Составители:

Ножнова Наталья Федоровна, Оганисьян Юлий Степанович

«СОВРЕМЕННЫЙ РАСИЗМ КАК ОН ЕСТЬ»

(Империализм: события, факты, документы)

Предисловие

Грандиозные общественные перемены XX века — Великий Октябрь, образование мировой системы социализма, падение колониальных империй, мощный подъем коммунистического, рабочего, национально-освободительного движений — значительно сузили сферы действия расистской идеологии и политики. Отходят в прошлое традиционные, характерные для «старого» колониализма формы расизма. Значительное влияние они сохраняют лишь на юге Африки. Но и здесь развитие национально-освободительного движения поставило их на грань окончательного краха. В Отчете ЦК КПСС XXVI съезду партии отмечалось: «Рождение Республики Зимбабве, растущий накал освободительной борьбы в Намибии, а теперь уже и в ЮАР наглядно показывают, что господство «классических» колонизаторов и расистов близится к концу»[1].

Однако и сегодняшний мир, мир 80-х годов, все еще обременен многовековым наследием расизма, которое продолжает оказывать губительное воздействие на жизнь миллионов людей. Это наследие проявляется не только в виде тех или иных пережитков. Расизм, как определенная политико-идеологическая система, изменяясь и приспосабливаясь к новым условиям, постоянно воспроизводится империализмом.

В чем суть расизма? Что он представляет собой сегодня?

Марксизм-ленинизм определяет расизм как антинаучную идеологию, основу которой составляет положение о неравноценности человеческих рас, а также обусловленные этой идеологией формы политики и практики общественной жизни.

Расизм оказался исключительно живучим. Более того, в последние годы даже наблюдается его активизация. Чем это объясняется?

Прежде всего — общим усилением реакционных тенденций в идеологии и политике мирового империализма на рубеже 80-х годов. В эти годы с особой силой и четкостью определились две противоборствующие линии в мировой политике. С одной стороны — курс стран социалистического содружества и других прогрессивных сил на продолжение и углубление разрядки напряженности, ликвидацию любых форм неравноправия, дискриминации в международных отношениях. С другой — курс империализма на восстановление своего утраченного военного превосходства, гонку вооружений, на сколачивание в глобальном масштабе антисоциалистического фронта, объединяющего все силы международной реакции. Как известно, новая попытка активного наступления империализма на позиции сил мира и прогресса непосредственно связана с приходом к власти в США представителей крайне правых политических кругов. В первые же годы пребывания у власти президента Рейгана полностью выкристаллизовался начавший складываться еще во второй половине 70-х годов политический курс, откровенно нацеленный на неприкрытый диктат силы, вмешательство во внутренние дела других государств, стремление любой ценой помешать движению народов по пути прогресса, их борьбе за национальное освобождение, мир, демократию и социализм.

Совершенная в конце 1983 года интервенция США против Гренады наглядно продемонстрировала методы и цели рейгановской политики. Такими же агрессивными намерениями проникнуты действия Вашингтона на Ближнем Востоке, в Центральной Америке, на юге Африки, в других регионах, где империалисты пытаются восстановить или укрепить свое господство.

Именно попытки реакции с помощью военной силы повернуть вспять мировое развитие, возродить давно обанкротившиеся формы империалистической идеологии и политики создают благоприятные условия для реанимации старых и возникновения новых разновидностей расизма в капиталистическом мире.

Характерно, что наивысшую активность расисты проявляют в стране, несущей главную ответственность за обострение международной обстановки, — в Соединенных Штатах Америки. Милитаризм и расизм — родственные явления. Это две стороны одной реакционной политики.

Исторически закономерен тот факт, что главный оплот международного империализма является в то же время крупнейшим в мире бастионом расизма. Система угнетения и террора, направленная против миллионов американских граждан с «небелой» кожей, уже давно срослась с американским образом жизни, с идеологией правящих кругов США. Расизм существовал на протяжении всей истории Соединенных Штатов, он пронизывает всю систему американского капитализма, в огромной мере определяет характер отношений между расовыми, этническими, социальными группами. Формально эта система противоречит американской конституции, которая «гарантирует» демократические права американцам, независимо от цвета кожи, а на деле является неотъемлемой составной частью общественно-политического строя в США.

Продолжительная и упорная борьба прогрессивных сил за равноправие заставила правящие круги США принять в 60-х годах ряд законодательных мер, формально направленных против расовой дискриминации. Но это существенно не изменило условия, порождающие расовую дискриминацию. Провозглашая формальное равенство черных и белых американцев, буржуазное государство практически не предприняло ничего для того, чтобы ликвидировать их фактическое неравенство. Расизм в США неотделим от социально-экономической системы американского империализма.

Представленные в книге документы и материалы показывают, что с приходом к власти администрации Рейгана положение негров, «небелых» меньшинств заметно ухудшилось. Власти отказываются проводить в жизнь даже те ограниченные антидискриминационные законы, которые были приняты ранее. Эта позиция властей вызывает тем большее возмущение прогрессивной общественности США, что она оправдывается лицемерными заверениями о приверженности правительства принципу «равных прав и возможностей». Генеральный секретарь Компартии США Гэс Холл в связи с этим отмечал: «Старая расистская концепция в ее новом рейгановском варианте включает, в частности, такие положения: «права всем гражданам», «никаких особых льгот каким-то отдельным группам». Рейганомика[2] старается придать расизму и расистской политике «демократизм» с помощью демагогических речей о том, что «ко всем надо относиться одинаково»… Под прикрытием этих речей хотят сохранить неравенство, несправедливость и дискриминацию».

Естественное продолжение внутренней политики американских правящих кругов — внешняя политика. Материалы, приведенные в книге, подтверждают, что расизм и попытки правительства Рейгана подавить национально-освободительные движения, навязать другим народам собственные порядки — это звенья одной цепи.

Расистская концепция превосходства американцев (разумеется, только «белых») над остальным человечеством в сочетании с мессианской идеей об установленном свыше «предназначении» Америки возглавить мир и переделать его по своим стандартам издавна оказывает влияние на внешнеполитическую идеологию американского капитализма. Еще в январе 1900 года американский сенатор Беверидж заявил: «Бог выделил американский народ в качестве Его Избранной Нации, которая призвана руководить окончательным возрождением всего мира. Именно в этом состоит божественная миссия Америки… Мы не откажемся от нашего долга и наших возможностей на Востоке. Мы не откажемся от своей роли в выполнении миссии нашей расы, являющейся по воле Божьей опекуном мировой цивилизации…»

Накануне первой мировой войны президент Вудро Вильсон провозглашал, что «Соединенные Штаты должны взять на себя бремя руководства миром». А в начале 1941 года американский издатель миллионер Г. Люс сформулировал концепцию «американского века». Настала пора, писал он, «целиком принять на себя нашу обязанность и использовать наши возможности как самой мощной и жизнеспособной нации в мире и соответственно применить всю силу нашего влияния на мир в целях, какие мы найдем подходящими, и средствами, какие мы сочтем удобными». После второй мировой войны доктрина мирового господства обрела в глазах американских политиков вид «рабочей идеи». В 1945 году президент Г. Трумэн заявил: «Хотим мы этого или не хотим, мы обязаны признать, что одержанная нами победа возложила на американский народ бремя ответственности за дальнейшее руководство миром».

Идея «избранности» американцев стала ведущей во внешней политике американского империализма. Она осуществлялась самыми разнообразными способами — начиная от ядерного шантажа, гегемонистских притязаний в ООН и кончая сколачиванием военных блоков и выполнением функций «мирового жандарма». Происшедший в 70-е годы сдвиг от «холодной войны» к разрядке, упрочение позиций реального социализма, подъем национально-освободительного движения, рост влияния компартий, других демократических сил в странах капитала значительно уменьшили возможности проведения такой политики, в определенной мере поубавили спесь политических деятелей США. Но с этим не могли мириться реакционные, шовинистические круги американского империализма. «Пора начать моральное и военное перевооружение на предстоящее опасное и трудное десятилетие», — заявил Рейган в ходе избирательной кампании 1980 года. Чтобы у американцев не оставалось сомнений насчет того, что при этом имеется в виду, уже тогда он ясно охарактеризовал основы своей внешнеполитической программы, которые сводились к антикоммунизму и антисоветизму, ставке на военную силу, претензиям на «руководство миром».

В материалах книги читатель найдет немало данных, свидетельствующих о том, что политика рейгановской администрации в Африке действительно не имеет ничего общего с принципами равенства и справедливости. Это, по существу, расистская политика, которая находит практическое выражение в попытках США организовать в международном масштабе отпор справедливому стремлению африканских стран к укреплению национальной независимости, затормозить развитие освободительного движения, усилить позиции реакционных сил на континенте. Негласный альянс американских империалистов и расистского режима ЮАР превратил юг Африки в арену ожесточенных конфликтов, нередко провоцируемых для того, чтобы подавить действующие здесь силы национального освобождения, дестабилизировать и ликвидировать прогрессивные режимы и вновь превратить этот регион в зону империалистического и расистского господства.

Аналогичные функции выполняет американская политика на Ближнем Востоке. О том, к каким трагическим последствиям это приводит, свидетельствует израильская, интервенция в Ливане летом 1982 года. Агрессия стала возможной лишь потому, что существует американо-израильский «стратегический консенсус» — военно-политический союз, сложившийся на основе совпадения гегемонистских устремлений США и аннексионистских притязаний Израиля.

Выступая в роли главного защитника сионизма, американские правящие круги тем самым содействуют отравлению расизмом международной атмосферы. Ведь сионистские деятели и их сторонники не жалеют усилий, чтобы расистские концепции, в первую очередь концепция неизбежности расовых и национальных конфликтов, получили как можно более широкое распространение. Сионизм ныне — одно из наиболее активных проявлений расистской идеологии, несовместимое с миром, взаимопониманием и сотрудничеством между народами. Он решительно осужден прогрессивными силами, многими международными организациями, в том числе Организацией Объединенных Наций.

Разжигание империалистами и расистами военных очагов на Ближнем Востоке, в Африке и других районах мира осуществляется в рамках глобальной стратегии Вашингтона, направленной на конфронтацию со странами социализма и подготовку новой мировой войны. Первый секретарь ЦК Компартии Кубы, Председатель Государственного совета и Совета министров Кубы Фидель Кастро в выступлении на состоявшейся в 1983 году в Дели VII Конференции глав государств и правительств неприсоединившихся стран отмечал: «Те же деятели, которые превращают военное превосходство в предварительное условие переговоров, те же деятели, которые пытаются превратить Европу, десятки раз подвергавшуюся разрушениям вследствие войны, в территорию, покрытую ядерными ракетами, те же деятели, которые увеличивают свои военные бюджеты за счет социального обеспечения, образования и медицинского обслуживания своих народов и помощи развитию других стран, в то же время заключают стратегический союз с Израилем, укрепляют эту страну, придавая ей больше уверенности в себе и высокомерия; они же заключают союз с ЮАР, чтобы действовать на африканском континенте в целях обеспечения своих экономических интересов и проведения в жизнь своей военной стратегии…»

Происходящие в 80-е годы сдвиги вправо в политике ряда капиталистических государств ведут к росту влияния расизма на общественную жизнь в ряде западноевропейских стран, где расовой дискриминации подвергаются миллионы рабочих из экономически отсталых стран Азии, Африки, Латинской Америки. Подавляющее большинство иммигрантов занято тяжелым низкооплачиваемым трудом, условия их работы, как правило, не гарантируются коллективными договорами, они не пользуются равными политическими и социальными правами с местными рабочими. Массовое передвижение «цветной» рабочей силы и использование ее в Англии, ФРГ, во Франции, Швейцарии и других странах осуществляется исключительно в интересах монополистического капитала, который с помощью иммиграции решает проблемы не только экономические, но и социально-политические. Во-первых, эксплуатация труда миллионов иностранных трудящихся дает значительные дополнительные прибыли буржуазии этих стран. Во-вторых, прибегая к массовому «импорту» иностранных рабочих, монополистический капитал преследует определенную социальную цель: обострить конкуренцию на рынке труда и таким образом оказать давление на своих рабочих, сделать их более послушными, внести раскол в их ряды, противопоставить интересы отрядов рабочего класса по национальному и иным признакам. Это типично классовая, буржуазная политика, направленная на утверждение господства капитала.

Как и в прошлом, постоянным спутником расизма остается фашизм, который также активизировался в 80-е годы. Проявления и методы действия фашистских группировок в разных регионах и странах разные. В Великобритании разжигают ненависть к иммигрантам, обвиняя их во всех бедах общества; в Соединенных Штатах проповедуют расовую нетерпимость, ссылаясь на «неполноценность» представителей национальных меньшинств; в ФРГ восхваляют гитлеровское прошлое Германии и насаждают идеи реванша и т. д.

Неофашистские группировки координируют свои действия в международном масштабе в рамках так называемого «Черного интернационала». «От Рима до Парижа, от Мадрида до Лиссабона кровожадные нацистские и фашистские убийцы связаны как бы невидимыми нитями», — писал итальянский журнал «Панорама». Воинствующий расизм и патологический антикоммунизм — главные движущие силы неофашизма, идеологи которого требуют удушения демократических свобод, проведения жестких репрессивных мер в отношении коммунистического и рабочего движения, расовых меньшинств.

В мировой политике расизм проявляет себя и в попытках подавления национально-освободительных движений, в притязаниях империалистических держав на право диктовать свою волю народам развивающихся стран. В идеологии и политике неоколониализма старая доктрина «расового превосходства» заменяется концепцией «косвенного влияния», предполагающей навязывание развивающимся странам угодных империалистам общественных порядков. Эта концепция исходит, в сущности, из прежних расистских идей о «неспособности цветных народов к самостоятельному развитию» и «цивилизаторской миссии Запада», а ее реализация выражается в продолжении эксплуатации бывших колоний новыми способами, основанными на использовании экономической зависимости освободившихся стран от империалистических держав. Колониализм дает о себе знать не только подобным образом. Актом колониальной политики явилось вступление Великобритании в военный конфликт с Аргентиной из-за Фолклендских (Мальвинских) островов в 1982 году.

Материалы раздела «Империализм — источник военной опасности и неоколониализма» показывают, что и в целом в отношениях со странами Азии, Африки и Латинской Америки империалисты, по существу, руководствуются подновленными нормами и принципами милитаризма и колониальной экспансии. Посягательство на независимость и суверенитет молодых государств, постоянное вмешательство в их внутренние дела, провокации, политическое давление, вооруженные вторжения наемников — все это в сочетании с новыми формами проникновения в экономику, с растущим военным «присутствием» вошло в арсенал неоколониализма.

Применяя эти методы, колонизаторы с не меньшим размахом, чем прежде, грабят народы развивающихся стран. На VII Конференции глав и правительств неприсоединившихся стран в Дели приводились такие данные. В 70-х годах американские транснациональные корпорации в развивающихся странах инвестировали 11 миллиардов 446 миллионов долларов, а вывезли в качестве прибыли 48 миллиардов 663 миллиона долларов. Это означает 4,25 доллара, изъятых у «третьего мира», на каждый вложенный доллар. На конференции приводились и данные, показывающие, к каким ужасным последствиям для народов развивающихся стран привела политика «старых» и «новых» колонизаторов.

В настоящее время в этих странах насчитывается:

Голодающих — более 500 миллионов человек.

Людей, не имеющих доступа к медицинскому обслуживанию, — 1,5 миллиарда.

Людей, проживающих в условиях крайней нищеты, — более 1 миллиарда.

Безработных и занятых неполный рабочий день — более 500 миллионов.

Людей с ежегодным доходом менее 150 долларов — 800 миллионов.

Неграмотных взрослых — 814 миллионов.

Детей, не имеющих доступа к школьному образованию и не посещающих школу, — более 200 миллионов.

Расизм явился одной из исторических причин столь бедственного положения народов развивающихся стран. Он и сегодня сковывает развитие целых стран, наций, народностей, служит одним из источников военной опасности, гегемонизма, фашизма. На этом фоне особенно явственно видны фальшь и лицемерие развернутой в рамках объявленного Рейганом «крестового похода» против коммунизма пропагандистской кампании, нацеленной на то, чтобы опорочить реальный социализм и одновременно отвлечь внимание международной общественности от расовой дискриминации, угнетения национальных меньшинств и других неискоренимых пороков буржуазного общества.

Одним из основных направлений этой кампании является фальсификация национальных отношений в Советском Союзе. Пытаясь извратить и очернить принципы пролетарского интернационализма, ленинской национальной политики КПСС и Советского государства, антисоветская пропаганда уверяет, будто в СССР подавляется самобытность национальных и расовых меньшинств, ущемляются их права.

Практика решения национального вопроса в нашей стране полностью опровергает эти утверждения, фальсификаторский характер которых разоблачается в ряде работ советских ученых[3].

Ликвидация эксплуататорских отношений в СССР одновременно означала уничтожение социальных условий, порождающих межрасовую и межнациональную вражду.

Отношения наций, народностей, расовых и этнических групп СССР характеризуются единством интересов и целей, равноправием, дружбой, братской взаимопомощью. Конституция СССР гласит: «Какое бы то ни было прямое или косвенное ограничение прав, установление прямых или косвенных преимуществ граждан по расовым и национальным признакам, равно как и всякая проповедь расовой или национальной исключительности, вражды или пренебрежения — наказываются по Закону».

Демократия и интернационализм — нераздельные черты социалистического образа жизни, взаимосвязанные принципы политики государств социалистического содружества. Генеральный секретарь ЦК Компартии Вьетнама Ле Зуан подчеркивал: «Октябрьская революция и создание СССР положили начало новому этапу в истории человечества — переходу от взаимного соперничества и экспансии к новым отношениям между народами, отношениям дружбы, мира, сотрудничества и взаимной помощи»[4].

Когда антикоммунистическая пропаганда уверяет, будто в социалистических странах отсутствуют свобода и равенство, будто одни из социалистических стран навязывают свою волю другим, она фактически переносит на социалистическую демократию пороки капитализма, собственные представления о так называемом свободном мире, не имеющие ничего общего с коренными интересами народных масс.

Тем самым антикоммунизм пытается навязать народам собственную точку зрения на характер современного классового противоборства — мир реальных политических явлений преображается в зловещую фантасмагорию; братская помощь социалистических стран народам, отражающим империалистическую агрессию, выглядит равнозначной самой этой агрессии; советская политика защиты мира оказывается «великодержавной борьбой за сферы влияния»; национально-освободительное движение предстает как «расовая война цветных народов» против «белых цивилизаций» и т. д. В целом же современная мировая политика выглядит в этом освещении грандиозным иррациональным действом, влекущим человечество к вселенской катастрофе. Авторы книги, изданной во Франции и озаглавленной «Обречен ли белый человек?», внушают читателям такое апокалипсическое предчувствие: «Своего рода ужас, подобный тому, который порождает удушье, охватывает белого человека, окруженного враждебным людским приливом. Великое безмолвие устанавливается на земле, словно при приближении грозы. Этого не было со времен массовых нашествий монголов или арабов в средние века».

Склонить трудящихся — не убеждением, так испугом — к переходу с классовых позиций на националистические, привить им национальный эгоизм, посеять национальную и расовую рознь и недоверие в отношениях между народами — таковы цели расистской и шовинистической пропаганды современного антикоммунизма.

В книгу включен ряд материалов о террористической деятельности империализма в развивающихся странах. Они помогают понять подлинную суть пущенной в ход рейгановской администрацией доктрины о «международном терроризме», пропагандистские измышления о «руке Москвы» и т. п. Развернутая под флагом этой доктрины кампания в действительности — не что иное, как попытка возродить под видом «борьбы с терроризмом» старое колониальное «право» империализма на подавление освободительных движений, объявляемых «незаконными». Генеральный секретарь ЦК Сирийской компартии Халед Багдаш в выступлении на XXVI съезде КПСС отмечал: «Клеветнические измышления, будто национально-освободительные движения — это «акты международного терроризма», за которыми скрывается «рука Москвы», не обманут ни один народ, не смогут остановить ход истории»[5].

В зоне национально-освободительного движения антикоммунисты делают ставку на так называемый «антибелый расизм», с тем чтобы идеологически дезориентировать национально-освободительное движение, противопоставить его реальному социализму и международному коммунистическому движению. При этом они спекулируют на идеях исключительности «черной расы», которые в свое время возникли в национально-освободительном движении как реакция на расистскую идеологию колониализма, веками утверждавшую «превосходство белого человека». Так, в частности, сложилась концепция «негритюда», апеллирующая к духу «черной солидарности». Прогрессивное по своей сути стремление угнетенных восстановить попранное расизмом достоинство сочетается в ней с реакционным тезисом о противоположности черной и белой рас. Социальные, экономические и даже национальный факторы игнорируются либо трактуются как проявления «расовой общности». Такого рода взгляды пропагандируют некоторые группировки в панафриканском движении, сформировавшемся на рубеже XIX–XX веков как антиколониальное и антирасистское движение борцов за освобождение американских негров и африканских народов.

Показателен в этом плане опубликованный в середине 70-х годов «Призыв» Международного секретариата по подготовке Шестого панафриканского конгресса. В нем говорилось: «Двадцатый век — век черной власти. В нем выявились две движущие силы. Одна — единое миропонимание всех бывших колониальных народов. И друзья и враги знают их как третий мир. Другая — белая власть, столь долго правившая единолично… С неистребимым варварством она стремится любой ценой поддержать свое господство, от которого колониальные народы сейчас избавляются».

Идеи расовой исключительности, под какими бы лозунгами они ни выступали, объективно служат интересам империализма и реакции. От них решительно отмежевываются передовые силы национально-освободительного движения. Такие идеи не получили поддержки большинства делегатов и на самом конгрессе панафриканского движения, состоявшемся в Дар-эс-Саламе (Танзания). В декларации конгресса нашла свое отражение революционно-демократическая традиция, заложенная основателем этого движения У. Дюбуа. В ней подчеркивается: «Цвет кожи, будь он черным, белым, желтым или коричневым, не может определять социальную принадлежность, идеологию или способности людей и народов. Единство расы и религии не исключает противоположности интересов. Для нас главной должна быть общность наших исторических судеб, возникшая в результате несправедливого отношения к нам эксплуататорских держав. Поэтому мы должны характеризовать себя не по признаку цвета кожи — он неизменен — а только по признаку прогрессивных целен, которые мы ставим перед собой, целей динамичных, справедливых и благородных. Революционный панафриканизм не отделяет себя от классовой борьбы. Не осознавать этого — значило бы внести в свои ряды замешательство, которым империализм без сомнения воспользуется».

Современный расизм многолик. Расисты выступают под разными вывесками и выдвигают различные программы. Их взгляды и убеждения могут быть самыми разнообразными — от «либеральных» до фашистских. Разнохарактерны и конкретные проявления расизма — от линчеваний американских негров, совершенных толпами темных и невежественных расистов, до создания расистскими идеологами изощренных доктрин, «обосновывающих» деление человечества на «высшие» и «низшие» расы. Однако, как убедительно показано в исследованиях советских ученых, расизм имеет единую социальную основу. «Расизм сегодня во всех его обличьях — это не только система лжеидей, но и социальная, экономическая и политическая система, облегчающая монополистической буржуазии эксплуатацию всех трудящихся, ослабляющая единство рабочего класса, упрочивающая позиции империализма. Она носит международный характер как идеология и практика транснациональных кампаний, согласованно проводимая в различных странах мира»[6].

Марксисты-ленинцы принципиально не приемлют «внеклассовую» трактовку расизма, равно как и основанную на ней оценку его политической роли в современном мире. Но марксистско-ленинская теория никогда не отрицала ни того, что расизм может превратиться в чрезвычайно активную область общественного сознания; ни того, что в определенных условиях он оказывает большое влияние на идеологию и политику различных, в том числе и крупных, социальных групп и партий; ни того, наконец, что использование расизма реакционными силами может привести к опасным для судеб народов последствиям. Наш век знает немало примеров губительного воздействия расистской идеологии на общественное развитие отдельных стран и на международную обстановку в целом. Достаточно вспомнить злодеяния гитлеровцев, чтобы оценить угрозу, таящуюся в пропаганде расовой ненависти.

Вместе с тем марксизм-ленинизм отвергает отвлеченный подход к расизму. Чувства расовой и национальной ненависти коренятся не в биологической природе человека, а в социальной природе эксплуататорского общества. Их не символизируют, вопреки убеждению шовинистов и расистов, ни цвета национальных флагов, ни цвет кожи людей, принадлежащих к различным расам. Символы этой ненависти возникли как прямое отражение классовой вражды. Реакционные идеологи издавна подразделяли человеческое общество на «голубую кровь» и «черную кость». В соответствии с этим делением каждая нация распадалась на «благородных» — эксплуататоров и «чернь» — тружеников, а все население Земли — на «высшие» и «низшие» народы и расы. Один пример довольно курьезного свойства. В 1807 году в книге «Защита благородных» немецкий дворянин фон Штильфрид писал, что крестьянский парень и природный принц, хотя и кажутся подобными, представляют собой в действительности совершенно различные по химическому составу организмы: «Крестьянин — это некоторым образом организованная масса картофеля, имеющая способность двигаться и переваривать самое себя. Напротив, ребенок благородного сословия состоит из самых деликатесных веществ, которые он усваивает уже в материнском чреве».

В последующем возникли расистские доктрины, имеющие мало общего с этой «гастрономической» аргументацией и претендующие на научность. Расизм в них сформировался в систему идей, теорий, взглядов, которая становится особой сферой классовой идеологии буржуазии.

В наши дни «ученые» расисты, обосновывая идеи расового неравенства, прибегают к изощренным фальсификациям данных генетики, психологии и других отраслей современной науки. Все расистские доктрины в конечном счете апеллируют к природе человека, которая будто бы изначально «предопределила» неравенство рас. В соответствии с таким подходом расово-этническому фактору приписывается решающая роль в развитии народов, он трактуется как краеугольный камень современного миропорядка. Так, директор Парижского информационного центра по философским наукам Ж. Варэ заявляет, что «чувство расовой принадлежности касается самой сути бытия», что нет в мире такой силы, которая могла бы «поставить людей вне влияния расового фактора». Идеологи расизма утверждают, что, поскольку неравенство коренится в природе человека, оно неистребимо до тех пор, пока будет сохраняться разделение человечества на расы.

Практика международных отношений, передовая наука опровергают эти утверждения[7]. К Демократическая мировая общественность решительно осуждает любые формы расизма. Ее мнение нашло отражение в принятой в 1978 году XX сессией Генеральной конференции ЮНЕСКО (Организация Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры) Декларации о расе и расовых предрассудках, подготовленной группой ученых из разных стран. Первая статья Декларации указывает:

«1. Все люди принадлежат к одному и тому же виду и имеют общее происхождение. Они рождаются равными в достоинстве и правах, и все они составляют неотъемлемую часть человечества.

2. Все люди и группы имеют право отличаться друг от друга, рассматривать себя как таковых и считаться такими. Однако многообразие форм жизни и право на различие ни при каких обстоятельствах не могут служить предлогом для расовых предрассудков; ни юридически, ни фактически они не могут служить оправданием какой бы то ни было дискриминационной практики или основанием политики апартеида, представляющей собой самую крайнюю форму расизма.

3. Идентичность происхождения никоим образом не затрагивает возможности для людей различного образа жизни; она также не исключает ни существования различий, основывающихся на разнообразии культур, среды и истории, ни права на сохранение культурной самобытности.

4. Все народы мира обладают равными способностями, позволяющими им достигнуть высокого уровня интеллектуального, технического, социального, экономического, культурного и политического развития.

5. Различия в достижениях разных народов объясняются исключительно географическими, историческими, политическими, экономическими, социальными и культурными факторами. Эти различия ни в коем случае не могут служить предлогом установления какой бы то ни было иерархической классификации наций и народов».

И факты исторической действительности, и научные исследования, и практический опыт опровергают расистские доктрины. Но расизм сохраняется в мире капитализма — на практике, в идеологии, в политике буржуазии. Слишком велики те выгоды, которые получают эксплуататорские классы, используя расизм. Слишком давние традиции имеют расовые предубеждения. Расизм и шовинизм исходят из мифов, обретающих немалую силу воздействия на сознание людей, когда со страниц наукообразных трудов они перемещаются в школьные учебники, когда их преподносят как безусловные истины в речах политических деятелей, в печати.

Утвердив колониальное господство над большинством человечества, буржуазия Европы, по ленинскому выражению, «привыкла считать себя пупом земли»[8]. Белая раса была объявлена светочем вселенной, принадлежность к ней стала признаком «права» избранных господствовать над представителями иных расовых групп. Но разве что-нибудь изменилось бы по существу, если, предположим, в тех же исторических условиях европейцы были бы темнокожими, а весь прочий мир населен белыми людьми? В этом случае белый цвет стал бы признаком «низшей расы», черный — «расы господ».

Дело не в окраске кожи и прочих расовых свойствах. Дело в том, что Европа опередила другие районы мира в развитии капитализма. Поработив темнокожие народы, европейцы доказали не свое «расовое превосходство», а превосходство нового для того времени общественного строя. И не в природе человека, а в социальной природе этого строя заложены зерна расизма.

Как убедится читатель, ознакомившись с книгой, из этих зерен произрастает и современный расизм, который коренится в отношениях, основанных на классовой эксплуатации, и приводится в действие империализмом.

* * *

Первое и второе издания книги разделяют всего лишь несколько лет. Но за это время ситуация в зонах действия расизма столь значительно изменилась, что при подготовке ее авторам пришлось весьма значительно обновить документальный материал, который теперь почти целиком относится к 80-м годам, и соответственно переработать комментарии к нему. Расширена «география» книги: в нее включены материалы, рассказывающие о расовом угнетении коренных жителей Канады, Австралии, ряда островных территорий. Но в целом структура книги осталась прежней. Не изменилось и ее общее идейное содержание, из которого и сегодня вытекает вывод: в мире существуют мощные силы демократии и прогресса, способные обуздать расизм, обеспечить необходимые условия для окончательного его устранения из жизни человечества.

Заявление Советского Союза о полной ликвидации остатков колониализма, расизма и апартеида

Последние годы знаменуются процессами глубокой перестройки всей системы международных отношений на новых началах. В результате усилий всех миролюбивых стран и народов достигнуты значительные успехи в деле разрядки международной напряженности. В этих условиях создались более благоприятные предпосылки для решения назревших международных проблем, в том числе такой актуальной задачи, как полная ликвидация остатков колониализма, расизма и апартеида.

1. Прошло менее двух десятилетий после принятия Генеральной Ассамблеей ООН в 1960 году по инициативе Советского Союза Декларации о предоставлении независимости колониальным странам и народам. За этот сравнительно короткий исторический период достигнуты огромные успехи в борьбе за ликвидацию системы колониального угнетения. Освободительная борьба народов привела к распаду всех колониальных империй. Около ста молодых государств встали на путь самостоятельного развития.

Подавляющее большинство освободившихся от колониального господства государств активно выступает за мир и свободу, против любых форм агрессии, эксплуатации и угнетения. Возросли роль и влияние освободившихся стран в международной жизни, заметно активизировалась их внешняя политика…

2. Несмотря на большие успехи национально-освободительной борьбы народов, с колониализмом все еще полностью не покончено, он еще не ушел в прошлое. Его остатки отравляют международную атмосферу, являются одним из опасных источников напряженности и конфликтов. Позорящим совесть человечества является существование расистско-колониальных режимов на юге Африки. Эти режимы пытаются с помощью силы лишить народы Зимбабве и Намибии их законных прав на свободу и независимость. Грубо попираются элементарные человеческие права коренного населения ЮАР, там царит разгул политики апартеида и расового угнетения.

Система насилия и репрессий, возведенных режимами ЮАР и Родезии на уровень государственной политики, участившиеся акты агрессии против суверенных государств Африки создали в этом районе мира ситуацию, которая представляет собой прямую угрозу миру и международной безопасности. Стремясь любой ценой сохранить свое господство над народами юга Африки, расисты ЮАР лихорадочно наращивают свой военный потенциал, подбираются и к ядерному оружию.

Нельзя не видеть в то же время, что за широковещательными «инициативами» определенных западных держав, якобы направленными на решение проблем юга Африки, кроется их стремление сохранить свои интересы и привилегии в этом районе, узаконить колониально-расистское господство в подновленном виде.

По мнению Советского Союза, имеются объективные возможности для эффективного и быстрого разрешения назревших проблем юга Африки. Неплохая основа для этого имеется в резолюциях органов ООН. Решение этих проблем будет ускорено, если все государства — члены ООН будут строго соблюдать свои обязательства по Уставу ООН и решения этой организации. Столь длительное существование такого позорного политического анахронизма, как расистские режимы на юге Африки, объясняется отнюдь не силой и прочностью самих этих режимов, а той широкой систематической поддержкой, которую они получают со стороны империалистических монополий и ряда западных держав, прежде всего членов блока НАТО.

Советский Союз, последовательно и неуклонно отстаивая принципы равноправия и самоопределения народов, решительно осуждает преступную политику, проводимую расистскими режимами ЮАР и Родезии, твердо выступает за изоляцию и бойкот этих режимов, за полное искоренение бесчеловечной политики апартеида, всех форм и проявлений расовой дискриминации и угнетения. Тем самым был бы внесен серьезный вклад в оздоровление всей международной обстановки, в углубление разрядки, в перестройку всей системы международных отношений на справедливой долгосрочной основе, был бы положен конец грубым и массовым нарушениям прав человека в этом районе.

Необходимо обеспечить передачу в кратчайшие сроки всей полноты власти в Зимбабве подлинным представителям народа этой страны — патриотическим силам страны, возглавляемым Патриотическим фронтом, являющимся единственным законным представителем африканского большинства. Эти меры должны обеспечить также быстрое осуществление народом Намибии его права на самоопределение и независимость на основе уважения территориальной целостности этой страны. В соответствии с решениями ООН оккупационные войска ЮАР должны быть выведены из Намибии, а власть в стране должна быть передана законным представителям ее народа — Народной организации Юго-Западной Африки (СВАПО). При этом необходимо решительно противодействовать попыткам империалистических сил и расистских режимов навязать неоколониалистское решение проблем юга Африки.

Советский Союз подтверждает свою готовность поддержать предложение африканских стран о применении действенных санкций, предусмотренных в главе VII Устава ООН, против расистских режимов Южной Родезии и ЮАР, игнорирующих решения ООН, нацеленные на незамедлительную ликвидацию колониального очага на юге Африки. ООН должна принять, в частности, конкретные меры, направленные на прекращение поставок оружия и другой военной помощи ЮАР некоторыми странами Запада.

3. Вызывает озабоченность также и положение с деколонизацией многочисленных малых колониальных владений и анклавов, разбросанных в ряде районов мира. За время, прошедшее после принятия Декларации о предоставлении независимости колониальным странам и народам, управляющие державы не только не предприняли эффективных мер для скорейшей передачи власти народам этих территорий, но и пытаются в ряде случаев увековечить над ними свой колониальный контроль под предлогом того, будто эти территории малы по размерам и не могут существовать самостоятельно. Территории, находящиеся под иностранным управлением или под опекой, все чаще используются в военных целях, в частности для размещения военных баз. Налицо попытки осуществить аннексию этих территорий вопреки ясно выраженным целям ООН при прямом нарушении принятой в 1970 году программы действий по осуществлению декларации о деколонизации. В этом документе прямо подчеркивается, что никакие ссылки на размеры территории, географические условия и иные обстоятельства «не должны задерживать осуществление декларации».

Отдельные государства, на словах заявляющие о своей непримиримости к колониализму, на практике проявляют готовность не только мириться с существованием колониальных владений на своей национальной территории, но и используют эти владения для извлечения коммерческих выгод.

Советский Союз считает, что настало время для того, чтобы Организация Объединенных Наций установила конкретные сроки ликвидации всех сохраняющихся очагов колониализма в мире и возложила на управляющие державы ответственность за деколонизацию находящихся под их административным контролем территорий в установленные сроки.

4. Хотя колониализму нанесены серьезные удары, колониалистские посягательства на свободу, суверенитет и независимость молодых государств продолжаются. Применяются различные экономические, политические, военные и идеологические средства для удержания развивающихся стран в зависимости от империалистических держав. Это неоколониализм, прямое продолжение колониализма в более скрытых и изощренных формах.

Империалистические державы опутывают освободившиеся страны военно-политическими соглашениями, сохраняют и создают военные базы на их территории, грубо попирают суверенные права этих стран, беззастенчиво вмешиваясь в их внутренние дела, систематически прибегают к методам военного давления, шантажа и прямых угроз. В сфере экономических отношений, торговли продолжается политика, направленная на то, чтобы держать освободившиеся страны в тисках империалистической эксплуатации, сохранить неравноправное положение, продолжать и дальше разграбление естественных ресурсов молодых государств.

С полным основанием можно сказать, что политика западных держав направлена на то, чтобы затормозить борьбу народов за свое окончательное освобождение, подорвать сплоченность широкого фронта сил, выступающих против колониализма и неоколониализма, противопоставить развивающиеся страны друг другу, отвлечь их от радикального решения проблемы ликвидации остатков колониального господства.

5. Советский Союз неизменно поддерживает государства и народы в их борьбе против иностранного господства за свое национальное освобождение, укрепление суверенитета и независимости. Интернациональная солидарность с народами, борющимися против колониализма, за национальную независимость, как и 60 лет тому назад, в момент основания Советского государства, была и остается одним из основополагающих принципов внешней политики Советского Союза.

СССР решительно выступает против вмешательства во внутренние дела освободившихся государств. Он не ищет для себя в Африке, Азии и Латинской Америке выгод и привилегий, не добивается особых прав или концессий. Этот ленинский курс был подтвержден в принятой XXV съездом КПСС Программе дальнейшей борьбы за мир и международное сотрудничество, за свободу и независимость народов, в которой указывается, что одной из важнейших международных задач следует считать полную ликвидацию всех остатков системы колониального угнетения, ущемления равноправия и независимости народов, всех очагов колониализма и расизма. Незыблемые ленинские принципы внешней политики и поддержки борьбы народов за национальное освобождение и социальный прогресс отражены в новой Конституции СССР.

Советский Союз поддерживает требование развивающихся стран о том, чтобы процесс ликвидации колониализма был распространен на экономическую сферу. Правительство СССР выступает за разработку в рамках ООН широких конструктивных мер по перестройке международных экономических отношений на справедливой и демократической основе. Позиция Советского Союза по этим вопросам изложена в Заявлении Советского правительства от 4 октября 1976 года.

Ликвидация колониализма во всех его формах и проявлениях продолжает оставаться одной из важнейших международных задач, решение которой диктуется интересами обеспечения свободы народов, упрочения международного мира и безопасности, потребностями дальнейшего развития широкого международного сотрудничества, национального и социального прогресса народов.

Советский Союз всегда был и будет в первых рядах тех, кто выступает за окончательную ликвидацию колониализма, расизма и апартеида, за полное освобождение угнетенных народов. Он оказывал и будет оказывать помощь и поддержку народам, борющимся за свою свободу, независимость и социальный прогресс.

За фасадом американской демократии

Правящие круги США громогласно провозглашают себя «лидерами» борьбы за права человека, а свое государство — «оплотом демократии», «самой свободной страной мира».

Документы этого раздела обнажают лицемерие и цинизм подобных заявлений, дают представление об истинной сути американской демократии.

Сверхэксплуатация негров, разгул расизма, полицейские и судебные расправы над невинными людьми стали нормой «американского образа жизни». От них страдают не только 30 миллионов негров, но и коренные жители США — индейцы и другие «цветные» меньшинства.

Расизм содействует усилению крайней реакции в стране, противоречит интересам всех трудящихся. Вот почему американские коммунисты вместе со всеми демократическими силами ведут решительную борьбу против любых проявлений расистской идеологии и политики, за объединение прогрессивных сил страны на антиимпериалистической основе.

За свободу и равенство: покончить с расизмом

Из программы Коммунистической партии США

Сущностью капитализма везде и всюду является классовая эксплуатация. Американский капитализм обладает особым оружием для извлечения сверхприбылей из эксплуатации рабочего класса. Это оружие — расизм. Около 50 миллионов наших граждан подвергаются угнетению, дискриминации, сегрегации и эксплуатации в связи с их расовой или национальной принадлежностью.

Правящий класс США рассматривает эту систему угнетения как орудие получения дополнительной прибыли и как важный компонент политического и идеологического господства в нашей стране.

Расовый гнет — одно из главных проявлений классовой эксплуатации. Именно поэтому защитники системы капиталистической эксплуатации отравляют сознание нашего народа идеями о «превосходстве белых». Направленные главным образом против афро-американского населения, расистские идеи и практика служат средством угнетения также и других национальностей.

Поскольку как расизм, так и классовое угнетение представляют собой органические составные части капиталистической эксплуатации, между ними существует особая связь. Эта связь усиливается по мере того, как все большее количество афроамериканцев и представителей других угнетаемых национальностей вливается в ряды рабочего класса. Поэтому борьба против расизма и национального угнетения тесно переплетается с классовой борьбой. Она неотделима от других направлений борьбы за демократию.

По любым меркам расизм — отвратительное, аморальное явление, воплощение несправедливости. Только одного этого достаточно, чтобы вести против него борьбу.

Однако также верно, хотя многие этого не сознают, что и белые американцы расплачиваются за расизм дорогой ценой. Поэтому борьба против расизма имеет важное значение для защиты их интересов по следующим причинам:

- когда рабочие разобщены, они все получают более низкую зарплату;

- если корпорациям позволяют закручивать гайку эксплуатации черных рабочих на два оборота, они тут же могут закрутить на один оборот и гайку эксплуатации белых рабочих;

- когда люди разобщены, они платят более высокие налоги и более высокую цену за коммунальные услуги;

- когда народ расколот, он не может противостоять своему врагу — классу капиталистов-монополистов, среди которых царит единство.

Поэтому борьба против идеологии и практики расизма объединяет все расовые и национальные группы рабочего класса нашей страны в деле защиты их общих интересов. Она позволяет в максимальной степени сконцентрировать усилия народа на оказание противодействия власти монополистического капитала.

Коммунистическая партия поддерживает принятие законов, которые предусматривают строгие наказания за акты расизма.

Освобождение афроамериканцев

Тридцать миллионов афроамериканцев составляют национальное меньшинство, которое подвергается национальному, расовому и классовому угнетению. Капиталистические правители Америки сплели целую паутину всевозможных ограничений, лишающих афроамериканцев и другие угнетаемые национальности равных прав в экономической, политической и других областях жизни. Монополии извлекают огромные сверхприбыли из эксплуатации и бесправного положения афро-американских трудящихся.

Один лишь научный и экономический прогресс не гарантирует того, что афроамериканцам будет обеспечено большее равенство. Напротив, без борьбы за демократическое распределение тех благ, которые создаются вследствие развития науки, указанный прогресс может привести к росту безработицы и усилению национального угнетения в других формах.

Борьба за полное политическое, экономическое и социальное равенство афроамериканцев — средоточие борьбы за обеспечение демократии, справедливости и социального прогресса для всех трудящихся нашей страны. Афроамериканцы составляют неотъемлемую часть той ткани, из которой соткана наша нация, они внесли выдающийся вклад в развитие экономики, социальной жизни и культуры американского народа с первых дней существования нашей страны.

Национальный аспект угнетения афроамериканцев проявляется в том факте, что лишены основных прав и подвергаются унижениям расизма все социальные слои черного населения.

Подавляющее большинство афроамериканцев принадлежит к рабочему классу. Преобладание представителей рабочего класса в составе черного населения придает важное классовое содержание национальной в своей основе борьбе афроамериканцев за свободу. Благодаря наличию среди черного населения сектора, состоящего из промышленных рабочих, который в пропорциональном отношении больше такого же сектора среди всего населения страны, дело национального освобождения черных неотделимо от борьбы за интересы всего рабочего класса.

Черные рабочие выполняют двойную задачу: они, во-первых, выступают в роли руководителей борьбы за освобождение афроамериканцев и, во-вторых, участвуют в борьбе всего рабочего класса. Это содействует укреплению единства между движением за национальное освобождение и рабочим движением. Исторически афро-американское население всегда было самым надежным, сильным и передовым союзником рабочего класса.

Чтобы гарантировать достижение подлинного равенства, очень важно осуществить программы позитивных действий в области занятости, образования, жилищной и всех других областях жизни. Программы положительных действий должны включать специальные меры по улучшению жилищных условий, состояния школ, больниц, возможностей получения работы и других условий жизни в районах, где черные составляют большинство населения. Реализация подобных программ приведет к укреплению единства и мощи всех сил рабочего и антимонополистического движения нашей страны. Без значительных успехов в борьбе за равенство не может быть и перспектив на победу рабочего класса в антимонополистической борьбе.

Необходимо также бороться за право на правление большинства во всех округах, где черные составляют большинство. Во всех других районах черное население должно иметь, по крайней мере, пропорциональное представительство на государственных должностях, как выборных, так и назначаемых. Для достижения всеобъемлющего политического представительства необходимо положить конец всем избирательным махинациям. Включение афроамериканцев в руководящие органы профсоюзов на всех уровнях ускорит достижение указанных демократических целей и будет содействовать развитию боевого, ориентирующего на классовую борьбу профсоюзного движения.

Коммунистическая партия, состав членов которой отражает все расовое и национальное многообразие населения нашей страны, всегда оказывала безусловную поддержку борьбе за свободу афроамериканцев и других угнетаемых национальностей. Коммунисты выступают против всех концепций «расового превосходства» и добиваются единства трудящихся всех национальностей.

Освобождение чиканос

Причины особого угнетения, которому подвергаются чиканос, коренятся в самом развитии империализма США.

Проводимая в отношении чиканос политика шовинизма и дискриминации складывалась в результате многовекового угнетения афро-американского населения, геноцида, направленного против коренных жителей страны — американских индейцев, и империалистической агрессии США против Мексики и других стран Центральной и Южной Америки. Не только чиканос, но и иммигранты из других стран Центральной Америки и Карибского бассейна также являются жертвами расового и национального угнетения.

Более 80 % чиканос — это промышленные и сельскохозяйственные рабочие. Чиканос проживают в основном в городских центрах Запада, Юго-Запада и Среднего Запада. На Западе и Юго-Западе чиканос составляют самую большую группу населения, страдающую от национального угнетения.

Чиканос вынуждены трудиться на самых тяжелых работах в шахтах, на металлургических и других предприятиях основных отраслей промышленности. Чиканос, работающие на фермах, виноградниках и предприятиях пищевой промышленности, подвергаются также грабежу со стороны владеющих землей корпораций и агробизнеса.

Чиканос подвергаются дискриминации при найме на работу, в оплате труда, жилищном вопросе, в области образования, в области политических и социальных прав. Целые общины чиканос вынуждены жить в условиях нищеты.

Чиканос подвергаются оскорблениям, затрагивающим их личное и национальное достоинство. Официальные власти препятствуют использованию ими испанского языка и сохранению их национальной культуры.

Важным фактором, влияющим на жизнь чиканос, остается непрекращающаяся широкая иммиграция в США из Мексики.

Беспрерывный поток мексиканских крестьян и рабочих течет через границу в США в поисках работы. Агенты американских компаний содействуют притоку этой рабочей силы и, пользуясь бедственным положением мексиканских рабочих, навязывают им низкую заработную плату и невыносимые условия труда. Иммиграционные чиновники и представители других правительственных ведомств постоянно подвергают иммигрантов преследованиям, чтобы запугать их и подавить любую попытку организованного сопротивления бесстыдной эксплуатации. С этой целью проводятся периодические «облавы» и аресты среди чиканос под предлогом выявления «незарегистрированных рабочих».

Освободительное движение чиканос — часть всеобщей борьбы за демократию. Оно тесно связано с профсоюзным движением и во все большей степени объединяется с борьбой всего испаноязычного населения и борьбой за освобождение афроамериканцев.

Коммунисты участвуют в борьбе за экономическое, политическое и социальное равенство чиканос. Сюда относится и борьба за их право на свободное развитие своего культурного и языкового наследия. Коммунистическая партия добивается большего представительства чиканос на всех уровнях профсоюзного движения, в государственных и муниципальных органах.

Освобождение пуэрториканцев

Соединенные Штаты Америки владеют Пуэрто-Рико в качестве колонии с того момента, как они захватили эту страну в результате испано-американской войны 1898 года. Острову был навязан так называемый «статус свободно ассоциированного государства», для того чтобы постоянно держать его под экономическим и политическим контролем США. Трюк с предоставлением указанного статуса был изобретен также и с целью отвлечь внимание народа от борьбы за независимость. Равным образом предоставление пуэрториканцам частичного гражданства США никак не затрагивает систему подчинения острова империалистическому господству.

Пуэрто-Рико было превращено против воли его народа в военно-морскую базу США в Карибском бассейне. Между тем американские банки и корпорации уродуют экономическое развитие острова, эксплуатируют его природные ресурсы и извлекают сверхприбыли из использования низкооплачиваемой рабочей силы.

В самих Соединенных Штатах пуэрториканцы составляют угнетаемое национальное меньшинство, значительное в количественном отношении. Почти все они принадлежат к рабочему классу. Расовая и национальная дискриминация, которой подвергаются пуэрториканцы, ведет к понижению их заработной платы и ухудшению условий труда и жизни, обрекает их на неравенство при получении работы. Пуэрториканцы, проживающие в США, лишены в основном политического представительства и не обладают в полном объеме социальными правами.

Коммунистическая партия требует и добивается предоставления проживающим в США пуэрториканцам полного равноправия в экономической, политической и социальной областях. Партия поддерживает требование об использовании испанского языка в судах и других государственных учреждениях, в профсоюзах и в коллективных договорах, а также о преподавании на двух языках в государственных школах повсюду, где имеется значительное испаноязычное население. Партия требует положить конец колониальному господству над Пуэрто-Рико и поддерживает право народа этой страны на самоопределение в области будущих взаимоотношений с США, включая право на полное отделение от США.

Компартия США требует вывода американских войск из Пуэрто-Рико и ликвидации существующих там военно-морских баз в качестве предварительного условия для беспрепятственной реализации указанных прав и заявляет о своей солидарности со стремлением народа Пуэрто-Рико к национальной независимости.

Освобождение американских индейцев

Коренное индейское население Америки и коренные народности Аляски борются за свое существование, против господства государственно-монополистического капитализма.

Угроза самому существованию коренных народностей страны возникла в результате захвата их земель. Это ограбление продолжается и поныне. Всесильные монополии экспортируют принадлежащие индейцам залежи угля, нефти и урана. Правительственные учреждения США ведут себя в отношении индейцев как неоколониальные владыки, и следствием действия всего механизма государственно-монополистического капитализма являются неописуемая нищета индейцев, безработица и лишение их культурных и социальных прав.

У коренных жителей Америки славная история борьбы против всех посягательств на их земли и уклад жизни. Сегодня они продолжают эту борьбу — борьбу за сохранение и расширение своих территорий, за свой суверенитет над резервациями и находящимися там природными богатствами, за полное признание установленных договорами прав, за прекращение насильственной стерилизации индейских женщин и других проявлений геноцида. Коренные народности стремятся защищать свое право на использование родного языка, свою культуру, а также неприкосновенность мест проведения религиозных обрядов и мест захоронения. Коммунистическая партия полностью поддерживает эти требования.

Партия оказывает также полную поддержку борьбе против всех форм неравенства американских индейцев в области найма на работу, повышения профессиональной квалификации и продвижения по работе, в жилищном вопросе и в получении доступа к образованию и медицинскому обслуживанию. Коммунисты выступают за обеспечение американским индейцам права говорить, читать и получать образование на своем родном языке.

Коммунисты также поддерживают право американских индейцев на передачу в их собственность расположенных на их землях предприятий, принадлежащих монополиям, и установления над ними кооперативного или других форм народного контроля. Правительство должно оказать достаточную помощь для сбалансированного экономического развития территорий, населяемых индейскими народностями, включая обеспечение индейцев работой и услугами.

Деятельность коммунистов направлена на устранение всех барьеров на пути полной реализации избирательных прав и права на представительство коренных народностей Америки — индейцев.

Политическое движение американских индейцев и коренных народностей Аляски направлено против монополий. Полная поддержка этого движения со стороны рабочего класса, прежде всего со стороны профсоюзного движения, соответствует жизненным интересам рабочего класса и большинства населения США.

Выходцы из Азии и стран Тихого океана и их освобождение

Представители многих народов Азии и стран бассейна Тихого океана находятся среди тех миллионов, которые подвергаются в нашей стране расистской дискриминации и преследованиям. У нас живут иммигранты и их потомки из Филиппин, Японии, Китая, Кореи, Вьетнама, Кампучии, Таиланда, Лаоса, Индонезии, Индии и других стран. Расизм и великодержавный шовинизм лишают выходцев из этих стран равных прав и возможностей независимо от их классовой или социальной принадлежности.

Предприниматели извлекают сверхприбыли из эксплуатации труда рабочих — выходцев из Азии, выплачивая им низкую зарплату. Вместе с иммиграционными и другими властями предприниматели запугивают этих рабочих, чтобы воспрепятствовать их вступлению в профсоюзы или использованию ими своих прав. Несмотря на все это, рабочие азиатского происхождения и выходцы из стран Тихого океана также имеют боевые традиции и гордятся той ролью, которую они играют в профсоюзном и других прогрессивных движениях США.

Коммунистическая партия требует, чтобы на выходцев из Азии и стран Тихого океана, которые на протяжении всей истории были в США жертвами национальных и расовых предрассудков, распространялись программы положительных действий с целью достижения ими полного равенства во всех областях жизни.

Еврейское население

Большинство еврейского населения в США составляют рабочие и специалисты, чьи интересы идентичны интересам рабочего класса и антимонополистического движения.

Еврейскому населению отказывают в равных правах во многих областях жизни. Каждый год происходят многочисленные случаи антисемитских оскорблений и осквернения синагог. «Респектабельный» антисемитизм широко распространен в поведении и практической деятельности представителей правящего класса.

Антисемитская демагогия служит основным оружием реакционных и фашистских движений. Она направлена на то, чтобы отвлечь гнев народа от правящего класса и капиталистической системы и обратить его против еврейского населения.

Коммунистическая партия осуждает все проявления антисемитизма и требует запретить его законодательным путем, равно как и все акты и пропаганду расовой, национальной и религиозной ненависти.

За единство и равенство

Народ нашей страны состоит из людей самого различного национального происхождения и различных национальностей. Многие из них подвергаются дискриминации по причине их расовой принадлежности и цвета кожи. У различных этнических групп стремятся отнять их прогрессивную культуру, историческое наследие и традиции. Правящий класс систематически сталкивает эти группы друг с другом, чтобы с еще большей легкостью их всех эксплуатировать.

Однако, несмотря на богатую гамму особенностей и различий, свойственных американцам, население США представляет собой единую национальную семью. Жизни и судьбы жителей нашей страны тесно взаимосвязаны. В общении друг с другом на работе и на отдыхе американцы многое узнают и многое выигрывают.

Они ничего не смогут извлечь из ссор в своей семье. Многорасовый, многонациональный рабочий класс США — это неделимая органическая общность людей, объединяемых узами совместного труда и общих интересов, такими же крепкими, как и узы семейного родства.

Мужчины и женщины — члены Компартии США — представляют самые различные этнические группы населения нашей страны. Цель нашей партии, базой которой является рабочий класс, направлена на ликвидацию капиталистической системы — источник всех форм расового и национального угнетения.

Коммунистическая партия поэтому добивается объединения в великую коалицию всех тех, кто подвергается угнетению со стороны монополистического капитала. Партия предлагает народу нашей страны такую программу действий, которая избавит его от ярма господства государственно-монополистического капитализма и предоставит всем возможность жить в условиях свободы и равенства.

New Program of the Communist Party USA.

New York, 1980.

Экономические перспективы угнетенных меньшинств США в 80-х годах

Из журнала «Политика афферс» (Нью-Йорк)

Борьба за подлинное равенство афроамериканцев и других угнетенных национальностей в 80-х годах происходит в период, когда монополистический капитал переживает процесс общего загнивания и неудержимый поток истории к свободе и национальному равенству всех угнетенных народов устремлен против него. Поворот администрации к милитаризму и холодной войне означает активизацию войны против жизненного уровня народа и эскалацию разгула бесстыдных спекуляций монополий. Он свидетельствует о намерении усилить национальное угнетение и расизм.

Наступление на качество жизни и жизненный уровень трудящихся обычно оказывает особенно тяжелое и непропорциональное воздействие на афроамериканцев, пуэрториканцев и чиканос. Экономические спады происходят чаще. Они длятся дольше, и после них не происходит полного возрождения экономики. Для миллионов черных американцев это означает перманентную и углубляющуюся экономическую депрессию. Если не считать некоторых достижений 60-х годов, последние двадцать лет массы негритянского народа находились в тяжелом положении.

Угнетенные меньшинства вступили в 80-е годы уже в условиях экономической депрессии. Это можно подтвердить несколькими яркими фактами о положении афроамериканцев, которые характеризуют также положение и других меньшинств.

В 70-х годах уровень безработицы среди афроамериканцев резко повысился. В 1973–1975 годах он был, вероятно, самым глубоким за последние сорок лет. Десятки тысяч человек не вернулись на работу в период «восстановления», повысив уровень остаточной безработицы. А перспективы трудоустройства негритянской молодежи все время остаются очень мрачными.

Начиная с 1972 года положение афроамериканцев постоянно ухудшалось. Еще в 1974 году 28 процентов всех афро-американских семей жили ниже уровня бедности. Только 12 процентов глав этих семей имели постоянную работу. В конце 70-х годов разрыв в доходах белых и негритянских семей был больше, чем в начале десятилетия. Уровень безработицы среди черных африканцев сейчас более чем в два раза выше, чем среди белых, и продолжает повышаться. Работы лишена треть афроамериканской рабочей силы.

Согласно исследованию Национального центра экономических альтернатив, рост инфляции в 1980 году почти целиком был результатом повышения цен на продовольствие и другие товары первой необходимости. В чисто человеческом плане это означает, что по крайней мере 8 млн. афроамериканцев живут в состоянии все усиливающейся бедности, не имея почти никакой надежды избавиться от нее. Эти огромные экономические лишения представляют собой прямой результат политики запланированной безработицы и расизма, которую проводит правительство.

Промышленники, особенно сверхбогатые монополии в основных отраслях промышленности, закрывают завод за заводом, фабрику за фабрикой по всей стране. Транснациональные сталелитейные корпорации закрыли металлургические заводы в Янгстауне, южном Чикаго, Питтсбурге, Бирмингеме. Резиновые заводы были закрыты в Арконе и Детройте, а автомобильные — в Мичигане, Нью-Джерси и Калифорнии.

Политическое воздействие всего этого уже ощущается. Все больше людей начинают понимать, что республиканская и демократическая партии являются политическими орудиями, которые обеспечивают такое положение когда органы власти остаются надежно в руках богатых и служат их интересам. Именно поэтому все больше и больше людей ищут возможность сбросить двухпартийную смирительную рубашку. Такие города, как Детройт. Гэри и Ньюарк, в которых мэрами являются черные африканцы, находятся среди городов, испытывающих наибольшее экономическое давление. Города, где черные африканцы и другие меньшинства составляют самый высокие процент населения, становятся объектами самых больших сокращений фондов социальных пособий.

Экономический и политический нажим правящего класса носит явно преднамеренный расистский характер. Усиление расистской пропаганды, рост жестокости преступлений полиции против представителей меньшинств, поджоги и оставление домов владельцами в районах, где живут черные и другие меньшинства, бессилие на всех уровнях судебно-правовой системы, когда речь идет о нападениях на черных африканцев и представителей других меньшинств и их убийствах, — все это свидетельствует о том, что пособниками расизма выступают те, кому принадлежит политическая и экономическая власть в нашей стране.

Расизм преследует цель не допустить единства трудящихся в борьбе против этой кампании, обеспечить нейтралитет белых, особенно белых рабочих. Правящий класс знает, что единство народа в борьбе может сорвать его планы извлечения максимальных прибылей за счет страданий трудящихся, пота и крови рабочих, как черных, так и белых.

«Political Affairs» (New York), 1981, N 11.

Рейган подавляет конституционные права

Из доклада Американского союза защиты гражданских свобод

В конце 70-х годов было много толков по поводу опасности, представляемой для гражданских свобод в США организацией «Моральное большинство» и подобными группами. Однако, как показало время, самая опасная угроза для гражданских свобод исходит и будет продолжать исходить не от правых религиозных группировок, а от самой администрации Рейгана и ее союзников в конгрессе. Во многих отношениях мы переживаем сейчас самые опасные времена для гражданских свобод с момента основания союза 62 года назад. Впервые мы имеем дело с администрацией, которая, по-видимому, твердо противится ключевым юридическим и политическим принципам, на которых зиждется конституция США. Администрация выступает не просто против определенных свобод для определенных людей или групп — она ведет наступление на всю конституционную систему, созданную 200 лет назад. С этой точки зрения современный период в истории США представляет даже большую опасность для гражданских свобод, чем времена Маккарти и Никсона. Для этой администрации подрыв Билля о правах представляет собой главную цель. Администрация стремится к структурным переменам в американской системе управления, последствия которых, если она этого добьется, будет нелегко преодолеть, когда срок пребывания этого правительства у власти истечет.

Администрация выступает в роли идеологической оппозиции гражданским свободам. Ее видение Америки радикально отличается от нашего. Она хочет ограничить конституционные права. Она хочет, чтобы негры оставались сегрегированными. С действий полиции и разведывательных органов она хочет снять юридические ограничения, которые защищают нас от злоупотреблений. Развернув поход против судебной системы, президент добивается того, чтобы суды стали инструментом тех, кто находится у власти. Особенно тревожно то, что конституционная система подвергается нападкам не со стороны одного-двух политиканов-экстремистов, а со стороны высших правительственных властей.

Администрация Рейгана повернулась спиной к гражданским правам. Хотя президент выдает себя за непредубежденного человека, искренне стремящегося к обеспечению равных возможностей для национальных меньшинств, его министерство юстиции развенчивает это представление, стремясь ограничить и даже ликвидировать завоевания в области гражданских прав, достигнутые меньшинствами за последние 20–30 лет. Член палаты представителей Гарольд Вашингтон (демократ от штата Иллинойс) во время слушаний в конгрессе заявил, что в Соединенных Штатах усиливается расизм. Он обвинил администрацию в том, что она активно тянет страну назад в области гражданских прав. В этих условиях расисты наглеют, чувствуя свою безнаказанность и не опасаясь кары со стороны правительства. Во всех областях гражданских прав — от образования до обеспечения жильем и работой — администрация Рейгана ослабила позиции национальных меньшинств в их стремлении к равенству.

Рейган и его союзники в конгрессе предприняли попытки подорвать избирательные права, добиваясь отмены закона об избирательных правах, принятого в 1965 году. Этот закон служит, вероятно, самым эффективным актом в области гражданских прав, запрещая расовую и иную дискриминацию при голосовании. Рейган объединил силы с председателем сенатской юридической комиссии Стромом Тэрмондом, утверждая, что закон об избирательных правах больше не нужен, поскольку расовая дискриминация при голосовании на юге якобы полностью ликвидирована. Дискриминация при голосовании остается хронической проблемой политической жизни…

Администрация проводит иммиграционную политику закрытых дверей. В апреле 1982 года она осуществила силами вооруженных агентов службы иммиграции и натурализации серию рейдов по всей стране, в ходе которых были схвачены почти 5400 рабочих, подозреваемых в том, что они — незаконно прибывшие в страну иностранцы. Агенты нарушали конституционные права, врываясь на предприятия, перекрывая все выходы и арестовывая для допросов рабочих, выглядящих, как иностранцы.

Вашингтон, октябрь 1982 г.

Отвергают президента

Из газеты «Нью-Йорк таймс»

Президент Рейган и республиканская партия сталкиваются с деликатной и серьезной политической проблемой, которую высветило тревожное сочетание статистических данных. Уровень безработицы среди негров составляет сейчас, по данным Бюро трудовой статистики, 16,3 процента. А согласно опросу «Нью-Йорк таймс» и «Си-би-эс ньюс» всего 14 процентов негров одобрят деятельность президента.

Речь идет не о том, что правительство теряет поддержку негритянского населения. Ею и не пользовались ни администрация, ни ее партия. Но существует опасность, что правительство выглядит в лучшем случае безразличным, а в худшем — враждебным неграм, чего и кандидат и партия решительно старались избежать во время президентской кампании 1980 года.

Специалист Рейгана по опросам общественного мнения Ричард Уэртлин писал в одной памятной записке в 1980 году, что крайне важно изображать Рейгана «сердечным, сочувствующим, заботливым человеком». В этом документе, опубликованном в новой книге Элизабет Дрю «Портрет выборов», Уэртлин заявил, что такой образ «противоречил бы типичному представлению большинства американцев о консерваторах».

Точно так же были очень важны и широко разрекламированные призывы республиканской партии к неграм и поддержка неграми Рейгана. Лидер сенатского большинства Говард Бейкер, из штата Теннесси, говорит, что эти призывы, может быть, принесли немного голосов негров, но они «сделали республиканцев порядочными и приемлемыми в глазах многих белых».

Сейчас возникла опасность, что это тщательно культивированное представление о заботе о неграх может исчезнуть. Рейган столкнулся с такой проблемой на одной из пресс-конференций. Его попросили: «Успокойте негров этой страны насчет вашего отношения и вашей политики». Он сказал, что, хотя некоторые лидеры негритянских организаций «пошли за остальными» и нападают на его программу, он получил удовлетворение от личных писем поддержки, полученных от отдельных негров. В частности, он сослался на письма от 16-летнего юноши и молодого отца.

Такие отдельные лица, возможно, редкое исключение. Независимо от возраста, дохода или образования черные американцы в своем подавляющем большинстве отвергают Рейгана и его программы — это показал опрос 1479 американцев избирательного возраста, проведенный «Таймс» — «Си-би-эс ньюс». Во время этого опроса по телефону только 11 процентов негров одобрили экономическую деятельность Рейгана.

На другой день после пресс-конференции были опубликованы последние данные о безработице, согласно которым у негров в 2,3 раза больше шансов быть безработным, чем у белых.

«В уровне безработицы среди негров не произошло никаких улучшений по сравнению с прошлым годом», — заявил объединенной экономической комиссии конгресса Джейнел Норвуд, член комиссии по трудовой статистике.

За день до этого Рейган признал, что для улучшения, которое он предвидит, могут потребоваться месяцы. А теперь администрации было нечего добавить, особенно относительно безработицы среди негров.

«New York Times», 1981, 5. X

Наступление на права национальных меньшинств

Из журнала «Ю. С. ныос энд Уорлд риаорт» (Вашингтон)

В условиях сокращения бюджета, вялой деловой активности и политических перемен многие негры опасаются, что их движение к экономическому и социальному равенству замедляется — или даже поворачивается вспять. Национальные меньшинства возлагают большую часть вины на администрацию Рейгана, но федеральные должностные лица отвергают обвинение и утверждают, что они преданы идее укрепления гражданских прав, хотя, возможно, и не согласны относительно путей достижения этой цели.

Выступая перед группой республиканцев-негров, президент Рейган заявил: «В республиканской партии нет места расистам, и наш послужной список свидетельствует о том, что мы занимаем твердые позиции в защите гражданских свобод со времени прихода к власти».

Тем не менее Белому дому трудно убедить некоторых негритянских лидеров. «Трудно найти область, где бы администрация ни пыталась вести наступление на гражданские права, — указывает Бенджамин Хукс, исполнительный директор Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения. Вот некоторые конкретные жалобы организаций, борющихся за гражданские права:

— Сокращения бюджета. Сокращения расходов на миллиарды долларов наносят ущерб программам, которые касаются бедных меньшинств, — продовольственные талоны, школьные завтраки, помощь в получении образования и субсидии на жилье.

— Рабочие места. В момент, когда безработица среди негров составляет 18,8 процента — 51,6 процента среди негритянской молодежи, — были ликвидированы свыше 300 тысяч рабочих мест на государственной службе и были урезаны программы профессиональной подготовки.

— Претворение в жизнь законов. Комиссия по обеспечению равных возможностей при найме на работу наполовину сократила число исков за дискриминацию, возбуждаемых против предпринимателей. Представители администрации также предлагают, чтобы от небольших компаний больше не требовали представления письменных планов проведения позитивных действий. Министерство юстиции добивается принятия Верховным судом решения, которое признало бы неконституционным предоставление меньшинствам и женщинам предпочтения при найме и продвижении по службе.

— Жилье. Негры не видят никакой поддержки законам о справедливом распределении жилья и жалуются, что действующие законы не претворяются в жизнь. Министерство юстиции подало два незначительных иска против домовладельцев; три предыдущие администрации подавали в среднем по 32 иска в год.

— Избирательные права. Президент Рейган сначала поддержал продление более слабого варианта закона об избирательных правах. Группы гражданских прав утверждают, что администрация изменила свою позицию, только когда стало очевидно, что подавляющее большинство членов конгресса поддержит сильную версию закона.

— Назначения. Критики утверждают, что слишком мало представителей меньшинств было назначено на федеральные посты и что многие из тех, кто был выбран, для работы непригодны. Менее 5 процентов из назначенных президентом 3231 человека — чернокожие».

Приводя эти свидетельства, комиссии по гражданским правам 33 штатов в начале сентября направили письмо президенту, заявив, что их тревожит «угрожающее ухудшение» положения в области претворения в жизнь гражданских прав.

Высшие должностные лица администрации указывают, что ее действия были неверно поняты и незаслуженно оклеветаны. «Наша администрация абсолютно предана полному и справедливому претворению в жизнь законов о гражданских правах во всех областях, но не позволит превратить претворение законов в жизнь в бюрократическое преследование законопослушных граждан», — говорит советник президента Эдвин Миз.

Тем не менее лидеры движения за гражданские права указывают на растущую терпимость к расовой дискриминации по всей стране. Например, в Бостоне полиция сообщила о 40 нападениях, 27 случаях забрасывания камнями и 58 случаях вандализма, угроз, преследований и попыток ограбления — все с расистским привкусом — за первые семь месяцев года. Ранее в этом году в Бруклине был убит негритянский транспортный служащий, когда группа белой молодежи вытащила его из машины и избила. В День труда мелкие организации ку-клукс-клана собрались в Стоун-Маунтин, штат Джорджия, чтобы создать более сильную коалицию.

Негритянские организации сообщают, что растет также и число случаев ненасильственной дискриминации. Владелец популярной чикагской дискотеки согласился только по судебному решению прекратить практику, в соответствии с которой он требовал от негров дополнительного удостоверения личности и соблюдения более строгих правил поведения, чем от белых. Белый служащий школы в Манассас-Парк, штат Вирджиния, который женился на чернокожей, подал в отставку после того, говорит он, как ему было приказано не приводить свою жену на школьные танцы и заменить ее фотографию на своем письменном столе фотографией какой-нибудь белой женщины.

