Оксана Головина

Вопреки всем сказкам

Глава 1

Тинка, мелкий бесёнок, сосредоточенно взбивал подушки на бабкиной кровати. Лиза поглядела на него с завистью и снова уткнулась сонным лицом в собственную подушку.

— Лиза-а-а! — снова позвала Серафима.

Девушка простонала и натянула одеяло на голову. И зачем всю ночь просидела за бабушкиными книгами? Теперь никак глаза не разлепить. На спину немедленно приземлилось нечто проворное, сбежало к ногам, засунуло тонкий хвостик под край одеяла, и принялось щекотать голые пятки девушки.

— А ну — брысь! — Лиза изловчилась, нырнула под одеяло и схватила шустрого Тинка за кисточку на хвосте.

Бесёнок зафырчал, сердито сверкнул глазами-бусинами и попытался цапнуть девушку за палец.

— Лиза!

Настойчивый голос, звучавший из другого конца дома, заставил обоих притихнуть и воровато выглянуть из-под одеяла.

— Иду, бабуль! — девушка щёлкнула пальцами по чёрному вздёрнутому носу бесёнка и соскочила на пол.

Она обулась и сонно вышла из комнаты, направляясь к кухне. Серафима была здесь. Дорогая бабушка… Хотя, это слово мало шло бодрой женщине, ловко управляющейся с ковшиком. На вид Серафиме было лет тридцать пять, не больше. Такова уж была её ведьмина природа. Хотя, в присутствии невестки, матери Лизы, ведьме приходилось скрывать себя. Ведь людям не объяснишь, от чего это ты в свои положенные семьдесят, выглядишь как Моника Белуччи. Хотя от роду Серафиме было все сто шестьдесят семь, и вот это уж точно тайна из тайн, скрываемая даже от смертного сына.

Бабуля готовила завтрак, и всегда делала это сама. Никакой прислуги в доме никогда не было, в отличие от родительского особняка. Вот выльет Серафима жидкое тесто из ковшика на сковороду, да знай себе, книжку читает. Только пальчиком и ведёт, когда блинчик с одной стороны подрумянится. Тот над сковородкой подлетает, к самому потолку, затем перевернётся и шлёп обратно — золотиться до готовности. А тут уже и Тинка с лопаткой: сгребает ароматное добро со сковороды, да на тарелку выкладывает. Усердствует зараза так, что даже язык набок повесил.

— Наконец очнулась? — поджала губы Серафима, глядя на внучку поверх книжки.

«Любовная любовь на бутерброде»… Как она может это читать? Лиза присела на краешек стула, немедленно опустила на стол руки, и сверху на них устроила свою сонную голову.

— Угу, почти.

— Опять всю ночь просидела? Не дело это. Теперь заснёшь по дороге или на занятиях.

— Как-нибудь до вечера дотяну… — внучка снова зевнула, немедленно прикрываясь ладонью, и потянулась к тарелке с блинчиками.

Тинка резво соскочил со столешницы и шлёпнул девушку лопаткой по пальцам.

— Вот чёрт! — Лиза сердито убрала руку, намереваясь вновь схватить зловредное существо за хвост.

Тинка высунул длинный язык, бессовестно показывая его девушке. Бабуля укоризненно покачала роскошной головой и нахмурилась.

— На моей кухне все должны сидеть тихо, как мыши! — глаза ведьмы потемнели, обещая конец суете.

— Я сейчас, бабуль, — Лиза поднялась со стула и отправилась к ванной, — может, от холодной воды быстрее проснусь.

— Поспеши, пока всё не остыло, — проворчала ей вслед Серафима, продолжая читать.

Понедельник сегодня. Понедельник — это страшный день. В календаре Елизаветы НерИ этот день всегда был обозначен чёрным крестом. Ещё только зазолотился сентябрь, а ей уже становилась невыносимой учёба.

У бабушки так хорошо: всё лето можно быть собой и ведьминому делу обучаться. А какой толк в простом университете? Лиза всегда знала, чего хочет. В этот самый момент ей являлся образ её, самой верховной Лиридон. Вот на кого стоит равняться каждой ведьме. Но матери не объяснить, что зельеварение куда нужнее начертательной геометрии.

Так уж вышло, что бабушке Серафиме с детьми не повезло: сын родился, и сила ему не передалась. Невестка вообще из «простых смертных» была. Вот и возлагала бабушка все надежды на внучку. И сама Лиза так же предавалась своим мечтам и старательно училась. Хотя порой бывало, что от этих «стараний» дым над домиком Серафимы ещё несколько дней стоял.

Но лето прошло, и уже вторую неделю приходилось вставать ни свет ни заря. Лиза окунула лицо в прохладную воду, которую набрала в ладони и попыталась прогнать сонливость. С зеркала в ванной на неё смотрело сонное взъерошенное отражение.

Лиза взяла с полки под зеркалом расчёску и принялась приводить в порядок свои каштановые волосы. Ими она в мать удалась. Ольга тоже была зеленоглазой шатенкой. Вот только у матери пряди зеркальной гладью лились по плечам, а у неё вились, словно назло, и никакая сила не могла заставить их лечь спокойно.

Разве была хоть капля величия в этих «волнах»? Вот у бабушки Серафимы, как на зависть, такие чёрные, ровные. А как ловко она рукой знаки чертает… Лиза вздохнула и сонно провела пальцем по запотевшему зеркалу. По его краю немедленно пошли паутиной трещины, а затем громкий звон бьющегося стекла раздался на весь дом.

— Лиза-а-а-а! — буквально прорычала Серафима с кухни.

Девушка моментально отпрянула, боясь пораниться. Опять сила подвела её. Вот так всегда, когда не выспится. Раковина была до верха наполнена осколками зеркала. Только пластиковая рама печально покачивалась, вися на одном уцелевшем гвозде. Да, понедельник, он и есть понедельник…

Под сердитые наставления бабушки, Лиза заставила себя съесть хоть один блин, и услышала, как к дому подъехала машина. Её шофёр прибыл. Вовремя. Сам мистер-пунктуальность. Девушка поднялась и выглянула в окно. Мужчина как обычно ходил у машины и курил. Этот человек работал на отца уже лет десять. Хороший он, добрый, только молчун.

— Одевайся, да поспеши, — велела Серафима вдогонку внучке, когда Лиза скрылась в своей комнате.

Девушка тщательно расчесала и собрала волосы на затылке, затем закрепила их двумя заколками. Лиза знала, что цены украшению не было. Поскольку подарил его Серафиме сам Рене Лалик, с которым бабушка когда-то познакомилась при встрече в «Бушероне». Чёрное дерево на заколках прекрасно сочеталось с цветками жасмина, выполненными из тонированной кости. Случись что с этим сокровищем, и не сносить ей головы. Но Серафима лично вручила эти вещицы своей единственной внучке, и всем пришлось смириться с данным фактом.

Лиза поправила воротник рубашки и осмотрела себя в ещё одном уцелевшем зеркале. Она задержалась, всё решая, надеть ли что-то потеплее, но доверилась собственному чутью, обещавшему солнечный день. Твидовые шорты и балетки завершили нехитрый наряд студентки второго курса банфильского университета. Девушка схватила свою сумку, проверила, что телефон на месте в кармане и поспешила в прихожую.

— Бабуль, меня — нет! — выкрикнула Лиза, открывая двери.

— Будь осторожна. Ты меня слышишь? — отозвалась Серафима.

Но когда хозяйка дома выглянула в коридор, внучки и след простыл. Тяжко вздыхая, Тинка поплёлся в направлении разгромленной ванны и поволок за собой веник, огромный по сравнению с его мелким тельцем.

* * *

Машина мчалась по полупустой дороге. Сейчас можно было немного закрыть глаза и подремать: путь предстоял неблизкий. Как жаль, мать совсем не приветствовала путешествия из их особняка в домик бабули. По мнению Ольги Нери, это печально сказывалось на обучении дочери, и что ещё хуже — воспитании.

Как утверждала мать, бабуля разлагала во внучке всякую дисциплину. В такие моменты Лиза отчего-то всегда себе представлялась эдаким истлевшим полуразложившимся зомби, которым правила Серафима Беспощадная, наводя страхи и мор на окрестные земли. До выходных придётся забыть о бабушкиных блинчиках и наглом Тинка. Лиза задумалась, разглядывая золотисто-медные рощи вдоль гладкой дороги.

Хорошо бабуле, она в обычной школе не училась. Занималась Серафима, сколько себя помнила, по сути, только лишь тем, чем ведьма и должна была. Лизе же велено было «грызть гранит науки» в простом университете, где никогда не преподавалось магических наук и конечно запрещено всякое колдовство.

Шурша шинами, машина остановилась на свободном месте университетской стоянки. Девушка попрощалась с водителем и пошла по извилистой, выложенной круглыми камнями дорожке, к центральному входу. У ворот Нери привычно притормозила, щурясь от яркого солнца и глядя на кованую вывеску с названием университета.

«Банфильский университет». Лиза всё гадала, кто такой этот Банфиль, но понятия не имела, как и само Управление университета. Но произносилось имя (якобы основателя) с благоговением и неким трепетом.

Красивый старинный замок, в котором располагалось одно из самых престижных учебных заведений страны, принимал студентов ещё с восемнадцатого века. Лиза прошла мимо каменных фигур, изображавших каких-то древних воинов, опиравшихся на свои мечи. Они выстроились в ряд между порталами и ярусом с окнами-витражами. Каждый раз девушка украдкой фантазировала, что эти исполины, застывшие уже многие века, склоняли голову при встрече с нею.

— Здравствуйте, — с тёплой улыбкой Лиза кивнула одному из воинов, по её мнению самому симпатичному, и прошла по широкой лестнице.

Витражи над входом в университет переливались под лучами солнца. Девушка остановилась, когда до её тонкого слуха донёсся тревожный звонок.

— Занятия уже начались… — с тихим стоном проговорила Лиза.

Неужели часы отставали? Опять сила сыграла с нею глупую шутку! Нери кинула быстрый взгляд на запястье, пальцами разворачивая великоватый ремешок часов, чтобы увидеть блестящий серебром циферблат. Так и есть. Огромные часы над центральным входом в университет показывали совсем другое время.

— Чёрт…

Теперь придётся стучать в аудиторию и вымаливать прощения у тощего профессора, который нарочно продержит её в коридоре минут пять и только потом смилостивится и отпустит к месту. Каждый раз Лизе в такие моменты не терпелось бородавку ему на нос посадить или плешью побольше, да поярче одарить. Нет, лучше вообще не ходить и пропустить первую пару. Девушка спустилась со ступеней и торопливо прошла во внутренний двор. Там Лиза остановилась, поскольку почуяла, что не одна. Кто-то тоже решил прогулять?

Глава 2

Можно было потратить немного времени на «укрощение» собственной силы и заодно проверить одну теорию на практике. От волнения Лиза закусила губу и достала из сумки свою драгоценность. Каждая уважающая себя ведьма владеет книгой заклинаний. Лиза себя уважала и уже второй год усердно выводила замысловатые каракули в своей собственной книге. Бабушка Серафима строго-настрого запретила внучке прикасаться к её записям. Да и правда, где это видано, чтоб другая, посторонняя ведьма, хоть и связанная кровным родством, брала её в руки?

Закладка в книге была сплетена из чёлки счастливого трёхпалого верна. Однако нельзя сказать, что существо было счастливо в тот момент, когда ему выдрали клок шерсти из лохматой головы. Ну да это мелочи. Лиза спустила один из гольфов и посмотрела на небольшую царапину на ноге. Всё вредный Тинка. Теперь как первоклашка с ободранными коленками. Затем девушка вздохнула и, убеждаясь, что была одна, принялась сосредоточенно чертать указательным пальцем.

Водила ведьма им медленно, тщательно повторяя одними губами заклинание. Через пару минут девушка с расстройством поглядела на коленку. Рана так и осталась краснеть на ней. Знаки не действовали. Упорно продолжая, Лиза приложила ещё больше силы, чувствуя, как руку стало покалывать. Через мгновение очертание знака вызолотилось в воздухе перед ведьмой.

— Получилось… — девушка прерывисто выдохнула, ощущая дрожь в руках от волнения.

Но странное дело, знак начертала, и он даже возник перед нею, но нога по-прежнему оставалась незажившей.

— К чему же я её применила?.. — испуганно прошептала Лиза, понимая в тот же миг, что спина её потеряла свою опору, а во дворе неожиданно стемнело.

— Да быть такого не может… — девушка подняла взгляд, с ужасом замечая нависшего над нею исполина, — вот чёрт…

Громадный воин опёрся на свой меч и опустил к Лизе голову, так же разглядывая проклятую царапину. Он качнул каменной головой, и на ведьму немедленно посыпалась штукатурка. Вдобавок облако пыли принялось опускаться сверху. Дальше хуже: воин вознамерился сойти со своего пьедестала, что вызвало страшный скрип и грохот где-то на опорах, у самой крыши крыльца.

— Пожалуйста, стой! Не двигайся, ладно?.. — Лиза громко чихнула, надышавшись горькой пыли.

Но её никто не слушал, продолжая сотрясать хрупкую арку над входом. На украшенных великолепными коваными рельефами дверях, пошла трещина.

— Стой! — девушка спрыгнула с крыльца и в последний момент успела схватить свою сумку.

На это самое место немедленно стал сапог каменного воина. Статуя занесла ногу для шага, да так и остановилась. Спиной почуяла Лиза чьё-то присутствие, да вот только оглянуться было слишком страшно. Тихим, но твёрдым голосом, неизвестный произнёс своё заклинание. Моментально зажглись над их головами знаки, заставляя ожившее изваяние вернуться на место, снова опустить меч, и застыть среди своих древних товарищей. Лиза рискнула обернуться, наталкиваясь на Дарину — помощницу ректора. Женщина гневно оглядела студентку и звонким голосом повелела:

— За мной, в кабинет! Немедленно! — её каблуки слишком громко застучали по ступеням, и Лизе пришлось несчастно подчиниться.

Стоило обоим подняться на второй этаж, где располагался ректорский кабинет, девушку настойчиво затянули внутрь его. Тяжёлая дверь закрылась, отрезая женщин от внешнего мира. Ни один звук не мог просочиться за стены этого кабинета. Так что накричаться помощница могла от души, зная, что не будет услышана никем, кроме непутёвой девчонки.

— Что ты там творила, скажи на милость?! — зазвенел голос ведьмы.

— Я хотела заживить царапину, и всё, — пояснила Лиза, рискуя глянуть на стоявшую рядом женщину.

— Как можно быть настолько глупой, чтоб спутать заклинание заживления, с оживлением? — продолжала отчитывать Дарина.

Почему она такая невезучая? Лиза велела себе сдержаться и не повысить голос в ответ. Нет, нужно выбираться из этого кабинета и как можно скорее.

— Я не ожидала, что может выйти что-то подобное, — глухо попыталась оправдаться девушка.

— Я вынуждена буду говорить с Серафимой, — сухо заявила Дарина.

— Нет-нет! Пожалуйста, ей совсем незачем расстраиваться, — встрепенулась Лиза.

Проклятье на её голову! Что же делать? Дарина, ничуть не смягчаясь, продолжила:

— Дай мне свою книгу, — она протянула к студентке руку, поворачивая её ладонью вверх.

— К ней нельзя никому прикасаться, — возмутилась Нери.

— Дай её сюда! — повторила помощница ректора по слогам, и её глаза потемнели.

Лиза поджала губы и принялась искать в сумке книгу. Затем она нехотя вложила в протянутую руку свои записи. Дарина бережно пролистала страницы, хоть и пребывая в ярости, но уважая чужой труд. Помощница отыскала страницу с неудавшимся заклинанием, и на её лице застыло неподдельное удивление. Она повернулась к студентке, и пальцем с аккуратным ногтем, ткнула на один из знаков.

— Если добавить его к заклинанию оживления, то есть большая вероятность, что оно ослабится, и подействует как заживление, — пояснила Лиза, заглядывая в собственные записи, — если использовать «Гайн» в заклинании, раны заживут почти мгновенно.

— Знак «Гайн» ослабляет действие чужого заклинания, не позволяя врагу исцелить свои раны. В любом другом случае, он действует с одинаковой силой, и действие у него всегда — одно! — строго пояснила Дарина.

— Но…

— Ты должна запомнить раз и навсегда, что запрещено читать и использовать эти знаки. Твоя неопытность могла стоить людям жизни. Не говоря уже о том, что было бы, заметь это смертные! — возмутилась помощница.

— Я поняла, — Лиза помрачнела под взглядом женщины.

— «Катальма» — боевые знаки, древние, ими нельзя пользоваться просто так. Времена открытой охоты на ведьм давно окончены, — голос Дарины дрогнул при последних словах, будто она и сама в это не верила, — по крайней мере, не ведётся открытых безнаказанных действий. Эти знаки стали историей.

Лиза не нашлась, что ответить, только нервно стискивала лямку своей сумки.

— Откуда ты их узнала? — внезапно поинтересовалась помощница.

Теперь девушка встрепенулась, не ожидая подобного вопроса. Пора бежать…

— Услышала их случайно, — проговорила Лиза первое, что пришло на ум.

Дарина только собралась расспросить студентку как следует, но двери кабинета открылись, и вошёл Роман Викторович. Мужчина с удивлением глянул на гостей. Ведьма поджала губы. Ректор вернулся совсем не вовремя.

— Здравствуйте, — Лиза постаралась не выдать своего облегчения при виде Нифёдова.

При начальнике ведьма не станет её подобным образом допрашивать, значит — это отличный шанс выбраться на свободу.

— Здравствуйте, — улыбнулся Роман Викторович, расстёгивая пиджак безупречного костюма, — Дарина, почему шумишь?

— Некоторые студенты, — помощница сверкнула взглядом на девушку, прекрасно понимая, что их разговор теперь окончен, — повадились разрисовывать крыльцо, дабы придать ему более «живой» вид!

— Х-м, это не очень хорошо, правда? — ректор опустился в своё кресло, — но, Елизавета Николаевна больше не будет, верно?

Мужчина поглядел на студентку привычным внимательным взглядом.

— Совершенно верно, Роман Викторович. Это больше не повторится… — Лиза ловко проскользнула мимо возмущённой ведьмы и быстро покинула кабинет.

Она сбежала по ступенькам и не останавливалась, пока не оказалась во дворе. Как же могла так попасться? Словно некто специально подтрунивал над нею, создавая всё более нелепые ситуации. Силу Лиза чувствовала лет с десяти, тогда Серафима и стала поучать её, объясняя, чем это грозило внучке и какие перспективы открывало. Полностью же дар проснулся в юной ведьме год назад, едва исполнилось восемнадцать.

Стоило бы порадоваться, но при смертных родителях и её окружении — это превращалось в ежедневное испытание. Необходимо тратить ещё больше времени на контроль и обучение, иначе быть беде. Прощайте спокойные ночи… Теперь же оставалось только гадать, расскажет помощница ректора о неудаче бабушке или смолчит.

— Расскажет ведь… — Нери перевела дыхание и вышла за ворота университета.

На сегодня с неё хватит. Возвращаться на занятия Лиза не рискнула. Стоило бы как-то предупредить звонок Серафиме и признаться самой, а ещё лучше приврать поубедительней, но этот номер точно не пройдёт. Девушка огляделась: улица пустовала. В это время многие жители устремлялись в центр города, где находилось большая часть офисов, и Лизе казалось, что она совершенно одинока в этот час.

Девушка обернулась и поглядела на стоянку. Не было смысла просить шофёра отвезти её домой. Если мать узнает, что она пропустила занятия, то достанется по первое число. А домоправительница обязательно постарается доложить об этом. Вредная женщина, словно адский шпион возникала из ниоткуда и видела всё.

Но ничего ведь не произойдёт, если она немного прогуляется? Погода мягкая, можно было дойти до парка, сесть на скамейку и ещё раз перечитать свои заметки. Лиза так и поступила, прогуливаясь по старой, выложенной камнями дороге. Ведьма возмущённо нахмурилась, когда вспомнила, как бесцеремонно изучали её книгу.

— Как могла потребовать отдать её и прикасаться? — тут девушка осеклась, понимая, что и сама не раз этим была грешна.

Но всё же, не стала бы прабабка возражать против её любопытства. Ведь, в конце концов, всё равно книга досталась бы ей, последней из своего рода ведьме. Лиза подумала о припрятанном в тайнике сокровище и ей нестерпимо захотелось, чтоб день поскорее закончился. В своём доме Лиза была свободна лишь ночью, когда последний из «простых» людей засыпал, и она могла вдоволь насладиться своей сутью. Оттого и зевала всё утро, выводя бедную мать из себя.

— Как замечательно просто быть самой собой… — Лиза смела ладонью упавшие на скамейку листья и присела на краешек.

Она мечтательно откинулась на спинку, чувствуя, как дерево приятно нагрелось на солнце, и поглядела на высокое синее небо.

— Быть свободной, что может быть прекраснее?

Девушка подняла вверх руки, пытаясь удержать в ладонях пока ещё яркое осеннее солнце. Лиза любила его. Вопреки общему представлению людей о ведьмах, в её роду не пускали кровь на алтаре, не жгли чадящих чёрных свечей и не наводили порчу.

Пусть это и не давало женщинам рода Нери продлевать свою жизнь на сотни лет и быть точно уверенными в том, что непременно родится дочь, которой передастся их сила. Но зато позволяло безболезненно касаться «святого» металла, а именно серебра, и уж тем более деревянного распятия, таким образом, даря некоторую защиту от посягательств тех, кто ещё не забыл святой «охоты».

Сами же полнокровные ведьмы не воспринимали всерьёз своих сестёр, решивших поклоняться силам природы больше, чем той самой тёмной части собственного существа, что дарила столько преимуществ.

— Посмотрим, что вы скажете, когда я изучу силу, как следует, — нахмурилась Лиза.

Верховная Лиридон ещё прикусит свой ядовитый язык, когда она добьётся желаемого и покажет своё мастерство. Девушка горько вздохнула и закрыла глаза, позволяя последнему теплу золотить нежную кожу её лица. Ей и жизни не хватит, чтоб достичь достойного уровня владения силой, если будет отвлекаться на ненужные глупости, а именно, являться единственной наследницей собственных родителей.

Отец Лизы, Николя Нери, прямой потомок маркиза Нери, был одним из крупнейших итальянских экспортёров вина. Великолепные виноградники и винные погреба «Маркези ди Бароло» находились рядом с замком их семьи в городе Бароло. Эти самые винные погреба хранили историю, охватывающую более двухсот лет, и могли поведать о винной традиции региона Ланге.

С дедом Серафима познакомилась, когда отдыхала в Риме. Тот был просто околдован красотой этой женщины, и надо сказать без всякой магии. Они прожили вместе счастливых сорок лет, и когда дедушки не стало, Серафима не захотела оставаться в Бароло и вернулась в Россию. Здесь она приобрела небольшой домик, возжелав «доживать» старость в уединении. Делами занялся отец Лизы.

— И почему родители не родили пятерых? — глухо проговорила ведьма.

Тогда бы у неё точно был шанс остаться незамеченной и счастливо жить в своё удовольствие.

— Разве есть моя вина в том, что у вас нет сына? — продолжила возмущаться девушка, не открывая глаза.

Вот и приходилось выполнять обязанности, которые, по её мнению, должны были лечь на могучие плечи именно сына. Вместо сыновей, которых семья Нери так и не дождалась, Лиза вынуждена была страдать, изучая экономическую теорию, вникая в международные торговые отношения, монетарную и фискальную экономику и прочие ужасы.

Но были вещи пострашнее университета и финансов. Эти штуки назывались — «женихи». Серафиме удалось помочь отвадить пятерых или шестерых, после чего бабушка не слишком ладила с матерью. Взгляды на Лизино счастье у обеих женщин весьма отличались. Конечно же, мнение «наследного дитяти» в расчёт не бралось.

У Лизы порой складывалось впечатление, что вся её жизнь была расписана по пунктам ещё до рождения. Кажется, так оно и было. Девушка вздохнула и расстегнула свою сумку. Она достала книгу, согнула ноги в коленях, упираясь ботинками о край скамьи, и раскрыла свои записи.

Глаза девушки заискрились, наливаясь ярким зелёным цветом, стоило взгляду пробежаться по исписанным страницам. Лиза провела пальцем по одной из строчек, и тут же приподняла его, описывая небольшую дугу в воздухе, а затем быстро начертала один из знаков.

Яркий кленовый листик поднялся с дороги и повис в воздухе перед глазами ведьмы, начиная медленно кружиться. Она повторила действие, в этот раз сосредотачиваясь сильнее и ускоряя движение руки. Вслед за своим оранжевым собратом, в воздух поднялось ещё несколько листьев, так же мерно покачиваясь перед лицом девушки. Она задержала дыхание. Рука едва заметно шевельнулась, начертала знак, и Лиза на выдохе прошептала:

— Ункуалле зханн… — глаза юной ведьмы сверкали всё ярче, а вокруг скамьи взметнулся золотисто-рыжий водопад из опавших листьев.

Вот только они не падали, а сначала вознеслись вверх, устремляясь к небу, а затем замерли в воздухе, словно время для них остановилось. Лиза взволнованно огляделась, наблюдая действие своих чар. Губы её тронула улыбка, и девушка поднялась со скамейки.

— Получилось. И не убила никого… — нервно выдохнула ведьма, выходя на дорогу.

Застёгивая сумку, в которой надёжно спрятала свою книгу, девушка пошла дальше, вглубь парка. Только на повороте Лиза опомнилась, обернулась и щёлкнула пальцами, заставляя лёгкую листву опуститься дождём на землю.

— Вечно забываю отменить… — устало проговорила ведьма и отправилась дальше.

Глава 3

Тёплый день привлёк в парк слишком большое количество шумных мамочек, кативших туда-сюда разноцветные коляски, рассуждавших о правильности грудного вскармливания их чад и том, какие подгузники предпочесть. Лиза расстроенно прошлась между ними, понимая, что уединиться ей сегодня не посчастливится. Одно дитё, в голубом вязаном чепце, деловито высунуло свой язык, и простодушно улыбаясь, продемонстрировало девушке пару молочных зубов.

Ведьма улыбнулась ребёнку и загляделась на фонтан, останавливаясь у него. Высокие струи сверкали на солнце, радуя взгляд. Лиза ещё раз проверила сохранность своей книги и надёжность застёжки на сумке. От мыслей девушку отвлёк телефон. Он зазвонил, вибрируя в кармане шорт, и Лиза присела на край бордюра, намереваясь ответить. Звонила мать. Нери нехотя приняла вызов, слушая мелодичный голос, полившийся из динамика.

— Лиз, у нас сегодня вечером будут гости. Я хочу, чтоб ты вернулась раньше. Это возможно? Или мне поставить в известность…

— Возможно-возможно! — встрепенулась Лиза, понимая, что лучше никого не ставить в эту самую известность.

Она так обрадовалась возможности вернуться в свою комнату, что забыла расспросить мать о гостях. Ну и ладно. Главное, что не нужно болтаться по парку и ощущать на себе взгляды отдыхающих, глядевших на неё, как на серийного маньяка.

— Я скажу водителю, чтоб отвёз меня, мам, — Лиза поднялась, отряхивая шорты.

— Я уже велела ему ждать тебя. Будь хорошей девочкой. Порадуй наконец свою мать. Ладно? — вздохнул телефон.

Как будто она и так не радует… Лиза торопливо прошла по дороге к выходу из парка. Совсем лишним будет, если водитель заметит, что она пришла не со стороны университета. Нужно было вернуться незаметно.

Ладно, побудет она «хорошей девочкой». У всего этого были свои бонусы. Её непременно оставят на некоторое время в покое, если мать останется довольной. Лиза прошла к центральному входу в университет и уже оттуда свернула к стоянке. Шофёр ожидал её у машины и вежливо кивнул в знак приветствия.

Девушка села на заднее сиденье и привычно бросила рядышком свою сумку. Смешно, но последние два года именно она была неизменным спутником в этой машине, а единственным живым человеком, сопровождавшим её — шофёр.

Когда они в последний раз отправлялись куда-нибудь всей семьёй? Этого Лиза не помнила. Отец приезжал редко, а мать путешествовала по миру, являясь блестящим специалистом в области археологии, потому и виделись они нечасто.

Машина неслась по пустой дороге, выезжая к новому, едва отстроенному району города, где собственно и находился дом её семьи. Мать вскоре должна была уехать, и Лиза лелеяла мечту, вновь сбежать в домик Серафимы, чтобы не видеть надоедливую домоправительницу.

Шофёр подождал, пока охрана получила сигнал об их прибытии, и высокие ворота были открыты. Медленно отъезжая в сторону и прячась за светлой каменной оградой, они открыли взгляду знакомый внушительный двор. Симметрично стриженые кусты мелькали вдоль дороги, на подъезде к дому.

Шофёр остановил машину у крыльца и вышел, а затем открыл дверь своей юной хозяйке. Лиза выбралась из салона и быстро поднялась на крыльцо. Этот дом по праву был любимцем матери, и не было места, куда бы не ткнул палец Ольги, указывая рабочим, что и как делать. Лиза могла себе только представлять, как мучились эти бедняги.

Архитектором и по совместительству другом её матери, был создан замок в современном баварском стиле. Дом находится на участке более полутора гектара, вокруг которого возвышалась роскошная местная природа и открывался живописный вид на Туманную гору. Почему туманную? Лиза не знала. Ни разу за свою жизнь она не видела там и клочка тумана, но так прозвали её местные жители. Да и какая собственно разница? При создании дома использовали довольно много стекла, для того чтобы позволить наслаждаться великолепным видом снаружи.

Здесь была и огромная столовая и, конечно же, винный погреб с дегустационной. Как же без этого? Особняком выделялся отцовский офис, в котором по приезду пропадал без вести отец. Двенадцать спален и огромная гостиная, выдержанная в средневековом стиле, с камином и красивейшей люстрой в центре комнаты, всегда были готовы принимать многочисленных гостей.

Лиза вошла в дом, намереваясь подняться на второй этаж, в свою комнату. Но мать остановила её на третьей ступеньке, веля спуститься обратно. Приветственно коснувшись губами лба дочери, Ольга обошла девушку кругом, при этом пристально рассматривая.

— Мам? — насторожилась Лиза, — честное слово, это не я…

Женщина мягко улыбнулась, отчего стали видны мелкие морщинки в уголках её тёмно-зелёных глаз.

— Разве я тебя в чём-то обвиняю, Лиз? — обиженно поинтересовалась Ольга.

Она ещё раз обошла дочь и остановилась, задумчиво потирая подбородок.

— Думаю, золотистое идеально подойдёт.

Девушка мысленно чертыхнулась. Ну вот, её опять нарядят как куклу и… стоп!

— Мам! — отпрянула от неё Лиза, — кто наши сегодняшние гости?

Ольга натянуто улыбнулась и поправила аккуратно стриженую чёлку.

— Один замечательный молодой человек. Приведи себя в порядок, о платье я позабочусь. Его скоро доставят из салона.

— Мам! — девушка прекрасно поняла, кто был приглашён на ужин.

От возмущения она поджала губы. Лиза услышала как за окном, у неё за спиной, зашумели деревья, и ветер принялся нервно срывать жёлтую листву. Нужно было немедленно успокоиться, пока всё не вышло из-под контроля. Ведьма глубоко вдохнула, усмиряя и себя и ветер. Новый претендент, значит…

— Я не хочу ни с кем встречаться, — Лиза нервно поправила лямку сумки на плече.

— Мы уже говорили об этом, дорогая, — возмущённо отозвалась Ольга, — не будем возвращаться к данному вопросу снова и снова. Нужно принимать свою долю ответственности, Лиз.

— Почему я должна идти за них замуж? — фыркнула девушка, — наймите их работниками! Или что, иначе эти парни не могут делами управлять?!

— Мы не нуждаемся в наёмных работниках, Лиз! — сердито покачала головой мать, — и твой отец никогда не позволит вести дела семьи постороннему человеку.

— Родите своего человека, — мрачно отозвалась Лиза и взбежала по ступенькам наверх.

— Я настойчиво прошу тебя не сообщать о наших планах бабушке! — донеслось до неё у дверей комнаты.

Лиза мрачно усмехнулась. Мать вовсю старалась, чтоб свекровь ничего не прознала. Но девушка прекрасно понимала, что это было настоящей глупостью. Разве что всё происходило спонтанно, и бабушке Серафиме не до сватовства было. Иначе уже примчалась бы сюда. Лиза буквально вбежала в свою комнату и плотно закрыла дверь. Ненадолго спаслась. Она бросила сумку на кресло у кровати и во весь рост упала на постель, раскидывая руки.

— Где отыскать такое заклинание, которое заставило бы всех оставить меня в покое? — почти простонала Лиза.

Может ей сбежать? Или наколдовать себе окладистую бороду, чтоб все женихи разбежались? Ведьма перевернулась на живот и протянула руку под подушку. Лиза извлекла из-под неё старую обветшалую книгу в тёмном кожаном переплёте и вздохнула, прижимая её к груди.

— Что может быть более глупо и безнадёжно? Это всё равно, что желать единорога…

А ведь эти нахалы вымерли ещё в прошлом веке! Лиза повернула книгу к себе передом, в который раз рассматривая её обложку. По краям та была оббита медью, сплетаясь витиеватыми цветами. Никаких надписей не имелось, да и к чему они? И так было без сомнений понятно, что ведьма держала в своих руках. А простому смертному и вовсе не следовало ни видеть, ни тем более читать эти письмена.

В центре книги был оттеснён всё той же медью отпечаток ладони, тонкий и изящный, явно принадлежавший женщине. И Лиза точно знала кому. Именно той женщине, у которой она собственно книгу и позаимствовала. Правда, без спроса. Но как могла бы просить дозволения у той, кто покинула этот свет больше двух сотен лет назад? Прабабушка Лизы, полнокровная ведьма, имела силу превосходящую саму Лиридон. Именно в память о ней, ушедшей Великой Пальмистрии, ведавшей любую судьбу, читая её с линий и знаков на ладони, теперешняя верховная ведьма была так снисходительна к выходкам её правнучки.

Лиза раскрыла гримуар. Почерк у прабабки был прекрасным. Девушка провела пальцем по строчкам, глядя на буквы с нескрываемым восторгом. Конечно, прикасаться к подобной вещи она могла лишь по прошествии мно-о-огих, очень многих лет, да ещё доказав, что не развалит при этом окрестности, и не ввергнет город в апокалипсис.

Но Лиза твёрдо знала, что такой день не настанет. К чему же ждать? Бабушка Серафима, уверенная, что внучка не осмелится нарушить её наказ, и не сунется в заветный сундук Пальмистрии, ещё неизвестно, сколько времени не хватится книги. И у неё был отличнейший шанс прикоснуться хоть немного к силе этой магии.

— Ладно…

Лиза вернула своё сокровище обратно под подушку, понимая, что никуда не денется, и вечер всё равно настанет, как и приход гостей. Коробку с платьем ей прислали через пару часов. Мать кружилась вокруг дочери, не скрывая своего восхищения и радости, глядя, словно на новый законченный проект. Ведьма позволила уложить себе волосы, теперь они поддерживались двумя заколками, оставляя свободными только пару завитков, мягко лежавших у висков. Золотистое платье с открытым верхом, стекало по её телу мёдом и отменно сочеталось с тёплым оттенком волос.

Лиза вздохнула, когда даже отсюда услышала голос отца. Николя вернулся и привёз с собой гостей. Девушка затаилась в комнате, придерживая своё длинное платье. Она различила ещё несколько незнакомых голосов. Одному из них мать отвечала с особой медовой интонацией и Лиза поняла, что недолго ей осталось. Прошло ещё несколько минут и в дверь постучали. Ведьма последний раз поглядела на себя в зеркало, удостоверилась, что всё в порядке и открыла горничной.

Женщина передала юной хозяйке, что Ольга велела спускаться к гостям. Ужин был почти готов, и все, конечно же, располагались в нижней гостиной. Лиза заставила себя идти в нужном направлении. Это стоило немалых усилий. Вскоре она вошла в просторное тёплое помещение, глядя, как потрескивали поленья в камине.

Стоило Лизе переступить порог, как она ощутила её — магию. И не тёмную, но и не белую, неизвестную ей. Это было скорее послевкусие, как от недавно откушенного миндального печенья, которое часто привозила из поездок мать. Казалось вот-вот и паутинка из заклинания развеется, будто порванная её вторжением.

В этом мире хватало разных существ. Знать всех просто невозможно, к тому же, учитывая лишь жалкие девятнадцать лет своей жизни. Здесь бы не помешали древние записи Серафимы. Но уж точно не обошлось без вмешательства некой силы, и пока Лиза не могла точно сказать, стоило ли ей беспокоиться по этому поводу или нет. Да и от кого исходила она, ведьма понять не могла. Николя, её отец, располагался на удобном диванчике, в компании нескольких мужчин. Улыбаясь, он поманил дочь, едва Лиза спустилась к ним. Девушка подчинилась, и хозяин дома обнял её за плечи, поочерёдно представляя своим коллегам.

Как пояснил отец, гости прибыли из Италии и намеревались пробыть в городе несколько дней. Отец кивнул мужчинам, которые вновь присели на свои места, принимая принесённые официантом бокалы с блестящего подноса. Теперь Николя повёл дочь в направлении окна. Там, в одинокой задумчивости, стоял ещё один гость. Лиза вмиг пожелала исчезнуть. Жаль, но не сработало. Отец не отпускал её плеч, пока они не поравнялись с незнакомцем, и теперь настойчиво развернул дочь лицом к гостю, представляя:

— Лиз, это Рикардо Конте.

— Buona sera, Elizabeth (прим. пер. с итал. Добрый вечер, Элизабет), — молодой человек повернулся к ней, и Лиза отступила на шаг, изображая безмятежность.

— Здравствуйте, — она заставила себя дежурно улыбнуться.

На вид «претенденту» было чуть больше двадцати. Безупречный костюм, безупречный парфюм, безупречные манеры. Держался Конте сдержанно, но твёрдо и с холодцой. Что тоже «безупречно» сочеталось с чертами смуглого лица. Похоже, что к итальянской крови, кто-то из родителей сеньора Конте примешал пару литров и испанской.

— Я вас оставлю, — отец довольно фамильярно похлопал Рикардо по плечу и девушка, словно дикий зверёк, почуяла опасность.

А смотрины ли это были? Или кое-кто уже принял своё решение? К тому же, ощущение конкурирующей силы стало только ярче. Возможно, кто-то из гостей побывал под чарами какой-нибудь падкой на богатеев левелии. О них часто твердила Серафима, при этом возмущённо морщась. Девы левелии были сущностями достаточно опасными. Ими обычно маленьких детей пугали, чтоб не шалили. Вот и Лиза с детства их боялась.

В записях самых старых ведьм они считались демоническими сущностями, правда эту принадлежность так и не удалось доказать. Возможно, девы происходили от кровного союза каких-то демонических существ и себе подобных сущностей нашего мира. Связаны они были со стихией земли, и являлись наивным мужчинам в образе прекрасной девушки.

Согласно записям, левелия выходит замуж за человека, поставив ему предварительно ряд условий: например, не смотреть, как она расчёсывает волосы, не гладить по спине и прочую чушь. Нарушив условия, бедняга муж обнаруживает змеиную чешую на её спине, видит, как расчёсывая волосы, демоница снимает голову. Если не убить левелию, благоверная съест своего мужа… фу… Лиза поёжилась от собственных мыслей.

— Bene ho incontrato (рад нашей встрече), — произнёс Рикардо, скользя по её фигуре серым взглядом.

— А я как рада… вообще, что ли по-русски не соображаешь? — проговорила Лиза.

Мысленно она представила, как Конте превращается в большую муху и улетает на фоне закатного солнца. И у мухи ещё обязательно должно быть блестящее зелёное ядовитое брюшко…

— Отчего же, соображаю, — неожиданно произнёс Рикардо с мягким акцентом.

Глава 4

Лиза замерла от неловкости, и принялась усиленно разглядывать шторы за спиной гостя. Узор был дивный… Рикардо в свою очередь изучал её. От этого взгляда у ведьмы мурашки побежали по спине. Молодой человек едва скрывал негодование. Обиделся на её слова о познании русского? Как же избавиться от этого «претендента»? Язык ему, что ли показать?

Чёрт! Кажется, в этот раз она не подумала, а сделала. Лиза немедленно поджала блестящие от золотистой помады губы, чувствуя, как заливается краской. Вот бы исчезнуть! Бровь Конте удивлённо приподнялась, а уголок губ нервно дёрнулся. Несомненно, посчитал её полной идиоткой… Сейчас ведьма была согласна с его невысказанным мнением. От взгляда светлых глаз Рикардо веяло зимой, и Лиза снова поёжилась.

— У вас дела с моим отцом? — невинно поинтересовалась девушка, пытаясь разрядить обстановку.

— Да, — медленно кивнул Рикардо, повергая её бедное сердце в трепет.

Да что с этим человеком было не так?

— Вы тоже занимаетесь виноградниками? — продолжила расспрашивать Лиза, всё же понимая, что наверняка этот парень ещё учился, как и она.

Но такой уж важный, словно за плечами несколько десятков лет лежало…

— И ими в том числе, — пояснил гость, — а вы учитесь, насколько я осведомлён, — поддержал беседу Рикардо.

— Да, я на втором курсе, — небрежно повела плечами девушка.

Вот только не надо говорить с ней об учёбе. Да ещё и таким тоном!

— Решили всецело посвятить себя изучению экономики? — в голосе Конте сквозило явное сомнение.

Лиза сдержала растущее раздражение и прислонилась боком к подоконнику, складывая руки на груди. Вперёд, дорогая. Сейчас отличный шанс избавиться от этого «Бандераса».

— А как же, я без неё просто не могу заснуть. Только глаза утром открою, и всё экономлю, экономлю… А знаете, как в последние годы существенно возросло значение теории игр во многих областях экономических и социальных наук? Сколько решено общехозяйственных задач, проанализировано стратегических проблем предприятий, разработок организационных структур и систем стимулирования.

Девушка вздохнула, трагично качая каштановой головой.

— Хотите, поговорим об этом? — похлопала Лиза длинными ресницами.

— О чём, Бога ради? — Рикардо недоверчиво поглядел на свою собеседницу, явно сомневаясь, в своём ли уме была хозяйская дочь, — вы намерены обсуждать этим вечером теорию игр?

— О! Но вы не могли не читать монографию Джона фон Неймана и Оскара Моргенштерна! — мечтательно вздохнула Лиза, одним глазком поглядывая на своего «претендента».

— Я — читал… — сквозь зубы процедил Рикардо, стараясь сохранить невозмутимость, — чем же вы увлечены в свободное от учёбы время, сеньорита?

— Гербарий собираю, — отозвалась девушка.

Ну вот, почти готово. Ещё немного и он сбежит, сверкая пятками.

— Impressionante… (потрясающе), — Конте склонил голову набок, скептически глядя на лицо собеседницы.

— Ещё бы, прошлой ночью на погосте чудная крапивка подросла. К счастью удалось нарвать, пока Иван Давыдыч не выкосил. Теперь до самой весны хватит… — сверкнула улыбкой Лиза.

Езжай домой парень. Давай-давай! Она и без бабушки Серафимы отлично справится.

— Впервые вижу девушку, пытающуюся казаться глупее, чем есть на самом деле, — намеренно растягивая слова, проговорил Рикардо.

Он сейчас намекал на то, что она дурёха? Лиза вскипела, забывая обещание матери.

— И, тем не менее, вы притянули свой зад сюда, через пол-Европы, намереваясь жениться, — кинула возмущённо Лиза.

— Жениться? — молодой человек тихо рассмеялся, — уж не думали ли вы, что я мог польститься на вас, сеньорита?

Рикардо элегантным жестом поправил свой галстук.

— Я представляю интересы моего младшего брата. Но вы инфантильная глупышка, Элизабет. И разочаровали меня. Так-то! — Конте щёлкнул пальцами перед её носом и направился к лестнице, намереваясь присоединиться к остальным гостям.

— Ах ты… ах ты… — Лиза была так ошеломлена, что просто задыхалась.

«Я хорошая девочка, я хорошая девочка», повторяла про себя ведьма, как молитву. Но глядя, как бледнеет, а затем хватается за живот Рикардо, хитро сощурилась.

— Но зря ты это начал… вот теперь попробуй досидеть до конца вечера.

Лиза гордо прошествовала мимо гостя на второй этаж, краем глаз замечая, как Конте ослабляет узел галстука и поджимает губы. Значит, не жениться приехал? Что он там говорил о брате? Что ещё за брат такой? Девушка так задумалась, что остановилась перед двустворчатыми прикрытыми дверьми, за которыми уже собрались гости и её родители. Лиза сминала пальцами искрящуюся ткань платья, всё гадая, как выкрутиться на этот раз. Серафима и впрямь была занята настолько, что до сих пор не позвонила и не наворожила отворота от её дорогого порога?

— Теперь вы нерешительны? — голос за спиной заставил ведьму встрепенуться от неожиданности.

Лиза оглянулась, видя, как подошёл Рикардо. Он помрачнел ещё больше, если это вообще было возможно. Казалось, этот человек производил в своей голове тысячу сложнейших расчётов одновременно или решал вопросы мироздания. Из-за нахмуренных бровей, глубокая морщинка на его лбу наверно никогда не разглаживалась.

Хоть желудок и объявил ему революцию, Конте держался завидно достойно и даже в некотором смысле величественно. Граф Дракула… Лиза не выдержала, протянула руку и провела пальцем по его лбу, пытаясь разгладить проклятую морщинку. Рикардо смерил девушку холодным взглядом, но она прекрасно слышала, как часто застучало его сердце. Волновался, значит.

— Кажется, тараканы в вашей голове заскучали, сеньор Конте, — Лиза распахнула двери, довольная тем, что кто-то всё же взволнован больше неё и прошла в гостиную.

Рикардо неспешно последовал за хозяйской дочерью и отодвинул её стул, ожидая, пока Лиза сядет. Коротко кивая, молодой человек сел рядом. За длинным узким столом, по невероятной «случайности», все остальные места уже были заняты. Ольга, мать несчастной Лизы, привычно крутила на руке браслет, подаренный отцом по случаю приезда. Николя всегда привозил ей какую-нибудь ювелирную «забаву» из своих поездок, в то время как Ольга стягивала всевозможные трухлявые и обветшалые «древности».

— Ricardo, sei molto pallida! Volo stanca di te? (Рикардо, вы совсем бледны! Перелёт утомил вас?) — взволнованно поинтересовалась хозяйка дома, глядя на гостя.

Лиза усмехнулась. Мать так забавно выговаривала это «р», переходя на родной язык мужа.

— Я ничуть не утомлён, — Конте отпил из бокала золотистое вино, глядя на девушку из-под тёмных ресниц и усмехнулся уголком губ.

Только скажи ещё раз, что разочарован, и тебе конец… Лиза сощурилась, так же пристально глядя на него в ответ. Но Рикардо смолчал, только сел ровнее, сминая одной рукой бумажную салфетку. Видимо, так негодяю было легче скрывать своё «ничуть не утомлённое» состояние. Вот-вот, думай, кайся, знай, как с ведьмой связываться. Но что за дела у семьи Конте с её отцом? Лизе нестерпимо захотелось расспросить Николя, немедленно и подробно. Только это, конечно же, не представлялось возможным в данный момент.

Но кое-что она всё же могла. Глаза Лизы едва заискрились, когда она немного склонила голову, и провела указательным пальцем по краю своего бокала. «Аркун» так замечательно подходил для такой ситуации, чертать его было одним удовольствием. Круг, да одно касание в первоначальной точке.

— Рикардо, — залучилась улыбкой мать, — а почему вы прилетели один?

— Федерико сейчас в Мадриде, — мягко улыбнулся в ответ Конте, — неотложные дела требуют его личного присутствия, за что прошу прощения от имени брата и моей семьи.

Вы только посмотрите, оказывается, улыбаться умеет. Лиза подпёрла ладонью подбородок и внимательно слушала их воодушевлённую беседу. Ею, конечно, воодушевлённую. Зря что ли целый месяц учила? Для шпиона «Аркун» незаменим, это факт. Замыкая сознание одного человека на другом, он вынуждал обоих говорить о самом наболевшем. О том самом, что так и крутилось на языке, но не смелось сказаться вслух. Муа-ха-ха! Минут пять эти двое принадлежали ей, Лизавете Нери!

— Такой обаятельный мальчик. Кажется, в последний раз мы виделись с ним года три назад. Точно, на дне рождения вашей матери, Рикардо, — щебетала дальше мать, — как здоровье Сирен?

— Сирен умерла в прошлом году, — Конте совсем стянул свой галстук и даже расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

Лиза приоткрыла рот. Вот чёрт, не ожидала, что разбередит рану.

— Рикардо, как же так? — залепетала Ольга, прижимая голубую салфетку к губам.

— У матери было слабое сердце, — молодой человек залпом осушил свой бокал, откидываясь на спинку резного стула.

— Простите… — не удержалась Лиза, но Конте не глядел на неё.

Конечно. Чары ещё не развеялись. Он видел только мать. Но время выходило. Плохой из неё шпион. Нужно было на себе замкнуть. Вот глупая и в самом деле.

— Мне так жаль, — тяжко вздохнула Ольга, — представляю, как вы скорбите.

— Не представляете… — Рикардо произнёс это едва слышно.

Заклинание перестало действовать, но Лиза прекрасно расслышала. Эх, зачем она только расслышала? Девушка подняла бокал, делая вид, что отпивает вино и тихо прошептала. Может у этого типа и болит сердце, если оно имелось в наличии, но живот успокоился. Не чудовище она…

Уже позже мужчины снова спустились на первый этаж. Ольга, долго принося свои извинения, отъехала в офис, поскольку что-то не ладилось с предстоящей выставкой, и Лиза на некоторое время была предоставлена сама себе. Она отправилась в свою комнату и открыла раздвижные двери, выходя на террасу. Воздух был уже слишком свежим для прогулок в платье с открытыми плечами, и девушка поёжилась от прохлады, но не вернулась в уют дома. Останавливаясь у перил, Лиза принялась разглядывать звёзды. Те были особенно яркими сегодня, а луна, сверкая тонким полумесяцем, казалась нарисованной кем-то неизвестным в чёрном небе.

Девушка вытащила заколки из волос. Тяжёлые пряди скользнули по спине, укрывая своим теплом. Лиза обняла себя руками, прислушиваясь к звукам ночи. Обладая ввиду своей природы прекрасным слухом, ведьма могла различить каждый взмах крыльев одиноких птиц, перелетавших с ветки на ветку. И даже, как сосредоточенно сопел вредный ёж, повадившийся шуршать по ночам опавшими листьями под её окнами.

В следующую минуту, внимание Лизы привлёк шум у крыльца дома. Гости разъезжались. Они шутили и расставались в отличном настроении, значит у отца всё в порядке с делами. Это не могло не радовать. Вот только одна посторонняя машина так и осталась стоять на стоянке у дома. Чужая магия по-прежнему электризовала свежий воздух, и Лиза нахмурилась. Осталась после визита гостей или же исходила от проклятого Конте?

— Дракула что-то задерживается, — девушка свесилась через перила, пытаясь разглядеть окна гостиной.

Идея, конечно, не самая лучшая, да и бесполезная, слишком высоко было, а через пару минут оказалось, что и напрасная. Знакомые голоса зазвучали из кабинета отца. Лиза подошла ближе к соседней с террасой стене, превращаясь в сам слух. Сначала мужчины обсуждали дела, нагоняя на неё скуку, затем зацепили вопросы политики (как же без этого). Узнала Лиза и о том, что в этом году Дракула заканчивает учёбу и подумывает о том, чтоб последний курс отучиться здесь, по настоянию отца, желающего расширить семейный бизнес.

— Не вздумай тут остаться… — возмущённо прошептала Лиза.

Зачем менять место учёбы перед самым концом? Видать папенька Дракулы так же много думал о чувствах своих детей, как и её смертные родители. На душе сделалось горько и ведьма поникла. Свежий ветер мягко подхватил её длинные пряди, скользя ими по щеке, будто успокаивая.

— Ну давайте же, хватит о ерунде говорить.

Лиза уже отчаялась, когда наконец разговор повернул в нужное русло.

— Так или иначе, я прибыл для составления брачного контракта от лица Федерико, — проговорил Рикардо.

— Он и в этом году участвует в турнире по фехтованию от университетской команды? — поинтересовался Николя, — поэтому не смог приехать?

— Верно, — звучал в ответ голос Конте, — он не мог по договору покинуть турнир, да ещё и с такими прогнозами на золото. К тому же у меня было достаточно и своих причин оказаться в этом городе. Рад, вашему приглашению, Николя.

— Надеюсь, что вы завершите все задуманное успешно, — отозвался отец.

— Благодарю. Что же касается Элизабет…

Лиза прижалась к стене, совсем остывая.

— Что? Что её касается? — взволнованно проговорила девушка.

— Вы сомневаетесь в правильности принятого решения, Рикардо? — теперь голос отца зазвучал несколько сухо.

— Давай, сомневайся Дракула, сомневайся родименький… — шептала Лиза, вздрагивая от холода.

— Я считаю, что данное решение поспешно, — невозмутимо пояснил Конте.

— Прошу обосновать, — потребовал Николя.

— Ну зачем? Зачем что-то обосновывать? — простонала Лиза, — не хочет же парень…

— Элизабет, по моему мнению, ещё слишком юна и не готова к замужеству, а так же всей его ответственности, — проговорил Рикардо.

— Вы пришли к подобному мнению, перекинувшись с моей дочерью парой слов? — отец был явно недоволен.

Лиза снова почуяла опасность. Ну что отец за человек? Или у него с семьёй Конте серьёзные дела намечались? Она-то тут причём?

— Почему вам, мужчинам, всегда нужно приносить своему делу человеческую жертву? И всегда это какая-нибудь женщина! Сами друг на друге женитесь!

Кажется, она выкрикнула это слишком громко. Окно внизу приоткрылось, и отец выглянул на улицу.

— Лиз? Что случилось, дорогая? — встревоженно прозвучал голос Николя.

— Достали кровососы, — проворчала Лиза, отвечая ему.

— Кто?

— Комары пап… комары…

— Не стой на террасе ночью. Уже не лето, ты замёрзнешь. Вернись к себе, — с теплотой потребовал отец.

— Ладно. Уже двенадцать. Я спать. Dolci sogni per voi ei vostri scarafaggi, Ricardo! (Сладких снов вам и вашим тараканам, Рикардо!) — медово потянула ведьма, прекрасно зная, что гость её расслышит.

Продолжая вздрагивать от холода, Лиза вернулась в свою комнату. И зачем, спрашивается, мучилась на террасе? Ведь всё могла слушать и отсюда, не выдавая себя отцу.

— Точно пора спать…

Завтра с утра тянуться на учёбу. Девушка подошла к гардеробной, намереваясь переодеться, но замечая огромное зеркало, остановилась перед ним и посмотрела на своё отражение. Лиза перекинула волосы на одно плечо, и её лицо помрачнело.

— Отказывается, значит? — ведьма снова возмутилась.

Посмел сказать, что она не подошла, как какая-то пара обуви? Да что он знал о ней, этот Дракула?! На какой-то миг Лиза даже забыла, что сама этого желала.

— Тяжело быть мной… — вздохнула ведьма и устало побрела переодеваться.

Спустя ещё немного времени, она подошла к своей уютной постели, привычно в такое время года провела над нею рукой, шепча нужные слова, и забралась под одеяло. Тёплое, согретое её любимым заклинанием, оно было просто восхитительно. И вовсе не нужно вспоминать про три предыдущих одеяла, с прожжёнными на них дырками. И об Ольге, гонявшейся за дочерью по всему дому, с криками: «убью, если вздумаешь втихаря курить». Лиза блаженно вздохнула, расслабляясь и закрывая глаза.

Глава 5

Вторник ведьминских будней начался сурово. Родители сидели за столом напротив Лизы, всем своим видом выказывая молчаливое недовольство. Девушка попыталась сделать вид, что не замечала, как хмурил брови Николя и вздыхала мать. Ведьма деловито хрустела гренком и допивала свой чай.

— Дорогая… — встрепенулась Ольга, словно что-то решила, но тут же умолкла, видимо всё ещё подбирая слова для дочери.

— М-м? — Лиза замерла с чашкой в руке, слушая мать.

— Лиз. Это пора прекращать, — вместо жены отозвался отец, — девятнадцать и девять — это разные цифры. Ты как будущий экономист должна это понимать.

Девушка поставила чашку и принялась медленно крутить её на столе, пытаясь думать спокойно.

— К чему ты это говоришь, пап? — сухо спросила она.

Николя прокашлялся в кулак и поднялся из-за стола. Лиза встала следом, осталась сидеть только Ольга, глядя с тревогой то на мужа, то на дочь.

— Пора принимать всю ответственность, Лиз. Хватит. Ты просто обязана быть серьёзной, — твёрдо продолжил говорить отец семейства, — я позволял тебе эти побеги к бабушке и прочее ребячество, понимая, что подобные моменты должны быть в жизни любого подростка. Но ты уже не подросток, дорогая. Уверен, что это всё влияние отпрысков де Латура. Мальчишки совсем отбились от рук. И ты уподобляешься им. Я должен пересмотреть своё решение о вашем общении.

— Пап! — Лиза гневно бросила на стол смятую ею салфетку, — это уже слишком. Что ты от меня хочешь?! Мам?!

Теперь она поглядела на Ольгу. Та лишь развела ухоженными руками, бессильно качая головой. Посуда перед ведьмой задрожала, а лёгкие занавески, за спиной ничего не подозревающего отца, принялись колыхаться, словно от порывов ветра. Лиза на мгновение закрыла глаза, заставляя себя ровно дышать, как и учила Серафима. Ей надлежало сдерживать себя в присутствии семьи, как бы сложно при этом не приходилось.

— Мы не давим на тебя, дорогая. Но пойми, нам приходится нелегко. Федерико Конте воспитанный, умный, блестяще образованный молодой человек. Это идеальная партия, — матери осталось в придачу к её медовому голосу начать гладить своё чадо по голове, вот уж точно та самая голова задымилась бы.

Лиза фыркнула и обошла стол, стараясь держаться подальше от острых столовых приборов. Мало того, что насилие над живым человеком вообще запрещено, да и над неживым тоже, так ещё неизвестно кем семейка достопочтенного Конте является. И как свою родную дочь не жалко?!

— Он прекрасная партия для тебя? — Лиза кинула взгляд на мать, — или для тебя?

Теперь ведьма нахмурилась, глядя на Николя.

— Что за глупости? — отец одёрнул свой пиджак, — и к тому же, это не разговор за завтраком. Нам всем пора. Поговорим вечером. До этого времени у тебя будет возможность всё взвесить и обдумать, я полагаю.

— Я не собираюсь ничего взвешивать! — выкрикнула Лиза и побежала вон из столовой, взбегая через две ступеньки по лестнице к себе в комнату.

Стоило ведьме войти, как она больше не сдерживалась. Вещи летали, сбивая друг дружку. Подушка с кровати врезалась в старинный торшер, и Лиза в последнюю минуту остановила его, не давая разбиться о паркет. Она бессильно сотрясала кулаками, заставляя всё падать на пол, и сама села на ковёр.

— Я не выйду за Федерико… — глаза юной ведьмы почернели от ярости.

Лиза немедленно тряхнула головой и похлопала себя ладонями по щекам, заставляя очнуться. Да что это она, в самом деле?

— Так и бабой Ягой стать недолго… — Лиза тяжело поднялась и отряхнула одежду.

Ничего, уж она придумает, как выкрутиться. Отец ещё пожалеет, что затеял эту женитьбу.

— Папа говорил, что коллеги ещё несколько дней пробудут в городе, как и ты, Дракула, — ведьма мечтательно улыбнулась, — осиновый кол покажется тебе занозой, поверь…

Через несколько минут Лиза накинула короткий плащик, собрала всё необходимое в сумку и вышла во двор, где её ожидала машина. Отец уже уехал, поскольку его привычное место для парковки было свободным. Девушка села на любимое заднее сиденье в тёплом салоне, и машина отъехала, удаляясь от дома. Лиза задумалась ненадолго, затем вытащила телефон и набрала номер секретаря Николя. Женщина ответила немедленно, чем всегда поражала. У Лизы складывалось ощущение, что помощница была роботом и никогда не отходила со своего рабочего места.

— Хелен, а папа уже на месте? — вкрадчиво поинтересовалась девушка.

— Нет. Только что звонил и предупредил, что задержится по дороге. Можешь оставить для него послание, я передам.

— Нет-нет. Знаешь, мне так нужна твоя помощь… — несчастно вздохнула Лиза.

Шофёр только покачал головой, наблюдая в зеркало заднего вида, как его пассажирка отчаянно изображала горе.

— Что произошло? — поинтересовалась Хелен.

— Вчера за ужином произошло досадное происшествие. Я случайно облила кофе костюм одного из папиных гостей. Мне так неловко, я даже не успела извиниться. Не могла бы ты дать мне его телефон? — поинтересовалась Лиза, — я уверена, что он должен быть у тебя.

— Ты можешь назвать мне имя этого человека?

— Драк… — ведьма зажмурилась, — Конте. Рикардо Конте.

— Да, он есть в списке вчерашних гостей господина Нери. Я могу дать тебе номер его телефона, — ответила Хелен, — подожди минутку, пожалуйста.

— Прекрасно, — девушка закусила нижнюю губу, ожидая ответ.

Вскоре, Хелен бойко продиктовала нужный номер, и Лиза несколько раз повторила его про себя, запоминая.

— Спасибо Хелен! — теперь ведьма быстро набрала его в своём сотовом, собираясь сохранить номер.

Одной проблемой меньше. Лиза откинулась на удобную спинку сиденья. Оставалось следующее — позвонить самому Конте. Для этого у неё ещё было время набраться храбрости. Меж тем машина подъехала к знакомым воротам. Лизу отвлекли от размышлений и открыли дверцу, предлагая выйти на тротуар.

Девушка нехотя покинула уютный салон и направилась к входу в университет. В этот раз она не то, что прибыла вовремя, а имела в запасе добрых минут пятнадцать. Стоило ведьме войти внутрь, и преодолеть половину полупустого коридора до аудитории, как она была настигнута неугомонными близняшками.

Вчера ей так и не удалось встретиться с братьями, а после сегодняшнего заявления отца, всё усложнялось ещё больше. Но видеться в университете Николя ей не запрещал? Тёмноволосые Камиль и Леджер де Латур, младшие сыновья виконта де Латур д̀Орвень, окружили подругу. Лиза покорно сдалась, когда один из юношей отобрал её сумку, а второй вручил ещё горячий какао в бумажном стаканчике.

Они прошли по первому этажу и устроились на любимом подоконнике. Небольшая статуя отлично скрывала их компанию от посторонних взглядов суетящихся сокурсников. Юноши сели по обе стороны от Лизы, начиная по очереди толкаться плечами.

— Я пью вообще-то! — проворчала девушка, дуя на горячий напиток.

— Ты где вчера пропадала Лизон? — шутя, Леджер устроил свой подбородок на её плече.

— Да. Где тебя носило, Нери? — возмущённо поинтересовался Камиль.

— Кажется, я совсем пропала… — вздохнула девушка, наблюдая, как растаяло облачко пара над стаканом от её дыхания.

— Что не так? — придвинулся ближе Камиль.

— Кажется, папа всерьёз решил устроить моё замужество. Даже не дожидаясь окончания учёбы! — негодуя, Лиза принялась стучать каблуками туфель по каменной стене под подоконником.

— Ты же вроде говорила, что бабушка обычно выручала в таких случаях. Сейчас она не поможет тебе, Лизон? — Леджер взволнованно глянул на лицо подруги.

— Кажется, у неё какие-то проблемы с… подругами, — Лиза снова отпила свой напиток.

