по-взрослому! -

-- Ага, ясно, - Светлана мгновенно догадалась, что хочет сделать ее подруга, и не имела ничего против. - Давно пора! Сейчас сообщу Лилии и через минуту буду у тебя. -

-- Жду, - прервала связь Людмила. Повернулась к своей свите, нашла взглядом мага-игрока и приказала: - ''Шестилапка'' через четверть часа с высоты. Скоро нас подхватит Светлана. Готовься! -

-- Понял! - наклонил голову маг и в свою очередь развернулся к обычному вроде спецназовцу в доспехах, но со здоровенным мешком на спине, от всяких случайностей безразмерный мешок страховал дополнительный покров из кольчуги тройного плетения. А еще этот конкретный спецназовец ни разу не вступал в бой (точно следовал полученному перед битвой приказу) и щеголял особо мощными индивидуальными щитами, прям что твой игрок -- все ради того, чтобы сберечь драгоценное содержимое мешка.

Маг и спецназовец с мешком занимались своими делами, готовились как и приказала Людмила, а сама командующая терзала-насиловала ментальную связь, словно в предельном режиме листая калейдоскоп:

-- Ускорься как можешь, будешь готова, сразу бей без приказа! -

Туллиндэ не успела ответить -- Людмила уже прервала связь.

-- Снимай половину твоих со ''ступеней'' и готовься встречать атаку с тыла! -

-- Ну вот доиграл....! - Что уж там хотел сказать Лаирасул осталось неизвестно -- его слова ушли в пустоту.

На этот раз Людмиле пришлось напрячься до реальной боли в голове -- установить двадцати восьми потоковый канал было не просто, но жрица справилась. А вот спецназовцы охраны напряглись, увидев покрасневшие от лопнувших сосудов глаза, бегущую из носа кровь и искаженное в муке лицо. Опытные спецназовцы не сделали глупость вроде попытки прервать ментальный контакт, а сразу же без всякого приказа начали накачивать жрицу исцеляющими заклятьями, заодно один из них бережно промокал тряпицей бегущую кровь.

-- Всем готовиться по варианту 6! - Людмила обращалась сразу ко всем командирам-игрокам боевых и вспомогательных подразделений.

-- Жезлы? -- быстрее всех сориентировался Полдон.

-- Тактические НЗ на случай контратаки можете выгрести полностью. Пистоли и гранаты без ограничений. Выдайте там насколько сможете! Стрелы тоже без лимита -- предельная скорострельность! - Людмила рисковала и ставила на кон если не все, то многое -- приближался перелом, поворотный момент всей битвы, так что не стоило жадничать.

-- Ух ты! - изумился один из игроков. - Прям Халаин в самашедшем доме! -

-- А что потом? - поинтересовался подумавший о будущем другой игрок.

-- От позиций Лаирасула несут больше девяти тысяч осколочных, а добрый дедушка Дримм уже послал нам стрел воздушным экспрессом. Все, хватит разговоров -- у вас десять минут подготовиться, после истечения срока дам отмашку в любой момент! Тому кто не успеет, после битвы воткну меч в жопу по рукоять! Пошли!!! -

Людмила резко прервала мучительную для нее связь, благодарно кивнула не только лечившим, но и поддержавшим ее под руки спецназовцам... и тут же не жалея себя установила новый контакт:

-- Кредитор, выдвигайтесь на левый фланг -- как начнется, ударите наискосок! - Людмила бросала в бой самый-самый последний резерв.

-- Что еще начнется!? Конкретику давай! - радостно откликнулся Кредитор. Весь последний час вырванный из боя игрок жутко страдал, наблюдая как его собратья игроки бьются изо всех сил, но подчиняясь приказу ждал. Аналогично мучились полсотни подчиненных ему игроков, а вот две тысячи других его подчиненных уже ни что не могло взволновать.

-- Как начнется, поймешь, точно не перепутаешь! У вас минут 10-15 на выдвижение -- не теряй времени зря! - поторопила его Людмила и заодно напутствовала: - Вломитесь до упора, вскройте их как свинью! -

-- Не сомневайся, сделаем! - твердо пообещал лесной эльф и на мгновение опередив Людмилу первым разорвал ментальный контакт. Времени у него было не так чтобы много.

С неба камнем рухнул огромный грифон и тут же припав к земле распластал свои крылья словно трапы. С места седока весело скалилась Светлана, двое эльфов-стрелков в приветствии подняли руки, четверо бомбометателей деловито возились со снаряжением и не обращали внимания ни на что. Универсалам пришлось сначала потесниться, а потом и вовсе сойти вместе со всем своим добром -- кроме Людмилы на ''борт'' поднялись два ее охранника-спецназовца, маг-игрок, спецназовец с мешком, еще один маг, вернее совмещавший классы мага и друида игрок, так что места универсалам не осталось. Впрочем нет, если потесниться, осталось, но работа универсалов закончена -- со спины Физрука больше не полетят бомбы, хотя для орков было бы лучше, если бы летели. Грифон мощно оттолкнулся от земли и стремительно взмыл в небеса!

*

По всей армии Драконов от спокойных позиций со стороны степи до изнемогавших от напряжения позиций со стороны города словно прошла судорога -- незаметная со стороны судорога изменений. Подносчики-универсалы словно сбесились и в бешеном ритме таскали, таскали, таскали -- дротики, стрелы, гранаты, пистоли. Игроки как-то полуустранились от битвы и распаковывали ранее неприкосновенный запас, по ходу решая какие из жезлов использовать в первую очередь, какие во вторую, какие далее, а какие оставить напоследок. К левому флангу боевых порядков бодро топал отряд из двух тысяч зомби и полусотни игроков: зомби -- обычные зомби, вооруженные специально для них придуманным и сделанным оружием (еще и отравленным), игроки -- в основном ремесленники не очень высокого уровня, часто даже без второго класса (единственное исключение -- Кредитор), но зато у каждого на боку висело по две сумки, в каждой из которых находилось по сотне гранат. Спецназовцы проталкивались в первые ряды, впрочем им не приходилось особо стараться -- слишком мало осталось пехотинцев-заготовок и с каждой минутой становилось все меньше. Сильнейший маг армии прекратила наносить редкие, но мощные, всегда смертельные удары и словно уснула, опершись о белый как снег или кость посох. Красные капли на гладкой личине шлема блестели как настоящая кровь, вокруг застывшей в страшной неподвижности фигуры словно шевелился сам воздух, а в головах у тех, кто приближался к ней, звучала не слышимая ушами, но ощутимая сердцем и душой грозная музыка мира Мертвых. Войско клана хотело и готовилось выдать все, ВСЕ что еще могло!

*

Постепенно, тяжело, с большими, огромными потерями, но орки переламывали ситуацию в свою пользу, и чтобы не делали Драконы, они не могли остановить губительный для себя процесс, однако ряд событий, ряд ударов Судьбы хотя и не сломали оркам хребет, но надломили страшно измочаленную орду. Первый удар отвернувшаяся от жителей степи Судьба уже нанесла (трусливое бегство духов), другие были на подходе...

Ну а в данный момент орки преуспевали. Нет, пока, именно пока, еще не теснили своих врагов, но потери у тех росли как снежный, уже спущенный с горы ком: все чаще случались прорывы, все чаще орку-храбрецу удавалось дотянуться клинком до вражеской ноги, руки, лица. Рядовых орков было не остановить -- все воины все больше и больше проваливались в то состояние, когда нет смерти, нет боли, нет страха, а есть только враг перед тобой и ярость внутри тебя. Вожди орков умело использовали порыв своих бойцов и потому не прекращали атаку ни на миг -- стоит прекратить и отступить, как воины осознают сколько друзей они потеряли и как сами были близки к смерти, ощутят боль от ран, усталость, жажду и тогда попробуй подними их снова в атаку, а если даже поднимешь... Вожди понимали: отступить -- значит проиграть, да и некуда им было отступать -- позади леса, где их враги эльфы дома, а они в гостях. Именно потому лидеры орды щедро сыпали жизни своих бойцов в кровавую мясорубку, словно приносили их в жертву богу Смерти и богу Войны.

Но все же расчет верховного вождя орды строился не только на тупом навале до последнего орка -- в глубине яростных и храбрых, но довольно аморфных масс формировался ударный кулак из самых сильных воинов орды. 3 с лишним тысячи гигантских волков, 3 с лишнем тысячи облаченных в сталь умелых воинов на их спинах -- страшная сила! Сила способная сама по себе сокрушать целые армии, то бревно, что пробьет дыру в борту Драконьего корабля, дыру, в которую немедленно хлынет море-орда! Хотя все же не стоит сравнивать наводящих ужас волчих всадников с равнодушным бревном -- скорее уместно сравнение с зубастой пастью, что должна была прогрызть себе, а заодно и всей орде путь к победе. За волчьими всадниками пойдут вдесятеро превосходящие их числом пешие воины, 30 тысяч еще не сражавшихся свежих бойцов, а уже за ними воины конные -- последние конные воины орды -- еще 50 тысяч бойцов. Вожди орды верили в собираемый кулак, верили как истово верующий верит в богов, и когда раздвигая тело неподатливой орды кулак пошел вперед, каждый из причастных к его формированию издал стон облегчения, будто он уже победил.

*

Ни один из орков орды, ни истекающий яростью и кровью воин, ни обессиленный маг, ни облеченный властью вождь не обратил внимания на далекие, пока еще мелкие точки в небе -- тучи неумолимого рока уже сгустились над ордой.

*

Орки передних рядов как-то упустили момент, когда пехотинцев с копьями и щитами ПОЛНОСТЬЮ заменили гораздо более опасные фигуры в тяжелых доспехах. Линия соприкосновения изменилась и изменилась не в пользу орков -- потери орков возросли, потери Драконов упали и ни одного прорыва в течении нескольких минут. Орки упустили и тот момент, когда на очень короткое время сталь на поле боя опять же ПОЛНОСТЬЮ заменила магия -- каждый из более чем тысячи спецназовцев, а также несколько десятков игроков ударили либо дыханием леса (Природа), либо воздушной стеной (Порядок). Многие сотни не слишком мощных, но произнесенных одновременно заклинаний обрушились на первые ряды орды как единый ураган -- тысячи орков отлетели назад, сбивая товарищей и порождая хаос в наступавших порядках -- словно с неба упала огромная метла и совершила невозможное: разделила массы смертельных врагов 5-10-ти метровым пустым пространством. Особо и не пострадавшие, скорее ошарашенные орки не успели прийти в себя и стремительным рывком преодолеть в общем-то не такой уж и большой разрыв -- в руках все тех же спецназовцев и игроков появились короткие деревянные палки, и над всем строем Драконов как молитва древним богам на тысячу голосов прозвучало слово на фейрийском языке, и слово это ''ОГОНЬ''!!!

Тем кто глядел на битву с высоты, показалось что по кромке строя Драконов вспыхнула гигантская электрическая дуга, но почему-то неестественного красно-зеленого цвета -- то тысячи жезлов-пистолей извергли почти безобидные, но очень эффектные внешне фонтаны искр и слабосильные, зато многочисленные заряды. С каких-то жалких пяти метров долетали даже искры, а большинству снарядов не хватило места, чтобы начать шалить, и они послушно ударили во взвывшую орду! А затем заработал беспрерывный конвейер: из задних рядов вперед передавали все новые и новые пистоли, и над строем Драконов беспрерывно звучала фейрийская речь, ну ладно не речь -- одно слово, зато на тысячу голосов. Но и это еще не все -- жезлы-пистоли являлись пусть и важной, но ОДНОЙ ИЗ составных частей запущенного конвейера смерти: тут и там смертоносные выстрелы пистолей разбавляли полноценные и куда более мощные боевые заклинания из настоящих жезлов, из задних рядов летел как никогда густой поток дротиков и гранат (пехотинцы, абордажники, латники), а над всем этим затмевая солнце тек еще более густой поток стрел. Чудовищный смертоносный вал буквально сжигал, уничтожал, испарял несчастных орков, дырявые щиты оркских магов не могли остановить обрушившуюся на орду смерть, не могли ее остановить ручные щиты в руках воинов и самые лучшие доспехи. Если бы такой вал можно было поддерживать в течение получаса, даже двадцати минут, то от орды не осталось бы ничего, НИЧЕГО, и армии Людмилы не понадобилась бы ничья помощь. Но к сожалению столь щедро расходуемых пистолей хватило на каких-то пару минут, жезлы в руках игроков работали на минуту дольше, поток гранат и дротиков сначала сильно поредел, а затем вновь начал расти (пехотинцы опять взялись за копья и щиты и вернулись в первые ряды, за дротики взялись спецназовцы, очень вовремя поднесли изъятые у универсалов-арбалетчиков гранаты). Что же касается стрел, то вскоре густой, почти закрывший небо ''поток'' сменился обычным ''дождем'', а затем и вовсе крайне хилой ''капелью'' -- запас стрел почти полностью иссяк.

*

Всего за каких-то пару минут орки потеряли десятки тысяч бойцов -- уже второй пускай и не смертельный, но невероятно болезненный удар Судьбы.

*

Совсем скоро опомнившиеся орки вновь обрушились на своих врагов, но обрушились другими, уже без прежнего яростного пыла. Случилось то, чего так боялись вожди -- рядовые воины-орки осознали себя, отринув столь полезное в бою забытье боевого безумия, в результате строй Драконов словно стал крепче, а орки словно стали слабей -- ощущение скорой победы ушло, как будто его и не было. Но не все было потеряно -- ударный кулак во главе с волчьими всадниками был слишком далеко, а потому избежал страшной бойни и теперь готовился обрушиться на Драконий строй, готовился отомстить Драконом за все, готовился пробить и сокрушить...

*

Далекие точки в небе превратились в 78 грифонов, больше половины из них тяжело летели из-за множества доспешных седоков, забитых сумок тоже было много, но именно седоки давали основной вес.

*

Казалось ударный кулак орды уже не остановить! Вот с его пути начали разбегаться орки центра! Вот наездники варгов начали метать копья с седла, а у рычавших варгов потекла слюна по клыкам! Вот пехота клана уперла копья в землю, готовясь принять на них страшных зверей...

ЧАВК!!! Словно невидимая стопа наступила на множество муравьев или жуков! Хотя почему словно?! От незримой, но вполне материальной стопы остался хорошо опознаваемый отпечаток о шести пальцев... более чем километровой длинны и в несколько сотен метров шириной! И наступила та стопа не на каких-то там жуков -- три тысячи варгов и их седоков погибли в один миг! Страшный почти смертельный удар как для вождей, так и для рядовых воинов! Малочисленные и до предела истощенные маги орков не сумели ни предвидеть, ни отразить этот жуткий удар...!

