Дайри Кейтлин

Тачдаун, детка

«Тачдаун, детка»

Кейтлин Дэйр

Спортсмен. Бабник. Плохиш... Отец?

ДЭЙМОН

Я не планировал становиться отцом в ближайшее время... Однако, незапланированное - не значит нежеланное.

Я - звезда НФЛ и шикарно живу со всеми этими горячими цыпочками, которые ежедневно бросаются к моим ногам. Всё, как я люблю. Но неожиданно я слышу о своей старой знакомой, Фэйт Кортес. Мы давно не виделись, но, черт возьми, я помню ее. Умная, сексуальная, с пышными формами... мои самые грязные фантазии воплощаются в реальность. Ей вдруг захотелось снова встретиться со мной, и я не стал ее отговаривать.

Но вскоре я узнаю, что у нее есть ребенок. Сюрприз!

Понятия не имею, кто отец ее дочери, и почему она так пыталась это скрыть. Все, в чем я уверен - меня это не беспокоит. Я люблю ее маленькую девочку, и хочу присутствовать в ее жизни.

Ничего страшного, что я не стал для Фэйт первым. Мне будет чертовски приятно быть ее последним, и я в лепешку разобьюсь, но стану отцом для этой малышки...

ФЭЙТ

Мне нравится, когда он называет меня "малышка"... Но он не догадывается, что у меня, на самом деле, есть малыш.

Я не из тех девушек, которые встречаются с великолепными футболистами, особенно с грубыми, высокомерными плейбоями, такими как Дэймон Норт - ресивер Лос-Анджелесских «Скандалистов», который не пропустил ни одной модели и актрисы в городе.

Мне не следует иметь никаких дел с такими мудаками, как он... но у него есть кое-что, в чем я отчаянно нуждаюсь. Моя сестра была убита, и теперь я воспитываю ее дочь. И я уверена, что кто-то из команды Дэймона виновен в ее смерти. Полиция не помогает, так что мне ничего не остается, кроме как сблизиться с Дэймоном и вытянуть из него всю информацию, которую я только смогу. А это означает, что я должна встретиться с ним.

Конечно, все это сплошное притворство - до тех пор, пока я не узнаю то, что мне нужно. То есть, пока я не начинаю в него влюбляться...

Но сможет ли он любить меня после того, как узнает о моей лжи? И что еще более важно: сможет ли он полюбить малышку Аву?

Пролог

Фэйт

Февраль 2010 г.

- Ты уверена, что хочешь встретиться с парнем, которого не знаешь?

Моя лучшая подруга Эми смотрела на меня, пока я стояла у зеркала и красила ресницы тушью. Нерешительно улыбнувшись, я ответила:

- Наверное. Не думаю, что он может быть хуже тех парней, которых я уже знаю.

Она засмеялась.

- Точно. Ладно, надеюсь, что все пройдет хорошо. Он парень с репутацией. Ты же знаешь, каковы люди - они всегда распространяют слухи о тех, кто добился известности. Но как по мне, он классный.

Я кивнула.

- Знаю. Ну-ка... напомни мне еще раз, как вы познакомились?

Эми передала мне жидкую вишнево-красную помаду, когда ответила:

- Я помогала ему с учебой. Он здесь на футбольной стипендии, и ему нужно сдать математику, чтобы сохранить ее. Он, конечно, не блещет умом, когда дело доходит до вычислений, но в остальном - горяч как ад. А на днях он заметил тебя рядом со мной в университетском городке, и сказал, что считает тебя симпатичной, поэтому попросил познакомить вас. И я сразу подумала: «Эй, у нее почти год не было парня, так почему бы и нет?»

- Надеюсь, ты умолчала о той части, что я была одна столько времени, - сказала я со стоном.

Мне и так хватало нервотрепки по поводу того, что иду на свидание с горячим популярным футболистом. Так что мне совсем не нужен футболист, знающий, насколько я одинока. С тех пор, как в прошлом году (прежде, чем отправиться в колледж) я порвала с единственным парнем, который у меня когда-либо был, - мне посчастливилось побывать на множестве ужасных свиданий, которые ни к чему не привели. Один из парней все время громко рыгал, а другой привел свою мать и позволил ей прокомментировать все мои недостатки, в том числе размер моей груди и задницы. Если и этот парень окажется ненормальным, то я просто полностью откажусь от мужчин. Даже несмотря на то, что мне всего восемнадцать лет. Не спорю, может быть, я слишком рано разочаровалась.

Нанеся немного помады, которую только что дала Эми, я скептически посмотрела на свое отражение в зеркале, а затем стерла ее с губ салфеткой и улыбнулась.

- Как я выгляжу?

- Если уберешь помаду с двух передних зубов, то станешь звездой, - ответила она с усмешкой.

Моя улыбка помрачнела.

- Черт возьми, я была уверена, что отлично накрасила губы.

- Тебе просто нужно немного практики, - ободряюще сказала она. - Если это свидание пройдет хорошо, и ты начнешь встречаться с Дэймоном, то сможешь больше практиковаться, потому что он пригласит тебя на множество потрясающих вечеринок.

Дэймон Норт. Так зовут парня, с которым я встречаюсь сегодня вечером. Я никогда не видела его, потому понятия не имела, как он выглядит, но в колледже, во время лекций, я слышала, как о его похождениях шептались любительницы футбола. Или, если быть точнее, любительницы футболистов. Он, вроде бы, приехал сюда из небольшого городка в Миссисипи и учится за счет стипендии на полную ставку. Кроме того, за последний год он помог подняться команде колледжа по футболу на первое место в лиге. По правде говоря, я не особо разбираюсь в футболе - или в любых других видах спорта, если на то пошло; единственное, что я знала - он отличный ресивер.

Уверена, мне не помешает узнать этого парня, а заодно и побольше о спорте. Я изучаю физиотерапию и кинезиологию, поэтому в будущем вполне могла бы устроиться на работу в спортивную команду. Даже если у нас с Дэймоном сегодня не произойдет никакой «химии», мы могли бы остаться друзьями и учиться друг у друга. Это было бы круто, потому что на самом деле у меня не так много друзей мужского пола. Я всегда старалась держаться возле своей сестры и ее знакомых.

Наконец, выходя за дверь, я начала беспокоиться, что опоздаю. Я нервно поправила верхнюю одежду, когда направилась к своей машине. Мой бюстгальтер колол и раздражал мою кожу, и я быстро добралась до моей шелковой, кремового цвета, чашечки лифчика и слегка переместила ее, привлекая внимание двух парней, которые в этот момент проходили мимо меня со своими собаками.

- Не стесняйтесь, наслаждайтесь шоу, - пробормотала я, прежде чем залезть в свою машину и направиться к ресторану, в котором должна была встретиться с Дэймоном.

Мое сердце стучало от беспокойства всю дорогу, каждые несколько секунд я проверяла часы, боясь опоздать. Мне совсем не хотелось производить плохое первое впечатление, или чтобы Дэймон подумал, будто я его продинамила. Поэтому я ехала так быстро, как только могла, не нарушив при этом ограничение скорости, и мне удалось прибыть вовремя.

Но не имело никакого значения - опоздала я или нет. Дэймона еще не было. Администратор ресторана встретила меня у входа, и я спросила у нее номер заказанного столика. Оказалось, он даже не забронировал место. Похоже, единственная причина, по которой она поняла, о ком я говорю, была в том, что она еще с колледжа являлась большой поклонницей футбола, а теперь еще и фанаткой Дэймона.

- Садитесь за четвертый столик, - сказала она с улыбкой. - Уверена, он скоро появится. Вы же знаете этих футболистов - они всегда заняты. Принесу вам немного воды, пока вы ждете.

Я улыбнулась ей:

- Благодарю.

Думаю, она права. Скорее всего, Дэймон задерживался из-за какого-то срочного дела и у него не было времени, чтобы написать мне и сообщить, что он опоздает. Я знала, что у него есть мой номер (благодаря Эми).

Просидев двадцать пять минут, и ловя на себе жалостливые взгляды администратора и персонала, я уже собиралась сдаться и уйти, когда услышала, как кто-то произнес мое имя.

- Фэйт? - раздался через ресторан сильный и глубокий голос, который пустил озноб по моему позвоночнику.

Я повернулась, чтобы посмотреть, кто меня зовет, и мой рот мгновенно раскрылся при виде человека, который оказался передо мной. Твою мать. Эми не шутила, когда называла Дэймона горячим.

Он выглядел потрясающе; самый привлекательный человек, которого я видела за всю свою жизнь. Он был лучше всех актеров из фильмов. Даже в моих самых грязных мечтах я не могла представить кого-то, столь же великолепного, если на то пошло.

У него были светло-каштановые волосы и гора мышц, из-за которых мой живот сделал сальто, и я почти потерялась в его красивом лице с этими идеальными чертами и дымчато-серыми глазами. Честно говоря, такие люди, как он, должны появляться в обществе с предупреждающим знаком на лбу, потому что в данный момент я была чертовски близка к сердечному приступу.

- Привет. Да, я Фэйт, - удалось мне произнести, вставая.

Он поднял руку.

- Тебе не нужно вставать, - сказал он. - Знаю, я опоздал.

Он не дал мне никаких объяснений, почему не пришел вовремя, не говоря уже об извинениях, но я решила не обращать внимание на эту грубость. Может быть, он просто устал и нервничал, поэтому забыл о вежливости. Я понятия не имела, почему такой парень, как он, станет нервничать из-за меня, и, честно говоря, у меня возникли проблемы с пониманием того, почему кто-то вроде него вообще интересовался свиданием со мной. Знаю, что я не уродина, но, в тоже время, меня сложно сравнить с Ангелом Victoria’s Secret. Девушки, которые шептались о нем в классах колледжа, казались более подходящим типажом для футболиста: блондинки, тощие, с идеальной кожей. Да у них на одном мизинце чувства стиля было больше, чем у меня во всем теле.

- Эми рассказывала, что ты учишься на физиотерапевта, - сказал он, посылая мне ослепительную улыбку, усаживаясь напротив меня.

Я кивнула.

- Да. Это довольно сложно, но мне нравится.

- Может, я смогу нанять тебя, чтобы ты работала со мной, когда дойду до профессиональной лиги, - сказал он с нахальным подмигиванием. - Будешь моим личным физиотерапевтом.

Я нервно хихикнула, а в моем желудке все перевернулось.

- Что насчет тебя? - спросила я. - Какую специальность выбрал?

Дэймон пожал плечами.

- О, я еще не решил. Наверное, пойду по специальности «Общие исследования». Честно говоря, мне все равно. Знаешь, я сделаю все, что от меня требуется, лишь бы не упустить мяч.

На самом деле я не знала, учеба была очень важна для меня. Но я понимала, что учеба в колледже для него - всего лишь повод играть футбол и добиться в этом успеха. Совершенно очевидно, что он не слишком серьезно относился к своей специализации, поскольку в будущем не собирался ею воспользоваться.

- Да, я понимаю, - ответила я с легкой улыбкой.

- Может, сделаем заказ? - спросил он, взяв в руки меню.

- Конечно.

Дэймон щелкнул пальцами, подзывая официанта, и мне пришлось сдержаться, чтобы не состроить гримасу. Взяла на заметку. Больше никаких оправданий: сейчас он, определенно, вел себя как козел. Ненавижу, когда люди проявляют грубость к персоналу - любому, кто работал в сфере услуг. Щелчок пальцев для вызова официанта - проявление невероятной грубости. Я всегда старалась быть настолько вежливой, насколько это было возможным. В то время как я заказала лосося под соусом терияки и сладкий картофель, Дэймон, к сожалению, продолжал грубить:

- Я охрененно проголодался. Какое сегодня главное блюдо в меню? - спросил он, громко разговаривая с официантом.

- Стейк на косточке.

- Тогда давайте его, - ответил Дэймон. - И можно побыстрее. Вы же знаете, кто я, верно?

Официант едва успел нацепить фальшивую улыбку, а мне хотелось от стыда провалиться сквозь землю. Неужели Дэймон не понимал, насколько он высокомерен и груб?

- Конечно, сэр. Ваши блюда скоро будут готовы, - наконец сказал официант.

Я подарила ему свою самую милую улыбку и вздохнула, удивляясь, почему мне всегда так не везет с мужчинами. Если Дэймон продолжит в том же духе, тогда это станет четвертым по счету абсолютно ужасным свиданием.

«Смирись с этим и подожди, - сказала я себе. - Может, он исправится».

Как бы не так.

Когда я посмотрела на Дэймона, то заметила, что его глаза стали совсем красными. Не помню такого, когда он пришел, но теперь, когда он сидел напротив меня, это было совершенно очевидно. Кроме того, от него исходил слабый запах чего-то пряного и травяного. И если добавить его заявление о том, что он «охрененно проголодался»... В моей голове заиграли тревожные звоночки, и я наклонилась вперед.

- Не хочу показаться грубой, но ты... хм... ты обкурился? - спросила я как можно тише.

Дэймон усмехнулся.

- Да. Ты тоже хочешь? У меня в машине есть косячок.

- Нет, спасибо.

Я ушам своим не поверила. Дэймон соизволил прийти обкуренным на наше свидание. Насколько неуважительным он мог быть?

Хуже того, судя по его реакции на мой вопрос - он считал такое поведение абсолютно нормальным.

- Не парься, - сказал он, пялясь на мою грудь.

Мой бюстгальтер все еще покалывал кожу, и я неуверенно переместилась, пытаясь его снова поправить так, чтобы это не слишком бросалось в глаза.

- Мне надо отлить, - добавил Дэймон, прежде чем встать и отправиться в туалет.

Как только он ушел, я подумала о том, чтобы просто бросить деньги на стол и уйти. Я была права: такие парни, как Дэймон, должны ходить с предупреждающим знаком... но не из-за их прекрасного внешнего вида. Дэймон оказался грубой свиньей, и все предполагаемые свидания с ним нужно заранее предотвращать. Независимо от того, насколько он горяч — это не оправдывает подобное поведение.

Поразмыслив, я все-таки решила не уходить. Эми помогала этому парню с учебой, и, если бы я ушла с нашего свидания, Дэймон мог бы предъявить ей претензии. Я не хотела доставлять неудобства подруге, поэтому просто усмехнулась и решила как-нибудь пережить это.

Свидание и так уже хуже некуда.

И я снова ошиблась...

Телефон зазвонил в моей сумке, и я быстро проверила его, чтобы убедиться, что это не какая-то чрезвычайная ситуация. Но я обнаружила сообщение от Дэймона, отправленное им из туалета.

Вот предварительный просмотр того, что ты получишь после ужина....

К сообщению была прикреплена фотография, и я ахнула, когда поняла, что это. Ради всего святого...

Он прислал мне фото из туалета!

Я вздрогнула, когда уставилась на него, не в силах отвести взгляд в течение нескольких секунд. Толстый, гладкий, жесткий и очень большой. Я, наконец-то, опомнилась и сунула телефон обратно в сумку, прежде чем встать. Вытащив кучу денег и бросив их на стол, чтобы покрыть мои расходы на еду (которую даже не попробовала), я промаршировала к выходу.

Что, черт возьми, не так с этим парнем? Неужели эта стратегия срабатывала с другими девушками, с которыми он встречался?

Конечно, черт возьми, на меня она не подействовала. Мне было все равно, насколько он сексуальный, я не собираюсь спать с ним, чтобы стать очередной зарубкой на спинке его кровати. Ни в коем, долбаном случае. Он настоящая задница, и я понятия не имела, о чем думала Эми, когда решила познакомить нас таким образом.

Когда я шла по направлению к выходу, проволока от чашечки моего раздражающего лифчика впилась в кожу, и я вскрикнула.

- Вот дерьмо!

Может ли этот вечер стать еще хуже? Капельки крови начали проступать на моей светлой блузке, и я схватила салфетку, лежащую в сумке, пытаясь осторожно протереть поврежденную кожу. Свободной рукой я пыталась держать порванный бюстгальтер подальше от раны.

- Фэйт?

Подняв глаза, я увидела, как Дэймон приближается ко мне.

- Куда ты идешь?

- Домой, - ответила я ледяным тоном.

- Оу. Почему? У тебя месячные начались или как?- спросил он, указывая на маленькое кровавое пятнышко на моей блузке.

Я покачала головой, не в силах поверить, насколько же он тупой.

- Ты серьезно? - спросила я, прежде чем кивнуть. - Конечно, Дэймон, у меня месячные, и они идут прямо из груди. Вот как работает женское тело!

Он наградил меня пустым взглядом.

- Боже, да успокойся. Уверена, что не хочешь курнуть?

- О, я уверена. Теперь, если ты не против, то я предпочла бы спрыгнуть с моста, чем провести еще хоть одну секунду с такой надменной задницей, как ты. Я ухожу.

- Фэйт, подожди, - Дэймон схватил меня за руку, и я обернулась. Как бы мне ни хотелось это признавать, но его кончики пальцев на моей голой коже заставили мои колени подогнуться. - Прости, хорошо? Я не очень хорош в свиданиях.

Я почувствовала, как выражение моего лица смягчилось на несколько секунд. Но потом он снова открыл рот.

- Так почему бы нам просто не поехать ко мне и не трахнуться?

Меня настигло разочарование. Самоуверенный мудак.

- Дэймон, в тебе примерно столько же сексуальной привлекательности, как в блохе. Я не собираюсь спать с тобой сегодня или... да никогда не собираюсь. Не звони и не пиши мне. Всего хорошего!

Как фурия, выскочив из ресторана, я почувствовала горячие слезы, наполняющие мои глаза. Неужели я проклята? Может, в прошлой жизни я была ужасным человеком, и карма вернула мне страдания через бесконечно плохие свидания? У моих друзей никогда не было подобной проблемы, только у меня. Эми уже четыре месяца встречается с великолепным парнем, и моя сестра, Рэйчел, в свое время, тоже встречалась с порядочными мальчиками. Так что же случилось со мной?

Я понятия не имела, но я точно знала одно: больше никогда не пойду на свидание с таким парнем, как Дэймон Норт.

Вообще.

Глава 1

Фэйт

Ноябрь 2016

- Твоя сестра покончила с собой, Фэйт.

Жестокие слова отдавались эхом в моих ушах, когда я сидела в полицейском участке в комнате для допросов, уставившись на детектива. Мой рот невольно приоткрылся. Его напарница - любезная рыжеволосая женщина, - бросила на него недовольный взгляд, прежде чем обратиться ко мне и погладить мою руку, лежащую поверх стола.

- Мне очень жаль, Фэйт, что мой невероятно тупой напарник не может нормально сказать о том, что наше расследование подошло к концу, и у нас есть доказательство того, что авария Вашей сестры была неслучайной. Мы думаем, что это самоубийство.

Я покачала головой, не желая верить в то, что слышала. Моя старшая сестра Рейчел не покончила жизнь самоубийством. Она умерла четыре месяца назад, когда тормоза ее машины оказались неисправны. Она неслась по главной дороге и врезалась прямо в пальму. Ужасный случай. Рейчел ни за что не стала бы целенаправленно вредить себе, особенно учитывая то, что у нее была маленькая дочь Эва.

Ей было около девяти месяцев, когда Рейчел умерла, и с тех пор я забочусь о ней. Потеря сестры стала для меня страшным ударом, и я не собиралась терять еще и Эву. Поэтому я буду заботиться о ней до тех пор, пока это требуется, чтобы поставить ее на ноги.

- Должно быть, это какая-то ошибка, - сказала я. - Рейчел никогда бы этого не сделала.

Рыжеволосая - по-моему, ее зовут Джэн, - сочувствующе посмотрела на меня.

- Мне очень жаль, Фэйт. Знаю, как Вам трудно слышать подобное, но наше расследование говорит именно о самоубийстве.

- Ничего не понимаю, - сказала я, тупо глядя на стол перед собой. - Почему вы так долго молчали о том, что с ней случилось? Прошли месяцы.

- При расследовании требуется соблюдать некоторые формальности, особенно в таких случаях...

Я подняла руку, чтобы прервать ее.

- Послушайте, я понимаю, что тормоза не могут без какой-либо причины просто взять и не сработать, поэтому потребовались месяцы расследования. Но я думала, что вы проверяете проклятую автомобильную компанию, которая производит дрянные тормозные системы, а не мою сестру!

Джэн вздохнула.

- Производители автомобилей не виноваты. Мы уверены в этом, - сказала она. - Вы знали, что у Вашей сестры была депрессия, Фэйт?

Мои глаза расширились, и я посмотрела прямо на детектива.

- У нее не было депрессии.

Джэн снова вздохнула и достала папку из коробки с доказательствами, стоящей рядом со столом. Внутри нее находилась бело-розовая записная книжка. Она толкнула папку через стол в моем направлении.

- Теперь мы можем отдать ее Вам. Мы обнаружили ее среди вещей Вашей сестры во время обыска.

Я удивленно взмахнула бровями.

- Что это?

- Её дневник. Он лежал в ящике стола.

Я кивнула и осторожно вытащила дневник из папки, боясь при этом случайно его испортить.

- Раньше она вела дневник в школе, - тихо проговорила я. - Не думала, что она все еще этим занималась.

- Мы опирались на ее записи во время расследования, потому что там много вещей, которые привели к нашему заключению. Согласно тому, что там написано, Ваша сестра была изнасилована в этом году, Фэйт. Пять месяцев назад, если быть точнее. Вы знали об этом?

- Что? Нет!

В очередной раз я не верила своим ушам. Слова Джэн обладали эффектом взорвавшейся бомбы, которая выбила всю почву у меня из-под ног. Как я могла не знать, что происходит в жизни моей сестры? Как я могла не знать, что ее изнасиловали? Она всегда была довольно скрытным человеком, но все же... Я считала, что отношения между нами были более доверительными.

- Ваша сестра одна воспитывала дочь, не так ли?

Я кивнула.

- Да. Отец Эвы бросил сестру еще до родов.

Джэреми Коул - отец Эвы - профессиональный адвокат, обладающий серьезной зависимостью от кокаина. Он бросил работу и смотался в другую страну, с тех пор моя беременная сестра ничего о нем не слышала. Бедная малышка Эва. Сначала она потеряла отца - не то, чтобы он был большой потерей, если честно, - а теперь еще и мать. Я - единственный родственник, который у нее остался во всем этом огромном мире. Не считая моих родителей. Они так сильно ее любят. И они бы удочерили ее после смерти Рейчел, но они оба уже в возрасте. Моим родителям было за сорок, когда у них появились Рейчел и я. Мы все знали, что они не смогут полноценно заниматься ребенком, особенно учитывая ухудшающееся здоровье папы. Так я и стала матерью ребенка моей сестры и не пожалела об этом ни минуты.

- Ее дневник упоминает встречу с человеком в кафе во время обеденного перерыва. Видимо, спустя пару дней они отправились на свидание, и он изнасиловал ее. Извините, Фэйт, я понимаю, как трудно это слышать, - сказала Джэн.

Я мрачно кивнула.

- Пожалуйста, продолжайте. Я хочу знать все, что привело к ее смерти...

- По-видимому, этот человек - футболист НФЛ. В ее дневнике упоминалось, что он играет за Лос-Анджелесских «Скандалистов», и после инцидента она попыталась подать заявление в полицейский участок в центре города. Но ее заявление не восприняли всерьез. Как ни прискорбно, но подобное слишком часто случается с женщинами.

Я кивнула. Мое сердце тяжело билось в груди. Рейчел никогда не рассказывала мне об этом. Я понятия не имела, что у нее вообще были какие-то проблемы, кроме трудностей, связанных с воспитанием дочери в одиночку.

- В ее дневнике рассказывается о страхе и депрессии, которые она испытывала после изнасилования. Врач Рейчел подтвердил, что выписывал ей стабилизирующее лекарство после того, как отец Эвы бросил ее во время беременности, - сказала Джэн. - И во время проверки неисправности ее автомобиля мы обнаружили, что тормоза были повреждены. То есть - умышленно повреждены. Также мы обнаружили в истории браузера Рейчел запросы о том, как это сделать, и руководство к использованию ее машины на кухонном счетчике с выделенной фломастером секцией именно на тормозах. Из всего этого кажется очевидным, что Ваша сестра была глубоко подавлена после того, что с ней произошло, и планировала покончить с этим. На самом деле, совершение самоубийства в автоаварии - довольно распространенный способ. Мне очень жаль, Фэйт.

Я медленно покачала головой, все тело онемело. Нет... Этого не может быть. Я знала, что моя сестра не сделала бы этого; она никогда не оставила бы Эву. Я просто это знала.

- А что насчет человека, который ее изнасиловал? - спросила я осипшим голосом. - Если вы думаете, что она убила себя, то он виновен в этом, так? Вы же говорите, что он изнасиловал ее, что вызвало у нее беспокойство и депрессию. Разве он не может быть обвинен хотя бы в изнасиловании?

- К сожалению, мы не смогли его найти. Мы старались изо всех сил.

Я сузила глаза.

- Как такое вообще возможно? Вы сказали, что она пыталась подать на него заявление, и она писала о нем в своем дневнике.

- Половина отчета была утеряна из-за ошибки в базе данных, а в полицейском участке, куда она сообщила о случившемся, не запомнили ни Вашу сестру, ни какие-либо детали, которые она им предоставила. И в ее дневнике не упоминается имя мужчины, только его прозвище - Джэй Ди. Она когда-нибудь говорила о нем?

- Но должен быть кто-то из «Скандалистов» с такими инициалами! - настаивала я, хлопнув рукой по столу. - Вы должны его найти! А эти полицейские... они потеряли свой отчет? Насколько некомпетентен этот город?

Сейчас во мне пылала ярость и злость на тех, кто обидел мою сестру и тех, кто лишил ее маленькую дочь матери.

- Понимаю, что Вы злитесь. И я тоже, - ответила Джэн. - Тот участок уже проверяется по другим аналогичным вопросам. Что же касается Вашего второго комментария: мы не можем просто притащить в участок кучу игроков НФЛ, основываясь только на их именах. Джэй Ди может означать что угодно, совсем не обязательно настоящее имя. На самом деле, в «Скандалистах» нет ни одного игрока с инициалами Джэй Ди. Поверьте мне, мы все проверили.

Я всплеснула руками и сделала глубокий вдох. Закрыв глаза, я изо всех сил старалась оставаться спокойной, учитывая обстоятельства.

- Мы можем предоставить Вам психолога, который поможет справиться с этой новостью, - сказал напарник Джэн, наконец, обретя дар речи. - Понимаю, что это очень сложная ситуация, особенно если у Вас есть ребенок. Я правильно понял, что именно Вы взяли на себя ответственность за дочь своей сестры?

Я кивнула, не утруждая себя ответом на его вопрос. Смысл? Эти люди действовали в интересах следствия, и они не слышали меня. Я знала свою сестру лучше, чем кто-либо другой, и уверена, что она не убивала себя. Здесь было что-то еще. Я просто не могла поверить, что она навредила бы себе и оставила Эву одну.

Через десять минут я покинула участок с полнейшей кашей в голове, и, поэтому, когда я добралась до своей машины, то села и неподвижно уставилась на руль. Я не стала вставлять ключи в зажигание и не планировала никуда ехать. Я просто сидела там.

Немного придя в себя, я достала дневник Рейчел из своей сумочки и, со слезами на глазах, осторожно, чтобы не помять страницы, перелистала его. Мне пришлось прищуриться, читая почерк сестры. Наверняка, она не ожидала, что кто-нибудь прочтет эти слова, так коряво написанные, что даже она поняла бы лишь половину того, что было в дневнике. Однако, одно совершенно ясно: она была в депрессии, и что-то случилось с ней около пяти месяцев назад в отношении спортсмена по прозвищу Джэй Ди, с которым она познакомилась в кафе.

- Почему ты мне не сказала? - произнесла я вслух, желая, чтобы она меня услышала, где бы она не находилась. - Я бы выслушала. Я бы помогла!

Следующая страница, которую я прочитала, дала ответ на мой вопрос.

«Я хочу рассказать людям. Я хочу рассказать Фэйт, маме и папе, и своим друзьям. Но я боюсь. Боюсь, что они не поверят мне так же, как и те полицейские. Боже, они так ужасно со мной обошлись...»

- Я бы поверила тебе, - прошептала я, закрывая дневник и убирая его обратно в свою сумку.

Просидев в машине еще десять минут, мой взгляд метнулся к часам. Я вздохнула и завела двигатель. Как бы я ни была расстроена, мир не остановился бы ради меня ни на минуту, особенно когда дело касалось Эвы. Сейчас она в детском саду, но к пяти часам я должна быть там, чтобы забрать ее домой. И я не могла допустить, чтобы она увидела меня в расстроенных чувствах. Эва и так достаточно пережила за свою короткую жизнь, ей ни к чему видеть, как я плачу и истерю.

Сморгнув слезы с глаз, я осторожно поехала, как можно больше петляя по городу. Когда я добралась до оздоровительного центра «Бодхи», то заехала на парковку для персонала и остановилась. Здесь я работала инструктором по йоге. Кроме того, я получаю степень магистра по физиотерапии. Немалое достижение, прошу заметить. Особенно учитывая то, что на мне лежит ответственность за воспитание Эвы. Никогда бы не подумала, что, переехав из Алабы в Лос-Анджелес после получения диплома, буду преподавать позы из йоги и учить гибкости моделей, актрис и их многочисленных подражателей. Должна признать - для меня было огромной удачей заполучить эту работу. Мне прилично платят, и рабочие часы вполне устраивают. Занятия йогой проходят в разное время дня, что позволяет легко маневрировать между подготовкой курсовой работы и воспитанием Эвы. В этом же центре находится детский сад для сотрудников, который предоставляет мне неплохие льготы. Ко всему прочему, воспитатели отличные и они прекрасно справляются с малышкой Эвой.

Мне не особо хотелось оставлять ее в детском саду, когда я работала, но в этом и заключались все реалии повседневной жизни. Ведь деньги не растут на деревьях, а теперь я в них очень нуждалась, чтобы обеспечить ребенка всем необходимым.

Нацепив на лицо улыбку, я вошла в детский сад, но, когда невысокая блондинистая воспитательница передала мне Эву, я нахмурилась.

- Привет, милая. Я закончила все свои дела, и теперь мы можем поехать домой, чтобы отдохнуть. Звучит неплохо, правда?

Эва улыбнулась и смачно поцеловала меня. Я пригладила ее мягкие волосики на голове.

- Наверное, это означает «да», - сказала я, на этот раз искренне улыбаясь. Каким бы плохим не было мое настроение, маленькое прелестное личико Эвы всегда подбадривало меня и заставляло забыть о моих проблемах.

- Она выпила целую бутылочку, - сказала мне с улыбкой блондинка и вручила мне светло-серый мешок, в котором находились вещи Эвы.

- Отлично, спасибо, - сказала я. - До завтра. Попрощайся с тетей, Эва.

Девочка помахала ей ручкой, и пять минут спустя она уже была надежно пристегнута в детском кресле на заднем сиденье моей машины. Через динамики стереосистемы играла какая-то детская песенка, а Эва тыкала своим маленьким пальчиком в окно, указывая на птиц и деревья. Но вскоре музыка усыпила ее, и к тому времени, как мы подъехали к моему небольшому дому в Сильвер Лэйк, она восхитительно посапывала.

Я аккуратно отстегнула ремни и взяла ее на руки, убедившись, что не разбудила. Уложив ее в большую белую кроватку в маленькой детской, которую я организовала в свободной комнате, я установила радио-няню и направилась в тесную комнату отдыха. С тяжелым вздохом я присела на диван, и все эмоции сегодняшнего дня тут же на меня обрушились. Бедная Рейчел. Моя родная сестра чувствовала себя такой одинокой, такой беспомощной, а я об этом даже не знала.

Я все еще не верила, что она покончила жизнь самоубийством. Вовсе нет.

Я снова принялась читать ее дневник. Записи, сделанные примерно четыре с половиной месяца назад, привлекли мое внимание.

«У меня есть его номер. Я позвонила ему и сказала, что он пожалеет о том, что сделал. Несмотря на то, что в ПУ не стали меня слушать - он обязан. Иначе я буду угрожать, что расскажу обо всем владельцам ЛАС. Сейчас им не нужны скандалы».

Я предположила, что ПУ означает «полицейское управление», а ЛАС означает Л.А. «Скандалисты». Я нахмурилась. Неужели моя сестра рассказала владельцам команды о том, что один из их футболистов сделал с ней? Если да, то могли ли они иметь какое-то отношение к ее смерти, чтобы защитить свой имидж? Или этот парень, Джэй Ди, имел к этому какое-то отношение после того, как моя сестра позвонила ему с угрозами?

Понимаю, любой из этих вариантов выглядит как сюжет триллера, и, вероятно, именно поэтому полиция никого не искала после прочтения дневника Рейчел. Но я уверена в том, что одна из этих версий более правдоподобна, чем версия о том, что моя сестра совершила самоубийство. Я знала ее лучше, чем полицейские, и вероятность того, что она убила себя, была равна нулю.

Полностью опустошенная, я, наконец, осознала, что все это значит.

Если бы Рейчел действительно угрожала этому парню Джэй Ди, он наверняка искал бы способ заткнуть ей рот. А это означало, что она была убита. Мысль об этом заставила желчь подняться по моему горлу. Я уставилась в стену пустым взглядом, пытаясь обработать информацию.

Приступив к действию, я схватила свой ноутбук и сделала несколько запросов в Google. Я уже знала, что полиция не станет слушать меня по этому поводу; они ясно дали мне это понять, когда сообщили, что уже изучили все материалы и официально постановили, что смерть Рейчел - не что иное, как самоубийство. Если бы я попыталась донести до них теорию о вероятном убийстве, они, скорее всего, напрямую бы отправили меня к мозгоправу.

Мне нужны доказательства... по крайней мере, еще больше доказательств. Нужно разузнать все о «Скандалистах» и выяснить, кто такой этот Джэй Ди. Чем больше я узнаю о нем и владельцах команды, тем быстрее я смогу понять, могли ли они иметь какое-то отношение к смерти моей сестры. Даже если выяснится, что я просто схожу с ума, и никто из них не испортил тормоза машины, чтобы убить ее, - этот парень все равно насильник. Уже из-за этого его стоит найти. Я хочу встретиться с ним, посмотреть ему в глаза и спросить, как, черт возьми, он мог сделать что-то настолько отвратительное с тем человеком, которого я так любила.

Он должен ответить за содеянное.

Отыскав сайт «Скандалистов», я прищурила глаза и ткнула указательным пальцем в экран, ведя им сверху вниз, пока просматривала список игроков. Всего в команде значилось пятьдесят три человека, и, похоже, что Джэн была права - среди них не было никого с инициалами Джэй Ди. Но меня это не остановило. Наверняка, у кого-то из тех, чье имя начинается с Джэй, было бы второе имя, которое начиналось с Ди, или что-то вроде этого, что дало бы основания дать ему прозвище Джэй Ди.

У пятерых игроков имена начинались с Джэй, и я просмотрели профили каждого по отдельности. Первым стал Джек Анис, но у него и вовсе не оказалось второго имени, так что, определенно, это не он. Затем я изучила Джамала Джексона, Джейка Гордона и Джона Эшворта, но ни у кого из них не было вторых имен, начинающихся с Ди. В конце концов, я добралась до Джастина Фокса, и вздохнула, увидев, что его второе имя - Мэтью.

Ни у одного из них не было подходящих инициалов.

Я уже хотела отказаться от своей затеи, когда кое-что на странице Википедии, посвященной Джастину Фоксу, привлекло мое внимание. По-видимому, он изменил свое имя, когда был помоложе, после того как уехал от родителей. Его настоящее имя - Джастин Д'Эрико.

Джэй Ди (прим.: по-английски имя пишется Justin D’Errico, инициалы - JD).

Это мог быть он.

Быстро нажав новую вкладку в браузере, я нашла его фотографии. Кровь заледенела в моих жилах, когда я увидела, как он выглядит. Высокий, с темными волнистыми волосами, карими глазами, загорелой кожей, широким, но идеально прямым носом. Один-в-один, как Рейчел описала Джэй Ди в своем дневнике до того, как произошло изнасилование, когда она встретила парня в кафе. Я хорошо помнила ее слова.

«Сегодня я встретила самого красивого парня. Не хотелось бы хвастаться, но он отличный футболист из «Скандалистов», и он великолепный! Его прозвище - Джэй Ди (приятно звучит, правда?). Он просто парень моей мечты: невозможно высокий, мускулистый, с удивительно проникновенными карими глазами и прекрасным загаром. Не знаю почему, но больше всего мне нравится его нос. Согласна, что это необычно. Но парень похож на древнеримскую статую. Такой горячий.

Он знает, что у меня есть Эва, но утверждает, что любит детей. Это большая редкость - встретить горячего одинокого парня, которому все равно, что я мама с маленьким ребенком. Не могу дождаться, чтобы рассказать о нем Фэйт, но думаю, что промолчу до тех пор, пока мы не сходим на несколько свиданий. Не хочу, чтобы она слишком волновалась!»

Я откинула голову на диванную подушку, чувствуя, как мое сердце громко колотится в груди. Скорее всего, я нашла парня, который изнасиловал мою сестру, а может быть, и убил ее. И для этого мне всего лишь понадобилось ввести в поисковую систему браузера пару слов. Почему полиция не могла сделать то же самое за четыре месяца, которые им потребовались, чтобы расследовать ее смерть? Уверена, они изначально были нацелены на то, чтобы списать все на самоубийство.

Стиснув зубы, я кликнула на фотографии Джастина Д'Эрико. При виде его лица во весь экран ноутбука, мои ноги начали дрожать. Я закрыла эту вкладку, но под ней оказалась еще одна - со всем списком «Скандалистов». Когда я хотела закрыть и ее, то мое внимание привлекло знакомое имя.

Дэймон Норт.

Мое сердце бешено застучало, когда я вспомнила, как познакомилась с ним в колледже Алабамы. Краем уха я слышала, что он пошел в профессиональный спорт, но я даже не подозревала, что он играл за «Скандалистов». Погуглив его имя, я убедилась, что это был определенно он. Тут же в моей голове созрел план.

Согласно информации, найденной мною в интернете, он все еще оставался такой же свиньей, какой был всегда. Тем более, что теперь он богат и знаменит. На экране ноутбука было множество фотографий, на которых он, пьяный в стельку, вываливался из клубов. Также было немало его фото с великолепными актрисами и длинноногими моделями.

Тьфу. Почему женщины от него так тащатся? Он же настоящий мудак.

Поджав губы, я нашла его страницу в Instagram и отправила ему сообщение в директ. Каждое лживое слово, которое я печатала, заставляло мои внутренности сжиматься, но я понимала, что лучшей идеи раздобыть информацию о «Скандалистах» и Джэй Ди у меня просто нет.

«Привет, Дэймон. Не уверена, помнишь ли ты меня. Я - Фэйт Кортес. Мы учились в одном колледже, и даже ходили на свидание один раз, но мне пришлось уйти пораньше. Я только что узнала, что ты играешь за Л.А. «Скандалистов», и, знаешь, это здорово. Я тоже сейчас живу в Лос-Анджелесе, поэтому, если ты как-нибудь захочешь довести наше свидание до конца, то я не против ;)»

Моя кожа горела огнем, когда я нажала «отправить». Крупная дрожь прошлась по всему телу, стоило мне только представить, что произойдет, если его действительно заинтересует мое послание.

И я, почему-то, была уверена, что он не ответит; скорее всего, он слишком занят, валяясь в кроватях многочисленных пышногрудых моделей с красными пухлыми губами. Даже если случится чудо, и он захочет со мной встретиться - мне придется очень хорошо притворяться, что я могу терпеть его физиономию, и пойти с ним на свидание.

Бррр... Обычно это было бы последней вещью на земле, которую бы я желала, но я правда надеялась, что он согласится на встречу, потому что мне нужно сделать это ради сестры. Только так я смогу раскопать, что с ней случилось. Также это необходимо и для Эвы. Ведь когда она станет постарше, то может услышать о своей матери не совсем приятные вещи. Она заслуживает того, чтобы знать все о своем происхождении, но не заслуживает, чтобы ей сказали, будто ее мать убила себя, оставив ее одну. Уверена, это не так, и однажды Эва узнает то же самое.

Я выясню, что произошло с сестрой, и Дэймон Норт поможет мне в этом.

Глава 2

Дэймон

Вытерев пот со лба, я сделал несколько больших глотков воды из бутылки и вышел из тренажерного зала квартирного комплекса в направлении лифта, чтобы подняться в свой пентхаус. После тренировки все мое тело горело, как от ожога, но я чувствовал, что сердечный ритм уже снижался до нормального темпа. Каждое утро я начинал с тренировки. И не имело значения, насколько пьяная ночь у меня была накануне. Я всегда тренил с тяжелыми весами, затем делал кардио на беговой дорожке и заканчивал интенсивной системой упражнений в те дни, когда у меня появлялось немного больше свободного времени. Все это поддерживало мое тело в идеальной форме, что являлось необходимостью в моей профессии. Работа тяжелая, но мне она очень нравилась.