Верховная Лиридон собрала срочный совет. По какому поводу, Серафима внучку не поставила в известность. Велела только особо не злодействовать, пока она занята. Лизу немало удивил тот факт, что бабушке в этот раз не особо важна была её предстоящая помолвка. Девушка предполагала самое худшее, а именно тот факт, что старшие в её семье уже договорились о всём. Это ещё больше сердило ведьму.

— Папа хочет запретить мне с вами видеться, — глухо проговорила Лиза, отрешённо поправляя край короткого кремового платья.

— Что за чёрт? — возмутился Камиль, — вот это уже слишком!

— А замужество моё с каким-то неизвестным мужиком, значит не слишком? — кинула ему сердито Нери, сжимая стаканчик с какао и представляя на его месте шею вчерашнего гостя.

— А ты выходи за меня, Нери. Так всех зайцев разом убьём, — Камиль вытянул губы, подставляя их для поцелуя.

— Или за меня, Лизон, — повторил за братом Леджер.

— А лучше бери обоих, не прогадаешь! — поиграл бровями Камиль.

— Сил моих больше нет… — только и вздохнула Лиза.

Звонок переливался у них над головами, заставляя подниматься с удобного подоконника, и девушка нехотя отправилась за братьями к аудитории. Дарина дождалась, пока все студенты разошлись, оставаясь в одиночестве пустого коридора. Она подошла к окну и поглядела, как мерно кружась, опадали золотистые листья со старого клёна. Красавцу шла третья сотня…

Ведьма вздохнула, опираясь ладонями о подоконник, затем оглянулась в сторону коридора, задумавшись о сбежавшей студентке. Эту странную девочку слушалась «Катальма». И вновь никак не получалось связаться с Серафимой. Она должна разобраться во всём и приструнить внучку.

Глава 6

Полдень неумолимо приближался. Лиза с опаской поглядывала на часы и в животе у неё всё скручивалось в отвратительный узел, вместе с тем, как крутилась стрелка на циферблате. Через минуту зазвенит звонок, и будет целых полтора часа свободного времени. Девушка посмотрела на мобильник, который выглядывал из-под книжки. Сейчас он казался Лизе страшнее самого чёрта. Она нервно накидала на телефон тетрадей, вовсе скрывая от собственного взгляда.

Но, что это она? Где, собственно, её боевой дух? Лиза выровняла спину и мужественно дождалась звонка. Затем наспех собрала книги и тетради со своего стола в сумку и быстро проскользнула мимо толпы сокурсников в коридор. Только и успели мелькнуть головы близнецов, как Лиза оказалась во дворе, не давая им себя настигнуть. Нет, сейчас ей было не до шуток. Нужно было закончить своё дело. Девушка притаилась за углом здания университета, прислоняясь спиной к стене. Та нагрелась на полуденном солнце и была замечательно тёплой. Ведьма подняла перед глазами телефон и на мгновение задержала палец над кнопкой вызова.

— Интересно, из кого он в обед кровь пьёт?.. — Лиза решилась и поднесла мобильник к уху.

Рикардо ответил почти сразу. Девушка испуганно вздохнула и сильнее прижалась к стене.

— Слушаю, — повторил знакомый голос.

— Рикардо!.. — Лиза едва не подавилась воздухом и, повторяя за матерью, подмешала к своему голосу добрый черпак мёда, — я так рада вас слышать! Просто сил нет, как рада…

— Элизабет? — от удивления акцент в глубоком голосе Конте стал более заметным, — не ожидал вас услышать.

Да ну! Она так удивлена… И правда не ожидал? Девушка очаровательно улыбнулась, словно Рикардо мог видеть её и продолжила.

— Вы просто должны мне разрешить исправить вчерашнее несимпатичное положение. Давайте пообедаем вместе.

Молодой человек помолчал немного, заставляя её дрожать осиновым листом. О чём он там думал?!

— Вам нечего исправлять Элизабет.

— Правда? — испуганно переспросила ведьма.

Кошмар! Неужели не злился на неё? Нет-нет-нет! Он просто обязан был злиться. И чем больше, тем лучше! Конте же воспринял тревогу девушки по-своему.

— Разумеется. Я не намерен осуждать кого бы то ни было, лишь за то, что свойства его натуры не совпадают с моими личными предпочтениями.

Это он её успокаивал таким образом? Лиза зло потрясла телефон, представляя на его месте сеньора Конте.

— Предполагаю, что вы сейчас находитесь на территории университета. Это так? — спросил Рикардо.

— Да, я ещё здесь, — отозвалась Нери, — у нас полуторачасовый перерыв между занятиями и…

— Я в курсе, — неожиданно ответил молодой человек, — весьма удобное расписание. Роман Викторович ознакомил меня с ним.

— Кто?.. — Лиза прижалась к стене, чувствуя, что сердце часто застучало.

О чём это он сейчас?

— Почему ректор говорил с вами о нашем расписании занятий? — уточнила ведьма, всё же надеясь, что с перепуга ослышалась.

— Полагаю, что это логично для беседы руководства университета и студента, — просто ответил Рикардо, — сейчас я свободен, и должен признаться — голоден. Пообедаем в кафе у университета. Вы согласны?

Согласна ли она? Лиза зажмурилась, стискивая побелевшими пальцами мобильник. Конте подал документы в «Банфиль»? Нет, серьёзно? Именно в тот университет, где обучается она? В подобное совпадение Нери верить не собиралась. И не убедить её никому, что это заведение одно из самых престижнейших, да и веками было международным, собирая студентов со всего света.

Лиза заставила себя играть и дальше, мило соглашаясь на предложение Конте, а затем быстро отключила телефон. Но почему он не против встретиться с ней? Ведьма прижала мобильник к груди. Снова появилось недоброе предчувствие. Отец задержался перед работой. А вдруг?..

— Эти двое точно встречались утром! — Лиза прерывисто вздохнула, — ну ничего. После этого обеда, ты не то, что о помолвке, ты об одном моём имени будешь бояться упоминать…

Спустя минут пятнадцать, Лиза уже сидела напротив Рикардо, в небольшом уютном кафе, в котором до этого момента часть бывала с близняшками. Благо сейчас они куда-то запропастились. Молодой человек отпил кофе и поглядел на свою соседку.

— Значит, вы хотите учиться в Банфильском университете? — Лиза мечтательно помешивала дольку лимона в своём чае.

— Верно. Он более всего подходит мне, — Конте принялся за лёгкий обед, всё всматриваясь в лицо девушки.

Сеньорита Нери замыслила какую-то игру? Утром у них с Николя был довольно долгий разговор. Возможно, он и поторопился с выводами насчёт этой девушки. В конце концов, перед ним была не жеманница и не корыстная интриганка.

Наивность то качество, которое с возрастом теряется практически абсолютным большинством людей. В нём могли быть и свои плюсы, если учесть сдержанный и меланхоличный характер Федерико. Возможно, брату пойдёт на пользу общение с сеньоритой Элизабет.

Но, глядя на это открытое лицо, Конте снова стал серьёзным, моментально вспоминая, как девушка пыталась заставить его перестать хмуриться. Рикардо отпил остывающий кофе. Лиза не могла понять причину внезапной смены настроения своего собеседника.

Она слышала, как снова чаще забилось сердце мужчины. Необъяснимая магия вновь электризовала воздух между ними. Девушку всё больше злил тот факт, что она не могла понять своих ощущений. Одержим, или это его суть давала о себе знать, смущая в ней ведьму? Когда уже бабушка освободится?!

И что было причиной постоянной хмурости Рикардо? Может быть, не так у него всё и хорошо, как хотел? Сказывался вынужденный переезд в Россию? Или недавняя смерть матери так повлияла на него? Ничего из этого Лиза понять не могла. Но, что бы ни творилось в голове сидящего напротив Конте, ей нужно было покончить со своей проблемой раз и навсегда. В конце концов, это он вторгся в её жизнь, а не наоборот! Девушка так увлеклась рассуждениями, что не заметила, как опрокинула на стол чашку.

— Вот чёрт… — Лиза отпрянула, не давая горячему чаю стечь по скатерти на ноги, но часть брызг пришлась на её лицо.

Рикардо немедленно подхватился с места, отодвигая посуду, и принялся промокать лицо девушки бумажной салфеткой.

— Вы не обожглись? — Конте взял её за подбородок, исследуя лицо.

Неподдельная тревога, смешанная с неожиданным явным чувством вины, отразилась на лице молодого человека. Он-то чего совестью мучился? Лиза удивилась. Это ведь она, неловкая такая.

— Немножко… — мгновенно вспоминая свой адский план, девушка изобразила восторженное умиление, не сводя взгляда с Конте.

Ведьма положила ладонь на его рукав, от души благодаря Рикардо за спасение её щёк и одежды. Он снова нахмурился, с недоверием глядя на девушку.

— Давайте-ка выйдем на свежий воздух, сеньорита… — Конте кинул на край стола сумму, в несколько раз превышающую стоимость их обеда и скатёрки, которую испортила Лиза.

Девушка поторопилась за Рикардо, выходя в небольшой дворик, располагавшийся у кафе. Несколько белых деревянных лавочек терялись среди пожелтевших деревьев, создавая ощущение уюта и уединённости.

— Какова действительная причина того, что вы хотели со мной встретиться, Элизабет? — Конте повернулся к своей спутнице, когда они отошли достаточно далеко от посторонних взглядов.

Какова? Ведьма глубоко вздохнула, и подняла на Рикардо взгляд. Вчера сеньор Дракула изволил посчитать её дурочкой, и сегодня она намеревалась закрепить это мнение, даже рискуя чувством собственного достоинства.

— Вчера всё прошло как-то комом… — промурлыкала Лиза, подходя к Рикардо ближе, — не люблю когда в доме слишком людно. Из-за этого нельзя уделить достаточно времени тому, что действительно интересно. Верно?

— Как я уже сказал, у вас нет причин оправдываться, — проговорил в ответ Конте, всё же недоверчиво глядя на свою собеседницу.

— Хватит выкать, в самом деле, — деланно возмутилась Лиза, и изящным движением руки убрала за спину распущенные волосы, — ты ведь тоже не просто так согласился сегодня на эту встречу? И домой к нам сам явился, без «братика». Ты ведь её видел, верно?

— Что? — казалось, Рикардо действительно был растерян.

Отлично!

— Мою фотографию, конечно, — Лиза сверкнула улыбкой, надеясь, что та вышла соблазнительной.

— Разумеется, я её видел, — Рикардо поправил галстук, — но это вовсе не…

— Ты приехал один, потому что сам хотел со мной встретиться? — Лиза «подмешала» к своим словам немного магии, поражаясь тому, что негодный Дракула никак не вёлся на её речи, — так вот, я не против этого. Возможно, вчера я была немного резка, но дело вовсе не в тебе, скорее злилась на отца, за то, что снова устроил эти «смотрины».

— Элизабет!

— Я понравилась тебе, ты понравился мне… что будем с этим делать, Рик? — нараспев проговорила ведьма.

— Что?.. — Рикардо настороженно отступил от девушки, упираясь боком в спинку скамьи.

— И этот твой голос… у меня мурашки по всему телу. А сердце так стучит! — жарко зашептала Лиза, — хочешь проверить?

Ведьма подошла к нему вплотную. Она наверно сошла с ума, вытворяя такое, но пусть потом сгорит от стыда, чем будет всю жизнь сеньорой Конте!

— Нет! Per favore!(прошу), — нахмурился Рикардо, не имея сил скрыть ошеломление.

— Я не выйду замуж за Федерико.

— Ещё бы! — сердито ответил молодой человек, — после сегодняшнего разговора с вашим отцом, я засомневался в поспешности своего решения, но теперь я точно уверен — вы…

Рикардо осёкся, всё же не мог себе позволить выразиться, повторяя собственные мысли.

— Я не выйду за него! — возмутилась Лиза.

— Согласен! — повысил голос Конте.

— Я не подхожу ему, — продолжила говорить Нери, снова делая шаг навстречу Рикардо.

— Согласен, — хрипло повторил он.

— А вот тебя я заполучу! — глаза Лизы расширились, стоило ей выкрикнуть подобную глупость, но она решила идти до конца.

Свобода — она так близка…

— Согласен! — через пару мгновений до Рикардо дошли её слова, — что?..

— Что бы ни решил с моим отцом, я не могу выйти за Федерико, потому что мне нравится старший из братьев… — уже чувствуя победу, улыбнулась Лиза.

— Элизабет! — возмутился Конте, глядя на неё хмуро.

Она подошла ещё ближе, но Рикардо отступил. Он обошёл скамью и остановился под золотыми клёнами.

— Ты же не намерен вручить меня своему брату, Рик? — понесло Лизу, — я ведь чувствую, что ты испытываешь…

— Элизабет, — Конте полностью стянул свой галстук, вконец растерявшись от заявления девушки, — сегодня мне необходимо уехать. Нужно завершить дела дома. Надеюсь, искренне надеюсь, что, несмотря на обучение в одном университете, наши дороги больше не пересекутся, и я больше никогда…

Лиза подалась вперёд и неожиданно прижалась губами к его губам. Этот порыв был настолько естественным, что ведьма сама испугалась своих чувств. Конте также стоял, боясь пошевелиться. Но его тёплые губы по-прежнему касались её. Меж тем, трава у них под ногами принялась зеленеть, словно наливаясь весенней свежестью. Даже листья на ветке клёна, нависавшей над головами, едва собравшись упасть, расправляли свои ладони, возвращая себе прежний летний цвет, оставаясь незамеченными ими обоими.

В висках у Рикардо застучало, и он наконец отпрянул от девушки. Проклятье! Кажется, глупышка вовсе не понимала, что творила. Зачем только согласился на эту встречу? Чёрт! Трижды чёрт!

— Прощайте, Элизабет, — Конте быстрым шагом прошёл мимо неё и скрылся за углом кафе.

Она что, и правда это сделала?!

— Какой кошмар… — Лиза в панике закрыла рот ладонью.

Да какого лешего? Ведь только попугать его своей влюблённостью собиралась! Чтоб подумал, будто она совсем из ума выжила, и сбежал обратно к своему семейству.

— А если папе расскажет? Вот невезение…

Девушка покрутилась на месте, соображая, куда ей кинуться теперь.

— Что ты натворила Лиза-а-а?.. — прошептала ведьма, — как же так вышло?!

Сегодня просто ужасный день.

— Но с другой стороны, никогда он не расскажет, — встрепенулась Нери.

Да и за контрактом Конте не для себя, а для брата приехал. Никогда он не признается, что с невестой брата целовался. Вот именно!

— Кажется, Нери, у тебя всё-таки что-то получилось.

Точно-точно, она наконец избавилась от этой семейки. Лиза немного приободрилась и продолжила размышлять, что же предпринять в завершение своего «коварства». Вне всяких сомнений, сегодня вечером дома начнётся концерт. Это будет драма в трёх актах. В первом акте блестяще выступит отец, затем подпоёт мать, а в заключительном акте, апофеозом драмы станет фееричная Серафима… Серафима!

Лиза очнулась. Сколько уже могла таиться бабушка? Что-то тут нечисто. Ведьма поглядела на часы. Её перерыв давно закончился, и последняя пара полчаса как шла. Возвращаться в университет не было смысла. Кажется, мечта забросить учёбу у неё сбывалась, хоть и страннейшим образом. Лиза достала мобильник, собираясь позвонить своему водителю. До возвращения домой у неё оставалось пара часов, и она вполне могла успеть наведаться в гости к бабушке.

Стоило водителю подобрать свою хозяйку у входа в кафе, как машина стремительно помчалась в сторону пригорода, где на живописном природном островке «ютился» дом ведьмы Серафимы. Уже на подъезде к «избушке», Лиза вспомнила угрозу помощницы ректора, но предположила, что Дарина ещё не связалась с бабулей, и на жёсткий веник её мягкое место не нарвётся прямо с порога.

Девушка вышла из машины и велела водителю дожидаться на месте. Она поднялась к крыльцу по узкой извилистой тропинке, фигурно выложенной разноцветными мелкими камешками. Убеждаясь, что осталась одна, Лиза приложила ладонь к середине двери, где только её взгляду была видна начертанная хозяйкой дома печать.

Снимая защиту, ведьма поглядела на окно. Между кружевными занавесками мелькнул длинный хвост с пушистой кисточкой. Выходит, вредный помощник бабушки уже приметил её, и помчался докладывать хозяйке. Хотя к чему это? Серафима и сама знала, что внучка стоит у порога. Лиза вошла, сразу ощущая насыщенный аромат трав. Горьковатый, смешанный с дымным запахом горевшего дерева, он заставил девушку вдохнуть глубже. Она любила этот запах. И всё, что с ним связано. Это запах её безоблачного детства, запах магии, чистой, искрящейся и пьянящей. Именно её сейчас и творила Серафима — магию.

Хозяйка находилась в нижней комнате, просторной и занимавшей пространство, равное по величине практически всему надземному этажу её дома. Лизина же комната находилась на уютном чердаке с удивительными полукруглыми окошками, собранными из цветных стёкол. Лиза с детства любила просыпаться, глядя, как первые солнечные лучи превращали её маленькое убежище в сказочный мирок, играя всеми цветами радуги.

Девушка прошла на кухню, понимая, что сейчас нельзя было тревожить Серафиму. Стоило дождаться, пока бабушка сама позовёт внучку. Лиза взяла со стола графин и налила себе воды в высокий стакан. Тинка, усевшись на подоконнике, смачно хрустел яблоком, заталкивая его за обе пушистые щёки, при этом блестящий нос бесёнка смешно подёргивался.

Завидев Лизу, существо нагло фыркнуло, продолжая деловито грызть фрукт. Лиза отпила воды, и привычно дёрнула Тинка за длинный хвост. Только бесёнок хотел цапнуть девушку за руку, как она почувствовала присутствие хозяйки дома. Вместе с этим, Лиза почувствовала и ещё кое-что…

— Бабуль… ты что? Ты пила что ли?! — внучка приоткрыла рот, глядя, как Серафима неловко провела рукой по своим гладким волосам, свешивая их на одно плечо.

— Нет! — непослушным голосом пробормотала ведьма.

Придерживаясь за край стола, Серафима прошла мимо огорошенной внучки и тяжело уселась на стул.

— Бабуля, ты меня совсем забросила! Это не честно. Я всё-таки рассчитывала на твой ход, а ты в это время занималась чёрт знает чем! — проворчала Лиза.

— Тс-с… не шуми… — Серафима подпёрла голову рукой, глядя на внучку рассеянным взглядом.

— Что произошло? Почему тебя не было столько времени? — Лиза села напротив, продолжая засыпать бабулю вопросами, — почему ты пьяна?

— Ну-у не каждый день пятьсот лет исполняется, знаешь ли… — обиделась Серафима.

— Кому пятьсот?!

— Тс-с!.. — женщина ткнула пальцем в потолок, — ей!

— Кому? — не могла взять в толк Лиза.

— Да Верховной! — застонала Серафима, щёлкнув пальцами, и призывая к себе графин с водой.

Тот только зазвенел и пошатнулся. Девушка сердито подняла его и поставила перед бабушкой.

— Что с твоей силой? Куда ты столько потратила? Почему не исцелила себя?

Серафима рукой указала внучке ждать и медленно осушила графин. Лиза потеряла терпение и, подавшись вперёд, коснулась руки бабушки, чертая на ней целительные знаки. Через минуту женщина облегчённо вздохнула и прислонилась к спинке стула.

— Спасибо, Лиз. Мне жаль, что пришлось оставить тебя…

— Да ладно, но как вы допустили такое? — девушка представила себе верховную ведьму, мучающуюся с похмелья, и едва не прыснула со смеху, — пятьсот, говоришь?

— Молчи! — отмахнулась от внучки Серафима, — убьёт, если кто прознает её истинный возраст. Это было ужасно…

Не могла ведьма признаться, что сначала, в первый же вечер, кончились все запасы спиртного. И они принялись оборачивать в вино всё, что в доме у именинницы лилось. Да поистратили на магию половину силы. А поскольку заклинания-то были разные у собравшихся ведьм, такого коктейля намешали, что голова буквально раскалывалась. Теперь всех мучило, так сказать, «магическое» отравление…

Глава 7

— А ты это чем занималась? Почему глаза блестят, и выглядишь как-то странно?.. — вернувшись к своим силам, Серафима подозрительно сощурилась, сканируя внучку взглядом.

Лиза сжалась в комок, словно пойманный разбойник. Вот тебе и помогла! Надо было оставить её мучиться дальше похмельем.

— Бабуль, — Нери прижалась к дверному косяку, — я тут сражалась, как могла. Одна, между прочим.

— Одна, говоришь? — Глаза ведьмы потемнели от подозрения, когда она подошла к внучке вплотную, тщательно разглядывая её лицо.

Лиза моментально прижала ладонь к щеке, чувствуя, что до сих пор проклятый румянец не сошёл.

— Одна-одна! — Нери увернулась, пробираясь мимо бабушки к окну и потянулась к плетёной вазочке с яблоками.

Девушка схватила один прохладный фрукт и прикоснулась его гладким боком к своей горячей щеке.

— Бабуль, родители снова заставляют меня идти замуж, за кого попало, — возмутилась Лиза, — я сбегу из дома, честное слово. Надоело всё это!

— Только вздумай! — погрозила ей пальцем Серафима и нахмурилась, — никто тебя насильничать не будет. Позволять, чтоб к себе ненавистный мужчина прикасался? Отвратительно, не бывать этому.

— Отвратительно… — Лиза задумчиво прижимала яблоко к щеке, припоминая недавний поцелуй.

Припомнила так ярко, что немедленно ощутила тёплые губы Рикардо, со вкусом выпитого им кофе. Назвать этот момент отвратительным как-то совсем не хотелось…

— Погоди-ка, — Серафима ошеломлённо глядела, как яблоко принялось наливаться цветом, алея блестящим боком в руках внучки, — что ты от меня скрываешь, Лиза?

— Что? — не поняла девушка, — что скрываю?

Хозяйка дома подошла к ней и выхватила фрукт, затем разглядывая его.

— Ты чего, бабуль? — Лиза с любопытством глядела на руку Серафимы.

Яблоко, как яблоко. Кажется, только бледнее оно было. Жадный Тинка все спелые сжевал давно. До сих пор за шторами хруст был слышен. Так и не напасёшься на него…

— Ты чего это так силой лучишься, солнце моё? — вкрадчиво спросила бабуля.

— С чего бы мне ею «лучиться»? — рассердилась Лиза, — может просто очередной всплеск. Сама же знаешь, какие фокусы выкидывает постоянно. Будь у меня нормальная возможность учиться управлять ею, то и не было бы проблем.

— Не при чём тут всплеск.

Серафима не отступала, продолжая держать перед внучкой наливное яблоко. Оно своим ароматом так аппетит растравило, что вредный бесёнок не удержался, с подоконника прыгнул, на лету выхватил фруктовое сокровище, и проворно скрылся с глаз в соседнюю комнату. Только хвост и мелькнул. Ведьмы переглянулись, и бабушка вздохнула.

— Жизненная сила у тебя через край плещется. Ты проводила обряд восполнения? Нет, чую, что поделился кто-то…

— Кто? — ахнула Лиза, — никто ничем не делился. И обряд не проводила. Как я вообще могла его сотворить в своём доме? Там впору от нервного истощения помереть…

Но Серафима не сводила с неё пристального взгляда, изучая лицо.

— Глаза у неё блестят, раскраснелась вся, про рассеянность не говорю — это твой образ жизни… — ведьма обречённо покачала головой, — а вот…

Лиза моментально поджала губы, прикрывая их ладонью, стоило бабуле ткнуть в их сторону пальцем.

— Целовалась с кем-то? — потянула Серафима, и глаза её потемнели.

— Всё вышло случайно… — кинулась на свою защиту Нери, — мне нужно было заставить его отстать от меня.

— Да где же тут логика-то?! — возмутилась хозяйка дома.

— Может, логики и нет, зато убежал, только пятки засверкали, — нахмурилась Лиза.

Она и сама прекрасно понимала глупость своего поступка. Как понимала и то, что вышло всё само собой, случайно как-то. Следом пришло волнение. Неужели предательский всплеск ведьминого дара вынудил «испить» жизненной силы Конте во время поцелуя? И кто из них теперь «Дракула»?!

— Какой кошмар… — прошептала ведьма и совсем поникла.

Понимая и без слов испуг внучки, Серафима усмехнулась.

— Да не крала ты её — эту силу. Понравился видно кому-то поцелуй, вот и поделился.

— Не мог… — запнулась Лиза, — не мог он ему понравиться. Это невозможно…

Она нервно улыбнулась.

— Ты опять надо мной подшучиваешь? — нахмурилась девушка.

Серафима покачала головой, и окинула взглядом одежду внучки.

— Ты облилась чаем?

— Да, — Лиза так же осмотрела себя, замечая высохшие пятна на платье.

Нужно было срочно переодеться, в её комнате, на втором этаже, было немного вещей, которые всегда оставляла у бабушки.

— Обожглась? — участливо поинтересовалась Серафима.

— Совсем чуть-чуть, — заверила её Нери, — не волнуйся.

Ведьма не ответила, только молча улыбнулась. Совсем чуть-чуть? Тот, кто заполучил первый поцелуй её непутёвой внучки, наверняка не поверил в это «чуть-чуть». Не смог прилюдно выдать себя, останавливая разлившийся чай? Как это знакомо. Но растратил чёрт знает сколько силы, чтобы исцелить её. Кто же этот счастливец? Эх, не зря она запила в эти дни… кажется, намечалось нечто интересное. Но, об этом позже. Хозяйка дома повернулась к внучке, и с самым серьёзным видом проговорила:

— Лиз, я скоро это… помру… — вздохнула Серафима.

— Что?! — глаза Лизы округлились от услышанных слов, — с чего это ты помирать собралась в расцвете сил?!

— Вот именно, что в расцвете. Устала я бабкой семидесятилетней, песком дорожки посыпать. Короче — инфаркт, и прощай старушка…

— Бабуль! — заволновалась Лиза.

Конечно, она понимала, что рано или поздно, это предстояло каждой ведьме. Необходимо или переезжать с места на место, или как им, имея семью, играть собственные похороны, прощаясь с близкими людьми, чтоб начать новую жизнь в другом городе. Мера вынужденная. Скрываться под чарами постоянно — это проблемно и доставляло немало неудобств. Да и не хотелось, в самом деле, тратить годы на подобный маскарад. Серафима погладила внучку по мягким волосам.

— Это будет только начало. Ты не потеряешь меня, Лиз. Я только хочу увидеть тебя счастливой до тех пор, пока не покину дом семьи Нери навсегда.

— Нет! — Лиза замотала головой, — я не хочу!

— Лиза!

— Значит, если я буду несчастна, ты останешься?

— Дурочка ты моя, — Серафима тепло обняла внучку, укачивая, — он тебе понравился?

— Кто? — не поняла девушка.

— Твой первый поцелуй.

Лиза быстро увернулась из-под ладони бабушки.

— Я домой поеду. А то не успею вовремя…

— Хорошо, я отпускаю тебя. И надеюсь, что ты поведёшь себя благоразумно, — проворчала Серафима.

Лиза ничего не ответила и торопливо покинула дом. Что за дела? Она возмущённо возвращалась к ожидавшей машине. Понравилось ли ей? Не могло такого быть. Нет.

— Нет, нет и нет!

Это совершенно лишнее. Не желала она иметь ничего общего с Конте и его семьёй. Он высказался совершенно верно, когда понадеялся на то, что их пути больше не пересекутся. Рикардо прав! А когда она по-настоящему влюбится, то прекрасно поймёт это, и сразу почувствует. Лиза утвердительно кивнула сама себе и уже спокойнее пошла под желтевшими яблонями к дороге, на которой её дожидалась машина.

Тёплый сентябрьский ветерок, напоённый до густоты ароматами природы, колыхнул ветку дерева, под которым минуту назад стояла ведьма. Бело-розовый, никому не приметный бутон яблони, среди уже увядших листьев, нежно распустил свои лепестки, раскрываясь и подставляя их ещё щедрым лучам солнца.

По пути обратно, Лиза прислонилась головой к стеклу бокового окна. Внезапно у неё появилось желание побеседовать с водителем, но девушка передумала, снова возвращаясь к мелькавшей дороге. Кто кого переупрямит сегодня? Она вздохнула, порядком уставшая от этих словесных сражений.

— Было бы здорово уехать далеко-далеко, верно? — спросила Лиза у водителя.

Усмехаясь, он согласно кивнул головой.

— Иногда меня посещает та же мысль, — ответил мужчина.

Машина въехала на стоянку у дома, и Лиза попрощалась с водителем, выходя на свежий воздух. Он замечательно остужал лицо. Девушка постояла немножко на деревянном мостике, перекинутом через небольшой ручей у самого особняка, затем поднялась на крыльцо и наконец зашла в дом. Домоправительница, как обычно поджимая тонкие губы, немного склонила голову в приветствии и заявила, что ужин будет готов через час. По всей видимости, родителей ещё не было дома. Лиза коротко поздоровалась и поднялась к себе. Разуваясь на ходу, девушка упала на любимую постель и раскинула руки в стороны.

Солнце за окном комнаты садилось, плавилось за полосой деревьев и резче очерчивало неровный силуэт Туманной горы. И так Лизе в этот момент захотелось покоя и тишины, что она усилием заставила себя подняться на кровати и выставить руку в направлении двери. Девушка мягко начертала печать в её центре, зевая, и проговаривая охранное заклинание. Теперь всякий подходящий к комнате, будет отведён в обратном направлении, забывая, зачем вообще сюда шёл. На несколько часов должно хватить, а там уж не станут её ночью беспокоить.

— Не всё сразу, дорогие родственники, — Лиза потянулась и принялась снимать с себя одежду.

Чуть позже, приняв тёплый душ, она с удовольствием нырнула под одеяло. Ведьма сразу протянула руку и проверила на месте ли её сокровище. Книга была там, где её и оставила. Лиза вытащила гримуар из-под подушки и, прижимая книгу к себе, закрыла уставшие глаза. Как и мечтала, ночь она провела пусть и в тревожном сне, но в счастливом одиночестве.

* * *

Утром, всё так же обнимая книгу одной рукой, девушка села на постели и убрала с лица спутанные волосы. Спать-то она спала, да вот усталость отчего-то никуда не делась. У Лизы мелькнула мысль, снова вернуться на подушку, но необходимо было явиться на занятия. Родителей в доме не ощущалось. Похоже, они так старались задобрить дочь, что даже не настояли на посещении университета. А может и вовсе решили, что чадо слегло от их усердия.

Она заставила себя подняться с постели, вновь спрятала своё сокровище под подушку и отправилась в душ, надеясь прогнать сонливость. Стоя под тёплыми струями воды, Лиза закрыла глаза, позволяя воде свободно течь по телу. Но стоило лёгким каплям воды скользнуть по лицу, касаясь губ, как вызывая головокружение, воспоминания нахлынули на ведьму.

Она вновь ощущала прикосновение губ, да так явно, словно и сейчас, в этот миг, Рикардо касался её. И вовсе не потоки тёплой воды окружали её тело, а его руки, легко сжимая в прозрачных объятиях. Лиза тряхнула головой, забрызгивая стеклянную панель душевой кабинки и открыла глаза.

— Кто дал тебе право лезть в мои мысли, Дракула?.. — тихо возмутилась ведьма и выключила воду, — точно не выспалась. Дело в этом. Несомненно.

Она стала на небольшой коврик в ванной комнате и торопливо обтёрлась полотенцем. Потратив ещё немного времени на то, чтоб подсушить волосы и одеться, Лиза спустилась вниз. Боже, какое счастье — дом пуст! Не видать даже надоедливой домработницы. Почти счастье…

За окнами золотилось яркими красками сентябрьское утро, обещая отличную погоду. Не желая завтракать, Лиза кинула быстрый взгляд на часы и потянулась к мобильнику, который лежал в кармане коротких твидовых шорт. Водитель ответил после первого же гудка, сообщая о том, что машина готова. Ведьма нервно улыбнулась, вновь пряча сотовый. Этот дядька точно человек? Почему он всегда готов?

— Сколько же Николя тебе платит?..

Лиза поторопилась выйти на крыльцо. Удобнее перехватывая мягкие лямки сумки, и не давая им съехать с плеча по гладкой ткани рубашки, девушка спустилась со ступенек. Вскоре машина привычно неслась по полупустой дороге в сторону нужного района города. Телефон то и дело отзывался в кармане, докладывая о том, что приходило сообщение за сообщением, но сейчас Лиза была слишком ленива, чтобы читать их.

Кто ещё кроме близняшек де Латур мог доставать в такое время? Всё равно они увидятся в аудитории. Неужели так соскучились? Хотя, скорее опять что-то задумали. Но настроения «пошалить» сегодня не было совсем. Лиза едва снова не уснула, глядя на мелькающие за окном деревья. Затем припомнила, как Леджер и Камиль предлагали ей «руку и сердце» и вздохнула. Как жаль, что близняшки были в опале у отца. Было бы замечательно и в самом деле представить одного из близняшек её женихом.

— Может и в самом деле найти какого-нибудь смертного… наивного?.. — задумчиво проговорила ведьма, не замечая, как усмехнулся водитель, слыша её слова.

Да где ж найти этого олуха, чтоб женихом её прикинулся и отцу по нраву пришёлся? Лиза и вовсе задумалась, не замечая, как машина уже въехала во двор университета, становясь на парковку.

— Вы снова опоздаете к началу занятий, — обратился к ней мужчина.

Лиза вздрогнула, глядя на открытую перед нею дверцу машины. Вот тебе и ушла в мысли… И когда успел довезти её?

— Точно! — спохватилась хозяйка, выбираясь из салона на дорогу.

Девушка торопливо попрощалась с водителем и поспешила к центральному входу. Сейчас главное добраться до нужной аудитории и можно подремать за последним столом, подальше от вездесущих взглядов преподавателей. Телефон продолжал донимать её сигналами смс и Лиза достала его, понимая, что игнорировать и дальше просто бесполезно.

— Да что вас так проняло с утра? — проворчала ведьма, взбегая на крыльцо по широким ступеням.

— Это она. Точно — она… — раздался за её спиной шёпот, и Лиза нервно обернулась, продолжая держать телефон.

Там, у небольшого фонтана, собралось несколько девиц с параллельного курса, и теперь откровенно разглядывали её с явной завистью. Что происходило? Нери нахмурилась, не понимая их поведения, затем решила всё же подняться к дверям и войти в здание.

— Смотри, говорю же, что это Нери. Точно она… — снова донеслось до тонкого слуха ведьмы.

— Да какого чёрта?! — не удержалась Лиза, уже держась за дверную ручку.

И едва собралась обернуться, как кому-то вздумалось выйти, и толкнуть дверь. Не удерживаясь на каблуках, Нери поняла, что сейчас пересчитает все ступеньки собственным мягким местом. Но проворная рука крепко ухватила за рубашку, не позволяя упасть.

— Несомненно, льстит тот факт, что симпатичные девушки не могут устоять передо мной, но обойдёмся без травматизма. Согласна? — усмехнулся светловолосый виновник её нелепого положения.

— Нет, ты только глянь, решила обжиматься со всем старшим курсом?.. — добил противный голос за спиной.

Лиза глубоко вдохнула, чувствуя, что росшие рядом деревья уж слишком расшумелись, едва не принимаясь ронять листву.

— Отпусти… — сухо велела ведьма, с последних сил сдерживая свою силу.

Незнакомец осторожно шире открыл одну створку дверей. Только убеждаясь в том, что раскрасневшаяся от смущения девушка не свалится со ступенек, он разжал ладонь, отпуская смятую ткань рубашки.

— Илья, — вместо того, чтоб убраться подальше, старшекурсник протянул всё ту же руку, решая представиться, — Муромский.

— Да хоть Алёша Попович… — мрачно отозвалась ведьма, и сильнее толкая дверь, прошла в безопасную прохладу фойе университета.

— А ты забавная, — молодой человек продолжил улыбаться, доводя её до кипения.

Лиза ничего не ответила, лишь на ходу скользнула взглядом по висевшему расписанию, уточняя номер аудитории, и поспешила подняться на второй этаж. Боже, и откуда он взялся?? И о чём эти девицы всё шептались? «Это она», — так они сказали? Что значит «это она?!

— Может просто чокнутые?.. — прошептала Лиза, заходя в аудиторию.

Глава 8

Спокойно дойти до своего стола, Нери было не суждено. Едва переступила порог аудитории, как её уже тянули за руку, без умолку болтая на французском. Лиза ни слова не понимала, обречённо следуя за друзьями. Они устроились за последним длинным столом, и привычно сели по обе стороны от подруги.

— Лизон, ты почему не брала телефон? — Леджер нахмурился, вглядываясь с лицо девушки.

— Верно, опять ты куда-то пропадаешь, Нери, — отозвался Камиль, бросая сумку на стол перед собою.

— Что вообще происходит? Говорите толком! — возмутилась ведьма и сложила руки на груди, пряча мятую рубашку, — все сегодня с ума посходили…

— Кто этот парень, Лизон? — опасно сощурился Леджер.

— Этот?.. — Лиза замялась, пытаясь понять, о чём спрашивал друг, но потом глянула на свою испорченную одежду, предполагая, что речь шла о недавнем инциденте у двери, — старшекурсник какой-то. Кажется, Муромский, я его не знаю!

— Как ты до такого дошла, Нери? — несчастно поморщился Камиль, — ты даже его не знаешь?! Серьёзно? Да я его!..

— Почему я должна знать его? — ещё больше запуталась Лиза, начиная нервно выкладывать на стол тетради, — как до такого дошла? Кажется, сегодня я не понимаю, на каком языке со мной люди говорят!

— Ты телефон свой проверяла сегодня? — со вздохом спросил Леджер.

Кивком головы он велел подруге сделать это прямо сейчас. Пока Лиза доставала из кармана сотовый, в аудиторию вошёл преподаватель, и все стихли. Ведьма незаметно провела пальцами по краю стола, выставляя любимую печать, чтобы отвести взгляды от их троицы. Теперь она повернула телефон экраном к себе и зашла в меню сообщений. Их была сотня, не меньше. Лиза скептически глянула на обоих близняшек, получила нагоняй за медлительность и решилась проверить, что же так мучило братьев.

— Что?.. Откуда это у вас?.. — глухо пробормотала ведьма, большими глазами глядя на экран телефона.

Стол и стулья опасно задрожали и мальчишки удивлённо опустили ладони на крышку стола, а затем принялись заглядывать под него, ища причину. А причина сглотнула ком в горле, и всё глядела на присланный де Латур снимок. Мебель в аудитории успокоилась, Лиза — нет.

— С кем ты целовалась у кафе? И почему мы узнаем об этом из инстаграм?! — снова возмутился Леджер.

— Я что, должна вам докладывать, где и с кем я?.. — Лиза осеклась и прерывисто вздохнула, — откуда?!

— Это фото по всему интернету раскидано, — обрадовал Камиль.

Кто-то доразумился снять их с Конте у кафе?! Да ещё и в сеть выложить? Вот чёрт…

— Лиз, ты это из-за родителей делаешь? — Леджер посмотрел на неё серьёзно, что было крайней редкостью.

— Это просто поцелуй, Ледж, — попыталась оправдаться Лиза, — он ничего не значит. И родители тут не причём.

— Мне это не нравится, Нери, — не повёлся Камиль, — как вообще посмел прикоснуться?!

Ну, вот опять… пусть и были они неродными по крови, но братская ревность не даст покоя близняшкам, а ничего путного в голову Лизе не приходило. Она хотела было и дальше протестовать, но вдруг умолкла, задумавшись. Конте вроде обмолвился, что собирался вернуться на какое-то время домой, уладить оставшиеся дела? Повезёт ли ей, и это «происшествие» останется незамеченным Дракулой? Ведь как пить дать достанется по первое число. Кто же тот гад, что застал их у кафе? Да и какая сейчас разница? Жаль, что неведома была ей магия, позволявшая добраться до интернета.

— Хочешь, я поговорю с Николя? — ворвался в её сознание голос друга.

Лиза повернула голову, встречаясь с карим взглядом Леджера.

— Он не должен тебя заставлять, Лиз. Это нехорошо.

— Я тоже пойду, — воодушевился Камиль, обнимая подругу за плечи одной рукой, — какой с меня брат, если не могу…

— Вам не нужно вмешиваться, — покачала головой Лиза, склонила голову набок и тепло коснулась щекой руки Камиля, — спасибо, но я сама должна решить это.

— Тогда пообещай, что не будешь позволять каким-то там Мурамским руки распускать! — проворчал Леджер.

— Это был не он, — попыталась оправдаться Лиза.

— Значит, есть ещё один?! — незамедлительно среагировал Камиль.

— Эй! — подскочил Леджер.

— Хватит меня обсуждать! — прервала их подруга, — сказала же, что сама разберусь.

Конечно, она разберётся. Просто должна это сделать. О каком вообще замужестве могла идти речь, когда сила плескалась в ней через край? Она должна отстоять свою свободу! Ведьма прекрасно понимала, что может наложить чары забвения на отца и мать, освобождаясь от их назойливого желания. Но знала и то, что никогда не посмеет сотворить подобное. Семья — это семья, великое сокровище, рисковать которым Лиза не собиралась. Она должна была решить это как человек, веля ведьме в себе сдерживаться из последних сил.

* * *

Встреча была назначена на окраине города, поскольку являться перед другой ведьмой в «старческой» ипостаси Серафима не собиралась. Небольшое придорожное кафе подходило идеально. Дарина появилась в точно назначенное время, что не могло не радовать. Больше всего на свете Серафима не любила ждать. Помощница ректора университета, в котором мучилась её внучка, по телефону заявила, что разговор важный и попросила о личной встрече.

Дарина прошла по небольшому залу кафе и присела напротив Серафимы за круглый столик. В простом сером платье, оттенявшимся тонким красным ремешком, молодая ведьма была элегантна и вполне изящна. Молодая ли? Серафима встретилась взглядом с «сестрой». Да, Дарина была моложе, но не намного, что позволяло им общаться на равных, как по возрасту, так и по дару, сокрытому в каждой.

Официант потревожил их на минуту, принеся кофе, и удалился, оставляя наедине. Серафима неспешно сделала глоток горячего напитка и вдохнула вполне приличный аромат кофе. Не сравнится с тем, что подавали в доме Николя, но для неизвестного кафе, даже очень неплох. Она посмотрела на сидящую напротив Дарину и наконец заговорила.

— Что же вынудило тебя связаться со мной?

Серафима предполагала, в чём была причина, но всё же спросила, желая узнать от своей собеседницы.

— Я хочу говорить с тобою о Елизавете, — отозвалась Дарина, также пригубив кофе, — есть обстоятельства, которые тревожат меня уже некоторое время, и я смею вмешаться.

— Я выслушаю тебя, — Серафима удобнее прислонилась к спинке стула, хотя внешняя расслабленность скрывала некоторое волнение, — что же за обстоятельства и как это связано с Лизой?

— Сила только просыпается в ней. Я это понимаю, — начала говорить помощница ректора, — и всплески тяготят её. Расти в семье простых людей — тяжкий рок. Я наблюдаю за ней. Детей с даром в Банфиле не так много, как тебе известно. И моя задача, как и полагается старшей сестре, обеспечивать безопасность как и смертных, так и студентов с «особенностями».

— Эта нелёгкая задача, — согласилась Серафима.

Многим сёстрам приходилось брать на себя тяжкий труд наблюдателя. Но что поделать, в этом мире они должны были оставаться тенью, незримой для смертных, иначе хаос был бы неизбежен.

— Я благодарна тебе, — Серафима вновь отпила кофе.

— Недавно я обратила внимание на то, что встревожило меня, — продолжила говорить Дарина, — твою внучку слушается Катальма. Полагаю, ты и сама понимаешь, что это значит.

— Она сильна. Я знала это, — глухо проговорила Серафима, — но откуда негодница узнала о боевых знаках? Неужто…

Ведьма поджала губы, и нахмурилась. Неужели и в самом деле добралась до её книг без спросу? Стоит переговорить с внучкой!

— Лиридон обратит на неё внимание. Это лишь вопрос времени. Я знаю твоё нежелание становиться полнокровной, Серафима. В своё время я была также тверда в своём решении. Но когда мой дар пробудился в полной мере, никто не спрашивал мнения юной ведьмы. Хочу, чтобы Елизавета знала, что однажды предстанет перед Верховной и примет ритуальный нож из её рук.

— Я не позволю подобному произойти.

— Соблазн для Елизаветы может оказаться слишком велик. Лиридон умеет убеждать. Она предложит твоей внучке полнокровность и обещание сделать своей ученицей. А может и преемницей. Осознание силы того, что сокрыто в её руках, может подтолкнуть юную душу на этот шаг. Я знаю, как она стремится познать свой дар и научиться управлять им.

— Я благодарна за твои слова, Дарина. И могу уверить в том, что подобного не случится, — Серафима поднялась и перекинула роскошные волосы на одно плечо, — именно душа и не позволит Лизе сделать этот шаг. Я верю в неё, как в себя.

Она хотела сказать ещё что-то, но в сумочке зазвонил телефон, прерывая их беседу. Извиняясь, Серафима простилась со своей собеседницей и вышла из кафе. Уже вечер. Что же понадобилось от неё дорогому сыну? Звонил Николя…

— Да, мой дорогой? — голос ведьмы менялся, наполняясь глубиной, слегка дрожа, как и привык его слышать смертный сын.

Серафима направилась к машине, изящно сходя с бордюра на дорогу.

— По поводу помолвки? — женщина закатила глаза и покачала головой.

И когда её сокровище угомонится? Ведь и не нашлёшь какое лихо на любимое дитя!

— Конечно, я тебя слушаю, — спохватилась Серафима, садясь на водительское место.

Какой-то пижон средних лет, проезжающий мимо, присвистнул, заглядевшись на стройные ноги ведьмы. Николя тут же подозрительно поинтересовался, где его дорогая матушка находится.

— В своей «избушке», где ж ещё мне быть? — она разгладила невидимые складки на тонкой ткани облегающего платья, — кто свистел? С собакой гуляет кто-то… Николаш, давай я через часик тебе позвоню, и всё обсудим. Ладно? Спину что-то ломит… полежу чуток, и поговорим… нет-нет-нет, какая уж там больница?!

Серафима спохватилась, хлопая дверцей своего яркого авто.

— Дома отлежусь! Всё, через час, Николя, отключаюсь… — она убрала телефон обратно в сумочку и тяжко вздыхая, вывела машину на дорогу.

Ох уж эти женихи! Ох уж эти людские планы…

* * *

Кажется, немного везения она заслужила, поскольку проснувшись утром, с радостью ощутила, что ни Ольга, ни отец домой не вернулись. Лиза бережно опустила на колени книгу Пальмистрии, которую вновь листала полночи и забыла убрать под подушку перед тем, как заснула. Гримуар обнаружился под одеялом, что было совершенно неуважительно. Но тишина… У отцовского друга юбилей случился, и родители заночевали в гостях. Что ж, у неё было немного времени, чтоб собраться с храбростью и заставить себя идти в университет.

— Он ведь не попадётся мне на глаза, верно? — несчастно поморщилась Лиза, припоминая вчерашнее приключение, — ты ведь в Испании? Пожалуйста, будь там…

Затем девушка прислушалась к собственному ощущению и поняла, что в доме присутствовала ведьма. Лизе не составило труда понять, кто прибыл с утра пораньше, хотя…

— М-да… — Нери глянула на часы, — уже почти одиннадцать часов.

Разоспалась она. Серафима меж тем поднималась к её комнате. Свешивая ноги с кровати и проводя босыми пальцами по мягкому ворсу ковра, Лиза ждала, пока бабушка откроет дверь. И чего примчалась?

Двери её комнаты открылись, и вошла Серафима. Только тогда до Лизы дошло, что краденое сокровище так и не спрятала! Она резво накинула край одеяла на прабабкину книгу и невинно улыбнулась. Гостья блистала прекрасным кремовым платьем, подчёркивающим её фарфоровую кожу, и наполняла комнату внучки ароматом своих любимых духов. Да уж, пока дом пуст, почему не побыть самой собой? Не всё же бабулькой чахлой брюзжать у камина…

— Бабушка! — снова улыбнулась ей Лиза.

— Утро доброе, Лиз, — Серафима подошла к внучке и поцеловала её в лоб, — извини, что вот так врываюсь. Хотела поговорить с тобой, пока Николя и Ольга отсутствуют.

Стоило обсудить сказанное Дариной, но это будет сделано в безопасности её дома. Сейчас же ведьма прекрасно понимала, что может устроить дорогая внучка после разговора с родителями. Ведь ещё вчера, когда сын перезвонил, то твёрдо дал понять, что помолвке Лизы и Федерико — быть.

Николя был крайне удивлён тем, что старший Конте вынужден был уехать, ссылаясь на неотложные дела в резиденции его родителей в Испании. Всё, в чём Николя был уверен, так это в том, что дело стояло лишь за серьёзным разговором с дочерью. Где он, как глава семьи, собирался поставить её, наследницу Нери, перед фактом, объявляя о помолвке с младшим отпрыском семьи Конте.

— Лиза, я беседовала с Николя, — стараясь говорить как можно мягче, Серафима прошлась по комнате внучки, — он твёрдо намерен сделать всё возможное, чтоб твоя помолвка с Федерико состоялась.

— Вот уж нет! — не ожидая подобного заявления, Лиза зло запустила в стену подушку.

Отец никак не успокоится! Неужели и выходка с Дракулой не помогла? Или отцы договорились и без их участия?

— Не будет этого! Я не собираюсь делать то, что они мне велят! — выкрикнула Лиза.

— Я разберусь во всём. Постараюсь сделать это как можно скорее. И тогда, поверь мне, я найду способ переубедить Николя.

Серафима убеждала внучку, но прекрасно видела, к собственному негодованию, что девушка и не думала слушать её.

— К чёрту все разбирательства! — Лиза яростно сверкала глазами.

Решили, значит? Без неё, значит?! Ну, держитесь!

— Я выйду только за Рикардо и никак иначе! — продолжила девушка, — да! Тот поцелуй, я была со старшим Конте!

— Вот как… — задумчиво проговорила Серафима.

— Да! Рикардо понравился мне в тот вечер. Он с ума сойти какой интересный… и целуется отменно… и никто, слышишь, никто другой мне не нужен!

Лиза возмущённо отвернулась от бабушки, не замечая, что одеяло сползло, открывая книгу на коленях, лежащую поверх белоснежной ночнушки. Может она и сошла с ума, говоря подобное, но пусть попробуют убедить этого Дракулу. Он наверняка уже на Северном полюсе!

— Именно это я и скажу отцу, так и знай! Это моё последнее слово! Если он так сильно желает вести дела с этой семейкой, то вот мой ответ! — зло проговорила Лиза.

Она прекрасно знала, что никакая сила не заставит Рикардо Конте жениться на ней.

— Не глупи, Лиз, — взывала к ней Серафима, — я помогу тебе.

— А я не верю тебе! — Лиза исподлобья поглядела на бабушку.

Сейчас казалось, что все вокруг были против неё, и горечь обиды не давала мыслить ясно.

— Вы просто сговорились с отцом, чтоб убедить меня выйти замуж за Федерико!

Последние слова Лиза выкрикнула, заставляя женщину подойти к внучке ближе. Теперь Серафима увидела её. Книга Пальмистрии! Всё же девчонке удалось стащить её?! Возмущению ведьмы не было предела. Она даже забыла на время, отчего злилась раньше. Теперь, глядя в каком состоянии была внучка, у Серафимы была только одна задача, иначе беды не избежать.

— Отдай мне её, — ведьма осторожно протянула руку, требуя у Лизы вернуть книгу.

Девушка положила руки на ноги рядом с гримуаром, от негодования мотая головой, и не подчиняясь требованию.

— Лиза, ты играешь с огнём, — взволнованно продолжила Серафима, — ей не место в твоих руках. Ты ещё слишком юна для неё. Эти записи даже мне во многом неподвластны. Её нужно вернуть на место. Не пришло ещё время…

— Нет! Оно и не придёт никогда! — Лиза задыхалась от гнева, — моё время никогда не придёт! Моего времени не будет никогда!

— Быть последней в своём роду — это тяжкий удел. Я понимаю тебя и твои чувства, Лиза.

— Понимаешь? — возмущённо фыркнула девушка, — ты вышла замуж за деда не по принуждению!

— Да. Здесь ты права. Но…

— Не будет «но»! Не будет! Я просто хочу сама вершить свою судьбу. Я выйду замуж только за того, кого сама выберу! И не будет у меня другой судьбы! Клянусь! — в сердцах Лиза ударила рукой по лежавшей книге.

Её ладонь пришлась ровно на потемневшее от лет теснение на поверхности гримуара.

— Лиза, стой! — крик Серафимы зазвенел и растаял.

Глава 9

Хруст песка на зубах и горьковатый цветочный запах были первым, что она почувствовала, когда открыла глаза. Лиза лежала навзничь на какой-то пыльной дороге. Раскрытая книга покоилась у неё на груди и чтоб поднять гримуар, ведьме пришлось попытаться пошевелить руками.

С трудом, но это ей удалось. Нери ошеломлённо повернула голову, обнимая своё древнее сокровище. Высокая трава, которая росла вдоль широкой дороги, закрывала весь обзор. Солнце в вышине слепило нещадно и Лиза зажмурилась, чувствуя, что глаза увлажнились. Воздух был сухой, как и песок на дороге, и даже удушливый.

— Ну, по крайней мере, я вполне на этом свете… — кашлянула ведьма и почувствовала, как завибрировала под спиной земля.

Кто-то приближался. Судя по всему — лошадь.

— Будь человеком… только будь человеком…

Продолжая жмуриться, Лиза обречённо поняла, что сила покинула её так некстати. Она была слишком слаба, чтобы самостоятельно подняться, и приготовилась к роковой встрече. Стук копыт всё приближался, пока не прервался, стоило всаднику настигнуть её. Прекрасная чёрная лошадь привстала на дыбы и испуганно заржала. Ещё бы, животное несомненно ощутило присутствие ведьмы… Чёрт возьми, это не может быть конец! Неужели она так и закончит свои дни под копытами?! Лиза задержала дыхание и накрыла голову книжкой.

— Dios mío! (Боже! прим. пер. с исп.) — прозвучал над ведьмой взволнованный мужской голос.

Время шло, убийство всё не происходило. Нери рискнула выглянуть, пытаясь разглядеть незнакомца, но солнце мешало ей. К счастью, лошадь двинулась с места, и загородила небесное светило своим лоснящимся холёным телом. Всадник вполне мог оказаться ровесником Лизы. Тонкие черты аристократичного лица слегка покрыл золотистый загар. Ни длинных ушей, ни когтей, ни копыт, она не приметила. Лиза заставила себя судорожно выдохнуть, чувствуя, как все мышцы в теле свело от напряжения.

— Могу я поинтересоваться?.. — молодой человек прокашлялся в кулак, тактично избегая глядеть на голые коленки незнакомки.

— Что?.. — всё ещё ошеломлённая, пробормотала девушка, сильнее прижимая к себе книгу.

— Удобно ли вам… так?..

— Ну как вам сказать… — Лиза дрожащей рукой натянула ночнушку на перепачканные пылью коленки.

И что за нелепые вопросы?! Хотя, она была в не менее идиотском положении, лёжа посреди дороги.

— Могу я… могу я помочь вам? — смущённо произнёс юноша.

— Да… наверное, нужно поднять меня. Было бы неплохо встать, наконец. Пожалуй… — Лиза приподнялась, чувствуя, как по спине дорожкой покатились песчинки, заставляя вздрогнуть.

Незнакомец соскочил с лошади, торопливо подошёл к девушке и протянул ей руку. Лиза приняла помощь, и через мгновение была поднята на ноги. Стоило пальцам юноши коснуться её, как ведьма испытала знакомое ощущение. Это было присутствие всё той же странной силы, которую никак не удавалось распознать.

Лиза была так расстроенна, что даже забыла поинтересоваться у Серафимы на предмет этого «ощущения». Да и что, собственно, она могла сказать бабушке, учитывая их последний разговор? Вот влетит… но сейчас нужно было срочно найти способ вернуться в дом, где бы она ни оказалась!

— Спасибо, — Лиза огляделась, пока не наблюдая ничего приметного, что сказало бы ей, где она могла находиться.

Трава да холмы. Вдалеке деревья и тёмные горы. В небе — солнце. Судя по его положению, уже часов пять вечера.

— Куда меня занесло? — тихо прошептала Лиза сама себе.

Но оказалось, что незнакомец стоял совсем рядом, поправляя свою серую рубашку, и видимо всё расслышал.

— Это Севилья, сеньорита, — пояснил он мягко, но в голосе слышалась нескрываемая тревога, — вы не пострадали? Я боюсь предположить, что могло явиться причиной подобного происшествия…

Лиза меж тем не сильно вслушивалась, стискивала побелевшими пальцами край книги и тихо шептала.

— Это тот, что на юге Испании?

Да быть такого не могло! Просто не могло такого быть…

— Ну да, — усмехнулся молодой человек.

— И вроде как тут родилась та самая Кармен? — в панике продолжила говорить Лиза.

— Да…

— Это то самое место у города, который расположен на равнине обоих берегов Гвадалквивир, и по древнему преданию был основан самим Гераклом? — Лиза растерянно пригладила растрёпанные волосы, — какой кошмар… что же делать?..

— Вам не нужно беспокоиться, — заверил её незнакомец, — я отвезу вас в "Palma soleado" («Солнечная ладонь»), это дом моей семьи.

— Вы просто спаситель, — прерывисто вздохнула ведьма.

Срочно, просто срочно нужно было добраться до телефона, до цивилизации. Происходило нечто, по её мнению невероятное. Что тому было виной, Лиза не могла понять, поскольку от волнения мысли путались. Телефон — да, это то, что нужно!

— Могу я узнать ваше имя? — Нери благодарно улыбнулась.

— Федерико, — с мягким акцентом представился юноша, — моё имя Федерико Конте, сеньорита.

— Кто?.. — ахнула Лиза, подавившись воздухом.

Вот чёрт! Ведьма отскочила от него и едва не перекрестилась, своевременно припоминая, что там, «наверху», уж точно бы покачали бородатой головой, глядя на её действия.

— Вам нечего остерегаться меня, — Федерико понял её реакцию по-своему, — я вовсе не собираюсь похищать вас и прятать в богом забытом месте.

Можно подумать она этого боялась! Лучше уж маньяк… Ну почему, почему из всех людей на этой планете, её угораздило оказаться нос к носу именно с этим парнем?! Может не узнает? Он просто обязан её не узнать… Но ведь наверняка видел фотографии, раз даже Дракула смотрел на них! Хотя, сейчас она и сама себе напоминала Бабу Ягу с растрёпанными волосами и по уши в грязи. Может испытает отвращение и не станет приглядываться?..

Тем временем, чему-то улыбаясь краешком губ, Федерико достал телефон. Он созвонился с кем-то, судя по тону голоса, из работников виллы, и принялся изъясняться на своём языке. В отличие от старшего брата, младший Конте говорил на родном испанском, которого Лиза, к своему сожалению, не знала. Речь его лилась так ладно и бурливо, и ведьме оставалось лишь гадать, что за распоряжения юный хозяин отдавал. Как только закончил, Федерико вернулся взглядом к девушке, и она несчастно замерла.

— Я предупредил Адорасьон, что мы скоро будем у дома. И попросил её связаться с нашим доктором. Он обязательно должен осмотреть вас, — серьёзно пояснил свои действия молодой человек.

— Это совсем лишнее… Я просто немного пройдусь. Чуть-чуть… Пойду потихоньку… — совсем испугалась Лиза.

Нет! Нет-нет-нет! Упаси боже и все остальные святые! Или как там смертные причитают? Она готова была молиться, прикрываясь от младшего Конте своей книжкой, как щитом. Почему она здесь? Не должен старший братец узнать, что её сюда нелёгкая занесла! Лиза могла себе представить, что придёт Рикардо с голову, заявись она сейчас к нему на порог.

— Куда пойдёте? — брови Федерико удивлённо приподнялись.

Что же ей делать? Лиза замялась, оглядываясь по сторонам. Младший Конте наверняка решил, что она ещё вдобавок ко всему и головой повредилась, когда на дороге валялась. Что ж, не привыкать. Скоро вся эта семейка будет твёрдо убеждена в её полоумности… и кого прикажите винить?

— Я разберусь. Мне пора. Adiоs! (Прощайте!) — девушка нервно махнула ему рукой.

Она пошла по пыльной дороге, то и дело ойкая, когда босые ноги отыскивали маленькие острые камешки. Федерико усмехнулся, покачал головой, и молча последовал за странной незнакомкой, имя которой он так и не услышал. Лиза почуяла его, хоть и шёл юноша почти бесшумно, благо мягкая дорога это позволяла.

— У вас в стране разве не наказуемо преследование беззащитных женщин? — не оборачиваясь, проворчала ведьма.

— У нас в стране наказуемо разгуливание в ночных сорочках. Куда же вы всё-таки держите путь? — искренне недоумевая, поинтересовался молодой человек.

— Неважно. Подальше отсюда! — не удержалась и взволнованно выкрикнула Лиза, понимая своё отчаянное положение.

Кажется, удача вовсе покинула её, так как небо, совсем недавно чистое, принялось затягиваться тёмными серыми тучами, и вдалеке громыхнуло.

— Хватит! — крикнула девушка, сердито глядя на грозовое небо.

Ещё мгновение, и оно опрокинулось стеной дождя, смывая с её волос грязь и песок.

— Кажется, само проведение желает вразумить вас, сеньорита, — вежливо, с совершенно невинным видом обратился к ней мокнущий юноша, — вы простынете, ведь уже не лето. Прошу, что бы вас ни беспокоило, оно не стоит того, чтоб схватить пневмонию.

Федерико был прав. И куда это она собралась? Да ещё в таком виде. Лиза вздрогнула и обхватила себя руками, теперь не зная, куда деться с его взгляда. Конте снял свою рубашку, и накинул на плечи девушки, предлагая укрыться под её тонкой тканью.

Полная благодарности, Лиза просунула руки в рукава, плотнее запахивая одежду. Сам Федерико обтянул мокрую майку, и подвёл к ним свою лошадь. Он потрепал её по мокрому чёрному боку, и животное замотало головой, разбрызгивая воду.

Лиза всегда остерегалась животных, которые безошибочно могли распознать сокрытую в ней силу, и ожидать от них можно было любой реакции. Но видимо, в этот раз сказалась её неполнокровность, ибо лошадь не привстала на дыбы, и не отпрянула от ведьмы. Федерико помог девушке подняться в седло и сам легко сел позади неё. Он направил животное в знакомом направлении, желая как можно скорее укрыться от лившегося дождя. Но стоило им начать свой путь, как вредное солнце уже поблёскивало в небе, а ветер принялся разгонять теперь ненужные тучи.

— Нет, ну вы поглядите, — проворчала Лиза.

Юноша только молча улыбнулся. Следующие полчаса она провела в крайнем волнении. Расспросить Федерико ведьма не решалась, и не могла заставить своё тело хоть немного расслабиться. В итоге ноги её окончательно затекли, а руки дрожали. Хороша гостья… Лиза, не отрываясь смотрела на залитые солнцем покатые холмы и раскинувшуюся вдалеке прибрежную равнину.

— Мы почти приехали, — проговорил Федерико у девушки за спиной, — глядите, отсюда уже виден дом.