На некоторое время многие орки перестали защищаться щитами от стрел, перестали сражаться и неизбежно гибли под ударами копий и мечей. Примененный по приказу Людмилы эпик, третий по стоимости эпик в распоряжении клана, предотвратил надвигающуюся катастрофу -- не прорванный строй Драконов все также сдерживал орду!

*

Сгустившиеся над ордой тучи рока открылись и пролились на нее кровавым дождем -- третий безжалостный удар Судьбы.

*

Еще до того как опустилась губительная стопа, с левого фланга Драконов начал наступление довольно необычный отряд, но именно овладевший орками шок позволил атакующему отряду продавить массу орков на более чем солидную глубину. Тысячи зомби орудовали единообразными и удобными в такой свалке копьями, а скрытые внутри их строя полсотни игроков метали над их головами гранаты, метали, спеша поскорей опустошить вместительные сумки, и не особо переживали куда упадет несущий смерть ''гостинец'' и не заденет ли случайный осколок орудующего копьем живого мертвяка. Кредитор сделал что обещал и вскрыл оркский строй как свиную тушу до самой-самой пехоты из свежих бойцов, что следовали за уже покойными волчьими всадниками. Свежие и успевшие отойти от шока орки встретили его отряд дикой ненавистью и желанием сорвать на ком-нибудь свой гнев: буквально пять-семь минут жаркой схватки и построения зомби оказались прорваны, еще десяток минут и погибли все немногочисленные игроки, следующие пять, нет, четыре, даже три минуты и последний зомби пал под клинками разъяренных степняков. Результатом ''пробежки'' отряда Кредитора стали новые чудовищные потери в орде -- сотни взорвавшихся гранат в плотной толпе и отравленные копья в руках тысяч зомби.

*

Трооатэна и Термез смотрели на орков с высоты и ждали их к себе на пир -- не часто к грозным богам приходила целая орда целиком. Удача отвернулась от орков, а Судьба нанесла свой четвертый удар.

*

Как живые, так и мертвые бойцы Кредитора все еще продолжали ''трепыхаться'' посреди порядков орды, а с неба упали тридцать две летучие смерти, и море-орда заколыхалась, пошла кровавыми кругами от сброшенных бомб и боевых заклинаний из жезлов. Летуны-новички прибыли весьма вовремя -- как раз в этот момент возглавляемые Лилией ''старички'' покинули поле боя, спеша пополнить с толком израсходованный боезапас. ''Пересменка'' явно пришлась не по вкусу магам орды, и они со всей ярость продемонстрировали ''новичкам'' свое недовольство, однако ''встреча'' не удалась -- силы у орков были уже не те. ''Новички'' зверствовали минут пять, а потом... продолжили зверствовать, но теперь к ним присоединились и пополнившие запасы ''старички''. Единственное что сумели сделать маги орды, так это не дать летунам окончательно оборзеть, то есть бомбить как в полигонных условиях, но это все -- до самого конца битвы оркам больше не удалось сбить ни одного грифона.

*

Неотвратимая смерть с небес -- пятый удар неумолимой Судьбы.

*

Орда пережила огненный вал пистолей, стрел и гранат, пережила мгновенную гибель отборных бойцов (волчьи всадники), пережила много стоившую им контратаку мертвецов и метателей гранат, переживала, терпела смерть с небес, переживала ежеминутную гибель сотен и тысяч бойцов на переднем краю... Пережила, перетерпела, выдержала все и словно как издевку неведомых сил получила новую напасть! И от кого!? От своих же умерших товарищей и прямо из-под ног! Тела многих тысяч мертвых орков текли, менялись, изгибались словно в эпилептическом припадке или под ударом тока. На мертвых лицах появлялись трещины-щели, из которых текла не кровь, а черно-зеленоватая слизь, лопались мертвые глаза, а в пустых глазницах словно загорались угольки, в искривленных в судороге ртах крошились-выпадали зубы... все кроме клыков -- клыки наоборот росли и проступали ядовитыми прожилками, росли похожие на клыки когти на руках и на ногах, по всему телу рвали одежду черные шипы или ломались не в силах пробить кольчугу. Жуткий процесс протекал довольно быстро -- пара минут и взбунтовавшиеся мертвецы просто бьются в жутких судорогах, еще пару минут они безобидно трещат изменявшимися членами и лупают на мир своими новыми, красными и светящимися глазами, а затем страшно голодные твари осознают, что рядом и повсюду вокруг них живая плоть...!

Натиск на порядки Драконов сильно ослаб -- оркам резко стало не до того. Пусть больше половины жутких тварей не сумели полностью созреть, пусть многих из них успели прикончить пока они были беззащитны, пусть некоторые из них сами-собой рассыпались мерзкой слизью, но несколько сотен прошедших трансформацию до конца дали жару и без того дышащей на ладан орде, отвлекая на себя тысячи, десятки тысяч бойцов и забирая сотни-тысячи жизней. Ну а не до конца созревшие твари хоть и не могли сравниться с полноценными, но тоже были опасны и их тоже приходилось убивать, частенько получая при этом укус отравленными клыками, царапину отравленными когтями или способный сломать кости удар. Заклинание 7-ого уровня магии Смерти собрало с орды щедрую дань -- Королева Мертвых могла гордиться собой!

*

Обидная смерть от рук и клыков павших друзей и родных -- шестой удар словно и в самом деле за что-то ополчившейся на орков Судьбы.

*

У Драконов наступил внезапный праздник и будто целительный бальзам пролился на их души -- позади сражавшегося строя приземлились 46 грифонов, включая здоровенного Малыша, и с них спрыгнули свежие и так необходимые подкрепления. А еще вместе с подкреплениями прибыли десятки забитых стрелами сумок, и эта ''гуманитарная помощь'' пускай и на очень короткое время подпитала заскучавших эльфов-стрелков.

300 спецназовцев и 50 магов-игроков много это или мало там где сошлись такие силы? С одной стороны вроде бы и мало -- крохотная гирька на огромных колеблющихся весах. Но с другой стороны, как бы эта гирька не была мала, она таки упала на чашу весов и упала в очень нужный момент, когда Судьба и боги отвернулись от орков и очень ясно начали благоволить их врагам. 300 свежих и опытных спецназовцев сперва опустошили колчаны по орде, потом использовали наличные гранаты, а после с мечами в руках влились в общие ряды сдерживающих орков бойцов. Полсотни свежих, полных маны магов-игроков окончательно свели на нет риски ответных ударов их оркских коллег и вжарили по орде со всех своих нерастраченных сил.

*

Рука помощи одних Драконов другим -- седьмой удар окончательно определившейся с любимчиками Судьбы. Трооатэна и Термез гостеприимно встречали густой поток гостей, многие из них уже заняли свои места, другим только предстояло их занять.

*

Почти одновременно обрушившиеся на орков удары Судьбы не прошли для них бесследно -- орда еще не была сломлена, рядовые воины еще слушались вождей и в беспорядке не бежали, жертвуя честью, но зато спасая жизнь, однако орки просто физически не могли больше наступать и еще до приказа начали откатываться назад. Даже отступать им было тяжело: так и не проломленный строй врагов провожал их градом стрел, гранат, дротиков и насмешек (последние в основном игроки ), в небе продолжали зверствовать грифоны, все также приходилось биться с превратившимися в жутких тварей немертвыми соратниками, заклинания могучих магов по-прежнему уносили сотни жертв за раз (маги орков окончательно спеклись) -- в общем смерть окружала орков со всех сторон, но они не бежали. Отступали -- да! Надломились -- да! Потеряли веру в свою победу -- да! Но не бежали, а именно отступали.

Сегодня явно был плохой для степняков день -- неудачи преследовали их на каждом шагу, и ни одно дело им не удавалось довести до конца. Орки так и не успели толком разорвать дистанцию с врагами, не успели прикончить порождений Туллиндэ и уж конечно не смогли отдохнуть, как на их разряженные, уставшие, умиравшие от жажды и ран ряды накинулись мертвецы! Раньше срока истек определенный главным Драконом срок, и на орду как снег на голову посреди жаркого летнего дня обрушилась первая из ''мертвых бригад''!

*

''Мертвые бригады'' -- задумка возглавившего одну из них Шутника. Каждая бригада -- 20 тысяч зомби, тысяча кровавых стражей и около тысячи других немертвых тварей + 30 трупорезов (практикующих некромантию игроков). В обще-то зомби -- не очень удачный выбор как самостоятельная сила: медлительны, тупы, почти неспособны использовать метательное оружие, страшно уязвимы перед магией Огня и магией Света и еще огромная куча всяческих недостатков. Умелый воин с хорошим оружием в руках стоит 5-10-20 таких вот гнило-медленно-тупых бойцов, а более-менее разумеющий маг прикончит сотню без особого труда. Но все же не стоит совсем уж сбрасывать зомби со счетов, просто нужно уметь их правильно использовать и в подходящий момент. Так много или мало 20 тысяч зомби против более чем сотни тысяч все еще единых и способных биться воинов-орков? Наверное мало... если бы зомби были одни, но ведь и армированный малым количеством стали бетон это совсем другое дело чем тот же бетон, но пустой. 20 тысяч зомби усиливала полноценная тысяча кровавых стражей имени Туллиндэ, три сотни скелетов-магов, вдвое больше высокоуровневых скелетов-воинов, полсотни костяных исполинов и три десятка управлявших всем этим мертвым зверинцем некромантов.

*

Несомненно даже такие усталые, почти разбитые, израненные орки сумели бы со временем расправиться с бригадой Шутника, все-таки опытные хорошо вооруженные воины не боялись таких врагов и умели с ними бороться, а еще орков банально было больше. Однако отступавшую орду по-прежнему доставали восставшие товарищи, терроризировали сверху летуны, обижали маги игроков и подгоняли эльфы-стрелки -- орда не смогла обрушиться на бригаду Шутника всей своей силой, а потому лишь часть воинов орды встретила бригаду самого веселого из некромантов. Вооруженные все тем же отравленным оружием зомби гибли во множестве, но гибли не напрасно -- каждый пропущенный, дошедший до тела удар, пускай это едва пустившая кровь царапина, забирал жизнь живого врага, а все без исключения орки сильно устали за этот тяжелый, полный потерь и разочарований день, а потому часто, слишком часто пропускали даже такие медлительные и примитивные удары от не блиставших воинским искусством живых мертвяков. Стражи Туллиндэ... а что стражи? Как всегда не позорили имя своей госпожи-создательницы и рвали усталых, израненных, более чем наполовину сломленных орков как хрестоматийный Тузик, не менее хрестоматийную грелку, от них не намного отставали и остальные творения некромантов. Сами некроманты почти не участвовали в битве -- держались в задних рядах и полностью сосредоточились на управлении и усилении своего мертвого войска.

Все же даже такая полуразбитая орда еще кое-что могла, и вскоре уже не мертвяки нападали на орков, а орки стремительно сосредотачивались против мертвяков: пластали зомби, задавливали массой кровавых стражей, сбивали с ног костяных исполинов, гибли от чар Смерти, но расколачивали черепушки скелетам-магам, 3-4 на одного заваливали скелетов-воинов -- в общем побеждали, со временем грозясь перемолоть мертвую орду в труху и добраться до управлявших ей некромантов.

Но вот времени у орков не было, от слова СОВСЕМ -- через несколько минут с другого фланга на них навалилась точно такая же мертвая бригада. Все то же самое: те же десятки тысяч зомби с отравленным оружием в руках, те же невероятно быстрые стражи, те же скелеты-воины и маги, те же исполины, те же некроманты позади.

Истекающая кровью орда встретила новых врагов с храбростью обреченных -- в этом случае уже не было и не могло быть даже речи о какой-то там победе, но многие орки храбро бросались на живых мертвяков и рубились, рубились, рубились! Рубились, когда из распоротого когтями живота вылазили кишки! Рубились, когда в глазах уже темнело от яда! Рубились, чувствуя как под чарами Смерти их кожа превращается в песок, кости ломаются как стекло, а внутренние органы гниют прямо внутри еще живых тел! Орда умирала, но умирала достойно, сопротивляясь до конца!

Новый удар Судьбы! Последний добивающий удар, удар милосердия уже практически мертвой орде! С тыла на орков обрушились новые враги, но на этот раз не тупые мертвяки, а гораздо более опасные существа -- жаждущие очков игроки, много, много игроков! А кроме свежих игроков еще и свежие заготовки и опять много-много! Свежее войско клана замкнуло кольцо...

*

Как основную ударную силу Дримм использовал многочисленных игроков-новичков, за ними двигались рейды опытных игроков, а за ними уже спецназ и эльфы-стрелки. Боевые заготовки ювелирно работали из луков навесом, создавая постоянно сдвигавшийся вал из стрел. Именно за этим валом и шли новички, скорее даже не сражаясь, а добивая выживших и без особого риска добывая очки. Через минуту после того как ударил Дримм и Людмила повела своих воинов в контратаку.

*

Да уж, не везет так не везет! Две прекрасные, но капризные дамы, Удача и Судьба, отвернулись от орков в этот день! Из-под ног лезут решившие тобой перекусить мертвые товарищи, такие же, но более организованные мертвяки прут с обоих флангов, с тыла и с фронта наступают живые враги, даже с неба летит непрекращающийся ни на секунду поток из бомб и боевых заклинаний -- как-то внезапно и сразу битва закончилась и началась бойня... а за ней подоспела и ПОБЕДА!!!

*

Пир в чертогах Трооатэны и Термеза начался, в гостях у гостеприимных богов целая орда из настоящих воинов, из воинов, что погибли не в собственной постели, а в бою!

Слава грозным богам!

Слава пирующим воинам!

Слава тем, кто отправил их на пир!

Глава 50

Город Ожившей Бабочки.

Десятый день со дня разгрома орды.

Праздничный пир по случаю победы.