Негры по-прежнему отстают от белых почти по всем экономическим показателям. Например, средний доход негритянской семьи отстает от дохода белой семьи на 40 процентов. Чернокожие говорят, что в области высшего образования они не сделали таких крупных шагов, как надеялись. Учитывая, что в Гарвардской школе права есть лишь один профессор-негр, студенты недавно проголосовали за бойкот курса «Расовая дискриминация и гражданские права», поскольку для его преподавания был избран белый юрист. Калифорнийский университет попытался нанять больше преподавателей, представляющих меньшинства, но число таких преподавателей увеличилось менее чем на 1 процент за пять лет.

Тревога по поводу того, что будущий прогресс будет медленным, заставила организации гражданских прав начать новые сражения на двух фронтах: выборы и бойкот… Эрл Грейвз, издатель журнала «Блэк энтсрирайз», указывает: «Если сравнить, где мы находимся сегодня, с тем, где мы были 13 или 25 лет назад, прогресс заметен. Но разве мы движемся такими же темпами? Ответ — решительное «нет».

«U.S. News and World Report» (Washington). 1982, 27. IX.

Выборы: дискриминация сохраняется

Из газеты «Интернэшнл геральд трибюн» (Париж)

Эджфилд, Южная Каролина. В этом городе родился Стром Тэрмонд, сенатор-республиканец от Южной Каролины, и округ, который носит то же название и в котором расположен этот город, являет собой наглядный пример того, о чем, собственно, идет речь в ходе споров об избирательных правах, происходящих в Вашингтоне на заседаниях юридической комиссии сената, которую возглавляет этот сенатор.

Юристы и политические деятели в Вашингтоне, которые обсуждают вопрос о том, продлевать ли срок действия закона об избирательных правах, придали этим спорам абстрактный характер, рассуждая о критериях доказательства при разбирательстве тех случаев, когда речь идет об избирательных правах, о том, что следует считать критерием: причину или следствие.

В данном случае речь идет о гораздо более конкретных проблемах. Дело в том, что половину населения округа Эджфилд составляют черные. До переписи 1980 года черные составляли большинство. Но в округе Эджфилд ни один черный никогда не выдвигался кандидатом от демократической партии и не избирался ни на какой пост как соперник белого кандидата.

Такое неравенство имело результаты, которых и следовало ожидать. Если в кварталах, где живут белые, мостовые мощеные, то во многих кварталах, населенных черными, картина совсем другая. В кварталах, где живут белые, есть канализация, а в большинстве кварталов, где живут черные, ее нет.

Власти, состоящие из белых, собираются отремонтировать гимнастический зал в одном из кварталов, населенных белыми, чтобы построить там теннисные корты, а Норман Дорн, учитель химии, черный, говорит, что в Роза-Хиллс, квартале черных, вообще нет никаких спортивных сооружений. «Мы просим: нельзя ли построить баскетбольную площадку или теннисный корт? Но нас не хотят поддержать», — сказал он.

Восемь лет назад несколько черных жителей этих мест обратились в суд, пытаясь добиться отмены избирательной системы этого округа, которая, по их утверждению, лишает их справедливого участия в местных органах власти.

Что касается черного населения округа Эджфилд, проблема состоит для них в том, что в их округе существует комплексная система выборов. Хотя черные составляют весьма внушительное большинство зарегистрированных избирателей в двух из пяти избирательных округов Эджфилда, выборы проводятся по всему округу в целом и избиратели голосуют за всех пять членов совета этого округа. Поскольку белые участвуют в выборах более активно, чем черные, и поскольку белые не поддерживают черных кандидатов, последние никогда не избираются.

Дело, возбужденное против избирательной системы этого округа, слушалось в 1975 году под председательством окружного судьи Роберта Чепмена. Поскольку у судьи сложилось впечатление, что законодательное собрание штата займется этой проблемой, он решил не высказывать своего мнения до 17 апреля 1980 года. Затем он объявил избирательную систему в этом округе противоречащей конституции. Судья Чепмен установил, что «белые категорически отказываются голосовать за черного, если тот баллотируется». Назначение единственного черного в школьный совет — это, очевидно, «чисто символический жест», сказал он.

Судья установил, что черные в этом округе никогда не бывают присяжными и что до начала этого судебного разбирательства в округе не занимались их трудоустройством. Судья Чепмен постановил не проводить выборы в этом округе, пока не сможет быть принята «новая и конституционная» система.

Но четыре дня спустя Верховный суд Соединенных Штатов на своей выездной сессии постановил, чтобы истцы доказали, что местные власти сознательно намерены проводить дискриминацию в отношении черных. Черные же из округа Эджфилд сумели лишь доказать, что такая система фактически привела к дискриминации по отношению к ним. Судья Чепмен отменил свое решение и начал повторное рассмотрение дела.

Но черные в Эджфилде не сдались. Дело в том, что в законе об избирательных правах есть пункт, обязывающий такие штаты, как Южная Каролина, где прежде существовала расовая дискриминация, представлять на утверждение министерства юстиции любые изменения, которые они собираются внести в избирательные законы.

Округ Эджфилд внес такие изменения в 1966 и 1976 годах, не представив их предварительно на утверждение министерства юстиции, как того требует закон. Поэтому они внесли в свою жалобу это требование и попросили суд заставить местные власти подчиняться закону.

По словам местных властей округа Эджфилд, они считают, что белые представляют черных избирателей совсем не хуже, чем это делали бы черные представители.

Судейского деятеля округа Чарльза Коулмэна возмущает критика по поводу того, что белые в этом округе отказываются голосовать за черных. «Это моя прерогатива, мое право», — сказал он. Коулмэн утверждает, что на самом деле проблема округа Эджфилд в том, что негры не голосуют. Черные в округе Эджфилд признают, что они действительно проявляют пассивность на выборах, но говорят, что и при этом они получили бы два из пяти мест в совет округа, если бы выборы проводились по округам, а не комплексно.

Натаниэл Джексон, председатель местного отделения Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения, сказал, что большинство негров в этом округе работает на белых, арендует их дома и во многих мелочах по-прежнему зависит от белых, и «они не хотят рисковать, боясь обидеть этих белых».

Хотя в последние годы несколько черных были взяты на работу в местные органы власти в этом округе, Джексон сказал, что «в более высоких сферах нет черных. Мы работаем на дорогах, водим грузовики, выполняем черную работу».

Джексон говорит, что он и другие черные не пытаются взять в свои руки власть в этом округе, что они не хотят пропорционального представительства.

Они хотят только, чтобы при жизни их детей черные назначались на ответственные посты, чтобы черные не только выполняли приказы белых, но и делали еще что-то самостоятельно.

«International Herald Trihune» (Paris), 1982. 5.III.

Геноцид продолжается

Из журнала «Монд дипломатии» (Париж)

Слово «васиху» означает одновременно «едоки жирной пищи» и «захватчики». Так индейцы племени сиу называли первых бородатых белых, которые воровали запасы мяса, подвешенного на деревьях в лесу. Новые пришельцы, которые были гладко выбриты, оказались еще более жадными: они всегда уносили больше, чем могли съесть. Сегодня для всех индейцев это слово символизирует новую волну захватов, предпринятых горнодобывающими компаниями. До прибытия европейцев в Соединенных Штатах насчитывалось 15 млн. аборигенов, а сейчас их всего несколько сотен тысяч, и они занимают менее 40 процентов своих прежних территорий. Но и из-за этих остатков суверенитета ведется новая борьба. Эти земли, богатые углем и нефтью, кроме того, таят в себе около двух третей американских запасов урана. После первого нефтяного шока в 1973 году большая резервация навахо на юго-западе Соединенных Штатов и территории индейцев племени сиу в Дакоте стали горячими точками энергетической войны.

К югу от Колорадо резервация навахо находится частично в Аризоне, а частично в Нью-Мексико. Шахты, где уголь добывается открытым способом, снабжают пять гигантских электростанций, которые производят электроэнергию для отдаленных городов Техаса и Калифорнии. Густой дым, которым постоянно окутано это легендарное небо, заставляет космонавтов говорить, что в этом районе находится «единственный заметный из космоса след человека». Эта пустынная местность, о которой говорили, что там могут жить только индейцы, является одним из самых богатых в мире районов по своим полезным ископаемым. Уголь, уран и нефть навахо дают каждый год примерно в 10 раз больше энергии, чем необходимо для штата Нью-Мексико.

Между тем в этом «американском Кувейте» средний доход составляет лишь 7000 франков в год; в двух домах из трех нет ни водопровода, ни электричества, а безработицей охвачено более трети населения. Однако индейцы возражают не против смехотворно низкой платы (1,5 франка за тонну угля), а против самого принципа развития горнодобывающей промышленности. «Раны, наносимые земле, разорение могил и священных мест, концессии, предоставляемые компаниям без консультаций с жителями, которым приходится дышать копотью, — объясняет Лари Андерсон, выразитель мнения навахо в «Движении американских индейцев», — таковы причины, заставившие жителей деревни Бэрнхем взять штурмом в 1980 году сооружения фирмы «Консолидейшн коул». Ведь для нас, навахо, земля священна. Она — мать людей, и мы боремся за ее сохранность».

По мнению геологов, имеется опасность, что наличие в этом районе примерно тридцати предприятий может привести к быстрому истощению запасов воды на большой глубине, поскольку некоторые из них используют до 20 тысяч литров в минуту. Что же касается восстановления шахтерских поселков, то здесь положение настолько катастрофическое, что за последние пять лет национальная академия наук недвусмысленно называет этот район «зоной национального бедствия».

Не щадят ни мужчин, ни женщин. Первую урановую шахту эксплуатировала в 50-е годы компания «Керр Макги»; из 100 шахтеров навахо 25 с тех пор умерли от рака. Еще 50 больны раком легких или плевритом. Во время эксплуатации этого месторождения лобби «Керр Макги» в Вашингтоне провалило законопроект об обязательной вентиляции в шахтах. При их закрытии два миллиона тонн отходов были брошены под открытым небом.

Эти отходы урана, которые похожи на очень мелкий сероватый песок, сохраняют до 80 процентов первоначальной радиоактивности руды и излучают газ радон и канцерогенные частицы. В настоящий момент эти отходы составляют около 200 млн. тонн в индейских резервациях, в том числе более половины — на территориях навахо. В ряде докладов, в том числе в докладе д-ра Джона Дентона, составленном для министерства энергетики, подчеркнута «связь между увеличением числа заболеваний раком и наличием радиоактивных отходов поблизости от жилых домов».

Последними жертвами этой бесконтрольной эксплуатации стали дети: между 1976 и 1979 годами в больницах Управления по делам медицинского обслуживания индейцев наблюдалось 215 серьезных случаев врожденных уродств.

Накопление радиоактивных отходов чревато также постоянным риском заражения воды. В июле 1979 года в деревне Черч-Рок произошло то, что комиссия по ядерному регулированию рассматривает как «один из самых серьезных несчастных случаев в ядерной промышленности». В результате прорыва плотины 400 млн. литров радиоактивной воды разлились в ложе реки Рио-Пуэрко; река, к счастью, пересохшая в этот сезон, была заражена на протяжении более 80 километров, точно так же как и колодцы этой деревни. С тех пор власти запретили продажу овец из этого района.

Несмотря на загрязнение, 700 тыс. акров земли были предоставлены за последние годы для изысканий и добычи урана. Чтобы обеспечить эксплуатацию недр земли (20 млрд. тонн угля, добываемого открытым способом), президент подписал закон о высылке шести тысяч навахо из района Биг-Маунтин, обширного плоскогорья, граничащего с территорией хопи. Поскольку индейцы отказывались покинуть землю, на которой они живут уже века, правительство в обстановке настоящей войны распорядилось о том, чтобы построить изгороди из колючей проволоки с целью изолировать Биг-Маунтин от остальной части резервации. Ночью навахо разрушали то, что власти строили днем. В Блэк-Хиллсе, дальше к северу, уран заменил золото, и с конца 40-х годов вокруг деревни Эджемонт эксплуатируются большие залежи. В 1962 году 200 тонн отходов урана попали в реку Чейен, пересекающую резервацию Пайн-Ридж.

Отходы попали в водохранилище Ангостура, и еще сегодня большинство колодцев содержит радиоактивную воду. Сам водоносный слой загрязнен, в докладе министерства внутренних дел говорится об «опасном уровне радиации». В то время как органы здравоохранения считают опасной радиоактивность, превышающую 5 пикокюри, пробы, взятые биохимиком Хэуортом Джонтом, свидетельствуют о наличии радиоактивности в 19 пикокюри в реках и 15 пикокюри в водоносном слое.

В статистическом исследовании состояния беременных женщин, осмотренных в медицинских учреждениях Пайн-1979 года, говорится, что у 38 процентов наблюдались выкидыши. Кроме того, у 60 процентов новорожденных затруднено дыхание, что зачастую бывает вызвано тем, что легкие недоразвиты. У многих детей серьезные врожденные уродства.

Развитие горнодобывающей промышленности в Блэк-Хиллсе, который индейцы сиу всегда считали неотъемлемой частью своей территории, стало причиной неравной войны, ведущейся уже десять лет между федеральной полицией и индейскими активистами. В течение трех лет, последовавших за вооруженным захватом в 1973 году индейцами сиу Вундед-Ни, отмечалось более 60 политических убийств в одной резервации Пайн-Ридж. Уровень преступности здесь в 7 раз выше, чем в Детройте — «американской столице преступности». Почти все жертвы — это люди, выступавшие против развития горнодобывающей промышленности, и традиционные сторонники организации Движения американских индейцев, которая была основана для того, чтобы потребовать осуществления договоров. Педро Биссонетта застрелил в упор полицейский из Управления по делам индейцев; Мэри Энн Литл-Бэр ослепла в результате выстрела, сделанного по дому ее родителей; беременную Хелен Ред Фезер зверски избили; а, между тем, людей, виновных во всех этих актах, которых узнали очевидцы, ни разу даже не побеспокоили.

Напротив, ФБР направило свои операции внутреннего наблюдения на слежку за Движением американских индейцев, продлив программу «Контельпро», разработанную в 60-е годы для борьбы с «Черными пантерами». ФБР рекомендует местной полиции «внимательно наблюдать за руководителями Движения американских индейцев, арестовывать их при каждом удобном случае и держать под арестом до тех пор, пока они не внесут залог».

Сегодня отходы урана, разрушение принадлежащих племенам земель шахтами с открытой разработкой и стерилизация индейских женщин стали орудиями подлинного геноцида. В заключении расследования, проводившегося с 1950 по 1969 год, национальный раковый институт констатировал, что среди индейцев рак встречается в пять раз чаще, чем у среднего американца. Но для борьбы с «угнетением васиху» индейцы на этот раз организовали мощный союз с американскими борцами против ядерной энергетики.

Летом 1980 года индейцы и сторонники охраны окружающей среды провели поход по континенту от Сан-Франциско до Нью-Йорка. В то время как участники этого «большого похода за выживание» пересекали «зоны национального бедствия», 30 тысяч индейцев, защитников окружающей среды и фермеров, собравшись в Блэк-Хиллсе, заключили союз в защиту земли. «Васиху», — говорит председатель Движения американских индейцев Джон Трюделл, — умеют только разрушать. Но пожиратель жирной пищи не знает, что он разрушает самого себя. Тот вред, который он причиняет земле, ускорит его конец». Ровно два года тому назад во время одной демонстрации Джон Трюделл сжег звездный флаг. Два дня спустя в результате поджога сгорел его дом. Из-под обломков вытащили обуглившиеся трупы его жены и троих детей.

«Mond diplomatique» (Paris), 1982, № 10.

Из доклада Генерального секретаря Коммунистической партии США Гэса Холла на Второй чрезвычайной конференции партии. Апрель 1982 г.

На протяжении всей славной, отмеченной важными событиями 65-летней истории наша партия провела только одну чрезвычайную конференцию. Это было почти пятьдесят лет назад, в июле 1933 года.

Первая чрезвычайная конференция была созвана в разгар Великой депрессии в стремлении мобилизовать нашу партию на борьбу с возникшими опасностями и на решение задач, порожденных самой страшной экономической эпидемией, когда-либо поражавшей нашу страну.

Она была созвана, чтобы найти способы избавиться от губительной и разорительной массовой безработицы, повлекшей за собой голод, лишившей людей крова и надежд и погубившей миллионы жизней.

Она была созвана, чтобы подготовить нашу партию к задаче организовать и возглавить массовое движение и развернуть ожесточенную борьбу, которая вывела наш класс и наш народ из Великой депрессии и положила начало эре уступок и компромиссов — эре «Нового курса».

Она была созвана, чтобы отразить растущую всемирную фашистскую угрозу, которая окончательно была уничтожена великой победой во второй мировой войне.

В числе особо важных задач, за которые принялась партия, было вовлечение десятков миллионов рабочих в Конгресс производственных профсоюзов. Она организовала безработных в боевые советы, разросшиеся в победоносное массовое движение, главным достижением которого стало принятие закона о пособиях по безработице и социальном страховании. Она подняла на новую, неслыханно высокую ступень борьбу против расизма, дискриминации, расового фанатизма и антисемитизма…

Сегодня мы собрались здесь для того, чтобы в самом прямом смысле подготовиться к отражению таких же из ряда вон выходящих угроз.

Как и в 30-е годы, мы сегодня сталкиваемся с кризисом во всех сферах нашей жизни. Как и тогда, в стране миллионы безработных. Как и тогда, в стране миллионы голодных и бездомных. Как и тогда, почти во всех городах можно видеть очереди за благотворительной похлебкой. Как и тогда, правительство безжалостно взяло курс на жестокий подрыв жизненного уровня народа. Как и тогда, монополистические корпорации развернули фронтальное наступление против рабочего класса и всего народа. Как и тогда, снова наблюдается разгул воинствующего расизма со всеми его ужасами.

Но важнее всего остального тот факт, что, как и в 30-х годах, снова наблюдается рост мощного боевого народного движения протеста.

В настоящее время большинство американцев полностью отдают себе отчет в том, что времена настали необычные. Большинство согласится, что наша страна глубоко увязла в гигантском болоте. Большинство нашего народа теперь согласно с тем, что рейганомика — это прямой путь к экономической катастрофе и что избрание Рейгана было огромной исторической ошибкой.

Афроамериканцы, все большее число которых теперь живет ниже черты бедности, чувствуют на себе особую расистскую направленность испытываемого ими гнета.

Все угнетенные и обездоленные люди — пуэрториканцы, чикано, индейцы и американцы азиатского происхождения, женщины, интеллигенция, деятели культуры и мелкие предприниматели, — все чувствуют на себе страшный груз страха, порождаемого неспособностью сводить концы с концами и строить планы на будущее.

На различных ступенях бедности, лишений, отчаяния и гнева встречаются особо тяжелые случаи — жертвы расового угнетения. Они жертвы наступления по трем направлениям. Среди людей нашей страны, подвергающихся расовому и национальному угнетению, безработица, голод и нищета распространены шире всего. Они составляют большинство трудящейся бедноты, чье материальное благосостояние особенно сильно подорвано сокращениями по программам социального страхования, да и вообще всеми ударными волнами следующих друг за другом кризисов. Они вынуждены жить в гетто, ставших бедствующими районами и очагами нищеты и безнадежности.

Все успехи в борьбе за права человека и гражданские права, достигнутые кровью, потом и слезами в результате долгих лет борьбы, уничтожаются расистским наступлением Рейгана и его пособников. В итоге миллионы теряют то, что у них было, другие миллионы живут в постоянном страхе потерять все, третьи — просто лишены надежды когда-либо вообще что-нибудь иметь.

В эру упадка капитализма все самые отвратительные, самые жестокие и преступные черты капитализма становятся еще более отвратительными и жестокими. Расизм глубоко врос корнями в капиталистическую систему Соединенных Штатов, он проник буквально во все сферы: в экономику, в систему просвещения, в правительство, идеологию, политическую и культурную жизнь. Расизм настолько проник буквально во все сферы, что каждый кризис, каждое наступление корпораций, каждое отступление профсоюзных лидеров, этих классовых коллаборационистов, каждое ограничение демократических, профсоюзных и гражданских прав, а также прав человека, каждое сокращение общего уровня жизни — все это носит еще более глубокую расистскую окраску.

Каждый месяц мрачные экономические статистические данные оборачиваются человеческими страданиями, и каждый месяц статистические данные, отражающие человеческие страдания, растут. В марте число безработных среди афроамериканцев достигло колоссальной цифры в 20 процентов и совершенно невероятной цифры в 60 процентов среди чернокожей молодежи.

В эру упадка капитализма борьба за равенство и справедливость обретает один новый аспект, ибо не только растет число афроамериканцев среди тех, кто ищет работу, но они составляют непропорционально большое число среди тех, кто постоянно не имеет работы и давно потерял право на пособия по безработице. Среди студентов, которым закрыт доступ к высшему образованию, вследствие сокращения займов и кредитов на плату за обучение и сокращения федеральных средств, ассигнованных на оказание помощи, больше всего студентов — негров. Среди тех, чьи руки заменяют роботы, чернокожие составляют в процентном отношении самое большое число.

Для того чтобы борьба за равенство обрела смысл и значение, она должна учитывать воздействие и последствия расизма.

Старая расистская концепция в ее новом рейгановском варианте включает, в частности, такие положения: «права всем гражданам», «никаких особых льгот каким-то отдельным группам». Рейганомика старается придать расизму и расистской политике «демократизм» с помощью демагогических речей о том, что «ко всем надо относиться одинаково». Это стало фиговым листком, прикрываясь которым корпорации, правительственные ведомства и учебные заведения отвергают любые новые программы и аннулируют утвержденные программы позитивных действий или стараются отказаться от них. Под прикрытием этих демагогических речей они хотят сохранить неравенство, несправедливость и дискриминацию.

В последнее время ратуют также за такую юридическую концепцию, в соответствии с которой жертвы расизма должны доказать, что побудительным мотивом совершенного преступления был расизм, что намерения преступника носили расистский характер. Во многих городах, округах и штатах Юга власти лишают чернокожих избирателей избирательных прав с помощью таких приемов, как так называемая перерегистрация, и такого старого метода, как несправедливое деление на избирательные округа. Суды поддержали эти расистские планы, ибо «не было никакого доказательства расистских намерений».

В эру спада и депрессии больше всего ощущается, какие глубокие корни пустил расизм в капиталистической системе. Победы, завоеванные негритянскими рабочими, занятыми в автомобильной и металлургической промышленности, за 50 лет борьбы, были сведены на нет буквально за несколько месяцев. И одновременно они теряют дома, машины, надежды и мечты о лучшей жизни. Хладнокровное убийство полицией в Милуоки в июле 1981 года молодого африканца Эрнеста Лэси и попытки официальных кругов спрятать концы в воду — это один из самых вопиющих примеров разгула полицейской жестокости и расизма, застрельщиками которых выступают рейгановцы. Убийство полицией Эрнеста «Лэси — это лишь верхушка айсберга разгула расизма в стране.

То, как расизм Рейгана и его людей поощряет расистов на всех уровнях общества и вселяет в них смелость, продемонстрировал также арест на основе сфабрикованных обвинений наших товарищей Шарлей Митчелл и Майка Уэлча в Гейнсвилле, Джорджия, признание их виновными и вынесение приговоров. Борьба за снятие с них этих обвинений требует повышения бдительности и активизации борьбы с расизмом и антикоммунизмом на новом, более высоком уровне. Это следует рассматривать как сигнал, свидетельствующий о новых угрозах в отношении демократических прав всех американских граждан.

Коалицию за справедливость в деле Эрнеста Лэси, в которую входят чернокожие и белые, и кампанию бойкота в Милуоки следует также рассматривать как аспект общенациональной борьбы против расизма и национального угнетения, за новые возможности для единых движений борьбы.

Экономический спад и кризис создают сугубо специфические, безотлагательные проблемы для тех, кто стал жертвой угнетения в стране. Новые миллионы американцев мексиканского происхождения и пуэрториканцев вытесняются за черту бедности. Все больше этих людей остается без работы, без крова, страдает от голода. В одной только Калифорнии 18 процентов американцев мексиканского происхождения не имеют работы.

Рейганомика направлена против рабочего класса, против афроамериканцев, против американцев мексиканского происхождения, против пуэрториканцев, против американцев азиатского происхождения, против коренного населения — американских индейцев.

Рейгановцы — это оголтелые расисты, которые действуют более открыто, нагло и проявляют еще большую жестокость. Это особенно наглядно проявляется в отношении миллионов трудящихся, у которых нет права на постоянное жительство в США, в отношении миллионов людей, на которых не распространяется «страховочная сеть». Новые беженцы из Центральной и Латинской Америки, которых голод или жестокие диктатуры вынудили покинуть свои страны, либо подвергаются тюремному заключению, либо их не принимают. Вновь прибывшие, имеют они документы на въезд или нет, быстро оказываются в рядах тех, кто подвергается расовому и национальному угнетению. Необычайно трудные условия, в которые попадают жертвы расового и национального угнетения, должны быть проблемой, приковывающей к себе особенно пристальное внимание рабочего класса, всего народа и, прежде всего, нашей партии.

Чтобы выиграть борьбу против наступления большого бизнеса на двух фронтах, есть основные условия» которые необходимо выполнить… Подлинный устойчивый переход к борьбе, носящей наступательный характер, невозможен без изменения тактики в борьбе против расизма, за справедливость и равенство.

По мере обострения кризиса, по мере того, как ширится и растет движение протеста, правящий класс прилагает все большие усилия в целях создания раскола и разногласий между черными и белыми, между американцами мексиканского происхождения и неграми. Есть много примеров тому, как корпорации умышленно создают ситуации, когда рабочие — американцы мексиканского происхождения и чернокожие — вынуждены конкурировать за рабочие места, которых меньше, чем желающих получить их. Мы знаем случаи, когда рабочие разбивают эти злобные замыслы корпораций.

Один из выводов, который мы должны сделать, заключается в том, что необходимо крепить свои усилия, направленные на поиски пути к единству. В этой борьбе партия и ее программа становятся все более необходимыми. Коммунистическая партия — это единственная политическая организация в нашей стране, которая исторически, настойчиво и конкретно выступает против расового и национального угнетения во всех формах и во всех сферах жизни.

История нашей партии заставляет нас возглавить поиски этого необходимого пути, ведущего к единству. Наша партия — это главная сила для объединения лучших борцов, чернокожих а белых, в активную боевую силу, находящуюся на переднем крае классовой борьбы. Коммунисты должны подавать пример всем прогрессивным людям, всем противникам расизма и сторонникам демократии в борьбе с расизмом во всех его формах и проявлениях. Коммунисты должны возглавить эту борьбу за справедливость и равенство. Борьба против расизма стала самым важным предварительным условием единства рабочего класса и победы народа. Поэтому наша конференция должна поднять уровень партийной работы на всех фронтах — экономическом, политическом и идеологическом — в борьбе за разгром расизма и национального угнетения во всех их формах. Эти необычные времена требуют, чтобы наша партия более эффективно, более последовательно вносила свой конкретный и уникальный вклад.

«Daily World», 1982, 27–29. IV.

Авторы комментируют

Несбывшиеся надежды

«Есть у меня мечта…» — так называлась знаменитая речь выдающегося борца за свободу негров Мартина Лютера Кинга на массовом митинге борцов с расизмом в Вашингтоне в августе 1963 года. Он сказал тогда:

«Сегодня я говорю вам, друзья мои, что, несмотря на все лишения и трудности, у меня все еще есть мечта, и она неотделима от мечты всей Америки.

Я мечтаю о том, что в один прекрасный день наша страна возвысится, чтобы жить в полном соответствии с принципами нашего кредо: «…все люди сотворены равными».

Я мечтаю о том, что в один прекрасный день на чудесных холмах Джорджии сыновья бывших рабов и сыновья бывших рабовладельцев смогут сесть рядом за стол братства.

Я мечтаю о том, что в один прекрасный день даже изнемогающий от притеснений и несправедливости штат Миссисипи превратится в оазис свободы и справедливости.

Я мечтаю о том, что в один прекрасный день мои четверо маленьких детей будут жить в стране, где о них будут судить не по цвету кожи, а по цельности их натуры.

Есть у меня мечта…

Я мечтаю о том, что в один прекрасный день штат Алабама, губернатор которого цедит сегодня сквозь зубы слова о «подавлении и уничтожении», превратится в место, где черные девочки и мальчики смогут взять в свои руки белых девочек и мальчиков и гулять вместе как братья и сестры.

Есть у меня мечта…»

Приведенные выше материалы убедительно показывают, что мечта Кинга все еще далека от осуществления. Более того… в последнее время положение негров и других цветных меньшинств заметно ухудшилось. Американские коммунисты на своей национальной конференции, оценивая его, не случайно проводят параллель с периодом начала 30-х годов, когда в США наблюдался разгул расизма и крайней реакции.

Каковы же причины этого? Почему сто с лишним лет, прошедших после отмены рабства, не принесли неграм ни настоящей свободы, ни подлинного равноправия? Что делает расизм хронической болезнью американского общества? Почему оказывается несбыточной, чуть ли не фантастической такая естественная мечта: чтобы мальчики и девочки с разным цветом кожи могли, взявшись за руки, гулять вместе? Почему об этом приходится мечтать?

Для убежденного расиста таких вопросов не существует. Для него ясно: расовое разделение людей извечно, предопределено свыше, белая раса призвана господствовать, черная подчиняться, так было, есть и будет. Официальная пропаганда США не может отмахнуться от этих вопросов. Она вынуждена изобретать пристойные ответы на них, чтобы не потускнел наводимый ею на фасад американской демократии глянец. Но было бы тщетно искать среди этих ответов указание на социальную сущность расизма. Они в конечном счете сводятся к одному: все дело в расовых предубеждениях, данных если не от бога, то от природы, и потому столь устойчивых; проблема в том, чтобы если и не искоренить, то хотя бы сгладить их, гармонизировать отношения расовых групп — этому якобы и служит американская демократия. Получается, что негритянский вопрос —> это только расовый вопрос, что он возникает из «расовой несовместимости», — просто, мол, люди разных рас не могут ужиться друг с другом, питают друг к другу врожденную ненависть, взаимную вражду.

Американская действительность и в самом деле дает множество примеров того, что расовые предрассудки в США — массовое явление, глубоко укоренившееся в различных слоях общества. Вот один из них.

«Крохотного роста, одетый в белый балахон, он пронзительно кричал: «Гремучие змеи подлы, а негры еще подлее! Негры не просто подлы, они паразиты. И мало этого…»

Репортеру американского журнала «Пике», которому принадлежит это описание, удалось тайком пробраться на одно из сборищ куклуксклановцев в штате Джорджия. Больше всего журналиста поразило участие в нем детей. Решив проверить, какое влияние оказывает ку-клукс-клан на их сознание, он в поездке по штату провел ряд опросов детей и их родителей.

Гарри, один из мальчиков, с которым беседовал репортер в магазине его отца, объяснил, почему, несмотря на дневное время, он не в школе: «Я хожу в школу утром. А днем в школу ходят черномазые. Я не хочу учиться с ними вместе. Их следует всех перевешать на деревьях».

Воцарилось неловкое молчание. Затем репортер спросил мальчика, кем он хочет стать, когда вырастет. «Я хочу быть таким, как клигл» (название одного из руководящих постов в иерархии ку-клукс-клана. — Авт.).

Отец Гарри одобрительно ухмыльнулся.

Не появляются ли и впрямь расисты на белый свет в готовом виде? Не свойственны ли действительно американцам от рождения расовые предрассудки?

Для американских психологов, проводивших следующий эксперимент, эти вопросы носили отнюдь не риторический характер. Группе американцев разного возраста в южных штатах показали картину, изображающую белого и негра, которые о чем-то разговаривали, причем белый держал в руке опасную бритву с открытым лезвием. После рассмотрения картины им предложили рассказать о ее содержании другим людям, не видевшим изображения. Эти последние должны были передать услышанное третьим, также не видевшим картины, и так далее несколько раз. В ходе шести-семи пересказов бритва неизменно переходила в руки негра, а его поведение описывалось как угрожающее по отношению к белому. Такой «перевертыш» случался всякий раз, когда возраст испытуемых превышал 12–13 лет, и вовсе отсутствовал у детей до 8 лет, которые и в десятом пересказе передавали то, что в действительности было изображено на картине.

У самих взрослых и подростков это искажение происходило ненамеренно. Каждый последующий рассказчик неизменно для себя лишь чуть-чуть подправлял картину. Но это чуть-чуть неизменно приукрашивало образ белого и вносило отталкивающие черты в образ негра. У взрослых и подростков еще до опыта было устойчивое предубеждение против негров, у детей — нет.

Этот пример наглядно иллюстрирует, что расовое предубеждение — не врожденное, а привитое чувство. Оно возникает постепенно, неосознанно для самого человека. Белый ребенок смотрит на экран кино или телевизора и видит, что почти всякий раз, когда там появляется негр, он в чем-то хуже белого. В школе он учится по учебникам, во многих из которых негры и другие цветные представлены как существа низменные, порочные, неспособные к самостоятельному развитию. Тому же его учат обычаи, традиции, весь уклад жизни. Так исподволь, незаметно — изо дня в день, из года в год — накапливаются чувства неприязни к неграм, складывается сознание своего превосходства над ними. Со временем американцу — если он, разумеется, не смог преодолеть воздействия расизма — начинает казаться, что это сознание не внушено ему, а было у него всегда, от рождения, что оно является не искаженным представлением о действительности, а верным ее отражением. Свое враждебное отношение к неграм он рассматривает как естественное и оправданное, вызванное дурными свойствами самих негров, хотя на деле оно привито ему расистской идеологией.

У расистского стереотипа есть свое имя — «Джим Кроу». Образ этого существа — в общем послушного, но обычно ленивого, глуповатого, лукавого, человека низшего порядка — утвердился в сознании американского обывателя еще в начале прошлого века. Таким хотели видеть негра рабовладельцы и расисты. Таким он многие десятилетия изображался в литературе, в выступлениях политических деятелей, на подмостках эстрады, где этот карикатурный образ и обрел свое имя, слившись с персонажем пародий на негритянские песни в программе популярного в 30-х годах XIX века певца Рейса, исполнявшего сценку под названием «Кривляется, вертится и прыгает Джим Кроу».

Произошедшие с тех пор исторические перемены преобразили Америку и весь мир. Но Джим Кроу не отошел в небытие. Он по-прежнему обретается в сознании расистов, для которых негры остаются «второсортными американцами». Его образ угадывается в речах государственных деятелей, посвященных негритянской проблеме. До сих пор многие из них склонны воспринимать борьбу негров за равноправие так, словно перед ними разыгрывается сценка из программы Рейса. Именно на Джима Кроу, а не на реального негра сегодняшнего дня ориентирована в целом политика государственно-монополистического капитализма США. Отношение к неграм, символизированное образом Джима Кроу, воплотилось в расистскую систему угнетения и бесправия негритянского населения США — джимкроуизм, которая срослась с общественным строем и идеологией правящих кругов.

Мартин Лютер Кинг, сам павший жертвой этой системы, писал в статье, опубликованной посмертно: «Безработица, невыносимые жизненные условия, дискриминация в сфере образования, бедственное положение гетто — все остается по-прежнему, но конгресс и правительство ограничиваются тривиальными полумерами».

Для «полуграждан» — полумеры — таков по логике джимкроуизма принцип, которым руководствуется правительственная политика в негритянском вопросе. В соответствии с этим принципом в США в 60-х годах XX века было издано немало специальных правовых актов и постановлений, призванных если не устранить, то хотя бы сгладить наиболее вопиющие проявления расовой дискриминации. Они породили у многих американцев, черных и белых, надежды на возможность позитивных сдвигов в расовых отношениях, на то, что американская демократия наконец-то снимет со страны вековое проклятие расизма.

Однако все подобные меры американских властей отличаются половинчатостью и непоследовательностью, а их реализация постоянно упирается в барьеры, создаваемые существующей на практике системой расовой дискриминации. И дело тут не в расовых предрассудках, во всяком случае не только и не столько в них. Расизм неразрывно связан со всей системой общественного строя в США. Предрассудки американских расистов не более как «психологические испарения» этой системы.

Негритянский вопрос — это и национальный вопрос: американские негры, составляющие одно из национальных меньшинств в США, никогда не имели возможности ни самостоятельно решать свою собственную судьбу, ни полноправно участвовать в американской общественной жизни. Конечно, этот вопрос имеет и сильно выраженный расовый аспект, поскольку капиталистическая эксплуатация американских негров неразрывно связана с расовой дискриминацией.

Однако и национальное угнетение, и расовая дискриминация коренятся в общественно-экономических отношениях. Существо же этих отношений в Америке не изменилось за последние сто лет. Как и в прошлом, верховным владыкой страны остается капитал. В США правят не предрассудки, а мощные монополистические группы, заинтересованные в сохранении расовой дискриминации, которая для них прежде всего означает сохранение огромного резерва дешевой рабочей силы. Зарплата черных и «цветных» рабочих в среднем почти в два раза меньше, чем у белых рабочих. Эта разница в оплате труда, взимаемая американскими капиталистами с миллионов рабочих, составляет, по подсчетам экономистов, гигантскую сумму в 50 миллиардов долларов.

Как и в начале 60-х годов, когда были приняты первые законы о «запрещении» расовой дискриминации, уровень жизни негров сегодня вдвое ниже уровня жизни белых американцев. Причем в последние годы правящие круги развернули наступление на завоевания негритянских трудящихся. Их лидеров крайне беспокоит то, что в соответствии с политикой Рейгана урезаются программы, которые были нацелены на поддержание бедняков, на обучение неквалифицированных рабочих, на предоставление рабочих мест безработным и так далее. «Лестницы выбиваются из-под ног людей, старающихся выбраться из ямы, — сказал корреспонденту газеты американских коммунистов «Дейли уорлд» Роберт Коард, негритянский активист из Бостона. — Втрое больше чернокожих, чем белых, проживает в бедности, и поэтому примерно столько же существуют за счет программ, которые администрация Рейгана безжалостно урезает». Бенджамин Хукс, глава Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения, подчеркивает: «Сократить эти программы и не предоставить неграм работы — значит подать пример самого жестокого отношения к ним за всю историю США». Речь идет, например, о субсидировании центров профессиональной подготовки, о транспортировке черных детей в смешанные школы в белых кварталах, о дешевых квартирах и социальном обслуживании. Все эти ассигнования были либо серьезно урезаны, либо совсем упразднены.

Хотя в минувшие два десятилетия несколько увеличилась доля квалифицированных рабочих-негров, выросло их число в автомобильной, авиационной и ряде других современных отраслей промышленности, принцип «для черных — черный труд» неизменно остается одним из краеугольных камней системы джимкроуизма. Расовая дискриминация чрезвычайно затрудняет доступ негров к «чистым» и высокооплачиваемым профессиям. В США существует целый ряд отраслей экономики, где применяется почти исключительно труд белых: атомная и электронная промышленность, нефтехимия, банковское дело и другие.

Пропасть между образовательным уровнем и профессиональной подготовкой негров и требованиями, предъявляемыми на рынке труда, из года в год увеличивается. Автоматизация, новые методы управления, модернизация сферы обслуживания снизили спрос на неквалифицированную и полуквалифицированную рабочую силу, а негры составляют основную часть этих категорий рабочих. Получить же образование и современную специальность людям с черной кожей чрезвычайно трудно. Негры первыми оказываются среди тех, кого вытесняет новая техника, а не среди тех, кого отбирают для обучения работе с этой техникой. Возможность получить профессиональное образование у негров вдвое меньше, чем у белых американцев. С этим связано непосредственно и другое соотношение: процент безработных среди негров более чем в два раза выше, чем среди белых американцев. С 1980 по 1983 год безработица среди негритянского населения возросла с 13 до 18 процентов — рекордной цифры за весь послевоенный период. Законодательные меры по ограничению расовой дискриминации при найме на работу, как правило, остаются на бумаге. Большинство американских компаний находят способы преступать эти меры.

В последнее время среди этих способов появился и неизвестный в прошлом метод так называемой «генетической селекции», которой подвергаются рабочие при найме на работу под предлогом заботы об их здоровье. Председатель Научного комитета Национального научно-исследовательского института медицины и здравоохранения Жан Роз так охарактеризовал этот метод: «Превращение генетической селекции в обязательную процедуру, введение ее в трудовые отношения равнозначно пути к новым формам расизма».

В материалах этого раздела отмечается сокращение производства в ряде отраслей промышленности, куда могли бы прийти неквалифицированные рабочие-негры. С закрытием заводов и повышением уровня автоматизации исчезают многие подходящие для них места. Как заметил Дуглас Глазго, автор книги «Подкласс чернокожих», «в этих отраслях молодые негры имели возможность стать энергичными, прилежными рабочими. Теперь им этот путь полностью отрезан».

Уровень безработицы среди негритянской молодежи особенно высок. Он в несколько раз выше, чем уровень безработицы среди белых американцев. Специалисты министерства труда США указывают, что в течение 80-х годов число безработных с черной кожей не только не уменьшится, но, напротив, в значительной мере возрастет.

Трагедия безработицы среди негров выходит далеко за рамки проблемы занятости. Председатель чикагского отделения Национальной городской лиги Джеймс Комптон отмечал: «Социальные издержки этого явления ужасны — преступность, наркомания, рост расходов на пособия по бедности и безработице, тяжелое бремя для семьи».

Расовая дискриминация преследует негра повсюду. На работе она оборачивается низкой заработной платой, несносными условиями труда, постоянной угрозой потерять рабочее место. Дома она предстает в виде трущоб, отведенных «американским образом жизни» для жительства «Джима Кроу». Негритянская Америка — это трущобная страна, страна скученных, лишенных всяких удобств негритянских гетто. Самое известное «черное гетто» — Гарлем, один из районов Нью-Йорка. Официальная статистика насчитывает там свыше десяти процентов домов, непригодных для жилья. Гарлему не хватает школ, больниц. Квартирная плата здесь в два раза выше, чем в других районах Нью-Йорка. Негритянские гетто стали непременной принадлежностью почти каждого большого американского города: в Чикаго — Уэст Сайд, в Детройте — Брюстер, в Кливленде — Хаф, в Лос-Анджелесе — Уотс и т. д.

Официально неграм не запрещено селиться в «белых» кварталах, покупать там участки, дома или снимать квартиру. Более того, под давлением негритянского движения конгресс принял специальный акт о ликвидации расового барьера в жилищном вопросе. Но эта уступка носит весьма формальный характер, так как, хотя неграм и предоставляется право селиться в «белых» кварталах, это мало что меняет в положении неимущих и безработных обитателей гетто, не имеющих средств для того, чтобы купить дом или снять приличную квартиру.

Во многом остаются на бумаге и те меры, которые были предприняты для устранения расовой дискриминации в области народного образования. Так, хотя постановление верховного суда о запрещении расовой сегрегации в школе было принято еще в 1954 году, до сих пор свыше 60 процентов негритянских детей учатся в школах с преобладанием небелых учеников. Мечта Мартина Лютера Кинга о братстве детей с разным цветом кожи по-прежнему остается только мечтой. «Какой бы иронией это ни казалось, — писал профессор Калифорнийского университета Дж. Лохман, — но сегрегация в области просвещения в Соединенных Штатах сегодня, после принятия антисегрегационных актов, распространена еще шире, чем когда она существовала легально».

От расовой дискриминации страдают не только негры, но и миллион американских индейцев. Их историческая судьба трагична. Столетия, минувшие после высадки европейцев на берегах Америки, стали веками ограбления и физического истребления ее коренных жителей, тех, кому с незапамятных времен принадлежали все богатства этого континента — земли, леса, реки, недра. Многие народности были уничтожены, остатки других прозябают в резервациях, не знают гражданских и социальных прав, обречены на деградацию и вымирание.

«Хороший индеец — это мертвый индеец». Так сформулировал в прошлом веке кредо колонизаторов американский генерал Шеридан. «Не было такого метода, который оказался бы слишком зверским для претворения в жизнь правительственной политики покорения и истребления индейцев, — пишет американский ученый-марксист Г. Аптекер. — Методы эти разнились от назначения награды во столько-то фунтов стерлингов за каждый скальп индейца — мужчины, женщины или ребенка — до бактериологической войны в форме распространения одеял, зараженных микробами оспы».

Ограбление коренных американцев привело к тому, что среднегодовой доход индейской семьи в резервации не составляет даже половины дохода негритянской семьи и в четыре раза меньше, чем у среднего американца. Уровень безработицы среди индейцев в семь-восемь раз выше средних данных о безработице в США. Большинство из них до сих пор живет в резервациях, условия жизни в которых еще хуже, чем в негритянских гетто. 90 процентов домов там не отвечают официальным стандартам, жилые помещения переполнены, некоторые резервации лишены электроэнергии, водопровода, отопления, канализации.

Удивительно ли после этого, что три четверти всех индейцев в США страдают от недоедания и сопутствующих ему болезней? Они втрое чаще умирают от гриппа и воспаления легких, в семь раз чаще — от туберкулеза; кишечные инфекционные заболевания в резервациях встречаются в восемь раз чаще, чем в целом по стране. Новорожденные в резервациях умирают в три раза чаще, и, в отличие от среднестатистического американца, продолжительность жизни которого превышает 70 лет, коренному американцу уготована более короткая жизнь — 47 лет. Политика геноцида проявляется в планомерной стерилизации коренного населения. Власти добиваются согласия на стерилизацию путем угроз, экономических санкций. Нередко, пользуясь неграмотностью пациенток, они прибегают и к элементарному обману. Впоследствии оказывается, что 95 процентов стерилизованных женщин в возрасте до 30 лет сожалеют о проделанной операции. К началу 80-х годов, по официальным данным, была навсегда лишена радости материнства почти четверть индейских женщин. Расисты добились своего: с 1965 года кривая деторождения в индейских резервациях круто пошла вниз.

Хотя в США действует система 12-летнего среднего образования, в индейских резервациях предусмотрено всего лишь пятиклассное обучение. Две трети индейских детей, обучающихся в федеральных школах, помещены в интернаты. Цель этих расистских учреждений — вытравить обычаи и культуру, унаследованные от родного народа. С детьми в интернатах обращаются, как с преступниками. Учащихся горной школы-интерната в штате Юта, например, в целях «воспитания» заковывают в наручники и избивают. В школе штата Оклахома детей нещадно бьют, сажают в подвал, приковывают на ночь цепями. Их заставляют заниматься непосильным трудом в домах учителей и школьных чиновников. Школьники готовы идти на все, лишь бы избавиться от издевательств в подобных «учебных заведениях». В школе северной резервации индейцев чейеннов только за полтора года из двухсот учащихся двенадцать пытались покончить жизнь самоубийством. В докладе подкомиссии сената США о положении в резервации Форт Холл, штат Айдахо, говорилось: «Во время посещения резервации членам подкомиссии рассказали, что процент самоубийств среди подростков, возможно, «превышает здесь в сто раз средний национальный уровень… Нам сказали, что были случаи, когда жизнь кончали самоубийством даже десятилетние дети».

Земли резерваций богаты полезными ископаемыми. В их недрах находится до 90 процентов разведанного в стране урана, треть угольных запасов США. Согласно докладу федеральной энергетической комиссии США, на индейских землях ежегодно добывается нефти и газа на три миллиарда долларов. Однако эти богатства не достаются законным владельцам, они расхищаются монополиями. Одна только шахта корпорации газетного короля Херста в резервации Пайн Ридж дала золота на миллиарды долларов, а проживающие здесь индейцы сиу не получили за это ни цента, хотя по действующему договору 1868 года половина всех добытых ископаемых должна принадлежать им.

В условиях расистского общества богатства, принадлежащие индейцам, приносят им лишь новые бедствия.

Недра плато Колорадо, на котором живут индейцы племени навахо, дают почти три четверти урана, добываемого в США. Индейцы требуют объявить эту зону «национальной территорией, терпящей бедствие». Поскольку 85 процентов радиоактивности, содержащейся в урановых рудах, остается в отходах, плато сейчас содержит радиоактивности больше, чем вся остальная территория США. Большая часть этих отходов не стабилизируется и сбрасывается в притоки реки Колорадо, которые несут их дальше, так же, как это делают ветер и дождь. Рак легких здесь обычная болезнь. Жены горняков одна за другой хоронят своих мужей и живут в постоянной тревоге: не появятся ли у них самих и их детей другие симптомы болезни, более замедленные и более скрытые? Домашний скот начал производить на свет животных-уродов. «Наша земля отравлена, и она останется такой еще тысячи лет, — говорят индейцы. — Даже если сегодня урановые рудники были бы полностью законсервированы, для ее оздоровления потребовались бы десятки лет и миллиарды долларов».

Соседи навахо, индейцы племени хопи, требуют объявить свой район «национальным убежищем». Но правительство остается глухим к этим требованиям.

Расизм, пропитывающий все поры буржуазной Америки, всегда создавал благоприятные условия для деятельности сил крайней реакции. От негритянских погромов к травле коммунистов и далее к наступлению на демократические свободы — такова направленность этой деятельности.

В 80-е годы американский политический словарь пополнился термином «правая революция». Журнал Компартии США «Политикл афферс» пишет: «Выражение «правая революция» — не шутка; Рейган и его последователи не шутят. Они четко дали понять всем, что намерены уничтожить все, чего американцы добились за последние пятьдесят лет в области либеральных реформ и расширения демократических прав. Чтобы достигнуть своей цели, им нужно свести на нет достигнутый за последние пятьдесят лет ценой огромных страданий и борьбы прогресс в области гражданских прав и свобод».

Подстегиваемый попустительством властей, все большую активность проявляет ку-клукс-клан, старейшая организация погромщиков, основанная еще в 1867 году в городке Пуласки, штат Теннесси. Своего наибольшего «расцвета» ку-клукс-клан достиг в начале 20-х годов нашего века, когда он насчитывал около 4 миллионов членов. К началу второй мировой войны влияние ку-клукс-клана сильно уменьшилось и число его членов резко сократилось: слишком очевидно было его сходство с гитлеровскими бандами. Но уже в первые послевоенные годы клан поднял голову. К настоящему времени его ячейки вновь разбросаны по всей стране. По осторожным подсчетам, они объединяют около ста тысяч белых американцев.

В последние годы в США наблюдается рост фашистской опасности. Это не новое явление. Организации фашистского толка — «Союз за социальную справедливость», «Американская лига свободы» и другие — возникли здесь еще в начале 30-х годов. И сегодня в США имеются организации подобного рода. Американские фашисты — самые активные участники негритянских погромов и антикоммунистических шабашей, на которых их фюреры открыто призывают уничтожить в газовых камерах коммунистов, негров и евреев. Теоретик американского фашизма У. Пирс прокламирует: «Мы прямые наследники Гитлера. То, что не удалось сделать фюреру, должны сделать мы… Мы создаем и формируем ударные отряды штурмовиков, которым надлежит спасти белую арийскую расу».

Однако главную опасность справа представляют не эти группировки, весьма крикливые, но не имеющие массовой базы, а так называемые «новые правые» — широкая, хотя и политически разномастная, коалиция, которая смыкается с консерваторами рейгановского типа. Эта коалиция начала формироваться в середине 70-х годов, когда активизировались такие реакционные организации, как «Херитидж фаундейшн», ставшая «мозговым трестом» движения и существующая на деньги близкого к Рейгану пивного магната Дж. Курса, Сенатский руководящий комитет, Республиканский исследовательский комитет, Американский совет законодательных обменов, объединяющий членов законодательных собраний штатов. В 1974 году один из наиболее активных лидеров новых правых Поль Уэйрич организовал «Совет за спасение свободного конгресса», который уже в 1978 году сыграл большую роль в избрании 31 консервативного члена конгресса.

Основная опора новых правых — это мелкая и средняя буржуазия, которая не способна противостоять натиску монополий и особенно страдает от правительственных налогов и различных правил, регулирующих деятельность предприятий. Вот почему их лидеры с крайне демагогических — по сути фашистских — позиций нередко обвиняют «верхушку общества», или, как они говорят, «истеблишмент», во всех бедах США — как во внешней политике, так и во внутренней. Играют они и на расистских настроениях, прочно укоренившихся в некоторых слоях белых рабочих, которым приходится конкурировать с негритянскими рабочими. Новые правые не скрывают, что конечная их цель — добиться власти. «Мы молоды и голодны — мы хотим добиться победы для консерватизма и обновить Америку, — пишет Вигери в своей книге «Новые правые. Мы готовы руководить», которая явно задумана как своеобразный «Майн кампф». — Мы уверены, что имеем способности для того, чтобы управлять, и мы будем править в не столь отдаленном будущем».

Движение новых правых в некотором отношении напоминает движение нацистов в Германии в эпоху Веймарской республики, в конце 20-х и начале 30-х годов, хотя, конечно, в нем есть много своеобразных черт, присущих только Америке. Председатель профсоюза механиков и работников аэрокосмической промышленности Уильям Уинписинджер заявил: «Новые правые — это расисты, фанатики и фашисты. Как и их духовные предшественники в Германии Гитлера, Италии Муссолини и Испании Франко, эта армия радикальных правых не испытывает ничего, кроме презрения к демократии и демократическим институтам».

Внешнеполитическая программа новых правых проникнута антикоммунизмом и антисоветизмом и по существу не отличается от программы рейгановского правительства. Она предусматривает свертывание экономических и научно-технических связей с Советским Союзом, усиление провокационной кампании разоблачений так называемых «нарушений» прав человека в социалистических странах, использование методов политического и экономического давления на Советский Союз в случае международных кризисов. Новые правые ратуют за усиление военных союзов США не только в Западной Европе, но и в Азии, Латинской Америке, Африке, а также за поддержку Соединенными Штатами всех «прозападных сил», выступающих против Советского Союза. Соединенные Штаты, по их мнению, должны принять на себя «бремя» руководства западным миром.

Новые правые гораздо реакционнее консервативного крыла республиканской партии, однако поддерживают с ним тесную связь. Выступая с откровенно расистских позиций, они фактически совместно с представителями этого крыла борются против возобновления срока действия закона об избирательных правах, который предоставляет некоторые права избирателям из числа национальных меньшинств, в первую очередь неграм. Они же решительные противники так называемых «позитивных действий» — мероприятий, направленных на ограничение расовой дискриминации при найме на работу. Важный момент в движении новых правых — агитация за отмену мер по расовой десегрегации в общественных школах, и прежде всего перевозки школьников на автобусах для достижения «расового баланса». Особое недовольство новых правых вызывают программы социальной помощи малоимущим слоям населения, в первую очередь неграм и другим национальным меньшинствам. Они добиваются сокращения программы продовольственных талонов, предоставляемых малоимущим, а также федеральных расходов на образование и здравоохранение.

Эти требования новых правых отнюдь не противоречат политике правительства, более того, многие из них уже практически выполнены. И вполне естественно, что в документах раздела явственно звучат мотивы возмущения угнетенных расизмом американцев правительственной политикой. По-иному относятся к ней представители буржуазной элиты, обвиняющие негров в «неблагодарности», в «неоправданных притязаниях» и т. п. Так, один бизнесмен из Детройта заявил корреспонденту французской газеты «Монд»: «Черные убеждены, что если они бедны, то в этом вина белых. Они думают, что все им обязаны. Они лентяи. Между тем для них было сделано столько, сколько ни для одного из других меньшинств, будь то ирландцы, итальянцы или поляки».

Это слова человека, не желающего видеть негра иначе, как в унизительном обличье Джима Кроу. Это недовольство тем, что черные американцы не хотят «знать свое место», которое, по убеждению расистов, должно оставаться на задворках «американского образа жизни».

Определенным улучшением своего положения, достигнутым в прошлые годы, негры обязаны лишь собственной борьбе. Особенно высокий накал она приняла в 60-е годы, которые были самым «жарким десятилетием» в истории послевоенной Америки. Подъем негритянского движения в эти годы в американской печати нередко называют «черной революцией». В 1966 году мощные выступления негров охватили 38 городов, в 1967 году — 109 городов, в том числе такие крупнейшие центры политической и экономической жизни США, как Вашингтон, Нью-Йорк, Детройт, Чикаго, Лос-Анджелес. В 1968 году по стране прокатилась бурная волна выступлений негров, которая была ответом на подлое убийство Мартина Лютера Кинга. В 125 городах страны вспыхнули настоящие восстания негритянского населения, нередко выливавшиеся в уличные бои. Правительство прибегло к массовому террору, применив в расправах с негритянскими борцами за свободу помимо полиции регулярные войска, включая танковые части. О том, как действовали каратели в негритянском гетто Детройта летом 1967 года, рассказал очевидец на страницах итальянского журнала «Эуропео». Вот отрывок из его рассказа.

«…Танки движутся вперед, выставив пулеметы, стреляя даже по теням, по всему, что движется. «Если кто-нибудь или что-нибудь движется, — говорит полковник Герман Стринса, — мы сначала стреляем, а потом спрашиваем, кто это».

Отряд неумолимо продвигается вперед мимо развалин и стен. Достаточно ветру шелохнуть клочок бумаги, и тут же сухо щелкают выстрелы из автоматов. Но не всегда это бывают тени или клочки бумаги… Мальчик лежит неподвижно на тротуаре, и его голова разбита — это черная кровавая маска. Сегодня утром его здесь не было. Какая-то женщина свисает с четвертого этажа, как кукла, почти перерезанная надвое — пулеметная очередь прошила ей грудь. Сегодня утром ее здесь не было. Утром погибла также негритянская девочка четырех лет — пуля попала ей прямо в висок. Убита девушка в одном из отелей — пуля влетела в окно. За четыре дня погибло 36 человек.

…731 пожар за три дня; сегодня началось еще 100 пожаров. Темные маслянистые клубы дыма поднимаются в небо в центре города: 950 зданий разрушены. От некоторых не осталось ничего, кроме куска стены или фасада; можно подумать, что мы видим наши города, разрушенные бомбардировками во время последней мировой войны…»

Этот отрывок взят из подборки документов об американском расизме в книге, опубликованной в 1970 году[9]. В настоящей книге ничего похожего нет, да и соответствующая подборка в целом разительно отличается от той, которая была составлена по горячим следам «черной революции». Это не значит, что за прошедшие годы в США не было бурных выступлений негров. Стихийные бунты доведенных до отчаяния людей вспыхивали то в одном, то в другом гетто американских городов. Однако в целом формы борьбы негров заметно изменились. Иным стало и само негритянское движение. Новые цели выдвигают сейчас его лидеры.

Принятие американским конгрессом ряда мер, ограничивающих или запрещающих расовую дискриминацию, явилось крупной победой негритянского освободительного движения, получившего юридическую основу для своих требований равенства с белыми согражданами. Это обусловило переход в 70-е годы борьбы негров от стихийных бунтов к организованным выступлениям, к более широкому использованию легальных форм протеста. Особенно большое значение негритянские лидеры придают сегодня активизации негров в предвыборных кампаниях, борьбе за места в законодательных и исполнительных органах власти на местном и федеральном уровнях.

Процесс таких изменений проходит в условиях, когда в результате обострения экономического кризиса положение черных американцев продолжает ухудшаться, когда правящие круги стремятся отнять у них завоеванные ранее права. В этих условиях в негритянском движении возрастает роль демократического течения, представители которого выступают за объединение всех сил, противостоящих расизму и реакции. Именно такая коалиция обеспечила в 1983 году победу на выборах мэра Чикаго, второго по величине города США, негра Г. Вашингтона. Предвыборная кампания ясно показала, что единство демократов — мощное оружие в борьбе с реакцией. Против сторонников Вашингтона были брошены войска и полиция, расисты предоставили огромные финансовые средства на травлю негритянского кандидата в печати. Кампания его соперника из республиканской партии миллионера Б. Эптона носила ярко выраженный расистский характер.

Однако массовое движение, возникшее в поддержку кандидатуры Вашингтона, одержало победу. Основу движения составили жители негритянских кварталов города и рядовые члены профсоюзов всех национальностей. За Вашингтона выступали также американцы других этнических меньшинств. Именно поддержка этих слоев населения позволила в конце концов склонить чашу весов в пользу Вашингтона. В ряде пуэрториканских избирательных округов за него подали голоса до 83 процентов избирателей.

Даже в некоторых «белых» округах за Вашингтона проголосовали до 20 процентов избирателей. Газета «Дейли уорлд» охарактеризовала его победу как «событие знаменательное поистине для всей страны», как «победу над политикой администрации Рейгана».

Подлинно демократическую программу борьбы с расизмом, за равноправие всех американцев, независимо от расовой и национальной принадлежности, выдвигают американские коммунисты. Компартия выступает за создание широкой коалиции трудящихся в целях борьбы против монополистического капитала, главного источника расизма, за глубокие социальные и политические преобразования…

В современных условиях борьба прогрессивных сил в США против идеологии и практики расизма выходит за рамки требований юридического уравнения негров в правах с белыми. В этой борьбе задачи ликвидации расовой дискриминации негров соединяются с такими острыми социальными проблемами, как ликвидация бедности и безработицы, ограничение господства монополий, расширение демократических прав трудящихся. Указывая на это, Гэс Холл подчеркивал, что выступления трудящихся против расовой дискриминации все более тесно связывают с борьбой, которая «требует устранения самой системы, создавшей неравенство в труде, жилье и в других условиях жизни».

Американские коммунисты играют активную роль в деле вовлечения рабочих в борьбу против расизма. Их последовательный курс на единство действий белых и черных трудящихся, в частности, во многом способствовал созданию объединенного профсоюза рабочих автомобильной промышленности, в котором треть из 1,4 миллиона членов — представители расовых меньшинств. Упорной борьбой этот профсоюз добился заметных успехов в ослаблении сверхэксплуатации черных рабочих, занятых в отраслях производства с особо тяжелыми условиями труда…

Компартия руководствуется интернационалистскими принципами единства всех трудящихся, независимо от их расовой и национальной принадлежности, соединяет борьбу за разрешение расовых проблем с борьбой против антидемократической политики правящих кругов США в целом. В 80-х годах при активном, а во многих случаях и руководящем участии коммунистов развернулась общенациональная кампания в защиту прав человека, против реакционной политики правящих кругов. Демонстрации, сбор подписей под петициями протеста против расовых и политических репрессий ознаменовали важный этап активизации борьбы прогрессивной американской общественности за соблюдение попираемых властями демократических прав и свобод.

Политика компартии отвечает коренным интересам рабочего класса и всего американского народа. Борьба коммунистов против расизма, за демократию и социальный прогресс стимулирует развитие классового сознания белых и черных рабочих, содействует их объединению в рядах антиимпериалистического движения.

«Цветные» рабочие в западноевропейских странах, конечно, не рабы в классическом понимании этого слова, хотя в печати их нередко так и называют. Но по своему социальному и политическому положению они в не меньшей, если не в большей, степени отличаются от местных граждан, чем черные американцы от белых. Рабочие-иммигранты в подавляющем большинстве заняты тяжелым и низкооплачиваемым трудом, лишены многих гражданских прав, страдают от расовой дискриминации, принимающей все более широкие масштабы.

Невольники XX века

«Цветные» рабочие в западноевропейских странах, конечно, не рабы в классическом понимании этого слова, хотя в печати их нередко так и называют. Но по своему социальному и политическому положению они в не меньшей, если не в большей, степени отличаются от местных граждан, чем черные американцы от белых. Рабочие-иммигранты в подавляющем большинстве заняты тяжелым и низкооплачиваемым трудом, лишены многих гражданских прав, страдают от расовой дискриминации, принимающей все более широкие масштабы.

«Черные британцы» в Англии

Из статьи Дэвида Кука, члена Исполкома Компартии Великобритании

События, развернувшиеся на улицах английских городов летом 1981 года, самым драматическим образом отразили глубину кризиса, который поразил Британию. В течение двух недель по многим крупным промышленным центрам страны прокатилась волна возмущений, вылившихся в столкновения молодежи с полицией. Вопросы, рожденные этими событиями, заняли с тех пор одно из важнейших мест в национальной политике. Вспышки насилия были взрывной реакцией на проблемы, накапливавшиеся в британских городах на протяжении длительного времени и обострившиеся в результате глубокого экономического кризиса и политики Тэтчер. Если эти назревшие проблемы останутся нерешенными, конфликт прошлого лета окажется только предвестником более грозного обострения обстановки в будущем.

Следует, однако, принимать во внимание не только социально-экономические факторы, но и две более непосредственные причины волнений прошлого года: роль полиции и вошедшего в систему, институционализированного, расизма, проникающего во все сферы жизни страны. Кое-кто пытается объяснить эти события лишь тяжелыми социально-экономическими условиями в соответствующих районах, отсутствием необходимых для развития ресурсов. Однако такой подход слишком упрощенный. В большинстве случаев здесь налицо важный аспект: «черная община»[10] сталкивается с притеснениями и дискриминацией, которых не испытывает ни одна другая группа населения.

Во многих «внутренних районах»[11] крупных городов уровень безработицы значительно превышает 20 процентов рабочей силы — это вдвое выше средней цифры для Великобритании. А среди черного населения безработица за последние 10 лет растет в 2,5 раза быстрее, чем в целом по стране. В Брикстоне (район Лондона) и Токстете (район Ливерпуля), где происходили наиболее ожесточенные столкновения с полицией, безработица среди черной молодежи почти удвоилась только за один последний год.

Признаки упадка в этих кварталах проявлялись на протяжении десятилетий. И ответственность за это разделяют прежние лейбористские правительства. Однако нынешнее, консервативное, с беспрецедентным ожесточением повело наступление против политики развития внутригородских районов. После двух лет правления тори от урбанистской программы лейбористов, оказавшей известное воздействие на решение некоторых самых неотложных проблем этих районов, остались жалкие обломки. Так называемые зоны партнерства[12], занимающие особое положение вследствие остроты их нужд, в результате сокращения правительственных ассигнований утратили до половины средств, которыми они располагали. Собственно, в Англии такие зоны в среднем потеряли 24,4 процента правительственных субсидий по сравнению с 13,4 процента в целом по местным органам власти.

Правительство намерено отобрать значительные средства у органов управления внутригородских районов, заставить советы (местные власти), управляемые лейбористами, выполнять вместо себя всю грязную работу, а также наказать те советы, которые выступают против тэтчеровской политики сокращения ассигнований. Взамен упомянутой урбанистской программы предполагается осуществить идею создания «промышленных зон», где фирмы, стремящиеся найти низкооплачиваемую и не объединенную в профсоюзы рабочую силу, могли бы получать щедрые налоговые льготы и не платить местные сборы.

На этом фоне следует рассматривать и перемены, происходящие в сфере полицейского надзора.

В составе обычной полиции «спрятано» по крайней мере 13 тыс. полицейских, обученных подавлению «бунтовщиков». Кроме того, с июля 1981 г. во многих городах были усилены резервные мобильные ударные отряды.

Каждая полицейская часть имеет теперь свои «специальные отделения». Надзорные функции осуществляет и отдел МИ 5 секретной службы, следящий за деятельностью граждан и располагающий компьютерной картотекой на два миллиона человек.

«Специальные группы патрулирования» но существу стали командами для борьбы с «бунтовщиками». Шокирующие методы их действий проявляются во время забастовок, демонстраций и нападений на черные кварталы. Обучение приемам, позволяющим «контролировать толпу», обязательно для всех полицейских и столь интенсивно, что на конференциях федерации полицейских высказывались требования проводить занятия с меньшим усердием, ибо уровень травматизма там недопустимо высок.

Резко возросла оснащенность полиции так называемыми наступательными техническими средствами, и она все более придерживается соответствующей тактики (многие формы ее впервые были применены в Северной Ирландии).

Молодежь — и черные, и белые — знает, что такое стоять в очереди за пособием по безработице, не иметь перспектив, получать все меньше финансовой помощи от властей, носить ярлык «тунеядца», испытывать придирки полицейских на улицах. Однако расизм, присущий нашим общественным институтам и полиции, еще больше усугубляет страдания черной молодежи, а потому она первой оказала сопротивление.

В то же время полиции позорным образом «не хватает сил», когда надо обуздать белых расистов. Даже официально регистрируется почти столько же нападений на черных (значительно меньше действительного их числа — из-за отсутствия доверия к полиции), сколько так нызываемых уличных ограблений. Полиция зачастую отрицает расистский характер подобных происшествий. Но это не случайные факты, а проявления расового насилия, и их следует квалифицировать как особый вид преступлений.

Ответ полиции на беспорядки сводится в основном к следующему: больше защитных средств и наступательного оружия, дальнейшая интенсификация операций методом «концентрации сил», требование принять новый закон о подавлении «бунтов», навешивание на участников волнений ярлыка «политических экстремистов».

И правительство и полиция склонны рассматривать борьбу с беспорядками как изолированную техническую проблему «контроля над насилием». При этом игнорируется тот факт, что их собственные действия, сама их политика — одна из причин возникновения волнений.

Во всех случаях, когда затрагиваются вопросы демократического контроля над действиями полиции, правительство постоянно склоняется на ее сторону. Нашим ответом должно быть включение требования подотчетности полицейских местным властям в альтернативную программу, которую отстаивают левые силы. Такова одна из серьезнейших проблем, порожденных кризисом внутригородских районов. Поиском ее решения активно занимаются коммунисты, «Морнинг стар»[13] и некоторые представители левых в лейбористской партии. Находящийся под контролем лейбористов совет Большого Лондона начал кампанию за то, чтобы полиция города была ему подотчетна. Компартия разработала и широко пропагандирует «Хартию требований», касающихся полиции и борьбы с расизмом.

Есть серьезная потребность в повышении уровня организации черного населения, эта проблема обсуждается и в среде учащейся молодежи, и в религиозных организациях, и в рабочем движении. Опыт борьбы против нового расистского закона о гражданстве[14] свидетельствует, что подобная цель достижима.

Многие представители азиатской молодежи отвергают взгляды старшего поколения, отмеченные, по их мнению, общинной ограниченностью, и все больше считают себя «черными британцами». Их сознание в значительной мере основывается на общем практическом опыте выходцев из стран Азии, Африки и Карибского бассейна, сталкивающихся с британским расизмом.

Среди черной молодежи широко распространено недоверие к тем, кого она называет «белыми левыми»; она с подозрением относится к их попыткам воспользоваться обстоятельствами, сыграть на настроении и завербовать ее в свои ряды. Однако совершенно неправильно широко распространенное мнение, будто черная молодежь стремится отчуждаться от белого общества. Гораздо правдоподобнее допустить, что у нее те же заботы, что и у молодежи белой: трудоустройство, заработок, досуг, брак. Но между желаниями и возможностями их осуществить лежит целая пропасть, и именно это вызывает чувства разочарования, озлобления. И черная, и присоединившаяся к ней белая молодежь внутригородских районов выступает не против общества как такового, а против действий полиции, против безработицы и расизма.