Он вытянул руку, указывая на виллу, раскрывавшуюся впереди. Дом? Да его впору называть дворцом. Основное здание, утопающее в зелени, имело два этажа, и было выстроено из бежевого камня. Федерико провёл лошадь под одной из широких арок и остановился на огромном внутреннем дворе. Буйство цветов радовало взгляд, как и сама прекрасная "Palma soleado". Вилла действительно оправдывала своё название. В другой раз Лиза бы сполна насладилась пребыванием здесь. Но не сейчас. Ожидая нападения в любую минуту, она не в силах была скрыть своё смущение и растерянность. Нери отказалась отдать Федерико книгу, когда он пожелал помочь ей и с трудом устояла на ногах, когда была спущена с лошади. Лиза немедленно ойкнула, когда нагретые солнцем камни обожгли босые ноги. Из тени аркад дома, почти бегом, появилась низенькая полная женщина. Она что-то запричитала, на ходу протягивая смуглые руки. Испанка ахала и охала, и всё её внимание было целиком сосредоточено на Лизе, смотревшей на женщину во все глаза.

— Адорасьон, она жива и никак не погибает от тяжких ран, — Федерико попытался успокоить бедную женщину, но тщетно.

Продолжая что-то щебетать на своём языке, домоправительница увлекла девушку за собой в уют нижнего этажа дома. Усмехаясь панике гостьи, молодой хозяин прошёл следом. Лизу отвели в одну из гостевых комнат. Пухленькая Адорасьон душевно потрепала её по чумазым щекам, подталкивая к ванной, в которой уже дымилась готовая вода. Их действительно ждали, подумалось Лизе. Женщина оставила её, заверяя в чём-то непонятном, и слишком резво для её комплекции выскочила из комнаты.

Нери поглядела на платье, оставленное на кровати. Трикотажное полотно было удачно отделано серебристым кружевом. Она не носила подобные вещи, но с благодарностью приняла подарок. Лиза скинула испорченную рубашку и свою ночнушку, прошла в ванную и опустилась в тёплую воду. Там она долго отмывала волосы от песка и пыли, пока не убедилась, что он больше не посыплется с них.

Когда же результат удовлетворил её, гостья выбралась на коврик. Промокая тело и длинные пряди пушистым полотенцем, Лиза вернулась к кровати. Хозяйка платья была однозначно выше её, а формы незнакомки куда щедрее. Но что делать? Девушка надела платье, расправляя верхний кружевной слой. На полу её ожидала пара домашних тапочек. Тепло, уютно, да и ладно.

Затем гостья выскользнула в коридор и выглянула из-за угла, в поисках обитателей дома. Или прячась от них. Это Лиза пока никак понять не могла. Пройдя немного вперёд, она оказалась в замечательной стеклянной галерее, там и отыскала Федерико. Молодой человек уже успел привести себя в порядок и тут же поднялся, едва увидел гостью.

— Вам идёт, — мягко улыбнулся младший Конте, намекая на её одежду, — вижу, вам уже лучше, но доктор ожидает. Прошу согласиться, чтоб он осмотрел вас. Сразу предупреждаю…

Федерико остановил попытки Лизы отказаться.

— Адорасьон потащит вас силой, если заупрямитесь. Пока будете заняты, я снова попробую дозвониться до брата. Он должен скоро подъехать и отчего-то не берёт телефон. Это просто удача, что я сбежал на пару деньков, чтоб с ним увидеться. Там, в долине, редко бывают люди. Вам просто повезло. Я рад, что оказался в нужное время в нужном месте, как это говорится…

— А я как рада… — прошептала Лиза, заставляя себя улыбаться.

Федерико и в самом деле казался милым парнем. Возможно, с ним приятно было бы и подружиться. Если бы не существовало старшего брата, всей эпопеи с замужеством и прочими пророчествами! Юноша отчего-то замялся на мгновение, затем всё же указал гостье нужное направление. В панике Лиза прошла в кабинет, который принадлежал, судя по всему, главе семейства. Федерико представил девушку пожилому мужчине в маленьких очках, доктор снял их и вежливо склонил голову в знак приветствия.

— Я вас оставлю, — предупредил Конте, — не волнуйтесь, доктор Мунис позаботится о вас.

Стоило двери захлопнуться, а доктору потянуться к своей сумке, как в коридоре раздался встревоженный мужской голос:

— Адорасьон, что случилось? Почему у дома машина доктора Муниса?!

Глава 10

Вот она, гибель! Лучше бы её лошадь зашибла на дороге. Лиза тихо ахнула и спряталась за оторопелым доктором, стоило хозяину дома на ходу распахнуть дверь кабинета и остановиться в немом изумлении.

— Ты ещё большая чудачка, чем я ожидал… так далеко зайти… — возмущению Рикардо не было предела.

Край платья Конте тоже не мог не узнать. Он узнал бы его из тысячи, так как сам покупал в подарок покойной матери. Кто посмел коснуться этой одежды? Ну, конечно же, тут не обошлось без Адорасьон. Кто бы мог сомневаться! Бедный Мунис поприветствовал Конте, в тщетных попытках освободить рукава своего пиджака. Лиза вцепилась в него мёртвой хваткой. Она всё шептала и шептала, перебирая в голове все известные заклинания. Морок. Навести его, было так просто и действовало безотказно. Так в чём же дело? Почему не срабатывало? Куда девалась её сила?!

— Федерико вызвал меня, чтобы осмотреть сеньориту, которая по счастливой случайности не погибла под копытами его лошади.

— Ты сильно пострадала? — Рикардо нахмурился, гневно вглядываясь в пальцы девушки, сминавшие ткань пиджака доктора.

Затягивать эту нелепость Лиза просто не могла. Да и чего тянуть? Убьёт, так убьёт. От волнения она умрёт скорее. Гостья отпустила одежду Муниса и вышла вперёд. Дышать она забыла, стоило встретиться с холодным взглядом хозяина дома. Кажется, и сам Конте забыл вдохнуть. Он даже сощурился, глядя на девушку, таково было его изумление.

— Здравствуй… — Лиза едва заставила себя говорить.

Она испуганно сжалась. Рикардо подумал, что она специально сюда примчалась? Как ужасно. Ведьма мысленно чертыхнулась. Что с него взять? Да и с неё тоже. Как иначе она могла объяснить Конте своё внезапное появление на вилле, особенно после своего недавнего заявления? Что ей делать?!

— Что, бога ради, ты тут делаешь? — проговорил Рикардо по слогам, глядя гостье прямо в глаза.

От негодования голос мужчины дрогнул. Рикардо придвинулся чуть ближе. Яркий свет солнца, лившийся из окна, высветил загорелую кожу на его лице, и чуть более тёмную на подбородке. Молодой человек опустил чёрные ресницы в безуспешной попытке скрыть свою тревогу. Именно она снова мелькнула в дымчатой глубине его серых глаз.

У Лизы перехватило дух, а подступившее слёзы, вызванные то ли отчаянием, то ли вообще непонятно чем, едва не задушили её. Ведьма быстро отвела взгляд и поджала губы. Не станет она перед этим человеком плакать. И правды никогда не скажет. Нужно забрать книгу, которую по глупости оставила в гостевой, и бежать без оглядки…

— Твой брат привёз меня сюда, — гостья сложила на груди дрожащие руки, — у меня не было и малейшего намерения снова видеть тебя.

— Пожалуй, я вас оставлю, сеньор Конте… — доктор тихонько проскользнул мимо них, но был остановлен хозяином дома.

— Что вы, Мунис. Раз сеньорита пострадала, вы обязательно должны как следует осмотреть её. Я не имею намерения выслушивать потом жалобы и получать повестку в суд!

— Ах ты! — шагнула к нему Лиза.

Помня, чем это в прошлый раз закончилось, Рикардо отступил назад, упираясь спиной в дверной косяк.

— Думаешь, я позволю этому человеку ко мне прикоснуться? Мне это не нужно! Я здорова! — выкрикнула девушка в лицо Конте.

Злость не дала сгореть со стыда. Лиза понятия не имела о том, что творилось в этом доме и что творилось с ней, но не собиралась выяснять это здесь. Беги, Лиза, беги…

— Adiоs, Дракула!

Ведьма, с приподнятым подбородком, который так заметно дрожал, прошла мимо Рикардо. Нечаянно она коснулась его тёплой руки и по спине побежали предательские мурашки. Лиза почти спаслась, когда эта самая рука схватила её запястье и остановила.

— Не раньше, чем ты вернёшь платье, сеньорита, — мрачно потянул Рикардо.

— Вышлю по почте! — огрызнулась возмущённая Лиза.

— Не пойдёт, — тем же тоном отозвался Конте.

Они так и продолжали стоять, рыча друг на друга, пока их не заставил умолкнуть звенящий голос Федерико.

— Ничего объяснить мне не хотите?.. — молодой человек стоял в коридоре и держал в руке какую-то газету.

— Феде, — Конте повернулся к брату, не отпуская руки своей нежданной гостьи.

— Всё интересней и интересней… — юноша смял край газеты, подходя к ним и становясь рядом.

Лиза потупила взгляд, снова ощущая себя бесконечно виноватой. Похоже, что те же чувства обуревали и старшего Конте, поскольку он ещё сильнее стиснул её запястье.

— Когда я должен был узнать об этом? — сухо спросил Федерико.

— О чём? — недоумевая, подёрнул плечами Рикардо.

Младший брат развернул к нему газету, указывая на статью, занимавшую половину первой страницы. Лиза увидела, как побледнело лицо Конте, и поспешила взглянуть на газету. Она приоткрыла рот, тут же закрывая его ладонью. Рикардо цветасто выругался на испанском, чего гостья никак не ожидала от его холодного высочества.

— Серьёзно? Студентка Банфильского университета — невеста старшего Конте? — Федерико вопросительно поглядел на брата.

Лиза не могла поверить своим глазам. Перед нею красовалась достаточно чёткая фотография, сделанная кем-то в тот самый момент, когда она, видно сойдя с ума, поцеловала Рикардо. Мало им интернета, теперь принялись и за газеты?! Гореть в аду этому жалкому папарацци! Ведьма уже придумывала наказание пострашней. А ведь как выглядело всё! Со стороны казалось, что они идеальная пара… ужас, просто ужас! Лиза тихонько попыталась отодвинуться от хозяина дома.

— Так это было частью твоего плана? Для этого ты вызвала меня отобедать? — ни голос, ни взгляд Рикардо не предвещали ничего доброго.

Погодите-ка! Лиза возмущённо топнула ногой, нечаянно наступая Конте на ногу.

— Это ты заставил меня прийти в то самое кафе. И ты вытащил меня на улицу. Это всё ты! И домой ко мне ты сам явился. Так вот значит как? Решил использовать меня… — ахнула девушка.

Теперь пришла очередь Рикардо онеметь. Да что, чёрт возьми, происходит? Откуда взялись там журналисты?! Или какой идиот сделал этот снимок? Теперь пол-Европы считает, что он собрался жениться. Проклятье!

— Ты незамедлительно отправишься домой, — обратился Конте к своей нечаянной невесте.

— И не сомневайся в этом! — кинула ему в ответ Лиза.

— Уже вечер, — устало вздохнул Федерико, пытаясь воззвать к разуму хоть одного из стоящих перед ним людей, — и что изменит тот факт, что сеньорита…

Молодой человек ещё раз кинул быстрый взгляд на статью, продолжая:

— Элизабет будет отослана домой? Приехав, я хотел сделать сюрприз, но ты меня переплюнул, брат.

— Федерико… — старший Конте подавил очередной приступ гнева, — не смей уподобляться тем, кто верит этим бумажным сплетням!

Рикардо отобрал газету, разорвал её и кинул на мраморный столик в коридоре.

— Молодые люди… — замялся Мунис, от растерянности он не знал, что ему и делать.

Рикардо закрыл на мгновение глаза, успокаиваясь, и вежливо обратился к доктору.

— Мне очень жаль, что вы стали свидетелем такой неприглядной сцены. Прошу простить нас, точнее меня.

Рикардо заметил край платья Адорасьон, который выглядывал из-за угла в коридоре. Наверняка волновалась, но боялась и носа показать. Конте позвал женщину, веля ей проводить доктора в гостевую комнату, в которой расположилась их гостья.

— Прошу! — Рикардо указал кивком головы вслед Мунису, веля Лизе догонять его.

Ведьма возмутилась его тоном, но решила, что в данной ситуации, лучше будет подчиниться. Чем дальше, тем лучше. Она отправилась вслед за удалявшимся мужчиной. Сам же Рикардо вошёл в отцовский кабинет, молчаливо ожидая, что брат последует за ним. Так Федерико и поступил, закрывая за собой дверь.

— Это ведь не монтаж? — спросил младший Конте, глядя как напряглась спина брата, наблюдавшего закат в приоткрытом окне.

Рикардо шире раздвинул занавески, сминая их в руках. Ответ Федерико не требовался, он привычно понял всё без слов.

— Прости, — старший брат шумно вздохнул, пытаясь справиться со своими чувствами, — эта ситуация более чем нелепа и бессмысленна.

— Брат, ты коварный соблазнитель! И как я мог так наивно довериться тебе? — Федерико сложил руки на груди и опёрся спиной о дверь.

— Элизабет против вашей помолвки, и готова на любую крайность, чтобы она не состоялась, — уголок губ Конте нервно дрогнул, — в этом вся суть её выходки и причина появления статьи в газетах. Ты не представляешь, что у неё в голове творится…

— Занятная особа, — потянул Федерико, — но я знаю тебя, брат.

— И что бы это значило?! — не выдержал Рикардо.

— Ты бы никогда не позволил женщине коснуться себя, если только она не произвела впечатление.

— Феде! Она — твоя невеста!

— Она тебе понравилась?

— Ты с ума сошёл! — Рикардо отряхнул невидимую пыль с лацканов пиджака.

— Ты никогда не переживал за остальных претенденток. Сколько их уже было? Отец всё никак не угомонится, как и Николя Нери. Порой мне кажется, что эти двое — кровные братья близнецы. Но вот судьба сеньориты с сорняками в волосах тебя встревожила.

— Она чуть не погибла, — попытался оправдаться Рикардо.

— Она даже не пострадала, — проворчал Федерико, берясь за дверную ручку, — зато такой путь проделала ради тебя.

— Прекрати!

Рикардо вспомнил их разговор у кафе и закрыл глаза. Все эти нелепые разговоры про чувства! Глупая девчонка. Он обязательно разберётся с образовавшимися проблемами и отошлёт её домой. Что бы при этом не говорил младший брат.

— Пусть погостит, — предложил Федерико, — я всё-таки вижу, что ты задумал.

— Уж это я сам решу, как-нибудь без твоей помощи!

— Ну да, ну да, — молодой человек вышел из кабинета, не закрывая двери.

По пути в верхнюю гостиную, он встретил доктора. Мунис откланялся, перед этим заявляя, что кроме нервного потрясения, скорее всего от несчастливой статьи в газете, а не от происшествия на дороге, у их гостьи всё в порядке со здоровьем. Федерико благодарно пожал доктору руку и проводил до машины. Юноша с удовольствием вдохнул вечерний воздух, смешанный с ароматом цветов. В эту пору их запах был особенно густ. Через открытое окно кабинета до него донёсся переливистый звонок телефона. Рикардо поднял трубку, и через минуту младший Конте услышал, как брат жарко принялся оправдываться.

— Ну, вот и началось, — улыбнулся Федерико.

— Благодарю… — холодно пробормотал в трубку Рикардо, затем зло кинул её на блестящий металлический держатель.

Стоило ему это сделать, как телефон затрезвонил снова. Конте нервно принял вызов, заставляя себя отвечать вежливо.

— Да… спасибо… это нелепые сплетни! У меня нет повода принимать поздравления! — трубка снова полетела на стол.

Когда звонок раздался в третий раз, Рикардо твёрдо пообещал себе, что это последний, кому он ответит и просто скинет трубку, чтоб никто не смог дозвониться. Хотя бы до утра. Затем Рикардо прошёл в коридор и остановился на середине дороги. Они ещё не ужинали. Хоть есть и не хотелось, возможно, их беспокойная гостья была голодна. Нужно распорядиться Адорасьон, чтоб приготовили в столовой на троих и пригласили Элизабет.

Когда остался один, не заботясь о манерах, Рикардо засунул руки в карманы брюк и прижался горячим лбом к стене. Он снова закрыл глаза и постоял так немного. Эта сеньорита — ходячая неприятность. И была в отчаянии, что было так очевидно. Вкус губ девушки он ощутил остро, словно прошло мгновение с тех пор. Элизабет так неумело играла, и он действительно должен был себе признаться, что никак не мог решить, остановить её или позволить продолжать. Сошёл ли он с ума? Так и есть.

— Вот чёрт…

Не открывая глаза, Рикардо вновь лихорадочно перебирал варианты в пользу и того, и другого решения.

Глава 11

Телефона в комнате не оказалось. Размышляя, Лиза нарезала круги по своей «камере», но пока не решалась выйти в коридор.

— Думай, Нери, думай, — шептала ведьма.

Сейчас, где-то в этом огромном доме находились двое мужчин, желающих придушить её.

— Ты ведь об этом мечтала? Чёрт… но не на таких же условиях! — ведьма сжала кулаки.

Всё должно было пройти иначе, совсем иначе. Вселенская несправедливость! Старшенький «обесчещен» её коварным поцелуем, а младшенький вообще небось в шоке от поведения своей (никогда такому не бывать) невесты.

— Вся прелесть того, чтоб прикинуться идиоткой в том, чтоб больше никогда не видеться с этими людьми! — прорычала Лиза, кидая мрачный взгляд на двери, — а вовсе не оставаться наедине с ними, да ещё и на вражеской территории!

Она должна найти выход, просто должна! Связаться с бабушкой или родителями было слишком опасно. Серафима зла на неё, а Николя и Ольге не объяснить, как оказалась здесь, да еще и без паспорта! О паспорт… Она даже домой вернуться не могла, поскольку пересечь столько границ без документов было не под силу такой жалкой ведьме. А неизвестный телепорт никак не хотел активироваться и исправлять то, что сотворил!

Оставались близняшки. Именно! Де Латур придется пробраться в её дом и выкрасть паспорт с кредитками. Даже ценой своей жизни. Но вот как продержаться до тех пор? Прерывая мысли Лизы, в дверь постучали. Ведьме пришлось подойти к ней и открыть. Молодая высокая женщина, видимо из персонала, обслуживающего этот большущий дом, улыбнулась и поприветствовала гостью.

— Дон Рикардо попросил меня проводить вас в столовую, сеньорита Элизабет.

Стараясь подавить в себе растущее чувство тревоги, ведьма на минуту подошла к зеркалу. Лиза пригладила волосы, которые почти высохли, и рассмотрела своё отражение. Она совсем не была готова к очередной встрече с хозяином дома. Совсем никак. И выглядела жалко в этом чужом великоватом платье.

От волнения Лиза раскраснелась и приложила прохладные ладони к своему лицу. Это уж совсем ни к чему, упрекнула она себя. Если так и дальше дело пойдёт, то точно до беды недолго! Что же делать? И дальше играть влюблённую девицу? Ей и в первый раз нелегко дался этот обман. Стоило только начать думать об этом, как становилось дурно. Но во что бы то ни стало, нужно избавиться и от самого Рикардо, и от его милого брата, и от планов её собственной семьи. Не бывать проклятой свадьбе.

С этим твёрдым намерением, Лиза выпрямилась и бросила в зеркало гордый воинственный взгляд. Ведьма отправлялась на бой со своим заклятым врагом. Только коленки у этой самой ведьмы предательски дрожали. Гостья позволила улыбчивой женщине довести себя до двустворчатых раскрытых дверей, которые вели в светлую гостиную.

— Вот и вы, Элизабет, — тихо проговорил старший Конте.

Она смутилась, замерла в широком дверном проёме и заметила, как молодой человек отставил в сторону бокал с недопитым вином. Губы Рикардо изобразили вежливую улыбку, и он поднялся с кресла, теперь приближаясь к гостье.

— Вот и я… — пробормотала Лиза.

Сердце гулко стучало в груди. Мягкий акцент, да и сам голос хозяина дома, никак не вязался с его привычной холодностью и высокомерным взглядом. Если бы не видела его, то этот самый голос, обязательно бы понравился ей. Лиза нервно помахала перед своим лицом ладонью, словно отгоняя дурман, чем заставила Конте снова поглядеть на неё с настороженностью.

— Как… как ты долетел, Рикардо? — попыталась начать беседу Лиза.

Наверное, хозяину дома самому стоило задать этот вопрос, а не гостье, но дона Конте весьма бы удивил её ответ. Рикардо окинул её внимательным взглядом и снова нахмурился при виде платья. Лиза заметила, как он едва заметно пожал широкими плечами под бежевым пиджаком.

— Замечательно, — медленно проговорил Рикардо, обходя девушку вокруг.

Явно задумал что-то недоброе. Лиза насторожилась, ожидая очередного подвоха. Но Конте указал ей на одно из кресел, поставленных полукругом перед огромным камином. Ведьма вымучила улыбку и присела на предложенное место, продолжая наблюдать за действиями хозяина дома. Рикардо сел напротив, и принялся наполнять бокалы золотистым вином. На бутылке Лиза не могла не заметить наклейку с именем семьи Конте.

— Попробуй, а если оно покажется тебе суховатым, мы заменим, — предложил хозяин дома.

Он поставил тонкий бокал на столик рядом с гостьей.

— Мне без разницы, — отозвалась Лиза, принимая предложенный бокал.

Пить? Это на пустой живот? Она сощурилась, глядя на Конте через сверкающий напиток.

— Без разницы? Это неправильно, Элизабет, — покачал головой Рикардо, — всегда должно быть предпочтение. Как это вино, на твой вкус?

Лиза сделала небольшой глоток, опуская ресницы и смущаясь под его взглядом. Потом ещё глоток и ещё. Горло, как она ожидала, не обожгло. Напиток был прохладным с немного непривычным вкусом. Но с другой стороны, когда ей было привыкать к вину? Пусть её родители и занимались виноградниками, но на дегустациях Лиза не присутствовала. А если и была, то старалась улизнуть незаметно, что ей и удавалось.

— Неплохо, — улыбнулась девушка.

Голова её закружилась и гостья испугалась, решив, что Конте сочтёт её какой-нибудь пьяницей. Молодой человек едва улыбнулся, наблюдая за меняющимся выражением её лица с такой проницательностью, что Лизе стало казаться, будто видел насквозь. Стоп… пьяницей… Пьяницей! Точно! Ведьма выпила всё содержимое бокала. Она звонко поставила его на столик, откинулась в кресле, положила ногу на ногу и заявила:

— Как-то душно сегодня.

Рикардо кинул взгляд на одно из окон гостиной и мягко поднялся, намереваясь приоткрыть его. Вы только гляньте, какой галантный, пронеслось в захмелевшей голове Лизы. Хозяин дома притормозил на мгновение, но потом всё же продолжил идти.

Но, не будем терять время. Ведьма отпрянула от спинки кресла, склоняясь над столиком, на котором красовалось несколько разноцветных бутылок с вином. Она прекрасно помнила, что отец, когда выпивал больше нужного, всегда становился добрым и сентиментальным, а потом быстро засыпал. Значит, если Дракула хлебнёт лишнего, то обязательно опьянеет, заснёт, и не будет этого ужасного допроса. Ей просто необходимо время, чтоб придумать, как быть дальше. Как бы ни хотела бежать прочь из этого дома, но оказаться ночью на улице без телефона и денег, было ещё страшнее. А унижаться и просить помощи она просто не могла. Да и была уверена, что после всего произошедшего, не имела права. Как же неловко…

Лиза подняла руку над столиком и прошептала заклинание. Рикардо к её облегчению задержался у окна, сложил руки на груди, отчего ткань его пиджака натянулась на широкой спине, а затем прерывисто выдохнул. Всё ещё был зол на неё? Лиза поджала губы. Наверняка так и есть. А едва Рикардо повернулся, как золотистый знак растаял в воздухе, рассыпаясь над бутылками. Ну да ладно, будет знать, как невинных ведьм пугать. Гостья сдержала улыбку, довольная тем, что успела сотворить свою магию. Глядя на её внезапное хорошее настроение, Конте присел обратно в кресло.

— Скоро будет готов ужин. Адорасьон сообщит об этом, — молодой человек потянулся к бокалам, снова наполняя их.

Давай-давай, губы Лизы тронула улыбка. Теперь ты будешь пить до тех пор, пока последняя капля вина не выльется из этих бутылок… Уже отпивая из своего бокала очередной холодный напиток, до ведьмы дошло замечательное, но несколько опоздавшее откровение: никогда нельзя колдовать, если ты пьян. А Лизе Нери это должно быть запрещено самим Законом ведьм!

Спустя полчаса…

— Прикинь, лежу я такая и понимаю, что ни черта не понимаю! — прыснула со смеху девушка, в избытке чувств ударяя ладонями по столику, и едва не переворачивая пустые бутылки.

Те зазвенели, и гостиную наполнил её весёлый смех.

— Подумать только… — медленно потянул Рикардо, сложил руки на груди и посмотрел на свою вконец опьяневшую гостью.

— Я ж не специально! — принялась жарко жестикулировать Лиза, — оп — и я тут! Ты понимаешь?

Она склонилась вперёд, заглядывая в лицо хозяина дома, но перед глазами всё плыло.

— Ты ж меня как человек, хоть и жалкий смертный, понимаешь, горю… говорю… — заплетался её язык.

— Понимаю, — нахмурил брови Конте, — какой там смертный?

— Чего? — похлопала длинными ресницами Лиза, — где смертный?

— Боже… — поджал губы Рикардо.

— Ты, видать, совсем не соображаешь. Не пойму тебя! — отмахнулась от него Лиза, — а чё расстроенный такой? М-м?

— Ты всему виной, Элизабет, — с укором проговорил Конте.

— Да ты шо?! — Лиза подалась вперёд, щурясь и вглядываясь в лицо молодого человека. Затем даже провела по нему ладонями, — Я?!

Рикардо тяжело вздохнул, старательно игнорируя неловкую ласку пьяной гостьи и отодвинул от неё очередную бутылку. Ведьма, глядя на вино в его руке, возмущённо воскликнула.

— Да ты пьян! — Лиза прижала руки к груди, — точно! Так и есть…

С таким выводом, и с видом знатока, ведьма закивала своей шумевшей головой. Рикардо откинулся на высокую кожаную спинку кресла и, теряя терпение, осведомился:

— Так зачем ты здесь, Элизабет?

Лиза снисходительно поглядела на «пьяного» хозяина дома и вздохнула.

— Я собираюсь тебя охмурять, чтоб ты от меня отстал! Понял? Только тс-с-с… — она прижала палец к губам, — секрет это, типа…

— Что-то я логики не прослеживаю, — снова задумчиво нахмурился Конте.

— Рикардо, я умру от голода! И так ждал тебя весь день. Почему вы здесь до сих… пор… — Федерико замер на входе, держась обеими руками за ручки раскрытых створок дверей.

Его взгляд переместился на столик, стоящий у кресел. Бутылка была пуста!

— Господи… — молодой человек прикрыл глаза ладонью, благо видеть парочку в это время не мог никто посторонний, — Рикардо!

Младший брат прошёл к ним, останавливаясь рядом с хозяином дома.

— Что ты творишь?

— Тише, Феде. Не буди сеньориту.

Но его уже не слышали: свернувшись клубочком, гостья мирно посапывала, устроив голову на мягком подлокотнике.

— Как ты мог позволить ей напиться? — возмущённо прошипел Федерико.

— Она собиралась споить меня! — сердито кинул ему старший Конте.

Не слушая возражений брата, Рикардо подошёл к спящей девушке и осторожно убрал прядь волос с её лица. Румяная, как спелое яблоко, Лиза поджала босые ноги, видимо замёрзла в кресле. Нужно было перенести бедняжку в гостевую, и велеть Адорасьон, чтоб позаботилась о ней утром. Да, утро у сеньориты Нери будет ярким и незабываемым.

Судя по всему, она подобное в своей жизни ещё не переживала, иначе не стала бы творить такие дела в чужом доме. Наверно он перестарался с местью… Но как посмела даже предположить, что он настолько бессердечен? Выгнать из дому в ночь?! Да чёрт возьми… Размышляя, Рикардо поднял Лизу на руки и осторожно повернулся к выходу. Как назло, двери закрылись.

— Вот чёрт! — пробормотал Конте.

Лиза сонно приоткрыла глаза, что-то проворчала, по привычке рассеянно повела пальцами руки и снова отключилась. Двери с грохотом распахнулись, и Рикардо почувствовал, как холодок пробежал по спине. Он усмехнулся, глядя, как затрепетали занавески на распахнутом окне.

— Strega… (колдунья)

Рикардо оставил брата и решительно вышел из гостиной.

— Ты опять умыкаешь мою невесту, — кинул ему вдогонку Федерико, — я должен быть в гневе!

— И ты в гневе? — проворчал старший.

— Я голоден… — вздохнул младший Конте и взъерошил тёмные волосы.

Рикардо только покачал головой. Когда он добрался до гостевой комнаты, то бережно опустил девушку на постель и укрыл краем одеяла. Ну вот, придётся доедать холодный ужин и выслушивать от Адорасьон, какая нынче молодёжь непутёвая пошла.

* * *

Лиза слышала голос. Он пел. Песня — тихая, нежная, переливалась, словно ручей у её дома и звала за собой. Она всё звучала и звучала, маня к себе, словно та самая сирена, что губила корабли, налетавшие на скалы. Девушка открыла глаза и тут же отчаянно зажмурилась.

— Вот чёрт…

Поистине странный сон, а в рот, словно песка кто насыпал. Глаза жгло проклятое солнце, словно она была одним их низших демонов, застигнутых рассветом. Что же случилось вчера? И что за сон? Лиза ещё раз попыталась открыть глаза, заливаясь горючими слезами. И почему никто не додумался занавесками окно прикрыть?

Она вяло взмахнула рукой, и серебристые колечки, к которым собственно крепились сами шторы, зазвенели, разъезжаясь по тонкому карнизу. Ну вот, теперь есть шанс не ослепнуть. Несчастная ведьма со стоном села на кровати, осыпая бледное лицо спутанными волосами.

Лиза опустила на пол одну ногу, затем вторую, ощущая под ними жестковатый ворс коврика. Она поводила по нему пальцами ног, пытаясь поймать хоть одну мысль в шумевшей голове. Их как назло не было. Девушка перестала издеваться над ковриком и попыталась встать. С третьей попытки ей это удалось.

— Ма-а-амочки… — с видом зомби со стажем, Лиза проковыляла к большому зеркалу, которое висело на стене у шкафа.

Она отказалась узнавать страшилище в отражении, отмахиваясь от него обеими руками. Правда, устоять без рук было практически невозможно. Лиза ощутимо стукнулась лбом о холодное зеркало, хватаясь рассеянно за его деревянную резную раму. Как же так вышло? Она попыталась прокрутить в голове прошедший вечер, но помнила лишь то, что наложила заклинание на хозяина дома.

— Вот ты дурёха… — застонала Лиза. На хозяина, говоришь?! — на бутылки-и-и…

Ну как же могла так напортачить? Всему виной её рассеянность. Сколько она выпила?! И, конечно же, теперь вдобавок ко всему братья Конте сочтут её горькой пьяницей! Хотя, несомненно, и сам Рикардо сейчас мучался похмельем. Это немного успокоило ведьму. А вот когда об этом узнает отец… Её уже наверняка с собаками искали! Весь город подняли на уши. Лиза закрыла глаза, пытаясь унять головокружение, и вспомнила про фотографию в газете.

— Он меня убьёт! Или нет… — испугалась вдруг Лиза, понимая, что реакция отца, возможно, будет обратной.

Но вдруг Николя никогда и не увидит этот снимок? А что? Газету Федерико местную показывал.

— Да так и есть.

Девушка повернула голову в сторону кровати и увидела своё сокровище. Книга аккуратно лежала на прикроватной тумбочке, рядом с высоким стаканом с водой и пачкой каких-то таблеток. Кто-то решил позаботиться о ней? Лиза задумалась, но понятия не имела, каким образом добралась до кровати и кто был этим добряком. Она подняла книгу и привычно прижала её к груди.

— Таблетки? С каких это пор ведьма пьёт таблетки? Наивные люди, — Лиза закусила пересохшую губу.

Вода манила своей свежестью, и девушка с удовольствием выпила её. Ладно, самое время привести себя в порядок, пока не нагрянули хозяева дома или ещё кто. Лиза села на кровать, скрестила ноги по-турецки и отложила гримуар Пальмистрии. Теперь она закрыла глаза и опустила обе руки на одеяло по обе стороны от себя, ладонями вверх.

Лиза принялась проговаривать, беззвучно шевеля губами, вспоминая, что удалось прочитать на страницах прабабкиной книги. Самоисцеление — первое заклинание, которая обязана знать каждая уважающая себя ведьма. Но именно оно, проклятое, никак не давалось ей толком. Ведьма подняла руку, медленно выводя нужные знаки.

Она вспомнила наказ Дарины, не подмешивать лишнего и расстроенно вздохнула. Вот уж кто с лёгкостью поправил бы её состояние. Тут Лиза представила себе, что было бы, узнай помощница ректора, что она вытворяла последние сутки. Ох и быть беде…

Ведьма ещё раз повторила заклинание, рисуя в воздухе, но оно снова не подействовало. Лиза открыла глаза и поглядела на книгу. Она потянулась за гримуаром, положила его перед собой и раскрыла в нужном месте. Это заклинание Нери отыскала первым, в тот же день, как стянула книгу из сундука в доме Серафимы.

— Что я делаю не так? — Лиза попыталась сплести спутанные волосы, внимательно глядя на сделанные ровным почерком записи.

Затем она прикрыла книгу, и её взгляд упал на отпечаток, блестевший тиснением на обложке.

— Левая… — ведьма усмехнулась своей невнимательности и снова раскрыла книгу.

Сложно конечно придётся, поскольку в отличие от прабабки, она левшой не была, но теперь хотя бы поняла свою ошибку. В начертании важна особая пластика пальцев, от того и писались знаки лично, под свою собственную руку.

Лиза потрясла ладонью, собрала всю оставшуюся силу, зашептала и взмахнула левой рукой. Золотистые буквы замерцали в воздухе, немедленно рассыпаясь, растворяясь и даря долгожданное облегчение.

— Вот оно — счастье, — Лиза упала на подушку, теперь не боясь, что карусель перед глазами вернётся.

Хорошо быть ведьмой, особенно с похмелья…

Глава 12

Его разбудил звонок телефона. Рикардо несколько раз пожалел о том, что единственным в доме аппаратом был не тот самый, в кабинете отца, который он так удачно отключил. Молодой человек встал с постели и поднял трубку, опираясь свободной рукой на высокую тумбочку. Он точно был проклят, ибо на другом конце провода раздался голос Николя Нери. Рикардо зажмурился, мысленно чертыхнулся, и проговорил, сам не узнавая свой хриплый голос.

— Здравствуйте, Николя.

Вопреки ожиданиям худшего, главу семейства Нери интересовал не тот факт, что он обжимался с его дочерью буквально на территории университета, а пропажа Элизабет. Неужели действительно не доразумилась предупредить отца и мать, перед тем, как исчезнуть?

— Рикардо, полагаю, вы можете понять отчаяние отца и простить ему это беспокойство. Если вам хоть что-то известно о том, где может быть Лиз, я прошу помочь отыскать её. Хелен говорила мне, что дочь интересовалась вашим номером телефона. Возможно вы встречались с нею и она хоть как-то обмолвилась о своих планах? — голос Николя дрогнул, выдавая его чувства.

Сеньорита Элизабет в неоплатном долгу перед ним, подумалось Рикардо. Молодой человек вздохнул и опёрся спиной о дверной косяк, удобнее прикладывая трубку к уху.

— Николя, — проговорил он, собираясь с мыслями, — вы должны успокоиться. Не нужно полиции. Ваша дочь вполне жива и здорова.

Наверное, хотя после вчерашнего, ей должно быть худо…

— Что вы хотите этим сказать? — ещё больше разволновался Нери.

— Как вы уже сами сказали, Элизабет интересовалась моим номером. Верно. Она расспрашивала меня о "Palma soleado" и поскольку у Федерико выдалось пару свободных дней, согласилась погостить на вилле.

И почему он врал?! А всё влияние одной вредной ведьмочки! До чего дошёл? И всё ради чего?

— Верно. Видимо решила сделать сюрприз… — поддакнул молодой человек, лишь бы поскорее отделаться от звонившего, — полагаю, что задержится ненадолго. Да… им будет полезно пообщаться… лучше узнать друг друга… не могу не согласиться…

Рикардо провёл ладонью по лицу, кивая Николя, словно тот мог его сейчас видеть. Кажется, ему удалось убедить отца своей гостьи. Надолго ли? Рикардо вернул трубку на место, едва успокоенный Нери попрощался с ним. Затем устало прошёл в ванную, которая располагалась прямо в смежной со спальней комнате, скинул одежду и встал под почти холодную воду, надеясь так скорее прийти в себя.

— Почему от тебя столько проблем?

Рикардо вздохнул, припоминая, как с улыбкой брат просто ткнул в одну из предложенных фотографий пальцем, заявляя, что эта претендентка выглядит так нежно и невинно. Ангел… именно так охарактеризовал Феде сеньориту Элизабет.

— Что ты скажешь теперь, брат?

А вчерашняя выходка? Он просто хотел поужинать и поговорить в спокойной обстановке, просто предложил ей бокал, с парой глотков лёгкого вина. С этой малышкой опасно оставаться наедине…

— Чёрт! — Рикардо подставил лицо под холодную воду, и это немного помогло.

Когда вернулся обратно в комнату, он надел свежую рубашку и светлые брюки, намереваясь отыскать живых в этом доме. Адорасьон нашлась всё в той же нижней гостиной. Она поворчала, покачала кудрявой головой и погрозила скорым завтраком, хотя время было к обеду. Рикардо прошёл к креслам и глянул на столик. Он был пуст. Проворная женщина убрала все доказательства вчерашней попойки. Только графин и остался, до половины наполненный свежей водой. Конте налил её в один из стаканов и отпил немного.

Даже спиной он почуял присутствие гостьи и оглянулся. Лиза остановилась на входе, сомневаясь в том, стоит входить или нет. Глядя в её глаза, молодой человек забыл, что так и стоял с поднятым стаканом. Его рука предательски дрогнула, вода пролилась, и стекла по смуглой шее, вымачивая белоснежную рубашку.

— Чёрт… — Рикардо резко поставил стакан на стол и попытался отряхнуться.

Пусть он и знал о даре своей гостьи, использовать свою силу при негодяйке не собирался, терпя то, как мокрая ткань липла к коже.

— Кажется, — потянула гостья, продолжая разглядывать его, — у тебя выдалась трудная ночь?

Намекала или надеялась на то, что и он вчера напился в хлам? Ей отчаянно не хватало маленьких рожек на голове, и того самого длинного хвоста с кисточкой, подумалось Рикардо. Чертовка! Отчего она была так свежа этим утром? Лиза чопорно поджала губы, вышагивая вокруг Конте. Очередное платье покойной хозяйки дома, снова вывело его из себя.

Лёгкая синяя ткань длинной юбки, мягким шлейфом вилась за девушкой, вторя движениям. Этот цвет абсолютно не шёл Элизабет, и только будил печальные воспоминания. Он сделает выговор Адорасьон. Какого чёрта она рядила гостью в эти наряды? Ведь должна была распорядиться, чтоб купили что-нибудь подходящее. Или это он должен был распорядиться? Сейчас Рикардо туго соображал.

— Ты имеешь в виду те две бутылки хереса, что прикончила вчера? — хозяин дома расстегнул воротник мокрой рубашки.

— Чего? — невинно похлопала ресницами Лиза, останавливаясь рядышком с ним.

Разглядывая Рикардо так близко, ведьма к собственному изумлению увидела, что он совсем не походил на человека, бессовестно напившегося накануне. Как же так? Такое ощущение, что она одна вчера приложилась к вину! Теперь Лиза принялась заливаться румянцем, чувствуя, что всё так и случилось.

Но Конте наверняка воспринял её чувство неловкости по-своему. Видимо решил, что гостья от его близости раскраснелась. Сама виновата! Интересно, о чём он думал? Глаза у Дракулы интересные, цвет менялся то ли от освещения, то ли от эмоций, которые владели им. Они были то тёмно-серыми, как грозовые тучи, то отливали серебром, древним, чистым, тем самым, которое было ядом для подобных ей. Будь Лиза полнокровной ведьмой, то наверняка не смогла и рядом стоять с этим человеком. Вот глупая, подумалось ей, но отчего-то отводить взгляд не хотелось.

— Нам нужно поговорить, Элизабет, — хрипло отозвался Рикардо.

— Да, — кивнула растерянно Лиза.

Он оглянулся, уже видя подходившую Адорасьон. Женщина держала поднос, на котором стояло пара чашек с дымившимся кофе и вазочка с печеньем. Лиза моментально отпрянула от хозяина дома, придавая себе невозмутимости. Рикардо предложил гостье сесть в кресло, и сам сел напротив, принимая от домоправительницы горячий кофе.

Адорасьон что-то проговорила, наверно приветствие, и удалилась, оставляя их наедине. Делая первый глоток, Рикардо поглядел на гостью. Лиза с довольным видом таскала из вазочки угощение, словно и не явилась виновником всего случившегося.

— Доброе утро, — поздоровался Федерико, входя в гостиную, но неподдельное удивление заставило его притормозить.

Они почти мирно беседовали, безмятежно потягивая чёрный кофе из чашек. А сеньорита Нери, даже жевала предложенное фигурное печеньице. Бодра и свежа, как роза из сада перед домом.

— Доброе утро, Феде, — Рикардо поставил чашку на столик.

— Доброе, — махнула ему печеньем Лиза.

— Надеюсь, вам удалось хорошенько отдохнуть, Элизабет, — Федерико присел на широкий подлокотник рядом с братом.

— Спасибо, удалось… — прошептала Лиза, скрываясь за чашкой кофе.

— Ты ведь останешься ещё на день? — Рикардо поглядел на брата, — надеюсь, не собираешься сбежать в Мадрид?

— Поглядим, — юноша хлопнул его по плечу.

В гостиную вошла та самая женщина, которая вчера сопровождала Лизу к хозяину дома, и сообщила им, что завтрак ожидает в столовой. Нери поднялась, про себя радуясь возможности перекусить. Ей не помешает восстановить силы, и ничего так хорошо с этим не справлялось, как блины бабушки Серафимы. Но сейчас подойдёт всё, что угодно.

— Пойдёмте, пора позавтракать, — Рикардо поднялся, жестом руки предлагая Лизе проходить вперёд.

Федерико пошёл следом, окунувшись в свои мысли. Девушка вошла в светлую просторную столовую и была усажена на стул за длиннющим овальным столом. Она аккуратно расстелила на коленях салфетку, и когда оба брата устроились по обе стороны от неё, вошла Адорасьон, принимаясь расставлять тарелки. На суп из моллюсков Лиза поглядела скептически. Ей даже показалось на миг, что из белоснежной тарелки на неё тоже кто-то поглядывал.

— Ешь! — почти скомандовал Рикардо.

Ведьма несчастно схватила серебряную ложку с замысловатыми завитками на ручке и рискнула попробовать. К её немалому удивлению суп оказался вкусным. Лиза продолжила есть, про себя клянясь, что вовсе не подчинялась серьёзному Дракуле, а просто голод взял своё. Она потянулась к подносу с хлебом, он был ещё тёплым, с золотистой корочкой, и так восхитителен. На беду, эта же идея пришла и в голову Рикардо. Они схватились за один кусок, и гостья подняла голову, окунаясь в серебро его взгляда.

Лиза замерла, чувствуя, как заколотилось сердце. Она быстро опустила голову, скрывая своё смущение. Никто раньше не смотрел не неё так, и ведьма не могла взять в толк, отчего дрожали руки. Аппетит у неё моментально пропал.

— После завтрака я намерен говорить с тобой, Элизабет, — задумавшись, Рикардо отпил из своего бокала воду, не отводя от гостьи взгляда, — и на этот раз в библиотеке.

— Я попрошу Адорасьон убрать оттуда папин херес, — как бы, между прочим, кинул Федерико, продолжая завтракать.

Рикардо прокашлялся в кулак, сердито глядя на брата. Лиза испуганно отодвинула от себя тарелку, и немедленно получила нагоняй от обоих братьев.

— Доешь! — сурово велел Рикардо.

— Адорасьон очень расстроится, если вы, хоть что-то оставите, — добавил Федерико.

— Мне не три года! — возмутилась Лиза.

— Иногда я в этом сомневаюсь, — поджал губы старший Конте.

Ведьма решила, пока не насылать на него порчу, а хранить гордое молчание. Поговорить? Ох, ладно. Куда дальше тянуть? Она словно зависла в безвременье и просто не знала, в какую сторону кидаться. Лиза притихла и даже послушно кивнула, когда хозяин дома предложил ей яблочный пирог, принесённый Адорасьон. Рикардо откинулся на спинку своего стула, и они с Федерико принялись обсуждать свои дела, на пару минут оставляя гостью наедине со своими мыслями.

Каковы же её шансы выпутаться из этой заварушки живой и невредимой? Лиза вздохнула и стянула с блюда ещё один кусочек ароматного пирога. И так, что она имела? Всех родственников, алчущих её женитьбы, предполагаемого жениха, который ведёт себя, слава богу сдержанно, и вредного Конте. Лиза ощущала, будто некая неведомая сила тянула её к нему, вынуждая снова желать поднять взгляд. Нет, нужно терпеть. Это просто неизвестная ей магия. Возможно из-за неё и появилась в этом доме?

Ах, права была Серафима, ну почему ей вечно не хватает терпения? Лиза, конечно, грешила на книгу Пальмистрии, послужившей «телепортом». Но это с бабушкой говорить нужно, хватит с неё экспериментов. Хорошо хоть в болото к крокодилам не угодила. И на том спасибо. Ведьма задумчиво склонила каштановую голову, продолжая размышлять.

Она так увлеклась, что напрочь забыла про мужчин. Их голоса доносились до неё мирным гулом, который Лизу сейчас мало волновал. Ей нужно было пробраться в кабинет главы семейства Конте и наконец позвонить близняшкам. И как только она разрешит все вопросы, то по-быстрому исчезнет в прекрасном неизвестном направлении.

— Элизабет, — в который раз позвал её Рикардо.

Гостья очнулась, глядя на обоих мужчин большими глазами, словно её поймали как воришку.

— Так о чём ты хотел поговорить со мной? — ломаным голосом отозвалась Лиза, теперь усердно разглядывая лепнину на карнизе.

— Удели мне немного своего времени, — проговорил старший Конте, поднимаясь из-за стола вслед за младшим братом.

— Да, — Лиза поблагодарила за завтрак и глянула на Рикардо, — мне нужно воспользоваться вашим телефоном. Я должна позвонить и предупредить о том…

— В библиотеке есть телефон, — пояснил Федерико, — если брат будет сильно терроризировать вас — кричите громче, и я примчусь на помощь.

Юноша подмигнул гостье и неспешно покинул столовую. Вышла за ним в коридор и Лиза, нервно улыбаясь сказанным словам. Она сможет позвонить — это отличная новость. Надежда самостоятельно отыскать библиотеку не оправдалась, это было всё равно, что пытаться искать дерево в незнакомом лесу. Ведьма остановилась посреди первого этажа дома, гадая, куда теперь держать путь. Но Рикардо нагнал её, кивком головы указывая на нужную дверь в конце стеклянной галереи.

Глава 13

Они вошли в просторную библиотеку, и Лиза приоткрыла рот от удивления, глядя на прекрасную коллекцию семьи Конте. Деревянные стеллажи занимали стены до потолка, вдоль них передвигалась удобная лестница, и ведьме немедленно захотелось взобраться на неё. Видимо это намерение и прочитал хозяин дома на лице девушки, и в её блестевших от восторга глазах. Рикардо улыбнулся краешком губ, и предложил гостье сесть на небольшой диван. Лиза нехотя послушалась, а он остался стоять, опираясь плечом о вожделенную лестницу, и сложил руки на широкой груди.

— Их больше пяти тысяч, если мне не изменяет память, — Рикардо обвёл взглядом книги, — ещё дед стал собирать их. Обязательно найди время для того, чтоб уединиться здесь. Вечером тут особенно уютно.

Гостья кивнула, соглашаясь и понимая, что не собиралась надолго задерживаться. Хотя, наверняка, и не вылезала бы из этой берлоги, полной знаний и историй со всего света.

— Ты любишь тут бывать? — поинтересовалась Лиза.

— Да, — ответил молодой человек, — жаль времени для этого порой просто не хватает.

— Нельзя жалеть для себя времени, — неловко отозвалась девушка.

— С этим трудно спорить, — Конте наблюдал за выражением лица Лизы, и внезапно спросил, — я тебя пугаю, Элизабет?

— Это важно? — спросила девушка.

Рикардо неспешно кивнул головой.

— Я тебя не боюсь, — тихо, но твёрдо проговорила гостья.

— Замечательное откровение, — задумчиво произнёс Рикардо, продолжая глядеть на девушку, — утром я говорил по телефону с твоим отцом, Элизабет.

Конте увидел, как гостья вздрогнула и приподнялась с дивана. Жестом руки он остановил Лизу, веля сесть обратно.

— Мне пришлось врать Николя, — неспешно потянул Рикардо, явно ожидая раскаяния гостьи и благодарности, — думаю, ты прекрасно понимаешь, о чём я говорю.

— Да. Прости. Даже если ты не поверишь, что не искала с тобой встречи и оказалась здесь случайно, это останется фактом.

— Мне неизвестны реальные причины того, почему ты оказалась в Севилье и этом доме, — продолжил говорить Конте, — но теперь, чтобы подтвердить мою ложь, ты просто обязана задержаться на пару дней, как минимум.

— Задержаться? — непослушными губами проговорила ведьма.

Теперь он хотел, чтоб её совесть мучила? Велел задержаться здесь? Впору радоваться, но её одолела паника. Что этот Дракула мог сказать отцу? Страшно и подумать! Словно угадывая её мысли, Рикардо пояснил.

— Пришлось сказать Николя, что ты захотела увидеть виллу и познакомиться с Федерико лично, поэтому и была приглашена сюда в качестве гостьи. Такова «правда» на сегодняшний день.

— Хоть твой брат и очень мил, я не собиралась знакомиться с ним, — возмутилась Лиза.

Ведь мог придумать что-нибудь другое! Теперь отец решит, что младший Конте ей настолько интересен. Она опять вернулась к тому, с чего начала. Какой-то заколдованный круг и вырваться с него не было сил. Может помереть, как и бабуля собиралась? Какой смысл в этой жизни, если даже имея такую силу, остаётся жалкой куклой в руках смертных? Из-за своей любви к семье, она так слаба перед ними, и так беззащитна. Так почему никто не слышит её? Как же одиноко…

— Мил? — прозвучал где-то на краю сознания голос Рикардо, — ты находишь Феде милым?

И как отвлечь прикажите, чтоб не сидела бледной тенью?

— Что? — Лиза подняла взгляд на своего собеседника и слёзы так и не пролились из глаз, хоть и блестели в них.

А стоило одной всё же сорваться, решая пробежать по щеке, как молодой человек шумно вздохнул, сдаваясь. Немедленно солёная влага испарилась, но юная ведьма этого и не заметила, всё ещё ожидая пояснения заданного вопроса.

— Твои чувства так переменчивы. Или это желание вызвать ревность?

— Ревность? — напряглась Лиза, забывая свои печали и начиная паниковать.

О чём это он? Неужели намекал на их прошлый разговор? Точнее её нелепый монолог в парке. Нет-нет-нет! Не мог этот гад…

— Разумеется, — кивнул хозяин дома.

Её кинуло в жар, стоило Конте небрежно повести плечами под батистовой белоснежной рубашкой.

— Всё не так… то есть… — она вконец растерялась.

— В прошлый раз ты была куда красноречивее, — продолжил подначивать Рикардо, лишь бы бросила думать о гробах и других нелепостях.

— Не было такого!

— А как же мой чудный голос? И все эти «мурашки» по телу. Так, кажется? — бессовестно напомнил Конте, — сердце всё так же стучит? Помнится, было предложение проверить…

Уголок губ дрогнул от улыбки, которую Рикардо сдерживал, когда Лиза соскочила на пол с дивана. Ведьма собралась обрушить на него весь свой гнев, но от ошеломления только хватала ртом воздух, не имея сил подобрать слова.

— Ты!.. Ты!! — девушка тяжело задышала, теперь негодуя, хотя раскрасневшееся лицо и было откровенно милым.

— Я понимаю твои чувства, Элизабет, — невинно проговорил Рикардо, — ты ведь так увлечена мною. Буквально с первой встречи. Когда же этот памятный момент произошёл? Тогда у окна или за столом?

Он с деловым видом подпёр локтем лестницу, наблюдая, как принялись дрожать стеллажи в библиотеке. Своей спиной Конте отчётливо ощущал вибрацию всех бесконечных полок.

— Конечно, я не могу ответить на эти чувства взаимностью, поскольку пока не имел возможности узнать тебя ближе, — деланно вздохнул Рикардо, — но, пусть этот факт тебя нисколько не беспокоит.

Стёкла зазвенели, и занавески принялись колыхаться. Лиза так разволновалась, что напрочь забыла о необходимости быть осторожной. Ну, каково это, играть чужими чувствами, сеньорита Нери? Думала, что можно так просто попользоваться им, украсть поцелуй и дать пинка?

Лиза готова была придушить его. Вот ведь Дракула! Да чтоб его три раза колом прибили… А лучше, все триста тридцать три! И ещё посолили сверху!

— Я не настолько увлечена… — зарычала Лиза, не понимая, отчего Конте не мог сдержать улыбку.

— Хочешь сказать, что бессовестно воспользовалась мною, не жалея моих чувств, Элизабет? — был ли он достаточно убедителен и трагичен?

— Ах ты…

Юная ведьма действительно собралась исчезнуть в «прекрасном неизвестном направлении»? Мысленно Рикардо хмыкнул. Так ведь думала во время обеда в столовой? Контракты у семьи Нери и Конте более чем серьёзные. А после вышедшей статьи… Даже если всю вину он возьмёт на себя, что Рикардо собственно и сделал бы, не смея портить репутацию малышке, финансовые потери с обеих сторон будут внушительными. Они потеряют важных клиентов. Этого ни отец, ни Николя не допустят. Казалось, всё так просто! Обычный брачный договор. Но теперь, благодаря Элизабет, ему самому придётся разруливать сложившуюся ситуацию. Похоже, Федерико проиграл, даже не вступая в игру.

Господи, ни одна из предыдущих кандидаток не выражала своего недовольства по поводу помолвки и этого союза. Федерико — молодой, достаточно привлекательный наследник известного семейства, и был для девушек отличной партией. Он пользовался успехом у своих сверстниц, хоть и не особо увлекался ими. И только сеньорите Нери было не всё равно! Она жила в своих фантазиях и наверняка мечтала о белокуром принце…

Что же, допустим, он не белокурый. В отца удался. От матери только цвет глаз достался. Как собственно и брату. Но сейчас не время отвлекаться. С полок полетели бесценные книги. Это уже никуда не годилось. Кажется, иначе эту маленькую ведьму не приручить. А контракт у них с главой семьи Нери долгий.

— Заключим договор, — Рикардо ловко увернулся от летящего томика Шекспира.

Лиза замерла, как и стеллаж за его спиной, и настороженно поглядела на хозяина дома.

— Договор?

— После статьи в газетах и учитывая финансовые соглашения наших семей, иного выхода нет, — пояснил Рикардо, — поскольку мы нигде не афишировали намерение заключить ваш с Феде брак, и я знаю твоё нежелание выходить замуж, это лучший вариант.

Лиза, не спуская взгляда с Рикардо, осторожно присела на край дивана. Он что, сейчас пытается предложить ей себя в качестве жениха?!

— Помолвка состоится. Я сыграю свою роль, ты — свою. Каждый из нас получит то, что желает. У тебя останется драгоценная свобода, и прекратятся бесконечные смотрины. Я помогу семье сохранить выгодные контракты.

Серьёзно? Лиза недоверчиво смотрела на стоящего перед нею молодого человека. Использовать его в качестве прикрытия? Наконец её оставят в покое и не будут выставлять напоказ, как собачку на выставке? И она сможет заняться обучением? В чём же подвох? Где он? Ведь должен быть. Лиза мысленно застонала, понимая, что была слишком ошеломлена.

— Мне нужно подумать, — тихо проговорила девушка.

— У тебя будет время до отъезда с виллы, — пояснил Рикардо.

— Твои условия? Это не значит, что я согласна, просто хочу знать! — торопливо добавила Лиза.

— Что ты, Элизабет. Как я могу ставить свои требования, зная твои чувства ко мне? Теперь я, слушаю твои условия, — глаза Конте сделались почти прозрачными, словно морская вода, через мгновение, снова становясь обычными.

— Только деловые отношения! — сердито заявила Лиза.

— Так, — соглашаясь, кивнул Рикардо.

— И никаких!..

Ну зачем она посмотрела на его губы? Лиза прекрасно поняла, что этот парень сообразил, что творилось в её голове. Теперь Рикардо так же смотрел на неё, будто касаясь своим взглядом. Ведьму кинуло в жар от волнения.

— Мы с тобой — деловые партнёры! — поднялась гостья, глядя в сторону.

— Прекрасно! — подтвердил Конте.

— Несомненно! — Лиза, чувствуя себя теперь относительно спокойно, прошлась по комнате, переступая через лежавшие книги, — мне нужно подумать…

— Вполне логично. Можешь совместить это с уборкой, — Рикардо вернул на полку одну из бесценных книжек, и преспокойно покинул библиотеку.

— Что? — возмутилась ведьма, теперь медленно оглядывая комнату.

Её взгляд остановился на едва ли не узлом связанных занавесках, затем переместился на пол, утыкаясь в гору разбросанных книг.

— Боже… — Лиза схватилась за голову, не веря своим глазам, — это всё я?

Видимо от расстройства она совсем потеряла голову.

— Дракула!

Ещё никто не заставлял её столько злиться. Ведьма наклонилась, поднимая книгу, и бережно стёрла с неё пыль. Она покрутилась, разыскивая полку, с которой книжка могла бы свалиться. Поди, разберись. Хотя…

— Думал помучить меня? Не с той связался, упырь.

Лиза стала в центре библиотеки, собралась с силами и от усердия даже зажмурилась. Она начертала знак и проговорила заученные раньше слова.

— Ункуалле зханн…

Книги, как и листья в парке, взмыли вверх, зависая в воздухе. Лиза приоткрыла глаза, увидела, что комната до сих пор цела и улыбнулась. Разноцветные томики продолжали висеть, мерно покачиваясь, словно подвешенные на невидимых нитях. Теперь оставалось только возвратить их на полки. Лиза забралась на лестницу, на самый верх, с восторгом оглядываясь вокруг.

Одной рукой держась за деревянную перекладину, она подняла вторую руку, взмахнула ею, и пальцем принялась вычерчивать в воздухе очередное заклинание. Затем, стоило юной ведьме указать на одну из книжек, как та послушно отрывалась от стайки своих подружек и возвращалась на своё прежнее место.

Прошло ещё совсем немного времени, и Лиза прижалась боком к лестнице, глядя на свою работу. Силы она, конечно же, потратила прилично, зато всё вернулось на свои места. Теперь вредный хозяин дома и не докажет, что она тут набедокурила.

Затем Лиза огляделась ещё раз, спустилась вниз и подошла к окну. Девушка развязала шторы и пригладила смятую ткань. Теперь всё. Кажется. Лиза посмотрела на большой тёмный стол. Телефон действительно стоял на нём. Нужно связаться с близняшками, пока её вновь не отвлекли.

Глава 14

Она рискнула сесть в большое чёрное кресло, которое стояло за столом, едва не утонула в нём, и потянулась за трубкой. Стоило набрать номер Камиля, как Лиза нетерпеливо принялась слушать бесконечные гудки.

— Где тебя носит? — буквально прорычала ведьма, когда поняла, что никто и не собирался отвечать ей.

Конечно, будь то её номер телефона, давно бы взял мобильник! Лиза вновь пробежалась пальцами по кнопкам, набирая номер «старшего» брата, Леджера. У этого ответственности побольше будет, может и повезти…

— Куда вы все пропали?! — возмутилась Нери, когда родной голос прозвучал у её уха.

— Лизон! — молодой человек прерывисто выдохнул, — это я должен спрашивать, где тебя носит! Ты хоть знаешь, как все волнуются? Я…

— Погоди, Ледж, — прервала друга ведьма, — всё вышло слишком неожиданно, чтобы я могла предупредить. Это был… стратегический план.

— Чего? — явно нахмурился де Латур, — план и без нас?

— Вот как раз сейчас самое время для вашего выхода, — поспешила заверить Лиза, — вам с Камилем, конечно же, досталась самая трудная часть.

— Что ты задумала, Лиз? — не унимался Леджер, — говори уже, где ты?

— В Испании…

— Чего?!

— Всё в порядке, я в гостях у папиных коллег по работе, — пояснила Нери, понимая, что никогда бы не смогла открыть правды дорогим близняшкам.

— Как тебя туда занесло, Лизон? — проворчал друг.

— Другого выхода не было. Опять достали со своими смотринами. Пришлось в быстром порядке скрыться в безопасном месте. Я вернусь через пару дней. Всё будет зависеть только от тебя и Камиля.

— Что делать? — оживился Леджер.

— Нужно пробраться ко мне в дом и кое-что стянуть.

— Так-так… погоди… — пробормотал де Латур, — тут возможны сопутствующие потери…

— Придётся постараться, Ледж.

— Николя убьёт ещё на крыльце! — возразил друг, — что тебе нужно в этом Азкабане?

— Паспорт и кредитки, — отозвалась Лиза.

— Погоди, как ты без документов умудрилась забраться так далеко? — удивился друг.

— Это запрещённый вопрос! — заявила ведьма, — пожалуйста, просто забери всё это из моей комнаты. Всё в сумке. Возьмёшь быстро и отправишь мне по почте. Какая там самая быстрая? Я уточню адрес у хозяина дома и перезвоню тебе немного позже. Только вздумай не взять телефон!

В трубке послышался тяжкий вздох.

— Так, кредитку используешь мою, — подвёл итог Леджер, — а паспорт мы тебе лучше новый сделаем…

— Ещё что придумал?! — возмутилась Лиза, — хватит трусить и ерунду нести. Отец не всё время находится дома. Просто узнай, когда его не будет, и быстренько всё сделай. А матери соври что-нибудь. Скажи, что я твою тетрадь или ещё что-то с универа забрала, а тебе готовиться нужно.

— Да кто в это поверит?

— Сейчас Ольга уже в курсе, что со мной всё в порядке, поэтому сердиться не будет. Обещаю. И надеюсь на тебя! — последние слова прозвучали скорее как угроза.

Когда удостоверилась, что друг выполнит обещание, Лиза тяжело опустила трубку на металлический держатель и откинулась на скрипнувшую кожей спинку кресла. Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох, пытаясь расслабиться хоть немного. Стоило бы немного восстановить силы, пока окончательно не ослабла, но проводить обряд в этом доме не хотелось.

Затем в памяти вновь вспыли обрывки недавнего разговора с Рикардо. Договор. Звучало так соблазнительно, и это пугало Лизу. Нельзя доверять ему, никак нельзя. Почему-то не покидало ощущение того, что стоит поддаться, и обратной дороги уже не будет. Конте сказал, что у неё есть время подумать. Ровно до отъезда с виллы.

С одной стороны было замечательно представить Дракулу своим «возлюбленным» перед родителями и посмотреть, как от удивления у них вытянутся лица… И получить долгожданную возможность самой распоряжаться своею жизнью.

— Но ведь у всего есть свой срок, Нери, — она склонила голову набок, позволяя каштановым волосам струиться по плечу, — и у каждой лжи есть срок.

Как долго они смогут разыгрывать парочку? Ведь отец, несомненно, потребует заключения брака.

— И что ты тогда предпримешь? — спросила ведьма, глядя на дверь, — это лишь недолгая отсрочка приговора.