Больше недели Драконы разбирались с последствиями своей победы, а точнее вкалывали как негры на плантации, и это касалось не только уцелевших зомби и заготовок, но и игроков. А нужно было: собрать хабар, напомню хабар с 300-тысячной орды (!) -- сама по себе очень нетривиальная задача, но все же лишь одна из задач; добить остатки поднятой Туллиндэ дикой нежити; отсортировать и прибрать остальные трупы (более-менее целые в мешки на холодок, некондицию изрубить на куски и сжечь); разобраться с сотнями тысяч туш мертвых, да еще и зараженных болезнью коней (и не допустить заражения собственных); собрать как сломанные, так и целые стрелы, причем не только отравленные свои (та еще задачка), но и оркские, а также все остальное во множестве валявшееся на поле битвы оружие; утилизировать остатки отравленных полевых заграждений, защитную одежду и инвентарь, с помощью которого готовили и распространяли яд; а еще закопать рвы и волчьи ямы (так и не пригодились), разобрать вышки, сровнять с землей ''ступени'', убрать неразорвавшиеся мины из земли. Но и это еще не все, ведь нужно было восстановить прорывы в чертах, разобраться с телами орков вспомогательной орды и отправить мощную экспедицию в степь (за добычей и на разведку). В общем выше крыши дел, не знаешь прямо за что первое хвататься. Но не зря говорят: ''Глаза боятся, а руки делают'', тем более у Драконов имелся бесценный опыт Гоблинских гор -- после одновременного потрошения четырех гигантских цитаделей, огромного рудника, Хлебной долины и все это на фоне непрекращавшейся войны, обобрать пусть и большое, очень большое, но всего ОДНО поле битвы это просто ерунда. Ну ладно -- не ерунда, но вполне посильная задача, тем более победителям никто не мешал. Разумеется к делу привлекли всех универсалов и всех, это значит ВСЕХ -- десятки тысяч рабочих-заготовок вкалывали в три смены день и ночь. Помимо них на многих не требовавших особых навыков работах задействовали специализированных заготовок вроде шахтеров и кузнецов, а так же заготовок воинских ( для того чтобы копать или таскать, или собирать оружие и стрелы не требовались какие-то особые навыки). Ну а зомби как всегда вкалывали без всяких смен и перерывов, то есть 24 часа в сутки. И не только те зомби, что остались от мертвых бригад или пришли из города, но и свежеподнятые некромантами клана. Свою лепту вложили как фейри, так и Белки (в основном жители города и окрестных ферм + наемные работники из отдаленных поселений). Что же касается игроков, то они впахались не хуже всех остальных обитателей этих земель и не только руководили или шлындали за добычей в степь, но и много работали руками, работали плечом к плечу с заготовками, с фейри, с Белками, и последние две категории могли оценить, каковы хозяева здешних мест не только в бою, но и в работе. Оценить и рассказать другим...

Восемь дней на поле страшной битвы существовал огромный, шумный, работящий лагерь! Восемь дней тянулись обозы с добычей и табуны из степи! Восемь дней полноводная река из сотен повозок, вьючных коней и вьючных зомби связывала лагерь и город! Восемь долгих наполненных трудами и заботами дней и ночей! Но вот иссякли караваны из степи, обмелела связавшая лагерь и город река, черты обрели прежний вид, а поле битвы стало всего лишь полем без рвов, без земляных укреплений, без валов из мертвых тел и конских туш, без груд валявшегося оружия -- просто полем вытоптанной земли, без малейших признаков травы. Впрочем за травой дело не станет, и в будущем году щедро политое кровью поле непременно зацветет буйным и сочным разнотравьем. К сожалению другие последствия битвы невозможно было так легко убрать. Хотя почему к сожалению? Обработанные друидами чащи невероятно усилили немалый участок последней черты, а гигантскую пропасть-щель Драконы умело встроили в общую оборону границы.

На девятый день вся кипящая жизнь вновь переместилась в на время забытый город и чуть ли не перехлестывая недостроенные стены вскипела еще сильней -- Драконы готовились отметить свою победу, отметить так, чтоб не было стыдно перед самими собой, перед избравшей их своими любимчиками Судьбой, перед богами, перед Белками, перед фейри, перед кем угодно!

А на десятый день грянул пир на весь мир! Прямо в городе, прямо среди недостроенных зданий и временных бараков широко раскинулись тысячи столов, ломившихся от выпивки и яств столов, за которыми были рады и игроку, и заготовке, и фейри, и Белке -- всем, кто приблизил победу или помог пожать ее плоды, да и тем, кто не сделал ни того, ни другого были рады тоже. Гуляй, пей, веселись всякий у кого есть ноги дойти до столов, у кого есть руки налить себе доступного лишь богачам и знати грибного вина, у кого есть рот, в который можно запихать лучшие лакомства Серединного мира и Земли! Ешь и пей за счет клана Красного Дракона и не забудь поднять за них полный кубок, прославляя их силу, их щедрость и их великую победу...!

Горд Ожившей Бабочки

Пир.

Алмантанирен, Вэнон, Полдон.

-- Эх хорошо! - бухнулся на место раскрасневшийся после зажигательного танца-хоровода Алмантанирен. - Эх хороши! - и было непонятно кого он имеет в виду -- игруний, лесных эльфийек (из эльфов-стрелков), Белок, фейриек или сразу весь цветник женской красоты! Да и в общем-то не так уж и важно -- хороши и все! А затем натанцевавшийся до упаду эльф проигнорировав нож по-варварски жадно отломил-открутил ножку у жаренного поросенка и тут же вгрызся в нее крепкими клыками, потом спохватившись налил себе пива.

-- Неплохо гудим, - согласился отдававший предпочтение гусиной грудке и вину Бобер (Вэнон). Гурманистый и уже слегка веселый подрывник сам не танцевал, но щедро гулял глазами по танцующим, разумеется отдавая предпочтение женским фигуркам.

-- Что значит неплохо?! - возразил ему Колобок (Алмантанирен). - Хорошо мы гудим, хорошо! - Летун (наездник на грифоне) не забывал про свинину в правой руке, но и пиво не оставлял своим вниманием -- в общем чередовал.

-- Ладно, так и быть -- хорошо! - признал его правоту Бобер.

Приятели крепко чокнулись хрустальным бокалом и деревянной кружкой и выпили за достигнутый консенсус, потом выпили еще. Колобок все так же мучил довольно мясистую ножку, а вот прикончивший грудку Бобер нашел себе другую закуску и теперь аппетитно хрустел мелкими как воробьи перепелками.

-- За победу! - шла волна вдоль столов, и каждый, до кого она доходила, поднимал кружку, пиалу, кубок, стакан, бокал и присоединялся к тосту.

-- За победу! - во всю свою луженую глотку орал Колобок и так махал своей кружкой и полуобглоданной ногой, что вокруг летели щедрые брызги пива и мясного сока.

-- За победу! - поднял бокал и Вэнон, он в отличие от приятеля не переводил столь дорогой напиток зря, а выпил бокал до дна и вновь хрусть-хрусть -- хрустят нежные косточки мелких, но изумительно вкусных птичек.

-- За нашу победу! - присоединился к тосту Полдон. Рейнджер также соблазнился на танцы и даже сумел продержаться подольше многих, но все же спекся, когда у него закружилась голова, а ноги пошли в разнос. - За эту и за будущую! - он дополнил свой тост, а затем последовал примеру Колобка, то есть выпил свой стакан до дна и утянул у Бобра с блюда одну из перепелок.

-- За какую еще будущую? - удивился Бобер. Колобок тоже вопросительно поднял бровь.

-- Надеюсь вы не думаете, что на этом история со степняками закончена? - Полдон не удовлетворился мелкой тушкой и в темпе накидывал себе на тарелку всего до чего дотягивались его загребущие руки: буженина, кровяная конская колбаса, маринованные огурцы, вареная и политая топленым маслом копа, обычная запеченная в обертке из лука картошка, фаршированные бараньим фаршем плоды вурма, телячьи почки тушеные в вине. - Степные ублюдки хотели сделать из нас чепушил, такое прощать нельзя! Нужно, необходимо идти в степь и петрушить тех кто на нас пошел до раскаленного очка! А заодно и всем остальным в степи объяснить, кто тут царь горы и на кого не стоит возбухать -- провести так сказать профилактику во избежание! А если мы сейчас или хотя бы в течение двух-трех месяцев этого не сделаем, не пойдем в ответный поход, то все обитатели степи подумают, что орду-то мы зарыли, но сломались на ней, и сами пожалуют в гости! Так и будет! -

-- Ну в принципе я согласен, - слегка приподнял бокал Вэнон, нахмурился, заглянул в него и поспешил наполнить опустевший сосуд. - А обязательно махаться со всеми? На нас ведь ходили конкретные племена, вот и надо их драконить, тем более после таких потерь они не в форме. Остальные-то причем? -

-- А при том! Они в степи свои, а мы чужаки -- пойдем в степь, на нас накинутся все, все орки так точно! - Полдон отхлебнул вина и закусил его копой. - Так что придется мочить всех и мочить жестко, так жестко, чтобы вся степь, любой степной утырок и не только орк при одном звуке нашего имени, при одной мысли о нас покрывался холодным потом и жидко срался не меньше трех дней подряд! -

-- Не выйдет! - усомнился в его словах Колобок. - Не получится вот так вот нагнуть и поиметь ВСЮ степь -- пупок развяжется! Говорят даже Второй Великой Империи эльфов в свое время не удалось, и Парнская много раз пыталась прошерстить степь, но обламывалась каждый раз! -

-- Не знаю как насчет империи эльфов, - усмехнулся Вэнон, - а Парнская, тоже мне нашли авторитет, тоже мне империя! Позволили загрызть себя каким-то зеленым гоблоебкам! Тем самым гоблоебкам, которых мы вертели на чем только можно и нельзя! -

-- Вот правильные слова! - Полдон стукнулся кулаками с поддержавшим его Бобром. - Их в любом случае на 300 тысяч меньше и я ведь не предлагаю переть дуриком прямо сейчас, а хорошо подготовиться: накупить побольше заготовок, погонять их месяцок, поднять как можно больше зомби и всякой другой нежити, нанять наемников, как неписей, так и игроков -- после Гоблинских гор к нам многие пойдут. Одним словом подготовиться как можно более хорошо, а затем, здравствуй степь, всем готовить жопы к инспекции и запасаться вазелином! -

-- Больно просто у тебя все выходит, - Колобок не поддержал его оптимизма, - хочешь сказать, орки слабаки и ни на что не способны?! А кого десять дней назад едва не заломали, не вас ли случаем? А-а? -

-- Было дело, - вынужден был признаться несколько сбавивший обороты Полдон, Бобер так же кивнул соглашаясь. Не самые приятные воспоминания несколько поумерили его бухую радость и такую же бухую уверенность в себе. - Клыкастых мы валили-валили, валили-валили, а они все перли и перли, и перли... Нет, не слабаки они, не буду гнать. -

-- Выпьем за Людмилу! - прервал наступившее было молчание Бобер. - Она хоть и лесба, но дело сделала! За Людмилу!-

Тост поддержали и с удовольствием и большим чувством выпили за жрицу-командующую.

-- Все равно хочешь-не хочешь нужно идти в степь! - упрямо прихлопнул ладонью по столу Полдон. - Не пойдем и не научим тамошних обитателей как правильно сраться, они придут к нам! И будут ходить все время до переноса, мы их конечно будем бить на своей земле, но жизни они нам спокойной не дадут! -

-- Да я и не спорю, - признал его правоту Колобок, - но тут мы 300 тысяч едва-едва уходили, а там в степи будет в 10, в 15 раз больше, и это только одних орков, не считая другой степной пидарасни, и там уже они, а не мы будут на своей земле. -

-- Гоблинов в Хлебной тоже был чуть не миллион, нас десятка тысяч от силы, а мы их все же завалили, - вспомнил былое Бобер.

-- Орки не гоблины, - в очередной раз напомнил Колобок, и никто ему не возразил.

-- Все равно придется! - не отказался от своего мнения Полдон. - И никто не заставляет нас махаться со всеми орками сразу: разбили одну орду, прошли порталом Главы и вот мы за тридевять земель бьем следующую, разбили эту, вновь портал и бьем другую уже на другом конце степи -- так и скакать все время и бить -- разбить их по одному! -

-- А потери, а добыча, а время, для того чтобы разбить хотя бы одну орду!? - азартно возражал ему Колобок. Задумка головастого рейнджера сразу пришлась ему по душе, но точно также сразу он увидел в ней несколько слабых мест. - С каждой разбитой ордой нас будет становиться меньше, добычу тоже не бросишь -- собрать ее понадобиться несколько дней или даже недель. Да и разбить орду не такое простое дело -- сами могли убедиться, к тому же разбить в родной стихии -- не простое в двойне! Еще: 300 тысяч для оркской орды далеко не предел! -

-- Не будет никакой орды! - не менее азартно возражал ему Полдон. - Если будем так скакать порталами, то орки просто не сумеют собрать орду -- будем жучить отдельные кланы, племена, кочевья... -

-- То есть гоняться за ними по всей степи!? - не дал ему закончить Колобок. - Пока мы этим занимаемся, они как раз соберут ту орду, а то и не одну и начнут гоняться уже за нами! -

Приятели еще некоторое время обсуждали интересную, вкусную тему гипотетического похода возмездия в степь, а потом увлекшихся спорщиков остановил давно потерявший к разговору интерес Бобер:

-- Да ладно вам, парни, зарубаться -- расслабьтесь, по крайней мере сегодня! Будет поход или не будет -- дело будущего! На то старшие есть, они и решат! - Бобер кивнул в сторону стола, где отжигали Дримм и некоторые другие старейшины клана. - Лучше давайте еще раз выпьем за победу, за Людмилу, за Трооатэну, за Дракона, за клан! За клан до дна! -

-- Аполитичная ты душа! - то ли упрекнул, то ли позавидовал подрывнику гораздо более активный в этом смысле Полдон, но согласился, хотя и с неожиданной оговоркой: - Выпьем, обязательно за все выпьем, но сперва давайте выпьем за мертвых орков -- хорошо махались ублюдки! Чтоб им в чертогах Творца Битв не икалось! -

Его тост поддержали, причем не только приятели, но и все без исключения соседи по столу. Ну а честной пир катился своим чередом...

Там же.

Ойтэлитэль (Бешеная), Рыжий Огонек.

-- Не помешаю?! - на скамью рядом с Ойтэлитэль бухнулась Рыжий Огонек, причем бесцеремонная Рыжая сначала бухнулась, цопнув бесхозный кубок, а потом уже спросила.

-- М-м-мм, - неопределенно кивнула ей головой снежная эльфийка, не отрываясь от бараньего ребрышка.

-- Отлично! - в неопределенном ''М-м-мм'' Рыжая услышала то, что ей было нужно, вернее то, что хотела услышать. Впрочем она угадала -- хозяйка места и кубка упорола на всю ночь с понравившимся ей кавалером и давно уже занималась гораздо более интересным и полезным для здоровья делом, чем обжираловка и питье разных горячительных напитков.

Пример Ойтэлитэль оказался заразителен, и вскоре Рыжая не хуже нее метала со стола, благо было, еще как было чего метать. Некоторое время эльфийки совсем не по-девчачьи и точно не по-эльфийски чавкали, а затем отвалившаяся от стола Ойтэлитэль вытерла губы листом салата и поинтересовалась у гостьи:

-- Что это ты одна шлындаешь -- где твой френд? -

-- Не повезло, - поделилась продолжавшая наяривать Рыжая, - ему выпал жребий дежурить до полуночи -- так что я пока одна кукую. Вот, заедаю ''горе''. -

-- А че не затанцовываешь или запиваешь? - подначила ее снежная эльфийка и подавая пример щедро налила себе в кубок вина.