На самом деле, работа, бл*ть, превосходная.

Уже на протяжении двух лет, я - главный ресивер Л.А. «Скандалистов», но я все еще не мог поверить, что меня отобрали из колледжа в одну из лучших команд лиги. В прошлом я постоянно выпендривался, рассказывая всем, что место у них мне гарантированно. Но в глубине души я всегда думал: «Действительно ли это так?». Ведь, если бы ничего не вышло, мне бы пришлось вернуться в свой захудалый городок Понк в Миссисипи. Мысли об этом не давали мне спать по ночам во время учебы в колледже, и когда меня, наконец, отобрали в команду, - огромный груз спал с моих плеч. Теперь мне не придется беспокоиться о том, чтобы снова вернуться в свой дерьмовый родной городишко. Я крепко обосновался здесь, в Калифорнии, и, когда я говорю об этом, то имею в виду не только престижную работу и деньги. Я практически утопал в кисках. И, кстати, говоря о киске... Одна все еще была в моей постели. Я увидел ее, когда вошел в свою квартиру. Она пошевелилась и улыбнулась мне, позволив простыни соскользнуть с ее тела, чтобы показать, что она все еще голая. Моему взору представились большие силиконовые сиськи с торчащими розовыми сосками.

- Доброе утро, секси, - сказала она, моргнув своими длинными ресницами, покрытыми слоями черной туши. Ее карие глаза пристально следовали за мной по квартире, когда я проигнорировал ее. - Эй, не хочешь позавтракать у «Сайерса»?

- Хм? - промычал я, отвечая на ее вопрос, пока вытирал полотенцем оставшийся на подмышках пот.

Она ободряюще улыбнулась мне, очевидно, обрадованная тем, что я заметил ее.

- «Сайерс». Новое веганское кафе. Они готовят лучший соевый латте, который я когда-либо пробовала. А еще в меню есть фальш-бекон, который на вкус совсем как настоящий.

Поддельный бекон? Иисусе. Кто, черт возьми, захочет это есть?

- Я уже поел, - не моргнув и глазом, солгал я. - Убедись, что захватила все свои вещи, прежде чем уйти, потому что дверь автоматически заблокируется, как только ты ее закроешь с той стороны. А я собираюсь в душ, поэтому не услышу, как ты стучишь, если ты что-нибудь забудешь.

Девушка, чье имя я не мог вспомнить - Анна? Аня? - продолжала смотреть на меня своими огромными карими глазами, в которых отчетливо читался шок. Видимо, она все же надеялась, что я так шучу. Но я не шутил. Мне не нужны отношения. Перепихон на одну ночь, вот и все. Я забывал о девице навсегда. Окончательно и бесповоротно.

- Увидимся, - добавил я, махнув рукой, прежде чем войти в ванную комнату. Как только я вошел внутрь, то услышал, как девушка издала непонятный хриплый звук. Я ухмыльнулся, зная, что до нее, наконец, дошла моя мысль. Она, несомненно, сексуальна, и прекрасно знала об этом. И она сосала мой член и объезжала меня вчера весь вечер. Но девушка настолько пустая и тупая, как валенок. Когда мы впервые встретились вчера после игры на вечеринке, я заглянул ей через плечо и увидел текст, который она писала своей подружке.

«О, МОЙ БОГ. Я с Дэймоном Нортом. Птичка в клетке. Новостные таблоиды, я иду к вам!»

Я не хотел читать это; просто хотел посмотреть, сколько времени на маленьких часах в углу экрана ее мобильного. Но этого сообщения было достаточно, чтобы понять, что представляет из себя девушка, которой в радость трахаться с известными парнями, такими как я, лишь бы попасть во все таблоиды сплетен, как последняя подружка игрока НФЛ. Я не собирался мириться с этим дерьмом. Если уж я когда-либо и собирался вступить в отношения (чего я, вероятно, никогда не сделаю), то это произойдет только с приличной девушкой, а не с какой-то пустышкой.

Все должно быть по-настоящему.

Но в ближайшее время этого точно не произойдет. Мне всего двадцать четыре, и я в полном расцвете сил. До тех пор, пока я не встречу девушку своей мечты, я собираюсь продолжать играть на поле, как любой другой молодой футболист. Черт, да я собирался перепахать все это проклятое поле вдоль и поперек.

После быстрого душа, я направился на кухню, чтобы приготовить на завтрак омлет. Пока яйца поджаривались на сковороде, я лениво прокручивал сообщения в Instagram. Большинство из них были от так называемых «моделей», которые хотели бы встретиться со мной в публичном месте для повышения своего рейтинга. Некоторые сообщения были от моих рассерженных прошлых завоеваний, которые интересовались, почему я был таким мудаком. Среди них выделялось одно сообщение, не похожее на остальные. Оно отправлено от той, кого я знал. Или помнил... смутно.

Фэйт Кортес. Единственная девушка, которая когда-либо ходила на свидание со мной, по понятной причине. Христос, тогда, в восемнадцать лет, я был таким мелким придурком. Любитель пофлиртовать, грубиян, с раздражающей привычкой покуривать травку в придачу. Я ухмыльнулся, вспомнив все сумасшедшие выходки, которые я вытворял со своими приятелями в колледже. Но моя улыбка тут же сошла на нет, стоило мне вспомнить, как я обращался с Фэйт тем вечером на нашем свидании. Если честно, я почти забыл, о чем мы говорили, но понимал, что сделал что-то, действительно разозлившее ее, и я помнил, как она в ярости отправилась домой, сказав, что сексуальности во мне не больше, чем у блохи.

Моя улыбка вернулась. Христос, она горячая штучка. И она все еще оставалась единственным человеком, который ткнул меня носом в мое же дерьмо и оставил без траха. После того свидания я больше не беспокоил ее - не такой уж я и мудак. Но для меня все это послужило катализатором, и я стал более серьезным. Конечно, я все еще оставался любителем вечеринок и случайного секса, но я отказался от травки и стал серьезно относиться к учебе, пытаясь исправить свои оценки ради сохранения моей стипендии. Я прочитал сообщение.

«Привет, Дэймон. Не уверена, помнишь ли ты меня. Я - Фэйт Кортес. Мы учились вместе в колледже, и даже ходили на свидание один раз, но мне пришлось уйти пораньше. Я только что узнала, что ты играешь за Л.А. «Скандалистов», и, знаешь, это здорово. Я тоже сейчас живу в Лос-Анджелесе, поэтому, если ты как-нибудь захочешь довести наше свидание до конца, то я не против ;)»

Мой омлет чуть не подгорел и не прирос к сковороде, пока я размышлял над сообщением Фэйт. Неужели она действительно думала, что я ее не помню? Как я мог забыть единственную девушку, которая меня отшила? Никто никогда не обламывал меня настолько эффектно. Так что она всегда маячила в моей голове, как цыпочка, которая ушла от меня, обрубив мне шанс погрузиться в ее киску. Но почему она отправила мне сообщение? Ведь она чертовски ясно дала понять шесть лет назад, что никогда не хочет видеть и слышать меня. Не говоря уже о встрече. Почему же теперь она интересуется, не хочу ли я продолжить то злополучное свидание?

Застонав, я перевернул омлет на тарелку. И тут до меня дошло – наверняка, она стала такой же, как и все остальные девушки, с которыми я ежедневно встречался. Теперь, когда я знаменит, она решила попытать удачу, чтобы перетянуть немного внимания на себя, используя при этом наше прошлое свидание. Раньше она не казалась мне девушкой такого типа. Но, эй, прошло шесть лет. Люди меняются. Наверное, она ничем не отличалась от других.

Ну, если она за то, чтобы продолжить свидание - я тоже не собирался отказываться от возможности окончательно вычеркнуть ее имя из списка завоеваний. И когда я покончу с ней в своей постели, больше не будет ни одной девушки, которая бы отвергла меня.

Ухмыльнувшись, я взял телефон и начал печатать.

Глава 3

Фэйт

Бззз.

Я открыла один глаз, с трудом дотягиваясь до мобильного телефона, когда он завибрировал, и не смогла сдержать зевок. Прищурившись, посмотрела на экран - семь утра. Я проспала всего два часа. Большую часть ночи Эва просыпалась и плакала, и несколько раз наделала в подгузники. В результате я получила еще одну бессонную ночь. Даже не помню, когда в последний раз у меня было полноценных восемь часов сна.

Но мои мучения стоили того, чтобы видеть ее миленькие улыбки, и что она счастлива.

Как только до меня дошло, что телефон вибрировал из-за уведомления, я разблокировала экран. Твою мать. Это Дэймон. Он написал мне сообщение в Instagram. После того, как прошлым вечером я так ничего и не получила от него в ответ, я предположила, что он просто-напросто проигнорировал меня. Но сообщение, маячившее в моем почтовом ящике, доказывало, что моя теория ошибочна.

«Привет, Фэйт. Конечно, я тебя помню! Хотел бы снова сводить тебя на ужин... и на этот раз обещаю быть не обкуренным. P.S.: Теперь я немного больше знаю о том, как устроено женское тело, поэтому тебе не придется снова орать на меня по этому поводу;)»

Я не могла поверить. Он не только помнил меня, но и подробности того ужасного свидания, которое у нас было шесть лет назад. Вероятно, я произвела на него большее впечатление, чем сама того ожидала. Я ответила.

«Звучит неплохо. Когда ты свободен?»

Тут же пришел ответ.

«Сейчас»

«Но еще слишком рано. Я могу подождать и до вечера:)»

«Как насчет «Чеза Пьера» в семь тридцать?»

Я застонала, поняв, что мне придется найти няню для Эвы за такое короткое время. В полусонном состоянии этот факт полностью ускользнул от моего внимания. Быстро позвонив своему соседу, чья дочь раньше сидела с Эвой, я договорилась на сегодняшний вечер, а затем пулей забежала в комнату Эвы. Она только что проснулась и начала плакать. Взяв ее на руки, я обняла ее и начала нашептывать успокаивающие слова. После того, как малышка мне улыбнулась, я, наконец, ответила Дэймону.

«Хорошо. Встретимся там. Не могу дождаться! Xoxo»

Я ненавидела себя за то, что я добавила в конце сообщения эти гребаные «обнимаю-целую», но я прекрасно понимала, что иначе он не поверит, будто действительно интересует меня. Я отложила свой телефон и начался ежедневный утренний ритуал: покормить Эву и себя завтраком, искупать нас обоих, одеться, а затем переодеться. Сегодня утром мне посчастливилось дополнительно переодеть ее из-за того, что часть ее завтрака решила вернуться назад, прямиком на чистую кофточку. Эва хихикала, пока я старательно вытирала ее личико.

- Гордишься своей впечатляющей отрыжкой, не так ли? - спросила я, ухмыляясь. Она что-то проворковала мне в ответ, и я погладила ее мягкие волосики.

- Знаешь, я ненавижу оставлять тебя, но я должна сегодня вечером уйти, хорошо? А ты побудешь с Кэти из соседней комнаты. Помнишь ее? Она любит тебя.

Эва безучастно смотрела на меня, и я улыбнулась ей, покачав головой.

- Неважно. В любом случае, ты все равно будешь спать всю ночь. Ты всегда так делаешь, когда меня нет рядом, не так ли, маленькая мошенница?

Я показала ей язык, и она весело взвизгнула и хихикнула.

- Давай, девочка, - сказала я, ухмыляясь и беря ее на руки. - Мне нужно работать, но ты знаешь, что я приду в детский сад во время перерыва.

Еще одно веселое хихиканье. Я с облегчением вздохнула. Иногда по утрам Эва была в ужасном настроении: она ныла, выплевывала еду, дергала меня за волосы. Но сегодня утром она находилась в прекрасном расположении духа. И я очень надеялась, что ее хорошее настроение продлится как минимум до вечера. Мне не хотелось динамить Дэймона, но Эва была важнее всего на свете. И если сегодня вечером она будет нуждаться во мне, то я отменю нашу встречу. «Пожалуйста, Господи, - молча молилась я, - просто дай мне один спокойный вечер».

* * *

Мое желание было исполнено. Эва быстро заснула, а ее няня - Кэти - пообещала, что сделает все возможное, чтобы вести себя как можно тише, дабы ее не разбудить.

Однако, несмотря на мою удачу, я все же прибыла в «Чез Пьер» на пять минут позже, потратив слишком много времени на то, чтобы оставить Эву. Кроме того, я долго возилась с одеждой, не зная, что надеть. Дэймон обычно встречался с горячими сексуальными девушками в коротких платьях и прекрасно уложенными волосами, а не с сумасшедшими бабами, одетыми в штаны для йоги с пятнами и конским хвостом на голове.

Я остановила свой выбор на стареньком синем платье в морском стиле с длинными рукавами, которое откопала в задней части шкафа, в паре с черной курткой с капюшоном, который защитит меня от холодного ветра. Я также потратила время на тушь, тени для век и неброскую губную помаду. А когда спешила к ресторану, то проверила зубы в боковое зеркальце автомобиля.

Все нормально. Я, наконец-то, овладела искусством нанесения помады, не оставляя следов на зубах.

Дэймон ждал меня снаружи, одетый в серо-коричневую рубашку и джинсы. Мое сердце слегка подпрыгнуло, когда я его заметила. Боже, он потрясающий мужчина. За эти годы он как-то умудрился стать еще краше: его лицо стало намного мужественнее и угловатее, а на подбородке присутствовала небольшая щетина, по которой мне вдруг захотелось пробежаться пальцами.

- Привет, Фэйт. Предполагаю, что настала твоя очередь опаздывать, - сказал он, постукивая по часам, когда я подошла.

- Привет, мне очень жаль. Я задержалась, укладывая де... Я имею в виду, мне нужно было уладить кое-какие дела по работе, - сказала я, краснея.

Дэймон усмехнулся.

- Я просто пошутил, все в порядке, - ответил он, и я улыбнулась. Он указал на ресторан. - Ну, как? Настроена на французскую кухню?

По правде говоря, я жутко проголодалась, и дорогая французская еда - не то, что способно утолить мой голод. Я жаждала чего-то большого и жирного, как пицца или гамбургер. Но, отбросив эти мысли в сторону, я кивнула.

- Конечно. Я люблю coq au vin (прим.: фр. «курица в вине»).

Дэймон колебался и приблизился на шаг ко мне.

- Ты уверена? Что-то я не вижу энтузиазма.

- Извини, просто тяжелый день выдался, вот и все, - сказала я, пытаясь приподнять настроение.

Он кивнул.

- Знаешь, что всегда заставляет меня чувствовать себя лучше после тяжелого дня? - спросил он. - Гребаный огромный гамбургер.

Я ухмыльнулась.

- Меня тоже.

- Тогда давай уйдет отсюда и отправимся за ним? - спросил он.

Я счастливо кивнула, про себя отметив, насколько Дэймон повзрослел с тех пор, как мы в последний раз встречались. Очевидно, что он все еще был гулякой, судя по статьям и фотографиям в интернете, которые я видела. Но он изменился к лучшему. Вместо того чтобы вести себя как мудак, которому нет дела до чужих настроений и до людей вообще, он стал более восприимчивым и чувствительным.

Да, я согласилась на гамбургер вместо французской кухни, и можете подать на меня за это в суд, но я голодная, как собака.

- Здесь есть отличное место с очень вкусными гамбургерами, - сказал он, кивая головой на юг. - Проблема только в том, что еда подается на вынос и там негде присесть.

- Черт.

- Хотя... Кажется, у меня есть идея, - сказал он, сверкая глазами. - Домашний стадион команды находится недалеко отсюда. Почему бы нам не взять немного еды и не отправиться туда? А я устрою тебе экскурсию, пока мы едим.

Мое сердце трепетало. Да, черт возьми. На домашнем стадионе «Скандалистов» у меня появится прекрасная возможность задать вопросы о команде, не выглядя при этом слишком заинтересованной, поэтому я решительно кивнула.

- Конечно, отличная идея.

- Круто. Кстати, ты выглядишь потрясающе в этом платье, Фэйт.

- Оу. Спасибо.

Мое сердце немного растаяло от слов Дэймона, но потом я вспомнила причину, по которой встречалась с ним сегодня. Это не настоящее свидание. Это разведывательная миссия и ничего больше. Любые трепетания в моем сердце или бабочки в животе должны быть проигнорированы и отодвинуты в сторону.

Кроме того, Дэймон, скорее всего, не так уж сильно изменился. Вероятно, он по-прежнему был той еще задницей, и я больше не куплюсь на это дерьмо.

Пятнадцать минут спустя, мы держали в руках гамбургеры, картофель фри и коктейли, и стояли возле стадиона «Айер», который являлся тренировочной базой «Скандалистов». Волоски на моем теле встали дыбом, когда я осмотрела большие ворота, все еще не веря в то, что я находилась здесь с самим Дэймоном Нортом. Выудить у него информацию о команде будет так же легко, как ловить рыбу в аквариуме.

- Мы прокрадемся туда? - спросила я. - Кажется, он закрыт.

- Все зависит от времени. В межсезонье - нет, если на закрытие нет веской причины. Но сейчас все в порядке. Там всегда кто-то сидит в офисах сутками напролет, в течение игрового сезона: помощники тренеров, менеджеры команды, тренеры, физиотерапевты...

- О, ясно. Я понятия не имела.

Он посмотрел на меня, качнув головой в мою сторону.

- Ты учились на физиотерапевта, верно? Диплом получила?

Я кивнула.

- Да, получила степень бакалавра. И теперь работаю на полставки, чтобы получить степень магистра. К сожалению, невозможно сразу получить работу на поле без опыта.

Он медленно кивнул.

- Да, могу себе представить. Ну, ты всегда можешь сослаться на меня, если что, - сказал он, подмигнув. - На самом деле, здорово, что тебе все еще нравится выбранная профессия после стольких лет. Я знаю многих, кто вышел из колледжа и ничего не добился.

- Да, не у всех есть желание продолжать начатое, - призналась я, невольно вспоминая тот день, когда умерла моя сестра. В то время, я работала полный день в оздоровительном центре «Бодхи», и после ее смерти мне пришлось перейти на полставки, чтобы уделять достаточно времени Эве. Я не пожалела, что сделала это, конечно, нет. Просто теперь я прекрасно понимала, как жизнь иногда путает людям карты, лишая их возможности полноценно учиться, работать и тешить свои амбиции. Воспоминания о сестре заставили меня протереть зубы, и я поклялась самой себе начать, наконец-то, задавать вопросы Дэймону в ближайшее время. Мне нужно было узнать больше о владельцах команды и этом парне - Джастине Д'Эрико. Или Джастине Фоксе, как он теперь себя называл.

Дэймон провел меня через боковую дверь, которую освещал широкий люминесцентный прожектор, и мое сердце начало быстро биться, когда он провел рукой по моей спине, чтобы провести меня через открытую дверь, которая маячила впереди нас.

- Сюда, - сказал он.

Мы прошли через дверь, и я изо всех сил старалась не обращать внимания на покалывающее ощущение, которое распространялось снизу вверх по моему позвоночнику от его прикосновения. Подняв глаза, я увидела яркие огни стадиона, а прямо передо мной - огромное поле с искусственным зеленым газоном, расписанным белыми линиями и цифрами, отмечающими ярды.

Мы вышли прямо на поле. Я понятия не имела, что эта дверь ведет сюда, поэтому широко раскрыла глаза, глядя на Дэймона. Он усмехнулся.

- Это вход для игроков. Довольно круто, не так ли?

- Да. Знаю, это похоже на клише, но стадион кажется намного больше, чем я себе представляла.

Он кивнул:

- Да, я думал точно так же, когда играл здесь первые несколько раз. Черт, даже весь первый год. В моем родном городе не было подходящего поля. Оно больше было похоже на пучок полумертвой травы.

- Ты из Миссисипи, верно? Прежде, чем ты переехал в Алабаму, я имею в виду. - Я пыталась вспомнить все, что знала о нем.

Дэймон кивнул.

- Да. В этой стране много хорошего, но есть и ужасные вещи. Так вот, мой родной город - одна из ужаснейших вещей. Бедный, грязный, с множеством разбитых семей, в том числе и моей, - сказал он погрустневшим голосом.

- О-о. Мне жаль.

Он покачал головой.

- Все нормально. Не знаю, почему об этом заговорил. Извини. В любом случае, теперь я перебрался сюда, и хочу показать тебе место, с которого забил свой первый тачдаун на этом стадионе.

Я прошагала за ним по газону, потягивая молочный коктейль и грызя картофель фри, когда мы подошли к тому месту, где он с гордостью показал мне, откуда забросил мяч.

Посмотрев на него, я заговорила с притворной беззаботностью:

- Эй, весь этот стадион и команда «Скандалистов» напоминает мне о чем-то. В вашей команде есть парень по имени Джастин Фокс, правда?

Дэймон нахмурился.

- Ну, да. А что?

- Я только что вспомнила, что вчера видела о нем статью в газете. Или, может быть, накануне.

- Да? В последнее время про него вроде ничего не было. Может ты видела что-то о другой команде.

Я кивнула, довольная тем, что он купился на мою ложь.

- Да, наверно. Я точно не помню. Все, что я помню - в статье упоминалось его прозвище. Боже, как же его? Прям на кончике языка вертится... - сказала я, надеясь, что Дэймон подтвердит прозвище Джастина.

- Фокси? - спросил он.

Я покачала головой.

- Не думаю, что это оно.

Я притворилась, что глубоко задумалась над этой статьей, и Дэймон пожал плечами.

- Без понятия. Обычно я зову его Фокси. Но, честно говоря, я не настолько хорошо его знаю, как другие товарищи по команде, поэтому не уверен, есть ли у него другое прозвище.

Мое сердце замерло. Проклятье. Я больше не могу задавать никаких вопросов о Джастине; тогда станет невероятно очевидно, что я просто добываю о нем информацию. Мне нужно быть осторожной со своими намерениями. Поэтому я решила изменить тактику и сфокусировалась на Дэймоне.

- О, это не имеет значения, - сказала я, махнув рукой. - Просто у меня эта статья не выходила из головы. Как давно ты играешь за «Скандалистов»?

- Два года, - Дэймон начал рассказ о том, как его отобрали из колледжа, прежде чем кратко изложил историю команды.

Я внимательно слушала, собирая любые крохи информации о «Скандалистах», которые могли бы помочь в моем расследовании.

- ...Тогда, несколько лет назад, владельцы решили изменить логотип, потому что старый, по-видимому....

Я прервала рассказ Дэймона на середине предложения:

- Извини, владельцы? Я понятия не имела, что клуб принадлежит нескольким лицам.

На самом деле, я узнала об этом из интернета прошлой ночью, но мне хотелось прикинуться дурочкой в надежде, что Дэймон расскажет мне больше, чем Google.

- Да, три брата и сестра владеют командой, - ответил он. - Приличные люди. Хотя сегодня я их не видел.

- О, ничего страшного, - сказала я. - А вот интересно, что они будут делать, если произойдет огромный скандал? Они сами разбираются с этим, или обращаются к PR-менеджерам? Они когда-нибудь умалчивают какие-то истории?

Дэймон странно посмотрел на меня.

- Что заставляет тебя спрашивать о подобном?

Черт возьми, я веду себя как Капитан Очевидность со всеми своими «случайными» вопросами. Нужно быть осторожней.

- Я, конечно, не про реальные факты... Мне просто интересно, - сказала я, спотыкаясь на каждом слове, пока придумывала оправдание. Наконец-то мне пришло в голову что-то более-менее правдоподобное, и я вздохнула с облегчением, прежде чем проговорить. - Наверное, мне было интересно, потому что ты вовлечен в столько скандалов, а?

Дэймон хихикнул, точно так же, как я помнила это еще с колледжа.

- О, я понял, - сказал он, ухмыляясь. - Хочешь знать, правдивы ли все эти статьи обо мне? Ты что же, испытываешь ревность ко всем, кого видела на фотографиях со мной в Интернете?

Я притворилась смущенной и наклонила голову.

- Может быть.

- Итак, Фэйт, - сказал он, делая шаг ко мне. - Отвечаю на твой вопрос: да, владельцы команд узнают о потенциальных скандалах, в которые вовлечены игроки, и разрабатывают стратегию с PR отделом, чтобы их отсортировать. Насколько мне известно, они не скрывают факты, но стараются как можно лучше все обставить. Такое происходит, когда появляются действительно серьезные проблемы. Случаи на странных вечеринках вряд ли можно считать скандалом. И поверь мне... тебе незачем ревновать.

- Незачем? - спросила я, хотя предпочла бы промолчать.

- Ага, - ответил он, поглаживая кончиками пальцев мою левую руку. От его прикосновения по телу пробежала дрожь, и мне пришлось изрядно постараться, чтобы Дэймон ее не заметил. - Среди тех тусовщиц нет ни одной такой же горячей, как ты. И вообще, я не воспринимаю их всерьез. Половина цыпочек, с которыми я фотографируюсь, просто пиарятся за мой счет, рассказывая прессе о том, как они, якобы, подцепили меня. Не беспокойся. Это первое настоящее свидание, которых у меня уже очень давно не было. И оно твое.

Я кивнула, чувствуя, что мое сердце готово вырваться из груди; оно так быстро билось от одного только его прикосновения. Я совершенно точно могла сказать, что он делает: кормит меня льстивыми речами, цель которых - заставить меня почувствовать себя особенной. Видимо, я должна немедленно упасть в обморок, а затем прыгнуть к нему в постель.

Прости, Дэймон. Этого не произойдет.

- Расскажи мне побольше об игре, - попросила я, резко отодвигая руку от его теплых пальцев. - Должна признаться, я понятия не имею, как все происходит. Никогда не была большой поклонницей футбола.

Дэймон кивнул.

- Конечно.

Он выглядел немного разочарованным тем, что я так внезапно отстранилась, но все равно начал объяснять основы. Я кивала головой, пока слушала его рассказ о правилах игры, не забывая при этом сохранять дистанцию, между нами. Каким бы сексуальным он ни был, я не собираюсь прикасаться к нему. Это не входит в мои планы, и только все усложнит. Если уж я собралась выполнить свою работу, мне необходимо установить свои правила игры.

Какое правило номер один в этой игре?

Не спать с Дэймоном Нортом.

Глава 4

Дэймон

- Как прошло свидание?

Мой лучший друг и товарищ по команде, Джек Анис, посмотрел на меня через бильярдный стол, пока я помечал свой кий. Мы играли вместе с его агентом и приятелем Нейтом Рилэндом в баре у Энтони, который находится на первом этаже моего жилого комплекса. Весьма удобное место, где можно пообщаться не только потому, что бар расположен близко к дому. Во-первых, Энтони оказался порядочным парнем, и быстро смекнул, что известные спортсмены иногда хотят спокойствия и свободы, не находясь при этом под наблюдением зорких глаз посторонних. Поэтому он вышвыривал из бара каждого, кто мало-мальски походил своим поведением на журналиста. Во-вторых, если он видел, что кто-то фотографирует нас на свои телефоны, то тоже выгонял их. В-третьих, многие представительницы женского пола были в курсе, что этот бар стал популярным местом сбора у футболистов. Именно поэтому он всегда был заполнен сексуальными юными цыпами, желающими предоставить свои дырочки для того, чтобы один из известных петухов использовал их по своему усмотрению.

В данный момент рыжая бестия просто пожирала меня глазами, в то время как я открыто игнорировал ее. Сделав удар по шару, я ответил на вопрос Джека.

- Все прошло хорошо, - красный шар плавно погрузился в лунку.

Он выгнул бровь.

- Просто хорошо?

- Не ты ли обычно трахаешься с каждой цыпочкой, стоит ей лишь взглянуть в твою сторону? - добавил Нейт.

Я поднял руки вверх.

- Эй, я же не потерял свою хватку. Мне просто нужно немного больше времени с этой цыпой.

Честно говоря, я не совсем понял, как так получилось, что я до сих пор не переспал с Фэйт. Все свидание было милым, но сбивающим с толку. Я чуть не задохнулся, когда она появилась у ресторана, потому что... Христос, она стала еще горячее, чем я помнил. Настоящий бриллиант в куче с углем. Она немного прибавила в весе с тех пор, как я видел ее в последний раз. И удивительнейшим образом эти килограммы распределились чертовски идеально, эффектно выделяя каждый изгиб под платьем. Я практически пускал слюни от мысли о ее округлых бедрах и великолепных длинных ногах. Фэйт, определенно, больше не являлась тощей каланчой, какой когда-то была. Что касается ее лица - оно не так сильно изменилось. Кожа оставалась такой же прозрачной и гладкой, а ее карие глаза - блестящими и красивыми, с легким намеком на макияж.

Она выглядела немного усталой, но я списал это на работу. После того, как мы купили гамбургеры и отправились на стадион «Айер», она рассказала мне, что работает инструктором по йоге в оздоровительном центре. Тогда я подумал, что для нее это должно быть довольно утомительно - каждый день преподавать упражнения на гибкость и равновесие.

Но самое интересное заключалась в том, как я ошибался на ее счет. Ведь когда она первой написала мне, я предположил, что Фэйт превратилась в дешевую охотницу за знаменитостями, как и все остальные девушки, которые флиртовали со мной и надеялись, что я трахну их позже ночью. Но вышло иначе.

Во-первых, она действительно показалась мне интересной и отзывчивой, когда я кратко упомянул о своем родном городе. Эгоистичные шлюхи не заботилось об этом; все, о чем они думали - быть обнаженной и скакать верхом на моем члене. Во-вторых, она казалась застенчивой, немного нервной и растерянной большую часть вечера. Еще одно качество, которое обычно не присуще девушкам, которые меня преследовали.

Ну и наконец - самое главное: она даже не интересовалась сексом со мной. Вместо того чтобы флиртовать, пытаться заинтересовать меня рассказами о своей жизни, она задавала мне нелепые вопросы о команде, моих товарищах и владельцах. Я даже пошутил о том, будто уверен, что она работает в СМИ и отправилась на свидание со мной, чтобы получить информацию для спортивной статьи. После такого замечания она стала намного спокойнее.

Фэйт пресекла все мои попытки подвезти ее домой и отстранялась всякий раз, когда я пытался прикоснуться к ней.

Так что нет, с ней еще не покончено. Совсем наоборот. Я рано вернулся домой, в полном одиночестве и с болью в паху из-за посиневших яиц. Ничего страшного. Ее отсутствие в моей постели после первого свидания означало, что у меня на повестке дня стоит гарантированное второе. Я все еще хотел уложить ее в постель. Мне удалось достаточно очаровать ее, и Фэйт согласилась встретиться снова на следующей неделе. Лучше что-то, чем ничего.

Тем не менее, я по-прежнему задавался вопросом: какова была ее цель. Я все еще не понимал, что и почему, но у меня сложилось четкое впечатление, что вчера она скрывала от меня что-то важное. Предполагаю, рано или поздно я узнаю об этом, если продолжу с ней видеться.

- Ну, не знаю, мужик, - усмехнулся Джек. - Впервые слышу о том, что ты не смог уложить цыпочку на лопатки за десять минут. Черт, обычно ты, хотя бы, получал минет в ванной от более застенчивых барышень.

Я пожал плечами.

- Не беспокойся обо мне. Так или иначе, но я ее уложу.

Нейт сделал глоток своего напитка и поднял бровь, переглянувшись с Джеком, прежде чем посмотреть на меня.

- О, правда? Значит, она согласилась снова с тобой встретиться?

- Конечно. Мы обедаем вместе на следующей неделе, когда у нее появится свободное время.

Он усмехнулся, и Джек медленно кивнул.

- Вау. Не припомню, чтобы ты тратил больше двух дней на одну женщину, не говоря уже о неделе. Она тебе действительно нравится, а?

Я усмехнулся и покачал головой, не желая выглядеть сучкой перед своими друзьями.

Правда, я не совсем уверен, что именно я чувствовал. Естественно, мне нравилась Фэйт, но я почти ничего о ней не знал. К тому же, до сих пор в моем послужном списке напротив ее имени значились только два свидания. С разницей в шесть лет. Не так уж многообещающе.

Кроме того, насколько бы она ни была сексуальна, и независимо от того, как сильно я хотел погрузить свой член в ее киску - это не гарантирует никаких постоянных чувств к ней. У меня имелась серьезная проблема: стоило мне переспать с цыпочкой, и я сразу терял к ней всяческий интерес. Хотя что-то подсказывало мне, что с Фэйт этот номер не пройдет. И меня это беспокоило.

Этого было недостаточно, чтобы я заинтересовался поиском другой киски. Рыжеволосая, которая ранее смотрела на меня, только что подошла ко мне. Ее причудливые духи ударили в ноздри, чуть не выжигая мои глаза.

- Привет, Дэйм. Помнишь меня?

Я осмотрел ее, подметив чересчур облегающее черное мини-платье, кошачьи зеленые глаза и тонкие черты лица.

- Дэймон. И нет, я тебя не помню - ответил я. - А должен?

Она надулась.

- Я - Джен. Ты спал с моей подругой две недели назад, - сказала она. - Серена, невысокая блондинка. Я была там, когда вы познакомились. Ты уже забыл?

Я легкомысленно усмехнулся, несмотря на мое желание, чтобы эта жаждущая цыпа оставила меня в покое и дала поиграть в бильярд с друзьями.

- Конечно, теперь вспомнил, - солгал я.

- Ну что, как поживаешь? Не хочешь присоединиться к нам в бассейне или как-нибудь повеселее скоротать вечер?

Она провела ладонью по моей руке и соблазнительно улыбнулась, посылая мне томный взгляд сквозь густо накрашенные ресницы.

- Вообще-то, я надеялась, что смогу присоединиться к тебе наверху. Я в курсе, что твоя квартира находится всего в нескольких мгновениях езды на лифте, - сказала мне Серена.

Я отстранился и боковым зрением заметил, как Джек и Нейт усмехались и наблюдали за мной со стороны.

- Извини, но моя квартира сейчас недоступна, - сказал я напряженно.

Я только что встретил Фэйт, спустя столько лет, и уверен, что она не станет со мной любезничать, если узнает о других женщинах между нашими свиданиями. И, черт возьми, я даже не хотел спать с кем-то еще. Единственное, о чем я мог думать - ее симпатичное личико и сексуальные изгибы.

Улыбка рыжей слегка поблекла.

- Почему? Ты травишь клопов или что-то еще? Знаешь, мы ведь можем отправиться ко мне, - добавила она, в последней попытке заполучить меня.

Я покачал головой.

- Извини, дорогая. Этого не произойдет.

Сверкнув глазами, она развернулась и исчезла, не сказав ни слова. Если не учитывать ее сердитое «Хм!». Джек подошел ко мне, наблюдая, как она уходит.

- Что с тобой, чувак? Горячая киска явно хотела тебя.

- Нет настроения, - ответил я, небрежно пожав плечами. - Сегодня я тупо хочу поиграть в пул.

Он и Нейт обменялись подозрительными взглядами друг с другом, а затем ухмыльнулись.

- О да, мы были правы, - торжественно сказал Джек. - Ты втрескался в эту телочку Фэйт?

Я проигнорировал их и сосредоточился на бильярде. Не важно, что они думают. Что бы ни произошло между мной и Фэйт - не их дело. Точно также их не касалось и то, что она казалась такой беззащитной рядом со мной на свидании. Раз уж она согласилась снова встретиться, значит все еще заинтересована и, скорее всего, немного застенчива. Так или иначе, я собирался уложить ее в постель. Или затащить на заднее сидение моей машины... Плевать, где мы окажемся. Я никогда не был тем, кто бросает слова на ветер, и не собирался начинать сейчас.

Полагаю, я просто нуждаюсь в Фэйт.

Глава 5

Фэйт

- Ты точно уверена, что это хорошая идея, Фэйт?

Я крепко зажала телефон между плечом и ухом, пока доставала овсянку с полки продуктового магазина и укладывала ее в тележку. Эва сидела тут же, в детском креслице, расположенном в передней части тележки, и смотрела вокруг. Я улыбнулась ей и ответила моей подруге Эми.

- Не уверена. Все, что я знаю - это идеальный способ получить информацию о том, что действительно случилось с моей сестрой.

Я слышала, как Эми вздохнула на другом конце линии.

- Ты права. Но Фэйт... может, позволишь вести расследование полиции?

Я покачала головой, прежде чем вспомнила, что она меня не видит.

- Да-да, конечно, - ответила я, подталкивая тележку к другому проходу, чтобы захватить необходимые продукты. - Но они непреклонно считают, что она... ну, ты понимаешь, о чем я говорю, - сказала я, не желая, чтобы Эва услышала, как я говорю о предполагаемом самоубийстве ее матери. Хоть она и слишком маленькая, но я знала множество невероятных историй о том, что могут запомнить младенцы. - Что еще мне остается делать? Если они отвергают возможность того, что ее смерть не случайна, значит, мне нужно самой это выяснить.

Подруга вздохнула.

- Ну, раз ты так говоришь. Но будь осторожна, хорошо? Если кто-то из этой команды действительно навредил твоей сестре, они без колебаний сделают то же самое с тобой.

- Понимаю. Я буду осторожна, - ответила я.

- О, и ради Бога, не западай на Дэймона, - сказала она. - Я все еще в ужасе от твоего свидания с ним в колледже. И по-прежнему обвиняю себя в том, что познакомила вас.

Я засмеялась.

- Все в порядке, это было давно. Сейчас он не так уж и плох. По крайней мере, теперь он не появляется на свиданиях обкуренным.

Подозрительная нотка проникла в тон Эми:

- Он же не нравится тебе, правда? Типа ты не влюблена? Боже, извини, я похожа на мелкую школьницу.

- Конечно, нет, - ответила я, защищаясь, и вытаскивая свою любимую марку чая с плотно заставленной полки. - Я вижусь с ним только ради информации.

- Так вот почему ты собираешься с ним на четвертое свидание завтра вечером? - спросила она.

Я вздохнула. Мы с Дэймоном ходили на три свидания, но я до сих пор не смогла раздобыть ничего полезного. Кроме того, что владельцы команды действительно вмешивались в любые серьезные скандалы. Например, такие, как футболист, изнасиловавший девушку. Я понимала, что потребуется время, чтобы заставить Дэймона больше рассказать о команде и ее членах, поэтому я и согласилась на еще одну встречу с ним.

На последних наших свиданиях он казался разочарованным, когда я отказывалась пойти к нему домой и не позволила ему пойти ко мне. Но я не могла переспать с ним, как бы он ни был великолепен. Самое первое, что я сделала - создала правило, запрещающее заниматься с ним сексом. Это не настоящие свидания, и мы - не настоящая пара. Я встречаюсь с ним только ради информации. Кроме того, если мы переспим, и я к нему привяжусь, то произойдет катастрофа. Скорее всего, он потеряет ко мне всякий интерес, как только получит то, что хотел, и я больше никогда его не увижу.

Так что, пока я не узнаю что-то полезное - буду держаться за него, и дразнить, пока он не выдаст то, что меня интересует. Конечно, я поступаю жестоко, и я чувствовала себя последней скотиной, так издеваясь над парнем. Но мне необходимо это сделать. Дэймон - мой единственный шанс, который позволит узнать, что на самом деле произошло с Рейчел. Этот факт смягчал любую вину, которую я чувствовала перед ним.

Ну, почти.

- Я его не люблю, в общепринятом смысле этого слова, - настаивала я. - Просто говорю, что он не так плох, как раньше, вот и все. Поверь мне, это свидание пройдет так же, как и предыдущие три. Мне просто нужна информация.

Эми рассмеялась на другом конце линии.

- Конечно. Ладно, мне нужно идти. Не забывай быть осторожной, - напомнила она. - Пока.

- Пока.

Я повесила трубку и убрала телефон обратно в сумку, а затем направила тележку назад по проходу, чтобы перейти в секцию фруктов и овощей. Эва внезапно завыла, когда я попытался взять пакет с виноградом, и я наклонилась, чтобы успокоить ее.

- Шшш, дорогая, все в порядке. Мы просто возьмем еду, а потом отправимся домой.

Но она закричала еще громче, и я поняла, что ее ответ звучит как нечто похожее на: «Нет, немедленно отвези меня домой». Она продолжала плакать и тянуть ко мне свои ручки.

- Еще пять минут, милая, - сказала я, в отчаянии доставая из сумки ее любимую розово-фиолетовую погремушку в виде рыбки. - Смотри, что у меня есть. Хочешь это?

Казалось, игрушка успокоила ее, и я с облегчением вздохнула, вернувшись к секции с виноградом.

- Фэйт?

Позади меня раздался знакомый мужской голос, и я с ужасом повернулась. Дэймон. Дерьмо... Он закупался здесь? Дважды дерьмо... Я только что говорила о нем! Вспомни заразу - появится сразу. Я надеялась, что он не слышал мой разговор по телефону.