Хотя, можно воспользоваться и ею. При всей своей вредности, сеньор Рикардо Конте довольно симпатичный. И целуется неплохо… хотя это, конечно, никто перепроверять и не подумает! А ещё не менее привлекательно было просто сбежать, едва получит свои документы. Подделать паспорт? Скоро ей и этот вариант будет казаться не таким уж сумасшедшим.

Лиза поднялась с кресла и прошлась по библиотеке. Кто же он такой, этот Дракула? Тогда, в домике бабушки, Серафима обмолвилась, что с нею поделились жизненной силой. Некто сделал это и добровольно. Она ведь имела ввиду Рикардо и их поцелуй. Решил исцелить её, волнуясь, что обожглась? Но почему она никак не могла распознать эту силу?

— Чёрт… и у Серафимы как спросить?

Придётся вымаливать прощение, когда вернётся домой. Лиза искренне надеялась, что бабушка простит её любопытство. Сейчас же, стоило бы вернуться в гостевую и проверить сохранность книги. Намереваясь остаться незамеченной, Лиза осторожно выглянула в коридор, убедилась, что он пуст и торопливо пошла к нужному крылу дома. В галерее она притормозила и поглядела через стеклянную стену. По ней бил тяжёлый дождь, стекая почти сплошным потоком.

— Но ведь только же было солнце, — девушка расстроенно вздохнула, смотря на стремительно портившуюся погоду.

Тут всегда так? Или может виной начавшаяся осень? Этого Лиза не знала, но с одной стороны дождь и успокаивал. Она подошла к прозрачной стене и остановилась между высокими пышными деревцами, которых было полно в галерее. Ведьма прижала ладони к стеклу и прислонилась к нему лбом. Холодное. То, что надо. Но дождь к её немалому удивлению принялся стихать, и только бил крупными редкими каплями по карнизу, да стекал вниз по стене. Своенравный какой… Лиза отпрянула от стекла, чуя чьё-то приближение. Шаги замерли за её спиной, и в отражении она увидела Федерико. Молодой человек остановился у плетёного кресла, на котором обычно любил читать, и внимательно оглядел гостью.

— Что-то произошло, Элизабет? — младший Конте рискнул приблизиться к девушке и заглянуть ей в лицо, — вы бледны и кажется, расстроенны.

— Я просто немного заблудилась, — фальшиво улыбнулась Лиза и растерянно отступила от него.

— Вы с Рикардо поссорились, — сделал свой вывод Федерико, и позволил себе коснуться гостьи, поправляя её волосы.

— Нет, это не так, — отозвалась Лиза, снова неловко отступая, — в гостиной вы говорили об отъезде. Нужно вернуться в Мадрид? Кажется, у вас полным ходом идёт подготовка к турниру?

— Да, — неспешно кивнул младший Конте, — мы с Рикардо в последнее время так редко видимся. Я буквально на коленях умолял тренера отпустить меня на пару дней. Но, кажется, второй день у меня всё же украли.

— Заставляют вернуться раньше? — Лиза вопросительно поглядела на Федерико.

— Всё верно, — кивнул юноша и устало улыбнулся, — а вам, вижу, не терпится сбежать? Вы столько преодолели, чтоб оказаться в этом доме.

— Я не стремилась попасть в это дом, и вам, как никому это должно быть известно, — нахмурилась Лиза, — вы вынудили меня. И теперь Рикардо считает… всё из-за вас.

— Мне очень жаль, что стал причиной подобной ситуации, Элизабет, — мягко проговорил Федерико, — я действительно понятия не имел о том, чем эта ситуация с брачным контрактом для вас окажется. Когда отец предложил выбрать из нескольких претенденток, я, каюсь, указал на фотографию с самой милой по моему скромному мнению девушкой.

— Вы просто указали на снимок и всё? — ахнула Лиза, не веря своим ушам, — и говорите об этом так легко? Неужели вам всё равно с кем проведёте остаток жизни? Это ведь просто фотография. Вы понятия не имеете, кем могла оказаться претендентка на самом деле.

— Я опять расстроил вас, — усмехнулся Федерико, — но это факт. Я всегда знал, что брак будет одной из выгодных сделок между подходящими семьями. Но теперь, видя ваше неприятие в данном вопросе, я не стану на чём-либо настаивать, Элизабет. Вам не о чем волноваться. Надеюсь, что задержитесь на вилле и хорошенько отдохнёте.

— Благодарю, — Лиза поторопилась вернуться в комнату, прогоняя тревожные мысли прочь.

Федерико посмотрел вслед гостье.

— Я хороший брат, Рикардо… только попробуй забыть об этом!

Он устало повёл плечами, затем перевёл взгляд на стеклянную стену. Его глаза стали почти прозрачными, как вода из горного ручья. Федерико склонил голову набок и провёл указательным пальцем по стеклу. Дождевые капли с его обратной стороны принялись собираться дорожкой, послушно стекаясь, и образуя замысловатый рисунок.

— Вода — у тебя нет ни вкуса, ни цвета, ни запаха, тебя невозможно описать. Но тобой наслаждаются и не ведая, что ты такое…

Глава 15

Лиза торопливо распахнула дверь гостевой, сбираясь спрятаться от всех, но её надеждам не суждено было сбыться. Пухлая Адорасьон, словно объевшийся Тинка, деловито расправляла смятую постель, при этом от души напевая. Приметив гостью, женщина прервалась, счастливо защебетала и потрепала её по щекам. Лиза стерпела, только бы помощница скорее справилась и ушла.

Но не тут-то было, домоправительница понеслась к креслу и схватила бумажный пакет, блестящий лаковым боком. Она поставила его на только что расстеленное покрывало и принялась вытаскивать вещи. На одежде ещё висели бирки, говоря о том, что покупки недавно были принесены из магазина. Дон Дракула решил позаботиться о своей «невесте»? Лиза хмыкнула, разглядывая обновки.

— Что?.. Что это такое?..

Ведьма с ужасом поглядела на строгое тёмное платье, с длинными рукавами на манжете и воротником стойкой. Длинные шерстяные гольфы и безликие туфли завершали «подарки».

— Ты издеваешься? — мрачно прошептала Нери, — считаешь, что это смешно?

Осталось только нацепить чёрный велон с белым ободом в форме креста — и вылитая монахиня!

— Рara mantener el calor (чтоб не замёрзнуть) — пропела Адорасьон, ласково поглаживая платье.

— Что? — у Лизы нервно задёргался глаз.

Ни слова не поняла, но терпение кончилось! Конте и в самом деле думает, что она это наденет? Ну ничего, ещё пожалеет…

Гостья позволила добродушной женщине поухаживать за собой, и нацепить на неё ужасный колючий балахон. Хотя балахоном Лиза его поторопилась называть, поскольку сидело вредное платье идеально, хоть и скрывало её как чехол. Как с размером угадал, гад? Подтягивая повыше гольфы, и обувая туфли, Лиза осмелилась подойти к зеркалу.

— La belleza! (красавица!) — схватилась за пышную грудь Адорасьон, затем вытерла слезу восторга, скатившуюся по смуглому лицу.

Лиза проворчала что-то нечленораздельное, и едва дождалась, пока домоправительница покинет комнату.

— Любишь монашек? Или автомобильные чехлы?.. — ведьма сжала кулаки, и темнеющим взглядом поглядела на своё отражение.

Подол платья стал медленно таять, как печенька в чае и укорачиваться, пока Лиза не очнулась, останавливаясь. Ещё немного и юбка превратилась бы в пояс… ну да ладно. Девушка повертелась перед зеркалом и убедилась, что бельё не видно. Затем она схватила своё древнее сокровище и вернулась в коридор. От неожиданных откровений Федерико, она совсем забыла уточнить у него адрес прекрасной "Palma soleado", а спрашивать у шумной домработницы было бесполезно. Оставался хозяин дома.

Ладно, спросим у него, как бы и не хотелось держаться подальше. Как только выяснит всё необходимое, вернётся в библиотеку. Место замечательное, уединённое, там можно ощутить себя в некоторой душевной безопасности, словно она была частью любимого Лизой домика Серафимы.

Продолжая размышлять, гостья направилась к кабинету, в котором надеялась отыскать старшего Конте. Губы Лизы тронула улыбка. Когда окажется дома, нужно будет попросить в кондитерской глазировать с килограмм чеснока, и в коробке отправить на гостинец этому Дракуле…

Довольно усмехаясь придуманной пакости, ведьма подошла к двери, и открыла её, входя внутрь кабинета. Федерико тоже оказался здесь. Она так задумалась, что и не почуяла присутствия младшего брата. Разговор мужчины прервали, и Федерико зашёлся судорожным кашлем, прикрываясь кулаком, и косясь на платьице гостьи.

— Пожалуй… попью воды… — пробормотал юноша, проскальзывая за дверь кабинета в коридор.

Лиза нахмурилась. Наверняка Федерико решил, что она мириться пришла. Кинуться, так сказать, в объятья «милого». Ведьма гордо выровнялась, стоя перед старшим Конте. Рикардо отложил газету, теперь глядя на свою гостью. И отчего её колени вдруг предательски задрожали? Наверное, это просто солнечный свет удачно падал из окна, освещая хозяина дома. Иначе он вовсе не казался бы сейчас так волнительно хорош. Что происходило? Какие-то чары буквально искрили воздух и словно пьянили. Он пытался влиять на неё? Или это её собственные чувства? Нет! Точно магия. А у них — просто договор. Не больше, чем деловая сделка! Лиза тряхнула головой, и её распущенные волосы мягко скользнули по плечам и спине.

Рикардо молчал, и вдруг едва приметная улыбка коснулась его губ, и исчезла. Он смотрел на гостью мягко, чёрт возьми, почти нежно и Лиза поддалась, опрометчиво улыбаясь в ответ. Всё выходило просто чудесно, но до тех пор, пока взгляд молодого человека не опустился ниже. Лиза замерла. Она ожидала всего, ужаса в глазах Конте, возмущения, даже очередной ссоры. Но его взгляд с ленивой откровенностью скользнул по ногам, поднимаясь выше, туда, где резинка высоких гольфов заканчивалась, открывая кремовую кожу.

Взглянуть в глаза Рикардо у Лизы не хватило духу. Она лишь почувствовала, что отчаянно краснеет и сложила руки на груди, придавая себе невозмутимости. Ведьма знала, что серые глаза смотрели на неё, наблюдали за реакцией, и усиленно старалась сохранить спокойствие. И кто кого в итоге наказал?!

— Я хотел показать тебе Севилью, и велел Адорасьон приобрести необходимые вещи, — проговорил Рикардо, поднимаясь с кресла, — но видимо, она не совсем верно истолковала мои слова. Или ты забыла надеть юбку, Элизабет? Это кофта, позволь поинтересоваться?

— Это платье! — кинула ему в ответ ведьма, — так ты не сам его покупал?..

Неужели тётенька Адорасьон выбрала на свой вкус? Вот чёрт… В любом случае платье было ужасным, с юбкой или без неё. Как же она скучала по своим вещам и родной комнате.

— Ты решила, что я его выбрал? — Рикардо подошёл ближе, и Лиза ощутила лёгкий аромат его одеколона, — и хотела показать мне обновку?

— Всё не так… — глухо попыталась оправдаться Лиза, теряясь от его близости.

— Я могу расценить это как согласие, — Конте усмехнулся уголком губ.

— Я не даю своего согласия. Кажется, кое-кто заявил, что у меня есть время до отъезда, — возмутилась девушка, — и показывать я ничего не собиралась…

— Falsitа (ложь), — Рикардо склонился к её лицу, наблюдая за тем, как от смущения глаза ведьмы сделались вовсе тёмными.

— Я только хотела узнать адрес твоего дома и ничего больше, — твёрдо возразила Лиза и отступила от него на шаг, — будь добр, назови мне его и я, пожалуй, пойду.

— Куда же ты собралась? — спросил Рикардо, давая гостье отойти к двери.

— Мне понравилась библиотека. Хочу немного почитать, — проговорила Нери, аккуратно пытаясь натянуть край платья на коленки.

Проклятая сила вновь подшутила над нею, и никак не позволяла вернуть одежде прежний вид. Стоило этому парню оказаться рядом, и она превращалась в жалкую невезучую дурочку. Бойтесь своих желаний, бойтесь каждый живущий…

— Библиотека никуда не денется, — повелительно проговорил Рикардо, — а сейчас — Севилья ждёт, сеньорита. И, кажется, мы начнём с прогулки по магазинам…

Он снова опустил взгляд на её ноги. Лиза вздохнула. И как тут поспорить? Но она терпеть не могла, когда ей приказывали.

«А я терпеть не могу чеснок в шоколаде, Элизабет», — с лёгкой улыбкой, мысленно проговорил Рикардо, отвечая на её невысказанные слова.

* * *

Поскольку находилась на первом этаже дома, Ольга сама открыла дверь, теперь с изумлением глядя на одного из сыновей де Латур. Молодой человек сверкнул улыбкой, и прислонился плечом к дверному косяку.

Белоснежный костюм прекрасно сочетался с загорелой кожей. Ольгу окутал аромат шикарного одеколона. Она вздохнула, глядя на приятеля дочери, который явно решил сыграть в мачо.

— Камиль? — рискнула спросить хозяйка дома.

— Зачем вам этот ребёнок, мадам? — неизвестно откуда в руках «соблазнителя» появилась белая безупречная роза, и он неспешно протянул её Ольге, — я Леджер. И я единственный в своём роде. Это лицо нельзя спутать ни с одним другим, как бы кто не старался. Всё остальное — жалкий плагиат…

Леджер подался вперёд, заглядывая в глаза Ольге и вынуждая женщину прятаться за цветком.

— Могу я проникнуть в ваше сердце, мадам? — он поиграл тёмными бровями.

— Устоять, конечно, сложно, но я соберу всю волю в кулак…

— А в дом? — улыбка снова ослепила Ольгу.

— Я об этом пожалею? — потянула недоверчиво хозяйка дома.

— Только о том, что отвергли меня, — низким голосом отозвался Леджер, поправляя давящий галстук.

Фух, кажется есть шанс быть неубитым…

— Камиль прячется где-то в кустах? — спросила Ольга.

— Что вы, сейчас он со всех сил старается быть хорошим братом. Где-то на другом конце города, полагаю… — заверил её Леджер.

— Так что привело тебя сюда? Лизы нет, она гостит в Севилье, — предупредила Ольга, шире открывая дверь, и предлагая молодому человеку войти в дом, — боже, чуть с ума не сошла, пока не дозвонились до Конте. И как могла не предупредить о своём решении?

— Вот-вот, никакой ответственности, — посокрушался для поддержки беседы де Латур, — у Лизон остались мои документы.

Он состроил несчастное лицо.

— Я проспорил и она отобрала их, совершенно безжалостным образом! Мне даже пришлось добираться на такси! — вздохнул для большей достоверности Леджер.

— Вот делать вам больше нечего, — нахмурилась Ольга, а затем вновь вдохнула аромат розы, — подожди здесь, я поищу в её комнате.

— Как я могу так утруждать вас? — немедленно возмутился гость, — к тому же, там имеется некоторый «компромат», и крайне нежелательно, чтобы ваши прекрасные глаза это лицезрели…

— И что там? — хмыкнула Ольга, направляясь к лестнице, — подожди в гостиной.

— Моё фото, — бросил ей вдогонку Леджер и поморщился, понимая, что ради подруги шёл на такие жертвы, — я там… голый…

Нога Ольги замерла над следующей ступенькой.

— Совсем?

— Полностью… — пробормотал молодой человек.

— Эмм…

— Я, конечно, не сомневаюсь в совершенстве этого тела, — Леджер вальяжно опустился на диван, давая хозяйке дома минуту на раздумывание, — но как представлю, что вы своими руками, вот этими, прекрасными пальцами будете касаться каждого снимка, каждого…

— Я поняла…

— Это всё равно, что касаться меня, это…

— Я поняла! — рыкнула Ольга и решительно спустилась вниз, — как ты посмел дать это… это моей дочери?!

Об этом он как-то не подумал. Леджер сглотнул ком в горле, понимая, что ненароком подставил подругу. Но что делать? Сопутствующие потери! Он поднялся с дивана, успел проскользнуть мимо хозяйки дома и оказался возле вожделенной лестницы.

— Лизон не видела эти снимки. Как вы могли подумать такое обо мне, мадам?! — де Латур в оскорблённых чувствах прижал руку к груди, принимаясь осторожно подниматься по ступенькам.

— Точно? — Ольга недоверчиво сощурилась.

— А зачем вы думаете, я сейчас пытаюсь их забрать? — возмутился молодой человек, — она прихватила и бумажник, и права, и всё остальное в кучу. Если доберётся до конверта со снимками, боюсь, что должна будет, как порядочная женщина взять на себя полную ответственность!

— Что?! — глаза хозяйки дома округлились от неожиданности.

— Ей придётся сделать мне предложение! — кинул Леджер, скрываясь на втором этаже.

— Да не бывать такому никогда! — ахнула Ольга, в сердцах даже не задумываясь над тем, что гость бессовестно подначивал её, — что ещё придумал? Забирай всё скорее и не смей показывать никому! Боже, голый? Полностью? Зачем? Я в ваши годы…

Пришлось закусить губу и мечтательно провести прекрасным цветком по щеке. Ах, воспоминания, воспоминания. Сколько всего было… но это не значит, что и им дозволено!

Леджер почувствовал, что от волнения рубашка уже липла к спине. Сколько времени у него было? Пожалуй, несколько минут. Он толкнул знакомую дверь в спальную подруги и торопливо прошёлся по комнате. Затем остановился и огляделся. Счастье — сумка нашлась на кресле, оставленная сбежавшей хозяйкой. От всей души надеясь отыскать в ней всё необходимое, молодой человек подошёл и поднял сумку. Металлическая молния поддалась с третьей попытки. Леджер аккуратно высыпал содержимое на кресло и облегчённо выдохнул. Паспорт, права и кредитки были на месте.

— Ну, Лизон… — он сдул прядь волос со лба, затолкал документы в карманы пиджака и забросал всё оставшееся обратно в сумку.

Теперь нужно выбраться из этого дома и заняться следующим пунктом их плана. Молодой человек быстро вышел из комнаты и спустился по лестнице в нижнюю гостиную. Ольга ожидала гостя там, ровно сидя на диване, сложив руки на груди. Она посмотрела на Леджера с трагичным упрёком, как и полагается хорошей матери.

— Благодарю, — не поддался де Латур и только почтенно склонил голову, прощаясь с женщиной, — сегодня вы спасли мою честь, мадам!

— Уничтожь эти снимки немедленно! — потребовала Ольга.

— Праведный костёр уже пылает, осталось только донести до него конверт, — он похлопал себя по карману, — и больше ничего не будет угрожать вашему покорному слуге. А эта тайна…

— Довольно!

— Она умрёт вместе с нами, мадам… — Леджер просочился за входную дверь.

Титаническими усилиями он заставил себя спокойно сойти с крыльца и пересечь двор. И только за воротами, едва сел в свою машину, пулей погнал её по гладкой пустой дороге в направлении города. Молодой человек снова облегчённо вздохнул и связался с братом, который уже давно ожидал его звонка.

— Ты достал их? — взволнованно прозвучал в салоне по громкой связи голос Камиля.

— Ты сомневался? — хмыкнул Леджер.

— Нужно отправить письмо Нери. Она звонила, пока ты копался в её доме. Я записал адрес! Нужно искать эту… почту! Они ведь ещё существуют, Ледж?

— Кто в наше время пишет письма? Мы арендуем самолёт! — широкая ухмылка сверкнула на лице де Латура.

Глава 16

Пальцы уже побелели от усилий, уставая натягивать край платья на голые коленки. Да что там коленки, ладони и то больше прикрывали. Лиза усиленно смотрела в окно, сидя рядом с Рикардо на пассажирском сиденье. Вот зачем велел сесть именно здесь?! Наверняка чтобы поиздеваться…

Она рискнула глянуть на Конте и немедленно вспыхнула, когда заметила, как он улыбнулся, не поворачиваясь к ней и продолжая следить за дорогой.

— У тебя подозрительно хорошее настроение, — нахмурилась Лиза.

— Отчего же ему быть плохим? — потянул Рикардо, — особенно в компании сеньориты с такой… открытой душой…

Вот гад, мысленно ахнула Нери. Намекал на её нелепое платье?! Ну ничего, ещё пожалеет, обязательно пожалеет! Пусть сила и предательски улетучилась, она сама никуда не делась, и без чар справится. Наверное…

— Ты так тонко чувствуешь, — Лиза расслабленно откинулась на спинку сиденья и неспешно закинула ногу на ногу, благо просторный салон автомобиля позволял такие манёвры, — редкое качество для парня.

Край шерстяного платья приподнялся ещё выше от её действий, оставляя полностью открытыми длинные ноги. Лиза не без удовольствия слушала, как чаще забилось сердце сидящего рядом «жениха». Он шумно потянул воздух, глубоко вдыхая, делая тем самым ведьму радостной от своей маленькой мести. Затем Лиза принялась смотреть в окно, изучая пролетавшие мимо улицы. Совсем распогодилось, и город был буквально залит солнцем, которое блестело на лужах от недавно прошедшего дождя.

Вскоре Рикардо остановил машину и предложил своей спутнице выйти. Лиза дождалась, пока Конте обошёл машину и открыл для неё дверцу. Даже мило приняла его руку для поддержки. Затем всё же пожалела об этом, поскольку едва выровнялась, как оказалась почти зажатой между машиной и Рикардо.

Тёмно-серый взгляд скользнул по её лицу, словно касаясь, и молодой человек мягко убрал длинную прядь волос со лба Лизы. Всего лишь простое прикосновение, но неожиданно отозвалось лёгким покалыванием в кончиках пальцев, заставляя голову кружиться. Лиза заставила себя отвести взгляд от своего спутника, чувствуя, что становилось вовсе жарко. Виной всему идиотское тёплое платье! Ведь на улице, несмотря на сентябрь, было настоящее лето.

— В чём дело, Элизабет? — вкрадчиво поинтересовался молодой человек, — хочешь мне что-то сказать?

— Нет! — тут же очнулась ведьма, произнося ломким голосом, — здесь так красиво!

Их окружали высокие дома, с ажурными балконами. Золотистый камень, из которого были сложены стены зданий, прекрасно гармонировал с окружающей зеленью. Рикардо молча улыбнулся и неожиданно взял её за руку, выводя на какую-то площадь. Лиза с вожделением посмотрела на каменные скамейки, стоявшие в чудесной тени высоких пальм.

Погода и в самом деле становилась жаркой, и платье кололо всё сильнее. Ещё немного и ведьма мечтала скинуть его немедленно. Она повернула голову и с укором посмотрела на Рикардо, который дышал свежестью в тонкой батистовой рубашке и светлых лёгких брюках.

— Идём, Элизабет, прекратим твои мучения, — усмехнулся Конте, кивком головы указывая через площадь.

Лиза сощурилась и даже приставила ладонь ребром ко лбу, глядя в указанном направлении. Она разглядела огромные витрины магазинов и не смогла скрыть свою радость. Девушка позволила Рикардо вновь завладеть её рукой и повести вперёд. Они обогнули большой старинный собор, величественный, сложенный из такого же камня, что и здания вокруг. Стоило им достичь дороги, и оказаться на переходе, как на полной скорости мимо промчался какой-то лихач в алом авто с опущенной крышей.

Вовремя замечая опасность, Конте притормозил, не давая и своей спутнице оказаться в опасности. Пижон в белоснежном салоне громко присвистнул, глядя на Лизу, и колёса его машины пришлись как раз по глубокой луже. В то же мгновение глаза Рикардо сделались почти прозрачными.

Молодой человек лишь едва повёл головой, как вся поднятая лихачом грязь словно столкнулась с невидимой стеной, опрокидываясь до последней капли в салон машины, обливая с головы до ног нахала. Слыша, как тот продолжал что-то вопить и пытался отплеваться, Конте повёл свою гостью вперёд, к нужному магазину.

— Да кто ты такой? — прошептала Лиза, прекрасно замечая сделанное своим спутником.

— Жара так сказывается на твоей памяти, Элизабет? — Рикардо приподнял тёмную бровь, — я начинаю волноваться. Но всё же напомню. Я тот самый, любимый тобою. Тот, кому ты так жарко признавалась в чувствах совсем недавно.

— Не смей… — угрожающе прошипела Лиза, сверкая яркими глазами.

— Кажется, память к тебе вернулась, — довольно проговорил Конте, подводя девушку к стеклянной двери бутика, — я рад.

— Ты прекрасно понял мой вопрос!

Ответом была открытая улыбка и её бесцеремонно подтолкнули в спину, веля заходить в прохладное помещение магазина. Хоть и продолжала сердиться на его скрытность, Лиза всё же смогла отвлечься и занять себя покупками. О чём говорила с ней консультант в аккуратном бледно-голубом платье, она понятия не имела, поскольку звучал всё тот же колоритный испанский. Только по жестам девушки Лиза понимала, что та предлагала ей на выбор.

Поскольку надолго задерживаться она не собиралась, то и много вещей не потребовалось. Лиза отложила вешалку с белым платьем. Короткие рукава и «нормальная» длина были достаточно привлекательными. Затем решила, что лёгкие хлопковые шорты будут куда «безопаснее», примерила их и остановила выбор на кремовом топе. Тело было благодарно за возможность свободно дышать. Замшевые босоножки завершили её наряд, и Лиза вышла обратно в главный зал бутика, где её ожидал Рикардо с предложенным ему кофе.

Молодой человек неспешно отставил чашку на круглый столик и поднялся с кресла. Его внимательный взгляд остановился на спутнице, и Лиза прочла в нём несомненное одобрение. Консультант вручила Рикардо белоснежный фирменный пакет с покупками и наилучшими пожеланиями. Улыбалась сотрудница магазина не переставая, и Лиза заволновалась, что у бедняги сведёт скулы. Каково было её возмущение, когда нахальная девица, стоило Конте отвернуться, буквально впилась в него взглядом. Особенно в ту часть тела, которой вредный Дракула только что отсиживался в кресле.

Эй! Если у кого и есть право смотреть на этот зад, то только у неё! Ведь они почти помолвлены… Рикардо притормозил у выдоха, и Лиза едва не налетела на него, желая догнать.

— Ты в порядке? — участливо поинтересовался Конте, оборачиваясь к ней.

На лице молодого человека Лиза с удивлением читала некоторое замешательство. Сердился, что она едва не сбила его с ног?

— Конечно я в порядке, — промурлыкала ведьма, и ласково провела ладонью по спине Рикардо, ровно в том месте, где ударилась об него, — пол скользкий. Тебе наверняка больно…

Краем глаз Лиза наблюдала за реакцией консультанта. Губы поджала, и руки на груди сложила. А нечего на чужое заглядываться! Чувствуя неожиданный прилив сил, Нери незаметно повела пальцами свободной руки, и укоротила негодяйке одну шпильку. Пусть теперь хромает и ищет, во что переобуться…

Когда они вышли на улицу, и жаркое солнце буквально окутало их своими объятиями, Рикардо снова притормозил и теперь уже усмехаясь, поинтересовался:

— Тебе так удобнее, Элизабет?

Молодой человек кивком головы указал себе за спину, и только тогда Лиза очнулась, понимая, что ухватилась за его рубашку. Она немедленно разжала ладонь, отпуская лёгкую ткань.

— Прости.

— Я совершенно не против этого.

— Я просто задумалась, — Лиза спрятала руки в карманы шорт, — куда мы теперь направимся?

— Ты голодна? — ответил вопросом на вопрос Конте.

— Немножко, — призналась Лиза.

— Тогда следуй за мной, обещаю, что тебе понравится, — очаровательно улыбнулся Рикардо.

Что-то уж очень часто Дракула довольным был! Нери подозрительно нахмурилась, идя рядом со своим спутником. Не то, чтобы это было плохо или не нравилось ей, напротив, так он выглядел куда приятнее и более живым, что ли…

Вскоре, оставив покупки в машине, они оказались на другой площади. В центре её большой мраморный фонтан переливался на солнце свежими струями воды. Лиза полюбовалась на прекрасный старинный собор, и походившие на произведение искусства уличные фонари вокруг него. Тепло, солнечно, как-то по-особенному умиротворённо.

Ей на какой-то момент показалось, что наконец смогла найти для себя долгожданный покой. Этот город и в самом деле обладал некой удивительной магией. Из кафе, куда её собрался привести Рикардо, слышалась неизвестная приятная песня, видимо кто-то пел вживую.

— Спасибо, что привёз меня сюда. Здесь чудесно, — Лиза встретилась взглядом с Конте.

Его глаза заискрились от её слов. Молодой человек осторожно опустил руку на её плечи, нагретые солнцем, и ведьма ощутила чудесную прохладу, будто внезапно оказалась в тени.

— Если тебе есть, что сказать, Элизабет, то я готов выслушать, — проговорил Рикардо, тепло глядя на свою спутницу.

— А я-то как готова тебя слушать, — сощурилась в ответ ведьма, — ничего рассказать не желаете, дон Конте?

— Здесь отличное меню, — перевёл тему Рикардо, подводя Лизу к одному из свободных столиков кафе.

Он замечательно скрывался тенью деревьев. К ним немедленно поспешил официант, на ходу кланяясь Рикардо, и явно зная влиятельность его семьи. Едва получил заказ, мужчина удалился. Лиза принялась отрешённо рассматривать площадь, на которой находилось кафе и едва собралась задать Рикардо всё тот же вопрос, как официант торопливо вернулся с подносом. На столе возник лёгкий обед, им пожелали приятного аппетита и оставили наконец в покое.

Лиза потянулась к высокому стакану с соком и сделала глоток, затем с удивлением глядя на свой напиток. Всегда обожала абрикосовый, и считала себя чудачкой, прося добавить к нему немного корицы. Сейчас, отпивая восхитительный холодный сок, она ощутила любимый привкус. Возможно ли, что в здешнем кафе подают именно такой?

Рикардо наблюдал за её меняющимся выражением лица, отправляя в рот кусочек салата. Конечно же простое совпадение, дорогая Элизабет. Как же иначе? К чему вдаваться в подробности, например, что он прочёл всё это в её очаровательной головке и, пользуясь незнанием испанского своей спутницы, сделал необходимый заказ?

Девушка уже сомневалась, нужно было осторожно подталкивать её к верному решению. Прибегать к чарам он не хотел, хоть и было чертовски соблазнительно. Хватило эксперимента в кабинете отца… Он и так вёл нечестную игру, и однажды, конечно же, поплатится за это, ведь малышка не успокоится, пока не разузнает о его силе.

Лиза встретилась с Рикардо взглядом и покрутила полупустой стакан на деревянном столе. Откуда-то сверху, на её голову мягко опустился белый лепесток цветка апельсина. Он скользнул по волосам, касаясь по пути щеки девушки и приземлился на стол, возле её руки. Лиза подняла голову, глядя на ветви апельсина. Удивительное дерево: и цветы и плоды одновременно. Чем не простая магия?

Затем мысли вернулись к её плану по «спасению». Интересно, как там справились близняшки? И как долго ждать письмо? Что эти мальчишки делали? Лиза вздохнула, снова отпивая сок. И что ей делать, когда получит свои документы? Что же ей выбрать? Почему всё так сложно? Будет ли фиктивная помолвка спасением?

Опять появилась мысль сбежать подальше, сменив имя и исчезнув навсегда. Лиза вспомнила последние слова Серафимы и её одолела внезапная тоска. Она уже скучала по бабуле. Проклятье… Нет, всё же нужно воспользоваться отсрочкой, которую предлагает Конте и всё хорошенько продумать. Сомнения терзали её, вынуждая вяло ковырять вилкой в тарелке.

— Ешь, иначе всё остынет, — Рикардо внешне расслабленно прислонился к спинке плетёного кресла и отпил свой кофе.

Давай же, Элизабет, решайся. Молодой человек заметил, как дрогнул напиток в его чашке, когда юная ведьма всё же собралась принять его предложение. Отлично, теперь просто произнеси это, ну же…

— Послушай, — Лиза взволнованно подалась вперёд, — насчёт договора…

— Ricardo! Hola! (привет) — счастливый женский голос прозвучал над её головой и, оставляя цветочный шлейф духов, к их столику подошла незнакомка.

Хотя — нет, скорее плыла. Нери замолкла на полуслове, глядя на роскошную молодую женщину, остановившуюся рядом с ними. А затем мысленно чертыхнулась, понимая, что никогда не прикоснётся к своей обновке, поскольку темноволосая «аборигенка» была облачена ровно в такое же белое платье, что она приобрела совсем недавно. Длинные блестящие пряди опускались ниже талии незнакомки, а глаза блестели восторгом, глядя на застывшего камнем Конте.

— Здравствуй, Карла, — переходя на испанский, проговорил молодой человек.

— Давно не виделись! — Карла внезапно подалась вперёд и наклонилась, целуя Рикардо в щёку.

Лиза поджала губы, наблюдая за тем, как шёлковая завеса волос скрыла Конте от её взгляда, при действиях его знакомой. Или кем там она приходилась Дракуле?

Глава 17

Рикардо что-то сдержанно ответил поздоровавшейся девушке, этим действом вновь поднимая волну молчаливого возмущения у притихшей ведьмы. Элизабет не понимала и слова из сказанного, не зная испанского. Точно так же, как подошедшая не вовремя Карла, не говорила на английском или русском.

Одна мечтала вогнать ему в грудь осиновый кол, другая… в мыслях Карлы как всегда было мало приличного. Они не виделись пару месяцев, и он чётко дал понять, что точка в их отношениях поставлена. Но Карла точку эту в упор не желала видеть… Что ж, смешать свои планы бывшей любовнице он позволить не мог.

Рикардо надел свою самую очаровательную улыбку. Со всей нежностью, на которую только был в этот момент способен, он протянул руку и завладел ладонью Лизы. Пока ведьма в смятении обдумывала, как реагировать на этот жест, Конте повернулся к своей знакомой, продолжая изъясняться на понятном ей языке.

— Карла, позволь представить тебе мою невесту. Это Элизабет Нери. Я обещал ей показать Севилью.

Теперь Конте глянул на свою замершую невесту, представлявшую, как петля галстука на его шее медленно и неумолимо затягивается. Лиза обратила внимание, как краска отхлынула от лица испанской красавицы, которая неловко продолжала стоять возле их столика, поскольку присесть было собственно некуда. Что же он сказал этой девице?! Любопытство замучило ведьму. И почему за руку схватил? А теперь ещё и пальцы вздумал поглаживать… Вот чёрт…

Нужно подыграть? Или это очередная ловушка? Что он делал, этот Дракула? Ни как иначе, потешался над ними обоими! Лиза кивнула девушке в знак приветствия, не найдясь, что ещё могла сделать в такой ситуации.

— Привет, — поздоровалась она.

Карла только приоткрыла рот и перевела взгляд на Рикардо.

— Хочешь убедить меня, что статья не сфабрикована, Рико? — жарко возмутилась она, нарочно игнорируя «невесту», — Рико!

— Разве у меня есть причины оправдываться, доказывать что либо, или опровергать? — совершенно спокойно спросил Конте, — я рад встрече, Карла. Но должен просить оставить нас сейчас. Элизабет не владеет испанским, и я не желаю расстраивать её, говоря с тобою на непонятном ей языке. Хорошего дня, Карла.

Она нервно усмехнулась, не веря своим ушам.

— Ты велишь мне убираться?

— А я должен быть настолько груб? — вопросом на вопрос ответил Рикардо, теряя терпение.

Он крепче сжал ладонь Лизы, словно таким образом показывая, что не забыл о её присутствии, пока беседовал.

— Я уйду, Рико. Лишь потому, что намерена присутствовать на дегустации в Тамо, — элегантно поправила волосы Карла, кидая холодный последний взгляд на «соперницу», — но этот разговор буду считать незаконченным.

— Как тебе будет угодно, — ровно отозвался Конте.

Прерывисто вздыхая, Карла поджала губы, а затем что-то жарко проговорила, обращаясь к Лизе. Приподнимая подбородок, девушка удалилась от стола, оставляя их наедине. Руки Рикардо не отпустил, а на попытку Лизы освободить её, только крепче сжал пальцы, останавливая.

— Что. Она. Сказала? — мрачно спросила ведьма.

Конте поднял взгляд к зашумевшим над их головами ветвям апельсинового дерева. Глаза его невесты потемнели, и вниз на стол стали опускаться опадающие лепестки.

— Элизабет, — мягко окликнул её молодой человек.

— Ты не ответил, — сухо отозвалась Лиза и только успела ахнуть, как перед нею на стол свалился яркий апельсин.

Рикардо ловко поймал фрукт, не давая ему свалить стакан с недопитым соком, и посмотрел на сердитую ведьму.

— Когда человек расстроен или не может совладать со своими эмоциями, он порой становится груб и несдержан в поступках, — спокойным и каким-то особым тоном проговорил Конте, — в такие моменты мудро помочь человеку сохранить лицо и вернуть самообладание. Я не стану повторять или переводить эти слова. Они бессмысленны.

Лизу буквально окутывало чем-то необъяснимым. Голос сидящего напротив мужчины проникал в самую глубину сознания, вынуждая и деревья в округе прекратить шелестеть ветвями, роняя свежую листву. Ведьма успокаивалась, словно сидела сейчас не посреди шумной городской площади, а на берегу, слушая прибой свежих волн. Так умиротворяюще, что уже и забыла, как была сердита минуту назад.

— Давай немного прогуляемся? — предложил Конте, глядя на свою спутницу прозрачным взглядом.

— Я согласна… — томно проговорила женщина средних лет за соседним столиком.

Рикардо мысленно чертыхнулся. Спасибо Карла… Теперь пришлось использовать чары, которые, конечно же, коснулись и сидящих рядом женщин. Пора было убираться прочь, пока ситуация не стала критичной. Он кинул на край стола пару купюр для официанта, снова взял за руку Лизу и увлёк за собою, возвращаясь на залитую солнцем площадь.

— Пройдёмся? Если ты не против.

Конечно, сейчас она не будет против, подумалось Рикардо. Девушка покорно шла рядом и даже улыбалась ему, находясь во власти чар его голоса. Скоро её собственная сила вступит в противодействие, и невеста очнётся. Не любил он пользоваться своею сутью, но так хотелось стереть с её лица это беспокойство. Они прошли мимо разноцветных клумб, и аромат цветов опьянил. Лиза загляделась на них, а Рикардо потянулся к телефону, когда тот неожиданно зазвонил в кармане брюк.

— Погоди-ка, — попросил он, и принял вызов, поднося мобильник к уху, — Конте. Слушаю. Кто звонил?

Брови молодого человека удивлённо приподнялись, и он глянул на стоящую рядом Лизу. Та кивком головы поинтересовалась, в чём дело. Но он только поднял указательный палец, прося дать ему минуту.

— Когда был звонок? — продолжил расспрашивать Рикардо, — не могла дозвониться?

Элизабет… Ведьма в плохом расположении духа и техника — вещи несовместимые.

— Три часа назад, верно? — переспросил Конте, — и что за сообщение оставил господин де Латур?

Услышав знакомую фамилию, Лиза оживилась, подходя к нему ближе. Чары развеялись и теперь девушка взволнованно ожидала объяснений.

— Что? — нахмурился Рикардо, и нервно тряхнул рукой, убирая манжет рубашки с наручных часов.

Он кинул взгляд на время и стал ещё мрачнее.

— В семь часов в аэропорту Севильи? — сухо переспросил молодой человек.

Видимо Адорасьон подтвердила его слова. Лиза вглядывалась в лицо своего спутника, перебирая возможные варианты в голове. Что придумали мальчишки? Аэропорт Севильи? Семь часов? Неужели документы будут доставлены так быстро? Договорились с кем-то? Ну что?!

— Я понял, — тем временем продолжил говорить Конте, — не стоит волноваться. Конечно же…

Он опустил руку, стискивая в побелевших пальцах телефон. И так, гости пожалуют буквально через пару часов. У сеньориты Нери безбашенные друзья, это и злило и радовало одновременно. Беспокоятся… Но почему сегодня, чёрт возьми? Почему не завтра?

— Звонил Леджер? Или Камиль? — жарко поинтересовалась Лиза, подходя к нему ближе и заглядывая в глаза, — что они сказали? Почему ты упоминал аэропорт?

— Это я бы хотел узнать, почему ко мне в дом звонит сын виконта де Латур и угрожает расправой, если с головы «Лизон» упадёт хоть волос? — вопросительно потянул Рикардо.

Лиза нервно улыбнулась.

— Леджер переживает…

— Один из поклонников? — сощуриваясь, спросил молодой человек.

— Всё возможно, — деловито заявила Лиза, поправляя бретель новенького топа.

— Это попытка вызвать у меня ревность? — он стал на шаг ближе, и теперь ведьме пришлось поднять подбородок, чтобы смотреть ему в лицо.

— Так что же будет в аэропорту в семь часов? — уклонилась от ответа Лиза, — посылка для меня? Письмо?

— Тебя будет ожидать самолёт, Элизабет, — в его голосе на мгновение послышалась грусть и в груди ведьмы отчего-то закололо.

— Самолёт? — её глаза распахнулись шире, — то есть?

— Де Латур прибывает в порт Севильи этим вечером и намерен забрать тебя с собой, обратно в Москву, — ровно пояснил Рикардо, не сводя с девушки внимательного взгляда.

— Ледж с ума сошёл… — прошептала Лиза, не веря своим ушам.

Она просила достать всё необходимое, но эти мальчишки прислали за нею самолёт?! Оставалось надеяться, что для этого не захватили аэропорт в их славной столице…

— Ты рада? — спросил Конте, сейчас не желая читать стоящую перед ним ведьму, — ещё до рассвета вновь окажешься дома.

Он уловил тень тревоги на её лице и немедленно захотел обнять и успокоить. Вот чёрт… Его время бессовестно украли какие-то смертные мальчишки! Но Элизабет должна дать свой ответ до того, как взойдёт на трап.

— Родители и бабушка волнуются, — отозвалась Лиза, не желая сейчас смотреть ему в глаза, — мне нужно вернуться на виллу, чтобы забрать оставленные вещи. Это возможно сейчас? У нас ведь есть время?

Книга Пальмистрии — она не могла вернуться без своего сокровища. К тому же чувства неожиданно смешались, вызывая смятение. Близость стоящего рядом мужчины смущала и волновала, а ведь не должна была! Лиза отступила на шаг и спрятала дрогнувшие руки в карманы шорт.

— Конечно. Возьмёшь всё, что нужно, — согласился Рикардо и медленно кивнул, — тебе нужно отдохнуть перед перелётом. Я отвезу тебя на "Palma soleado".

— Спасибо, — Лиза постаралась улыбнуться.

— Элизабет.

— Да?

— Поскольку время твоего пребывания здесь неожиданно завершилось, я должен напомнить о ранее озвученном договоре, — напомнил Рикардо, когда жестом руки предложил пройти в сторону стоянки, где оставил машину.

— Я знаю, — отозвалась ведьма, отправляясь со своим спутником через солнечную площадь.

— Я жду ответ.

Вот уж… Лиза мысленно проворчала. Сколько ещё таких «Карл» будет на него вешаться, пока собирается изображать её жениха? Сколько их у него вообще?! Может потому и не собирался жениться сам, а брата под венец толкал? М-м? Вроде как собирался и дальше нежиться в объятиях всяческих сеньорит, без обязательств и глубоких чувств? Наверняка так и есть.

Лучше уж бежать на присланном самолёте куда глаза глядят. Но тоска по семье и дому вновь пересилила страх. Рикардо позволил девушке метаться в мыслях, и остановился, только когда она потянула его за рукав, неподалёку от машины.

— Ты обещаешь…

— Да, — ответил Конте раньше, чем Лиза произнесла нужные слова, — я обещаю, что ты не пожалеешь об оказанном мне доверии.

— Только деловые отношения, — она протянула ему ладонь и Рикардо пожал её, стараясь не улыбнуться.

— Несомненно.

— И никаких девиц, на время действия нашей договорённости, — голосом матёрого адвоката продолжила Лиза.

Её ладонь сжали крепче, вызывая лёгкое покалывание в кончиках пальцев. Глаза Рикардо сверкнули чистым серебром.

— Несомненно, — согласился он.

Лиза недоверчиво посмотрела на своего новоиспечённого жениха. Боже, она уже жалела, что поддалась на эту авантюру… Почему сейчас казалось, что попала по самые уши?

Глава 18

Уже на вилле, едва оказалась в гостевой комнате, Лиза бережно подняла с прикроватной тумбочки бесценную книгу. Более собирать ей было нечего, и от нетерпения не могла усидеть на месте. Девушка вышла в коридор, собираясь добраться до главного зала на первом этаже. Федерико нашёлся там же, расслабленно читая что-то на небольшом планшете. Он водил по экрану пальцем, и время от времени его губ касалась едва приметная улыбка.

— Вы опередили меня, Элизабет, — словно почувствовав присутствие гостьи, проговорил молодой человек, поднимая свой взгляд на вошедшую ведьму.

— Опередила? — удивилась Лиза, останавливаясь неподалёку, чтобы иметь возможность видеть двор в окне.

— Сбегаете раньше меня, — шутя, проворчал Федерико, убирая на журнальный столик свой планшет.

— Мне и так до чёртиков неловко было беспокоить вашу семью, — смущаясь, принялась оправдываться Лиза, — так что давно пора. Но я была рада этой встрече, Федерико.

— Взаимно, сеньорита Нери, — молодой человек принял серьёзный вид и протянул ей руку.

Лиза протянула в ответ свою ладонь, которую немедленно бережно пожали.

— Мне пора, — девушка мягко освободила руку.

В окно она видела, как к рыльцу подъехала машина и Рикардо вышел из неё, поднимаясь на крыльцо.

— Надеюсь, что следующая наша встреча произойдёт при более приятных обстоятельствах, — Федерико поднялся с кресла, собираясь проводить гостью, — обещайте мне это.

— Обещаю, — улыбнулась Лиза, отчаянно мечтая забыть тот момент, когда впервые увидела Конте младшего, нелепо лёжа посреди дороги.

Стоило им обоим оказаться на крыльце, Рикардо кивнул брату и глянул на свои часы.

— У нас около часа. Не хотелось бы спешить, — теперь он смотрел на притихшую ведьму.

— Тогда — едем, — Лиза спустилась с нескольких каменных ступенек и, подойдя к машине, повернулась, чтоб попрощаться с Федерико.

Едва удобно устроилась на пассажирском сиденье возле севшего рядом Рикардо, машина отъехала от дома. Лиза проводила его взглядом, затем рассматривая окрестности, пока мчались по пустой дороге в сторону аэропорта.

Уже принялось темнеть, когда они добрались до нужного места. Трёхэтажное здание Севильского аэропорта, с огромными решётчатыми буквами на крыше, освещалось огнями. Здесь было шумно, и стоило признаться себе — не любила Лиза самолёты и всё с ними связанное. Лучше уж по земле…

Рикардо почувствовал её волнение и взял за руку, проводя в просторное фойе первого этажа здания. Лиза подняла взгляд к потолку, выполненному в виде арок, с чередованием синих и белых фрагментов. Конте подвёл девушку к нескольким рядам стоящих скамеек, и предложил присесть, пока они ожидали.

— Самолёт уже сел. Твой друг задерживается, Элизабет, — проворчал Рикардо, глядя на ведьму.

— Тебе так не терпится избавиться от меня? — хмыкнула Лиза, не собираясь садиться, поскольку слишком волновалась.

— Что ты, дорогая, — склонился к её лицу Конте, — скорее не желаю отпускать. Может послать к чёрту аэропорт и отвезти тебя обратно на виллу?

— Ты забыл условия договора? — проговорила она с опаской, поскольку лицо жениха оказалось слишком близко от её лица.

— Я помню каждое слово, Элизабет, — неспешно ответил Рикардо, не собираясь отстраняться от неё, — но ты кое-что забыла, соглашаясь на него.

— Что же? — замерла ведьма, лихорадочно перебирая в голове все пункты.

Что она забыла, чёрт возьми?! Ну что?

Рикардо немного помучил её ожиданием, затем пояснил:

— Только деловые отношения — верно. Поэтому всё, что бы я ни делал или не собирался сделать, является исключительно «деловым».

— И?

— Но что поделать, сеньорита, наш договор подразумевает отношения близких людей, жениха и невесты, а следовательно, окружающие должны верить в то, что это не фарс, — бархатный голос Рикардо обволакивал её, вынуждая сердце стучать чаще.

— И? — тихо спросила она, отчего-то совсем некстати припоминая тот самый поцелуй у кафе.

Ну почему его слова звучали так волнительно? Лиза перевела взгляд на его губы, слишком поздно понимая свою ошибку. Рикардо уже видел приближающихся братьев де Латур, когда склонился к невесте ниже и коснулся её губ лёгким поцелуем. И что делал? Чёрт его знает. Своеобразная «печать» под их договором.

Губы девушки дрогнули, словно она собиралась ответить ему, но пришлось прерваться. Рикардо выровнялся и опустил руку на плечи Лизе, разворачивая растерянную девушку к её подельникам.

— Атака клонов? — пробормотал Конте, глядя на двух хмурых близнецов.

— Лизон! — Леджер кинул мрачный взгляд на нахала, посмевшего касаться их подруги и взволнованно обратился к ведьме, — Лизон, ты в порядке? Всё хорошо? Я так рад, что ты в порядке…

— Нери! Совести у тебя нет! — проворчал с другого бока Камиль и сгрёб в охапку девушку, тепло обнимая, — мы рисковали жизнью, а она тут чёрти чем занимается со всякими…

Юноша осёкся, когда Конте смерил его тяжёлым взглядом, всё же позволяя «отобрать» свою невесту.

— Это — Рикардо, — представила его Лиза, освобождаясь из рук друга, — мой жених…

Она нервно улыбнулась, видя вытянувшиеся лица мальчишек.

— Всё потом расскажу! — заявила Лиза, понимая, что теперь допроса с пристрастием не избежать, — так не будем же тратить время зря…

Ломким голосом продолжила девушка, недоверчиво поглядывая на Рикардо. Тот улыбнулся, без труда читая её и понимая смятение девушки, пока улаживали всё необходимое перед отлётом. Она прокручивала в мыслях последние события, ругая себя за то, что была так опрометчива. И призналась себе в том, что поцелуй понравился, вынуждая Конте стянуть ниже галстук, глубже вдыхая свежий ночной воздух. Он проводил невесту и её стражу к самолёту, затем желая доброго пути, и наблюдал, как Лиза поднималась по трапу. Девушка остановилась на последней ступеньке и повернулась к нему, затем осторожно махнув рукой на прощание.

— Будь осторожна, Элизабет, — тихо проговорил Конте, зная, что она всё равно его слышала, несмотря на шум, — и ни о чём не волнуйся.

Она кивнула, задержалась на мгновение в нерешительности, а затем скрылась в салоне. Рикардо постоял ещё минуту, и вернулся в здание аэропорта, затем оттуда, глядя в огромное окно, наблюдал, как взлетел самолёт.

* * *

— Лиз, что происходит? — продолжил свой допрос Леджер.

— Почему ты назвала этого «Бандероса» своим женихом, Нери? — вмешался Камиль, располагаясь справа от подруги.

— Вот потому, что похож на Бандероса и назвала! — проворчала Лиза и уложила книгу на колени.

— Что за игру ты затеяла? — снова спросил Леджер, принимая у стюардессы кофе, — всему виной решение отца? Я же говорил, что мы поможем. Ты не должна так отчаиваться, Лиз!

— Всё не так, — поспешила заверить ведьма.

Пожалуй, эти несколько часов перелёта покажутся ей вечностью…

— Рикардо действительно мой жених. Это решено. И родители не при чём.

Врать близняшкам не хотелось, но она должна была. Девушка опустила на прабабкину книгу обе ладони, чувствуя, как их покалывало. Но не магия была тому виной. Точнее, это было кое-что посильнее любой из существующих магий — сердце волновалось…

Ведьме казалось, что чем дальше она будет отдаляться от этого человека, тем легче должно было становиться. Но хозяин прекрасной "Palma soleado" не давал ей покоя. Слушая неугомонных приятелей, Лиза вздохнула. Она откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. Да кто он такой, Рикардо Конте, чтоб заставлять думать о себе?

Лиза снова тяжело вздохнула. Род Конте достаточно древний. Значит, Серафима могла знать о нём, и если повезёт (и бабуля не прибьёт её на месте за проступок), то поможет. Девушка приняла от стюардессы горячий чай с лимоном, и принялась греть руки.

Самолёт приземлился, когда уже стало светать. Лиза ощутила огромное волнение. Как отреагируют на её приезд отец с матерью? Тут и гадать нечего. Мама будет с несчастным видом качать головой, а потом закроется с кучей отчётов, готовясь к очередной поездке или презентации. А отец…

Лиза обняла книгу и покосилась на несколько блестевших такси, ожидавших на стоянке прибывших пассажиров. Применять свои заклинания на близких, это малость нехорошо. Разве что чуть-чуть, для поднятия настроения. В серьёзных случаях это ни к чему хорошему не приводило. Ей отчаянно не хотелось накладывать чары на отца.

«Тирис» — знак забвения, позволил бы Николя забыть некоторые подробности прошедших дней, но проверяла его Лиза только один раз, да и то, на соседской собаке. После подобных манипуляций, животинка помечала все углы в хозяйском доме, причём тут же забывала, в каком углу делала это минуту назад, и начинала снова… короче, вариант гиблый…

Она всё же набралась храбрости, распрощалась с шумными близняшками и села в последнее такси. Машина быстро помчала по почти пустой дороге, и девушка с тревогой вглядывалась в тёмные силуэты деревьев, росших вдоль неё. Стоило Лизе увидеть знакомые ворота, как в висках противно застучало. Давай, смелее Нери, они всего лишь люди, простые люди, родные люди.

Девушка торопливо прошла по дороге, ведущей к дому, и заставила себя подняться на крыльцо. Она вздохнула и открыла дверь. Знакомый запах, родной дом. Домоправительница бросила отчитывать горничную, по её мнению неаккуратно расставившую цветы в гостиной, и взволнованно поглядела поверх своих небольших очков на юную хозяйку.

— Наконец-то вы дома, — женщина быстро отдала распоряжения помощнице, и поторопилась к лестнице, — я предупрежу Николая Албертовича, что вы вернулись.

Похоже, в этом необходимость отпала, поскольку Лиза уже слышала шаги отца в коридоре. Отец направлялся к ним. Николя быстрым шагом вышел к ступенькам на втором этаже и наклонился к перилам, пытаясь разглядеть стоящих внизу женщин.

— Лиз?

— Привет, пап, — глухо проговорила девушка.

— Поднимись в кабинет… — голос мужчины сорвался.

Он только махнул рукой, веля следовать за ним, и исчез из виду. Лиза обречённо стала подниматься по ступенькам.

— Мы так рады, что вы наконец дома, — домоправительница смутилась от своих же собственных слов.

Она деловито принялась наставлять помощницу, стоящую с охапкой цветов, словно бы и не говорила ничего.

— Спасибо, — Лиза благодарно кивнула и пошла наверх.

По дороге она забежала к себе и припрятала книгу. Дверь в кабинет отца была приоткрыта, и теперь Лиза вошла к Николя. Она остановилась перед его рабочим столом и заставила себя нервно улыбаться. Убейте её быстро… Николя угрюмо вертел в руках ручку, сидя в кресле, и поднял на дочь взгляд.

— Пап, — Лиза горько вздохнула.

Мужчина внезапно поднялся, и кресло скрипнуло мягкой кожаной обивкой. Он быстро подошёл к дочери и порывисто обнял её. Подбородок Николя привычно лёг на её каштановую макушку. Укачивая Лизу, отец всё повторял что-то успокаивающее, от потрясения переходя, как обычно, на свой родной язык. Через какое-то время Николя отстранил от себя дочь, напоследок погладил её мягкие волосы, и отошёл, возвращаясь к своему столу.

— Мы с матерью чуть с ума не сошли! — теперь шла вторая фаза.

Лиза приготовилась к атаке, совсем недавно согретая отцовскими объятьями.

— Прости меня пап, мне так жаль! — она с несчастным видом сделала шаг навстречу.

— Господи, ты жива, о чём я говорю! Не смей так никогда делать, слышишь? Не смей! — Николя скинул пиджак и расстегнул ворот рубашки.

Когда он понял, что воздуха всё равно не хватало, то подошёл к окну и приоткрыл его, впуская утреннюю прохладу.

— Я поняла, пап. Это как-то само собой вышло… — тихо проговорила Лиза.

Про себя она подумала, что Николя хватил бы удар, знай он, каким образом дочь так проворно добралась до самого побережья Испании.

— Понимаю, что ты устала и хочешь отдохнуть. Но ничего не хочешь мне рассказать? — хозяин дома развернулся лицом к дочери, отпуская край занавески.

— Рассказать?.. — насторожилась ведьма.

Чёрт! Неужели и здесь журналюги постарались, пока её не было? Ведь Рикардо обещал, что сам поговорит с отцом. Вот невезение!

— Рикардо звонил мне недавно, — уж больно вкрадчивым голосом проговорил Николя.

— Вот как? — нервно улыбнулась Лиза.

— Незадолго до твоего приезда, — пояснил Николя, — спрашивал, как ты добралась.

— Какая забота… — вспыхнула девушка.

— Странно, что ты удивлена, — отец устало опустился в кресло, — особенно если учесть…

— Пап! — остановила его Лиза, — я должна тебе всё объяснить.

— Ты поэтому решила съездить в Испанию? Хотела определиться с выбором? — серьёзно спросил Николя, как будто они обсуждали новый проект.

— Можно и так сказать, — глухо отозвалась Лиза.

Отец решил, что она выбирала между братьями? Какой ужас… Но нужно играть до конца.

— И почему же — Рикардо? — нахмурился отец.

— У него… плечи шире… — пробормотала ведьма, желая как можно скорее закончить этот неловкий разговор.

Брови Николя поползли вверх. Но мужчина только тактично прокашлялся в кулак, решая на сегодня оставить эту тему, и добавил:

— Рикардо просил меня о встрече, — ответил Николя.

— И? — спросила она.

Николя посмотрел на дочь. Лиза от волнения принялась накручивать на пальцы края тонкого топа.

— С тобой точно всё в порядке, Лиз? — спросил отец.

— Да… — она едва кивнула, — я что-то совсем устала. Прилягу немножко. Можно?

— Иди, конечно, — согласился Николя, — мне нужно будет уехать через полчаса. Буду только поздно вечером. Ольга в доме у де Латур. Моник заехала на пару дней. Я сам с ней поговорю. Иди.

Глава 19

Лиза тихо вышла, прикрывая за собой двери, и быстро направилась к своей комнате. Может и хорошо, что матери дома не оказалось. Моник, мать близнецов Леджера и Камиля, уже год не была в городе. Пусть увидятся. Выслушивать сейчас Ольгу у неё не было желания.

Девушка зашла к себе, и устало оставила печать на двери, шепча привычное охранное заклинание. Не было сил даже поразмышлять. Потому быстро ополоснувшись под тёплой водой, Лиза накинула ночнушку и забралась под одеяло. Оно надёжными мягкими объятьями укрыло её, и спрятало от всего лихого. Ведьма закрыла глаза, пытаясь расслабиться. Но час сменялся другим, а сон так и не шёл к ней. Лиза вздохнула, ворочаясь в постели. Серые глаза Рикардо Конте никак не стирались из её памяти, заставляя сердце биться чаще.

— Сам наверняка спокоен, — проворчала она, — чёрт!

Ведьма несчастно застонала, ныряя с головой под одеяло. Потом поняла всю бесполезность действий и глянула на часы, стоявшие на прикроватной тумбочке. Девятый час. Может, стоит наведаться для приличия в университет?

Её едва оставили в покое, хотя бы пока Николя находился в блаженном заблуждении насчёт «любви» Рикардо и единственной дочери. Сейчас можно спокойнее вздохнуть и некоторое время не отвлекаться на толпу женихов. Но и давать нового повода для внимания к своей персоне не стоило. Скоро из-за пропусков ректор вновь будет обращаться к отцу. Это уже не дело…

Чувствуя себя так, будто её неудачно оживили, ведьма вяло вошла в столовую. Нехотя перекусила, запивая стаканом свежего сока, а затем прихватила свою сумку и вышла во двор. Здесь остро пахло свежим деревом, а от визга пилы, разрезающей огромный ствол на равные части, у Лизы свело зубы.

Видимо Николя распорядился, чтоб срезали старое дерево у дома. Девушка быстренько села в машину, и та сразу отъехала. Ну вот, немного покоя. По дороге Лиза задремала, и очнулась только от тактичного касания к своему плечу. Ведьма открыла глаза, едва не отмахиваясь от растерянного водителя.

— Чёрт… простите, — извиняясь, Лиза улыбнулась мужчине.

Вышло как-то криво, но добрый дядька с пониманием шире открыл дверцу, пропуская свою хозяйку. Сонная, ведьма направилась к воротам, в этот раз даже не пытаясь поднять к вывеске голову. Вторая пара вот-вот должна была начаться, и Лиза успела проскользнуть в аудиторию перед тем, как туда вошёл преподаватель.

Профессор поднял руку, собираясь грозно ткнуть в неё своим перепачканным в мелу пальцем, но студентка уже добралась до своего стола и устало опустилась на стул. Сумка звякнула пряжкой по столу, когда девушка быстро расстегнула её, и принялась доставать нужные книги и тетради.

— Лизо-о-он! — прошептал Леджер справа от подруги, — решила прийти сегодня?

— Не ожидал тебя увидеть, — тихим голосом потянул Камиль с другой стороны.

— Да куда уж я без вас… — проворчала Лиза, убирая сумку на полку под стол.

Профессор принялся важно выхаживать вдоль аудитории. Видно в аду он был бы главным чёртом, которому доверили бы самые тяжёлые, блестящие такие, начищенные вилы. Это точно, поскольку спать он ей не давал, как бы мысленно не отгоняла его сонная ведьма от собственного стола. И почему дома не спалось в удобной постели? Сейчас глаза просто слипались! Когда же терпение и силы Лизы иссякли, она начертала на своём лбу охранную печать, и с довольной улыбкой заснула.

Очнулась она уже ближе к вечеру, разбуженная кем-то отвратительным. А каким же мог быть тот, кто потревожил блаженный сон? Лиза открыла глаза, поднимая голову с затёкших рук, и уставилась сонным взглядом на чёрную юбку. Поднимая голову выше, девушка заметила сложенные на груди руки, которые нервно барабанили пальцами по безупречной рубашке. Дальше хуже, почти чёрный взгляд ведьмы едва не обратил студентку в пепел. Лиза виновато поднялась со стула, укрываясь от гнева Дарины за своим столом.

— Как ты посмела нарушить мой приказ?! — голос помощницы ректора отражался звонким эхом от пустых стен.

Занятия давно закончились, и ей ничего не мешало выплеснуть свой гнев.

— Но ведь ничего не случилось, — попыталась оправдаться Лиза, хватая свою сумку.

— На весь первый этаж разило магией! И почему ты не на последнем курсе?.. — тяжело вздохнула Дарина, — ты доведёшь до беды этих смертных детей!

— Они сделают это скорее… — Лиза аккуратненько просочилась между сердитой ведьмой и столами, подбираясь к выходу.

— Я не отпускала тебя!

— У вас такая юбка красивая!.. — Нери уже ощущала за спиной спасительный холодок коридора.

— Елизавета! — вышла из себя Дарина.

Но не успела ведьма и рукой взмахнуть, заставляя захлопнуться двери, как вредная девчонка уже неслась по ступенькам на первый этаж.

— Ах, ты ж… — Дарина смотрела, как лёгким облачком оседает штукатурка на пол, кажется, переборщила с заклинанием.