-- Уже натанцевалась, - пояснила Рыжая, - а с питьем погожу, пока Накилон со смены не вернется -- вместе и напьемся. -

-- А потом... - Ойтэлитэль многозначительно подняла брови, подразумевая вполне определенное занятие, которым веселые и бухие мужчина и женщина могут заняться наедине.

-- Не без этого, - не стала разыгрывать из себя скромницу Рыжая и как бы иллюстрируя свои слова налила себе морсу, а не вина. - С мной-то все понятно -- у меня есть с кем спать, с кем танцевать и с кем пить, ну а ты-то как, до сих пор не нашла себе никого? - обеспокоилась судьбой подруги Огонек.

-- Да нет пока, - пригубила вина снежная эльфийка, - была правда пара вариантов, но быстро сплыла -- несерьезно все -- побили было клинья, но оба сразу отвалили, нарвавшись на первый же отказ -- упорства ноль, а значит я им не так уж и нужна. Не интересно. -

-- Привереда, - упрекнула ее Рыжий Огонек. - Если сама ни на кого не запала и вообще не стремишься к долгим отношениям, то хотя бы сексом займись -- всяко лучше чем одной в холодной койке ворочаться. Вариантов тьма, да вот хотя бы спецназ. А что? Вполне себе такие ''вкусные'' здоровяки приятной наружности с хозяйством не как у культуристов, а как у хоккеистов, без претензий и сделают ВСЕ как ТЫ захочешь. Попробуй, понравится -- потом за уши не оторвешь. -

Мимо прошел один из упоминаемых спецназовцев, на его крепких руках с комфортом расположилась хмельная магичка-игрунья. Игрунья шаловливо обнимала своего кавалера за шею, дарила ему поцелуи, а заодно шептала на ухо ЦУ -- намерения парочки были вполне прозрачны, и вскоре спецназовец со своей ношей скрылся в ночи.

-- Вот видишь, кто-то не щелкает клювом, не привередит, а ловит свой шанс! - упрекнула подругу Рыжая. - 5-6 часов здорового рабоче-крестьянского секса ей обеспечено -- лучше просто не бывает! Хотя нет, бывает, - тут же поправилась эльфийка, - взять двоих, да еще и подучить их всякому-разному -- вообще атас! -

-- Говоришь как будто сама пробовала? - подозрительно уставилась на подругу Ойтэлитэль.

-- Было, - улыбнулась приятному воспоминанию (вернее воспоминаниям) Рыжая. - Пару раз с двумя, а один и вовсе с тремя. -

-- Ну и как это было? - против воли заинтересовалась Ойтэлитэль. Она совершенно не удивилась откровениям и похождениям своей более смелой в этих делах подруги -- безнаказанность, безотказность заготовок и отсутствие последствий своих действий прямо таки провоцировали многих легкого нрава игруний попробовать себя в роли порнозвезд.

-- Говорю же атас -- очень жарко! Да ты попробуй -- гарантирую массу приятных впечатлений! Некоторые из наших, да ты знаешь, и вовсе насерьезке со спецназовцами крутят, постоянно с одними и теми же -- дуры! Перед ними такой выбор, а они зациклились на одном и том же! Ну а ты то что решила -- попробуешь?- вновь попыталась соблазнить ее Рыжая.

-- Нет уж, спасибо, - отказалась Ойтэлитэль. Не то что бы она не рассматривала такой вариант, но по вполне определенным причинам он ей не подходил. - Ты верно насчет них говоришь: и внешность, и мышцы, и отсутствие обязательств -- большой плюс. Но по мне как посмотришь в их телячьи глаза, так все желание пропадает. Это как будучи взрослой тетенькой соблазнять школьника или вовсе детсадовца -- сплошная педофилия получается. Извини если резко, - заранее попросила у подруги прощения Ойтэлитэль. - Впору себя училкой из ''Южного парка'' почувствовать, ну та, которая крутила с Айком. -

-- О Айк, ты такой загадочный! - томно протянула Рыжая и в голос заржала (она тоже смотрела упоминаемую серию и уловила сравнение).

Смеялись девушки долго, а затем их искренний разговор под винцо вильнул в боле серьезное русло:

-- Хотя среди заготовок, особенно старых, попадаются и неплохо сформировавшиеся личности, вроде Ходока -- почти настоящие мужики, - задумчиво произнесла Бешеная и тут же уточнила: - но во-первых, именно что почти, а во-вторых, все уже заняты, а незанятых разбирают со сверхзвуковой скоростью и в большинстве своем не наши (игруньи), а местные шустрые девки. -

-- Это точно, есть такое дело, - согласилась Рыжий Огонек и самокритично призналась: - Вот и думай кто тут дуры, а кто нет. Вообще, если подумать, только хорошо подумать, - Рыжая все же решилась налить себе вина -- уж больно разговор пошел откровенный, такие разговоры лучше вести не на сухую, - то это не я, а ты права. Я поэтому и закончила с веселыми потрах...ми и по-серьезному замутила с Накилоном -- мне мужик рядом нужен, мужик, и не только в постели. А вот насчет Ходока уже ты не права -- он ведь только по прозвищу ''ходок'', а так банальный, скучный подкаблучник, как в общем и все ему подобные -- может кому-то и самое оно, но мне такие и даром не нужны. -

-- Ну чтобы у вас все сложилась, - после недолгого молчания пожелала подруге счастья Ойтэлитэль и чокнулась с ней бокалами. Выпили.

-- А ты знаешь... - вскоре Рыжий Огонек сбросила подступившую было серьезность и, вновь застреляв шаловливыми чертенятами из глаз, поспешила поделиться последними новостями, ну а бодро жующая очередное ребрышко Ойтэлитэль была рада те новости узнать.

Некоторое время обе эльфийки с удовольствием предавались одному из любимейших женских занятий (сплетничали кто и с кем), а потом плавно переключились на недавнюю битву, битву, в которой каждая из игруний сумела неплохо себя показать...

-- Да уж, сородичи нашего Пьяного Тигренка (Вара) едва нам не наваляли, - предавалась воспоминаниям Рыжая. - Хотя вроде тупизна беспросветная -- помнишь, как в начале поперли на рвы?! Но храбрые и в рубке жесткие, этого не отнять! Меня четыре раза валили, три раза в самую жаркую пору, когда ломились как кабаны в гон, в последний раз в самом конце, уже когда они спеклись и начали отходить. Я им правда тоже дала, порубила клыкачей от души, журнал говорит 134 завалила! Ну а ты? -

-- 19, валили один раз, в самом начале,- немного смущаясь поведала Ойтэлитэль.

-- А ты знаешь, для твоего уровня отлично! - похвалила ее Рыжий Огонек. - Более чем отлично! Берсеркеры, герои есть? -

-- Один герой, два берсеркера. -

-- Да ты че! - у Рыжей полезли глаза на лоб. - Я видела издалека как ты махалась -- не зря тебя Бешеной прозвали, но два берсеркера и герой это вообще что-то с чем-то! Меня как раз два раза герои валили, а ведь я за сотню и сильно, а ты как-то сумела на своем полтиннике такого завалить?! Колись давай как получилось?! -

-- Да в общем-то в один удар все вышло, - не стала особо приукрашивать Ойтэлитэль, - он запнулся о труп, а я удлинила удар своим двуручником, провалилась конечно, на одной руке-то, но дотянулась и сразу прошел крит -- срезала ему башку как кочан капусты с грядки. -

-- Повезло, - позавидовала Рыжая. - Эти герои те еще су...ры -- воину до сотни с ними тяжело, да и после... Я тому пример! А тебе повезло так повезло. Много очков наверное взяла, да еще за двух берсеркеров? -

-- Да, - расплылась в улыбке Бешеная, - я теперь уже не полтинник, а шестидесятник, даже ближе к семидесяти. -

-- Молодец, так держать! Такими темпами скоро меня догонишь и перегонишь! -

-- Постараюсь, - кивнула явно довольная похвалой Ойтэлитэль. - Неплохо вообще вышло: я запомнила места и нашла потом почти всех своих убитых, двоих только потеряла -- 17 голов в моей копилке. -

-- Все еще головы режешь? - покрутила головой Рыжая. - Не отказалась еще от плана 1000 голов собрать? -

-- 1001, - уточнила Ойтэлитэль. - А чего мне отказываться, если все идет хорошо? В горах (Гоблинских горах) 127 собрала, в больших походах и в индивидуальных миссиях 96, в последнем походе Элеммакила 11, тут 17. Всего выходит 261 голова -- больше четверти уже. Если буду хорошо расти в уровне и не лениться, то за год доберу, вполне реально. В крайнем случае наведаюсь куда-нибудь где мобы пожиже и нарублю -- годятся ведь любые головы, любых разумных врагов, только бы были воины и были убиты моей рукой. -

-- И не жалко тебе целый мешок (безразмерный) под такое дело отдавать? - лениво удивилась Рыжая, одновременно махая девчонкам (игруньям), что чуть не силком тащили своих бухих кавалеров танцевать.

-- Никакого теперь мешка не нужно, - с удовольствием похвасталась Ойтэлитэль. - В Узле одна лавочка есть, там заведует сородич нашей Карамельки (дроу), он так ловко навастрякался головы бальзамировать, что выглядят прям как живые, хранятся сколько хочешь и если их коснуться, разные полезные бонусы дают -- мелочь и ненадолго, а все равно приятно. К тому же еще и не дорого за свою работу берет. - Тут она подумала, вспомнила сколько золота оставила в лавке у дроу и поправилась: - Ну относительно не дорого, но мне как постоянному клиенту скидка. -

-- Ух ты! - искренне заинтересовалась Рыжая. - Покажешь?! -

-- Конечно, я их в Старой цитадели храню, выбила себе зальчик на 8-ом уровне. Будут там храниться пока мой дом в городе не построят, кстати место я уже присмотрела и застолбила, - не удержалась и похвасталась Бешеная. - Как только будет готова крипта под домашним храмом, напрягу Людмилу, с ней тоже договорено, и как только она проведет обряд, сразу перенесу башки в крипту. По условиям не обязательно все головы сразу поставить, достаточно начать, а потом добирать помаленьку. -

-- И охота тебе с домом, храмом, криптой и башками этими возиться? Интересно конечно и даже полезно -- ''Милость Трооатэны'' и все дела, но сколько же мороки и расходов! -

-- Да не так и много, - не согласилась Ойтэлитэль. - Дом мне поставят за счет клана, мне только пальчиком ткнуть в какой захочу проект. Крипту и храм Людмила без вопросов осветит -- ей самой интересно что получится, так что может даже и поторопит строителей и мой дом будут строить одним из первых. Мне только на внутреннюю обстановку потратиться и на бальзамирование голов -- терпимо. Приятные хлопоты и очень полезные -- в итоге я со своим домом, с домашним храмом, с ''Милостью Трооатэны''. -

-- Хм, а действительно, - задумалась Рыжая, - может быть в этом чего-то и есть, не в крипте с башками -- тут я пас, а в собственном доме -- подумать надо. -

-- Подумай -- хорошее дело. Перед переносом так и так нужно будет местные деньги потратить: цацки разные, амулеты, оружие, даже заготовок можно за несколько дней приобрести, с домом так не получится -- нужно заранее позаботиться. -

Разговор затих сам собой: Рыжая впервые по-серьезному задумалась о своей судьбе, о перспективах приобретения собственного дома, о перспективах после переноса, Ойтэлитэль сосредоточилась на ребрах и вине. Вокруг эльфиек все так же кипел веселый праздник, звучала музыка, громкие голоса, вино текло рекой...

Там же.

Через пару часов.

Робокоп, Хайлириен.

-- Да наши мелкие дела-делишки -- сущая ерунда в сравнении с тем, что сейчас творится в королевстве Халук! - звонко бухнул ладонью по столу несколько перебравший Робокоп. Впрочем для любившего заложить за воротник друида это обычное дело и обычное состояние. Не был бы он эльфом по расе, давно бы спился, но эльфом он все же был, а потому выносливый эльфийский организм пока умудрялся справляться с последствиями неумеренных возлияний, но на взгляд многих знакомых даже для эльфа друид уж слишком злоупотреблял. Впрочем речь не о том, да и пил друид только на пирах и по достойным поводам, но уж когда повод все же был, оттягивался по полной.

-- И че там у них такое глобальное могло произойти? - с нотками интереса спросил тоже хорошо принявший на грудь, но почти не опьяневший Хайлириен. - Такое, что могло затмить визит 300-тысячной орды -- это ведь не воробей чихнул. -

-- Вот именно ГЛОБАЛЬНОЕ! - восторженно и пьяно-неловко всплеснул руками Робокоп, будто пытался показать это самое глобальное. - Не то что наши местечковые заботы! У Селедочного Приюта (название города) из моря вылез великанище: голова выше облаков, настолько высоко, что никто и не разглядел какова у него рожа, ноги и руки как горы, ну и все остальное соответственно! -

-- И чего? Поди начал все крушить? Чего тут интересного? - спросил Хайлириен. Он ошибся, хотя и мыслил в более-менее верном направлении -- появление таких существ всегда не к добру.

-- Хуже, - от следующих слов друида у рейнджера непроизвольно округлились глаза, - присел над городом и навалил кучу. Даже для его размера огроменную! Селедочному Приюту хана -- одни шпили храмов торчать остались! Жителям хана, игрокам, у кого там были точки возрождения и кому не повезло кантоваться в городе, когда началась сральня, тоже хана. Целый клан ''Фартовых'' одновременно захлебнулся дерьмом! Представляешь, целый клан! -

-- Эта какие ''Фартовые''? - с искренним интересом спросил прислушивавшийся к разговору Крокодил. - Тамбовские или Армянские? -

-- Тамбовские, - уточнил рассказчик. - Армянские Фартовые полгода как перебрались на По (название континента), сейчас обделывают свои армянские и другие дела в Воргатане. А вот Тамбовским фартовым не подфартило, - друид захохотал получившемуся каламбуру, остальные кто слышал тоже заулыбались.

-- Придется им название клана менять, - раскрасневшаяся после танцев Фея проходила мимо, но услышав интересные вести не удержалась и высказала свое мнение. - А то совсем не соответствуют старому -- всем кланом сдохнуть под кучей говна, тот еще фарт, всем фартам фарт! -

-- Этт точно! - согласился Робокоп. Хайлириен добавил:

-- Скорей всего разбегутся -- от такого позора легче поодиночке отмыться, а лучше и вовсе аватару сменить. Если останутся единым кланом, то какое бы они себе имечко не придумали, все будут их называть как-то вроде -- ''дерьмаки'' или ''говнюки'', в лучшем для них случае -- ''антифартовые''. Нет, точно разбегутся -- можем забиться на спор.

Никто, даже перебравший Робокоп не захотел принимать пари и выбрасывать деньги на говенный ветер.