- П-привет, - пробормотала я.

С чувством тошноты я поняла, что он уже видел, как я возилась с Эвой. Игра окончена. Такие горячие спортсмены, как он, не встречались с одинокими матерями. Независимо от того, является Эва моей биологической дочерью или нет. Так что про завтрашнее свидание можно забыть. Такие парни, как он, нуждались в беспорядочных связях с простыми девушками; они не желали зацикливаться на женщине с ребенком. Тем более, учитывая, что я не так много позволяла ему и мы до сих пор даже не перешли на «первую базу», не говоря уже о сексе.

Ага, я все запорола.

Дерьмо.

- Не знал, что у тебя есть ребенок, - сказал он, указывая на Эву.

У меня не было никакого желания посвящать его в историю о том, что она - дочь моей покойной сестры, поэтому я просто молча кивнула.

- Как ее зовут?

- Эва, - тихо ответила я.

- Красивое имя. Так что ты здесь делаешь? Живешь поблизости?

Я кивнула. Напряжение в воздухе между нами было таким плотным, что можно ножом резать.

- Да. Хм, а что ты здесь делаешь?

- Я не живу в этом районе, но это единственный продуктовый магазин, в котором продается конкретно этот белковый порошок, который мне нравится, - ответил он, показывая мне серебристую упаковку. - Заодно прихватил бананы и чернику. Бананы содержат большое количество калия, а черника - антиоксиданты. Знаешь, это полезно для спортсменов. Сегодня у меня игра.

- О.

- Да.

Мы оба замолчали на мгновение, а потом одновременно заговорили.

- Я должна...

- Я лучше...

Мы снова заткнулись, и я дала ему возможность высказаться первым.

- Я лучше оставлю вас, - сказал он, кивая на мою тележку. - Но позже поговорю с тобой.

Нет, не поговоришь. И мы оба это знаем.

- О, конечно, - сказала я. - Спишемся позже. Удачи тебе на игре.

С этими словами я схватила свою тележку и бросилась к выходу. Эва начала щебетать что-то на своем языке, а я украдкой посмотрела на Дэймона, пока девушка на кассе пробивала продукты.

Он все еще стоял в отделе овощей и фруктов, уставившись на меня с растерянным выражением на лице. Горячие слезы кололи мои глаза, и я резко отвернулась. Я окончательно все запорола, а ведь еще не успела получить от него нужную мне информацию. Но самое худшее... даже не расследование, о котором я больше всего беспокоилась. Меня очень расстроило то, что я с нетерпением ждала завтрашнего свидания. Которого теперь, вероятно, не будет.

О, нет... Эми была права: я начинала эмоционально привязываться к Дэймону, независимо от того, как сильно я пыталась себя от этого оградить. Но теперь это не имело никакого значения, потому что все кончено. Сексуальный, богатый парень в самом расцвете сил не станет тратить время на женщину с багажом в виде ребенка. Который, ко всему прочему, даже не от него.

Думаю, он и так слишком долго со мной возился.

С мрачным видом я оплатила покупки, и с тяжелым вздохом загрузила их в багажник машины, а затем пристегнула Эву к автокреслу. Она улыбнулась мне, но на этот раз я еле заставила себя улыбнуться в ответ. Я снова вернулась к тому, с чего начала расследование смерти ее матери, и теперь понятия не имела, что делать дальше.

Мой телефон завибрировал в сумке. Я достала его и замерла, увидев сообщение от Дэймона. У меня не было возможности прочитать, что написано в сообщении, пока мой телефон заблокирован, я лишь видела, как его контактные данные мелькают на экране.

Мое сердце сжалось в груди, когда я разблокировала экран телефона.

Глава 6

Дэймон

Осталось восемь минут.

Сегодня нам фартит. Даже с несколькими минутами, оставшимися на часах табло, я могу смело сказать, что на трибунах уже все мысленно празднуют нашу победу. Просто потому, что у нашего соперника нет никакой возможности увернуться от сокрушительного удара, который им сегодня нанесли на поле. Мы набрали двадцать восемь очков, и, если честно, я удивлен, что они до сих пор не сдались, объявив нас победителями, и не отправились домой.

Думаю, это бы выглядело не совсем по-спортивному.

Я наблюдал, как наша линия защиты снова заставляла команду соперника вернуть нам мяч. Так как до конца игры оставались считанные секунды, я позволил себе подумать о том, что произошло ранее. Я был немного шокирован после того, что увидел в магазине. На самом деле – очень сильно шокирован, если уж быть совершенно честным.

У Фэйт был ребенок.

Неудивительно, что она всегда выглядела уставшей во время наших свиданий: такому маленькому ребенку необходимо уделять много сил и внимания. Я понятия не имел, кто отец малышки, так же, как и не имел понятия, почему она не рассказала мне об Эве. Предполагаю, что она думала, будто я потеряю к ней интерес, как только узнаю о ребенке. И, черт возьми, она была бы права, если бы только на ее месте оказался кто-то другой. Если бы какая-нибудь цыпочка, с которой я встречался, дала мне знать, что у нее есть ребенок, я бы просто сбежал оттуда, не желая иметь ничего общего с чужим ребенком.

Но, в данной ситуации, все было по-другому. Фэйт – не мерзкая золотоискательница. Она не охотилась за кем-то, кто бы смог оплатить ее учебу и дизайнерские наряды ребенка. Если бы она была такой, то я бы уже давно заметил все существующие признаки. Например, она наверняка попыталась бы затащить меня в постель, чтобы затрахать до потери пульса. Но мы до сих пор даже не целовались. Кроме того, у меня было чувство, будто я знаю ее уже очень давно, хотя за последние пару недель мы ходили только на три свидания. Она добрая, милая и амбициозная. Она не ждала прекрасного принца, который появится, чтобы спасти ее.

И я совершенно точно мог сказать, о чем она думала, когда мы встретились в магазине. На ее лице был такой ужас, как будто она знала, что я больше никогда не захочу ее видеть, и что я теперь считаю ее бесполезной. Она с такой скоростью вылетела из магазина, после нескольких секунд скомканного разговора. Дерьмо, я точно был сам не свой, когда заговорил про фрукты, калий и антиоксиданты, тем самым сделав наш разговор еще более неуклюжим. Можно подумать, что вся эта хрень чертовски важна для меня в такой серьезный момент. Я просто стоял там, как последний идиот, наблюдая за ее бегством. Часть меня хотела последовать за ней, но я боялся напугать ребенка.

Однако, увидеть ее с Эвой, было не единственным сюрпризом для меня. Я был потрясен своими мыслями. Раньше, при любом намеке на то, что мне нужно взять на себя какие-то обязательства перед женщиной, я бы сбежал, только бы пятки сверкали. А что теперь? Черт, теперь все по-другому. И все из-за Фэйт. Она даже ни слова не сказала о том, что хочет серьезных отношений или желает, чтобы я взял на себя какие-либо обязательства. Но я сам этого хотел. Я, действительно, хотел видеть ее, несмотря на то что она забыла рассказать мне об Эве. И это не связано с тем, что я желал уложить ее в постель, лишь бы вычеркнуть ее имя из какого-то отстойного блядского списка.

Она действительно мне нравилась.

Поэтому, как только я опомнился, то сразу написал ей сообщение.

«Привет. Рад был встретить тебя сегодня. И было приятно познакомиться с Эвой. Надеюсь, завтрашнее свидание все еще в силе? И, эй, не стесняйся брать с собой ребенка. Я всегда могу изменить бронирование на более подходящий для детей ресторан:) Просто дай мне знать».

Черт, я даже добавил парочку поцелуев в виде «ХХ» в конце сообщения, вспомнив, что так, вроде бы, положено.

Ага, я очень хотел ее.

Она до сих пор не ответила, что просто сводило меня с ума. Так что можно считать, что мне повезло с сегодняшней игрой, которая отвлекала от этих мыслей. Спустя несколько секунд мяч вернулся к нам, и я ринулся в бой, чтобы помочь забить еще один тачдаун. Толпа разразилась восторженными криками, несколько девушек даже сверкнули своими сиськами с трибун, а главный тренер с гордостью кивнул, когда комментаторы объявили о нашей безоговорочной победе по громкоговорителям. После радостных крепких объятий мы отправились в раздевалку, чтобы быстро принять душ и затем выйти к СМИ. Журналисты всегда поджидали нас там, охотясь за нами после игр, желая узнать все о нашей жизни.

Двое журналистов из спортивных новостных сплетен подловили меня после того, как я бросил полотенце в шкафчик и вышел из раздевалки. Одна из них сунула микрофон прямо мне в лицо.

– Дэймон, ты все еще встречаешься с теми тремя моделями из «Балмейна»? – спросила она. – Ты не фотографировался ни с кем уже несколько недель. Может быть, в вашем четырехугольном раю проблемы? Модели устали от того, что ты ими жонглируешь?

Я был осторожен все это время, встречаясь с Фэйт в местах, где нас не побеспокоят СМИ. И не потому, что стеснялся ее, а потому, что хотел защитить ее имя от сплетен. И теперь я был вдвойне рад этому, потому что знал об Эве. Последнее, что мне нужно, – грязные сплетни с невинным маленьким ребенком в главной роли.

– Не буду называть конкретных имен, но в последнее время я встречаюсь кое с кем особенным, – сказал я с усмешкой. – В данный момент, я просто жду от нее ответа, чтобы узнать, пойдет ли она со мной на свидание.

Я сделал паузу, а затем посмотрел прямо в камеру и проговорил:

– Она знает, о ком я говорю, и если она смотрит на меня сейчас, то я снова хочу спросить ее: увидимся завтра вечером?

После этого заявления журналисты наперебой заорали, умоляя назвать имя девушки, но я отказался от комментариев и отправился на встречу с тренерами. Как только я шагнул дальше по широкому коридору, то услышал жужжание в своем рюкзаке. Сняв его с плеча, я вытащил мобильный телефон.

Сообщение от Фэйт.

«Привет. Только что видела тебя по телевизору. Извини, что не ответила сразу, я весь день была занята Эвой. В любом случае, ответ на твое сообщение такой: мне это очень нравится. Я не смогу привезти ребенка на ужин – в это время Эва уже спит. Но я уверена, что ты сможешь встретиться с ней еще раз».

«Хорошо. Вместо ужина завтра вечером мы могли бы пообедать в парке вместе с ней в выходные?»

На моем лице появилась счастливая улыбка от того, что она, наконец-то, ответила мне.

«Да, было бы неплохо:)»

Мне и раньше давали положительный ответ, но это было самое милое «да», которое я когда-либо получал. Я и правда нервничал из-за того, что могла ответить Фэйт. Но в то же время я был взволнован. Мне казалось, будто я только что выиграл что-то невероятное, когда осознал, что действительно заинтересован в ней.

Чертовски приятное чувство.

Глава 7

Фэйт

Сегодня великолепный субботний день: солнечный, теплый, нет большой влажности. Парк, в котором я находилась, пах весной, несмотря на то что сейчас только начало декабря. Я вместе с Эвой пришла на свидание с Дэймоном, наблюдая, как он стелил на земле одеяло и ставил на него корзину для пикника. Я продолжала задаваться вопросом: «Как мне так повезло?», пока удерживала Эву на своем бедре.

Ведь я и правда думала, что отпугнула его, когда на прошлой неделе наткнулась на Дэймона в магазине. Но он, казалось, любил детей. Даже настоял на том, чтобы изменить наши предыдущие планы с ужином в ресторане на этот пикник в дневное время. Все ради того, чтобы я могла взять с собой Эву. У меня не было возможности выбраться вместе с ней из дома и подольше погулять, греясь под лучами солнца. Поэтому предложение Дэймона оказалось очень заманчивым. И я осознала, что не было ни одного человека, проявляющего ко мне какой-либо интерес после того, как удочерила Эву (уверена, что у многих молодых матерей-одиночек существует такая же проблема с мужчинами). Подобное произошло впервые. Я чувствовала головокружительное волнение, находясь здесь, пока не вспомнила, с чего все это началось.

Со лжи.

И не имеет значения, что я действительно начинала влюбляться в Дэймона. Рано или поздно он выяснит истинную причину, по которой я его разыскала, и на этом все закончится. Тем не менее, мне было приятно просто пообщаться с ним, несмотря ни на что. Птицы пели, Эва хихикала и махала своими ручками, а Дэймон смотрел на меня с блаженной улыбкой, сидя на одеяле. Ну и как я могла ему сопротивляться?

– Присаживайся, – сказал он, похлопав по одеялу. – Проголодалась?

Я кивнула.

– Да, – ответила я и взъерошила волосы Эвы. – Насчет нее не беспокойся: у нас с собой целая бутылка.

– Виски или вина?

Я бросила на него возмущенный взгляд, не оценив глупую шутку, а затем показала язык.

– Очень смешно. Молока.

Так как у меня своего молока не было, поскольку у меня никогда не было ребенка и, следовательно, я никогда не кормила грудью, то пришлось искать тех, кто мог его дать, по всему городу. Я вычитала, что для младенцев грудное молоко очень полезно, и оно помогает в развитии иммунной системы. Поэтому изучила данную тему от и до, как только Эва стала моей, ведь я хотела для нее всего самого лучшего. В одном из центров, в который я обратилась, родившие женщины оставляли свое молоко. Все они проходили обследование на наркотики, алкоголь и болезни, прежде чем делали пожертвования, поэтому я была уверена в том, что молоко безопасно.

– Как долго она должна им питаться? – спросил Дэймон. – Извини, не хочу показаться грубым. Просто среди моих знакомых ни у кого нет детей, и мне все это интересно.

Я улыбнулась.

– Все в порядке, это обычный вопрос. Сейчас ей уже больше года, поэтому я могу постепенно ее отучать, если захочу. Но грудное молоко имеет много преимуществ, поэтому думаю, что оставлю его в рационе еще на несколько месяцев.

– Но она ест и другую пищу, верно?

– Ага.

– О, это хорошо. У меня тут парочка бананов. Я их измельчил и уложил в контейнер. Не знаю, понравятся они ей или нет, – сказал он, подмигивая.

Я широко улыбнулась. Меня восхищало его хорошее отношение к Эве. И мне нравилось, что он не стал отстраняться, узнав о ее существовании. Многие люди спрашивали меня о ней – даже совершенно незнакомые люди на улице – и чаще всего это было похоже на допрос. Кто отец? А где он? Разве ты не слишком молода, чтобы становиться матерью?

Я знала, что Дэймону на самом деле интересны все эти вещи – видела это по его глазам. Но он пока не задал ни одного подобного вопроса. Наверное, он ждал, что я сама расскажу ему обо всем, когда буду готова. И я радовалась этому, потому что не хотела рассказывать о настоящей матери Эвы. Если бы я ему сказала, тогда он захотел бы узнать, где она. И как только этот чертенок вылезет из табакерки, я знала – в потоке эмоций взахлеб выложу и все остальное: и мои истинные намерения, и как я вдруг вспомнила о нем и решила встретиться. Но все это было задолго до того, как я узнала, каким хорошим парнем он может быть, когда захочет.

Усевшись на одеяло, я посадила Эву на свои колени. Дэймон усмехнулся и медленно протянул к ней руку.

– Посмотри, Эва, – тихо сказал он. Божья коровка только что приземлилась на его ладонь, и Эва в полном восторге посмотрела на нее.

– Это божья коровка, милая, – сказала я, поворачиваясь, чтобы она могла посмотреть на меня своими удивленными, широко распахнутыми глазами. – Они приносят удачу.

– Согласен, – сказал Дэймон, глядя прямо в мои глаза. – Я чувствую, что мне уже повезло.

На моих щеках заиграл румянец, но момент был испорчен, когда Эва начала извиваться и махать руками в направлении мальчиков, которые играли в футбол на другой стороне парка.

– Что ты там увидела? – спросил Дэймон, обернувшись. – О, они играют в мяч. Это то, чем я занимаюсь, – добавил он, поворачиваясь к нам лицом. – Любишь спорт, Эва? Моя команда выиграла чемпионат в прошлом году.

Эва хихикнула и ущипнула его за нос. Я рассмеялась.

– Вот что ты получаешь за хвастовство, мистер Большая звезда.

Он усмехнулся:

– Справедливо. Как твоя работа? – спросил он, протягивая мне пакет с крекерами.

Я засунула крекер в рот, сделав небольшой укус, и мои глаза закрылись от ощущения восхитительного аромата перца.

– Вкусно, – сказала я, проглотив кусочек. – У меня весь день расписан по минутам, но я справляюсь.

– Я не раз слышал об этой йоге. Тем не менее, никогда не занимался. Честно говоря, это всегда казалось мне скучным.

Я кивнула.

– Многие так считают. Уверена, для некоторых это действительно скучно. Знаешь, сколько людей – столько и мнений. Но все зависит от типа йоги, которую ты выбираешь. Некоторые ее виды успокаивают, когда все твое внимание сосредоточено на дыхании и позе, а другие больше ориентированы на тонус мышц и сердечно-сосудистую систему.

– Может, как-нибудь преподашь мне парочку уроков.

Я рассмеялась.

– Можно подумать тебе не хватает тонуса мышц!

Он улыбнулся мне.

– Да ладно, парням всегда мышц не хватает, так ведь?

– Ну, если ты так считаешь, – сказала я, улыбаясь в ответ.

– Какой у тебя план после того, как получишь степень магистра? – спросил он, закидывая в рот зеленый виноград и медленно прожевывая его.

Я пожала плечами.

– Честно? Не знаю. Изначально я думала о том, чтобы подать заявку на получение диплома в Спортивный Институт, но, в большинстве случаев, они требуют, чтобы их сотрудники работали по вызову. К сожалению, мне нужно более гибкое расписание.

– Всякое случается, да? – спросил он, кивая в сторону Эвы.

– Да, – ответила я, непроизвольно сильнее прижимая ее к себе. – Что насчет тебя? Как долго ты еще собираешься играть?

– Пока меня не выгонят, – сказал он. – Средний возраст выхода на пенсию для игроков – тридцать пять лет. Так что, у меня в запасе еще более десяти. А после этого, наверное, стану тренером. Честно говоря, я никогда не думал об этом. Когда был помоложе то все, о чем я мечтал – это стать профессионалом. На самом деле, планов я никогда не строил.

– Ну, по крайней мере, ты был прав в том, чтобы пойти в профессиональный спорт. Помнится мне, в колледже ты был очень самоуверенным, – сказала я с дразнящей усмешкой.

Он застонал.

– Знаю. Так неловко за это. Я постоянно спрашивал официантов, знают ли они, кто я такой, и считал, что должен получать свободные столики и бесплатные десерты.

– Поверь мне, я помню, – ответила я со смехом.

– Уверяю, теперь я не настолько ужасен... а, может быть, и нет, – сказал он с усмешкой, осторожно щекоча Эве пятки. – Ты хоть представляешь, кто я, Эва? И где мои бесплатные десерты? – добавил он шуточным тоном.

Малышка взвизгнула от смеха и потянулась, чтобы снова ущипнуть его за нос.

Дэймон усмехнулся:

– Да, она такая же, как ты. Ненавидит высокомерных, – сказал он, подмигивая.

Я собиралась ответить, когда Эва посмотрела на меня и открыла рот:

– Мама, – сказала она, обернув маленькую ручку вокруг моего указательного пальца. – Мама?

Я уставилась на нее в полнейшем шоке. Она никогда не произносила этого раньше, не говоря уже о том, чтобы сказать что-то такое два раза подряд. Эва много говорила, но большая часть ее слов – всего лишь детская тарабарщина, а не реальная речь. Единственные нормальные слова, которые она до этого момента произносила: «пока» и «нет».

Но «мама»... никогда.

Слезы наполнили мои глаза, и я чуть не задохнулась от переполняющих меня эмоций. Понятия не имела, как на это реагировать. Я любила Эву, и теперь была для нее единственным родителем, но я не являюсь ее биологической матерью. Моя сестра была ею, но ее не стало полгода назад. Поэтому, я не считала правильным называть себя «мамой» Эвы. Я хотела, чтобы она знала, кем была ее настоящая мать; чтобы она знала, как она любила ее и меня. Я не хотела, чтобы все ее воспоминания о Рейчел исчезли. Мне казалось, будто я обворовываю собственную сестру, позволяя ребенку обращаться ко мне как к матери.

С другой стороны, что еще я могла сделать? Эва слишком маленькая, чтобы понять все эти тонкости, и я точно не в силах остановить ее от того, чтобы она называла меня так, как ей хотелось.

– Фэйт, – тихо произнес Дэймон, обеспокоенно посматривая на меня. – Ты в порядке?

Конечно, он понятия не имел, насколько важен этот момент; каким напряженным он был для меня. И объяснить ему все я тоже не могла. Не сейчас.

– Я... Я в порядке, – ответила я, глотая слезы. – Просто она впервые назвала меня так.

Улыбка озарила его лицо.

– Здорово! – сказал он. – Отличная работа, Эва. Ты в мгновение ока выучишь больше слов, чем я знаю. Не то, чтобы все это тяжело... Я-то ведь просто тупой футболист. Верно, Фэйт?

Я заставила себя рассмеяться над его шуткой, и через несколько секунд он повернул голову через плечо, услышав звук шагов.

– И говоря о том, чтобы быть большим тупым футболистом... Кажется, эти дети только что узнали меня.

Он прав. Мальчики, которые играли в футбол, теперь шагали к нам с написанным на их лицах волнением.

– Простите, Вы – Дэймон Норт? – спросил один из них.

Дэймон улыбнулся и кивнул.

– Конечно. Я видел, как вы играли, парни. У вас хорошие данные. Некоторые броски были великолепными.

– Ого, спасибо! – сказал один из мальчиков. – Хотелось бы научиться правильно подбрасывать спираль. Я пытался, но пока не получается.

Дэймон посмотрел на меня с немым вопросом в глазах. Я улыбнулась и кивнула, точно зная, о чем он думает. Он повернулся к детям.

– Могу уделить вам несколько минут, и научить вас. Но только несколько. Как вы видите – у меня пикник с двумя прекрасными девушками, к которым я должен вернуться.

Мальчишки разразились довольными криками, поблагодарив Дэймона, а я улыбнулась, наблюдая, как он направляется на поле. Обернувшись, он подмигнул мне, и моя улыбка стала еще шире. Он действительно изменился. Шесть лет назад он бы не потратил пять минут своего времени, чтобы научить каких-то пацанов спиральным броскам.

Довольная Эва, указала на гнездо птицы на соседнем дереве, и я взъерошила ее волосы, взяв в руку контейнер с банановым пюре. Подцепив немного мякоти на ложку, я протянула ее ей.

– Банан, сладкая моя.

Она с радостью прожевала пюре, а затем протянула руку и потянула меня за ухо, заставив меня уронить ложечку.

– Эва! – сказала я со смехом. – Никакого уха.

Пока я искала ложку, то расположила Эву рядом с мобильным телефоном Дэймона на одеяле. Как раз, когда я посмотрела в направлении телефона, экран загорелся. Дэймон только что получил новое сообщение на «Matcher», популярном сайте знакомств по телефону.

Мое сердце сжалось. Я почувствовала боль, когда поняла, что это значит. Дэймон все еще активно искал других девушек. Конечно, он имел на это полное право – у нас было всего четыре свидания. Не говоря уже о том, что я начала встречаться с ним, только чтобы получить информацию. Однако такой поворот сюжета все-таки заставил меня ревновать. Я начала влюбляться в него, и на сегодняшнем пикнике вообще не вспомнила о том, чтобы раздобыть у него нужную мне информацию. Я действительно хотела провести с ним время и получше узнать его. И тот факт, что он так хорошо относится к Эве, усыпил мое чувство бдительности, заставив меня думать, что я ему тоже очень нравлюсь.

«Как ты могла быть такой дурой?» – ругала я себя. – «Как могла проигнорировать свои изначальные намерения, и позволила себе повестись на его сладкие разговорчики, как и любая другая женщина в мире?»

Из-за ревности я стала лицемеркой. Ведь это я – та, кто ходила на свидания под фальшивыми предлогами. Так какое право я имела сходить с ума, если не воспринимала это всерьез? Я уверена, что он, черт возьми, не относился серьезно и к половине свиданий. Я использовала его, поэтому не имела никакого права ревновать и злиться на него за то, что он встречался со мной и при этом заигрывал с другими женщинами, не так ли?

И все равно я сердилась и ревновала.

Все складывалось не так, как я хотела. Дэймон – не тот человек, с которым я хотела быть. Смерть Рейчел разрушила меня, и чем больше я узнавала об обстоятельствах ее гибели, тем больше превращалась в жалкую, измученную, ревнивую гарпию. В таком состоянии я не смогу принять правильное решение. Должен быть другой способ добыть информацию, не привлекая парней. Должен быть способ сделать это, не отдавая при этом в процессе свое сердце и душу.

Также должен быть способ сделать это, не вовлекая Эву. Какой же нужно было быть тупой, чтобы привести ее сегодня в парк. Она еще такая маленькая, и я не должна показывать ее всем, с кем встречалась. По крайней мере, до тех пор, пока на сто процентов не буду уверена в серьезности их намерений. А Дэймон явно не был серьезно настроен, судя по приложению, установленному на его телефоне.

– Давай, Эва, – сказала я, осторожно убирая контейнер и поднимаясь на ноги. – Думаю, нам пора идти.

Экран телефона Дэймона внезапно снова засветился, оповещая о другом уведомлении, и мое сердце сжалось еще больше. Это похоже на знак свыше: нам обязательно нужно уходить. Я не могла остаться здесь, зная об этом, и продолжать общаться с Дэймоном, как будто ничего не происходит.

Я посмотрела на него и маленькую группу супер-фанатов. Он находился в процессе обучения одного из мальчишек, стоя спиной ко мне. Поэтому даже не заметил, когда я спокойно ушла с Эвой и посадила ее в машину. Даже когда я завела двигатель, он все еще ничего не замечал – его взгляд был направлен на руку мальчика, когда тот пытался понять суть броска.

Вздохнув и понаблюдав за ним еще несколько секунд, я выехала из парка и отправилась домой.

– Пока, Дэймон, – тихо сказала я, не оглядываясь назад.

Глава 8

Дэймон

– Крепко держи мяч, убедись, что указательный палец зафиксирован на верхушке. Да, вот так. Теперь встань, расставив ноги на ширине плеч, и бросай.

Я замахнулся, показывая парням бросок, и тот, которому я помогал, изо всех сил старался повторить мои действия, но, в итоге – резко развернулся и упал на траву.

– Все в порядке, – сказал я, помогая ему подняться. – Повторим бросок.

На этот раз он выбросил мяч, закрутив его в идеальную спираль. Я поздравил его и похлопал по спине, а затем повернулся к одеялу, чтобы убедиться, что Фэйт и Эва видели это. К моему удивлению, одеяло пустовало.

– Фэйт? – крикнул я, осматривая парк и думая, не пошла ли она в туалет. Я повернулся к детям.

– Эй, вы не видели, куда пошла та леди?

Мальчишки пожали плечами, но один из них кивнул.

– Она только что ушла. Я видел, как она садилась в машину и уезжала.

Что?

Почему, черт возьми, она ушла? Мы хорошо проводили время. И не думаю, что она разозлилась на то, что я потратил несколько минут, пытаясь научить этих пацанов правильно бросать мяч. Я убедился, что с ней все в порядке, и она кивнула, побуждая меня сделать это. Возможно, мы не настолько хорошо понимали друг друга, как я думал. Скорее всего, она думала, что я имею в виду нечто совершенно иное. Я надеялся, что это не так, ведь я пытался доказать ей, что больше не являюсь надменным сукиным сыном, каким был раньше. Дерзкий, как черт – да. Но только во время игры. Обычно я не имел привычки уходить от красивой женщины во время пикника ради спорта. Но эти мальчишки казались такими серьезными в своем стремлении научиться броску. И я мог бы поклясться, что Фэйт была не против, если я проведу с ними несколько минут.

– Лучше позвоню ей, – сказал я парням, когда мне пришло в голову, что с Эвой могло что-то случиться. Может, ей стало плохо, и Фэйт сбежала, чтобы отвезти ее к врачу.

Мальчишки поблагодарили меня за уделенное им время, и я поплелся обратно к одеялу для пикника. Мой телефон лежал посередине, прямо там, где я его и оставил, и я поднял его, чтобы набрать номер Фэйт. Но так и не сделал этого. Как только я разблокировал экран, то увидел два уведомления с сайта знакомств. О, черт возьми...

Джек уже трижды устанавливал это приложение на моем телефоне, и я понятия не имел, почему он продолжал это делать. Мне не нужно гребаное приложение, чтобы уложить кого-то в постель. Но он, казалось, думал иначе, поэтому продолжал воровать мой телефон, устанавливать приложение и находить женщин, пытаясь обеспечить мне перепихон. Меня осенило, что Фэйт могла увидеть мигающие уведомления на моем телефоне, и я застонал. Дерьмо.

Еще после первой нашей встречи, у меня сложилось впечатление, что она из тех женщин, которые предпочитают моногамных мужчин. И, черт возьми, сейчас я именно таким и был... Но эти уведомления твердили об обратном для того, кто не знал всей истории. Ебаный Джек.

Так и было. Фэйт, должно быть, увидела уведомления и предположила, что я все еще пытаюсь замутить с другими цыпами, поэтому и ушла. Вместо того чтобы позвонить ей, я решил забить в поиск ее телефон в Интернете и посмотреть, смогу ли получить ее адрес, чтобы иметь возможность объясниться лично. Так будет лучше, чем делать это по телефону. Поисковик выдал мне адрес. Если честно, я не мог поверить, что люди по-прежнему пользовались телефонными книгами, но в данном случае – был очень рад. Я собрал снаряжение для пикника, запрыгнул в машину и погнал в направлении Сильвер Лэйк. Дом Фэйт снаружи выглядел маленьким, но уютным. Я прошел к входной двери, пересекая небольшой сад, который занимал половину переднего двора. Стеклянная дверь оказалась закрыта, но я услышал крик изнутри – Эвы, а не Фэйт, – и успокаивающие слова, доносящиеся из гостиной.

– Шшш, сладкая, все в порядке. Пора немного подремать, хорошо?

Я улыбнулся и застыл, ожидая, пока Фэйт уложит дочь, прежде чем смогу побеспокоить ее. Я до сих пор не знал, кто отец ребенка, но не спросил ее об этом. На данном этапе развития наших отношений я не имел права совать нос в ее жизнь. Если она захочет рассказать мне, то сделает это.

Крики Эвы быстро утихли, я воспользовался возможностью и тихо постучал в дверь. Через мгновение появилась уставшая Фэйт, и ее глаза расширились, когда она обнаружила меня на пороге.

– Дэймон? – сказала она, открывая дверь. – Что ты здесь делаешь?

– Пришел поговорить с тобой об этом, – ответил я, помахав перед ней своим телефоном. – Это не то, на что похоже. Знаю, звучит как клише, но на самом деле все не так.

Она сложила руки на груди и подозрительно посмотрела на меня.

– Откуда у тебя мой адрес?

– Телефонная книга. Онлайн-издание. Тебя легко вычислить, женщина. Теперь я могу объясниться?

Фэйт вздохнула и махнула рукой.

– Хорошо. Вперед, – сказала она, зевая, и проходя в гостиную. Она рухнула на один из диванов. Я присел на противоположном, внимательно наблюдая за ней. Бедняга. Она выглядела полностью измотанной, а сейчас еще только середина дня. Думаю, быть матерью-одиночкой еще сложнее, чем я мог предположить.

– Мой друг установил приложение на моем телефоне, – сказал я. – Он делал это несколько раз. Но я не использовал его, клянусь.

Она несколько секунд изучающе смотрела на меня. На ее лице все еще отражались сомнения.

– Я знаю, как работает это приложение, – ответила она. – Нужно активно просматривать профили людей, чтобы получить сообщение.

Я кивнул.

– Знаю. Должно быть, он пересмотрел целую кучу, когда брал мой телефон и устанавливал его, а сообщения только сейчас пришли. Уверяю тебя, Фэйт, я не пользовался им. Зачем мне это? Я не хочу ни с кем встречаться, кроме тебя. Извини, если до сих пор не дал тебе ясно понять это.

По ее губам скользнула небольшая улыбка.

– Правда? – спросила она мягким голосом, с ноткой сомнения.

– Да. Может быть, я не самый лучший во всем этом дерьме, но ты мне действительно нравишься, Фэйт. И Эва тоже. И я не вижу никакой проблемы в том, что ты мать-одиночка, – сказал я. – Кстати, я считаю, что ты отличная мама, – добавил я.

– Ой. Я... хм... Ты мне тоже нравишься, Дэймон. Мне нравится, что ты не такой, как раньше.

Я усмехнулся:

– И слава Богу. Когда мне было восемнадцать, я был чертовым идиотом.

Она улыбнулась в ответ. Ее глаза засияли, когда она сделала это, и я почувствовал слабость в коленях.

– Да, мягко сказано, – произнесла она.

Фэйт из-за чего-то колебалась и прикусила нижнюю губу.

– Извини, что я сбежала. Просто я увидела эти оповещения и начала думать...

Я выставил ладони вперед, прерывая ее.

– Не нужно объяснять. Я понял. С моей-то репутацией, я даже не удивляюсь, что ты предположила худший сценарий, когда увидела, как на экране моего телефона появилось это дерьмо.

– Спасибо за понимание, – тихо сказала она. – Хочешь чего-нибудь выпить?

Я кивнул.

– Конечно, но я сам налью. Ты выглядишь уставшей.

Она с благодарностью улыбнулась.

– Спасибо. В холодильнике есть сок или содовая. Стаканы находятся в третьем шкафу справа от плиты. Я бы предложила тебе пиво, но не держу алкоголь в доме.

– Боишься, что Эва напьется? – сказал я, подмигивая. – Эти проклятые дети, начиная с пеленок, лазают везде, где не следует.

Она рассмеялась и покачала головой.

– Нет, просто я много не пью, с тех пор как появилась Эва. И, на самом деле, у меня нет времени на парней, поэтому нет необходимости держать под рукой пиво, чтобы их угостить.

– А я-то думал, что такую сексуальную штучку, как ты, каждый день преследуют мужчины, – сказал я, вставая и направляясь на кухню, которая находилась рядом с гостиной.

Я налил в стаканы сок из манго и апельсина.

– К сожалению, нет. Я определенно не отбиваюсь от мужчин палками. И давно свободна. Большинству парней моего возраста точно не интересна женщина с ребенком.

Я убрал сок, взял стаканы и направился обратно в гостиную.

– Наверное, когда большинство парней смотрят на тебя и Эву, предполагают, что ты уже занята.

– Да, может быть.

Фэйт вздохнула и сделала глоток сока.

– Ты хочешь знать, где отец Эвы, не так ли?

Я покачал головой.

– Если ты не готова говорить об этом, то не нужно.

– Я хочу, – ответила она, пряча глаза. – Ее отца зовут Джереми Коул. Он был частным адвокатом и казался порядочным парнем. Так было до того, как он стал наркоманом.

– Вот дерьмо. Жаль это слышать. Значит, он вообще не участвует в ее воспитании?

– Он прогорел и исчез. Ему даже не важно, что Эва существует. Я пыталась несколько раз связаться с членами его семьи, чтобы они хотя бы иногда виделись с ней. Но никто из них, похоже, не имеет такого желания.

– Мне очень жаль, Фэйт, – ответил я, дотянувшись до нее и сжимая ладонью ее колено. – Это все очень тяжело.

– Да. А еще я хочу рассказать тебе о ее матери, – тихо сказала она.

Я непонимающе нахмурил брови. Она наклонилась вперед и взяла фотографию с журнального столика. На ней была Фэйт, как я предположил, с родителями и еще одной женщиной, которая выглядела как немного состаренная версия Фэйт. Она постучала по фотографии пальцем, указывая на женщину.

– Это моя сестра, Рейчел. Она и есть мать Эвы.

Мои глаза расширились.

– Подожди, что?

– Эва не моя дочь, а Рейчел. Но она умерла... – ее голос затих на секунду. – Умерла в результате несчастного случая. Это было полгода назад. Мои родители не смогли удочерить Эву, и это сделала я.

Мой мозг пытался понять все, что я только что услышал. Эта малышка – не дочь Фэйт, но она воспитывала ее вместо погибшей сестры, которая оставила Эву сиротой. При том, что у нее был неудачник-наркоман отец.

Иисус, да у Фэйт все еще хуже, чем я думал. Она не только взяла на себя роль матери, ей пришлось пережить ужас после смерти сестры всего полгода назад.

– Черт, Фэйт, я понятия не имел. Прости, – сказал я. – Почему ты не сказала мне раньше?

Она промолчала, грызя кутикулу на пальце. А затем посмотрела на меня.

– На то есть несколько причин. И думаю, что одна из них заключается том, что мне не нравится рассказывать парням, которые могут быть заинтересованы во мне, о том, что она не моя дочь. Если я скажу об этом, у них сложится впечатление, что Эва – всего лишь временное явление. А я никогда не позволю кому-либо так думать. Она не временная. Она всегда будет в моей жизни, и я никогда ее не отпущу. Поэтому, если кто-то на самом деле хочет быть со мной, тогда он должен это понимать. Иногда мне хочется дать всем под зад, видя, как они реагируют на Эву, даже не услышав всю историю.

Я кивнул.

– В этом есть смысл. Но Фэйт... Эва – твоя дочь. Да, она также и дочь Рейчел. Но именно ты пришла и взяла на себя всю ответственность за нее, когда твоя сестра умерла. Ты та, кто пожертвовал многим, чтобы воспитывать ее. И из того, что я видел, могу смело сказать, что ты отличная мама. Не какая-то самозванка. Ты – настоящая мать, независимо от того, родила ты Эву или нет.

В глазах Фэйт появились слезы, и она опустила голову.

– Эй, не плачь, – сказал я, перебираясь к ней на диван и обнимая ее.

– Прости, – сказала она, вытирая глаза и глядя на меня. – Я просто...

– Слегка распереживалась?

Она кивнула.

– Да. Но спасибо. Думаю, мне необходимо было все это услышать.

– Ну, это же правда.

– И когда ты стал таким умным? – спросила она с легкой улыбкой на губах. – Раньше ты был таким...

– Тупым ослом? – сказал я с усмешкой. Фэйт засмеялась и кивнула. – Наверное, я немного повзрослел, поэтому теперь не такой уж осел.

– И кто же ты теперь? – спросила она.

– Ну, теперь я просто идеальный человек, – пошутил я, и слезы Фэйт из горестных превратились в слезы от смеха. – Правда, Фэйт. Я – человек, который очень заинтересован в тебе. Я понимаю, что Эва – это постоянная часть твоей жизни, и у меня нет с этим никаких проблем. Черт возьми, я знаю ее всего пять секунд, а уже обожаю эту симпатичную маленькую засранку.

Она выгнула бровь.

– Ты серьезно только, что называл ребенка засранкой?

– Эй, да ладно. Она дважды ущипнула меня за нос. Дважды! Она заслуживает того, чтобы ее называли засранкой, – сказал я, посмеиваясь.

Фэйт хихикнула, и я притянул ее ближе к себе. Ее смех затих, когда она посмотрела мне в глаза. Я улыбнулся, протягивая руку, чтобы забрать сок у нее из рук. Поставив стакан на кофейный столик, я немного наклонился, пока мои губы не остановились в нескольких дюймах от нее. Мой пах обдало жаром, член запульсировал, и я наклонился еще ближе, устремив свой взгляд на губы Фэйт.

Она не отстранилась, и я осмелился поцеловать ее. Мои губы играючи издевались над ней несколько секунд, а затем мой язык нырнул в ее рот. Поцелуй стал чувственно глубже. Я зарылся своими руками в ее волосы, большими пальцами надавив на ее щеки, и наши губы отчаянно столкнулись. Наш поцелуй был идеальным сочетанием сладости и агрессии. Эмоций, которые я получил от Фэйт, было слишком много, но я чувствовал, что хочу еще больше.

Христос, она потрясающая.

Я ощущал сладкий вкус манго и апельсина на ее губах, чувствовал запах ее духов. Легкий цветочный аромат с оттенком ванили. И все это разбудило во мне дикое желание. Фэйт не отставала от меня. Я ощущал исходящую от нее потребность: ее кожа буквально горела от желания, а дыхание стало тяжелым и горячим. Она застонала мне в рот, превратив поцелуй в схватку двух хищников.

Спустя пару минут я смог оторваться от ее губ и заглянул ей в глаза, задавая вопрос:

– Все в порядке? Я имею в виду: Эва дома. Вдруг она проснется.

Фэйт кивнула в сторону кофейного столика.

– Радио-няня здесь, если она проснется, мы услышим.

Я усмехнулся.

– Ну, будем надеяться, что она проспит еще как минимум полчаса. Потому что мне они понадобятся.