* * *

Лиза была безмерно благодарна шофёру, поскольку бедняга терпеливо ожидал её всё это время. Она забралась на заднее сиденье машины, которая теперь пулей мчалась по гладкой пустой дороге к дому. Завтра пятница. Осталось помучиться немного, и наступят долгожданные выходные. Можно сбежать к Серафиме!

Лиза поникла, вновь репетируя, что скажет бабуле. Она обязательно отберёт книгу. Приходилось признать, что зря на такое знание замахнулась. Но кое-что всё же успеет в свои записи добавить. Девушка устало зевнула, прикрывая лицо ладонью, и к собственному огорчению поняла, что сегодня уже ничего не успеет.

— Ваша мать звонила много раз, — водитель отвлёк юную хозяйку от грустных мыслей.

Ольга звонила ему? Почему не ей? Лиза торопливо достала мобильник, тяжело вздыхая, когда обнаружила на нём с полсотни пропущенных вызовов.

— Влетит…

— Я, если не возражаете, сказал хозяйке, что вы в университетской библиотеке задержались, — отозвался водитель, слыша расстройство девушки, — вроде как готовились, вот и не могли ответить. Кажется, она поверила.

— Вы мой герой, — ахнула обрадованная ведьма, — спасибо!

Шофёр улыбнулся, кивая головой в фуражке, блеснувшей козырьком. Как мать могла поверить, что она полдня в «человеческой» библиотеке пропадала? Это ведь не бесценные ведьмины письмена… Видимо Ольга сильно устала или отвлеклась на другие дела. В любом случае, дочери не грозили разборки по прибытию домой, и можно было вздохнуть спокойнее. Машина въехала во двор, и, попрощавшись с добрым дядькой, Лиза поторопилась к дому.

В этот раз не нужно было незаметно просачиваться, и она преспокойно вошла в нижнюю гостиную, не наблюдая никого. Видимо, прислугу уже отпустили отдыхать, а мама была наверху. Лиза принялась подниматься по ступенькам, когда услышала голос Ольги, говорившей с кем-то по телефону. Хозяйка дома смеялась, и это было добрым знаком. Подойдя к кабинету отца, девушка увидела открытую дверь и заглянула внутрь. Мать положила трубку и заметила дочь, немедленно расцветая улыбкой.

— Лиз! Девочка моя … — Ольга торопливо подошла к ней и обняла.

— Мам, как я рада тебя видеть, — Лиза тепло прижалась к её плечу, вдыхая аромат давно знакомых и любимых духов.

— Думаю, Николя вчера сказал более чем достаточно, поэтому не будем отвлекаться на грустные моменты!

— Да, — вздохнула Лиза.

Ольга в своём репертуаре. Хотя в чём-то мать права. К чему повторять одно и то же?

— Сейчас только десятый час, мы ещё успеем посекретничать! — Ольга отстранилась от дочери, и с довольным видом поманила её из кабинета, затем велев идти следом.

— Посекретничать? — встрепенулась Лиза.

Что-то подсказывало ведьме, что вовсе не о мумиях и древних горшках мать собиралась с ней говорить. Но отступать было поздно. Девушка прошла в собственную комнату, в которую уже умудрилась проскользнуть Ольга. Мать включила ночник у кровати. Она мечтательно вздохнула, блаженно растянулась на краю постели, похлопывая ладонью по одеялу, и пригласила дочь устраиваться рядом. Лиза скинула свои балетки и присоединилась к матери. Ведьма сложила руки на груди, подобно покойнице, и молвила:

— Говори…

Ольга покосилась на дочь, затем повернулась набок и возмущённо проворчала:

— Ты ещё крест в руках зажми. Ну ты даёшь!

— А мне так удобно, — проворчала ведьма, жалуясь на глупые суеверия.

— Не буду говорить, что мне жаль, Лиз, — мать принялась перебирать каштановые пряди волос дочери, — на самом деле я так счастлива.

— Счастлива? — переспросила удивлённо Лиза, — отчего?

— Мне так хотелось дождаться того времени, когда мы будем вот так лежать и говорить об этом. Это удивительно!

Лиза скептически поглядела на восторженную женщину. И чего радовалась? Иногда хорошее настроение домочадцев пугало её ещё больше скандалов и зловещей тишины.

— Отчего? Моей дочери впервые понравился парень. Возможно, она даже влюблена, — шутя, Ольга ущипнула дочь за бок.

Лиза отодвинулась, спасаясь за подушками. Влюбилась? Что за фантазия у её матери? Она только и сказала, что выбрала одного из претендентов! Спокойствие Нери, только спокойствие… Раз уж договорились играть, то вносите Оскар, чёрт возьми!

— Лиз! — голос матери вернул с небес на землю.

— М-м?

— Как это случилось? Когда ты почувствовала это?.. — с чувством прошептала Ольга.

Это? Желание убить Конте что ли? Так почти сразу, как только его ехидную физиономию увидела, и эти глаза, волнительно-серые, с такими тёмными крапинками…

— Глаза у него волшебные… — прошептала Лиза, сама себе удивляясь.

— Какая прелесть! — тихо вздохнула мать.

Подбираясь к дочери ближе, она подпёрла голову рукой и продолжила мечтать.

— А этот поцелуй? Первый! О Боже! Я помню свой…

Ольга нервно хихикнула и умолкла, видимо приличного там было мало. Лиза покосилась на мать, но смолчала. Поцелуй? Она могла утверждать, что угодно и спорить, но мысленно могла признаться, что поцелуй ей понравился. Но никогда Конте об этом не узнает. В этом ведьма себе поклялась.

— Николя мне сегодня сообщил, что в эту субботу встречается с Рикардо, — заговорщицки подмигнула ей мать.

Лиза запаниковала, но потом велела себе успокоиться. В субботу? Конте прилетает через пару дней из Испании? Ну и отлично. Она всё равно на выходные собралась к Серафиме.

— А мы с тобой покупками займёмся, — продолжала восторженно пояснять Ольга, — столько всего нужно!

— Мам! — Лиза села на кровати, обнимая разноцветную подушку.

— Никаких «мам»! Нужно полностью обновить твой гардероб.

— У меня есть всё необходимое, — возразила девушка.

— Нужно платье для помолвки, — мотнула головой Ольга.

От этих слов Лиза почувствовала, как завибрировала тумбочка у кровати. Библиотеки ей вполне хватило, только бы всё не испортить! Слово «помолвка» звучало, как проклятие. Их с Рикардо ложь буквально разрасталась снежным комом. Но ведьма знала, что длиться помолвка могла даже год, и именно этим поспешила себя успокоить. Верно, пусть так и будет. Платье она наденет, а там придумает, как разрешить всё в свою пользу.

— Мам, мне завтра рано вставать, — устало вздохнула девушка, и мать нехотя поднялась, оставляя дочь одну.

Глава 20

Некоторое время Лиза раздумывала, потом вытащила из-под подушки книгу Пальмистрии. Лёжа, девушка подняла её над собой, и опять приложила ладонь к блестящему оттиску. Каждый палец так ловко ложился, повторяя руку прабабки. Лиза улыбнулась. Вот бы узнать её лично. Сколько можно было бы выведать интересного.

— Зачем здесь эта ладонь? — девушка бережно провела пальцами по поверхности оттиска, — ну зачем?

Для символичности? Пальмистрия ведала по руке, оттого и имя такое носила. Или другой смысл был в подобном украшении? Лиза покосилась на часы. Почти двенадцать. Серафима спит уже. А может, и нет. Девушка подтянулась к тумбочке, взяла свой телефон, и быстро набрала нужный номер. Гудки пришлось слушать долго, затем послышался сонный голос Серафимы.

— Лиза?

Как будто ведьма не знала, кто ей звонит.

— Ты не спишь? — вкрадчивым медовым голосом поинтересовалась внучка.

Бабушка несчастно пробормотала что-то, потом всё же поинтересовалась, чего ей, старой женщине, покоя по ночам не давали.

— Бабуль…

— Ну?

— Ты прости меня… — тихо прошептала Лиза и замерла, ожидая приговора.

Серафима вздохнула, сдаваясь.

— Цела?

— Да.

— Я про книгу, — поддразнила её бабушка.

— И книга цела, — проворчала внучка.

Но было весьма странным то, что Серафима находилась в достаточно добром расположении духа. Это настораживало и даже пугало. Скорее бы выходные и увидеться лично. Но почему не злилась? Мучаясь предчувствием, Лиза всё же поинтересовалась тем, что ещё не давало ей покоя.

— А ты не знаешь, была твоя мама знакома с семьёй Конте?

— Не была.

Вот даже не подумала, а отвечает!

— А может, по-другому как-то связана с ними была? — юная ведьма нахмурилась, продолжая пытать сонную Серафиму.

— Нет.

— Бабуль!

— М-м?

— Бабуль, а я всё спросить забывала, а ты знаешь, что за отпечаток руки на её книге?

— Знаю, — теперь более живым голосом ответила ведьма.

— И что это? Украшение? — невинно поинтересовалась внучка.

— Нет. Печать это. Клятвенная! — заявила Серафима.

— Клятвенная, говоришь?.. — тут до Лизы стало понемногу доходить, — печать, говоришь?..

— Верно!

Так вот почему бабуля так вопила, когда она возмущалась и клятвами рассыпалась в тот день, в этой же комнате! Лиза со стоном упала на одеяло, едва не упуская телефон.

— И какого лешего печать на обложку крепить? — в праведном гневе заголосила ведьма, — зачем, спрашивается? Чтоб люди добрые в такую неприятность попадали?!

— Если бы «люди добрые» ручки-то свои не распускали, так и неприятностей бы не случалось! — фыркнула Серафима.

— Чёрт… — Лиза судорожно вздохнула, и бабушка принялась успокаивать любимое чадо.

Вот только утешения сейчас на неё никак не действовали. Клятвенная печать штука особая, с ней шутки плохи. Знала бы, никогда и не прикоснулась к проклятому сундуку. Обычно подобные печати использовались для клятвы ведьмы в вечном служении своему повелителю. И никому бы кроме неё не пришло в голову касаться её, да ещё дурацкие клятвы выкрикивать, барабаня по обложке!

— Бабуль, выходит я этому ироду клятву принесла?! — ахнула Лиза.

— Верно, — судя по голосу, бабка принялась жевать что-то. Это ночью? Ох…

— Не хочу, не пойду за него! Лучше всю жизнь в девках просижу. Ты должна мне помочь отменить эту чёртову клятву! — буквально выкрикнула Лиза.

— Не стану я, да и невозможно это. Сама знаешь. Ты поклялась, что ни за кого другого замуж не пойдёшь, и никто другой тебе не нужен. Вот свадьбу сыграем, а там глядишь, и помру спокойно, — Серафима смачно хрустнула яблоком.

— Никогда! — возмутилась Лиза.

— Я себе уже гроб приглядела, — продолжила говорить Серафима, — с белыми итальянскими кружевами.

— Бабуль!

— Сама хотела своей судьбой распоряжаться, вот и распорядилась, — твёрдо заявила ведьма, — эту клятву отменить нельзя. Это клятва жизнью!

— Тогда помру! — фыркнула Лиза

— Я тебе помру! Завтра чтоб книгу в сундук воротила! — проворчала Серафима и отключила телефон.

Затем прислонилась к спинке дивана и закрыла глаза, размышляя. Первое, что испытала в тот день — конечно же страх. Едва увидела книгу в руках внучки, так в груди всё похолодело. Но потом пришло понимание, что возможно это лучший выход в сложившейся ситуации. Слова Дарины вновь всплыли в памяти. «Катальма» слушалась Лизу. Если верховная призовёт её внучку, то будет бессильно грызть ногти, поскольку разорвать печать можно только смертью одного из тех, кто ею связан. Старая ведьма не получит её. А Рикардо Конте достойный человек. С ним Лиза сможет обрести своё счастье и быть в безопасности. В этом Серафима была уверена.

Малышка интересовалась, кто же он? Конечно же, она собрала нужную информацию, да вот только пусть негодница помучается в неведении. Будет знать, как красть её книги!

* * *

Сама пятница прошла уныло и тянулась резиной. Не помогло развеяться и вечное дурачество близняшек де Латур. Отвечая профессору на очередной вопрос, Лиза поглядела в окно. Ливший с утра дождь как нарочно усилился и теперь глухо барабанил по стеклу. Она уже почти отвернулась, как с удивлением обратила внимание, что капли стали неторопливо стекаться, противореча законам физики. Они собирались в причудливые линии, словно кто-то рисовал невидимой кистью, создавая великолепные прозрачные цветы на стекле.

Сердце застучало часто-часто, и девушка большими глазами созерцала странное диво, с восторгом забывая, что стояла перед преподавателем. Но стоило мужчине проследить за взглядом студентки, как дождь хлынул почти сплошной стеной, смывая со стекла остатки волшебства.

— Елизавета Николаевна, вы обратились в камень подобно царю Полидекту? — возмутился профессор, но не успела девушка и ответить что-нибудь достойное, как прозвенел звонок.

Лиза схватила свою сумку и, не останавливаясь, поторопилась выйти на улицу. В висках стучало от волнения. Не обращая внимания на ливший дождь, ведьма принялась оглядываться по сторонам, будто ожидая увидеть продолжение чуда. Что она надеялась здесь отыскать или кого, Лиза и сама не знала, но желание было таким острым. Девушка вышла за ворота и остановилась перед широкой, блестящей от воды дорогой.

Он стоял, прислоняясь спиной к машине, сложил руки на груди, и просто позволял дождю стекать по коротким тёмным волосам, вымачивая рубашку и брюки. Лиза замерла от неожиданности, не найдясь, что и сказать. Казалось, молодой человек наслаждался непогодой, нисколько не беспокоясь об испорченной одежде. И выглядел при этом чертовски соблазнительно!

Именно к такому выводу пришли и несколько разинувших рот старшекурсниц, которым приспичило выйти во двор, и стоять в беседке. Они уже принялись детально обсуждать все достоинства её мокрого жениха, и Лиза собственнически прошла к Рикардо, останавливаясь совсем рядышком, закрывая собой Конте от голодных взглядов девушек.

Нери слышала, как нахалки принялись ахать, и обсуждать её «тощие ноги», и «ощипанные волосы», заявляя, что они с виду как солома, а на ощупь и того поди хуже. Ведьма сердито оглянулась, и одна из девиц взвизгнула, поскольку её волосы немедленно встали дыбом, и не думали ложиться обратно, как бедняга ни старалась. Лиза решила, что такой мести хватит, и вернулась взглядом к Конте.

— Что ты здесь делаешь? — недоумевая, поинтересовалась девушка.

От волнения Лиза и не замечала, что сама мокла под дождём. Что-то случилось? Она что-то натворила и забыла? Или что-то должна была сделать? Он прилетел раньше? Или так и должен был? А почему у университета оказался? Ведьма вздрогнула, когда холодной дорожкой вода стекла с волос по спине. Вроде не сердитый… Даже симпатичный, зараза! Вон, те штучки с четвёртого курса, чуть слюной не удавились… Лиза продолжала метаться в мыслях, и Конте сжалился над ней.

— Самолёт немного раньше прилетел, — мальчишеская улыбка расцвела на мокром лице Рикардо.

— Да ну? — недоверчиво сощурилась Лиза, но в душе сделалось так тепло.

Значит, как прилетел, так сразу сюда приехал?

— Садись в машину, — предложил Конте.

Лиза вздрогнула ещё раз, а когда Рикардо открыл дверцу, послушно подошла к нему. Жених всё ждал, пока она сядет, а девушка с замирающим сердцем подняла голову, рассматривая его лицо. Рикардо склонился к ней, держась рукой за мокрую дверь машины.

— В чём дело, Элизабет? Так соскучилась? Если бы я знал, то приехал раньше, — молодой человек открыто улыбнулся, а вода с его волос закапала на её лицо, — постараюсь впредь не оставлять тебя одну надолго.

— Это совершенно лишне, — проговорила ведьма Рикардо, — не переигрывай. И кое-кому пора объясниться!

Лиза наконец оказалась в тёплом салоне машины, и несчастно поморщилась, поскольку мокрые шорты и рубашка удобства не добавляли.

— О чём это ты? — Конте закрыл её дверцу, и прошёл к водительскому месту.

Ещё минута, и машина отъехала с университетской парковки. Пока Рикардо глядел на дорогу, девушка не сводила взгляда с его профиля. Лиза нахмурилась. Опять делал вид, что ничего не понимает? Эти цветы — это же дело рук Рикардо. Кто же он такой? Девушка нахмурилась и принялась стучать пальцами по мокрым коленям.

— Это было очень красиво, — раздался рядышком расстроенный голос невесты.

Рикардо улыбнулся. Совсем измучилась, но была искренне рада его видеть. Подобного Конте совсем не ожидал. Надеялся, но не ожидал. Сам себе удивляясь, он должен был признать, что уже скучал по нелепым выходкам этой ведьмочки. Дёрнул его чёрт расписывать окна университета… Но не удержался. Одна часть его требовала признаться невесте, другая желала, чтоб узнала сама. Интересно, как будет допытываться? Ведь любопытна! А значит, будет прекрасный повод для сближения, ведь захочет всё выяснить.

Завтра его ожидал разговор с Николя. Это скорее формальность, оба прекрасно знали, о чём пойдёт речь. Запах от влажных волос девушки наполнил салон. Цветочный, лёгкий, он был приятен, но время года не располагало к прогулкам в мокрой одежде. Подхватить простуду своей невесте он позволить не мог. Руки Рикардо сильнее сжали руль, а взгляд стал прозрачнее. Лиза откинула волосы за спину, в растерянности ещё раз проводя по ним руками.

— Что? — сухие пряди шёлковой волной рассыпались между пальцами.

Сухие?! Она поёрзала на сидении, понимая, что одежда также была суха, как после глажки. Конте! Его слушалась вода? Колдовство? Магия? Что за сила-то? Даже она не смогла бы высушить одежду так быстро. Лиза резко подалась к молодому человеку, и провела рукой по его волосам. От внезапного прикосновения, Рикардо едва не выпустил руль, останавливая машину у ворот дома Нери. Его голова также была сухой. Лиза возмущённо коснулась плеча Конте: рубашка тоже чистенькая, и следа от дождя не осталось!

— Элизабет, — отозвался Рикардо бархатным голосом, — может нам стоит пройти в дом и там продолжить своё «исследование»?

Девушка вспыхнула, и немедленно отпрянула, теперь выглядывая в окно. Охрана уже открыла ворота, и Конте повёл машину во двор, к парковке. И когда успели доехать? Она так увлеклась, что и не заметила. Погодите-ка! Рикардо хотел войти в дом? Сейчас? Но ведь спокойно мог, жених — положено…

Шурша шинами, машина встала на одно из свободных мест на стоянке, и Конте вышел, направляясь к дверце со стороны девушки. Лиза выбралась на свободу из салона, и принялась поправлять одежду, краем глаз наблюдая за Рикардо. Тот так же молча заглянул в машину и поднял её сумку.

— Идём, а то замёрзнешь. Сегодня свежо, — он положил Лизе на спину тёплую ладонь, мягко подталкивая к ступенькам.

— Идём, — тихо отозвалась ведьма.

Поднимаясь на крыльцо, жених так и не убрал руку, напротив, теперь собственнически обнимая девушку за плечи.

— Ты совсем холодная. Моя невнимательность непростительна, — обольстительно улыбаясь, Рикардо заставил её сердце трепетать.

Что этот парень творил? Лиза совсем не ожидала от него подобного поведения. Оказывается, Дракула мог удивлять. Только когда перед её носом распахнулась дверь, до девушки дошло, перед кем играл Конте. Мать едва сдерживала восторг и пригласила гостей войти. Ольга видела их в окно! Лиза поджала губы. Значит, притворялся для матери… Рука Рикардо сильнее сжала плечо девушки, затем поглаживая его, будто успокаивая. Лиза так прониклась, что прильнула к Конте. Видимо совсем с ума сошла!

— Рикардо, когда вы приехали? Как приятно снова видеть вас в доме, — Ольга увлекла их в гостиную, распоряжаясь об ужине.

— Как я уже говорил Элизабет, мне пришлось прилететь раньше, — Конте сел на удобный диван.

Рядом мать немедленно усадила дочь, не позволяя девушке отодвинуться от гостя.

— Где вы остановились? — поинтересовалась хозяйка дома у Рикардо.

— Поскольку намерен задержаться здесь надолго, я занимаюсь поисками подходящего дома. А сейчас намерен снять номер в отеле…

— Нет! Ни к чему это, — торопливо перебила его женщина, — вам незачем на ночь глядя ехать в отель. Оставайтесь, вы прекрасно отдохнёте в комнате для гостей.

Конте едва сдержал улыбку, зная, что творилось в этот момент в голове его невесты. Не без удовольствия он принял приглашение Ольги.

Глава 21

Вскоре подали ужин и, к собственному удивлению, Лиза прикончила всё, что было положено на тарелку. А всё потому, что снова ушла с головой в собственные мысли. Находиться с Конте в одном доме, знать, что он рядом, разделённый с ней всего лишь одной стеной — это вызывало противоречивые чувства. Комната для гостей находилась по соседству с её собственной спальней. Обычно в гостевой останавливалась Серафима и, конечно же, мать предложит её — самую лучшую комнату, своему будущему зятю. Балкон у них общий…

Лиза украдкой поглядела на жениха и едва не выпустила ложку. Дракула смотрел прямо на неё, пользуясь тем, что Ольга отвлекалась, как всегда отвечая на очередной звонок. Решил смутить? Снова? Хватит с неё прошлого раза. Подаренного Адорасьон платья на всю жизнь хватит. Лиза решила подыграть, склонила голову набок, закусила губу и в ответ так же пристально посмотрела в глаза своему «ненаглядному».

Они оба замерли с ложками в руках, будто никого и не было рядом. Взгляд Рикардо потемнел, и краешек губ изогнулся в усмешке. Его невеста решила поиграть в соблазнительницу? Теперь откровенно разглядывала, сама не понимая, какие чувства будила в нём. Терзая свои губы, девушка в который раз прокручивала в голове их поцелуй в аэропорту.

Рикардо почувствовал, что поторопился с решением заночевать в этом доме, по соседству с маленькой чертовкой, и потянулся к бокалу с водой, выпивая её залпом. В доме становилось жарко. Всё камин. Точно. А вовсе не фантазии вредной девчонки…

Рикардо припомнил, как в тот самый день, когда впервые подъехал к дому Нери и услышал мысли, метавшиеся в голове хозяйской дочери, захотелось немедленно увидеть её. Посмотреть в глаза. Конечно же он видел фотографии, но это совсем не то. Он даже не смог присесть, так и стоял тогда у окна, ожидая, пока Элизабет Нери спускалась по ступенькам. Девушка превзошла все его ожидания. Даже чёртовы веснушки были великолепны! Брат был прав. Чёрт… он желал свою невесту.

Они вытерпели ещё полчаса светской беседы, а когда Ольга смилостивилась и сообщила, что гостю стоит отдохнуть после дороги, одновременно подскочили со своих мест. Переглянувшись, как два подельника, Рикардо и Лиза поспешили покинуть гостиную. Вдогонку мать велела дочери показать Конте его комнату, раз уж ей так «не терпелось» проводить жениха. Девушка энергично закивала, лишь бы наконец укрыться в своей комнате.

— Иди за мной, — проворчала Лиза, взбегая по ступенькам на второй этаж.

Рикардо улыбнулся и послушно последовал за невестой. Юная хозяйка подвела его к одной из дверей, толкая её и пропуская внутрь. Комната оказалась большой и светлой. Занавески шевелились, укрывая всю переднюю застеклённую стену, и тот самый балкон, о котором упоминала в своих мыслях Лиза.

— Вот… — девушка обвела рукой комнату, от растерянности не находя слов, — послушай, я тут хотела…

— Спасибо Элизабет, — Рикардо прошёл к кровати и принялся развязывать галстук, поглядывая на ведьму.

Лиза всё подбирала слова, в надежде объяснить гостю правила поведения в родительском доме, и чего лучше не сообщать Николя при встрече. Молча, Рикардо кинул галстук на постель и расстегнул манжеты рубашки, затем вытаскивая её из брюк и намереваясь снять. Ведьма забыла, о чём и думала, глядя большими глазами на действия мужчины. Стоило Конте распахнуть рубашку, как она ахнула и зажмурилась.

— Ты хотела продолжить своё исследование, Элизабет? — от его тихого хрипловатого голоса у неё мурашки пробежали по спине.

Что-то в нём вновь звучало иначе, манило, заставляя открыть глаза. Лиза подчинилась, как зачарованная глядя на стоявшего молодого человека. Глаза Рикардо сверкали как две звезды, прохладные и невероятные. Он снова окликнул невесту своим чарующим голосом и она, как корабль на рифы, пошла к нему навстречу. Ветер ворвался, словно паруса поднимая занавески, срывая с Конте рубашку, но Лиза не видела ничего кроме этих глаз, и не слышала ничего кроме его голоса.

— Не бойся, — Рикардо улыбнулся и легко коснулся ладонью щеки девушки, — я просто не хочу отпускать тебя. Это опасное чувство, но мне оно стало совершенно необходимым…

Конте провёл пальцами по её нежной шее. Произносимые им слова, зачаровывали. А когда сильные руки окунулись в шёлк её волос, Лиза всем телом прильнула к нему, будто признавая за этим мужчиной право вести себя так, как он хочет. Глаза ведьмы темнели, поддаваясь неизвестному ранее искушению, не имея сил противостоять этой магии. Ладонь девушки сама легла на грудь Рикардо и остановилась над бьющимся сердцем. Молодой человек подался вперёд, его губы скользнули по шее Лизы, а рука накрыла её ладонь.

— Ты хочешь прикоснуться ко мне? — глухо спросил Конте.

В его глазах вспыхивали и гасли грозовые искры. Девушка почувствовала под своими пальцами тепло его кожи. Магия подобных прикосновений была ей незнакома, но в это мгновение так желаема.

— Мне нужно ощущать, тебя рядом… — прошептал Рикардо ей на ухо.

Эти слова опьяняли, будто вино. Рука Лизы сама собой скользнула под рубашку — туда, где перекатывались стальные мускулы и, ей вдруг стало трудно дышать. Потрясённая и зачарованная, она обняла жениха за шею. Рикардо наклонился к ней, едва касаясь губ, но тут же отпрянул, отстраняя от себя девушку. Со всех сил зажмуриваясь, он тряхнул головой.

— Accidenti! (чёрт возьми!)

Всё ещё находясь под влиянием его чар, Лиза не понимала, отчего Рикардо так зол, и что она сотворила. От её мыслей Конте стало ещё хуже. Он наверно сошёл с ума в этот вечер.

— Тебе пора спать, Элизабет… спокойной ночи… — гость заставил себя твёрдо выпроводить сопротивляющуюся невесту из комнаты, и только когда сумел отвести в спальню и закрыть за нею дверь, вздохнул с некоторым облегчением.

— Ты точно сошёл с ума, парень, — пробормотал Рикардо.

Лиза прижалась к двери, прикладывая к ней ладони. Ведьма прекрасно слышала, что он так же стоит, прислонившись с обратной стороны, и как часто билось сердце Рикардо. Жар в её груди стихал, голова прояснялась, и наваждение таяло. А вместе с ним и безудержное желание открыть эту дверь, кидаясь в объятья жениху. Оставалась растерянность, к которой прибавлялось возмущение. Он посмел применить к ней чары?!

Конте сложил руки на груди, прислоняясь спиной к её двери, и заставил себя выслушать всё, что его невеста по этому поводу думала. Словарный запас у девушки был довольно большим… и разнообразным…

Порой его познаний русского просто не хватало, чтоб уловить суть оскорблений. Элизабет имела полное право злиться на него. Конте сам был зол. В последний раз он так открыто применял чары, доставшиеся ему при рождении, ещё на первом курсе. Тогда это кипятило кровь. Мальчишка, одним словом…

Но сегодня просто не смог устоять перед соблазном. И какого чёрта, спрашивается? За дверьми стало тихо, и Рикардо сильнее прислушался. Теперь ведьма мысленно корила себя за собственную глупость, не зная, как смотреть ему в глаза утром. Затем собралась утопиться перед домом в ручье, уйти навеки на Туманную гору и жить там, в шалаше. Потом его невеста вздохнула, видимо отправляясь к кровати. Удостоверившись, что девушка в безопасности, и не соберётся выполнять ни один из вышеперечисленных пунктов, Конте заставил себя вернуться в гостевую.

Его вещи уже принесли, и они были распакованы горничной. Рикардо стянул рубашку и, раздеваясь полностью, встал под душ. Мысли никак не оставляли, мучая и беспокоя. Он никогда не испытывал сложности с женщинами, оно и понятно. Зная их желания наперёд, сложно было не избежать конфликтов.

С Элизабет всё осложнялось с каждым днём. Даже читая её, невозможно быть уверенным в том, что девчонка выкинет в следующий момент. Рикардо радовал тот факт, что впервые появилась возможность не скрывать свою суть. Он полагал, что и ведьме стоило бы задуматься об этом. Можно было себе представить сложности общения, и совместного проживания семьи Нери.

Также Рикардо мог представить, каково жилось их дочери. Элизабет не могла рассчитывать на поддержку хотя бы одного из родителей. В этом плане им с Федерико повезло больше. Мать в полной мере раскрыла сыновьям их суть, научила пользоваться ею и оставаться среди людей в безопасности.

Постоянный контроль давал о себе знать, и некоторым Рикардо Конте мог казаться «Дракулой», но сегодня сеньорита Нери узнала каков он по сути своей. Он — сын Сирены, духа Средиземного моря, полностью открывался перед нею, показывая себя, как есть. Глаза мужчины снова засверкали прозрачными льдинками, стоило ему обернуться в сторону входной двери, когда он вышел из душа. Рикардо тряхнул головой, мгновенно убирая с волос лишнюю воду.

* * *

Лиза и не думала спать. Она перелистывала свои записи. «Тирѝс» знак забвения — вот что было нужно! С помощью него, она точно заставит самонадеянного Дракулу забыть подробности прошлой ночи! Или превратит в соседскую собаку…

Глаза Лизы расширились от ужаса. Нет, о чём это она, в самом деле? Девушка вздохнула, натягивая ночнушку до подбородка.

— Если он забудет этот момент, не вспомнит и то, что чувствовал тогда?

Лиза взволнованно поднялась на постели, убирая в сторону свою книгу заклинаний. Она склонила голову, укрывая смущённое лицо длинными волосами, затем убрала их за спину, поскольку они закрыли обзор. Нет. Не станет она напускать на жениха беспамятство. Но это вовсе не значило, что собралась отвечать Рикардо. От противоречивых чувств она совсем растерялась. Зачем он это делал? Зачем? Неужели она так нравилась Конте?

— Да быть такого не может… — прошептала девушка, — сам же столько раз утверждал, что я ему совсем не подхожу.

Ведьма мысленно велела себе гнать прочь мучавшие мысли и лечь спать. Она выключила ночник, подтянула удобнее край одеяла и вскоре всё же заснула.

Утро застало Лизу врасплох. Открывая глаза, она потянулась в постели и села, свешивая босые ноги. Внизу были слышны голоса. Девушка поняла, что именно они и разбудил её, благодаря чуткому слуху. Ольга говорила с домоправительницей, обсуждая целесообразность использования двух дальних гостевых. Лиза не стала прислушиваться к их словам и поднялась с кровати.

Следующий час девушка провела, приводя себя в порядок. Проклятые волосы не желали ложиться ровно, упрямо завиваясь. Лиза сердито водила по ним расчёской, пока они ей не угодили. Выбирая самое, по её мнению достойное платье, ведьма повертелась перед зеркалом.

Белое, трикотажное, оно прекрасно облегало фигуру, а широкий воротник можно было спустить так, что плечи оставались открытыми. Её глаза потемнели, Лиза провела помадой по губам и склонила голову набок, перекидывая мягким жестом волосы на одно плечо. Никогда она не тратила столько времени перед зеркалом, но именно сегодня утром почему-то нестерпимо и внезапно захотелось выглядеть идеально. Лиза обула туфли в тон платья и направилась к двери.

Она подошла к лестнице, всё ещё слыша разговор Натальи — домработницы и матери. Девушка спустилась со ступенек и остановилась перед лестницей, глядя на спорящих женщин.

— Доброе утро, — поздоровалась Лиза.

Ольга и домработница собрались ответить, когда там, вверху, раздался самый прекрасный на свете голос. Они все, как одна, обратили взгляды к лестнице.

— Доброе утро… — Рикардо остановился, глядя на троицу, и одарил присутствующих дам сверкающей улыбкой.

Поправляя галстук, сам дьявол спустился к ним, а женщины только стояли, разинув рты. Лиза очнулась первой, видимо, лишь благодаря своей ведьминской силе, и с подозрением поглядела на Конте. Так и есть! Жених продолжал начатое вчера?

— Ах ты ж гад… — прошептала девушка, когда Рикардо подошёл к ней.

Стоило Лизе приподнять руку, желая проучить жениха, и наложить одно из своих заклинаний, как он перехватил её ладонь, целуя и говоря своим бархатным голосом:

— Э нет. На мне ты практиковаться не будешь.

— А ты, значит, будешь? — прошипела Лиза.

Рикардо обнял невесту за плечи, и увлёк за собой на крыльцо, спасительно закрывая за их спинами двери.

— Это не подконтрольно мне, Элизабет, — теперь этот великолепный парень снова улыбался.

Издевался? Так и есть, решила Лиза, хмурясь.

Глава 22

— Идём, я отвезу тебя в университет, — Рикардо провёл тыльной стороной ладони по щеке девушки, будто хотел стереть её хмурость и спустился со ступенек на дорогу.

— Разве ты не должен искать себе дом или квартиру? — спросила Лиза, делая вид, что её никак не тронула попытка жениха смягчить праведный гнев, — ты же не собираешься и дальше…

— Оставаться с тобою по соседству? — Конте усмехнулся, — хочешь помочь мне с поисками жилья? Прекрасная идея!

— Это не так! — Лиза нервно вздохнула и села в салон машины.

Рикардо обошёл машину кругом и оказался рядом с девушкой на водительском месте. Переживала, что он будет слишком близко? Всё пыталась понять, кто же он. Как воспримет? Сочтёт его чудовищем? Он от рождения имел доступ к самому неприкосновенному, что есть у любого живущего в этом мире — его сознанию, его мыслям. Рикардо искренне надеялся, что невеста достаточно проникнется к нему чувствами до того, как правда будет открыта. Иначе всё будет напрасно и ему лучше бы оказаться подальше в тот самый момент, как Элизабет осознает тот факт, что её бессовестно читали. Дом ляжет в руинах…

Девушка тем временем поглядела на Туманную гору, видневшуюся вдалеке. Надо же, сегодня она впервые была окутана белоснежным туманом. Как невеста в фате. Невеста…

— Чёрт, — тихо прошептала Лиза.

После занятий Ольга намеревалась посетить с нею все магазины города! Ведьма мысленно застонала, понимая, что день пропал. Придётся скупать кучу ненужных вещей. А всё он, Дракула. Слишком неожиданно в мыслях возникло воспоминание о прошлой ночи, и ведьма снова ощутила тепло его кожи на своих пальцах. Лиза со всей силы зажмурилась, но где-то между лопаток покалывало от этого тайного момента близости, о котором она не смогла бы рассказать ни одному живому человеку на свете. Так! Стоп! Ведь можно запросто воспользоваться этим шансом…

— Для того чтоб продолжать поиски жилья, мне вовсе не нужно носиться по городу, для этого есть агенты, Элизабет, — совершенно невинно заявил Рикардо, продолжая следить за дорогой, когда машина покинула двор, — так что — увы, мне придётся посещать занятия.

— Но что могут эти агенты? — Лиза заставила себя мило улыбнуться, глядя на жениха, — они только покажут тебе фотки, а на самом деле квартира может оказаться совершенно ужасной!

— Да ну? — едва сдерживаясь, нахмурился Конте, — и как же быть?

— Ты должен лично проверить варианты! — заявила Лиза и, оживляясь, добавила, — поскольку по-русски ты не очень соображаешь, то тебя легко могут и обмануть. Тебе точно потребуется помощь!

— Я прекрасно изъясняюсь на русском, английском, испанском и итальянском, Элизабет, — продолжил мучить её Рикардо.

«Соглашайся, чёртов Дракула!», — мысленно зарычала ведьма. Такой шанс избежать шопинга с матерью! Не собирается она выбирать платье для помолвки. Чёрта с два! Хотят — пусть сами устраивают. Она наденет любое, что Ольга предложит. В конце концов, это не имеет значения.

— Раз уж я так беззащитен в этом городе и всякий может меня обмануть, так и быть, поищу себе помощника, — с серьёзным выражением лица продолжил Рикардо, — может, я должен просить помощи у Николя? Как думаешь, он согласится?

— Зачем Николя? — ломким голосом беспокойно спросила ведьмочка, — в конце концов, мы напарники! Это можно сказать, часть моей работы!

— Напарники? — дразня, потянул Конте.

— Да! Как Чубака и Хан Соло! Как «Тернер и Хуч»! — сражаясь за возможность сбежать от матери, жарко проговорила Лиза.

— И кто из нас Хуч? — поинтересовался Рикардо, заводя машину на парковку у университета.

Припоминая обаятельную псину из старого фильма, ведьма покосилась на жениха.

— Так и быть, — не отвечая на возмутительный по её мнению вопрос, Нери поставила его перед фактом, — уговорил! Помогу разобраться с квартирой. Созвонимся после пар.

Девушка не стала дожидаться, пока Рикардо выйдет и откроет ей дверцу. Лиза распахнула её сама, вспомнила, что нужно прихватить сумку и вышла на асфальтированную дорожку.

— Рад, что смог «убедить» присоединиться к поискам, Элизабет, — улыбнулся Рикардо, останавливаясь у машины, и проводил девушку взглядом.

Ведьма была довольна, что ж, отличное продолжение утра. Молодой человек захлопнул свою дверцу, спрятал связку ключей в карман брюк и направился к зданию университета. Нанятый агент звонил ему ещё в доме Нери, совсем утром.

По присланным на электронную почту фотографиям, он остановил свой выбор на двух вариантах. И даже мог предположить, какой именно из них предпочтёт сеньорита колдунья. Останется вечером забрать свои вещи из отеля и перевезти в квартиру.

* * *

Остановилась Лиза уже в широком коридоре второго этажа. Со стен на неё смотрели умудрённые знаниями и жизненным опытом учёные мужи, обрамлённые потемневшими картинными рамами. Девушка прислонилась плечом к одной из декоративных колонн и вытащила из сумочки мобильный. Не сдерживая победной улыбки, ведьма набрала номер Ольги и приложила телефон к уху, слушая гудки.

Мать достаточно быстро приняла вызов и уже принялась жарко пояснять, где и когда дочь будет «похищена» для путешествий по магазинам. Но Лиза остановила бесконечный поток слов, заявляя, что планы резко и внезапно изменились, и ей, конечно же, ужасно жаль, что так вышло.

— Рикардо так настаивал, разве я могла отказать ему, мам? — со вздохом проговорила ведьма, — после пар мы созвонимся и я сопровожу его. Ты ведь понимаешь, как сложно оказаться в другой стране, с такой проблемой? Выбор квартиры очень важен. Да.

Лиза расправила свободной рукой широкий воротник платья, проверяя, чтоб он ровно лёг.

— Зачем переносить? — заволновалась девушка, и даже прошлась по коридору, между сновавшими туда-сюда студентами, — ты прекрасно и без меня справишься. Выберешь на свой вкус…

Лиза закрыла глаза на мгновение, понимая, что зря доверила это Ольге. Ну да ладно, к чёрту платье. Она смогла убедить мать, утешила расстроенную женщину как могла и отключила телефон.

— Что-то подозрительно тихо… — проговорила ведьма, оглядываясь по сторонам в поисках близняшек, — это пугает ещё больше.

— Что тебя так напугало, ведьма? — вкрадчиво поинтересовались у её плеча, вынуждая вздрогнуть и повернуть голову на голос.

Ведьма? Что за заявление?

— Опять ты… — Лиза недовольно посмотрела на своего недавнего знакомого, которому, впрочем, так и не представилась в ответ.

— И тебе привет, — улыбнулся Илья.

— Привет, — коротко ответила девушка, убирая мобильник в сумочку.

— Не хочешь спросить?..

— Нет, — торопливо кинула она, желая убраться с коридора.

Скоро начнутся занятия. Опаздывать не хотелось, особенно сегодня.

— Неужели не интересно? — продолжил улыбаться молодой человек, опираясь одной ладонью о шершавую стену коридора.

— Что же меня должно интересовать? — нахмурилась Лиза.

— Впервые вижу девушку, которая не обиделась на слово «ведьма».

— Так это твой способ развлечения? — хмыкнула Нери, — обзывать девушек и наблюдать их реакцию? Браво… мне пора…

— Да с чего такое предположение? — с обидой в голосе отозвался Муромский, — это скорее… комплимент.

— Да ну? И с чего же? — деланно удивилась Лиза.

— Да с такими глазищами кем ещё быть? Точно — ведьма, — заявил студент.

— И что же с ними не так, с «глазищами»? — скептически поинтересовалась Лиза, наблюдая за тем, как одногруппники уже заходили в аудиторию.

Настежь открытая дверь позволяла разглядеть часть помещения и её собственный стол. И что удивительно — ни одного из близнецов она так и не увидела, не ощущая их присутствия поблизости. Куда делить? Опять что-то задумали…

— Красивые они, — пояснил Илья, откровенно любуясь лицом девушки.

— Глаза, как глаза, — Лиза не поддалась на заигрывания студента, — ладно, мне пора в аудиторию.

— Так и не назовёшь своего имени? — вдогонку поинтересовался молодой человек.

— Если до сих пор не знаешь его, то видимо и не сильно нужно, — отозвалась Нери.

— Я его узнаю! — услышала девушка, когда наконец зашла в аудиторию.

Узнает он! Глаза ему понравились… мурчит, как кот, честное слово. Ведьма опустила сумку на стол и посмотрела на пустеющие места близняшек де Латур. Нужно будет позвонить Леджеру после пары. Стоило преподавателю войти, Лиза присела на стул, и аккуратно положила тетради на край стола. Поздоровавшись, высокий темноволосый мужчина принялся вести лекцию. Девушка велела себе слушать его, надеясь, что так время пролетит быстрее.

После того, как закончит с Конте, Лиза собиралась встретиться с бабушкой. Выходные — это святое, и принадлежали ей. Ни одно живое существо на этом свете не могло покуситься на них. Она ждала их всей душой, чтобы встретиться с Серафимой, расспросить о всём и просто отдохнуть от каждодневной людской суеты.

Лиза припомнила библиотеку в "Palma soleado" и тихо вздохнула. Вот прекрасное место, где можно отдохнуть и хорошенько спрятаться. Потом представила хозяина дома, стоящего у лестницы, сложа руки на груди и не сдержала неожиданную улыбку. Рикардо Конте всё больше проникал в её мысли и тревожил этим. Все эти объятья и поцелуи… Насколько искренними были они? Хотел заполучить расположение, чтобы решить и свои с отцом дела? Всё, ради бизнеса родителей? Или увлёкся, как и она?

— Ну почему нельзя читать мысли, чёрт возьми? Было бы так удобно… — прошептала ведьма и изобразила едва сдерживаемый интерес, стоило преподавателю глянуть на неё.

Глава 23

Стоило ему подойти и остановиться перед входной дверью, как та сама привычно распахнулась перед ним, впуская в знакомое помещение небольшого книжного магазина. Тихий звон колокольчиков над дверью вновь вынудил поднять голову и посмотреть на них. Несколько посетителей задумчиво бродили вдоль стеллажей, пестревших обложками книг. Стоило хозяйке почувствовать его появление, как щёлкнула пальцами, не позволяя кому бы то ни было войти в помещение. Затем прошептала привычное заклинание, наводя морок на незадачливых покупателей.

Теперь можно было отвлечься на её смертного шпиона. Ведьма осталась стоять за стойкой, выполненной из тёмного ореха, и только мягко подалась вперёд, опираясь локтями на её гладкую поверхность. Внушительный бюст не впечатлил молодого человека, который остановился в шаге от хозяйки магазина.

Тёмные волосы молодой женщины, с медным отливом, едва вились на концах и были аккуратно собраны двумя заколками на затылке. Несколько тонких прядей оставались свободными и касались шеи. Светло-серая блузка как всегда расстёгнута на пару пуговиц, а узкая юбка, несомненно, облегает соблазнительные бёдра, хоть сейчас стойка и скрывала ведьму от его взгляда.

— Ты сегодня задержался, — нараспев проговорила Рада, прищуриваясь и глядя из-под длинных ресниц на посетителя, — велено было явиться в полдень.

— Задержали в университете, — коротко пояснил молодой человек, — сами же говорили, чтоб не привлекал лишнего внимания, вот и пришлось потратить лишние полчаса.

— Хватит оправданий, — глаза ведьмы потемнели и она протянула руку ладонью вверх, привычно ожидая, что её посланник вложит в неё свой сотовый, — я жду отчёт.

Илья нехотя полез в карман брюк и достал телефон. Сжал на мгновение в руке, но затем передал хозяйке. Женщина открыла список сохранённого видео и привычно принялась просматривать их одно за другим, пока угрюмый смертный мальчишка переминался с ноги на ногу, ожидая дальнейших указаний. Подобные ему становились отличными «ушами» и «глазами» в мире людей.

Не обладая хоть каплей магии, никогда не будут распознаны другими «иными», и так легко оказываются зависимы. Особенно, если этому немножко помочь. Как и в случае с необходимостью заиметь шпиона в Банфильском университете. Верховная Лиридон никогда полностью не доверяла Дарине. Полагая и не без причины, что посланница могла что-то утаить, иногда приходилось следить и за своими же сёстрами, так сказать.

Этот мальчик подошёл идеально. В отчаянии, когда на обычную помощь рассчитывать не приходится, люди зачастую обращаются к тому, в чьё существование и не верят никогда или относятся скептически. Когда традиционная медицина бессильна, смертные идут к гадалкам, знахарям, шаманам и ведьмам. Конечно, девяносто девять процентов из них — шарлатаны. Ведь ни одна настоящая ведьма не даст объявление в газету и не сойдёт с ума настолько, чтоб участвовать во всяких шоу…

Они действовали иначе, вовремя оказываясь в нужное время и в нужном месте. В данном случае только и потребовалось, что подправить здоровье бедняжке матери, как сын уже готов был заложить душу в обмен на её спасение. Правда сама перед этим и наслала болезнь, чтоб использовать студента в этом университете, но об этом смертному мальчишке знать не нужно.

Ведьма с полуулыбкой продолжила смотреть видео. Конечно же, её шпион не мог видеть само сотворение магии, лишь её последствия. Зато она во всех красках наблюдала за тем, как искрился и переливался щит над одной из студенток, вздумавшей использовать силу на улице города посреди белого дня. Вместо того чтоб подумать о собственной безопасности и пройти мимо, дурёха укрыла смертного ребёнка от стекла падающей витрины. Какой-то идиот, проезжая мимо на мотоцикле, бросил в него камень, и со страшным звоном осколки разлетелось во все стороны. Ведьма сработала автоматически, чертая знак «угнер» почти идеально.

Катальма… Хозяйка магазина с некоторой завистью наблюдала за тем, как пальцы девушки плавно повторяли знак. Юная ведьма не использовала обычную магию, которой не менее эффективно можно было отвести опасность. Ах, Дарина… Рада закусила полную губу, наблюдая дальше. Верховная Лиридон будет в ярости, когда узнает, что подобное было от неё скрыто. У внучки Серафимы завидный дар, как, впрочем, и у прабабки. Уж о великой Пальмистрии не один век легенды складывали. Ожившая статуя на следующем видео заставила губы ведьмы изогнуться в усмешке, и перевести взгляд на молчаливого посетителя.

— Я не давала указания входить в контакт с девушкой.

— Это была… необходимость, — Илья отвёл взгляд в сторону, принимаясь рассматривать других посетителей, топтавшихся у витрин.

Мальчишке понравилась внучка Серафимы? Ведьма неожиданно рассмеялась, заставляя молодого человека вздрогнуть и нахмуриться.

— Дурачок! — снова хохотнула хозяйка.

— Если всё, то я пошёл, — пробормотал Илья, поправляя галстук, который внезапно стал душить его.

— Пойдёшь, когда я велю, — Рада повела пальцем, и узел галстука сомкнулся ещё сильнее, вынуждая молодого человека зайтись сухим кашлем, — пока продолжай, как и прежде. Понадобишься, с тобой свяжутся.

Ведьма опустила телефон на край столешницы и пальцами подтолкнула к Илье.

— Ступай! Воздушком свежим подыши, полезно, чтоб дурь выветрилась… — Рада снова рассмеялась.

Муромский стиснул зубы, схватил свой мобильник и быстрым шагом покинул магазин. Чертыхаясь, он сбежал прочь с крыльца и не глядя по сторонам, просто пошёл по шумной улице. Пройдя немного, Илья полностью расслабил узел галстука, стянул его и выбросил в первую же попавшуюся урну.

До сих пор в ушах стоял смех чёртовой ведьмы. Забавлялась? Конечно, забавлялась. Ещё год. Только один, и он закончит учёбу. Станет бесполезным для них в этих стенах. Он мечтал об этом дне больше, чем кто-либо из студентов, за всю историю Банфильского университета.

* * *

Стоило последней паре закончиться, как настроение стремительно улучшилось. На улице совсем потеплело, хоть ленивые тучи на небе и обещали дождь. Лиза вдохнула свежий воздух, спускаясь с крыльца университета, и тогда заметила Рикардо, говорившего с кем-то из знакомых студентов. Конте кивнул ей, немедленно встречаясь с девушкой взглядом и улыбнулся.

Неужели правда так рад её появлению? Ведьма остановилась возле небольшого фонтана, ожидая, пока «жених» освободится. Но не успела и коснуться пальцами воды, как ту самую руку уже схватили, надёжно удерживая в своей ладони и девушку потянули в сторону парковки.

— Скучала, Элизабет? — самонадеянно поинтересовался Конте, чем вызвал вспышку возмущения у невесты.

— Я была занята, и вовсе не мыслями о тебе, — принялась оправдываться Лиза, сама удивляясь, зачем.

Словно её и в самом деле застали с поличным. Может она и думала о Рикардо, может даже только о нём и думала, особенно последние пары. Но знать ему об этом вовсе не нужно.

— Я скучал, — внезапно отозвался молодой человек и ещё больше удивил её, касаясь губами виска, когда подвёл к машине.

— Что? — растерялась Лиза, схватившись за открытую дверцу.

— Я скучал, Элизабет, — просто повторил Конте, глядя своим сверкающим взглядом, — на последней паре даже получил замечание.

— Издеваешься? — нахмурилась ведьма, но принялась непроизвольно постукивать носком туфельки по асфальту, выдавая истинные чувства.

— Я абсолютно искренен, — заверил Конте, предлагая невесте садиться в салон.

— За что же замечание получил? — поинтересовалась довольная ведьма, устраиваясь в машине.

— Слишком громко вздыхал, — молодой человек обошёл машину и сел на водительское место.

— Точно издевается… — Лиза поправила переехавший воротник платья, убедила себя, что уж слишком жарко, и немного спустила с плеч, приоткрывая их.

Так намного легче, точно. Она не собиралась соблазнять этим жалким жестом сидящего рядом мужчину. Или пыталась? Или нет? Или…

Тёплые пальцы коснулись её подбородка, и вынудили повернуться. Стоило сделать это, как поняла, что попалась, ибо Рикардо уже склонился к ней, припадая к губам. И это на стоянке перед универом?! К чёрту универ… Лиза подалась к жениху, отвечая на поцелуй. Прохладные губы манили, заставляя забыться на несколько мгновений.

Она слышала только стук собственного сердца и удары крупных капель дождя о стёкла машины. Хрустальными дорожками они стекали вниз, рисуя причудливые узоры. А над ними, склоняясь над парковкой, шелестел свежей листвою старый клён, вопреки всем законам природы, блестя под дождём яркой зеленью веток.

Рикардо провёл кончиками пальцев по щеке девушки и заставил себя отпрянуть от неё. Нужно было убираться с парковки, пока не натворили дел. Молодой человек вздохнул, глядя на зелёные листья на дереве, ветка которого склонялась под тяжестью воды, от лившего дождя. Так недолго поменять местами времена года…

— Не передумала помочь мне, Элизабет? — спросил он с улыбкой, видя, как ведьма пыталась справиться со своими чувствами.

Нет, он не читал её, не смея касаться сокровенного. То, что хотел знать, видел и без своей силы. Лиза молча кивнула, глядя на дорогу. Она была едва видна из-за стены дождя. Дело рук Рикардо? Или просто погода тому виной?

— Куда… куда поедем для начала? — спросила она непослушным голосом.

— Во-первых, я вовсе не виноват в сегодняшних «осадках», — предупредил Конте, осторожно выводя машину в общий поток, — во-вторых, думаю, что остановлюсь на двух вариантах из предложенных. Я связывался со своим агентом сегодня. Он переслал мне данные. Несколько вариантов я отмёл сразу, ибо слишком людно и беспокойно. Предпочитаю некоторое уединение и тишину.

Сообщать невесте о том, что отлучался из университета и уже заключил договор на аренду, он не собирался. Квартира действительно была отличной. Рикардо был уверен, что юная ведьма поддержит его выбор. Для надёжности он оставил ещё один вариант, который Элизабет отметёт, даже не поднимаясь в здание. Останется отвезти её в своё временное пристанище и немного побыть наедине, пусть и притворяясь сегодня, что они лишь гости и просто осматриваются.

Он знал о желании девушки провести выходные у бабушки. Знал и о том, чем это может для него кончиться. Серафима, конечно же, была в курсе того, кем он являлся. А Лиза, несомненно, будет задавать вопросы и получит ответ. Рикардо крепче сдал руль, глядя на дорогу.

Глава 24

Стоило ему подойти и остановиться перед входной дверью, как та сама привычно распахнулась перед ним, впуская в знакомое помещение небольшого книжного магазина. Тихий звон колокольчиков над дверью вновь вынудил поднять голову и посмотреть на них. Несколько посетителей задумчиво бродили вдоль стеллажей, пестревших обложками книг. Стоило хозяйке почувствовать его появление, как щёлкнула пальцами, не позволяя кому бы то ни было войти в помещение. Затем прошептала привычное заклинание, наводя морок на незадачливых покупателей.

Теперь можно было отвлечься на её смертного шпиона. Ведьма осталась стоять за стойкой, выполненной из тёмного ореха, и только мягко подалась вперёд, опираясь локтями на её гладкую поверхность. Внушительный бюст не впечатлил молодого человека, который остановился в шаге от хозяйки магазина.

Тёмные волосы молодой женщины, с медным отливом, едва вились на концах и были аккуратно собраны двумя заколками на затылке. Несколько тонких прядей оставались свободными и касались шеи. Светло-серая блузка как всегда расстёгнута на пару пуговиц, а узкая юбка, несомненно, облегает соблазнительные бёдра, хоть сейчас стойка и скрывала ведьму от его взгляда.

— Ты сегодня задержался, — нараспев проговорила Рада, прищуриваясь и глядя из-под длинных ресниц на посетителя, — велено было явиться в полдень.

— Задержали в университете, — коротко пояснил молодой человек, — сами же говорили, чтоб не привлекал лишнего внимания, вот и пришлось потратить лишние полчаса.

— Хватит оправданий, — глаза ведьмы потемнели и она протянула руку ладонью вверх, привычно ожидая, что её посланник вложит в неё свой мобильник, — я жду отчёт.

Илья нехотя полез в карман брюк и достал телефон. Сжал на мгновение в руке, но затем передал хозяйке. Женщина открыла список сохранённого видео и привычно принялась просматривать их одно за другим, пока угрюмый смертный мальчишка переминался с ноги на ногу, ожидая дальнейших указаний. Подобные ему становились отличными «ушами» и «глазами» в мире людей.

Не обладая хоть каплей магии, никогда не будут распознаны другими «иными», и так легко оказываются зависимыми. Особенно, если этому немножко помочь. Как и в случае с необходимостью заиметь шпиона в Банфильском университете. Верховная Юстиана никогда и никому полностью не доверяла, включая Дарину. Полагая и не без причины, что она, как и другие посланницы могла что-то утаить, иногда приходилось следить и за своими же сёстрами, так сказать.

Этот мальчик подошёл идеально. В отчаянии, когда на обычную помощь рассчитывать не приходится, люди зачастую обращаются к тому, в чьё существование и не верят никогда или относятся скептически.

Когда традиционная медицина бессильна, смертные идут к гадалкам, знахарям, шаманам и ведьмам. Конечно, девяносто девять процентов из них — шарлатаны. Ведь ни одна настоящая ведьма не даст объявление в газету и не сойдёт с ума настолько, чтоб участвовать во всяких шоу…

Они действовали иначе, вовремя оказываясь в нужное время и в нужном месте. В данном случае только и потребовалось, что подправить здоровье бедняжке матери, как сын уже готов был заложить душу в обмен на её спасение. Правда сама перед этим и наслала болезнь, чтоб использовать студента в этом университете, но об этом смертному мальчишке знать не нужно.

Ведьма с полуулыбкой продолжила смотреть видео. Конечно же, её шпион не мог видеть само сотворение магии, лишь её последствия. Зато она во всех красках наблюдала за тем, как искрился и переливался щит над одной из студенток, вздумавшей использовать силу на улице города посреди белого дня.

Вместо того чтоб подумать о собственной безопасности и пройти мимо, дурёха укрыла смертного ребёнка от стекла падающей витрины. Какой-то идиот, проезжая мимо на мотоцикле, бросил в него камень, и со страшным звоном осколки разлетелось во все стороны. Ведьма сработала автоматически, чертая знак «Угнер» почти идеально.

Катальма… Хозяйка магазина с некоторой завистью наблюдала за тем, как пальцы девушки плавно повторяли знак. Юная ведьма не использовала обычную магию, которой не менее эффективно можно было отвести опасность. Ах, Дарина… Рада закусила полную губу, наблюдая дальше. Верховная Юстиана будет в ярости, когда узнает, что подобное было от неё скрыто. У внучки Серафимы завидный дар, как, впрочем, и у прабабки. Уж о великой Пальмистрии не один век легенды складывали. Ожившая статуя на следующем видео заставила губы ведьмы изогнуться в усмешке, и перевести взгляд на молчаливого посетителя.

— Я не давала указания входить в контакт с девушкой.

— Это была… необходимость, — Илья отвёл взгляд в сторону, принимаясь рассматривать других посетителей, топтавшихся у витрин.

Мальчишке понравилась внучка Серафимы? Ведьма неожиданно рассмеялась, заставляя молодого человека вздрогнуть и нахмуриться.

— Дурачок! — снова хохотнула хозяйка.

— Если всё, то я пошёл, — пробормотал Илья, поправляя галстук, который внезапно стал душить его.

— Пойдёшь, когда я велю, — Рада повела пальцем, и узел галстука сомкнулся ещё сильнее, вынуждая молодого человека зайтись сухим кашлем, — пока продолжай, как и прежде. Понадобишься, с тобой свяжутся.

Ведьма опустила телефон на край столешницы и пальцами подтолкнула к Илье.

— Ступай! Воздушком свежим подыши, полезно, чтоб дурь выветрилась… — Рада снова рассмеялась.

Муромский стиснул зубы, схватил свой мобильник и быстрым шагом покинул магазин. Чертыхаясь, он сбежал прочь с крыльца и не глядя по сторонам, просто пошёл по шумной улице. Пройдя немного, Илья полностью расслабил узел галстука, стянул его и выбросил в первую же попавшуюся урну.

До сих пор в ушах стоял смех чёртовой ведьмы. Забавлялась? Конечно, забавлялась. Ещё год. Только один, и он закончит учёбу. Станет бесполезным для них в этих стенах. Он мечтал об этом дне больше, чем кто-либо из студентов, за всю историю Банфильского университета.

* * *

Стоило последней паре закончиться, как настроение стремительно улучшилось. На улице совсем потеплело, хоть ленивые тучи на небе и обещали дождь. Лиза вдохнула свежий воздух, спускаясь с крыльца университета, и тогда заметила Рикардо, говорившего с кем-то из знакомых студентов. Конте кивнул ей, немедленно встречаясь с девушкой взглядом и улыбнулся.

Ведьма остановилась возле небольшого фонтана, ожидая, пока Рикардо освободится. Но не успела и коснуться пальцами воды, как ту самую руку уже схватили, надёжно удерживая в своей ладони и девушку потянули в сторону парковки.

— Скучала, Элизабет? — самонадеянно поинтересовался Конте, чем вызвал вспышку возмущения у ведьмы.

— Я была занята, и вовсе не мыслями о тебе, — принялась оправдываться Лиза, сама удивляясь, зачем.

Словно её и в самом деле застали с поличным. Может она и думала о Рикардо, может даже только о нём и думала, особенно последние пары. Но знать ему об этом вовсе не нужно.

— Я скучал, — внезапно отозвался молодой человек и ещё больше удивил её, касаясь губами виска, когда подвёл к машине.

— Что? — растерялась Лиза, схватившись за открытую дверцу.

— Я скучал, Элизабет, — просто повторил Конте, глядя своим сверкающим взглядом, — на последней паре даже получил замечание.

— Издеваешься? — нахмурилась ведьма, но принялась непроизвольно постукивать носком туфельки по асфальту, выдавая истинные чувства.

— Я абсолютно искренен, — заверил Конте, предлагая девушке садиться в салон.

— За что же замечание получил? — поинтересовалась довольная ведьма, устраиваясь в машине.

— Слишком громко вздыхал, — молодой человек обошёл машину и сел на водительское место.

— Точно издеваешься… — Лиза поправила переехавший воротник платья, убедила себя, что уж слишком жарко, и немного спустила с плеч, приоткрывая их.

Так намного легче, точно. Она не собиралась соблазнять этим жалким жестом сидящего рядом мужчину. Или пыталась? Или нет? Или…

Тёплые пальцы коснулись её подбородка, и вынудили повернуться. Стоило сделать это, как поняла, что попалась, ибо Рикардо уже склонился к ней, припадая к губам. И это на стоянке перед универом?! К чёрту универ… Лиза подалась к Конте, отвечая на поцелуй. Прохладные губы манили, заставляя забыться на несколько мгновений.

Она слышала только стук собственного сердца и удары крупных капель дождя о стёкла машины. Хрустальными дорожками они стекали вниз, рисуя причудливые узоры. А над ними, склоняясь над парковкой, шелестел свежей листвою старый клён, вопреки всем законам природы, блестя под дождём яркой зеленью веток.

Рикардо провёл кончиками пальцев по щеке девушки и заставил себя отпрянуть от неё. Нужно было убираться с парковки, пока не натворили дел. Молодой человек вздохнул, глядя на зелёные листья на дереве, ветка которого склонялась под тяжестью воды, от лившего дождя. Так недолго поменять местами времена года…

— Не передумала помочь мне, Элизабет? — спросил он с улыбкой, видя, как ведьма пыталась справиться со своими чувствами.

Нет, он не читал её, не смея касаться сокровенного. То, что хотел знать, видел и без своей силы. Лиза молча кивнула, глядя на дорогу. Она была едва видна из-за стены дождя. Дело рук Рикардо? Или просто погода тому виной?

— Куда… куда поедем для начала? — спросила она непослушным голосом.

— Во-первых, я вовсе не виноват в сегодняшних «осадках», — предупредил Конте, осторожно выводя машину в общий поток, — во-вторых, думаю, что остановлюсь на двух вариантах из предложенных. Я связывался со своим агентом сегодня. Он переслал мне данные. Несколько вариантов я отмёл сразу, ибо слишком людно и беспокойно. Предпочитаю некоторое уединение и тишину.