-- Так вот, - продолжил все тот же Робокоп, - великан навалил кучу и свалил обратно в море. До сих пор не ясно, зачем вылезал-то, неужто тока посрать? Мог бы и в море облегчиться. А через неделю как он свалил, к какашкам начал стекаться разный небрезгливый народец, сначала из ближайших окрестностей, потом и вовсе со всего королевства, из Узла, с Кохура, много откуда... -

-- На хер?! Рыться в говне?! - неприятно изумился Хайлириен и передумал подтягивать к себе блюдо с жареной бараниной, вместо этого налил себе вина и залпом выпил, словно пытаясь убрать изо рта воображаемый неприятный привкус.

-- Не на хер, хер-то свой великан с собой унес, - поучительно покрутил пальцем в воздухе Робокоп, - а за сапфирами, что иногда встречаются в говне, слухи уже пошли с кулак размером попадаются. Дома горожан, лавки, банки, храмы -- все это можно откопать и там есть че взять -- золото не пахнет. А еще окрестные крестьяне щипают какашки на удобрения, ну и сапфирчиком, если попадется, не побрезгуют. -

-- Все-равно -- ФУ! - высказала свое мнение кривившая нос Фея и, прихватив с собой крупную кисть винограда, свалила танцевать.

-- А что местные власти, неужто упустили вонючие сапфировые россыпи и предпочли яйца чесать? - поинтересовался явно затравившийся Крокодил, подливая Робокопу в кубок вина.

-- Держи карман шире! Король тут же объявил великанские гавешки и все что в них и под ними исключительной королевской собственностью и направил целую армию взять кучу под охрану. -

Робокоп присосался к вину и не отрывался пока не выхлебал добрую половину кубка, потом недоуменно уставился на заинтересованных слушателей, явно не спеша продолжать.

-- Дальше-то что было? - поторопил и вернул его на путь истинный Крокодил, про себя молясь, чтобы осоловелый друид успел дорассказать до конца, а не хлопнулся рожей о стол.

-- А!? Че?! - оправдывая страхи непонимающе посмотрел на него друид, но к счастью он все же пришел в себя и продолжил. - Только вот обосрался его величество не хуже давешнего великана -- местный борзый герцог внезапно взбунтовался, напал на королевское войско, разбил его и захватил всех трех королей. Нет, да, сыновей короля! - У Робокопа все больше и больше заплетался язык и мысли, но несмотря на свое состояние он явно хотел того же что и Крокодил с Хайлириеном, то есть рассказать историю до конца. - Теперь вот герцог угрожает кастрировать принцев и требует признать великанскую кучу его владением, выкуп за каждого из принцев, прощения за нападение на королевскую армию, малолетку-принцессу в жены его сыну, чтобы король потом не наплевал на прощение и не мстил. Ну и чтобы король самолично пососал его хер. -

-- Что прямо все это и требует?! Вот сцуко! - восхищенно прихлопнул по бедру Хайлириен. Если бы не пидоростическое последнее требование, наглый герцог пришелся бы ему по душе.

-- Все, - пьяно кивнул головой Робокоп и, прежде чем вновь утонуть в кубке, сознался: - Ну кроме королевского хера во рту, это уж я приврал для красного словца. -

-- Наглость -- второе счастье, - довольно прокомментировал услышанное Крокодил.

Робокоп сладко храпел лицом на столе, Крокодил ушел по каким-то своим делам, а Хайлириен все-таки пододвинул к себе блюдо -- баранине не суждено было пережить этот пир...

Там же.

Глубокая ночь.

Туллиндэ, Морнэмир, Анариэль.

Василиса как заговоренная коза продолжала скакать в общем кругу-хороводе, а вот Туллиндэ уже не могла и вернулась за стол дать отдых гудящим ногам. Ничего не поделаешь -- в очередной раз сказалась разница в физических кондициях между ней и Василисой. Пожалуй по силе и выносливости с питомицей фейри мог сравниться только он сам и то только потому, что на него свалился преогромнейший ''рояль'' после убийства темного бога.

Итак, усталая некромантка вернулась за стол отдохнуть, накатить, ущипнуть даже с наполовину не опустевшего стола и... и попала из огня да в полымя -- двое неугомонных (Морнэмир и Анариэль) не могли расслабиться даже сейчас и тут же взяли ее в оборот, устроив чуть ли не настоящий допрос...

-- Ну надеюсь теперь-то с дефицитом мертвяков покончено навсегда? - не терпящим возражения тоном, даже не спрашивала, а утверждала Убийца Городов (Анариэль) и при этом смотрела на Туллиндэ так, словно некромантка являлась ее проштрафившейся подчиненной, из-за которой и возник упомянутый дефицит.

-- Может быть и хватит до переноса, - Туллиндэ преодолела искушение соврать, ради того чтобы от нее отвязались, и ответила более-менее честно.

-- Может быть?! Это почему еще может быть?! - наседал с другой стороны Самоделкин (Морнэмир). - Ваш цех (некроманты) получил 300 тысяч мертвецов! И при таком количестве годных к подъему тел ты говоришь ''может быть''?! Объяснись! И ауру свою притуши -- отвлекает! -

Секунду назад Туллиндэ перестала сдерживать свою ауру Смерти, пытаясь отогнать приставал. К сожалению у нее не получилось -- члены клана, особенно те кто давно ее знал, хоть и чувствовали, но уже не обращали на ауру внимания, к тому же прекрасно знали, что Туллиндэ умеет ее ''тушить''.

-- Извините -- вино, - извинилась некромантка, свалив на возлияния вроде как случайную потерю контроля. - И почему 300 тысяч? Вы же знаете, что часть негодных тел была утилизирована? -

-- Да, правда, - подтвердила ее слова Анариэль. - Почти половину тел пришлось сжечь и закопать. С голодранцами (вспомогательными воинами орды) еще хуже -- я и не знала до этого, что совершенно обычные болты могут так рвать тела -- ужас! Про болты из станкачей и копья баллист и не говорю -- сразу тошнить начинает! Но тысячи три с них тоже удалось взять, так что годных тел собрали тысяч на 150 с гаком. -

-- Ладно, пускай меньше, - с неохотой согласился Морнэмир, - но все равно 150 это много, очень много. -

-- Да я и не спорю, - с несчастным видом ответила некромантка, - собрали прилично: 20% сунули в мешки, еще 20% в спец-хранилища -- эти сохранятся похуже, но тоже неплохо, а остальные, несмотря на все чары, испортятся в течении двух-трех недель, так что их надо использовать пока возможно. -

-- А почему только 20% сунули в хранилища? - недовольно пожевала губами Анариэль, что характерно про мешки не спросила.

-- А место я где тебе возьму! - почти агрессивно огрызнулась некромантка. - Все хранилища как дровами забили до потолка! - и заодно напомнила: - Ты ведь сама полгода тому назад отказалась увеличить нам количество площадей, а пару месяцев назад и вовсе хотела четверть отнять, насилу отбились от тебя. -

-- Кто же знал, что так повернется? - признала свой косяк Анариэль. - Тогда мне казалось, что вы сильно лишка хапнули и столько площадей простаивает почем зря, а тут за полторы сотни тысяч тел одномоментно... -

-- Ну вот и не жалуйтесь теперь! -

-- Да никто и не жалуется, - Морнэмир поспешил уйти от взаимных претензий и вернуться в практическое русло. - Ты лучше скажи, когда вы начнете восстанавливать численность зомби, а то считай мы чуть не полста тысяч потеряли разом. -

-- Да-да-да, когда? - присоединилась к его вопросу Анариэль, и оба они уставились на едва не закатившую глаза Туллиндэ.

-- А мы разве не начали? - вопросом на вопрос ответила она. - Пять тысяч за 8 дней это совсем неплохо. Да и что вы преувеличиваете -- от мертвых бригад осталась почти четверть, немногим меньше 10 тысяч. -

-- Нужно восстанавливать строительство в прежнем объеме -- это раз, - начал загибать пальцы Морнэмир. - Нужно расширять свинцовый рудник, и это не игровая шахта -- там покорячиться придется, к тому же вредное производство, где зомби лучше кого бы то ни было -- это два. Нужно массово корчевать землю для будущих ферм -- это три. Совсем скоро начнется копка большого рва вокруг зоны переноса, до этого опять таки нужно все пни на этом месте выкорчевать -- это четыре... -

Туллиндэ с каменным лицом слушала все что он ей говорит, а сама лихорадочно искала возможность сбежать. К сожалению Дримм ушел по каким-то делам, остальные способные прийти на помощь обитатели стола также куда-то подевались, впрочем у нее нашелся еще один вариант...

-- Спаси меня от этих неугомонных! - как всегда мысленный контакт с Василисой возник мгновенно, и жалобный зов о помощи не остался без ответа, хотя сперва прозвучал упрек:

-- Будешь знать, как сбегать! - посмеялась над ее бедой Василиса, но тут же сжалилась: - Сейчас прискачу и вырву тебя из их лап! -

-- Нет, - остановила ее Туллиндэ, - тут нахрапом не получится -- тебя пошлют, а меня не отпустят. -

-- Меня, пошлют!? - сперва возмутилась Василиса. - Хотя да, эти могут. Что делать-то? - несколько растерянно спросила она. -

-- Посоветуйся с кем-нибудь, с тем же Дриммом, Варом, Айноном, Маской, с кем угодно, обрисуй им ситуацию. Ну придумайте чего-нибудь! Их нужно сперва как-то отвлечь, чтобы ослабили хватку! -

-- Ладно! Придумаем! Держись! -

-- А что мне остается? - грустно подумала Туллиндэ и сосредоточилась на том, что ей продолжает говорить Морнэмир...

-- .... это девять, - между тем только заканчивал загибать пальцы Морнэмир. - И вообще необходим резерв мертвяков -- мало ли на какой случай понадобятся. Так что потребности в зомби-силе велики как никогда, а тут такие потери. -

-- Так вроде ты сам говорил, что по мере окончания самых простых, но и самых масштабных работ необходимость в такой примитивной рабочей силе как зомби будет уменьшаться, - Туллиндэ перешла в контратаку и напомнила Самоделкину его же слова.

-- Говорил, - не стал отказываться от сказанного Морнэмир, - а вот видишь как получается. -

-- Короче! - перехватила инициативу Анариэдль. - Как собираешься распорядиться орками? Когда и в каких объемах нам ждать от тебя рабочих-зомби? Хотя бы примерно, чтобы нам знать от чего плясать. -

Морнэмир согласно кивнул и не надеясь на память достал блокнот. Туллиндэ почти с ненавистью посмотрела на них, открыла рот, собираясь высказать им много ''приятного'' и вообще закатить скандал, но потом закрыла (поняла, что это бесполезно), налила себе вина, промочила горло и начала отвечать, не особо при этом углубляясь в детали -- хотели примерно, получите:

-- 40% в хранилищах и мешках сразу выводи за скобки -- могут подождать, в мешках так вовсе сколько угодно могут ждать и все равно будут как свежие. Остается 60% -- это примерно 90 тысяч мертвяков. - Туллиндэ не торопясь отпила вина, заодно быстро стрельнула глазами по сторонам -- Василисы пока нет. - Мы постараемся и сильно, но все 90 тысяч нам не успеть -- несмотря на все чары от четверти до трети испортятся. - Осуждающий взгляд в сторону Анариэль.

-- Да поняла я все, поняла, - с досадой отреагировала та. - Неужели ничего нельзя сделать и такая масса сырья пропадет почем зря? - не особо надеясь на положительный ответ спросила она.

-- А кто сказал про пропажу? - сделала удивленные глаза Туллиндэ и похвасталась: - У меня ничего не пропадает: часть негодных трупов сожжем и получим ''Пепел Мертвых'', - и пояснила для не так подкованной в Алхимии Анариэль (Морнэмир сразу понял и довольно улыбнулся): - Дешевенький алхимический ингредиент -- нам теперь вообще ничего не будет стоить и хватит надолго. -

Анариэль кивнула, про себя подумав что стоит подтянуть Алхимию, чтобы не позориться в дальнейшем.

-- У другой части изымем внутренние органы и заспиртуем, кости истолчем в ''Костяной порошок'', а мясу без костей дадим сгнить -- готовый ''Экстракт Гнили''. -

-- Неплохо, - потер руки Морнэмир, - у тебя прям безотходное производство получается. -

-- А ты бы хоть иногда к нам в лаборатории приходил, еще бы и не такое увидел, а то все со взрывчаткой, да с железками возишься, - попеняла ему Туллиндэ.

-- Исправлюсь, - клятвенно пообещал Морнэмир.

-- Из оставшихся 60 тысяч часть и немалую пустим на кровавых стражей. -

-- Это сколько немалую? - с подозрением спросила Анариэль.

-- Тысяч 20 -- нужно пополнить потери и создать мощный резерв на случай вроде нынешнего (вторжения орков). - Туллиндэ предупредила возмущение или возражения и произнесла волшебные слова: - Увеличение стражей одобрил Дримм -- все вопросы к нему. -

Гнать на Главу ни Анариэль, ни Морнэмир не стали, к тому же 20 с лишним тысяч кровавых стражей -- действительно очень и очень веский аргумент для любых вторженцев, кроме того с таким числом стражей можно было навсегда забыть о какой-либо угрозе со стороны подземелий бук.

-- Остается 40 тысяч, вот их и пустим в зомби-производство. -

-- Получается баш на баш, - несколько разочаровано протянула Анариэль, - 40 тысяч потеряли, 40 тысяч получим? -

-- Плюс 5 тысяч, что мы уже подняли, - напомнила Туллиндэ, поверх кубка оглядываясь по сторонам -- помощи все нет и нет.

-- Ну 5 тысяч лучше чем ничего, - рассудил Морнэмир. - А когда займетесь телами в мешках и хранилищах? -

-- Как распырхаемся с теми что не в них, примерно через месяц, - Туллиндэ сомневалась, что удастся управиться за такой срок, тем более ожидались поставки сырья от отрядов Менелтора и Айсмэна, но раз все примерно, то почему бы и не пообещать, тем более может под это дело удастся что-нибудь вытрясти с прижимистой Убийцы Городов, да и с Самоделкина может быть тоже.