Я подхватил ее за талию, перемещая на свои колени. Фэйт улыбнулась. Подол ее сарафана задрался, обнажая нежную кожу бедер. Мой член чуть не вырвался из джинсов, когда я почувствовал, как она двигается, потираясь об него своей киской.

– Я хотел сделать это с тех пор, как познакомился с тобой, – пробормотал я, прикасаясь губами к ее шее. – Шесть лет назад. Тогда я тебя не заслуживал. Но, черт возьми, я рад, что у меня появился еще один шанс.

Фэйт улыбнулась и скользнула рукой под воротник моей рубашки, лаская мою обнаженную кожу и мышцы. Я воспользовался возможностью сделать то же самое, протянув руку вверх и поглаживая ложбинку ее пышной груди. Все в ней поджигало мое либидо: ее запах, ее улыбка, ее голос, ее мягкие изгибы и то, как ее руки скользили по моей спине и плечам.

Я представил нас обнаженными, ласкающими друг друга, задыхающимися от силы желания, извивающимися, стонущими от наслаждения... Бл*ть. Я так сильно ее хотел, что легко мог представить, как она будем ощущаться подо мной, как будет водить руками по моему члену, дразня меня, пока я не дойду до края. Моя рука скользнула вниз, схватив ее за задницу, и притянула еще ближе. Дыхание сперло в груди, когда я коснулся губами ее ключицы, поцеловал и всосал кожу. Еще одна вспышка жара ударила мой пах. Мне необходимо оказаться глубоко внутри нее. Как можно скорее.

– Может, пойдем в твою спальню? – спросил я.

– Конечно, – прошептала она, едва шевеля губами.

Фэйт покорно встала, схватила радио-няню и повела меня в комнату, расположенную в самом конце коридора. Ее спальня была окрашена в бело-золотистый цвет, а посередине стояла огромная кровать.

– Извини за беспорядок, – пробормотала она, глядя на нее. – У меня не всегда есть время, чтобы прибраться.

– Я лучше пойду. Не уверен, что смогу спать с тобой после того, как узнал, что ты не заправляешь свою кровать каждый день, – сказал я.

Она рассмеялась над моей шуткой. Ее звонкий смех был словно музыка для моих ушей. Фэйт села на край кровати. Я закрыл дверь и присоединился к ней. Никогда не видел ее более восхитительной: она сидела на кровати, освещенная лучами солнца, проникающими сквозь щель в выцветших занавесок.

Для меня это неизведанная территория. Обычно я имел дело с женщинами, запрыгивающими в постель со мной спустя несколько минут после нашей встречи. И меня это не волновало. Я не спрашивал их, чего они желали, как им нравилось трахаться, хотят ли они жесткого или медленного секса. Меня просто не интересовало ничего, кроме оргазма. Но Фэйт все изменила. Я не хотел оттрахать ее и после оставить. Я хотел сделать ее счастливой. Хотел дать ей все, чего она пожелает, а не наоборот.

На мгновение я решил позволить ей взять инициативу в свои руки, чтобы понять, чего именно она хочет. Фэйт встала, стянула с себя кардиган и позволила упасть ему на пол. Затем она быстро сняла свой сарафан с цветочным принтом, и предстала передо мной в одном нижнем белье. Прохладный воздух в комнате заставил ее кожу покрыться мурашками. Она протянула ко мне свои руки.

– Бл*ть, – пробормотал я. – Ты такая сексуальная.

Я изучал ее, запоминая каждый дюйм: пышную грудь, упакованную в кружевные чашечки лифчика; соблазнительные бедра; слегка спутанные волосы. Я проследил взглядом по ее губам, глазам, даже ушам. Ей нравилось наблюдать, как я смотрю на нее. Немного стесняясь, она все же наслаждалась той силой, которую оказывало на меня ее тело.

– Я хочу тебя, – прошептала она еле слышно.

Притянув ее обратно на кровать, я мягко навалился сверху. Расположив руки по бокам от нее, я скользнул одним коленом между ее ног. Она улыбнулась и застонала. Я снова поцеловал ее, а она вцепилась пальцами в мои плечи и спину. Ее руки скользнули ниже, нащупывая подол моей рубашки, и я помог ей, полностью стянув ее с себя и бросив на пол, где уже валялась ее одежда. Оставшаяся часть белья так же быстро исчезла: ее лифчик и трусики, мои штаны и боксеры. Мы оказались в цепких объятиях, а наши руки и губы пировали на телах друг друга. Кончиками пальцев Фэйт пробежалась по мышцам моей спины и рук. Я мягко ухватился за запястье, направляя ее руку к моему жесткому члену. Она издала низкий стон, поглаживая каждый его дюйм вверх и вниз свой ладонью, и я качнул бедрами ей навстречу.

– Боже... ты такой большой, – пробормотала она.

Ее движения стали быстрее, но я, со стоном, решительно отстранился. Сегодня я не собирался ей позволять доставить мне удовольствие, пока не дам ей хотя бы один оргазм. Глядя в ее глаза, я медленно скользнул вниз по ее телу, расположившись между ее ног. Рот Фэйт приоткрылся, и я ухмыльнулся, разрывая зрительный контакт и подсовывая под нее свои ладони. Схватив ее попку, я опустил лицо к киске. Кончик моего носа уткнулся в клитор. Я прижался губами к ее складочкам, провел по ним языком, и легкими, дразнящими движениями разделил их. Ее сладкая киска была восхитительной на вкус и мокрой от желания. Я еще раз лизнул ее и переместился на клитор, жадно всосав его. Руки Фэйт опустились вниз. Она схватила меня за волосы, притянув ближе к себе, и, застонав, толкнула бедра вверх. Похоже, она уже на грани. Должно быть, прошло много времени с тех пор, как кто-то делал ей куни.

– О, мой бог, не останавливайся, – простонала она.

Я и не собирался. Мой язык щелкнул по ее клитору, создавая идеальный ритм, заставляющий ее стонать и хныкать еще громче. Одним пальцем я скользнул внутрь нее. Теперь настал мой черед стонать, когда я почувствовал горячие, тугие стенки ее киски, обхватывающие меня. Фэйт придвинулась ко мне, задыхаясь, и я замедлил движение своего языка, оттягивая ее оргазм. В конце концов, она не могла больше терпеть, и, резко дернув бедрами, кончила. Тяжело дыша, она отстранилась от моего дразнящего рта, пытаясь восстановить дыхание.

Фэйт уставилась на меня, широко раскрыв глаза.

– Боже. Это было...

Не в состоянии закончить предложение, она закрыла глаза, лежа на скомканных простынях. Я ухмыльнулся и переместился вверх по кровати, взяв ее за руку, и наблюдая, как ее щеки приобретают более глубокий оттенок розового, когда она открывала глаза и посмотрела на меня.

– О чем задумалась? – спросил я, с любопытством поглядывая на ее румянец.

– Думаю, что я действительно хочу большего, – тихо сказала она. – Но в то же время – я так чертовски устала. Не знаю почему.

Я точно знал ответ. Она в одиночку воспитывала ребенка – вот почему. И вполне вероятно, что впервые за долгие месяцы, она уделила несколько минут лично для себя. И я не хотел отбирать это у нее.

– Все в порядке, – сказал я. Действительно так и было. Насколько бы сильно я ни хотел сейчас оказаться внутри нее и почувствовать, как ее тугая киска обхватывает мой член – сделать ее счастливой и дать ей то, чего она хочет – намного важнее.

– Я все понимаю. Почему бы тебе не поспать?

Фэйт застонала.

– Не могу. Мне еще нужно приготовить ужин, – сказала она со вздохом, пытаясь сесть.

Я осторожно оттолкнул ее назад.

– Давай я приготовлю, – предложил я. – Возьму радио-няню с собой на кухню, и, если Эва проснется, я смогу ее услышать и успокоить. А ты пока отдохнешь. Уверен, что смогу выяснить, где находится вся кухонная утварь на твоей кухне.

Фэйт покачала головой.

– Я не могу просить тебя об этом. У тебя, наверняка, есть другие дела.

– Это неважно. Не беспокойся, я смогу что-нибудь придумать, если Эва начнет плакать. Проверю ее подгузник, или покормлю ее. Или снова уложу ее спать.

Она улыбнулась.

– Да, обычно я делаю то же самое. Но я, правда, не могу просить тебя сделать все это для меня.

– Глупости. Время от времени ты заслуживаешь небольшого отдыха. Вздремни, а я позабочусь об ужине. Договорились?

Я послал ей фальшивый предупреждающий взгляд, и она рассмеялась.

– Хорошо. Большое спасибо, Дэймон. На самом деле, я этого не заслуживаю, – сказала она, зевая и растягивая ноги вдоль кровати.

Я нахмурился.

– Да, заслуживаешь, – ответил я, мгновение наблюдая, как ее грудь поднимается и опадает от глубоких вдохов, а ее рот слегка приоткрылся.

– Ты заслуживаешь большего, – мягко добавил я.

Но она уже спала.

Глава 9

Фэйт

– Нет! Нет! – кричала Эва, глядя на меня.

Дэймон поднялся со стула. Мы всячески пытались засунуть ей в рот обед.

Ткнув меня локтем в бок, Дэймон спросил:

– Почему она сегодня в таком плохом настроении?

Я вздохнула:

– Без понятия. Иногда она становится такой, когда устает. Хорошая новость заключается в том, что после такой истерики, стоит только погасить свет, и она засыпает на всю ночь.

Он подмигнул:

– Я уже знаю, как мы можем этим воспользоваться.

Я хихикнула, а затем снова обратила внимание на Эву, пытаясь заставить ее съесть хотя бы пару ложек. Наконец, она успокоилась и пережевала свой обед. Ее маленькое личико покраснело от устроенной истерики.

Дэймон подошел к плите, чтобы перемешать говядину, травы и овощи, которые готовил.

Третий день подряд он оставался, чтобы помочь мне с Эвой и приготовить что-нибудь на ужин. И я ни разу в своей жизни еще не чувствовала себя такой отдохнувшей и расслабленной. Понятия не имею, за какие свершения мне так повезло. Дэймон не просто немного изменился с тех пор, как мы были студентами колледжа, он сделал полный апгрейд. Он стал добрым, внимательным и, самое главное: терпеливо вел себя с Эвой и обожал в ней буквально все. Вчера он был немного шокирован: предложил свою помощь в смене подгузника и столкнулся с таким запахом, которому бы позавидовали большинство скунсов. Но он без проблем справился.

– Ты права. Похоже, она вот-вот отрубится, – сказал Дэймон, стоя позади меня, и я повернулась, чтобы посмотреть, как он тянется к Эве.

Я улыбнулась.

– Да, она уже почти спит. Бедная девочка. Сегодня был долгий день, да? Ты так устала.

Эва тяжело вздохнула, зевнув, и я подняла ее со стульчика.

– Пошли, детка. Сейчас искупаемся, а затем – в постель. – Я повернулась к Дэймону. – Вернусь через десять минут. Нужно искупать ее.

– Не беспокойся. Я послежу за мясом, как твой смиренный кухонный слуга.

Он низко поклонился мне, я рассмеялась и потащила Эву в ванную. Через пятнадцать минут она уже была одета в свою пижаму и носки. Я уложила ее в кроватку, тихо закрыла дверь и отправилась на кухню, где застала Дэймона в процессе снятия футболки. Стоя в дверях, я с восхищением наблюдала, как он снимал ее через голову, обнажая свои прекрасные мышцы и загорелую кожу.

Бросив футболку на спинку стула, он обернулся, застукав меня за подглядыванием.

– О, вот ты где, – сказал он с усмешкой.

– Э-э... почему без футболки? – спросила я, не отрывая глаз от его обнаженного тела.

Он запросто мог бы быть высечен из камня, если бы не тот факт, что я знала – он реален; я своими глазами видела, как его широкая грудь поднималась и опадала с каждым вдохом.

– Жарко, – сказал он. – Я стоял над этой кастрюлей минут двадцать. И уже начал потеть.

Я буквально пожирала глазами его великолепные серые глаза, широкие плечи, кубики пресса... Мне хотелось увидеть больше; я хотела видеть каждый его дюйм. Обнаженным я видела его всего один раз – в ту ночь, когда он опустился между моих бедер и подарил мне лучший в жизни оргазм. После которого я, к моему стыду, почти сразу заснула. Дэймон, вроде бы, не обиделся. Он даже приготовил за меня ужин и позаботился обо всем остальном, пока я отдыхала. Но с тех пор я не видела его голым. В последние пару дней мы оба были слишком заняты Эвой.

– Это мясо будет тушиться целую вечность, верно? – спросила я, затаив дыхание.

Дэймон выгнул бровь.

– Да. По крайней мере, минут двадцать пять точно.

– Боже.

В мгновение ока он понял, чего я хочу. Схватив радио-няню со стола, он направился в мою сторону, и, как только добрался, – поднял меня на руки. Я хихикала, пока он нес меня в спальню. Мы лихорадочно сорвали друг с друга одежду, и мои глаза немедленно направились к той части его тела, которую я видела лишь однажды. Его аппетитно толстый и гладкий член был обрамлен темно-каштановыми волосами, и я мысленно запоминала каждую деталь, чтобы потом использовать это воспоминание для каждой своей будущей фантазии. Дэймон скользнул вверх по кровати, надел презерватив и опустился на меня сверху. Когда его член оказался между моих ног, я застонала от безумной потребности как можно быстрее почувствовать его во мне. На этот раз мне не нужны прелюдии: просто хотела его жесткий член внутри.

Я позволила ему взять на себя инициативу, и он обрушился на мои губы грубым поцелуем, одновременно направив свой член к моим складочкам, и толкнувшись в меня. Я едва не задохнулась, пока моя киска растягивалась вокруг него. Дэймон застонал. Его член был огромным, но спустя несколько уверенных толчков – он уже был глубоко внутри меня.

– Твою мать...

Я не могла остановить непристойные выражения, сорвавшиеся с моих губ от наслаждения: настолько чертовски хорошо он ощущался во мне. Его рот прижался к моей шее, его горячее дыхание покалывало кожу. Зубами он прикусил мою мягкую плоть, затем схватил мои запястья, направив наши руки вверх, и, глядя в глаза, вышел и снова вошел, заставив меня кричать.

Дэймон начал двигаться сильнее и быстрее. Мой взгляд направился туда, где наши тела соединялись друг с другом. Я наблюдала, как его член двигался вперед-назад, каждый раз воспламеняя желание.

– Боже, какой же ты большой, – застонала я, чувствуя первые проблески оргазма. – Трахни меня жёстче. Жёстче!

Как только эти грязные слова сорвались с моих губ, Дэймон застонал, а его движения стали резкими и быстрыми. Он неумолимо двигал своими бедрами снова и снова, все глубже погружаясь в меня. Мне так нравилось, как он выглядел в этот момент. Его голодный взгляд скользнул по мне, и я еще шире раздвинула ноги, застонав, когда его тяжелое тело ударилось о мой клитор. Его член затрагивал все правильные места, отправляя меня к вершине блаженства.

– Сильнее, – я умоляла его. – Я скоро... О, боже...

Мои мышцы напряглись вокруг его члена, и меня охватил умопомрачительный оргазм. Я зажмурила глаза, когда удовольствие волнами прокатилось по всему моему телу. Дэймон зарычал и начал трахать меня еще быстрее. Его руки обхватили мою задницу.

– Вот так, малышка. Вместе со мной, – пробормотал он мне на ушко.

Во время своего оргазма я сжала его член настолько туго, что он издал низкий стон.

Так давно я ни с кем не была. Так давно я не была настолько поглощена человеком. И настолько давно так мощно не трахалась. Я жаждала этого, мечтая о Дэймоне, с тех пор, как узнала, какой он на самом деле. Больше мне никто не нужен.

Только он.

Дэймон врезался в меня снова и снова, и, наконец, достигнув пика своего удовольствия, успокоился, но некоторое время все еще оставался внутри меня. Вытащив член, он перевернулся на бок, чтобы избавиться от презерватива. Я откинулась на подушки, пытаясь перевести дыхание. Дэймон лег на свою сторону кровати, и я прильнула к нему. Он прижал меня к груди, наградив мягкими поцелуями в лоб и щеку. И я задумалась: к чему все это приведет. Дэймон – горячий, милый, добрый... и я.

Грязная лгунья.

Я до сих пор не осмелилась рассказать ему, какова истинная причина того, что я связалась с ним в Instagram. Я понимала, что, в конце концов, должна буду это сделать. Но понятия не имела – как? Я влюбилась в него, но пока скрывала и это. И я прекрасно понимала, что наши зарождающиеся отношения основаны на лжи, а так быть не должно. Но как я могла рассказать ему, что натворила? Как я могла рассказать ему, что я только сначала встречалась с ним ради получения информации, а в процессе начала влюбляться? Не имело бы значения, что теперь я питала к нему нежные чувства – он был бы настолько зол на меня, что сразу бы сбежал. Странно, как в жизни все может перевернуться с ног на голову. В нашу первую встречу Дэймон был мудаком, а теперь, спустя шесть лет... мудаком была я.

Вздохнув, я попыталась оттолкнуть негативные мысли, наблюдая за тем, как он встает и одевается, ухмыляясь мне.

«Я расскажу ему, когда придет время», – подумала я.

Но, боже... Как понять, когда наступит подходящий момент?

Глава 10

Фэйт

Сегодня.

Я собиралась сделать это сегодня вечером. Я расскажу Дэймону все: историю о смерти моей сестры; мою теорию о том, что с ней произошло на самом деле; мою ужасную затею о том, чтобы встречаться с ним ради получения информации. Я знала, что причиню ему боль, но я должна это сделать. Мне оставалось лишь надеяться на то, что он хотя бы попытается понять. По крайней мере, об этом я мысленно молилась. Ведь однажды он уже проявил понимание, когда узнал об Эве.

Честно говоря, он принял это лучше, чем я рассчитывала.

С тех пор, как мы впервые занялись сексом, прошло уже три дня. Дэймон только что позвонил мне и предложил найти няню для Эвы на сегодняшний вечер, потому что хотел куда-то меня вытащить. Как только он об этом попросил, я сразу поняла, что это самое подходящее время для того, чтобы рассказать ему правду. Я решила, что идеально сделать признание в ресторане – он будет вынужден меня выслушать, так как не захочет устраивать сцену в общественном месте.

Моя соседка Кэти с радостью согласилась посидеть с Эвой. Пока она играла с ней, раскачивая ее вверх-вниз на коленях, я оделась и нанесла макияж. Понятия не имею, где мы собираемся ужинать, поэтому остановила свой выбор на черном платье, которое подходило к любой ситуации. Все зависело от украшений, которые я выбрала. Если мы отправимся в обычный ресторан, тогда я просто сниму мое ожерелье и серьги, и положу их в свою сумочку. Если ресторан будет пафосным, то украшения прекрасно впишутся в дресс-код.

– Постараюсь вернуться домой к половине одиннадцатого, – сказала я Кэти, схватив свою сумку и просовывая ноги в туфли.

Дэймон уже прибыл, чтобы забрать меня – я услышала его машину на подъездной дорожке.

Кэти махнула мне рукой.

– Можешь смело задерживаться. У меня сейчас куча заданий, так что я, в любом случае, не буду спать полночи.

– Спасибо, Кэти, – я поцеловала Эву. – Пока.

Вручив Кэти двадцатку, чтобы она заказала себе пиццу, если захочет, я вышла наружу. Дэймон высунулся из машины, чтобы поприветствовать меня.

– Ты потрясающе выглядишь, – сказал он с усмешкой.

Я улыбнулась, а на моих щеках заиграл румянец. Неважно, сколько раз я его видела, или сколько раз он мне делал комплименты, – я никогда не смогу привыкнуть к тому, насколько хорошо выглядит этот величайший на планете мужчина. Он казался нереальным.

– Спасибо, – ответила я. – Ты тоже хорошо выглядишь.

Он великолепно выглядел. Он всегда был таким.

Я запрыгнула на пассажирское сиденье. Дэймон завел машину, выезжая на дорогу.

– Сегодня будет отличная ночь, – сказал он. – В последнее время у нас такая прекрасная погода. Просто замечательная.

– Да, это точно. Наверное, Л.А. тебе подходит, – ответила я, надеясь, что бомба, которую я собираюсь на него свалить, не испортит его позитивный настрой. – Итак, куда мы направляемся?

– Ну, я собирался сделать тебе сюрприз. Поэтому не сказал, куда мы поедем. Но я хотел познакомить тебя с моими друзьями. Мой лучший друг сегодня вечером устроил небольшую вечеринку, и я подумал привезти тебя. – Он послал мимолетный взгляд в мою сторону, когда мы остановились на красный свет. – Надеюсь, все в порядке?

– Я... хм... там будут товарищи по команде? – спросила я, чувствуя, как паника нарастает в груди.

Он кивнул.

– Да. Слышала о Джеке Анисе? Защитник? Он мой лучший друг. Это его вечеринка.

Мне казалось, что у меня вот-вот случится сердечный приступ. Несколько недель назад я бы обрадовалась этой вечеринке, наполненной игроками «Скандалистов». Хотя бы потому, что могла получить информацию от них, но теперь... Теперь я не хотела ничего из этого. Сегодня вечером я должна была рассказать правду, но я не могла заставить Дэймона выслушать меня, пока мы были на вечеринке.

Дерьмо.

– Там будут все игроки?

Я молилась, чтобы Джастина Фокса (он же Джастин Д'Эрико) там не было. Сомневаюсь, что смогу справиться с тем, чтобы быть в непосредственной близости с человеком, который, скорее всего, изнасиловал мою сестру, а затем приложил руку к ее смерти.

Так как я отказалась использовать Дэймона для получения дополнительной информации о команде, каждый свободный момент я просматривала веб-страницы и искала все, что могло бы помочь. Я нашла скандалы, связанные с игроками команды, и обнаружила, что за последние десять лет несколько человек обвинялись в изнасиловании. И владельцы быстро разорвали с ними контракты, подтверждая тот факт, что они были в команде, когда это произошло. Владельцы «Скандалистов» казались мне честными людьми, ни в одном из этих случаев не было ни единого намека на скрытие какой-либо информации. Думаю, что они не имеют никакого отношения к смерти Рейчел.

Следовательно, это мог сделать только один человек – тот, кто ее изнасиловал. Кем бы он ни был. Но на данный момент я была на девяносто процентов уверена, что это Джастин Фокс. Он наиболее вероятный подозреваемый, и вполне мог сам все это провернуть, чтобы помешать моей сестре осуществить ее угрозу.

– Не знаю, – ответил Дэймон. – Извини, ты не хочешь туда? Знаю, что ты не самая большая поклонница футбола. Мы можем не идти. Просто я подумал, что было бы здорово познакомить тебя с некоторыми из моих друзей.

Он выглядел таким серьезным, таким счастливым. Я не могла отказать, поэтому заставила себя улыбнуться.

– Нет, все в порядке, – сказала я. – Просто это все так неожиданно.

– Ты тоже довольно неожиданно появилась, – ответил он, подмигивая. – Не думал, что услышу о тебе снова после того дерьмового свидания. Но поверь: на вечеринке ты встретишься с дружелюбными парнями.

Моя улыбка исчезла, и я снова ощущала вину каждой клеточкой своей кожи.

«Ты можешь рассказать ему правду после вечеринки», – сказала я себе. – «Не порти ему вечеринку».

Спустя двадцать минут мы подъехали к месту проведения вечеринки. Оно находилось в горах. Но я удивилась не месту, а дому: двухэтажному особняку с архитектурой в греческом стиле, напротив входа стоял огромный фонтан. Он будто приветствовал гостей успокаивающим звуком воды, льющейся с центральной части в кувшин из резного мрамора.

– Боже, какое красивое место, – сказала я.

– Да. Футболистам неплохо платят, – сказал Дэймон, подмигнув. – Джек приобрел этот дом в прошлом году. Если не ошибаюсь, он купил его у кого-то из семьи Кардашьян.

– Ого.

Мы прошли внутрь, где к нам сразу подошел высокий темноволосый человек.

– Эй, а вот и вы двое! – сказал он, протягивая мне огромную руку. – Ты, должно быть, Фэйт. Я уже несколько недель дразню Дэймона из-за тебя.

Я улыбнулась и пожала ему руку. Дэймон в шутку ударил мужчину кулаком в плечо.

– Эй, мужик, заткнись, – сказал он с усмешкой. – Фэйт, это Джек Анис.

– Приятно познакомиться, – сказала я, кивая и улыбаясь.

Джек улыбнулся мне в ответ, в его карих глазах горел задорный огонек.

– Взаимно. Поверь мне, Фэйт, он с ума по тебе сходит. Мы делали ставки, когда же он, наконец, пригласит тебя на нашу вечеринку. И знаешь – ты первая.

Я подняла брови.

– Первая?

– Первая девушка, которую он решил представить нам, – ответил он, прежде чем повернуть голову. – Эй, Нейт, ты должен мне пятьдесят баксов! Я же сказал, что он привезет ее сегодня вечером.

Дэймон поднял руки вверх.

– Ну ладно, хватит. Давай выпьем, Фэйт, и проигнорируем слова этого раздражающего придурка.

Джек поднял руку:

– Подождите. Фэйт должна познакомиться с Нейтом.

Тощий мужчина с песочными светлыми волосами подошел к нам, и усмехнулся, увидев меня.

– Ах, это она, да? – спросил он. – Мы уже приступили к тщательному унижению Дэймона?

Я улыбнулась.

– Да, Джек последние пару минут неплохо справлялся с этой задачей.

– Хорошо. Дэймон – высокомерный козел; иногда с него необходимо сбить спесь, – пошутил он. – Кстати, я – Нейт. Агент Джека. В мою работу входит тусоваться с этими неудачниками.

Я рассмеялась, когда он толкнул Джека.

– Я – Фэйт, – сказала я, помахав рукой.

– Рад встретиться с тобой, Фэйт, – вмешался Джек. – Ладно, оставим вас двоих в покое. Ты знаешь, где напитки, Дэймон.

Дэймон усмехнулся и взял меня за руку, направляясь к просторной кухне. Он открыл большой хромированный холодильник и посмотрел на меня.

– Тебе не нравится пиво, верно?

– Не очень. Я могу просто выпить содовой.

– Нет, я уверен, что где-то здесь есть вино, – сказал он, закрывая холодильник. – Ага, на стойке открытая бутылка красного. Хочешь бокальчик?

Я сомневалась: после того, как удочерила Эву – я совсем не употребляла алкоголь; казалось, что я не имею права пить, когда несла ответственность за чью-то жизнь. Дэймон, должно быть, почувствовал мое волнение, потому что положил руку на мое плечо и легонько сжал его.

– Эва с Кэти, и один бокал вина не повредит. Даже если что-то случится – я не говорю, что это произойдет, но на всякий случай – ты все равно будешь достаточно трезва, чтобы двигаться или правильно оценивать ситуацию.

Я кивнула.

– Ты прав. Извини, просто давно не пила.

– Не беспокойся. Давай, я налью тебе полбокала, и мы посмотрим, как ты с ним справишься. – Он улыбнулся и схватил чистый бокал из нижнего шкафа, а затем налил в него вино. Вернувшись обратно к холодильнику, он взял себе пиво.

– Твое здоровье, детка, – сказал он, протягивая банку в мою сторону.

Я с улыбкой чокнулась своим бокалом с его банкой и сделала небольшой глоток вина. Как только я это сделала, то услышала, что позади нас на кухню вошла толпа шумных парней. Дэймон посмотрел на них через плечо, когда они поприветствовали его.

– Привет, Мэтт. Отлично отработал вчера на тренировке. Джамал, крутая стрижка, – сказал он с усмешкой. – О, и, Джастин, рад тебя видеть, чувак.

Я застыла, когда Дэймон произнес эти слова. Наверняка, позади меня стоял какой-то другой Джастин; ведь это достаточно распространенное имя.

Собрав все свое мужество, я развернулась. К моему ужасу, я увидела Джастина Фокса в окружении парней, которые пришли на кухню. Он выглядел точно так же, как и на фото в Google: высокий, с темными волосами, точеным носом... Точно такой же, как его описала Рейчел в своем дневнике.

– Парни, это Фэйт Кортес, – сказал Дэймон, обнимая меня.

Его движение сбило меня с толку, и моя вспотевшая рука потеряла хватку на бокале. Он выскользнул и упал на пол, разбившись. Мое сердце начало биться со скоростью сто миль в час, а к горлу подступила тошнота.

Я не могу этого сделать. Я не могу находиться рядом с Джастином. Мне нужно убраться отсюда.

Сейчас же.

Глава 11

Дэймон

Бокал разбился, и вино растеклось по всему полу, повсюду разбрызгав темно-малиновые капли. Я поднял брови, с беспокойством глядя на Фэйт, и немного отодвинул ее назад.

– Дерьмо, осторожно. Не наступи на стекло, – парни из моей команды, которые только что вошли на кухню, с беспокойством смотрели на нас.

Один из них схватил бумажные салфетки.

– Вот, возьмите, – сказал он, передавая их мне и Фэйт. – Ты в порядке?

– Я... да, все хорошо, – пробормотала она. – Извините, я такая неуклюжая.

Я заметил ее широко распахнутые глаза и дрожащие руки, когда Джастин передавал ей салфетки. Я нахмурился. Что-то с ней происходило, но я не понимал, что именно.

Возможно, она просто нервничала из-за того, что оказалась в окружении знаменитых парней и что оставила Эву дома. Я сжал ее руку.

– Не волнуйся, я все уберу, – сказал я. – Парни, вы не в курсе, где веник?

Джамал кивнул.

– Кажется, я видел его, когда кто-то разбил бокал во дворе. Сейчас принесу.

Он вышел из кухни. Джастин и Мэтт схватили пиво, улыбнулись и кивнули Фэйт, а затем ушли в гостиную. Джамал быстро вернулся с веником и совком. Я быстро смел остатки бокала, пока Фэйт стояла рядом. Ее руки все еще дрожали.

Как только я все убрал, то подошел к ней и обнял ее за талию.

– Ты уверена, что с тобой все в порядке? – спросил я.

Она кивнула.

– Ага. Извини за это.

– Не извиняйся. Все нормально, – сказал я. – Налью тебе еще вина.

Она кивнула, и я заметил, что Фэйт избегает моего взгляда.

– Эй, – тихо произнес я. – Тебе не обязательно пить, если ты не хочешь. Извини, я не хотел давить на тебя.

Она покачала головой.

– Нет, это не так. Я в порядке. Думаю, мне действительно нужно выпить.

Я вздохнул:

– Это из-за Эвы, не так ли? Ты все еще беспокоишься о том, что оставила ее.

– Наверно, – призналась она. – Я давно не была на вечеринках.

Я подцепил пальцем ее подбородок, заставляя посмотреть мне в глаза:

– Тебе все еще разрешено жить, Фэйт. Ты не должна чувствовать себя виноватой в том, что хочешь отдохнуть и выпустить пар. Для этого и придумали вечеринки. И ты знаешь Кэти. Она прекрасная девушка, верно? Она немедленно позвонит, если возникнут какие-то проблемы.

Фэйт кивнула.

– Да, ты прав. Прости, если я странно себя веду. Давай просто возьмем наши напитки и отправимся к твоим друзьям. Они хорошие.

– Шутишь? Джек и Нейт? – сказал я с усмешкой. – Чушь, они не такие уж и милые... Ты просто хочешь, чтобы они снова издевались и насмехались надо мной.

Слабая улыбка коснулась ее губ.

– Да, возможно.

Я налил ей еще один бокал вина, и, держа его в своей руке, повел Фэйт в главный зал, где Джек и Нейт болтали с двумя девушками. Нейт познакомил нас с ними, и они тут же начали расспрашивать нас о наших отношениях: как мы познакомились, как долго мы встречаемся и чем занимались вместе в последнее время. Как только Фэйт упомянула про Эву и насколько хорошо я с ней справлялся, они взвизгнули и попросили показать фотографии. Джек и Нейт тоже выглядели так, будто им было интересно узнать больше о ребенке. Фэйт показала им пару фото на своем телефоне, и я заметил, что она стала более расслабленной. Возможно, в этом и была проблема: она беспокоилась, как люди отнесутся к тому, что я встречаюсь с женщиной с ребенком. Но теперь, когда она появилась на вечеринке, и все шло хорошо, – она немного расслабилась.

Я протянул ей бокал, и понял, что оставил свое пиво на кухне. Джек поднялся, говоря, что направляется туда, чтобы захватить еще несколько напитков, поэтому, когда он проходил мимо, я окликнул его.

– Эй, ДжэйДи, я оставил там свое пиво. Возьми его, ладно?

Глава 12

Фэйт

Если раньше я считала, что мой пульс участился, то теперь мое сердце билось в сверхскоростном режиме. Похоже, у меня действительно будет сердечный приступ. Я с ужасом повернулась к Дэймону.

– Что ты сказал? – спросила я дрожащим голосом. – Как ты его назвал?

Дэймон посмотрел на меня, нахмурив брови.

– Хм... Я попросил его взять мое пиво. Забыл про него, потому что нес твое вино.

– Нет, ты его как-то назвал. ДжэйДи, – протараторила я.

У меня голова шла кругом. Дэймон кивнул и усмехнулся.

– Ну, да. Это просто прозвище. У всех в команде есть свое. Джек изучал право в колледже, потому что собирался стать адвокатом, если бы не попал в профлигу. Поэтому иногда мы называем его ДжэйДи, сокращенно от «доктор юрнаук» (прим.: амер. Juris Doctor – доктор юридических наук, в колледжах часто используют сокращенную версию – JD). Просто прикалываемся.

Я чувствовала, что близка к потере сознания, и на этот раз я не смогу притвориться и придумать нелепую отмазку. Я резко встала, мои ноги тряслись. Я извинилась перед Нейтом и двумя девушками, с которыми разговаривала.

– Извините, мне нужно в туалет. Где он находится?

Нейт кивнул и указал на главный зал.

– Там. Четвертая дверь слева. Если он занят, то наверху есть еще несколько. Их легко найти.

– Спасибо.

Я поспешила покинуть комнату, чувствуя, как взгляд Дэймона прожигает мою спину. После того как я нашла ванную комнату, я заперла дверь и попыталась перевести дыхание, и, брызнув в лицо холодной водой, охладить пылающие щеки. Голова была как в тумане от того, что я только что услышала, и я едва могла поверить в это. Джек – это ДжэйДи. А не Джастин Фокс.

Я настолько зациклилась на Джастине, что мне даже в голову не пришло, что Джек подходит под описание Рейчел. Высокий, загорелый, с карими глазами и темными волосами. У него был довольно большой нос, но ничто из этого не заставило меня прозреть, когда я встретила его.

Он тоже входил в стартовый состав квотербеков, а Джастин был игроком второй линии. Это означало, что он вряд ли когда-либо будет играть на поле во время игр. Поэтому, Джеку было больше смысла заткнуть Рейчел, ведь она писала, что ДжэйДи был игроком стартового состава «Скандалистов»... И позиция главного квотербека была важнее, чем второй состав, в который входил Джастин.

О, мой Бог. Что, черт возьми, я делаю?

Я посмотрела на себя в зеркало, пытаясь придумать, как выбраться отсюда. Я больше не могла здесь находиться. Не в этом доме, принадлежащем человеку, который более чем вероятно изнасиловал мою сестру. Человек, который мог ее убить и сделать так, чтоб ее смерть выглядела самоубийством, просто чтобы закрыть ей рот, в то время как он сохранил свою звездную карьеру.

Я решила написать Дэймону и сказать ему, что у меня болит живот, а затем выйти через задний вход, чтобы он не увидел меня. Но мой план сорвался из-за стука в дверь, как только я вытащила свой телефон из сумки.

– Фэйт? Ты в порядке?

Дэймон.

– Эээ, – ответила я, заикаясь. – Я в порядке.

– Я знаю, что нет. Я видел твое лицо, когда ты убегала. Пожалуйста, выйди сюда и расскажи мне, что происходит?

– Я... я не могу.

– Давай, Фэйт. Что случилось? Ты же знаешь, что можешь мне все рассказать.

Я слегка приоткрыла дверь, высунув в щель лицо, полное страха и отчаяния.

– Пожалуйста, не ненавидь меня, – мягко произнесла я.

Он нахмурился.

– Почему я должен тебя ненавидеть? Что происходит, Фэйт?

– Ты не поверишь мне после того, как я расскажу тебе все. Но я должна знать, что могу тебе доверять.

Он кивнул, но его прекрасные черты лица исказились.

– Ты можешь доверять мне. Что бы ты ни сказала, это останется между нами. Я обещаю.

Глубоко вздохнув, я затащила его в ванную и закрыла дверь. Сев на унитаз, я посмотрела на него и сделала еще один глубокий вдох, прежде чем открыла рот и произнесла.

– Дэймон... Я думаю, что твой лучший друг мог изнасиловать мою сестру. И я думаю, что он, возможно, убил ее.

Глава 13

Фэйт

Дэймон непонимающе уставился на меня.

– Извини, что ты сказала?

– Возможно, Джек изнасиловал мою сестру около полугода назад, – ответила я, нервно теребя руками. – И я думаю, что человек, изнасиловавший ее, также ее и убил, чтобы она не болтала о случившемся, потому что Рейчел угрожала испортить его карьеру.

Он медленно покачал головой.

– Фэйт, ты говорила мне, что Рейчел погибла в автокатастрофе.

– Да. По крайней мере, так все выглядело. Тормоза ее машины не сработали, и ее выбросило с дороги, – сказала я. – Но полиция провела экспертизу на неисправность тормозов автомобиля, и выяснила, что это не было случайностью. Кто-то повредил их. А еще они обнаружили в истории ее браузера и на кухне доказательства того, что она изучала, как их можно испортить. Поэтому они думают, что она покончила жизнь самоубийством. Но я так не считаю. Я уверена, что это подстава. Кто-то постарался сделать так, чтобы все выглядело как самоубийство.

– И ты думаешь, что Джек сделал это? Джек, который Анис? Мой лучший друг.

– Я знаю, ты не хочешь это слышать, и мне очень жаль, но...

Он поднял руку, прервав меня.

– Ты права, я не хочу это слышать. Фэйт, ты хоть понимаешь, как это безумно звучит?

Я кивнула.

– Да, я полностью осознаю, что выгляжу сумасшедшей. Но ты не знал Рейчел. Я уверена, что она не убивала себя. Она бы не поступила так с Эвой. Возможно, она была немного подавлена, но она никогда никому не вредила.

– Давай-ка по порядку, – сказал он. – Почему ты думаешь, что Джек связан с этим?

Я все объяснила ему: о полицейском расследовании, о дневнике моей сестры, о своих мыслях по поводу личности ДжэйДи... Когда я закончила рассказ, Дэймон посмотрел на меня, нахмурившись.

– Поэтому ты спрашивала меня о Джастине Фоксе на нашем первом свидании на стадионе. Ты пыталась выяснить его прозвище, потому что думала, что он тот самый парень?

Я кивнула, мои щеки горели от стыда. Сейчас он сложит пазл, и я не смогу остановить его. В конце концов, я это заслужила.

– Подожди, – сказал он, морщины на его лице углубились, когда Дэймон нахмурился. А вот и оно. – Мы пошли на свидание... все из-за этого?

Я склонила голову, не в силах посмотреть ему в глаза. Он потянулся вперед и приподнял пальцем мой подбородок, заставив меня взглянуть на него.

– Фэйт, – потребовал он. – Наше свидание было настоящим? Или оно было лишь причиной, чтобы получить от меня информацию?

– Мне очень жаль, – прошептала я.

Дэймон потер подбородок и покачал головой.

– Боже мой... как я мог быть таким чертовски глупым? Все это время ты просто притворялась. Ты никогда не хотела быть со мной. Ты просто меня использовала.

– Это не так, – сказала я, и слезы потекли из моих глаз. – Я имею в виду, что так было сначала, потому что я думала, что ты все такой же, каким был в колледже. Поэтому я решила, что будет легко заставить тебя рассказать обо всем. Знаю, это ужасно, и я ненавижу себя за это. На самом деле, я чертовски ненавидела себя в течение последних недель. Но ты должен меня понять... Я была в отчаянии. Таком отчаянии. Мне нужно доказать, что моя сестра не покончила с собой.

Я сделала глубокий вдох, чтобы немного успокоиться, а потом продолжила:

– Пожалуйста, выслушай меня, Дэймон. Не все было ради сестры. Через какое-то время ты начал мне нравиться. Ты так сильно изменился.

Он одарил меня холодным взглядом.

– Да, так же, как и ты, – сказал он. – Девушка, которую я помню со времен колледжа, не поступила бы так.

Я опустилась на колени, как жалкая собачонка.