Сообщать своей спутнице о том, что отлучался из университета и уже заключил договор на аренду, он не собирался. Квартира действительно отличная. Рикардо был уверен, что юная ведьма поддержит его выбор. Для надёжности он оставил ещё один вариант, который Элизабет отметёт, даже не поднимаясь в здание. Останется отвезти её в своё временное пристанище и немного побыть наедине, пусть и притворяясь сегодня, что они лишь гости и просто осматриваются.

Он знал о желании девушки провести выходные у бабушки. Знал и о том, чем это может для него кончиться. Серафима, конечно же, была в курсе того, кем он являлся. А Лиза, несомненно, будет задавать вопросы и получит ответ. Рикардо крепче сдал руль, глядя на дорогу.

Глава 25

Она смотрела на дождь, стоя у большого окна. Чёрное с серебром платье Юстианы струилось по её телу, стелясь шлейфом у ног. Светлые волосы верховной ведьмы ровной гладью спускались ниже плеч, а две более короткие пряди обрамляли лицо, оттеняя бледную кожу. Женщина повела рукой, скрытой до запястья узким рукавом, и тяжёлые шторы раздвинулись больше, полностью открывая окно тёмному взгляду ведьмы.

Последние тёплые дожди спешили напоить землю перед тем, как она будет скована льдом и снегом. Тяжёлые капли били по стеклу, стекая вниз, размывая очертания города. В дверь позади Юстианы постучали и она, не оборачиваясь, велела входить.

Горничная ещё раз привычно поприветствовала хозяйку, коротко склоняя голову, и доложила, что прибыла гостья, которую та ожидала. Юстиана жестом руки отпустила девушку, позволяя войти своей посетительнице. Верховная неспешно повернулась и окинула взглядом темноволосую молодую женщину. Та легко провела ладонью по влажным от дождя прядям, немедленно делая их сухими и блестящими. Рада в почтении склонила голову перед своей старшей сестрой и дождалась позволения смотреть на неё.

— Ты должна была явиться завтра, — мелодичный голос Юстианы зазвучал в большом, приглушённо освещённом зачарованными свечами зале, — неужели жажда донести на кого-то оказалась настолько велика?

— Я лишь стремлюсь быть полезной, госпожа, — постаралась естественно улыбнуться Рада и рискнула приблизиться к Верховной.

— Говори! — нетерпеливо потребовала Юстиана.

Она прошла по залу и опустилась в глубокое кресло, которое стояло рядом с огромным круглым столом. Чернёное дерево, из которого он был выполнен, блестело искусной резьбой при свете свечей. Рада остановилась перед Верховной и, теряясь под её взглядом, принялась излагать.

— Один из моих шпионов стал свидетелем интересных фактов, и я не могла умолчать о них, как одна из сестёр… — алые губы Рады изогнулись в полуулыбке.

— Говори прямо и не испытывай моего терпения, — холодно проговорила Юстиана.

Её тонкие пальцы сжались на подлокотниках, а глаза стали чернее. Отражавшееся в них пламя свечей только добавляло мрачности Верховной ведьме.

— Дарина скрыла от вас тот факт, что одна из студенток Банфильского университета, к которому она приставлена, не скрываясь, использует магию, — дрогнувшим от волнения голосом продолжила докладывать Рада.

— Если ты говоришь о внучке Серафимы, то я и так наслышана о её бестолковом использовании своего дара, — небрежно повела плечами Юстиана, и платье мягко блеснуло, вторя движениям хозяйки, — если девчонка станет проблемой — эту «проблему» решит сама Серафима. Не вздумай вмешаться.

В голосе Верховной прозвучала холодная угроза, и гостья вздрогнула, немедленно придавая себе невозмутимости.

— Я поняла, госпожа, — осторожно склонила голову Рада, — но всё же должна предупредить, что внучка достопочтенной Серафимы использует не что иное, как Катальму, причём совершенно не заботясь о том, что это могут увидеть смертные. Я считаю своим долгом…

Юстиана неожиданно рассмеялась, чем привела в замешательство гостью. Верховная поднялась с кресла и неспешно прошлась по залу, задумчиво глядя на залитое дождём окно.

— Елизавета Нери и Катальма — вот уж действительно бомба… — Юстиана задумалась на минуту, — только полнокровная ведьма может достойно управлять этими знаками. Скоро внучка Серафимы достигнет своего совершеннолетия и ощутит на себе силу полнокровности.

— Вы желаете обучить Нери? — с ноткой зависти поинтересовалась Рада, стоя за спиной Верховной.

— Мои желания тебя не касаются, — обернулась к ней Юстиана, — если ты закончила свой доклад, то ступай!

— Да, госпожа… — гостья проглотила обиду, — но должна ли я сообщить и о тех слухах, что распускают смертные студентки Банфильского университета?

— Смеешь полагать, что меня интересуют слухи этих девиц? — сверкнула глазами Юстиана.

— Но ими Елизавета только подтверждает тот факт, что намерена отказаться от великой чести звать вас учителем, Верховная… — порывисто склонила голову Рада, опасаясь гнева старшей ведьмы.

— Говори! — потребовала Юстиана, продолжая глядеть в окно и сложа руки на груди.

Только то, как длинные пальцы рук сминали тонкую ткань на рукавах платья, выдавали её настроение.

— Нери вступила в отношения с одним из новых студентов университета. Его имя — Рикардо Конте. Некто даже успел подхватить «новости» и разместил фотографию в интернете, где ведьма целуется с этим юношей.

— Этот «некто», разумеется — ты? — не оборачиваясь, спросила Юстиана.

— Я лишь хотела удостовериться, что это — недоразумение, — жарко заговорила Рада, — всего-то и требовалось, что опровергнуть данный факт!

— И?

— Ни семья Конте, ни Нери, не выступили с опровержением, — подвела итог Рада, — и если внучка Серафимы намерена принять чувства этого мужчины, то тем самым отвергнет ваше предложение, госпожа…

— Сейчас покинь меня, — сухо потребовала Верховная, жестом руки веля гостье убираться.

Рада осторожно попрощалась со старшей сестрой и бесшумно покинула зал. Юстиана вновь стала у окна, размышляя над услышанным.

— Наивная девочка, так же наивна, как и ты, Серафима. Считаешь, что любовь мужчины стоит того, чтоб отказаться от своей сути? — глаза Верховной вспыхнули, и пламя в свечах дрогнуло, вторя этому, — пройдёт эйфория и останется только пепел, дорогая Елизавета. Пепел, который веками оставался за каждым следом ведьмы, ступавшей по этой земле… Любовь — магия смертных, и так же быстротечна, как и их век. Что ж, забавно будет глянуть, как ты осознаешь это, избавляясь от наивных чар. Пожалуй, стоит побеседовать с юной ведьмой.

* * *

Как и предполагал, мысленно, Элизабет практически мгновенно отмела первый предложенный вариант, едва вышла из машины и подняла взгляд на окна новенького дома. Ещё бы, совмещённые длинные балконы, буквально опоясывающие каждый этаж, позволяли прогуливаться по ним, словно по палубе некого корабля. Именно этого эффекта и пытался добиться архитектор. Белоснежный домина будто плыл в окружении золотисто-рыжего моря растущих рядом деревьев. А так же плыла и предполагаемая соседка в коротком халатике, покуривая свою неизменную сигарету.

Как Рикардо успел выяснить ещё в прошлый раз, одинокая дама была любительницей поболтать и бродила в поисках «жертвы» каждый вечер. Ведьма сощурилась, глядя на длинные ноги женщины, вид на которые бесстыдно открывался при каждом встречном порыве ветра. Так, значит, обещание собрался держать? Девушка про себя возмутилась. Чёрта с два она позволит ему поселиться здесь! В лесу, в самой одинокой избушке — самое место!

— Поднимемся наверх, чтоб лучше осмотреться? — поинтересовался Конте, следом за своей спутницей выходя из машины.

Дождь прекратился ненадолго, но воздух был сырым и пах опавшей листвой.

— Мне не нравится этот район, — заявила Лиза, не собираясь принимать его предложение, — он слишком далеко от университета. Знаешь, какие тут утром пробки на дороге?..

— Так беспокоишься обо мне? — вкрадчиво поинтересовался Рикардо, оказываясь рядом с девушкой.

— Я всего лишь обещала помочь с выбором самого подходящего варианта, — поправила его ведьма, — и ответственно подхожу к данному вопросу.

— Вот как? — усмехнулся он, — а если я скажу, что желаю остаться здесь?

— Не скажешь… — прорычала в ответ Лиза, развернулась и, не дожидаясь его следующих слов, вернулась в салон машины.

Рикардо присоединился к своей спутнице, и в этот раз повёл машину к последнему варианту, предложенному агентом. Конте вновь мысленно припоминал, все ли вещи были убраны подальше от взгляда гостьи, иначе догадается о том, что её бессовестно обманывали.

— Чем займёшься на выходных, Элизабет? — спросил он для поддержания разговора.

— Я хочу встретиться с бабушкой, — пояснила Лиза, наблюдая за дорогой, мелькавшей в боковом окне машины.

— Я рад, что с Серафимой ты можешь быть самой собой, — кивнул Конте.

— Самой собой? — удивилась Лиза, поворачиваясь к Рикардо.

— Верно. При бабушке тебе не нужно скрывать свою суть. Это прекрасно.

— Я не говорила, что бабушка — ведьма, — нахмурилась девушка.

— Я… предположил данный факт, поскольку вы очень близки, а родители дара не имеют, — ровно ответил Рикардо, мысленно чертыхаясь.

Вот так всегда. Стоило сблизиться с кем-то и узнавать всё больше, как два потока информации смешивались, порой не давая понять, что было произнесено вслух, а что лишь мысленно. Рано расслабился «Дракула», будь он неладен…

— Признайся, ты просто собирал нужную информацию, — предположила Лиза, продолжая изучать его профиль внимательным взглядом.

— Ещё бы, — улыбнулся Рикардо и остановил машину на свободном месте парковки у нужного дома.

Поскольку позже собирался отвезти гостью домой, то не стал пользоваться подземным гаражом. Лиза тихо повозмущалась и вышла следом за своим спутником. Здесь было действительно тихо, и пусть район был достаточно удалён от центра, но был новым и сохранил весь природный ландшафт, оставив нетронутыми деревья при строительстве. Она последовала за Рикардо в ближайший из двух подъезд трёхэтажного дома.

Они поднялись по широкой лестнице на третий этаж и молодой человек открыл нужную дверь, поясняя гостье, что агент разрешил осмотреть всё без его присутствия, чтобы не мешать впечатлению. Квартира оказалась просторной и двухуровневой. Первый этаж занимала большая гостиная, совмещённая с кухней. На второй этаж — мансарду вела светлая деревянная лестница.

Лизе немедленно захотелось туда подняться, что она и сделала. Рикардо неспешно поднялся следом за гостьей, останавливаясь на входе в комнату. Половина скошенного потолка мансарды была застеклена, и вновь пошедший дождь только добавил уюта квартире, начиная тихо барабанить по стеклу.

Девушка подняла голову, глядя на падающие капли дождя, словно ещё мгновение, и они могла коснуться её лица. Заворожённая она большими глазами наблюдала за непогодой. Рикардо прислонился плечом к дверному проёму и сложил руки на груди.

— Тебе здесь нравится? — тихо спросил он, глядя на гостью.

— Здесь уютно, — она не обернулась к нему, продолжая смотреть вверх, — мне нравится эта крыша. Она оставляет ощущение…

— Свободы? — продолжил он за девушку.

— Свободы, — согласилась она.

— Хочешь присесть? — предложил Рикардо, указывая на небольшой диван за спиной Лизы.

Но она, кивая ему в ответ, села на искусственную шкуру рядом с диваном, прислоняясь к нему спиной. Ведьма согнула ноги в коленях и обняла их руками, снова глядя вверх. Шумевший дождь будто убаюкивал, успокаивал мысли и зачаровывал. Идти никуда не хотелось, и она была рада приглашению. Рикардо подошёл к ней и сел на пол рядом, чувствуя себя при этом странно, но разделял мысли своей спутницы.

— Нам действительно можно здесь оставаться сейчас? — спросила Лиза.

— Да, — отозвался Конте, как и она глядя вверх.

Глаза молодого человека сейчас казались особенно яркими, то становясь прозрачными, то вновь наливаясь чистым серебром.

— Ответишь честно, если спрошу? — снова поинтересовалась ведьма.

— Попробуй, — тихо усмехнулся Рикардо.

— Почему ты приехал для того чтоб заключить брачный договор от имени брата? Ты ведь старший сын в семье. Разве не логично, чтоб отец вначале хотел твоего брака? — она постаралась, чтоб голос не выдал волнения, мысленно уже жалея, что завела этот разговор, но мучило любопытство.

— Разница в возрасте между мною и Федерико слишком несущественна, чтобы иметь значение. Всего два с половиной года, — ещё раз усмехнулся Рикардо, склоняя голову набок и отрешённо принимаясь рисовать взглядом по мокрому стеклу, — к тому же отец не признаёт всей этой эпопеи со «старшим» сыном. Наследство намерен разделить на равные доли, как и управление своей компанией. Если я стану во главе неё, то вторые пятьдесят процентов акций будут у брата. Поэтому и не имеет значение, который из братьев наденет обручальное кольцо первым на палец своей избранницы.

Прозрачные узоры возникали на мгновение над их головами и таяли, стекая сплошной стеной дождя.

— Но это ведь не вся правда, верно? — осторожно спросила Лиза, внезапно понимая, что отвлеклась от созерцания мокрого стекла и сейчас рассматривала профиль своего собеседника.

Конте выглядел уставшим, и ей неожиданно захотелось коснуться его щеки. Желание сделалось таким сильным, что ведьма крепче обхватила свои колени, чтоб не поддаться соблазну. Рикардо сам не удержался, немного подался к девушке и провёл тёплыми пальцами по её щеке. Она была такой нежной, а запах уже знакомого ему шампуня с волос ощущался сильнее из — за того, что пряди немного вымокли под дождём, пока шли к подъезду.

Конте ладонью провёл по волосам ведьмы, вынуждая их обсохнуть и блестящей гладью заструиться по плечам и спине. Лиза в очередной раз ощутила волнение от этих простых касаний, чувствуя, как магия их обоих вновь электризовала воздух вокруг, опьяняя.

— Ты… смог их выровнять, — девушка кинула короткий взгляд на гладкие пряди.

Все ненавистные завитки пропали, просто счастье…

— Вот что мне нужно по утрам, когда просыпаюсь, — улыбнулась она, — твои руки очень бы пригодились…

— Ты терзаешь моё воображение, Элизабет, — шутя заявил Рикардо, склоняясь к её лицу, — но чтобы «пригодиться» по утрам, когда ты просыпаешься, придётся засыпать рядом…

— Что? Что за заявления… — ахнула ведьма, обдавая его лицо тёплым дыханием, — ты прекрасно понял, что я имела в виду!

Да, он прекрасно понял, вновь в её мыслях стоя в расстёгнутой рубашке и ощущая тёплые ладони, скользящие по его груди. Не стоило сейчас читать мысли сидящей напротив девушки, чувствуя её смятение. Но немного поддаться искушению ему никто не запретит…

Конте уже ощутил вкус её губ, склоняясь к ведьме, когда её кулак упёрся ему в грудь, вынуждая отстраниться.

— Что задумал? — возмутилась Лиза, — мы вообще-то в чужой квартире находимся… Забыл? В любой момент может примчаться твой агент…

Рикардо вздохнул, сдаваясь, и вновь оперся спиной о диван. Что поделать? В этот раз сам заврался. Нужно было сразу признаться, что квартира принадлежала ему, и никакой чёртовый агент сюда не заявится.

Глава 26

— Ты так и не договорил, — вновь поинтересовалась Лиза, — в чём же ещё причина?

Рикардо посерьёзнел, вспоминая что-то. Он помолчал с минуту, затем вернул своему лицу улыбку, стараясь не тревожить гостью.

— Это совершенно несерьёзно, так, скорее привычка, — начал говорить он, — моя мать, как и твоя бабушка, приняла чувства смертного мужчины. Сыновья в нашем роду — дело исключительное, как и любовь. Но всё однажды случается, верно?

— Верно, — тихо отозвалась Лиза.

— Мать рассказывала много историй и легенд, и однажды рассказала ещё одну…

— Расскажешь мне? — пододвигаясь ближе, попросила ведьма.

— В ней нет ничего особенного, — внезапно охрипшим голосом заверил Конте, затем целуя в висок девушку и вновь проводя рукой по волосам, — она скучна. Заснёшь ещё до того, как я закончу говорить.

— Ну пожалуйста!

— Обычная сказка, каких тысячи, — усмехнулся Рикардо, — но мать была очень впечатлительна, как и ты, Элизабет. Почему-то верила в неё. Считала, что её старшему сыну, первенцу, обязательно не повезёт с женой, и она окажется сказочной мегерой…

— Ты это серьёзно?! — поджала губы Лиза, — сам же сейчас придумал всё!

— Таланта рассказывать сказки за собой никогда не замечал, — попытался оправдаться Конте.

— Эй! Мы ведь напарники! — ведьма поднялась с пола и обтянула вязаное платье, расправляя все складки на нём, — не доверяешь мне?

— Конечно же, доверяю, — усмехнулся Конте, поднимаясь следом за гостьей.

За окном темнело, пора отвезти юную колдунью домой.

— Но почему твоя мама так верила в эту сказку? — всё же спросила Лиза, когда Рикардо проводил её обратно к машине, намереваясь ехать к дому Серафимы.

— Тот, кто познал силу любви, Элизабет, знает ей цену, — задумчиво отозвался Конте, садясь за руль, — потому и верила.

— А ты? Ты веришь? — ведьма устроилась рядом, и машина выехала с парковки, устремляясь по вечерним, блестящим огнями улицам города.

— Нет, — коротко ответил молодой человек, теперь сосредоточенно следя за дорогой.

«Начинаю верить или боюсь, что начинаю верить» — подумал он про себя, удивляясь этому чувству. Он даже нервно усмехнулся, наверняка вынуждая сидящую рядом девушку сомневаться в его рассудке, и подмигнул Лизе, чтобы успокоить. Чувствовал, что влюблялся, впервые в жизни, так, чтоб сердце билось чаще, как у мальчишки… И поэтому начинал верить в глупые сказки, как и покойна мать? Нет, это уже перебор. Верно.

— А я верю в них! — заявила Лиза, — в любой сказке, у любого народа, всегда найдётся своя правда. Люди не просто так их выдумывают. Очень часто в них рассказывается о реальной встрече смертного с тем, что выше его понимания.

Ведьма припомнила, как сама много раз была несдержанна в использовании магии и закусила губу. Вот из таких моментов и рождаются потом все эти байки и сказки!

— Я и на минуту не сомневался в этом, Элизабет, — открыто улыбнулся Рикардо, — что же твоя бабушка так далеко вздумала жить от своей семьи?

— Тебе не хватило времени проведённого у меня дома, чтоб понять причину? — проворчала Лиза, поглядывая в окно.

Почти приехали. Скоро придётся покинуть машину и попрощаться с Рикардо. На какой-то момент мелькнула мысль продырявить заклинанием шины или сломать двигатель, чтобы задержаться рядом ещё ненадолго. Вы только послушайте её! Нери, ты сошла с ума! Ведьма сложила руки на груди, молча ругая себя за порыв.

Молодой человек только покачал тёмной головой, слушая мысленную тираду своей спутницы. Теперь она волновалась, как он доберётся обратно в квартиру и сможет ли воспользоваться ею сегодня, ведь агент мог уже закончить свой рабочий день…

— Я позвоню, — уверил Конте, когда остановил машину неподалёку от дома уважаемой ведьмы.

— Позвонишь? — переспросила Лиза, не спеша выходить.

— Конечно. Как только доберусь, так сразу и позвоню, — сдерживая улыбку, повторил Рикардо, — мы же напарники?

— Так и есть! — поддержала его девушка и, желая доброго пути, торопливо вышла из машины.

Конте подождал, пока Лиза поднялась по извилистой дорожке к крыльцу дома, затем отъехал, оставляя юную ведьму на попечение Серафимы. Он проехал немного, и вновь остановил машину на безлюдной части дороги. Молодой человек устало опустил голову на удобный подголовник и ненадолго закрыл глаза.

Элизабет спросила, верит ли он. Вопрос, заданный ею, был неожиданным для него. Ожидал, что снова будет требовать признаться в том, кто он. Но этот вопрос… Рикардо глубоко вздохнул, принимаясь отрешённо постукивать ладонями по рулю, так и не открывая глаза.

Он ярко помнил тот день, когда сила впервые проснулась в нём. Всплеск случился так неожиданно и мощно, что море штормило несколько дней. Он до сих пор ощущал волнение безудержной стихии и колыхавшиеся волны, которые восставали над ним, десятилетним мальчишкой, словно желали поглотить. Тогда Сирен в первый раз заговорила с ним о его сути, открывая и то, кем являлась сама.

Мать учила, направляла, терпеливо разъясняла все сложности полукровности и самого существования в мире смертных людей. Учила быть собой. Говорила Сирен много и, рассказывая о своём роде, не раз упоминала старые легенды, которые слышала ещё от своей матери и бабки.

Одна из них особенно запомнилась, поскольку затем многие годы тревожила саму Сирен, хоть и старалась не показывать этого. Мальчишкой, он смеялся над её переживаниями и, конечно же, обещал, что никогда ни одна женщина не заморочит его голову, и никогда он не сойдёт настолько с ума, чтобы надеть кольцо на чей-то палец…

— Дорогая Сирен… кажется, я не сдержал слово… — одними губами проговорил Рикардо.

Старая история рассказывала о любви морской сирены и простого рыбака. Сколько их таких, этих историй? Юная Кайлэ всем сердцем полюбила смертного юношу Таде, встречая его в море, когда едва не попалась в тяжёлые сети. Юноша также открыл своё сердце сирене. Но оба поплатились жизнью за свою запретную любовь, и нашли покой на дне моря.

От горя, мать Таде прокляла и сына за глупые чувства, приведшие к гибели, и сирену за то, что отняла единственного сына и кормильца. Женщина в сердцах пожелала каждой дочери моря испытать то же горе, если вновь позарится на земного мужчину и каждому первенцу сирены той же участи, если неразумно отдастся воле любви, как и её сын, предавая тем свою мать.

Сыновья в роду сирен — исключительное явление. Сама мать слышала только от своей бабки о подобном случае. Та пугала внучку старым проклятием, видимо не желая, чтобы связывалась со смертным мужчиной. Но Сирен глубоко в душу запали эти слова.

Она верила в то, что легенда правдива, что давно погибшая Кайлэ была из того же рода, что и она. А Адриан Конте приходился потомком юного Таде. Рикардо хотел видеть мать спокойной, отменно играя роль «Дракулы». В виду того, что читать мысли друг друга могли только они с Федерико, родители смирились с тем, что он действительно равнодушно относился к самой мысли о женитьбе и серьёзным отношениям.

Думая о брате, Рикардо тепло улыбнулся. Их небольшой общий детский секрет, тайна, по-своему счастье — слышать друг друга без слов, делала братьев ближе. Конечно, каждая сирена обладала тем же даром, но утрачивался он с окончанием так называемого «детского» периода, когда полностью раскрывалась сила. У них с Федерико, в виду полукровности, «детство» затянулось… Мать предполагала, что годам к двадцати пяти, и они перестанут читать и друг друга, и окружающих.

Образ Лизы вновь непрошено возник у него перед глазами и Рикардо открыл их, сверкая ярким взглядом. Его привязанность становилась всё сильнее, и это было неподконтрольно. К чему приведут его эти чувства? Станут погибелью, словно для Андерсеновской русалочки или подарят счастье? Права была мать или ошиблась?

— Какой же будет итог твоей сказки, Конте? Струсишь или дойдёшь до конца?

Глава 27

Тем временем Лиза торопливо прошла по извилистой дорожке к крыльцу. Она сняла печать с двери и вошла внутрь. Завидев её, Тинка демонстративно чихнул, прижимая к носу кисточку своего хвоста, а затем взобрался на подоконник.

— Вот и сиди тут! — Лиза прошла в просторную комнату, служившую гостиной в Серафимином доме.

Сама хозяйка дома расположилась на удобном клетчатом диванчике, с новой книжкой и плетёной корзинкой полной пирожков. С довольным видом откусывая сдобу, бабушка похихикивала, переворачивая страницы. Точнее сами они переворачивались, ведьме только и оставалось, что хихикать да губу закусывать. «Страсти-мордасти навсегда…» опять она эту ерунду читает. Лиза прошла к дивану и упала на него, едва не рассыпая пирожки.

— Что творишь, окаянная? — сердито нахмурилась Серафима, убирая романчик в сторону.

С виноватым видом внучка вернула сдобу обратно в корзинку, затем подумала и взяла один пирожок, откусывая от него ещё горячий кусок.

— Бабуль!

— М-м? — Серафима снова принялась читать, словно и дела ей не было до вздыхающей девушки. Хотя и поглядывала на неё украдкой, — почему задержалась сегодня? Обычно часов в пять уже как гвоздь в доме. Думала, что решила в доме родителей на выходные остаться…

— Нет! — жарко отмахнулась Лиза, — просто были причины задержаться. Бабуль…

— Что же это за причины такие? — потянула Серафима, игнорируя слова внучки.

— Просто нужно было Конте помочь с выбором квартиры, — придавая своему голосу небрежности, пояснила ведьмочка, — он в этом ничего не смыслит. Обязательно выбрал бы самую неудобную или со странными соседями…

— Ну да, ну да, — хмыкнула Серафима, — как бы бедолага сам-то и справился?

— Вот-вот! — поддакнула Лиза, хоть и понимала, что бабушка над нею подтрунивала. Затем вспомнила, что так долго хотела спросить, — бабуль!

— Да говори уже!

— Мне твои знания нужны! — потребовала Лиза, отбирая книжку у бабушки.

— Это что же тебе так понадобилось? — изобразила удивление Серафима.

Удобнее устраиваясь, хозяйка дома подогнула ноги и подсунула под бок вышитую подушку.

— Ведь знаешь, что хочу спросить. Зачем дразнишь? — проворчала внучка и потянулась за следующим пирожком.

— Будешь столько есть, скоро ни в одно платье не влезешь.

— Сама-то сколько слопала уже? — сощурилась Лиза, глядя на бабушку злобным следователем.

— А мне всё впрок! — Серафима перекинула на одно плечо свои роскошные волосы.

— Расскажи мне, кто такой Конте, — потребовала девушка.

— А сама никак? — поддразнила её бабушка.

— Знаю, что его вода слушается, и голову женщинам морочит. Больше ничего не удалось выяснить. А сам не признаётся!

— Голову говоришь, морочит и водой правит? — Серафима на минуту закрыла глаза, делая вид, что задумалась, затем открыла их, и поднялась с дивана.

Ведьма молча удалилась к себе, заставляя внучку растерянно обнимать оставленную подушку, сохранившую её тепло. Пусть зараза поволнуется! Будет знать, как чужие нервы портить…

Вернулась хозяйка дома со своей книгой. Вынесла из тайной комнаты? Лиза немало удивилась, с благоговением разглядывая пожелтевшие страницы. Серафима присела обратно на край дивана, и держала книгу на руках, просто ожидая, пока та сама перелистает страницы, открывая нужное знание. Через пару минут ведьма удовлетворённо улыбнулась. Лиза попыталась заглянуть в записи, но бабушка не позволила, махая аккуратным пальцем перед носом внучки.

— Голову морочит. Водой правит… — проговорила Серафима скорее сама себе, затем принялась читать свои старые записи.

Лиза уже потеряла терпение, когда женщина подняла взгляд от книги и вынесла свой приговор.

— Сын сирены морской.

— Что? — недоверчиво отозвалась Лиза.

— Русалочий сын он, по-нашему говоря, — проворчала бабушка.

— У них не бывает сыновей! Бабуль! Ну не мучай меня, скажи правду! — возмутилась Лиза.

— Случается такое, настолько редко, что Рикардо твой почти уникален, — продолжила ведьма.

— Но как же?.. — Лиза ошарашенно прислонилась к спинке дивана, пытаясь осмыслить услышанное.

— Говорят, что многие века назад морская сирена была проклята смертной женщиной. Мать проклятие наложила, а оно, материнское, самое сильное, сама знаешь, — хмурясь, пояснила Серафима.

— Расскажи мне об этом! — взволнованно потребовала Лиза, подавшись к бабушке.

Неужели об этом недавно обмолвился Рикардо? Вот гад! Жена, значит, ему мегерой достанется?.. Не захотел открыть правду? Так над его родом старое проклятие?

— В моих записях ничего нет об этом, — покачала головой Серафима, — знаю только, что именно поэтому и не рождаются у них сыновья.

— Но за что проклятие наложила? И что будет теперь? — не унималась Лиза, ощущая всё большее волнение.

— Это всего лишь старая сказка, Лиза, — поспешила успокоить бабушка, — ничего не случится с твоим Рикардо.

Серафима погладила внучку по голове, но Лиза так и осталась хмурой. Затем внезапно оживилась и повернулась к ведьме.

— А что и… и хвост у него есть?.. — осторожно спросила она.

— Ну, глупая… — закатила глаза Серафима, — нет у него хвоста! А дар от матери передался. Сирена сидит на камне, да голосом своим головы мужские смущает, одурманивает их, завлекает, корабли на рифы посылает. Губительницами они слывут. Но тут от правды мало. Вообще-то они песнями, их от своего дома отвлекали. В сторону уводили, чтоб те дурни сети свои не раскидывали.

— Ещё что-нибудь знаешь о них? — Лиза прижала к себе подушку.

Хотела Серафима сказать и про то, что сын сирены наверняка имеет пакостную способность мысли читать, но решила, что лучше смолчать. Если Рикардо Конте до сих пор не открылся её бедовой внучке, то на это у него есть свои причины. Сам должен сказать. Серафима считала, что лучше мужа и не сыскать, чем тот, кто знает о том, какие черти в голове его суженой водятся.

Возможно именно ему удастся помочь Елизавете определиться с выбором и не допустить ошибку. Мир полон стольких красок, он полон магии и волшебства. Жизнь стоит прожить, любуясь ими и разделяя радость созерцания с тем, кто любим тобою. Именно в этом и есть смысл, так считала Серафима и мечтала быть услышанной внучкой.

* * *

Позже, сидя в своей комнате, в доме бабушки, Лиза никак не могла успокоиться, размышляя об услышанном ею рассказе Серафимы.

— Тоже мне — русалочка! — девушка пошевелила пальцами в ярких вязаных носках.

Свет садящегося солнца, падающий через витражное окно, разукрашивал их разноцветными пятнами. Девушка взобралась на широкий низкий подоконник, застеленный мягким пледом, и принялась глядеть через любимое жёлтое стёклышко. Ими на окне были выложены незатейливые цветы и если приникнуть ближе и смотреть на улицу, то всё казалось невероятно волшебным и солнечным. В любую погоду и в любое время года. Радость от возможности заночевать у бабушки была так велика, но неспокойные мысли одолевали, не давая толком насладиться моментом.

— Добрался уже до дома или нет? — Лиза вздохнула, обхватила колени руками и продолжила шевелить пальцами ног.

Телефон на подушке зазвонил громко и неожиданно, заставляя девушку быстро подняться с подоконника. Она торопливо подошла к кровати и подняла сотовый. Звонил Рикардо. Хмурясь, Лиза приняла вызов. Вот уж она выскажет всё что думает! И про хвост, и про голос завлекающий!

— Элизабет…

Лицо ведьмы моментально вспыхнуло, а по спине побежали мурашки. Лиза крепче сжала телефон, и что-то невнятно пробормотала в ответ.

— Я обещал тебе, что позвоню, когда буду у дома, — бархатный голос Рикардо лился рекой, в которой она утонула, уходя с головой.

— Да… Как… как добрался? Дорогу нашёл? — боже, что она несла сейчас?

Он просто тихо вздохнул, но Лиза готова была поклясться, что почувствовала его тёплое дыхание на своей щеке. Конте что-то ответил, потом ещё что-то, ведьма лишь утвердительно кивала, поддакивая. Через минуту он замолчал, затем произнёс с улыбкой в голосе:

— Рад, что ты согласна, Элизабет.

— Что?.. — рассеянно пробормотала девушка.

О чём это Рикардо говорил?

— Заеду за тобой часов в двенадцать. Пообедаем вместе, раз ты не против, — ещё раз повторил Конте.

— Что? Не против? Пообедать?! — встрепенулась Лиза, стряхивая наваждение.

— Всё верно, — снова усмехнулся Рикардо, — а сейчас — сладких снов, Элизабет.

— А ну стой, «Ариэль»!

В телефоне уже слышались короткие гудки.

— Чёрт… — простонала ведьма, опускаясь на край кровати, — почему ничего не смогла сказать?

Девушка не глядя бросила сотовый обратно на подушку и прикоснулась ладонью к щеке. Рядом Тинка фырчал от удовольствия, наблюдая смятение хозяйской внучки. Обмотал своим тонким хвостом ножку кровати и злорадно поглядывал на её мучения. Противный бесёнок! Ведьма схватила тапок, но мелкая нечисть пулей бросилась под кровать, только глаза поблёскивали в темноте.

— Там и сиди, чтоб тебя… — девушка бросила тапок на пол, принимаясь ходить по комнате и размышлять.

Какой там сон? Она была слишком взволнованна. Сомнения, они закрадывались в душу, тревожили, путали мысли и чувства. Сколько себя помнила, Лиза верила в то, что у неё одна судьба. Выбора бабушки она во многом не понимала, особенно живя среди смертных. Это становилось слишком сложно, и порой хотелось прекратить, просто открываясь всем.

В такие моменты особенно привлекало спокойное величие Юстианы, их Верховной сестры. Свободная от всей этой суеты, посвятившая себя служению своей силе, ведущая их, она казалась совершенством. Когда же были произнесены заветные слова, и Юстиана обмолвилась о том, что она, Лиза, смеет надеяться стать её ученицей, сердце билось так восторженно, так часто. Эта надежда и эта мысль были тем, что сдерживало её все эти дни. Она будет свободна. Она будет самой собой. Она будет одинока?..

Осталось только два месяца! Точнее, лишь пятьдесят два дня… И почему теперь, когда она так близка к исполнению своей мечты, в её жизнь вторгается некто! Словно цунами! Он заставляет так же, до головокружения с таким же восторгом думать о нём.

Как она могла так поддаться этим чувствам, будто была околдована. Была ли тем кораблём, что шёл на рифы?

— Порой мне кажется, что ты угадываешь каждое желание и так чувствуешь моё настроение, — Лиза подошла к окну, открыла его и оперлась ладонями о деревянный подоконник, — это так удивительно… Это ведь потому, что испытываешь те же чувства? Ты ведь честен со мной, Рикардо Конте?..

Ведьма устроилась на подоконнике и, согнув ноги в коленях, обняла их, принимаясь наблюдать за тем, как зажигались на небе первые звёзды. Завтра она увидится с Рикардо. Лиза спрятала улыбку, опуская голову на колени.

Глава 28

Заснула она далеко за полночь, а когда подхватилась на постели, то едва сообразила, где находилась. Лиза огляделась в комнате, понимая, что в безопасности в доме Серафимы. Присутствия самой бабушки она не ощущала, значит, ведьма уже успела куда-то уйти. Но куда?

Лиза поднялась с постели, и едва отыскивая пропавшие тапки, решила спуститься вниз, проверить, не оставила ли Серафима записку для неё. Записка не нашлась, зато отыскался Тинка, полирующий деревянный стол с неизменным усердием. Появление хозяйской внучки было полностью проигнорировано, что ничем не удивило Лизу.

— Где хозяйку потерял, зараза? — спросила ведьма бесёнка.

Но тот только принялся нервно постукивать кисточкой длинного хвоста по полу, всем своим видом показывая раздражение. Как же! От работы важной его отвлекали! Лиза отмахнулась от наглеца и заглянула в холодильник. Выбирая чем позавтракать, она на минуту задумалась о предстоящей встрече с Рикардо. Губы девушки снова тронула улыбка. Лиза закрыла дверцу холодильника, размышляя о том, что придётся вернуться в дом родителей, поскольку явиться на встречу к Конте в вещах, оставленных у Серафимы, она никак не могла.

Нет, джинсы и кофты с майками никуда не годились. Все приличные платья ютились в гардеробной в её комнате.

— Только бы матери дома не было, — проворчала ведьма, орудуя ножом и пытаясь сделать себе бутерброд, — иначе замучает вопросами.

Сегодня она особенно не желала ни с кем говорить и уж тем более о предстоящем свидании. Это ведь свидание?

— Свидание же? — задумчиво вздохнула Лиза, тут же слыша, как за спиной вздохнул Тинка, следом что-то бормоча.

Девушка глянула на часы, подсчитывая, сколько у неё осталось времени. Сейчас почти девять. Если возвращаться домой, а потом снова к Серафиме, то потратится почти два часа. А ещё нужно будет решить, что надеть…

— Нужно вызвать такси, — решила Лиза, оставляя откусанный бутерброд.

Ведьма торопливо вернулась к себе в комнату. Отыскивая одну из старых тетрадей со своими записями, она вырвала листок, чтобы оставить для Серафимы сообщение. Писать смс было делом почти бесполезным, поскольку бабуля часто забывала телефон или отключала его, встречаясь с важными людьми. Вдруг вернётся раньше её? Будет знать, что с нею всё в порядке и ничего не натворила. Пока…

Лиза услышала, как подъехала к дому машина. Девушка быстро застегнула мягкую светлую кофту, которую выбрала к любимым джинсам, обулась в прихожей и вышла к ожидавшему такси. Погода выдалась отличной, чем порадовала, окутывая неожиданным теплом и солнечным светом. Ведьма привычно расположилась на заднем сиденье в машине, диктуя нужный адрес водителю.

Пока ехала до родительского дома, снова размышляла, пытаясь разобраться в своих чувствах. Наверное, стоит ими поделиться с Серафимой и спросить совета. Решая так и поступить вечером, Лиза вышла перед крыльцом своего дома, отпуская такси. Она нерешительно вошла в нижний зал, опасаясь «атаки» родственников. Но к счастью было тихо и пусто.

Видимо и Ольга, и отец опять пропадали на работе, считая, что их дочь отсиживалась у бабушки. Лиза поднялась к себе, не желая зря тратить время, и открыла гардеробную, намереваясь выбрать что-нибудь подходящее.

Она должна произвести впечатление! Конте должен быть впечатлён, как минимум… Но почему сегодня все вещи казались унылыми и сидели на ней отвратительно?! Лиза поняла, что воздух вокруг уже искрился от её настроения, когда в очередной раз отбросила платье с вешалкой на постель позади себя. Всё не то. Всё не так… Чем больше старалась, тем больше разочаровывалась.

— Спокойно, Нери. Ты сошла с ума? — сама себе возмутилась Лиза, прислоняясь горячим лбом к прохладной поверхности зеркала, — ты спокойна и безмятежна… как море в штиль… и никакая диснеевская русалочка это спокойствие не нарушит…

Она открыла глаза и глубоко вздохнула. Затем перекинула длинные волосы на одно плечо и повернулась, чтоб идти к кровати за очередным нарядом. Стоило ведьме сделать пару шагов, как спальню наполнил звон разлетающегося на куски зеркала. Сверкающие осколки зависли в воздухе, совсем рядом с девушкой, которая в ужасе замерла, стоя под этим опасным «дождём». Лиза дрожащей рукой укрепила невидимый щит, не позволяя стеклу поранить её. Затем едва слышно прошептала заклинание, вынуждая осколки опуститься на пол.

— Потрясающе… — пробормотала она, переступая босыми ногами через острые куски уничтоженного зеркала, — ты только на это и способна, Нери.

* * *

Рикардо прошёлся по мансарде, застёгивая на ходу манжет рубашки.

— Ты уверен в своём решении, брат? — раздался по громкой связи голос Федерико, — я, несомненно, рад за тебя, и даже готов сбежать из Мадрида, чтобы быть свидетелем этому, но всё же…

Молодой человек остановился и посмотрел на включенный телефон, лежащий на журнальном столике. Встревоженный голос младшего брата снова полился по комнате.

— Я хочу это сделать, — Рикардо шумно вздохнул, упирая руки в бока и глядя на мобильник, будто брат сейчас мог его видеть, — сегодня хочу поговорить с Элизабет и открыться ей. Я благодарен Серафиме за то, что поняла моё молчание и дала шанс сделать это самому.

— Я бы никогда этого не сделал, — пробормотал Федерико, — мне бы духу не хватило…

— Я не намного храбрее тебя, брат, — Рикардо устало провёл ладонью по лицу, — но если хочу продолжать строить отношения с этой девушкой, а я намерен делать это, то подобных тайн не должно быть между нами.

— Кафе жалко… — продолжил несчастно бормотать младший брат.

— Я не собираюсь делать это в кафе! — возмутился Рикардо, хмуро глядя на телефон, — и на всякий случай…

— Да?

— Завещание в отцовском доме, и…

— Давай я сделаю вид, что не слышал этого, ладно? — предложил Федерико.

— Феде…

— Ты — лучший, брат, — подбодрил его юноша, — если сеньорита Нери не сможет разглядеть это и ей не хватит мудрости принять тебя таким, как есть, то…

— То? — скептически спросил Рикардо, нервно продолжая застёгивать рубашку.

— То она совершит большую ошибку. Ведь как никто должна понимать причины того, почему есть нужда скрывать свою суть. Она живёт с этим всю жизнь. Она поймёт.

— Ты меня успокоил… — вздохнул старший Конте.

— Но перед этим запустит в тебя стулом.

— Феде!

— Я бы запустил…

— Мне пора. Созвонимся позже, — проговорил Рикардо, глядя на свои часы, — пожелай удачи.

— Я делаю это постоянно, — тепло уверил Федерико, и экран телефона на столе погас.

Молодой человек поднял мобильник, на мгновение будто задумываясь. Затем спрятал его в карман светлых брюк и, прихватывая связку ключей, спустился на первый этаж квартиры. Сейчас предстояло заехать за Элизабет в дом к её бабушке. К чему приведёт сегодняшний разговор, он мог только гадать. Продолжая хмуриться, Рикардо вышел из подъезда и сел за руль своей машины.

Дорога заняла у него гораздо больше времени, чем планировал, либо всё это были расшалившиеся нервы, точно они. Конте не обращал внимания ни на золотые рощи вдоль дороги ни на солнечный погожий день. Ещё немного и он, словно бог громовержец соберёт на небе тучи, портя смертным выходные.

Феде прав, Элизабет выслушает его, даже если будет зла, она поймёт.

— Или нет? — пробормотал Рикардо, останавливая машину перед нужным домом.

Он потянулся за телефоном и набрал номер девушки, только теперь понимая, что не удосужился позвонить раньше и уточнить, не изменились ли планы. Лиза ответила не сразу, и он уже подумал, что никого нет в доме. Когда же знакомый голос раздался у уха, то улыбнулся.

— Надеюсь, ты не передумала? — спросил Рикардо, — жду тебя в машине.

Лиза попросила подождать пару минут и быстро отключила телефон, дрожащей рукой закидывая его в маленькую сумочку. Не нужно говорить, чего ей стоила эта пауза и борьба с желанием ответить Конте немедленно. Не хватало ещё, чтобы понял, как она хотела его увидеть. Она должна быть спокойна и уверена в себе.

— Но это свидание, чёрт возьми! — она посмотрела на жевавшего Тинка, — ты ведь понимаешь?

Бесёнок скептически хрустнул яблоком, потешно шевеля при этом своим вздёрнутым носом.

— Ничего ты не понимаешь, — вздохнула Лиза, — это первое. Первое в жизни. И поцелуй — он тоже первый был именно с ним. Это же удивительно, верно?

Тинка почесал когтистой лапой свой круглый волосатый живот и икнул.

— Я пошла! — нахмурилась ведьма, — записку оставила, так что бабуля будет знать, где меня искать.

Лиза расправила невидимые складки на кофейного цвета платье, которое выбрала для сегодняшней встречи. Тонкий трикотаж мягко облегал её фигуру. Волосы хотела оставить распущенными, но потом всё же подколола любимой заколкой. Наверняка не произведёт никакого впечатления на Конте, но приложила столько усилий, чтобы каждая своенравная прядь лежала идеально, как и платье.

— Пора… — тихо прошептала ведьма и, прихватывая сумочку, вышла из дома на крыльцо.

Рикардо стоял у машины, привычно прислонясь к ней спиной, и сложил руки на груди. Светло-серый костюм и белоснежная рубашка оттеняли смуглую кожу, а внешней расслабленности молодого человека стоило позавидовать. Вот уж кто чувствует себя как рыба в воде в любой ситуации…

Зря она подумала о рыбе и воде. Это Лиза поняла сразу, как только представила себе Конте с русалочьим хвостом, плескавшимся в средиземном море. Подходя к нему ближе, ведьма уже закусывала губу, чтобы не давать воли расшалившемуся воображению. Рикардо только тихо вздохнул. Что ж, от Дракулы до Ариэль — один шаг…

Захотелось встряхнуть негодяйку и заявить, что никакого хвоста у него нет! Но сдержался. Сегодня Элизабет была особенно хороша, даже придумывая всякую чепуху.

— Ты ничего не хочешь… — начала было говорить девушка.

— Хочу, — перебил её Рикардо, собственнически касаясь губ ведьмы поцелуем, — рад, что ты спросила.

— Я имела в виду совсем другое! — возмутилась Лиза, не ожидая подобной атаки.

Потом решила, что такое объяснение ей больше понравилось и сама в ответ поцеловала Рикардо. Его тёплые ладони опустились на плечи девушки, и он позволил ей эту дерзость, стоя в искрящемся золотом вихре её магии. Благо никто из смертных не мог наблюдать эту картину. Когда понял, что слишком крепко прижимает её к себе, да ещё посреди улицы, то пришлось прерваться. Рикардо мягко провёл кончиками пальцев по щеке Лизы, собираясь предложить всё же сесть в машину, от греха подальше.

— У тебя и правда нет хвоста? — глядя на него большими глазами, спросила ведьма.

Губы Рикардо тронула опасная улыбка. Он склонился к уху своей спутницы и, согревая своим дыханием, тихо проговорил:

— Чтобы развеять все сомнения, я отвезу тебя к себе, где сможешь лично убедиться в том, что у меня есть, а чего нет, Элизабет. Буду полностью в твоём распоряжении…

— Это… это лишнее! — она вспыхнула, отстранилась от него и, обойдя вокруг, села на пассажирское сиденье в машину.

Конте усмехнулся и присоединился к Лизе, захлопывая дверцу. Машина плавно двинулась с места, направляясь к выбранному Конте кафе.

Глава 29

Серафима кинула встревоженный взгляд на Юстиану, которая решила пройтись по открытой террасе своего дома. Она была приглашена в дом старшей сестры ещё утром и не стала тревожить зря внучку, сообщая об этом предстоящем визите. Они проговорили с Юстианой уже несколько часов и этот разговор только всё больше и больше вызывал у гостьи чувство тревоги за внучку.

Серафима подошла к хозяйке дома и остановилась рядом, опуская обе ладони на нагретый солнцем бордюр. Особняк Юстианы находился на приличном отдалении от города, она не терпела суеты и всего людского шума. Естественная природа здесь была сохранена, и двухэтажный дом терялся в золоте пышного сада.

Гладкие чёрные пряди волос Серафимы подхватывал тёплый ветер, они так резко контрастировали с почти белыми, уложенными в высокую причёску волосами старшей ведьмы. Юстиана неизменно выбирала свои чёрно-серебристые одежды, которые, впрочем, шли ей. Сейчас длинное чёрное платье мягким шлейфом стелилось у её ног, тогда как Серафима предпочла бледно-голубое, простого кроя, не смея соперничать со старшей. Но сейчас одежда была самым меньшим, что волновало гостью.

— Я прошу тебя позволить моей внучке самой решить, какой выбор сделать, — её голос дрогнул, хоть и пыталась скрыть это.

Юстиана неподвижной статуей смотрела на колыхавшиеся ветви деревьев и на то, как они обречённо роняли свою золотисто-красную листву. Словно округа была охвачена священным огнём. Она не любила осень. Слишком много ненужных воспоминаний будила та пора, и до сих пор кружила голову, хоть и проносились века, никак не стирая их в памяти.

— Я не хочу, чтобы Елизавета повторила твою судьбу, Серафима, — ровным голосом проговорила Юстиана, — Пальмистрия не желала бы этого.

— Что ты знаешь о желаниях моей матери? — жарко проговорила Серафима, глядя на старшую сестру.

— Это её слова, — спокойно ответила Юстиана, — мы были близки, ты знаешь об этом. Пальмистрия была мне сестрой. И она просила уберечь и тебя, и свой род от подобного.

— Это не так! — отшатнулась от неё Серафима.

— Ты веками шла к людям и была с ними бесконечно добра и терпелива, Серафима. Это хоть раз было оправдано? Мы никогда не будем единым целым с ними. Мы должны держаться друг друга!

— Мать говорила об этом несколько веков назад! — возмутилась гостья.

— Века сменяют друг друга, но ничего не меняется в людских умах! — глаза Юстианы почернели от негодования, — никогда не утихнет охота и никогда Человек не остановится, зная, что перед ним Ведьма. И ты знаешь это, не так ли, дорогая Серафима? Иначе давно открылась бы своей смертной семье…

— Елизавета сама должна решить, какой выбор сделать. Только сама.

— Сейчас ты считаешь меня жестокой, поскольку в любви своей не видишь возможных последствий, — твёрдо продолжила Юстиана, — твоя внучка живёт чувствами, эмоциями. Они льются через край. Уже сейчас ей сложно сдерживать свою силу, а ведь ещё даже не переродилась. Целительная линейка практически не слушается Елизавету, но ей подвластна боевая Катальма. В её руках мощное оружие, Серафима. И ровно настолько же, насколько сейчас охвачена любовными переживаниями, она будет переполнена разочарованием и ненавистью к тому, кто рано или поздно предаст, покинет, уйдёт.

Юстиана нахмурилась, и лицо её сделалось бледнее, чем обычно, словно солнце никогда не касалось его своей благодатью.

— Грань так хрупка! Ослеплённая, Елизавета легко способна не сдержаться. Слишком большая возможность очернить душу и стать проклятой сёстрами, как и те, кого мы преследует и поныне. И ты знаешь, что я права. Сколько из нас поддались этому соблазну? Сколько из нас преступили черту? И почти за каждой из сестёр стояла одна и та же причина — если не жажда власти, то любовь к мужчине. А остановлю это до того, как ситуация выйдет из-под контроля. Я покажу Елизавете истинное лицо и намерения Рикардо Конте. Я открою ей глаза, как и тебе, Серафима. Достаточно будет времени до совершеннолетия твой внучки.

— Я не позволю вредить ей! — чёрный туман окутал гостью, выдавая бушевавшие в груди чувства, она даже забылась, что стояла перед старшей.

Юстиана не стала наказывать гостью за подобную дерзость, лишь проговорила:

— Я даю тебе обещание, Серафима, что ни обманом, ни чарами не повлияю на выбор твоей внучки. Но это не касается Конте. Моё слово ты услышала. Сейчас я желаю говорить с Елизаветой. Пригласи её.

* * *

В уютном кафе, о существовании которого Лиза до сегодняшнего дня и не подозревала, было мало народу, что безмерно её радовало. И как Конте удалось найти его? Ведь всего лишь гость в их городе. Кто-то посоветовал? Да какая собственно разница…

Они уже полчаса удивительно мирно болтали, и она доедала свой десерт, слушая Рикардо.

— "Palma soleado" прекрасна в июне, когда во всю цветёт сад, — молодой человек отпил кофе, глядя на свою собеседницу, — обязательно погости в это время. А море невыразимо прозрачно, особенно перед рассветом.

— Ты любишь это море? — спросила Лиза, отправляя в рот кусочек шоколадного торта.

— Да, — просто ответил Рикардо.

— Почему не отказал отцу, когда тот велел уехать так далеко? Это грустно, — она поджала губы под его внимательным взглядом.

— Потому что он мой отец. И это моя ответственность перед ним. Он так же моё «море», Элизабет. И я хочу, чтобы оно было спокойным и безмятежным, — улыбнулся Рикардо.

— Тебе проще, — хмыкнула Лиза, — никто не заставляет связывать свою жизнь с неизвестным мужчиной.

— Это было бы несколько затруднительно, — усмехнулся он.

— Ты понял, о чём я говорю. Договорной брак — это худший из грехов смертных! — заявила юная ведьма, — и как такие браки вообще в церкви заключаются? По идее, они с такими намерениями и на крыльцо не должны подниматься… какая несправедливость.

— Элизабет, — Рикардо отвлёк её от гневной тирады в адрес жестоких смертных, — сегодняшняя встреча, это не просто совместный обед двух «напарников». Хочу, чтоб ты об этом знала. И ещё.

Девушка замерла при его словах и Конте немного подался вперёд, завладев ладонью своей спутницы. Он не читал её, довольно, сейчас казалось, что все звуки пропали в его мире и стал глух. Поэтому вглядывался в меняющееся выражение её лица.

— Ещё? — взволнованно спросила Лиза.

— Признаю, что «договор» придуман мною лишь как причина для того, чтоб иметь возможность быть рядом. Это повод, Элизабет, — он смотрел в глаза ведьмы, видя, как они меняют свой цвет, становясь то совсем яркими, то цвета штормового моря.

— Зачем? Зачем тебе нужен был этот повод? Зачем решил подыграть мне? — тихо спросила Лиза, так боясь в эту минуту услышать совсем не то, что надеялась.

— Это был отличный повод находиться рядом с девушкой, которая понравилась. Ты нравишься мне, Элизабет. Гораздо больше, чем нравишься.

Её ладонь дрогнула в плену его руки, но Рикардо чуть сильнее сжал пальцы, не отпуская.

— Меня не устраивает два месяца. Я знаю, что всё началось почти нелепо, возможно так и продолжалось до сегодняшнего дня, но я намерен изменить это, как и твоё мнение обо мне. Я хочу быть искренен с тобой.

— Меня… меня тоже не устраивает два месяца… — еле слышно отозвалась Лиза, пытаясь унять внезапное головокружение.

Она была словно пьяна, хоть и не выпила и капли. Эти слова, он действительно произнёс их?

— Это… это будет настоящей проблемой, но ты тоже… тоже больше, чем нравишься…

Рикардо на мгновение облегчённо выдохнул и даже улыбнулся, затем вновь стал серьёзным, глядя на девушку.

— Мне нужно ещё кое в чём признаться, Элизабет.

— У тебя всё-таки есть хвост? — нервно улыбнулась Лиза.

— Нет, — он бы предпочёл иметь его, взамен того, что даровала ему полукровность, — давай немного проедемся. Кафе не место для подобных разговоров. Сегодня отличная погода, воспользуемся этим.

— Хорошо, — согласилась Лиза, но прервалась, едва в сумочке зазвонил телефон.

Извиняясь, она достала его и глянула на экран.

— Это бабушка. Извини, я отвечу, возможно, это важный звонок, — ведьма приняла вызов и приложила мобильник к уху, слушая голос Серафимы.

По мере того, как бабушка говорила, Лиза становилась хмурее и только пару раз ответила согласием на слова, произнесённые невидимой собеседницей.

— Я возьму такси, — Лиза отключила телефон и подняла взгляд на Рикардо.

Перед ним немедленно возник в сознании образ некой беловолосой величавой незнакомки, в тёмных одеждах. Юстиана — так звала её в своих воспоминаниях девушка. Старшая ведьма. Она желала видеть его спутницу, и это волновало Элизабет к его неудовольствию. Что было нужно этой старой ведьме?

— Что-то случилось? — осторожно поинтересовался Рикардо, когда Лиза поднялась из-за стола.

— Мне очень жаль, но придётся отложить разговор, — глухо проговорила девушка, поглядывая в окно, — нужно встретиться с бабушкой. Решить кое-что. Я позвоню, как только освобожусь, обещаю.

Лиза тепло коснулась его руки, словно закрепляя обещание. Но поняла, что это мало убедило Конте. Почему такой мрачный? Это ей предстояло отчитываться перед старшей сестрой, и получать по первое число за своеволие. А теперь что за выражение лица? Почему смотрел так, будто не надеялся больше увидеть? Что за дела?!

— Я могу подвезти тебя? — мягко улыбнулся Рикардо, развеивая её тревогу, — пока дождёшься такси, потеряешь лишнее время.

— Спасибо, но в этот раз должна отказаться. Так будет лучше, поверь, — заверила его Лиза и потянулась к телефону, чтобы вызвать такси.

Едва закончила говорить с диспетчером, они с Конте вышли на улицу, ожидая у крыльца машину.

— Ты уверена, что всё в порядке? — внимательный взгляд Рикардо, казалось, видел её насквозь.

— Да. Не волнуйся, — поспешила ответить Лиза, — мне тоже нужно будет поговорить с тобой об одном моменте. Я буду ждать встречи, Рикардо. Всё будет хорошо…

Маленькая лгунья… Он, даже не читая мысли, мог видеть по её непривычно бледному лицу, какое волнение пыталась скрыть ведьма. Что нужно было от неё этой Юстиане? Он рискнул коснуться сознания девушки, видя теперь кованые ворота, которые открывались, ведя к высокому большому дому, сложенному из серого камня. Тишина там была оглушающей, словно невидимая стена укрывала это место от всего внешнего вмешательства. Конечно же, наверняка защита, установленная сильной ведьмой. Значит, там обитает «старшая сестра», как называла её в мыслях Лиза. Туда она собиралась.

— Ещё раз спрошу, ты уверена, что я не должен сопроводить тебя? — спросил он.

— Там меня ждёт бабушка. Её подруга пригласила в гости. Я бывала в этом доме с детства, так что всё в порядке, — Лиза даже улыбнулась, — конечно, отчитают, как и полагается, но всё будет хорошо.

Такси подъехало, и водитель ожидал, пока девушка сядет в салон. Лиза последний раз тепло коснулась губами щеки Рикардо, и попрощалась с ним, устраиваясь на заднем сиденье машины. Он проводил их взглядом, пока не скрылись за поворотом, затем ещё некоторое время постоял так, размышляя. Чувство того, что эта встреча была каким-то образом связана с ним, не отпускало. Или он становился параноиком? Конте нахмурился, пряча руки в карманы брюк.

Неужели до сих пор, как в чёртовом средневековье, решают «советом», с кем и когда вступать в связь?!

Глава 30

Такси пришлось остановить перед воротами и, расплатившись с вежливым мужчиной, пешком идти по широкой дороге к особняку. Высокие ворота сами закрылись за спиной гостьи, как и всегда вызывая волнение, сколько себя Лиза помнила. Никакой видимой охраны, как в родительском доме не было. Никто из смертных не явился бы сюда добровольно, печать Верховной пропустила внучку Серафимы, но не позволила бы войти таксисту или случайному путнику. Отвела бы прочь с дороги, в лучшем случае.

Тихий сад, мимо которого девушка шла, был полон таинственности и казался живым. Как и ветви деревьев, укрытые золотисто-красной листвой, которые склонялись перед гостьей, словно в почтении. Лиза слышала шёпот, то ли от порыва ветра, игравшего в верхушках деревьев, то ли были это голоса неведомых призрачных существ, обитавших здесь. Воображение разыгралось и будто касался кто-то невидимый её лица, волос и рук.

Ведьма вздрогнула, останавливаясь перед крыльцом дома. Затем велела себе быть смелой. Она поднялась по ступеням и замерла, глядя на то, как двустворчатые двери сами открылись, впуская её в обитель Юстианы.

Молчаливая помощница старшей ведьмы встретила гостью вежливым поклоном. Жестом руки она предложила следовать за нею по нижнему залу к широкой лестнице, ведущей на второй этаж. Лиза ощущала в доме присутствие Серафимы и самой хозяйки. Других ведьм не было. Древние картины на стенах в коридоре, как и давно в детстве создавали ощущение того, что изображённые на них люди наблюдали за нею, чувствуя малейшие признаки волнения и даже страха.

Женщина подвела гостью к нужной двери, услужливо толкнула обе створки, открывая их, и пригласила входить.

— Вас ожидают, — наконец произнесла она и удалилась, оставляя Лизу в одиночестве на пороге.

Знакомый зал, знакомая терраса, открытая даже в это время года. Силуэты обеих женщин Нери видела за тонкими шторами. Серафима и Юстиана говорили на свежем воздухе. Затем Верховная неспешно вернулась в дом и остановилась посреди просторного зала, внимательно глядя на гостью.

— Приветствую вас, госпожа, — Лиза почтительно склонила светлую голову, успевая заметить, как вошла в дом и бабушка, останавливаясь рядом с Юстианой.

— Пожалуй стоит гасить свет, — задумчиво проговорила Верховная, — ты сияешь сверхновой, Елизавета.

Не зная, комплиментом были эти слова или начинать волноваться, Нери ожидала дозволения старшей ведьмы смотреть на неё. Когда же Юстиана повелела подойти, Лиза поджала губы, замечая напряжённый взгляд бабушки. Серафима была крайне взволнованна, хоть и скрывала это. О чём именно они говорили до её прихода?

— Лиза, я прошу тебя… — заговорила бабушка, но была остановлена изящно поднятой рукой хозяйки дома.

— Оставь нас, дорогая Серафима. Мы давно не говорили с Елизаветой. Хочу послушать её, — повелела Юстиана.

— Я всё же прошу помнить мои слова и просьбу, — упрямо договорила Серафима, рискуя вызвать гнев Верховной.

— Как и я, — только и ответила ведьма.

Гостье пришлось подчиниться, лишь едва касаясь ладони внучки, когда выходила из зала. Этого жеста было достаточно для Лизы, чтобы ощутить всё тепло и поддержку бабушки, которая мысленно, конечно же, была рядом, как и всегда.

Юстиана прошла к своему любимому креслу и опустилась в него, устраивая руки на деревянных резных подлокотниках. Лиза осталась стоять перед нею, ожидая дальнейших повелений. Сидеть в присутствии Верховной не посмела бы ни одна из сестёр.

— Мы не виделись уже полгода, Елизавета, — заговорила Юстиана, глядя тёмным взглядом на молчаливую гостью, — но каждый раз являясь сюда, ты была полна решимости и той твёрдости, что так нравилась мне. Сейчас я чувствую нечто иное. Оно буквально витает в воздухе…

За открытыми настежь дверьми террасы порывисто зашумели деревья, роняя свою яркую листву, и ветер подхватывал её, кружа и поднимая высоко в небо.

— Я чую присутствие некой силы, — продолжила говорить Юстиана, — расскажи мне о ней и о том, что тревожит тебя, дитя.

Голос Верховной был спокоен и гладок, но этим ещё больше настораживал гостью. Понимая теперь, что старшая сестра прекрасно была осведомлена об её отношениях с Рикардо, Лиза выпрямилась, будучи готова отвечать. Она не собиралась скрывать что-либо. Да и было ли это возможно?

— Вы правы, — заговорила Лиза, и для того, чтоб чувствовать себя увереннее, сжала руки в кулаки, — ещё буквально пару недель назад у меня не было ни малейших сомнений в том, чего я хочу. Точнее, я считала, что ту свободу, о которой мечтала с детства, я могу ощутить, только идя за вами, госпожа.

Лиза умолкла, собираясь с мыслями. Накажет Верховная? Главное, чтоб не пострадала Серафима… и… не посмеет же она что-то сделать Конте? Глаза юной ведьмы стали шире, выдавая испуг и, Юстиана не сдержалась, рассмеявшись в своём кресле.

— Елизавета! Ты так легко читаема. Этому полукровке и напрягаться не пришлось, тут и без магии всё очевидно, — Верховная легко ударила ладонями по резным подлокотникам и поднялась, теперь прохаживаясь по залу.

— О чём вы говорите? — нахмурилась Лиза, униженная заявлением старшей сестры.