-- У меня два вопроса, - кое-что надумала Анариэль. - Почему если этот ваш ''Пепел Мертвых'' можно получать из сожженных мертвецов, мы не использовали некондиционные трупы, а закопали их полусожженные останки на поле боя? Выходит разбазарили ценный ресурс? И второй: почему так долго с зомби собираетесь копаться? Те пять тысяч вы подняли в два дня, а с сорока собираетесь целый месяц возиться? Почему не сможете управиться за 16 -- по пять тысяч за те же два дня? -

Опережая Туллиндэ на первый вопрос ответил Морнэмир:

-- Пепел Мертвых это все-таки алхимический реагент -- его просто так пережигая трупы на костерке не получишь -- нужны лабораторные условия: специальный огонь, оборудование и отсутствие всяких примесей. -

-- Спасибо, - поблагодарила ремесленника Туллиндэ и в свою очередь ответила на второй вопрос: - Во-первых, наше время, особенно мое, отнимут стражи. А во-вторых, те пять тысяч, что мы подняли в два дня, такие же как старые -- их нужно обновлять, чтобы не рассыпались, а 40 сделаем уже по новому стандарту -- все характеристики выше и не буду хвастаться что вечными получатся -- посмотрим, но по крайней мере им не нужно будет отлеживаться каждые полгода как старым. -

Несмотря на то что вроде бы Туллиндэ ответила на все вопросы приставучей парочки, они продолжили ее пытать и несомненно запытали бы до потери контроля над собой..., но внезапно откуда не возьмись появился Шутник и в несвойственной для себя галантной манере пригласил Анариэль с ним потанцевать -- Убийца Городов не отказала отличившемуся в битве доблестному комбригу и только для виду поломавшись приняла его предложение. Что же касается Морнэмира, то на него коршуном насел Вар и утащил дегустировать вина в компании таких же любителей накатить. Ни один из игроков не обратил внимания на то, что только что сидевшая рядом Туллиндэ исчезла как и не было...

*

Туллиндэ никуда не пропадала и все так же сидела на все той же скамье, только вот некромантку и оккупировавшую ее колени ''спасительницу'' Василису скрывало маскирующее поле (одно из умений разносторонне развитой питомицы). Некоторое время скрытые ото всех подруги общались не словами, но с помощью языков и рук, потом, плавно переместившись в горизонтальную плоскость, продолжили праздник для двоих. И никто из проходящих мимо игроков и заготовок не обращал внимания на едва слышимый скрип тяжелой, широкой и иногда будто по собственной воле слегка сдвигавшейся скамьи.

Старая цитадель клана, самый нижний уровень.

Очень раннее (до восхода солнца) утро 11-ого дня после разгрома степной орды.

Дримм.

Дримм шагал по коридору. Нет, не по коридору Гестапо, а по одному из пустынных и редко посещаемых коридоров восьмого самого нижнего этажа древней фейрийской крепости, а ныне цитадели его клана. Дело, ради которого он оставил все еще гремящий наверху пир и спустился так глубоко под землю, только частично можно было назвать его личным делом как игрока-владельца маунта, а вот с другой стороны, если у него выгорит то что он задумал, то от этого выиграет не только он, но и весь его клан -- Дримм получит сильного маунта, повысит свой индивидуальный статус как игрока и наконец откроет для себя НЕБО, ну а клан... клан получит дракона на своей стороне, и вовсе не игрока с таким прозвищем, а натурального, НАСТОЯЩЕГО ДРАКОНА...!

Все тянулись и тянулись, и тянулись пустые, но не скажешь что заброшенные коридоры (свет и чистота) и казалось нет и не будет им конца. Однако Дримм не торопился и тем более не счел нужным использовать телепорт. Ему было необходимо это время и эта прогулка -- зарядка для ног и ума помогала настроиться на то что его ждет и давала время его организму окончательно вывести из себя алкоголь. А еще фейри знал, что ждет этот уровень в самом ближайшем будущем, и хотел получше запомнить его таким -- тихим, пустым и немного жутковато-загадочным. Совсем скоро вся эта тишина, пустота и загадочность начнет постепенно исчезать -- тишину разорвут звуки шагов и громкие голоса, а пустоту каждого зала и большинства коридоров забьют, забьют до потолка, забьют всем, что только может предложить Серединный мир, всем, что смогут добыть, купить или украсть несколько тысяч игроков. Ну а пока о будущем изобилии напоминали только чужеродно глядевшиеся на стенах таблички с номерами залов и секторов. Дримм шагал по коридорам, по залам и как губка впитывал пока еще не потревоженную атмосферу этого места и одновременно чувствовал, как успокаиваются возбужденные шумным пиром мысли, чувствовал, как появляется столь необходимый сейчас рабочий настрой, ощущал всем телом, как улетучиваются последние жалкие остатки хмеля. Фейри шагал по коридору древней крепости его расы. Глава клана шагал по коридору цитадели его клана. Дримм шагал по коридору...

Но вот наконец и нужный ему зал -- небольшой островок активности посреди тихой пустоты. Его встречали радостно устремившийся к нему Дар, верный Послушный, несколько поклонившихся универсалов и его главный на сегодня помощник-ассистент -- гордый оказанным ему доверием Айнон. Долгая и вдумчиво-неторопливая прогулка пошла фейри на пользу -- Дримм собран и готов. Короткая ласка дракону, кивок Послушному, приветствие друиду, распоряжения универсалам. Трещат отдираемые доски, звучит речитатив заклинаний и команд, звенит металл -- кипит работа.

-- Вроде бы все как надо -- ничего не упустили? - почти час спустя полуутвердительно спросил Дримм, оглядывая сильно изменившуюся обстановку. Глаза его внимательно искали малейшую ошибку, а руки машинально гладили-чесали подбородок подставившего горло маунта. Дар был уже слишком велик, чтобы как раньше поместиться у хозяина на руках, но ради любимой ласки он сложил свои двухметровые крылья, опустился на все четыре лапы и вытянул шею так далеко как мог.

-- Не должны -- все проверили на десять раз, - уверенно ответил ему Айнон. Друид занимался тем же что и Глава, то есть разумеется не чесанием чужого маунта, а поиском недочетов в проделанной работе.

Взглядам игроков открывался совершенно преобразившийся зал. Стены и потолок зала покрывали густые, полные жизни полотнища лиан и растущих на них огромных красных цветов, что издавали густой до приторности аромат. Цветы еще не раскрылись и не выпустили содержащуюся в них пыльцу, но когда это произойдет лучше быть подальше от зала, если ты не хочешь уснуть глубоким и полным приятных видений сном, уснуть и не проснуться больше никогда. В центре зала на каменном пьедестале стоял огромный стальной котел, скорее даже целый бассейн из лучшей оружейной стали, огромная вогнутая емкость, но без воды внутри. Вместо воды дно бассейна-котла полностью скрывали под собой слитки золота, серебра и платины, а так же драгоценные камни россыпью -- целое состояние. Внешнюю и внутреннюю поверхность котла не уродовали какие-либо надписи, рисунки или нанесенные руны. Зато таких надписей, рун и рисунков хватало вокруг него на полу. Целые моря, океаны несущих магию рисунков. Впрочем нет, пока не несущих -- уравнения силы не завершены и по оставленным проходам еще можно добраться до забитой ценностями емкости. Обычное освещение цитадели уже погасили и преобразившийся зал освещался мягким зеленым светом магических кристаллов на высоких полутораметровых подставках. Оные подставки, кстати сделанные из той же стали что и котел, окружали сонм пентаграмм как солдаты на плацу.

-- Не жалко? - с усмешкой спросил друид, кивая на котел. - Все-таки не считая остального на четверть миллиона камешков и слитков? Да еще с твоих же слов, это лишь первая из трех спячек, а вторая и третья обойдутся еще дороже. -

-- Нет, не жалко, - абсолютно искренне ответил Дримм. - Средства есть, время есть -- нужно сделать пока есть возможность. Необходимого количества очков можно и не собрать или собрать, но упустить время -- так что нет, не жалко мне денег, - повторился Дримм. И действительно фейри ничуть не жалел ни о нынешних, ни о будущих тратах.

-- И правильно! - согласился с ним друид. - За деньги такого зверя не купить, заплати хоть 10, хоть 20, хоть 100 миллионов! Кстати, спасибо что позвал помочь, - спохватился Айнон. - Очень уж хотелось на такое посмотреть, тем более поучаствовать. Я знаю при большой нужде ты бы справился и сам. -

-- Пустое, - несколько смутился Дримм. А вот он не был уверен, что смог бы обойтись без столь могучего друида, но даже если бы и справился, то в любом случае потратил бы гораздо больше времени и сил, намного больше. - Вроде бы действительно все, - Дримм окончил осмотр и, обхватив голову Дара обеими руками, посмотрел ему в глаза. -

На несколько минут хозяин-Дракон и дракон-маунт застыли в каменной неподвижности, а потом Дримм отпустил чешуйчатую голову и вытер пот со лба. Золотистое сияние постепенно уходило из его глаз, но вот из глаз взлетевшего к потолку дракончика оно и не думало уходить, смешиваясь с его природным красным цветом, золотые искорки густо бежали и по чешуе. Дар недолго пребывал под потолком, вскоре маунт опустился прямо в бассейн-котел и с комфортом расположился поверх его содержимого.

-- Спи, - приказал ему хозяин -- зевнувший напоследок Дар выполнил его приказ. Дримм немного подождал и кивнул ожидавшим его приказа Послушному и универсалам: - Давайте! -

Вот и пришел черед множества бочек: прямо в котел, прямо на спящего дракончика и его драгоценную постель полился густой красный поток. Благодаря добавкам из редких трав все еще теплая кровь полностью скрыла его в себе, заполнив емкость до половины. Последнюю бочку опустошил Послушный и как только он покинул зону знаков на полу, туда сразу же зашел Дримм и начал методично заканчивать незаконченную работу, доводить письмена до логического конца, дорисовывать рисунки, закрывать пентаграммы, уничтожать ведущие к котлу-бассейну проходы. Как только Дримм дорисовал последний штрих... ВСПЫШКА! И море пентаграмм засияло теплым золотистым огнем, а вот фейри почти мгновенно сдал, мало того, начал заваливаться, словно не мог стоять на ногах. Скорей всего внезапно ослабевший фейри упал бы на собственное творение, но к счастью он был не один -- Послушный подхватил его на руки и отнес подальше от разгоравшегося золотого пожара, а Айнон приложил руку к груди и по той руке потек бурный и теплый поток живительной маны со вкусом магии Природы. Все же как хорошо, что Дримм догадался пригласить в ассистенты настолько сильного друида, единственного игрока в клане с запасом маны почти как у него.

Через пару минут Дримм уже мог самостоятельно стоять, еще через три минуты мог и все остальное -- слабость прошла, и фейри немедленно снял с себя живительную длань. Айнон облегченно вздохнул -- даже его немалый резерв показал дно, как в прорву уходя в исчерпавшегося фейри.

Дримм поблагодарил друга за помощь и, не отрывая взгляда от от едва видимого из-за сияния котла, обошел круг из пентаграмм. Обошел раз, обошел два, обошел три и вернулся к Айнону и Послушному (универсалы уже покинули зал и ждали их в коридоре).

-- Получилось! - в ответ на вопросительный взгляд друида, слегка склонил голову Дримм.

-- Вот и ладушки, - облегченно выдохнул друид, обидно было бы, если бы все затраченные силы оказались потрачены зря. - Если все хорошо, то надо быстрей валить, - поторопил фейри друид и указал на разбухавшие прямо на глазах цветы: - Я не могу их долго сдерживать -- еще минута-две и начнут открываться. -

-- Тогда пошли, - согласился Дримм и первым двинулся на выход, суеверно ни разу не оглянувшись назад, за ним последовали и остальные.

Через минуту на герметично закрытую дверь щедро полилась золотая фейрийская кровь, активируя заранее нанесенные на нее руны. Все! Дверь не открыть и не сломать, если ты конечно не сильней наложившего те руны мага. Однако ради предотвращения недоразумений у запечатанных дверей зала встал на караул Послушный, через час его сменил пост из шести спецназовцев, что имели жесткий приказ охранять дверь и заворачивать всех любопытных именем Главы.

-- Еще раз спасибо! - уже по пути наверх вновь поблагодарил за предоставленную возможность Айнон.

-- Это тебе спасибо, - хлопнул его по плечу Дримм. - Я твой должник! -

-- Сочтемся! - отмахнулся Айнон. - Ты лучше меня позови когда будешь его оттуда доставать! -

-- Непременно, - пообещал Глава. - А пока чтобы время не терять, давай-ка обсудим стену (живую стену) вокруг зоны переноса. -

-- Давай, - не стал возражать друид. - До того как стало известно о приближении орды, я хорошо полазил по тамошним местам, посмотрел, прикинул -- работы будет много, но не все так страшно как я думал раньше. Значится перво-наперво... -

ПРОДА от 25.08.2017.

Интерлюдия.

г. Москва, Северный административный округ, р-н. Западное Дегунино, двенадцатый микрорайон, двор элитного жилого дома.

Настоящее время (2019 год), полдень.

Кондрат.

Крутится, вертится шар голубой,

Крутится, вертится над головой.

Крутится, вертится, хочет упасть,

Кавалер барышню хочет украсть.

Где эта улица, где этот дом!?

Где эта барышня, что я влюблен?!

Вот эта улица, вот этот дом!

Вот эта барышня, что я влюблен!

Как бывало не раз слова знакомой с детства песни помогли Кондрату успокоить разгулявшиеся нервы и войти в то особое состояние холодной отстраненности, что так полезно для дела. Давно, очень давно он не занимался подобными вещами и надо признать отвык, но сегодня собирался вспомнить старое, и немудрящие слова помогали ему настроится на нужную волну.

Большой двор элитного дома не любил чужаков, отгородившись от остального города решетчатым забором и такими же воротами. Снобизм? Быть может, хотя скорее веяние времени и требование жизни. Зато двор одного из центральных районов трещавшей по швам Москвы не ломился от припаркованных автомобилей совершенно посторонних людей, песочницу не уродовали кучи говна, всю остальную детскую площадку окурки, шприцы и бутылки, на любовно ухоженных клумбах не воняли использованные презервативы и обдолбанные ханырики, милиция (пардон) полиция не гоняла наркоманов и шпану, странные дяди не выслеживали детей, а гости из солнечного Таджикистана бабулек, нет -- во дворе дома царили покой и тишина.

Кондрат не имел к жильцам дома и соответственно к хозяевам двора никакого отношения -- не жил, не являлся родственником или знакомым тех кто жил, не работал в многочисленных службах богатого дома, однако он, чужак, нагло и у всех на виду сидел на скамейке внутри запретного для чужаков двора и никто не обращал на него внимания. Впрочем, а на что было обращать? Он не походил на шебутного представителя какой-нибудь из молодежных субкультур, любителя странно звучащих для русского слуха развлечений вроде пранка, паркура или какого-нибудь другого опасного для себя и других занятия (ей-ей лучше бы с тем же пылом занимались девушками, а то ломают кости, треплют нервы, а рождаемость падает); не походил он и на косившего под дебила учащегося ПТУ, в традиционном измызганном спортивном костюме, с не менее традиционными жаренными семечками на зубах, от чьего жутковатого ''Гы-Гы-Гы'' стыла кровь в жилах у любого нормального человека; не был похож и на откровенного гопника-алкаша, которому всегда нужно было добавить, то есть попросту отобрать у случайного прохожего бочата (часы), лопатник (кошелек) и все что угодно, все что можно продать или обменять на пузырь бухла, а если не получится, в похмельной ярости насрать, сломать, нагадить где можно и нельзя; на представителя набившей всем оскомину чернявой национальности он тоже не походил. Нет, старичок-божий одуванчик напоминал книжно-киношного профессора, этакого престарелого, но по-прежнему элегантного денди годов так 20-х 20-ого века, а может и века 19-ого. Любой кто видел его умилялся, а через несколько минут и вовсе о нем забывал и продолжал заниматься своими обычными повседневными делами. Да и был ли тот старик? Или это воспоминание об увиденном в фильме или сериале актере?Да если даже и был, то явно не нес угрозы ни двору, ни жильцам.