– Пожалуйста, Дэймон, послушай. Мои чувства к тебе реальны. Знаю, что я все испортила. Я понимаю это. И я знаю, что теперь тебе тяжело доверять мне, но, пожалуйста, поверь. За последние несколько недель... мои чувства к тебе стали на сто процентов настоящими. Клянусь тебе.

Он помолчал, отказываясь смотреть мне в глаза. Наконец, он заговорил мягким, но с нотками раздражения, голосом.

– Понимаешь, в этом вся разница между тобой и мной, Фэйт. Мои чувства к тебе всегда были настоящими. Я признаю, что когда ты связалась со мной в Интернете, желая переиграть наше прошлое свидание, я подумал, что ты превратилась в обычную пустышку. Но как только я увидел тебя, и как только я начал проводить с тобой время, – я захотел тебя. Я нуждался в тебе. И я никогда не лгал об этом. Но ты... – его голос затих, и Дэймон посмотрел на меня взглядом, полным ярости и боли.

Мне хотелось провалиться сквозь землю, отчего слезы свободно полились по моим щекам.

– Мне так жаль, – сказала я, снова опустив голову.

– Я узнаю всю правду о Джеке. Об изнасиловании. И сделал ли он что-нибудь еще, – мягко сказал он. – Если это так, то я разберусь с ним. Обещаю тебе, Фэйт.

– Спасибо, – прошептала я.

– Но что касается нас... Не знаю, смогу ли я простить тебе это. Ты обвела меня вокруг пальца, ты солгала. Я просто не могу... Я не могу этого сделать.

Он повернулся и вышел из ванной, и, прежде чем я успела поднять сумку с пола, – он затерялся в толпе.

Вся в слезах, я помчалась в противоположную сторону по коридору, в надежде избежать встречи с кем-либо. Мне удалось найти боковую дверь, в которую я выбежала без оглядки.

Я знала, что облажалась. Я заслужила это. Не было таких слов, которые могли оправдать то, что я сделала с Дэймоном. И я понятия не имела, о чем я думала, так долго скрывая от него правду.

Я вела себя как расчетливая, хладнокровная сука.

Дрожа всем телом на холодном ветру, я стояла на подъездной дорожке в ожидании такси. Я пожалела о том, что даже не потрудилась надеть кардиган или куртку, потому что была уверена, что Дэймон согреет меня в своих объятиях. Но сегодня я опростофилилась, и теперь стояла одна на краю дороги и мерзла.

И я заслужила каждую гребаную секунду всего этого.

Оглянувшись на освещенный огнями дом, из которого доносилась музыка и громкий смех вперемешку с болтовней, я всем сердцем хотела, чтобы Дэймон подошел ко мне и дал мне еще один шанс. Один-единственный шанс.

Я заметила его, стоящим у окна на втором этаже. Он смотрел на меня. Я отвернулась и сморгнула слезы, а затем протерла глаза, надеясь, что мое желание вот-вот исполнится, и что он даст мне какой-то знак, который позволит мне надеяться на прощение.

Но когда я снова оглянулась – он уже исчез.

Глава 14

Дэймон

Я выскочил из ванной. Мои ноздри просто раздувались от гнева. Такое ощущение, что мне вдребезги разбили сердце. Хотя нет. Больше похоже на то, что мое сердце вырвали из груди и растоптали на грязной земле.

Я преподнес его Фэйт на блюдечке. С того момента, как я снова увидел ее, после шести долгих лет, кроме нее, мне никто был не нужен. И речь сейчас не о сексе, а о моих чувствах, которые я испытывал впервые в своей жизни. Наверное, так всегда случается с людьми, которые вручают свои сердца другим. Их растаптывали. Хуже всего то, что сегодня вечером я планировал признаться Фэйт, что люблю ее.

Нет, даже не так. Хуже всего то, что, несмотря на все, что я только что услышал, я все еще чувствовал, что люблю ее. Это когда-нибудь пройдет? Если ты любишь кого-то, и человек тебя использует, куда уходит любовь? Неужели она просто исчезает в забытье, как будто ее никогда и не было?

Я ходил по дому, снова и снова вспоминая каждую мелочь, которую она произносила. Ее слова похожи на бомбы, которые падали вокруг меня. И я понял, что ни одна из вышеупомянутых вещей не является самой худшей. Хотя они все чертовски ужасны, самое страшное во всем этом заключалась в том, что парень, которого я считал своим лучшим другом последние два года, мог оказаться насильником. И что еще хуже – убийцей.

Если теория Фэйт верна, то я был настолько слепым, что не только не обращал внимания на его выходки, а в добавок еще и дружил с гребаным психом долгие годы.

Я наткнулся на Нейта на втором этаже, где проходила вторая часть вечеринки, и он положил руку мне на плечо.

– Притормози, мужик. Ты в порядке? Выглядишь так, будто готов слететь с катушек. Проблемы в раю, да? Я заметил, что Фэйт пропала.

– Где Джек? – спросил я, игнорируя его комментарии.

– Пошел за льдом. У нас он закончился.

– Куда? В кладовку?

– Нет, в магазин. Он ушел около трех минут назад. Вы разминулись.

– Твою мать, – выплюнул я со злость и сжал руки в кулаки.

Нейт поднял ладони.

– Эй, мужик, успокойся. Что у тебя случилось?

Я покачал головой.

– Ничего. Я сейчас не могу говорить об этом.

Он поднял брови.

– Ты уверен? Знаю, я не твой агент, но мы вроде как друзья, Дэймон. Мы всегда вываливаем друг другу происходящее дерьмо, так что я готов выслушать, если тебе нужно дружеское плечо. Я тоже хорошо разбираюсь в проблемах и могу помочь.

Мое лицо слегка смягчилось, и я кивнул.

– Да, я знаю. Спасибо, чувак. Просто дерьмовая ночь выдалась. Поговорим в другой раз. Думаю, мне лучше вернуться домой и прояснить мысли.

– Хорошо. Береги себя.

Я кивнул и похлопал его по плечу. Затем отправился обратно в ванную, чтобы отлить, прежде чем уйти. К сожалению, туалет кто-то занял, и грубый голос ответил, чтобы я «проваливал и нашел другое место, где можно нюхнуть кокс». Как будто мне это необходимо.

Нет уж, спасибо.

Хотя, бл*ть, отвлечься бы сейчас не помешало. Может быть, не с помощью наркотиков...

Я направился в одну из ванных комнат наверху. По дороге туда я взглянул в одно из окон террасы. Я увидел Фэйт, стоящую в конце подъездной дорожки. Она явно ждала такси или того, кто ее заберет. Мое сердце кольнуло, когда я уставился на нее. Часть разума умоляла меня спуститься, взять ее на руки и простить за все.

«Нет. Не будь чертовым слабаком», – сказал я себе.

Спустя мгновение я отвлекся на разодетую чудоковатую девушку. Не самое приятное отвлечение, скажу я вам. Передо мной стояла та самая рыжая, которая добивалась меня в баре у Энтони месяц назад. Как же ее зовут... Джинни? Джемма?

– Привет, Дэймон, – промурлыкала она. – Надеялась, что ты будешь на этой вечеринке. Я искала тебя.

Я отступил от окна, выгнув бровь.

– Правда? Паршиво.

Похоже, моя незаинтересованность ее не впечатлила, потому что она сделала два шага ко мне, качнувшись на своих нелепо высоких каблуках.

– Да. В последнее время ты в бар не заходишь. Где прятался?

– Нигде. Просто в последнее время у меня нет настроения, чтобы пить.

– Но я видела, как ты пил внизу, – сказала она, надув вишневого цвета губы. – С другой девушкой. Так почему бы тебе не пойти и не выпить пивка и со мной тоже?

– Спасибо за приглашение, Джинни, но нет, – сказал я, поворачиваясь к окну.

Фэйт садилась в машину, и я проследил за тем, чтобы она благополучно выехала по холмистой, извилистой дороге, ведущей от дома.

– Я – Джен, – ответила она, слегка похолодевшим тоном. – Послушай, в чем проблема? Я знаю, что я сексуальная. Ты тоже горячий парень. Так что давай просто приступим к делу.

– Как я уже ранее говорил, меня это не интересует.

Она положила руку на свое бедро.

– Почему? Ты занят?

Я вздохнул.

– Нет. Уже нет. И ты в курсе, что ты очень настойчива?

Она улыбнулась.

– Знаю. Когда есть что-то, чего я хочу, то я не сдаюсь. Итак... Если ты один, в чем проблема?

– Проблема в том, что меня больше не интересует случайный секс, – ответил я. – С тех пор... ну, это не имеет значения. Это уже не для меня. И просто потому, что я один – не значит, что я собираюсь трахать все, что движется. Научись принимать отказ, Джен.

Она вздохнула:

– Отлично. Я вижу, когда меня не хотят. А как насчет твоего друга Джека? Он свободен?

Мои глаза сузились.

– Нет, он не свободен. Держись от него подальше.

Джен пожала плечами.

– Хорошо. Знаешь, я думаю, ты крутой, – сказала она, поворачиваясь на каблуках. Прежде чем вышла из комнаты, она оглянулась. – Кто бы ни причинил тебе боль... Дай ей время. Может, она простит тебя. Или ты простишь ее. Всегда можно найти компромисс.

– Сомневаюсь в этом. Но... спасибо, – сказал я, кивнув. Возможно, она раздражающе настойчива, но предполагаю, что в глубине души она – хорошая девушка с добрыми намерениями. – Увидимся.

Я нашел свободную ванную комнату и, наконец-то, смог спокойно отлить. Спустившись вниз, и покинув дом, я сел в свою машину.

Мой телефон завибрировал в кармане, когда я засунул ключ в зажигание. Я хотел проигнорировать его, думая, что это Фэйт. Сейчас я просто не в силах читать что-то от нее, но я все равно решил проверить телефон на всякий случай.

Моя кровь похолодела, когда я разблокировал экран и прочитал сообщение.

Вот дерьмо…

Глава 15

Фэйт

Сидя в Убер, я незаинтересованно смотрела в окно, когда водитель направил машину по 101 шоссе. До этого он пытался завести небольшую беседу, но, думаю, он почувствовал, что я не в настроении. Поэтому спустя пять минут салон погрузился в полную тишину.

Мой телефон зазвонил, и я вытащила его из сумочки, надеясь, что это Дэймон. Неудача. Звонила Кэти.

– Привет, что случилось? – спросила я, отвечая на звонок.

– Привет, Фэйт. Думаю, тебе нужно вернуться домой, – ответила она. Ее голос казался безумным, но я могла с уверенностью сказать, что она изо всех сил старалась сохранять спокойствие. – Кажется, Эва заболела.

Мой живот скрутило.

– Заболела?

– Да. Она без остановки плачет, и я только что померила ей температуру – она слишком высокая. Я решила, что должна немедленно сообщить об этом. Пыталась дозвониться до врача, но пока безуспешно.

– Спасибо, что сообщила. Я буду через десять минут.

Завершив разговор, я обратилась к водителю.

– Можете повернуть налево на Фонтэйн авеню? Так будет быстрее, чем по бульвару Санта-Моника.

Он кивнул.

– Конечно.

В итоге я оказалась дома менее чем через пять минут. Поблагодарив водителя, я помчалась внутрь.

Сердце колотилось, как бешеное. Я слышала, как Эва раздиралась громким плачем. Пробежав через гостиную, я вошла в ее комнату. Кэти держала малышку на руках, покачивая вперед-назад.

– Она все это время не прекращала плакать, – сказала она, передавая ее мне.

Я приложила руку к ее лбу и кивнула.

– У нее лихорадка. Когда это началось?

– Ну, она плакала около сорока пяти минут. Сначала я подумала, что она просто голодна или обкакалась. Но ее подгузник был чист, и она не притронулась к бутылочке. И к другой еде тоже, поэтому она точно не проголодалась. Просто плакала и плакала. И я, конечно, не спец по детям, но ее крик не такой, как обычно.

Я кивнула.

– Так и есть.

– Я старалась успокоить ее: подумала, может у нее просто был кошмар или что-то в этом роде. Но потом заметила, что она стала горячей и померила ее температуру, а потом позвонила тебе.

– Ну, спасибо, что так быстро позвонила. Ты вызвала врача? – спросила я.

Кэти покачала головой.

– Нет. Я пыталась. Знаю, что есть несколько дежурных врачей для детей и младенцев, но ни один из них не доступен. Поэтому я позвонила во все больницы в нашем районе, чтобы проверить, сколько времени придется ждать врача.

– И?

Она вздохнула.

– Ждать придется долго. Думаю, сегодня вечером все решили слечь с сердечными приступами или аневризмой мозга.

– Здорово... Ладно, думаю, нам лучше отправиться в ближайшую больницу и надеяться на лучшее. Естественно, они не задержат кричащего ребенка в зале ожидания. Также попробую по дороге дозвониться до ее врача. Возможно, она примет нас, если работает в ночную смену.

– Хорошо. Я соберу ее вещи, – кивнула Кэти.

Она наклонилась, чтобы схватить серую стеганую сумку. Ее телефон загудел в кармане, когда она это сделала.

– Алло? – сказала Кэти, располагая телефон между ухом и шеей, пока запихивала любимое одеяло Эвы и мягкую игрушку в виде кота в сумку. Она кивнула и несколько раз сказала «да» в телефон. Я заметила, как на ее лице отразилось облегчение.

– Большое спасибо, Дэймон. Мы будем там.

Я подняла брови.

– Деймон? Дэймон Норт?

Она кивнула.

– Я написала ему сообщение, так же, как и тебе. Знаю, вы, ребята, были на вечеринке, поэтому я волновалась, что ты не услышишь мой звонок. Так что я на всякий случай написала ему, что Эва заболела. Помнишь, ты дала мне его номер на случай, если это произойдет?

– Да, правильно. Я забыла об этом. Что он сказал? – спросила я, не в силах успокоить колотящееся сердце.

– Сказал, что врач его команды сможет встретиться с нами через десять минут в больнице Мерси. Видимо, раньше он работал в педиатрии, прежде чем перешел в спортивную медицину, поэтому он знает, что делать.

– Здорово, – тихо сказала я.

– Странно, что он позвонил мне, а не тебе. Может быть, что-то не так с твоим телефоном. Один из моих звонков отправился прямо на голосовую почту. На следующий ты ответила.

– Ой. Да, может быть, – ответила я, прекрасно зная, что это совсем не так. – Кэти, большое спасибо за все. Знаю, у тебя куча заданий, так что я отвезу Эву в больницу, а ты возвращайся к учебе.

– Уверена?

Я кивнула.

– Да, ты и так уже много сделала для нас.

Она улыбнулась и загрузила сумку в машину, пока я пристегивала все еще кричащую Эву к ее сиденью.

Кэти обняла меня.

– Дай знать, как обстоят дела.

– Обязательно, – сказала я, доставая наличные из своего кошелька. – Чуть не забыла. Твоя зарплата.

Я дала ей вдвое больше, чем нужно, потому что была так благодарна за все, что она сделала для Эвы. Малышка несколько раз простужалась, но никогда не было ничего серьезного. Я чуть с ума не сошла от страха, но рядом с Кэти все казалось намного легче. Так же я чувствовала себя с Дэймоном.

После того, как я с ним поступила, он отложил обиды в сторону, чтобы помочь Эве. Если бы до этого случая он еще не успел доказать, что был потрясающим парнем, то сейчас бы, определенно, им стал. Мыслей об этом было почти достаточно, чтобы снова довести меня до слез, но я не могла позволить себе сосредоточиться на Дэймоне. Мне нужно доставить Эву в больницу.

Как только я до нее добралась, то поспешила к главному входу с Эвой на руках и с ее сумкой, свисающей с моего плеча. Когда мы вошли, к нам подошел невысокий человек в очках, с любезной улыбкой на лице.

– Вы Фэйт?

Я кивнула.

– Да, а это Эва.

– Я доктор Кинросс. Я позабочусь о вас сегодня вечером. На втором этаже есть небольшая комната для осмотра. Пожалуйста, следуйте за мной, – сказал он, с беспокойством глядя на Эву.

– Большое Вам спасибо за то, что нашли время, – сказала я, и поспешила за ним. – Она никогда так долго не плакала, и у нее никогда не было такой высокой температуры.

– Мне не сложно, – сказал доктор Кинросс. – Я рад помочь. Хорошо. Можете положить ее на кушетку?

Мы вошли в комнату, и я осторожно положила Эву, а доктор Кинросс начал проверять ее внешний вид, сердечный ритм, дыхание и другие жизненные показатели. При этом он все время нашептывал успокаивающие слова.

– Хм. Ну что ж, – сказал он, кивая. – Все жизненные показатели в порядке, кроме температуры. У нее определенно лихорадка. Поэтому мне нужно провести несколько тестов. Здесь превосходная команда врачей и лаборантов, но они очень заняты, поэтому придется подождать не менее сорока пяти минут, пока мы узнаем результаты.

Я кивнула.

– Хорошо. Какие тесты нужно сделать?

– Мне нужно взять образец крови, чтобы проверить ее на инфекцию. У нее раньше брали кровь?

– Только когда она была совсем крошечной.

– Хорошо. Некоторые малыши очень остро реагируют на иглы, хотя это всего лишь маленький укольчик. Можете помочь мне: отвлечь ее и успокоить?

Я кивнула и полезла в сумку, доставая ее последнюю любимую игрушку – плюшевого кота, которого Дэймон подарил ей на прошлой неделе. Эва обожала его. Она любила ползать и валяться с игрушкой, при этом лепетать «мяу!» всякий раз, когда играла с ней. Одна маленькая игрушка заставила меня вспомнить о Дэймоне, но я знала, что сейчас не время беспокоиться об этом, поэтому я изо всех сил старалась отбросить чувства.

– Это мистер Кэт, – сказала я, передавая игрушку доктору Кинросс. – Может быть, Вы покажете ей, как он впервые сдает кровь?

– Хорошая идея, – сказал он и повернулся к Эве, когда я сжала ее руку. – Эва, мистеру Кэт нужно сдать анализ для проведения парочки тестов. Один маленький укольчик, и с ним все будет в порядке. Он хочет показать тебе, что это не больно.

Эва все еще плакала, но уже не так сильно, как раньше. Она смотрела, как доктор Кинросс притворно делает укол ее любимой игрушке.

– Видишь? Все готово, – сказал он, протягивая ей кота. – Он в порядке, и теперь будет очень здоровым. Как думаешь, ты сможешь потерпеть минутку, чтобы мы могли убедиться, что ты тоже здорова?

– Мяу, – сказала Эва, мягким и одновременно испуганным голосом, когда посмотрела на доктора.

Я улыбнулась, несмотря на ситуацию:

– Да, Эва, мяу. Именно так и сказал мистер Кэт. Ты видела, как ему сделали укол, и с ним все в порядке, правда? Это быстро, милая, и тогда все будет хорошо.

Эва схватила игрушечного кота и надулась, но ее слезы почти прекратились. Доктор Кинросс кивнул мне, когда мы взяли ее за руку, чтобы быстро взять кровь. Эва пискнула, когда игла вошла в кожу, но она справилась с этим, как маленький чемпион. Я взъерошила ее волосы и поцеловала в лоб.

– Видишь, детка? Это заняло всего секунду. Ты в порядке.

Она крепко держала кота, и мне хотелось, чтобы Дэймон был здесь, чтобы видеть, насколько его подарок помог ей. Но я знала, что у него нет причин приходить в больницу, пока я была рядом. Он уже и так достаточно сделал, организовав для нас прием у врача. Я не заслужила подобного после того, что сделала с ним. Но он смог проигнорировать свой гнев, чтобы помочь ребенку.

– Я отнесу кровь в лабораторию, а затем вернусь и дам Вам знать, что происходит, – сказал доктор Кинросс.

Я кивнула и села, взяв Эву на руки. Я обняла ее и пропела успокаивающую колыбельную, одновременно быстро набирая сообщение Дэймону.

«Большое тебе спасибо за врача для Эвы. Он уже отнес анализы на исследование».

Он не ответил.

Доктор Кинросс улыбнулся, заходя в комнату примерно через полчаса.

– Итак, Фэйт, похоже, у Эвы инфекция мочевого пузыря, но она легко поддается лечению. Я пропишу ей антибиотики, и дам Вам рецепт лекарств, которые ей нужно будет принимать один раз в день в течение следующих трех дней. Сейчас у нее пик инфекции, поэтому я дам ей мягкое болеутоляющие средство, чтобы облегчить дискомфорт. Это позволит ей спокойно спать.

– Благодарю Вас, доктор Кинросс. Эта инфекция... откуда она появилась? Я что-то не так сделала? – спросила я с тревогой в голосе.

Он мягко улыбнулся и покачал головой.

– Нет, Вы не виноваты. Такое случается у маленьких детей время от времени. Пока у малышей идет построение иммунной системы, они восприимчивы к большему количеству микробов, чем взрослые, чья иммунная система уже сформирована.

Я с облегчением выдохнула.

– О, слава Богу. Я думала, что, должно быть, что-то не так сделала.

Он покачал головой.

– Не беспокойтесь. Вы – прекрасная мать, Фэйт. Я видел много случаев, когда у ребенка лихорадка, а родители просто игнорировали это и надеялись, что все само по себе пройдет. И из-за отсутствия лечения болезнь переходила на более серьезный уровень. Но Вы заботитесь об Эве, это очевидно.

– Спасибо, – тихо сказала я. – Хм... А Дэймон собирается приехать сюда, чтобы посмотреть, как она?

– Он сказал, что не сможет, но попросил меня позвонить ему и сообщить, как Эва. И если будет нужно что-то еще, что он мог сделать, чтобы помочь. У Вас очень заботливый молодой человек, Фэйт, – ответил доктор Кинросс с улыбкой.

«Да, у меня был хороший молодой человек, пока я не профукала все», – сказала я себе, заставив себя улыбнуться доктору.

Я ничего не могла сделать, чтобы исправить это. Я понимала, почему он не хочет меня видеть, и почему его здесь не было. Я даже не удивлюсь, если он никогда не заговорит со мной снова, потому что я действительно напортачила, так долго водив его за нос.

Глава 16

Дэймон

В полночь Сильвер Лэйк был поразительно тихим. Многие считают Л.А. деловым городом, и это правда. Но в отличие от Нью-Йорка и Бангкока, это не тот город, который никогда не спит. Здесь к двум часам ночи почти все было закрыто. Я тоже должен был лечь спать, но до сих пор не спал.

Вышагивая по улице напротив дома Фэйт, я не мог решиться подойти к ее двери. Ранее я рассердился – даже был в ярости, – но теперь, спустя несколько часов, я успокоился и хотел поговорить с ней. И я не уверен, что смогу дождаться утра. Страх за здоровье Эвы отчаянно подстегивал меня увидеть ее, потому что я знал, как она расстроена и напугана. Фэйт любила эту малышку больше всего на свете, и я тоже ее любил. Получив сообщение от Кэти, в котором говорилось, что Эва заболела, я сделал все, что мог. Врач позвонил мне примерно час назад и сообщил, что Эва будет в порядке. Слава Богу. Тем не менее, я уверен, что все это выбило Фэйт из колеи. Я должен увидеть ее.

Набравшись смелости, я подошел к двери и постучал. Через мгновение она открылась, и я увидел Фэйт, держащую Эву на руках. Малышка крепко спала. Глаза Фэйт расширились, когда она увидела меня.

– Дэймон...

– Привет, – сказал я.

– Хм. Привет.

– Извини, что пришел посреди ночи.

– Все в порядке. Я все равно не сплю. Смотрела фильм и убаюкивала Эву, пока она засыпала. Видимо, болеутоляющее, которое доктор Кинросс дал ей, подействовало. Кстати, еще раз спасибо за то, что сделал для нас, – тихо произнесла она.

Я заметил, что она избегает моих глаз, и прекрасно понимал, почему. Ей было ужасно стыдно за себя.

– Могу я зайти? – спросил я.

Фэйт кивнула, все еще отводя глаза.

– Конечно.

Она отступила, чтобы впустить меня, держа Эву на руках, и я осторожно потянулся, чтобы погладить волосы малышки.

– Я беспокоился об этой малявке. С ней все будет хорошо, правда?

Фэйт кивнула.

– Да. Пару дней буду давать ей антибиотики. Я все еще жутко беспокоюсь, поэтому собираюсь перетащить ее кроватку в свою комнату, а потом лягу спать. Хочу, чтобы она была рядом со мной следующие несколько ночей.

– Хорошая идея. Тем не менее, кроватка тяжелая. Давай я перенесу ее?

Она покачала головой.

– Спасибо, но думаю, что смогу справиться с этим.

Я приблизился к ней на шаг.

– Это не проблема. Справлюсь за несколько секунд.

Фэйт, наконец, кивнула.

– Хорошо. Спасибо.

Я переместил кроватку из детской комнаты в спальню Фэйт и поплелся обратно по коридору.

– Готово. Уложишь ее сейчас или еще подержишь?

– Полагаю, лучше ее положить в кроватку. Мои руки просто отваливаются.

Я смотрел, как Фэйт осторожно положила Эву в кроватку и погладила ее по голове. И не смог сдержать улыбку, наблюдая, как грудная клетка маленькой девочки поднимается и опадает с каждым ее вдохом, благодаря Бога за то, что с ней все в порядке.

– Мы можем поговорить пару минут? – спросил я, переминаясь с ноги на ногу.

Фэйт откинулась на кровать и кивнула.

– Хорошо.

– Здесь?

– Да, Эва все равно не проснется. В данный момент она спит, как убитая.

– Ладно.

Я сел на кровать и посмотрел на Фэйт, глубоко вздохнув.

– У меня было время подумать о том, что произошло.

– Мне очень жаль, Дэймон. Я знаю, что нет оправдания...

Я прервал ее:

– Подожди, Фэйт. Я пришел сказать, что долго и упорно думал о том, что ты сделала. Довольно дерьмовый поступок. И меня вывело из себя то, что ты хотела вытянуть из меня информацию, но, черт возьми... Я понимаю, почему ты выбрала меня. Нас связывает небольшая история в прошлом, и тогда я был полным говном. Так что неудивительно, что ты думала, что и в наши дни я являюсь тем еще мудилой. Может быть, я даже заслужил подобное отношение, как наказание за то, кем когда-то был.

Фэйт яростно закачала головой.

– Нет, Дэймон, ты этого не заслужил. Мне так стыдно.

– Позволь мне закончить, – сказал я, слегка улыбнувшись. – Полагаю, в любых других обстоятельствах я бы не понял и не смог простить. Но после того, как ты пережила смерть своей сестры, – я понял. Я понимаю, почему ты так отчаянно хотела узнать больше о том, что с ней случилось. Потому что ни ее дневник, ни полиция не дали тебе всех ответов.

Фэйт кивнула.

– Но это не значит, что я поступила правильно, – сказала она тихо.

– Согласен. Но я думаю, что понимание этого дает возможность простить тебя, – сказал я, протягивая руку, касаясь ее ноги. – Теперь я понял и простил тебя, Фэйт.

Слезы окутали ее глаза, и она фыркнула:

– Правда?

– Да, – сказал я. – И, предполагаю, что, по большей части, я так рассердился на тебя потому, что почувствовал, как какое-то дерьмо из моего прошлого возвращается, продолжая преследовать меня.

– Что ты имеешь в виду? – спросила она.

– Помнишь, я говорил тебе, что мой родной город – то еще дерьмо, и мое детство было ничуть не лучше? – спросил я. Она кивнула, и я продолжил. – Ну, это было не самое худшее. Мой отец был хорошим парнем. Он не был самым умным или самым богатым человеком в мире, но он всегда был добр и терпелив и изо всех сил старался, чтобы у нас была еда и крыша над головой. Он уже умер, но когда был жив, то был хорошим человеком. А вот моя мать, наоборот... она не делала ничего. Только пила и постоянно изменяла ему. И он знал обо всем. Я уверен, что это его опустошало, но он был слишком хорошим, чтобы уйти и разрушить нашу семью. Даже несмотря на то, что она уже была сломана. Поэтому он продолжал закрывать глаза на ее гулянки, пока однажды она окончательно не оставила его ради другого мужчины. Но даже тогда он не сказал о ней ни одного плохого слова. Он просто произнес: «Ну, зато твоя мать счастлива». И всё.

– Сочувствую, – сказала Фэйт. – Бедный отец. Это ужасно.

Я кивнул:

– Никогда не хотел быть таким, как он. Я имею в виду, что хотел быть таким же хорошим, но никогда не хотел быть тряпкой и позволять женщине так влиять на меня. Поэтому, когда я вырос, все это повлияло на мое отношение к женщинам. Я вел себя противоположно поведению своего отца и отказывался от отношений. Ты помнишь, каким я был в колледже, и я уверен, месяц назад ты видела все эти статьи со сплетнями обо мне.

– Да.

– Так вот, я думал, что останусь таким навсегда. Что просто будут случайные связи, не позволяющие связывать себя с кем-то отношениями. Я не хотел никому доверять, но потом встретил тебя. И, знаешь, я никогда не чувствовал ничего подобного раньше. Мужчина с таким высоким статусом каждый день бросал женщин – разнообразных женщин, – но все равно ничего не испытывал. До тех пор, пока я снова не встретился с тобой. Когда я увидел тебя – меня словно молнией прошибло.

– А потом я все разрушила и оказалась недостойной доверия. Чего ты всегда и боялся, – сказала она, вытирая слезы.

– Да, так я чувствовал себя изначально, – ответил я. – Но у меня было время, чтобы остыть. И я уверен, что ты не такая, как моя мать, Фэйт. Ты не изменщица, и, как я уже говорил, – я понимаю, почему ты сделала то, что сделала. Я прощаю тебя.

Она кивнула и улыбнулась сквозь слезы.

– Спасибо. Я этого не заслуживаю. Я не заслуживаю тебя.

Я приблизился к ней, обнимая за плечи.

– Не говори так, – сказал я. – Мы справимся с этим, ладно? Но я хочу, чтобы ты мне кое-что пообещала.

– Что?

– Никогда больше не лги мне. Ничего не утаивай от меня. Что бы это ни было – ты можешь все мне рассказать, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы понять или помочь.

Фэйт кивнула.

– Хорошо. Никакой лжи. Обещаю.

Внезапно ее захлестнули эмоции, и я позволил ей всхлипывать, уткнувшись в мое плечо. Спустя пять минут я отстранился и вытер ее лицо салфеткой, которую схватил с тумбочки.

– Ты сейчас похожа на енота, – сказал я с мягкой улыбкой, нежно вытирая подтеки туши, высохшие на ее коже.

– Так и знала. Я даже не смотрела в зеркало с тех пор, как вернулась домой, – сказала она с кривой ухмылкой.

Я вытер ее лицо и взял ее за руку.

– Если ты хочешь рассказать мне больше о Рейчел, то я готов выслушать. Ты умная женщина, Фэйт. И если ты думаешь, что ее смерть не случайна – я тебе верю.

– Ты уверен, что хочешь услышать все это снова? – спросила она, широко раскрыв глаза.

Я кивнул.

– Да. Я хочу помочь.

Она встала и вышла из комнаты, а затем вернулась с записной книжкой.

– Это ее дневник, – сказала она, протягивая ее мне. – Я сделала закладки на страницах, которые, как мне кажется, имеют отношение к тому, что произошло. Ты должен прочитать их, прежде чем я все объясню.

Я открыл отмеченные страницы и прочитал записи Рейчел. Мое сердце прониклось болью к бедной женщине. Она так много пережила, когда отец Эвы оставил ее, и, очевидно, что она была совсем вымотана. Но ее настроение улучшилось, когда она описала, как встретила нового парня, и что он хорошо относится к тому факту, что у нее была маленькая дочь. Прозвище и описание парня идеально соответствовали Джеку. Моя грудь сжалась, когда я приступил к чтению страницы, где Рейчел написала, что произошло в тот день, когда она пошла на свидание с ним.

Похоже, тем вечером она была очень взволнована, оставив Эву с няней, и отправившись с Джеком в город. Она писала, что ближе к концу ужина почувствовала себя опьяненной, хоть и не пила – она не могла, потому что кормила грудью. Джек сказал, что позаботится о ней, и после этого она ничего не помнила. Лишь обрывки воспоминаний то тут, то там. Все, что она помнила – он подталкивал ее на заднее сиденье своей машины, когда они выходили из ресторана и направились к холмистой местности. Она вспомнила, как цеплялась за него и пыталась его оттолкнуть. А дальше – полный провал. Она даже не помнила, как добралась домой. Хотя няня сказала, что она вернулась около одиннадцати, едва держась на ногах и бормоча что-то себе под нос. Няня предположила, что она пьяна и помогла ей принять душ, а затем уложила ее в постель, и осталась на ночь, чтобы позаботиться об Эве. Только когда Рейчел проснулась на следующее утро, она полностью осознала, что произошло.

И душ, который няня помогла ей принять накануне, смыл любую ДНК или свидетельство сексуального насилия. Но она все равно отправилась в полицейский участок, чтобы написать заявление. В дневнике Рейчел описала свои впечатления от того, что никто не поверил ей, когда она не смогла назвать имя человека, который изнасиловал ее. После этого она несколько раз звонила ему и велела ему признать, что он сделал. Она угрожала пойти к владельцам команды и рассказать им все, а также обратиться в средства массовой информации.

Через полторы недели она умерла.

– И она никогда не говорила тебе об этом? – спросил я. – О том, что произошло, или о том, что она планировала сделать?

– Нет. Она хотела. Но она ясно дала понять, что боялась сказать мне, маме и папе, и всем остальным. Думаю, Рейчел хотела убедиться, что ему предъявят обвинение, прежде чем она признается нам, что с ней случилось.

– Понятно. Христос, я бы хотел, чтобы она больше тебе доверяла.

– Да, я тоже, – ответила Фэйт голосом, полным печали. – Но она всегда была довольно скрытным человеком.

Она глубоко вздохнула, а затем продолжила.

– Не думаю, что она когда-либо общалась с владельцами команды, – сказала она, закрывая дневник, и положив его рядом с собой. – Я просмотрела уйму статей, но они никогда не уклонялись от скандалов, связанных с командой и не пытались скрыть их.

Я кивнул.

– Так и есть. Я знаю, что некоторые владельцы команд могут покрывать игроков, но владельцы «Скандалистов» всегда публиковали любые крупные скандалы и добивались, чтобы игроки несли ответственность и получили соответствующее наказание за все, что они натворили.

– Да. Поэтому я остановилась на одном человеке. ДжэйДи. На том, кто ее изнасиловал. И, может быть, убил ее, чтобы она закрыла рот и не запятнала его имя перед командой или в СМИ. Его карьера стояла под угрозой, и я сомневаюсь, что он хотел потерять все эти миллионы долларов, которые ежегодно зарабатывает, – ответила она.

Я задумчиво потер щетину на подбородке.

– Похоже на то. Очень удобно подобран момент. Я имею в виду, неудобно... Дерьмо, не правильное слово. Я говорю, что смерть твоей сестры...

Фэйт прервала меня:

– Все в порядке. Я поняла, что ты имел в виду. И ты прав: именно так я и подумала. Слишком большое совпадение, что она совершила самоубийство спустя несколько дней после угрозы Джеку.

– Но полиция так не думает?

– Нет. Дневник натолкнул их на мысль, что она боролась с депрессией. Кроме того, в доме они нашли доказательства: руководство по использованию автомобиля с обведенной секцией тормозов и историю поиска в Интернете.

– Думаю, это может быть подставой. Если кто-то действительно подстроил это, они могли оставить эти доказательства в ее доме, и сами создали историю поиска на ее компьютере.

– Точно. Знаю, это звучит невообразимо, и понимаю, что я могу ошибаться. Но я должна узнать правду.

– Я понимаю, – сказал я. – И не только ты должна ее знать. Эва тоже.

Фэйт кивнула.

– Да. Я знаю, когда она станет старше, мне придется объяснить, что случилось с ее матерью. И я хочу быть уверена в том, что ей расскажу. Она заслуживает того, чтобы знать правду. Даже если окажется, что Рейчел действительно...

Я сжал ее руку, прекрасно понимая, что она не может закончить предложение.

– Даже если она действительно покончила жизнь самоубийством, – мягко договорил я. – Я понял. Ты не хочешь рассказывать Эве что-то вроде этого, если ты на сто процентов не уверена, что это правда.

– Да. Так и есть, – тихо сказала она.

– Для начала нам нужно выяснить, действительно ли это Джек.

– Я уверена, это он, – настаивала Фэйт.

– Но вспомни, как ты была уверена, что это был Джастин Фокс, пока не поняла, что это не так.

Она выпустила вздох поражения.

– Точно.

– Я узнаю, действительно ли это Джек.

– Как?

– Пока не знаю, но я найду способ, – сказал я, поджав губы. – И если это был он – будем действовать, исходя из этого.

– Хорошо. Большое спасибо, Дэймон, – сказала Фэйт, широко раскрыв глаза. – Спасибо тебе за понимание, за помощь с Эвой и за помощь в этом. Я не знаю, что бы я делала без тебя, честно.

– Это я не знаю, что бы делал без тебя, – признался я.

Я действительно запал на нее. Втрескался по уши. Но сейчас не самое подходящее время, чтобы произносить слово на букву «Л»; не после дискуссии о смерти ее сестры.

Вместо этого я потянулся и погладил ее по щеке, заправляя выбившуюся прядь волос за ухо.

– Выглядишь уставшей, – пробормотал я. – Пора спать?

Она кивнула.

– Думаю, да.

Я отдернул одеяло и подождал, пока она заберется под него. Фэйт зевнула и похлопала по кровати рядом с собой.

– Хочешь – поспи здесь.

Я улыбнулся.

– Да. Но пока не настолько устал. Я посижу в кресле и пороюсь в телефоне.

Она кивнула и, пожелав мне спокойной ночи, мгновенно отключилась. Ее волосы были грязными, и она легонько похрапывала, но все равно была похожа на спящего ангела. Одна ее рука была вытянута в сторону, в направлении кроватки Эвы, а ее пухлые розовые губы были слегка открыты, напоминая мне о том, как восхитительно они чувствуются в поцелуе.

Мой член немного напрягся в штанах, но я проигнорировал его. Как бы прекрасна ни была Фэйт, я не собирался залезать в постель и пытаться разбудить ее ради секса. У нас был долгий, изнурительный день, и сейчас не совсем подходящее время для подобных действий. В данный момент, мне нравилось просто сидеть здесь и наблюдать за спящими Фэйт и малышкой. Этого вполне достаточно, чтобы я был счастлив. Знать, что они в безопасности и здоровы, – это все, что мне нужно. Я еще немного посмотрел на Фэйт, а затем натянул на нее одеяло повыше, укрывая плечи.

Я наклонился и легонько прижал губы к ее лбу:

– Спокойной ночи, Фэйт.

Глава 17

Дэймон

– Готов?

Я взглянул на Джека, когда закончил растягиваться. Сегодня мы не занимались на стадионе; вместо этого выбрали спортзал на первом этаже моего дома. Мы любили боксировать, так что Джек не заподозрил ничего необычного, когда я позвонил ему и предложил встретиться со мной здесь для спарринга.

– Да, готов, – сказал я, стиснув зубы, пытаясь подобрать правильные слова.

В конце концов, я не мог подойти и как бы случайно спросить: «Эй, это ты изнасиловал женщину полгода назад?»

– Отлично. Давай начнем.

Я замахнулся, но он уклонился от моего удара, ухмыляясь:

– Ты сегодня не в форме, приятель. О чем-то задумался?

Я кивнул.

– Вообще-то, да. Я хотел тебе кое-что показать. Подожди пару секунд.

Я вытащил свой телефон из кармана и открыл фотогалерею. Сегодня утром я заснял семейное фото Фэйт. Увеличив его, чтобы на экране отображалась только Рейчел, я показал изображение Джеку.

– Знаешь эту цыпу? – спросил я, протягивая ему телефон.

В его глазах вспыхнуло узнавание, и я сразу понял, что между ним и Рейчел что-то было. Независимо от того, что подозревала Фэйт, – я не знал правды, но собирался ее выяснить.

Джек потер подбородок.

– Мм, да, выглядит знакомо. Думаю, что мы ходили на свидание пару месяцев назад.

– Сколько месяцев назад?

– А? Не помню... шесть, может быть семь. А что?

– Просто интересно. Так что случилось?

Он сузил глаза.

– Что за допрос, мужик? И почему у тебя фотография какой-то цыпочки, с которой я напортачил полгода назад?

– Так ты спал с ней, – сказал я, проигнорировав его вопрос.

– Естественно, – ответил он. – Серьезно, откуда ты ее знаешь?

– Общался с ней в Интернете, – солгал я. – Она сказала, что встречалась с тобой. Это все, что мне известно. Просто пытался понять, насколько хорошо она тебя знает.

Он усмехнулся, и его плечи заметно расслабились.

– О, ясно. Хитрый ты пес. На самом деле, она похожа на Фэйт. Что у тебя с ней случилось? Думал, вы, ребята, довольно серьезно настроены.