Сегодня условия для формирования большего единства среди движений черного населения становятся реальными. Важно, чтобы рабочие организации, левые силы заняли позицию, которая способствовала бы союзу с такими движениями. Исключительное значение имела поэтому проведенная осенью 1981 года Британским конгрессом тред-юнионов (БКТ) кампания под лозунгом «Работу молодежи!». Ее инициатором наряду с БКТ были Национальная ассоциация азиатской молодежи и Афро-карибская организация.

В своевременном и хорошо аргументированном политическом заявлении «Возродить внутригородские районы» конгресс выдвинул позитивную программу действий. Ему удалось избежать обычной ошибки, когда полагают, будто данную проблему можно решить в отрыве от стоящих перед страной экономических задач. Позиция БКТ — ключевой элемент альтернативной экономической стратегии левых сил. Конгресс рассматривает различные аспекты расизма в системе общественных институтов: в сфере трудовых отношений, в деятельности полиции, в области образования, в жилищном вопросе.

Боевитость и солидарность черных общин, позиция БКТ, тот факт, что многие левые в рабочем движении осознают необходимость повернуться лицом к упомянутым проблемам, а также деятельность компартии — все это способствует созданию основы для мощного контрнаступления со стороны рабочего и демократического движения.

Проблемы мира и социализма, 1982, № 6.

«Жизнь турок в ФРГ полна унижений»

Из журнала «Штерн» (Гамбург)

«Опернкафе» расположено рядом с новой достопримечательностью Франкфурта-на-Майне — восстановленным за 200 млн. марок зданием Старой оперы. Оформлено оно в стиле, господствовавшем на рубеже веков: темного цвета стулья, изящные столики с крышками из светлых мраморных плит, на стенах — большие зеркала. Посетители — шикарная публика: владельцы магазинов модной одежды, предприниматели, специалисты по рекламе из расположенного поблизости квартала Вестэнд, биржевые дельцы, красивые девушки. Три недели назад, когда я отведал здесь «шабли» с сырными палочками, меня обслуживали исключительно вежливо. Сегодня же все совершенно иначе, потому что я выдаю себя за турка.

Чтобы самому испытать, насколько соответствует истине утверждение о том, что в ФРГ усиливается враждебное отношение к иностранцам, я превратился в турка. Для этого я выкрасил в черный цвет свои светлые усы, брови и волосы и оделся по моде начала 70-х годов: белая сорочка с большим воротником, широкий галстук с пестрым рисунком, синий пиджак и светлые широкие брюки. На голове — слегка надвинутая на глаза кепка.

Мое перевоплощение, кажется, удалось. Проходя мимо стойки, я услышал, как прилично одетый господин с бокалом «кампари» в руке произнес: «А вот и Восток». — «Да, я уже заметил», — спокойно отозвался буфетчик у стойки.

Прохожу в глубь зала. Посетителей немного. Пока подыскиваю глазами место, дорогу мне преграждает официантка, молодая, красивая блондинка, не старше 25 лет. «Вы заказали себе заранее место?» — спрашивает она. Коверкая слова, я отвечаю на том языке, на котором, по распространенному среди нас, немцев, мнению, турки говорят по-немецки: «Ничего не заказывал. Здесь все пусто. Я только кофе, пожалуйста». Присаживаюсь за ближайший свободный столик.

Кофе мне не подают. Жестом руки я пытаюсь подозвать к себе официантку. Она не реагирует, смотрит сквозь меня. Так я сижу пять минут, десять, полчаса. Входит фотокорреспондент журнала «Штерн» Вернер Эбелер. Вскоре официантка приносит ему стакан яблочного сока. На обратном пути она останавливается у моего столика и начинает столь решительно тереть влажной тряпкой по мраморной поверхности, что моя турецкая газета падает на пол. «Здесь все заказано, тебе понятно?» — говорит она, упершись левой рукой в бок. «Мне нет кофе, потому что я из Турции», — громко произношу я. Некоторые посетители бросают на меня взгляд и затем вновь отворачиваются: я не существую, я — воздух. Я направляюсь к стойке.

«Удо, теперь, видимо, твоя очередь», — говорит блондинка. «Почему не обслуживают меня?» — спрашиваю я. Официант Удо сначала ненадолго берет мой галстук двумя пальцами, как бы проверяя качество ткани, а затем изрекает: «Все места заказаны — и баста. Тебе здесь не место. А теперь чеши, дрянь, отсюда, иначе будет худо». Его жесты весьма выразительны. Я выхожу, охваченный яростью против всех тех избранных, которые могут преспокойно пить здесь кофе.

Уже неделю я живу во Франкфурте-на-Майне под видом турка. Почти четверть населения города составляют иностранцы — более высокого процента иностранцев нет ни в одном другом крупном городе ФРГ. Встаю ежедневно в 4 часа утра. В 5 часов приступаю к своим обязанностям уборщика мусора. Каждый день в течение 8 часов я, одетый в оранжевый комбинезон, убираю мусор на своем участке между роскошным отелем «Франкфуртер хоф» и кинотеатром. Без иностранцев город задохнулся бы: 95 процентов всех уборщиков мусора — турки. Ежедневно я наполняю мусором (собираю на улице окурки сигарет, носовые платки одноразового пользования, остатки пищи, освобождаю мусорные баки, выгребаю из сточных канав пластиковые пакеты и разбитые бутылки) по меньшей мере шесть огромных пластиковых мешков.

Жизнь турок в ФРГ полна унижений, на которые приходится идти, чтобы выжить. Если ты не проявляешь смирения, если ты преступаешь границы, установленные для тебя немцами, то тебе не поздоровится. Так что остерегайся требовать больше, чем тебе дают. Оставайся тем, кем тебе разрешено быть, ибо немцы знают, что для тебя хорошо. Проходит совсем немного времени, и ты чувствуешь себя последней дрянью. Если все относятся к тебе как к человеку второго сорта, это неспроста — так учит тебя опыт. В первые дни меня еще пугала мазня на стенах в городском метро: «Ахмед, тебя ждет газовая печь», «Мусульмане, убирайтесь вон!» Или, скажем, выведенная краской надпись на двух десятках скамеек между полицейским управлением и ярмарочным центром: «Только для немцев». Когда в третий раз читаешь на стене: «Турки, убирайтесь вон!», постепенно начинаешь воспринимать эту надпись точно так же, как новое здание «Дойче банк» или Старую оперу, как неотъемлемый элемент городского пейзажа. И это происходит в нашей стране, в ФРГ.

И тебя уже не удивляет, если в четвертом полицейском участке, расположенном у главного вокзала, сотрудник полиции, которому я показываю фотографию с надписью «Турки, убирайтесь вон!», ворчливо говорит: «Ну и что, ведь это встретишь на каждом шагу. У меня не хватило бы сил стирать все эти надписи».

Я скоро привык к тому, что, считая меня турком, немцы относятся ко мне, как к дураку. В универсальном магазине кассирша сама берет у меня деньги из рук и отсчитывает сумму, которую я должен заплатить, словно я не могу сообразить, сколько стоят мои покупки. В булочной меня то и дело спрашивают, не хочу ли я купить «по дешевке» вчерашний хлеб. За эти недели, что я изображал из себя турка, мне стало ясно, почему настоящие турки охотнее всего делают покупки в турецких лавках: там к ним относятся как к нормальным людям.

В пятницу вечером собираясь в кафе, я замечаю, что вынужден заставлять себя отважиться ступить на враждебную мне немецкую территорию. Охотнее всего в этот вечер я пошел бы со своими турецкими друзьями, которых я между тем приобрел в одном из их кафе. Там я был бы избавлен от унижений.

Я вхожу в кафе «Вайенстефан». Хозяйка кафе старательно не замечает меня. Фоторепортеру «Штерна» Вернеру Эбелеру, сидящему от меня через три стула, уже через пять минут приносят его яблочный сок. Пиво, которое я заказал, мне подают только через полчаса. Когда я — совершенно так, как это делают немцы, — говорю, что хочу рассчитаться, хозяйка со злостью берет деньги. Сдачу она швыряет на прилавок. При этом несколько монет падают на пол, и, поднимая их, я говорю себе, что сюда уже больше никогда не приду. Хамство достигло своей цели.

Направляюсь к дискотеке «Вог», расположенной в 200 метрах от кафе «Вайенстефан». У порога швейцар — американский негр. Он преграждает мне путь. «Стоп, здесь закрытое мероприятие», — произносит он. «Почему турка не пускают? Ведь все входят свободно», — говорю я. Негр настроен дружелюбно, но по-прежнему решительно. Он почти дружески берет меня за руку, выводит на улицу и разговаривает со мной, как с упрямым ребенком: «Понимаешь, это — не пивнушка, а частный клуб».

На улице стоят модно одетые молодые люди в белых брюках и белых сорочках с короткими рукавами. Они наблюдают за мной. «Скажите мне, почему меня не пускают?» — обращаюсь к группе из трех молодых людей. Один из них, лет двадцати, тыча в меня пальцем в грудь, на местном диалекте прикрикивает на меня: «Для тебя я все еще господин Штайнбах, понятно?» Так разговаривают плантаторы со своими рабами, подумалось мне.

Однако я не отступаюсь. «Почему турку сюда нельзя? Мы тоже люди», — говорю я, в то время как в дискотеку входят три итальянца в спортивных костюмах. Молодой господин Штайнбах грубо обрывает меня: «Мое терпение сейчас лопнет, и я съезжу тебе по роже».

Затем — после того как меня не впустили в другую дискотеку, в «Куки», — я пытаю счастья в славящемся яблочными винами квартале Заксенхаузен. Раньше я прочитал в рекламном проспекте такие слова: «Примечательнее всего в Заксенхаузене его люди, столь же гордящиеся своим гостеприимством, как и своим диалектом. То, что видит здесь посторонний, — не препарированная идиллия, не романтика пригорода. Познайте гостеприимство Заксенхаузена — и Вы не пожалеете».

Итак, гостеприимство по-заксенхаузски. У входа в бар «Куинз паб» молодая женщина говорит мне: «Сегодня у нас играют в бинго. Ставка минимум 1000 марок». Когда я объясняю ей, что рискнул бы поставить 1000 марок, она отвечает: «Убирайся!» — и захлопывает дверь.

В дискотеке «Биба» повторяется та же история. Меня не впускают на том основании, что «вход только для членов клуба и постоянных посетителей». Моего коллегу-журналиста, который впервые пришел сюда, встречают, как желанного гостя.

В 20 метрах от «Бибы» расположено кафе «Парадисхоф». В рекламном проспекте я видел фотоснимок этого кафе. Перед входом — установленная еще в 1786 году трехметровая колонна с фонтанчиком, увенчанная фигурами Адама и Евы. «Парадисхоф» — солидное кафе, в котором устраиваются танцы. Табличка на дубовой двери извещает, что хозяин заведения является членом «Гессенского союза владельцев кафе». Судя но меню в витрине, выбор блюд разнообразен, и стоят они от 3,5 марки до 21,5 марки. Сегодня играет группа «Саундерс».

Идущий впереди меня на несколько шагов фотокорреспондент «Штерна» Герберт Петергофен покупает за две марки входной билет. Швейцар широким жестом приглашает его войти. Затем он уставился на меня. «Только для членов клуба!» — говорит он строго. Я указываю на Герберта Петергофена, которого он только что впустил. «Это наш постоянный клиент», — лжет он. Появляется посетитель в светлом костюме. Из-под распахнутой рубашки виднеется золотая цепочка. Очевидно, это итальянец. Он пытается втолковать мне: «Не для таких иностранцев, как ты».

Для швейцара это тянется чересчур долго. Подходят новые гости. Он хватает меня за руку и выталкивает на улицу. Карманом пиджака я задеваю за ручку двери, и он рвется. «Не усложняй дело без надобности, иначе схлопочешь», — говорит мне на прощанье швейцар.

На следующий вечер я вновь пытаюсь попасть в «Парадисхоф». Но на этот раз все заканчивается гораздо быстрее. Едва я появился в дверях, как вышибала ринулся на меня, схватил за лацканы пиджака, силой развернул меня и дал мне пипка. Я приземляюсь на тротуаре.

Никого это не интересует, никто не вступается за меня — ни в закусочных, ни на остановке трамвая «Образцово-показательная школа» в северной части города. Там один из прохожих, в возрасте примерно 50 лет, без всякой очевидной причины хватает меня за воротник, прижимает к стене дома и рычит: «Грязный турок, я вот сейчас прикончу тебя». Никто из стоящих на остановке не реагирует. Мужчина отстал от меня, лишь когда подошел трамвай.

Городской сад Фридберг — место, где собираются бродяги. «Угости нас», — требует один из них. Я с готовностью приношу из ближайшего павильона 8 бутылок пива и раздаю их присутствующим. Когда я сел было на перила рядом с одним из них, то этот бездомный просветил меня: «Ну ты, отодвинься подальше! Мы не сидим рядом с турками. От них дурно пахнет».

Очень просто сделать так, чтобы к тебе относились как к человеку: для этого ты должен перестать быть турком. Я снова прихожу в «Опернкафе». Но на этот раз вместо турецкой «Хюрриет» у меня в руке «Франкфуртер альгемайне». У меня вновь светлые усы и брови, а свою кепку я спрятал в карман. Сажусь за единственный свободный столик — из тех, что выставлены перед кафе. Приветливо улыбаясь, подходит официант Удо. «Что желаете заказать? В один момент принесу», — говорит вежливо Удо и спешит выполнить заказ. Я облокачиваюсь на спинку стула. Вновь я немец. На меня больше не будут смотреть косо, ко мне не будут относиться по-хамски, не будут давать мне тычков.

Собственно говоря, я мог бы быть доволен.

Stern (Hamburg), 1983, 14. X.

Западная Европа: расизм на подъеме

Из журнала «Тайм» (Нью-Йорк)

Они приезжали миллионами из нищих анатолийских деревень Турции, из Индии, с островов Карибского моря, из Северной Африки. Их тогда приветствовали, более того, их приезда добивались. Они стали добровольными и незаменимыми чернорабочими послевоенного экономического бума в Западной Европе, готовыми выполнять ту работу, которой никто не хотел заниматься. Их многодетные семьи, мечети, экзотические обычаи считались просто временным неудобством. Однажды они исчезнут: все эти «отходники», «гостевые рабочие» должны же возвратиться на родину. Но они остались, и теперь подросло их новое поколение — темнокожие юноши и девушки, которых по выговору не отличить от молодежи Прованса, Брюсселя или Средней Англии. Хотела она того или нет, но Западная Европа превратилась в многорасовое общество.

Эта перемена в основном завершилась к середине 70-х годов, когда вопрос об иммигрантах приобрел политическую окраску под двойным напором таких факторов, как экономический кризис и массовая безработица. Западноевропейские правительства ввели жесткие ограничения на иммиграцию. Но к тому времени новое, иноплеменное и бросающееся в глаза население уже прочно осело в возникших по всему континенту гетто: в западноберлинском Кройцберге, во многих районах Парижа, Марселя, Лиона, в старых кварталах Амстердама и Утрехта, в брюссельских коммунах Сен-Жос, Сен-Жиль и Шербек, в Брикстоне, Токстете и десятках других рабочих окраин Британии. Сейчас в Западной Европе проживают 12 миллионов выходцев из развивающихся стран. Большинство этих людей оказались в ловушке — земля предков не может их прокормить, а новая родина их отвергает.

Турки, пакистанцы, алжирцы потеряли свои личные имена, их стали называть обобщенными и часто оскорбительными кличками. Некоторые утверждают, что усиливающиеся антииммигрантские настроения не имеют ничего общего с расизмом и отражают скорее обыкновенную неприязнь к чужакам вообще, но сама эта неприязнь, скажет любой иммигрант, носит расовый характер. Подчас она выражается в актах насилия: избиение на улице, выстрел из-за угла, брошенная из промчавшейся автомашины бомба. Но еще чаще расизм проявляется буднично: оскорбительные насмешки, враждебные взгляды, отношения, построенные на расовых предрассудках.

«Да, я полагаю, у меня есть расовые предубеждения, — говорит почтенная жительница западной части Лондона. — Люди моего возраста не имели ничего общего с той ошибочной и алчной политикой, которую проводили высшие классы в отношении колоний, но мне непонятно, почему я сейчас должна мириться с ее последствиями. И мне надоело, что на почте работают люди, не говорящие хорошо по-английски».

Такая враждебность неизбежно получила и политический резонанс. Крайне правый французский «национальный фронт» поддерживают, вероятно, не более 3 процентов избирателей страны, но в некоторых округах с большой прослойкой иммигрантов эта партия (требующая изгнания иностранных рабочих. — Авт.) добилась заметных успехов на выборах (муниципальных, — Авт.). Подобной же поддержкой пользуется экстремистская «партия центра» в Нидерландах, сделавшая ставку на расизм. В Англии и ФРГ представители правого крыла правящих партий, приводя в замешательство коллег, нередко мечут громы и молнии по поводу засилья иммигрантов.

В известном смысле это результат неразумного, более того, взрывоопасного нежелания признать происшедшие в социальной структуре западноевропейского общества перемены. Серьезному обсуждению проблемы мешает напыщенное пустословие на тему иммиграции, которая фактически уже прекратилась, и массовой репатриации, которая практически невозможна. «Они никак не хотят мириться с тем, что люди с черной кожей проживают здесь, — говорит чернокожий 32-летний юрист Пол Боатенг, потерпевший поражение кандидат от лейбористской партии на последних парламентских выборах в Англии. — В нас до сих пор видят временных или потенциальных временных иммигрантов. Белое общество хочет верить, что это дурной сон, что однажды утром оно проснется и все чернокожие люди исчезнут. Но этого не будет».

Даже в хорошие времена Западная Европа эксплуатировала и игнорировала иммигрантов, но экономическая депрессия, видимо, разбудила особенно злобного демона. Чем иначе объяснить взлет расистского насилия? В ноябре пять французских солдат до смерти избили в поезде 27-летнего алжирца и вышвырнули его труп около Тулузы. В 1983 году во Франции были убиты и ранены более 20 иммигрантов, и, по меньшей мере, 7 из них, включая десятилетнего мальчика, погибли в густонаселенных жилых районах Парижа и других крупных городов.

Печально известный клич «Врежем по пакам!» уже не моден среди английских «бритоголовых», но их агрессивность по отношению к пакистанцам и другим «цветным» усилилась. Расистские выходки стали столь обыденным явлением, что большинство иммигрантов даже не считают нужным сообщать полиции об угрозах, оскорблениях и непристойных письмах. Еще в 1981 году министерство внутренних дел установило, что риск подвергнуться нападению для выходцев из Вест-Индии в 36 раз, а для выходцев из Азии в 50 раз больше, чем для белых англичан. Адвокат Сибгхат Кадри, председатель постоянного комитета индийских организаций, утверждает, что с тех пор «число расовых преступлений не уменьшилось, просто пресса больше не обращает на них внимания».

Особенно зловещий облик это насилие принимает в Западной Германии, где неонацистские группировки сделали расизм своим знаменем. Турецкие иммигранты регулярно получают угрожающие письма. Очень часто эти угрозы приводятся в исполнение. В сентябре в деревне Вейлрод-Гемюнден, район Таунуса, в окно жилой комнаты дома, где проживала турецкая семья, была брошена зажигательная бомба. Людей, работающих в Западной Германии в течение тринадцати лет, удалось спасти, дом сгорел. Некоторые из неонацистских банд стали подогревать расовый фанатизм фанатизмом футбольным. Члены «Боруссен фронт» — клуба болельщиков футбольной команды «Боруссия» из Дортмунда — распевают нацистские песни и скандируют «Хайль Гитлер» на трибунах стадиона, а после матчей терроризируют иммигрантов. Когда в ноябре футбольные команды ФРГ и Турции встречались в отборочном матче Чемпионата Европы, на Олимпийском стадионе Западного Берлина дежурили 6 тысяч полицейских, а принадлежащие туркам магазины в Кройцберге были взяты под усиленную охрану, так как неонацистские группировки грозили поджечь гетто в день матча. Антииммигрантские настроения поставили канцлера Гельмута Коля в столь затруднительное положение, что он специально прилетел из Бонна на этот матч.

«С расизмом сталкиваешься повсюду, — говорит 29-летний Брахим Шаншаби, тунисский студент Парижского университета. — Расизм — в устремленных на тебя взглядах, причем это не ненависть, скорее страх. Как-то недавно пожилая женщина вдруг накинулась на меня: «Убирайся обратно в свою страну». Такого рода открытый расизм явно распространяется».

То же самое можно сказать и о скрытых формах расизма. Среди иммигрантов только и говорят о том, как им отказывают в повышении заработной платы, в продвижении по службе, как открывшиеся вакансии внезапно исчезают. Британский комитет за расовое равенство (его статистику оспаривает министерство по вопросам занятости, утверждающее, что число случаев преднамеренной расовой дискриминации при найме на работу ничтожно) установил, что 50 процентов работодателей страны проводят дискриминационную политику в отношении «цветных».

В Западной Европе бытует мнение, что это вызвано чисто экономическими факторами. Это не так, утверждает австрийский социолог Бернд Марин. Он специально изучал отношение австрийцев к иммигрантам и не нашел никакой связи между предвзятостью и экономическим положением.

Какие же социальные группы наиболее рьяно высказывались против иммигрантов? Не низкооплачиваемые рабочие, как это можно было бы предположить, а пенсионеры, мелкие фермеры и домашние хозяйки, для которых борьба за рабочее место не имеет первостепенного значения. «А внешний либерализм зажиточных слоев населения, — говорит Марин, — сразу же исчезал, когда я спрашивал, хотели бы они иметь в качестве зятя или невестки одного из «гостевых рабочих». 56 процентов ответили отрицательно.

Следовательно, враждебность к иммигрантам, похоже, почти не связана с борьбой за рабочие места… Неевропейцев презирают за цвет кожи или за их религию, а проступок одного становится поводом для осуждения всех его соотечественников. И, чем острее столкновение культур, тем чаще разум уступает место неприязни и предрассудку даже у таких людей, которым полагалось бы мыслить иначе. В 1982 году в Западной Германии 15 профессоров Гейдельбергского университета выступили с манифестом против «разжижения немецкой нации миллионами иностранцев и их семьями, иностранного загрязнения немецкого языка, культуры и наследия». Профессора пригрозили «этнической катастрофой» и заявили, что «уже сейчас многие немцы стали иностранцами в родных местах и на производстве».

Но нет абсолютно никакой взаимосвязи между уровнем безработицы и числом иностранных рабочих. Вот что говорит по этому поводу французский социолог Жаклин Коста-Ласку: «Попытка подменить рабочих-иммигрантов местной рабочей силой в основном провалилась. Даже при экономическом кризисе и высокой безработице есть некоторые виды работ, которые не хотят выполнять коренные жители страны». Официальные исследования показывают, что «из десяти иностранных рабочих лишь троих можно заменить французами».

Иногда возмущение иммигрантов прорывается наружу, как было в Брикстоне, Ливерпуле и Лионе в долгое жаркое лето 1981 года. Чаще же оно переходит в тоску, разочарование и холодное отчуждение или же принимает форму безысходной апатии. Это тоже своеобразная самозащита от тягот жизни. В Англии уровень безработицы среди чернокожих жителей вдвое выше, чем среди белых, то же самое среди турецких иммигрантов в Западной Германии; во Франции уровень безработицы среди иммигрантов на 25 процентов выше по сравнению с белым населением страны.

Особенно тяжка перспектива длительной безработицы для молодых иммигрантов, как и вообще для всех молодых людей, которые не видят своего места в жизни именно в тот момент, когда вступают в нее самостоятельно. Безнадежность пускает глубокие корни. Безработные «цветные» в Англии, с детства ставшие свидетелями драмы своих отцов и старших братьев, не имеющих постоянного дела, вообще перестают даже пытаться куда-нибудь устроиться.

Поэтому в иммигрантских гетто растут преступность (преимущественно мелкое воровство), наркомания и проституция. Молодые турки и суринамцы занимаются контрабандой наркотиков в Амстердаме, наркомания широко распространена среди молодых североафриканцев в Париже.

Л между тем в Западной Европе тикают часы бомб замедленного действия. В крупных городах Британии и Франции происходит явное обострение межрасовых противоречий, и обозреватели в обеих странах опасаются возможного взрыва. Лидер турецкой общины в Западном Берлине Зафир Илгар считает, что «власти обязаны признать, что мы, турки, здесь надолго». «Сейчас же и мы и они испытываем лишь страх и тревогу, — говорит он. — Безответственные речи некоторых политических деятелей, наоборот, подталкивают немцев на агрессивность против иностранных рабочих».

Эта напряженность и противоречия сами по себе не исчезнут. В Англии 45 процентов нынешних «цветных» жителей фактически родились в этой стране. В Брюсселе к 2000 году иностранцы составят 40 процентов населения города. В недавнем докладе французскому правительству демографы Ж. Маранж и А. Лебон предсказали, что через 15 лет во Франции свыше половины молодых людей в возрасте до 25 лет будут лицами иностранного происхождения.

Time (New York), December 12, 1983.

Политическое оружие реакции

Интервью генерального секретаря Движения против расизма и за дружбу между народами АЛЬБЕРА ЛЕВИ Из журнала «Ви увриер» (Париж)

Вопрос. Чем объясняете Вы наблюдающийся сейчас во Франции подъем расизма и ненависти к иностранцам?

Ответ. Избрав расизм в качестве политического оружия, в частности прибегая к «оппозиционному расизму» на муниципальных выборах в марте 1983 года, правые силы выдвинули на первый план идеи, которые до сих пор были в ходу лишь у крайне правых. Они создали для этих идей более широкую аудиторию, сделав их более доступными, более «респектабельными». Правые силы эксплуатируют эти идеи в своей борьбе против правительства и против левых сил, утверждая, что государство отдает предпочтение иммигрантам в ущерб французам. Одним словом, правые запустили в ход антиправительственную машину.

Перед лицом этого явления средства массовой информации не сыграли ту роль, которую они должны были бы сыграть. Свидетельство тому — их реакция на высказывания Ле Пена (лидера крайне правого «Национального фронта»). Однако, если эта расистская машина продолжает функционировать, значит, для этого существуют условия. Сегодня многие французы ежедневно сталкиваются с острыми проблемами, утрачивают перспективу, чувствуют себя дезориентированными и потерянными. Самый красноречивый тому пример — положение в области занятости.

В этих условиях велико искушение поддаться соблазну «простых» решений, например, выгнать «чужаков». Всегда легче обвинить соседа, чем задуматься над причинами трудностей. Поэтому сегодня большинство французов считают, что проблему занятости может разрешить отъезд иммигрантов. Вопреки здравому смыслу, вопреки критериям гуманности, расистские кампании встретили широкий отклик.

Вопрос. Опасный отклик?

Ответ. Да, и на разных уровнях. Прежде всего есть непосредственные жертвы этих кампаний. В обстановке, когда проявление расизма перестает быть исключением, стоит ли удивляться, что некоторые люди переходят к действиям? В самом деле, если ликвидация иммиграции решает все проблемы, то зачем ждать? Конечно, это самообман: тот, кто попадает на удочку расизма, полагая, что тем самым он способствует решению той или иной проблемы, наносит вред самому себе, поскольку позволяет увести себя от подлинных решений. Один знакомый архитектор недавно рассказал мне об одном жилом массиве на 4000 человек, где в квартирах щели между стенами и полом достигают нескольких сантиметров. Можно представить, к чему это приводит: мусор сыплется вниз, слышно все, что происходит у соседей, накапливается озлобленность людей. В этих квартирах живут большей частью иммигранты. Предположим, их выгонят. Но если не будут ликвидированы недоделки, ничто не изменится в жизни жильцов — будь то французы или иностранцы.

То же самое можно сказать о занятости. Из двух миллионов безработных 1 200 000 — женщины, а 15 процентов — технические работники старше 49 лет. Следовательно, 75 процентов безработных не могут работать на тех местах, которые занимают трудящиеся-иммигранты. Напротив, занятость среди иммигрантов влияет на занятость среди французов. Если вести наступление на первую из них, это очень скоро неблагоприятно отразится на второй. Кроме этого вывода, продиктованного здравым смыслом, следует помнить и об опасности, которую таит в себе бесконечное повторение фраз типа «отправить их обратно». Это порождает бесчеловечность, слова теряют свой подлинный смысл. Что означает «отправить их обратно»? Большинство иммигрантов живет во Франции десять — двадцать лет, они здесь женились, у них родились дети. Что же, прикажете сортировать по странам 4,5 миллиона человек? Это будет примером крайней бесчеловечности.

Вопрос. Следовательно, одна из целей организуемых вами встреч и коллоквиумов заключается в разоблачении этих кампаний?

Ответ. Не только в этом. Легко кричать «Долой расизм!», обличать его. Этого, однако, совершенно недостаточно. Своими действиями мы преследуем двоякую цель: прежде всего, мы ни в коем случае не хотим вставать в позу обвинителей тех, кто поддался расистским настроениям, кого одурачили. Во-вторых, мы хотим добиться конкретного, ощутимого прогресса.

Вот почему мы придаем такое значение встречам и семинарам на местах, которые будут проведены повсюду, где взаимоотношения между отличающимися друг от друга людьми порождают проблемы. На этих встречах будут обсуждаться пути их решения, исключающие расизм. Мы больше стремимся изучить возможности в этой области, чем просто составить перечень очагов напряженности. Большой позитивный опыт свидетельствует, что можно жить вместе, требовать создания условий для этого. Создание таких условий зависит, в частности, от местных властей: от правительства, образовавшего комиссии по помощи жизни городским кварталам, по предупреждению преступности и т. д. Есть преподаватели, которые поощряют обмен между различными культурами, существуют муниципалитеты, поощряющие самовыражение и участие иностранцев в общественной жизни. Все это — позитивные примеры, равно как и кампания, ведущаяся Всеобщей конфедерацией труда. Мы хотим, чтобы организуемые нами встречи позволили одновременно обобщить опыт, выявить совпадение взглядов, обменяться идеями. С этой целью мы установили контакты с политическими партиями, профсоюзами, церковными кругами, со многими организациями, объединяющими молодежь и иммигрантов, чтобы каждый мог, один или вместе с другими, высказать свои мысли. Сегодня это главное условие активизации наших действий.

Vie ouvriere (Paris), 1984, 13.111.

В защиту прав иностранных рабочих в ФРГ

Заявление Президиума Правления Германской коммунистической партии

Продолжающийся в ФРГ политический сдвиг вправо находит свое выражение в усиливающемся наступлении крупного капитала на демократические права и социальные завоевания трудящихся нашей страны. В особенности это сказывается на положении иностранных рабочих и членов их семей. Права проживающих в стране иностранцев урезаны, не гарантируются конституцией.

Борьба в защиту и за расширение демократических прав и свобод, сохранение и углубление социальных завоеваний является общим долгом всего рабочего класса Федеративной Республики, к которому принадлежат также и иностранные рабочие, и члены их семей. Пусть каждый из нас осознает, что, по мере того как наши иностранные братья по классу будут лишаться гражданских прав, будут урезаться также и права всего рабочего класса, будет ослабевать его боеспособность. И наоборот, чем лучше будет, благодаря солидарности и совместным действиям, положение наших иностранных коллег, чем успешнее будут защищаться и расширяться их права, тем благоприятнее будут складываться условия борьбы за укрепление и расширение социальных прав и демократических свобод всего рабочего класса, будет возрастать его боеспособность.

Президиум Правления ГКП обращается ко всем рабочим, служащим и должностным лицам, ко всем коллегам на предприятиях и в органах управления:

«В ваших настоящих и будущих интересах — поддерживайте борьбу за свои права и осуществление специфических требований иностранных рабочих и членов их семей, вынужденных по экономическим и политическим причинам покинуть свою родину и привлеченных в нашу страну крупным капиталом и правительством. Нельзя больше мириться с тем, чтобы к нашим иностранным коллегам и членам их семей относились как к людям второго сорта. Необходимо покончить с их бесправным положением.

Прежде всего, поддерживайте следующие требования:

— все иностранные рабочие, проживающие и работающие в Федеративной Республике пять и более лет, должны немедленно и без каких-либо ограничений получить право на проживание в стране на неограниченный срок. При этом им должно быть предоставлено право избирать и быть избранным во время коммунальных выборов;

— дети иностранных рабочих должны иметь возможность соответствующим образом готовиться к учебе в обычной общеобразовательной школе. Следует прекратить практику деления школьных классов по национальному признаку;

— необходимо гарантировать доступ детей иностранных рабочих к всеобщему образованию и одновременное предоставление им возможности овладения языком, культурой и историей своей родной страны. Следует полностью ликвидировать законодательные акты, препятствующие профессиональному обучению и приему на работу иностранной молодежи, обеспечить ее право на труд;

— иностранным рабочим должны быть гарантированы наравне с немецкими рабочими социальные услуги, предоставляемые государством и предприятиями;

— иностранным рабочим должна быть предоставлена свобода политической деятельности за исключением участия в фашистских организациях и в создании таковых. Необходимо безоговорочно исключить дискриминационные пункты из закона о проживании в стране иностранных граждан, обеспечить иностранным рабочим свободу слова, собраний и объединений, а также право на участие в деятельности профсоюзов и политических организаций в интересах единства рабочего класса Федеративной Республики Германии;

— всем иностранцам, которые на своей родине подвергаются преследованиям за участие в борьбе против фашизма, империализма и войны, предоставлять в соответствии с международным правом убежище, не устраивая никаких недостойных человека разбирательств;

— необходимо запретить фашистские организации иностранных граждан, такие, как «Серые волки»[15], и другие, скрывающиеся под различными названиями, запретить деятельность агентов фашистских и военных режимов».

Осуществление этих требований положило бы начало политической интеграции иностранных рабочих в Федеративной Республике и создало бы существенные предпосылки для объединения трудящихся. Увеличился бы потенциал демократических сил в целом в борьбе против политического сдвига вправо, за укрепление и расширение демократических свобод и социальных прав. Все это требует солидарности и совместных действий трудящихся.

Information Bulletin. Prague, 1980, № 21.

Демократия не для всех

«Великобритания, слава богу, еще свободная страна, где каждый вправе открыто высказывать свои убеждения», — заявил судья центрального уголовного суда Лондона, вынося оправдательный приговор Дж. Риду, бывшему председателю «Национального фронта», привлеченному к суду за пропаганду расовой ненависти. Эпизод, характерный для «демократии», блюстители которой любят кичиться самыми старыми в мире демократическими традициями. Англия — действительно признанная колыбель буржуазной демократии. Но, как показывает и этот эпизод, и приведенные выше документы, английская демократия оказалась не только не в состоянии обеспечить права «цветных» жителей страны, но своей защитой «прав» расистов содействовала укоренению расизма в английском обществе.

Это относится не только к «родине» буржуазной демократии, но и к другим западноевропейским странам, где «цветные» иммигранты подвергаются расовой дискриминации. И хотя расовый вопрос приобрел здесь особую остроту в последние годы, расизм в них возник не вчера и не вдруг, он отнюдь не является неожиданной реакцией на «цветную иммиграцию». Его зарождение относится к эпохе работорговли и первых колониальных захватов, когда европейский капитализм начинал устанавливать господство над «цветными народами» в Африке, Азии, Северной Америке, Австралии. Это была эпоха так называемого «первоначального накопления капитала», когда, по словам К. Маркса, «общественное мнение Европы освободилось от последних остатков стыда и совести. Нации цинично хвастались всякой гнусностью, раз она являлась средством для накопления капитала»[16]. И как пример, Маркс упоминает англо-испанскую сделку, согласно которой Англия получила право торговать рабами в испанских колониях в Америке. На работорговле выросли Ливерпуль, Бристоль и другие крупные английские порты. Только с 1680 по 1786 год английские корабли вывезли из Африки более 2 миллионов рабов. На работорговле и колониализме обогащались Франция, Германия, Бельгия и другие страны. Эксплуатация колониальных народов явилась одним из решающих факторов развития европейского капитализма в целом.

Работорговля и колониальные захваты велись под расистским флагом. Уже тогда в буржуазном сознании укоренилось представление о «цветных» как о «низшей расе», которое позднее стало неоспоримым убеждением колонизаторов, превратилось в один из главных принципов идеологии европейского империализма. Утверждавший этот принцип в Африке Сесиль Родс, один из наиболее известных «строителей» колониальной империи Великобритании, заявлял в конце прошлого века: «Я считаю, что мы — первая раса на Земле и что, чем шире мы населим мир, тем будет лучше для человечества».

На роль «первой расы» претендовали не только англичане. Эту роль у них оспаривали другие колонизаторы. Оправдывая захват колоний, премьер-министр Франции Жюль Ферри говорил в конце XIX века: «Высшие расы имеют определенные права по отношению к низшим расам. Они имеют права, так как имеют обязанности. Их обязанность — цивилизовать низшие расы».

С этой точки зрения все «туземцы» — дикари, варвары, «недочеловеки», «черная кость», а «белая раса» — вместилище всех возможных добродетелей и достоинств. Колонизаторы же изображались как рыцари без страха и упрека, несущие свет европейской цивилизации темнокожим людям. Но в действительности добродетели представителей «голубой крови» оборачивались гнусными пороками всякий раз, когда они обращались к «низшим расам». Известный борец против расизма, историк и социолог, американский негр У. Дюбуа писал об этом так:

«Сложилась концепция европейского «джентльмена»: это человек, хорошо воспитанный, выхоленный и безупречно одетый, человек, рыцарски честный и беспредельно мужественный, который не дрогнет даже перед лицом смерти. Но этот человек в то же время без колебания пускал в ход пулеметы против африканцев, вооруженных дротиками; избивал плетьми «черномазого»; сделав для себя идеалом порядочность, предписанную «золотым правилом», он тут же действовал вопреки ему — не только в деловой жизни и предпринимательской деятельности в пределах белых стран, но и в повседневной жизни, особенно в Азии и Африке, позволяя себе такие «удовольствия», как ложь, убийство, кража, изнасилование, мошенничество, то есть преступления, аналогичные злодеяниям нацистов в Польше и России, которые буквально ошеломили мир»[17].

Расизм стал органической частью идеологии европейской буржуазии и близких ей слоев общества. Он не умер вместе с крушением колониализма. Сами идеологи империализма открыто заявляют, что они не намерены жертвовать былым колониальным «величием» в угоду новым веяниям. Например, английский историк Д. Кроули пишет: «Хотя в нашей колониальной истории время от времени могут встречаться страницы, которыми мы не можем гордиться, в целом нам ее нечего стыдиться. Никто не может усомниться в том, что в конце концов ее будут рассматривать как весьма счастливое событие в развитии туземных народов».

Расистские взгляды, представления, доктрины, оформившиеся в эпоху колониализма, продолжают ориентировать сознание и деятельность буржуазного общества. Расизм, который проявляется сейчас в западноевропейских странах по отношению к «цветным» иммигрантам, произрастает на той идеологической почве, которую веками удобрял колониализм. Расовая дискриминация в Западной Европе — не случайное и не поверхностное явление. Она имеет давние исторические истоки и уходит своими корнями в глубь социальных и политических отношений, определяющих развитие европейского капитализма.

Это подтверждают многочисленные цифры и факты.

Составляя в наши дни от 6 до 28 процентов всех работающих по найму в развитых западноевропейских странах, рабочие-иммигранты производят весьма существенную долю национального продукта этих государств. Без них, как нередко признавала в свое время буржуазная печать, темпы экономического развития этих стран были бы ниже, а многие отрасли экономики вообще не могли бы функционировать нормально.

Сегодня же их рассматривают здесь как инородное тело, от которого нужно избавиться любым путем — уговорами, посулами, психологическим давлением, а то и угрозами и прямым террором при поддержке фашиствующих молодчиков. Так, по результатам опроса общественного мнения, проведенного в 1982 году в Бонне, более половины западногерманских граждан «враждебно настроены по отношению к иностранцам». Расистские лозунги типа «Долой иностранцев!» можно увидеть практически во всех городах ФРГ. Дело доходит до того, что на скамейках появляются слова «только для белых», «не для иностранцев». Расовую ненависть к иностранцам разжигают неонацистские газеты, «коричневые» ведут эту кампанию также с помощью листовок. В крупных городах ФРГ созданы «Комитеты гражданских инициатив», требующие «остановить засилье иностранцев» и «сохранить чистоту немецкой расы». Не только откровенные неофашисты взялись сейчас за подобное ремесло — разжигание расовой ненависти. В университетском городе Гейдельберге опубликован некий «манифест ученых», которые под маской «заботы о сохранении культурного наследия иных этнических групп» требуют изгнать детей рабочих-иностранцев из «немецких школ», т. е. выдвигают тот же националистический расистский лозунг «Вон иностранцев!», под которым устраивают побоища и расправы фашиствующие молодчики.

Такое же положение в других западноевропейских странах со значительной прослойкой рабочих-иммигрантов. Американский еженедельник «Ньюсуик» в статье под заголовком «Иммигранты, убирайтесь домой» резюмировал сложившуюся ситуацию следующим образом: «В течение двух десятилетий иммигранты выполняли грязную работу в шахтах, на заводах, мусорных свалках в (Западной) Европе, заменяя недорогостоящую, но жизненно необходимую рабочую силу, внося свой вклад в послевоенный экономический бум на континенте. Но бум кончился, и европейские правительства, действуя энергично, а зачастую грубо, сократили число иностранцев».

Дискриминационные, вплоть до высылки, меры по отношению к трудящимся-иммигрантам не означают, что монополистический капитал намерен отказаться от применения их труда, который выгоден предпринимателям и в экономическом, и в социально-политическом плане. В наши дни использование иностранной рабочей силы приобрело стабильный характер, превратилось в устойчивый структурный фактор хозяйственного механизма промышленно развитых стран Западной Европы, системы капиталистической эксплуатации в этих странах. Ведь даже многие безработные отказываются от тяжелого, грязного, вредного и неквалифицированного труда, считая его уделом иммигрантов.

«Иностранцы выполняют такую работу, за которую не возьмется ни один немец», — писал в журнале «Штерн» бывший правящий бургомистр Западного Берлина Фогель.

«Цветные» жестоко эксплуатируются монополиями: их заставляют выполнять черную работу, соглашаться на продленный рабочий день, получать такую низкую оплату, которую предприниматели не посмели бы предложить белым. Буржуазия получает немалые выгоды от расовой дискриминации, если учесть, что в настоящее время в ряде стран Западной Европы «цветные» составляют основную массу рабочего персонала в общественном транспорте, в больнично-медицинском обслуживании, в некоторых отраслях промышленности, связанных с применением тяжелого физического труда.

В этих странах иммигранты и их потомки образуют наиболее обездоленную и дискриминируемую группу населения. В Англии, где иммигранты составляют три процента населения (свыше двух миллионов человек), люди с темной кожей являются первыми жертвами эксплуатации и полицейского террора. «Цветные рабочие» заняты, как правило, на неквалифицированной и полуквалифицированной работе с использованием ручного труда. Физическим трудом занимаются в Англии 94 процента иммигрантов с Ямайки, 84 процента выходцев из других стран Карибского бассейна, 87 процентов пакистанцев и т. д. Характеризуя социально-экономическое положение иностранных рабочих в Англии, авторы исследования о рабочих-иммигрантах в Европе С. Кастлс и Г. Козак пишут: «В целом можно сделать вывод о том, что иммигранты образуют самую низкую категорию на британском рынке труда и, по всей вероятности, они и в дальнейшем будут находиться в таком положении».

В ФРГ среди иммигрантов доля неквалифицированных рабочих составляет свыше 80 процентов. Подобная картина наблюдается и в других западноевропейских странах — импортерах рабочей силы. Во Франции Комиссия по вопросам занятости констатировала, что 72 процента иммигрантов заняты неквалифицированным трудом. У рабочих-иммигрантов заработная плата значительно ниже, чем у местных рабочих. В ФРГ оплата равного труда, совершаемого при одинаковых условиях, у иностранных рабочих на 20–30 процентов ниже, чем у местных рабочих. Расовая дискриминация и эксплуатация труда иностранных рабочих дают значительные экономические выгоды монополистам. В ФРГ трудом иммигрантов ежегодно производится общественный продукт, оцениваемый более чем в 10 миллиардов марок. За счет эксплуатации иностранных рабочих австрийские предприниматели извлекают прибыль более 20 миллиардов шиллингов в год.

Буржуазное законодательство, регулирующее иммиграцию, строго ограничивает иностранных трудящихся как в сроках и районах проживания, так и в занятии профессиональной деятельностью. Рабочий-иммигрант, получивший работу по этому законодательству, остается фактически на положении временного работника, он в любой момент может быть уволен и выслан из страны.

Новым моментом в эксплуатации иностранных рабочих стало появление множества фирм, практикующих сдачу рабочей силы «напрокат», что оборачивается самой заурядной «торговлей людским товаром». Новоявленные «субподрядчики» выступают под самыми различными вывесками, официально и неофициально. Так, в самой густонаселенной западногерманской земле Северный Рейн-Вестфалия, где проживает треть населения страны и сосредоточены крупнейшие индустриальные центры, в том числе Рур, торговлей людьми занимаются около 500 фирм. По данным профсоюзов, через руки этих дельцов прошли уже более 125 тысяч современных рабов.

Неравенство тяжело отражается на всех сторонах жизни иммигрантов. Многие из них долгие годы живут вдали от своих семей. Вынужденные экономить значительную часть своей низкой зарплаты, чтобы отсылать сбережения домой, они селятся в городских трущобах, барачных поселках, которые превратились в подлинные гетто. Найти сколько-нибудь порядочное жилище иностранному рабочему чрезвычайно трудно. Домовладельцы, сдающие помещения в аренду, заявляют, что «они не для иностранцев». Зачастую их селят в бараках или предназначенных на слом домах. В одну каморку, лишенную элементарных бытовых удобств, помещают по нескольку человек, а квартплату с каждого взимают, как за настоящую квартиру.

Невероятная теснота в жилищах, отсутствие нормальных гигиенических условий приводят к распространению в среде иностранных трудящихся различных болезней, связанных с тяжелыми и особыми условиями жизни и труда. Например, в Великобритании туберкулез распространен среди индийцев в 6 раз и среди пакистанцев в 30 раз чаще, чем среди местных трудящихся.

Реакционные круги, будь то в Великобритании или во Франции, Западной Германии или Швейцарии, всячески нагнетают националистические и расистские инстинкты, сеют рознь между местными и иностранными рабочими. Тон в такого рода кампании задают откровенно расистские движения, например «Национальный фронт», лидеры которого, подобно своим американским единомышленникам, обвиняют во всех бедах «цветных» иммигрантов. «Я не стану возражать, если вы назовете меня фашистом, — заявляет один из них, Джим Меррик. — Англия нуждается в диктатуре правого толка». Он высказывается за принудительную высылку всех «цветных» иммигрантов, приехавших в Англию после 1950 года, и их детей, включая тех, которые уже стали взрослыми. С его точки зрения, они не британские подданные, даже если они и родились в Англии.

Дискриминационная политика правящих кругов способствует разжиганию расистских, антииммигрантских настроений среди рабочих коренной национальности, облегчает проведение шовинистических кампаний, инициаторами которых выступают крайне правые организации. В начале 80-х годов по странам «Общего рынка» прокатилась целая волна таких кампаний. В Великобритании, ФРГ, Швейцарии они принимают общенациональный характер. В резолюции «Борьба против расизма в Великобритании», принятой XXXVI съездом Коммунистической партии Великобритании, указывалось: «Фашистские и другие правые организации, пытаясь создать себе массовую базу, прибегают к расистской пропаганде, демагогически спекулируя на растущем общественном недовольстве, подстрекают к насилию против темнокожих граждан… Голоса, собираемые расистами на выборах, — серьезное предупреждение о том, что необходимо срочно усилить борьбу против расизма…»

Решительно осуждая проводимую правящими кругами иммиграционную политику, служащую интересам крупного капитала, коммунистические партии стран Западной Европы уже многие годы ведут последовательную борьбу против расизма, за предоставление иммигрантам равных с местными трудящимися прав, за прогрессивное законодательство для иностранцев, за предоставление иностранным рабочим права на создание профессиональных и политических организаций.

Участники берлинской Конференции коммунистических и рабочих партий Европы (1976 г.) призвали бороться «за обеспечение иностранным рабочим тех же условий труда и равной заработной платы, как рабочим данной страны. Социальные, культурные и политические права иностранных рабочих и их семей должны основываться на принципах равноправия с гражданами страны пребывания». В итоговом документе конференции содержится также призыв к борьбе «против расистской пропаганды и действий, преследующих цель расколоть рабочий класс и другие прогрессивные силы»[18].

Компартии стран «Общего рынка» разъясняют трудящимся своих стран, что рабочие всех рас и наций связаны общностью интересов, что любая дискриминация иммигрантов наносит ущерб рабочему классу в целом. В заявлении Политбюро Французской компартии «За демократическое решение проблем иммиграции» говорится: «С удвоенной силой наша партия ведет разъяснительную работу среди рабочих для того, чтобы подчеркнуть общность интересов в борьбе против общих врагов: крупного капитала и правительства, стоящего у него на службе. Только единство может вынудить их к новым уступкам».

Исходя из классовых интересов всех трудящихся, большое значение борьбе за единство английских рабочих и рабочих-иммигрантов придает Компартия Великобритании, создавшая консультативную комиссию по расовым отношениям, в которой представлены различные районные организации партии. Эта комиссия разрабатывает формы и методы работы среди «цветного» населения, стремится организовать и координировать деятельность многочисленных иммигрантских организаций, представляющих индийцев, пакистанцев и другие этнические группы. Компартия подготовила программу партийного просвещения по расовому вопросу.

Позиция Германской коммунистической партии в отношении иммиграционной политики правящих кругов ФРГ и положения в стране иностранных рабочих определена в заявлении Президиума Германской компартии на совещании правления партии с иностранными рабочими различной национальности. В нем говорится: «Любая борьба за интересы рабочего класса, за ограничение власти монополий сегодня неразрывно связана с активной деятельностью в защиту интересов иностранных рабочих, с борьбой за их включение в производственное и профсоюзное, в социальное и политическое движение нашего народа».

Компартии стран Западной Европы борются за единство классовых выступлений трудящихся различных национальностей. Коммунисты рассматривают трудящихся-иммигрантов как составную часть рабочего класса стран, где они заняты. В условиях, когда политика государственно-монополистического капитализма ведет к тому, что различные национальные отряды трудящихся существенно отличаются по социально-экономическому положению, уровню классового сознания, организованности, общие задачи антимонополистической борьбы диктуют настоятельную необходимость единых действий всех отрядов многонационального рабочего класса.

Международное коммунистическое движение последовательно соединяет борьбу за разрешение расовых и национальных проблем с борьбой против империализма, за демократию и за социализм, за интернациональное сплочение рабочего класса и всех прогрессивных сил.

Чудовищные злодеяния, совершенные гитлеровцами, наглядно показывают масштабы той угрозы, которую представляет для народов империалистический режим, положивший в основу своей идеологии и политики доктрину «расового превосходства». Фашизм не канул в прошлое вместе с разгромом этого режима. Как явствует из включенных в этот раздел материалов, фашистские организации и группы чрезвычайно активно действуют во многих странах капитала. Как и в прошлом, расизм служит их идеологической базой, на которой объединяются силы крайней реакции.

Расизм и неофашизм

Чудовищные злодеяния, совершенные гитлеровцами, наглядно показывают масштабы той угрозы, которую представляет для народов империалистический режим, положивший в основу своей идеологии и политики доктрину «расового превосходства». Фашизм не канул в прошлое вместе с разгромом этого режима. Как явствует из включенных в этот раздел материалов, фашистские организации и группы чрезвычайно активно действуют во многих странах капитала. Как и в прошлом, расизм служит их идеологической базой, на которой объединяются силы крайней реакции.

Коричневая паутина

Из статьи в журнале «Шиигсль» (Гамбург)

24 декабря 1980 года, во второй половине дня, один молодой человек, немец, подъехал к Рейну неподалеку от Вальдсхута на швейцарской территории. Он выгрузил из автомобиля несколько бросающихся в глаза предметов: инструменты взломщиков, водолазный костюм, ласты, какие-то пакеты и, наконец, небольшую надувную лодку. Швейцарского таможенника, который наблюдал за этими действиями и хотел помешать им, немец застрелил на месте. Не задумываясь, он выстрелил и в двух подоспевших на помощь полицейских: одного убил, а второго тяжело ранил. Следующий выстрел молодой человек произвел в чиновника, который находился в преследовавшем его полицейском автомобиле, а затем покончил с собой. Самоубийцей оказался 23-летний Франк Шуберт из Франкфурта-на Майнс. В его вещах было найдено 500 патронов и 9-миллиметровый пистолет, купленный незадолго до этого в Швейцарии.

Шуберт был известным воинствующим нацистом. Его деятельность, политическое окружение и друзья — все доказывает существование высокоорганизованного и сплоченного движения крайне правых за границей. Шуберт являлся членом «Народно-социалистского движения», которое во время последних выборов в бундестаг было допущено к участию в избирательной кампании в качестве партии и поддерживает с заграницей «весьма активные контакты». Порой Шуберт вступал в конфликт с зарубежными органами безопасности, как было, например, в Париже, где он появился с нацистскими символами; он поддерживал связи с неонацистами на Ближнем Востоке, входящими в «нацистскую группу Мюллера», а для франкфуртского «Союза помощи политическим заключенным — немцам и их родственникам» организовал, по данным полиции, доставку оружия из Швейцарии.

Усиливающаяся деятельность таких неонацистов, как Шуберт, показывает, что коричневые экстремисты предпринимают определенные действия и за границей. Они изготавливают в различных западных государствах большое количество пропагандистской литературы. Партии таких материалов, конфискованные западногерманской прокуратурой в ходе больших облав в конце марта, имели в основном американское происхождение. Обыски были произведены в 322 домах, в том числе у начальника уголовной полиции Реклингхаузена Эрнста-Альбрехта Ломюллера. Наряду с двумя десятками единиц огнестрельного оружия и боеприпасами чиновники прокуратуры конфисковали огромное количество подстрекательской литературы, отпечатанной преимущественно в США.

Подобные доказательства хорошо действующей коричневой помощи из-за границы встречаются не в первый раз. Западногерманские специалисты, во всяком случае в начале 1981 года, били тревогу по поводу растущей вооруженной активности из-за рубежа. В одном из документов боннского министерства внутренних дел говорилось: «Неонацисты внутри страны и за границей располагают оружием, взрывчатыми веществами и военным снаряжением. Умножились свидетельства того, что в совместные планы европейских неонацистов входило также приобретение оружия и взрывчатых веществ».

Бывший адвокат Манфред Рёдер хвалится, что он создал «подпольные организации в 35 странах». 52-летний юрист, входивший в правое крыло ХДС, в течение многих лет собирал молодых нацистов в «Немецкую гражданскую инициативу» в Гессене. Находящегося сейчас в предварительном заключении Рёдера органы юстиции считают главой воинствующей неонацистской группы, совершившей несколько взрывов бомб в квартирах иностранцев, во время которых погибли два человека.

Западногерманские инструкторы, среди которых особенно выделяется бывший эсэсовец «командир Вальтер», руководят молодежным лагерем «Молодая сила» в Эскориале близ Мадрида.

Ни одна встреча европейских фашистов не обходится без участия в ней известных западногерманских представителей, нет почти ни одной нацистской организации в ФРГ, которая не участвовала бы в традиционных встречах правых фламандских сепаратистов в бельгийском городе Диксмёйде.

Излюбленное место встречи гостей из Западной Германии — это «Фламандский военный орден» — крайне правая террористическая организация, охотно проводящая полувоенные лагерные сборы совместно с западно-германскими единомышленниками.

Учебные лагеря предлагают также австрийские сподвижники. На одном из хуторов в области Вальдфиртель, в Нижней Австрии, как писал венский журнал «Профиль», «жаждущие драки опереточные нацисты» занимаются военной подготовкой; во всяком случае хозяева —.местная нацистская группа — имеют там для иностранных гостей «военную полосу препятствий» и «различные военно-спортивные сооружения». Проводятся стрельбы по картонным «большевикам».

Члены «военно-спортивной группы Гофмана» проводили тренировки в Испанских Пиренеях, а у себя дома устраивали военно-спортивные «игры» для иностранцев, в частности для итальянцев. Сам Гофман поддерживал связи вплоть до Родезии, где он, по данным сотрудников западногерманского Ведомства по охране конституции, оказывал как наемник помощь бывшему расистскому премьер-министру Яну Смиту.

Продолжающееся много лет преуменьшение силы неонацистов государственными органами ФРГ привело к тому, что контрразведывательный аппарат не имеет необходимых данных. В боннском министерстве внутренних дел говорят: «Мы не располагаем точными сведениями о военно-спортивных учениях западногерманских правых экстремистов за границей». Однако чрезвычайно плохо информированные контрразведчики «с большой вероятностью» предполагают, что неонацисты получают военную подготовку «в еще точно не установленных военных лагерях в Ливане».

Западногерманское нацистское подполье во Франции прикрывается группой, именуемой «Объединение европейских националистов». В Швейцарии их прибежищем является организация «Европейский новый порядок», в Испании — «Кружок друзей Испании в Европе». В Дании существует организация датской нацистской молодежи, которая при необходимости скрывает немецких друзей. Приезжающие в Англию нацисты обращаются к подпольной группе «Британское движение» или «Колумн-88».

Говоря о мотивах беспрестанных поисков контактов западногерманскими крайне правыми, боннское министерство внутренних дел отмечало, что с начала семидесятых годов по другую сторону границ ФРГ они старались «укрепить собственный авторитет, взаимную моральную поддержку путем обмена печатными материалами правоэкстремистского толка и проведения совместных мероприятий». Между тем переход границ приносит ощутимые выгоды. Уже давно на нацистской карусели в Европе крутятся деньги, пропагандистские материалы, беглые преступники и большое количество боевых средств.

При аресте Рёдера в руки полиции попал его дневник, который ему не удалось спрятать. Из дневника явствует, что в США некоторые американцы вносят добровольные пожертвования в пользу западногерманских нацистов: один пожертвовал 1 тыс. долларов, другой собрал 358,6 доллара. Рёдер посещал также Англию и страны Ближнего Востока.

Дневник Рёдера свидетельствует о возможности коричневого подполья за границей. Официальные власти весьма удивило разнообразие контактов. Неонацисты тактически осмотрительно и умело с точки зрения конспирации создали густую сеть помощников.

Особенно большое число нацистских ячеек имеется в Северной Америке. Эти ячейки одобряют культ Гитлера у их западногерманских друзей. По мнению западногерманского Ведомства по охране конституции, оттуда идет «иностранная агитация», которая оказывает «значительное» влияние на поведение молодых коричневых в нашей стране. Специалисты считают, что «своего рода объединяющую роль» играет 28-летний американец Гэри Рекс Лок из города Линкольна в штате Небраска. Лок печатает и пересылает неонацистам в ФРГ огромное количество статей и другой пропагандистской литературы, выпускать которую в Федеративной Республике безнаказанно нельзя.

Издаваемая Локом газета «Н-С кампфруф» проповедует «контртеррор и сопротивление любой ценой», адресует угрозы «лживым журналистам, судьям и прокурорам», печатает письма «читателей», направленные против «большевистской недочеловечности» и «боннских парламентских негодяев».

Правда, попытки американца организационно объединить разрозненных нацистов в ФРГ в областные организации НСДАП потерпели неудачу. По мнению Ведомства по охране конституции, это произошло вследствие, «в частности, упрямства его немецких сторонников».

Не нашел поддержки в деле создания политических ячеек также соотечественник и единомышленник «Пока 52-летний американец немецкого происхождения Джордж П. Диц из Западной Вирджинии. Его «Немецкий освободительный фронт» не закрепился в ФРГ. Диц, однако, не огорчился этим обстоятельством и по примеру Лока занялся активной пропагандистской деятельностью. Он хотел бы «оповестить мир о блестящем возрождении нацистского движения под сияющим символом свастики над Германией».

Органом Дица является двухмесячный журнал «Шулунгсбриф», издаваемый «имперским руководством НСДАП в изгнании» и распространяемый в ФРГ сторонником Дица в Висбадене, у которого полиция конфисковала, в частности, нацистскую литературу и списки тех, кто ее получает.

Третий главный поставщик пропагандистских материалов из США — издательство «Паблишере лимитед» в Торонто, возглавляемое канадцем немецкого происхождения Эрнстом Кристофом Фридрихом Цюнделем. Он содействует деятельности нацистов путем сбора денег в ФРГ (только в 1980 году было собрано 100 тыс. марок) и призывами к «немцам во всем мире» согласовать между собой возможности транспортировки и размещения.

Нацистская ностальгия безнаказанно подогревается и в других западных странах. Из Великобритании в Западную Германию присылается даже новый «Фёлькишер беобахтер»[19]. Осенью 1980 года вышло его третье издание, подписанное английским нацистом из «Британского движения» Майклом Маклафлином.

Коричневый интернационал действует на основах взаимности. Маклафлин заявил: «Мы предоставляем помощь и, в свою очередь, можем рассчитывать на поддержку».

«Spiegel» (Hamburg), 1981, 30.111.

Сорванная денацификация

Из газеты «Нью-Йорк таймс»

Десятки тысяч правительственных документов, недавно опубликованных в Вашингтоне и Лондоне, убедительно доказывают, что, вопреки президентским директивам, ФРГ не была денацифицирована после второй мировой войны, как считало общественное мнение. Вызывает смущение и тот факт, что, как показывают документы, тревожно большое число немецких военных преступников не подвергалось преследованиям и наказанию со стороны союзников и устроило себе хорошую жизнь в Западной Германии.

25 октября 1942 года президент Франклин Рузвельт и премьер-министр Уинстон Черчилль выступили с первым важным заявлением о нацистских военных преступлениях и зверствах в оккупированной Европе. «Отныне наказание за эти преступления, — обещал Черчилль, — должно стать одной из главных целей войны».

На первый взгляд это и последующие более детальные заявления не могли оставить сомнений, что политика союзников после войны состояла в том, чтобы выследить и отдать под суд тех, кто задумал и осуществил жестокое уничтожение свыше 12 млн. ни в чем не повинных людей.

Однако недавно опубликованные правительственные документы показывают, что те, кому было поручено осуществить эти обязательства, сознательно и цинично предали их и что англичане были гораздо большими нарушителями, чем остальные. Их небрежное и снисходительное отношение к нацистам эффективно помешало тем американским должностным лицам, которые идеалистически попытались выполнить обещания военного времени.

Американцы разгневались, обнаружив, что разыскиваемые нацисты получили удобное убежище в соседней британской зоне. Но в целом обе страны предали тех, кто погиб в борьбе с нацизмом, веря в то, что за победой последует правосудие.

Об этом свидетельствует голая статистика. Известно, что как минимум 150 тыс. немцев непосредственно принимали участие в осуществлении «окончательного решения» и другой политики, приведшей к уничтожению людей. Хотя большинство спасшихся убийц бежало на Запад, союзники сумели осудить только 5 тыс. человек по сравнению с 30 тыс., которые были осуждены в восточноевропейских странах. Вопреки лживому и вредному мифу о том, что тысячи нацистских военных преступников бежали в Южную Америку, имеющиеся сейчас неопровержимые доказательства свидетельствуют о том, что большинство разыскиваемых было сознательно прикрыто официально санкционированной политикой игнорирования убийств.

Причиной послевоенного провала была пагубная смесь отсутствия заинтересованности, бездействия, неверия в масштабы преступлений Германии и сознательный саботаж государственных официальных лиц.

Изучив положение, Патрик Дин, который позже стал английским послом в Вашингтоне, предупредил своих начальников о «возможности настоящего фиаско с серьезными политическими последствиями». Следствием явилось не только появление бывших палачей-садистов на улицах Мюнхена и Франкфурта, но и более угрожающая реальность того, что немцы, которым были предъявлены серьезные обвинения, не были смещены с влиятельных постов в послевоенном германском обществе.

Учителя и профессора, которые делали упор на триумф нацизма и ценность гитлеровских расовых теорий, были вновь назначены, чтобы учить послевоенное поколение. Судьи, которые выносили смертные приговоры за такие мелкие нарушения, как поцелуй арийской девушки, вновь были назначены на свои должности. Врачи, которые посылали дряхлых людей в учреждения, где их затем убивали, остались невредимыми, как обычные районные терапевты. Офицеры гестапо и СС, которые погрязли в ужасающих преступлениях, были привлечены для восстановления полицейских сил ФРГ. Почти все государственные служащие, которые с готовностью служили Гитлеру, вернулись на свои должности.

В промышленной долине Рура все это кажется результатом преднамеренного заговора англичан, которые были полны решимости возобновить свои довоенные контакты с немецкими промышленниками и банкирами и, вопреки союзнической политике, игнорировали их преступные связи с третьим рейхом.

Высокопоставленные английские официальные лица действовали единым фронтом, чтобы помешать своим американским коллегам осудить своих немецких друзей как военных преступников. Вместо этого немцы были вновь назначены на высокие посты в западногерманской экономике, сохранив свое состояние и усилив влияние.

Now York Times (New York), 1983, 9.1.

Ставка на клевету

Из еженедельника «Тат» (Франкфурт-на-Майне)

В настоящее время неонацисты и реваншисты изо всех сил стараются воспрепятствовать тому, чтобы широкие слои населения ФРГ, прежде всего молодое поколение, узнали правду о фашизме и войне. Руководители реваншистских союзов и неонацистских групп в публичных выступлениях и статьях ведут кампанию против разоблачения гитлеровского фашизма и его преступлений в отношении народов Европы.

В комментарии, опубликованном органом «землячества немцев Померании» газетой «Поммерше цайтунг», оспаривается тот факт, что в нынешнем столетии с немецкой земли дважды начинались войны, принесшие неисчислимые страдания населению Европы. В качестве главного аргумента газета привела высказывание председателя ХСС Ф.-Й. Штрауса, потребовавшего еще в 1965 году в бундестаге официально запретить формулировку о Германии как об источнике двух мировых войн.

Можно процитировать множество выступлений реваншистов в печати. Они пронизаны ненавистью ко всему тому, что проливает свет правды на преступления нацистов, предостерегает население Федеративной Республики от повторения этой трагедии. Одновременно реакционные силы оказывают давление на средства массовой информации. Так, после показа телевидением серии программ под названием «Бегство и изгнание» землячества потребовали продолжить ее[20]. Землячества также домогаются от федерального правительства, чтобы оно опубликовало документы, где, по их утверждениям, «доказана неприемлемость послевоенных границ для Германии». Эти документы хранятся в архиве в Кобленце.

Дело дошло до того, что председатель фракции ХДС — ХСС в бундестаге Альфред Дреггер в ноябре 1982 года пообещал «землячеству судетских немцев» тщательно проверить, как обстоит дело с «изучением этих документов». Один из руководителей «землячества восточных пруссаков», Оттфрид Хенниг, после смены власти в Бонне в октябре 1982 года получил даже пост статс-секретаря в министерстве по внутригерманским отношениям.

Не так давно издательство «Универзитас-ферлаг» выпустило книгу Хайнца Навратила — одного из вожаков «землячества судетских немцев». Предисловие написал бывший генеральный прокурор ФРГ Людвиг Мартин, который заявляет, что ФРГ не должна мириться с ролью «грешника».

Реваншисты начали новую кампанию клеветы против социалистических стран. Она служит одним из элементов той психологической войны, которую сейчас ведут в Федеративной Республике сторонники гонки вооружений и новых ракет.

«Tat» (Frankfurt-am-Main), 1983, 5.11.

Насколько сильны крайне правые в ФРГ?

Из журнала «Шпигель» (Гамбург)

Чиновники ведомства федерального канцлера держат под замком один доклад. Они считают чересчур взрывоопасными выводы, которые сделали исследователи общественного мнения относительно поворота вправо среди западных немцев.

В начале 1979 года ведомство канцлера поручило мюнхенскому институту СИНУС выяснить восприимчивость граждан ФРГ к крайне правым лозунгам. Напуганные «волной гитлеризма» в школах, появлением молодчиков с нацистскими эмблемами на одежде, увеличением тиражей нацистских пропагандистских материалов и ростом насильственных действий крайне правых фанатиков, боннские руководители хотели выяснить:

— каково мировоззрение крайне правых, как они представляют себе противника и как оценивают политическую и экономическую систему ФРГ;

— из каких социальных слоев происходят крайне правые и в каких возрастных группах они находят поддержку;

— насколько велико число граждан, которые симпатизируют действиям воинствующих элементов.

Сотрудники института в течение года собирали и изучали журналы и листовки, книги и брошюры, опрашивали членов национал-демократической партии (НДП) и молодых нацистов, воинствующих сектантов и членов студенческих корпораций. В результате серьезных психологических интервью появилась магнитофонная запись этих бесед продолжительностью в 160 часов. Кроме того, они опросили 6968 имеющих право голоса западных немцев.

Для того чтобы иметь возможность относительно точно определить сдвиг вправо, исследователи разработали прежде всего «шкалу крайне правой ориентации», а с целью обнаружить «мосты» от крайне правого к авторитарному мышлению — «шкалу авторитарной ориентации».

Таким образом они пытались выяснить вопрос о том, составляют ли по-прежнему такие классические черты крайне правого мировоззрения, как культ фюрера, антисемитизм и преувеличенное чувство национализма, идеологическое ядро этого мировоззрения или старый арсенал идеологических средств дополняется новым содержанием.

Вывод, к которому пришли, вызывает тревогу: «В общей сложности 13 процентов избирателей (5,5 млн. человек) придерживаются идеологически сформировавшегося крайне правого мировоззрения, основы которого составляют нацистский взгляд на историю, ненависть к иностранцам, к демократии и плюрализму, утрированный подход к понятиям народа, отечества и семьи». И далее: почти половина этих крайне правых, а именно около 6 процентов избирателей, одобряет политически обоснованное насилие, вплоть до террора по отношению к отдельным людям. В то время как до сих пор речь шла всегда о сторонниках левых террористов, сейчас становятся видны масштабы «потенциала насилия» справа.

Доклад, составленный исследователями из института СИНУС, опровергает тем самым гипотезу, что террор справа — это дело лишь одиночек и запутавшихся людей:

«Насилие — вплоть до физической ликвидации противника — важный признак крайне правого образа мыслей и действий. Почти мифологическое почитание насилия и непоколебимая вера в возможность с его помощью разрешать конфликты свидетельствуют об опасности неонацистского террора в ФРГ. При этом формы конкретных насильственных действий и число их жертв по существу не ограничены ничем, они являются вопросом тактического расчета, так как крайне правый образ мыслей не несет в себе никаких этическо-моральных границ жестокости. Бесцельные убийства, подобные имевшему место в Мюнхене, и нападения на обитателей ночлежек вполне соответствуют поэтому страшной логике жестокости, проявляемой крайне правыми. Они не сопутствующие явления, а последствия».