Просто удивительно как человека могут изменить обычные контактные линзы, качественно положенный грим, накладные волосы и борода, сшитый на заказ костюм под Италию и до умопомрачения лакированные туфли -- изменить до неузнаваемости. Когда над Кондратом закончила колдовать незнакомая ему, но знакомая Василию (Альдарону) сухонькая старушка и он смог посмотреться в зеркало, то не узнал сам себя -- исключительно качественная работа, исключительно! Где лысая, изрезанная старыми шрамами башка? Вместо нее благородная, роскошная, снежно-белая шевелюра, которая к тому же скрыла от посторонних глаз отсутствие половинки правого уха и ожег на месте левого. Где слишком сильно давящий взгляд (зверский, как говорили ему некоторые)? Вся тяжесть осталась с внутренней стороны зеленых контактных линз, и о чудо (!) Кондрат видел в них лучше, чем видел в своих любимых очках. Появилась роскошная и такая же снежно-белая борода, а усы, его гордость, смотрелись на ней не как чужеродный элемент, а как составная часть ухоженного комплекса из бороды и усов. Ну и ко всему этому великолепный костюм: не настоящая Италия конечно, но даже специалисту трудно было бы понять, что это подделка, по крайней мере на первый взгляд. Хотя если смотреть в корень, кто тут еще подделка надо поглядеть -- костюм не жал, не стеснял движений, не натирал и в нем можно было бегать, прыгать не хуже чем в специально предназначенной для тренировок спортивной одежде. Кондрату понравился его новый образ -- так бы в нем и ходил, и почти девяностолетний старик долго, как мальчишка перед первым свиданием, вертелся перед зеркалом, пока его не позвала знакомая Василия внести в его образ последние штрихи. Золотые очки (обычное стекло), дорогие часы, ручка Parker и короткий зонт добавили образу глубины и достоверности. Казалось бы после взгляда в зеркало Кондрата уже ничем нельзя было удивить, но как потом оказалось все же можно: уже в самом конце, когда преобразившая его старушка прощалась с Василием, он с искренним изумлением понял, кем она была -- вот значит как в реальности выглядела Синьагил.

Кондрат поднял руку к лицу и взглянул на циферблат -- семь минут до назначенного времени. Ни много, ни мало -- нормально: пока не стоит вставать и идти к нужному подъезду, но можно начинать готовиться. Он лениво оглядел двор -- никого. Почти никого: полный мальчик вышел из подъезда, мальчишку больше интересует гаджет в руке чем окружающий мир, мужчина помогает жене загрузить в дорогой автомобиль коляску и задорно орущего отпрыска, в другом конце обширного двора возится дворничиха -- самый страшный его враг (теоретически может поинтересоваться, что забыл на скамейке незнакомый ей старик), но похоже она застряла надолго. Через пару минут Кондрат изменил позу, словно устал сидеть в одном положении, при этом короткий зонт ''ну совершенно случайно'' оказался у него на коленях. Не по-стариковски ловкие пальцы пробежались по стержню, надавили, повернули незаметный рычажок -- внутри зонта раздался едва слышимый щелчок. Пальцы огладили набалдашник в форме крюка, попробовали насадку с внутренней стороны, но двигать ее не стали и не явили миру то, что скрывалось под ней, пока не явили. Кондрат вновь откинулся на спинку скамейки и взглянул на часы -- 4 минуты, хотя, уже три.

Итак зонт -- обычный на первый взгляд зонт. Разве что если присмотреться, можно заметить слишком толстую рукоять-набалдашник, а с другой стороны, ну кому это надо? Сотни фирм, фирмочек и вообще подозрительных шарашкиных контор изготавливают похожие зонты не только в России, но и за рубежом, и все они творят как бог на душу положит, так что и слишком толстая рукоять вполне может быть высером мозга очередного ''гениального'' дизайнера. Да может, но не является: этот зонт работа настоящего мастера, известного в клане Красного Дракона под именем Дорн. И в общем-то зонт это не зонт -- ткань, спицы внутри нее, частично внешний вид рукояти это бутафория: под тканью не телескопическая рукоять, а гораздо более широкий и массивный агрегат, по сути почти один огромный и толстый ствол, главная и изначальная цель которого глушить звук, ГЛУШИТЬ в ущерб дальности и точности, но не надежности, все остальное, затвор, пружина и другие части самодельного оружия занимали гораздо меньше места -- как уже было сказано ранее под черной тканью якобы зонта царил ствол, нет, СТВОЛ! Там же был расположен магазин на восемь патронов: 7,63x25 мм Маузер -- достаточно надежный и убойный патрон. А вот сменить магазин нельзя, для этого пришлось бы долго разбирать весь агрегат, при этом резать бутафорскую ткань, ломая бутафорские спицы. Да и не нужно -- если все пойдет как надо, то восьми патронов хватит за глаза, а если не пойдет, то даже десять полных магазинов не помогут хозяину оружия. Спусковой крючок скрывает нашлепка на набалдашнике, предохранитель Кондрат только что взвел и поставить его назад невозможно. Бьет оружие на 10-15 метров, потом начинает хромать точность, но в условиях ограниченного пространства, например, машины, подъезда, квартиры больше и не надо. В общем неплохое оружие, хотя и не без недостатков, главный из которых не невозможность перезарядиться и не неудобная рукоять, а вес -- зонт весит почти полтора килограмма, но зато безобидный вид, беззвучный выстрел и мощный немецкий патрон. Впрочем тому кто умел обращаться с ''мечтой кулака'' (винтовочным обрезом) не пришлось долго привыкать. На самый крайний случай у Кондрата имелся запасной вариант -- десяти сантиметровый нож-наваха, подарок погибшего в Корейскую друга-командира. Друг привез его из Испании в 35-ом году, а затем без единой царапины прошел с ним Халхин-Гол и еще две войны, а вот в третью нож-талисман не помог, и умиравший от ран командир без сожаления подарил заслуженное оружие молодому, но талантливому подчиненному. Десятисантиметровая наваха -- действительно хорошее оружие, и Кондрат умел им пользоваться... когда-то давно. Он не обольщался насчет себя -- двадцать, даже пятнадцать лет назад он еще кое-что мог, а теперь один единственный настоящий удар, даже не от профессионала, а просто от здорового, молодого мужика и ему старику хана. Так что наваха это на самый крайний случай, и хорошо бы этот случай так и не наступил.

Кондрат взглянул на часы -- минута, а значит пора. Встал, разгладил брюки и неторопливой походкой направился к подъезду напротив скамейки, на которой он сидел, ''зонтик'' небрежно качается в петле на правой руке. Во дворе ни души, даже дворничиха куда-то скрылась:

Крутится, вертится шар голубой...

Кондрат минует еще одну скамейку перед самым подъездом, розовые кусты, вступает на лестницу под козырьком и мурлыкает себе под нос заветные слова:

Крутится, вертится над головой...

Он успевает посторониться, и даже галантно придержать дверь перед пожилой женщиной с помертвевшим лицом и глазами на мокром месте -- консьержке этого подъезда только что позвонили по мобильному телефону и сообщили, что ее единственная и любимая внучка попала в аварию (на самом деле абсолютно целая девица скучала на паре в своем университете, что характерно с ВЫКЛЮЧЕННЫМ телефоном):

Крутится, вертится хочет упасть...

Кондрат с усмешкой глянул вслед женщине, подмигнул зрачку видеокамеры и, проникнув в подъезд, закрыл за собой дверь. Камер он не боялся -- как неосмотрительно со стороны службы безопасности дома оставлять в своей системе выход в интернет, неудивительно, что через этот пусть и защищенный, но НЕДОСТАТОЧНО защищенный выход-вход шляются все кому не лень -- хорошо сработал более чем подкованный в программировании и хаке Ниэллон:

Кавалер барышню хочет украсть...

Незваный гость не решился вызвать лифт на первом этаже, а благоразумно поднялся на второй. Конечно у получившей страшное известие консьержки не было времени вызвать сменщицу, тем более ее дождаться, но береженого бог бережет, а не береженого кто-то стережет -- в конце-концов есть дворники, есть охрана на воротах мало ли... Но и идти по лестнице до девятого этажа... не в его возрасте, так что лифт.

Буквально через минуту распахнулись двери, и Кондрат вступил в самый чистый лифт на его памяти, даже лифт в здании Министерства Обороны пусть и слабо, но пованивал мочой (много престарелых генералов со слабым мочевым пузырем), а тут запах лаванды, чистота, зеркальные стены и приятная музыка -- прямо не лифт, а холл дорогого отеля.

Кондрат успел закончить уже начатые куплеты и начать по новой, когда лифт остановился на нужном ему этаже. Приятный женский голос по-английски назвал номер этажа, двери бесшумно открылись, Кондрат вышел.

На площадке никого, на лестницах никого, за массивными дверьми тоже никого не слышно, но это не показатель -- за такими стальными монстрами можно хоть бомбы рвать, хоть надрывая глотку орать ''Парус'' Высоцкого, но тут уж ничего не попишешь -- остается надеяться на судьбу, удачу, фортуну. Кондрат огладил большим пальцем нашлепку на набалдашнике ''зонта'' и... вновь оставил ее в покое. Подошел к нужной двери и нажал белую кнопку звонка.

-- Динь-дон! Динь-дон! Динь-дон! - в глубине квартиры звенит забавный звонок. Звук очень приглушен -- толстая дверь, но все же его слышно.

Кондратий чуть отступил от двери, давая тому кто будет смотреть в глазок хорошо себя разглядеть. Поправил манжеты, поправил бабочку, поправил Parker в нагрудном кармане пиджака и постарался принять как можно более безобидный и в то же время деловой вид. Приглушенных дверью шагов он не почуял, но и не вздрогнул, когда увидел потемневший глазок и услышал вопрос из-за двери:

-- Кто там? - вполне себе банальный вопрос, причем что характерно на русском языке. Впрочем чему тут удивляться? Хозяин квартиры говорил и думал на нем не хуже чем на родном английском.

-- Mister Bohm? - американский Кондрата был великолепен -- типичный говор уроженца округа Колумбия, не зря его классический английский подвергся безжалостному коверканью сразу с двух сторон: почти месяц в виртуале его мучил Сулмендир, и столько же в реале пытал Альдарон -- результат на лицо, вернее на языке.

-- Yes, - владелец жилья охотно перешел на язык сдернувших за океан соплеменников Шекспира, одновременно он внимательно разглядывал гостя сквозь глазок. И что же он видел? Благообразный старик в золотых очках, с золотым пером во внешнем кармане дорогого итальянского костюма -- на гопника, журналиста или сектанта не похож, да и не пускали такую публику в подъезд элитного дома.

-- Good day, mister Bohm. My name is Samyel Johnson. I think, you remember me, do you? I am here for embassy business, - намекнул на вполне возможную в прошлом встречу Кондрат, в конце концов парень не мог быть знаком или знать в лицо всех сотрудников огромного посольства, да и не ставил перед собой такой задачи. - Please, may we talk? - Кондрат ковал железо пока горячо и, благожелательно улыбаясь в глазок, напрашивался в гости.

-- Of course, just a minute! - Ай-ай-ай -- никогда не открывайте дверь незнакомым людям и это правило не стоит забывать даже взрослым! Хозяин квартиры забыл -- широко распахнул дверь, улыбнулся гостю фирменной американской улыбкой и гостеприимно пригласил его внутрь: - Welcome, Mister Johnson! -

Кондрат вежливо склонил голову и зашел в длинный коридор. В глубине большой шестикомнатной квартиры звучала разнообразная музыка (как минимум три композиции из трех разных источников) и слышались азартные голоса, а также звуки выстрелов и взрывов (приятели хозяина квартиры резались в приставку).

-- Are you alone? - Кондрат посторонился, позволяя визави закрыть входную дверь и незаметно кивнул сам себе, услышав как лязгнул замок -- надежная дверь намертво отрезала квартиру от случайных прохожих и любопытных соседей.

-- Yes, my friends are here, but they'll not disturb us, - хозяин квартиры легкомысленно подтвердил то, о чем Кондрат итак знал: к сожалению русские бездельники-друзья молодого американца постоянно терлись у него на квартире и не давали застать его дома одного. Трое это еще не самый плохой вариант -- в любое время суток могло быть до десяти и больше.

Кондрат вновь улыбнулся обезоруживающей улыбкой доброго дедушки и, словно увидев кого-то на том конце коридора, слегка поклонился в приветствии. Доверчивый американец повернул голову посмотреть кого увидел гость, никого не увидел и открывая рот развернулся назад.

-- All right, сученыш! - Короткий зонт уже смотрел ему в грудь, а откинувший нашлепку на набалдашнике ''гость'' жал на спусковой крючок.

Выстрел! Из вершины зонтика исторглась свинцовая смерть и легкий полупрозрачный дымок с резким запахом, а вот звука выстрела не было, не было даже щелчка или легчайшего хлопка, так -- вздох слишком глубоко вздохнувшего человека. Достаточно мощная пуля, да еще с такого смешного расстояния должна была бы навылет пробить грудь, возможно и стену дома и полететь дальше... должна, ДОЛЖНА БЫЛА БЫ, если бы ее выпустили из нормального пистолета, а не из изделия Дорна. Старый умелец от души намудрил с самодельным стволом и фрицевским патроном, но зато ''вздох'' вместо звука выстрела и пуля, что оставила в теле аккуратную дырочку... и развалившись на куски зверски истерзала плоть внутри. Все же пуле, вернее ее деформированным фрагментам хватило энергии вырваться из спины, но этим же жалким остаткам не достало силы пробить несколько слоев ткани и ватного наполнителя -- обычный пуховик сумел их остановить и не допустить до стены.

Американец с теплыми, ЖИВЫМИ глазами еще оседал на изорванный и измазанный в крови пуховик, а из ствола самодельного оружия еще курился дымок, когда раздался громкий, просто оглушительный щелчок -- Кондрат немедленно сместился в сторону, почти упер ствол ''зонта'' под подбородок медленно оседавшего тела и снова нажал на спуск.