– Не-а, мы расстались, – ответил я, радуясь, что он купился на мою историю. – Так эта девушка... Что именно произошло между вами? Ее легко уложить в постель?

Джек колебался, и я понял, что мне придется подтолкнуть его, поэтому я приблизился и наклонился, сверкая фальшивой игривой улыбкой.

– Я интересуюсь, потому что она вроде бы как похожа на динамщицу. Хочу удостовериться, что мне не придется заморачиваться, чтобы потрахаться, понимаешь? Некоторые девушки так стесняются... Дерьмо, приходится их напоить, чтобы потрахаться или лишить рассудка с помощью наркоты, лишь бы они прикоснулись к твоему члену. Я же прав?

Мне было противно говорить такие слова, но нужно заставить Джека подумать, что я на его стороне.

Наконец он кивнул и улыбнулся.

– Да, она такая. Дразнилка. Ее было нелегко уложить, поверь мне.

– Что посоветуешь?

Джек приблизился ко мне, чтобы никто в зале нас не услышал.

– Послушай, мужик, не говори никому об этом, потому что некоторые люди могут неправильно понять. Это сугубо, между нами, окей? Мне даже пришлось раздобыть старую добрую «фантазию», чтобы она расслабилась.

– Что ты имеешь в виду? – спросил я, притворившись полным идиотом.

Внешне я казался абсолютно спокойным, но внутри я кипел от ярости. Джек, определенно, накачал Рейчел и изнасиловал ее, и он только что признал это. «Фантазия» – уличное название «жидкого экстази», партийного наркотика, который часто смешивался с другими при попытках изнасилования. Он не убивал ее. Если бы он это сделал, то знал бы, что она мертва. Джек был бы удивлен, узнав, что я общаюсь с ней в Интернете. Тем не менее, он оказался куском дерьма из-за изнасилования ничего не понимающей девушки. И я заставлю его ответить за это.

– Ты знаешь, что я имею в виду, – сказал он, подмигивая.

Меня затошнило. Как я так долго дружил с этим парнем и не понял его нутро?

– О... Да, думаю, я тебя понимаю, – ответил я. – И что произошло потом? Она хотела еще раз встретиться?

– Нет. Она меня заебала, пытаясь заявить, что я изнасиловал ее. Вообще пиздец, правда? Все, что я сделал – дал ей немного наркоты, чтобы поднять ей настроение. И она явно хотела меня. Иначе зачем, черт возьми, она пошла на свидании со мной? Я же не похож на того, кто будет играть с ее ребенком. Она прекрасно знала, что это ненадолго.

– Верно, – сказал я, едва сдерживаясь, чтобы не уложить его на пол прямо сейчас. – И как ты заставил ее перестать звонить?

Он пожал плечами.

– На самом деле – понятия не имею. Некоторое время я побаивался, потому что она угрожала пойти к тренерам и к СМИ. Но потом она прекратила все это. Ни звонков, ни сообщений. Наверное, она смирилась и поняла, что все это не так уж и важно.

Какой бы гигантской вонючей кучей дерьма он не был, я мог с уверенностью сказать, что Джек не лжет. Он искренне верил, что Рейчел все еще жива. А это значит, что он не убивал ее и не подстроил все под самоубийство. Она действительно убила себя.

Мой живот скрутило от одной только мысли, что мне необходимо сообщить этот факт Фэйт.

Но сначала нужно кое-что сделать.

– Я тебя правильно понял: ты пригласил эту женщину на свидание, затем накачал ее, чтобы воспользоваться ею, пока она ничего не соображает. И ты не считаешь это изнасилованием?

Лицо Джека потемнело.

– Эй, мужик, я думал, ты на моей стороне. Что, черт возьми, ты...

Он не успел договорить, потому что его остановил прямой удар в челюсть.

Джек закричал и отступил назад:

– Какого черта? Это за что?

– Ты знаешь, за что. Ты, черт побери, изнасиловал эту девушку. Ты, грязный кусок дерьма!

Со всем гневом я набросился на него. Джек – большой парень, но он не такой быстрый, как я. И я прекрасно знал, что делаю. Я нацелил новый удар, и он, наконец, оценил все происходящее, поэтому уклонился и попытался ударить меня в ответ. Я знал, что он это сделает. Мы проводили вместе с ним в тренажерном зале достаточно времени – я выучил каждый его шаг.

Мы били друг друга, нанося множество ударов, но он не соответствовал моей скорости, и через пару минут сдался. Кровь капала из его носа и рта.

– Дерьмо... остановись! – сказал он.

Краем глаза я увидел, как менеджер спортзала направляется к нам от противоположной стены. Понимая, что у нас в запасе не так много времени до того, как нас выгонят, я нанес еще один удар по челюсти Джека, заставив его упасть назад. Наклонившись вперед, я схватил его за шею и усадил на полу спортзала. Напоследок я ударил его локтем по ребрам. Джек рухнул на грудь, задыхаясь.

– Остановись... Дэймон...

– Эй! – крикнул менеджер тренажерного зала, подходя к нам. – Что, черт возьми, ты делаешь?

– У нас спарринг, – ответил я.

– Бред сивой кобылы. Убирайся отсюда. Ты закончил на сегодня, Норт!

Я подождал, пока он отвернется, а затем потянул Джека за воротник.

– Ты поступишь правильно, мужик: пойдешь к полицейским и сознаешься во всем. Ты скажешь им, что дал наркотики и изнасиловал женщину по имени Рейчел Кортес семь месяцев назад. И ты знаешь, что я знаю, что ты все это сделаешь?

Он безучастно смотрел на меня. Я одарил его хмурой улыбкой и наклонился ближе.

– Уверен, что смогу затащить тебя туда прямо сейчас.

– Дэймон, я не могу, – сказал он, задыхаясь и вытирая кровь с подбородка и верхней губы. – Пойми, я действительно не могу. Ты хоть представляешь, что будет с моей карьерой?

– Думаешь, меня еб*т твоя карьера? – прорычал я. – Рейчел покончила с собой после того, как ты ее изнасиловал. У нее была депрессия. Она думала, что никто ей не поверит.

Его глаза расширились.

– Как? Нет... она не могла. Я бы узнал об этом.

– Откуда? Ты ее оттрахал и все. Она стала очередной цыпочкой, которой ты воспользовался, насколько я понял, – сказал я. – В любом случае, если ты не признаешься в том, что сделал, у меня не останется выбора, кроме как передать записанный на мой телефон наш с тобой разговор в средства массовой информации. Так что либо ты спокойно признаешься сам, либо жди бомбического скандала в прессе. Каким будет твое решение, Джек?

Он замолчал на мгновение, а затем кивнул. Все его тело кричало о поражении.

– Отлично, – пробормотал он. – Я пойду с тобой.

Вздохнув, я подтянул его, крепко сжав руку. Я получил от него правду и выбил из него все дерьмо, заставив признаться в преступлении против Рейчел. Так почему же я все еще чувствую, будто что-то упускаю?

В этот момент я представил лицо Фэйт, когда сообщу ей правду о смерти сестры, и я точно знал, почему.

Глава 18

Фэйт

Встревоженная, я сидела на диване и проверяла свою курсовую работу. Учебный материал оказался трудным, но если я продолжу сконцентрировано выполнять все задания, то подготовлюсь к сдаче практических экзаменов, которые начнутся на следующей неделе. Мне повезло, что экзамены проходят на моем рабочем месте. Поэтому вместо того, чтобы преподавать мои обычные занятия йогой, в течение следующих нескольких недель я стану тенью профессионального физиотерапевта и буду всячески оказывать помощь. После двухмесячной стажировки преподаватель оценит все, что я сделала. Единственный курс в этом семестре, который я прохожу в качестве студентки, работающей неполный рабочий день. Надеюсь, все будет хорошо.

Плохая новость в том, что я просто не могла сосредоточиться на учебе.

Уже четыре часа я сижу здесь, размышляя, как у Дэймона обстоят дела с Джеком. Ранее он ушел, сказав, что поговорит с ним. И все это время я сидела, затаив дыхание, отчаянно пытаясь узнать, права ли я в своих догадках. Действительно ли Джек был тем самым ДжэйДи? Это он изнасиловал мою сестру? Он убил ее?

Пять минут спустя я получила ответы на свои вопросы, когда Дэймон быстро постучал во входную дверь и вошел в дом.

– Привет. Как Эва? Все еще спит?

Я кивнула.

– Она просыпалась, но все еще слаба после прошлой ночи. Однако температура спала. Доктор Кинросс звонил, тоже хотел узнать, как она себя чувствует.

– Хорошо.

Он сел рядом со мной, и я посмотрела на него широко раскрытыми глазами.

– Так как все прошло? – спросила я.

Со вздохом, он на мгновение опустил голову на руки, а затем посмотрел на меня.

– Ну, у меня есть плохая новость, хорошая, и еще одна плохая.

– Думаю, в таком порядке и перечисляй, – сказала я, потерев плечи.

– Ты оказалась права насчет Джека. Рейчел писала о нем в своем дневнике. Я выбил из него правду. Пожалуйста, не спрашивай меня, как, но я это сделал. Ну, это первая часть плохой новости: по сути, мой лучший друг – насильник. Бывший лучший друг, если уж быть точным.

– О, Боже... – ответила я, чувствуя, как мой пульс ускорился.

– Хорошая новость в том, что я выбил из него все дерьмо и убедил его пойти к полицейским, чтобы признаться в содеянном. Я ходил в полицейский участок вместе с ним. Они заставили меня написать заявление и передать запись нашего разговора, которую я сделал на телефон, где он это признавал. Очень скоро все завертится, поэтому я просто предупреждаю заранее – полиция захочет поговорить с тобой, и средства массовой информации могут попытаться преследовать тебя. Кроме того, полицейские, в конечном итоге, огласят имя Рейчел, потому что в деле замешан знаменитый футболист, изнасиловавший женщину... Это серьезный случай.

– Понятно.

– Знаю, что это не вернет Рейчел, но, по крайней мере, мы восстановим справедливость за ее изнасилование.

– Да, это так. А другая плохая новость? – спросила я с тревогой.

Я видела, что происходит, и уже догадывалась о том, что он собирается сказать дальше. Но я надеялась, что я совершенно не права.

– Фэйт... Мне бы не хотелось рассказывать тебе эту часть. Я весь день чертовски боялся, и мне было так хреново из-за этого. Но тебе нужно знать. – Дэймон глубоко вздохнул, а затем взял меня за руку и посмотрел в глаза. – Он не убивал Рейчел.

Мое сердце сжалось. Именно такой новости я и боялась.

– Ты уверен? – спросила я.

– Да. Сначала, когда я пытался расспросить его обо всем, то показал ему фотографию Рейчел и сказал, что я общаюсь с ней в Интернете. Сказал, что она обмолвилась, что знает его. Он не выглядел удивленным. Если бы он убил ее и знал, что она мертва, он бы удивился, услышав, что я общался с ней, не так ли? – спросил он. – Также он упомянул, как она звонила ему с угрозами. Джек сказал, что звонки в один прекрасный день внезапно прекратились, и он понятия не имел, почему. Он действительно не знал, что она мертва.

Я медленно покачала головой.

– Возможно, он лжет. Он обманул тебя, притворяясь долгое время хорошим человеком. Может быть, он просто вел себя так, как будто не знал, что она мертва?

– Нет, Фэйт. Извини, но это просто невозможно. Сначала я тоже так подумал. Затем проверил календарь на своем телефоне. Семь месяцев назад, в день, когда машина Рэйчел сошла с дороги, наша команда находилась в Филадельфии в рамках межсезонной благотворительной игры. Мы были в Пенсильвании на протяжении двух недель. Джек не мог повредить ее машину или проникнуть в ее дом. Он был со мной и остальной частью команды на другом конце страны.

Я глубоко вздохнула.

– Дерьмо. Так что же, она действительно... Она на самом деле...

Как бы я ни старалась, я не могла произнести эти слова. Дэймон погладил мою спину и кивнул.

– Да, – сказал он мягко. – Она покончила жизнь самоубийством. Мне очень жаль, Фэйт.

Я откинулась на диван.

– По крайней мере, теперь я точно знаю. Может быть, сейчас я смогу начать нормально жить, – сказала я, и слезы наполнили мои глаза.

Я не могла в это поверить. Все это время я была так уверена, что тот, кто изнасиловал мою сестру – убил ее... Но это не так. Джек не мог этого сделать; у него идеальное алиби, и он даже не знал, что она мертва. Она убила себя, как и утверждала полиция. Думаю, к лучшему, что я не стала полицейским. Мои предчувствия всегда меня подводили.

– Полагаю, теперь мы сможем продумать, как рассказать Эве об этом в будущем, – сказал Дэймон. – Это будет непросто, но у нас есть время, чтобы понять, что нам рассказать и как смягчить удар.

Моя голова пошатнулась.

– Нам?

– А?

– Ты сказал «нам». Как будто мы вместе расскажем ей об этом.

Дэймон слегка улыбнулся.

– Извини. Я имел в виду тебя. Я просто... Я подумал, что все еще буду в твоей жизни, когда Эва станет старше. И в ее жизни тоже. Прости, если это звучит очень самонадеянно. Знаю, что еще рано говорить об этом.

– Нет, на самом деле это именно то, что мне нужно услышать, – пробормотала я, прижимаясь ближе к нему, в то время как горячие слезы текли по моим щекам.

– Я люблю тебя, Фэйт, – сказал он, приподнимая мой подбородок, чтобы мы смотрели друг другу в глаза.

– Я тоже тебя люблю.

Не такую правду о Рэйчел я хотела услышать, но меня утешало одно: мне больше не придется страдать в догадках. У меня был Дэймон, и он любил меня. Его любовь – именно то, что мне сейчас необходимо, потому что история смерти моей сестры, наконец-то, была раскрыта. Теперь я знала правду, и какой бы мрачной и трагичной она ни была – я, наконец, могла начать жить без каких-либо серьезных препятствий на моем пути.

По крайней мере, я на это надеялась.

Но, как известно, я никогда не относилась к числу везунчиков...

Глава 19

Дэймон

– Мы не сможем победить, если не соберемся, ясно? – сказал Джастин, когда мы стояли на краю поля.

Теперь, когда Джека официально арестовали и предъявили обвинение, Джастин занял его место на позиции квотербека. Наша домашняя игра против команды Новой Англии началась довольно-таки паршиво. И дело не в счете или в Джастине – он хорошо выполнял свою работу – а в том, что боевой дух команды сейчас чертовски упал.

На прошлой неделе в средствах массовой информации появились статьи об уголовном деле против Джека, и все мы изо дня в день страдали от преследовавших нас папарацци и журналистов, желающих раздобыть подробности истории.

Владельцы команды пытались разобраться со всем без лишней суеты и посоветовали нам держаться подальше от журналистов. Но невозможно их игнорировать, когда каждые пять секунд нас тыкали носом в дерьмо. Хуже всего то, что на поле, вместо радостных и возбужденных криков, после заработанных сегодня очков, мы в основном получали громкие крики и скандирования о том, что наша команда не могла не знать о насильнике и, следовательно, мы его «покрывали».

– Нам не нужно напрягаться из-за счета, – продолжал Джастин, пытаясь игнорировать насмешливые выкрики, доносящиеся с трибун. – Мы круче их. Но прямо сейчас они имеют нас, как хотят, отталкивая назад все наши достижения. Это мы должны ткнуть их в дерьмо и в ближайшие несколько минут убедиться, что они достаточно его хлебнули. Понятно?

– Понятно, – хором ответили мы.

Выстроившись в ряд для подачи мяча, на мгновение я посмотрел на толпу, благодарный за то, что Фэйт здесь не было, и она не видела всех этих людей, освистывающих нас.

Я знал – она рада, что изнасилование Рейчел, наконец-то, получило развитие со стороны полиции и средств массовой информации после того, как мы выяснили, кто это сделал. Но я также понимал, что она не обрадуется, увидев, как теперь всю мою команду обвиняют в этом.

Она знала, что до недавнего времени никто из нас не подозревал, каков Джек на самом деле, и она никого из нас не винила.

Игра началась. Как ошпаренный, я рванул в открывшееся пространство, не сводя глаз с Джастина. Он пасанул мне мяч, и я, поймав его, побежал вперед. Меня схватили, но уже после того, как я пробежал двадцать ярдов, и мы получили первый даун. Следующая попытка принесла нам еще двадцать, и мое сердце затрепетало, когда я посмотрел на часы: осталась всего пара минут.

Я заметил, как Джастин целился в меня, и кивнул, прекрасно понимая, что он задумал. Он не собирался бросать мне мяч. Он хотел обхитрить соперников и самостоятельно добежать до линии. Именно так он и поступил, что застало команду соперника врасплох – они этого не ожидали. Джастин подхватил мяч и побежал так, как будто его преследовал сам дьявол. Толпа наших фанатов разразилась громким криком, при этом полностью заглушая тех людей, которые сегодня насмехались над нами.

Джастин доставил мяч в зачетную зону соперника, и стадион взорвался от радостных воплей, когда он заработал тачдаун. Мы могли смело отмечать нашу победу. Все сходили с ума: чирлидерши размахивали своими помпонами, а фанаты «скандалистов» бросали конфетти, заглушая всех неадекватных скептиков. Спустя несколько секунд прозвучал сигнал.

Игра окончена, и, не смотря на дерьмовые обстоятельства, мы выиграли.

Очень жаль, что удивительный забег Джастина прямо сейчас омрачал скандал, связанный с нашей командой. Обычно шумная возня в раздевалке сменилась на тишину, поскольку мы все беспокоились о том, как избежать журналистов. Я знал, что многим моим товарищам по команде, друзья и члены семьи объявили молчаливый бойкот только потому, что они думали, будто те знали о Джеке и скрывали все, чтобы защитить его. Это п*здец как вымораживало. Но я понимал, что, в конце концов, всё наладится. Единственным положительным моментом во всей этой ситуации было то, что однажды Эва узнает, что человек, который изнасиловал ее мать – сидит в тюрьме за то, что он сделал с ней.

Мне удалось покинуть стадион незамеченным, и, оказавшись на автостоянке, я написал Фэйт сообщение.

«Мы выиграли! СМИ до сих пор нас преследуют, хотя... я в любом случае отправляюсь домой. Подумываю вздремнуть или, возможно, спущусь к Энтони и немного выпью. Надеюсь, твоя практика проходит удачно, и ты надираешь задницу профессионалам, стажер. Может быть, я даже приду чуть позже, чтобы ты могла попрактиковаться на мне в своей физиотерапии.... ;)»

Она ответила мгновенно.

«Поздравляю с победой! Горжусь тобой. Практика проходит «на ура». Не смотря на скучный день. P.S.: как пожелаешь».

Я усмехнулся и направился домой, чтобы вздремнуть. Но заснуть неимоверно трудно, когда под чертовой дверью толпятся люди, надеясь получить интервью.

– Проваливайте! – проорал я, удивляясь, как, черт возьми, они вообще раздобыли мой адрес.

Журналисты не поняли намек, поэтому я схватил куртку и прошел мимо них, пока они выкрикивали свои гребаные вопросы позади меня. Спустившись на лифте вниз, я направился к Энтони, зная, что это единственное место, где я мог избежать внимания журналистов.

В баре стояла тишина, когда я вошел и подошел к стойке. Заказав пиво, я вполглаза наблюдал за игрой по телевизору, сидя в углу бара. Насколько бы мне ни нравилось пересматривать нашу недавнюю победу, я не мог избавиться от мыслей о Фэйт. Если бы не сеансы физиотерапии, прямо сейчас я бы направился к ней домой, чтобы неистово накинуться на нее, потому что я никак не мог вдоволь насладиться этими сладкими губами, изгибами и улыбками.

Энтони принес мое пиво, и, как только я сделал первый глоток, за моей спиной раздался соблазнительный женский голос.

– Привет, Дэймон. Сегодня была хорошая игра.

Я обернулся, ожидая увидеть Джен, ту самую развратную рыжую, – у нее, казалось, был особый талант охотиться за мной, – но вместо нее обнаружил незнакомую высокую брюнетку спортивного телосложения, на впечатляюще высоких четырехдюймовых шпильках. Загорелая, с увеличенными губами и накладными ресницами. Она улыбнулась мне и присела на соседний стул. По тому, как она смотрела на меня, я мог сразу сказать, что она легкодоступна, и если бы я захотел, то мог бы трахнуть ее прямо сейчас.

– Привет. Я тебя знаю? – спросил я.

Она наклонилась и положила руку на мое колено, кончиками пальцев медленно прочертив линию вверх по моим штанам.

– Нет. Но поверь мне – ты хочешь...

Глава 20

Фэйт

– И слышать ничего не хочу. Я возьму Эву домой и заставлю ее повеселиться, а ты поедешь к нему на пару часиков. После сегодняшней игры он, по крайней мере, заслуживает достойного минета.

Моя подруга Эми стояла, скрестив руки на груди, на стоянке центра, в котором я работала. Она зашла ко мне после сессии.

Я улыбнулась.

– Почему ты так сильно хочешь, чтобы я провела время с Дэймоном? Не ты ли предупреждала меня о том, чтобы я не смела влюбляться в него?

Она нетерпеливо вздохнула.

– Это было раньше. Прежде чем мы выяснили, какой он хороший парень. Так что теперь я чувствую, что исполню свой долг шестилетней давности, когда отправила тебя на свидание с ним. Ну... понимаешь? Я же говорила, что он может быть полезен.

Она высунула язык, и я засмеялась.

– Конечно-конечно, ты все это время планировала нашу совместную жизнь, – сказала я с саркастической улыбкой. – Ну, хорошо. Я пойду к нему. Но ненадолго. И вернусь домой к половине седьмого.

Эми радостно улыбнулась.

– Окей. Я так давно не сидела с Эвой. Будем смотреть фильм с Одри Хепберн.

Мы забрали Эву из детского сада, и она радостно завизжала, увидев Эми.

– Эм-ма! – сказала она, обращаясь к подруге.

– Почти похоже, – сказала Эми с усмешкой. – Я проведу с тобой пару часов, сладенькая.

Эва взволнованно хихикнула. Я обняла ее, прежде чем передать подруге на руки.

– Скоро буду дома, детка. Повеселитесь с Эми!

Я села в свою машину и направилась через город к Дэймону.

Поднявшись на лифте на верхний этаж, я столкнулась с толпой фотографов и журналистов. К счастью, никто из них понятия не имел, кто я такая.

– Забудь об этом, дорогая, – сказал один из них. – Мы пришли, чтобы попытаться взять у него интервью. Но он ушел. Мы подождали пять минут – хотели убедиться, не блефует ли он. Но, похоже, что он не вернется. Так что мы уходим.

Черт. И куда он пошел? Я проверила телефон, вспомнив, как Дэймон упоминал о возможности выпить где-нибудь. Как только я увидела его сообщение, то сразу поняла, где его искать. Он был в баре внизу, у Энтони. Пару раз Дэймон рассказывал мне об этом месте; оно похоже на убежище для спортсменов, потому что «владелец-тире-бармен» выпроваживал оттуда всех, кто подозрительно выглядел.

Дождавшись, когда уйдут все журналисты, чтобы они не пошли за мной, я направилась к Энтони и открыла дверь. Бармен кивнул мне, и я улыбнулся ему, а затем просканировала помещение в поисках Дэймона.

Я увидела его... с ней.

Он сидел за стойкой, расположившись рядом с великолепной длинноногой брюнеткой в коротком платье, склонив к ней свою голову. Слишком близко. С того места, где я стояла, казалось, что они целуются – или, по крайней мере, собираются поцеловаться. И я отчетливо видела, как ее кончики пальцев поглаживали его ногу.

В голове прозвенели звоночки, и мой мозг просто кричал о том, что я должна подойти и посмотреть на его реакцию, чтобы узнать, какого черта он делает. Но я не могла.

От шока я будто приросла к полу. Неужели это реально? Дэймон на самом деле сидел здесь с другой женщиной и заигрывал с ней? Я зажмурилась и снова открыла глаза, дабы убедиться, что все это простая галлюцинация. Но это не так. Они все еще сидели там в нескольких дюймах друг от друга.

Полагаю, Дэймон не ожидал, что я появлюсь. Решившись в последнюю минуту нанести ему неожиданный визит, я, должно быть, застукала его на свидании с кем-то еще. Но зачем ему это делать? Почему он говорил, что любит меня и продолжает встречаться со мной, если за моей спиной флиртует с другой женщиной? Или он сделал это просто, чтобы трахаться со мной? Наказать меня за мою ложь? Знаю, что я облажалась в прошлом. Но я думала, что мы разобрались с этим и двигаемся дальше. Я думала, что он простил меня.

Видимо, нет.

Поток слез затуманил мне зрение, и я вытерла их, заметив, что Дэймон повернул голову и взглянул на телевизор, который был установлен в углу бара. Он увидел меня. На его лице моментально отобразилось понимание и ужас. Он тут же вскочил на ноги.

Слишком поздно.

Развернувшись на каблуках, я вышла за дверь, позволив слезам спокойно стекать по моим щекам. Я побежала по соседнему переулку позади жилого квартала, надеясь, что он не подумает идти тем же путем. Мне необходимо утихомирить свои эмоции, прежде чем я отправлюсь домой и ради Эвы натяну маску счастливой девушки на свое лицо.

На прошлой неделе, во время разговора, Дэймон поведал мне историю о том, что не доверял женщинам, и как это влияло на него на протяжении многих лет. Теперь я все поняла.

Игра.

Это была простая игра, призванная заставить меня чувствовать к нему сочувствие и удостовериться в том, что он хороший парень.

И угадайте, что? Теперь я не доверяю людям. Так что, может быть, на самом деле я намного больше похожа на него, чем когда-либо думала. А, может быть, это он в действительности оказался обычным гигантским мудилой, и все, что он когда-либо говорил мне, было ложью. В любом случае, я – пас. Всё кончено.

Глава 21

Дэймон

– Нет. Но, поверь мне – ты хочешь.

Высокая, накаченная ботексом брюнетка, сидящая рядом со мной, практически промурлыкала эти слова, и я сузил глаза.

– О, да? И почему же? – спросил я, скидывая ее руку со своей ноги.

Она наклонилась еще ближе.

– Потому что у меня есть очень хороший друг-полицейский, и он позволил мне послушать кое-какую запись на телефоне, которую ты представил в качестве доказательства против своего лучшего друга, Джека Аниса. И на этой записи ты произнес несколько нехороших предложений.

Я застыл.

– Я говорил все это дерьмо, чтобы заставить его признаться в изнасиловании. Мне нужно было как-то вытащить из него правду.

– Я знаю. Но многие люди этого не поймут, – сказала она, и злобная улыбка расплылась по ее кошачьему лицу. – Я была бы рада помочь сделать так, чтобы тот разговор никогда не получил огласки.

– Каким образом?

Она приблизилась еще на дюйм.

– Я работаю в Malia Media.

– Сплетни?

– Самый большой сайт сплетен в стране, да. Если ты дашь мне эксклюзивное интервью о Джеке, я позабочусь о том, чтобы мой друг в полицейском управлении никогда не опубликовал эту телефонную запись.

Теперь уже я наклонился ближе к ней.

– Послушай, ты плохо информирована. Не знаю, как ты попала сюда, и как Энтони до сих пор не понял, кто ты такая, но от меня ты ничего не получишь. Публикуй запись, если хочешь, – прошипел я презрительным тоном.

Она изогнула совершенно нарисованную бровь.

– Я провела одно расследование. Твоя нынешняя подруга, которую ты, кажется, старался защитить от внимания всех средств массовой информации, – сестра женщины, которую твой лучший друг изнасиловал. Не так ли?

– Она в курсе всего этого.

– О, уверена, так и есть. Но я также уверена, что она не будет рада услышать эту запись и узнать о том, что тебе приходится делать, чтобы заставить женщин расслабиться и потрахаться с ними. Учитывая то, что случилось с ее сестрой...

– Я же сказал, что я должен был сказать это, чтобы Джек заговорил, – ответил я, закипая от гнева. – Копы знают это. Я все им объяснил.

Девушка вновь улыбнулась.

– Это не отменяет тот факт, что твоя маленькая подружка не обрадуется, услышав тот разговор. – Она опять положила руку мне на ногу. – Одно интервью, и я обещаю, что этого никогда не произойдет.

Я схватил ее за запястье – не сильно, но достаточно, чтобы удержать ее на месте, – и наклонился так, чтобы ее лицо находилось всего в нескольких дюймах от моего.

– Иди к черту, пиявка, – сказал я. – Моя девушка доверяет мне, так что – вперед! Публикуй запись. Если она услышит это, то поймет, что все, что я сказал Джеку, было сделано для того, чтобы заставить его говорить. Я люблю ее, а она любит меня. Это тоже можешь отправить в ебаную печать.

Я отдернул голову назад, чтобы посмотреть телевизор, надеясь, что она поймет этот чертовски ясный намек и оставит меня в покое. В этот момент я увидел Фэйт, стоящую возле двери, с исказившимся от шока и грусти лицом.

– Вот, дерьмо...

Я не делал ничего плохого, но с того места, где она стояла, конечно, так не казалось. Всего пару секунд назад я держал за руку репортершу, а тонкие пальцы ее свободной руки постоянно скользили по моей ноге, независимо от того, сколько раз я их от себя отталкивал. И я тоже почти вплотную прильнул к ней, чтобы послать ее к черту, надеясь выглядеть достаточно устрашающим, чтобы заставить ее отступить... Но с точки зрения Фэйт, стоящей у двери, могло показаться, что я собирался поцеловать эту женщину.

Бл*ть, бл*ть, бл*ть.

Я вскочил и побежал к ней, но наткнулся на посетителя, и он пролил свое пиво.

– Эй, смотри, куда идешь! – пожаловался он.

– Прости. Вот, – сказал я, вытащив двадцатку из кармана. – Возьми себе другой бокал.

Я бросился к двери и огляделся. А когда понял, что Фэйт уже сбежала – я застонал. Не имея понятия, в каком направлении она пошла, я решил сначала проверить подземную парковку. Если она приехала на машине – было бы разумно, что она припарковалась именно там. Я бросился вниз, и мое сердце подпрыгнуло, когда я увидел ее машину.

Приблизившись, я понял, что она пуста. Сердце опустилось. Она еще не вернулась к своей машине, потому что знала, что я приду сюда. Фэйт явно не хотела видеть меня после того, чем она думала, я занимаюсь в баре.

Дерьмо, где же она?

Выйдя со стоянки, я побродил рядом, пытаясь понять, по какой улице она могла бы пойти.

Слева от меня находилось множество кафе. Она могла отправиться туда, чтобы выпить кофе, пока не поймет, что может спокойно вернуться в свою машину, не наткнувшись при этом на меня.

Справа от меня расположился ресторан тайской кухни. Я знал, что она любит тайскую еду, поэтому, вполне вероятно, что она пошла туда.

Влево или вправо?

Черт его знает.

Как только я решил проверить кафе, то вспомнил, что за моим домом находится грязный переулок, который в основном использовали люди, желающие незаконно сбагрить наркоту. Вонючий и грязный. Это последнее место, куда я хотел бы пойти, чтобы сбежать от того, кого я не хотел видеть... И это лучшее место для поиска того, кто действительно хотел спрятаться.

Я поплелся вниз по улице, пройдя к задней части здания, и через секунду увидел проблеск темных волос в переулке. Я так и знал.

– Фэйт? Это ты?

Ответа не последовало.

Подойдя ближе, я увидел, что она сидит на старом ящике, всхлипывая и вытирая слезы, и смотрит на что-то в своем телефоне.

– Оставь меня в покое, – пробормотала она, когда я приблизился к ней.

– А я не хочу оставлять тебя в покое. Присмотрись, ты сидишь в вонючем переулке. Пойдем и поговорим в месте получше.

– Я не хочу говорить с тобой.

Я вздохнул и присел на корточки, чтобы быть на ее уровне.

– Фэйт, это не то, что ты подумала.

Она фыркнула.

– Если бы каждая женщина в мире давала мне доллар за каждый раз, когда мужчина говорит эти слова, уверена, мне больше не пришлось бы работать.

– Знаю, звучит тупо, но в данном случае это правда. Та женщина – из блога сплетен. Malia Media. Слышала о них?

Она кивнула.

– Да, самый большой блог.

– Ну вот, она работает на них.

Фэйт фыркнула и, наконец, посмотрела на меня.

– Ты говорил, что Энтони не позволяет СМИ присутствовать в баре.

– Обычно он так и делает, но на самом деле она не похожа на репортера. Больше походила на отчаянную футбольную фанатку.

– Да уж. И чего она хотела? – спросила она, в ее голосе все еще звучало подозрение.

– Хотела взять у меня интервью о Джеке.

– Тогда почему ты прикасался к ней?

– Нет. Я прислонился к ней, чтобы сказать, чтобы она свалила. Я не хотел, чтобы посторонние слышали разговор и думали, что я угрожаю ей или что-то еще. Но она угрожала опубликовать запись в средствах массовой информации. Сказала, что если я не дам ей эксклюзивное интервью, она сделает это. И она знала, что запись тебя расстроит. Но я все равно сказал ей валить в задницу.

– Ты имеешь в виду телефонную запись, которую сделал, когда Джек признался, что изнасиловал Рейчел? – спросила она, расширив глаза. – Я уже знаю, что ты сделал. С чего бы мне расстраиваться?

Я вздохнул.

– Потому что ты не слышала запись, и я никогда не говорил о том, что конкретно я сказал. Там нет ничего хорошего, Фэйт.

Она выглядела смущенной.

– Дэймон... Я понимаю. Когда ты пришел ко мне в тот день, и рассказал, что ты заставил его заговорить, я помню, как ты говорил: «Не спрашивай меня, как». Я не идиотка, и знаю, что ты, должно быть, заставил себя сказать довольно паршивые, изворотливые слова, чтобы он ничего не заподозрил и признался, что давал наркотики женщинам. Я все поняла. Мне не особо хочется слушать эту запись, но если бы я это сделала, то не стала бы злиться на тебя. Ты сделал то, что должен был сделать. Все ради того, чтобы помочь мне восстановить справедливость для моей сестры. Как я могу рассердиться на тебя по этому поводу?

Мои плечи от облегчения расслабились.

– Слава Богу. Именно так я ей и сказал: что ты поймешь, если когда-нибудь услышишь запись.

– Оу, – тихо сказала Фэйт, глядя на землю. – Прости. Я уже дважды убегаю от тебя, не услышав всю историю. Я идиотка.

– Что? – я нахмурился, а потом вспомнил про приложение со знакомствами на своем телефоне несколько недель назад, когда ей показалось, что я флиртую с другими женщинами. – О, помню. Но это не твоя вина. Наверное, я просто часто попадаю в ситуации, которые выставляют меня не в лучшем свете.

– Ну, ты не мог бы прекратить это делать? – ответила Фэйт с небольшой улыбкой. – Я предпочла бы заходить в бар и не получить при этом инфаркт миокарда, увидев, как ты прикасаешься к другой женщине. Даже если у тебя есть на это невинное объяснение.

Я усмехнулся.

– Попробую, – сказал я. – Черт, и это я думал, что являюсь тем человеком, у которого есть проблемы с доверием к людям.

Она легонько ударила меня по руке.

– Эй! Это нечестно. Все выглядело так, будто ты целовал ее.

– Знаю-знаю. И мне очень жаль. Но поверь мне, малышка, ты единственная женщина, которую я хочу целовать.

Фэйт протянула мне руку, и я помог ей встать, а затем прижался губами к ее лбу. Тут до меня дошло, и я отступил назад.

– Кстати, а почему ты была у Энтони?

Розовый румянец окрасил щеки Фэйт.

– Моя подруга Эми предложила понянчиться с Эвой пару часов, поэтому я приехала к тебе, чтобы... ммм... после игры.

– О...

Я усмехнулся, когда почувствовал, как мой член начал дергаться в штанах.

– Это можно устроить, знаешь? Ты все еще должна мне сеанс физиотерапии, если я не ошибаюсь.

– Правда? – спросила она с улыбкой.

– Да, правда, – ответил я, схватив ее за руки и заставив ее визжать. – Давай... пошли домой.

Глава 22

Фэйт

Я идиотка. Полная дура. К счастью, Дэймон обладал достаточным терпением, смирившись с моей тупостью, и последовал за мной, чтобы все объяснить. Теперь я поняла, почему он приблизился к репортерше, и почему он так волнуется о том, что я услышу эту запись. Наверное, я должна была рассказать ему о том, что уже давно догадалась, что на ней. Однако все это не имело значения. Мы во всем разобрались, и теперь наши отношения стали сильнее, чем когда бы то ни было. И говоря о силе...

Стоя на коленях в квартире Дэймона, я расстегивала пояс его брюк. Когда это было сделано, я расстегнула джинсы и потащила их вниз вместе с боксерами, обнажая его жесткий член. Я погладила его, и член запульсировал в моей руке, заставляя все мои внутренности покалывать от желания.

Мои губы раскрылись, а рот наполнился слюной. Обернув губы вокруг головки, я начала сильно сосать его член, при этом мои щеки втягивались и раздувались от давления, с которым я это делала. Двигая головой вверх-вниз, одну руку я держала у толстого основания, а другой нежно потирала его яйца.

– О, бл*ть, – простонал он. – Продолжай в том же духе.

Я сделала, как он сказал, а затем отстранилась и посмотрела на него озорным взглядом, прежде чем медленно пробежаться языком вверх и вниз по всей длине его члена, смочив его своей слюной. Я все время смотрела ему в лицо, наслаждаясь тем, как его глаза прикрылись от блаженства. Дэймон обхватил рукой мои волосы, направляя меня, и я снова начала сосать, заставляя его делать глубокие вдохи. Желание проходило сквозь мою киску пульсирующей волной, и я почувствовала, как мое сердце сжимается от отчаяния почувствовать член Дэймона внутри.

Но сначала он должен кончить. Я хотела дать ему лучший минет, который у него когда-либо был, прежде чем его оттрахаю. Он этого заслуживал после того дерьма, которое я устроила, сделав неверное предположение, и убегая из бара.

Дэймон застонал, его бедра начали качаться назад и вперед, что заставляло его член глубже вторгаться в мой рот. Через несколько секунд я уже обхватывала губами каждый его дюйм. С каждым жестким движением бедер мои губы встречали основание его члена. Мое лицо вспыхнуло, а руки вспотели, как только я представила то удовольствие, которое доставляла ему прямо сейчас, и, слыша, как Дэймон начал терять контроль над собой, когда его дыхание превратилось в хриплые короткие вдохи.

– О, черт побери, это потрясающе, – простонал он, когда я начала крутить язычком вокруг головки, не прекращая сосать член. – Я скоро кончу... бл*ть, продолжай.

Мое лицо горело огнем, когда я услышала его сбившееся дыхание. Щелкнув языком по кончику члена, я почувствовала соленоватый вкус первых капель спермы. Руки Дэймона запутались в моих волосах, когда его хриплые стоны превратились в мелкие рваные вздохи. Наконец, он выплеснул в мой рот горячую струю спермы и издал длинный, низкий стон. Я закрыла глаза и проглотила все, что он мне дал.

– Это было потрясающе, – сказал Дэймон, когда я поднялась на ноги. – Я должен почаще доводить тебя, если каждый раз после ссоры буду получать такой минет.

Я рассмеялась.

– Поосторожней с желаниями, мистер.

Он подошел ближе ко мне, обхватив руками талию.

– Чего ты хочешь теперь, красавица?

Я улыбнулась.

– Кажется, ты и так знаешь.

– Ну, считай, что сегодня твой счастливый день.

Он схватил мою руку и опустил ее между нами, положив на свой член. Увидев мое удивление, он ухмыльнулся.

– Ты все еще...

– Жесткий? Да. Рядом с тобой сложно притворяться импотентом, – сказал он, подмигивая.

Скользнув рукой в мои трусики, его пальцы прошлись по складочкам моей киски и в мгновение прогнали все мысли из головы. Я застонала.

– Отведи меня в кровать.

– Думаю, на столешнице тоже будет неплохо, – пробормотал Дэймон, быстро снимая с меня одежду и поднимая на кухонный островок, расположенный позади меня. Его губы накрыли мои в ленивом и дразнящем поцелуе, а его язык прокрался внутрь. Я наклонила голову и углубила поцелуй, постанывая ему в рот, и в ответ получив глухое рычание из его горла.

Губы Дэймона скользнули вниз по моему горлу, оставляя нежные, медленные поцелуи. Одна его рука поползла ниже, скользнув по моей голой киске, лаская ее, а другая – вверх, сжимая мои чувствительные соски. Его пальцы мягко коснулись клитора, и из моего рта вырвался стон, а когда они начали потирать его, я чуть не упала с островка, чувствуя, как напряглась каждая мышца в моем теле.