В ходе интервью и изучения документов сотрудники института СИНУС обнаружили «бесчисленные указания» на растущую готовность прибегнуть к насилию. Члены воинствующих неонацистских групп открыто признали, что в ответ на левый террор они также хотели уйти в подполье.

Руководимая из США «заграничная организация НСДАП» пропагандирует в брошюрах и журналах насильственное свержение «боннского предательского режима» и публикует угрозы убийств. Анонимные группы призывают к пожертвованию средств для уголовных деяний, пользуясь, в частности, лозунгами: «Свобода — долой оккупантов!», «Долой партии!», «Смерть предателям!»

Члены воинствующих групп во время опросов дали понять, что они хотят добиться коренных преобразований с помощью «радикальных средств». Они требуют установления национально-авторитарного или открытого диктаторского государственного строя, прославляют Гитлера, преуменьшают серьезность преследования евреев или, в лучшем случае, считают его «несвоевременным». В докладе института говорится:

«Главная характерная особенность опрошенных — мания мужественности с присущими ей ценностями, такими, как борьба, твердость и самоутверждение. Поэтому наибольшей поддержкой среди входящих в эту группу пользуется «военно-спортивная группа» Гофмана. Крайне правые военизированные молодежные организации, например «Викинг-югенд», «по-видимому, особенно привлекательны для этого круга молодежи, и среди их членов много людей, склонных к правому экстремизму».

«Показное ношение национал-социалистских регалий — это не столько политическая манифестация, сколь ко стилизованное выражение протеста молодежи, неудовлетворенной действительностью, — говорится в докладе. — Однако этот протест и связанная с ним готовность прибегнуть к насилию могли бы быть — по крайней мере частично — переориентированы и использованы крайне правыми организациями в собственных целях. Мы обнаружили доказательства попыток организации «Молодые национал-демократы» вначале взять под свою опеку банды роккеров, с тем чтобы позднее присоединить их к себе. Сомнительно все же, удастся ли это на длительное время, так как роккеры и буйтующая молодежь в главных вопросах крайне правого образа мыслей (антиматериализм, критика культуры, антисексуальность, идеология верности отечеству) занимают совершенно противоположные позиции».

Согласно исследованию, «молодые национал-демократы» играют «особую роль». В то время как пожилые члены НДП оставили надежду на возвращение позавчерашнего дня, молодые национал-демократы проповедуют «сознание авангарда». Среди членов этой группы растет склонность к применению насилия, а также симпатия к «зеленым», выступающим под лозунгами защиты окружающей среды.

Как установили исследователи общественного мнения из Мюнхена, «эко-правые» — это новая разновидность правых вообще. Они основываются на некогда известных теориях о чистоте расы, народа и родины и считают себя частью движения «зеленых». Авторы доклада пишут по этому поводу: «Общим мотивом в позиции почти по всем проблемам является стремление к целостному миру не только в области защиты окружающей среды, но и в отношении общественного строя. Главные ценности — это народ, как естественное сообщество, а также понятие здоровья в самом широком смысле».

В последнее время, отмечается в докладе, усилились контакты крайне правых с «зелеными». Так, по инициативе НДП в Рейнланд-Пфальце был образован «зеленый список — защитники окружающей среды». Доля «экоправых» среди избирателей довольно велика: два процента, которые надо добавить к тринадцати процентам традиционных правых.

Авторы доклада попытались выработать единую «идеологическую модель» всех групп: все они отрицают главные конституционные принципы, равно как и правила завоевания политической власти в демократическом правовом государстве.

Идеология крайне правых становится еще яснее, если посмотреть на описания ими самими своих принципов, опасений и целей. «Основу» составляет «реакционное представление о человеке»: они с ненавистью отвергают все, что находят чуждым, например молодежь и антисоциальные элементы. Они считают, что если бы можно было избавиться от всех лодырей и преступников, большинство проблем было бы решено. Если бы существовали трудовые лагеря, «дисциплина и порядок» установились бы сами по себе.

Согласно этой правой этике, молодежь совершенно «испорчена». Детей следовало бы воспитывать, как «молодых собак», которых с помощью побоев учат, как далеко они могут уходить. Приговоры выносятся чересчур мягкие, надо бы вновь ввести смертную казнь, нацистские законы вообще можно было бы спокойно возродить, чтобы принимать «более суровые меры». Совершенно иные методы надо было бы применять прежде всего по отношению к террористам: проводить короткие процессы, создать концентрационные лагеря, ввести смертную казнь. Ибо «ничто иное в данном случае не помогает».

Бундесвер — на языке крайне правых «вермахт» — представляет собой «сборище подонков», право на отказ от службы в армии — «кукушкино яйцо конституции».

Созданная корейцем Муном секта придает первостепенное значение борьбе против коммунистов, причем почти все средства представляются пригодными. Однако «окончательное решение» возможно только в результате третьей мировой войны, которую сторонники Муна считают неизбежной.

Исследователи из института СИ НУ С обнаружили также свидетельства широкого распространения классического признака крайне правых взглядов — чувства угрозы, которое проявляется как в связи с обращением к истории, так и в связи с актуальными событиями: «Прирожденный порок ФРГ — это навязанная ей при создании политическая система». «Руководящие политические деятели — всего лишь «марионетки победителей», «Национальные силы, — утверждают правые, — подавляются до сих пор».

Однако поистине «смертельную опасность для нашего народа» представляют иностранные рабочие, которые «создают засилье чужеземцев» в стране и тем самым угрозу для существования и чистоты немецкой расы. Утверждают, что «вскоре немцам придется забраться в норы, а господствовать будут другие».

Стереотипные аргументы сводятся к следующему: «иностранные рабочие» лишают немцев рабочих мест. Они лентяи и получают пособия на детей за счет немецких налогоплательщиков. Если так будет продолжаться дальше, грозит «невероятная катастрофа».

Другими характерными признаками крайне правых исследователи считают стремление к «гармонии». Именно этот признак вскрывает противоречие взглядов правых с зафиксированными в конституции главными ценностями демократического общества и склонность к «государству с фюрером во главе». Управлять должна «только одна партия», которая представляет интересы действительно всех слоев народа. Правящие партии и профсоюзы наносят вред всеобщему благу, конфликты между ними разлагают общество.

Парламент квалифицируется правыми как недейственный, «бесполезный дискуссионный клуб», политических деятелей они называют «правительственными или беспринципными негодяями», которые не заслуживают никакого доверия, так как «защищают только свои интересы и собственное распутство».

Воинствующие правые и члены НДП категорически высказываются против свободы слова: работников умственного труда, «которые только пишут и ничего не создают», и «80 процентов журналистов следует немедленно упрятать в тюрьму».

Демократия, по словам одного воинствующего крайне правого, — это «ложная посылка». А один член НДП заявил: «Немцы без палки и руководства — это самое большое стадо баранов, которое существует в царстве божьем». Доказательство: «Это мы видим сейчас в Бонне». Руководство государством должно быть снова доверено, «как прежде», одному человеку, который стоял бы над всеми партийными распрями. Такой принцип руководства заложен в «беспорядке» животного мира, который, по мнению членов секты Муна, «угоден богу». Группы сторонников защиты окружающей среды указывают на естественное неравенство людей.

Почти всем крайне правым «третий рейх» по различным причинам представляется «образцовым». «Этими подвигами можно восхищаться и сегодня», — восторженно говорит один воинствующий правый. Во многих интервью они говорят об имперской трудовой повинности, организации гитлеровской молодежи и вермахте как образце, достойном подражания. Народное сообщество дает «утраченное сегодня чувство безопасности», государство гарантирует «дисциплину и порядок». Без зазрения совести они прославляют Гитлера как героя и государственного деятеля. В публикациях правых встречаются цитаты из Гитлера, Геббельса и других нацистов. Большинство правых совершенно откровенно одобряет преследование евреев, однако его масштабы некоторые считают «преувеличенными», а другие говорят о «лжи насчет газовых камер». Антисемитизм, по крайней мере в скрытой форме, характерен для всех крайне правых, но у воинствующих, в частности у сторонников НДП, он проявляется открыто; они жалуются на чересчур большое влияние евреев в области экономики и политики.

По мнению многих опрошенных, Гитлер не хотел мировой войны. Повинны в ней скорее западные державы и германское движение Сопротивления, саботаж со стороны которого внутри страны привел в конечном счете к поражению.

Крайне правые с тоской обращаются к прошлому еще и потому, что в то время народ, отечество и семья еще что-то значили и удовлетворяли стремление к гармонии и безопасности.

Этим понятиям, отмечается в докладе, придается «патологически преувеличенное» значение, всеобщее падение ценностей оплакивается как «упадочничество». Материализм и благосостояние означают, по выражению одного сторонника НДП, «гибель для народа». Требование заключается в том, чтобы «сохранить в чистоте» немецкий дух.

Наконец, авторы доклада констатируют наличие «комплекса Зигфрида»: гордость тем, что ты немец, увязывается с критикой «марионеточного правительства, существующего милостью Америки». В этом комплексе сконцентрированы утверждения о немце как о честном великане, которого подстерегают коварные, хитрые и умные враги. В данном случае возникает типичное для крайне правых смешение чувств страха, национализма, мании мужественности и ненависти к иностранцам. Интересно, что представления нацизма о противнике (левые журналисты, левая интеллигенция, масоны, евреи, заграница) по-прежнему сохраняют для крайне правых отрицательный символический смысл и силу.

Spiegel (Hamburg), 1983, 16.III.

Австрия: коричневая пропаганда и террор

Из журнала «Вег унд циль» (Вена)

«Мы придем» — этот лозунг люди из Национал-демократической партии Бургера наклеивают поверх антифашистских плакатов. И неофашисты, действительно, надеются на возможность такого «прихода» в ближайшем будущем. Частичное уничтожение террористической сети НДП в свое время нанесло им чувствительный удар, но сейчас их снова воодушевляет то обстоятельство, что, по всей вероятности, в результате заступничества правых элементов в Австрийской партии свободы и Австрийской народной партии перед правительством до сих пор удалось помешать подлинному разоблачению террористических ответвлений НДП. После спада, вызванного рядом террористических актов со взрывами, неонацисты рассчитывают на приток новых членов в ближайшем будущем. Главные козыри, на которые они делают ставку, — это экономический кризис и возобновившаяся холодная война. Все антифашисты должны активно противодействовать подобному расчету, если мы хотим эффективно отразить новые опасности неофашизма.

Особенно молодые люди почувствовали тягу к «движению Бургера» (как НДП с некоторых пор называет себя, заимствуя гитлеровскую терминологию). При зимней безработице, достигающей 15 процентов, и достаточно большой безработице также в летние месяцы Бургер и его помощники в Бургенланде прибегли к демагогии, слишком хорошо знакомой по 30-м годам. Снова понадобился козел отпущения, на которого можно взвалить всю несостоятельность экономической системы, ориентирующейся не на людей, а на прибыль.

Аргумент насчет иностранных рабочих, якобы отнимающих у австрийцев работу, нашел довольно широкий отклик в Бургенланде — отчасти, вероятно, потому, что среди безработных очень большая доля приходится на бывших мигрирующих рабочих строительной промышленности, особенно тяжело пострадавшей от кризиса, и отчасти потому, что население именно в аграрных районах склонно питать определенную ненависть к иностранцам (что подтверждается опубликованным в июле анализом Общества социологических исследований об иностранных рабочих).

Следует отметить, что после широкой огласки, которую получили факты о причастности НДП к террористическим актам, в настроениях тех, кто до этого сочувствовал Бургеру, произошел поворот на 180 градусов.

Сюда прибавились также большие организационные трудности НДП, руководящие деятели которой — и в первую очередь сам Бургер — быстро уехали за границу, чтобы там немного отсидеться. В итоге НДП сумела только в одном из четырех избирательных округов Бургенланда, а именно в Оберварте, собрать необходимые для выдвижения кандидата декларации о поддержке.

Из всех этих фактов многие буржуазные обозреватели делают вывод, что Бургер сам едва ли имеет отношение к актам террора, поскольку он наверняка не хотел чинить препятствия своей «парламентской тактике» — частичному использованию 140 ООО голосов, полученных на президентских выборах. Надо сказать, что эта логика только на первый взгляд может показаться убедительной — ведь она полностью игнорирует внутреннюю структуру и сущность неофашистских организаций. Что представляли собой Бургер и его созданная в 1966–1967 годах НДП перед президентскими выборами 1980 года на австрийской неонацистской арене? НДП до этого выступала как одна из многочисленных крайне разобщенных групп. Однако, получив 140 000 голосов на президентских выборах, Бургер, как главарь НДП, вдруг смог взять на себя роль главаря всех неонацистов. Еще в предвыборной кампании (если можно пользоваться этим термином применительно к деятельности НДП) руководящие деятели НДП пытались подчеркивать «надпартийную» роль Бургера, что отчасти удалось в результате создания «Комитета за избрание национального германо-австрийца». Председателем этого комитета стал Отто Роскопф из правоэкстремистского «Союза австрийских товариществ». До того времени Роскопф всячески избегал публичных контактов с неонацистами из НДП.

О том, насколько разобщенными, несмотря на все это, были коричневые вплоть до дня выборов 18 мая 1980 года, свидетельствуют попытки одной из групп среди них выдвинуть кандидатом в президенты Германа Гмайнера из организации «СОС-Киндердорф». Эти попытки, предпринятые в первую очередь южнотирольским «борцом» Робертом Дрекслером, потерпели провал из-за отказа Гмайнера, который боялся, что выдвижение кандидатуры может нанести ущерб его концепции «киндердорфа» (учебно-воспитательного центра).

Только после выборов Бургер добился среди правых экстремистов чего-то вроде безграничного авторитета. Ни одна неонацистская группировка уже не могла не считаться с ним. Для Бургера и его ближайшего окружения это одновременно усугубляло проблему, которая уже в 70-х годах неоднократно причиняла НДП немало хлопот: как держать в узде фанатичных до безумия и нередко готовых на убийства сторонников, пока ситуация не станет более благоприятной.

Главарь НДП, стремясь гарантировать легальное существование своей организации, клялся не допускать никаких открытых антиеврейских лозунгов. В местных организациях Бургер сам часто проявлял на собраниях сдержанность в этом отношении, опасаясь, что через полицию или по другим каналам его антисемитские высказывания станут известны властям. Нередко главарь НДП в выступлениях на закрытых собраниях довольствовался несколькими унизительными замечаниями в адрес конкретных евреев, чтобы потом дать слушателям повод для реплик, при этом уже не касаясь прямо этой темы.

Разумеется, подобных громоотводов было недостаточно. Больший эффект давала бешеная травля югославских и турецких рабочих, в которой особенно активно участвовали молодые неонацисты, проявляя немыслимую ненависть ко всему «инородному».

Но иностранные рабочие не могли заменить «еврея» — одного из главных вражеских образов нацистской идеологии. Однако едва ли можно было помышлять о широкой антисемитской травле, поскольку это означало переступить своего рода порог и спровоцировать запрет на всю организацию. В итоге сама собой напрашивалась некая двойная стратегия: с одной стороны, использовать все возможности легальной вербовки, а с другой — из подполья угрожать, запугивать еврейских сограждан и наносить им материальный ущерб, а потом уже по западногерманскому образцу иногда убить того или иного видного еврея…

Эта двойная стратегия отнюдь не началась с распространения антисемитских листовок или с серии террористических актов, направленных почти исключительно против еврейских сограждан. Много лет люди Бургера занимались так называемым «военным спортом». Наибольшее внимание в этом плане привлекли «Акция за новые права» и «Бабенбергское товарищество». Обе эти неонацистские организации действовали и действуют как организации, подчиненные НДП или примыкающие к ней.

Студенческая организация АНР, примкнувшая к НДП на основании официального договора о союзе, ставит перед собой задачу обеспечивать своего рода «охрану собраний» для партии Бургера; АНР выполняет полицейские функции внутри НДП. Запрещенное в 1980 году за открытые выступления против австрийского Государственного договора «Бабенбергское товарищество» вместе с тем представляет собой военизированное крыло НДП. Его хорошо известный «военно-спортивный центр» в Раппоттенштейне (округ Цветль, Нижняя Австрия) из года в год все расширялся. Там неонацисты готовились и готовятся ко «дню икс», который должен начаться с серии неофашистских взрывов.

Другие организации тоже высказались в поддержку «пропаганды действием» — так называли подготовку к актам террора. Следует упомянуть еще о «Националистском союзе Нордланда» и о зальцбургской земельной организации НДП. Дело в том, что участие обеих этих организаций в подпольной стратегии НДП дает основания для любопытных выводов.

Основанный д-ром Германом Плесслем и д-ром Мартином Найдтхартом «Националистский союз Нордланда» довольно быстро прорвал воздвигнутый Бургером барьер осторожности и стал вести открытую антисемитскую пропаганду…

Зальцбургская организация НДП, которая ведет поразительно откровенную антисемитскую пропаганду, привлекает особое внимание в силу того обстоятельства, что она представляет собой местную организацию самой «гаулейтер» Ребхандль, возможно, получил от Бургера, несмотря на угрозу для легального существования его организации, «зеленую улицу», так как подобная тактика сулит в Зальцбурге гораздо более благоприятные перспективы для развития его неонацистской партии. Однако далеко не последнюю роль в этом деле, возможно, сыграла терпимость властей, которая в Зальцбурге еще больше, чем в других землях. Вполне возможно, что Бургер выбрал именно Зальцбург в качестве своего «полигона», чтобы выяснить, в какой степени можно сейчас вести откровенно фашистскую пропаганду.

Зальцбургская НДП и ее «Шуцгруппе» играют важную роль в террористическом подполье неонацизма; так, например, террорист Атила Байци был вхож в дом Ребхандля и выступал в роли одного из организаторов «Шуцгруппе». Двойная стратегия НДП — стратегия сочетания легальной и подпольной деятельности — в Зальцбурге проявляется яснее, чем в других землях, и точно так же нетрудно проследить, как легальная организация связана с террористической сетью.

Приведем только один пример: после того как в конце июля возле одного магазина в Зальцбурге взорвалась бомба, власти обнаружили в ближайших окрестностях антисемитские листовки самого отвратительного содержания. Это было приблизительно в полночь. Несколько часов спустя активисты зальцбургской НДП открыто распространяли в городе листовки, подстрекавшие против еврейских граждан, но они были составлены в несколько более «умеренном» тоне. Зальцбургские власти не вмешались.

Там, где учат тому, что существуют «раса господ» и подлежащие уничтожению «низшие существа», там рано или поздно созревают плоды подобной человеконенавистнической идеологии. В Австрии это проявляется сейчас в форме составления списка подлежащих уничтожению еврейских граждан и в форме покушения на них. Все гротескные. «теории» неонацистов, которые государство, вопреки недвусмысленным положениям австрийской конституции, якобы должно загонять в подполье, так как иначе они примут слишком безудержный характер, опровергнуты самими же неонацистами, причем в самой неопровержимой и пугающей форме.

Бургеровская НДП тем не менее по-прежнему пользуется определенной защитой в верхах. Нацистских преступников во многих случаях не стали подвергать судебному преследованию, а к иным проявили снисхождение, и настоящей денацификации так и не было. Правда, наблюдаются определенные изменения, но основное зло по-прежнему существует.

Поэтому вывод для всякого коммуниста может заключаться только в следующем: отстаивая запрет на неонацистские организации и требуя разоблачения фашизма во всех его формах, мы должны также со всей решимостью объяснять, почему до сих пор дело так и не дошло до запрета и почему официальные круги Австрии лишь нехотя идут на антифашистские разоблачения.

«Weg und Zieb (Wien), 1982, № 10.

Неофашизм во Франции

Из газеты «Котидьен де Пари» (Париж)

… «они» мечтают о «большой чистке». «Они» — это активисты французских крайне правых сил, отбросы общества и политической идеологии, проповедующей сильную власть — чистую, белую, антисемитскую, антибольшевистскую, национал-социалистскую и «европейскую» одновременно. Это молодые люди, подбрасывающие бомбы, бросающие бутылки с зажигательной смесью, расисты, разбивающие носы с горбинкой, парни, которые бьют стекла, громят учреждения, ломают символы левых сил, избивают евреев и негров.

Принято делить этих крайних экстремистов на две большие группы. С одной стороны — парламентарии из Национального фронта Жан-Мари Лe Пена. С другой стороны — «чистые и жесткие», которые также делятся на группу «законников», Партию новых сил Паскаля Гошона и несколько мелких группировок, из которых одни являются подпольными, а другие находятся на легальном положении, но все они активно выступают против нынешней республики.

Еще одна крайне правая фракция отделилась от основной группы активистов и действует в идеологической области, а не наносит прямого удара противнику: это «Новые правые силы», которых кое-кто обвиняет, что их философия неизбежно приводит к применению насильственных и недопустимых методов, хотя они утверждают, что отрекаются от этих методов.

«Группа изысканий и исследований в области европейской цивилизации», «Новая школа» и временами выступления на газетных столбцах, которые в сезон рекламы, с сентября по июнь, «Фигаро» раз в неделю предоставляет своим читателям, дают низам культурную и «биологическую» аргументацию, которой им не хватало.

Действительно ли Жан-Мари Ле Пен и его «Национальный фронт» неподвластны улице, тогда как известно, что они проявляют такой интерес к делу иммигрировавших трудящихся, «которым было бы гораздо лучше оставаться дома»? Так утверждают подлинные фашисты, осуждающие тех «сторонников режима», которые сотрудничают с республикой.

Остается Партия новых сил; является ли се главной опорой Ален Робер, прикрывающийся именем Паскаля Гошона, который обеспечивает ему видимость респектабельности?

Если крайне правые силы в стиле Национального фронта и Партии новых сил хотят вести себя так, чтобы это не вызвало тревоги, то другое крыло правых сил, состоящее из мелких группировок, рвется в бой. Это прежде всего «Французское дело» во главе с Пьером Сидо, ветераном, который уже был в 50-е годы среди основателей несуществующего теперь движения Молодая нация. «Французское дело» не скрывает своего антисемитизма.

Националистическое революционное движение Жан-Жиля Мальяракиса не афиширует свой антисемитизм. Это движение возникло из лона Национальной революционной группировки, которая была обезглавлена в марте 1978 года, когда ее руководитель Франсуа Дюпра погиб в автомобиле-ловушке.

Но главное — существует Федерация национального и европейского действия (ФАНЕ), которая появилась на свет в 1966 году в результате слияния диссидентских групп движения «Действие Запада» и «Кружков Карла Великого».

Рупор ФАНЕ ежемесячный журнал «Нотр Эроп» не перестает призывать к спасению белой расы, которой угрожают враги, каковыми являются, по его словам, «негры, евреи и североафриканцы». «Нельзя допускать вырождения нашей цивилизации», — пишет этот журнал.

Члены этих группировок называют себя «техническими специалистами фашизма». Это именно так и есть, и хотя их теоретики утверждают, что они не хотят «впутываться в это дело», но их нельзя считать непричастными к насильственным действиям, проникнутым чувством ненависти. Ален де Бенуа, «папа» новых правых сил, заявил, что «не следует строить из себя ангелов: совершенно ясно, что эволюция идей внутри обществ рано или поздно имеет последствия, затрагивающие сферу политики».

Quotidien de Paris (Paris), 1983, 7. VIII.

Активизация неонацистов во Франции

Из журнала «Ви увриер» (Париж)

I

С осени 1977 года во Франции было совершено двадцать два террористических акта расистского и нацистского характера, которые вызвали возмущение и осуждение во всей стране. В свете этих событий невольно напрашиваются вопросы: занимает ли вновь нацизм свое зловещее место? В каком политическом окружении он развивается? Почему не было принято никаких серьезных мер для того, чтобы положить ему конец? Для того чтобы ответить на эти вопросы, как и на другие, мы публикуем серию статей о неонацизме. Это досье открывает ФАНЕ — бывшее нацистское движение Фредриксена. Последние события снова напомнили нам о нем. Причем сопровождалось это такой шумихой, что создается впечатление, что нас хотят заставить забыть обо всем остальном…

Марк Фредриксен похож на Тентена — известного героя комиксов. Маленький, юркий, он являет собой прямую противоположность того красивого арийца — статного мускулистого блондина, олицетворяющего цвет рода человеческого, которого Фредриксен прославлял в своем журнале «Нотр Эроп». Мы могли бы ничего не знать о его существовании, если бы целый ряд фашистских и расистских покушений и убийств не выдвинул на авансцену сегодняшнего дня этого подражателя Гитлера. Многим людям имя Марка Фредриксена почти ничего не говорит. Не больше, чем ФАНЕ — Федерация национальных и европейских действий, та нацистская группа, которую он возглавлял. За несколько дней этот убежденный холостяк, образцовый служащий одного частного банка, стал тем человеком, через которого неонацизм проник во Францию. По крайней мере именно в этом попытался нас убедить министр внутренних дел. Но в данном случае министр внутренних дел не может уговорить нас разделить сегодня его возмущение и убедить нас в своей компетенции. Его службы знали о Марке Фредриксене уже более пятнадцати лет.

Фредриксен — не новичок в нацизме. Он вдохновитель «Западного действия»; в 1966 году он объединил различные неонацистские группировки для того, чтобы создать ударное движение — ФАНЕ. В числе этих группировок были «Кружки Карла Великого» и «Комитет поддержки реальной Европы». Первую группу возглавляет Ив Жанн, бывший вербовщик добровольцев в 33-ю дивизию СС. Вторую группу возглавляют Дидье Рено и Ролан Дюрсани (настоящее имя — Юбер Колер), нынешний редактор наряду с Пьером Клементи журнала «Фрон юни дю Эно» — крайне правого периодического издания. Вся эта «милая компания» разместилась в Париже на улице Муанон, 28, и с 1966 года издает ежемесячный журнал антисемитской направленности — «Нотр Эроп». Его директор — Фредриксен, главный редактор Мишель Фаси (он же Мишель Лелу). В числе сотрудников можно назвать следующих: Мишель Канье, Анри Робер-Пети, бывший директор антисемитской газетенки «Пилори», секретарь Дартье де Пельпуа — «комиссар по еврейским делам» во время оккупации и… инспектор полиции Поль Дюран.

Сразу же после своего основания «Нотр Эроп» зарегистрировалась в паритетной комиссии под номером 46 138. Это должно заставить призадуматься многие профсоюзные организации, которым не всегда бывает легко добиться регистрации своих периодических изданий в паритетной комиссии. Отметим, что номер 46 138 — это старый регистрационный номер «Кайе эропеэн» Франсуа Дюпра и Алена Рено. Начиная с 1966 года журнал «Нотр Эроп» мог распространять совершенно безнаказанно идеологию, которая осуждается законом. Что касается ФАНЕ, то эта организация имеет такие же удивительные возможности маневрировать. Один из ее крупнейших лидеров, Мишель Фаси, обучает в Латинской Америке штурмовые группы. Недавно одна из этих групп, которые «тренирует» Фаси, заявила о своей причастности к нападению на книжный магазин большой синагоги в Мехико. Никто не стал беспокоить Фаси. В конце января 1980 года он поехал в Англию, для того чтобы встретиться там с Кейтом Томсоном, фашистским руководителем движения Лига святого Георгия, и Майклом Маклофином, правым экстремистским руководителем Британского движения, который был недавно освобожден из тюрьмы правительством Маргарет Тэтчер. Мишель Канье, ведающий отношениями с западногерманскими фашистскими группами, неоднократно ездил в ФРГ, в частности 8 февраля 1980 года, где он присутствовал в военной форме на ассамблее ФСБД — нацистской организации ФРГ.

ФАНЕ установила контакты с СЕДАДЕ, движением экстремистов испанской фаланги, а также с итальянскими экстремистами, как, например, Джорджо Фреда или Марио Тути. Первый приговорен к пожизненному тюремному заключению за участие в покушении на площади Фонтана в Милане, в результате которого погибло восемнадцать человек. Второй — один из руководителей «Черного порядка», который также был приговорен к пожизненному тюремному заключению за организацию в 1974 году нападения на экспресс «Италикус», в результате которого погибло около десяти человек… Напомним, что Марио Тути убил также двух полицейских, а террористический акт в Болонье был совершен летом 1980 года в его честь! ФАНЕ установила «особые дружественные связи» в Северной Америке с ку-клукс-кланом, в Перу — с нацистской партией, эмблемой которой служит свастика, в Турции, в Бельгии — с крайне правыми силами. ФАНЕ проявляет интерес к Сальвадору, Боливии и выражает удовлетворение по поводу массовых убийств, совершаемых «Эскадроном смерти» в Бразилии. Все это делается во имя принципа, который помещен в журнале «Нотр Эроп» на видном месте: «Убивать красных — это не преступление, это — спорт».

Вот что можно сказать о международной деятельности ФАНЕ, которой мы посвящаем здесь лишь краткий обзор. Эта организация активно действует также и во Франции. Убедившись на своем опыте в определенном благодушии государственных властей по отношению к неофашистам, ФАНЕ с начала 1980 года рассматривает даже вопрос о проведении своего первого общенационального съезда. Он был запрещен в Париже. Но это не помешало провести его в салонах Софитель в Руасси 26 января 1980 года. Этот маленький праздник завершился торжественной церемонией, на которой участники красовались в нацистской форме, распевали милитаристские песни, вытянув руку в фашистском приветствии.

Нужно упомянуть еще и о «летних лагерях», которые, как известно, всегда были не чем иным, как зловещим повторением методов СС, применявшихся во время последней войны, прославились своими террористическими актами. Запугивания, апология убийств — все это тип действий, которые рекомендует ФАНЕ. «Насилие крайне правых? Не следует преувеличивать эту опасность», — заявил недавно министр внутренних дел Кристиан Бонне. В самом деле? Если ограничиться одной только ФАНЕ, напомним, что именно она совершила террористический акт против представительства «Аэрофлота». Она заявляет также о своей причастности к террористическому акту на выставке Никарагуа и Сальвадора в июне 1980 года. На ее совести покушение на Поля Кашё, «виновного» в том, что он разоблачил Йозефа Пейпера, бывшего полковника СС. Она организовала покушения в предместьях Парижа. Она совершила новый террористический акт против помещения антифашистской организации МРАП в начале лета 1980 года. Она угрожала смертью 61 еврею в Ницце, поклявшись, что «когда-нибудь мы начнем кровопролитие». То, что было дальше, уже известно: один бывший член ФА НЕ заявляет, что именно он организовал покушение на улице Коперника…

Как же могло дело дойти до этого? Заявления Кристиана Бонне по этому поводу никого не убедили. Столь же неубедительным было проведение расследования действий ФАНЕ. «Против ФАНЕ ни разу не возбуждалось никакого судебного преследования», — заявил Раппапорт, адвокат МРАП. «Судебное преследование возбуждалось только против Фредриксена, как директора журнала «Нотр Эроп», за нарушение законов о печати. Да и это было сделано после следствия, проведенного очень легковесно. Оно началось в декабре 1979 года и закончилось в апреле 1980 года; при этом были заслушаны лишь показания Фредриксена. Прошло 18 месяцев — с июня 1978 года, то есть даты появления «Нотр Эроп», до декабря 1979 года, — прежде чем было возбуждено первое судебное преследование.

Приговор М. Фредриксена к шести месяцам тюремного заключения строгого режима за его расистские и нацистские высказывания в «Нотр Эроп» не может заставить нас забыть о том, что во имя подобной идеологии во Франции с ноября 1977 года было совершено 122 террористических акта против профсоюзных организаций, ассоциаций, левых активистов, религиозных общин, национальных групп (в том числе тридцать девять из них с мая 1980 года и пятнадцать политических убийств за период со 2 декабря 1977 года). Ни одного виновного, ни одного убийцы ни разу так и не нашли. Да, действительно, как подчеркивал адвокат Раппапорт, Фредриксен оказался в этот день один на скамье подсудимых. Правда, ФАНЕ была распущена 3 сентября 1980 года после множества проволочек. Это позволило Марку Фредриксену принять все необходимые меры. 11 июля он сделал в префектуре заявление о создании двух новых ассоциаций: «Европейские националистические группировки» и «Центр европейской культуры».

Итак, для Фредриксена игра продолжается.

II

«Отряд Дельта», «группа Пейпер», «Клуб Карла Мартелла», «Честь полиции», «Порядок и новая справедливость», «Революционная националистическая группа», ФАНЕ, «Европейские националистические группировки» — таковы названия различных французских неонацистских групп. За несколько лет и особенно за последние месяцы они неоднократно заявляли о своей ответственности за нападения, угрозы смерти, террористические акты против религиозных общин, национальных групп, профсоюзных деятелей, левых политических партий. С ноября 1977 года они совершили более 120 террористических актов. Они также убивали. За последние семь лет от их руки пали семьдесят алжирцев. Но тех, кто убивал, устраивал покушения, ранил, ни разу по-настоящему не разыскивали. А между тем они известны. Многие из них служили и все еще служат делу властей.

Страсбург, 10 августа 1944 года. В одном из салонов гостиницы «Ротес хаус» представители главных немецких трестов и высокопоставленные деятели министерств обороны проводят секретное совещание. Там присутствовали, в частности: д-р Шайд, который председательствовал в качестве обергруппенфюрера СС, д-р Каспар, представитель фирмы «Крупп», д-р Толле из фирмы «Рехлинг», д-р Зинцерен от фирмы «Мессершмитт», д-р Копп, представитель компании «Рейнметалл», д-р Элленмейер от фирмы «Фольксваген». По мнению немецких руководителей, крах «третьего рейха», «задуманного на тысячу лет», оказался неизбежным. Поэтому заседание завершилось двумя важными решениями: охранять интересы германских фирм, обеспечить выживание нацизма за границей при помощи хорошо скрытого финансирования. Приходится констатировать, что сегодня все, что связано с этой идеологией, снова активизировалось. Уже около десяти лет французские крайне правые силы выступают совершенно открыто. Сегодня они могут дать волю своему расистскому и антисемитскому бреду, и притом совершенно безнаказанно. Так обстоит дело с журналом «Культура», который возглавляют Жан Бюза и Поль Драпье и где сотрудничают, в частности, Робер-Анри Пети и Мишель Канье. В своем первом номере за 1980 год журнал «Культура» писал, что «фашизм должен снова занять свое место».

Другой случай — «Девенир эропеэн», выходящий ежеквартально журнал Ива Жанна, бывшего сержанта-вербовщика для подразделений СС, а ныне французского руководителя Всемирного союза национал-социалистов. Другие периодические издания не столь «ударного» стиля менее навязчиво излагают идеи крайне правых и призывы к спасению западной цивилизации. Приведем, в частности, следующие: «Дефанс де л’оксидан» Мориса Бардеша, «Итинерар» Ролана Гоше, «Солей» Пьера Сидо, руководителя «Французского дела», «Насьональ» — центральный орган «Национального фронта» Ж.-М. Jle Пена, «Жён Насьон», еженедельник Жан-Жиля Маллиаракиса…

Несмотря на подстрекательство к расовой ненависти, которое постоянно присутствует на их страницах, ни одно из этих периодических изданий не испытало на себе действие антирасистского закона от 1 июля 1972 года. Крайне правая печать процветает: в настоящее время она имеет в своем распоряжении по крайней мере 150 журналов. Каждый на свой лад обвиняет других в принадлежности к неонацистскому течению. Отрицая свой расистский характер, все они проповедуют избранное общество, общество европейское и «белое» (!). Иначе говоря, они призывают к организации такого общества, в котором для демократии нет места. Поборником такой позиции стала группировка ГРЕСЕ («Группа изысканий и исследования европейской цивилизации»). Она была основана в 1968 году и является идеологической лабораторией французских крайне правых сил. Под претенциозной интеллектуальной оболочкой за ней скрываются реакционные идеи, опирающиеся на «биолого-научные тезисы». Среди ее главных руководителей — Ален де Бенуа, Патрис де Плеикет, Луис Пауэлле, хозяин «Фигаро-магазин».

…Безнаказанность, которой пользуется сегодня французский неонацизм, а главное — грязные планы, которые он вынашивает, угрожают, если мы не примем мер, привести нас к еще более серьезной опасности. Все мы должны ответить решительным «нет» на эту попытку втянуть нас в опасную игру.

«Vie ouvriere» (Paris), 1981, 26. XI, З.ХII.

Они мечтают стать штурмовиками

Из газеты «Штерн» (Гамбург)[21]

Суббота. Дортмундская «Боруссия» на своем поле принимает команду ХСБ из Гамбурга. Со всей страны прибывают «подкрепления». Из Киля, Франкфурта-на-Майне, Оснабрюка для поддержки «Бруссенфронта» приехали неонацисты.

Из Гамбурга прибыла делегация «Львов» и конечно же Вакер, предводитель тамошних «бритоголовых», 21 года от роду, с гладко выбритым черепом, он ученик в транспортном агентстве и мечтает стать рядовым нацистским штурмовиком, которому позволено драться на улице. Об этом Вакер сам под псевдонимом «Франц» поведал в интервью журналу «Шпигель».

Из Западного Берлина приехал белобрысый Арне со своими людьми из группы «Циклон-Б» (так назывался газ в нацистских лагерях смерти). Осс, сидящий рядом со мной, ранее тоже был членом этого союза погромщиков. Ныне он перешел в западноберлинский союз «Лихие ребята со Шпрее», мало чем отличающиеся от «Циклона-Б». На его зеленой форменной куртке — значок организации «Молодые национал-демократы». Рядом с Арне лежит пластиковый мешок, битком набитый брошюрами «Ложь об Освенциме», которые он тут же распродает. (Имеется в виду неонацистский опус, пытающийся доказать, будто массовые убийства, совершенные гитлеровцами в этом лагере смерти, — выдумка «врагов Германии». — Ред.). Предисловие к брошюре написал бывший адвокат, один из неонацистских главарей, Манфред Редер, приговоренный в прошлом году к 13 годам тюрьмы за террористическую деятельность.

Клаус из «Лягушек Герты» протискивается к нам, хлопает Осса по плечу. Оба знают друг друга по совместным «делам»: они участвовали в прошлом году в «ноябрьской акции», когда свыше сотни «болельщиков» разнесли турецкую лавку. «Задали мы тогда «черномазым» перцу», — вспоминает Клаус.

В пивную вваливаются западноберлинские «бритоголовые». «Берлин, Берлин — железный город!» — ревут они, вскидывая правую руку. На майках у них эсэсовский девиз: «Наша честь — верность». Рядом с ними представители «Красных Волков» из Ганновера, одетые поскромней, один из «волков» старается не ударить лицом в грязь. «Гляди-ка! — демонстрирует он мне кровоподтек под глазом. — Турку одному морду чистил!» — «А тому тоже досталось?» — спрашиваю я. «В больнице лежит в коме».

Хвастает? Едва ли!

На трамвае едем к стадиону. Но на сей раз дело что-то не клеилось: в течение всей игры молодцы из «Боруссенфронта» и их приезжие «дружки» околачивались в пивных ларьках под трибунами. Хотели с одним турком разделаться, да и тот сбежал.

Возвращаемся в «Цум гробшмид». «Акции» не получилось. Все раздражены, озлоблены, в утешение хлещут пиво.

Неожиданно раздается крик: «Давай!» Все выбегают, в «Культурном союзе иностранцев» дребезжат стекла, из турецкой закусочной напротив вылетают стулья и бутылки. Взлетают красные сигнальные ракеты. Перед закусочной стоит голубой «Форд», в нем — перепуганная турецкая семья с двумя малышами. Погромщики окружают машину. «Место турок — Анкара! Ура! Ура! Ура! Ура!» — орут они, отбивая кулаками такт по крыше автомобиля.

Отыскав новые жертвы, молодчики из «Боруссенфронта» оставили в покое турецкую семью в голубой машине. Они набрасываются на каждого, кто хоть слегка смахивает на турка. Одного мужчину, пытавшегося укрыться за афишной тумбой, избили в кровь, другого сшибли с мопеда и с ревом «Хайль Гитлер!» ринулись дальше по улице. Пятеро человек были ранены. «Турок мы отсюда выколотим, — сказал мне после Зигги из «Боруссенфронта». — Эх, жаль, концлагерей теперь нет!»

За рубежом, 1984, № 10.

Авторы комментируют

По заветам фюрера

В ночь на 30 апреля 1945 года, когда советские воины находились рядом с рейхстагом, в подземном бункере Гитлер в лихорадочной спешке писал свое завещание. Поставив последнюю точку, он принял яд. Впоследствии его завещание было опубликовано. В нем фюрер призывал нацистов «ни при каких обстоятельствах» не прекращать борьбы и ждать того времени, когда «снова взойдет солнце лучезарного возрождения национал-социалистского движения».

Этот призыв не остался безответным. Материалы раздела убедительно свидетельствуют, что фашизм набирает силу, и снова одним из его главных источников служит расизм.

Фашистская идеология вообще возникла — впервые, как известно, в Италии — в качестве шовинизма расистского толка и с самого начала взывала к «инстинкту крови», к чувствам «национальной исключительности». «Я слушаю голос моей крови, — говорил Муссолини. — Подобно животному, я предчувствую погоду. И когда я доверяюсь инстинкту, он меня никогда не обманывает». На основе такого животного мировосприятия дуче, захвативший в 1922 году власть, стремился создать «новое национальное сознание». В одном из своих публичных выступлений он заявил: «Прежде всего, вы итальянцы. Говорю вам: прежде чем любить французов, англичан, готтентотов, я люблю итальянцев, людей одной со мной крови, одних привычек, одного языка, одной истории… Совсем не нужно, стремясь улучшить жизнь, предаваться химере интернационализма».

Современный фашизм несравним по своему общественному влиянию с тем, который захватил власть в Италии и Германии. Сегодня фашистские организации — это в большинстве своем мелкие группы. Но не следует забывать, что, когда в 1920 году бывший ефрейтор кайзеровской армии Адольф Гитлер стал фюрером партии германских фашистов, вытеснив с этого поста ее основателя Дрекслера, в ней числилось всего 40 членов. А уже через несколько лет она превратилась в массовую организацию, располагавшую военизированными отрядами штурмовиков, мощным пропагандистским аппаратом и миллионными счетами в банках. Это превращение произошло прежде всего потому, что Гитлера поддержали — экономически и политически — германские монополии, волю которых он выполнял. Но не только поэтому.

На первых порах Гитлер демонстративно выставлял себя врагом толстосумов и защитником социальной справедливости. Он обещал спасти рабочих от безработицы, крестьян от голода, лавочников от разорения. Взывая к национальному чувству немцев, уязвленному поражением в первой мировой войне, он соблазнял их захватами чужих земель. Фюрер сулил всем немцам, которые пойдут за ним, райские кущи в «тысячелетнем рейхе» — мировой империи. Он клялся, что сделает их «господами мира».

Фашистская пропаганда напичкивала мозги германского обывателя идеями расового превосходства и национальной исключительности, насыщала его неутоленное тщеславие, возвышала его мелкотравчатую спесь до уровня великодержавного чванства, возводила его алчность в данное свыше право захвата иноземных богатств и порабощения других народов.

Обыватель начинал не на шутку верить в то, что в его жилах течет «голубая кровь», когда читал такую, к примеру, «таблицу расовых отличий германского народа», опубликованную в одном из немецких журналов: «Героический дух. Отважное мужество. Радость битвы. Чувство чести. Любовь к свободе. Правдивость. Готовность к жертвам. Идеализм. Самоотверженная склонность к великим идеям. Решительность. Рыцарство. Справедливость. Творческая конструктивная сила. Верность высокой цели. Благородная осанка и настроение. Честный, благонадежный образ жизни. Способность руководить, властвовать».

Не было недостатка и в таблицах, в которых все другие народы, прежде всего евреи, славяне, «цветные», причислялись к «черной кости» и наделялись всеми пороками и недостатками, какие только могло представить себе желчное и злобное воображение расистов. Один из видных теоретиков германского расизма, Г. Гюнтер, писал о «восточной расе»: «Человек этой расы недоверчив, медлителен, он — мещанин. У него нет смелости ни в мышлении, ни в поступках. Он склонен к всеобщему равенству, демократии. Это объясняется тем, что люди восточной расы ни в чем не превышают среднего уровня и потому испытывают ко всему великому отвращение…»

Нацизм прививал своим приверженцам животную ненависть к представителям «неарийских рас», которых Гиммлер называл «недочеловеками, стоящими в духовном отношении гораздо ниже, чем звери». О себе же гитлеровцы мнили как о «сверхчеловеках», коим дозволено преступать любые нормы человеческой морали. Проповедуя оголтелый расизм, гитлеровцы стремились пробудить в немцах «голос крови», отвести недовольство трудящихся на «низшие расы», привить рядовому нацисту чувство вседозволенности. Гитлеровские «сверхчеловеки» устилали трупами путь к мировому господству. Расизм стал главным принципом их отношения к другим народам. Фашисты замышляли истребление целых народов. В октябре 1940 года Гитлер на тайном совещании высших руководителей рейха говорил: «Одной из главных задач германской политики будет недопущение всеми возможными средствами возрождения славянской расы. Истребление целых народов являлось и в прошлые времена правом победителя».

После того как гитлеровцам удалось захватить восточноевропейские страны и часть территории СССР, их расистские планы незамедлительно стали проводиться в жизнь. Миллионы людей были уничтожены лишь потому, что «расовые контролеры» сочли их «неполноценными». Эта оценка обычно давалась на глазок. Нередко человеку достаточно было иметь черные глаза или темные волосы, чтобы его отправили в газовую камеру.

СС («охранные отряды»), находившиеся под началом Гиммлера, были главным орудием фашистского террора. Они возникли еще в 1923 году и вначале составляли небольшую группу личных телохранителей Гитлера. В 1929 году, когда их шефом был назначен Гиммлер, в них насчитывалось всего 280 человек. К моменту захвата фашистами власти численность СС выросла до 52 тысяч, а к концу войны — до миллиона.

На СС была возложена задача блюсти «расовую гигиену». Имперский фюрер CG сосредоточил в своих руках всю полицейскую власть в стране. Особое подразделение CG — «отряды мертвой головы» — выполняло административные и охранные функции в концентрационных лагерях. Именно «врачи» СС проводили опыты на живых людях. Именно эсэсовские специалисты разрабатывали технологию производства мыла из человеческих трупов. Эсэсовцы были главными исполнителями массовых убийств в лагерях смерти, через которые прошло около 20 миллионов человек, 11 миллионов из них были расстреляны, замучены, умерщвлены в газовых камерах.

В совершенно ином — чуть ли не розовом — свете изображают деяния гитлеровцев современные фашисты. Эсэсовцы в этом свете предстают как «рыцари без страха и упрека», которых «незаслуженно очернили» после войны. Французский журнал неофашистского толка «Аларм» («Тревога»), например, вопрошает: «Когда же мы сможем отомстить за наших героических старших братьев-эсэсовцев?» А вот отрывок из интервью стокгольмскому журналу «ФИБ-Актуэльт» шведского неофашиста: «Мы построим лагерные бараки, обнесем их колючей проволокой и загоним туда всех бездельников-безработных, бунтарей-студентов и прочие беспокойные элементы, чтобы они не мешали порядочным людям!» Так начал свое интервью фюрер шведских нацистов Ёран Уредссон. Беседа происходила на окраине Стокгольма в украшенной нацистскими флагами и портретами Гитлера штаб-квартире так называемой «Скандинавской государственной партии».

— Ваше отношение к расовым проблемам?

— Смешение рас недопустимо.

— Ваше мнение о Гитлере?

— Мы преклоняемся перед ним.

— Но ведь он начал войну и уничтожил миллионы людей в концлагерях?

— Ничего подобного! Он только хотел вернуть исконные германские земли. И все, что теперь говорится и пишется о Гитлере и национал-социализме, ложь и клевета. Болтают об Освенциме, Дахау, Бухенвальде. А существовали ли они вообще?

— Но ведь есть фотографии, документальные фильмы.

— Чепуха! Все эти «доказательства» сфабрикованы союзниками для Нюрнбергского процесса…

Гитлеровцев обеляют и прославляют сегодня в капиталистических странах не только откровенные неофашисты. Нацизм находит здесь себе защитников среди ученых и политических деятелей. Так, западногерманский историк Э. Нольте в одной из своих книг описывает нацистский режим как «прогрессивное» и даже… «революционное» явление. Его канадский коллега X. Тревор-Роупер уверяет, что история «будет считать Гитлера политическим гением». В таком же духе изображает фюрера американский публицист Дж. Толэнд в своей книге «Адольф Гитлер», которая стала бестселлером в западных странах. В рекламном объявлении, помещенном в парижской газете «Монд», об этой книге говорилось: «Нет! Вы не знаете всего! 7 лет изысканий! 250 интервью! Сотни невероятных открытий! Вся пресса говорит об этой книге. Во всем мире уже распродано 2 миллиона экземпляров. Купите эту книгу в ближайшем книжном магазине!»

Витрины книжных магазинов в ФРГ, Франции, Великобритании и в других капиталистических странах пестрят обложками таких книг. Фильмы о Гитлере, эсэсовцах, солдатах вермахта не сходят с кино- и телеэкранов. Английская газета «Дейли мейл», констатируя, что но числу названий и тиражу книги о фюрере «не имеют себе равных», писала: «Спустя сорок лет после начала второй мировой войны Гитлер все же завоевал Британию».

Все это создает благоприятную общественно-политическую атмосферу для деятельности тех многочисленных неофашистских организаций, о которых речь идет в материалах этого раздела. Одни из них — откровенно нацистские, другие называют себя «правыми» или «консервативными». Но идеология каждой из них основывается на расизме и шовинизме, которые и являются наиболее характерными чертами современного фашизма.

Деятельность неонацистов развертывается не только в странах, о которых идет речь в материалах раздела. «Коричневая» паутина существует ныне примерно в 60 государствах. Но, по оценкам международной печати, наиболее активны партии и группы фашистского толка в Западной Европе.

В ФРГ, по данным демократических сил, насчитывается около 300 неофашистских организаций самого различного толка — от националистических группировок типа Немецкого народного союза до открыто террористических групп, подобных «Фронту действия национальных социалистов» или «Немецким группам действия», которые несут ответственность за многочисленные диверсионно-террористические акты. Но число таких организаций само по себе не полностью отражает их фактический потенциал. Достаточно сказать, что тираж неонацистской газеты «Дойче националь-цайтунг» намного превышает 100 тысяч экземпляров. Не случайно опрос общественного мнения показал: у 13 процентов опрошенных — явно неонацистские взгляды на историю и соответствующее мировоззрение, 18 процентов согласны с утверждением, что «в целом при Гитлере в Германии жилось лучше».

Среди неофашистских организаций в ФРГ выделяется по численности и влиянию Национал-демократическая партия (НДП), основанная в 1964 году. У нее общая эмблема с гитлеровской партией — белый круг на красном фоне. Ее главный лозунг, как и старые нацистские лозунги, проникнут шовинизмом, хотя по форме он несколько изменился — вместо гитлеровского клича «Германия, пробудись!» он провозглашает: «Германия для немцев!» В общем, как верно подметил западногерманский журнал «Шпигель», «для полного подобия нацистской партии НДП не хватает только свастики».

Мало чем отличается от программы гитлеровской партии и программа НДП, которая гласит: «Германия претендует на территории, на которых в течение столетий рос немецкий народ». С такими же претензиями выступали нацисты в 1920 году: «Мы требуем территории и земли для того, чтобы прокормить наш народ и расселить избыток нашего населения». Столь же слабы различия и в отношении обеих партий к милитаристским традициям. Если гитлеризм утверждал, что корни немецкой военной мощи «уходят в славное прошлое немецкого народа, немецкой земли и немецкого созидания», то НДП заявляет, что «героические дела немецких солдат всех времен должны стать образцом для бундесвера».

Хотя сегодня неонацизм еще не рискует выступать с былыми захватническими притязаниями, его территориальные домогательства идут весьма далеко. Неонацисты заявляют: «Германия продолжает существовать в границах 1937 года», то есть в границах гитлеровской Германии. Прежде всего, реваншисты претендуют на территорию ГДР и земли, воссоединенные после войны с Польшей, Чехословакией и СССР. А это ни много ни мало — 222 тысячи квадратных километров, немногим меньше, чем вся территория ФРГ. Лидеры реваншистов требуют пересмотра договоров и соглашений, заключенных ФРГ с СССР и другими социалистическими странами. Все эти требования сопровождаются нападками на политику разрядки под предлогом того, будто сложившаяся благодаря этой политике новая система договоров и соглашений «игнорирует» справедливые требования «изгнанных» и потому якобы «несостоятельна» и нуждается в переработке.

Как и в прошлом, реваншисты «обосновывают» свои захватнические вожделения шовинистическими идеями, которые открыто проповедуются в Западной Германии десятками различных организаций. Одной из крупнейших реваншистских группировок в ФРГ является организация «Союз изгнанных». В 1983 году, по официальным данным, в союз входило 2,5 миллиона человек, причем утверждалось, что они «представляют 13 миллионов немцев, насильственно изгнанных с исконно немецких земель после второй мировой войны».

В «Союз изгнанных» входит ряд реваншистских организаций: «Германо-балтийское землячество», «Землячество немцев из Бранденбурга», «Землячество немцев из Бессарабии», «Землячество немцев из Данцига», «Землячество добруджских и болгарских немцев», «Землячество дунайских швабов из Югославии», «Землячество карпатских немцев из Словакии», «Землячество немцев из Литвы», «Землячество немцев из Верхней Силезии», «Землячество немцев из Восточной Пруссии», «Землячество немцев из Померании», «Землячество немцев из Силезии», «Землячество судетских немцев», «Землячество немцев из Венгрии», «Землячество трансильванских саксонцев», «Землячество немцев из Западной Пруссии». Уже по их названиям видно, на какие земли претендуют реваншисты. Структура «Союза изгнанных» весьма разветвленная. В него входят в общей сложности 22 «землячества» и 11 «земельных групп». На местах действуют 450 окружных и 9 тысяч районных организаций.

Наглые требования «оставить открытым германский вопрос», «преодолеть насильственный раздел Германии» и «восстановить Германию в ее исконных границах» звучат в каждом выступлении лидеров «Союза изгнанных», в каждой публикации, на любом пропагандистском мероприятии. Каждый год проводятся массовые сходки реваншистов по случаю «дня родины». Местные власти всегда предоставляют им лучшие залы и всегда выдают официальные разрешения на проведение сборищ. Каждая из 9 тысяч районных организаций проводит как минимум три мероприятия в год: собрания, митинги, просмотры кинофильмов, проведение выставок и т. п.

Деятельность «изгнанных» финансируется из различных источников, причем главные из них скрываются под маской «пожертвований», которые поступают как со стороны, так и из рядов самих реваншистских объединений. Официальные инстанции ФРГ, оказывающие «изгнанным» прежде всего моральную и политическую поддержку, помогают также и солидными финансами: ежегодно из государственного бюджета ФРГ, а также из бюджетов федеральных земель на «нужды» реваншистов ассигнуется около 40 миллионов марок.

В последнее время попустительство реваншистам усилилось, что вызывает обоснованную тревогу демократической общественности, требующей пресечь их реакционную деятельность. Связь между реваншистскими организациями и правительственными инстанциями стала более тесной и даже подчеркнуто демонстративной.

В начале 1983 года ведомство печати и информации правительства ФРГ официально сообщило, что канцлер Гельмут Коль принял в Бонне «членов президиума союза изгнанных» и имел с ними беседу. При этом глава правительства «оценил заслуги изгнанных в строительстве демократического правового государства», их «неустанные выступления за право на самоопределение немцев, за воссоединение Германии и единство Европы». Несколько позднее в Мюнхене на заседании баварского земельного союза «изгнанных» выступил министр внутренних дел ФРГ Фридрих Циммерман. Он всячески расхваливал «заслуги» реваншистов, заверив их в том, что «деятельность изгнанных находит полную поддержку в лице нового правительства». Боннский министр утверждал, что «германский вопрос остается открытым» и что «ни восточные договоры ФРГ, ни договор об основах отношений между ГДР и ФРГ» не могут рассматриваться в качестве «окончательного решения» для «Германии как единого целого». В своем выступлении боннский министр говорил о существовании «Германии в границах 1937 года» и заявил, что «новое правительство ФРГ включает в решение германского вопроса наряду с территориями ФРГ и ГДР также земли к востоку от Одера и Нейсе». Это высказывание Циммермана было расценено в ФРГ как однозначная попытка поставить под сомнение существование государственных послевоенных границ в Европе.

Активность реваншистских группировок в ФРГ ведет к осложнению международной обстановки, вызванному курсом Вашингтона на конфронтацию с социалистическими странами. Западногерманский еженедельник «Тат» отмечал: «Силы реваншизма и неонацизма, для которых политика разрядки не сулила и не сулит ничего хорошего, возлагают теперь надежды на то, что США под руководством президента Рейгана создадут условия, при которых эти силы окажутся ближе к своей цели — ревизии итогов второй мировой войны». Лидер силезского землячества Г. Хупка писал: «Девиз, избранный Рейганом, означает: мощь и сила. С приходом Рейгана в Белый дом период иллюзорной политики разрядки, по-видимому, окончательно уходит в прошлое».

Реваншистские и шовинистические традиции чрезвычайно сильны в армии ФРГ. И неудивительно. При создании бундесвера на командные должности были привлечены офицеры гитлеровской армии, и прежде всего эсэсовские офицеры и генералы, а «ветераны» второй мировой войны в новой армии с самого начала были возведены на пьедестал «героев» и стали образцами для подражания. По свидетельству западногерманского журнала «Штерн», «реликвии», напоминающие о «днях былой славы», широко используются для того, чтобы обработать в соответствующем духе западногерманских солдат. В казарме, расположенной близ Ольденбурга, небольшой «музей воинских традиций» выставляет на всеобщее обозрение ордена, почетные знаки отличия и свидетельства, украшенные свастикой. В гарнизоне в Дорнштадте, неподалеку от Ульма, офицеры обучают своих подчиненных песне: «И когда пехота войдет в Москву, мир наконец воцарится в Европе». В казарме авиационного полка в Райне часовые, сменяясь, приветствуют друг друга криками «Хайль Гитлер!» и вытягивают руку в нацистском приветствии. Почти две трети выпускников высших офицерских школ, по данным журнала «Штерн», на вопрос, считают ли они себя относящимися к «элите общества», ответили утвердительно. В исследовании группы ученых отмечается, что каждый десятый выпускник гамбургской военной академии относится по своим политическим убеждениям к крайне правым. В другой военной академии, в Мюнхене, будущие командиры устроили инсценировку «сжигания евреев». «Офицеры, те, кто через немногие годы примет на себя командование сухопутными войсками, флотом и авиацией, — пишет «Штерн», — отклоняют демократию и выступают за власть «сильного человека», склоняются к диктатуре».

В Италии ведущей неофашистской организацией является Итальянское социальное движение — Национальные правые силы (ИСД-НПС), за кандидатов которой на выборах голосует около пяти процентов итальянских избирателей. К ней примыкает целый ряд других неофашистских организаций, таких, как «Национальный авангард», «Отряды действия имени Муссолини», «Новый порядок», распущенный в конце 1973 года и появившийся тут же вновь под названием «Черный порядок», и многие другие.

Деятельность итальянских неофашистов пользуется широкой поддержкой крупных капиталистов, которые рассматривают их как самый надежный отряд в борьбе против коммунизма. «Пустить в ход пулеметы!» — с таким заголовком, набранным аршинными буквами, вышел однажды «Ассальто» («Штурм») — еженедельник одной из крайне правых группировок. «Пробудись, итальянский народ! Настал момент заговорить во весь голос. Против участников забастовок нужно применить пулеметы… Мы верим в гражданскую войну… Прежде чем к власти придут коммунисты, мы найдем полмиллиона людей, способных раздобыть себе оружие и пустить его в ход… Сегодня одних дубинок уже мало» — таким языком разговаривают неофашистские газеты.

Одна из особенностей современного неофашизма состоит в его стремлении прибегать к политической мимикрии. Он заимствует и эксплуатирует буржуазно-либеральные идеи, пытается выступать и в конституционных рамках под маской традиционного консерватизма. Так, ИСД— НПС проявляет повышенный интерес к социальным проблемам, активизирует работу среди недовольных, которых немало в Италии. В 1982 году прошел XIII съезд ИСД — НПС. Он громогласно объявил о «начале контрнаступления национальных правых сил». Один из лидеров неофашистов П. Ромуальди заявил: «Для правых сил имеются большие возможности действовать не только среди мелкой буржуазии, средних слоев, пенсионеров, но и среди трудящихся, среди рабочих». На съезде был оглашен проект «новой конституции для новой республики» как базовый документ для обсуждения среди низовых организаций неофашистов. Открыто выступая в этом проекте против конституции Италии и предлагая ввести вместо нее другой основной закон — о «корпоративном государстве», ИСД — НПС, по мнению органа социалистической газеты «Аванти!», «совершает преступный акт и действует против духа и буквы итальянских законов».

Множество организаций неофашистского толка легально действует в Англии. Крупнейшая из них — «национальный фронт». С ним связана «лига святого Георгия», которая образовалась в 1974 году из последователей Освальда Мосли. «Лига» в своем издании «Лиг ревью» ставит целью «пропаганду позитивной стороны деятельности национал-социализма». Существует также организованная по военному образцу «Колонна-88», выступающая за образование единой национал-социалистской партии в Англии. «Энтузиасты» нацизма, объединившиеся в группе «СС Уотан-18», известны тем, что отправляли почтовые пакеты с взрывными устройствами в книжные магазины, где продавалась литература прогрессивного содержания. Английские фашисты ведут бешеную антикоммунистическую пропаганду, участвуют в подавлении забастовок, организуют расистскую травлю иммигрантов из афро-азиатских стран. В изданной в Лондоне книге «Кровь на улицах» приведено около 200 случаев нападения расистов и фашистов на цветных жителей Восточного района британской столицы.

В Бельгии неофашистской по своему характеру является полувоенная организация «Орден фламандских борцов». Прибежище бывших фламандских эсэсовцев, действовавших на Восточном фронте, этот «орден», тесно связанный с неонацистской «Лигой патриотической молодежи» в ФРГ, представляет собой штурмовые отряды, напоминающие гитлеровские СС. Он часто предпринимает карательные походы, в которых участвуют сотни людей, одетых в особую униформу. Другая организация неонацистского толка, одна из самых крупных по численности — «Братство», объединяющая несколько тысяч бывших фламандских коллаборационистов. «Братство», представляющее собой федерацию организаций бывших фронтовиков, издает ежемесячник «Брёдербанд», который распространяется в ФРГ, Австрии, Испании и других странах.

Своего рода «интеллектуальный» неофашизм становится популярным в консервативных кругах во Франции, где его идеи широко прокламирует группа реакционных философов, называющих себя «правыми интеллектуалами». Самый известный из них Ален де Бенуа, воскрешая в своих книгах нацистские идеи расового неравенства, пропагандирует культ вождей, характерный для деспотических обществ древности. Западногерманский журналист Аугуст фон Каганек писал о нем: «Когда я перелистываю самую известную книгу Алена де Бенуа «Взгляд справа», я, немец, вновь переживаю кошмары моей юности. Я вспоминаю, как весь наш класс водили в дубовый лес, на ветвях которого были развешаны изображения языческого бога Вотана, Бисмарка, Гинденбурга и Гитлера. Лес этот называли «святым» — он представлял собою новую церковь. Мы должны были приветствовать поднятой рукой шеренгу героев…»

Здесь требуется пояснение. Дело в том, что в свое время гитлеровцы пытались придать своим расистским доктринам ту силу воздействия на души людей, которой некогда обладали племенные культы. В древности эти культы произрастали из системы общественных отношений, действительно основанных на кровнородственных связях, и их боги действительно символизировали общность крови. Древним германцам, например, их боги представлялись незримыми членами племени, воплощающими в себе высшее единство взаимородства и общей судьбы соплеменников. Нацисты хотели возродить эти представления в условиях Германии 30-х годов. В честь древнегерманского бога Вотана устраивались языческие действа, в которые вовлекались многотысячные толпы людей. Выступая на одном из них, Герман Геринг говорил: «Возрождая культ бога солнца, мы внимаем голосу нашей крови. Враги называют нас язычниками, потому что мы возрождаем языческие обряды. Однако эти обряды сплачивают воедино наш народ. Они возвышают сердца, делают их доступными для идей нашего фюрера».

Нацисты стремились оживить языческое идолопоклонство для того, чтобы привить немцам веру в исключительность Гитлера, бесподобного, всесильного, почти живого бога. А главное — своего, национального, единокровного. Нацистский министр народного просвещения Руст называл Гитлера в своих выступлениях «великим Единственным, вобравшим в себя все силы и лучшие качества немецкой нации». Уверовав в такого идола, подданные пойдут на все, что он им прикажет. Один из фашистских теоретиков, Банзе, писал: «Умирающий воин легче расстается с жизнью, если он умирает с верой в национального бога».

И, понятно, с еще большей легкостью такой воин будет отнимать жизнь у других людей. Этого и добивались фашисты, прививая слепую веру в фюрера. Слепая вера вела к слепому повиновению любым приказам, пусть чудовищно жестоким, пусть крайне безрассудным. Уверовавшие в Гитлера нацисты с сознанием полной безответственности — «фюрер за все в ответе» — и со спокойной совестью — «фюрер заранее всю вину берет на себя» — творили свои злодеяния. Этим во многом объясняются та легкость, с которой гитлеровцы становились убийцами, и та чудовищная жестокость, с которой они относились к народам оккупированных стран.

Понятна поэтому тревога, которую вызвали у западно-германского журналиста писания реакционного философа, пытающегося возродить фашистское идолопоклонство. Кстати, каждое собрание группы, идеологом которого является Бенуа, открывается приветствием «Солнце и раса», а ее члены переписываются друг с другом только коричневыми чернилами. С подобного рода ритуального общения зачинались в прошлом и организации фашистов в Италии и Германии.

Национализм фашистов — это крайний, но не узкий национализм. Вот что говорил в свое время на этот счет Адольф Гитлер: «В один прекрасный день мы создадим союз с новыми людьми в Англии, Франции, Америке, если они включатся в огромный процесс реорганизации мира и добровольно согласятся сотрудничать с нами. Из национализма в общепринятом смысле останется лишь очень немногое даже у нас, у немцев. Вместо этого будет достигнуто взаимопонимание между говорящими на разных языках нациями, принадлежащими к одной и той же добротной расе господ».

Своего рода интернациональным орденом была уже организация СС, члены которой, по замыслу Гитлера, должны были стать «голубой кровью», новой аристократией в «тысячелетнем рейхе». К концу войны примерно половину ее членов составляли выходцы из других стран, давшие клятву на безоговорочную верность фюреру. Они отбирались по принципу, сформулированному Ван де Бруком: «Раса — это все, что духовно и физически объединяет определенную группу высших людей». Бывшие эсэсовцы и сегодня имеют международную организацию — «Общество взаимопомощи бывших солдат войск СС», филиалы которого во многих странах объединяют примерно 300 тысяч членов.

Попытки фашистов разных стран Западной Европы наладить связи между собой начались вскоре после окончания второй мировой войны.

В 60—70-е годы к этим организациям добавился ряд других международных неофашистских союзов: «европейские правые», «европейское народное движение», «национальная европейская партия», «северный европейский ринг», «северная лига», «всемирный союз национал-социалистов», «молодой европейский легион», «молодежь викингов» и другие. В совокупности они образуют «Черный интернационал», о котором говорится в материалах этого раздела. Он координирует деятельность неофашистов на мировой арене, содействуя усилению крайней реакции в капиталистических странах и пытаясь оказывать влияние на международную политику. Неофашизм ведет пропаганду гонки вооружения, добивается возврата к «холодной войне», выступает с бредовыми призывами «уничтожить силой социализм».

«Историческая цель», которую ставят себе фашисты, — утвердить и увековечить эксплуататорский строй во всем мире. И, добиваясь осуществления этой цели, они стремятся сплотить на базе своей идеологии все силы мировой реакции. Уже не первый год неонацисты пытаются возглавить руководство пресловутой «всемирной антикоммунистической лигой», объединяющей правоэкстремистские круги капиталистических стран Северной и Южной Америки, Азии и Европы. Штаб-квартира «лиги» находится в США, которые служат центром мировой реакции.

Сдвиги вправо, порожденные ими ограничения демократических прав, безумная гонка вооружений, развернутый Вашингтоном антикоммунистический «крестовый поход» — все это формирует политическую атмосферу, позволяющую нацистским группировкам надеяться на увеличение своего влияния, уже сейчас воздействовать на определенные общественные процессы.

Хотя в целом неофашистские силы остаются на задворках политической жизни в мире капитализма, они тем не менее представляют собой потенциально серьезную угрозу делу мира, демократии и прогресса. В условиях кризисных потрясений, переживаемых сегодня буржуазным обществом, нельзя исключать того, что правящие круги империализма, как и в прошлом, вновь попытаются использовать фашизм для сохранения капиталистического строя. Учитывая это, коммунисты, все демократические силы проявляют бдительность в отношении неофашистской угрозы. Закономерно, что борьбу с неофашизмом они тесно связывают с борьбой против расизма. Такой подход ясно выражен в Итоговом документе берлинской Конференции коммунистических и рабочих партий Европы. В нем говорится:

«Для демократии и социального прогресса, для сохранения мира и международных отношений, основывающихся на взаимном доверии и дружественном сотрудничестве, необходимо искоренить фашизм, предотвратить его возрождение в открытой или завуалированной форме, бороться против организации и деятельности фашистских и неофашистских террористических организаций и групп, а также против расистской пропаганды и действий, преследующих цель расколоть рабочий класс и другие прогрессивные силы»[22].

«Черному интернационалу» неофашистов и расистов коммунисты вместе со всеми демократами противопоставляют интернациональную солидарность трудящихся, борющихся за мир, демократию и социализм.

Апартеид: бесчеловечность как система

Подобно тому как расистская идеология приобретает различную окраску в зависимости от того, каким целям она служит, расизм на практике также принимает различные формы в зависимости от конкретных условий. В ЮАР, в отличие от США или Англии, расизм закреплен законодательством, а апартеид является официальной государственной политикой, во многом совпадающей с политикой гитлеровской Германии в оккупированных странах Европы. Трудно перечислить все то, что запрещено африканцам ЮАР и оккупированной расистами Намибии по законам апартеида: жить там, где живут белые; заниматься теми видами труда, которыми занимаются белые («для черных — черный труд»); участвовать в «белых» профсоюзах; вступать в «смешанные браки»; передвигаться по стране без специального разрешения и т. д. Иначе говоря, африканцам запрещено вести человеческое существование, которое рассматривается как исключительная привилегия «расы господ».

Как свидетельствуют документы, апартеид сохраняется лишь благодаря всемерной поддержке ЮАР мировым империализмом. Однако мощный подъем национально-освободительного движения все более расшатывает устои расистского режима.