— Она не сказала тебе, — подвела непонятный итог Юстиана, теперь глядя на гостью, — как очаровательно. Вот она, первая грань великой человеческой любви. Имя ей — «ложь во благо». Что ты думаешь об этом, Елизавета?

К чему вела этот странный разговор Верховная? Лиза тихо вздохнула, намереваясь отвечать.

— Имеет ли она оправдание?

— Иногда она необходима… — глухо проговорила девушка, — моя ложь родителям — оправдана.

— Чего же ты страшишься, используя это «оправдание»? — уголок губ старшей ведьмы дрогнул в сдерживаемой усмешке, — не того ли, что сотворят твои отец и мать, откройся им правда?

— Я страшусь того… что сотворите вы в этом случае… — последние слова Лиза произнесла едва слышным шёпотом, понимая, что посмела кинуть обвинение самой Верховной.

Но та снова рассмеялась, будто забавляясь растерянностью гостьи.

— Браво! Ты похожа на Пальмистрию гораздо больше, чем я себе представляла. Мне это нравится. Но ответь мне, Елизавета, посчитают ли они оправданием твою ложь?

— Нет, — ответила Лиза.

— Чем же твоя ложь станет для смертной семьи? — продолжила пытать расспросами Юстиана.

— Предательством… — мрачно проговорила Лиза, чувствуя, что кулаки уже покалывало от неожиданного прилива силы.

Вот только не хватало выйти из себя и разнести дом Верховной. Пожалуйста, только не сейчас… Девушка кинула тревожный взгляд на стеклянную стену, которая отгораживала террасу от зала, уже буквально слыша звон бьющегося стекла. Нет, спокойно, главное — спокойно…

— Прекрасный ответ, — едва кивнула светлой головой хозяйка дома, продолжая прохаживаться по залу, — что же следует за предательством?

— Необходимость получить прощение…

— Верно, моя дорогая! — щёлкнула ухоженными пальцами ведьма, — и тут во всей красе проявляется ещё одна грань любви — «жертва во Имя». Ради получения прощения, появляется необходимость в жертве. На её алтарь бросается многое: свобода, мечты, надежды, свои собственные чувства, порой, и весьма часто — и сама жизнь. Причём не всегда своя.

— Я не понимаю, зачем вы…

— То, что смертные зовут любовью, лишь банальное желание обладать кем-либо. А ввиду отсутствия и капли магии, люди прибегают к своим уловкам. Словно кристалл, они вращают в своих руках свою или чью-то жизнь, наслаждаясь или будучи ослеплённым одной из его граней, — Юстиана остановилась рядом с гостьей, глядя в её глаза, — но чем больше магии в руках держащего, тем острее грани этого кристалла, Елизавета.

— Вы…

— Ты считаешь, что Рикардо Конте тот, кто дарует тебе ощущение свободы? Желаешь идти за ним? Колеблешься в своём выборе?

— Верно, — твёрдо ответила Лиза, выдерживая потемневший взгляд Верховной, хоть и не хватало воздуха, словно невидимая рука сжималась на её шее, — вы правы. Я колеблюсь. И я ощущаю себя свободной рядом с этим человеком. Он…

— Человеком? — одна тонкая бровь Юстианы, пренебрежительно изогнулась при этих словах, — он полукровка. Тот, кто вообще не должен был появиться на свет.

— Не смейте так говорить о нём! — не сдержалась Лиза, окутываясь чёрным туманом, чувствуя, что сила захлёстывала её.

Проклятье!

— Сирена — губительница! Создание, топившее корабли ради забавы. Игра — вот вся их суть. Каждое движение, каждый взгляд — всё создано лишь для погибели человеческой.

— Это не так! — возмутилась Лиза.

— Одного голоса сирены достаточно, чтобы попасть под чары, — твёрдо продолжила Юстиана, — но чтобы «песня» звучала убедительнее, боги, видимо забавляясь, наделили это существо ещё одним даром.

— Каким? — глухо спросила Лиза.

— Читать каждую мысль своей наивной жертвы, дорогая моя Елизавета, — холодная улыбка сверкнула на губах Верховной, — наверно он казался таким чутким, буквально угадывал каждое твоё желание? Верно? И сердечко так сладко замирало каждый раз. Все сокровенные тайны, святая святых каждого живущего — для сирены лишь забава. Игра. Поддайся ей и будешь утянута в омут, из которого возврата нет, Елизавета! Теперь что думаешь о лжи во благо?! Чего стоит она, когда оказываешься по другую сторону?

Она не ответила. Дыхание сбилось, а воздух заискрился, вызывая боль в пальцах от прилива силы. Отказываясь верить услышанному, Лиза со всех сил стискивала кулаки, пытаясь остановить метавшиеся мысли. Нет, Верховная была зла на неё, вот и сказала подобное. И Серафима — разве могла солгать. Побоялась открыть ей правду?! И Рикардо… он не мог. Нет. Не мог читать её! От одного сознания того, что всё творящееся в её голове в последние дни, боже, в присутствии его, мог легко узнать, хотелось провалиться сквозь землю от смущения и негодования. В следующий момент она была буквально оглушена диким звоном бьющегося стекла.

Передняя стена дома разлетелась на сверкающие осколки, грозя изранить обеих женщин, но так и застыла над их головами ледяным смертельным дождём, благодаря щиту Верховной. Стихия, вызванная гостьей, продолжала бушевать, разнося зал, срывая шторы и ломая бесценную мебель. Когда Юстиана решила, что с её дома довольно, то коснулась кончиками среднего и указательного пальца лба девушки, быстро чертая свои знаки. Позволяя гостье усмирить силу, Верховная переступила через сломанную ножку своего любимого кресла.

— Не позволяй играть собой, Елизавета. Если действительно хочешь обрести свободу.

Юстиана небрежно повела рукой, восстанавливая зал в первоначальном виде. Лиза перевела дух и дрожащей рукой поправила переехавший рукав платья. Она не могла видеть того, какой беспорядок сейчас творился на её голове, и во что превратились спутанные после погрома волосы, потерявшие заколки. Зато тактично отвела взгляд от колтунов на голове Верховной. Величественная походка хозяйки дома никак не вязалась с этой «причёской».

— Спасибо за этот урок! — Лиза от всей души склонила голову перед старшей.

— Я рада, что ты меня услышала, дитя, — благосклонно проговорила Юстиана.

— И за то, что приняли удар на себя! — снова поклонилась гостья.

— Да-да, — коротко ответила Верховная, недоверчиво глядя на юную ведьму.

— Я благодарна вам за то, что решили сами рассказать мне всё, госпожа. Прошу прощения за то, что доставляю столько проблем, — глухо проговорила Лиза.

— Ты ведь внимательно слушала всё мною сказанное? — сухо поинтересовалась Юстиана.

— Да, — коротко ответила она, — позволено ли мне идти?

— Ступай! — велела Верховная, — и прими верное решение!

— Я приму его, — уже сама себе ответила Лиза, выходя из зала.

Так вот в чём Рикардо хотел сегодня признаться … Нет, не сметь думать о том, что мог прочитать у неё в голове за то время, что находилась рядом. Нет! То, что была так сердита, помогло не сгореть от стыда. Серафима ожидала её на крыльце дома, находясь в крайнем волнении. Но, понимая теперешнее состояние внучки, только указала кивком головы в сторону своей оставленной машины.

Обе прекрасно понимали, что надеяться вести разговор на территории владений Верховной было бы откровенно глупо и не сулило ничего хорошего. Подавляя очередной приступ праведного негодования, Лиза вынуждена была принять предложение бабушки и села в машину, рядом с водительским местом. Она отвернулась к окну, ожидая, пока Серафима присоединится к ней и выведет машину за ворота.

— Прости меня, Лиз, — наконец тихо произнесла ведьма, следя за дорогой, — я подвела тебя.

— Нет. Ты просто приняла решение, которое считала верным, — глядя на темневшую за окном полосу леса, отозвалась Лиза, — как и Рикардо. Как и я принимаю, уверенная в том, что права. Как и Юстиана. У всех своя правда. Но сейчас я слишком сердита, чтобы разговаривать. Мне нужно время чтобы что-то решить и… подумать…

Глава 31

За окном уже стемнело, и небо сверкало крошкой мелких звёзд. Но Лиза всё продолжала сидеть на подоконнике, на своём любимом «чердаке» в доме Серафимы. Бабушка мудро дала ей возможность побыть наедине со своими мыслями, только запах яблочного пирога заполонил весь дом, говоря о том, что хозяйка дома готовила свои фирменные «извинения».

Телефон, который бросила на кровать, едва поднялась сюда, уже в который раз звонил. Лиза не смогла пересилить себя и подойти к нему, только смотрела на то, как вспыхивал, а затем гас экран. Вот и сейчас, глядя на знакомый профиль Конте, которого «тайно!», да, тайно, чёрт возьми, сфотографировала, ведьма со стоном зажмурилась и тряхнула головой. Она обняла согнутые в коленях ноги и опустила на них голову, пряча лицо.

Как же ей отвлечься от этих мыслей? Наложить на Рикардо чары забвения?

— Немедленно забудь всё, что знаешь, чёрт!.. — прорычала она, бессильно сотрясая кулаками.

Значит, он знал о её «коварном плане». И о том, как фантазировала о поцелуе… и о том, как давила бретелька бюстгальтера… и о…

— Боже… — снова застонала ведьма, взывая к покровителю всех смертных, — Боженька, сделай так, чтоб этот гад всё забыл… Да как же теперь в глаза ему смотреть?! И что вообще теперь делать?! Проклятье!!!

Она несколько раз несчастно стукнулась головой о деревянную оконную раму, затем тяжело вздыхая. Одна часть её требовала придушить негодяя, представляя, как веселился всё это время. Но при этом могла понять причины, по которым не рассказал о своём даре раньше. Скрипя зубами, должна была признать, что поступила бы точно так же. И веселилась бы не меньше Дракулы! Проклятье, веселилась бы куда больше, чем он. Но ровно до тех пор, пока не поняла, что доверие этого человека стало слишком ценным, как и он сам.

Вот тогда бы веселье кончилось. Тинка, видимо присланный Серафимой, принёс ей яблоко. Надкусанное, самое спелое и положил рядом на окне, хвостом подпихивая ближе к хозяйской внучке, а затем скрылся из виду. Лиза скептически посмотрела на «дар» вредной нечисти и вздохнула. Ей срочно нужно отвлечься, иначе сойдёт с ума…

Тем временем телефон на постели снова зазвонил, вынуждая ведьму вздрогнуть. Мелодию она узнала и покачала головой. Вот и пропажа нашлась. Де Латур объявились… Видя фотографию ухмыляющегося Леджера, отобразившуюся на экране, Лиза вздохнула. Ещё одна проблема? Или возможность немного прогуляться? Ведьма соскочила с подоконника и взяла телефон, принимая вызов.

— Ледж? — позвала она, радуясь возможности услышать друга.

Ответом была тишина, хотя, чуткий слух ведьмы помог расслышать чьё-то прерывистое дыхание и непонятный скрежет. Чувствуя, как нарастало волнение, Лиза снова окликнула Леджера. Ни одного слова не прозвучало в ответ, только усилился противный скрежет, словно кто скрёб когтями по каменному полу. А затем, приводя девушку в панику, послышался грохот и лязг, будто свалилось нечто металлическое.

— Ледж! — Лиза прерывисто выдохнула, надеясь, что это очередная шутка близняшек, но что-то подсказывало, что была не права, — Леджер…

Она чертыхнулась, когда увидела, что от всплеска силы телефон отключился.

— Да что ж так не вовремя?!

Лиза вновь включила мобильник. Когда поняла, что дозвониться ни до одного из братьев не удаётся, перешла в приложение, отыскивая местоположение Леджера по JPS.

— Что вы там забыли? — она нахмурилась, глядя на показывающийся кусок карты города.

Ладно, времени, возможно, совсем не осталось, если с этими двумя действительно что-то приключилось. Нужно переодеться, стащить ключи Серафимы и взять её машину. Девушка торопливо прошла к шкафу, не обращая внимания на катавшегося по полу Тинка, вздумавшего свернуться клубком, собирая всю пыль на полу. Лиза открыла дверцы, достала с полки и бросила на кровать джинсы и длинную серую байку.

Быстро одеваясь, ведьма зашнуровала кроссовки и поглядела на окно. Машина стояла во дворе. Обычный план побега. Пока Серафима творила свои дела в тайной комнате, она спокойно могла уйти. Нужно было только спуститься вниз, на первый этаж дома и в прихожей взять связку ключей, которую бабушка по привычке всегда оставляла там.

Лиза тихо спустилась, прошла по гостиной и остановилась перед входной дверью. Ключи поблескивали на тумбочке под зеркалом. Девушка схватила их и, не дожидаясь, пока её хватятся, поспешила покинуть дом. Ещё пару минут, и машина уже мчалась по пустой дороге в ночь.

Ведьма тревожно поглядывала на пульсирующий «маячок» на экране телефона, чувствуя, как часто стучало сердце от волнения. Только бы просто дурачились! Но никто не смел и пальцем тронуть её дорогих близняшек…

— Никто…

Глаза Лизы потемнели, а пальцы сильнее сжали руль. Карта указывала на старую часть города, дорога, которая казалась заброшенной и различала ведьма только остовы старых технических зданий.

— Что забыли здесь?!

Хотя, припомнила, как мальчишки хвастались, что собирались на некие байкерские гонки, устраиваемые любителями за городом. Могла ли неподалёку оказаться та самая площадка для гонок? Но это вполне масштабное зрелище, шума и света должно быть предостаточно. Она же была оглушена пронзительной тишиной, следуя по ночной дороге.

Затем резко притормозила, замечая на обочине знакомую машину. Лиза открыла дверцу и вышла, торопливо приближаясь к ней. В салоне пусто. Заглох мотор? Куда делись, чёрт возьми?! Она ещё раз оглядела салон и вернулась в свою машину, следуя за маячком. Стоило добраться до нужного места, вновь остановилась.

Она посмотрела в окно, замечая заправочную станцию. Карта указывала, что Леджер был в этом здании. Но даже вывеска не горела. Крыльцо его просело, и на старых ступеньках потрескалась плитка. Лиза нахмурилась и вышла из машины. Она вздрогнула от ночной свежести, обнимая себя руками. А стоило сделать пару шагов, как вывеска на заправке тускло вспыхнула, затем загораясь ровно и ярко, будто приглашая войти.

Во что впутались близняшки? Не раз приходилось встречать беспокойных духов, которые житья простым людям не дают. Изводят их, до гибели доводят. С такими разбираться нужно, оставлять так нельзя. Ни одна ведьма, имея хоть каплю чести, не пройдёт мимо, ощутив присутствие подобной сущности. Если Леджер и Камиль напоролись на неупокоившегося духа, им срочно нужна помощь!

Лиза осторожно приблизилась к зданию. Уже на крыльце ведьма почуяла присутствие некой сущности. Сосредоточение силы пульсировало, расходясь вязкой паутиной по всему дому, обволакивая его полностью. И вовсе не дух здесь тревожил неосторожных людей.

Прерывисто вдыхая, Лиза решительно приложила ладонь к двери, с натугой толкая её. Ведьма видела, как моментально, петлёй обвилась вокруг запястья призрачная нить, которой опутывалось здание. Но отступить она не могла, поскольку где-то здесь находились оба брата, оставалось молиться, что не пострадали.

Едва оказалась внутри, дверь, как в плохом фильме ужасов, с грохотом захлопнулась за нею. Было слишком темно но свет и не требовался ведьме, сила позволяла видеть и без него. Лиза взволнованно вглядывалась в стены. Едва дыша, она проходила мимо противной паутины, сотканной тем, кто использовал этот старую заправочную, соединённую с небольшим магазином вовсе не по назначению. Здесь не торговали продуктами и не заправляли машины, как считали те, кто заманивался сюда ночами. Здесь торговали совсем иным.

Ведьма чертыхнулась.

— Ледж? — тихо позвала она, — Камиль?

Стоило ей войти в полностью очищенный торговый зал, где только битая плитка хрустела под ногами, как немедленно вспыхнул свет.

— Могу я вам что-нибудь подсказать? — зазвучал мелодичный женский голос.

Ведьма помрачнела. Похоже, тварь, засевшая тут, требовала более серьёзного подхода. Помещение тем временем преображалось. Откуда не возьмись, появились витрины, блестевшие чистым стеклом, плитка под ногами выстилалась ровными рядами, скрывая разломы. Ещё немного и она стояла посреди новёхонького зала, а перед нею, услужливо улыбаясь, объявилась молодая женщина, всё ещё ожидая ответа.

— Так могу я быть чем-нибудь вам полезна? — незнакомка вздохнула, наполняя помещение очередной порцией дурмана.

— Можете… — глухо пробормотала Лиза, не сводя с неё взгляда.

— Следуйте за мной, — женщина мягко повела плечами, затянутыми в светло-серую униформу.

Лиза только чертыхнулась.

— Не спеши… — ведьма нервно сдула со лба выбившуюся прядь волос.

Тут же взгляд незнакомки вновь переместился на неё. На долю секунды дурман рассеялся, и Лиза смогла увидеть её истинный облик. Девушка замерла в ужасе. Чьянн. Она предполагала другое существо, но это было ещё отвратительнее. Оно не вынуждало смертных продавать свои души, оно попросту питалось ими. Мерзкое, полуразложившееся тело было укрыто рваной тряпкой, которая казалась зачарованным спутникам чистой новенькой формой.

Существо почуяло опасность и зашипело, намереваясь устранить помеху. Призрачная паутина на стенах зашевелилась, заставляя ведьму вздрогнуть от отвращения. Теперь она смогла разглядеть то, что привело её в ужас. Там, у стены, удерживаемого призрачными нитями, она увидела Камиля. Узнала его только по куртке, посеревшее лицо выглядело безжизненным, а на разбитой скуле уже подсохла запёкшаяся кровь.

Леджер был внизу, неподалёку от брата. Видимо чьянн не успела завершить начатое, и не доплела свои сети. Юноша также был без сознания, находясь под действием дурмана. Телефон валялся рядом с его рукой, видимо все, что успел, так это нажать кнопку быстрого набора, пока не потерял сознание. Лиза почувствовала, как прилив силы пронизывает всё тело, вновь вызывая болезненное показывание в руках. Чёрный туман окутал ведьму.

Она подняла руки, переворачивая их открытыми ладонями вверх и зашептала. Тварь резко наклонилась вперёд, выставляя и свои покрытые трупными пятнами руки. Несколько липких нитей устремились к ведьме, но были рассеяны встречным заклинанием. Золотистые знаки повисли в воздухе над головой девушки, соединяясь и активируя атакующий «Дохан», одну из печатей Катальма.

— Не выйдет никто! — хрипло проговорило существо, продолжая свою атаку.

Оно проследило за взглядом ведьмы, видя беспокойство девушки за двух пленников, и направилось к ним. Лиза выкрикнула нужные слова, успевая выставить щит, в который врезалась чьянн. Радужные волны пошли по нему, укрывая близняшек от мерзкого существа. Надолго его не хватит, к тому же проклятый охранный знак тратил довольно много сил. Но и те, что оставались, по немедомой Лизе причине, словно таяли, покидая её. Неужели снова подводила сила? Только не сейчас! Камиль и Леджер, так и не приходили в себя.

— Не выйдеш-ш-ш-шь… — снова зашипела чьянн, в ярости кидаясь к девушке.

Лиза отбросила существо очередным знаком. Пусть и получит она от Серафимы за запрещённое применение Катальмы, но другого выхода у неё не оставалось. Чьянн сжалась на грязном полу, готовясь к очередному прыжку и её когти противно скреблись по разломанной плитке.

— Проклятая нежить… — пробормотала Лиза, глядя исподлобья на тварь.

Ведьма быстро огляделась, кидая взгляд на окна. Пожалуй, свежий воздух помог бы разогнать дурман и увеличил их шансы на побег. Тяжело дыша, девушка отбила ещё одну попытку твари кинуться на неё, и с горечью заметила, как принялся дрожать её щит. Оставалось совсем мало времени.

Ведьма подняла дрогнувшие ладони и, не обращая внимания на злобное шипение, быстро зашептала. Дочитывая заклинание, левой рукой девушка начертала знак, пытаясь заставить окна вылететь прочь. К её ужасу, те только звонко завибрировали, но проклятая паутина поглотила больше половины энергии, опутывая стены ещё сильнее.

— Проклятье! — выкрикнула гневно Лиза.

Почему когда не нужно, всё разлетается на осколки?! Она судорожно задышала, понимая, что сил не оставалось. Щит последний раз заискрился и погас, теперь не защищая юношей. Чьянн заскреблась когтями, быстро перебираясь к ним на четвереньках.

— Не выйдеш-ш-ш-шь… — шипело существо, вновь наполняя дурманом воздух помещения.

Присутствие другой силы Лиза распознала не сразу. Только почуяла прохладное дуновение, которое моментально очистило лёгкие, оставляя солоноватый привкус во рту. Ведьма замерла, как и тварь, дрожащим куском мерзкой плоти сжавшаяся в одном из углов.

— Вода… — Лиза глянула под ноги, теперь видя, как та стала течь по полу, заставляя отступать, в попытке найти сухой участок.

Но вскоре плитка была залита полностью. Чьянн зашипела, растерянно озираясь вокруг. Она поднялась на ноги, выставляя руки, словно укрываясь от неизвестной опасности. В дверях возник тёмный силуэт, и Лиза услышала голос. Она не понимала ни слова, но глаза предательски наполнились влагой, от нежданной радости. Продолжая говорить, молодой человек медленно прошёл к ним и остановился перед ослабшей ведьмой. Конте пальцем указал ей на дверь, веля уходить. Сам же не сводил прозрачного взгляда с чьянн.

Такого выражения лица у Рикардо Лиза ещё не видела, ощущая почти панику. Как он оказался здесь? И выполнять приказ она не собиралась, поскольку здесь всё ещё находились и Камиль и Леджер. Пока Конте отвлекал на себя чьянн, ведьма поспешила к братьям, пытаясь освободить их от ядовитых нитей.

Рикардо тем временем схватил существо за горло, не переставая говорить на родном языке, том, которому обучила его мать ещё с самого детства. Чьянн изворачивалась, норовя изранить своего нежданного врага когтями, но с каждым вдохом слабела. Рикардо ощущал такую злость, что готов был разодрать тварь на куски. Можно было считать счастливой случайностью то, что Серафима кинулась искать внучку и додумалась связаться с ним! Если бы не везение и сила старой ведьмы, он попросту бы не успел!

Существо, зажатое в его руке, стало захлёбываться водой, которая потекла у чьянн струйкой из мерзкого рта. Через пару мгновений тварь рухнула к ногам Конте, словно сломанная кукла.

Глава 32

Лиза услышала этот отвратительный звук, понимая, что чьянн повержена. Она не обернулась, вовремя подхватывая под руки Камиля, который стал падать, когда освободился от растаявших нитей убитого существа.

Девушка осторожно опустила его на пол, рядом с перевёрнутыми металлическими стеллажами и прижала ладонь к его холодной щеке.

— Камиль, ну давай же, приходи в себя, дыши!

Воздух в помещении очищался от дурмана, и порыв свежего ночного воздуха студил лёгкие, вынуждая вдыхать всё глубже. Первым пришёл в себя Леджер, и едва очнулся, как в ужасе попытался отползти к стене, отмахиваясь от подруги. Видимо принимал её за напавшее существо.

— Ледж! — окликнула его Лиза.

— Это… это… — молодой человек дрожащей рукой указал на отвратительное тело чьянн, валявшееся в тёмной луже у ног Конте, — оно…

— Ты в безопасности, — ласково заговорила ведьма, осторожно приближаясь к другу, — всё хорошо, всё уже позади. Это я, Ледж, возьми меня за руку…

Лиза крепко сжала его холодную ладонь, хоть де Латур и не посмел отодвинуться от стены, по-прежнему прижимаясь к ней спиной и пытаясь прийти в себя. Рядом зашёлся судорожным кашлем Камиль, приходя в себя.

Конте в два шага оказался рядом с юношей и помог ему подняться, перекидывая его руку себе на шею. Пока Камиль что-то бессвязно бормотал, вновь давясь кашлем, Рикардо повёл его к выходу из здания, кивком головы веля делать то же самое Лизе. Взгляд Конте был так холоден и суров, что она в этот раз подчинилась, следом за ними выходя на свежий воздух.

Рикардо оставил юношу на крыльце и вернулся за вторым братом. С Леджером пришлось повозиться, поскольку едва не получил кулаком в челюсть. Когда же удалось вывести и его, усаживая на старых ступеньках, Конте кинул прозрачный взгляд на ведьму.

— Пока силы окончательно не покинули тебя, ты знаешь, что должна сделать, — проговорил он, — я вызову эвакуатор, чтобы он забрал их машину и отвёз в город.

Рикардо отошёл в сторону, позволяя Лизе творить свою магию. Он заговорил по телефону, диктуя их координаты диспетчеру. Ведьма тем временем вернулась взглядом к близнецам. Камиль был совсем обессилен, и она мысленно страдала вместе с ним, поскольку прекрасно знала, что была такой жалкой, и не могла исцелить его без страха только ухудшить положение.

Применять магию на друзьях было отвратно, но прекрасно понимала что иного выхода просто нет, и Конте прав. Они не должны были увидеть подобное, и уж тем более жить с этим знанием. Это её мир, но не их.

— Лиз? — глухо проговорил Леджер.

Она торопливо взяла его за руку, делая то же самое с Камилем.

— Да, я здесь. Как же вас итак угораздило? — ломким голосом произнесла ведьма, призывая свою слабеющую силу.

— Как? — удивлённо отозвался Камиль.

Но по мере того, как ведьма говорила, пальцы юноши расслаблялись, зажатые в её руке, выдавая то, что заклинание удавалось ей.

— Да, — слабо улыбнулась Лиза, — как могли не взять меня с собой? Даже не предупредили… зла на вас не хватает…

— Тебе никогда не нравились гонки… — непослушными губами проговорил Леджер.

— Враньё! — деланно проворчала ведьма, — просто забыли меня позвать. И почему не позвонили, когда мотор заглох? Обязательно было по такому холоду бродить ночью? Уже не лето… сколько же вы прошли, раз так устали?..

— Устали… — на выходе отозвался Камиль, склоняя тяжёлую голову на плечо брата, — долго…

— Долго? — переспросила Лиза, — не нужно было так долго бродить здесь. Ты даже пораниться успел…

Она ласково посмотрела на лицо Камиля, но не могла сейчас отпустить его руки, завершая свою магию и наводя морок на братьев.

— Наверняка опять ветку не заметил, когда с дороги сошёл.

— Да…

— В машине есть аптечка, я обработаю тебе порез. Я так рада, что нашла вас. Как хорошо, что ты позвонил мне, Ледж. Мы с Рикардо были неподалёку и смогли приехать. Ты молодец. Вы оба — молодцы… А сейчас хорошо бы отправить вас домой, чтоб выспались и набрались сил. Верно?

— Верно… — согласно кивнул Леджер.

— Верно… — эхом за ним повторил Камиль.

— Скоро здесь будет эвакуатор, он заберёт машину. Рикардо уже связался со службой, — пояснила Лиза, — мы отвезём вас домой…

Девушка наконец отпустила ладони братьев и поднялась во весь рост. Она обернулась к Рикардо, ожидая, пока тот приблизится к ним. Нужно довести до машины обоих де Латур и убираться с этого места. Леджер от помощи упрямо оказался. Шатаясь сам побрёл в сторону открытой машины Конте. Камиля пришлось поддерживать, пока шли следом.

Едва все оказались в салоне, Рикардо стрелой повёл машину прочь, в сторону центра города. Сидя с ним рядом, Лиза осторожно спросила насчёт оставленного «мусора» в заброшенном доме. На что Конте коротко ответил, что уже к утру следов не останется.

Уже позже, когда братья благополучно были доставлены к собственному дому, и они кое-как объяснились с встревоженной мадам де Латур, они остались одни. Рикардо велел девушке сесть рядом с водительским местом и вскоре выехал на ночную дорогу.

— Куда мы едем? — рискнула поинтересоваться Лиза, когда поняла, что машина двигается вовсе не в сторону дома Серафимы.

Конте резко затормозил, останавливая машину у обочины. Теперь он мог не сдерживаться, гневно поворачиваясь к своей спутнице.

— Когда шла туда, о чём ты думала, Элизабет?!

— Какой интересный вопрос… — сердясь на его тон и слова, сквозь зубы ответила ведьма, — почему — то считала, что ответ и сам должен знать!

Так вот почему игнорировала его звонки… Старая ведьма вызвала к себе, чтобы «наябедничать»? Что же, об этом они поговорят позже, а сейчас…

— Нити чьянн ядовиты для созданий вроде тебя! — продолжил он со злостью, опять ощущая, как волнение за девушку захлестнуло его новой волной, — неужели не додумалась изучить противодействия сил?

Рикардо хмуро глянул на Лизу и тихо чертыхнулся, ударяя ладонями по рулю.

— Я никогда не думала, что встречу это существо в городе! — сердито отозвалась ведьма, — что вообще его встречу когда-нибудь…

— Ты должна думать о таких вещах, Элизабет, — глухо проговорил он, — в течение нескольких следующих дней, твои силы будут лишь уменьшаться, потом этот процесс остановится, и ты сможешь восполнить их. Помни, для существ, поглощающих живую суть, другие создания, использующие для магии собственную жизненную силу, являются просто едой! Она бы выпила тебя до дна. Как ты могла быть такой неосторожной?!

Он вновь почти перешёл на крик. Молодой человек открыл дверцу и вышел в ночную прохладу. Лиза поспешила за ним, от волнения слишком сильно хлопая дверцей.

— Я такая, как есть! Я глупая. Я очень глупая… — дрогнувшим голосом отозвалась ведьма, наблюдая, как глаза Конте сверкали, будто те звёзды, что были над их головами, — я такая, как есть. Ты ведь знал это с первого дня, как увидел меня. Верно? Ты знал всё! Ты всё знал…

— Элизабет… — Рикардо опёрся руками о крышу машины.

— Твоё осуждение, это меньшее, что мне сейчас нужно, — глухо отозвалась Лиза, — и не вздумай сейчас лезть в мою голову…

— Возможности открыться тебе, меня лишили, — Конте шумно вдохнул ночной прохладный воздух, который немного отрезвил разгорячённую голову, — но своё слово я тебе уже сказал. Я намерен быть искренен с тобой. А значит, не собираюсь читать тебя!

— Тебе это нравилось? — сухо поинтересовалась ведьма, понимая, что от избытка чувств дрожала всем телом.

— Да! — кинул ей в ответ Рикардо, — мне нравилось это.

— Мог бы и соврать, чёрт возьми!

— Не намерен более врать! — Рикардо немедленно захотелось обнять её, — и я не сожалею, поскольку повторил бы это, будь у меня ещё один шанс. Касаться твоих мыслей для меня, это как касаться тебя самой! Нравится ли мне обнимать тебя? Да!

Он отпрянул от машины, обошёл кругом и остановился рядом с девушкой.

— Элизабет, сейчас я хочу услышать от тебя нечто другое, а не проклятия в свой адрес, — Конте пригладил её прохладные волосы, а затем собственнически привлёк Лизу к себе.

От растерянности, она не сопротивлялась, да и не хотелось вовсе. Девушка обняла Рикардо за талию, и в этот момент ей подумалось, как хорошо, что он есть, что он просто есть.

— Что я должна сказать? — отозвалась ведьма.

— «Я буду осторожна». Это я хочу от тебя услышать, — проговорил над её головой Рикардо.

— Не раньше, чем ты это скажешь, — Лиза подняла руки, обнимая его за шею, — она могла убить тебя!

— Это навряд ли… — прерывисто выдохнул Конте.

— Я и сама хочу придушить тебя за враньё… — всё ещё сердито проговорила она.

— Имеешь полное право. Элизабет, — позвал он её, немного отстраняясь, чтобы заглянуть в глаза, — я отвезу тебя к себе. Полагаю, что сейчас ты не захочешь объясняться с Серафимой или говорить с родителями.

Лиза только молча кивнула, соглашаясь. Рикардо открыл дверцу машины, предлагая девушке садиться. Сам он вдохнул полной грудью свежий ночной воздух, обошёл машину и сел за руль. Вскоре машина благополучно двинулась с места, выезжая на дорогу.

Глава 33

Когда отступила тревожность и вернулось чувство безопасности, с ним явилась и новая проблема. Стоя уже некоторое время под душем в ванной Рикардо, Лиза со всех сил старалась не думать ни о чём важном и тем более интимном, с усердием параноика. Какая-то часть её понимала, что раз слово дал, то будет держать. Но всё её существо, хоть и нежась под струями горячей воды, возмущалось этому вторжению в сознание.

От постоянного мысленного напряжения, голова пошла кругом. Обтираясь полотенцем, Лиза промокнула волосы и поглядела на бледно-голубую рубашку. Рикардо вручил её, когда отправил в душ, смыть с себя всю грязь после встречи с ядовитой чьянн.

Лиза так увлеклась сражением за своё сознание, и только сейчас осознала, что находилась в полной власти Конте на его территории. Причём сама дала согласие на это «похищение». Сила вовсе не слушалась её сейчас, как и предсказывал хозяин дома. Было непривычно отсутствие острого слуха, поэтому понять, чем занимался сейчас Рикардо, она не могла.

Девушка накинула рубашку и торопливо застегнула пуговицы. Она оказалась достаточно длинной, чтоб уж совсем не запаниковать. Лиза с тоской покосилась на свою испачканную одежду и вздохнула. Поскольку сидеть в ванной бесконечно она не могла, гостья открыла дверь и осторожно выглянула в комнату. Здесь Рикардо не было, и она решила поискать его внизу, на первом этаже.

Лиза прошла к лестнице и спустилась вниз, находя хозяина дома у той части просторного помещения, которая отводилась кухне. Девушка остановилась у обеденного стола. Опуская руку на высокую спинку стула, она наблюдала за тем, как Рикардо пил кофе, стоя у блестящей столешницы. На неё не смотрел… Поскольку спустилась босиком, то и шагов не расслышал. Ну чем не отличная возможность?

Решая проверить хозяина дома на честность, ведьма дала волю мыслям, не сводя с него внимательного взгляда. «Дракула!», — мысленно окликнула Лиза и поджала губы. Даже не дрогнул. Ладно. В ход пошла тяжёлая артиллерия. Перечисляла всё, что только приходило в голову, какой бы чушью не казалось. Вплоть до того, что выйди она за дона Дракулу замуж, то придётся заказывать двухместный гроб, но со стеклянной крышкой, поскольку клаустрофобия замучит…

Даже этот бред не вынудил Конте обернуться. Попивал свой кофе, как ни в чём не бывало. Лиза так расстроилась, что едва не окликнула его вслух. Но осталась последняя попытка. Если он всю жизнь беспределом подобным занимался, то наверняка выработал такую выдержку, что ей и не снилась! Такого так просто не возьмёшь. Ведьма сильнее сжала пальцами деревянную спинку стула. Вкладывая в слова все чувства, хоть и понимая в душе, что он никогда их не услышит, девушка мысленно заговорила.

«Так вышло, что я влюбилась в тебя… Понадобилось едва ли не потерять тебя сегодня, чтобы понять это… Я люблю тебя, слышишь?..»

Чашка дрогнула в руке Рикардо, выдавая чувства и Лиза замерла, понимая, что попалась. Нет, это же он попался? Точно он… Лжец! Самый ужасный лжец! И обещание его ничего не стоит…

— Я слышу тебя, Элизабет, — меж тем тихо ответил молодой человек, медленно опуская чашку с недопитым кофе на столешницу.

Он повернулся к своей гостье, а затем приблизился, внимательно разглядывая пылавшее от возмущения лицо взглядом, вновь ставшим прозрачным, словно морская вода.

— Не приближайся ко мне! — возмутилась ведьма, пытаясь ускользнуть от него, но была перехвачена слишком уж уютными объятиями.

— Только что признавалась в любви, а теперь гонишь? — голос Рикардо звучал чарующей музыкой, дурманя её голову.

— Решил ещё и чары на мне использовать? — несчастно ахнула Лиза, упираясь в его грудь обеими ладонями и пытаясь оттолкнуть.

Но кольцо рук Рикардо только больше сомкнулось на её талии, сминая собственную рубашку.

— Ты обещал, чёртов Дракула! — гневно прокричала она ему в лицо, — ты клялся мне, что не станешь лезть в мою голову!

— И? — невозмутимо отозвался молодой человек, продолжая смущать её своей близостью.

— И?! — не поверила она своим ушам, — ты… это мои чувства!

— Верно.

— Это личное!

— Согласен.

— Ты не должен был это услышать! — буквально прорычала ведьма.

— Тогда не стоило произносить это вслух, Элизабет, — самая очаровательная из улыбок, которую ей доводилось видеть, коснулась губ Рикардо.

Не без удовольствия он наблюдал за тем, как пыталась понять услышанное, сеньорита колдунья. Губы девушки приоткрылись от волнения, когда поняла свою ошибку. Щёки вспыхнули сильнее, выдавая смущение, он же теперь думал лишь о том, чтоб вновь поцеловать её. Была влюблена в него? Это откровение потрясло его, хоть и так знал о тех чувствах, что испытывала девушка. Простые слова, словно морской прибой, шумной волной захлестнули его.

Сегодня, когда вошёл в старый дом, когда увидел её, едва живую, он как никогда смог осознать и свои чувства. Элизабет похитила его сердце, так бесхитростно и легко, что оставалось только усмехнуться. Попался в сети, и не имел ровно никакого желания высвобождаться из этого плена.

— Я не могла… — прошептала Лиза ошеломлённо.

Неужели действительно произнесла вслух последние слова?! Как могла так забыться? Наверняка всему виной яд проклятой чьянн!

— И, тем не менее, это факт, — Рикардо склонился ниже к её лицу, заставляя сердце ведьмы глухо стучать в груди, — станет ли тебе легче, если признаюсь, что первым пал от твоих чар?

— Первым? — ломким голосом переспросила она, неосознанно принимаясь водить ладонями по его груди, скрытой только тонкой тканью рубашки.

— Первым, — эхом повторил Рикардо, касаясь губ ведьмы лёгким поцелуем.

Лиза в ответ подняла руки, проводя ладонями по шее Конте, и прижалась к нему всем телом, словно боялась в этот момент, что он исчезнет, оставляя её одну.

— Ты ведь врёшь? — едва слышно спросила Лиза, запуская пальцы в короткие пряди его волос.

— Я ведь сказал, что не намерен больше лгать, Элизабет… — прерывисто выдохнул Рикардо.

Не давая снова возразить, он завладел её ртом, целуя всё требовательней, упиваясь горячим дыханием Лизы. Еле слышный стон ведьмы отозвался в нём приливом желания.

Всплеск силы, вызванный новыми неизвестными чувствами, хлынул по венам, наполняя ведьму до кончиков пальцев. Электризуя воздух вокруг них, он вынудил свет в квартире мерцать и гаснуть, оставляя в мягких сумерках, наедине друг с другом.

Понимая Рикардо без слов, Лиза позволила ему поднять себя на руки, и отнести по лестнице на второй этаж. Стоило им достигнуть уютной мансарды, Рикардо отпустил девушку на пол, давая стать босыми ногами на лежавшую искусственную шкуру, заменявшую в комнате ковёр.

И вновь сильные руки Конте обнимали её, поднимаясь вверх, погружая пальцы в шёлковые пряди волос девушки. Его поцелуи продолжали сводить Лизу с ума, это околдовывало, заставляло ноги предательски дрожать.

Рикардо скользнул губами вниз по её шее, спускаясь к воротнику рубашки, которая теперь мешала ему. Он так легко высвободил пуговицы из петель, в следующее же мгновение распахивая полы рубашки и впиваясь сверкающим взглядом в грудь ведьмы.

— Sei bella… (ты прекрасна), — глухо проговорил Конте.

Он провёл кончиками пальцев по ложбинке между грудями девушки, чувствуя биение её сердца. Оно стучало так сильно, что заглушало его собственные мысли. Одна тёплая ладонь Рикардо накрыла грудь, и он увидел, как темнеют глаза ведьмы.

— Anche voi… (ты тоже), — прошептала Лиза, отзываясь на его ласку.

Она осмелела, и принялась за его рубашку, расстёгивая, стаскивая прочь, бросая куда-то за спину, в сторону кресла. В ответ Лиза неумело гладила плечи и спину Рикардо, любуясь игрой мышц под загорелой кожей. Такой отклик девушки ещё больше разжёг его желание. Конте смотрел на её лицо, пылающее от избытка чувств и смущения. Господи, как же она была прекрасна и принадлежала ему.

— Элизабет… — дождь шумной стеной хлынул над ними, стекая свежими потоками по стеклянной крыше, заглушая слова Рикардо.

Вновь утрачивая силу, Лиза могла лишь читать по его губам, не слыша тихих слов из-за ночного ливня. Но эта стихия говорила больше стоящего перед нею мужчины, выдавая его чувства. Не сдерживая себя, Рикардо вновь целовал её, освобождая из плена ненужной рубашки. Затем привлёк к себе, прижимая всем телом, проводя ладонями по обнажённой спине, укрытой завесой длинных золотистых волос.

Юная колдунья стояла перед ним, буквально сверкая в отблесках мерцавшей где-то в небе молнии. Кончики прядей волос девушки мягко искрились, вновь отзываясь на прилив силы. Казалось, что и сама нежная обнажённая кожа Лизы сияла под воздействием чудной магии.

Она обвила шею Рикардо руками, позволяя увлечь к широкой постели. Едва упёрлась ногами в край кровати, девушка остановилась, словно в последний раз замирая в нерешительности. Затем, отгоняя прочь ненужные сомнения, потянулась к ремню на его брюках. Едва справилась с пряжкой, как вытащила из шлёвок и бросила на мягкую шкуру. Пришёл черёд молнии, и Рикардо позволил Лизе освободить его от оставшейся одежды, не оставляя более преград между ними.

Не давая ей возможности вновь поддаться сомнениям, он стянул покрывало с кровати, следом увлекая за собой девушку на прохладную постель. Жар его тела окутал Лизу, а губы не дали словам сорваться, прерывая их поцелуем.

Она ответила Рикардо, скользя ладонями по его плечам и спине, порывисто гладя его. Такой отклик девушки ещё более разжёг желание. Он медленно склонился над ней и коснулся губами груди ведьмы. Ей казалось, что теряет связь с реальностью, погружаясь в нахлынувшую волну наслаждения. Это незнакомое чувство пугало своей бесконтрольностью, но она желала продолжения.

Рикардо ощутил в своих волосах пальцы девушки, которые неосознанно привлекали его голову ниже, выражая нетерпеливое желание. Он снова что-то глухо прошептал, переходя на неизвестный Лизе язык, поднимаясь к её лицу, и смешивая их прерывистые дыхания. Её сила накатывала волнами, то наполняя её удивительным жаром, то медленно тая. Ведьма водила кончиками пальцев по груди Рикардо, оставляя золотистый след, рассыпавшийся сверкающей пылью, следом за её рукой.

Он горел, как в огне, с каждой секундой всё с большим трудом сдерживая своё желание. Рикардо нежно провёл ладонью по внутренней стороне бедра девушки от колена вверх. Этого прикосновения было достаточно, чтобы Лиза прильнула к нему всем телом. Касания Рикардо казались ей объятиями ласкового моря. Словно сейчас она была не в постели на мансарде, а на берегу, буквально ощущая горячий песок и прохладное касание воды к её чувствительной коже.

Теперь желал её так неудержимо, что биение собственного сердца оглушило его. Рикардо подвёл руки под ягодицы девушки и крепко прижал её к себе. Он чувствовал, как преодолел некую преграду, которая осталась позади ощущением тёплой тесноты, когда она приняла его в себя.

Лиза буквально вспыхнула, укрывая их россыпью тающих искр, от новизны и силы ощущений, подаваясь к Рикардо навстречу. Он успокоил её поцелуем, не в силах остановиться. Доверяясь ему, Лиза позволила Рикардо увлечь себя в омут новых чувств. Она принадлежала ему, только ему. Запрокидывая голову и глядя сверкающим взглядом на падающий с небес дождь, Лиза растворялась в этом чувстве без остатка.

Глава 34

Казалось, за стеклянным сводом над их головами уже стало светать, когда Лизе удалось задремать в объятиях Рикардо. Его тёплое ровное дыхание успокаивало и убаюкивало. Удобно устраивая голову на его груди, чувствуя тяжёлую руку молодого человека на своей спине, укрытой лишь покрывалом шёлковых волос, Лиза безмятежно окунулась в предрассветный сон.

Он был дивным. Она сидела на большом камне, а вокруг блестело бесконечное море. Две девушки, стоя прямо в воде, пели и расчёсывали её волосы. Одежды на них Лиза не увидела, грудь обеих незнакомок скрывали бесконечные потоки серебристо-белых волос, которые скрывались под водой. Та внезапно пошла рябью, и Лиза наблюдала за сверкавшей на солнце чешуёй, на настоящих русалочьих хвостах…

Русалки? Ещё одна приплыла и замерла возле её ног. В руках у девушки был венок из белых лилий. Лиза послушно наклонила голову и позволила увенчать себя этой цветочной короной. Русалки всё пели, и она расслабилась, играя босыми ногами в голубой морской воде. А потом радостно улыбнулась, потому что увидела его. Возлюбленный шёл к ней, прямо по воде и Лиза гадала, как же это вообще возможно.

Впрочем, какая разница? Она поднялась на ноги, протягивая к Рикардо руки. Он улыбался ей, подходя всё ближе. Но внезапно небо потемнело, и поднявшийся ветер принялся собирать грозовые тучи. Лиза испугалась, принялась звать любимого, но разбушевавшиеся волны не давали ей разглядеть его силуэт. Она всё кричала, пока очередная волна не накрыла её с головой, лишая возможности вдохнуть, увлекая за собой на темнеющее морское дно.

— Рикардо… — прошептала Лиза и открыла глаза.

Дневной свет заставил резко зажмуриться. Приснится же такое. Видимо слишком переволновалась после вчерашнего происшествия с проклятой чьянн. Ведьма удобнее устроилась, ощущая под щекой что-то уж слишком тёплое, никак не походившее на подушку. Лиза распахнула глаза, теперь понимая, что спала поперёк кровати, а её голова покоилась на животе Рикардо. Сам хозяин квартиры всё ещё спал. Хотя, это только казалось. Через мгновение улыбка тронула губы Конте.

— Доброе утро, Элизабет.

— Доброе… — прошептала Лиза, пытаясь подняться.

Но волосы были зажаты восхитительным загорелым телом Рикардо, и она оказалась в ловушке.

— Хорошо выспалась? — мягко поинтересовался он.

На секунду приподнимаясь, молодой человек освободил волосы юной колдуньи и потянул её на себя, удобно устраивая на своей груди. Жар его тела снова окутал её, пробуждая воспоминания о прошлой ночи. Лиза из последних сил старалась не поддаваться и казалась себе очень мужественной особой. Но Рикардо ей совсем не помогал, целуя подбородок, пока она боролась со смущением и желанием ответить на простую ласку. Затем мысли Лизы вернулись к странному сну.

— Что тебя беспокоит? — осторожно спросил Конте, поглаживая её голую спину.

Разве она могла думать о чём-то, пока его руки исследовали её тело?

— Мне… приснилось…

— Что же тебе снилось, Элизабет? — теперь Рикардо целовал её плечо, убирая мешавшие пряди волос на одну сторону.

— Мне приснилось, что я потеряла тебя… — взволнованно проговорила Лиза.

— Ты видела сон, где потеряла меня? — молодой человек прекратил свою ласку, теперь глядя в глаза ведьмы.

— Ерунда какая-то… Забудь, — Лиза поторопилась подняться, потянув за собой тонкое покрывало, которым немедленно укуталась.

— Расскажи мне об этом сне, — потребовал Конте, глядя на девушку.

Лиза была так растерянна, выглядя совершенно премило. Совмещая приятное с полезным, Рикардо подпёр взъерошенную голову рукой, любуясь ею и продолжая допрашивать.

— Там были русалки, — ведьма принялась мерить комнату шагами, — море… ты шёл ко мне, а потом…

— Что потом? — нахмурился Конте.

— Ты пропал, — она закусила губу, почему-то не решаясь даже самой себе признаться, что пропала она, и это именно её утянуло на морское дно.

— Я никуда не денусь, Элизабет. Тебе не о чем волноваться.

Его голос успокаивал, но тревожное предчувствие всё равно осталось. Как жаль, что силы покинули её. Рикардо прекрасно понимал её состояние. Его, несомненно, беспокоил тот факт, что ведьма сейчас была слаба и уязвима.

Он бы мог предложить ей воспользоваться собственной жизненной силой, только знал, что это бесполезное занятие. Сколько ни отдай, благодаря влиянию яда чьянн, она будет лишь уменьшаться. Это всё равно, что носить воду в решете… Только когда процесс прекратится, можно восполнить потраченные силы.

Сегодня его любимая колдунья ничем не отличалась от смертной девушки. Волновало Рикардо и сказанное Лизой. Этот сон… Молодой человек поглядел на свои часы, лежавшие на журнальном столике у кровати, и поднялся.

— Уже девятый час. Здесь неподалёку есть отличное кафе. Тебе непременно нужно позавтракать, — тоном, не терпящим возражений, объявил Конте.

Но Лиза и не собиралась спорить, припоминая, что в последний раз ела ещё вчера утром. Она придержала одной рукой покрывало, не позволяя ему свалиться, второй рукой перекинула спутанные волосы на одно плечо.

— Я воспользуюсь душем.

— Отлично, — он обвёл взглядом фигуру ведьмы, — можем сэкономить время.

— Как? — растерянно поинтересовалась Лиза.

— Примем душ вместе, — Конте потёр небритый подбородок.

Она только ахнула и торопливо прошла в ванную комнату, закрывая дверь.

— Элизабет, ты забыла взять рубашку! — рассмеялся Рикардо, — или собралась явиться мне подобно сирене?

В ответ за дверьми что-то проворчали и Рикардо огляделся, ища взглядом свою одежду. Лиза тем временем быстро ополоснулась под свежей водой, понимая, что запасных вещей у неё в этом доме не имелось. Значит, нужно заказать хоть что-то из бутика с доставкой, иначе рискует отправиться в кафе, завёрнутой в хозяйское покрывало.

И было ещё кое-что, самое важное, о чём она просто не могла забыть. Нужно связаться с близняшками и убедиться, что братья в порядке! А потом вернуться с повинной к бабушке. Вчера она перемолвилась с Серафимой лишь парой фраз, уверяя, что в порядке и в безопасности. Лиза вновь обернулась покрывалом и вернулась в комнату. Она взяла телефон с журнального столика и набрала номер одного из любимых магазинов, услугами которого пользовалась, при необходимости быстрой доставки.

Поскольку в этот раз заморачиваться насчёт наряда не приходилось, заказ был сделан за несколько минут. Лиза продиктовала адрес Конте, оглядываясь в поисках самого хозяина дома. Рикардо снова спустился вниз, видимо находясь теперь в главной гостиной. Ожидая курьера, девушка присела на край дивана, принимаясь водить босыми ногами по мягкому длинному ворсу искусственной шкуры. Лиза снова удобнее взяла телефон и набрала номер Леджера.

Конечно, стоило дать другу поспать подольше, но терпение её иссякло. Она хотела услышать знакомый голос и успокоиться. Ответил «старший» де Латур, когда едва не прекратились гудки. Сонный Леджер пробормотал приветствие.

— Чего так рано не спишь, Лизон? — удивлённо проворчал близняшка, — сегодня же воскресенье… Воскресенье же, да?

— Да, — Лиза удобнее устроилась на диване, обтягивая рубашку, — прости. Я просто соскучилась. Хотела знать, как ты и Камиль.

— Лиз, — теперь голос молодого человека звучал настороженно, — ты это…

— Что «это»? — проворчала ведьма.

— С тобой-то всё в порядке? Ты звонишь откуда? Не с Мальдивских островов в этот раз? — поинтересовался Леджер, припоминая прошлый «побег» подруги в солнечную Испанию.

— Я звоню… из дома я звоню! — оправдалась Лиза, — просто вы двое вчера заставили меня поволноваться…

— Немного заблудились, только и всего, глупо вышло, так что нет повода для беспокойства, Лиз, — теперь с заботой в голосе отозвался молодой человек, — Камиль наверняка ещё спит.

— Тогда и ты отдыхай, — с тёплой улыбкой проговорила ведьма, молча радуясь тому, что братья были в безопасности.

— Увидимся завтра, Лизон, — снова зевнул Леджер, следом отключая телефон.

— Обязательно увидимся, — уже сама себе произнесла девушка, слыша, как звонили в квартиру.

Видимо прибыл курьер из магазина. Она торопливо поднялась с дивана, собираясь спуститься на первый этаж и забрать принесённый пакет, но вовремя остановилась на середине лестницы. Рикардо жестом руки велел немедленно спрятаться обратно в комнату, перед тем как открыть дверь.

— Вот чёрт… — несчастно вздохнула Лиза, снова припоминая, что до сих пор была замотана в покрывало.

Пришлось подчиниться хозяину дома и быстро подняться обратно. Девушка подошла к окну, на ходу сплетая длинные волосы в косу, и глянула во двор. Солнечно сегодня, значит, хозяин морей и океанов в отличном настроении… Лиза не сдержала улыбку, касаясь пальцами своих губ. От избытка чувств, ведьма даже вновь ощутила кратковременный прилив силы, тёплым мёдом разлившейся по всему телу, заставляя глаза искриться.

Она была счастлива сегодня, и даже вновь утерянная ведьмина сила не пугала сейчас, словно не имела значения. Лиза так увлеклась своими мыслями, что не заметила, как вошёл Рикардо. Он опустил принесённые бумажные пакеты на край дивана и с довольным видом поинтересовался:

— Мне помочь?

— Ты действительно считаешь, что так будет быстрее? — глянула на него Лиза.

— Пожалуй, так процесс переодевания затянется до ужина… — Конте взъерошил короткие тёмные волосы и приблизился к гостье, — а я всё же обещал накормить тебя.

Молодой человек мягко коснулся поцелуем её губ и опять оставил одну, позволяя переодеться. Бледно-голубое платье, выбранное ею, выгодно подчеркнуло золотистый цвет волос, которые Лиза оставила распущенными. Она не заставила себя ждать, вскоре спускаясь вниз, в просторную гостиную. А затем, уже вместе с Рикардо, покинула его уютную квартиру, следуя к оставленной в подземном гараже машине.

Глава 35

Он увидел её, стоило официанту отойти, оставив на столе принесённый заказ. Илья уже потянулся к чашке горького кофе, желая сделать глоток ароматного напитка, когда взгляд остановился на тонком силуэте в бледно-голубом платье. Девушка так изящно убрала длинные волосы на одно плечо. Они скользнули тяжёлыми блестящими прядями, и он почти ощутил их мягкость, всё же отпивая горячий кофе.

Елизавета Нери… Так звали симпатичную «ведьму». Было исключительным везением встретить её здесь. Хоть что-то скрасило это утро. Тоже решила позавтракать вне дома? Пришла одна? Илья даже приподнялся с места. Машинально поправляя переехавший ворот лёгкого светлого свитера, он собрался подойти и поздороваться. Но вовремя задержался у своего места, когда увидел, как к столу, за которым сидела девушка, подошёл темноволосый незнакомец.

Видя, как немедленно посветлело лицо Лизы от радости, Илья горько усмехнулся и вернулся обратно на свой стул. Пришла со своим парнем? Кем он был для неё, этот испанец или итальянец, судя по чертам лица? Вот чёрт… Он никогда не видел Нери в компании мужчин, не считая ненормальных близняшек де Латур, но они не в счёт.

Илья поднял чашку и в два глотка выпил обжигающий кофе. Конечно же, он слышал сплетни в университете, как и видел тот самый снимок, о котором шептались девицы в коридорах, пересылая его друг другу, будто больше не о чем говорить… Но по глупой наивности убеждал себя, что это некий розыгрыш, способ достать девчонку с младших курсов.

И что же теперь? Молодой человек посмотрел через зал кафе, на разговаривающую пару. Укол зависти и ещё более нелепой ревности отозвался болью в груди, и Илья шумно вздохнул, тихо чертыхаясь. Да кто он такой? Кто он такой, чтобы хоть что-то из этого чувствовать? Вот идиот. Понимая, что кофе кончился, он потянулся к стакану с водой, мечтая, чтобы в нём оказалось нечто покрепче…

* * *

Идиот… каждый из нас хоть раз в жизни становится им, испытывая чувства, которые не должен был. Рикардо не повернулся в сторону «говорившего» с самим собой смертного мальчишки. Поток его мыслей шумно ворвался в сознание, едва ощутил на себе внимательный взгляд. Они были сокурсниками, но виделись мимолётом. И так, сеньор Муромский питал симпатию к Элизабет…

Рикардо продолжил невозмутимо беседовать со своей спутницей, тем временем слушая монолог сидевшего поодаль студента. Никакой грязи или даже намёка на пошлость в отношении девушки, он не увидел. Это была скорее грусть, своеобразная лёгкая влюблённость, созданная в собственном сознании, как некое утешение.

Когда убедился, что мальчишка безвреден, Рикардо уже хотел прекратить мысленный контакт. Но в мыслях студента прозвучало нечто, заставившее его замереть и слушать внимательнее. Муромский твёрдо решил, что никакого отчёта не будет. Намерен был скрыть тот факт, что Элизабет сегодня находилась в его компании в кафе. Отчёт? Скрыть? От кого, чёрт возьми?..

Кого называл он «книжной стервой»? Машинально отвечая на очередной вопрос Лизы, Рикардо позволил себе применить свою силу. Буквально через мгновение он услышал, как глухо закашлялся Илья, поперхнувшись водой. Молодой человек вытащил из кармана брюк платок, промокая им губы, но кашель не отпускал его. Он поднялся и торопливо прошёл в сторону уборной, намереваясь привести себя в порядок и отдышаться, не привлекая ненужного внимания посетителей.

Выдержав несколько секунд паузы, Конте улыбнулся своей спутнице, и с извинениями поднялся со стула, собираясь последовать за студентом.

— Я буквально на минуту, — заверил Рикардо, подмигнув Лизе.

Девушка неохотно отпустила его руку, позволяя оставить её одну. Конте пересёк просторное помещение кафе и, оказываясь у нужной двери, толкнул её, входя внутрь уборной. Кроме продолжавшего кашлять Муромского, здесь никого не было, что без труда мог понять Рикардо, благодаря своей силе.

Но, увы, не обладал тем чудесным ведьминым даром, который позволил бы отвести ненужных посетителей кафе от этого помещения. Поэтому время его было ограничено. Нет, запугивать смертного мальчишку, и уж тем более открываться ему, он не собирался. Остаточно «слушать». А в его присутствии, студент, конечно же, вновь вернулся к беспокоившим его мыслям.

Пришлось ещё немного помучить беднягу, стоявшего над одним из блестящих умывальников в передней комнате. Рикардо остановился рядом, слушая, как текла вода, когда Илья умывал лицо. Конте принялся мыть руки, слушая, как метались мысли его соседа.

Велел себе не поворачиваться, чертыхался, проклиная сухой кашель, злился на то, что «этому ухажёру» взбрело в голову потянуться в туалет именно сейчас… Потом ярко представил, как руки смыкаются на шее какой-то молодой женщины, и вновь прозвучало это «книжная стерва».

Рикардо нахмурился. Он видел ряды книжных полок за спиной незнакомки. Затем свет, слепивший из большой витрины, звон колокольчиков над дверью, и слышал раздражающий смех темноволосой женщины, явно потешавшейся над бедолагой — студентом.

Ей он докладывал? Кем была она? Ведьма? Он ощущал присутствие силы рядом с Муромским, а значит, вполне мог быть прав. Ещё мгновение, и Рикардо смог разглядеть в мыслях вывеску книжного магазина. Этого было вполне достаточно, но едва собрался отойти, как ощутил его — обжигающий страх за мать, такой яркий, всепоглощающий.

Конте обернулся, видя, как стиснул края раковины Илья. Мысленно молодой человек просил его убираться прочь, и ругал себя, на чём свет стоит, называя жалким трусом. Рикардо прекратил его кашель, позволяя студенту нормально дышать, и вышел из уборной, оставляя одного.

Некая Рада шантажировала мальчишку, грозя расправой над матерью? Требовала, чтобы следил за Элизабет? Рикардо поджал губы, и глаза вновь сделались прозрачными, выдавая едва сдерживаемое негодование. Стоит «побеседовать» с сеньорой — ведьмой…

Конте вернулся к столику, за которым его ожидала Лиза. Он продолжил беседу, как ни в чём не бывало, а едва они позавтракали, то предложил отвезти к домику Серафимы. По его мнению, сейчас это было самое безопасное место для юной колдуньи, особенно если учесть её бессилие и недавние, открывшиеся ему новости.

Едва машина тронулась с места, выезжая с небольшой парковки, Рикардо обратился к своей спутнице:

— Насколько я понял, выходные ты всегда проводишь у бабушки?

— Верно, — отозвалась Лиза.

— Прошу так поступить и в этот раз, — продолжил Конте, — завтра я заеду за тобой, не вызывай водителя.

— Я не уверена, что в понедельник буду в университете, — неумело скрывая волнение, проговорила девушка, — мне нужно многое обсудить с бабушкой, и если будет дозволено, то встретиться с одним важным человеком.

— Кто же он, этот человек? М-м? — усмехнулся Рикардо, кидая короткий взгляд на неё.

— Этот человек хотел, чтоб я продолжила обучение под его началом. Это очень важный для нас человек, и для меня лично, — уклончиво пояснила Лиза, — я хочу сказать ей, что не смогу принять оказанную мне честь и стать ученицей.

— Ты уверена в этом решении, Элизабет? — теперь Рикардо был серьёзен.

Он прекрасно помнил образ женщины в тёмных серебристых одеяниях, и её одиноко стоящую обитель, в которую отправлялась ранее Лиза. Верховная Юстиана — так назвала её девушка. Разве мог так просто принять отказ кто-то подобный ей? Что же происходило в голове Элизабет? Сейчас он так желал читать её, но не посмел бы, держа обещание.

— Я уверена, — меж тем ответила Лиза, в следующее мгновение, тепло касаясь тыльной стороной ладони его щеки, — и я благодарна тебе за то, что помог мне принять это решение.

— Когда же я успел? — поддразнил её Конте.

— Когда вошёл в мой дом, однажды, поздним вечером, и назвал непроходимо глупой… — проворчала сбоку девушка.

— Хм, это тогда, когда ты с холодной жестокостью наслала на невинного гостя несварение? — возмутился Рикардо, — и мечтала кормить меня чесноком в шоколаде?

— Не было такого…

— Да ну? — усмехнулся он, подводя машину к знакомому дому Серафимы, — мы на месте, Элизабет. Обещай, что останешься у бабушки и не натворишь дел, пока я буду отсутствовать.

— Ты ведь пообещаешь мне то же? — нахмурилась Лиза, внимательно глядя на него.

— Я почти клянусь, — поднял ладонь Рикардо.

— Тогда и я — почти клянусь! — заявила в ответ ведьма, коротко поцеловала его и вышла из машины, позволяя отъехать.

Убеждаясь, что любимая в безопасности, Конте направил машину в город. Ему нравились смертные с ярким воображением. Таких читаешь, и будто видишь собственными глазами, порой путая, что является собственными воспоминаниями, а что «подслушанными». Илья Муромский был одним из таких людей. Благодарный за своеобразный подарок, Рикардо, плохо ориентируясь в незнакомом городе, пытался найти более удобный маршрут.

Навигатор в машине как назло показывал полнейшую ерунду, сопровождая свои действия раздражающим женским голосом. Вот они, издержки обладания силой, сводящей работу электроники на нет… Продолжая искать нужный книжный магазин, Рикардо снова вспомнил слова Лизы и её намерение отказаться от возможности стать ученицей своей старшей сестры. Размышлял Конте и о своём несдержанном обещании матери.