Дэймон удержал меня на месте, и его теплое дыхание пробежало по моей шее.

– Черт, ты такая сексуальная, – сказал он. – Хотелось бы, чтобы я мог каждую минуту каждого дня...

Он убрал руку от клитора, и, сунув ее себе в рот, облизывая пальцы, а затем скользнул ими между моих ног в горячую и мокрую киску, дразня нежными ласками.

Я застонала, представляя, что это его жесткий член сейчас трахает меня, трется о мой клитор. И я знала, что он воображает то же самое: пока он погружал в меня свои пальцы, его бедра медленно скользили рядом, и я чувствовала, как его член потирает внутреннюю поверхность моего бедра.

Я никогда не мечтала о таком человеке, как он. Никогда так не волновалась о ком-то, и я никогда не испытывала ни с кем из мужчин такого удовольствия, которое Дэймон дарил мне, используя только подушечку большого пальца. Я была рада, что подобного раньше не было. Он делал каждый момент с ним еще более особенными, и это действительно укрепило мои чувства к нему.

Я любила его.

Кульминация уже скручивалась спиралью внутри меня от его прикосновений. Я начала ласкать свою грудь, играясь с сосками. Внезапно его толстый палец проскользнул глубже в меня, и я застонала от блаженного вторжения, когда Дэймон начал потирать им туда-сюда.

Извиваясь, я старалась слегка приподнять бедра, желая получить больше трения, больше пальцев. Хоть что-нибудь, чтобы достаточно наполнить меня. Я сжала мышцы вокруг его пальца, и он усмехнулся, скользнув во мне, увеличивая мое удовольствие.

– О, боже, Дэймон... трахни меня!

Я буквально умоляла, нуждаясь в нем.

– А где волшебное слово?

– Сейчас же!

– Что-то вроде этого.

Он убрал свои пальцы, потерев клитор моими собственными соками, а затем схватил меня, заставив скользнуть тело вперед, пока мои складочки не прижались к его эрекции.

Совершая короткие движения своими бедрами, он нажимал членом прямо на вход в мою киску.

Я зарычала от жуткой необходимости:

– Дэймон...

Наконец он вошел в меня, протиснувшись внутрь, и я едва не задохнулась от подавляющей полноты ощущений. Его руки обхватили меня, удерживая на месте, пока его член входил и выходил из меня, углубляясь каждый раз.

Иисус, он чувствуется просто невероятно.

– Ты делаешь меня таким чертовски жестким, – пробормотал он хриплым голосом.

Одного звука его голоса хватило, чтобы сделать меня еще более мокрой, и я вздохнула от счастья, когда он начал трахать меня все сильнее и сильнее, заставляя чувствовать каждый его дюйм. Угол, под котором он входил в меня, позволял его паху тереться о мой клитор каждый раз, когда его член вонзался внутрь, и я прижалась плотнее к столешнице, схватившись руками за ее края, чувствуя, что оргазм уже близок.

– О... о, боже!

Дэймон прижался губами к моему горлу, целуя и покусывая кожу, пока я, задыхаясь и выворачиваясь наизнанку, кончала. Мои мышцы все еще сжимались вокруг его члена, который был похоронен во мне, жестко врываясь в мой центр. Наконец Дэймон застонал и достиг своего собственного пика, выстрелив тугую струю горячей спермы.

– Напомни мне, чтобы я никогда ничего не готовила на твоей кухне, – сказала я с улыбкой, когда перевела дыхание и соскользнула со столешницы при помощи крепких рук Дэймона.

Он усмехнулся.

– Не волнуйся, здесь убирают два раза в неделю. Но знаешь, на самом деле это напомнило мне о том, о чем я хотел поговорить с тобой.

– Да?

Он выглядел немного нервно, что было непривычно.

–Возможно, мы никогда больше не будем готовить на этой кухне, но не потому, что у нас здесь был секс, – сказал он. – Я собираюсь избавиться от этой квартиры.

– Что ты имеешь в виду? – спросила я.

Конечно, я догадывалась, к чему он клонит, но не хотела делать поспешных выводов. Я уже и так достаточно много сделала их за всю свою жизнь.

– Я думал, может быть, нам пора двигаться дальше вместе. Я знаю, что мы встречаемся только пару месяцев, и, конечно, нам не нужно делать это немедленно. Но я хотел бы знать, что мы идем одной дорогой. Как считаешь, согласишься на это в будущем?

Я улыбнулась, чувствуя, как мое сердце забилось от волнения.

– Да. Мне нравится эта идея.

– Мы также сможем вдвоем больше времени проводить с Эвой, если будем жить вместе. И тебе не придется искать няню только для того, чтобы прийти и навестить меня.

Я кивнула и обняла его.

– Спасибо, – прошептала я ему в грудь. – Спасибо, что ты такой замечательный. Эва будет рада услышать об этом.

– Хорошо, – сказал он.

Я не могла видеть его прямо сейчас, потому что моя голова все еще утыкалась в его грудь, но я могла с уверенностью сказать, что на его лице сияла огромная улыбка.

– Я тоже рад.

Глава 23

Фэйт

– Рейчел? Что ты здесь делаешь?

Моя сестра стояла в дверях в темной спальне и смотрела на меня с грустным выражением на лице.

– Не сдавайся, – сказала она.

Я резко села.

– Не сдаюсь. Я нашла парня, причинившего тебе боль, и ему предъявили обвинение в том, что он сделал, – ответила я, ощущая покалывающие слезы, наполнившие мои глаза.

– Не сдавайся, – повторила она.

– Я этого и не делала! Рейчел, ты должна мне поверить: я сделала все, что могла, лишь бы восстановить правосудие.

– Не сдавайся.

Со вздохом открыв глаза, я поняла, что это был сон. Вся вспотевшая, на сей раз я действительно села, тяжело дыша. Это уже пятый кошмар подряд за последние три недели, и любой подобный сон каким-то образом затрагивал мою сестру. В каждом из них я где-то натыкалась на нее, и она умоляла меня не сдаваться. Но почему? Как я и говорила ей во сне – я сделала все, что могла, чтобы привлечь ее насильника к ответственности. Так что же мое подсознание пыталось мне сказать? На девяносто девять процентов я уверена, что призраков или духов не существует, поэтому я знала, что Рейчел не приходит ко мне во сне. Это проделки моего мозга, который пытается мне что-то сказать.

Кое-что важное.

Однако я быстро отвлеклась от своих мыслей из-за крика Эвы, которая требовала завтрак и ванну. В полусонном состоянии, я поднялась с постели и начала наш утренний ритуал.

– Сегодня у нас особенный день, дорогая, – сказала я, беседуя с ней во время купания. – Ты помнишь, какой это день?

Она взвизгнула, хихикнула и плеснула на меня водой.

– У Дэймона очень важная игра, – сказала я, смеясь, пока вытирала капли воды с лица. – Если его команда победит, то они будут играть в чемпионате. Взволнована?

– Дэйм, – ответила она, и теперь настала моя очередь визжать.

– О, мой Бог! Ты почти сказала его имя!

– Дэйм, – повторила она.

Я быстро схватила свой телефон и нажала на кнопку записи видео.

– Скажи это снова, Эва. Я записываю тебя, чтобы показать Дэймону то, что ты сказала. Он так обрадуется.

– Мама, – ответила малышка, и мое сердце растаяло.

Я взъерошила ее волосы.

– Давай, детка, повтори, – прошептала я. – Кого мы сегодня увидим?

– Дэйм-дэйм.

– Да, вот так! И что он делает сегодня?

– Га.

Я засмеялась.

– Ну, почти. Мое мнение о футболе в большинстве случаев напоминает то самое «га», – сказала я, закончив запись. – Ладно, давай отправим это видео Дэймону.

Последние несколько недель Дэймон и я обсуждали наш план по совместному проживанию, но пока не добились большого успеха, потому что он ездил по всей стране, играя в Пенсильвании, Нью-Йорке и Новой Англии. Он вернулся в Л.А. два дня назад и вручил мне и Эми билеты на сегодняшнюю игру. Мы собирались взять с собой Эву, и я была в восторге от того, что она, наконец, сможет увидеть Дэймона в действии. Она абсолютно точно обожала этого парня, поэтому я и подумала, что для нее было бы здорово увидеть его игру. После того, как я одела малышку, я усадила ее в манеж в нашей гостиной, чтобы она могла там поиграть в кубики и любимого кота, пока я выполняла кое-какую курсовую работу за обеденным столом. Игра начнется в два, и мы договорились встретиться с Эми здесь в двенадцать тридцать, чтобы выпить кофе и поболтать, прежде чем отправимся на стадион.

Утро и начало дня пролетели незаметно. Мы, наконец, прибыли в наш частный сектор на стадионе «Айер».

Эми удивилась, оглянувшись.

– Ого, у нас удивительные места! – сказала она. – Возможно, мне тоже нужно завести бойфренда-футболиста, да?

Она подтолкнула меня локтем, я хихикнула и заставила Эву подпрыгнуть на моих коленях, пока мы наблюдали за стоящими на кромке поля тренерами, которые обсуждали друг с другом стратегию игры.

Эва широко раскрыла глаза, и я, нахмурившись, посмотрела на Эми.

– Как думаешь, игра не будет для нее слишком громкой? – спросила я.

Она закатила глаза.

– Ты слишком переживаешь. Мы в роскошной частной секции! Здесь тише, чем там, на стадионе, со всей толпой, – пошутила подруга, по-королевски помахав зрителям.

Я засмеялась.

– Да, ты права.

– Итак, как у вас с Дэймоном дела? – спросила она. – Должно быть, в последнее время ему тяжело так часто отлучаться на игры.

– Все не так уж и плохо. Я скучаю по нему, также, как и Эва, но мы общаемся по Skype. А когда Эва спит, мы...

Мой голос затих, и я почувствовала, как покраснела. Глаза Эми расширились, и она сделала вид, что ужаснулась, когда хлопнула ладонью по рту.

– Ты – грязная девчонка! Хочешь сказать, что ты и Дэймон занимаетесь сексом по Skype?

Я хихикнула.

– Тсс! Не говорит слово на букву С при Эве.

– Эй, ты первая затронула эту тему, – сказала она, показав мне язык. – Я рада, что ты счастлива.

– Спасибо. Я действительно счастлива. Все идеально, – мягко ответила я, и все мое тело окутало теплой волной, стоило мне подумать о моем прекрасном мужчине.

Сейчас все в моем мире было совершенным, и я не могла придумать ни одной вещи, которая могла бы это испортить.

– Здравствуйте, дамы. Шампанское или канапе?

Официант стадиона стоял в дверном проеме, предлагая нам напитки и закуски. Я с удовольствием взяла канапе, а Эми – бокал шампанского.

– Видишь? Сегодняшний день стоит провести здесь только ради бесплатных напитков, – сказала Эми с усмешкой, отпивая шампанское. – Эй, думаю, что игра вот-вот начнется.

Я внимательно присмотрелась, и увидела, как Джастин Фокс принес «Скандалистам» первые очки.

Я все еще ужасно себя чувствовала из-за своего предположения, что он был человеком, который напал на мою сестру. И, хотя я никогда не обвиняла его в открытую, я нисколько не гордилась собой за то, что пришла к такому выводу без надлежащих доказательств. Джастин на самом деле был хорошим парнем, и Дэймон сказал мне, что он одинок, поэтому я подумывала о том, чтобы попытаться познакомить его с Эми после сегодняшней игры. Ведь она тоже одинока. Может быть, тогда у нее появится собственный футболист, как она ранее уже пошутила.

Я до сих пор многого не знала о футболе (не смотря на все усилия Дэймона научить меня, большинство из того, что он говорил, влетало в одно мое ухо и тут же вылетало из другого), но по радостным крикам толпы я могла определить, когда «Скандалисты» забивали гол, и чем дольше я наблюдала, тем больше вникала в суть игры.

К тому времени, как игра дошла до последней четверти, Эва уже заснула, и я тихонько покачивала ее, наблюдая, как кто-то бросает мяч в сторону Дэймона на поле. Он поймал его, а затем побежал к линии, буквально подныривая и петляя между массивными телами соперника.

– Да! – закричала я. – Вот так.

Если он забьет этот тачдаун, то «Скандалисты» победят, и я с тревогой наблюдала, как Дэймон продолжал бежать. Он практически летел по полю, надежно, как ребенка в своих руках, удерживая мяч, и мое сердце ускорило ритм, пока я ждала, когда он забьет гол.

Всего несколько секунд, и все будет кончено.

Но потом началась катастрофа.

Огромный полузащитник команды соперника догнал его и врезался прямо в Дэймона, со всей мощью повалив на землю. Мое лицо исказила гримаса боли, когда я наблюдала, как он ударился об газон.

– О нет…

– Дерьмо, – пробормотала Эми, и вся толпа замолчала. – Давай, Дэймон, вставай.

Но он этого не сделал. Он не поднялся.

Глава 24

Фэйт

– Почему он лежит там? Что происходит?

Широко раскрыв глаза, в отчаянии я повернулась к Эми, чувствуя, как мое сердце готово вырваться из груди. С побледневшим лицом подруга смотрела вниз, на поле.

– Я не знаю. Но они вытаскивают какую-то каталку.

– Что это значит?

– Я действительно не знаю, прости. Но, что бы это ни было, явно ничего хорошего это не сулит.

– Черт. Нам нужно спуститься.

– Не уверена, что они позволят нам, Фэйт.

– Ну, значит, мы должны попробовать! – сказала я.

Эва все еще спала – Боже, спасибо тебе за это, – и мы быстро покинули частный сектор, пытаясь выяснить, куда идти дальше.

– Фэйт?

Мужской голос окликнул меня, и я повернулась, чтобы увидеть знакомого белокурого мужчину, стоящего позади нас – Нэйта, агента Джека Аниса. Или я должна сказать – уже бывшего агента, потому что Джек ждет суда в тюрьме.

Мой пульс еще больше ускорился, и он тут же поднял руки вверх.

– Все хорошо, Фэйт. Понимаю, тебе должно быть странно видеть меня здесь, но я честно не знал о Джеке. Я понятия не имел, что представляю интересы такого ублюдка. Я просто пришел посмотреть игру и увидел, что случилось с Дэймоном. У меня все еще есть доступ ко всем помещениям на стадионе, и я могу помочь вам узнать, что происходит.

– Ой. Спасибо, – ответила я, только сейчас успокаиваясь.

– Нам сюда.

Он провел нас через лабиринт туннелей, которые располагались под стадионом, и мы оказались в длинном зале, который вел к главной раздевалке. Вокруг уже толпились журналисты, а охранники, поднимая руки и пытаясь их успокоить, говорили, что внутрь они никого не пропустят.

– Эй, – Нейт позвал одного из них, показывая ламинированный пропуск. – Не мог бы ты сообщить тренерам, что я здесь? Мне нужно выяснить, что происходит с Дэймоном.

– Да, как и всем остальным, приятель, – сказал он. – Дай мне минуту.

Через мгновение из раздевалки вышел седой мужчина, который кивнул, увидев Нэйта, и направился к нам.

– Нэйт, рад снова тебя видеть, – сказал он, понижая голос, чтобы СМИ не услышали. – Послушай, я знаю, почему ты здесь, но я не могу точно сказать, что произошло с Нортом. Его увозят в больницу Милосердия, и доктор Кинросс пока ничего не объяснил. Я надеюсь, что там ничего слишком серьезного.

– На что похожа травма?

– Повреждение головы.

У меня кровь похолодела, когда я услышала эти слова. Я буквально начала дрожать от страха. Седой мужчина, казалось, наконец, заметил меня и Эми, держащую Эву на руках. Он коротко кивнул нам.

– Это не место для ребенка. Вы должны уйти отсюда.

И я полностью согласна с этим. Толпа людей, пытающихся выяснить, что произошло, только усиливалась, и я с тревогой посмотрела на Нэйта и Эми.

– Ты знаешь, где находится больница? – спросил он.

– Да, – я кивнула, вспомнив ту ночь, когда Дэймон помог мне и Эве, устроив встречу с доктором Кинроссом. – Я поеду туда.

Мы направились к моей машине, где я пристегнула Эву к ее креслу, в то время как мой желудок скрутило в узел, а глаза щипало от слез. Она уже проснулась от всей этой суматохи, но пока не плакала, так что я сдерживала эмоции, надеясь, что она тоже останется спокойной.

Когда мы приехали в больницу, парковка около нее выглядела не более заполненной, чем обычно. Похоже, команда безопасности стадиона проделала хорошую работу, убедившись, что никто не узнает, куда направили Дэймона для постановки диагноза.

Мы быстро прошли внутрь здания, где за стойкой регистратуры нас встретила медсестра среднего возраста.

– Чем могу вам помочь? – спросила она.

– Мы здесь, чтобы узнать о состоянии Дэймона Норта, – сказал Нэйт, снова показывая свой пропуск.

Медсестра сложила руки на груди.

– Можете крутить этой штукой сколько угодно, но никто, кроме родственников, не может увидеть его.

Нэйт вздохнул и жестом указал на меня.

– Как насчет нее? Это его партнер, Фэйт.

– Партнер или жена? – спросила медсестра, сузив глаза.

– Нет, – сказала я. – Девушка.

Она поджала губы, но ее взгляд смягчился, когда она заметила Эву.

– Это его дочь? – спросила она.

Я мрачно покачала головой.

– Нет, это не его ребенок, – тихо ответила я.

Жаль, что у меня не хватило смелости солгать и сказать, что Эва – его дочь, просто ради того, чтоб могла его увидеть. Но я не хотела никого обманывать. Не после того, как моя ложь едва не разрушила отношения с Дэймоном пару недель назад.

Медсестра окинула меня проницательным взглядом.

– Вы можете подождать, – наконец сказала она, указывая на стулья в приемной. – Я сообщу доктору Кинросс, а он скажет ему, что вы здесь, и спрашиваете о мистере Норте. И спасибо за честность. Вы не представляете, сколько людей используют своих детей, чтобы добраться до пациентов, которые не хотят их видеть.

– Спасибо, – сказала я, с облегчением выдохнув.

Я присела на стул. Эми посмотрела на Эву с сочувствием на лице.

– Я могла бы отвезти ее домой, – предложила она. – Мы не знаем, как долго будем здесь ждать. Там ей будет лучше. Я в любой момент могу привезти ее, чтобы она проведала Дэймона, когда это будет возможным.

Я кивнула.

– Хорошая идея, – пробормотала я, внезапно почувствовав себя жутко уставшей. – Спасибо.

Эми взяла у меня Эву, а затем кивнула Нэйту.

– Следи за ней, пожалуйста.

– Будет сделано, – ответил он с напряженной улыбкой.

Когда Эми ушла, Нэйт потянулся и неловко похлопал меня по руке.

– Ты очень устала. Если хочешь вздремнуть, пока мы ждем новостей, могу предложить свое плечо в качестве подушки. Я не кусаюсь.

Я слабо улыбнулась, несмотря на мой страх за Деймона.

– Спасибо, – сказала я. – Можно кое о чем спросить?

– Конечно.

– Разве Джек... он вообще что-нибудь говорил о женщине, которую изнасиловал? Не знаю, в курсе ли ты, но она была моей старшей сестрой.

Он вздохнул.

– Да, я читал об этом в газете. Соболезную, Фэйт. Должно быть, это ужасно для тебя. Но нет, Джек никогда ничего не говорил, даже не упоминал, что они ходили на свидание. Думаю, он решил, что я смогу ему помочь сесть в тюрьму, если когда-нибудь обнаружу правду об этом «свидании». Но, так или иначе, правда все равно всплыла, даже без моего участия. Видимо, вина за содеянное мучала его.

– Да, – сказала я, кивнув, хоть и знала правду о том, что случилось.

Вина Джека не мучала... Дэймон. Он был тем, кто заставил Джека признаться. Но, в любом случае, он сейчас за решеткой, и то, каким образом он туда попал, было неважно.

Я закрыла глаза и наклонила голову к плечу Нэйта, но не смогла заставить себя вздремнуть. Поэтому уже через пять минут я снова сидела прямо и смотрела на противоположную стену, ожидая новостей.

«Пожалуйста, Дэймон», – молилась я про себя. – «Пожалуйста. Ты мне нужен».

Глава 25

Дэймон

– Еб*ть...

Мой затылок трещал от боли, а во рту все пересохло. Поднявшись, я почувствовал, что боль стала еще сильнее, поэтому я со стоном упал обратно на подушку.

– Фэйт... сколько я выпил прошлой ночью? – спросил я, не открывая глаз.

– Ты вообще не пил, – сказал знакомый мужской голос. – Дэймон, ты помнишь, что случилось?

Мои глаза резко открылись.

– Доктор Кинросс?

Он кивнул и подошел ближе ко мне.

– Как ты себя чувствуешь?

– Как будто меня переехал гребаный поезд.

– Это нормально. У тебя не похмелье, Дэймон. Произошла авария.

Я сел, на мгновение забыв о головной боли.

– Черт, Фэйт в порядке? А Эва?

Я все еще ничего не помнил; последний день был полностью размыт в моей памяти.

Доктор Кинросс кивнул.

– Не автомобильная авария, Дэймон. Ты столкнулся с полузащитником в конце игры. У тебя сотрясение третьей степени. Ты находишься в госпитале Милосердия уже около семи часов. Несколько минут после травмы ты был без сознания. Мы вкололи тебе успокоительное, чтобы ты проспал большую часть болезненных ощущений.

Я откинулся назад. Теперь все медленно вставало на свои места: игра, последняя четверть, мой безумный рывок по полю с мячом.

– Я хотя бы заработал тачдаун, прежде чем этот мудак сбил меня? – спросил я.

Доктор Кинросс поднял брови.

– А вот теперь я уверен, что с тобой все будет хорошо, – сказал он с усмешкой. – Нет, ты этого не сделал, но ваша команда все равно выиграла. Они отправятся на чемпионат.

– Они?

– Извини, Дэймон, но положа руку на сердце, я не могу позволить тебе играть. Тебе нужно отдохнуть несколько недель. Сотрясение – наименее тяжелый тип травм головного мозга. Но это все равно травма мозга, поэтому не стоит рисковать и отправлять тебя на поле в ближайшее время.

Я вздохнул.

– Ну и дерьмо. Ладно, все в порядке. По крайней мере, я жив. Нужно мыслить позитивно, верно?

– Правильно. До завтрашнего утра мы оставим тебя здесь для наблюдения. Но кое-кто хочет тебя увидеть. Она ждала несколько часов.

Я снова сел, морщась от пульсирующей боли.

– Фэйт?

Он кивнул.

– Я попрошу одну из медсестер дать ей знать, что она может войти. Один момент.

Спустя пять минут Фэйт вошла в палату. Она была похожа на ангела, не смотря на мешки под глазами и спутанные волосы.

– Ты – радость для моих глаз, – сказал я с усмешкой, но тут же поморщился и схватился за голову. – В буквальном смысле...

Когда она приблизилась, я увидел, что ее щеки побледнели, а в глазах появились слезы, которые вот-вот прольются.

– Эй, и почему ты плачешь? Это я должен плакать, – сказал я с улыбкой. – Меня сбил парень размером с Кинг-Конга и чуть не оторвал мне голову.

– Я так испугалась, – сказала она, игнорируя мою глупую попытку пошутить. – Я думала... Я думала, ты серьезно ранен. Или вообще умер.

– Не-а. Им придется приложить все усилия, чтобы избавиться от меня, – ответил я, подмигнув.

– Дэймон! – сказала она. – Это не смешно. Честно говоря, если бы ты не лежал на больничной койке, я бы треснула тебя за эти тупые шуточки!

Я усмехнулся и схватил ее за руку, потянув ближе к себе.

– Я знаю, что в глубине души ты смеешься вместе со мной, – сказал я. – Но я также понимаю, как ты волновалась. Мне жаль, детка. Все в порядке. Со мной все будет хорошо.

Она кивнула.

– Да, доктор Кинросс сказал мне, – ответила она, и в ее великолепных карих глазах внезапно появился озорной блеск. – И, эй, может быть, сотрясение сделает тебе более умным?

Я выгнул бровь.

– О, и кто же теперь неуместно шутит, а? – ответил я с усмешкой. – Иди сюда. И поцелуй меня.

Она улыбнулась и мягко прижала губы к моим губам. Я сжал ее руку, а затем погладил кончиками пальцев.

– Я так рад, что ты здесь, – пробормотал я между поцелуями. – Ты первый человек, о котором я подумал, когда проснулся.

– Знаю. Доктор Кинросс сказал мне, что ты решил, будто у тебя похмелье, и ты спрашивал меня, сколько выпил.

– У этого человека слишком длинный язык, – сказал я. – А где Эва? Мне понравилось видео, которое вы послали мне утром. Не могу поверить, что она почти выговорила мое имя.

– Она поехала домой с Эми. Мы не знали, как долго ты будешь спать, так что подумали, что так будет лучше.

– Разумно. Но я не могу дождаться встречи. Ей хотя бы понравилась игра?

Фэйт кивнула.

– Думаю да. Правда, она заснула в середине игры. Но мне кажется, она наслаждалась тем, что успела увидеть.

– Рад это слышать. Это последняя игра, которую она видела за последнее время.

– Почему? – спросила она, нахмурив брови в замешательстве.

– Сейчас я не могу играть в чемпионате, – сказал я, указывая на голову. – Слишком рискованно. Так что, для меня сезон закончился.

Рука Фэйт взлетела вверх и прикрыла рот.

– Боже, Дэймон, мне очень жаль. Я не думала, что после сотрясения ты так долго не сможешь играть.

– Все нормально. Я хорошо провел сезон. И, эй, я помог вывести нас на чемпионат, – ответил я. – И, так как теперь у меня куча свободного времени, я смогу посвятить его тебе и Эве.

Она улыбнулась.

– Хорошая сторона, да?

– Точно.

Наше счастливое уединение прервал Джастин Фокс, вошедший в палату. Его лоб был нахмурен от беспокойства, и он выглядел еще более уставшим, чем Фэйт.

– Привет, КьюБи (прим.: QB – сокращение от «квотербек»), – сказал я. – Что случилось?

Он кивнул Фейт, прежде чем повернуться ко мне.

– Хотел бы я сказать, что пришел сюда только ради того, чтобы посмотреть, как ты, – сказал он. – Но есть кое-что, о чем я думаю, ты должен знать. Это важно.

– И что это? – спросил я.

– У меня новости, – сказал он. – От Джека.

Глава 26

Фэйт

Я уставилась на Джастина.

– Джека? – резко спросила я. – Джека Аниса?

Он кивнул, неловко переминаясь с ноги на ногу.

– Да. Извините.

– И у тебя новости от него? – спросила я. – Что ж, мне все равно, что это. Я не хочу это слышать. Ни сейчас и никогда вообще.

Я попыталась встать с койки, но Дэймон схватил меня за запястье и остановил.

– Подожди, Фэйт, – сказал он. – Останься. Что бы там ни было, я хочу, чтобы ты тоже это услышала. В конце концов, ты можешь пожалеть о том, что ушла, а я не хочу этого.

Вздохнув, я прекратила попытку уйти.

– Хорошо. Что Джек хотел сказать, Джастин?

Теперь он выглядел еще более сконфуженным.

– Он звонил из тюрьмы. Я говорил с ним, потому что он был для меня как дядя. Ты же знаешь, какая у меня семья, – сказал он, бросая взгляд на Дэймона.

Выражение моего лица тут же смягчилось. На мгновение я подумала, что он посещал Джека в тюрьме, и именно так получил сообщение, которое хотел передать нам, но это было не так.

Из того, что он только что сказал, было очевидно, что его дядя находился в тюрьме, и теперь, когда я вспомнила, что ранее читала о его жизни в Интернете – это имело смысл.

В конце концов, он сам ушел от своих родителей еще будучи подростком и изменил свое имя, поэтому его семья явно не является величайшими людьми.

Дэймон кивнул, давая ему возможность продолжить.

– Я собирался повесить трубку, как только понял, что позвонил именно он. Но он умолял меня дать минутку и просто выслушать его. Так я и сделал. И я рад, что сделал это. То, что он сказал – довольно серьезно, – сказал Джастин.

– И что это?

– Он начал с того, что у него было много времени, чтобы подумать, пока он сидит и ждет суда. Пока все нормально, не так ли? Но он сказал, что много размышляет о женщине, которую изнасиловал, – сказал Джастин и сделал глубокий вдох, а затем повернулся ко мне. – Извини, Фэйт, я знаю, что она была твоей сестрой. Об этом писали в газетах.

– Все в порядке, – сказала еле слышно. – Пожалуйста, продолжай.

– Он сказал, что правда не знал, что она умерла вскоре после того, что он сделал с ней, пока ты не сказал ему, Дэймон. И ты сообщил ему, что она покончила жизнь самоубийством. То же самое о ее смерти печатают все новостные агентства, но...

Мое сердце начало сильно биться в груди.

– Но что?

Он достал сотовый телефон и бумажку, а затем передал их мне.

– Это его телефон и код разблокировки. Он сказал мне, что я могу найти его в шкафчике на стадионе. Адрес его электронной почты и пароль там написаны. Он думает, что ты и Дэймон должны просмотреть все это и, возможно, вы придете к тому же выводу, что и он.

Я нахмурила брови и передала телефон с клочком бумаги Дэймону.

– Можешь это сделать? – спросила я срывающимся голосом.

Он кивнул.

– Конечно.

Джастин вышел из палаты, когда Дэймон разблокировал телефон Джека и начал прокручивать все журналы вызовов и текстовые сообщения, а затем открыл веб-браузер и ввел учетные данные электронной почты Джека. Минут пять он просматривал все содержимое, а потом посмотрел на меня с серьезным выражением на лице.

– Фэйт, я думаю, ты все это время была права, – сказал он. – Думаю, твою сестру действительно кто-то убил... И, кажется, я точно знаю, кто это сделал.

Глава 27

Дэймон

Я серьезно пострадал от сотрясения третьей степени, но боль от него была ничем, по сравнению с болью и смятением, которые я видел в глазах Фэйт, когда озвучил ей свои мысли.

– Что? – спросила она, покачав головой. – Кто? Как?

– Прочитай все эти сообщения и электронные письма, – сказал я, показывая ей телефон.

В папке текстовых сообщений и на почте Джека было сохранено много бесед между ним и Нэйтом: все о Рейчел и о том, как она угрожала рассказать владельцам команды или СМИ о том, что он сделал с ней.

Ни одно из сообщений прямо не сообщало о том, что Джек сделал с ней после их свидания. Скорее всего, он сказал об этом Нэйту лично, но их смысл был понятен любому, кто знал суть.

Самые мерзкие сообщения находились на электронной почте, и даты отправления показывали, что они были написаны, когда наша команда играла в Филадельфии. В то время Нэйт как раз вернулся в Л. А.

Джек Анис: Чувак, она снова позвонила. Я очень волнуюсь. Если это всплывет – мне конец. Моей карьере пиздец.

Нэйт Риланд: Не волнуйся. Ты же знаешь, я могу решить любую проблему. Я разберусь с ней и постараюсь убедиться, что она ни с кем не заговорит. Просто оставь это мне.

Шесть дней спустя сообщения возобновились.

Джек Анис: Что бы ты ни сказал ей, или сколько бы ты ни заплатил... это сработало. Она больше не пыталась дозвониться. Даже не писала. Спасибо, черт возьми... Она, наконец, отвязалась.

Нэйт Риланд: Да, я позаботился о ситуации. Сказал же тебе, что сделаю это. Тебе больше не стоит беспокоиться о ней.

– Эти даты... – сказала Фэйт дрожащим голосом. – Когда Рейчел якобы убила себя, тогда Нэйт «разобрался с ней».

– Я знаю.

– А Нэйт сказал мне, что Джек даже не рассказывал ему о ситуации с Рейчел. Но, очевидно же, что он это сделал. Он так легко солгал.

Я нахмурился.

– Солгал? Когда ты говорила с Нэйтом?

– Он помог мне узнать, что с тобой случилось, и в какую больницу тебя отправили, – сказала она. – Он был так добр ко мне. Даже предложил поспать на его плече в приемной, пока я ждала новостей от врачей. Моя голова... была на нем! Я сидела рядом с человеком, который, черт возьми, убил мою сестру! Я позволил ему успокоить себя. Ему!

Теперь она была на грани истерики, и я не мог винить ее в этом. Все это время Фэйт была права насчет того, что случилось с ее сестрой; она вообще не убивала себя. О Рейчел «позаботился» агент Джека, и я не мог поверить, что раньше это не приходило мне в голову.

Теперь я уверен, что знаю правду. Джек зарабатывал миллионы, играя в футбол, но Нэйт тоже делал деньги, как его агент. Если бы всплыла информация о том, что Джек изнасиловал женщину, тогда его карьера полетела бы к черту. И карьера Нэйта тоже, поскольку Джек был его единственным клиентом.

Очевидно, что он не хотел, чтобы это произошло, поэтому избавился от Рэйчел. Таким образом, он сохранил карьеру Джека и, следовательно, свою собственную.

Конечно, он не сказал Джеку, что именно он сделал, ведь он рисковал попасть в тюрьму за убийство первой степени, поэтому просто сказал Джеку, что разберется с ситуацией, поговорив с Рейчел или заплатив ей, чтобы она закрыла рот.

– Мне очень жаль, – сказал я, сжимая руку Фэйт, когда слезы снова появились у нее на глазах. – Мне очень, очень жаль.

Больше у меня не было слов. Все, что я мог сделать прямо сейчас – быть рядом с ней и попытаться утешить ее в такой ужасный момент.

Но как только у меня появится шанс, я собирался прижать этого гребаного мудилу Нэйта Риланда. Так же, как я прижал Джека.

Глава 28

Фэйт

– Скажи что-нибудь, Фэйт, – попросил Дэймон, коснувшись моей руки.

Я резко отдернула свою руку, неспособная что-то сказать и уже несколько минут сидела молча. Я не хотела говорить и даже не была уверена, когда захочу это сделать.

По-моему, в течение нескольких часов я просто тихонько сидела там, пока доктор Кинросс не возвратился и не попросил меня покинуть палату, чтобы Дэймон мог немного отдохнуть. Но вместо этого я, наконец, открыла рот, пытаясь поговорить. Именно в этот момент шлюзы прорвало, и я зарыдала.

Дэймон успокаивающе погладил мою спину.

– Я знаю, – сказал он. – Знаю. Это чертовски ужасно.

– Я не могу поверить, – сказала я сквозь слезы, довольно долго всхлипывая, прежде чем продолжить. – Я просто… я думала…

Снова зарыдав, я опустилась на пол палаты.

Последние несколько месяцев я использовала свою теорию об убийстве Рэйчел как отвлечение и даже не понимала этого. Я осознавала, что она ушла, но я думала, что совладала со своими эмоциями после ее похорон. Очевидно, что это не так.

Как бы жутко это ни звучало, но даже спустя столько месяцев я не смогла полностью принять смерть сестры, и мое расследование стало извращенным способом сохранить свежую память о ней.

И теперь это расследование подвело меня к ужасной реальности: ее действительно убили. Сейчас, когда я знала правду о том, что с ней произошло – на этот раз действительно знала – я должна была принять ее. Я должна признать, что сестра умерла и никогда не вернется. И неважно, что именно я узнала о ее смерти – это слишком горькая пилюля, которую я не в силах проглотить прямо сейчас.

Мне хотелось кричать и топать ногами как ребенок, но я оставалась на полу, свернувшись калачиком. Дэймон наклонился и мягко потянул меня на себя, чтобы я могла сесть на его больничную койку.

– Поднимайся, – сказал он нежно. – Иди сюда.

– Я хочу убить его! – рыдала я. – Хочу оторвать его башку на хрен!

– Я тоже, – ответил он со сталью в голосе. – Мне жаль, Фэйт.

Уронив голову на плечо Дэймона, я позволила себе разрыдаться еще больше, проливая бесконечные соленые слезы, которые стекали вниз по моему лицу и капали на его футболку, пока он держал меня в своих объятиях.

– Тебе просто нужно выговориться, – проговорил он успокаивающим шепотом.

Когда слезы прекратились, (просто потому, что ни одной слезинки не осталось в запасе, чтобы плакать), я села, отстранившись, и посмотрела на Дэймона.

– Что мы теперь будем делать? – спросила я.

– Сдадим Нейта и заставим этого чертова ублюдка заплатить за все, что он сделал, – сказал он, сжимая руки в кулаки. – Точно так же, как и Джека.

Я покачала головой.

– Мы не можем. Пока.

Дэймон нахмурился.

– Что? Почему нет?

Я указала на телефон.

– Потому что те сообщения и электронные письма… На самом деле они ничего не доказывают. Он легко может заставить адвоката утверждать, что просто пошел и поговорил с Рэйчел, чтобы «все уладить» и что это обычное совпадение, что впоследствии она совершила самоубийство.

– Так ты думаешь, что ее не убили?

– Конечно, убили! Мы знаем, что значат те сообщения. Я просто говорю, что нам нужны более весомые доказательства, а не кучка неопределенных сообщений, которые в руках изворотливого адвоката могут превратиться во что угодно. И ты знаешь, что Нейт так и сделает, если мы обвиним его только на основе этого.

Он кивнул.

– Логично. Мы не должны допустить, чтобы он избежал наказания.

– Точно. Нам нужны более веские доказательства. Итак, что мы будем делать?

Дэймон почесал небритый подбородок и вздохнул.

– Я не уверен. Чем мы до сих пор располагали? Кроме сообщений и электронных писем?

– Ну, он лгал, глядя мне в лицо, о не знании про Рэйчел и о том, что Джек сделал с ней. Почему бы ему не сделать это, чтобы выглядеть полностью невинным? Так, как будто он никогда не знал ее?

– Да. Таким образом, мы должны доказать, что он действительно знал ее. Или, по крайней мере, знал ее достаточно для того, чтобы разыскать и «разобраться с ней», как он красноречиво выразился.

Я фыркнула.

– Предполагаю, вопрос остается тем же самым: каким образом это сделать? В дневнике Рэйчел никогда не упоминалось имя Нейта, если мы только что-то не пропустили. Следовательно, если она когда-нибудь встречала его, то никогда не упоминала о нем.

Дэймон взял меня за руку.

– Я подумаю об этом. Завтра меня выписывают, и независимо от того, что придет мне в голову – я сделаю это.

Нахмурившись, я кивнула.

– Хорошо, – пробормотала я.

Он сильнее сжал мою руку.

– Детка, независимо от того, что для этого потребуется – я сделаю это. Я получу все необходимые доказательства и предоставлю их полицейским, как только они у меня появятся. Я заставлю его заплатить за то, что он сделал с твоей сестрой.

– Спасибо, – нежно произнесла я.

– Ты хоть немного поспала, пока ждала меня в приемной? – спросил он, погладив мои волосы.

Я покачала головой.

– Нет. Я пыталась, но так волновалась по поводу тебя. Я не могла сомкнуть глаз.

– Эми сможет посидеть с Эвой еще пару часиков, правильно?

– Да. Она написала мне, что Эва крепко спит в своей комнате, а сама она устроится на диване до тех пор, пока я не вернусь домой.

– Хорошо. В таком случае приляг и вздремни здесь, со мной. Час или около того. Тебе необходимо поспать, особенно после всего, что произошло, и того, что мы узнали.

Я хотела поспорить; хотела сказать ему, что должна пойти домой. Но как только он произнес слово «спать» – мои веки сразу потяжелели, и я уже не могла держать глаза открытыми. В таком состоянии я просто не смогу поехать домой. Дэймон был прав – мне необходим сон.

Глава 29

Дэймон

Моя голова все еще трещала от сотрясения, но это не помешало воплотить в жизнь мой план по разоблачению Нейта. Пока Фэйт спала рядом со мной на больничной койке прошлой ночью, у меня было много времени, и я, наконец-то, кое-что придумал. Все просто. Я поступлю с Нейтом точно так же, как и с Джеком: добьюсь его расположения при помощи лжи. Конечно, с ним все будет сложнее, потому что Нейт намного умнее Джека, и вполне возможно, что он уже сейчас не доверяет мне, ведь Джек сидит в тюрьме. Насколько я знал, Джек помалкивал и никому не сказал, кто заставил его признаться в изнасиловании. Но слухи изобиловали, и Нейт наверняка уловил главные, которые описывали конкретно меня как человека, который это сделал.

Я также знал, что, как у агента, в друзьях у него были люди из средств массовой информации, и если некоторые журналисты имели доступ к уликам – как, например, к той записи, которую я сделал, – то и Нейт тоже имел такую возможность. Если он слышал эту запись... (Боже, я надеялся, что он не слышал... эта скверная журналистка не распространила ее, потому что, на мой взгляд, она нашла более интересные вещи, на которых смогла сосредоточиться. Поэтому у меня все еще был небольшой шанс.) Но, если Нейт ее слышал, тогда он знает, что это я разоблачил Джека, заставив его признаться, и мой план не сработает.