Колониализм особого типа

Из программы Южно-Африканской коммунистической партии

Южная Африка не колония, а независимое государство. Однако массы нашего народа не пользуются ни свободой, ни независимостью. Дарованная Англией в 1910 году Южной Африке независимость отнюдь не означала победы над силами капитализма и империализма[23]. Власть передали не в руки народных масс Южной Африки, а в руки одного лишь белого меньшинства. Бедствия, принесенные колониализмом, поскольку они касались небелого большинства, все более и более усиливались. Развился новый тип колониализма, в котором угнетающая белая нация занимала одну и ту же территорию с угнетенным народом и жила бок о бок с ним.

В стране развернулся быстрый процесс индустриализации, особенно в годы двух мировых войн. Выросла и заняла первое место на континенте южноафриканская тяжелая и обрабатывающая промышленность. Этот процесс оказал глубокое влияние на социальную структуру страны. Он сконцентрировал огромные богатства и прибыли в руках верхушки белого населения. Он революционизировал экономику, превратив ее из преобладающе аграрной в индустриально-аграрную с городским рабочим классом, в основном небелым, который является самым большим в Африке. Но небелые народные массы не получили от этой индустриализации соразмерных выгод.

Две Южные Африки

С одной стороны, есть белая Южная Африка со всеми чертами, присущими передовому капиталистическому государству на его последней стадии — стадии империализма. В стране имеются высокоразвитые промышленные монополии, происходит слияние промышленного и финансового капитала. Земля обрабатывается по-капиталистически, наемным трудом, и производит товарную продукцию, которая идет на местный и внешний рынки. Капиталисты южноафриканских монополий, тесно связанные с британскими, американскими и другими иностранными империалистами, экспортируют капитал за границу, особенно в страны Африки.

…С другой стороны, имеется небелая Южная Африка со всеми чертами колонии. Туземное население подвергается крайнему национальному угнетению, обнищанию и эксплуатации; оно лишено всех демократических прав и политической власти. И все это совершает группа людей, чтобы увековечить и подчеркнуть свой особый «европейский» характер. В африканских резервациях полностью отсутствуют промышленность, коммуникации, транспорт и энергетические источники, характерные даже для тех африканских территорий, которые находятся под колониальным игом. Государство опирается на грубую силу и террор, на наиболее отсталые элементы и институты, которые умышленно и искусственно сохраняются, — все это также типично для империалистического правления. Небелая Южная Африка — это, по существу, колония белой Южной Африки.

Именно комбинация худших черт, присущих как империализму, так и колониализму, в рамках одного национального государства определяет особую природу южноафриканской системы и вызывает вполне оправданные ненависть и презрение к ее правящим кругам со стороны прогрессивных и демократических людей всего мира.

В Южной Африке все белые пользуются привилегиями. Только они могут выбирать и быть избранными в парламент и местные органы управления. Они использовали эту привилегию, чтобы монополизировать почти все экономические, образовательные, культурные и социальные возможности. Создается впечатление, что правящий класс состоит из всего белого населения. На самом деле, однако, реальная власть находится в руках монополистов, которые владеют и управляют рудниками, банками и финансовыми фирмами, большей частью ферм и основными отраслями промышленности. Золотыми и алмазными копями владеют семь горно-финансовых корпораций, и контролирует их горстка могущественных финансистов. Эти семь корпораций тесно связаны с британским и американским империализмом. Только в горной промышленности они контролируют капиталовложения в 490 миллиардов рэндов[24]. Кроме того, они господствуют в крупных отраслях обрабатывающей промышленности, связаны с главными банками, два из которых контролируют активы более чем в 2 миллиарда рэндов, главным образом в форме займов промышленности, торговле и государству. Им принадлежат огромные пространства пахотной земли, они имеют право на разработку недр почти в любой части страны. В сельском хозяйстве также господствуют монополисты. Четыре процента ферм занимают почти половину всей площади, которая принадлежит белым землевладельцам. Таким образом, — в горном ли деле, в промышленности или в торговле и сельском хозяйстве — монополисты господствуют в экономике страны. Они также тесно связаны с предприятиями государственно-монополистического капитала, такими, как ИСКОР (железо и сталь) и САСОЛ (нефть).

Эти монополисты и представляют собой реальную власть в Южной Африке. Особый тип колониализма в Южной Африке служит прежде всего их интересам. Низкая заработная плата небелых, нищета, система компаундов[25] и ввоз из-за границы сотен тысяч рабочих, нанятых по договору, законы о пропусках и подушный налог, строгий полицейский надзор за работой и передвижением — все это преследует одну цель: получение высоких прибылей.

Южноафриканские монополисты действуют как союзники и агенты иностранного капитала. Одна четвертая часть капитала самих горно-финансовых групп принадлежит иностранным вкладчикам, главным образом британским и американским. В 1958 году было выплачено за границу дивидендов на сумму 43 миллиона рэндов. Два самых больших банка в основном контролируются Англией, но в последние годы быстро выросли капиталовложения Соединенных Штатов в Южной Америке…

Таким образом, действительное экономическое господство в Южной Африке осуществляется союзом местных монополий белых — в горном деле, в промышленности и сельском хозяйстве — с иностранными империалистами и представителями государственно-монополистического капитализма. Между промышленниками иногда возникают конфликты, которые находят отражение лишь в деятельности их главных политических партий и группировок. И это вполне закономерно. Но они всегда находят общий язык, так как заинтересованы в главном — в сохранении колониального господства над небелым населением.

… Господство белых ведет ко все большим военным расходам и расходам на содержание полиции, которые ложатся на плечи налогоплательщика и отвлекают людей и средства от полезного производства. Народные массы, находящиеся вследствие этого в тисках нищеты, не могут создать достаточный рынок для промышленности и сельского хозяйства Южной Африки. Это все более способствует укреплению диктаторского режима, характерного для полицейских государств, уничтожению гражданских свобод как эксплуатируемого белого, так и небелого населения. Это привело к тому, что Южная Африка сама сознательно стала на путь экономической, дипломатической, культурной и других форм изоляции. Господство белых означает, что будущее полно неопределенности и страха. Поддержание превосходства влечет за собой все возрастающие репрессии и насилия со стороны правительства, сопротивление угнетенного народа и неуклонное движение к гражданской войне. Только полное освобождение небелых народов может создать условия для равенства и дружбы между различными национальностями Южной Африки и уничтожить корни расовой ненависти и антагонизма, которые представляют собой величайшую угрозу безопасности самого белого населения. Таким образом, национальное освобождение небелых, которое уничтожит власть монополистического капитала, в интересах и основной части белых. Прогрессивные и дальновидные белые безоговорочно присоединяются к борьбе за свободу и равенство.

Белые рабочие в целом представляют «рабочую аристократию». Монополисты идут на многочисленные уступки им. Белые рабочие получают относительно высокую заработную плату. Белые имеют монополию на хорошо оплачиваемую квалифицированную работу. Они неизменно назначаются старшими над небелыми. Относительно высокий жизненный уровень белых зиждется на высокой заработной плате, фактически являющейся долей тех сверхприбылей, которые получают капиталисты от жестокой эксплуатации небелых. Белому рабочему систематически внушается сознание его превосходства над небелыми, и он начинает мнить себя частью правящего класса… Однако в действительности белый рабочий, так же как и небелый рабочий, работающий рядом с ним, подвергается эксплуатации теми же капиталистами, владельцами средств производства. Зарплата белых рабочих в общем высока по сравнению с зарплатой небелых. Но некоторые категории белых рабочих оплачиваются немногим выше, чем небелые, и они также выбиваются из сил, чтобы прокормить свою семью… И белый рабочий не уверен в завтрашнем дне, и над ним постоянно висит угроза депрессии, неполной рабочей недели и безработицы — все то, что свойственно капиталистической системе. Деление профсоюзов по расовым признакам ослабляет все отряды рабочих в их постоянной борьбе с хозяевами за более высокую заработную плату, лучшие условия труда и более короткий рабочий день. Основные интересы всех южноафриканских рабочих — в единстве борьбы за улучшение повседневных нужд рабочего класса, за прекращение расовой дискриминации и расового разделения, за свободную, демократическую Южную Африку. Только на этой основе возможны победа социализма, свержение класса капиталистов и уничтожение эксплуатации человека человеком.

Небелая Южная Африка

Более двух третей южноафриканцев составляют люди коренного африканского происхождения. Живя и работая во всех частях страны, являясь большинством, они в то же время и главные жертвы капитализма, наиболее эксплуатируемые и угнетаемые. Прежнее деление африканцев на племена, а внутри них — на вождей и простых общинников рушится с крушением племенной системы. Эта система соответствовала простому натуральному хозяйству прошлого, основанному на общем владении землей. В современном товарном хозяйстве, основанном на крупной промышленности и горных разработках, на выращивании продуктов сельского хозяйства для продажи на рынке, прежней системе места нет. Правительство господствующей националистической партии, следуя правилу «разделяй и властвуй», делает попытку возродить племенной строй и деление на племена. Но эти попытки не могут быть успешны. Коренные африканцы неизбежно и сознательно идут к созданию единой современной нации.

В настоящее время среди них нет резких или антагонистических классовых делений. Большую часть их составляют наемные рабочие промышленности и сельского хозяйства. Крупных работодателей нет. Представители интеллигенции, главным образом учителя, как правило, получают столько же денег и живут так же, как их собратья-рабочие.

Мошенничество с «бантустанами»[26]

Согласно нелепому проекту, националистическое правительство намеревается расчленить всю Южную Африку на «бантустаны». Оно делает вид, что дает резервациям, которые переименованы в «отечества банту», «независимость» и «самоуправление», чтобы таким образом оправдать тот факт, что с африканцами на оставшихся 87 процентах территории Южной Африки обращаются как с «чужестранцами» и «временными посетителями». Оно представляет это свое мероприятие как уступку африканцам и мировому общественному мнению. Африканцы и все свободолюбивые люди восприняли этот ход с презрением и негодованием. У националистов нет никакого основания (ни в истории, ни в реальной действительности) притязать на какую бы то ни было часть страны исключительно для белых. Африканцы живут во всех частях нашей страны, их труд вложен в ее пашни и города, в ее шахты и заводы, железные дороги и порты. Они считают каждый дюйм Южной Африки своим отечеством. Проект «бантустанов» не только недемократичен и противоречит всем принципам самоопределения — это грязный обман. Националисты делают вид, будто дают африканцам землю. Но они вовсе не дают им никакой земли дополнительно, во многих случаях они фактически отбирают землю. Националистическая партия обещает резервациям независимость и самоуправление. Но план создания так называемых «бантустанов» все перечеркивает. У националистов нет никакого намерения предоставить подлинную независимость ни одной группе небелого населения. Даже если бы они были вынуждены пойти на уступки в этом направлении, то земли в резервациях слишком мало, а хозяйство слишком отсталое и капиталы отсутствуют. Так что об истинной независимости для этих областей и речи быть не может.

С помощью «властей банту» правительство делает попытку добиться возврата к племенному строю, используя вождей, которые готовы сотрудничать с ним, и смещая и высылая из резерваций тех, кто отказывается сотрудничать. В действительности это ускоряет крушение племенных институтов. Те вожди, которые сотрудничают с правительством, стали самыми ненавистными людьми. Чтобы навязать африканцам законы белых, они опираются на диктатуру и террор, что противоречит африканским традициям. Население резерваций единодушно считает создание «бантустанов» мошенничеством. Оно ведет жестокую борьбу с властями в «бантустанах», прибегая даже к оружию. Сегодняшний крестьянин не простодушный член племени, каким он был в прошлом столетии. Миллионы крестьян побывали на работе в городах. Они знакомились со смелыми взглядами и передовыми методами организации, свойственными профсоюзам, Африканскому национальному конгрессу и коммунистической партии. Эти новые по своему духу крестьяне разбудили деревню, превращая африканское крестьянство из резерва консерватизма в мощного союзника городского рабочего класса в его борьбе против колониализма белых, за свободу, землю, равенство и демократию.

Миллионы сельскохозяйственных рабочих и трудящихся-арендаторов заняты по всей стране на фермах, принадлежащих белым. Это самые эксплуатируемые рабочие в Южной Африке. Они работают от восхода до захода солнца за очень низкую плату, не защищаемые никакими трудовыми законами. Труд их тяжел и изнурителен. Еда, которую им дают, малопитательна, недостаточна и однообразна. На большинстве ферм люди живут в худших помещениях, чем скот. Использование труда заключенных, жителей компаундов и применение других форм принудительного труда — явление обычное на фермах во многих частях Южной Африки. Фермеры и их управляющие применяют против африканских батраков физическое насилие, избивая их плетьми, порой до смерти. Оплата труда на фермах самая низкая в стране. Сельскохозяйственные рабочие не являются в действительности свободными рабочими. Они зачастую на всю жизнь привязаны к одному фермеру — из-за действия системы трудовой аренды, законов о пропусках и в особенности так называемых разрешений на перемещение и законов о договорах с туземными рабочими о хозяевах и слугах. Создание союзов сельскохозяйственных рабочих и других организаций фермерских рабочих — дело исключительно трудное, так как фермеры строго следят за батраками.

…Особый характер колониализма в Южной Африке обусловлен прежде всего тем, что белые не допустили даже тех минимальных возможностей, которые в других колониальных странах привели к росту национального класса капиталистов. Все позиции, дающие экономическую силу и влияние, заняты здесь членами одной лишь белой касты.

Очень немногие небелые получают прибыль путем эксплуатации рабочей силы. В некоторых местах имеются самостоятельные фермеры, производящие продукты для рынка на «капиталистический» лад. Но, как правило, их участки так малы, что их могут обрабатывать лишь сам фермер и его семья. Есть весьма значительное число лавочников, но, так как они должны бороться с бесчисленными особыми ограничениями и расовыми преградами, а капитал, которым они владеют, обычно невелик, их заведения почти никогда не бывают очень большими и очень прибыльными. Во многих случаях лавка фактически находится в руках белых — держателей закладных и оптовиков, у которых сам владелец лавки состоит почти что в служащих. Небелым коммерсантам не разрешается владеть недвижимой собственностью. Они не могут торговать в центрах больших городов и в главных районах коммерческой деятельности, а лишь в африканских поселках и на окраинах городов. На них распространяются законы о пропусках и все ограничения и запреты, которыми связаны все небелые. Им нельзя торговать за пределами места своего жительства. Объединение с рабочими и сельским населением для свержения власти белых всецело в интересах небелых коммерсантов.

Негритянская интеллигенция и лица свободных профессий разделяют со своим народом все трудности и унижения, которые несет с собой колониализм. Самая большая группа — учителя — вынуждены работать в ужасных условиях, в переполненных, необорудованных классах, обучая полуголодных детей. Националистическая политика «просвещения банту» навязывает им программы, основное содержание которых состоит во внушении ученикам раболепия и идей апартеида. Они вынуждены преподавать на туземных языках, хотя на этих языках нет хороших учебников. При националистическом режиме произошел катастрофический спад в уровне обучения африканцев. Те немногие места, которые были предоставлены африканским студентам для обучения в некоторых университетах для белых, теперь закрыты. Новые «племенные колледжи», открытые вместо этого националистическим правительством, всего лишь пародия на высшие учебные заведения. В этих колледжах нет условий для того, чтобы выпускать архитекторов, инженеров, ученых, зубных врачей и техников для большинства отраслей. Тем, кто хочет получить образование за границей, обычно отказывают в паспорте. Возможность культурного развития небелых сведена к минимуму. Почти все публичные библиотеки, театры, концертные залы и другие культурные учреждения предназначены для белых, а те немногие, которые предоставлены африканцам, плохи. Исключительно тяжелые условия жизни африканской интеллигенции, которые являются вызовом самоуважению и чувству человеческого достоинства, ставят ее перед выбором: либо она присоединится к борьбе масс, либо согласится на роль пособника и агента белого человека в деле сохранения колониализма. К ее чести, многие дипломированные специалисты, учителя и даже племенные вожди пожертвовали всеми своими видами на привилегии и успех, чтобы полностью присоединиться к своему народу.

Городские рабочие-африканцы, занятые на фабриках и транспорте, на металлургических заводах и электростанциях, в магазинах и конторах, являются наиболее активной революционной силой в Южной Африке. Их заработная плата, если учесть высокие цены на жизнь, ничтожна. Они вынуждены жить далеко от места работы и тратить много времени и денег на проезд в автобусах и поездах. В мастерских и на фабриках им дают самую трудную и низкооплачиваемую работу. Законы о пропусках и о проживании в городах лишают их уверенности в завтрашнем дне, они подвергаются частым облавам и надзору со стороны полиции. Африканским рабочим запрещены законом забастовки, а их профсоюзы официально не признаются, и государство преследует их. Даже когда предприниматели готовы пойти на коллективное соглашение с африканскими рабочими, вмешивается государство и пресекает подобные попытки. Несмотря на эти и многие другие препятствия и повседневную борьбу за существование, рабочий класс Южной Африки, самый многочисленный и опытный рабочий класс на африканском континенте, неоднократно доказывал, что он является передовым отрядом африканского народа. Он создал ряд действенных и прочных профсоюзов, преданных делу освобождения Африки и единству рабочих на нашем континенте и во всем мире. Африканские рабочие составляют ядро Африканского национального конгресса и коммунистической партии. Они неоднократно проводили политические забастовки в общенациональном масштабе, являются ведущей силой освободительного движения. Дисциплинированный, обучающийся организации и объединению в суровой школе капиталистического общества, побуждаемый жизненными условиями к единству и борьбе за существование, этот класс лишь один способен в союзе с массами сельского населения вести победоносную борьбу за уничтожение господства белых и эксплуатации.

Цветные[27] и малайцы, группа населения в полтора миллиона человек, живущая главным образом на западе Капской провинции, представляют собой национальную группу, состоящую из промышленных и сельскохозяйственных рабочих, интеллигентов и мелких коммерсантов. Подобно всем небелым, цветные подвергаются многим формам расовой дискриминации, за которыми стоит низкий уровень жизни, образования, жилищных условий, питания и здоровья.

Цветные рабочие, хранящие старейшую в стране традицию умельцев, вынуждены тем не менее уступать должности старших на производстве белым. Цветные сельскохозяйственные рабочие работают и живут в жалких условиях. Оплата их труда позорно низка, а на винодельческих фермах она частично состоит из спиртных напитков, что заведомо подрывает их здоровье…

Белая правящая группа шла на различные уступки — ограниченное право участия в выборах, профсоюзные права, имущественные права, чтобы предотвратить возникновение у цветных национального самосознания и образование объединенного фронта угнетенных небелых народов в борьбе за равенство и уничтожение колониализма белых. Но по мере того как националистическое правительство отнимало одно за другим все преимущества, которыми цветное население пользовалось в прошлом, — отмена выборов по общему списку и резервирования рабочих масс за расовыми группами, введение апартеида и раздельное университетское обучение, — на первый план выступили рабочие и демократические руководители. Цветное население отвергает апартеид и идет по пути борьбы за свободу.

The Road of Africa to Freedom. London, 1972.

Провал политики «бантустанизации»

Из журнала «Нью Африкен» (Лондон)

В то время как белые в ЮАР праздновали в июне 1981 года День республики, отмечая еще один год страданий черных под гнетом системы апартеида, дискуссии по поводу целесообразности политики создания бантустанов достигли еще большего накала.

Создание режимом Претории так называемых «черных государств» легло в основу системы апартеида, от которой отталкивается политика раздельного развития. В условиях ЮАР раздельное развитие означает нищету и несчастья для 22 миллионов черных в стране. Четырем с половиной миллионам белых она обеспечивает превосходство и привилегии.

Эта политика была задумана как план, предусматривающий раздельное «развитие» черных и белых, избегая интеграции, упоминание о которой вселяет ужас в белых правителей. В соответствии с этой политикой 87 процентов страны занимают города, поселки и плодородные земли фермеров, предназначенные «только для белых», где черным нет места. В соответствии с принципами политики бантустанизации черным разрешено находиться в районах «только для белых» лишь для того, чтобы продать свои рабочие руки, а затем в обязательном порядке вернуться в свой «хоумленд». Многие черные рабочие, которые родились в городах, никогда прежде не бывали в своем «хоумленде».

К политике раздельного развития ЮАР приступила в 50-е годы, когда правительство отделило землю под «хоумленды», или бантустаны. Следует отметить, что земли, предназначенные для черных, составляют менее 13 процентов общей территории страны. Большая часть этих земель бесплодна и не обработана. И многие африканцы, насильно переселенные в эти районы, едва сводят концы с концами. Создание бантустанов позволило режиму Претории перенести проблемы безработицы, бедности и нехватки жилища в сельские районы, куда переселили черных.

Раздельное развитие с точки зрения экономической стратегии в значительной степени послужило толчком для экономического подъема, который сейчас переживают белые в ЮАР. Решающую роль здесь играет дешевая рабочая сила.

Но как идеологическая стратегия, направленная на изоляцию «экономически неактивных» черных от «белой» ЮАР, эта политика потерпела жестокое поражение. Дело в том, что если большое число мужчин и женщин из бантустанов не будут стремиться найти работу в ЮАР, они не смогут выжить. Они готовы переносить небывалые трудности, чтобы достичь своей цели, потому что возвращение в бантустаны может стать еще более тяжким испытанием.

Миграция рабочей силы — один из столпов, на котором держится современная экономика апартеида, отрицательно сказалась на развитии земледелия в сельскохозяйственных районах. Пришлось отказаться от традиционных занятий земледелием, поскольку большинство трудоспособных мужчин отправились в города в поисках работы. Это, несомненно, стало причиной слабого экономического развития «хоумлендов» в настоящее время. Реальные факты жизни в ЮАР свидетельствуют о том, что, в то время как большинство белых в городских районах живет на уровне верхушки среднего класса Запада, африканцы в целом получают низшую заработную плату, недоедают и живут в тяжелых жилищных условиях.

Тем не менее существует значительный разрыв в заработной плате черных в городах и в сельских районах. По данным профессора Джила Натрасса из Университета провинции Наталь, доходы черных в городах почти в четыре раза превышают доходы черных в сельской местности.

Помимо этого важно отметить тот факт, что в провинции Транскей уровень детской смертности составляет 240 детей на каждую тысячу по сравнению с 69 — в городах для черных и всего 12 — для белых.

Рекомендации Комиссии Рикерта недавно привели к ужесточению законов по контролю над притоком черных из сельских районов. Были внесены поправки в Закон о порядке проживания туземцев в городских районах, в соответствии с которыми «предпринимателей подвергают наказанию за использование «незаконных мигрантов».

Правительство, которое стремится прекратить приток черных из «хоумлендов», сейчас заявляет, что ужесточило законы, чтобы обеспечить занятость черным, которые уже работают в «белых» городских районах.

По словам профессора Натрасса, 59 процентов черных, работающих в городских районах, предназначенных только для белых, являются мигрирующими рабочими. Но, как он предостерегает, любое сокращение притока рабочих из «хоумлендов» в городские районы будет иметь серьезные последствия.

В Кейптауне часто проводят суды над африканцами, которых обвиняют в том, что они «нарушают закон», находясь в городских районах (Западная часть Капской провинции официально считается районом, где предпочтение в обеспечении занятости отдается белому и цветному населению. Рабочие-мигранты заняты здесь в судостроительной и строительной промышленности).

Недавно в специальном суде Ланги, в пригороде Кейптауна, рассматривалось дело 20-летней Бьюти Сийойо из Транскея, которую обвинили в том, что она нарушает закон, находясь в этом районе. Она заявила в суде, что приехала в Кейптаун, чтобы родить ребенка от своего мужа, который здесь работает. Судья ван Вик приговорил ее к максимальному штрафу в размере 60 рэндов (или 60 дням тюремного заключения).

25-летняя Юджиния Гузула заявила в том же суде, что приехала в западный район в поисках работы, но не нашла места. Судья ван Вик спросил ее, почему она не вернулась в свой «хоумленд». «В хоумлендах мы голодаем», — ответила она. «Мы тоже голодаем в Кейптауне. Лучше голодайте дома», — раздраженно возразил ван Вик. Он оштрафовал эту женщину на 60 рэндов за то, что она незаконно находилась в Кейптауне более 72 часов, а затем еще на 10 рэндов (или 10 дней тюремного заключения) за то, что она не предъявила удостоверения личности по требованию.

23-летняя Номонде Макхолисо предстала перед ван Виком с ребенком за спиной и четырьмя малышами, цепляющимися за юбку. Она заявила в суде, что приехала в Кейптаун, чтобы разыскать брата. Ван Вик саркастически заметил: «В следующий раз она приедет из хоумленда со всей своей семьей». Он приговорил ее к штрафу в 60 рэндов и предостерег: «Если ты немедленно не покинешь этот район, тебя посадят в тюрьму, а детей определят в надежное место».

Экономисты предлагают провести ряд реформ, основное место среди которых отведено изменению границ бантустанов. Как полагают, это позволит либо присоединить к ним ряд «белых» городов, либо приблизить границы «хоумлендов» к промышленным центрам, особенно в районе Претории и Витватерсранда в провинции Трансвааль. Недавно правительство Претории в конце концов согласилось присоединить «белый» город Мафекинг к «черному» бантустану Бопутатсвана.

Не случайно в трех «независимых» бантустанах (Транскей, Венда и Бопутатсвана) у власти находятся правительства, проводящие политику угнетения и насилия. Руководители бантустанов безуспешно добиваются международного признания. В то же время они хранят рабскую преданность правительству Претории и приняли репрессивные законодательства на своих территориях, аналогичные законам ЮАР.

Президент Транскея Кайсер Матанзима и его брат Джордж, премьер-министр Транскея, прославились тем, что разработали и претворили в жизнь драконовское законодательство. Но для них наступили трудные времена. Их беспокоит активизация деятельности Африканского национального конгресса. Тем временем небезызвестный подполковник Рон Рейд-Дели был назначен командующим армией Транскея. Рейд-Дели, бывший офицер родезийской армии, который командовал пресловутыми карательными отрядами «Селус скаутс» во время освободительной войны в Зимбабве, прославился своими многочисленными зверствами против черных в этой стране.

Транскей — старейшая из «республик» в системе бантустанов. Получив этот статус от Претории в 1976 году, народ Транскея никогда не стремился получить такую независимость, которую установило семейство Матанзимов, «свив тут свое гнездышко». Правительство Транскея не может действовать независимо от желаний своих белых хозяев из ЮАР. Доходы этой территории на 80 процентов продолжают зависеть от Претории.

Бопутатсвана, которая получила «независимость» вслед за Транскеем, борется за свое выживание. Этот бантустаи представляет собой семь участков земли, разбросанных в трех провинциях ЮАР, что создает небывалые трудности в административном управлении. Территория зависит от ЮАР в области коммунальных услуг, какими бы они ни были, и получает от правительства ЮАР скудные средства на существование.

Бопутатсвана также получает плату за черных из племени тсвана, работающих за неустановленной границей бантустана, в ЮАР. Грязная столица бантустана Мабато представляет собой растянувшееся на несколько кварталов нищенское гетто для черных; в городе имеется роскошный отель с казино, безвкусное здание парламента, несколько роскошных вилл для высокопоставленных должностных лиц и стадион. Мабато — единственная столица в мире, где не было даже магазинов до провозглашения «независимости» в 1977 году.

Бопутатсвана, как и многие другие бантустаны, нашла способ заработать деньги, построив роскошные гостиницы и казино среди нищеты и бедности ее разочарованных жителей. Эти развлекательные заведения были построены на деньги богатых белых юаровцев, стремившихся получить быстрые прибыли. Они утверждали, что таким образом обеспечивают занятость, но лишь немногие местные африканцы получили работу в этих заведениях.

Бопутатсвана превратилась в сад с запретными плодами для белых из ЮАР. Им достаточно пересечь несуществующую границу, чтобы поиграть в азартные игры или развлечься с черными женщинами, что запрещено в их собственной стране. Сейчас Сискей и Квандебели, которые в ближайшее время должны получить независимость, решили дать согласие на открытие финансируемых ЮАР игорных домов на их территориях. Это не вызвало резких возражений ни южноафриканского правительства, ни организации «Нед гереф керк», которую считают религиозным ядром правящей Националистической партии.

В ЮАР по воскресеньям закрыты все кинотеатры, и кальвинисты читают проповеди, предостерегая от мирских соблазнов. Поэтому молчание, которое окружает создание подобных заведений, поистине красноречиво.

Поговаривают о том, что правительство Претории использует сеть игорных домов как приманку для руководителей «хоумленда», превознося выгоды от этого бизнеса и добиваясь согласия на «независимость» бантустана.

Независимость, которую должен получить Сискей, служит еще одним подтверждением абсурдности политики правительства Претории. Создавая различные «государства», правительство первоначально намеревалось превратить каждое племя черных в стране в самостоятельную нацию. Но осуществление этого плана было сорвано из-за решительного отказа «хоумленда» Квазулу признать план Претории. ЮАР хотела бы, чтобы зулусы сделали выбор в пользу независимости. Проблемы Сискея носят иной характер. Племя коса разделено на два бантустана — Транскей и Сискей. Большинство из тех, кто жил здесь, было насильно переселено в западную часть капской провинции. В Сискее растет преступность и безработица. Можно сказать, что его собираются превратить в своего рода свалку для черных жителей.

Епископ Десмонд Туту, генеральный секретарь Совета церквей ЮАР, сказал следующее по поводу бантустанов: «Мы должны ясно заявить, что отказываемся быть чужестранцами на собственной родине. Черные имеют право на гражданство в неделимой ЮАР».

«New African» (London), 1981, № 7.

Милитаризация расистского режима

«Претория планирует развязывание войны»

В январе и в июле каждого года железнодорожные вокзалы по всей ЮАР становятся местом важного события в жизни белого меньшинства. Родственники и близкие провожают на платформах 20 тысяч молодых людей. Последние отправляются на десятки крупных армейских баз, разбросанных по всей ЮАР и в соседней Намибии.

Воинская повинность для белых мужчин в ЮАР введена в 1967 году, и срок службы неуклонно возрастал по мере того, как положение Претории становилось все более шатким. По условиям нового законодательства призывники 1983 года все еще будут находиться на службе в южноафриканских силах обороны в 2020 году. Они будут состоять в течение двух лет на действительной военной службе, а затем в последующие 12 лет, в течение месяца или трех месяцев, нести ежегодно службу в «лагерях».

Новое законодательство также допускает обязательную военную подготовку для белых мужчин старшего возраста, вплоть до 55 лет. Правительство премьер-министра Питера Боты намекнуло на планы призыва на воинскую службу южноафриканских индийцев и цветных, а также белых женщин. Эти планы еще не реализованы по политическим соображениям. Бота и его приближенные генералы опасаются ответной реакции справа, а также массовой оппозиции черного населения. Попытки призывать на военную службу африканцев в Намибии оказались особенно неудачными, и тысячи людей перешли через границу в Анголу, чтобы избежать службы в армии.

В соответствии с новым планом общая численность сил обороны ЮАР к 1987 году может достичь миллиона, это почти вдвое больше их нынешнего размера. Значительная их часть будет использована для укрепления оккупационных сил в Намибии. Из заявлений видных военных руководителей явствует, что Претория не намерена сокращать численность своих войск в Намибии, одной из самых милитаризованных стран в мире. В 1982 году там было построено несколько новых военных баз и объектов.

Большая часть сил обороны ЮАР будет базироваться в самой ЮАР. Режим Боты полон решимости милитаризовать всю ЮАР для ведения антипартизанской «региональной войны».

«Первой линией обороны» в этом плане служит система местной белой милиции, которую называют командосами, а также структура гражданской обороны, созданная в крупных городах. До этого года участие в отрядах командосов было периодическим и добровольным — белые, которые проходили военную подготовку, носили военную форму только в конце недели. Сейчас многие призывники будут направлены в воинские части, которые сильно недоукомплектованы. Регулярные части будут использоваться для подкрепления — «силы реагирования» будут направляться в районы, где местные командосы вступили в первоначальный контакт с партизанами.

В местах, объявленных «оперативными районами», — например, в Северной Намибии и в северной части провинции Наталь, на границе с Мозамбиком, — призывники и профессиональные солдаты ведут интенсивное патрулирование с военных баз, построенных в этом районе. Многие воинские части используются для оказания поддержки полицейским частям на дорожных заставах и во время повальных обысков в домах в африканских поселках, а также в подавлении протестов и забастовок.

Широкая обычная война на юге Африки — это сценарий, который все чаще открыто обсуждается военными командирами ЮАР. Эта тема преобладала в лавине милитаристской пропаганды, которая сопровождала продление срока воинской службы. В правительственной Белой книге по вопросам обороны от 1982 года ясно говорилось, что «следует серьезно рассмотреть возможность обычной войны», а официальный журнал сил обороны ЮАР «Паратус» утверждал: «Враги республики в конечном счете попытаются нанести смертельный удар, предприняв наступление с использованием обычных вооруженных сил из одного или нескольких соседних государств».

Есть и другие признаки того, что армия ЮАР готовится не просто к партизанской войне. Огромный государственный концерн по производству вооружений — компания «Армскор», у которой 15 заводов и 800 филиалов, удовлетворяющих почти все нужды армии, переносит упор на производство тяжелых вооружений: артиллерии, бронемашин, военных кораблей и самолетов.

Хотя силы обороны ЮАР по-прежнему делают основной упор на ведение антипартизанской войны и подавление внутренних беспорядков, создание ими огромной военной ударной силы нужно рассматривать в плане региональных амбиций Претории. Руководители государства апартеида часто называют весь юг Африки «сферой влияния» Претории. Сделав еще более зловещее заявление, один военный представитель недавно назвал «районом операции» сил обороны ЮАР «всю Центральную или Южно-Центральную Африку», а южноафриканский закон сейчас разрешает направлять солдат вплоть до экватора без объявления военных действий.

Военная угроза для стран Африки, расположенных к югу от Сахары, становится еще серьезнее из-за потенциала ядерного оружия, которым располагает ЮАР, и в связи с недавними утверждениями об исследованиях, которые ведутся для производства химического и биологического оружия.

Но есть и признаки того, что милитаризация, осуществляемая Ботой, может вызвать ответную реакцию. В самой ЮАР возмущение африканцев по поводу атак, предпринятых против беженцев в таких соседних странах, как Лесото, растет, и многие южноафриканские церкви высказались против военных планов этого режима. Даже среди призывников усиливается недовольство, и небольшое, но все увеличивающееся число белых юношей отказывается служить в силах обороны ЮАР. В Намибии организация СВАПО продолжает связывать и изматывать оккупационные силы. Жестокость, к которой прибегают силы апартеида, усилила поддержку, оказываемую организации СВАПО. В партизанской борьбе в ЮАР в последние годы также достигнуты поразительные успехи, причем уровень партизанской активности Африканского национального конгресса, по-видимому, будет расти.

«African Now» (London), 1983, N 2.

Ядерный потенциал ЮАР

Несмотря на официальные протесты и опровержения ЮАР, большинство африканских правительств, а также друзья ЮАР в Вашингтоне, Бонне, Лондоне и Париже убеждены в том, что ЮАР обрела ядерный потенциал и изготовила собственную атомную бомбу. Главный вопрос, не получивший пока ответа, не в том, достигла ли ЮАР состояния готовности атомной бомбы, а в том, как ей удалось сделать это. По ряду причин на этот вопрос редко дают прямой ответ, особенно страны, которые внешне активно участвовали в дипломатическом наступлении против режима апартеида.

Подлинная история о том, как ЮАР овладела технологией производства атомной бомбы, собранная по кусочкам из государственных и частных источников, показывает, что ее главными пособниками в этом предприятии были как раз те державы, которые громче всех осуждали предполагаемые приготовления к испытаниям, в первую очередь США, Западная Германия и, не столь непосредственно, Франция и Англия. Это затрагивает самую суть современной ядерной дилеммы — нераздельность мирного и военного использования атомной энергии.

К 1977 году ЮАР стала ядерной державой, будучи третьим по значению поставщиком урана в западном мире, имея ядерный центр с 20-мегаваттным реактором, небольшой завод для обогащения урана и строя одно крупное коммерческое предприятие, а также две большие атомные электростанции. Не последнее значение имело и то, что ЮАР обладала атомной бомбой.

Технология обогащения урана — самое сложное и дорогостоящее (и до последнего времени самое засекреченное) звено во всем ядерном бизнесе. В настоящее время только США, СССР, Канада, Франция, Китай и Англия делают это в сколько-нибудь значительных масштабах.

Стремительность ядерного развития в ЮАР ясно указывает на то, что она избрала прямой метод: обогащение природного урана. Истоки ядерного потенциала ЮАР относятся к событиям 20-летней давности — к подписанию американо-южноафриканского соглашения о сотрудничестве в области мирного использования ядерной энергии.

Под энергичным руководством Ампи Ру, президента Южноафриканского совета по атомной энергии, научные круги ЮАР активно использовали эти связи. Картотека американской Комиссии по атомной энергии показывает, что с середины 50-х годов 88 южноафриканцев обучались различным аспектам ядерной технологии. Знания, добытые в США, в первую очередь нашли применение в Национальном ядерном центре в Пелиндабе, к северо-востоку от Иоганнесбурга.

На следующем этапе разворачивавшаяся ядерная драма переместилась в Западную Германию, которая после второй мировой войны публично обязалась не участвовать в гонке ядерных вооружений. В 1968 году ЮАР аккредитовала нового посла в Западной Германии — Дональда Белла Соула. Девятилетнее пребывание Соула на посту посла оказалось весьма плодотворным для страны, извлекавшей выгоду из коммерческих, промышленных и военных контактов, которые Соул искусно укреплял. Однако произошел эпизод, во многом подорвавший результаты деятельности Соула. Он потерял целую машину с конфиденциальными досье при обстоятельствах, которых так и не удалось по-настоящему выяснить.

Среди бумаг, которые исчезли и в конечном счете оказались в руках Африканского национального конгресса в Лусаке, был ряд документов, касающихся отношений ЮАР с западногерманской ядерной промышленностью. А НК истолковал эти документы как свидетельство заговора правых в обеих странах с целью пробраться в ядерный клуб с черного хода.

Манипулируя отношениями с США и Западной Германией, ЮАР приобрела свой потенциал для ядерной бомбы.

Хотя ЮАР упорно отрицала, что производит какие-то ядерные испытания, она тем не менее продолжала выступать с завуалированными угрозами в отношении своего возможного курса действий в будущем. Такие заявления наряду с косвенными доказательствами того, что ЮАР проводит ядерные испытания, а также отказом Претории подписать договор о нераспространении усилили тревогу во всем мире. Ядерный потенциал режима апартеида был объектом нескольких исследований ООН, поскольку ЮАР рассматривается как угроза всему режиму нераспространения.

«Africa» (London), 1982, N 1.

Кто вооружает ЮАР?

По сообщениям иностранной печати

В международном плане милитаризация Южной Африки может рассматриваться как реакция на рост прогрессивных сил юга Африки. Считая, что этот рост противоречит их собственным интересам, западные державы возложили на ЮАР роль жандарма этого района. Предвидя эмбарго на поставки оружия ЮАР, решение о котором было принято в 1977 году, страны — члены НАТО, и в частности США, Франция и ФРГ, заранее продали ей соответствующие лицензии и технологию, обеспечивающие производство вооружений, самолетов и даже развитие собственных ядерных сил.

Большая часть этой новой технологии была предоставлена транснациональными корпорациями, действия которых в ЮАР были облегчены с введением нового закона, определяющего некоторые отрасли как стратегически важные для национальной безопасности.

Военный союз с НАТО — один из старых проектов Претории, предлагаемый якобы для защиты Южной Атлантики и Индийского океана. Многочисленные наблюдатели считают, что некоторые члены западных военных кругов пытаются теперь включить ЮАР в расширенную зону НАТО. В декабре 1980 года английское Движение против политики апартеида сообщило, что между генеральным секретарем НАТО Йозефом Лунсом и министром иностранных дел ЮАР Рулофом Фредериком Ботой состоялись три тайные встречи. Встречи 15 и 16 мая 1981 года между администрацией Рейгана и Рулофом Ботой придали больше веса этим предположениям. Так называемый «рейд Матола» на лагерь беженцев в Мозамбике выявил важнейший аспект этого сотрудничества, например, обмен военными сведениями между ЦРУ, специальными службами ЮАР и южноафриканской армией.

Южноафриканская военная делегация, как известно, встретилась с официальными представителями Пентагона, главой Управления военной разведки ван ден Вестхизеном и сотрудником этого Управления В. дю Плессисом.

С каждым днем становится все яснее, что сохранение режима апартеида империалистами представляет собой часть их стратегии, проводимой с целью восстановить свой контроль в Африке, утраченный за последнее десятилетие. Экономика западных стран, пораженная экономическим спадом и растущей безработицей, стремится любой ценой сохранить в своей сфере контроля богатый источник сырья и дешевой рабочей силы, каковым является ЮАР.

«Afrique — Asie» (Paris), 1981, 21.VI.

Опровержениям нет числа. Отвечая на обвинения и подробные сведения о сотрудничестве между расистской ЮАР и ФРГ в ядерной и военной областях, последняя всегда утверждает, что никакого «тайного ядерного сговора» между Бонном и Преторией не существует. Напротив, западногерманское правительство заявляет, что с 1963 года оно строго соблюдает добровольное эмбарго на поставки оружия ЮАР и обязательное эмбарго ООН, введенное в 1977 году.

Несмотря на эти отрицания, все же всегда имелись сомнения относительно роли Западной Германии в развитии военного комплекса ЮАР. Нагромождение обвинений и отрицаний, возросшее после 1975 года, когда Африканский национальный конгресс (АНК) впервые представил подробные доказательства сотрудничества между Бонном и Преторией в ядерной области, в августе 1980 года предстало в новом свете. Это произошло, когда прокурор в западногерманском городе Дюссельдорфе подтвердил неоднократные сообщения печати о том, что более года велось секретное расследование деятельности западногерманской компании «Рейнметалл АГ», производящей оружие, которая нарушала законы федерального правительства, ограничивающие продажу западногерманского оружия странам, не входящим в НАТО.

Самостоятельные исследования, проведенные западно-германским Движением против апартеида, результаты которых были переданы подкомиссии Совета Безопасности ООН по наблюдению за эмбарго на поставки оружия ЮАР, показывают наличие очень сложной и сильно засекреченной системы военного сотрудничества с расистской ЮАР, в которой участвует ряд фирм и стран.

«Africa» (London), 1980, N 11.

Отвечая 6 октября 1981 года Движению борьбы против апартеида, государственный секретарь при министре национальной обороны Жорж Лемуан заверял, что эмбарго на продажу оружия ЮАР, предусмотренное резолюцией 418 Совета Безопасности ООН, «соблюдается Францией в полной мере». Мы установили очень строгий контроль, касающийся также материалов, которые могут быть использованы в военных целях. И действительно эмбарго на поставки оружия, провозглашенное Жискар д’Эстеном в 1977 году, после того как Франция поставила это оружие в очень значительных количествах (истребители-бомбардировщики «Мираж», вертолеты, подводные лодки, бронемашины, ракеты и т. д.), было не лишено некоторых лазеек. Нынешнее правительство решило их закрыть, хотя две страны по-прежнему держат друг у друга своих военных атташе. Однако «строгий контроль» все же, видимо, не преградил путь «товарам, пригодным для использования в военных целях».

«Liberation» (Paris), 1982, 5.IV.

Ось Вашингтон — Претория

Империализм США не только поддерживает реакционные режимы сами по себе, но, где это возможно, использует их в качестве плацдармов для вооруженной агрессии против их освобожденных соседей. В этом причина особой заинтересованности американских правящих кругов в Южно-Африканской Республике — бастионе империализма и колониализма в южной части Африки.

США и их союзники по НАТО противопоставляют борьбе черного большинства и его союзников внутри ЮАР свою стратегию. С одной стороны, эта стратегия порождает новые формы угнетения с целью увековечить расистское правление меньшинства в ЮАР. С другой — она нацелена на распространение экономического и военного господства ЮАР на соседние государства, которые завоевали политическую независимость, но все еще борются за независимость экономическую.

Черное большинство ЮАР живет в условиях, отличающихся от тех, в которых живут черные американцы, многорасовый и многонациональный рабочий класс США. Однако социальная основа расового угнетения едина. Американские транснациональные корпорации, извлекающие прибыли из запланированных резервов безработных в «хоумлендах» ЮАР, находящихся под фашистским контролем, наживаются и на безработице, запланированной американским президентом.

Многочисленные проявления социальных последствий связи между Преторией и Вашингтоном можно видеть в обеих странах. Особенно яркой иллюстрацией этого может служить такой факт: кровь черных и цветных южноафриканцев текла в Кейптауне в тот момент, когда улицы Майами были забрызганы кровью черных американцев[28].

«African Communist» (London), 1980, N 4.

Администрация Рейгана привела США к открытому партнерству с ЮАР с целью осуществления общей стратегии в Южной Африке. Эта стратегия предусматривает укрепление власти меньшинства в ЮАР в противовес борьбе народа ЮАР за правление большинства и ликвидацию фашистского апартеида, стремление обойти требование ООН о прекращении незаконной оккупации Намибии и ликвидировать независимость, завоеванную Анголой и другими прифронтовыми государствами после 400 лет португальского колониального господства.

Подробно рассматривая причины выработки администрацией США «реалистической стратегии» для юга Африки, заместитель государственного секретаря по африканским делам Крокер заявил: «Экономические интересы США сосредоточены в основном в южной трети континента… Это сосредоточение наших интересов отражает колоссальные минеральные богатства юга Африки». Чтобы не оставалось никаких сомнений в причинах стремлений империализма США быть «региональным партнером» южной части Африки, Крокер сказал далее, что район «содержит гигантские месторождения стратегических материалов».

Продолжая подробно излагать «реалистическую стратегию» доктрины Рейгана, Крокер сказал: «Уход из ЮАР не отвечает нашим интересам». Вместо того, чтобы повернуться спиной к фашистскому апартеиду, администрация США «стремится построить более конструктивные отношения с ЮАР», основанные на «общих интересах».

В своих комментариях по поводу «реалистичной стратегии» Крокер также заявил, что юг Африки «все больше превращается в спорный район мировой политики». «Мировое значение этого района, — утверждал он, — обусловлено его способностью превратиться в арену нарастающей напряженности между Востоком и Западом».

Характеризуя Южную Африку как потенциальную арену противоборства, Крокер пытается отвлечь внимание от того факта, что этот район уже стал ареной такого противоборства. Это — исключительно важное поле боя в борьбе африканского большинства за подлинно независимую Намибию, за социальный и экономический прогресс всего района, включая правление большинства и ликвидацию фашистского апартеида в ЮАР.

Чтобы замаскировать истинный характер борьбы в этом районе, Крокер объявляет, что Южная Африка — это потенциальная арена «нарастающей напряженности между Востоком и Западом». Иными словами, он и другие последователи Рейгана завешивают этот район старым антикоммунистическим занавесом, испещренным их обычными нагло клеветническими надписями о так называемой «советской угрозе», «экспансионизме» и т. п.

За этим занавесом осуществляется доктрина Рейгана с целью лишить народы юга Африки солидарности социалистических стран и оставить это африканское большинство беззащитным перед лицом грабежа, жестокостей и экспансионизма империализма ЮАР, США и НАТО.

Факт остается фактом: фашистский апартеид и классический колониализм до сих пор сохраняются в ЮАР и Намибии только благодаря их роли в глобальных операциях неоколониализма.

«Political Affairs» (New York), 1981, N 10.

Агрессивные происки ЮАР Следы ведут в Преторию

Попытка государственного переворота на Сейшелах; пожар на нефтеперерабатывающем заводе в Луанде; диверсии на шоссейных и морских путях Мозамбика; акты агрессии против Замбии; диверсионные действия в Лесото — южную часть Африки сотрясает сегодня волна терроризма, которая усиливает планомерное наступление ЮАР на всю совокупность прифронтовых государств, в особенности на Анголу, где армия Претории повседневно совершает грабежи, убивает без разбора мужчин, женщин, детей, сельских жителей или беженцев, проводя тактику выжженной земли, пытаясь создать «ничейную землю», благоприятствующую замыслу раздела Анголы. Замыслу, который Претория вынашивает с 1975 года, но который, как она полагает, благодаря сложившейся обстановке сегодня более осуществим, чем когда-либо прежде.

Все эти террористические действия объявляются делом рук псевдоосвободительных движений, которые якобы выступают против властей, либо приписываются наемникам, которые якобы борются по заданию политических деятелей, преданных западным идеалам «демократии» и «свободы». Вот так и появляются вновь периодически имена, принадлежащие кровавой мифологии «псов войны», которые «прославились» в другое время и в других местах своими преступлениями против африканских народов (Конго, Бенин, Коморские острова, уже упомянутая Ангола и т. д.).

Так, некий Савимби, морально разложившийся деятель и политический труп, прибыл в США, чтобы потребовать от них платы за диверсию на нефтеперерабатывающем заводе в Луанде, которую осуществили прибывшие по морю белые южноафриканцы с помощью технических средств, которые явно превышают возможности возглавляемого им Национального союза за полную независимость Анголы (УНИТА).

В обзоре Мозамбикского института юга Африки был уже разоблачен этот тип действий и подчеркивалось, что методы Претории преследовали цель не отгородиться от военных действий, совершаемых против соседних государств, а создать впечатление, что речь идет о внутренних проблемах этих стран, используя УНИТА в Анголе, «Национальное движение сопротивления» (НДС) и радиостанцию «Голос свободной Африки» в Мозамбике, банду Мушалы в Замбии, «Армию освобождения Лесото».

В своей речи в Кабинде по случаю 25-й годовщины основания МПЛА и 4-й годовщины МПЛА — Партии Труда президент Анголы Жозе Эдуарду душ Сантуш подчеркнул, что вооруженные группы, засылаемые режимом апартеида, «предпринимают диверсии как в Анголе, так и в Мозамбике на путях сообщения, главным образом на железных дорогах, а также источниках снабжения и горючего, чтобы сохранить зависимость стран этого района от южноафриканских портов и подорвать усилия по восстановлению независимого регионального экономического сотрудничества».

В самом деле, не допустить экономического и социального восстановления соседних стран — такова цель, которую преследуют власти Претории при поддержке Вашингтона. Они используют все средства, чтобы добиться свержения народных правительств этого района и блокировать переговоры по Намибии, дабы попытаться посадить Савимби (хвастающегося поддержкой некоторых американских деловых кругов) за стол переговоров под предлогом оккупации пограничной зоны между Анголой и Намибией, что обеспечило бы ему статус стороны, участвующей в конфликте. Таким образом американо-южноафриканский план получил бы, полагают его авторы, большие шансы на успех.

«Afrique — Asie» (Paris), 1981, 21.XII.

«Тщательно планируемая стратегия»

«Действия ЮАР должны быть направлены на то, чтобы изгнать всех террористов из стран, с которыми мы имеем общие границы. В случае необходимости для этого нужно прибегнуть к военным и экономическим методам».

Этот отрывок из письма, присланного в редакцию газеты «Ранд дейли мейл» казначеем иоганнесбургского Комитета в поддержку сил безопасности П. К. Асмуссеном, отражает позицию правительства ЮАР по отношению к партизанам, действующим у границ ЮАР. В переводе на язык политики это означает вооруженные действия против соседних стран…

Военная сторона этой программы имеет два аспекта: открытый и скрытый. Примерами открытых действий могут послужить повторяющиеся вооруженные рейды крупных формирований в глубь территории Анголы; нападение на Матоло близ столицы Мозамбика; вторжение доставленных вертолетами частей на территорию Лесото в декабре 1982 года. В то время как подобные открытые нападения имеют место лишь время от времени, скрытые военные действия осуществляются непрерывно, хотя, как и следует ожидать, Претория отрицает какую-либо связь с подпольными операциями против ее соседей — довольно обычная практика для правительств, поддерживающих оппозиционные группировки в зарубежных странах. Имеются тем не менее неопровержимые доказательства активного сотрудничества вооруженных сил и органов безопасности ЮАР с У НИ ТА в Анголе, «Национальным движением сопротивления» (НДС) в Мозамбике и «Армией освобождения Лесото».

Прежде чем рассматривать эти свидетельства, необходимо проанализировать общую картину дестабилизации структуры власти на юге Африки. Об этом процессе обычно говорят так, как будто дестабилизация — улица с односторонним движением, как будто давление осуществлялось лишь Преторией и направлялось на ее соседей, в то время как эти соседи, поддерживающие внутреннюю и внешнюю оппозицию режиму апартеида, также непосредственно причастны к дестабилизации системы власти в самой ЮАР.

Именно потому, что режим Претории ощущает все более серьезное давление против всей системы ЮАР, он и предпринимает подобные действия, пытаясь обеспечить собственную безопасность и поддержать «стабильность» статус-кво. Чем более сильное давление будет ощущать система апартеида, тем более мощным окажется контрнаступление Претории.

Обстановка сейчас складывается так, что юг Африки стал ареной как военной, так и экономической борьбы между двумя непримиримыми по самой своей основе силами: системой власти ЮАР, неспособной или не желающей отказаться от контроля над жизнью страны, и главным образом, черной оппозицией, объединяющей различные силы внутри и за пределами страны, не желающей смириться с чем-либо меньшим, нежели полная демократизация южноафриканского общества.

Сговор между ЮАР и возглавляемой Нцу Мокехле «Армией освобождения Лесото» (АОЛ) ни для кого уже не секрет. Поскольку королевство Лесото является своего рода островным государством, со всех сторон окруженным территорией ЮАР, отряды АОЛ, предпринимающие периодические рейды через границу, неизбежно должны действовать с территории ЮАР. Поскольку Южно-Африканская Республика обладает развитой системой безопасности, АОЛ, разумеется, не имеет никакой возможности действовать без ведома, а следовательно, и без согласия Претории.

Более того, как заявил в интервью премьер-министр Лесото Леабуа Джонатан, в октябре прошлого года министр иностранных дел ЮАР предложил своему коллеге из Лесото следующую сделку: в обмен на выдачу Лесото одного из руководителей А НК Тембе Хани Претория готова выдать Нцу Мокехле. Не будем комментировать всю циничность подобного предложения, но разве тот факт, что Претория способна предлагать выдачу Мокехле, не доказывает, что он получил убежище на территории ЮАР? Леабуа Джонатан отказался даже рассматривать такую сделку.

Есть и другие свидетельства сговора между АОЛ и Преторией. В ноябре 1982 года выходящая в Блумфонтейне газета «Френд» сообщила: три фермера, чьи земельные участки граничат с территорией Лесото, утверждали, что по ночам через их земли проходили отряды АОЛ, направляющиеся в Лесото для осуществления рейдов. По словам фермеров, автомобили, возможно принадлежавшие АОЛ, покинули ферму в ночь на 28 июля, после того как был проведен минометный обстрел загородной резиденции премьер-министра Леабуа Джонатана, располагающейся неподалеку от границы. Фермеры сообщили о случившемся в полицию, но данных о какой-либо ее реакции не имеется.

Недели за две до этого самодельное взрывное устройство взорвалось в доме видного деятеля возглавляемой Мокехле Партии конгресса басуто (ПКБ) Феты Матланьяне. Полиция не прореагировала. За несколько месяцев до этого пять членов АОЛ предстали перед судом в Таба Нчу (Быйпутатсвана) по обвинению в незаконном ношении оружия. Они были осуждены условно. Когда руководитель группы Тсилисо Рапитси, освобожденный из-под стражи, вышел из здания суда, он заявил: «Мы продолжим борьбу».

В тот самый момент, когда 9 декабря армия ЮАР осуществляла рейд против Масеру, были взорваны нефтяные сооружения в порту Бейра. Этот серьезный инцидент остался почти не замеченным мировой печатью. Власти Мозамбика нисколько не сомневаются в том, что акция была осуществлена войсками ЮАР, — возможно, отрядом, высадившимся с подводной лодки, — и что этот второй удар намеренно планировался на тот же день, что и рейд против Масеру.

Тем не менее ответственность за операцию в Бейре взяло на себя «Национальное движение сопротивления» (НДС). Поскольку между НДС и армией ЮАР существуют тесные связи, разграничить их действия нелегко. НДС используется для прикрытия открытых военных акций ЮАР, а также для осуществления давления одновременно на Мозамбик и Зимбабве. НДС превратилось в важное орудие проведения в жизнь курса ЮАР.

Первоначально существовали две различные организации, именовавшие себя НДС. Одна из них была создана в 1976 году родезийской центральной разведывательной организацией с целью сбора разведывательных данных об Африканском национальном союзе Зимбабве (ЗАНУ). Штаб-квартира организации находилась в Горонгозе. Ее лидером был поначалу некий Андре Матсангаи, португальский поселенец, сражавшийся в рядах ФРЕЛИМО, но дезертировавший впоследствии после дисциплинарного наказания за допущенные нарушения. Когда он был убит в конце 1979 года, «верховным военным командующим» НДС стал черный мозамбиканец Длакама.

Другая организация НДС была создана в Малави миллионером Жоржи Жардимом, тесно связанным с Салазаром. Непосредственное руководство осуществлял личный охранник Жардима Орландо Кристина, возглавивший позже подпольную радиостанцию «Голос свободы», действовавшую в Гверу (Гвело).

Сейчас отношения между двумя группировками НДС не вполне ясны, но они все же явно действуют как единое целое.

Определить конкретный характер отношений между черными и белыми мятежниками на юге Зимбабве с режимом Претории нелегко. Есть тем не менее некоторые факты, считающиеся вполне установленными.

Незадолго до достижения независимости значительное число солдат родезийской армии было переведено в три военных лагеря на севере Трансвааля, в самой Фалаборве и неподалеку от нее. Западная военная разведка оценивает их количество примерно в 1300 человек. Премьер-министр Мугабе полагает, что их не менее 5000–6000.

ЮАР действовала с большой свободой в установлении экономических санкций против Зимбабве. Это началось с временного вывода 27 локомотивов в разгар сезона сбора урожая в Зимбабве в 1981 году и выразилось впоследствии в прекращении поставок нефти как раз в тот момент, когда был выведен из строя нефтепровод и взорваны нефтяные сооружения в Бейре. Введение «нефтяных санкций» против Зимбабве вслед за нарушением путей поставок для этой страны через территорию Мозамбика наводит на мысль о тщательно планируемой ЮАР стратегии.

«New African» (London), 1983, N 3.

Декларация Международной конференции в поддержку борьбы намибийского народа за независимость.

Париж, апрель 1983 г.

1. Международная конференция в поддержку борьбы намибийского народа за независимость, созванная в соответствии с резолюцией Генеральной Ассамблеи 37/233 Организацией Объединенных Наций по согласованию с Организацией африканского единства, состоялась с 25 по 29 апреля 1983 года в штаб-квартире ЮНЕСКО в Париже.

2. В конференции приняли участие 136 стран, в том числе много министров, представители Народной организации Юго-Западной Африки, Организации освобождения Палестины, Африканского национального конгресса Южной Африки и Панафриканского конгресса Азании, председатель Генеральной Ассамблеи, представители Движения неприсоединения, Комитета ООН по деколонизации, Специального комитета ООН против апартеида, председатель Комитета ООН по осуществлению неотъемлемых прав палестинского народа и представитель Специальной группы экспертов по проблемам юга Африки, представители ФАО, Международной организации труда, ЮНЕСКО и Всемирной организации здравоохранения, представители Секретариата Содружества, Комиссии европейских сообществ, Лиги арабских стран, Организации африканского единства и Организации Исламская конференция, а также 10 видных общественных деятелей и 91 неправительственная организация. Конференцию открыл генеральный секретарь ООН.

3. Конференция провела углубленное изучение обстановки в Намибии и на ее границах, с учетом ситуации на юге Африки в целом, а также последствий ее для международного мира и безопасности и подробно рассмотрела практические меры по усилению поддержки намибийскому народу в его борьбе за самоопределение и независимость, помощи прифронтовым государствам в отражении актов дестабилизации и агрессии, предпринимаемых ЮАР, и обеспечению скорейшего претворения в жизнь плана ООН для Намибии.

При этом конференция обратила особое внимание на резолюции, принятые Генеральной Ассамблеей на ее XXXVII сессии по намибийскому вопросу, на политическую декларацию VII конференции глав государств и правительств неприсоединившихся стран, состоявшейся в марте 1983 года в Дели, а также на коммюнике, опубликованные по окончании встреч в верхах прифронтовых государств, происходивших в Лусаке 4 сентября 1982 года и в Хараре 20 февраля 1983 года. Затем конференция приняла приводимую ниже Декларацию, которую она рекомендует срочно и весьма внимательно изучить всем правительствам, организациям и народам с целью принятия мер, направленных на скорейшее освобождение Намибии от незаконной оккупации ее ЮАР.

4. Конференция вновь торжоственно провозглашает неотъемлемое право намибийского народа на самоопределение и национальную независимость в единой Намибии в соответствии с целями и принципами Устава ООН, с Декларацией о предоставлении независимости колониальным странам и народам, с Декларацией принципов международного права, касающейся отношений дружбы и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН, а также с другими резолюциями и решениями Генеральной Ассамблеи ООН и Совета Безопасности.

Конференция с серьезной тревогой отмечает тот факт, что 16 с половиной лет спустя после аннулирования мандата ЮАР на управление Намибией и 12 лет спустя после рекомендации, изложенной Международным судом 21 июня 1971 года, ЮАР продолжает незаконно оккупировать Намибию, вопреки пожеланиям, выраженным международным сообществом в многочисленных резолюциях Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности. Упорный отказ ЮАР выполнять обязательства, которые ложатся на нее согласно Уставу ООН — это вызов, брошенный международной юридической системе. Неоднократное использование права вето западными державами — постоянными членами Совета Безопасности с целью помешать принятию санкций против ЮАР не только поощряет южноафриканский режим продолжать свою незаконную деятельность, но и порождает множество актов, подрывающих авторитет ООН.

5. Конференция подчеркивает, что в соответствии с резолюциями 2145 и 2248 Генеральной Ассамблеи Намибия передается непосредственно под эгиду ООН, которая передала Совету ООН по Намибии функции законной административной власти на этой территории вплоть до обретения ею независимости и заявила о своей твердой поддержке усилий, предпринятых Советом ООН по Намибии с целью осуществления доверенных ему полномочий.

6. Конференция заявляет, что незаконная оккупация Намибии Южно-Африканской Республикой является актом агрессии против намибийского народа, в соответствии с определением агрессии, содержащимся в резолюции 3314 Генеральной Ассамблеи от 14 декабря 1974 года, и что намибийский народ, пользуясь своим неотъемлемым и законным правом на самооборону, может использовать все находящиеся в его распоряжении средства, включая вооруженную борьбу, для отражения актов агрессии ЮАР и достижения самоопределения, свободы и национальной независимости в единой Намибии.

7. Конференция выражает свою непоколебимую солидарность с намибийским народом, борющимся за свое освобождение под руководством Народной организации Юго-Западной Африки (СВАПО) — своей единственной и подлинной представительницы, и призывает всех участников конференции соединить свои усилия для оказания еще большей помощи намибийскому народу и его освободительному движению во главе со СВАПО.

8. Конференция обращает внимание международного сообщества на предпринятые ЮАР посягательства на территориальную целостность Намибии. Она утверждает, что Уолфиш-Бей, Пингвиновы острова и другие острова, расположенные у намибийского побережья, являются неотъемлемой частью Намибии в соответствии с резолюцией ООН и, в частности, с резолюцией 432 Совета Безопасности от 27 июля 1978 года, резолюцией S—9/2 Генеральной Ассамблеи от 3 мая 1978 года и дальнейшими резолюциями Генеральной Ассамблеи и объявляет незаконной и недействительной любую меру, принятую ЮАР с целью аннексии Уолфиш-Бея и указанных выше островов.

9. Конференция осуждает наращивание военной мощи оккупационным режимом Намибии, введение для намибийцев всеобщей обязательной воинской повинности, вербовку и обучение намибийцев для создания вооруженных отрядов из представителей отдельных племен и вербовку наемников и других иностранных агентов с целью проведения политики внутренних репрессий и внешней агрессии. Она требует от всех государств принять эффективные меры, с тем чтобы помешать вербовке, обучению и переброске наемников для боевых действий в Намибии.

10. Конференция полагает, что, учитывая многочисленные акты насилия и агрессии, совершенные в прошлом расистским режимом ЮАР, он стремится, овладев ядерной энергией, и далее запугивать соседние государства, вынуждая их к подчинению, и что ядерное оружие в руках подобного режима представляет собой опасность для человечества в целом. Помощь, которую некоторые страны Запада и Израиль продолжают оказывать южноафриканскому режиму в военной и ядерной областях, перечеркивает их заявления о том, что они якобы выступают против расистских методов южноафриканского режима, и превращает их в добровольных сообщников этой преступной и гегемонистской политики.

11. Конференция заявила о своей озабоченности в связи с упорными слухами о наличии военных соглашений о безопасности между ЮАР и некоторыми странами других районов. Она полагает, что подобные соглашения являются нарушением эмбарго на поставку оружия, наложенного Советом Безопасности ООН в его резолюции 418 от 1977 года, и враждебным актом против ООН и борющихся народов ЮАР и Намибии, значительно ухудшают обстановку на юге Африки и представляют собой серьезную угрозу для безопасности Африки в целом. Она приветствует государства, решительно выступившие против какого бы то ни было приобщения южноафриканского режима к существующим военным союзам, и требует от международного сообщества проследить за тем, чтобы с ЮАР не было заключено никакого военного соглашения.

12. Конференция решительно осуждает многочисленные акты вооруженной агрессии, а также политической и экономической дестабилизации военными средствами, осуществленные южноафриканским режимом против независимых государств района. Необходимо, чтобы ЮАР немедленцо прекратила эти акты. Необходимо увеличить помощь независимым государствам юга Африки, с тем чтобы они могли защищать свой суверенитет и территориальную целостность и избавиться от всякой экономической зависимости от ЮАР. В этой перспективе конференция весьма положительно восприняла учреждение Конференции по координации экономического развития независимых стран юга Африки. Конференция заявляет о своей серьезной озабоченности попытками ЮАР сорвать деятельность этой организации и призывает все государства предоставить ей всю возможную помощь, содействуя тем самым укреплению сотрудничества и экономического развития в районе.

13. Конференция безоговорочно осуждает постоянные акты агрессии, осуществляемые ЮАР с намибийской территории против Народной Республики Ангола, а также дальнейшую оккупацию части ангольской территории южно-африканскими войсками. Она выражает солидарность с народом и правительством Анголы, а также поддержку усилиям, предпринимаемым ими с целью сохранения своей национальной независимости и территориальной целостности, и требует, чтобы ЮАР немедленно и безоговорочно вывела свои войска из Анголы.

14. Кроме того, конференция осуждает режим ЮАР за его безжалостные репрессии, за его политику и практику апартеида в отношении намибийского народа и требует немедленно положить всему этому конец. Она осуждает аресты и заключение в тюрьму борцов за свободу — членов СВАПО и других намибийских патриотов и требует безоговорочного освобождения Тойво Германа и всех других политзаключенных-намибийцев.

15. Конференция заявляет, что борьба за освобождение Намибии является конфликтом международного характера в соответствии с параграфом 4 статьи Первой дополнительного протокола 1 к Женевской конвенции от 12 августа 1949 года. Конференция требует, в частности, предоставления всем пленным борцам за свободу статуса военнопленных, предусмотренного Женевской конвенцией об обращении с военнопленными и дополнительным протоколом к этой Конвенции.

16. Конференция призывает все государства, а также специализированные и международные организации, входящие в систему ООН, оказать еще большую материальную помощь угнетенному народу Намибии и СВАПО в их освободительной борьбе.

17. Конференция подчеркивает значение деятельности, проводимой местными властями, профсоюзами, религиозными организациями, высшими учебными заведениями, средствами массовой информации, движениями солидарности и всеми другими неправительственными организациями, а также частными лицами — мужчинами и женщинами — с целью обеспечения поддержки со стороны правительства и общественного мнения освободительной борьбе намибийского народа под руководством СВАПО и срыва всех маневров, предпринимаемых для поддержки и поощрения оккупационного режима в Намибии. Она благодарит их за преданность делу угнетенных народов Намибии и ЮАР и их настойчивые требования и убедительно просит их координировать и расширить свои действия с учетом работы и решений настоящей конференции.

18. Конференция заявляет о том, что она глубоко встревожена быстрым истощением природных ресурсов Намибии, включая ее морские ресурсы, которые являются неотъемлемой собственностью ее народа, из-за незаконной эксплуатации этих ресурсов зарубежными экономическими кругами, нарушающими декрет № 1 об охране природных ресурсов Намибии, принятый в 1974 году Советом ООН по Намибии. Конференция решительно осуждает эти действия, которые являются препятствием для немедленного обретения Намибией независимости и подрывают ее экономическую независимость в будущем. Она требует от транснациональных и других компаний немедленно положить конец этим действиям. Она требует, кроме того, от всех правительств принятия надлежащих — законодательных и прочих мер, с тем чтобы подлежащие их юрисдикции компании прекратили новые капиталовложения в Намибии и соблюдали положение указанного декрета Совета ООН по Намибии. Она поддерживает объявленное Советом ООН по Намибии намерение принять все меры для того, чтобы добиться выполнения его декрета…

19. Конференция подчеркивает, кроме того, что ЮАР и иностранные экономические круги, незаконно эксплуатирующие намибийские земные и морские ресурсы, должны выплатить компенсацию правительству независимой Намибии.

20. Конференция решительно осуждает разграбление намибийского урана и настоятельно требует от правительств, граждан и компаний, которые занимаются незаконной торговлей намибийским ураном или его обогащением, немедленно принять меры к прекращению всех операций с намибийским ураном, включая все геологоразведочные работы в Намибии. В этой связи она настоятельно требует от трех стран, которые пользуются услугами фабрики по обогащению урана фирмы «Уренко», а именно: ФРГ, Нидерландов и Англии специально предусмотреть исключение намибийского урана из договора «Алмело», который регулирует деятельность «Уренко».

21. Конференция глубоко сожалеет о помощи, которую некоторые страны продолжают оказывать южноафриканскому режиму в дипломатической, политической, экономической, военной и других областях, и требует, чтобы этому был положен конец. Она также с тревогой отмечает, что так называемая политика «конструктивного вмешательства» США в отношении режима апартеида поощряет этот режим к усилению своих репрессий против народов ЮАР и Намибии, к развертыванию политики агрессии против прифронтовых государств и к упорному отказу отойти от своих непримиримых позиций в отношении независимости Намибии, которые противоречат резолюции и решениям ООН.