Что творили они оба сейчас? Станет ли это своеволие предвестником бури? Тем самым штормом, что так пугал Сирен? Или будет маяком, что поможет избежать опасных скал, когда станут искать свой тихий берег? Рикардо остановился, с силой стискивая руль, и позволил мыслям течь ровнее и тише. Но чистое небо укрывалось тучами, говоря о том, что он бессовестно обманывал себя, изображая спокойствие.

Глава 36

— Чьянн?! Как ты могла приблизиться к этой твари, Лиз?! — возмущённо рычала Серафима, ходя кругами вокруг притихшей внучки.

Тинка забился в самый тёмный угол дома, и даже закрыл глаза тонким хвостом, бормоча нечто от испуга.

— У меня не было выхода, бабуль, — попыталась оправдаться Лиза.

Девушка тут же поджала губы и умолкла, когда разгневанная ведьма приблизилась к ней, внимательно вглядываясь в раскрасневшееся лицо.

— Прости…

— Она отравила тебя, — глаза Серафимы потемнели от волнения, — оставила без сил, и я даже не могу восполнить их!

— Они восстановятся сами через несколько дней, — напомнила Лиза слова Рикардо.

Но тут совершила очередную оплошность. Поскольку стоило заговорить о возлюбленном, как капля предательской силы, оставшаяся в ней, вновь вызолотила распущенные волосы, да так пронеслась по венам, что едва глаза не заискрились.

— Лизавета… — опасно понизился голос Серафимы, нависшей над бедовым чадом грозовой тучей, — ты была близка с мужчиной!..

— Бабуль… — пробормотала Лиза.

— До перерождения!

— Бабуль…

— Твоя душа, твоя сила, как чистый поток энергии, не имеющий никакой оболочки, Лиз, — нахмурилась Серафима, — пусть Рикардо не знает подобного, но ты ведь всегда знала это. Соединяясь с чужой душой, чужой силой, в буквальном смысле касаясь её, она смешивается, оставляет своеобразную печать. Потому, вопреки всем россказням смертных, ни одна ведьма не решится вступить в связь с мужчиной до перерождения!

— Это вышло… несколько… само собой… — еле слышно отозвалась Лиза, мечтая исчезнуть в этот момент.

Думала ли она вчера о возможных последствиях? Она думала только о нём, о Рикардо Конте, и была уверена, что он уже давно оставил свою «печать», будучи первым, кто коснулся её губ. Она не собиралась даже мыслить о том, что кто-то другой когда-либо коснётся её, так к чему сожаления? Она принадлежала этому мужчине, и только он заставлял сердце биться чаще от счастья.

— Ты «совратила» этого бедолагу… — поджала полные губы Серафима, качая своей роскошной головой, — он, небось, считает, что у него всё было под контролем?

— Бабуль! — ахнула Лиза, обхватывая себя руками, — никого я не совращала! Просто…

— Что просто-то? — вздохнула хозяйка дома.

— Я просто приняла его чувства. И он принял мои… и…

— Вот не знаю даже, радоваться за вас или поколотить…

— Не сердись, — Лиза порывисто обняла бабушку, немедленно окунаясь в её тепло и аромат любимых духов.

— Ты ведь понимаешь, дорогая, что обратной дороги нет? — Серафима нежно погладила волосы внучки, обнимая её в ответ.

— Понимаю, — вздохнула юная ведьма.

— И Юстиане будет крайне сложно принять твой выбор.

— И это знаю, — согласилась Лиза, — и сожалею только об одном, что Верховная обратила на меня свой взгляд. И я рада тому, что разочарую её лишь однажды, оказываясь недостойной такого предложения.

* * *

Добираясь наконец до нужного района города, Рикардо остановил машину на большой парковке возле какого-то строительного торгового комплекса. Пришлось перейти дорогу, чтобы оказаться у витрины книжного магазинчика, который искал уже столько времени. На двери, несомненно, стояла защита, и Конте немедленно ощутил присутствие ведьмы в помещении. Как, впрочем, и сеньора Рада знала о его визите.

Стоило молодому человеку подняться на крыльцо и оказаться перед входной дверью, как та распахнулась, сопровождая это действие уже знакомым перезвоном маленьких колокольчиков. Всё, как и помнил смертный студент. В магазине было людно, что никак не способствовало бы предстоящему «разговору».

Словно также читая его мысли, молодая женщина, появившаяся за стойкой, изящно щёлкнула пальцами, вновь активируя защиту. Затем коротко прошептала заклинание, вынуждая людей покинуть её обитель, пестревшую обложками многочисленных книг.

Теперь Рада могла не отвлекаться, занимаясь тем, что откровенным взглядом рассматривала своего молчаливого посетителя. Ведьма привычно оперлась на деревянную стойку, блестевшую лаком и исписанную невидимыми для смертных рунескриптами. Промышляла тем, что пользовалась жизненной силой своих посетителей? Те и не подозревали о «цене» купленных книг.

Но сейчас Рикардо волновало другое. Рада узнала его, теперь мысленно называя по имени и гадая, кто же он такой. Чуяла его дар, но пока не определила. Хотя, была достаточно слаба, чтобы справиться с этим.

Что ж, пора сыграть первую часть спектакля… Рикардо приблизился к хозяйке магазина, и опустил ладонь на стойку, сверкая улыбкой. Глаза его сделались прозрачными, а зазвучавший голос лился песней, заставляя женщину немедленно расслабиться под его чарами.

— Рикардо Конте… — нараспев проговорила Рада, подавшись вперёд к нему, чтобы лучше разглядеть.

— Тебе знакомо моё имя? Польщён, — проговорил Конте, не сводя с ведьмы пристального взгляда.

— Знакомо… — не чувствуя, как растворялась в невиданной магии, подтвердила женщина.

— Кто же назвал его тебе? — продолжил спрашивать Рикардо, пытаясь разобраться в путающихся мыслях ведьмы.

Защита её была самонадеянно слаба, поскольку не ожидала увидеть здесь того, кого в принципе и не должно существовать. За свою уникальность Конте благодарил Сирен, имея возможность действовать свободно во многих случаях, где другим бы потребовались значительные усилия.

— О-о-о!.. — упёрлась локтями в стойку Рада, позволяя одной пуговице выскользнуть из петли на блузке, открывая взгляду посетителя едва прикрытую бельём грудь, — мой личный шпион назвал мне его! Я давно за тобой слежу…

Ведьма мурлыкала, тянула к Рикардо руки, желая коснуться его, но молодой человек отступил на шаг, не позволяя этого.

— Зачем же ты следила за мной, Рада? — его глаза сверкнули, выдавая негодование, которое сдерживал.

Хозяйка магазина рассмеялась, продолжая безотрывно смотреть на Конте.

— Я следила за Нери! Ты был просто соблазнительным бонусом, — расплылась она в улыбке, — чертовски приятным бонусом!

Ведьма вытащила из волос заколки, позволяя тёмным волосам, с едва уловимым медным отливом, рассыпаться по плечам. Вероятно считала, что так выглядела более привлекательно.

— Что же такого в Элизабет, что ты следила за нею? — голос Рикардо звучал угрожающе тише, но ведьма этого не осознавала, находясь под чарами.

— Мне плевать на эту дурёху! — снова рассмеялась Рада, обходя стойку и приближаясь к Конте, — никчёмная ведьмочка, которой вечно всё сходит с рук только благодаря покровительству Верховной!

— Верховной? — нетерпеливо переспросил Рикардо, мрачно убирая от себя руки ведьмы, вздумавшей обнять его за шею.

— Верховная Юстиана велела наблюдать за Дариной, сестрой, приставленной к Банфильскому университету. Знаешь, что она доверяет мне больше, чем этой стерве? Я ведь лучше её, верно? — прижалась к нему Рада, не видя каменного выражения лица гостя.

— Причём здесь Элизабет, чёрт побери? — не выдержав, буквально зарычал Конте, и встряхнул ведьму за плечи, отодвигая от себя.

— Нери славится тем, что использует магию «вне Хогвартса»! — ответила Рада, вновь предпринимая попытку «соблазнить» его, — но Дарина покрывает девчонку! Для этого и существую Я! Я — глаза и уши Верховной!

Ведьма самонадеянно задрала подбородок, явно веря в сказанное. Жалкая собирательница сплетен… Рикардо прошёлся мимо стеллажей с книгами.

— Ты докладываешь той, что вы зовёте Верховной, об Элизабет? — уточнил он.

— Верно! Юстиана дала девчонке шанс, дала надежду стать одной из учениц, но Нери променяла этот дар на мужчину… — глаза Рады расширились, а зрачки стали совсем чёрными, когда вновь впилась взглядом в Конте, — но кажется, я её понимаю… ты истинное искушение…

— Ты никогда более не приблизишься к Элизабет, — он нахмурился и, позволяя своим чарам развеяться, остановился посреди магазина.

Приходя в себя, Рада прерывисто выдохнула и отшатнулась от посетителя. Когда он смог войти? Что она делала здесь, полураздетая?! Ведьма глухо чертыхнулась, глядя на блузку, расстёгнутую едва ли не до пояса. Конте? Здесь? Как узнал о ней?!

— Проклятье…

— Я стану твоим проклятьем, — мрачно проговорил Рикардо, и ведьма вздрогнула, когда за окнами магазина внезапно потемнело, и блеснула молния, вскоре разрывая округу яростным громом.

— Да кто ты такой?!

— Ты уже дала мне определение, Рада, — уголок губ Конте дрогнул, выдавая то, что едва сдерживался, — я не стану повторять, поэтому считай великодушием тот факт, что сегодня лишь предупрежу.

Ливень хлынул оглушающей стеной. Рада прижалась спиной к холодной стойке, наблюдая, как вспыхивали один за другим защитные рунескрипты, не причиняя и малейшего вреда посетителю.

— Чего ты хочешь? — сдавленно пробормотала ведьма, исподлобья глядя на молодого человека, стоявшего перед нею.

Глаза Конте сверкнули со следующей вспышкой молнии, и Рада к своему ужасу увидела, как прозрачная вода принялась наполнять помещение магазина, укрывая пол. Она коснулась туфель, немедленно вымачивая их и женщина отступила в сторону, хоть это и было бесполезно. Складывалось ощущение, что находилась на тонущем корабле и паника охватил всё её существо.

— Чего ты хочешь?! — снова выкрикнула вопрос Рада, глядя на Конте.

— Ты не приблизишься к Элизабет. Ни словом, ни делом не навредишь ей. Даже мыслить об этом не смей, я буду знать всё, не сомневайся в этом. А если вдруг лишишься рассудка, или решишь, что есть те, кто встанет на твою защиту, — он намекнул на Юстиану, о ком сейчас наивно думала ведьма, — то в следующий раз я действительно стану твоим проклятием, Рада.

Она не ответила, поскольку внезапно не смогла дышать, чувствуя, как горло сдавило. Затем закашлялась, буквально захлёбываясь солёной морской водой. Рикардо подошёл к ведьме ближе, глядя в её испуганные глаза.

— И насчёт магии «вне Хогвартса»… — мрачно добавил он, — ещё раз используешь её на смертных, или вздумаешь кого из них жалким шантажом в ищеек своих превратить, итог будет тем же.

Говорил о мальчишке Муромском?! И о нём откуда-то узнал?.. Продолжая задыхаться, Рада опустилась на пол, прижимаясь мокрой спиной к боку стойки. Она согласно закивала, не смея спорить с ним. Не говоря больше ни слова, Конте прошёл мимо ведьмы к двери, и вышел на улицу. Там он прерывисто вздохнул, глядя, как вода стекала по ступенькам крыльца.

Поправляя галстук, Рикардо тихо проговорил на родном языке, и вода испарилась, не оставляя и следа своего пребывания. Только в самом магазине, падая со стеллажей, проплывали мимо хозяйки глянцевые книги, в неубывающей луже. Рада испуганно оттолкнула ногой томик Тургенева «Муму», и принялась от бессилия колотить кулаками по воде.

Глава 37

Ночью так и не удалось заснуть, поэтому ворочалась с бока на бок, сердясь на неудобную подушку. Лиза смирилась с тем, что это бесполезное действо и села постели. Она согнула ноги в коленях и обхватила их руками. Затем перевела взгляд на настольные часы. Уже шестой час… Вчера ей удалось получить дозволение Верховной, увидеться с нею.

Лиза долго обдумывала свои слова, и каждый раз казалось, что звучали они не так ладно, как хотелось бы, не так убедительно, как нужно. Вот если бы Юстиана могла прочитать то, что творилось у неё на душе, почувствовать то, что было на сердце. Поняла бы она тогда? Простила бы? Приняла её выбор?

Слыша, как шелестели за окном медные листья деревьев, девушка поднялась с постели и прошлась по комнате. Она отодвинула в сторону светлую штору и глянула во двор. Ветрено сегодня… Порыв осеннего ветра склонял ветви её любимого клёна, который словно приветствовал юную ведьму, махая своими большими красно — жёлтыми «ладонями».

На одной из верхних веток, Лиза приметила ворона. Птица будто поёжилась, крепко обхватывая лапами ветку, на которой устроилась, и внимательно следила за девушкой. Лиза вздохнула, приоткрыла окно и, беря с плетёной вазы на столике спелое яблоко, оставила его на декоративном деревянном карнизе за окном. Птицы часто прилетают к дому, прося поесть. Пусть и этот подкрепится… Едва Лиза отпрянула от окна, как птица стремительно сорвалась с ветки, и на лету хватая лапами фрукт, унеслась прочь, теряясь из виду.

— Вот нахал… — взволнованно прошептала ведьма, переводя дух.

Но, поскольку всё равно поднялась, стоит подготовиться и спуститься вниз. Серафима наверняка уже не спит. Лиза вновь принялась репетировать свою речь, попутно одеваясь. Ворон тем временем устроился за окном и, принимаясь за угощение, всё поглядывал на взволнованную девушку.

Когда же посчитала, что была готова, ведьма спустилась в просторную нижнюю комнату. Уже здесь она смогла убедиться в том, что бабушка действительно не спала. Отсутствие силы не дало ей почувствовать Серафиму. Та стояла у окна, в задумчивости сложа руки на груди.

— Ты готова, Лиз? — не оборачиваясь, спросила хозяйка дома.

— Я почти убедила себя, что этот так… — проговорила Лиза и приблизилась к бабушке, ставая рядом с нею.

— Ты должна позавтракать.

— Не уверена, что хоть что-то смогу сейчас съесть, — нервно улыбнулась девушка.

— Но, тем не менее, уверена в том, что хочешь отправиться к Верховной одна? — нахмурилась Серафима, поворачиваясь к внучке.

— Это будет правильно, — заверила её Лиза, — я должна одна поговорить с нею. Не могу прятаться за твоей спиной каждый раз. О своём выборе должна сообщить сама.

— Кажется, кое-кто не согласен с твоими словами, — потянула нараспев Серафима, шире раздвигая лёгкие шторы.

Лиза приникла к холодному стеклу, теперь замечая подъехавшую машину Рикардо.

— Он должен быть в университете, — нахмурилась девушка, — я предупреждала, что сегодня не смогу посетить занятия…

— Поэтому он и здесь, — бабушка тепло провела ладонью по волосам внучки и, глядя на входную дверь, прошептала заклинание, снимая с неё печать.

Рикардо вышел из машины и прошёл по знакомой дорожке к дому ведьмы. Впервые он поднялся на крыльцо, и только собрался постучать, как дверь сама приветливо распахнулась, впуская гостя внутрь. Окутанный теплом и ароматом свежесваренного кофе, молодой человек переступил порог ведьминой обители.

На диво уютный домишка… Теперь он понимал Элизабет и её жажду оказаться здесь, а не в родительском особняке. Обеих женщин Конте встретил в просторной гостиной. Он поздоровался с Серафимой, почтенно склоняя тёмную голову, а когда выровнялся, то взгляд его остановился на девушке, стоящей у окна.

— Прошу прощения за утренний визит без предупреждения, но…

— Я была бы разочарованна, не приди ты сегодня, — заявила Серафима, прохаживаясь по комнате, — ты заставил меня битый час стоять у окна. Даже кофе остыл!

— Я… — Рикардо не нашёлся что ответить.

Знала, что он придёт? Признаться честно, уже доехал до университета, даже зашёл в корпус, но что-то словно за шиворот потянуло обратно на улицу. Он чувствовал, что должен приехать и увидеть её. Рикардо снова вернулся взглядом к Лизе.

— Я буду сопровождать тебя, — твёрдо проговорил он.

— Защита Юстианы не пропустит тебя даже за ворота, — вздохнула Лиза, от всей души радуясь тому, что Рикардо сейчас был здесь, рядом.

— Понимаю данный факт, — коротко кивнул Конте, — но, тем не менее, буду ожидать у машины, пока не выйдешь. Пусть это так ничтожно мало с моей стороны, но хоть это для тебя я могу сделать.

— Сейчас вы сделаете вот что — позавтракаете! — прерывая их беседу, заявила Серафима, — небось, и ты с утра не доразумился хоть что-то в рот кинуть. Отправляйтесь мыть руки и ступайте на кухню…

* * *

Пройдя по выложенной округлыми камнями дорожке, она остановилась, лёгким движением руки снимая с головы капюшон невесомой чёрной накидки. Поодаль блестело небольшое озерцо, и утренний туман окутывал его белой дымкой. Юстиана вдохнула свежий воздух, так привычно пахнущий осенью, наверное, самой тихой порой года.

Вчера она дала своё дозволение внучке Серафимы явиться к ней. Светлый взгляд Юстианы потемнел, и ведьма неспешно прошлась по дорожке, не торопясь возвращаться в дом. Лёгкая полупрозрачная накидка едва скрывала безупречную белизну плеч Верховной. Длинное платье стелилось за нею шлейфом, едва приметно искрясь серебристым шитьём.

Где-то в небе, над верхушками медных деревьев, пронёсся ворон. Ведьма подняла к нему взгляд, привычно поднимая правую руку. Чёрная птица плавно спустилась к хозяйке, садясь на её руку. Затем мгновенно рассыпаясь чёрным туманом и собираясь вокруг запястья Верховной тонким замысловатым браслетом.

Её наблюдатель принёс известия, сообщая Юстиане, что гости приближались, следуя на машине по пустой в этот час дороге. Привела с собой полукровку? Губы ведьмы презрительно изогнулись. Посмел явиться к её воротам? Останется стоять у них жалким псом…

Озеро пошло рябью, а деревья послушно зашелестели яркой листвой, вторя мыслям своей повелительницы. Она негодовала, но была, как всегда сдержана, когда почуяла, как шла по дороге Елизавета. Верховная осталась глядеть на озеро, веля воде успокоиться. Затем едва приметным движением руки позволила девушке приблизиться к себе.

— Тебе хватило храбрости самой просить меня о встрече. Так чего же ты робеешь сейчас, дитя? — обратилась к Лизе ведьма, прекрасной статуей глядя на свои владения.

— Я прошу прощения за то, что снова посмела беспокоить вас, госпожа, — отозвалась Лиза, подходя к Верховной и останавливаясь рядом с нею на каменной дорожке.

Юстиана и без лишних слов ощущала смешение сил в юной ведьме, стоящей рядом. Знала она и о том, что глупышка собралась сообщить, ещё до того, как вышла из дома Серафимы. Что ж, какая нелепая растрата дара и собственной жизни… Да простит её Пальмистрия, но она своё решение также приняла.

— Говори, Елизавета, — повелела Юстиана.

Только девушка набрала воздуха, чтобы ответить, как почти ледяной порыв ветра едва не сбил её с ног, проносясь по саду и срывая пожелтевшую листву. Тонкое трикотажное платье не согревало толком, а погода прекрасно выдавала настроение Верховной.

— Вы всегда были так великодушны, позволяя мне надеяться однажды идти за вами, госпожа, — Лиза заставила себя стоять ровно, не обращая внимания на сильные порывы холодного ветра и пугающе шумевшие деревья.

Они словно пытались схватить её своими ветвями, злясь на то, что не могли дотянуться.

— Я прошу простить меня за то, что не оправдала ваше доверие. За то, что оказалась недостойна вашего взгляда. Вы сказали, что позволите мне сделать выбор. И я благодарна за этот дар, — продолжила говорить девушка, чувствуя, как совсем замёрзла, — но мой выбор сделан. Я, как и полагается в таком случае, пришла, чтобы сказать об этом.

Юстиана неспешно повернулась к ней. Ветер подхватил её белоснежные волосы, но, не растрёпывая, а прядь к пряди собирая за спиной, словно послушный слуга. Верховная ведьма сверкнула холодной усмешкой, глядя на девушку, сжимавшую от волнения кулаки.

— Что же ты выбрала, Елизавета? — спросила она, хоть гостья и понимала прекрасно, что уже знала ответ.

— Я хочу идти за своею любовью, госпожа, — посиневшими от холода губами, проговорила Лиза, — хочу идти за ним. Это мой выбор…

— Я принимаю его, — неожиданно согласилась Юстиана, но дрожь в мёрзлой земле и почерневший взгляд ведьмы говорил о её истинном настроении.

— Благодарю вас, — склонила голову Лиза, ожидая дальнейших действий старшей сестры.

— Как и обещала Серафиме, я позволяю этот выбор, — продолжила Юстиана, теперь неспешно обходя вокруг гостьи, — но у каждого выбора есть своя цена. Ты ведь это понимаешь, Елизавета?

— Понимаю, — прошептала девушка.

— Я не могу позволить твоей силе, способной принести разрушения и опасность раскрытия нашего существования, находиться в людском мире неподконтрольно.

Лиза замерла, глядя на Верховную большими глазами. Полы накидки вились за спиной ведьмы, словно прозрачные чёрные крылья.

— Цена твоего выбора, дитя — ведьмин дар. Уйдя за пределы этой земли, ты никогда более не воспользуешься им, — холодно проговорила Юстиана, — раз так манит тебя магия смертных, эта мнимая сила, что готова отказаться от своей сути и выбрала этот путь, то будь тверда до конца. Готова ли ты? Годам свойственно разбавлять чувства, словно дождевой водой. Они утрачивают свой вкус! Годам свойственно стирать красоту и молодость, такова участь смертных. Твой ли это путь, Елизавета? Я жду последний твой ответ. Так говори же!

— Если это для меня единственный шанс получить свободу и возможность быть с ним рядом, то решение моё твёрдо, — упрямо проговорила Лиза, и голос её был заглушён разбушевавшейся природой, словно восставшей от её слов.

— Так тому и быть! — мрачно отозвалась Юстиана, глядя на гостью чёрным взглядом, — яд чьянн до последнего вздоха останется в твоей крови, не позволяя силе вернуться. И ты сама выбрала свою судьбу, Елизавета.

Глава 38

Ей удалось согреться только когда машина Рикардо остановилась на университетской парковке. Кутаясь в его пиджак, Лиза почти задремала и не сразу поняла, что уже долгое время в салоне тихо. Она осторожно повернула голову, немедленно окунаясь в тёплый взгляд Конте.

— Ты знаешь, как велик сейчас соблазн? — проговорил он, касаясь ладонью её щеки.

— Ты обещал, что не станешь лезть в мою голову, — напомнила Лиза и неожиданно зевнула.

Она бы с удовольствием свернулась клубочком под боком Рикардо, укрылась тёплым одеялом и хорошенько отоспалась. Но сейчас не хотела привлекать его внимание к своей неожиданной усталости, чтобы ещё больше не беспокоить.

Она скажет ему, обязательно скажет, но выберет для этого лучший момент. А сейчас, просто побудет на занятиях, как и полагается в такой день. Всё как обычно. Подумаешь, почти стала одной из смертных… Что плохого могло произойти с нею, даже без ведьминого дара? Лиза подавила приступ паники, и заставила себя улыбнуться Рикардо. Он скептически поглядел на её попытку выглядеть невозмутимо и довольно.

— Мне знакомо достаточное количество методов, позволяющих узнать то, что я хочу, Элизабет.

Его голос уже звучал иначе, вынуждая голову кружиться и, Лиза коснулась его губ поцелуем, не давая воспользоваться чарами.

— А я знаю много способов заставить тебя отвлечься, — проговорила девушка, вновь целуя его.

— Проверим, чья возьмёт? — соблазнительно произнёс Рикардо, не позволяя ей отстраниться и продолжая целовать.

Проклятье! Он прекрасно знал, что Верховная Баба Яга так просто не отпустила бы её. Она потребовала что-то взамен… Несомненно, потребовала! Но что? Что?! От контакта со старшей сестрой, магия зашкаливала, искрила воздух вокруг Элизабет и он не мог ничего толком почувствовать.

— Идём, — Лиза открыла дверцу машины, улыбнулась ему и вышла на тротуар, ожидая, пока Рикардо присоединится к ней.

Подчиняясь, молодой человек вышел из салона следом за своей спутницей, всё так же пристально вглядываясь в её лицо. Лиза изобразила обиженность.

— Хватит изучать меня, — она подождала, пока Рикардо подойдёт к ней, завладела его рукой и увлекла за собой к центральному входу университета.

— Сегодня ты так стремишься к знаниям, Элизабет! — сердито проворчал Конте, поднимаясь с подругой по ступенькам крыльца и входя в просторный холл.

— Не сердись, — попросила она, — я в порядке. Я с тобой. Всё хорошо. Мы пропустили первые две пары, осталось ещё три. Сегодня у меня все занятия в одной аудитории. Как только освобожусь, сразу позвоню тебе. Хорошо?

Конте не спешил ответить, но всё же пришлось отпустить её, проводив до нужной аудитории на втором этаже.

— Если почувствуешь, что слишком устала, или просто захочешь уйти, звони немедленно, — велел Рикардо, — поверь, лучше тебе не видеть меня сердитым… а я буду очень зол, если не побережёшь себя.

— После такого «запугивания», разве я могу не подчиниться? — усмехнулась Лиза и едва раздался звонок над их головами, махнула Конте рукой, заходя в аудиторию.

Близняшек она не обнаружила, видимо остались дома, и это радовало. Если, конечно, вновь не вляпались в неприятности. Лиза прошла за свой стол, стоявший в последнем ряду, так удобно, подальше от взгляда преподавателя и шумных сокурсников. Она опять зевнула, прикрываясь ладонью, и тяжело опустилась на стул.

Лекция началась. Слушая монотонный голос мужчины, рассказывающего нечто наверняка важное у кафедры, Лиза опустила голову на руки, которые устроила на столе. Глаза буквально закрывались. Наверняка от того, что вымоталась с утра, да ещё всю ночь не спала. Некое непривычное тепло, становясь всё более жарким, наполняло тело, убаюкивая её. Может последствие холодного ветра, вызванного Верховной? Точно… Она просто простыла, да и только.

Вечером бабушка приготовит своего волшебного отвара, который и мёртвого на ноги подымет, и как всегда обнимет бедовую внучку. Хоть и отругает перед этим, несомненно. Серафима велела вечером явиться к ней, конечно же, не веря и единому слову и заверениям.

Лиза поклялась, что так и поступит, и намеревалась просить Рикардо отвезти её к дому бабушки. Рикардо… Она улыбнулась, уже сквозь долгожданный сон, всем своим существом радуясь тому, что могла теперь любить не таясь.

* * *

— Я оставила их на вашем столе, Роман Викторович, — Дарина остановилась в коридоре, удобнее придерживая папку с документами и продолжая говорить по телефону с начальником, — да, я помню. Всё будет готово к завтрашнему дню, можете не беспокоиться по этому поводу…

Словно притянутая неведомой силой, или скорее по привычке, помощница ректора немного подалась вбок, заглядывая в пустую аудиторию. Дарина даже подошла ближе, убирая мобильник в сумочку. Двери как всегда распахнуты настежь. Студенты уже покинули помещение, и в коридоре было тихо.

Хотя, буквально через мгновение в нём послышались шаги и, не останавливаясь, мимо Дарины торопливо прошёл ещё один «подконтрольный» студент. Рикардо Конте решительно вошёл в аудиторию, не обращая на помощницу ректора ровно никакого внимания, словно её и не было. Он глухо выругался, стоило ему увидеть ту, кто так бессовестно и не позвонила, хоть и обещала.

— Элизабет! — позвал он девушку.

Но та продолжала спать за своим столом, опустив голову на руки. Рикардо прошёл между рядами столов, собираясь подойти к Лизе. Дарина вошла за ним следом, вновь ожидая очередной выходки от внучки Серафимы. Но даже с такого расстояния поняла, что в этот раз вины девушки не было в происходящем.

— Элизабет, — тихо позвал Рикардо, склоняясь над нею, и убирая золотистые пряди волос с её лица.

От неё исходил ощутимый жар, хоть щёки и были бледны, как снег. Девушка даже не шевельнулась, продолжая спасть.

— Как случилось, что Елизавета утратила свою силу? — возмутилась Дарина, проходя по проходу между столами.

— Что значит — утратила? — мрачно глянул на ведьму Конте.

— Она побывала под влиянием чьянн? — вопросом на вопрос ответила помощница ректора, становясь рядом с ними, — как могло произойти подобное в городе? Когда это случилось? Серафима в курсе? Конечно же, в курсе…

Пробормотала взволнованно Дарина, теперь замечая убийственно — прозрачный взгляд студента.

— Не вздумай применить свою силу в этих стенах, юноша! — сухо предупредила ведьма.

— Что значит — утратила силу? — сквозь зубы повторил вопрос Рикардо, и вновь склонился над Лизой, собираясь поднять её на руки.

— Я не чувствую в ней присутствия дара, — растерянно проговорила Дарина, — ты ведь знаешь, что случилось?

Она нахмурилась, глядя, как молодой человек бережно поднял подругу на руки. Он не ответил, мрачно глядя на неё.

— Отвези Елизавету к Серафиме. Я позвоню и предупрежу её, — торопливо пояснила Дарина, понимая, что правды от студента не добиться.

Но сейчас не могла терять время на расспросы. Девушке нужна была помощь.

— Яд чьянн опустошает её, — взволнованно проговорила ведьма, — я не знаю, что блокирует её родную силу, но если не открыть источник, то…

— То, что?!

За окном потемнело, словно уже была ночь, и Дарина помрачнела, не меньше туч на небе.

— Это погубит её… спеши! Боюсь, что драгоценное время и так утеряно…

Не дожидаясь его ответа, ведьма вышла в коридор и, пренебрегая собственными же правилами, жарко зашептала заклинание, наводя морок на зазевавшихся студентов. Рикардо торопливо вышел вслед за помощницей ректора, и без помех, благодаря замершим на местах смертным, спустился на первый этаж университета. Через пару минут Дарина услышала, как отъехала от стоянки машина, уносясь прочь по дороге.

Ведьма схватила свой телефон, набирая знакомый номер. Серафима ответила после первого гудка, словно ждала её. Подходя к окну и глядя в тревожное грозовое небо, Дарина принялась говорить. Когда же закончила объясняться с сестрой, то опустила руку с телефоном, всё так же испуганно глядя на небо.

— Ты должна справиться, Елизавета. Иначе этот город превратится в Атлантиду…

Её последние слова были заглушены шумом обрушившегося ливня.

Глава 39

Стоило машине, визжа шинами остановиться перед домом, Серафима распахнула дверь и выбежала на крыльцо. Ведьма повела рукой, отводя от Рикардо, нёсшего на руках девушку, льющий дождь. В волнении глядя на бледное лицо внучки, Серафима велела Конте входить, немедленно отправляя его на второй этаж. Молодой человек торопливо поднялся по старой деревянной лестнице. Оказываясь в комнате Лизы, Рикардо кинул взгляд на витражное окно, по которому тяжело бил не перестающий дождь, и бережно опустил девушку на постель.

— Спасите её! — теперь Конте повернулся к хозяйке дома, сверкая прозрачным взглядом, — вы ведь можете это сделать?..

— Я могу лишь замедлить действие яда, но моих сил не хватит, чтобы остановить его… — в отчаянии мотнула головой Серафима, — я приготовила всё необходимое. Мне нужно сотворить обряд. Тебе лучше покинуть эту комнату, Рикардо и подождать снаружи.

— Если вы не можете спасти её, то кто может?.. — глухо пробормотал Конте, не собираясь отходить от постели, на которой лежала Лиза, — я не должен был отпускать её. Не должен был позволять уходить. Не должен был…

Серафима опустила ладонь на его плечо, пытаясь немного успокоить.

— Она бы всё равно это сделала. Я знаю свою внучку. Не смей винить себя. Более того, я уверена, что сам бы поступил точно так же.

— Кто может спасти Элизабет? — не поддался на её слова Рикардо.

— Я проведу обряд и буду молить Юстиану вернуть силу Лиз, — ответила Серафима, подходя к постели внучки, — мне нужно закончить все приготовления. Прошу, сейчас оставь нас…

Она не договорила, поскольку дверь за спиной с грохотом захлопнулась. Ведьма обернулась, понимая, что гость уже сбегал по лестнице, собираясь покинуть дом.

— Что ты собрался делать, глупый мальчишка?! — выкрикнула Серафима, но немедленно отъехавшая машина только подтвердила её опасения.

* * *

Он прекрасно помнил, где находился нужный ему дом. Видимость была отвратительной, превращая день в ночь. Только не утихавшая гроза освещала дорогу, и заглушала ливший дождь, барабанивший по машине. Мимо бокового окна молнией пронеслась чёрная птица, возможно ворон, пропадая в сумерках. Рикардо казалось, что прошла целая вечность, пока отыскал нужную дорогу, словно кто намеренно отводил в сторону, не давая приблизиться.

Когда же знакомые кованые ворота показались впереди, молодой человек бросил машину, не потрудившись даже закрыть дверцу, и подошёл к ним. Он помнил о словах Элизабет, предупредившей о том, что защита не позволит ему войти. Рикардо схватился за железные изогнутые прутья ворот и толкнул их, убеждаясь в том, что те не поддавались, буквально обжигая пальцы.

— Я хочу говорить с вами! — Конте попытался перекричать разбушевавшуюся стихию, — я знаю, что вы видите меня! Знаете, зачем я здесь! Ответьте мне, чёрт возьми!!

Хлопая мокрыми крыльями, рядом на ворота опустился большой ворон, глядя на нежданного гостя умными глазами. Каркнув, птица сорвалась прочь, а следом за нею, тяжело поддались и ворота, впуская вымокшего путника. Рикардо ступил на зачарованную землю Верховной, слыша, как за спиной с грохотом закрылись обратно створки ворот.

Пришлось немало поблуждать, пока тропа позволила приблизиться к сердцу владений Юстианы — её дому. Сама хозяйка встретила его на широком крыльце, стоя на каменных ступенях. Рикардо узнал ведьму, поскольку именно такой являлась она ему в мыслях Элизабет: холодная статуя в чёрно — серебряных одеяниях.

— Посмел явиться сюда? — мрачно кинула ему Юстиана.

— Разве не этого вы желали? — Рикардо сделал ещё несколько шагов, приближаясь к Верховной.

— Твоя самонадеянность не знает границ, полукровка!

— Возможно… Но разве я не прав? — сверкнул он взглядом, — это ведь месть мне? Ваш ход — это вызов мне. Таков был расчёт? Вы знали, что я приду. Ведь не могло быть иначе!

Грохот грома заглушал их голоса, а молнии, прорезывая чёрное небо, освещали округу. Дождь усиливался, но ни одна капля не упала на землю, находящуюся под защитой Верховной ведьмы. Словно невидимый купол вознёсся над их головами, не давая стихии ворваться сюда. Вымокший до последней нитки, Конте сделал ещё шаг.

— Ты решил, что можешь уничтожить мой город? — голос Юстианы мало походил на человеческий в этот час, — или настолько самонадеян, что вздумал тягаться со мной?!

Тягаться? Если бы он только мог… Но не в этот раз, не тогда, когда в доме ведьмы находилась между жизнью и смертью Элизабет. Сейчас он был жалок, вынужденный укротить свою суть. И для этого потребовалось куда больше сил, чем на попытку боя.

— Что же ты молчишь, полукровка?! — Юстиана одним взглядом вынудила Конте упасть на колени, — решил, что можешь требовать? За этим пришёл сюда?!

Он ощутил, как тело буквально пронзило тысячью игл.

— Я пришёл умолять… — едва слышно просипел Рикардо, глядя на Верховную исподлобья.

— О чём же ты, сын сирены, смеешь умолять меня? — Юстиана приблизилась к нему, теперь возвышаясь над гостем холодной сверкающей статуей.

— Я молю спасти её… — непослушными губами проговорил Рикардо, чувствуя, что едва оставался в сознании, истязаемый заклинанием старшей ведьмы.

— Я не слышу, что ты там бормочешь, — мрачно кинула ему хозяйка дома, — или желание твоё настолько незначительно, что и произнести не в силах? Ты жалок, полукровка!

— Спасите её! — хрипло выкрикнул Конте, упираясь обоими кулаками в выложенную камнями дорогу.

Он собрал остатки сил и, шатаясь, смог подняться перед Верховной.

— Спасите её!..

— Упрям! — кинула на него чёрный взгляд ведьма, — это твоё упрямство и довело Елизавету до могилы! Ты знал, что так будет! Знал, что твой род проклят! Но не отступился!

— Не существует проклятий… Есть только трусость и слабость души, которую люди и подобные нам, прикрывают карой свыше! — Рикардо велел себе стоять ровно, хоть перед глазами всё плыло, сливаясь тусклыми пятнами, — моя вина лишь в том, что не смог быть рядом, чтобы защитить… Вы в силах это сделать. Прошу, спасите Элизабет…

— Почему же я должна это делать, наивный мальчик? — воздух вокруг Верховной опасно искрился, сгущаясь чёрным туманом, — спасать ту, что так легко пренебрегла мною и дарованной силой? С чего ты взял, что я желаю этого?

— Будь иначе, вы бы не позволили мне войти сюда… — глухо пробормотал Рикардо, пытаясь разглядеть силуэт ведьмы, — и не стали бы тратить своё время, выслушивая…

— Смеешь утверждать, что знаешь мои мотивы?!

— Смею, — он, шатаясь, приблизился к Юстиане, теперь имея хоть какую-то возможность смотреть ей в глаза, — тот, кто безразличен, не станет тратить столько усилий. Злы, что Элизабет выбрала меня, а не вас? Предпочла жалкого полукровку своей покровительнице? Не оправдала ваших ожиданий? Это ещё больше подтверждает мои слова. Так почему же боитесь признаться в этом? Я не знаю ваших законов, но разве может гордость или предубеждения помешать сердцу принять верное решение?..

Юстиана замахнулась рукой, готовая ударить его за подобные слова, от избытка чувств даже не используя магию, так по человечески, что сама задохнулась от этого осознания. Ведьма сжала ладонь в кулак, всё же опуская руку, и мрачно глядя на гостя.

— Я не верну ей силу, не смей вмешиваться в это.

— Я прошу лишь спасти Элизабет! Вы можете остановить действие яда.

— Чтобы поднять того, чья душа находится между миром живых и мёртвых, необходима жертва, — холодно проговорила Юстиана, теперь обходя молодого человека кругом, окутывая мягкими сгущающимися клубами чёрного тумана.

— Я знаю это, — ответил Рикардо.

— И цена высока, — призраком продолжила кружить ведьма.

— Я знаю.

— Что же ты готов отдать, самонадеянный мальчик? — шелестел голос Верховной, холодом пробирая его до самой души, — может свой чудесный голос?

Решила поиздеваться? Рикардо закрыл на мгновение глаза, переводя дыхание. Вот только Андерсена не нужно сейчас вспоминать…

— Я отдам столько, сколько потребуется, — ответил Конте.

— А если ценой будет жизнь? — остановилась Юстиана, впиваясь в гостя чёрным взглядом.

— Я согласен.

Она неожиданно расхохоталась, болью отзываясь в голове.

— Я согласен! — собирая последние силы, выкрикнул Рикардо, стискивая слабые ладони в кулаки, — раз моей жизни будет достаточно, то берите её.

— Готов умереть за Елизавету? — скептически проговорила Юстиана, — действительно готов или же это жалкая бравада? Всё слова! Всё лишь слова!

Её губы презрительно изогнулись.

— Тогда хватит слов, — процедил сквозь зубы Рикардо, — я перед вами. Я готов. Готовы ли вы?

— Так и быть. Я проведу обряд. Твоя жизненная сила вернёт её. Но с первой же зарёй, когда последняя капля этой силы перейдёт к Елизавете, ты исчезнешь, глупый мальчик, — Юстиана приблизила к нему бледное лицо, вглядываясь, словно так надеялась увидеть в его глазах страх или сомнение, — ты станешь пеной морской, как та самая наивная русалочка, которую воспел Андерсен. Ты растаешь.

— Прекрасно… — Рикардо выдержал её взгляд.

Глава 40

Когда вновь вернулся в брошенную машину, не задумываясь, повёл её обратно к дому Серафимы. И только неподалёку от него остановился, на минуту переводя дыхание. Рикардо посмотрел на свою раскрытую ладонь. Тонкий порез на ней, уже заживавший, напоминал о том, что обряд Верховной был завершён, а его кровь стала основой для приготовленного зелья, лежавшего рядом, на соседнем сиденье, в небольшой тёмной бутылочке.

Затем Конте развернул ладонь тыльной стороной вверх и глянул на наручные часы. Уже десятый час. Время так быстротечно… В сентябре здесь восход примерно в шесть, судя по имеющимся данным. У него от силы часов семь. Рикардо глубоко вздохнул, подвёл машину ближе к дому ведьмы и вышел, немедленно направляясь к крыльцу.

Молодой человек поднялся по нескольким ступенькам и толкнул дверь, которая легко поддалась, впуская его в тёплый дом. Тёплый, именно таким он запомнится ему, как и женщины, чьими усилиями этот островок уюта и покоя согрет. Серафима не спустилась к нему. Только непонятное существо, несчастно утирая вздёрнутый нос кисточкой собственного хвоста, сидело на подоконнике, прячась за прозрачными шторами. Рикардо кинул короткий взгляд на Тинка и поднялся по лестнице на второй этаж, к комнате Лизы. Хозяйка дома была здесь. Стоило Конте показаться у раскрытой двери, как Серафима отпустила руку внучки, поднялась с края постели и прошла к нему навстречу. Тревожно вглядываясь в его лицо, уставшая женщина участливо коснулась его щеки и лба ладонью.

— Где ты был? — почти со стоном проговорила Серафима, — неужто действительно отправился к Верховной? Рикардо…

Конте только коротко кивнул и прошёл к кровати, где по-прежнему лежала Элизабет, укрытая тонким покрывалом.

— Рикардо! — окликнула его ведьма.

Но молодой человек сел рядом с Лизой и бережно убрал золотистую прядь волос с её лба, где были нанесены защитные ведьмины знаки. Серафима видела, как дрожали пальцы Рикардо и прекрасно слышала, как гулко билось его сердце.

— Рикардо…

— Возможно, я и в самом деле проклят, раз принёс в ваш дом столько несчастий, — тихо проговорил Конте, и попытался открыть крышку небольшой принесённой бутылочки.

Пальцы как нарочно соскальзывали и он едва не отломил верхушку, всё же справляясь с ненужной помехой.

— Что ты собрался делать? — схватила его за руку Серафима, — что это?!

Ведьма развернула его руку ладонью вверх, замечая свежий порез. Её глаза стали тёмными, как ночь.

— Что за зелье тебе дала Юстиана?! Отвечай немедля! — потребовала она.

— Оно поможет Элизабет. Я надеюсь на это, — ответил Рикардо, высвобождая свою руку, стараясь не пролить и капли из бутылочки, — сейчас прошу не вмешиваться. Боюсь, что не отвечаю за последствия… прошу вас…

Молодой человек приподнял подбородок Лизы, и поднёс тёмную бутылочку к её губам. Чёрный ворон за окном, не моргая наблюдал за его действиями и немедленно сорвался с ветки клёна, улетая прочь, едва девушка смогла сделать глоток зелья.

Серафима без сил опустилась в кресло рядом с кроватью, силясь не закрыть глаза. Она истратила слишком много на свою магию. Ведьма смотрела, как Рикардо пытался поить внучку, платком промокая её подбородок, когда зелье проливалось мимо губ девушки.

— Вам стоит немного отдохнуть, — раздался сквозь пелену сонливости голос гостя, — спуститесь к себе. Я побуду рядом с Элизабет.

Хозяйка дома не сдвинулась с места, и тогда Рикардо пришлось повторить настойчивее, заканчивая поить Лизу.

— Мне хотелось бы сейчас побыть наедине с Элизабет. Могу я просить вас всё же оставить нас одних?..

Серафима словно очнулась, вздрагивая в кресле, и шатко поднялась, убирая длинные волосы за спину. Она молча кивнула гостю. Слыша спокойное дыхание внучки, ведьма решилась спуститься вниз, к своей комнате, чтобы хоть ненадолго закрыть глаза и попытаться восстановить силы. Когда остался с Лизой наедине, Рикардо оставил пустую бутылочку на журнальном столике. Он коснулся ладонью лба девушки, ощущая, как жар стал медленно спадать, стирая с её лица мертвенную бледность.

Это дарило успокоение, и Конте тяжело опустился рядом с Лизой на постель, осторожно привлекая любимую к себе. Гладя её длинные волосы, он велел себе не смотреть на часы, блестевшие в темноте. Хотя, скоро глаза его уже не могли различить ни одной цифры, теряя свою привычную остроту зрения. Как же сложно приходится смертным…

Время шло, он не мог сказать, что именно изменилось в его ощущениях. Возможно, слишком сильно кололо что-то в груди, или руки дрожали больше прежнего. А когда Лиза, погружаясь уже в здоровый сон, доверчиво свернулась клубочком у его бока, дыхание Рикардо стало прерывистым, но он стиснул зубы, веля себе быть спокойным и не сметь тревожить её.

Если бы он выбирал свою смерть, если бы мог, то иной и не хотел. Чувствовать её дыхание, тепло и мягкость. Видеть каждую черту лица, чтобы запомнить до последнего мгновения, до последнего удара сердца. Это ли не счастье? Нет, он не верил в проклятье. Дорогая Сирен, ты напрасно страшилась. За последние дни он познал больше, чем за все годы своей жизни. Он уйдёт спокойно… Но, чёрт побери! Он желал остаться…

Когда же, поднеся руку к лицу, едва смог разглядеть, что время пришло, Рикардо тяжело поднялся. Он вовремя схватился за спинку кровати, поскольку головокружение оказалось слишком неожиданным. Молодой человек устоял и, переведя дыхание, глянул на безмятежно спящую Лизу.

— Addio mia strega… (прощай, моя колдунья)

Он хотел коснуться её ещё хоть раз, но девушка шевельнулась в постели, и Рикардо не решился тревожить, понимая, что уже пора. Он прикоснулся к карману брюк, убеждаясь, что ключи от машины не потерялись, и бесшумно вышел из комнаты, направляясь к лестнице. Голова шумела, а изображение перед глазами переворачивалось, но Рикардо удалось спуститься вниз.

Молодой человек тихо пересёк гостиную, замечая, что за приоткрытой дверью хозяйской спальни, так и горел непогашенный ночник. Сон сморил Серафиму, позволяя отдохнуть. Она доверилась ему, и Конте был молча благодарен. Когда подошёл к входной двери, то почувствовал, как что-то потянуло его за штанину. Держась одной рукой за дверную ручку, и пытаясь унять головокружение, Рикардо глянул вниз.

Всё тот же любопытный хвостатый малыш. Схватил его за брюки когтистой лапой и пытался оттянуть от двери, что-то сердито фырча. От усердия бесёнок запыхался, но непослушный человек никак не поддавался!

— Я должен идти, — Рикардо осторожно поднял существо, и усадил на подоконник, затем покидая тихий дом.

Холодный порыв ветра остудил его, ударяя в грудь, едва оказался на улице. Конте шатко дошёл до машины и в этот раз был рад тому, что так и бросил её открытой. Садясь за руль, он попытался сконцентрироваться на дороге, но та плавала перед глазами. Он тряхнул головой, и изображение прояснилось, давая возможность наконец отъехать.

В это время дорога пуста. И единственное место, куда мог и хотел сейчас отправиться, находилось неподалёку. Проезжая мимо в прошлый раз, он обратил внимание на высокий мост над рекой. Солнце в тот день так чудесно золотило воду, играя тёплыми бликами на её безмятежной глади. Разве могут быть объятия лучше, чтоб принять своего сына в этот час?..

* * *

Она проснулась от тихого настойчивого стука, не понимая, где находилась. Едва открывая глаза, Лиза постаралась остановить взгляд на потолке, наконец понимая, что это её собственная комнатушка на чердаке у бабушки. Как она оказалась тут, чёрт возьми?..

Девушка села и поведя усталыми плечами, перекинула спутанные волосы на одно плечо. Снова слыша непонятный стук, она глянула на окно.

— Опять ты… — вздохнула ведьма, наблюдая за тем, как знакомый ворон настойчиво стучал клювом по стеклу.

Девушка поднялась с постели и подошла к окну, а затем приоткрыла его, впуская утреннюю свежесть. Она вдохнула полной грудью, с удивлением замечая, что улица буквально залита водой, словно неделю не стихая шли дожди. Лиза нахмурилась, когда птица пронзительно каркнула и неожиданно влетела в комнату, кружа у потолка. Пока девушка тянулась к лежащей на кресле кофте, чтобы прогнать «гостя», взгляд опустился на журнальный столик.

Лиза протянула руку, желая поднять непонятную тёмную бутылочку, но ворон опередил девушку, хватая пустой сосуд за горлышко и вновь садясь на подоконник. Птица зажала добычу когтистой лапой и вновь громко каркнула, отдаваясь эхом в голове. Лиза неожиданно замерла, поскольку перед глазами внезапно возникли не собственные двери, а высокие кованые ворота. Ведьма протянула руку, пытаясь коснуться их, но видение пропало.

Она обернулась к ворону, сверкая ярким прозрачным взглядом.

— Что ты хочешь сказать мне? — теперь она узнала птицу, и сердце забилось чаще от волнения.

Не понимая, что происходит, девушка сделала шаг по комнате и вновь замерла, окунаясь в воспоминания, явно не принадлежащие ей. Стена дождя оглушила её, словно стояла посреди улицы, и голос Верховной Юстианы звучал так ясно, пугая и тревожа.

Ещё мгновение, и она находилась в незнакомом круглом помещении, в окружении горящих свечей и едкого дыма. Ещё миг, и острая боль пронзила руку, заставляя девушку схватиться за свою ладонь. Лиза глядела на неё большими глазами, видя, как капала алая кровь, но не касалась пола, исчезая в призрачном видении.

«С первой же зарёй, когда последняя капля этой силы перейдёт к Елизавете, ты исчезнешь, глупый мальчик», — слышала ведьма голос Юстианы, — «Станешь пеной морской… растаешь».

— Что ты наделал, Рикардо… — прошептала Лиза, отгоняя непрошеное видение, и замечая теперь мокрый пиджак, брошенный Конте на стоящем в стороне стуле.

Ворон вновь издал свой клич, привлекая внимание девушки, и кинулся к окну, будто предлагая следовать за ним. Он отлетал и вновь возвращался, глядя на неё. Лиза, как была босиком, быстро спустилась вниз и, хватая с привычного места связку бабушкиных ключей, выбежала из дома. Ворон кружил над нею, пока садилась в машину, а как только отъехала от дома, стремительно полетел вперёд, ведя её за собою.

Глава 41

Слова Верховной всё звучали эхом в её голове, смешиваясь со звуками просыпавшегося мира за окном машины. Лиза была слишком взволнованна, чтобы удивиться тому, что могла поклясться — слышала каждый взмах лёгкого крыла ворона, кружившего над нею и вновь летевшего вперёд. Как могла ощущать всё это, не имея силы? Даже её ведьмин дар не позволял подобного.

Сейчас, вглядываясь в темневшую впереди дорогу, влажную от прошедшего дождя, она не могла видеть, как вновь становился прозрачным её взгляд, словно у того, к кому сейчас спешила, торопясь успеть раньше зари. Но солнце не желало ждать, встречая своим первым тёплым светом этот мир. Оно подымалось над гладью бежавшей вдаль реки, которая была так видна в это время и блестела чистым зеркалом.

Лиза остро ощущала запах речной воды, жёлтой листвы и особого пряного воздуха, возможного только осенью, такой не спутаешь ни с чем. А затем увидела его — тёмный силуэт так чётко был заметен на фоне всё светлеющего неба, которое окрасилось оттенками розового, затем золотясь и становясь ярче.

Стоя на одной из балок, Рикардо держался за другую рукой, глядя куда-то вперёд. Белоснежную рубашку и его короткие тёмные волосы трепал утренний ветер, словно пытаясь оттолкнуть от опасного края, но напрасно.

— Рикардо! — бросая открытую машину, Лиза побежала к нему, перебираясь через ограждение на пешеходную часть моста, — Рикардо!

Ворон сделал круг над мостом и опустился на одну из соседних балок, сложив чёрные крылья. Лиза вновь окликнула Рикардо, наконец достигая его. Но в этот миг, первые лучи солнца коснулись его, озаряя лицо молодого человека.

Лёгкость наполнила всё его тело, вынуждая потерять опору под ногами, а высокое чистое небо перевернуться перед глазами. Ещё мгновение, и он шагнул в пустоту, затем ощутив, как шумно сомкнулась над ним свежая речная вода, принимая в свои холодные объятия.

— Рикардо… — она не помнила, как сама оказалась на той самой балке, где только что стоял он.

Босые ноги моментально остыли на холодном металле. Лиза глубоко вдохнула, и спрыгнула вниз, следом за Конте. Оставаясь под водой, она всё искала его, путая порой направление. Но Рикардо словно и в самом деле исчез, покинул её, как и предсказывала Верховная. В отчаянии подымаясь над водой, Лиза делала очередной глубокий вдох и вновь ныряла, продолжая искать.

Ворон на мгновение расправил крылья, наблюдая за её действиями, и рассыпался чёрным туманом, собираясь уже женским силуэтом. Лёгкая длинная накидка легла за спиной Юстианы, словно крылья. Женщина склонила голову, вновь глядя на реку, где продолжала поиски юная ведьма. Верховная взялась рукой за поперечную балку, прислоняясь к ней боком, будто порыв ветра и в самом деле мог столкнуть её вниз.

Когда девушка слишком долго не показывалась над поверхностью воды, ведьма уже приподняла руку, собираясь начертать защитный знак. Но просто выдохнула, замечая золотистую голову в тёмной воде. Она слышала прерывистое дыхание Лизы, и нахмурилась, когда та в очередной раз скрылась в реке.

— Любовь безумна… Понимая, что всё кончено, ты и сейчас не остановишься? Так велика твоя вера? — сдаваясь, Юстиана вновь подняла руку, начиная своё заклинание, но замерла, широко распахивая глаза.

Забывая дышать, ведьма смотрела на воду, плескавшуюся внизу.

Рикардо казалось, что он в родном море. Даже ощущал солоноватый привкус морской воды и слышал песню матери, такую знакомую… Погружаясь всё ниже, удивлялся тому, что вода не темнела над ним, словно и само солнце решило сопроводить его, опускаясь следом. Он протянул руку, желая коснуться странного золотого света, ощущая его тепло, и почувствовал, как нечто крепко обхватило его запястье. Ещё миг, и он уже не падал, возносился ввысь, ослеплённый неведомым светом. Возможно, это и есть финал? Мог ли он знать… Ещё немного, и свет угас, растворяя сознание.

Лиза подняла голову Рикардо над поверхностью воды, не позволяя ему вновь оказаться под ней. Удерживая любимого, она поплыла к берегу. Стоило босым ногам коснуться холодной земли, ведьма за плечи потянула бессознательного Конте подальше от реки.

— Рикардо… — единственное, что могла сейчас произнести, было его имя.

Лиза вновь и вновь шептала его, затем переходя на крик, словно это могло привести Рикардо в чувства и заставить открыть глаза. Что же там делают люди? Что?! Ах, если бы только магия была с нею… Лиза склонилась над молодым человеком, убирая свои мокрые волосы на одно плечо. Она попыталась сделать искусственное дыхание, как однажды балуясь, показывали близняшки, но вскоре поняла бесполезность и этого способа.

— Вернись ко мне… — ведьма дрожащей рукой начертала исцеляющий знак, но пальцы не слушались, да и привычного показывания в них Лиза не ощущала.

Бесполезная ведьма! Жалкая! Ни на что не годная…

— Вернись! — она вновь и вновь повторяла заклинание, продолжая чертать, стоя на коленях рядом с Рикардо, — мы ведь напарники… Как Хан Соло и Чубакка… как Тернер и Хуч… Ты ведь помнишь это?.. Вернись ко мне или возьми с собой…

Лиза склонилась над Рикардо и отчаявшись коснулась его холодных губ поцелуем, понимая, что кроме собственной любви ничего не осталось. Она продолжила звать его, мысленно всё повторяя и повторяя его имя.

Ветер сорвал капюшон с головы Юстианы, но она не обратила на это своеволие внимания. Её взгляд был устремлён на берег реки, где вопреки всем законам человеческой природы, вопреки магии, известной ей уже столько веков, зеленела и расцветала земля, укрываясь свежей травой. Солнце подымалось над рекой, золотя её воды и волосы самой беспечной маленькой ведьмы, склонившейся над своим возлюбленным.

— Так кто из нас Хуч?.. — едва слышно, хрипло отозвался Рикардо, наконец открывая глаза.

Она не ответила, без сил прижимаясь щекой к его мокрой груди, и счастливо слушала, как билось сердце под рубашкой Конте. Затем Лиза что-то прошептала ему, и Рикардо ответил, слабой рукой проведя по волосам любимой. Затем ведьма снова спросила, позвала его, и вновь он говорил с нею. Только тогда Лиза поняла, что губы любимого были сомкнуты. Как и она молчала.

Неужели перешедшая к ней на время сила Рикардо, позволяла в полной мере ощутить её, давая слышать его и без слов? Или печать душ, соединившая их до её перерождения, была тому виной? Сейчас Лиза не желала об этом думать, обнимая Рикардо всё крепче.

— Ты ведь не исчезнешь? — шёпотом спросила она.

Чувствуя ломоту во всём теле, Конте ощущал себя как никогда живым.

— Кажется, упрямство одной маленькой колдуньи решило поспорить с судьбой… — отозвался он, приподнимаясь на локтях и глядя на девушку.

— И не растаешь? — осторожно спросила Лиза, касаясь кончиками пальцев его щеки.

— Кажется, плохая из меня русалочка… — Рикардо вновь опустился на землю, глядя на чистое небо.

— Да с тебя и Дракула — так себе… — проворчала Лиза, вновь устраиваясь на груди любимого, будто кроме них двоих и не существовало ничего вокруг на этом цветущем островке лета, — поэтому оставайся просто — Рикардо. Оставайся всегда. Что бы ни случилось. Даже вопреки всем сказкам, оставайся…

Губ Юстианы коснулась едва приметная улыбка, и она покачала головой, тихо усмехаясь. Ведьма накинула капюшон и в следующий миг чёрный ворон сорвался с балки, взлетая в синее небо. Воистину, есть то, что непостижимо ни смертному, ни существу, подобному им. Люди зовут это сказкой или чудом. Они — магией или судьбой. Но что есть любовь и в чём её тайна, кто из живущих ответит?..

Эпилог

— В какой момент я сошла с ума, позволяя тебе подобное? Позволяя себе подобное…

— Ну, разве это не отличный способ развеяться? — улыбнулась Серафима.

Проходящий мимо них загорелый мужчина, помахал ей, затем окунаясь в шумевшее неподалёку море. Устраиваясь удобнее в шезлонге, ведьма отпила коктейль из яркого бокала и поправила широкополую шляпу. Серафима пошевелила пальцами ног, и повернулась к своей собеседнице.

— Это, несомненно, сумасшествие… — едва слышно пробормотала Юстиана, пытаясь прикрыть белоснежное бикини лёгким парео.

Но все её попытки были тщетны, поскольку порыв почти горячего ветра унёс цветной кусочек ткани, оставляя «беззащитной».

— Это вообще-то мои похороны… — заявила Серафима, продолжая попивать коктейль и нежась на солнце.

Старшая сестра так опрометчиво поддалась чувствам, обещая исполнить её просьбу, что грех было не воспользоваться. Радуясь своей маленькой мести, Серафима потянула ведьму в Испанию, отметить начало новой жизни. Где-то там, за морем, небольшое, выбранное ею лично надгробие, сообщало, что теперь она, Серафима Великая, была в лучшем мире…

О да! Глядя на очередного загорелого смертного, выходящего из моря, ведьма мысленно согласилась с собой. Она была в лучшем мире!

— Кажется, это ваше, — раздался рядом глубокий голос.

Юстиана резко повернула голову, натыкаясь взглядом на бронзовый «пресс». Вода стекала по обнажённому торсу мужчины, впитываясь в чёрные плавки. Ведьма сглотнула ком, подступивший к горлу, и приняла с его рук парео, немедленно укрываясь им, словно это могло бы ей помочь.

— Благодарю… — кинула она незнакомцу и принялась усиленно смотреть на синюю полосу моря.

Он усмехнулся и присел рядом на песок, искоса поглядывая на нахмуренную ведьму.

— Вы не собираетесь уходить? — ломким голосом спросила Юстиана, едва сдерживаясь, чтоб не пустить в ход силу.

Которая скорее понадобилась бы для того, чтоб заклинить её шею, и не позволить вновь разглядывать этот чёртов торс!

— Не собираюсь, — просто ответил мужчина.

— Что? — ахнула Юстиана, не выдерживая и поворачиваясь к нахалу.

Серый взгляд, казалось, потешался над нею, внимательно изучая лицо.

— Кому-то же нужно следить за вашей добродетелью, когда ветер снова на неё покусится… — усмехнулся он, ловко подхватывая парео, когда оно, совершенно бесстыдно сорвалось с её тела, вновь пытаясь улететь прочь.

Юстиана решилась искать «помощи» у своей спутницы, но оборачиваясь, поняла, что её предали, оставляя наедине с незнакомцем. Серафима!..

Ведьма поджала губы и снова глянула на неожиданного «стража», державшего её парео. Он только открыто усмехнулся и подмигнул ей, заставляя краснеть, возможно, впервые за последние несколько сотен лет…

* * *

Она сидела на нагретом солнцем камне, окуная босые ноги в тёплое море, блестевшее до горизонта. Его мерный шум успокаивал, обещая погожий день. Конечно же, разве могли быть на небе тучи, когда сам «повелитель морей и океанов» был счастлив?

Лёгкий подол длинного белого платья коснулся воды, когда девушка встала на ноги с камня. Ветер подхватил её распущенные волосы, играя золотистыми прядями. Лиза обернулась, слыша шаги Рикардо. Босой, в простой белой рубашке и подвёрнутых джинсах, хоть вода всё равно вымочила их, он приблизился к ведьме. И как всегда улыбка тронула её губы, стоило увидеть любимого.

— Ты задержался… — беззвучно произнесла Лиза, подходя к нему ещё ближе.

— Я спешил, как только мог… — так же молча ответил Рикардо.

Он поднял руку, в которой Лиза заметила небольшой венок из белых лилий, так походивший на тот, что когда-то видела во сне. Вот только сейчас не страшилась того, что тёплое море, ласкавшее их босые ноги, могло бы навредить ей или своему сыну.

Рикардо осторожно опустил венок на её голову, и ведьма ощутила лёгкий аромат свежих цветов. Она приподнялась на цыпочки и обвила руками шею любимого. Он привычно обнял её за талию, привлекая к себе и касаясь губ поцелуем. Так легко и так просто.

Одна судьба на двоих. Одна душа на двоих. И не нужны были слова, только лилась нежная песня сирен, звучавшая лишь для них двоих…

КОНЕЦ

Content

Оксана Головина
Вопреки всем сказкам

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Эпилог