Я решил, что лучшая стратегия – прямо признаться в существовании записи, но обходными путями, что позволит мне выглядеть невиновным. Этого будет достаточно, чтобы Нейт мог мне доверять и встать на мою сторону.

Я вошел в его кабинет, находящийся в здании стадиона, и увидел, как он складывает файлы и документы в коробки. Его рабочее место было в полнейшем беспорядке, и я заметил, что его разблокированный компьютер лежит на столе. Джекпот. Мне нужно добраться до этого компьютера, а для этого необходимо выманить Нэйта из офиса.

Приподняв бровь, я прочистил горло.

– Нейт. Как дела?

Он взглянул на меня и кивнул.

– О, привет, Дэймон. Как видишь, я до сих пор не могу собрать вещи, – сказал он, махнув рукой на окружающий его беспорядок. – Теперь, когда я потерял своего единственного клиента, меня здесь больше не хотят видеть. Я откладывал сборы последние несколько недель. Надеялся, что смогу найти кого-то другого, но, похоже, что этого не произойдет, – сказал он со вздохом.

– На самом деле, это одна из причин, по которой я пришел сюда сегодня, – ответил я, заставив себя улыбнуться.

Нейт нахмурил брови.

– Да?

– Ну, во-первых, я хотел поблагодарить тебя за то, что позаботился о Фэйт вчера и убедился, что она дождется меня в больнице. Мне повезло, что у меня есть такой друг.

Он напряженно улыбнулся.

– Без проблем, – сказал он. – Мы все беспокоились, и когда я увидел ее на стадионе, то подумал, что она захочет тебя проведать.

– Еще я хотел поговорить с тобой о Джеке и прояснить некоторые вещи. Знаю, что ходят слухи, будто это я его рассекретил.

Нейт кивнул.

– Да, я слышал об этом.

– Просто позволь мне кое-что уточнить. Я этого не делал. Ты помнишь спортзал в моем доме? Мы с Джеком иногда там тренировались.

Еще один кивок.

– Да.

– Один из тренеров записывает наши сеансы спарринга на маленькую видеокамеру. Я имею в виду, записывал. До того, как все произошло. Он делал это, чтобы мы могли посмотреть на себя со стороны и исправить возможные ошибки. Во всяком случае, в последний раз, когда мы были там, то совершенно забыли, что нас снимают. Мы начали говорить о некоторых... вещах... и только потом вспомнили про запись. Но было слишком поздно: тренер уже посмотрел ее и слышал все, о чем мы говорили. Он сказал, что передаст запись полицейским. Поэтому Джек пошел и признался в преступлении, чтобы все уладить. Он знал, что его в любом случае выгонят, но если он разрешит ситуацию по-тихому, то привлечет меньше внимания со стороны средств массовой информации. Я пошел с ним, потому что копы хотели поговорить со мной. То, что я говорил в записи – не так уж и невинно.

Нейт смотрел на меня ледяным взглядом, и я не мог понять, поверил он мне или нет.

– Я слышал кое-что об этой записи, – сказал он. – Но я не понял, как это произошло.

– Да, я просто хотел рассказать тебе. Подумал, что ты, возможно, начал верить, будто я ответственен за то, что карьера Джека разрушена. Некоторые люди распространяют слухи, что именно я сделал запись и передал ее копам.

– Нет, я так не думал, – сказал он, и я, кажется, вздохнул с облегчением. – Но спасибо, что все объяснил. Джек не сказал мне ни слова и отказывался от встреч со всеми, кроме своего адвоката. Поэтому я задавался вопросом, что именно произошло.

Боже, спасибо тебе за это.

– Ну, теперь ты знаешь. Я пытался остановить его. Он сказал, что несколько месяцев чувствовал себя виноватым за то, что сделал с этой женщиной, и я сказал ему: «Эй, не ломай свою жизнь из-за одной глупой маленькой ошибки». Я сказал ему, что запись не доказывает все это дерьмо; мы могли просто сказать полицейским, что пошутили. Но он так не думал. Он пошел и признался, и, в конце концов, все про*бал. Несмотря на то, что в последнее время мы играли спина к спине, репутация «Скандалистов» пошатнулась.

– Это правда, – со вздохом сказал Нейт. – И у меня чертовски трудная ситуация. Все потому, что Джек решил, будто ему плохо из-за того, что он сделал.

– Да, дерьмово, – сказал я. – Так или иначе, вернемся к тому, почему я пришел сюда сегодня. Я хочу изменить представительство.

Брови Нейта поползли вверх.

– Хочешь сказать, что тебе нужен новый агент?

– Да. И я подумал, мы же старые приятели, и теперь, когда Джек сидит в тюрьме, ты больше не представляешь его интересы. Поэтому мы могли бы помочь друг другу.

На его губах заиграла небольшая улыбка, и я мог с уверенностью сказать, что я его почти уделал.

– Зачем тебе новый агент? – спросил он. – Что случилось с Брайаном?

Брайан – мой нынешний агент (которого я, очевидно, не собирался менять в ближайшее время). Но Нейту необязательно об этом знать.

Я раздраженно вздохнул.

– В последнее время он просто не справлялся со всем дерьмом. Как и с этой травмой, которую я получил. Я подумал, что он мог бы посотрудничать с газетами, чтобы обратить на меня внимание. Но он ничего не сделал.

– Может, он запланировал что-то другое? Прошел всего один день.

– Вот что. Он такой тормоз. Мне нужен кто-то пошустрее, моложе что ли. Тот, кто со мной на одной волне. И мы с тобой друзья, так почему бы и нет?

Нейт медленно кивнул, и усмешка появилась в уголках его губ.

– Уверен? Ты действительно хочешь уволить его и подписать со мной контракт?

– Ага. Мой контракт с ним почти закончился. Еще несколько недель, и я твой.

– Ну и дерьмо... это же потрясающе. Спасибо, мужик!

Я подмигнул.

– Не беспокойся, приятель. Так, когда мы это сделаем?

Он порылся в своем столе и схватил лист бумаги, прежде чем снова взглянуть на меня.

– Ну, очевидно, мы не можем подписывать новый контракт до тех пор, пока твой старый с Брайаном не закончится, но мы можем подписать форму «О намерении сторон». Это означает, что ты официально заявляешь, что не станешь искать кого-то другого. Форма защищает меня от потери времени. Не то, чтобы ты мог так со мной поступить; это просто формальность.

– Понимаю. Ладно, согласен, приятель.

Я устроил большое шоу, счастливо подписав форму, и Нейт усмехнулся.

– Полагаю, мне не нужно беспокоиться о том, чтобы освободить этот офис, – сказал он.

– Да. Поздравляю тебя с новым клиентом, – сказал я.

Мой желудок перевернулся, пока я стебался над ним, но мне необходимо это сделать. Он понятия не имел, что я что-то знаю; он не мог знать, что я охочусь на него.

Нейт рассмеялся.

– Высокомерный член.

Я засмеялся вместе с ним и ударил его по спине.

– Не хочешь со мной отпраздновать и выпить где-нибудь? Я шел мимо бара за пределами стадиона. Они предлагают пиво за полцены после нашей вчерашней победы, – сказал я.

Мое сердце бешено стучало, пока я ждал ответа Нейта. Его решение либо продвинет, либо разрушит мой план.

Он улыбнулся и кивнул.

– Да, конечно. Пошли.

Мы вышли из кабинета и направились по коридору, который вел к одному из выходов. Через мгновение я остановился и похлопал по карману, притворившись раздраженным.

– Черт, подожди. Думаю, что положил свой телефон на коробку, когда вышел из офиса. Я вернусь и заберу его. Встретимся внизу?

«Не говори, что ты пойдешь со мной», молча просил я Нейта.

Он кивнул и протянул мне ключ.

– Конечно. Мне все равно нужно отлить. Встретимся здесь через несколько минут.

– Ага.

Спасибо, черт возьми.

Я улыбнулся и небрежно пошагал к офису, стараясь не идти слишком быстро, чтобы мой безумный темп не выдал мои истинные намерения. Прямо сейчас бдительность Нейта уменьшилась ложным чувством безопасности, он думал, что забил меня в качестве клиента. Но не займет много времени, чтобы все это разрушить. После того, что он сделал, вероятнее всего, он стал параноиком.

Если он поймает меня на том, что я роюсь в его вещах – конец игре. Поэтому у меня всего несколько минут, чтобы найти что-то в его компьютере или где-то еще в офисе, прежде чем он начнет задаваться вопросом, почему я так долго отсутствую. Больше такого шанса может и не быть, поэтому мне нужно все продумать.

Как только Нейт благополучно пропал из поля зрения, я побежал, и, когда добрался до его кабинета, – поспешно отпер дверь и ворвался внутрь. В этом чертовом беспорядке было трудно что-нибудь найти, поэтому я начал с компьютера. Нажав на пару файлов, я открыл веб-браузер и проверил его историю поиска. Мой пульс участился, когда я начал прокручивать историю на несколько месяцев назад.

Бинго.

Там были записи о том, что он искал домашний адрес Рэйчел за неделю до ее смерти. Похоже, ее адрес был в общем доступе на сайте – точно так же, как у Фэйт – так он ее и отследил. Кроме того, были поиски руководств по конкретной марке и модели автомобиля, а также о том, как убрать блокировку и взломать защищенные паролем домашние компьютеры.

Ясно, что он следил за ее домом, чтобы выяснить, на какой машине она ездила. Затем он пробрался в дом, взломав замок, создал поддельный поиск на ее компьютере о том «как обрезать тормоза», и оставил на кухонном столе руководство автомобиля с соответствующими деталями.

Вероятно, Рэйчел даже не заметила всего этого: руководство по автомобильному оборудованию представляло собой небольшой листок, и на столике ее кухни, скорее всего, таких была целая дюжина. Кроме того, руководство для машины настолько безобидно, что она могла просто проигнорировать его, даже если бы и заметила.

После того, как эта часть плана была выполнена, Нейт прокрался в гараж Рэйчел и повредил ее тормозные колодки, а после – просто ждал, когда она использует свою машину и съедет с дороги. Она жила рядом с главной дорогой, обрамленной по краям деревьями, поэтому он прекрасно знал, что съезд с нее, скорее всего, убьет Рэйчел. Я почувствовал боль в груди, когда представил, как он это делает.

Если он пробрался в ее дом, должно быть, он знал, что у нее есть ребенок, потому что везде были детские вещи, не говоря уже о комнате с кроваткой и спящим ребенком.

Он знал, что Рэйчел могла уложить ребенка в машину, когда поехала куда-то, и он все равно проделал свой отвратительный план, не заботясь о том, что маленькая Эва могла умереть вместе с матерью.

Все ради того, чтобы спасти свою долбанную карьеру и баксы, которые он с нее имел. Повезло, что Эвы не было в машине в тот день – из того, что я помнил, Фэйт заменяла ей няню тем утром, а Рэйчел отправилась в магазин. Я содрогнулся, подумав, что могло случиться, если бы она этого не сделала.

Бедной маленькой Эвы не было бы сегодня. От этой ужасной мысли мой живот скрутило узлом.

Этот ноутбук был неопровержимой уликой против Нейта. И я даже не удосужусь встретиться с ним в коридоре.

Вместо этого я схватил ноутбук и выскочил из его кабинета, побежав по коридору в противоположном направлении, к заднему выходу.

Нейт Риланд пакуй, бл*ть, вещи.

Глава 30

Фэйт

На кладбище, куда я только что вошла вместе с Эвой и Дэймоном, было спокойно и тихо. Спокойнее, чем за последние несколько месяцев.

После того, как полиция получила ордер от судьи, чтобы провести обыск вещей Нейта и включить его ноутбук в список доказательств по делу, ему предъявили обвинение в преднамеренном убийстве моей сестры. Прошло четыре с половиной месяца, и теперь он сидел в тюрьме, ожидая суда. Это лучше того, что он заслуживал. Если бы мне позволили решить его судьбу, то он был бы заперт в холодной камере, к которой я могла бы легко получить доступ, чтобы каждый день избивать его за то, что он сделал.

Думаю, меня успокаивало то, что он никогда не выйдет из тюрьмы. Он будет гнить там всю оставшуюся жизнь.

Когда СМИ пронюхали о случившемся, дело достигло пределов национального масштаба. Мне даже звонили из Австралии и просили дать им интервью. Конечно, я не согласилась, точно так же, как и мои родители или друзья. Мы все хотели начать двигаться дальше после этого ужасного инцидента, насколько это было возможно. Теперь, когда в смерти Рейчел наконец восстановилась справедливость, я не желала привлекать внимание к себе или своей семье. Эве уже исполнилось полтора года, и с каждым днем она все больше и больше осознавала окружающий ее мир. Нет нужды светить ею в средствах массовой информации, вторгающихся в ее жизнь. И уж тем более ей не нужно видеть бесчисленные статьи и новости, в которых рассказывается об ужасающей смерти ее матери.

Я буду защищать ее от всего этого так долго, как только смогу; пока она остается такой маленькой, она заслуживала того, чтобы ее держали в стороне. Она заслуживала нормального детства.

– Куда дальше? – спросил Дэймон, мягко сжимая мою руку.

Я указала в восточную сторону кладбища.

– Она там, – тихо ответила я.

Пробираясь сквозь ряды мрачных серых надгробий, которые делались ярче от многочисленных цветов и венков, мы дошли до мраморной надгробной плиты моей сестры. Я остановилась и уставилась на ее последнее пристанище, не в силах заговорить.

– Делай то, что считаешь нужным, – сказал Дэймон, забирая от меня Эву и крепко прижимая ее к себе.

Я вытащила старую фотографию Рэйчел и посмотрела на нее, прежде чем снова взглянуть на могилу.

– Почти год прошел с тех пор, как мы потеряли тебя, сестра. Но я все еще думаю о тебе каждый день. Надеюсь, где бы ты ни была, ты гордишься мной и Эвой, и я надеюсь, ты видишь, насколько она прекрасна. Она такая умничка и уже так много говорит. Сегодня она пришла со мной. Я хотела, чтобы она тоже навестила тебя.

Как только я заговорила, сквозь небо, заполненное белыми и серыми облаками, пробились лучи солнца, и Эва улыбнулась, указывая на них. Я улыбнулась ей, а затем показала ей фотографию.

– Милая, ты можешь мне сказать, кто это?

– Мама, – сказала она, коснувшись фотографии пухлым пальчиком.

– Правильно. Это твоя мама, – сказала я.

Она потянулась ко мне и прижала ладонь к моей щеке.

– Мама.

Мои глаза наполнились слезами, и Дэймон погладил Эву по голове.

– Правильно, моя маленькая девочка. У тебя две мамы. Представляешь, как тебе повезло?

Мы знали, что Эва не совсем понимает происходящее, но я была счастлива, что она, по крайней мере, помнила Рэйчел и знала, кто она. Такая умная девочка. И я так гордилась ею.

Я также гордилась и Дэймоном за то, как он справлялся со всеми невзгодами. Несмотря на свою известность, он оставался в стороне от средств массовой информации в течение всей этой шумихи (большинство известных игроков НФЛ обычно не упускали возможность пропиариться), и он помогал мне, всячески поддерживая. Два месяца назад мы, наконец-то, переехали вместе в Брентвуд: прекрасный семейный квартал с множеством деревьев. Теперь мы делали все возможное, чтобы обеспечить Эве удивительную жизнь и убрать ее из центра внимания.

Конечно, сжечь все мосты нам здорово помогли деньги Дэймона. Но это не самое главное из списка его достоинств. Самое главное – это любовь, которую он испытывал к Эве, хоть она и не являлась его биологической дочерью. Я абсолютно в этом убедилась после нашего недавнего разговора.

Мы отдыхали на заднем дворе после ужина, наблюдая, как солнце садится за холмы. Эва сидела в своей новой песочнице, с изумлением глядя на небо, когда на нем заиграли различные оттенки розового, фиолетового и оранжевого. Дэймон наблюдал за ней, а затем повернулся ко мне с полнейшим обожанием во взгляде.

– Я хотел у тебя кое-что спросить, – пробормотал он. – Хотел подобрать более подходящий момент – еще более романтичный, – но я больше не могу ждать. Просто сейчас все кажется правильным.

– Что именно? – спросила я, подняв брови.

– Ладно, я хотел рассказать тебе, что значит для меня помогать воспитывать Эву. Ты уже и так все знаешь, потому что ты в ее жизни находишься дольше, чем я. Но время, проведенное с ней, кое-чему научило меня: когда становишься родителем, ты можешь пережить все заново через невинные глаза ребенка. Первый раз, когда они видят ночное звездное небо; первый раз, когда они видят колесо обозрения, или первых животных в поле... или первый закат, – сказал он, кивая на Эву, которая указала пальчиком на небо и взвизгнула от счастья. – Все это невероятно и ново для них, тогда как для нас – вполне обычное дело; мы ко всему привыкли. И самое удивительное в том, что я хочу разделить это с тобой. Я хочу разделить это с Эвой. Знаю, что я не ее отец, но я хочу быть им... если ты мне позволишь.

А затем Дэймон опустился на одно колено и протянул мне кольцо.

– Так ты выйдешь за меня замуж? – спросил он, пристально глядя на меня.

Когда я с удивлением посмотрела на него, слезы радости затуманили мои глаза. Эва, хихикая, направилась к нам. Ее маленькие ножки все были покрыты песком.

– Папа, – сказала она, выдергивая кольцо из руки Дэймона.

Я засмеялась.

– Думаю, она только что ответила за меня, – сказала я, быстро доставая кольцо из зажатого кулачка Эвы, прежде чем она убежит или случайно проглотит его. – Да. Конечно, я выйду за тебя замуж!

Вот чем закончился наш отдых на заднем дворе, когда солнце опустилось за горизонт.

– Посмотри на это, сестра, – сказала я, обращаясь к надгробию Рэйчел и подняв руку, чтобы показать ей сверкающий бриллиант. – Разве оно не прекрасно? Я знала, что ты будешь взволнована, когда услышишь об этом. И я знала, что ты с удовольствием услышишь, что с этого момента у Эвы будет два официальных родителя. У нее будет потрясающая жизнь. Мне бы хотелось, чтобы ты была здесь, чтобы разделить это с нами.

Я села со слезами на глазах улыбкой, протянула руку и коснулась прохладной поверхности мрамора. Лишь в одном месте, там, где камня касался луч солнца, было тепло. И, клянусь, в этот момент я почувствовала присутствие сестры. Что она прямо здесь, с нами.

– Думаю, она счастлива, где бы она ни была, – тихо сказал Дэймон, прикоснувшись к моей руке.

Я кивнула и вытерла, скатившуюся по щеке, слезу.

– Я тоже так думаю.

До сих пор моя жизнь не была идеальной, как и жизнь Эвы. Но теперь, когда у нас появился Дэймон, мы могли бы утверждать, что она чертовски близка к идеалу. Нас окружали радость, теплота и безопасность. Но больше всего – любовь. И это все, что нам нужно.

Глава 31

Дэймон

Десять месяцев спустя

– Я думал, мне запрещено видеть мою невесту до свадьбы, – сказал я с усмешкой, когда открыл дверь в номер и увидел Фэйт, стоящую в коридоре на каблуках, в белых чулках и в длинном пальто.

Сегодня день нашей свадьбы, и вчера вечером мы остановились в отеле, где пройдет церемония и торжество. Разумеется, как и положено, мы поселились в отдельных номерах. Эту чертову традицию, которую Фэйт пыталась сохранить, было труднее всего не нарушить, судя по ее появлению у моей двери.

– Я слишком соскучилась по тебе, – сказала она низким, с придыханием, голосом.

– Свадьба через пять часов. Ты действительно не можешь подождать? – спросил я, усмехаясь.

– А ты можешь?

Она распахнула пальто, открыв вид на кружевное белое белье в комплекте с поясом и подтяжками, пристегнутыми к чулкам.

Мне едва не пришлось затолкать кулак себе в рот, чтобы громко не застонать и не разбудить всех. В конце концов, сейчас только семь часов утра.

Как загипнотизированный, я скользнул взглядом по изгибам Фэйт, а затем посмотрел на розовый ротик. Как раз в этот момент она прикусила нижнюю губу. Действие, которое всегда приводило меня в состояние повышенной боевой готовности. И она это знала. Ее красивые карие глаза были сосредоточены прямо на мне, а зрачки расширены от желания. По ее взгляду я понял, что мое собственное желание точно также читалось в моих глазах.

Я сглотнул.

– Жулик, – сказал я. – Знаешь, не могу сопротивляться тебе.

– Значит, я могу войти?

– Тебе лучше сделать это, или я сорву твое белье прямо здесь, в коридоре, – прорычал я, затаскивая посмеивающуюся Фэйт в номер.

Мои ладони скользнули вверх и вниз по гладким очертаниям ее тела и замедлились, когда оказались на пышной груди. Мой большой палец едва касался ее торчащего соска под кружевной чашечкой сексуального бюстгальтера. А затем я вовлек ее в поцелуй, который никогда не хотел бы прекращать.

Руки Фэйт медленно направились вниз по моей груди и остановились на нижней части живота. Она нежно провела ногтями по моей коже, дразня меня, и слегка скользнув пальцами под пояс моих шорт и боксеров.

Одной рукой я обхватил ее за талию, опустился чуть выше ее задницы, а другой – обхватил ее голову, отчаянно целуя. Мой язык протолкнулся между ее губ, пробуя ее. Я пососал кончик ее языка и немного отстранился, прикусив нижнюю губу. Фэйт ахнула. Я увидел, как ее лицо вспыхнуло, когда мои руки проделали путь вниз и начали ласкать задницу. Подняв руку, я шлепнул ее, и Фэйт застонала.

– Ммм... сделай так еще раз.

– О, я сделаю. Ты непослушная девочка. Нарушила такую свадебную традицию. Ты заслуживаешь наказания.

Я снова хлопнул ее по заднице, она хихикнула и застонала. Меня охватил пожар. Мой член стоял колом, и, рыкнув, я крепко сжал Фэйт, снова целуя ее. Я подвел нас к кровати, лег, позволив ей нависнуть надо мной сверху. Я чувствовал, как каждый мягкий изгиб ее тела сливался со мной. Из моего рта вырвался низкий стон, когда наши поцелуи стали еще более глубокими и безумными. Я, наконец, откинулся на спинку кровати, рассматривая невероятное зрелище прямо передо мной – Фэйт в нижнем белье, с глазами, горящими от желания. Что еще может хотеть мужчина?

Внимательный взгляд медленно просканировал мое тело, и когда ее прекрасные глаза снова встретились с моими, я едва мог себя сдерживать. Я хотел ее. Так чертовски сильно.

В прошлом меня бы напугало, если бы кто-то настаивал на большем («Нет, кто-то слишком много хочет»), – но теперь, когда в моей жизни появилась Фэйт, я об этом не беспокоился. В наших отношениях не было места недоверию или страху. Все, что у нас есть – любовь.

И страсть...

Я медленно снял с нее бюстгальтер и трусики, и когда она шевельнула бедрами, чтобы помочь мне, посмотрела на меня сверху вниз.

– А как насчет пояса и чулок? – спросила она.

Я улыбнулся.

– Оставь их.

Приподнявшись, я сел, используя пространство между нами, чтобы снова провести пальцами по ее телу. Моя рука начала путь на ее левом бедре и оттуда, невероятно медленно, дразня каждый дюйм ее тела, двинулась вверх.

Фэйт не отрывала от меня глаз, и, когда мои пальцы достигли ее обнаженной левой груди, я ущипнул сосок, зажав его между большим и указательным пальцами. Маленький вздох соскользнул с ее губ. Я наблюдал за ней, впитывая каждую реакцию на свои прикосновения.

Это все усложняло, и мне хотелось немедленно погрузить в нее свой член, но я не мог. Я хотел сделать это как можно медленнее, дразнить ее, заставить дойти до края прежде, чем я ее трахну.

Нежно лаская ее щеку мозолистым пальцем, я наклонился к ней, похоронив лицо в ее сладко пахнущей шее. Застонав, я выдохнул, и увидел, как на ее горле, груди и руках появились мурашки.

Мои губы вернулись к ней, и я с отчаянием поцеловал ее, посасывая, кусая ее язык и губы. Фэйт застонала. Ее бедра толкнулись вперед, встретившись с моим стояком, и мой пах начал болеть от необходимости находиться внутри ее тугой, влажной киски.

Но еще рано.

Я двинулся вниз по кровати и развел ее ноги. Фэйт наблюдала за мной похотливым взглядом. Я раздвинул ее складки языком и медленно лизнул снизу вверх. Она вздохнула и застонала.

Мои губы обернулись вокруг припухшего бугорка клитора, и ее ноги задрожали от едва уловимого касания моего языка.

– О, боже мой... – пробормотала она, когда я скользнул в нее пальцем.

Спина Фэйт изогнулась, позволяя мне глубже проникнуть внутрь. Удерживая рот на клиторе, я добавил еще один палец, растягивая ее киску. Она уже потекла от желания, и я заскользил к заветной точке, заставляя ее задыхаться, совмещая ритм пальцев с посасываниями и круговыми движениями моего языка на ее клиторе.

– Черт возьми... Боже...

Фэйт толкнула бедра вверх и закрыла глаза. Я остановился и отступил. Когда она протестующе застонала, я ухмыльнулся.

– Я не продолжу, пока ты не откроешь глаза. Я хочу, чтобы ты смотрела. Я хочу, чтобы ты увидела, как именно я заставляю тебя кончить.

– Я знала, что должна быть причина, по которой я согласилась сегодня выйти за тебя замуж, – сказала она, затаив дыхание, когда посмотрела на меня, полным желания взглядом.

Я прикрыл ее рот, все еще глядя на нее, чтобы увидеть реакцию, и лизнул ее от входа в киску к клитору, щелкая языком по бугорку. Ноги Фэйт снова вздрогнули.

Она захныкала от этого прикосновения, ее глаза потемнели, когда она наблюдала, как я вылизываю ее между ног.

Я дал ей больше языка, больше посасываний и даже несколько маленьких шлепков и укусов. Она ахнула и застонала, опустив руки вниз и погрузив пальцы в мои волосы.

Когда она сильнее прижала мою голову, я закружил языком вокруг клитора и жестко щелкнул по нему. Кульминация настигла Фэйт, как гром среди ясного неба.

– О... О-о-о! – она вскрикнула от эйфории, и я почувствовал, как ее киска сжимается вокруг моих пальцев в диких спазмах, пока оргазм проходил сквозь нее волнами.

Сердце трепетало в груди, пока я наблюдал, как она приходит в себя, а мой член пульсировал, когда я поднялся и снова поцеловал ее, заставив почувствовать свои собственные соки на моих губах.

Я прервал наш поцелуй, когда опухшая головка члена прижалась к ее входу, а затем я вдавил ее внутрь, входя в киску одним глубоким толчком. Фэйт застонала, и я немного отстранился от нее, ожидая, пока ее тело полностью примет мой толстый член. Выписывая бедрами небольшие круги, я растянул ее киску, а затем начал трахать в диком ритме, глубже погружаясь дюйм за дюймом. Фэйт закричала и расцарапала мою спину ногтями.

Я посмотрел ей в глаза, когда в очередной раз толкнулся в нее.

– Я люблю тебя, – выдохнула она.

– Я тоже тебя люблю.

Продолжая вколачивать свой член, стараясь чаще поворачивать бедра, чтобы задевать ее клитор, я довел Фэйт до оргазма и почувствовал сильный толчок в паху, когда мое собственное удовольствие накрыло меня с головой. Я позволил ему пройти сквозь меня и отдался теплой волне, выпустив хриплый стон. Когда я отпустил Фэйт, мой член все еще сжимался ее киской, которая крепко его обхватила.

Фэйт дрожала, и я продолжал медленно двигаться в ней, пока она выжимала из меня все, что было. Я остался внутри нее еще на мгновение, пытаясь перевести дыхание, а затем откатился в сторону и лег на спину.

– Похоже, я слишком устал, чтобы идти на свадьбу, – сказал я. – Есть шанс перенести дату на попозже?

Фэйт ударила меня в бок, и я засмеялся.

– Эй, я пошутил! – запротестовал я.

– Знаю. Мне просто нравится пинать тебя. Это моя месть за то, что ты меня шлепал.

– Ну, ты только что напросилась на еще одно шлепанье, мисс, – сказал я, притянув ее в объятия.

– Хорошо, – рассмеялась она, и я провел пальцами по ее волосам, прежде чем поцеловать в лоб.

– Давай, – сказал я. – Пойдем и поженимся.

* * *

Стоя в огромном саду отеля, оглядываясь на наших гостей, я ждал начала церемонии. Все, кто имел значение для меня и Фэйт, сегодня находились здесь: друзья, члены семьи, коллеги. Черт, даже тренеры «Скандалистов» были здесь.

Нашу свадьбу нельзя назвать дешевой, но я позаботился обо всем. Фэйт привыкла осторожничать с деньгами, когда была единственным родителем Эвы, но иногда она должна позволять себе купаться в роскоши.

На самом деле, я считал, что она заслуживает того, чтобы каждый день жить в роскоши, но ей тяжело дается принять это. Она продолжала зарабатывать собственные деньги, занимаясь физиотерапией.

В межсезонье у меня было больше времени на помощь с Эвой, и я посоветовал ей взять дополнительный класс в прошлом семестре, и в следующем она сможет делать то же самое. Это значит, что ее степень магистра будет получена раньше, чем она первоначально рассчитывала, и она сможет заняться поиском работы.

Я предложил поговорить с владельцами моей команды и устроить ей с ними собеседование, но она отказалась, заявив, что у нее есть идея начать свой собственный бизнес.

Она не сказала, какой именно – просто заявила, что хочет сначала все спланировать и посмотреть, будет ли это рентабельно. Но я и так знал, что все будет потрясающе. Чтобы она ни задумала.

Эва помахала мне с первого ряда, сидя на коленях у Эми, рядом с моим товарищем по команде Джастином. Уже некоторое время он и Эми встречались, и я был счастлив за них. Они очень милая пара. Но не такие милые, как Эва. Я помахал ей рукой, и она нахмурилась.

Христос, я люблю этого ребенка.

Мне никогда не было важно, что она биологически не являлась моей; она полностью ощущала себя моей дочкой, и я всегда был уверен: она знает, что я ее отец. Ее родной папа – настоящая задница. Он не только не хотел, но даже не заслуживал того, чтобы быть в ее жизни. На самом деле, он многое потерял, и я счастлив заполнить пробел, который он оставил после себя.

Теперь, когда Эве было почти два с половиной года, она находилась на одном из самых активных этапов своей жизни: повсюду бегала и играла при каждой возможности. Она уже стала большой фанаткой футбола – приходила на все наши домашние игры. И хотя я не мог видеть, как она своими пухлыми маленькими ручками махала мне из частного сектора, я всегда знал, – она там, визжала и подбадривала своего папу. Она – мой маленький талисман, хотя мне нравилось шутить и напоминать Фэйт, что в первый раз, когда Эва попала на мою игру, я оказался в больнице с сотрясением мозга. Что едва ли можно назвать везением.

Говоря об игре – я все еще на пике своей карьеры. «Скандалисты» не выиграли чемпионат в прошлом году, возможно, из-за поникшего морального духа, вызванного потоком внимания со стороны СМИ после того, как Нейту предъявили обвинение в убийстве. Но в этом году мы играли потрясающе хорошо, и у нас в запасе был еще один чемпионат, за выход в который играли два месяца тому назад.

Я был в восторге от победы, но в то же время я знал – футбол не самое главное в моей жизни. Фэйт и Эва. Две прекрасные девушки, с которыми я построил семью, занимали в моей жизни первое место... и через несколько минут они собирались узаконить это.

Зазвучал свадебный марш, и мое сердце просто распирало от любви и гордости, когда я увидел Фэйт, стоящую в конце прохода и обнимающую своих поседевших родителей.

Я смотрел на нее, не моргая, одетую в платье без бретелек цвета слоновой кости, замысловато расписанное бисером, который переливался под солнечным светом, когда она медленно шла по проходу. Как я мог оторвать от нее взгляд? Она совершенна, и полностью захватила мое внимание.

Когда Фэйт подошла к алтарю, я боролся с желанием схватить ее, закинуть на плечо и убежать, чтобы прямо сейчас заняться с ней любовью. Точно так же, как сегодня утром. Она выглядела так чертовски безупречно, и я просто не мог поверить, что она навсегда станет моей.

Несколько лет назад я бы никогда не подумал, что женюсь в один прекрасный день. Я, высокомерный мудак, внезапно превратился в моногамного мужа. Но одного взгляда на Фейт хватило, чтобы я забыл про других женщин, когда я встретился с ней почти полтора года назад. Конечно, наши отношения начинались нестандартно – они строились на лжи. Но все наладилось. Это в прошлом, теперь я доверяю Фэйт. Для меня было поразительно просто отпустить ситуацию и довериться ей.

Священник начал свою речь, но я едва мог его расслышать – слишком был сосредоточен на Фэйт и ее сияющей улыбке.

– Ты выглядишь невероятно, – прошептал я.

– Ты тоже очень даже ничего, – прошептала она с озорным блеском в глазах.

Я усмехнулся и понял, что пришло время произнести наши клятвы. Я открыл рот, проговорив свои слова, и все взгляды устремились на Фэйт, пока она говорила свою речь. После обмена кольцами, настало время нашего первого поцелуя в качестве мужа и жены. Я обрушился на губы Фэйт, заграбастав в свои объятия, а затем подхватил ее на руки и понес по проходу, пока гости осыпали нас конфетти.

Я никогда не собираюсь оглядываться назад.

Глава 32

Фэйт

2 года спустя

– Ты точно упаковала Мистера Кэт в сумку? – спросила я у Эвы, когда мы поспешили на улицу.

Она кивнула.

– Угу.

– Хорошо. Если соскучишься по дому, просто вытащи его. Он напомнит о нас и заставит тебя чувствовать себя лучше.

– Да, мамочка.

Я улыбнулась и поправила воротник ее рубашки, а затем помогла ей сесть в машину. Сегодня ее первый день в дошкольном учреждении, и могу поклясться, что я нервничаю больше, чем она. Эва спокойна, а я не могу не волноваться. Что, если какой-нибудь ученик толкнет ее или положит пасту в ее волосы?

«Существует миллион различных сценариев того, что может пойти не так», – мелькнуло у меня в голове, и я попыталась оттолкнуть эти мысли в сторону, когда увидела, как Дэймон вышел из дома, запирая дверь.

– Ты кое-что забыла, – крикнул он.

– Что? – спросила Эва.

– Подарить папочке крепкий поцелуй! – сказал он, открывая дверцу машины и наклоняясь, чтобы смачно чмокнуть ее в лоб.

– Папа. Фу, гадость! – сказала она, хихикая.

– Ох, и вдруг я стал мерзким. Я? – ответил он. – Знаешь, что… Я поеду с тобой и собираюсь обнять тебя перед всеми.

Эва продолжила смеяться, а Дэймон сел на пассажирское сиденье рядом со мной.

– Разве тебе не нужно на тренировку? – спросила я.

– Я могу позволить себе немного опоздать в такой особый день, – сказал он, усмехаясь. – Это же первый день нашей маленькой девочки!

Я улыбнулась.

– Хорошо. Тогда поехали.

Всю дорогу к небольшому учебному кампусу Эва болтала о своих любимых мультяшных медведях, и, когда мы приехали, она взволнованно вышла из машины и попыталась убежать.

– Куда это ты собралась, – сказал Дэймон, захватывая ее в мощные объятия. – Ты должна мне обнимашки, помнишь?

Она улыбнулась и крепко сжала его, а когда он поставил ее на землю, Эва подбежала ко мне, чтобы обнять.

– Пока, мамочка. Я буду скучать по тебе, – сказала она.

– Я тоже буду скучать по тебе, – ответила я. – Но не волнуйся, мы тебя не бросим. Мы придем за тобой в класс. Нам ведь не нужно, чтобы ты потерялась в свой первый день, не так ли?

– Хорошо.

Эва шла между Дэймоном и мной, каждый из нас держал ее за руку, и когда мы, наконец, передали ее в умелые руки нового учителя, я с грустной улыбкой повернулся к Дэймону.

– Не могу поверить, что мы уже здесь, – сказала я.

– И я тоже. Как быстро летит время, – ответил он.

Так и было. Последние два года прошли как сумасшедшие, но я была благодарна за этот безумный темп. Это означало, что я наслаждаюсь жизнью, ведь, как говорится: «Время летит, когда ты проводишь его с удовольствием».

После того, как я, наконец, получила диплом в прошлом году, мы с Эми взялись за дело. У меня была физиотерапевтическая подготовка и знание йоги, у нее – диплом по онлайн-маркетингу. Мы объединили наши усилия и разработали идею для бизнеса, который, по нашему мнению, был необходим, и открыли онлайн-сайт тренировок для молодых мам. Мы предлагали видео-тренировки, рекомендации по упражнениям и советы по диете. Каждая тренировка была направлена на женщин с младенцами или маленькими детьми, которые могли участвовать в упражнениях. Например, очень популярным было упражнение на присед с одновременным удерживанием ребенка. Вес ребенка увеличивал эффективность тренировки, и это хороший способ проводить с ним больше времени, вместо того чтобы оставить его или ее с няней, чтобы поехать в спортзал.

Сайт работал круглосуточно, и к концу года мы планировали расширить список тренировок. Это тяжелая работа, и мы часто были заняты. Но мне нравилось, что я применяю свои знания по назначению, а также набираюсь жизненного опыта.

Воспитание ребенка в относительно молодом возрасте изначально не входило в мои планы, но как только я удочерила Эву – я никогда не оглядывалась назад, и ни разу не пожалела об этом. Она вдохновила меня на идею этого бизнеса (мысль пришла в голову, когда я гонялась за ней вокруг заднего двора во время игры в прятки). Эва стала лучиком света в моей жизни.

Ну, во всяком случае, одним из них.

Я протянула руку и обняла Дэймона. Он наклонился и поцеловал меня в макушку, вдыхая запах моих волос.

– Ты работаешь сегодня? – спросил он.

Я отступила и кивнула.

– Да. У нас появилось несколько сотен новых подписчиков, поэтому нужно отправить им индивидуальные программы, соответствующие их потребностям.

Он присвистнул.

– Как много новых подписчиков. И, полагаю, много денег. Ты так развернулась, что я, возможно, смогу уйти в отставку и стать домохозяйкой, – пошутил он, а затем наклонился и потерся своим носом об мой нос. – А если серьезно, я так горжусь тобой, Фэйт. У тебя все хорошо получается, и эта идея с бизнесом была отличной.

Я улыбнулась.

– Спасибо. На самом деле мне скоро понадобятся мои собственные услуги.

Брови Дэймона нахмурились.

– Что ты имеешь в виду?

Я схватила его за руку и положила на свой живот.

– Я имею в виду, что скоро у нас будет еще один ребенок. И я буду использовать свои собственные программы тренировок, чтобы доказать их эффективность.

Его глаза загорелись.

– Ты беременна?

Я усмехнулась и кивнула.

– Ага. Ты снова будешь папой.

– И, надеюсь, потом снова. И снова после этого. Пока мы не создадим свою собственную футбольную команду.

– Посмотрим, – сказала я со смехом.

Он потер мой живот и поцеловал меня.

– Это потрясающе, – пробормотал он. – Даже лучше, чем выиграть миллион чемпионатов.

– Мне нравится, как ты абсолютно все жизненные ситуации сравниваешь с футболом, – сказала я, и он замолчал, наградив меня еще одним поцелуем.

Когда мы обнялись, я чувствовала себя так, будто плыву на облаке счастья. Я – самый счастливый человек на планете. Дэймон мужественно прошел вместе со мной через все худшие моменты, он простил меня и поддержал, несмотря ни на что.

Любовь, которую мы разделяли, была всепоглощающей, всеохватывающей и безусловной. Наша любовь заставляла меня чувствовать себя уютно даже в холодную зимнюю ночь. И я не могла просить о большем.

– Думаю, сейчас самое подходящее время для меня, чтобы сказать: «Тачдаун, детка», верно? – я с усмешкой произнесла знаменитые слова Дэймона. – Раз уж мы забили эту маленькую фасолинку в мой живот.

Он подмигнул.

– Ага. И для этого много усилий не потребовалось, Фэйт.

Конец

Спасибо вам за прочтение моей книги! Надеюсь, она вам понравилась, и я надеюсь, что она немного скрасила ваши дни. Если это так, то вы можете оставить отзыв на Amazon – это поможет моим книгам привлечь больше читателей.

Также можете прочитать бонусную книгу «Кобель: спортивный роман о плохом парне!»

Еще раз спасибо <3

С любовью, Кейтлин.

Content

Дайри Кейтлин Тачдаун, детка