22. Конференция с глубокой тревогой отметила, что некоторые международные организации и органы продолжают сотрудничать с режимом ЮАР, о чем свидетельствует предоставление ей в ноябре 1982 года Международным валютным фондом кредита на сумму в миллиард долларов. Такая помощь не только не содействует благосостоянию подавляющего большинства населения ЮАР, но и увеличивает военную мощь режима Претории, позволяя ему, таким образом, продолжать жестокие репрессии против намибийского народа и вопиющие акты агрессии против своих соседей. Конференция призывает Международный валютный фонд положить конец всякому сотрудничеству с режимом апартеида и прекратить всякую помощь этому режиму, настоятельно требуя, чтобы все страны — члены Международного валютного фонда приняли с этой целью надлежащие меры.

23. Конференция отвергает попытки режима ЮАР и некоторых других кругов представить намибийскую проблему в ложном свете, то есть одним из проявлений мирового конфликта между Востоком и Западом, а не тем, чем она является на самом деле: освободительной борьбой, ведущейся давно уже страдающим народом. Конференция убеждена, что намибийская проблема — это проблема деколонизации, которая должна быть решена в соответствии с положениями Устава ООН и Декларации о предоставлении независимости колониальным странам и народам.

24. Конференция заявляет о том, что она глубоко озабочена тем фактом, что независимости Намибии по-прежнему препятствуют непримиримые позиции правительства ЮАР и его упорный отказ выполнять соответствующие резолюции ООН по Намибии, в частности резолюцию 435 Совета Безопасности от 1978 года. Она категорически заявляет, что план ООН о предоставлении независимости Намибии, одобренный Советом Безопасности в его резолюции 435 от 1978 года, остается единственной основой для мирного урегулирования намибийской проблемы, и требует его немедленного выполнения без каких-либо изменений или оговорок. Конференция осуждает все жульнические маневры конституционного и политического характера, с помощью которых ЮАР могла бы попытаться увековечить свое колониальное господство в Намибии, и настоятельно требует от всех государств воздерживаться от признания или какого бы то ни было сотрудничества с любым образованием, которое было бы создано в Намибии в нарушение резолюций ООН, в частности резолюций 385 от 1976 года и 435 от 1978 года Совета Безопасности.

25. Конференция категорически отвергает неоднократные попытки США и южноафриканского режима установить какую бы то ни было связь или соответствие между независимостью Намибии и каким-либо не относящимся к этому вопросом, в частности с выводом кубинских сил из Анголы, и недвусмысленно подчеркивает, что продолжение таких попыток лишь замедляет процесс деколонизации Намибии и является недопустимым вмешательством во внутренние дела Народной Республики Анголы. Ознакомившись с заявлением одного из членов «контактной группы» западных стран, который категорически отмежевывается от таких попыток, не совместимых с буквой и духом резолюции 435 от 1978 года Совета Безопасности, где утвержден план, составленный самой контактной группой и принятый двумя сторонами, участвующими в намибийском конфликте (южноафриканским режимом и СВАПО), конференция требует от других членов контактной группы занять такую же позицию. Тот факт, что кубинские силы уже находились в Анголе в момент принятия Советом Безопасности резолюции 435, где нет ни слова о какой бы то ни было увязке или соответствии, вызывает сомнение в правомерности позиции тех, кто, на словах поддерживая план ООН по Намибии, ничего не предпринимает для ликвидации препятствий, которые намеренно чинятся одно за другим на пути выполнения указанной резолюции. Более того, по меньшей мере один из членов контактной группы, — а именно США — несет ответственность за последнее по времени из этих препятствий.

26. Конференция твердо убеждена в том, что ООН и международное сообщество должны принять энергичные и согласованные меры в поддержку народа в его законной борьбе за самоопределение, свободу и национальную независимость. Бездействие в настоящее время не только продлит дальнейшие несправедливости и угнетения, от которых так давно страдает намибийский народ, но и вызовет эскалацию и интернационализацию нынешнего конфликта. Правительствам, а также межправительственным и неправительственным организациям надлежит содействовать скорейшему обретению Намибией независимости и ликвидации апартеида в ЮАР.

27. Проанализировав нынешнюю обстановку в Намибии, конференция выражает мнение, что дальнейшая незаконная оккупация Намибии Южно-Африканской Республикой, нежелание последней считаться с резолюциями ООН, жестокое угнетение ею намибийского народа, усиление ею актов агрессии против независимых африканских государств и проводимая ею политика апартеида представляют собой угрозу для международного мира и безопасности. Конференция озабочена тем фактом, что Совет Безопасности до сих пор не сумел из-за противодействия своих членов — стран Запада эффективно выполнять свои обязанности в отношении поддержания международного мира и безопасности. Она полагает, что санкции, предусмотренные в статье VII Устава ООН, являются (при условии их повсеместного и эффективного выполнения) единственным имеющимся средством вынудить ЮАР к выполнению решений ООН и воспрепятствовать расширению вооруженного конфликта в районе.

28. Конференция требует поэтому скорейшего созыва заседания Совета Безопасности для разработки новых мер, обеспечивающих осуществление его плана независимости Намибии, ведь именно на него ложится прежде всего обязанность обеспечить проведение в жизнь его резолюции 435. Поскольку с момента принятия этой резолюции прошло уже пять лет, Совету Безопасности давно пора сыграть в полной мере главную роль в проведении ее в жизнь и установить с этой целью свои собственные сроки.

29. Конференция настойчиво призывает все государства принять в ожидании наложения обязательных глобальных санкций Советом Безопасности односторонние и коллективные меры экономического характера против южноафриканского режима, как того требуют соответствующие резолюции Генеральной Ассамблеи, и приветствует все правительства, уже принявшие меры в этом направлении.

30. Конференция отдает дань уважения давней и мужественной борьбе, которую намибийский народ ведет под руководством СВАПО — своей единственной и законной представительницы — за освобождение от колониального ига и иностранной эксплуатации и обретение того, что положено ему по праву: человеческого достоинства и свободы в независимой Намибии. Недалек день, когда Намибия станет подлинно независимой. Намибийский народ, преследующий эту благородную цель, не одинок и может рассчитывать на поддержку всех народов и правительств, приверженных справедливости и международному миру.

Paris, 1983, 25–29.IV.

Сопротивление нарастает

Из интервью Генерального секретаря Южно-Африканской коммунистической партии МОЗЕСА МАБИДЫ журналу «Жестю» (Дакар)

Вопрос. Товарищ Генеральный секретарь, не могли бы вы рассказать об условиях жизни и труда африканских трудящихся и сельских тружеников, а также о «массовых принудительных переселениях»?

Ответ. Со времени прихода белых колонизаторов имели место попытки изображать африканца как человека, лишенного прошлого, человека, находящегося вне спектра истории: расисты считают и говорят, что они открыли Южную Африку. Они обращались с чернокожими так, словно последние были чужими на своих собственных землях. Но в действительности колонизаторы принесли с собой отвратительное явление апартеида.

Трудящиеся-африканцы долгое время не имели также права вступать в какой-либо профсоюз, а тем более организовать его. Разумеется, нет закона, который официально запрещал бы им организовать профсоюз, однако они подвергались сильному давлению со стороны властей, стремившихся свести на нет любую профсоюзную деятельность.

Зарплата трудящихся-африканцев ничтожна. Они получают десятую часть зарплаты самых низкооплачиваемых белых. На фермах бывают случаи, когда трудящийся даже не получает зарплаты. Ему платят натурой: например, приблизительно раз в три месяца дают мешок кукурузы.

Чернокожие на фермах работают всей семьей (отец, мать, ребенок), так что дети не могут посещать школу. У людей, живущих в деревне, есть и другая проблема: они никогда не получают отпусков. Они работают 365 дней в году — и так в течение всей жизни. По-прежнему существует проблема поденной работы. Поденщик не имеет права на пенсию, он не имеет отпусков, права войти в какую-либо категорию служащих или трудящихся. Он всегда остается «поденщиком», а заболев, не получает пособия, которого заслуживает.

Что касается проблемы насильственного переселения, то мы считаем, что это одна из самых больших проблем, с которыми сталкиваются африканцы. Мы, коренные жители, знаем, что были лишены своего имущества. Наши земли были расхищены, мы, собственно говоря, не имеем своего дома, нам негде жить. Мы обитаем в таких городах, как Соуэто, Гугулету или Гвамачо, а это негостеприимные места. Дома, которые там построены, подобны собачьей конуре, они нисколько не похожи на жилища для людей. Когда африканцев вынуждают выезжать, власти отнимают у них все имущество, которое они имели там, чтобы навсегда превратить их в кочевников, отверженных. Ясно, что так продолжаться не может. Мы начали сопротивляться всему, что ущемляет наши права.

Вопрос. Вы подчеркнули, что южноафриканский народ не склонен мириться с гнетом, что он борется и будет продолжать бороться против него. Можете ли вы рассказать о масштабах и формах, которые приняла эта борьба?

Ответ. Весь народ воспринял лозунг Южно-Африканской коммунистической партии и Африканского национального конгресса (АНК) «Нет — республике белых!». Мы решили также усилить вооруженную борьбу. Мы организовали ряд операций против военных объектов врага, их войск, на железных дорогах и в городах. И это — не просто демонстрация, а последовательная борьба за освобождение. Мы хотим быть свободными, как все другие люди.

Вопрос. Вы говорили о Южно-Африканской коммунистической партии и АНК. Не могли бы вы несколько подробнее рассказать об отношениях между этими двумя организациями и особенно о том, как Южно-Африканская коммунистическая партия понимает связь между классовой и национально-освободительной борьбой в Южной Африке?

Ответ. Со времени основания партии в 1921 году мы всегда старались сблизиться с национально-освободительным движением. В программе коммунистической партии ЮАР ясно говорится, что ближайшей нашей задачей и задачей наших союзников является освобождение африканцев, иначе говоря, национально-демократическая революция, а позднее будут решаться задачи борьбы за социализм в нашей стране. Именно на такой платформе Южно-Африканская коммунистическая партия и АНК действуют вместе как союзники против режима, который эксплуатирует и угнетает чернокожих и другие слои населения.

Вопрос. Вы знаете, что имеют место империалистические маневры с целью навязать неоколониализм Намибии и Южной Африке. Каково ваше мнение по этому вопросу?

Ответ. Я думаю, что это им не удастся. Империалисты сделали большие капиталовложения в Южной Африке. Они рассматривают Намибию как один из районов, где много богатств. Следовательно, им необходимо иметь там местных марионеток, которые помогали бы им грабить богатства страны в угоду транснациональным корпорациям. Мы сознаем тот факт, что вот уже многие десятилетия нас разоряют эти транснациональные корпорации. Поэтому мы не сменим одного угнетателя на другого, даже если он чернокожий, ибо он был бы не более чем наследником белого угнетателя. Мы будем требовать, чтобы права населения контролировались самим же населением.

«Gestu» (Dakar), 1982, N 6.

Из политической программы Народной организации Юго-Западной Африки (СВАПО)

Задачи СВАПО на ближайшее будущее состоят в следующем:

— освобождение народа Намибии, завоевание независимости всеми возможными средствами и установление власти народно-демократического правительства:

— полная и эффективная реализация принципов независимости в сферах политики, экономики, обороны, социальной и культурной жизни.

Добиваясь осуществления этих целей, СВАПО:

— неустанно мобилизует и организовывает широкие массы народа Намибии, с тем чтобы они могли активно участвовать в борьбе за национальное освобождение;

— в ходе национально-освободительной борьбы стремится повышать политическое сознание народных масс, углублять его взаимосвязь с национальным сознанием; бороться с любыми проявлениями и тенденциями трайбализма, регионализма, этнической ограниченности и расовой дискриминации;

— стремится объединить передовых представителей народа, прежде всего рабочего класса, крестьянства и прогрессивной интеллигенции, в авангардную партию, способную защитить национальную независимость и построить бесклассовое, справедливое общество, основанное на идеях и принципах научного социализма.

SWAPO. Political Program of the South West Africa People’s Organisation. Lusaka, 1976.

Рост активности рабочих

За последние годы в Южно-Африканской Республике происходит такая активизация профсоюзов, какой еще не было в истории этой страны. Она сопровождается репрессиями властей против профсоюзных деятелей и трудящихся. Эта истеричная реакция правительства на усиление активности независимых африканских профсоюзов достигла нового максимума за последние полгода, когда сотни рабочих арестовывают, профсоюзных деятелей берут под стражу, членов профсоюзов преследуют, избивают и запугивают, а на помещения профсоюзов производят налеты.

В 1981 году власти арестовали 21 профсоюзного деятеля, десять из них все еще находятся в тюрьме. Трое членов Ассоциации рабочих печати (МВАСА) были взяты под стражу за профсоюзную деятельность. Ветеран профсоюзного движения Оскар Мпета предан суду в Кейптауне, где его поместили в больницу. Мпете 72 года и ему неоднократно отказывали в лечении от диабета за все его полугодовое пребывание в тюрьме.

Подобная позиция властей вызывает все более решительную и гневную реакцию со стороны трудящихся и профсоюзных активистов. Один рабочий в городе Ист-Лондон, в восточной части Капской провинции, сказал корреспонденту журнала «Африка нау» так: «Гибель, аресты и судебные процессы не удержат нас, рабочих. Когда они кого-нибудь забирают, кто-то другой с завода становится на его место. Если они хотят заставить профсоюзы замолчать, то им придется арестовать нас».

Правительственная программа непрерывных преследований и репрессий направлена против профсоюзов, которые упорно отказываются присоединиться к государственной системе контроля над отношениями в промышленности и зарегистрироваться в официальных инстанциях.

Эти профсоюзы настаивают на проведении переговоров вблизи места конфликта — на самом предприятии и делают упор на создание демократических массовых организаций, находящихся под контролем трудящихся. Поэтому такие профсоюзы, как СААВУ, АФКВЮ, Профсоюз неквалифицированных рабочих (ГВЮСА), МВАСА и Профсоюз рабочих автомобильной промышленности (МАКВЮСА), стали главными объектами преследований со стороны властей.

Именно эти профсоюзы (за исключением МАКВЮСА) значительно расширили число своих членов за последние два года, когда общая численность объединенных в профсоюзы рабочих-африканцев почти удвоилась. В 1981 году число рабочих, плативших профсоюзные взносы, достигало, по оценкам, более 250 тысяч человек, а еще 500 тысяч человек были связаны с профсоюзами тем или иным образом. Эти 500 тысяч человек составляют примерно 20 процентов всех черных рабочих, занятых в промышленности. Один профсоюзный активист прокомментировал это так: «Происходит огромный подъем активности рабочих, которые организуются и просят их организовывать».

Эта тенденция отражается как в тех отраслях промышленности, где организованные профсоюзы существуют уже некоторое время, например, в автомобильной, сталеплавильной, химической и бумажной отраслях, так и в новых отраслях и на менее крупных предприятиях.

Успехи СААВУ наиболее наглядно иллюстрируют взаимосвязь между ростом численности членов профсоюза и усилением репрессий со стороны государства. СААВУ подвергается преследованиям с двух сторон — южноафриканской полиции и полиции бантустана Сискей, поскольку поселок Мданцани в Сискее служит местом проживания для рабочих, которые ездят оттуда на работу в Ист-Лондон.

«Президент» бантустана Сискей Леннокс Себе заявляет, что его бантустану не нужны профсоюзы, он способен сам «заботиться об интересах собственных рабочих». Эта забота проявляется в арестах профсоюзных деятелей, поджогах жилищ и убийствах родственников членов профсоюза, в избиениях рабочих и в оказании южноафриканской полиции помощи при проведении арестов под предлогом нарушения закона о пропусках.

Данные о забастовках отражают расширение активности промышленных рабочих, координируемой профсоюзами. В 1979 году правительством было зарегистрировано немногим более 100 забастовок, в 1980 году их число выросло более чем вдвое и составило 207 забастовок, а в 1981 году произошло уже 342 забастовки.

Более высокая степень организованности содействует также тому, что рабочие имеют теперь возможность выдвигать требования относительно более широкого круга проблем, чем раньше. Так, они успешно выступили против произвольного решения правительства о замораживании всех пенсий до момента выхода в отставку. Трудящиеся бросили работу по всей стране (в забастовке протеста против одного лишь этого решения приняли участие более 12 тысяч рабочих), и предложенный законопроект был положен под сукно.

Одерживаются победы и в отношении заработной платы. Рабочие автомобильных заводов Порт-Элизабета возглавили волну забастовок за приведение заработной платы в соответствие со стоимостью жизни, и им за два года удалось добиться увеличения своих заработков на 45 процентов. Предприниматели пошли на уступки лишь после того, как 7 тысяч рабочих на заводах таких транснациональных корпораций, как «Дженерал моторе», «Фольксваген» и «Форд», и на заводах, выпускающих детали автомашин, бросили работу в июне 1980 года. На этих предприятиях было введено патрулирование полицейских и солдат, но рабочие не поддались запугиванию и упорно отстаивали свои требования. Эти ветры перемен сказались и на автомобильной промышленности в провинции Трансвааль, где в 1981 году бастовали и добились успеха рабочие компании «Дацун-Ниссан» и «Сигма»…

Однако на каждый успех рабочих приходится целая серия репрессий. Рабочие вынуждены вести борьбу не только против непримиримости предпринимателей, но и против их сотрудничества с властями. Сам министр полиции Луи ле Гранж огласил данные, которые свидетельствуют о сговоре между предпринимателями и правительством. Он сообщил, что за последние два года предприниматели вызывали полицию для вмешательства при возникновении споров 90 раз, при прекращениях работы — 34 раза и при забастовках — 147 раз.

Профсоюзы сознают, что единственная возможность уцелеть заключается для них в том, чтобы выступать перед государством и предпринимателями единым фронтом. На встрече 29 представителей африканских профсоюзов в 1981 году была заложена основа для единых действий.

«Africa Now» (London), 1982, N 4.

Действия партизан вызывают тревогу у Претории

Атаки партизан, борющихся против апартеида, вызывают тревогу у советников по вопросам безопасности в ЮАР. Решительность и профессионализм действий диверсионных групп во время операций партизан внутри республики поколебали спокойствие белых и стали источником новой надежды для миллионов африканцев.

С 30 ноября 1976 года по 22 января 1980 года партизаны-африканцы совершили 50 диверсионных актов в ЮАР. После этого они совершили еще десятки нападений на различные объекты. Наиболее крупным диверсионным актом было нападение в июне 1980 года небольших групп, использующих усовершенствованные диверсионные мины, на три жизненно важных для страны нефтеперерабатывающих завода, в результате которого был причинен ущерб в 3,5 миллиона фунтов стерлингов. Эта диверсия — прямой удар по уникальным заводам «Сасол», где уголь перерабатывается в нефть, — стала поворотным пунктом в истории борьбы африканцев ЮАР против правящих кругов, против системы апартеида, борьбы, ведущейся с начала 1960-х годов.

Впервые смелость и мастерство партизан поразили экспертов по вопросам безопасности и армейское командование, встревожили белую общину страны. Торговые и промышленные компании, наиболее состоятельные белые граждане начали в панике приобретать электронные сторожевые системы и противоударные стекла. Для белых навсегда ушли в прошлое времена, когда сторожем по традиции был пожилой зулус с дубинкой, а рядом с ним овчарки.

В конце июля 1981 года африканские партизаны нанесли еще один удар. Совершенно изменив тактику, они одновременно совершили нападения на три электростанции в Трансваале, в результате чего был причинен ущерб в тысячи рэндов и нарушено электроснабжение города Эрмело, где живут преимущественно африканеры[29]. Никто из партизан не был арестован, и они благополучно вернулись на базу.

Электростанции, нефтеперерабатывающие заводы и золотые рудники являются потенциальными объектами нападений партизан-африканцев, они включены в список их будущих операций. Более того, в середине августа 1981 года партизаны проникли на территорию военной базы Вотрекерхогте в окрестностях Претории и обстреляли ее 122-миллиметровыми ракетами. В то же время президент Африканского национального конгресса (АНК) Оливер Тамбо заявил, что борцы за свободу внесли белых правителей ЮАР в список тех, по кому будет нанесен удар.

Из-за угрозы нападений партизан белые фермеры постепенно покидают 250-мильный участок вдоль границ между провинцией Трансвааль, Ботсваной и Зимбабве. За последние несколько лет более тысячи фермеров покинули свои фермы. Сейчас этот район объявлен чрезвычайной зоной, и правительство ЮАР надеется, что белые фермеры теперь останутся в этом районе, чтобы создать буферную зону обороны.

Белых больше всего беспокоит проблема нападений на промышленные центры. Эксперты по вопросам безопасности понимают, что нескольким хорошо подготовленным отрядам партизан хватит 300 фунтов взрывчатки, чтобы парализовать власть в ЮАР, устроив взрывы в стратегических пунктах страны. А это партизаны сделать в состоянии, несмотря на то, что расходы на обеспечение безопасности только в промышленности и торговле превысили 200 миллионов рэндов.

В районах городов ЮАР борьбу с партизанами ведет в первую очередь полиция. Армию теоретически следует вызывать в случаях крайней необходимости. Однако военнослужащие все чаще используются для подавления антиправительственных выступлений.

Полицейские силы чересчур рассредоточены по территории страны, что создает опасную ситуацию. Подкрепления во время волнений иногда перебрасывают по воздуху на расстояния более тысячи миль. Большинство южноафриканских войск тоже находится на больших расстояниях друг от друга. Отборные войска используются во втором крупномасштабном вторжении в Анголу и в Намибии. Часть солдат патрулирует границы в других районах страны.

Все эти важные факторы изучают руководители партизан, борющихся против апартеида, планируя дальнейшие нападения на стратегические пункты в ЮАР.

«New African» (London), 1981, N 9.

По долгу солидарности

Из резолюции X Всемирного конгресса профсоюзов

Проходивший в Гаване (Куба) с 10 по 15 февраля 1982 года X Всемирный конгресс профсоюзов, на который собрались представители 269 миллионов трудящихся из 138 стран мира, приветствует решительный подъем борьбы, которую ведут угнетенные народы юга Африки, жертвы варварского режима апартеида, а также народ Намибии, возглавляемый СВАПО, в его борьбе за освобождение своей страны. Эта героическая борьба, в которой погибли десятки тысяч людей, породила движение солидарности, вызывает уважение и восхищение всего прогрессивного человечества.

Совершенно очевидно, что, не будь в прошлом и настоящем широкой помощи и поддержки реакционным и агрессивным устремлениям расистского режима Претории со стороны империалистических держав, и в первую очередь империализма США, их транснациональных корпораций, а также расистского, сионистского Израиля, Намибия могла бы гораздо скорее обрести независимость, а такие страны, как Замбия и Мозамбик, не подвергались бы запугиванию, угрозам и провокациям. Чрезвычайную серьезность для региона представляет непрекращающаяся агрессия против Народной Республики Анголы, оккупация части ее территории, попытки расистов из Претории заменить народное правительство контрреволюционными элементами, что также является результатом поддержки и поощрения режиму апартеида со стороны империалистов США. Подобную политику следует рассматривать как угрозу мира на африканском континенте и во всем мире.

ООН, как и все человечество, использовала доступные ей средства для того, чтобы побудить южноафриканских расистов прекратить оккупацию Намибии, и, натолкнувшись на высокомерие расистского режима, призвала с полным на то правом к санкциям против Южной Африки. Но этот справедливый призыв, который горячо поддержали и приветствовали борцы за свободу Южной Африки, постоянно саботируется США, наложившими вето на данное решение ООН.

ООН давно объявила апартеид преступлением против человечества. Поэтому борьба против апартеида является благородной задачей всего мирового сообщества.

Отдавая дань уважения южноафриканским борцам за свободу, участники X конгресса… призывают трудящихся всего мира умножить свои усилия и действия солидарности для того, чтобы добиться:

- немедленного освобождения из тюрем всех политических и профсоюзных руководителей;

- признания права всех трудящихся на создание профсоюзных организаций;

- прекращения всех актов агрессии против соседних с Южной Африкой стран, в особенности против Анголы;

- безотлагательного предоставления независимости Намибии при признании руководящей роли СВАПО;

- прекращения политики и практики апартеида и предоставления свободы угнетенному африканскому населению ЮАР, руководимому Африканским национальным конгрессом (АНК);

- более широкой солидарности и поддержки АНК и СВАПО.

Исходя из необходимости достижения этих целей, конгресс приветствует инициативу специального Комитета ООН по борьбе с апартеидом, призвавшего организовать в 1982 году международную конференцию для координации действий профсоюзов за эффективное осуществление санкций против расистского режима Претории. Конгресс призывает к согласованным и объединенным действиям против режима апартеида. Конгресс заявляет о своей полной поддержке действий профсоюзов, особенно тех стран, чьи правительства оказывают помощь расистам, и заверяет эти профсоюзы в своей полной солидарности.

1982 год, объявленный Генеральной Ассамблеей ООН Международным годом усиления действий в поддержку санкций против апартеида в Южной Африке, должен стать годом боевых выступлений профсоюзов на всех уровнях — национальном, региональном и международном — за свободу и справедливость для угнетенных народов юга Африки, за уважение их человеческого достоинства.

Гавана, февраль 1982 г.

АЛЬФРЕД НЗО,

Генеральный секретарь Африканского национального конгресса (АНК) Южной Африки

Маневры не спасут расистов

Обстановка на юге Африки характеризуется нарастанием всенародной борьбы против режима апартеида. В нее втягиваются все более широкие слои населения, а с некоторых пор и представители белой прослойки. Расисты уже не в силах сдержать этот натиск с помощью репрессий, террора и потому вынуждены прибегать к различным маневрам. Однако массы еще теснее сплачиваются вокруг тех, кто является истинным выразителем их интересов, кто ведет смертельную схватку с ненавистным режимом.

В нашей стране сложилась специфическая форма колониализма, особенность которой в том, что угнетатели и угнетенные живут здесь в пределах одного государства. Колонизаторы-расисты правят «на месте», а не из далекой метрополии.

На землях, отведенных африканцам (13 процентов всей территории, остальная была оккупирована белым меньшинством), расисты и не помышляли о каком бы то ни было экономическом развитии. Черное население должно было лишь поставлять дешевую рабочую силу правящей буржуазной верхушке. Для укрепления режима расистский парламент принял многочисленные законы, направленные на дальнейшее ограничение прав африканцев, превратив их в объект безжалостной капиталистической эксплуатации.

Широкие массы нашего народа никогда не мирились с фактически колониальным статусом своей родины, навязанным Южной Африке под видом ограниченной «независимости». Сразу после создания Африканского национального конгресса (1912 г.) его лидеры стали регулярно обращаться к британскому правительству, направлять в Лондон делегации, чтобы добиться решения проблем, связанных с незаконным владычеством белого меньшинства.

Мы не отделяем борьбу против колониализма от борьбы против апартеида, ибо именно последний представляет собой наиболее жестокую форму национального и социального угнетения коренных жителей Южной Африки, служит увековечению их «особого» колониального статуса. Вот почему АНК определяет правящий в стране режим как расистский и колониалистский.

Наша главная цель — захват власти у белого меньшинства, с тем чтобы южноафриканский народ смог построить свое, подлинно демократическое государство. Переход власти в руки народа неизбежно влечет за собой полное уничтожение апартеида, всех его социальных и политических структур, ибо ии о какой «реформе» расистского государства не может идти и речи. Разрушив его до основания, массы приступят к строительству новой системы, опирающейся на выдвинутую национально-освободительным движением еще в 1955 г. программу — Хартию свободы. Одно из основных положений Хартии гласит, что Южная Африка должна принадлежать всем, кто в ней живет. Ни одно правительство не имеет права на существование, пока оно исходит из воли и желаний лишь части населения, а не всего народа.

Какие же основные стратегические задачи предстоит решить революционному движению для успешного достижения главной цели — прихода к власти? Во-первых, необходимо провести широкую политическую мобилизацию всех слоев угнетенного населения, сплотить их в общей борьбе, повысить уровень их сознания, чтобы они отчетливо видели перед собой конкретные перспективы. Мы хотим создать такую массовую политическую силу, которая оказалась бы способной противостоять диктатуре на всех уровнях — местном, региональном и национальном.

Вторая задача заключается в постоянной консолидации авангардного национально-освободительного движения, которое после объявления его расистскими правителями в 1960 г. вне закона действует нелегально. Важно укреплять и расширять подпольную сеть движения, чтобы оно могло руководить каждодневной политической активностью масс, их выступлениями, стало настоящим штабом борьбы за свержение режима.

И, в-третьих, предстоит расширить арсенал средств сопротивления диктатуре. АНК, его союзники, все прогрессивные силы страны уже давно осознали, что действовать с помощью старых, использовавшихся ранее методов невозможно. Как известно, в предшествующий период основной упор делался на мирные средства борьбы. Однако к 1961 г. стало очевидно, что режим добровольно не уступит требованиям, выдвинутым массами в ходе их активных выступлений в 50-е годы. Напротив, власти усиливали свой репрессивный аппарат. В ответ мы приняли решение о развитии вооруженных форм освободительного движения, чтобы народ мог отвечать своим, революционным насилием на насилие правящего белого меньшинства. Такая форма борьбы отнюдь не сводится просто к боевым акциям. Тесно переплетаясь с политической деятельностью масс, она составляет неотъемлемую часть общего народного движения.

Перед нами стоит и такая задача, как мобилизация на поддержку борьбы угнетенных южноафриканцев международного общественного мнения. А для этого требуется, в частности, выработка четкой конкретной программы, призванной способствовать более эффективной солидарности с нашим делом международного сообщества.

Таковы стратегические задачи, которые стоят перед народом Южной Африки на пути завоевания независимости и строительства на родной земле государства справедливости и демократии…

Внутренняя ситуация в Южной Африке неразрывно связана с международной обстановкой, складывающейся вокруг вопроса о ликвидации апартеида. Несмотря на многочисленные резолюции, принимаемые международными организациями, империалистические круги продолжают оказывать расистскому режиму постоянную поддержку. В оправдание своих действий они приводят аргумент, будто бы режим поддается неким «переменам». Особенно громко подобные заявления звучали во время поездки премьер-министра ЮАР Боты по ряду стран Западной Европы.

О) своей стороны мы твердо заявляем: изменить систему апартеида, «усовершенствовать» ее — нельзя! Режим не способен «переделать себя», стать выразителем насущных интересов народа. Это невозможно уже в силу самой природы апартеида, сущность которого заключена в служении буржуазии, защите капиталистического строя, сохранении и укреплении господства белого меньшинства. Следовательно, любые действия правящих кругов — будь то откровенное усиление репрессий или выдвижение так называемой «программы реформ» — направлены по существу на упрочение расистской системы.

Одной из таких «реформ» — чисто косметического порядка, — позволяющей немногочисленным сторонникам режима говорить о возможности «эволюции» апартеида, является изменение конституции ЮАР, в соответствии с чем цветному и индийскому населению якобы предоставлено право «разделять власть» с белым меньшинством. Отныне парламент страны состоит из трех палат: собраний — для белых, представителей — для цветных и делегатов — для индийцев. Цветные и индийцы даже получили право «входить в кабинет министров»[30]. Эта мера — обычный политический трюк с целью убедить угнетенный народ в «благорасположении» к нему расистского государства. Но массы разгадали смысл новых уловок.

«Поделившись властью» с цветными и индийцами, правящие круги одновременно лишили их сколько-нибудь существенной возможности влиять на политику ЮАР. В этой связи следует напомнить о небывалом расширении прерогатив президента при уменьшении роли парламента. Лишь 10 цветных и 5 индийцев (при 45 белых) вошли в Президентский совет — влиятельный орган, контролирующий политику в области обороны, иностранных дел, экономики и отношений с африканцами. По выражению одного из южноафриканских исследователей, режим хочет «узнать секрет» раздела власти без утраты контроля над ней. Расисты маневрируют для того, чтобы разобщить силы, вступившие с ними в противоборство, расколоть революционное единство угнетенного народа с демократически настроенными союзниками из белой прослойки населения.

Куцые «новшества» никак не отразились на положении африканского большинства. Они совершенно не предусматривают его представительства в центральном правительстве. Фактически изменения в конституции лишь узаконили порядок, при котором в парламент не допускаются представители 22 миллионов африканцев.

Осуществляя эту стратегическую линию, правящие круги стремятся не только упрочить свою социальную базу, состоящую из белого меньшинства, но и расширить ее, найти союзников среди угнетенных слоев населения.

Однако и такая «реформа», призванная внешне подкрасить фасад режима, вызвала бешенство у наиболее оголтелой части расистов, не желающих даже самого робкого, чисто формального отступления от принципов апартеида. В период подготовки и проведения парламентских выборов, которые состоялись в сентябре нынешнего года, они подвергли яростным нападкам «модернизацию» политической системы.

Со своей стороны негативное отношение к затее властей выразило и подавляющее большинство черного населения. Патриотические силы выступили с призывом бойкотировать «реформистскую» политику расистов. Цветные и индийцы в массе своей с презрением отвергли расистский избирательный фарс. На устроенных ради их «ублаготворения» выборах в парламент, точнее в отведенные для них палату представителей и палату делегатов, была зафиксирована крайне низкая активность избирателей. (Известно, что в эти палаты баллотировались в основном марионеточные деятели, пользующиеся полным доверием Претории.)

Выборы бойкотировало свыше 82 процентов цветных и 83 процентов индийцев. Но даже и эти цифры занижены, ибо в ходе так называемых выборов имело место «специальное голосование», в котором участвовали больные и другие лица, лично не приходившие к урнам. Показательно, что наиболее высокий процент голосов был зарегистрирован именно среди этой «специальной категории». И при таких условиях на некоторых избирательных участках было зарегистрировано всего от 4 до 7 процентов голосов. В ряде городов страны — Дурбане, Иоганнесбурге, Кейптауне прошли демонстрации, жестоко разогнанные полицией. Десятки людей получили ранения, многие оказались за решеткой. Массовые аресты среди противников апартеида были проведены накануне выборов. Для того чтобы замаскировать провал «избирательной кампании», власти прибегли к многочисленным подлогам и фальсификациям.

Борьба против расизма не ослабевает. Наша народная армия «Умконто ве сизве» за последние шесть месяцев успешно атаковала армейские конвои, полицейские участки, резиденции репрессивных правительственных учреждений, транспортные и энергетические сооружения. В сентябре в ряде африканских поселений, например в Шарпевиле[31] произошли массовые демонстрации, при разгоне которых, по официальным данным, было убито более 80 и ранено несколько сот человек.

Еще один аргумент, который приводят друзья режима апартеида в поддержку тезиса о его способности осуществлять перемены, заключается в том, что развитие «мирного процесса» в Южной Африке якобы подкрепляется заключением ее правящими кругами договоров с двумя своими африканскими соседями. Конечно, покровители расистов склонны умалчивать о том факте, что этим государствам приходится существовать рядом с системой, унаследованной от колониального угнетения, с помощью которой империалисты стремятся превратить соседние страны в придатки ЮАР. Речь в данном случае идет о попытке формирования своего рода «защитного механизма» с целью обезопасить расистский режим от растущего натиска освободительного движения.

Претория выступает одной из активнейших участниц «крестового» антикоммунистического похода, возглавляемого нынешней американской администрацией, выполняет в своем регионе жандармские функции. Проявляя постоянную готовность к оказанию помощи режиму апартеида, США тем самым охраняют собственные экономические и политические интересы на юге Африки. В разработанных Белым домом антисоветских, антикоммунистических планах ЮАР отводится важная роль. Она должна разрушить африканское единство, изолировать независимые государства от их естественных и подлинных союзников — СССР, других стран социалистического содружества, превратить в послушное орудие империализма.

Пытаясь при помощи неоколониальной политики вернуть позиции, утраченные в результате побед национально-освободительных движений, империалисты мечтают изменить в свою пользу соотношение сил на юге Африки и во всем мире. Вот почему мы неустанно разъясняем народу, что империализм, как и прежде, остается нашим главным противником. Именно он породил и поддерживает апартеид, стремясь к сохранению такого положения, при котором южноафриканский народ навсегда оставался бы под гнетом колониальной расистской эксплуатации.

Вместе с тем АНК постоянно подчеркивает, что нашими надежными друзьями являются социалистические государства, все демократические, прогрессивные силы, помогающие угнетенным массам Южной Африки как вести борьбу на родной земле, так и отражать империалистическое давление извне. Эта борьба — часть общей антиимпериалистической борьбы, и наш народ вносит в нее свой вклад, ослабляя международную реакцию, которая грозит ввергнуть мир в ядерную катастрофу.

Африканский национальный конгресс самым активным образом участвует во всемирном движении сторонников мира, других движениях, мобилизующих миролюбивую общественность для отпора проискам империализма. Мы считаем, что вопрос войны и мира касается народов не только стран Западной Европы, где размещаются все новые американские ядерные ракеты первого удара, не только социалистических государств, против которых непосредственно направлены эти средства массового уничтожения, но и всего земного шара. Ядерная война принесет гибель и тем, кто окажется в ее эпицентре, и тем, кто будет находиться за тысячи километров от ее очага.

Мы выражаем солидарность со всеми, кто отстаивает свои законные права, выступает против посягательств на суверенитет и независимость родины. Поддерживаем мужественный палестинский народ, отражающий агрессию сил империализма и сионизма, и подчеркиваем, что перед Организацией освобождения Палестины и Африканским национальным конгрессом стоят схожие цели. АНК приветствует борющиеся народы Никарагуа, Сальвадора, Чили и Ливана. Мы призываем крепить единство демократических и прогрессивных сил, противостоящих империалистическому натиску во всех частях планеты.

Проблемы мира и социализма, 1984, № 12.

Авторы комментируют

Перед решающими боями

Малое рядом с великим кажется ничтожным. На фоне грандиозных общественных перемен в сегодняшнем мире, небывалого ускорения социального и культурного прогресса остатки отжившей системы расистского порабощения народов могут показаться никчемным анахронизмом, обреченным на быстрое вырождение. Крушение колониализма произошло столь стремительно и катастрофично, триумф национально-освободительного движения был столь велик и вызвал такой энтузиазм, что еще недавно само существование официально узаконенного расистского режима казалось нелепым и абсурдным. Многие в мире думали, что достаточно небольшого усилия, чтобы этот режим отошел в небытие.

Однако жизнь показывает, насколько опасно питать какие бы то ни было иллюзии относительно расизма. Со времени Года Африки, как называют 1960-й год, когда наибольшее число африканских стран провозгласило независимость, прошла четверть века, а народы ЮАР и Намибии все еще страдают под гнетом расизма.

В материалах раздела представлены данные об ужасающих условиях жизни африканцев в стране апартеида. Дополним их некоторыми цифрами и фактами. По данным ООН, 12,3 процента трудоспособных африканцев, или два миллиона человек, являются хронически безработными. В пересчете на душу населения доходы африканцев в 21 раз меньше, чем доходы белых. Подавляющее большинство детей африканцев получает лишь начальное образование и только около 6 процентов из них поступает в среднюю школу. Школьное образование для белых детей бесплатное и обязательное; для африканцев оно не является обязательным, и их родителям приходится платить за обучение, за школьную форму и учебники. В пригороде Иоганнесбурга — Соуэто, население которого превышает миллион человек, в каждой лачуге живет в среднем по 14 человек. Соуэто и другие африканские пригороды превращаются в гигантские трущобы.

По данным Международной организации труда (МОТ), в ЮАР более 100 тысяч детей в возрасте до 15 лет работает на фермах, принадлежащих белым. Условия здесь носят явную печать рабского труда. Африканские работники ферм не охраняются законами о труде, им запрещено уходить от своих хозяев. Южноафриканская газета «Ранд дейли мейл» расследовала использование детского труда на обширных плантациях сахарного тростника в провинции Наталь. Большинство рабочих составляли девочки 13–15 лет. Они работали по 9 часов в день шесть дней в неделю и не получали никакой еды в течение дня.

Подсчитано, что юридически система апартеида базируется примерно на двух тысячах законов и постановлений, включая около 400 специальных постановлений парламента, касающихся черного населения (в принятии которых оно никак не участвовало). Грабительские войны за землю, которые велись на протяжении прошлого столетия, налоговая система и законы о земледелии породили многочисленный безземельный пролетариат, лишенный средств к существованию и не имеющий ничего, кроме своих рук. Правила, регулирующие приток африканских рабочих в городские районы и ограничивающие передвижение африканских рабочих и количество рабочих мест для них, обеспечивают положение, при котором африканская рабочая сила остается дешевой, имеется в большом количестве и в массе своей остается неорганизованной.

70 лет спустя после введения первых законов апартеида 22 миллиона африканцев, 2,6 миллиона цветных и 800 тысяч индийцев каждый день сталкиваются с системой «раздельного развития», установленной предками 4,6 миллиона белых, находящихся у власти. Вот показательный пример. В мае 1983 года муниципальный совет Претории проголосовал за закрытие 17 парков города для представителей небелого населения. Лишь черным домработницам в белых семьях разрешено посещать эти парки. Члены совета от правящей националистической партии, которые составляют большинство совета, заявили, что им придется израсходовать дополнительно 70 тысяч рэндов на то, чтобы установить знаки, сообщающие о новом законе, и нанять охранников с собаками для патрулирования парков.

Жестокой дискриминации в ЮАР подвергаются и цветные, которые разделяются на несколько категорий. О том, что это означает, рассказали служащие-цветные корреспонденту южноафриканской газеты «Ранд дейли мейл»:

— Некоторые из нас причислены к так называемой категории «01», другие — к «07», — говорит служащий одной компании в Иоганнесбурге.

— Что значит «01» и «07»?

— «01» — это, согласно «Книге жизни» (имеется в виду книга классификации населения по расам), код для обозначения людей, подпадающих под категорию подлинно цветных, — объясняет он, — а «07» — для тех, кого классифицируют как «прочие цветные».

— Кто же такие «прочие цветные»?

Ни один из присутствующих не может ответить на мой вопрое.

— Возможно, дети от брака цветного мужчины с цветной женщиной, — с горькой иронией замечает один из собеседников.

Я рассказываю им, как несколько лет назад задал тот же вопрос инспектору отдела классификации рас, но и он не смог дать вразумительного ответа.

Мои собеседники подчеркивают, что ни один цветной не признает понятия «прочие цветные».

— С расовой точки зрения, — говорит Солвин Элефанг, — я и жена почти одинакового происхождения. Однако она причислена к «прочим цветным», а я — к «капским» (в ЮАР так называемые «капские цветные», то есть исконно проживающие в Капской провинции, пользуются незначительными привилегиями по сравнению с другими цветными. — Авт.). Но это еще не все. Один наш ребенок поэтому отнесен к «прочим цветным», второй — к «капским».

В марте 1983 года власти опубликовали ежегодные статистические данные о проведении очередной расовой «переклассификации». Как сообщалось, 72 цветных и 7 китайцев были переведены в разряд белых, 15 белых были переведены в разряд цветных, а 39 цветных — в разряд индийцев. Подобные изменения имеют серьезные последствия для тех, кого они коснулись. Например, молодой человек, который был переведен из разряда цветных в разряд белых, теперь может жениться на белой девушке, что раньше ему было запрещено в соответствии с расовыми законами, запрещающими смешанные браки. С другой стороны, белый, переведенный в разряд цветных, должен оставить свой дом в районе, предназначенном для белых, и переехать в район для цветных.

Стараниями расистов ЮАР давно превращена в военно-полицейское государство. Само существование режима апартеида, отмечается в заявлении ведущей освободительной организации ЮАР — Африканского национального конгресса (АНК), является «коренной причиной эскалации насилия в стране». Ежедневно около тысячи жителей с небелым цветом кожи подвергаются здесь арестам.

О том, как обращаются южноафриканские тюремщики с заключенными, можно судить по рассказу видного профсоюзного деятеля ЮАР Стефана Дламини:

«Меня привезли в полицейский участок в 40 милях от дома. Зверски избили: наносили удары по всему телу, пинали ногами, били в пах. Меня принуждали «сидеть» на воображаемом стуле. Если я падал в изнеможении, они поднимали меня, били головой о кирпичную стену. В результате пыток я почти ослеп. «Ты коммунист, мы выбросим тебя из окна», — угрожали полицейские.

Пытки продолжались четыре дня. Потом карцер. Просидел там полгода. По моей просьбе меня наконец показали врачу. Я разделся, чтобы он мог увидеть мои кровоточащие, изувеченные, распухшие ноги. Врач спросил сопровождавшего меня полицейского: «Что случилось с этим человеком?» — «Это террорист», — ответил полицейский. Врач выгнал меня, не оказав никакой медицинской помощи. Я вновь вернулся в камеру. Уверен, что, если бы полицейские выбросили меня из окна, как они грозили это сделать, врач, который отказал мне в помощи, охотно констатировал бы, что я покончил жизнь самоубийством или умер естественной смертью».

Хотя в тюрьмах заключенные трех небелых категорий работают вместе, подчиняются одному и тому же надсмотрщику, живут под страхом одной и той же плетки, они и здесь сталкиваются с официально установленной расовой дискриминацией. Бывший заключенный, индиец М. Марардж, рассказывал корреспонденту газеты «Вашингтон пост»: «После работы мы обычно садились бок о бок, образуя четырехугольник, и ели все вместе. Но мне давали полную столовую ложку сахара в кашу, а африканцу, сидевшему рядом со мной, всего пол-ложки. Мне давали каждый день хлеб, а ему лишь водянистую кукурузную кашу. Долгие годы африканцам не давали ни ломтика хлеба. И тем не менее я под страхом наказания не имел права делиться со своим африканским товарищем хлебом и сахаром».

Расистской республике принадлежит своеобразный «мировой рекорд» по числу смертных приговоров — с 1976 года здесь казнено более 1000 человек. В 1983 году весь мир возмутила казнь активистов АНК Саймона Могоеране, Джерри Мосололи и Маркуса Мотаунга. Единственное «преступление» этих патриотов состояло в том, что они боролись за ликвидацию позорного режима апартеида, за свободу и независимость своего многострадального народа. В связи с этим Генеральный секретарь Южно-Африканской коммунистической партии Мозес Мабида заявил: «Казни, убийства, террор — это своего рода норма жизни для ЮАР, где правят расисты. Только весной

1983 года предательски подло, из-за угла был убит Мсизи Дубе, ставший одним из инициаторов кампании бойкота против повышения проездной платы на автобусах в африканских пригородах Дурбана. Вскоре же после этого на глазах десятков людей полицейский убил Сола Мкхизе, возглавлявшего движение африканской общины Дрифонтейна против переселения в бесплодные бантустаны, где царят голод, болезни, безработица. С Мсизи Дубе и Сола Мкхизе, которые поднимали народ на борьбу против порядков апартеида, расистские власти обошлись без судебного разбирательства. Их просто цинично убили. Жертвой аналогичных расправ расистов стали и многие другие противники режима апартеида. Все это с очевидностью свидетельствует, что фашизм в ЮАР пустил настолько глубокие корни, что жизнь человека, особенно если это африканец, перестала что-нибудь стоить».

Расистский режим не раз за последние годы устраивал кровавые бойни, пытаясь задушить волю африканцев к свободе. Летом 1976 года мировая общественность была потрясена варварской расправой в Соуэто, в результате которой по явно заниженным официальным данным было убито около 500 человек, в том числе много детей.

Чтобы «раз и навсегда» решить расовую проблему в Южной Африке, правительство проводит в жизнь закон о бантустанах, о чем рассказывает ряд материалов раздела. Согласно этому закону, африканскому населению отводится всего лишь 12,5 процента площади страны и предоставляется самоуправление под контролем правительственных комиссаров. По замыслу расистов, к концу 80-х годов XX века все коренные жители должны быть водворены в бантустаны и Южная Африка будет-де наконец-то ограждена от «черной опасности».

В соответствии с испытанным принципом «разделяй и властвуй» расисты разбили африканское население на десять этнических групп, снабдив каждую из них собственным гражданством и навязав правителей из племенной верхушки. Ни в одном бантустане нет демократически избранного парламента, а во главе каждого из них стоят вожди, получающие деньги от правительства ЮАР, которое может через них осуществлять действенный контроль над населением сельских зон. Бантустаны должны производить впечатление, будто не только у белых, но и у африканцев имеются «собственные государства», где те и другие могут жить так, как им нравится. В 1983 году насчитывалось десять таких бантустанов, причем некоторым из них стратеги апартеида — чтобы фасад был более презентабельным — придали даже видимость самостоятельных государств, то есть посадили там своих марионеток, разрешая им до тех пор изображать из себя «правительство», пока те не доставляют Претории никаких хлопот.

Подлинные цели «бантустанизации» состоят в том, чтобы усилить контроль над африканцами и создать резервуары дешевой рабочей силы. В 1981 году 1,5 миллиона африканцев были завербованы в десяти бантустанах и отправились на работу в промышленные районы в качестве трудящихся-иммигрантов. По официальным сведениям, они составили 12 процентов всего населения бантустанов. Кроме того, еще свыше 500 тысяч рабочих-африканцев совершали ежедневные поездки из своего бантустана к месту работы и обратно. Свыше четверти новорожденных в бантустанах не доживает и до года, медицинское обслуживание почти полностью отсутствует, свирепствуют холера, дизентерия, туберкулез, другие эпидемические заболевания. Даже по признанию властей Претории, чтобы удовлетворить элементарнейшие потребности населения бантустанов в продовольствии, производство Продуктов питания там должно возрасти, как минимум, в десять раз. Нехватка же земли такова, что в бантустане Сискей, например, как писала английская «Гардиан», «к концу нынешнего десятилетия места будет, только чтобы стоять».

После событий в Соуэто и в других населенных пунктах в 1976 году правительство назначило ряд комиссий для изучения различных аспектов жизни африканской общины. Они пришли к выводу, что необходимо признать за африканцами, постоянно работающими в городах, право на жительство в особых районах «белых» городов, при этом строго контролируя доступ в них сельских жителей. Такая политика проведения различия между сельскими жителями и горожанами вызвала еще больший раскол африканской общины, и без того уже официально раздробленной по принципам гражданства и принадлежности к различным этническим группам. Намного увеличилось число африканцев, арестованных за нарушение законов о пропусках. Так, в 1982 году было арестовано свыше 200 тысяч человек — на 30 процентов больше, чем в 1981 году, и на 90 процентов больше, чем в 1980 году. Подсчитано, что, с тех пор как нынешнее правительство пришло к власти, было депортировано 2,5 миллиона человек. Почти каждый шестой житель ЮАР будет перемещен, когда политика создания бантустанов будет доведена до конца. «Черные шарфы» — организация, которая состоит в основном из белых женщин и которая помогает жертвам мер по «контролю за передвижениями населения», считает, что к 1983 году утратили свое гражданство 8 миллионов африканцев. Утрата гражданства лишает африканцев всех прав в белой ЮАР, ставя их в положение иностранцев в своей собственной стране.

Трое убитых, сотни арестованных — таков результат совершенного в начале 1979 года рейда полиции по «переселению» в африканском поселке в пригороде Кейптауна. Около 600 полицейских на рассвете ворвались в Кроссроудс, предварительно забросав его гранатами со слезоточивым газом: расистское правительство приняло решение стереть этот поселок с лица земли, ссылаясь на то, что 20 тысяч его обитателей поселились там «незаконно». Вот что рассказала о событиях, происшедших на следующее утро, монахиня Бенгина: «Когда показались первые машины полицейских, мы попытались их сосчитать, но вскоре сбились со счета. Полицейские в маскировочной форме разбились на группы по 20–30 человек и окружили поселок. Потом они открыли огонь, и над Кроссроудсом взметнулись красные огненные шары, таких мы никогда не видели. Все вокруг окуталось облаком газа, едкого, вызывающего жгучую резь в глазах. Два часа полицейские обстреливали нас патронами со слезоточивым газом, но проникнуть в поселок им так и не удалось. Его обитатели образовали заслон, преградив путь к своим хижинам из жести и картона. И тут раздались револьверные выстрелы. Один из жителей — Синделе Ндлела — упал. Толпа обступила его, но он был мертв…»

Правящая в ЮАР националистическая партия — это партия южноафриканской буржуазии, но, так же как и нацистская партия в гитлеровской Германии, она стремится выдать себя за «партию рабочих», тех только, разумеется, которые по цвету кожи относятся к «расе господ». Бывший премьер-министр ЮАР Форстер так высказался на этот счет: «Существует лишь один человек, перед которым мы обязаны держать ответ. Потому что именно он, именно белый рабочий Южной Африки, возвысил националистическую партию до ее нынешнего положения и сохранит ее таковой и в будущем».

Южноафриканские националисты имеют возможность материально подкреплять свою социальную демагогию, предоставляя белым рабочим многочисленные привилегии… Так, постановления о «резервировании профессии» монополизируют для белых почти все виды квалифицированного труда, а в ряде городов и низшие административные должности в таких отраслях экономики, как промышленное производство, общественный транспорт, торговля. При этом белый получает заработную плату, во много раз превышающую заработок небелого.

Поскольку белые рабочие сохраняют свои экономические привилегии только благодаря расистскому режиму, они в большинстве своем поддерживают этот режим. Социальная политика расистов рассчитана на то, чтобы расколоть южноафриканских трудящихся по расовому признаку, разжечь и увековечить взаимную ненависть белых и черных.

Большинство африканских рабочих занято в шахтах, на рудниках, в каменоломнях и в иных отраслях промышленности с особо тяжелыми условиями труда. Так, в самой глубокой в мире золоторудной шахте «Уэстерн дип ловелс», в окрестностях Иоганнесбурга, температура каменных стен в штольнях на глубине около 4000 метров достигает 56 градусов по Цельсию. Горняки вынуждены работать под грохот пульсирующих машин, в наполненном пылью воздухе. Каждый месяц на рудниках происходит примерно тысяча внезапных обвалов… А это означает все новые человеческие жертвы. В 1979 году во время пожара на золотом руднике близ Клерксдорпа его владельцы приказали заживо замуровать в штольне 40 африканских шахтеров. Затраты на спасательные работы показались предпринимателям слишком большими, и они решили пожертвовать жизнью нескольких десятков людей.

Система мигрирующей рабочей силы, законы о пропусках, преследование политических и профсоюзных организаций создали положение, при котором дешевые рабочие руки африканцев продолжают оставаться в изобилии. В то же время рабочие места, требующие квалифицированного труда, сохраняются в резерве для дорогостоящей белой рабочей силы. По этой причине спрос на квалифицированных рабочих в ЮАР искусственно завышен. Этот спрос продолжает повышаться, поскольку в последние годы иммиграция в ЮАР почти прекратилась, а естественный прирост белого населения составляет всего лишь один процент. В ЮАР недостает около 700 тысяч специалистов различного профиля, свыше 40 процентов фирм испытывают острую нехватку квалифицированной рабочей силы.

Южноафриканские предприниматели объективно заинтересованы в том, чтобы как-то повысить мобильность африканских рабочих, уровень их подготовки. Деловые круги и выражающие их интересы организации, такие, как Национальный фонд развития и управления, Федеральная промышленная палата, Ассоциация торговых палат, и другие, все настойчивее выступают за проведение минимальных политических реформ, которые могли бы сдержать нарастание социальных конфликтов, ослабить кризисные явления в экономике. Показательно заявление главы крупнейшей промышленной корпорации ЮАР «Барлоу Рэнд» Майка Рошолта. По его словам, среди представителей южноафриканского бизнеса растет убежденность, «что расовая дискриминация и экономический рост несовместимы и что дискриминационные меры должны быть упразднены, если ставится цель достичь стабильности и приемлемых темпов роста экономики». Заинтересованность в такого рода изменениях выражают и влиятельные иностранные вкладчики капитала, серьезно обеспокоенные взрывоопасным положением на юге Африки, которое ставит под удар их интересы.

Недовольство бизнесменов находит определенный резонанс в правящих кругах ЮАР. Выступая в 1979 году на конференции предпринимателей, премьер-министр Питер Бота заявил, что «перемены в стране — это единственная альтернатива революции». Какие перемены он имел в виду?

Это стало ясно в конце 1983 года, когда в ЮАР был проведен референдум об изменении конституции. В стране создан сегрегированный по расовому принципу трехпалатный парламент — для белых, цветных и индийцев. Те, в свою очередь, избирают президента страны, наделенного исключительно широкими полномочиями. Для этого образуется коллегия выборщиков в составе 50 белых, 25 цветных и 13 индийцев, выдвигаемых раздельно палатами соответствующей расовой группы. Каждая из таких законодательных ассамблей занимается только вопросами, которые затрагивают интересы представляемой ею общины. Право решать, что относится к сфере общих интересов, а что нет, закрепляется за президентом. Тем самым он получает возможность полностью контролировать законодательную деятельность всех трех палат. Образован также новый президентский совет, часть членов которого избирается (естественно, по отдельным куриям), а часть — назначается. Задача совета — «направлять» деятельность президента, выносить окончательные решения в случае, если три раздельные палаты не смогут прийти к согласию относительно законопроекта по вопросу, представляющему, как было признано, общий интерес.

Совершенно ясно, что эти «реформы» — не более чем маневр, рассчитанный на то, чтобы заручиться поддержкой цветных и индийцев сохранять господство белого меньшинства в экономической, политической и духовной жизни. Они — и это главное — начисто игнорируют права африканцев, т. е. 70 процентов всех жителей ЮАР.

Закономерно поэтому, что законодательные маневры расистов встретили решительный отпор со стороны подавляющего большинства небелого населения ЮАР. Состоявшиеся в сентябре 1983 года в соответствии с измененной конституцией парламентские «выборы» со всей очевидностью показали, что «модернизация» системы апартеида не только не ослабила, но, напротив, обострила расовые антагонизмы в стране. Свыше 80 процентов цветных и индийцев, получивших «право голоса», бойкотировали выборы. По южноафриканским городам прокатилась волна массовых выступлений африканцев. На их подавление власти были вынуждены бросить регулярные войсковые части.

Пытаясь укрепить контроль над африканским населением, правительство стремится перекрыть все каналы миграции «нелегальной» рабочей силы из бантустанов в городские районы. Государство теперь привлекает к судебной ответственности лиц, нанимающих «нелегальных». Работодателей будут штрафовать на 500 рэндов за каждого «нелегального». Это особенно больно ударит по более чем миллиону африканских женщин, работающих прислугой. По-прежнему к судебной ответственности привлекаются и сами рабочие. Эта мера направлена на то, чтобы удержать огромную армию безработных на свалках бантустанов. Что касается пропусков, то их официальное название «справочные книжки» будет заменено на «документы о гражданстве» или «проездные документы», а судя по недавним заявлениям министерства, они, возможно, получат название «удостоверения личности». Но эти новые документы будут содержать точно такую же информацию и выполнять такую же функцию, как и прежние «справочные книжки». Словом, перефразируя старую французскую поговорку, можно сказать, что в ЮАР, «чем больше перемен, тем больше все остается по-прежнему».

Но попытки даже таких «реформ» встречаются в штыки силами, стоящими на крайне правом фланге белой общины.

В ЮАР активизируются группировки откровенно фашистского толка. Одна из них — Африканер веерштандебевегинг, чья эмблема напоминает искривленную гитлеровскую свастику, а используемые методы практически не отличаются от методов нацистских штурмовиков, — заявила, что ответит насилием на любые попытки правительства «разделить власть» с цветными и индийцами. В сентябре 1981 года несколько таких группировок создали объединение «Спасите белую ЮАР». Есть сведения, что они располагают разветвленными связями за границей…

Под давлением ультрарасистов правительство отступает от робких обещаний реформ и стремится показать, что оно не меньше их озабочено интересами «белой расы». В стране усиливается расистская пропаганда. Белым южноафриканцам с пеленок прививают чувство превосходства над небелыми, ненависти и расового фанатизма. Методы воспитания и идеологической обработки молодежи мало чем отличаются от методов дрессировки полицейских овчарок, приученных бросаться на человека с черной кожей. Расистская пропаганда возвела, например, в ранг «национального героя» 14-летнего подростка, который двое суток голодал в больнице, отказываясь принимать пищу, купленную у небелого торговца. В ЮАР все более раздувается милитаристский психоз. Для белого населения введена всеобщая военная подготовка. Даже школьницы обучаются стрельбе из огнестрельного оружия. По числу единиц оружия на душу белого населения ЮАР занимает первое место в мире.

Все белые южноафриканцы, способные носить оружие, взяты на учет военным ведомством и расписаны по армейским частям. В спешном порядке строятся аэродромы, военные заводы и ракетные полигоны. Даже фермерские усадьбы оборудуются на манер военных укреплений: они имеют бетонные стены, ограды из колючей проволоки, пулеметные гнезда. За последние пять лет военные расходы ЮАР многократно возросли.

Расистский режим вооружают империалистические державы, которые несут главную ответственность за сохранение преступной системы апартеида. С помощью стран НАТО южноафриканские расисты накопили огромные запасы вооружений и начали производить по американским, французским и западногерманским лицензиям на своих заводах многие виды оружия.

С начала шестидесятых годов Совет Безопасности ООН регулярно принимал резолюции, предлагающие государствам добровольно налагать эмбарго на продажу оружия ЮАР. В конце 1977 года он принял резолюцию № 418, которая на этот раз предписывала обязательное эмбарго. Западные страны не возражали против этого, хотя, как показали события, и не собирались ее выполнять.

Расисты никогда не теряли уверенности в поддержке международного империализма. Сразу же после решения Совета Безопасности об эмбарго на продажу оружия тогдашний министр обороны Питер Бота заявил: «Кого же пытаются запугать?.. То, чего мы не можем производить в ЮАР, мы продолжаем получать из-за границы. До тех пор, пока мы будем иметь необходимые деньги, мы всегда будем находить источники снабжения».

Расисты не обманулись в своих расчетах. Сегодня ЮАР сама входит в первую десятку крупнейших производителей вооружения в мире и расширяет рынки сбыта этой своей продукции за границей. Ее клиентами стали страны Африки, Латинской Америки и Ближнего Востока. ЮАР уже давно стала для монополий богатейшей кладовой разнообразных природных богатств и главным экономическим плацдармом на африканском континенте. Золото и алмазы, медь и уран, марганец и железная руда — эти и многие другие ценнейшие минералы залегают здесь в огромных количествах. ЮАР дает 40 процентов производства минералов в Африке.

Чтобы усилить заинтересованность международных монополий в сохранении режима апартеида, правительство ЮАР предоставляет им всевозможные льготы и привилегии. Налог на прибыли иностранных компаний в ЮАР один из самых низких в мире.

В настоящее время в ЮАР обосновалось около двух тысяч иностранных компаний. Среди них первое место по влиянию на экономическую жизнь страны, по числу и размерам капиталовложений принадлежит английским монополиям. Это понятно. До 1961 года страна находилась под сенью британской короны, и английский капитал до сих пор занимает ключевые позиции в ее экономике. Но в последние годы его все более теснят американские монополии. Они вложили в южноафриканскую экономику свыше 14 миллиардов долларов. Здесь действует свыше 250 американских фирм, включая филиалы таких крупных монополий, как «Дженерал моторе», «Форд», «Зингер», «Америкен метал клаймекс».

Американских монополистов устраивают расистские порядки в ЮАР. Бизнес есть бизнес, пусть он и делается с партнерами, заслуживающими репутацию палачей. «Мы убеждены, — заявил вице-президент американской компании «Ньюмонт майнинг» Д. Бэнгхардт, — что Южная Африка обеспечивает оптимальные условия для капиталовложений».

На ЮАР приходится свыше двух третей капиталовложений ФРГ в Африке. Здесь уже многие годы действуют филиалы компаний «Крупп», «Маннесман», «Фольксваген», «АЭГ» и десятков других. Они добывают золото, хром, уран, железную руду, асбест. С их помощью в ЮАР создаются предприятия военной, химической, атомной промышленности.

Бизнес на апартеиде делают и монополисты многих других империалистических стран: Франции, Бельгии, Италии, Японии, Нидерландов. Полный список иностранных компаний, орудующих в ЮАР или поставляющих ей товары, занял бы сотни страниц. «Реальная власть в ЮАР, — говорится в программе Южно-Африканской компартии, — находится в руках монополистов, которые владеют и управляют рудниками, банками и финансовыми фирмами, большей частью ферм и основными отраслями промышленности».

Международный капитал не только укрепляет позиции апартеида внутри страны, но и активно защищает его на мировой арене. Он делает все, чтобы сорвать международный бойкот расистского государства.

Западные державы, осуждающие на словах расизм и даже иногда поддерживающие в ООН антирасистские резолюции, делают все для спасения режима апартеида. США, Англия, ФРГ и другие империалистические страны ни на день не прерывали экономических отношений с ЮАР. Более того, в последние годы эти отношения заметно расширились. ЮАР получает все необходимое ей промышленное оборудование и бесперебойно сбывает свое сырье на западных рынках. Не сокращается и доставка нефти: 40 процентов всей потребляемой ЮАР нефти поставляют английская монополия «Бритиш петролеум» и англо-голландская «Ройал датч шелл», 44 процента — американские компании «Калтекс» и «Мобил».

Администрация Рейгана нашла в режиме удобное орудие вмешательства во внутренние дела африканских государств, подрыва национально-освободительных движений. Вашингтон теперь открыто признает стратегическую роль ЮАР как союзника в борьбе против «советского влияния», а также как поставщика целого ряда сырьевых товаров, необходимых для экономики западных стран. Товарооборот между двумя странами достиг 5 миллиардов долларов. Причем Белый дом отменил ряд прежних ограничений на торговлю с ЮАР, в том числе на поставки оборудования, имеющего военное применение и связанного с ядерной технологией.

При поддержке империалистических держав расисты незаконно оккупируют Намибию, вдвое превышающую по территории Англию и Францию, вместе взятые. Эта страна, бывшая германская колония, после второй мировой войны была отдана под южноафриканский протекторат. С тех пор ЮАР аннексировала ее и стремится там остаться, несмотря на то, что еще в 1966 году Генеральная Ассамблея прекратила действие мандата ЮАР на Намибию и взяла на себя прямую ответственность за управление этой территорией. На учрежденный тогда же Совет Организации Объединенных Наций по Намибии международное сообщество возложило обязанность защищать права и интересы этой страны и ее народа.

Вопреки заявлениям южноафриканской администрации, незаконно созданной в Намибии, о том, что в стране больше не существует расовой дискриминации, эта практика в отношении африканского населения не только сохраняется, но и стала применяться более широко. По сути дела, оккупационные власти распространили на Намибию репрессивные и дискриминационные законы ЮАР, регулирующие все стороны жизни намибийцев.

Южноафриканские и международные монополии извлекают огромные прибыли на разработке природных богатств Намибии, на чудовищной эксплуатации ее коренного населения. Интересы южноафриканских, и транснациональных корпораций в Намибии связаны с богатейшими залежами полезных ископаемых, а также возможностью разводить ценные породы овец, дающие высококачественный каракуль. Намибия занимает одно из ведущих мест среди мировых производителей алмазов, обладает крупнейшим в мире рудником по открытой разработке урановой руды, в стране ведется добыча самых разнообразных металлов, включая медь, свинец, цинк, олово, кадмий, ванадий, серебро и литий.

Расисты ЮАР и их западные покровители пытаются найти обходные пути для сохранения своих политических и экономических позиций в Намибии, предпринимая политические и военные меры, чтобы навязать намибийскому народу марионеточный режим, послушный воле Претории. В этих целях в Намибии были проведены в 1978 году фальсифицированные выборы и созданы такие атрибуты колониальной администрации, как «законодательная ассамблея», а также карательные органы. Вся эта деятельность расистского режима Претории незаконна.

В 1978 году Совет Безопасности, одобрив резолюцию № 435, принял конкретный план предоставления Намибии независимости на основе проведения всеобщих выборов под международным контролем. Переговоры с ЮАР об осуществлении этого плана вызвалась вести так называемая «контактная группа» в составе представителей США, Англии, Франции, ФРГ и Канады. С тех пор прошел не один год, однако практически дело не сдвинулось с мертвой точки. Это подчеркивали почти все выступавшие на состоявшейся в 1983 году в Париже конференции 136 государств в поддержку борьбы намибийского народа за независимость, декларация которой включена в материалы раздела. До сих пор не определены ни система выборов, ни порядок их проведения, ни, наконец, что самое важное, сроки вывода южноафриканских войск. Иначе говоря, отсутствуют основные условия, предусмотренные резолюцией № 435.

При поддержке империалистических держав ЮАР выдвинула требование «увязать» деколонизацию Намибии с выводом контингента кубинских войск из Анголы. Правительство Анголы категорически отвергло подобное условие, справедливо расценив его как грубое вмешательство во внутренние дела.

Под этим пропагандистским прикрытием о присутствии в Анголе кубинских войск расисты уже в течение ряда лет ведут против этой страны и других независимых африканских государств необъявленную войну. В августе 1981 года южноафриканская военщина начала крупное вторжение в Анголу под кодовым названием «операция Протея». В нем участвовали 11 тысяч солдат мотопехоты, отряды наемников и батальон танков при поддержке тяжелой артиллерии, самолетов и вертолетов. Оккупанты смогли захватить около 55 тысяч квадратных километров Южной Анголы.

Ущерб, причиненный необъявленной войной Претории Анголе, с 1975 по конец 1982 года составил более 10 миллиардов долларов. Точно подсчитать людские потери невозможно. В материалах раздела приводятся факты и об агрессивных действиях ЮАР, направленных против Мозамбика, Лесото, Зимбабве.

Существо конфликта в Южной Африке заключается в социальных, экономических, политических антагонизмах, обостряемых империализмом. Африканцы добиваются не каких-то исключительных «расовых прав», а нормальных человеческих прав. От самих европейцев зависит, чтобы слова «белый» и «угнетатель» не были равнозначны. Африканцы борются не вообще против белых людей, а против белых расистов.

Такую позицию занимает ведущая освободительная организация ЮАР Африканский национальный конгресс. Один из его лидеров, выдающийся деятель национально-освободительного движения в ЮАР Нельсон Манд ел а, который уже много лет томится в расистских застенках, писал: «Мы не расисты. Мы уверены, что среди белого населения есть тысячи честных демократов, которые готовы занять твердую и смелую позицию в борьбе за безусловное равенство, за полный отказ от «белого превосходства». Мы протягиваем им руку искренней дружбы и братского союза».

Огромную работу по созданию единого фронта против режима апартеида в ЮАР проводят южноафриканские коммунисты, имеющие многолетние традиции борьбы за освобождение южноафриканцев от проклятия расизма. Выступая «за революционное единство всех людей труда, белых и черных, в их борьбе за свободу и равенство», их программа призывает ко всем формам борьбы против колониализма и расизма. Ближайшими целями партии являются создание унитарной республики на основе всеобщего равного избирательного права, уничтожение расизма, введение демократических свобод, проведение аграрной реформы, национализация важнейших отраслей экономики. Эта программа нашла широкий отклик среди населения ЮАР.

В тесном союзе с компартией борется Африканский национальный конгресс — авангардное движение, включающее африканцев, цветных, индийцев, а также наиболее мужественную, дальновидную и все глубже проникающуюся демократическими идеями часть белой общины. Характеризуя союз с коммунистами, президент конгресса О. Тамбо сказал: «Это не альянс, который возник лишь на бумаге за столом переговоров, был оформлен подписанием документов и представляет собой исключительно соглашение между руководителями. Это — живой организм, выросший из борьбы».