Выстрел! Пуля, остатки пули, снова вышли с обратной стороны, попутно разнеся затылок и окатив несчастный пуховик щедрой порцией крови и мозгов, ну и вновь остановленных кусочков свинца. Дважды застреленный покойник набрал скорость -- полуголовое тело с десятком дырок в спине сползло по насмерть изгаженной одежде, опустилось на обувную подставку, прихватив пару туфель сползло по ней на пол и замерло. Вновь громкий и резкий щелчок -- самозарядка Дорна перезарядилась и готова стрелять. Все также звучат музыка, возгласы азарта и бутафорские выстрелы и взрывы -- прочие обитатели квартиры пока не поняли, что к ним на огонек заглянула смерть.

На мгновение Кондрат позволил себе отвлечься и перевести дух -- главное дело сделано -- без сердца и мозгов не встанет даже бессмертный Дункан Маклауд, не то что обычный человек! Буквально через секунду он вновь сосредоточился -- дело нужно было довести до конца. Осталось трое -- девчонка и двое парней, представители так называемой золотой молодежи, самые тупые из них, то есть те, кого родителям-депутатам (судьям, сенаторам) не удалось выпихнуть учиться за бугор и кто сейчас старательно и не жалея себя ''тренировался'' в будущем просрать уворованные предками-ворюгами деньги. Вот уж кого Кондрат не жалел, хотя с другой стороны, он никого не жалел большую часть своей жизни и не желал заниматься сей филантропией сейчас, без всяких сомнений и душевных терзаний собираясь разменять жизни абсолютно безразличных ему сикельдявок на двух-трех, а если повезет, то и пятидневную фору.

Кондрат в последний раз глянул на остывавшее тело на полу и, поудобней перехватив тяжелое оружие второй рукой, осторожно двинулся вперед. Губы старика шевелились, напевая все еще любимый и памятный мотив:

Крутится, вертится шар голубой...

Комната, пустая, видимо спальня, на одной из настенных полок надрывается включенный магнитофон (точнее не магнитофон, а довольно современная стерео-система, но для Кондрата -- один черт). ''Гость'' оставил комнату в покое:

Крутится, вертится над головой...

Две двери -- туалет и ванна. В туалете горит свет. Ванная пуста. Кондрат прислушался, подождал несколько секунд, ему надоело, и он решил действовать, а не дожидаться засранца -- хочет сдохнуть на толчке, его право:

Крутится, вертится, хочет упасть...

Кондрат поудобней перехватил зонт и рывком распахнул дверь туалета! Никого! Пустой ''трон'' и сияющий кафель. Кондрат философски пожал плечами и, оставив санузел позади, продолжил свой путь:

Кавалер барышню хочет украсть...

Ему почудилось движение в соседнем помещении, и он припал к стене коридора. Нет, не почудилось -- мелькнула тень, еще раз, электронный сигнал и едва слышимые из-за множества шумов удаляющиеся шаги:

Где эта улица, где этот дом?

Внезапно Кондрат узнал знакомый звук -- сработала микроволновка. Вновь звук -- открыли дверцу. Кондрат вздохнул и плавно шагнул в дверной проем:

Где эта барышня, что я влюблен?

Перед ним большая кухня, по которой к нему идет молодая девушка в легкомысленном халатике и большими наушниками на голове. Красивая. Удивительно -- никого провода, но наушники работают, видимо передают или проигрывают музыку, поскольку девчонка покачивает головой в слышимом только ей ритме. В руках у меломанки две бумажные коробки пиццы, разогретой пиццы:

Вот эта улица, вот этот дом!

Девушка не только сама лишила себя слуха, но и полуприкрыла глаза. Она не замечает незнакомца, что держит в обеих руках направленный в ее сторону ''зонт''. Замечает его только в двух-трех шагах, ошарашенно останавливается, ее глаза лезут из орбит, открывается рот... Может быть у кого-то другого и дрогнула бы рука при виде молодой, не разменявшей и двух десятков девчонки, но только не у Циркуля (старое партизанское прозвище Кондрата). Первую женщину, вернее сразу трех женщин он убил в 13 лет: мать, жена и младшая сестра перешедшего на сторону немцев милиционера в немалых чинах умерли грязно, но быстро -- длинный нож для заколки свиней, рожденная ненавистью сила и совершенно не детская ярость в глазах малолетнего мстителя. А потому...

Выстрел! Пуля входит прямо между широко раскрытых глаз и прелестная головка трескается как перезрелый арбуз!

Вот эта барышня, что я влюблен!

Большие наушники помогли голове сохранить форму и не брызнуть во все стороны ошметками, кровавый поток изливается на красивый халат, тело падает, коробки пиццы падают на него, кусок дымящейся пиццы вывалился из коробки и ползет по бесстыдно обнажившемуся животу, сверху его поливает кровавый ''соус''. Щелчок! Оружие в руках безжалостного убийцы вновь готово к бою, он разворачивается и покидает кухню.

Кондрат недоволен собой -- отвлекся на необычное устройство и не просчитал траекторию выстрела, в результате несколько осколков пули попали в подвесной шкаф, пробили дверцу и что-то там разбили внутри. Впрочем самого плохого все же не произошло -- осколки могли, но все-таки не попали в окно.

Следующая комната пуста, лишь только работает включенная плазма, на экране надрывается модная чернокожая девица, такие же чернокожие мужики пляшут у нее за спиной. Кондрат вновь замер в коридоре, впереди зал -- самая большая комната квартиры, именно оттуда слышатся азартные крики, взрывы, стрельба -- на просторах приставочной игры идет безжалостная бойня.

На мгновение у Кондрата прихватывает сердце и темнеет в глазах, он опирается, почти падает спиной на стену, оружие в руках тяжелеет раз так в пять.

-- Не сейчас! - старик преодолевает себя и чудовищным усилием воли прогоняет боль и слабость, загоняя их туда откуда они пришли. Отталкивается плечами от стены, поднимает опущенное оружие, вдох-выдох, вдох-выдох -- глубокие вдохи проталкивают кислород по старому нутру, наполняют кровью забарахлившее сердце. Вдох-выдох, вдох-выдох -- он готов!

Вновь шевелятся губы, в голове звучит придающий сил мотив, а сам Кондрат буквально втекает в зал -- после микро-приступа ему много лучше, и он чувствует прилив сил. Кондрат готов немедленно стрелять, но нет, не нужно -- двое парней в громоздких шлемах виртуальной реальности и чувствительных перчатках увлеченно рубятся в бродилку-стрелялку. На экране, перед которым они сидят, отображаются все их приключения в мире игры, включенные на максимум колонки-динамики наполняют квартиру азартными воплями, взрывами, стрельбой, стонами умирающих врагов.

*

Разумеется производители игровых консолей не могли соперничать с ''Основой'', но изо всех сил старались если уж не догнать, то хотя бы не так сильно отстать -- очень качественные шлемы виртуальной реальности, сенсорные перчатки последнего поколения, широчайший ассортимент (от гонок до стратегий) и невероятно комфортная кредитно-ценовая политика не сумели остановить отток клиентов, но замедлили его до предельно возможных величин. Хотя все давно уже поняли -- конец приставочного мира предрешен.

*

Кондрат делает три шага вперед. Между ним и ничего не подозревавшими целями 2 метра -- идеальная дистанция.

Выстрел! Производитель шлемов виртуальной реальности сильно подсуропил как стрелку, так и создателю оружия -- шлем оказался недостаточно крепок, чтобы остановить пулю, но достаточно, чтобы удержать фрагменты пули внутри разнесенной головы. Все последствия выстрела: игрок дернулся, выронил пульт и осел на диване, слегка завоняли перегоревшие микросхемы, из-под шлема на обивку закапала кровь. Соратник убитого продолжил играть как играл -- слишком хороший шлем не позволил услышать ни вздоха выстрела, ни хруста ломавшегося под ударом пули пластика, ни щелчка, с котором перезарядился смертоносный агрегат.

Выстрел! Толи шлем оказался с браком, то ли мозги жертвы оказались пожиже, но на этот раз один из кусочков свинца сумел вырваться наружу, бешено вращаясь чиркнул по краешку закрепленной на стене плазмы и пробив обои застрять в стене.

Все! Кондрат сделал дело, по крайней мере самую сложную часть. Меньше десяти минут, пять выстрелов, четыре трупа -- неплохой даже для молодого результат. Нужно было уходить, но прежде Кондрат посетил все остальные комнаты и убедился в том, что в квартире больше никого нет. Когда он нашел в одной из комнат капсулу виртуальной реальности, то с трудом удержался чтобы не разрядить в нее ''зонт'', благо оставалось целых три неиспользованных патрона. Но все же удержался: теоретически уничтожение капсулы могло навести на их след или как минимум на мысль, что след убийц ведет в Серединный мир, да и бессмысленно ее уничтожать -- без игрока, вернее без его аккаунта, капсула безвредна, а к индивидуальному аккаунту может подключиться только мозг владельца капсулы, тот самый мозг, что в данный момент вытекает на пол коридора.

Прежде чем покинуть квартиру внимательно осмотрел себя (пара почти незаметных пятнышек крови -- ерунда), потом посмотрел в глазок и не зря -- сверху спускалась женщина с собакой на поводке. На секунду Кондрат напрягся -- Тузик, Шарик, Бобик или кто он там мог почуять смерть, но нет, пса больше заботил полный мочевой пузырь, и все его силы уходили на то, чтобы не напрудить прямо на лестнице, а дотерпеть до ближайших кустов.

Кондрат дождался пока собачница спустится на пару пролетов вниз и только потом осторожно приоткрыл дверь, прислушался, вышел и, направившись к лифту, толкнул дверь пяткой ноги -- дверь закрылась с едва слышимым щелчком. Посланцу самой смерти сегодня явно сопутствовала удача: во-первых, лифт находился на его этаже (будний день); во-вторых, все еще пустовало место консьержа; в-третьих, когда он покидал двор, ему никто не встретился по пути; в-четвертых, охранник у ворот относился к своим обязанностям спустя рукава -- вместо работы смотрел телевизор и пускал слюни на ставшую известной телеведущей бывшую шпионку, хотя рыжая девка была и вправду хороша и его можно было понять. В общем Кондрат беспрепятственно покинул место преступления и растворился в лабиринте московских улиц, дворов, скверов, точек, закутков. Через десять минут восстановилась работа видеокамер, а обрадованный сотрудник управляющей компании немедленно отменил дорогостоящий вызов тех-служб.

Час спустя на одной из тихих улочек совсем другого района остановилась старенькая Toyota, и в нее сразу же сел уже прежний Кондрат -- страшный, лысый, давящий неморгающими буркалами старик. Водитель машины -- молодая симпатичная девушка лет 18-ти тут же дала по газам, и вновь закрутился хоровод улиц, переулков, дворов и так несколько часов подряд. Останавливалась машина лишь на светофорах и чуть притормаживала на пешеходных переходах. Во время одной из таких остановок на секунду открылась задняя дверь и в жадный зев канализационного коллектора полетели три небольших блестящих предмета: оставшиеся после дела патроны, последняя часть (и улика) разобранного и разбросанного по всему городу оружия отправилась в увлекательное путешествие. Ну а Кондрат продолжил счищать грим специальными салфетками, соскребать с подушечек пальцев специальную пленку и переодеваться (великолепный, ручной работы костюм упокоился на трех разных мусорках, причем не на абы каких, а на тех, чей мусор должны были вывести в этот же день; часы, очки и Parker постигла та же участь, а контактные линзы приняла в свое нутро впечатляющая объемами лужа, в которой вполне можно было бы утопить легковой автомобиль).

*

Каждый из выброшенных патронов прошел очень разный путь. Один из них нашли в решетке ливневой канализации и... выбросили к другому бесполезному мусору -- Сотрудники Мс-Гор-Водоканала не стали обращаться в соответствующие органы с такой ерундой, вот если бы обнаружили пулемет... тогда бы они еще подумали отдавать или нет такую полезную в хозяйстве хреновину лопоухим ментам, а пришедший в негодность патрон... Другой ждала более интересная судьба: прежде чем страдавший в неподходящей среде патрон успел окончательно испортиться его нашел катакомбник-старообрядец и буквально через пару недель использовал его во время налета на подземное капище сатанистов -- старый немецкий патрон не подвел и разнес и уродливую, изображавшую козла маску, и бл...ую харю под ней, и гнилые мозги бесившегося с жиру депутатского сынка. Последний из патронов много месяцев странствовал среди бурных и вонючих вод пока не обрел пристанище в желудке трехметрового белого крокодила, рядом с рукой и ногой Василия Шерстобитова, сотрудника метрополитена, съеденного оным прожорливым и неразборчивым в питании крокодилом за три дня до того, как искомый патрон попался ему на зубок.

*

Через несколько часов все еще красивая женщина средних лет открыла дверь своей квартиры. На пороге стояла ее дочь и незнакомый бровястый старик со шрамированной башкой, тяжелым взглядом и старомодными усами. Грудь незнакомца украшал настоящий иконостас из орденов, главную скрипку среди которых играли две звезды героя. Честно сказать хозяйка приробела -- такое обилие наград, ТАКИХ наград, она видела только в кино.

-- Здравствуйте, - неуверенно поприветствовала гостя хозяйка.

-- Привет! - махнул рукой подъезжавший в кресле Самуил.

Гость достаточно галантно поздоровался, назвал свое имя, сделал хозяйке комплимент, хлопнулся ладонями с ее сыном как со старым знакомым (кипящие вопросы едва не заставляли шевелиться волосы у женщины на голове) и вместе с ним отправился на кухню как к себе домой, ну а женщина сумела задержать дочь в коридоре:

-- Кто это, Циля?! - яростным шепотом спросила она и в изумлении отступила, услышав ответ:

-- Ну мам, ты же все время говорила, что наш вирт это игрульки для детишек, так что вот тебе член нашего клана -- знакомься, общайся и спрашивай, зачем он играется в одной песочнице с детьми. -

Циля едва сдержала смех, глядя в остекленевшие глаза матери, потом высвободила руку, сама бережно подхватила мать под локоток и повлекла ее на кухню знакомиться. Сегодня мать Айсмэна и Исилиэль сделала первый шаг на пути в клан, вернее ее дети сделали этот шаг за нее.

Родители Алекса забеспокоились примерно через пять дней -- сын конечно был тот еще шалопай, но никогда не исчезал на такой долгий срок. Весь шестой день они пытались звонить его многочисленным друзьям, а на седьмой, использовав дубликаты ключей, проникли в квартиру... Был громкий скандал и расследование, причем не одно, а сразу два: спецслужбы РФ и США по-настоящему рыли носом землю. Однако ни те, ни другие так ничего и не нашли, да еще и насмерть перецапались в процессе расследования, мешая и подставляя друг друга. Через два месяца тело Кондрата скончалось в реале -- так и не найденный след окончательно остыл.

Конец второй части второй книги.

Content

Стариков Антон
Вторая часть Великого похода. От океана до степи

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50