До начала 60-х годов патриотические организации ЮАР в основном использовали в своей борьбе различные формы гражданского неповиновения: забастовки, бойкоты, демонстрации. Убедившись, что в полицейском государстве одних таких форм борьбы недостаточно, они начали прибегать и к вооруженному сопротивлению.

В Намибии национально-освободительное движение возглавляет Народная организация Юго-Западной Африки (СВАПО), которая ведет вооруженную борьбу против расистов. За годы борьбы СВАПО удалось создать освобожденные районы на севере страны, где ныне южноафриканские солдаты могут действовать лишь при поддержке авиации. В этих районах СВАПО уже начала осуществлять свою программу социальных мероприятий, приступив, в частности, к проведению кампании по борьбе с неграмотностью и созданию системы здравоохранения.

СВАПО призвала народ к оружию лишь после того, как все ее усилия добиться освобождения страны мирными средствами оказались безрезультатными. В ходе периодически возобновляющихся переговоров она неизменно демонстрирует свою готовность к мирному урегулированию. Но то, что предлагают ЮАР и западные державы, не имеет ничего общего с подлинной независимостью Намибии. В заявлении, направленном в ООН, СВАПО подчеркнула, что национально-политические силы ожидают принятия таких решений, которые «заставят расистский режим Южной Африки, осуществляющий военную колониальную оккупацию Намибии, вывести оттуда свою незаконную администрацию и передать власть намибийскому народу».

Разностороннюю помощь борцам за свободу на юге Африки оказывает Советский Союз. О высокой оценке этой поддержки патриотическими силами ЮАР говорил в своем выступлении на XXVI съезде КПСС Генеральный секретарь Африканского национального конгресса А. Нзо[32]. Президент СВАПО С. Нуйома, выступая перед советскими коммунистами, заявил: «…Мы глубоко благодарны Советскому Союзу за его неизменную солидарность с нашей борьбой, за его поддержку и помощь»[33].

Бесчеловечная система апартеида обречена историей на уничтожение. Будущее за теми, кто сейчас борется на юге Африки за свободу, равенство и человеческое достоинство.

Империалистические круги в своих корыстных интересах всеми средствами пытаются навязать развивающимся странам неоколониалистские порядки, сохранить эти государства в орбите мировой капиталистической системы. Они широко используют военную силу, идут на любые преступления для того, чтобы подорвать национально-освободительное движение народов Африки, Азии и Латинской Америки. Представленные здесь материалы показывают, что расизм тесно связан с милитаризмом и реакционной политикой неоколониализма, которая сегодня воплощается в различные формы — от экономического ограбления народов развивающихся стран до использования банд наемников в борьбе с национально-освободительным движением и прогрессивными режимами.

Империализм — источник военной опасности и неоколониализма

Империалистические круги в своих корыстных интересах всеми средствами пытаются навязать развивающимся странам неоколониалистские порядки, сохранить эти государства в орбите мировой капиталистической системы. Они широко используют военную силу, идут на любые преступления для того, чтобы подорвать национально-освободительное движение народов Африки, Азии и Латинской Америки.

Представленные здесь материалы показывают, что расизм тесно связан с милитаризмом и реакционной политикой неоколониализма, которая сегодня воплощается в различные формы — от экономического ограбления народов развивающихся стран до использования банд наемников в борьбе с национально-освободительным движением и прогрессивными режимами.

Терроризм с ядерной бомбой

Из журнала «Африк-Ази» (Париж)

Рейган вошел в историю, стуча сапогами и позвякивая шпорами. Противник четко определен: Советский Союз, обвиняемый в том, что он «экспортирует терроризм». Выбрано и поле сражения — это развивающиеся страны, а жертвы — народы, стремящиеся к свободе, подлинной независимости и суверенитету…

Не признавая никакой законности за освободительными движениями, президент и его государственный секретарь доходят до отрицания законности любого государства, возникшего в результате борьбы этих движений, до сожалений о вреде английской, французской, португальской деколонизации, до того, что видят в Организации Объединенных Наций нелегальную трибуну «международного коммунизма».

Будучи скорее летающими ящерами, чем ястребами, эти ископаемые времен «холодной войны» переработали после Трумэна и Даллеса доктрину безопасности Соединенных Штатов, распространив сферу ее применения на весь «свободный мир», рассматриваемый как американская вотчина, где постоянно должна вестись война между «добром, которое представляет Запад» (успокоительный термин, в большей степени свидетельствующий о культуре и истории, чем термин «капитализм» или его заменитель «колониализм»), и «коммунизмом, который воплощает абсолютное зло».

Все, что не относится непосредственно к ортодоксальному капитализму, близко к коммунизму, и следовательно, с этим необходимо вести борьбу. Таким образом, «новая граница» Соединенных Штатов та, что отделяет социалистические страны от остального мира, который должен удерживать эти социалистические страны, — если потребуется, даже силой, — в их пределах, не отказываясь при этом сам от использования любых возможностей для их дестабилизации. Такая политика уже широко применялась успеха — на практике, хотя и не была столь открыто сформулирована, в целом ряде стран, народы которых хотели избавиться от засилья неоколониализма и империализма, например, в свое время в Кубе, Чили, Вьетнаме, а затем в Анголе и Афганистане.

Так кто же в данном случае выступает в роли террористов и провокаторов?

Кем считать этих доблестных глашатаев «свободного мира», если они укрепляют связи с Пиночетом, обеспечивая ему кредиты американского Экспортно-импортного банка, приглашая предателя Народного единства и убийцу Альенде принять участие в межамериканских военно-морских маневрах? Если кровавые режимы расцениваются постоянным представителем Вашингтона при ООН Джин Киркпатрик как «умеренно репрессивные»? Правда, эта дама тоже считает, что освободительные движения — не что иное, как «проявление международного коммунистического заговора», и возмущается тем, что комитет по проверке полномочий посмел исключить из Генеральной Ассамблеи ООН Южно-Африканскую Республику — страну, которая, однако, издевательски игнорирует все решения этой международной организации, где г-жа Киркпатрик представляет Соединенные Штаты.

Надо, правда, признать, что такое презрительное отношение исходит свыше, поскольку сам Рейгаи — вопреки решительному осуждению апартеида сессией министров иностранных дел неприсоединившихся стран в Дели в начале февраля 1981 года, вопреки мерам, принятым 36-й сессией Совета министров ОАЕ с целью усилить экономическое и политическое давление на режим апартеида, вопреки требованию о созыве чрезвычайного заседания Совета Безопасности, — сам Рейган назвал ЮАР «дружественной страной» и «страной, имеющей важнейшее стратегическое значение для свободного мира», в силу чего этот пресловутый «свободный мир» оказывается в довольно плохой компании. Но все это очень радует премьер-министра ЮАР Питера Боту. Опираясь на свой арсенал, обеспеченный ему большей частью Соединенными Штатами, Францией, Англией, ФРГ и Израилем, включившись в осуществление ядерной программы, финансируемой западными банками, и начав производство крылатых ракет в сотрудничестве с Израилем и Тайванем, Питер Бота дает знать Вашингтону, что он имеет все, что нужно, и не намерен допустить, чтобы «международные террористические группы подорвали его равновесие».

Но при условии, скромно дает он понять, что Белый дом согласится на то, что отверг в свое вре*мя Картер: на более широкое согласование их «совместной стратегии» на юге Африки, — ходатайство, которое встречает сегодня поддержку в широких кругах американского истеблишмента, считающего, что такое сотрудничество тем более необходимо, что Мапуту и Луанда подготавливают и поддерживают намибийских и южноафриканских «террористов» — ключевое слово лексикона, общего для Вашингтона и Претории.

К несчастью, случилось так, что ободренная приходом к власти Рональда Рейгана Претория стала еще чаще совершать налеты на ангольскую территорию, а марионетки УНИТА, опираясь на поддержку, которую открыто оказывает им Вашингтон и на которую не скупится ЮАР, стремятся активизировать свою агрессию с целью дестабилизации режима в Анголе. Так кто же на деле террорист и кто вправе говорить о законной самообороне?

Но все это отнюдь не смущает американского государственного секретаря, который к тому же уже давно мечтает, чтобы Претория стала одним из партнеров западного союза против СССР и чтобы на нее было распространено военное покровительство НАТО.

Ускоряя создание сил быстрого развертывания, Вашингтон хочет показать, что он готов вмешаться повсюду, где могут оказаться под угрозой его интересы или интересы Запада. А угрозой будет считаться всякая попытка какого-то народа избавиться от неоколониализма и империализма.

Можно ли представить себе худший терроризм, чем этот? Чем такой вот государственный терроризм? И можно ли без возмущения думать о том, какая судьба ожидает развивающиеся страны, подвергающиеся подобным запугиваниям и нажиму? Поскольку после того как Вашингтон, по словам одного американского политолога, «водрузил свой флаг на мачте сальвадорской хунты», почему бы ему не поспешить на помощь любой другой диктатуре, с которой хотел бы покончить народ? И как можно не опасаться авантюристических последствий для истории человечества этой политики размахивания ножом, этого терроризма с ядерной бомбой?

«Afrique-Asie» (Paris), 1961, 16.III.

Порабощение на неоколониалистский манер

Из еженедельника «Революсьон африкэн» (Алжир)

Со времени колониального раздела Африка никогда еще не подвергалась столь массированному наступлению империализма. Тревожные события последних лет, переживаемые ее народами, порождены одной причиной — возросшей активностью стран — членов НАТО. Сегодня у апологетов империализма, рядящихся в тогу гуманистов, в ходу слова «мир», «мирное решение», «мирное урегулирование», «мирное развитие». Однако неблаговидная возня вокруг Намибии, явная и тайная поддержка расистского режима ЮАР свидетельствуют скорее о том, что реакционные империалистические круги отождествляют эти понятия с понятием «усмирять». «Мирное развитие», о котором они так пекутся, на деле означает порабощение на неоколониалистский манер. «Мир» в Африке, как его понимают западные монополии, — это прежде всего возможность обеспечить себе благоприятные условия для дальнейшего грабежа ее природных богатств. Вряд ли западные державы проявляли бы столько беспокойства по поводу событий в Заире, так настойчиво выступали против прогрессивных режимов Мозамбика, Анголы, Бенина или Мадагаскара, если бы эти страны не обладали значительными запасами кобальта, нефти, железа, меди, фосфатов. И разве ЮАР так упорно цеплялась бы за Намибию, если бы последняя наряду с другими сокровищами не располагала богатейшими в мире месторождениями урана?

Основная цель возросшей активности западных держав на континенте — задержать окончательное пробуждение его народов, которое неминуемо приведет к утрате важнейшего звена в мировой капиталистической системе. Африка стала сегодня ареной битвы не только за сырье, но и за выгодные стратегические позиции. Не случайно поэтому страны НАТО попустительствуют милитаризации ЮАР.

Не в последнюю очередь это вызвано стратегическим положением мыса Доброй Надежды на международных морских путях.

Если еще не так давно врага было легко обнаружить, то сегодня он предпочитает действовать значительно более коварными и скрытными методами. Речь идет о неоколониализме. Он тем более опасен, что обладает целым рядом союзников на континенте, интересы которых совпадают с интересами монополий. Именно о безопасности своих союзников — проводников империалистической политики на континенте — так усердно заботятся западные державы, распространяя небылицы о «советско-кубинской угрозе», используемые как предлог для вмешательства во внутренние дела африканских государств. Но ставить на одну доску бескорыстную помощь социалистических государств, в частности Кубы, оказываемую во имя солидарности с национально-освободительными движениями и прифронтовыми странами юга Африки в их борьбе против агрессивных происков ЮАР, и подрывные действия НАТО — значит лить воду на мельницу тех, кто хотел бы повернуть вспять революционный процесс в Анголе и Мозамбике, сорвать строительство социалистического общества в Эфиопии, подавить вооруженную борьбу народов юга континента за свободу и независимость.

Что же пугает Запад и его союзников в так называемом «советско-кубинском присутствии» в Африке? Не то ли, что это присутствие помогает африканским народам сбросить колониальное ярмо, самим решать свою судьбу, разорвать петлю экономической зависимости от транснациональных корпораций? Ясно, что за мифами о «кубинском присутствии» и «советском влиянии», о которых так много кричат при каждом очередном успехе освободительных движений, кроется стремление подорвать позиции прогрессивной Африки и обеспечить спокойное существование международным монополиям.

Именно под этим углом необходимо рассматривать проблему деколонизации юга Африки, неразрывно связанную с судьбами всего континента, который не может считаться свободным и независимым, пока на его земле сохраняются последние цитадели расизма и колониализма.

«Revolution Africaine», 1979, 17.VII.

«Псы ВОЙНЫ»

Профессия — убийца

За горсть долларов они будут убивать или погибнут сами. Таков смысл игры. Деньги — вот язык, который они понимают лучше всего.

Наемники прошлого — те, кто решающим образом определял события в Конго в 60-х годах и твердо посадил в седло Мобуту, — создавали именно такое впечатление[34]. Но это еще не вся отвратительная история. Ведь помимо того, что это платные убийцы, многие «псы войны» являются также политиканами, стремящимися сохранить Африку для Запада.

Участник неудавшейся в ноябре 1981 года попытки свергнуть президента Сейшельских Островов Альбера Рене заявил одной газете ЮАР, что, если бы переворот (или, точнее, вторжение) удался, он «изменил бы все равновесие сил в Индийском океане в пользу западного мира». Он добавил, что является «профессиональным солдатом, посвятившим свои силы борьбе против коммунизма».

42-летний юаровский шпион Мартин Долинчек, который был схвачен после нападения на островную республику в Индийском океане, сказал, что он присоединился к налетчикам по идеологическим соображениям.

Сейшельское дело имело отзвук в Африке. «Нью африкен» может подтвердить, что ведется новая кампания по вербовке большего числа таких добровольных вояк против коммунизма. Не в Иоганнесбурге, бывшем одно время мировой столицей набора наемников, а в Лондоне, который в последнее время превратился в главный центр набора наемников. Операцией руководит из шикарной конторы в лондонском Уестэнде бывший сержант английской армии, который стал старшим офицером в рядах наемников в Конго, когда там командовал Майк Хор. Известно, что и в гражданской войне в Нигерии использовали наемных вояк[35]. В 1967 году тот же вербовщик, находившийся тогда в Иоганнесбургс, попытался организовать операцию с целью возвращения изгнанного Моиза Чомбе. Вскоре после этого несколько офицеров-наемников посетили Лондон и ряд городов Дальнего Востока, чтобы проверить возможности вербовки. Майк Хор, который, как говорят, читает молитву перед боем, был награжден в 1968 году Мобуту заирским военным крестом «за храбрость».

Наемники слетаются на войну как мухи на мед. Они любят жестокие схватки и вольную жизнь, которая им сопутствует. Но, как указывал стратег Карл фон Клаузевиц, война есть продолжение политики иными средствами. Поэтому политика наемников — это политика правых. Большинство «псов войны» — оголтелые расисты, которые не питают уважения к жизни чернокожих. Они запустили щупальца в большой бизнес, в коридоры политической власти и в темные глубины мира разведки нескольких западных столиц. С точки зрения Запада наемники — полезное орудие. Они готовы броситься туда, куда боятся ступать правительства.

Например, первые наемные солдаты в Конго (Заире) были использованы гигантской компанией «Юньон миньер», которая платила им за охрану своих сооружений на территории площадью 34 тыс. кв. км.

Социолог Жан Зиглер, который первым поднял тревогу по поводу опасности наемников в Африке, разоблачил в 1963 году некоторые их тайные связи. Его расследование, в частности, обнаружило, что исландское консульство в его родной Швейцарии использовалось в качестве центра вербовки наемников в Конго.

Рассказывая о специальной авиационной службе (САС) Англии (девиз «побеждает смелый»), английский журналист и писатель Тони Джерати говорит: «Сомнительно, чтобы какой-либо военный предприниматель, каким бы влиятельным он ни был, смог организовать политическую авантюру без помощи правительства».

Не обошлась без тесных связей с правительством в Париже также попытка французского наемника Боба Денара вторгнуться в 1977 году в Бенин. В докладе французской парламентской комиссии, опубликованном в ноябре 1981 года, сообщалось, что Денар незадолго до налета снял со счетов на его имя 475 тыс. долларов, поступивших из неназванных источников в два банка: Люксембургский международный банк и «Банк Бордье» в Женеве. В докладе даже приведены номера счетов.

Яркой демонстрацией широкомасштабного наемничества в Африке стала и авантюра «бешеного Майка» Хора на Сейшельских островах.

Управление делами наемников обычно наиболее эффективно, когда оно использует вербовочные агентства. Например, существует организация «Уочгард», созданная в 1967 году в Гернси, налоговом раю на Норманских островах между Англией и Францией, бывшим полковником САС Дэвидом Стирлингом. Как утверждает Джерати, она не только обучала телохранителей и отборные войска для правительств Абу-Даби, Замбии и Сьерра-Леоне, но и обеспечивала для них командные посты в случае государственного переворота. По данным расследования Тони Джерати, в наборе наемников участвует также фирма по обеспечению безопасности под названием «КМС лимитед». Считают, что центром наемников во Франции является Лион.

Новый поворот на отвратительной арене наемничества — введение в конфликт ЮАР в Анголе наемников-африканцев. В январе 1981 года белый перебежчик Бриттон Тревор Джон Эдвардс и анголец Хозе Рикарду Белмунду сообщили о батальоне «Буффало», также известном как 32-й батальон. Организатор батальона «Буффало» — американский ветеран войн в Конго, Вьетнаме и Анголе полковник Карпентер. Во время своих «ковбойских» набегов на Анголу и на базы СВАПО в северной Намибии африканские наемники одеваются так, чтобы выглядеть, как солдаты армии ЮАР. Они не только служат режиму апартеида, но и составляют вспомогательные силы У НИ ТА, возглавляемого Хонасом Савимби[36].

В 1978 году Международный Красный Крест в Женеве этказал наемникам в статусе военнопленных. Можно лишь гадать, когда вступит в силу конвенция, направленная против наемничества. Западные страны не хотят поддерживать африканское определение слова «наемник» на том основании, что они не могут контролировать наемнические действия своих граждан. Факт остается фактом: когда наемников ловят в момент совершения политических преступлений в Африке, их правительства оказывают сильнейшее дипломатическое давление, чтобы их спасти. Так, английское правительство делало представления в защиту десяти английских наемников, которые отбывают суровые наказания в Анголе.

Только в уголовном кодексе Анголы есть положения, касающиеся наемников. По словам Тони Джерати, группа из 20 английских наемников была набрана в январе 1976 года Николасом Мервином Холлом от имени лидера ФНЛА[37] Холдена Роберто. Калифорниец Дэвид Бафкин также завербовал четырех американских наемников в ту же группу мятежников, которая в то время сражалась против МПЛА.

По данным «Африка ньюс», Бафкин мог финансировать операцию только деньгами из тех 30 млн. долларов, которые ЦРУ направило ФНЛА и УНИТА. У Холла было 20 тыс. фунтов стерлингов, когда он предпринял свою вербовочную кампанию в Лондоне.

Десять англичан и все четверо американцев были отданы под суд, и четверо из них (трое англичан и американец) были казнены в феврале 1976 года. Один из них, грек-киприот Костас Георгиу, он же полковник Кэллен, был признан виновным в убийстве не только ангольцев, но и 14 английских солдат-наемников. Кроме того, по словам Джерати, он убивал бойцов ФНЛА «лишь для того, чтобы опробовать оружие».

Нет сомнений, что наемники еще не раз вернутся, как показывает новая международная вербовочная кампания. По словам военных стратегов, их новыми мишенями могут быть Гана, Сейшельские Острова, Ливия, Мадагаскар и Занзибар — все страны, расположенные на перекрестках западных стратегических интересов. Не будучи бдительной, Африка пошла бы по пути Коморских островов — арены воинственных бандитов, которые ни перед чем не остановятся, чтобы посеять смуту на этом богатом полезными ископаемыми континенте.

«New African» (London), 1982, N 3.

Мода на наемников

Зловещая авантюра, театром действий которой стало 25 ноября 1981 года маленькое государство Сейшельские Острова, — высадка десантного отряда наемников, в большинстве своем южноафриканцев, — не была беспрецедентной в этом районе. Она вновь ставит вопрос о борьбе против этого бесконечно возрождающегося явления, с которым так и не могли справиться ни международные резолюции, ни робкие усилия в сфере регионального сотрудничества.

Так, в последние годы Мадагаскар, Мозамбик, остров Маврикий и Коморские острова были объектом попыток «дестабилизации» извне с участием нерегулярных вооруженных сил, вербуемых специально для данного случая. Рост числа таких операций вынудил большинство этих стран создать силы безопасности, иногда несоразмерные с их финансовыми возможностями, что не могло не иметь отрицательных последствий для усилий в области развития, и принять полицейские или юридические меры против иностранцев.

До сих пор бесспорным успехом завершилась только одна операция такого типа: высадка на Коморских островах в мае 1978 года прибывшей морем группы французских и бельгийских наемников под руководством француза Жильбера Буржо, больше известного под своим военным именем — Боба Денара. Государственный переворот привел к немедленному свержению коморского революционного режима, убийству его главы Али Суалиха, возвращению на пост главы государства бывшего президента Ахмеда Абдаллы, поселению на островах части наемников (перевоплотившихся в командный состав президентской гвардии, руководителей экспортно-имлортпой торговли или воздушного транспорта) и восстановлению зависимых отношений с Францией, бывшей колониальной державой. Кроме того, коморское государство, практически отрезанное от своего регионального окружения, превратилось в плацдарм для аналогичных операций в соседних государствах во взаимодействии с определенными политическими и деловыми кругами Кении, ЮАР или Реюньона.

Тот же Боб Денар некогда отличился в Катанге, потом в Заире и Родезии, после чего предложил свои услуги французской организации контрразведки СДЕСЕ и американскому Центральному разведывательному управлению (ЦРУ) с целью вербовки наемников для войны в Кабинде и Анголе. В январе 1977 года он провел в столице Бенина, Котону, воздушную операцию, похожую на ту, которая чуть было не погубила сейшельский режим, но тоже закончившуюся провалом. Не исключено, что Боб Денар и его люди косвенно участвовали и в «перевороте» на Сейшельских островах 25 ноября. С 19 ноября главарь наемников жил в Морони, на Коморских островах, откуда как раз и поднялся в воздух самолет с южноафриканскими десантниками, взяв курс на архипелаг Сейшельских островов.

Майк Хор, командир отряда наемников, действовавшего на Сейшельских островах, кое в чем близок Бобу Денару: как и француз, он ветеран Конго; как и Денар, он создавал сеть рекрутирования наемников, способствуя, главным образом формированию иностранных частей бывшей родезийской армии («Селус скаутс» и специальные авиационные службы); и он на своей родине (Ирландия) пользовался полнейшей безнаказанностью, хотя не раз — совершенно так же, как Боб Денар, — ставил официальную дипломатию в затруднительное положение. Наконец, по примеру Боба Денара, он оправдывает свои действия политическими и стратегическими соображениями: защита Запада от гибели, борьба против коммунизма, необходимость прямых действий для реализации тех мероприятий, которые сами правительства не могут взять на себя, и т. д.

Но первопричина этих операций не может быть понята вне объективной связи между стремлениями и интересами бродячих солдат и существованием ядра оппозиционеров, как правило, в изгнании, которые предлагают свои услуги для финансирования этих переворотов и придания им кажущейся законности: так было в случае с бывшим сопрезидентом Дагомеи во время неудавшегося переворота в Бенине, с Ахмедом Абдаллой на Коморских островах, с бывшим президентом Джеймсом Мэнчемом на Сейшелах. Равным образом желательно для них сотрудничество «промежуточных» стран в этом районе — как в дипломатическом плане, так и для большей эффективности операций.

Таким образом, борьба против этого по сути своей международного явления проходит через самые различные фронты, которые по большей части находятся вне досягаемости для «стран-жертв». Ни одна из «стран-очагов» — тех, где встречают друг друга люди, финансирующие операцию, специалисты-налетчики и «солдаты удачи», — не заставила их соблюдать национальные законы, как правило, запрещающие ношение и перевозку оружия, о котором не сообщено властям, незаконное присвоение удостоверений личности и воинских званий, набор и формирование вооруженных групп или групп с целью их последующего вооружения и т. д. Поэтому, к примеру, Жильбер Буржо всегда свободно разъезжает по территории Франции, хотя бенинские семьи подали во французские судебные инстанции не одну жалобу по поводу совершаемых им преступлений. А южноафриканский суд сразу прекратил следствие по делу большинства из тех граждан ЮАР, которые участвовали в попытке переворота на Сейшельских островах.

«Mond diplomatique» (Paris), 1982, N 1.

Оруженосцы антикоммунизма

От Джима Хаугэна, журналиста, уже много лет проявляющего интерес к секретным службам, я узнал о «Кобрах», военизированной организации, возглавляемой Митчем Уэрбеллом, опасным и загадочным бывшим офицером американской армии, замешанном в десятках «грязных дел» — от вооруженных операций в Южной Америке и до «полицейских» операций, совершенных по поручению крупных транснациональных компаний. Не так-то легко было добиться от Уэрбелла, человека, недоверчивого и агрессивного, согласия на интервью. Тем не менее неделю спустя мы уже находились в самом центре американского Юга, примерно в 200 километрах от Атланты, столицы Джорджии, где расположена штаб-квартира компании «Кока-Кола». После долгого пути мы наконец прибыли на место. Калитка, над которой развевается американский флаг и второй флаг с двумя змеями — черной и желтой и надписью «Кобры». Мы у входа в царство Уэрбелла. Вся зона ограждена колючей проволокой, металлическая калитка наглухо закрыта. Мы сообщаем о нашем прибытии по видеопереговорному устройству, и калитка открывается перед нами. В глубине аллеи — большой особняк в неоклассическом стиле.

Митч Уэрбелл — плотный, коренастый человек; на нем военный мундир и красный берет подразделений специального назначения; на груди — несколько орденов, во рту — всегда зажженная сигара. Он принимает нас в комнате, стены которой увешаны кинжалами, саблями, копьями, винтовками и пистолетами — настоящий военный музей. После беседы мы осмотрели лагерь. Его общая площадь 50 гектаров. Здесь представлены все ландшафты — джунгли, ручейки, песчаные дюны. Из кустарника вдруг выскочила группа людей в мундирах: вооруженные автоматами и кинжалами, они имитируют засаду. Неподалеку упражняются в стрельбе из винтовок с оптическим прицелом, а рядом с нами проезжают джипы с «солдатами» на борту. В общем, самая настоящая «военная база», где можно увидеть даже нескольких женщин и пожилых мужчин в стальных шлемах и боевых комбинезонах.

Несколько инструкторов не позволили себя сфотографировать. Так же поступил и один «курсант» из Южной Америки, который даже пригрозил нам пистолетом. Несмотря на такую секретность, нам удалось выяснить, что «тариф» за «грязную работу» заграницей — 4000 долларов в день для каждого участника операции (транспортные расходы оплачиваются отдельно).

Вопрос. Майор Уэрбелл, что представляет собой организация «Кобры»?

Ответ. В основе организации «Кобры» лежит идея создания нового мира. Видите ли, большинство людей не знает, насколько жесток и опасен современный мир, полный террористов, готовых так или иначе уничтожить нашу цивилизацию.

В последние годы Соединенные Штаты пережили много неудач. «Кобры» считают, что можно сохранить Америку для американцев, Соединенные Штаты — для североамериканцев, сохранить понятие надежной демократии. Что еще можно сказать? Мы хотим держать подальше отсюда проклятых социалистов, проклятых коммунистов. Мы хотим держать подальше отсюда все остальные проклятые меньшинства, всех, кроме нас самих, чтобы они не управляли страной.

Вопрос. Здесь вы руководите школой. Чему вы учите?

Ответ. Многому. Наши курсы существуют для того, чтобы защитить Америку и американский народ, чтобы защитить тех, кто борется за подлинную Америку и кто хочет защитить самих себя и свои семьи в случае возникновения чрезвычайной ситуации.

Вопрос. Какого рода чрезвычайных ситуаций?

Ответ. Например, нападение террористов.

Вопрос. Верно ли, что некоторые крупные компании нуждаются в ваших услугах?

Ответ. Каждая крупная транснациональная компания нуждается в наших услугах. Мы обучали людей из многих стран. К нам на обучение приезжали несколько итальянцев, которые работают в транснациональных компаниях в различных странах. Впрочем, сюда приезжали телохранители из всех стран мира, чтобы усвоить технику предотвращения похищений и борьбы с террористами.

Вопрос. Вы поддерживаете отношения с секретными службами?

Ответ. Конечно.

Вопрос. Во всем мире или только в Соединенных Штатах?

Ответ. Во всем мире, за исключением коммунистических стран, где мы никогда не работаем. Но мы всегда знаем, что происходит во всех других странах. Так, например, мы действуем в тесном контакте с итальянской секретной службой.

Вопрос. А с американской?

Ответ. Конечно. Они нуждаются в нас, а мы в них. У государственных секретных служб руки связаны обычаями и законами. Нам же может помешать разве что противник, с которым мы ведем борьбу. В общем, мы свободнее можем делать то, чего они делать не могут.

Вопрос. Г-н Уэрбелл, вы богаты?

Ответ. Я бы предпочел не отвечать на этот вопрос.

Вопрос. Скажите, по крайней мере, сколько вы зарабатываете своей деятельностью или какую сумму налогов вы платите в год…

Ответ. Я могу сказать лишь, что мой доход, облагаемый налогом, значительный, но цифру назвать не могу. Ее не знает даже моя жена.

Вопрос. Сколько получает инструктор в вашей организации?

Ответ. Я не хочу говорить о деньгах. Кроме того, я не хочу, чтобы мои люди обвинили меня в том, что я разглашаю их денежные дела. Скажем так: им платят очень хорошо. Каждый из них — очень опытный специалист, потому что участвовал в какой-то войне — во Вьетнаме, в Камбодже, в ЮАР, в Родезии.

«Еuroрео» (Roma), 1981, 12.X.

С клеймом «сделано в США»

Скотсдейл, штат Аризона. В баре солдаты пьют охлажденное пиво и не спускают глаз с ног официанток в миниюбках. Сегодня утром они совершили продолжительный марш-бросок, затем несколько часов подряд тренировались в стрельбе. Но эти люди — не настоящие солдаты: некоторые из них — ветераны, другие — полицейские, телохранители, специалисты по каратэ, мускулистые повесы или парни, нарядившиеся солдатами. Все они приехали сюда для участия во втором ежегодном слете, организуемом журналом «Солджер оф форчун» («Солдат удачи»), издаваемом для «солдат удачи», ветеранов, будущих солдат и для тех, кто никогда не скажет: «Прощай, оружие».

«Я приехал на этот слет, потому что я служил в армии 27 лет, — говорит нам Уильям Т. Лакетт по кличке Билл (у всех ветеранов есть боевые клички). — Это мой мир. Я был подполковником американских военно-воздушных сил. Я сражался против коммунистов во Вьетнаме, Камбодже, Лаосе». Лакетт носит в петлице яркий значок с надписью: «Я бы предпочел быть там, где убивают коммунистов». Какой-то солдат, обритый наголо, спрашивает у него почти с отчаянием в голосе, где он купил такой значок. У Роберта Брауна, издателя журнала «Солджер оф форчун», тоже есть такой значок. «Я ношу его, потому что он отражает мой образ мыслей. Мне нравится убивать коммунистов, — продолжает Лакетт. — Я считаю, что это справедливо: коммунизм угрожает отбросить мир назад. И я готов сражаться против него в одиночку, даже на пороге своего дома».

Есть закон, который запрещает американским гражданам сражаться под флагом других стран. Но здесь этот запрет считают теоретическим, чисто формальным. Этот закон был принят во времена гражданской войны в Испании, чтобы сдержать волну американцев, которые хотели принять в ней участие неофициально. «С тех пор произошло столько событий. Американцы сражались за Израиль. А раз так, то почему за Израиль можно, а за Родезию нельзя? Нелогично». Этим прецедентом пользуется Центральное разведывательное управление, которое часто обвиняют в том, что оно использует наемников.

«Я готов сражаться за каждого, кто мне заплатит, за исключением коммунистов, — продолжает Эрли. — Это объясняется тем, как вас воспитывают в этой стране: мы и они, мы — хорошие, они — плохие, мы — американцы, они — русские. Эти идеи прочно укоренились во мне».

В баре осталось немного людей: в большом конференц-зале идет семинар по Афганистану. На прилавки, где продают майки и значки, организаторы слета положили стопку экземпляров книги о наемниках. На первой странице с гордостью приведена фраза президента Теодора Рузвельта: «Все люди, которые чувствуют радость битвы, знают, что это значит, когда волк просыпается в твоем сердце». В конце концов эта фраза бессмысленная. Ни один волк не любит войну.

…«Ищу работу в качестве наемника; согласен на работу полный рабочий день или неполный рабочий день в любом районе мира. Тэрнсвил, штат Нью-Джерси».

«Бывший связист американской армии — специалист по системам Морзе ищет работу в качестве наемника. Грег Ковертон, Элктон, Мэрилэнд».

«Мэш, 30 лет, десять лет прослужил в морской пехоте; ищу работу в качестве наемника, желательно в отдаленных районах. Фэрбэнкс, штат Арканзас».

«Предлагаю свои услуги в качестве наемника. Если работа опасная, требуется хорошо оплачивать. Джон Чэпел Хилл, Северная Каролина».

«Бывший солдат морской пехоты (Вьетнам, 1966–1969 гг.) хотел бы служить в отряде наемников»,

«Женщина 28 лет, умеющая держать язык за зубами, с твердым характером, владеющая сложным оружием, предлагает свои услуги в качестве наемника. Мисс К. Холмс, Джерси-Сити, штат Нью-Джерси».

«Специальные услуги: наемники, вооруженные курьеры, телохранители, подпольные операции, налеты, любые рискованные миссии. Мы профессионалы, готовые служить вам. Пейнтер, Рокфорд, штат Иллинойс».

Это лишь небольшая часть платных объявлений из одного номера журнала «Солджер оф форчун», того самого журнала, который организовал слет в Скотсдейле. Этот ежемесячник создал ассоциации, которые собирают финансовые средства для тех, кто хочет сражаться в Афганистане, Никарагуа и Лаосе. Большинство сотрудников журнала — бывшие ветераны войны во Вьетнаме, которые в 1981 году публиковали «фронтовые репортажи» из Южной Африки, Анголы, Сальвадора, Ливана, Пакистана, Гондураса, Гватемалы, Марокко, Таиланда. Основатель и издатель журнала — Роберт К. Браун, бывший подполковник подразделений специального назначения американской армии. Он был также сотрудником службы безопасности американской армии, а затем служил в качестве наемника у землевладельцев в Родезии.

Журнал «Солджер оф форчун» начал выходить в свет в 1975 году, и сейчас его тираж достигает 210 тыс. экземпляров. Журнал насчитывает сто страниц, половина — в цвете; ежегодный доход — 4400 тыс. долларов. Как сообщает журнал «Ньюсуик», «Солджер оф форчун» используется ЦРУ для организации подпольных операций.

«Espresso» (Roma), 1981, 25.Х.

Анклавы колониализма

Остатки колониальной империи Англии

Восемьдесят лет назад карта мира была в значительной мере красного цвета[38], демонстрируя британскую империю площадью 10,5 млн. кв. миль. Господство Англии было настолько велико, что на ее империю приходилось 63 процента территории всех колониальных владений Европы того времени. Сейчас, через 80 лет, при нескольких оставшихся островах — называемых британскими зависимыми территориями — казначейство заинтересовано главным образом в том, чтобы в государственных финансовых отчетах не было слишком много красных чернил.

В обычное время помощь и военная поддержка десятка оставшихся заморских зависимых территорий обходится казне в 125 млн. фунтов стерлингов в год. Это может показаться значительной суммой, однако львиная ее доля идет на Гонконг и Гибралтар. Самая крупная во всех отношениях зависимая территория — это Гонконг. Все 5,3 млн. человек населения зависимых территорий, кроме 150 тысяч человек, живут там. Его значение выражается исключительно в военной помощи, поскольку ему не предоставляется совершенно никакой гражданской помощи.

В проекте бюджета на 1982–1983 годы расходы на оборону Гонконга, включая все накладные расходы в Соединенном Королевстве, составляют около 152 млн. фунтов стерлингов. Но казначейство не выражает недовольства по поводу этой суммы, так как свыше 75 процентов расходов несет сам Гонконг. Доля Соединенного Королевства равна всего 38 млн. фунтов стерлингов, а обеспечиваемая этим торговля, как, например, доходы от электростанции Касл-Пик, более чем компенсирует ее.

Другая ключевая территория — Гибралтар, где министерство обороны в этом году израсходует 67 млн. фунтов стерлингов главным образом на военно-морскую верфь. Еще 4 млн. фунтов стерлингов выделены на помощь в создании местных капитальных проектов. Присутствие Англии несет двойную функцию — помешать испанской «фолклендизации» и защищать вход в Средиземное море для НАТО. Около 30 млн. фунтов стерлингов вкладываются в местную гибралтарскую экономику тремя видами английских вооруженных сил, и 12 процентов местных рабочих мест зависят от верфи. Неудивительно, что местное население отчаянно тревожит намеченное на будущий год закрытие верфи.

Аналогичные мотивы — безопасность и экономика — привязывают другие зависимые территории к Великобритании, несмотря на враждебное отношение Организации Объединенных Наций ко всей идее «колониализма». Позиция Англии в вопросе о будущем зависимых территорий состоит, по словам одного должностного лица МИД, в том, чтобы «оказывать помощь и поощрять тех, кто стремится к независимости, но не навязывать ее».

Помощь обычно принимает форму усовершенствования аэродромов или улучшения дорог — все это с целью сделать острова более привлекательными для американских туристов. Лишь на Ангилье и островах Теркс и Кайкос оказывается некоторая помощь в решении бюджетных проблем.

На Дальнем Востоке и в Индийском океане — если не считать Гонконга — мало что осталось от империи. Принадлежащие Англии острова в Индийском океане необитаемы, если не считать крупных птичьих колоний и военнослужащих на острове Диего-Гарсия, поэтому им не оказывается никакой помощи. Остров Питкерн, который был заселен мятежниками с корабля «Баунти» в 1790 году, с тех нор пережил историю, полную перемен. Одно время все жители покинули его, но сейчас там живут 70 человек.

Сейчас в центре внимания мира Фолклендские острова. В обычное время они могут рассчитывать на помощь в размере 5 млн. фунтов стерлингов. Но сейчас, когда идут разговоры о размещении на островах гарнизона в 3 тысячи человек, в отчетах казначейства появятся гораздо более крупные суммы, написанные красными чернилами, чем те, к которым это ведомство с некоторых пор привыкло.

«Sunday Telegraph» (London), 1982, 2.V.

Последствия войны из-за Мальвинских островов

Англия утверждает, что Фолклендские острова принадлежат ей по праву с тех пор, как 3 января 1833 года ее моряки захватили их, и что единственная забота Маргарет Тэтчер связана с их жителями — британскими подданными. Однако, как писала газета «Матэн», «жители Фолклендских островов уже не принадлежат к британской нации. Закон о гражданстве от 1981 года отказывает им в праве проживания в Англии, если они не родились в ней или если у них нет близких родственников, проживающих в ней, и они должны запрашивать визу — подобно жителям Гибралтара или Гонконга, — чтобы приехать в эту страну». И всякий раз они смогут оставаться там не более двух месяцев…

Что касается Аргентины, то позиция всех ее правительств, сменявших друг друга на протяжении полутораста лет, однозначна: Мальвинские острова, составляющие часть ее континентального шельфа, в 1816 году были унаследованы от испанской короны. К тому же в 1965 году Комитет по деколонизации ООН включил их в список колоний, подлежащих освобождению, и призвал Англию начать процесс в этом направлении. Следовательно, в течение 17 лет Лондон тянул время и вводил в заблуждение Буэнос-Айрес…

Заслуживает внимания позиция США. Когда по указанию правительства Вашингтона, которое придерживается своей провозглашенной роли «защитника» Латинской Америки, его государственный секретарь Александр Хейг (с тех пор уволенный в отставку) совершал трансатлантические челночные путешествия, аргентинцы и другие латиноамериканцы всегда считали, что он привозил предложения, приемлемые для Тэтчер, но не для них. Поэтому они выражали недоверие, а затем и возмущение. Когда позднее английская атомная подводная лодка потопила старый аргентинский крейсер «Хенераль Бельграно» (причем даже за пределами зоны, которую британский ВМФ нагло официально объявил блокированной), Буэнос-Айрес стал с негодованием осуждать пиратство коварного Альбиона. И поскольку ложное посредничество Белого дома провалилось, он стал поддерживать, на этот раз открыто, позицию и действия Англии.

Для Рейгана (который, исходя из своей мировой стратегии, возможно, считает Латинскую Америку уязвимым местом Запада) главное в конфликте заключается в том, чтобы не расколоть западный блок, что поставило бы под вопрос руководящую роль США. Он преднамеренно идет на огромный риск, сопряженный с непредсказуемыми последствиями. Это дало основание изданию «Америка Латина информе политико» сообщать из Лондона: «Данная проблема позволила выяснить, что Вашингтон сохраняет верность системе двойной лояльности — атлантической и западной, — которая была совместима с холодной войной, но несовместима с миром, в котором столкновения между Севером и Югом начали выходить за рамки традиционных идеологических категорий».

Дело в том, что для Рейгана главное препятствие в деле обеспечения мира во всем мире и стабильности западных правительств представляет Советский Союз, а вместе с ним социалистические страны и вместе с ними — все народное и демократическое движение, которое он считает крамольным. Он проявлял до сих пор — и продолжает проявлять — очень большую заботу о Центральной Америке и о Карибском бассейне. Он боится, как бы после Кубы, Никарагуа, Гренады не «упали» другие «фишки домино». Чтобы отвратить эту опасность, ему необходим в Латинской Америке верный союз антикоммунистических правительств, будь они диктаторскими или «ограниченно демократическими». Это необходимо для оказания сопротивления все более мощным демократическим и революционным движениям, таким, как в Сальвадоре и Гватемале сегодня, а в других странах — завтра.

Несомненно, что для посылки огромной британской армады — треть военно-морского флота — не было никаких оснований. Проблема самоопределения 1900 фолклендцев, которым продолжают отказывать в полном британском гражданстве, вряд ли беспокоила по ночам сон «железной леди»[39].

В Лондоне и Вашингтоне речь шла тогда совершенно о другом. Для США с их мировой стратегией главная цель, бесспорно, заключалась в том, чтобы получить на Мальвинах военно-воздушную и военно-морскую базу, которой пользовалась бы замышляемая ими Организация Южноатлантического договора. И у них есть большие шансы достигнуть эту цель в обмен на политическую, материально-техническую поддержку, а затем и финансовую помощь, оказанную Англии. Для Лондона, его Сити и трансконтинентальных корпораций главную роль играли не 1900 фолклендцев и их 600 тысяч овец и 12 тысяч коров, которых они содержат в основном для нефтяного концерна «Коулайтгруп», купившего в 1981 г. компанию «Фолкленд айлендс». Для них главную роль играло море, окружающее эти острова, и прежде всего его пьянящий запах нефти, его баснословные запасы криля (в этих маленьких креветках — самые большие запасы протеинов в мире. Их можно добывать в количестве 100 млн. тонн в год).

Следует напомнить еще об одном из аспектов этой войны из-за Мальвинских островов, на который обратила внимание мировая общественность: консерваторы, стоящие у власти в Англии, проявляют, будучи союзниками американского империализма, возросшую агрессивность. Даже несмотря на испытываемые страной экономические трудности, они раздули военный бюджет. Поскольку Лондон всегда афишировал свою заинтересованность в расширении зоны «нормальной» активности НАТО, экспедиция на Мальвинские острова мало кого удивила. Сообщая более года тому назад о конфиденциальном высказывании одного деятеля, занимающего командный пост в ВМФ, который опасался сокращения кредитов для надводного флота, еженедельник «Экономист» привел следующие его слова: «Малая колониальная война, требующая большого количества кораблей, — вот что нам теперь необходимо, и притом — срочно».

Негодование Латинской Америки, ее общественности, большинства ее политических деятелей, стоящих у власти или нет, и, по всей вероятности, большой части ее военных руководителей было очень глубоким во время войны и с тех пор не ослабло. Оно, быть может, более глубоко в отношении правительства США, чем самой Англии, так как великий исторический «союзник», поддержав Лондон, предстал самым настоящим предателем. Можно, конечно, быть уверенным в том, что дипломатия Вашингтона постарается залечить рапы и через некоторое время с помощью каких-то «благородных» жестов возвратить утраченные позиции.

«Cahicres du communis те» (Paris), 1982, N 9.

Из заявления ЦК Коммунистической партии Аргентины

Сейчас ясно, кто — настоящий друг, а кто — враг аргентинского народа.

Сразу проявилась вся несостоятельность разглагольствований относительно какой-то абстрактной принадлежности к западному миру, и глазам всех предстали истинные намерения американского империализма, этого подлинного вдохновителя агрессивных замыслов. Сейчас совершенно очевидно, что правительство Соединенных Штатов в союзе с Великобританией намеревалось сделать Аргентину инструментом развязывания третьей мировой войны, превратив Мальвинские острова в собственную военную базу с целью установления господства в Южной Атлантике. Они фактически попрали национальный суверенитет, нагло бесчинствуют на морских коммуникациях, защищаемых международным правом. Таким образом, борьба Аргентины за сохранение своей самобытности и самостоятельности превратилась в борьбу народов Латинской Америки против империализма США и его орудий юридического и военного господства. В то время как те, кто еще недавно рассыпался в заверениях в дружбе, обрушили на Аргентину грубую силу своих эскадр, атомный шантаж, вымогательство в виде экономических репрессий и угрозы дипломатического нажима, а также завуалированное подстрекательство к государственному перевороту, полнейшую и безоговорочную солидарность с нами проявляют страны «нашей Америки», как называл ее наш апостол Хосе Марти, — Куба и Никарагуа (на которые безудержно клевещут реакционеры), неприсоединившиеся страны и социалистическое содружество, в первую очередь Советский Союз. К этому надо добавить различные выражения солидарности со стороны европейских левых сил, воспротивившихся собственным правительствам.

Такова реальная действительность, и она требует переориентации внешней политики Аргентины. Защита национальных интересов заключается в проведении независимой внешней политики под знаком неприсоединения и латиноамериканской солидарности перед лицом происков империализма; политики, служащей делу мира во всем мире и мирному сосуществованию; политики, направленной на поддержание взаимовыгодных отношений со всеми странами на основе политического, экономического и юридического равенства.

Буэнос-Айрес, 25 мая 1982 г.

Новая Каледония — дилемма для Франции

Новая Каледония оставляет несколько неизгладимых впечатлений. Одно из них — огромные, четко обозначенные борозды, которые можно разглядеть с самолета на центральном гористом гребне Гранд-Тер, главного острова этой территории. Некогда всемогущая компания «Сосьете металюржик никель», пренебрегая новой техникой охраны природы, прокладывала себе дорогу, даже формально не проявляя о ней заботы.

Еще одно впечатление — от самой столицы, Нумеа. Некогда это было своего рода экзотическое продолжение территории Франции, слегка потрепанное и захудалое, среди Тихого океана. Сегодняшняя Нумеа — это крупный, растянувшийся на большое расстояние французский провинциальный город — белый, опрятный и буржуазный, фешенебельный туристский центр, в котором имеются дорогие рестораны, отличные кондитерские, красивые площади и магазины с широким ассортиментом товаров.

Не менее сильное впечатление производит и нищета меланезийцев. Их тоже можно встретить в городе, но они влачат тут жалкое существование. Они ютятся в жалких лачугах или на пляжах, они пьют, они возмущаются. Расовая вражда, вполне понятно, принимает здесь гораздо более ожесточенные формы, чем в соседней Вануату в период до независимости, когда эта страна была совместным владением Великобритании и Франции.

Некоторые меланезийцы выполняют в Нумеа неквалифицированную работу, но большинство живет в резервациях, и среди них растет возмущение исторически сложившимся положением, которое, даже по тихоокеанским меркам, представляет собой чрезвычайно неприглядную историю угнетения, эксплуатации и отчуждения земель.

Франция аннексировала Новую Каледонию в 1853 году. Она имеет статус заморской территории Франции, а ее обитатели — меланезийцы, полинезийцы и европейцы — французские граждане.

Меланезийцев загнали в резервации, находившиеся на острове Гранд-Тер. Из 1,5 млн. гектаров площади острова 950 тысяч (главным образом гористых и неплодородных земель) принадлежит правительству этой территории. Всего лишь 1000 французов и лиц смешанной расы, скотоводов и фермеров живет на 380 тыс. га лучших земель, в то время как канаки, исконные жители и владельцы этих земель, населяют остальные 160 тыс. га в районах, где почвы в основном неплодородны.

Некогда меланезийцы превосходили по численности все другие расовые группы на этих островах. Сейчас их меньше, чем представителей всех других групп, вместе взятых. Помимо 60 тысяч канаков здесь 50 тысяч белых (главным образом, французов), 17 тысяч полинезийцев (около 10 тысяч с соседних островов Уоллис и Футуна и около 7 тысяч с отдаленных Таити и Восточных островов), 5 тысяч индонезийцев и 2 тысячи вьетнамцев — потомков рабочих плантаций, 2 тысячи уроженцев Вануату и около 3 тысяч представителей других национальностей, прибывших сюда со всех концов бывшей французской империи от Гайаны до Пондишери.

Франция искусно использует национальную рознь, чтобы сохранить контроль над островами, и до сравнительно недавнего времени французы занимали ключевые позиции в Территориальной ассамблее, манипулируя голосами полинезийцев, индонезийцев и вьетнамцев, и часто даже своих постоянно находящихся здесь или пребывающих временно военнослужащих, чтобы не допускать меланезийцев к власти. До сравнительно недавнего времени среди самих канаков не было единства, и они сами точно не знали, к чему стремятся и чего добиваются.

Положение сейчас все больше меняется. После прихода к власти во Франции социалистического правительства президента Франсуа Миттерана, сулившего в мае 1982 года во Франции такие блестящие перспективы, ход политических событий в Новой Каледонии ускорился. Они приобрели дальнейший размах после убийства в сентябре 1982 года Пьера Деклерка — уроженца Франции и деятеля Фронта борьбы за независимость, которое, как полагают, было организовано правыми белыми, и после заявления Парижа о предполагаемых реформах в Новой Каледонии.

В июне Фронт борьбы за независимость (организация, объединяющая различные партии черных, борющихся за независимость, начиная от сторонников постепенного перехода к независимости до марксистов) вместе с центристской белой организацией Федерация за новое каледонское общество получили большинство из 36 мест в Территориальной ассамблее и согласились войти в состав правительства этой территории. Эти события способствовали распространению жестоких, хотя и спорадических вспышек насилия, начавшихся в следующем месяце, когда участники демонстрации правых противников независимости ворвались в здание ассамблеи и затеяли драку со своими политическими противниками.

Все партии черных склоняются к необходимости предоставления независимости, однако на условиях канаков. Крупнейшая из этих партий, Каледонский союз, генеральным секретарем которой был Деклорк, добивается предоставления независимости в 1984 году. Другие готовы согласиться на независимость в 1986 году в качестве конечной цели. Предоставление большей внутренней автономии они склонны рассматривать лишь как временную меру.

Нет никаких сомнений в том, что правительство Миттерана в отличие от предыдущего считает предоставление независимости Новой Каледонии неизбежностью. Однако решение вопросов, в какой форме должна быть предоставлена независимость и в какие сроки, явно откладывается.

Если Франция в ближайшее время не определит срока предоставления независимости, будущее, в лучшем случае, останется крайне неопределенным, причем вполне вероятно, что сторонники независимости прибегнут к насилию.

В 1981–1982 годах меланезийцы дважды продемонстрировали свою силу, практически блокировав дороги в Нумеа — где живет 80 процентов белого населения Новой Каледонии — и однажды захватив город мирным путем.

На Францию также оказывает влияние появление в последнее десятилетие независимых меланезийских государств, причем все они в той или иной степени все больше выступают против политики колониальной державы, которая у них и так на плохом счету в связи с ядерными испытаниями в Тихом океане. Во время пребывания Валери Жискар д’Эстэна на посту президента активное осуждение политики Франции получило широкую поддержку в Папуа — Новой Гвинее, на Соломоновых островах, на Фиджи и Вануату. К Миттерану относятся по-другому. Папуа — Новая Гвинея и Фиджи под влиянием

Австралии и Новой Зеландии, а также заботясь в своих интересах о сохранении добрых отношений с Европой, склонны предоставить его правительству время на размышления. Франция наконец вступила на правильный путь. Соломоновы острова и в еще большей степени Вануату, страна, премьер-министр которой Уолтер Лини с большим подозрением относится к политике Франции, настроены так же скептически, как и раньше. Однако отношение к Франции вновь меняется, в связи с тем что страны Тихого океана все больше подозревают, что правительство Миттерана не менее предыдущих французских правительств стремится сохранить статус Франции как мировой державы.

«Far Kaslern Economic Review’ [Honkong], 1982, 12.X II.

Нидерландские Антильские острова: проблемы независимости

За последние четыре десятилетия Нидерланды потеряли большую часть своих некогда обширных колоний. Но, подобно многим другим европейским странам, они убеждаются в том, что те крохи, что остались — большей частью ряд островов в отдаленных тропических морях, — доставляют столько же хлопот, сколько и более крупные колонии.

Шесть небольших островов в Карибском море, которые образуют Нидерландские Антилы, не исключение. С населением в 264 тыс. человек, они не больше среднего провинциального голландского города. Однако за последние несколько лет они отняли у голландского правительства больше времени, чем им полагалось по закону, на переговоры об их будущем статусе.

Основная проблема заключается в том, что, несмотря на 350-летнее правление голландцев, им не удалось привить на шести островах чувство национального единства. Три самых больших острова — Кюрасао, Аруба и Бонайре — находятся в нескольких десятках миль от побережья Венесуэлы. Три других — Наветренные острова Сен-Мартен, Синт-Эстатиус и Саба — находятся в 500 милях к северо-востоку по ту сторону Карибского моря.

Требование Арубы предоставить независимость привлекло внимание Нидерландов к крошечной колонии. Это не означает, что остров заинтересован прежде всего в независимости от Гааги, хотя это и остается его конечной целью.

Основные разногласия у Арубы с Кюрасао, самым большим и наиболее густо заселенным островом, где расположено федеральное правительство. Кюрасао имеет

12 представителей в 22-местном парламенте и поэтому всегда может забаллотировать своего оппонента, имеющего только 8 представителей; Бонайре и Наветренные острова, имеющие каждый по одному представителю, примирились со своим второстепенным положением.

Кюрасао оправдывает свое господство в парламенте тем, что его население значительно больше: 170 тыс. против 65 тыс. на Арубе. Но экономическое превосходство Арубы над Кюрасао, находящимся в депрессии, обострило ситуацию. Аруба не желает поддерживать господство Кюрасао.

Ссора между Арубой и Кюрасао создала напряженность в их политической жизни. Первый остров приостановил перевод фондов федеральному правительству и основал свое собственное представительство в Голландии наряду с официальным представительством Нидерландских Антил. Он обратился с призывом о помощи в его борьбе за независимость и предложил нефтяным компаниям США исключительное право на любое месторождение нефти, которое может быть обнаружено, если США финансируют дело. Он также заявил о своем стремлении к тесным связям с Венесуэлой, находящейся в 20 милях.

Экономические и более широкие политические последствия «обособленного статуса» волнуют Голландию, Антилы и даже некоторых жителей Арубы. Большая часть доходов островов зависит от туризма, переработки нефти и финансово-банковской деятельности.

Туризм и переработка нефти в обстановке общей депрессии пока выполняют свои функции относительно успешно, но если мировой спад будет продолжаться долго, они попадут под растущее давление.

«Financial Times’ [London], 1982, 24.XI.

Жертвы ядерного колониализма США

Атолл Кваджалейн, как и все Маршалловы острова, входит в состав Микронезии, которая находится под опекой США. Еще в 1964 году американцы создали там секретный военный полигон. Район Кваджалейна буквально напичкан американскими станциями связи, оборудованием для наведения ракет и слежения за спутниками.

Кваджалейн стал одним из центров испытаний американского стратегического ракетного оружия. Почти каждая межконтинентальная баллистическая ракета испытывалась на этом атолле. Стратеги Пентагона придают ему особое значение. Они утверждают, что перебросить с Кваджалейна многомиллиардное оборудование в какое-то другое безлюдное место почти невозможно. Там находится одна из трех в Тихом океане американских разведывательных станций, осуществляющих слежение за спутниками. После начала испытаний новых стратегических ракет «МХ» этот полигон будет играть ведущую роль в укреплении ракетно-ядерного потенциала США. Американские военные власти, несмотря на протесты, переселили жителей Кваджалейна, а также 40 других ближайших мелких островов на остров Эбейе.

Летом 1982 года «Корпорация атолла Кваджалейн», объединяющая около пяти тысяч человек и представляющая интересы коренных жителей островов, выступила против насильственного выселения людей. Она пригрозила сорвать намеченные испытания ракет и добиться закрытия полигона. Тысяча островитян подплыли на лодках к Кваджалейну и еще восьми островам, находящимся непосредственно в «опасной зоне». Высадившись на берег, они разбили там палатки, соорудили временные жилища и объявили забастовку протеста.

На это массовое выступление микронезийцев правительство США ответило жестокими репрессиями. Сразу после начала «лодочного похода», который островитяне назвали «операцией возвращения на родные земли», американская военная полиция бросила в тюрьму 13 активистов корпорации. Многие демонстранты были арестованы и избиты. Пентагон отказался прекратить испытания на Кваджалейне» несмотря на то что в районе полигона находились островитяне.

Госдепартамент создал завесу секретности вокруг этих событий. Корреспондентам запретили появляться в районе. Телефонная связь Кваджалейна с внешним миром была прервана. Американские военные власти предупредили, что «захват» островов не приведет к закрытию полигона и «запланированные запуски ракет будут продолжаться».

Более того, США прекратили поставки продовольствия на все расположенные в этом районе острова. В результате, как заявил председатель торговой палаты острова Эбейе, сложилось тяжелое положение. Все работающие на Кваджалейне микронезийцы ежедневно перед отбытием на Эбейе подвергаются обыскам. Найденные продукты питания или даже сигареты конфискуются. Американцы угрожают, что эти репрессивные меры останутся в силе до тех пор, пока не прекратится длящаяся уже несколько месяцев забастовка кваджалейнцев. Американская армия лишила людей возможности ловить рыбу в лагуне и обрабатывать земельные участки. Ныне Эбейе превратился в резервацию для рабочих военной базы. Более 8 тысяч микронезийцев теснятся на площади в 66 акров в условиях ужасающей антисанитарии.

30 мая 1982 года США и Маршалловы острова подписали «соглашение о свободной ассоциации». Оно, в частности, предоставляло американцам право использовать атолл в течение 50 лет в качестве ракетного полигона.

«Корпорация атолла Кваджалейн», которая не была представлена на переговорах об этом соглашении, выступила решительно против. Президент корпорации Имада Кабуа так прокомментировал это решение:

«Получается так, что мы в определенной степени способствуем разработке новых систем доставки ядерного оружия, — ведь именно этим занимаются американцы на Кваджалейне. Тем самым и на нас ложится ответственность за возможное его использование. Мы понимаем, что не в силах помешать им совершенствовать ядерное оружие. Однако мы вправе добиваться того, чтобы наша территория не использовалась в этих целях».

Правительство США и местные военные власти отлично понимают, что оппозиция кваджалейнцев соглашению, переговоры о заключении которого продолжались в течение

13 лет, может привести к срыву его претворения в жизнь. Вашингтон весьма заинтересован в том, чтобы жители Маршалловых островов одобрили это соглашение, так как оно предоставляет США исключительные возможности в военном плане. Но сенатор Балос заявил:

«Как я могу поддержать договор, который закабаляет мой народ еще на 50 лет? Коренные жители атолла единодушны в том, что их существование на Эбейе не идет ни в какое сравнение с прежней жизнью на Кваджалейне. Хотя они были бедны, но никогда не голодали».

Местные наблюдатели считают, что жесткая политика США приведет лишь к усилению сопротивления коренных жителей Кваджалейна. Один из участников забастовки протеста заявил:

«Мы крепнем в борьбе и еще больше сплотим свои ряды, если американцы не пойдут на уступки. Более того, чем дольше кваджалейнцы будут оставаться на родных островах, тем тверже будет их решимость не возвращаться в гетто Эбейе».

После нескольких месяцев борьбы у них не заметно признаков готовности к отступлению. Местные жители говорят, что они никогда не согласятся терпеть лишения в течение еще 50 лет на острове Эбейе, где условия жизни напоминают режим апартеида.

«South Chaina Morning Post’ [Honkong], 1982, 25.XII.

Неприкрытый грабеж

Из газеты «Патриот» (Дели)

Растущая задолженность стран «третьего мира» — это результат деятельности развитых капиталистических государств, возглавляемых Соединенными Штатами. Партнерство «третьего мира» с США дает американским монополиям до четырех долларов прибыли на каждый доллар, вложенный в экономику развивающегося мира. В результате этого «партнерства» многие страны-должники оказываются на грани банкротства.

США и другие западные государства пользуются этим положением, чтобы добиваться своих корыстных целей. Долларовые инъекции в экономику стран «третьего мира» оговариваются таким количеством условий, что они несовместимы со статусом независимости. Международный валютный фонд (МВФ) и другие западные финансовые учреждения часто предъявляют такие требования, которые идут вразрез с долговременными интересами стран — получателей помощи. Очень часто они требуют гарантий для частных капиталовложений, ликвидации государственного сектора в развивающихся странах, замораживания зарплаты, девальвации местной валюты и т. д.

От этого выигрывают прежде всего США, 77 процентов инвестиций и 43 процента заграничного банковского капитала которых размещены в «третьем мире». Американские транснациональные корпорации (ТНК) вмешиваются во внутренние дела стран — получателей помощи и уклоняются от налогов, их прибыли в общей сложности превышают 25 миллиардов долларов в год. Это настоящий грабеж!

Страны «третьего мира» нуждаются в деньгах, чтобы стимулировать свою экономику и ликвидировать колониальную отсталость. Не секрет, что развитие — это дорогое занятие. Государствам Запада понадобилось 100–150 лет, чтобы создать свою экономику. История отвела не так много времени развивающимся странам. Кроме того, им приходится строить современную индустрию с нуля. Это — крайне дорогостоящее дело.

Ведущие специалисты утверждают, что увеличение промышленного производства на один доллар требует капиталовложений в размере 3 долларов. Проще говоря, для достижения прогресса в развитии развивающиеся страны должны преодолеть достаточно высокий барьер первоначальных капиталовложений. Необходимо помнить, что они выделяют от 25 до 50 процентов всего национального дохода на развитие. Это в два раза больше, чем ассигнуют западные государства. Следовательно, никто не должен считать развивающиеся страны иждивенцами. Поскольку у них нет необходимых средств, они вынуждены занимать у других.

Хотя развивающиеся страны научились выпускать потребительские товары, они пока не могут производить многие виды оборудования. Им приходится импортировать 70 процентов промышленной технологии, и это делается в кредит. Здесь мы подходим к истинным причинам все возрастающего долга «третьего мира». Развивающиеся страны располагают гигантскими природными ресурсами, которые могли бы служить хорошей основой для их роста. Но американские ТНК, извлекающие баснословные прибыли в этих странах, скупают за бесценок их полезные ископаемые и навязывают им неравноправные условия торговли. Например, в 1980–1983 годах цены на сырье, от экспорта которого зависят страны «третьего мира», упали в реальном выражении до самого низкого уровня за последние 50 лет. Растущая пропасть между экспортными и импортными ценами только в 1981–1982 годах привела к потере 34 миллиардов долларов развивающимися странами, которые не экспортируют нефть. Эта сумма более чем в два раза превышает размеры кредитов, предоставленных им с 1978 года за вычетом погашения процентов по прежним займам.

Подсчитано, что прибыли, получаемые ежегодно монополиями США и других западных стран в развивающихся странах, почти в два раза превышают приток туда капиталов. Формально колониальная эра закончилась, но средства сохранения господства остаются.

За девятилетний период общая сумма непогашенного долга стран «третьего мира» увеличилась со 179 миллиардов долларов в конце 1975 года до 810 миллиардов в конце 1983-го. В настоящий момент развивающиеся страны тратят от четверти до трети экспортных поступлений на погашение долгов. Запад просто переложил на них большую часть бремени своего кризиса и инфляции.

Patriot, 1984, 9.VII.

Из газеты «Ке паса» (Пуэиос-Айрес)

Четвертое в нынешнем году повышение американскими банками учетных ставок — на сей раз с 12,5 до 13 процентов — вызвало в латиноамериканских странах-должниках «озабоченность и негодование». Эти слова сегодня у всех на устах.

Так, члены парламента Аргентины от различных партий квалифицировали очередное повышение учетных ставок как «одностороннюю и противозаконную акцию» и «новое проявление международного ростовщичества», имеющего целью покрытие дефицита торгового баланса Соединенных Штатов.

Представитель бразильского МИД Бернардо Перикас подтвердил, что имел контакты с представителями Аргентины и некоторых других стран в связи с «явной озабоченностью» латиноамериканских правительств по поводу «несомненно отрицательного влияния», которое окажет новое повышение учетных ставок.

Министр иностранных дел Эквадора, со своей стороны, рассматривает повышение банковского процента как повод для ускорения созыва нового совещания стран-должников, назначенного на сентябрь в Буэнос-Айресе.

Мексиканское правительство и частный сектор высказались против односторонней акции американских банков, поднявших банковский процент. Министр финансов Мексики Хесус Сильва Эрсог заявил, что эта акция окажет пагубное влияние на состояние внешнего долга страны и на ее экономику.

Повышение учетных ставок вызвало единодушное негодование перуанских парламентариев, которые квалифицировали его как смертельный удар по экономике стран-должников.

Ке pasa, 1981, 16.VII.

50 миллионов долларов — наемникам Вашингтона в Афганистане

Из газеты «Вашингтон пост»

Как сообщили сотрудники конгресса, комиссия палаты представителей по ассигнованиям одобрила выделение 50 миллионов долларов на новую программу тайной помощи в этом году повстанцам (так буржуазная пропаганда именует находящихся на содержании американских спецслужб бандитов-душманов, пытающихся помешать афганскому народу строить новую жизнь. — Ред.), ведущим борьбу против афганского правительства.

Если палата представителей в полном составе и сенат оставят в силе это решение, тогда суммарные ассигнования на тайную помощь афганским «повстанцам» в этом году составят 85 миллионов долларов, сообщил специалист, который ознакомился с секретным проектом ассигнований афганским мятежникам.

Эта сумма была добавлена на закрытом заседании комиссии по ассигнованиям.

Как отмечают сотрудники конгресса, операция в Афганистане, возможно, является самой масштабной из операций ЦРУ, после которой идет финансирование сил «контрас» (контрреволюционеров. — Ред.), борющихся против сандинистского правительства левой ориентации в Никарагуа.

Данные о средствах, выделяемых ежегодно на оказание тайной помощи, различны, но, по словам одного сотрудника разведки, осведомленного о программе помощи афганским «повстанцам», конгресс выделяет на эти цели около 30 миллионов долларов в год. Согласно имеющимся данным, эти средства используются на закупку оружия и боеприпасов, которые переправляются «повстанцам» через Пакистан,

Выделяемые суммы, по сообщениям, обычно соответствуют тому, что запрашивает администрация на осуществление тайной помощи афганским «повстанцам».

В законопроекте об ассигнованиях на разведку на 1985 финансовый год, который был одобрен постоянной специальной комиссией палаты представителей по разведке и, очевидно, будет поставлен на обсуждение в палате представителей в полном составе, предусмотрено выделение примерно 45 миллионов долларов афганским «повстанцам».

В отличие от вмешательства ЦРУ в Никарагуа осуществляемая при содействии ЦРУ операция в Афганистане пользуется в конгрессе широкой поддержкой представителей обеих партий.

Однако, как указывают, администрация, палата представителей и специальная сенатская комиссия по разведке раньше не решались резко увеличивать поставки оружия и боеприпасов «повстанцам», поскольку это оружие иногда использовалось различными антиправительственными группировками афганцев для междоусобной борьбы.

Неоднократно поступали сообщения о том, что США помогают афганским «повстанцам», однако масштабы этой помощи держат в секрете. Газета «Уоллстрит джорнэл» сообщила, что американская помощь афганским мятежникам составляет 50 миллионов долларов.

Washington Post, 1984, 30–31.VII.

Рейганизм: теория и практика международного разбоя

Из журнала «Проблемы мира и социализма»

Годы, прошедшие со времени прихода к власти в Вашингтоне республиканской администрации, возглавляемой Рейганом, ознаменованы стремлением США к достижению пресловутого «мирового господства» путем безудержного наращивания гонки вооружений, нагнетания напряженности в различных частях света, и в частности в «третьем мире». Такая политика наносит огромный ущерб странам Азии, Африки и Латинской Америки, национальный суверенитет которых оказался под угрозой, а экономика подвергается систематическому разграблению транснациональными корпорациями. Растет осознание широкими народными массами необходимости более решительного отпора международному, прежде всего американскому, империализму.

Этому и посвящена публикуемая подборка материалов.

РАУЛЬ ВАЛЬДЕС ВИВО, член ЦК Компартии Кубы АХМЕД САЛИМ, представитель Суданской компартии в редсовете журнала

«Нет!» — государственному терроризму

В так называемом «третьем мире» имя Р. Рейгана справедливо отождествляется с государственным терроризмом, международным бандитизмом и самым беззастенчивым грабежом. Нет ни одной страны, где бы люди не понимали все яснее и яснее, какую огромную опасность для всеобщего мира, независимости народов, демократии и социального прогресса представляет собой современная политика Соединенных Штатов.

Пока нынешнее вашингтонское правительство спешило с установкой ракет в Западной Европе, ведя подготовку к третьей мировой войне, его войска оккупировали год назад маленькую Гренаду, совершили агрессию в Ливане. Предпринимая шаги по милитаризации космоса, грозя человечеству огненным смерчем с небес, Белый дом торопится закончить формирование и развертывание «ударных сил», непосредственно нацеленных на Никарагуа и Кубу, где народы стали хозяевами собственной судьбы, на Сальвадор, широкие массы которого поднялись на борьбу за то же самое право. Корабли Соединенных Штатов, оснащенные ядерными боеприпасами, постоянно присутствуют в Средиземном и Карибском морях, в Индийском и Тихом океанах…

Некогда нацистская Германия оправдывала свою преступную экспансию потребностью в «жизненном пространстве». Сегодня, пытаясь обелить политику, единственным принципом которой является грубая сила, Вашингтон твердит о «защите жизненных интересов» США.

Астрономические военные бюджеты при республиканском правительстве привели к тому, что в Соединенных Штатах богатые становятся богаче, а бедные — беднее. Кроме того, эти бюджеты тяжелым грузом ложатся на экономику стран Азии, Африки и Латинской Америки. Для покрытия расходов Пентагона Соединенные Штаты прибегают к повышению учетных ставок по кредитам, предоставляемым международными банками, находящимися под контролем североамериканского империализма, что снижает и без того ограниченные возможности развития наших стран. А ведь они и так вынуждены нести на своих плечах основное бремя кризиса мировой капиталистической системы.

Империализм пускает в дело такие инструменты проникновения и экономического господства, как Международный валютный фонд (МВФ). Программа этой печально известной организации, заставляя голодать голодающих, способствует созданию обстановки хаоса и насилия в государствах, на которые простирается ее «помощь». Любой протест против грабительской политики подобных валютно-финансовых учреждений жестоко подавляется. Недавно, например, в Доминиканской Республике была расстреляна демонстрация, участники которой резко осуждали деятельность МВФ.

Осуществляя милитаристские планы, Соединенные Штаты наряду с агрессивным блоком НАТО используют в полную силу послушные им расистские режимы Израиля и ЮАР, профашистские тирании Латинской Америки, антинародные диктатуры Пакистана, Южной Кореи. И как следствие — льется кровь в Намибии и на земле палестинцев, во многих государствах Западного полушария, в Афганистане и на Ближнем Востоке. Возрождается японский милитаризм. Разыгрывается и так называемая «китайская карта». Все реакционные силы тянутся к Белому дому, под покровительство его воинственного хозяина.

И подготовка новой мировой войны, и многочисленные «локальные войны» — две стороны одной медали. На обеих — клеймо «сделано в США». С этим клеймом ассоциируются теперь разбойничьи дела империализма и реакции, стремящихся к господству над всей планетой, к разрушению реального социализма и беспощадному порабощению других стран и народов.

Учитывая сложившуюся обстановку, опираясь на крепнущее единство, энергию и сознательность трудящихся масс, мы, представители латиноамериканских и афроазиатских коммунистов, поднимаем свой коллективный голос, чтобы со всей ясностью заявить: Рейгану, как и Гитлеру, не удастся осуществить свои захватнические цели! Вдохновляемый им государственный терроризм будет сокрушен во имя жизни и свободы на земле.

ФЕЛИПЕ РОДРИГЕС, член ЦК Компартии Боливии

Стратегия насилия

Годы пребывания в Белом доме администрации Рейгана наложили мрачный отпечаток на всю политику США. Проводя в интересах военно-промышленного комплекса курс на достижение мирового господства, Вашингтон прибегает к военным провокациям, пытается организовать антикоммунистический «крестовый поход». При этом важную роль он отводит Карибам и Южной Америке, стремясь к политическому, экономическому и военному контролю над странами нашего региона.

Так называемая «межамериканская политика» Рейгана основывается на документе Санта-Фе[40], разработанном группой ультраправых идеологов. В нем нашли свое выражение наиболее реакционные, агрессивные и экспансионистские тенденции современного североамериканского империализма. Провозглашаются, в частности, постулаты, будто «война, а не мир является нормой в международных делах» и что континент якобы «подвергается атакам врага». Эти посылки легли в основу стратегии насилия и массовых интервенций, путем которой Белый дом рассчитывает укрепить североамериканское владычество в Латинской Америке и Карибском бассейне. Под затасканным предлогом необходимости «отражения советско-кубинской агрессии» и борьбы с «международным терроризмом» делаются попытки сдержать развивающиеся в регионе революционные, национально-освободительные и демократические процессы. Цель — не допустить каких бы то ни было перемен, ущемляющих интересы монополистического капитала, транснациональных банков, тесно связанных со всей системой империалистической эксплуатации.

Свои отношения с южными соседями вашингтонская администрация строит по законам джунглей. Ее глава пытается присвоить себе «право» грубо вмешиваться в дела любой страны и вести карательные операции повсюду, где, по его мнению, создается опасность «жизненным интересам» Соединенных Штатов. Рейган игнорирует и попирает любые международные нормы, предоставляя ЦРУ «карт-бланш» на осуществление агрессий, политических преступлений, государственных переворотов, подготовку заговоров, дестабилизирующих неугодные правительства. В Центральной Америке и Карибском бассейне США прибегают к прямым военным интервенциям, в Южной Америке они откровенно поддерживают военно-фашистские диктатуры, разрушают экономику государств нашего региона.

В 1982 году Соединенные Штаты стали соучастниками колониальной войны Великобритании против Аргентины из-за Мальвинских островов. Эта акция показала, сколь лживы фарисейские ссылки Вашингтона на «континентальную солидарность», используемые им лишь для вмешательства во внутренние дела своих южных соседей. Ныне Мальвины превратились в стратегическую базу НАТО. Намереваются эксплуатировать природные богатства этих островов и транснациональные корпорации.

Белый дом покровительствует еще удержавшимся у власти диктаторам стран Южного конуса. Он предоставляет им щедрую военную и экономическую помощь, благословляет на преступления, милостиво выдает индульгенции на нарушения прав человека. И Пиночет в Чили, и Альварес в Уругвае, и Стресснер в Парагвае до сих пор сидят в президентских креслах благодаря политической поддержке североамериканского империализма, опасающегося, что восстановление демократии (чего требуют борющиеся массы) приведет к возникновению прогрессивных режимов, которые не захотят подчиняться его диктату. Там же, где удалось свергнуть диктатуру (Боливия), вернуться к восстановлению конституционных норм (Аргентина) или несколько расширить рамки политических и профсоюзных свобод (Бразилия), США пытаются подорвать или повернуть вспять эти процессы, инспирируя реакционные заговоры. В свою очередь Пентагон разрабатывает новые планы, призванные ужесточить контроль над армиями южноамериканских государств и использовать их в качестве своих вспомогательных сил в военных авантюрах на континенте.

Одной из наиболее опасных форм рейгановской политики в отношении стран региона стала экономическая агрессия. Она осуществляется через Международный валютный фонд, который выступает в роли дирижера ростовщической деятельности транснациональных банков, принуждающих латиноамериканские государства выплачивать все более высокие проценты по займам. За этим стоит стремление ослабить последствия кризиса в самих Соединенных Штатах и покрыть дефицит их огромного военного бюджета.

Однако народы континента не намерены мириться с иностранным диктатом. Как подчеркивается в декларации состоявшегося в Буэнос-Айресе (июль 1984 г.) совещания компартий Южной Америки, «факты свидетельствуют, что североамериканское господство в Латинской Америке может и должно быть ликвидировано путем единства действий рабочего класса, народных масс и широчайшего круга патриотических и антиимпериалистических сил. В этом историческом сражении за нашу вторую независимость компартии играют решающую роль».

РАНДОЛЬФО БАНЕГАС, член ЦК Компартии Гондураса

Агрессия в ранге официальной политики

В последнее время Центральная Америка и Карибский бассейн стали объектом непрекращающихся агрессивных действий Вашингтона, что является составной частью антикоммунистического и антисоветского курса администрации США, попирающей право народов на самоопределение и мир.

Из Гондураса и Коста-Рики банды наемников, оснащенные, обученные и направляемые Пентагоном и ЦРУ, совершают постоянные нападения на территорию Никарагуа. Их цель — добиться свержения законного правительства республики, установить там марионеточный режим, пресечь процесс глубоких социально-экономических преобразований. Защищая суверенитет родины и завоевания революции, никарагуанский народ вынужден затрачивать огромные материальные средства на оборону. За три с половиной года жертвами империалистической агрессии США стали 7,5 тыс. человек, в том числе дети, старики и женщины. Ущерб же, причиненный экономике, превысил 2 млрд. кордоб[41].

Но в неравной борьбе с мощной империалистической державой новая Никарагуа сумела одержать немало внушительных побед. Большие успехи достигнуты в ликвидации неграмотности и подъеме культурного уровня населения, в создании общедоступной системы здравоохранения, претворении в жизнь аграрной реформы. Несмотря на агрессию, с каждым годом растут ассигнования на различные социальные программы.

Перед лицом угрозы независимости никарагуанцы еще теснее сплотились вокруг боевого авангарда — Сандинистского фронта национального освобождения. Они наносят чувствительные удары по сколоченным ЦРУ бандам, что обернулось для США крупным политическим поражением. Это заставляет агрессора спешить, выделять все новые и новые миллионы долларов на финансирование необъявленной войны против свободолюбивого народа. Однако события показывают, что ставка Вашингтона на сомосовских головорезов и наемников будет бита.

Печать сообщает, что Вашингтон вынашивает планы «молниеносной» интервенции в эту, страну силами армий реакционных центральноамериканских режимов. Она начнется воздушными бомбардировками с самолетов Соединенных Штатов и высадкой десанта с их кораблей. Не случайно у берегов республики крейсирует более 20 вымпелов во главе с авианосцем «Кеннеди», на борту которого — 85 боевых самолетов и вертолетов. Одновременно в США ведется разнузданная антисандинистская кампания с целью обработки общественного мнения.

Насколько реально подобное развитие событий, показывают судьба подвергшейся оккупации беззащитной Гренады, беззастенчивое североамериканское вмешательство в гражданскую войну в истекающем кровью Сальвадоре. И здесь Белый дом делает ставку на военную силу, поддерживая насквозь прогнивший марионеточный режим. Подобная политика уже стоила сальвадорскому народу 50 тыс. жизней, не говоря об огромных материальных потерях. Причем рейгановская администрация остается глухой к неоднократно выдвигавшимся Фронтом национального освобождения им. Фарабундо Марти и Революционно-демократическим фронтом предложениям решить возникшие проблемы с помощью переговоров, мирным путем. Вашингтон бойкотирует также инициативы «контадорской группы»[42], призванные смягчить обстановку, которая сложилась вокруг Никарагуа, и предложения Кубы, направленные на нормализацию отношений с Соединенными Штатами.

В назревающую братоубийственную войну империалистические силы пытаются втянуть все центральноамериканские страны. Гондурас, где беспрерывно происходят крупномасштабные маневры войск США, превращен в плацдарм антиникарагуанской агрессии. Идет процесс милитаризации и наращивания вооружений в Коста-Рике, территория которой используется с той же целью.

В этих условиях нет более важной задачи, чем всячески противодействовать агрессивному, авантюристическому курсу Вашингтона. События, разворачивающиеся в Центральной Америке, представляют угрозу не только для наших государств. Они таят в себе опасность перерастания локального конфликта в мировой. Это подчеркнуло первое консультативное совещание антиимпериалистических организаций стран Центральной Америки и Карибского бассейна в Гаване (июнь 1984 г.), которое призвало народы всей планеты решительно разоблачать рейгановскую администрацию, взявшую на себя роль международного жандарма.

ФАРИД МУГАХЕД, член ЦК Египетской компартии

Кто поднес факел к пороховой бочке

Говоря о политике США на Ближнем и Среднем Востоке, уместно привести знаменательное высказывание президента Рейгана о том, что этот регион — «пороховая бочка, место, где по причине его особого значения для свободного мира может помимо чьего-либо желания начаться война». В подобном утверждении таится зловещая угроза. Ведь по соседству, в Италии (г. Комизо), расположена база США с ракетно-ядерным оружием, в пределах досягаемости которого находятся Греция и Турция, Средиземноморье, южная часть Черного моря. Нельзя не принимать во внимание и способность Израиля производить атомные боеприпасы. С учетом всего этого представляется вполне реальной возможность возникновения здесь ядерного пожара. Кроме того, утверждение Рейгана преследует цель оправдать экспансионистский курс Соединенных Штатов, снять с них вину за происходящие на Ближнем Востоке кровавые события.

Но ведь именно политика нынешней администрации, выражающая стремление американского империализма ослабить и ликвидировать в странах «третьего мира» национально-освободительное движение, дестабилизировать прогрессивные режимы, принесла неисчислимые бедствия народам Ближнего и Среднего Востока. Интервенция в Ливане, провокации Пакистана против революционного Афганистана, ирако-иранская война — таковы тлеющие очаги в нашем взрывоопасном регионе, пламя в которых раздувается прямо или косвенно — с помощью подставных партий и группировок — американским империализмом.

6-й флот США крейсирует вблизи Ливана, угрожая ливанским национально-патриотическим силам, палестинскому революционному движению и патриотическому режиму Сирии. В Египте, Судане, Сомали, Саудовской Аравии, Омане, на Бахрейне Соединенные Штаты располагают многочисленными базами или пользуются различными привилегиями в военной области. Опорные пункты, с одной стороны, служат гарантом интересов американских монополий, а с другой — выполняют охранительную функцию по отношению к стоящей здесь у власти проимпериалистически настроенной местной реакции.

На военных кораблях и базах находятся готовые к вторжению в любую страну «силы быстрого развертывания». Одна такая интервенционистская попытка, окончившаяся позорным провалом, была предпринята в 1980 году с целью освобождения американских заложников в Тегеране.

ЦРУ и другие западные разведслужбы протягивают щупальца по всему региону, используя любые возможности для раздувания национальных или религиозных разногласий, чтобы облегчить империализму реализацию его агрессивных устремлений.

Попытки установить господство над народами Ближнего и Среднего Востока, получить возможность эксплуатировать природные и людские ресурсы расположенных здесь стран предпринимались администрациями Никсона, Картера, а затем Рейгана под фальшивым предлогом противостояния «советской опасности». Крах этих попыток особенно явно проявился в провале политики Кэмп-Дэвида. Сегодня даже некоторые американские государственные деятели ясно видят, как в обстановке экономического и политического кризиса на Ближнем Востоке растет противодействие этому агрессивному курсу. Антиамериканские настроения появляются здесь даже среди буржуазных слоев, до последнего времени приветствовавших «дружбу» с США. Арабская пресса, в том числе и консервативная, не стесняясь в выражениях, пишет о явно неэффективной роли Соединенных Штатов, «алчности» внешнеполитической стратегии Рейгана в нашем регионе.

Единственным государством, неукоснительно выполняющим установки Белого дома, является Израиль, связанный «родственными узами» с американским империализмом. Вашингтон и израильские руководители заключили стратегическое соглашение, направленное против освободительной борьбы народов. Оно предусматривает проведение совместных американо-израильских маневров, взаимодействие систем и служб безопасности, использование американскими «силами быстрого развертывания» израильских военных баз и портов, усиление израильского военного потенциала и промышленности. Это фактически означает начало новой фазы в политике США на Ближнем Востоке. В ее контексте возрастает возможность израильского или израильско-американского вторжения в районе Персидского залива.

Народы Ближнего и Среднего Востока дают отпор проискам империализма. Красноречивым тому свидетельством служит провал попыток навязать кабальный — по типу кэмп-дэвидского — договор Ливану, вынужденная эвакуация оттуда интервенционистских сил США. Но борьба еще далеко не окончена. История показывает, что сегодня трудно противостоять в одиночку империалистическому давлению. Вот почему мы считаем, что ныне на повестке дня, как никогда, остро стоит вопрос о создании и укреплении органической связи между освободительными силами и участниками широкого антивоенного движения, развернувшегося на планете. У всех нас общая цель: остановить наступление реакции, сохранить мир.

СЕМУ ПАТЕГЕЙ, член Политбюро ЦК Партии независимости и труда Сенегала

Вопреки воле африканцев

Наглядной иллюстрацией агрессивного, циничного и в то же время демагогического характера курса администрации Рейгана является ее политика в районах Африки, к югу от Сахары. Ловко чередуя «кнут и пряник», а подчас используя их одновременно, американский империализм и его местные марионетки беззастенчиво игнорируют важнейшие интересы африканских народов, попирают их демократические права. Под лицемерным прикрытием лозунга «защиты свободы» от пресловутой «советско-кубинской угрозы» Соединенные Штаты грубо вмешиваются во внутренние дела государств континента, изобретая тысячу способов, чтобы навязать свою волю народам.

Только благодаря постоянно получаемой от США солидной помощи расистский южноафриканский режим может позволить себе пренебрегать международным общественным мнением и держать под игом апартеида черное большинство населения своей страны, отказаться признать за народом Намибии его священное право на независимость. Опираясь на поддержку Вашингтона, правители Претории постоянно нагнетают атмосферу террора и агрессии на границах с так называемыми «прифронтовыми государствами[43], которые избрали прогрессивный путь развития.

В Заире, Судане, Марокко, других странах, где у власти стоят антинародные режимы, правящие классы твердо знают, что, проводя политику национального предательства, нарушения демократических свобод и эксплуатации трудящихся в угоду транснациональным корпорациям, они всегда могут рассчитывать на Соединенные Штаты.

Вашингтон использует в собственных целях экономические трудности молодых освободившихся государств, трудности, возникшие в результате кризиса мирового капиталистического хозяйства и разрушительной антинациональной политики неоколониалистской буржуазии, стоящей у власти в ряде из них. Путем финансовой и продовольственной «помощи» он стремится крепче привязать эти государства к своей колеснице, втянуть их в свою агрессивную стратегию, в частности, размещая там военные базы. Марокко, например, уже связано с американским империализмом прочными милитаристскими узами, Сенегал благодаря целой системе обнародованных и секретных соглашений, подписанных с некоторыми странами НАТО, также стал важным звеном политики Пентагона. На сенегальских аэродромах заправляются самолеты ВВС США.

Прогрессивные силы Африки — объект непрекращающихся угроз и подрывных действий местной реакции, поддерживаемой Вашингтоном. Назовем хотя бы бандитские акции У НИ ТА в Анголе, вылазки антинародной группировки «Национальное сопротивление Мозамбика» и сепаратистов в Эфиопии. Соединенные Штаты постоянно подстрекают вооруженные до зубов проимпериалистические режимы к провокациям против соседних, избравших путь прогресса государств, к поддержанию напряженности на границах с ними. При прямом американском покровительстве из Судана и Сомали совершаются набеги на землю революционной Эфиопии. Жандармские функции на Африканском роге выполняет через своих ставленников обладающая миллиардами нефтедолларов и сверхсовременным оружием Саудовская Аравия. Подобную роль играют в других частях континента Марокко и Заир. Войска последнего, например, участвуют в войне на территории Чада.

Вопреки глубокому стремлению африканских народов жить в мире и согласии, империалисты, в первую очередь американские, идут на любые шаги, чтобы раздуть политические, национальные и религиозные противоречия, многие из которых унаследованы еще от эпохи колониального господства. Всеми силами Вашингтон стремится сорвать усилия по урегулированию межгосударственных отношений, натравить одни народы на другие. Объектом подрывной деятельности империализма и его пособников стала и Организация африканского единства, выступающая за упрочение и развитие добрососедских отношений между всеми странами континента.

Одну из главных своих задач в Африке администрация Рейгана видит в том, чтобы вывести из политической и моральной изоляции расистскую ЮАР, слегка «загримировав» уродливый лик апартеида. Одновременно, намереваясь ослабить противостоящий ей фронт независимых государств, Вашингтон предпринимает попытки заставить Анголу и Мозамбик отказаться от великого исторического завоевания — курса социалистической ориентации.

Чтобы дать отпор империализму и расизму, их местным марионеткам, нам предстоит лучше координировать свои усилия. Важно не допустить строительства новых баз Соединенных Штатов на континенте, предотвратить дальнейшее расширение их военного присутствия, воспрепятствовать попыткам превращения африканских государств в придатки милитаристской машины империализма. Особое значение в этой связи приобретает широкая поддержка стран социалистической ориентации, идущих в авангарде борьбы за независимость и национальный суверенитет.

РАДЖА КОЛЛУРЕ, кандидат в члены Политбюро ЦК Компартии Шри Ланки

Наращивая военное присутствие

Агрессивная политика администрации Рейгана создала напряженную, крайне нестабильную, опасную обстановку в Южной Азии, где американский империализм настойчиво демонстрирует свою военную силу. Предпринимаемая им милитаризация Индийского океана, размещение в этом регионе ядерного оружия, подхлестывание гонки вооружений, а также прямое и косвенное вмешательство во внутренние дела народов Южной Азии — серьезная угроза не только безопасности расположенных здесь государств, но и всей планете.

Все эти годы Соединенные Штаты саботировали созыв в Коломбо намеченной на начало текущего года конференции ООН по вопросу о превращении Индийского океана в зону мира[44]. Это было осуществлено вопреки чаяниям народов нашего региона, стремящихся отстоять свою независимость, суверенитет и территориальную целостность, решить политические, экономические и социальные проблемы в условиях мира и спокойствия.

В Индийском океане создана система американских военных баз, главная из которых — на острове Диего-Гарсия (здесь размещено атомное оружие). Океанские воды бороздят военные корабли США, в том числе их 7-й флот, а также оснащенные ядерными ракетами подводные лодки. Сформировано специальное центральное командование (Сентком), которое призвано координировать действия американских вооруженных сил и руководить ими в случае нападения на любую страну региона. Оно может мгновенно мобилизовать «силы быстрого развертывания».

Ядерное оружие на острове Диего-Гарсия, на борту крейсирующих в океане подводных лодок приблизило угрозу атомной войны непосредственно к самому порогу Южной Азии. Однако пентагоновские стратеги считают, что существующая ныне система военных баз не отвечает их военно-политическим планам. И они ведут дело к тому, чтобы создать здесь «треугольник напряженности» с центрами в Пакистане (Пешавар), Бангладеш (Читтагонг) и Шри Ланке (Тринкомали). Так, у нас в стране недавно установлен передатчик радиостанции «Голос Америки», который, как полагают специалисты, служит одновременно и военным узлом связи. Поступают сообщения о переговорах США с Пакистаном относительно размещения там средств средней дальности — «Першингов-2» и крылатых ракет.

Милитаризацию нашего региона Соединенные Штаты осуществляют под набившим оскомину предлогом «советской угрозы». На деле же увеличение помощи реакционным режимам, попытки втянуть их в осуществление своих стратегических планов свидетельствуют о стремлении Вашингтона к прямому военно-политическому господству в Южной Азии, к подавлению здесь национально-освободительного движения.

Чтобы заставить Индию отказаться от прогрессивного, независимого внешнеполитического курса, США постоянно раздувают неурегулированные проблемы ее отношений с Китаем, Пакистаном, Бангладеш, Непалом и Шри Ланкой, усиливают напряженность на южноазиатском субконтиненте. Сделав ставку на реакционный пакистанский режим как на жандарма в регионе, Вашингтон поставляет ему в счет кредита на сумму 3,5 млрд. долларов истребители-бомбардировщики «F-16», специальные разведывательные самолеты АВАКС, подводные лодки, ракеты «Гарпун» и другую новейшую боевую технику. Вопреки заявлениям о готовности соблюдать обязательство о нераспространении ядерного оружия, Белый дом потворствует Пакистану в создании собственной атомной бомбы. Все это вынуждает Индию отвлекать от мирного развития огромные средства на оборону, чтобы поддержать необходимое военное равновесие с Пакистаном.

Пользуясь внутренними трудностями в Шри Ланке, неспособностью ее правительства самостоятельно разрешить существующие в обществе противоречия, американский империализм оказывает на нашу страну все возрастающее давление, втягивая ее в орбиту своей политики.

Стратегический курс Вашингтона в Южной Азии определяется непосредственной близостью региона к границам СССР. Расширяя здесь военное присутствие, вооружая своих сателлитов, США рассчитывают тем самым упрочить собственные позиции в борьбе против социализма, отбросить его назад, заставить отказаться от поддержки освободительного движения азиатских народов. Но сегодня на пути империалистов встает все больше трудностей. Непоколебимой остается миролюбивая политика Индии. Народы Пакистана, Бангладеш, Шри Ланки развертывают наступление против размещения на их территории иностранных военных баз. Эти действия связаны с борьбой против реакционных режимов, присвоивших себе диктаторские полномочия и фактически предающих национальные интересы. На повестке дня стоит вопрос об активизации наших общих усилий против использования Южной Азии в целях экспансионистской политики США, за создание здесь зоны, свободной от иностранного военного присутствия.

ХОСЕ ЛАВА, член Политбюро ЦК Компартии Филиппин

Милитаристские замыслы

Усиливается экспансия американского империализма в Юго-Восточной Азии и на Тихом океане.

В этой зоне Вашингтон особое значение придает Японии, своему главному союзнику. Администрация Рейгана подстрекает ее правительство, находящееся под влиянием местного военно-промышленного комплекса, к усилению милитаристских приготовлений, увеличению вооруженных сил, особенно военно-морских и военно-воздушных. По замыслу Пентагона, эта страна в случае конфликтной ситуации должна блокировать некоторые «международные коридоры» на морских коммуникациях в радиусе до I тыс. миль от ее границ.

Кроме того, Япония наращивает помощь таиландскому режиму, организующему провокации против Кампучии и Лаоса; Южной Корее, которая нагнетает напряженность в отношениях со своим северным соседом — Корейской Народно-Демократической Республикой. Становится все больше свидетельств того, что японские милитаристы готовятся непосредственно включиться в систему ядерной стратегии США и НАТО. На территории страны базируются американские истребители-бомбардировщики «F-16» — носители атомного оружия, правом свободного захода в ее воды пользуются корабли американского 7-го флота, оснащенные ракетами «Томагавк».

Соединенные Штаты всячески накаляют конфликтную ситуацию на Корейском полуострове, включив Южную Корею в военный «треугольник»: Вашингтон — Токио — Сеул. Под предлогом необходимости такого милитаристского альянса они продолжают оккупацию южной части полуострова. Одновременно в ущерб интересам КНДР побуждают Южную Корею и Китай к «нормализации» двусторонних отношений.

В своих военно-политических планах Вашингтон учитывает экспансионистские устремления пекинского руководства, его расчет на скорейшую модернизацию национальной экономики с помощью капиталистических государств. Не случайно сразу после визита Рейгана в Китай США усилили давление на Пекин, пытаясь втянуть его в военное сотрудничество в рамках упомянутого «треугольника». В то же время Китай, усилив вооруженные провокации на границах с Вьетнамом, продемонстрировал свою готовность с пониманием реагировать на «пробные шары», пущенные из Белого дома.

«Китайская карта» используется Вашингтоном не только для дестабилизации положения во Вьетнаме, Лаосе и Кампучии, но и для постановки препон на пути добрососедских связей между странами Индокитая и АСЕАН[45]. Наконец, Белому дому крайне выгодно то, что пекинские лидеры склонны признавать главным источником опасности ядерной войны Советский Союз, а затем уж Соединенные Штаты, что служит попыткам внести дезориентацию и раскол в антивоенное движение.

В районе, где сливаются воды Тихого и Индийского океанов, США продолжают укреплять военно-политический блок АНЗЮС[46], поощряют развитие его более тесных контактов с другим военно-политическим союзом региона — АНЗЮК[47]. Во всех странах — участницах этих альянсов постоянно растет политическая, военная и экономическая активность Вашингтона. Не прекращаются его усилия превратить в послушное орудие своей агрессивной политики объединение стран Юго-Восточной Азии — АСЕАН. Государства, входящие в эту ассоциацию, подвергаются грубому политическому нажиму и шантажу в вопросах предоставления им экономической и прочей помощи.

Наш регион опутан густой сетью американских военных баз. Имеются они и на Филиппинах — в Кларкфилде и Субик-Бей, причем соглашение о взаимной обороне позволяет Соединенным Штатам беспрепятственно использовать их в любую удобную для них минуту.

Военные союзы развязывают американскому империализму руки для экспансии Азии и на Тихом океане. Там формируется вторая после НАТО по своей милитаристской мощи военно-политическая группировка капиталистического мира. Ее острие обращено против социалистического содружества, в особенности социалистических стран Азии» против национально-освободительного движения.

Милитаризация региона, превращение его в один из центров конфронтации с социализмом противоречат интересам народов Юго-Восточной Азии и бассейнов Тихого океана. И они поднимаются на борьбу с агрессивными замыслами империалистических кругов США, выступают против размещения там ядерных ракет, предназначенных для нанесения первого удара, за сокращение раздутых военных бюджетов и использование сэкономленных средств на хозяйственное и социальное развитие, за установление добрососедских отношений между государствами.

Однако мы осознаем, что антивоенное движение здесь пока еще не обрело должного размаха. Миролюбивым силам, в первую очередь коммунистам, предстоит многое сделать, чтобы сплотить всех, кто выступает против агрессивных планов империализма.

Проблемы мира и социализма, 1984, № 10.

Из Общей декларации солидарности с борьбой трудящихся и народов за национальную независимость, демократические свободы, профсоюзные права и социальный прогресс X Всемирного конгресса профсоюзов

X Всемирный конгресс профсоюзов, проходивший в Гаване (Куба) с 10 по 15 февраля 1982 года, выражает свою боевую солидарность с борьбой трудящихся и народов против империализма, колониализма, расистского и фашистского угнетения, неоколониалистской эксплуатации со стороны транснациональных корпораций, с борьбой за профсоюзные права, демократические свободы и социальный прогресс.

Эта борьба и расширяющаяся международная солидарность с ней получили свое развитие в период решительного наступления сил мира и прогресса.

Тесно связанные между собой, они вылились в борьбу за демократические преобразования в капиталистических странах, с тем чтобы положить конец империалистическому господству, за установление нового международного экономического порядка, за окончательное уничтожение эксплуатации человека человеком. Они противостоят союзу реакционных сил империалистических правящих кругов, фашистских военных диктатур, расистских режимов, авторитарных правящих элит, феодальных землевладельцев, других анахроничных структур власти и привилегий. Этот широкий союз реакционных сил, возглавляемый американским империализмом, со всеми его военными базами, ядерными ракетами, нейтронными бомбами, «силами быстрого развертывания», военно-морскими флотами и атомными подводными лодками, предназначенными для защиты прибылей и власти транснациональных корпораций, бесцеремонно вмешивается во внутренние дела социалистических и неприсоединившихся стран, создает для них военную угрозу и даже ведет открытые и замаскированные действия, нарушая суверенитет и территориальную целостность государств.

Находясь в тисках глубокого затяжного кризиса капиталистической системы, монополистический капитал пытается найти выход в милитаризме и войне, в подавлении прав человека и демократических свобод. Но эти планы наталкиваются на все больший отпор со стороны трудящихся и всех демократических сил. Задачей мирового профсоюзного движения является дальнейшее усиление этого отпора и расширение борьбы трудящихся.

Конгресс осуждает политическую, материальную и моральную помощь, оказываемую США и другими империалистическими державами репрессивным и агрессивным режимам, таким, как расистский режим ЮАР и сионистский режим Израиля, нападающим на соседние страны, оккупируют их территории, являются проводниками неоколониалистских заговоров против национально-освободительного движения в Африке, в частности в Намибии и арабских странах.

Мировое профсоюзное движение решительно осуждает акции южноафриканских расистов, которые жестоко подавляют борьбу трудящихся за свои права и свободы, организуют провокации против соседних стран и незаконно оккупируют территорию Намибии. Конгресс требует освободить заключенных патриотов ЮАР и передать власть в Намибии в руки СВАПО — единственного законного представителя народа.

Гавана, февраль 1982 г.

Из заявления Совещания коммунистических партий стран Южной Америки

Совещание коммунистических партий стран Южной Америки, состоявшееся в Буэнос-Айресе 5–7 июля 1984 года, с глубоким революционным удовлетворением отмечает, что в последние годы на политической арене нашего континента происходят позитивные перемены, несмотря на грозящие этому процессу опасности.

Ширятся народные выступления при решающем участии рабочего класса наших стран, который вносил и вносит большой вклад в демократические и антиимпериалистические завоевания.

Континент сотрясают растущие выступления широких крестьянских масс, средних слоев города и деревни и даже части национальной буржуазии. В освободительной борьбе латиноамериканских народов весьма ощутимо участие христианских масс, а порой и самой церкви или некоторых ее виднейших представителей. Все это свидетельствует о возникновении неограниченных возможностей для единства действий и широкого взаимопонимания.

Народные выступления ознаменовались победами в сражениях с империализмом и его союзниками из местных олигархий, поражение которых исторически неотвратимо. Империалистические цели США находятся в явном противоречии с национальными и народными интересами нашей Америки. Все говорит о том, что назрели глубокие и революционные перемены, при этом главное условие их осуществления заключается в борьбе за демократию, за подлинные свободы, за самоопределение и мирное сосуществование.

Политическое развитие Латинской Америки характеризовалось в последние десятилетия прежде всего упрочением позиций социалистической революции на Кубе и победой патриотической народной и антиимпериалистической революции в Никарагуа, а также развитием повстанческого движения в Сальвадоре, крахом фашистских и авторитарных диктатур, подъемом выступлений трудящихся и народных масс за демократию и за удовлетворение их конкретных требований, укреплением коммунистических партий и растущим влиянием революционных идей.

Человечество в опасности!

Выражаемые ныне администрацией Рейгана притязания военно-промышленного комплекса на мировое господство служат краеугольным камнем милитаристской политики империализма США, стремящегося изменить в свою пользу военно-стратегическое равновесие. В результате империалисты не только направляют львиную долю своих госбюджетов в развитие военных отраслей промышленности, но вынуждают также Советский Союз и другие социалистические страны ассигновывать огромные средства на оборону.

В иных обстоятельствах эти средства могли бы быть использованы для еще большего повышения уровня жизни их населения, увеличения помощи развивающимся странам и укрепления солидарности с ними.

Теперь, когда соотношение сил в мире изменилось в пользу народов, империалисты открыто излагают свои намерения в таких документах и декларациях, как «Документ Санта-Фе», доклад «Комиссии Киссинджера», только что опубликованный «Доклад Джорджтаунского университета».

Объектом агрессивной политики является вся планета: социалистическое содружество, которое пытаются дестабилизировать и уничтожить, Западная Европа, Ближний Восток и Персидский залив, Южная Африка и Юго-Восточная Азия, Индийский, Атлантический и Тихий океаны и наша Латинская Америка, особенно Центральная Америка и Карибы. Она проявляется в первую очередь в подготовке смертоносных химических и космических войн и особенно ядерной войны, которая поставит человечество на грань беспрецедентной катастрофы, чреватой гибелью не только достижений цивилизации, но даже самой человеческой жизни на земле.

Результатом этой имперской антигуманной политики стала безудержная гонка вооружений. Она оплачивается дорогой ценой и приносит страдания народам, на плечи которых непомерным и бессмысленным бременем ложатся военные расходы. Кроме того, империализм прибегает к экономическому шантажу, используя ростовщические займы, махинации с долларом, ухудшение условий внешнеторгового обмена, вводя протекционистские меры и обеспечивая проникновение монополистического капитала в ключевые сферы экономики каждой страны.

Эта политика наносит ущерб также самому народу Соединенных Штатов: с каждым днем урезаются государственные расходы на социальные нужды и развертывается наступление на его жизненный уровень и права. Во имя увеличения военных бюджетов миллиарды долларов вырываются у трудящихся и пенсионеров США. Таким образом, экономическая политика Рейгана в условиях нынешнего кризиса не что иное, как классовое оружие государственно-монополистического капитализма.

Правительство США отказывается обсуждать и извращает многочисленные мирные инициативы Советского Союза. Одновременно оно размещает свои ракеты в Западной Европе и создает военные базы во всем мире, в том числе на нашем континенте — на Гренаде и на Мальвинах. Проводя непрерывные маневры своих войск на территории Гондураса, США фактически оккупировали эту страну, что по существу означает открытую военную интервенцию в Центральной Америке. Соединенные Штаты по-прежнему удерживают базу в Гуантанамо на Кубе и позиции на Панамском канале, пытаются закрепиться на Тринидаде (Бразилия) и острове Пасхи (Чили), милитаризируют Барбадос, восточнокарибские страны, а также Пуэрто-Рико, который хотят насильственно обратить в еще один штат США.

В то же время империализм навязал нашим странам «доктрину национальной безопасности», цель которой — использовать вооруженные силы каждой из них в качестве оккупационных войск для усмирения народных выступлений; широко используют ЦРУ и другие спецслужбы для развязывания репрессий, подготовки государственных переворотов и насаждения диктатур.

В рамках «психологической войны» империализм заправляет средствами массовой информации, пытаясь таким образом повлиять на умы народов, чтобы сбить их с толку и разобщить.

Одним из главных орудий агрессии служит клеветническая антисоветская, антикубинская, антиникарагуанская и антикоммунистическая кампания, возведенная Рейганом в ранг государственной политики. Такого рода кампании всегда использовались фашизмом, и с ними связаны самые страшные трагедии в истории всех народов планеты.

Мир во всем мире и социализм неразделимы. Вот почему агрессивной политике противостоят Советский Союз — стойкий защитник мира, страны социалистического содружества, движение неприсоединения, народы Латинской Америки и всего капиталистического мира, включая народ самих Соединенных Штатов. Ради блага человечества может и должно быть нанесено поражение политике войн, агрессии и государственного терроризма.

Центральная Америка и Карибы: «горячая» точка в сегодняшнем мире

Освободительная борьба народов Центральной Америки и Карибского бассейна развивается в сложной обстановке агрессий, заговоров и угроз со стороны правительства США.

Американский империализм не отказывается от намерений «наказать» Кубу за то, что ее революция и ее успехи глубоко укоренились в сознании наших народов, продемонстрировали возможность строительства социализма на нашем континенте и служат мощным стимулом для демократической, антиимпериалистической и революционной борьбы.

Несмотря на то что реакция и империализм сорвали революционный эксперимент в Чили, никарагуанский народ сумел нанести поражение сомосовской диктатуре. Начался новый этап освобождения; демократический процесс народов Центральной Америки и всего континента получил новый импульс.

Вчера империализм США пытался удушить Кубу, сегодня он намерен ликвидировать никарагуанскую революцию, стремясь тем самым нанести удар по всему латиноамериканскому освободительному процессу. Следуя этой линии, империализм избрал мишенью своей прямой агрессии героически сражающийся сальвадорский народ, обучая преступную армию Сальвадора и осуществляя руководство ею.

Совещание коммунистических партий стран Южной Америки заявляет о своей полной поддержке социалистической Кубы и призывает народы встать на защиту этого наивысшего на нынешнем историческом этапе завоевания латиноамериканского революционного процесса.

Мы выражаем нашу решительную солидарность с Никарагуа и призываем демократические силы континента объединиться, с тем чтобы дать отпор интервенционистским проискам Пентагона, ЦРУ и сомосовского отребья, вооруженного и финансируемого правительством Рейгана. Мы заявляем о нашей боевой солидарности с героической борьбой сальвадорского народа и выступаем в защиту его права покончить с отсталостью, которую навязало ему эксплуататорское и продажное меньшинство страны.

Мы заявляем, что варварская интервенция против маленького государства Гренады является составной частью политики эскалации прямого вооруженного вмешательства, призванного упрочить власть олигархических и милитаристских клик.

Мы считаем, что усилия правительств «контадорской группы», в которую входят Мексика, Колумбия, Венесуэла и Панама, являются ценным вкладом в политическое урегулирование центральноамериканских проблем. Однако в результате противодействия и нажима со стороны правительства США эти усилия до сих пор не привели к прекращению агрессивных действий против Никарагуа.

Дело Кубы, Никарагуа, Сальвадора — это дело всех и каждого из наших народов; их борьба, успехи и достижения в ней неотделимы от гигантской битвы континента за экономическую независимость и социальное освобождение, завоевание которых позволит заложить основы социализма.

В Центральной Америке и Карибах поставлены на карту всеобщий мир, а также национальное и социальное освобождение наших народов. Вопреки лживым утверждениям, речь здесь не идет о некоей конфронтации между Востоком и Западом. Все происходящее здесь — это следствие попыток США любой ценой воспрепятствовать самоопределению наших народов и лишить нас права на преодоление отсталости и зависимости. Вот почему мы солидарны с этими братскими народами. Вместе мы ведем борьбу с нашим общим врагом — империализмом янки.

«Boletin de information» (Praga), 1984. N 20.

Авторы комментируют

Новые маски расизма

Они привыкли убивать. Они не могут без убийства. Они жаждут крови. Убийство стало их призванием, профессией, главным условием самого их существования. Более четверти века назад они убивали поляков, русских, евреев, украинцев, французов. Потом они убивали корейцев, вьетнамцев, алжирцев, конголезцев. Фашистские недобитки из числа эсэсовцев, бывшие оасовцы, сынки южноафриканских плантаторов появляются всюду, где местная и международная реакция творит расправу над борцами за свободу. И везде, где проходят эти банды наемников, остаются горы искалеченных трупов, руины, пожарища.

Но не следует думать, что речь идет о «джентльменах удачи» типа тех европейских авантюристов, которые во времена работорговли и колониальных захватов на свой страх и риск отправлялись в заморские страны в поисках славы и богатства и порой устанавливали свою власть над целыми странами. В таком духе часто изображает современных наемников буржуазная печать, романтизируя их кровавые похождения. У них, конечно, есть общее с «рыцарями наживы» былых времен: расистская убежденность в «превосходстве белого человека», алчность, жестокость, полное отсутствие моральных устоев, авантюризм. Но сегодняшний наемник, в отличие от своих исторических предшественников, — всего лишь платный агент той или иной империалистической разведки, а предпринимаемая им авантюра — отнюдь не выражение любви к приключениям, а, по сути дела, всего лишь служебное задание.

На международной конференции, состоявшейся в апреле 1978 года в городе Виктория (Сейшельские острова) и посвященной проблемам безопасности Индийского океана, представители ряда стран Восточной Африки я юго-западной части Индийского океана высказывали серьезную озабоченность по поводу непрекращающихся происков империализма, направленных на дестабилизацию положения в прогрессивных государствах этих регионов. Говорилось там и о том, что и вмешательство вооруженных сил западных держав, и авантюры наемников преследуют одну цель: обеспечить стратегический контроль империалистов над морскими путями и зонами, богатыми полезными ископаемыми, данного региона. Участники конференции смогли воочию убедиться в собственной правоте. В день ее завершения силы безопасности Республики Сейшельские Острова раскрыли заговор с целью свержения ее правительства, проводящего прогрессивную политику. Как следует из документов, обнаруженных у арестованных, наемники намеревались вновь поставить у власти одного из реакционных деятелей, пребывающего в Лондоне.

Однако наибольшую активность проявляет в последние годы американский империализм, экспансионистская политика которого — главная угроза суверенитету государств бассейна Индийского океана. Если в начале 1980 года США располагали 13 военными опорными пунктами, то в 1983 году в этом районе имелось свыше 25 военных объектов Пентагона. Главный из них — крупная морская и воздушная база на острове Диего-Гарсия, где строятся и расширяются военные сооружения, рассчитанные на обслуживание авианосцев и атомных подводных лодок, на прием бомбардировщиков «В-52», способных нести ядерное оружие. При этом США игнорируют законные протесты суверенного государства Маврикий, которое требует возвращения ему этого острова. Создано так называемое «центральное командование США» для руководства операциями «сил быстрого развертывания» в районе Персидского залива, Восточной Африки и Юго-Западной Азии. В сферу его действия включены, опять-таки помимо их воли, многие суверенные государства, что вызвало естественную тревогу с их стороны. На военных объектах США размещено около 140 тысяч военнослужащих, и американские империалисты продолжают активно развивать в зоне Индийского океана свою военную инфраструктуру. Как сообщала печать, разработана пятилетняя программа, предусматривающая израсходовать на эту цель 30 миллиардов долларов.

Разветвленная сеть военных баз и объектов, созданная США во всех стратегически важных районах земного шара и нацеленная в первую очередь против стран социализма, используется вместе с тем и для прямого воздействия на правительства государств, на территории которых расположены эти базы, чтобы удерживать их в русле американской политики и подавлять национально-освободительные движения.

Этим же целям подчинена структура американских вооруженных сил. Характерно, что особое внимание в США уделяется развитию военно-морских сил, которые создавались и совершенствовались прежде всего для осуществления агрессивных акций и заморских захватов и которые в последние годы получают наибольшую долю военных ассигнований. Механизм «военный флот — морская пехота» всегда служил средством навязывания американской воли другим государствам и народам, орудием интервенционистских действий. По подсчетам американского института Брукингса, за 30 послевоенных лет этот механизм был «задействован» в политических целях 177 раз. Стремясь придать видимость «законности» своему глобальному интервенционизму, а также увлечь на этот путь военно-политических союзников, Вашингтон ведет дело к расширению географических рамок действия НАТО. В мае 1982 года сессия совета НАТО на уровне глав государств и правительств приняла решение о расширении военно-политической сферы пакта, что санкционирует военное вмешательство атлантических милитаристов в дела других государств за пределами обозначенной в его уставе «зоне действий». Такое вмешательство осуществляется многими путями: созданием в различных регионах военных плацдармов и стратегических опорных пунктов, насыщением стран с реакционными режимами оружием в объемах, явно превосходящих их оборонные потребности, сколачиванием под эгидой НАТО военных «мини-блоков» и т. д. В последние годы предпринимаются настойчивые попытки создать довесок к НАТО — военно-политический блок в Южной Атлантике, объединяющий ЮАР и реакционные режимы Южной Америки и направленный против национально-освободительного движения в этих регионах. Как писал журнал «Африка рипорт», этот блок пытаются создать для того, чтобы взять под военный контроль морские пути вокруг Южной Африки и Южной Америки, а также для того, чтобы контролировать обширные африканские территории к югу от тропика Рака.

С учетом этих целей становятся понятны причины англо-аргентинской войны 1982 года из-за Мальвинских островов. Руководствуясь шовинистическими интересами при вступлении в войну, британское правительство вместе с тем преследовало глобальные цели империализма, согласованные с Соединенными Штатами. Генеральный секретарь Компартии Аргентины А. Фаве писал: «Отбросив маску нейтрального, доброжелательного посредника, в роли которого Вашингтон выступил в начале кризиса, он перешел к дипломатической и военной поддержке английских колонизаторов, одновременно готовясь развернуть карательные санкции против Аргентины. Именно тогда стал известен так называемый «план свободного океана», утвержденный еще в 1980 году Советом национальной безопасности США, согласно которому Великобритания должна сохранить за собой острова Южной Атлантики для создания военной базы на перекрестке трех океанов: Индийского, Атлантического и Тихого. Имея в своем распоряжении острова Диего-Гарсия, Вознесения и зону пролива Бигл — предмет пограничных споров Аргентины с Чили, НАТО получило бы таким образом контроль над узлом стратегических коммуникаций военного и танкерного флотов (особенно важным в случае, если будет невозможно воспользоваться Панамским или Суэцким каналами) и, кроме того, своего рода отмычку для прямого доступа в Антарктиду. Иными словами, речь идет о попытках обеспечить географическое пространство агрессивному военному блоку, который намечается сколотить из стран Южной Атлантики и расистской ЮАР».

Именно с политикой империализма связано возникновение острых конфликтных ситуаций в различных районах мира, будь то Ближний Восток, Южная Африка или Центральная Америка. Взглянув на карту мира, нетрудно заметить, что большинство «горячих точек» находится в районах, богатых природными ресурсами, на пересечении основных транспортных артерий, обеспечивающих экономические связи государств и континентов, в важных стратегических пунктах. Это, разумеется, не случайно, если учитывать их роль в глобальной стратегии империализма.

«Милитаристская политика, — говорил на VII Конференции глав государств и правительств неприсоединившихся стран Фидель Кастро, — ведет к тому, что наши природные богатства рассматриваются в качестве стратегического резерва, а наши побережья — как объекты геополитики, что делаются попытки с помощью кнута и пряника добиться согласия наших правительств с определенной политикой на международных форумах. Угроза войны проникает повсюду и подрывает все: национальную независимость, экономический суверенитет, перспективы экономического развития».

На Западе не перевелись еще и такие ретивые экспансионисты, которые всерьез помышляют о реставрации колониализма. Так, отставной американский генерал У. Ярборо в своем опусе «Испытание в Африке: провал политики США», изданном в 1976 г., пишет, что «надо достать колониальные схемы и планы, стряхнуть с них пыль и изучить их с учетом нового характера Африки», для того чтобы обеспечить «подчинение хода событий американским интересам».

Здесь перед нами колонизатор старой закалки, убежденный в том, что «белое господство» следует утверждать насильственными методами. Его расизм — идеология рабовладельцев, которую все еще пытаются оживить наиболее реакционные силы империализма. Однако столь циничные заявления относительно колониальных целей империализма все реже встречаются в буржуазной печати. Идеологи неоколониализма стремятся скрыть расистский характер политики империализма рассуждениями о «партнерстве», «взаимозависимости», «сотрудничестве». Они нередко имеют вполне респектабельный вид политических деятелей, профессоров, публицистов, а их расистские убеждения облечены в наукообразные доктрины, облицованные фразами о «цивилизаторской миссии» Запада. Таков, например, американский социолог Б. Крозье, который предлагает «забыть горечь и подозрительность колониального прошлого и установить новые и более полезные контакты и плодотворные отношения с прежними имперскими державами».

Речь здесь идет об изменении средств, но никак не целей империалистической политики в «третьем мире» (принятое на Западе название развивающихся стран). Империалисты вынуждены приспосабливаться к современной социально-политической обстановке в мире, развитие которой все более определяется силами социализма, общественного прогресса и национального освобождения. Неоколониализм, в отличие от «старого» колониализма, пытается установить свое господство в странах Азии, Африки и Латинской Америки не путем военных захватов, возможность которых он впрочем не исключает, а с помощью системы косвенных мер — экономического нажима, неравноправных договоров и т. п.

Рецидивы колониализма то и дело проявляются в различных регионах капиталистического мира,

В конце 1984 года начала обостряться обстановка на заморской территории Франции — в Новой Каледонии, о которой идет речь в одном из материалов этого раздела. Действующий здесь Национальный социалистический фронт освобождения канаков (НСФОК), объединяющий коренных жителей страны, требует предоставления им независимости.

Французское население острова, пользующееся значительными экономическими и политическими привилегиями, выступает за сохранение существующего положения, закрепляющего многие колониальные порядки. Со своей стороны, правительство Франции выдвинуло план урегулирования кризиса, который предусматривает предоставление Новой Каледонии лишь статуса ассоциированного государства. При этом метрополия сохранила бы за собой контроль над обороной, охраной общественного порядка и финансами страны.

НСФОК продолжает добиваться подлинного, а не мнимого осуществления права канаков на самоопределение.

Основная цель стратегии неоколониализма заключается в создании условий для интеграции развивающихся стран в мировую систему капитализма. Если в первые годы после крушения колониализма империалисты стремились приспособить прежнюю систему колониальной эксплуатации к новым условиям, сохранить бывшие колонии на положении аграрно-сырьевых придатков капитализма, то теперь задача ставится гораздо шире. Теперь речь идет о том, чтобы на базе неоколониалистского разделения труда (использование дешевой рабочей силы в молодых государствах, перевод в них трудоемких и «грязных» отраслей производства и т. д.) насадить буржуазные отношения в развивающихся странах и присоединить их к капиталистической системе в качестве своего рода «подсистемы», которая, обладая всеми характерными чертами капитализма, основывалась бы на отсталом производстве и экономической зависимости от империалистических стран.

Главным фактором проведения этой стратегии служит деятельность транснациональных монополистических корпораций, широко внедрившихся в экономику развивающихся стран. В конце 70-х годов 11 тысяч корпораций контролировали около 40 процентов промышленного производства и половину внешней торговли развивающихся стран. В результате последние из-за манипуляции ценами со стороны транснациональных корпораций ежегодно теряли от 50 до 100 миллиардов долларов. Наиболее жестокими эксплуататорами «третьего мира» являются американские корпорации.

Из десяти крупнейших в мире корпораций-хищников восемь — американских, которые на каждый доллар, вложенный в развивающихся странах, получают более четырех долларов, тогда как в среднем монополии извлекают 2,4 доллара прибыли.

Американские монополии — главные носители расизма в современном мире. Это обусловлено особенностями их положения и роли в американском обществе. В докладе на XXII съезде Компартии США Гэс Холл говорил: «В Соединенных Штатах расовое и национальное угнетение стало обязательным аспектом деятельности промышленных корпораций. Когда происходит приток новых национальностей, их немедленно классифицируют по шкале национального угнетения… Это клеймо будет постоянно отражаться на их возможности трудоустройства, на продвижении в жизни их детей, на культурной и социальной жизни». По таким же принципам капитал действует и на международной арене: «Расовое и национальное угнетение было и остается непременным спутником погони мирового капитализма за извлечением сверхприбылей. Оно превратилось в действенное орудие, особенно в сфере империалистической экспансии».

Эта экспансия выражается прежде всего в усилении эксплуатации народов развивающихся стран. Подсчитано, что за последние 30 лет империализм выжал из них больше реальных ценностей, чем бывшие метрополии из колоний за три столетия. За свои природные ресурсы азиаты, африканцы, латиноамериканцы выручают лишь 10–17 процентов их действительной рыночной стоимости, остальное оседает на банковских счетах тех же монополий.

Империалистический грабеж увеличивает степень экономической отсталости. Если 20 лет назад валовой продукт на душу населения в развивающихся странах был меньше соответствующего показателя индустриальных капиталистических держав в 26 раз, то ныне — в 44 раза. Между тем государственная «помощь» со стороны последних неуклонно сокращается. В последние годы ее существенно уменьшили 17 богатейших государств капиталистического мира (в том числе США — на 26 процентов). Авторы приведенных выше материалов с полным основанием характеризуют современную империалистическую политику в развивающихся странах как новую форму порабощения их народов, а «помощь» западных держав — как способ ограбления.

Администрация Рейгана открыто объявила «помощь» одним из инструментов своей империалистической политики, направленной на обеспечение собственных военно-стратегических, политических и экономических интересов. Соединенные Штаты резко увеличили военные поставки по линии «помощи», способствуя тем самым ускорению гонки вооружений в развивающемся мире. Одновременно они значительно урезали ассигнования на программы, не связанные с военными целями. Так, несмотря на то, что в бюджете США на 1982 год общие затраты на «помощь» развивающимся странам возросли на 1,4 млрд. долларов, расходы на невоенные нужды сократились на 1,3 млрд. долларов. Одновременно повышаются процентные ставки кредитов на займы развивающимся странам. В 1981 году, например, Международный банк реконструкции и развития (МБРР) увеличил их на 2 процента. Каждый же процент роста ставок оборачивается для молодых государств дополнительными расходами в 2 млрд. долларов ежегодно. Хищнические действия империализма привели к тому, что сумма задолженности развивающихся стран в 1982 году достигла поистине фантастической величины — 540 млрд. долларов.

С одной стороны, транснациональные корпорации выступают в качестве политического инструмента империалистических государств, которые используют их чрезвычайно разветвленные международные экономические связи для проведения экспансионистской политики. С другой стороны, по мере роста экономической мощи и отделения от национальной почвы у корпораций вызревают и собственные политические амбиции, претензии на роль независимой силы в международных отношениях, стран, где они оперируют, а это порождает острый конфликт «нации — корпорации», чреватый опасностью военных столкновений. Известно, например, что международные монополии, действующие в Африке, непосредственно участвуют в организации интервенционистских акций расистов против Анголы, Мозамбика и других стран. Ранее они, вмешавшись в этнический конфликт в Нигерии, довели его до гражданской войны. «Война между Нигерией и Биафрой является наглядным свидетельством того, каким путем транснациональные корпорации могут ввергнуть невинную страну в кровавую бойню», — писал нигерийский экономист И. Нзимиро.

Каждый год в развивающихся странах от голода умирает около 50 млн. человек. Между тем, по оценкам Продовольственной и сельскохозяйственной комиссии ООН, число голодающих продолжает расти. Если в 1976 году их насчитывалось 420 млн., то в 1981 году — уже почти миллиард. Это — 27 процентов всего населения развивающихся стран Азии, 22 процента — Африки, 13 процентов — Латинской Америки.

Люди голодают не потому, что в мире не хватает продовольствия, — только одного зерна ежегодно производится в среднем примерно 330 кг на человека. «Мирового производства зерна, — говорится в одном из отчетов Всемирного байка, — хватило бы для обеспечения каждому человеку более 3000 калорий и 65 граммов протеина в день, что намного превышает потребности. Для того чтобы устранить недоедание, достаточно передать два процента производства зерна тем, кто в этом нуждается. Поэтому ошибаются те, кто думает, что продовольственных ресурсов не хватает».

В чем же дело? Последователи неомальтузианской теории считают трудности с питанием в странах Африки результатом резкого увеличения численности населения на континенте и исключают возможность каких-либо изменений к лучшему, пока численность населения растет в геометрической прогрессии, а производство сельскохозяйственной продукции — в арифметической. Опровергая эту по существу расистскую точку зрения, лондонский журнал «Нью африкен» писал: «Причина голода в Африке не в том, что континент перенаселен, в действительности его население немногочисленно. Нельзя также считать причиной голода чрезмерную урбанизацию — только 20 процентов африканцев живут в городах. Голод на африканском континенте скорее всего — следствие нарушения связей между процессами производства, воспроизводства и потребления, существующих уже 500 лет.

…Отношения, существовавшие в течение многих лет между странами Запада и Африкой, стали основной причиной того, что африканский континент оказался в тисках нищеты: экономика африканских стран была ориентирована на производство монокультур и экспорт сырья».

Так, например, в Гане какао занимает не менее 56 процентов обрабатываемых земель. В Сенегале арахис занимает 52 процента. Страны Карибского бассейна экспортируют количества сахара и фруктов, эквивалентные 2550 калориям в день на душу населения, в то время как дети там страдают от недоедания. Восемь стран Северной Африки в разгар катастрофической засухи 1971–1973 годов продолжали экспортировать в 2–5 раз больше протеинов, чем они импортировали их в виде зерна.

Недоедание и голод в развивающихся странах — в значительной мере результат преступной системы, созданной империалистическими монополиями, контролирующими поставки продуктов питания и цены на них. Накормить голодных никогда не было главной целью «продовольственной помощи» индустриальных капиталистических государств развивающимся странам. Ее истинная цель — выгодно сбыть продовольственные излишки, набросить на эти государства петлю зависимости, утвердить империалистический диктат.

Решению проблемы голода и других жгучих социальных проблем во многом способствовала бы реализация известной инициативы стран социализма о сокращении военных бюджетов государств, с тем чтобы часть сэкономленных средств могла быть использована для оказания помощи нуждающимся в ней народам.

Выступая с подобными инициативами, оказывая экономическую и иную поддержку развивающимся странам, СССР и другие государства социалистического содружества руководствуются принципами солидарности с борьбой их народов за экономическую независимость и социальный прогресс.

Развивающиеся страны становятся ареной острой идеологической борьбы.

Воспрепятствовать социальному прогрессу этих стран, объединить в них на антисоветской основе реакционные силы, скомпрометировать, очернить советский строй и политику СССР, саму идею социализма — таковы основные цели, которые ставит антисоветизм.

Едва ли найдется такая область взаимоотношений СССР со странами Азии, Африки и Латинской Америки, в которой антикоммунисты не обнаружили следы «советского вмешательства». Повсюду им мерещится коварная «рука Москвы» — будь то торговое сотрудничество СССР с развивающимися странами, ловля сельди советскими траулерами в Южной Атлантике, либо трансляция на Африку эстрадного концерта из Москвы. «Советская угроза» усматривается в любом соглашении СССР с освободившейся страной о сотрудничестве, в любом акте солидарности советского народа с борющимися народами Африки.

Авторы мифа о «советском вмешательстве» в подтверждение своих домыслов часто ссылаются на помощь СССР национально-освободительным движениям. Но этот «аргумент» лишен основания. Во-первых, Советский Союз всегда выступал и выступает против так называемого «экспорта революции», считая, что борьба против поработителей — это внутреннее дело каждого народа. Во-вторых, поддержка народов, борющихся против колониализма и расизма, полностью соответствует современным нормам международного права, как это зафиксировано в ряде резолюций ООН. В-третьих, СССР никогда не связывал и не связывает такую поддержку с какими бы то ни было привилегиями для себя и тем более с «правом» вмешательства во внутренние дела народов.

Таков принципиальный политический курс СССР. Он противостоит любым попыткам вмешательства в дела других стран, последовательно служит укреплению их независимости и суверенитета, их экономическому развитию и социальному прогрессу. Источники иностранного вмешательства в развивающихся странах хорошо известны: империализм, расизм, неоколониализм. «Речь идет, — говорил президент Мозамбика Самора Машел, — как о провокациях и агрессиях, совершенных против Народной Республики Мозамбик, Анголы, Конго, Бенина и Гвинеи, так и о появлении авианосцев и других военных кораблей флотов империалистических держав вблизи берегов Восточной Африки. Речь идет также о вынашиваемых империализмом планах создания военного блока в Южной Атлантике и о намерении передать ядерное оружие расистам Претории».

Что же касается антисоветских мифов о «руке Москвы», то они служат тому, чтобы отвлечь внимание мировой общественности от подлинных — империалистических — источников вмешательства. Происки неоколониалистской реакции и антисоветизм тесно взаимосвязаны: последний стал служить главным пропагандистским прикрытием экспорта контрреволюции в страны Азии, Африки и Латинской Америки. Сегодня можно без преувеличения сказать, что каждая новая вспышка антисоветской истерии — это явный индикатор очередного акта экспансии империализма и неоколониализма.

В современных условиях для неоколониализма особое значение приобретает задача идеологического воздействия на народы развивающихся стран. Ее выполняют люди, которые по своему облику и по методам деятельности резко отличаются от «псов войны». Их можно встретить в самых отдаленных уголках Африки, Азии и Южной Америки. Эти парни и девушки достаточно образованны и обычно владеют несколькими профессиями. Они энергичны и любознательны. Они по-свойски держатся с местными жителями и охотно берутся за любую работу. Эти симпатичные с виду ребята — посланцы различных «культуртрегерских» организаций, созданных в США («Корпус мира»), в ФРГ («Германская служба развития») и в других западных странах.

Известно, что среди них немало агентов ЦРУ. Многие из них были высланы из развивающихся стран. Но нельзя отрицать и того, что среди «культуртрегеров» есть немало честных людей, сочувствующих нуждам освободившихся народов. И то, что каждый из них делает по своей специальности, само по себе заслуживает одобрения: обучение детей грамоте, лечение заразных болезней, распространение передовых методов земледелия. Но если в качестве специалиста «культуртрегер» действует как лицо, практически полезное, то в качестве представителя буржуазного общества он выполняет, независимо от его субъективной честности, совершенно иную роль — роль проводника идеологии империализма. Так, главным условием членства в американском «Корпусе мира» является не стремление молодого человека посвятить себя борьбе с неграмотностью, болезнями, отсталостью, а готовность утверждать в развивающихся странах «идеалы американского образа жизни». Именно это зафиксировано в его программных документах.

Пропаганда этих «идеалов» исходит из шовинистического принципа «Америка превыше всего». Ее цель состоит в том, чтобы представить США как самую свободную и демократическую страну, как вместилище всех возможных добродетелей и единственный образец для подражания. Деятельность американских «культуртрегеров» оценивается их руководством по тому, насколько успешно они добиваются осуществления этой цели, а не по их успехам в выращивании грейпфрутов в Африке или в излечении детей от трахомы в азиатских странах. «Наша задача, — пишет американский социолог JI. Бенсон, — состоит в том, чтобы заставить развивающиеся страны обожать нас и подражать нам».

В современной идейно-политической борьбе стратеги неоколониализма стремятся опереться в первую очередь на те социально привилегированные слои общества в развивающихся странах, которые, выдавая национализм за надклассовую силу, за универсальное средство решения всех проблем, в действительности используют его для прикрытия эксплуатации трудящихся, для подавления борьбы народных масс за общественный прогресс. Указывая на это, лидер освободительной борьбы народа Гвинеи — Бисау, видный деятель и идеолог африканского национально-освободительного движения А. Кабрал писал: «Цели империалистических государств состоят в том, чтобы предотвратить дальнейшее расширение социалистического лагеря, предоставить свободу действия реакционным силам в наших задыхающихся в тисках колониализма странах и дать возможность этим силам объединиться с мировой буржуазией».

Проводя эту стратегию, антикоммунисты преследуют далеко идущие цели, которые сводятся к тому, чтобы идеологически обезоружить национально-освободительное движение, политически разобщить его, заблокировать путь некапиталистического развития, противопоставить развивающиеся государства социалистическим странам.

В соответствии с этими установками национально-освободительное движение трактуется как явление, противоположное по своему происхождению и содержанию общественным движениям за пределами «третьего мира», в том числе коммунистическому движению и реальному социализму, как выражение некоего особого духа, присущего цветным народам. При этом упор делается на психологические и религиозные различия рас и народов, выдвигается идея противоположности «типов сознания», духовной жизни, культурных традиций на Западе и на Востоке: восточной цивилизации приписывается мистическая одухотворенность, а западной — трезвая рационалистичность; цветной наделяется интуитивным складом ума, белый — аналитическим; первый выдается за созерцателя, второй — за практика и т. д. В соответствии с этим борьба между колониальными народами и империализмом выглядит как «столкновение цивилизаций», подъем национально-освободительного движения представляется не как социальный процесс, а как «взрыв расового протеста». Так, американский историк К. Ирвин утверждает, что национально-освободительное движение — это «стихийное восстание цветного населения мира против гегемонии белого человека».

С этих идеологических позиций неоколониализм выступает за «независимость» и «самостоятельность» народов развивающихся стран, стремясь в действительности обособить их от социализма и коммунистического движения. Отсюда такой, например, «парадокс»: Франция, которая держит в различных странах Африки 15 тысяч солдат для «защиты» своих интересов, вместе с тем прокламирует лозунг «Африка — африканцам». А суть дела в том, чтобы ту же «защиту» осуществлять руками африканцев и против африканцев. Именно в этих целях были созданы при активном содействии западной дипломатии «межафриканские вооруженные силы», которые предназначены для подавления революционных движений в Африке.

Поддерживая указанный лозунг, некоторые африканские правительства противопоставляют его интернационалистской политике социалистических стран в Африке. Генеральный секретарь ЦК Африканской партии независимости Сенегала С. Сиссоко в связи с этим писал: «Вслед за западными капиталистическими странами, ныне выдающими себя за поборников «африканского урегулирования африканских проблем», правительственные круги подхватили лозунг «Африка — африканцам». Его направляют против СССР и других социалистических стран, умышленно отождествляя помощь освободительному движению в Африке с вмешательством во внутренние дела наших стран, которое в действительности осуществляют империалистические державы».

Анализируя проявления расизма в контексте международных отношений, участники проведенного журналом «Проблемы мира и социализма» в Праге международного семинара, посвященного особенностям идеологии и практики расизма 80-х годов, пришли к выводу, что ориентация многих империалистических правительств на сохранение или возрождение расизма служит средством укрепления внутриполитического господства эксплуататоров. На семинаре также отмечалось: «Специфику 80-х годов… представляет собой чрезвычайная опасность расизма в условиях ядерной угрозы. Она вызвана политикой империализма, его агрессивным курсом, откровенно направленным в первую очередь против Советского Союза, всего социалистического содружества. Этот курс можно назвать «социальным расизмом». Вместе с тем все более явно раскрывается и чудовищное обличье современного расизма неоколониалистского типа»[48].

Эти качества современного расизма делают его особенно опасным для человечества. Факты показывают: необходимость усиления борьбы против расистской идеологии и политики империализма диктуется не только насущными интересами тех, кто непосредственно испытывает гнет и унижения расизма, но и интересами всемирного антивоенного движения, задачами предотвращения ядерной катастрофы, упрочения мира на нашей планете.

Чужие на своей земле

Материалы этого раздела напоминают о тех давних временах, когда европейцы, приступая к колонизации других континентов, безжалостно истребляли их коренное население, уничтожали без остатка племена и народы в Северной и Южной Америке, Австралии и других районах мира. Какова же нынешняя судьба тех, кто сумел выжить, сохранить свою национально-этническую самобытность?

Расизм в Канаде и задачи компартии

Из журнала «Коммьюнист вьюпойнт» (Торонто)

Расизм в Канаде и задачи коммунистов

Расизм как доктрина был задуман, порожден и заботливо взращен империализмом. Эта гнусная, отвратительная доктрина используется империализмом для оправдания своего господства, для угнетения и эксплуатации трудящихся. Ее порочное влияние глубоко проникло в канадскую действительность.

Всем нам часто приходится слышать: «Канадцы — не расисты, вспомните, как мы помогли американским рабам нашей «подземной железной дорогой»[49]. Расизм поднял свою уродливую голову лишь после войны, когда началась крупная миграция в Канаду негров, азиатов и восточных индейцев.

Краткий анализ истории расизма в Канаде помогает понять, почему расизм и национальный шовинизм столь глубоко проникли в социальную психологию канадцев.

В основе расизма в Канаде лежит колонизация, отказ коренному населению в праве на исконно принадлежавшие ему земли, а зачастую — и истребление людей. Теория превосходства белых возникла как результат извращенной логики оправдания этих действий. Слишком мало было сделано для того, чтобы уничтожить ужасающее трехсотлетнее наследство геноцида.

Расистские настроения, возникшие в период колониального освоения Канады, усиливались с каждой волной эмиграции из Англии. Эмигранты привозили с собой свои собственные расистские предрассудки, уходящие корнями в британскую колонизацию Африки, Индии и Карибского бассейна, в английскую работорговлю.

Независимо от того, говорим ли мы о расизме в Канаде или о национальном шовинизме, за этими явлениями стоят прибыли и сверхприбыли, эксплуатация и сверх-эксплуатация. Апологеты капитализма, стремясь замаскировать действительность, изобретают псевдотеории, изображающие расизм в качестве «врожденной черты» человеческой натуры, как нечто инстинктивное и необратимое.

Истина, однако, заключается в том, что все группировки, заинтересованные в существовании монополий, вполне определенно связаны одной общей целью, общим классовым мировоззрением и общей социальной психологией. Если бы это было не так и если бы расизм не давал высокие прибыли и не был бы столь «полезным», то капитализм сам по себе смог бы уничтожить его, в некоторых случаях — уже давно, потому что в этом случае данная проблема была бы подобна, скажем, проблеме неграмотности или высокой детской смертности.

Располагая достаточным временем и соответствующими статистическими данными, можно было бы подсчитать фантастические, миллиардные суммы, полученные в результате лишения коренного канадского населения права на исконно принадлежавшие ему земли и природные ресурсы, использования низкооплачиваемого труда китайцев на строительстве железных дорог, огромной разницы в оплате труда за последние три столетия рабочих англосаксов и иммигрантов, труда рабочих во французской Канаде и таких же рабочих в английской Канаде. К этому следует добавить гигантские сверхприбыли, накопленные за счет отсутствия единства среди трудящихся Канады, которому препятствуют различия в цвете кожи, языке, религии и национальности. Расизм, национальный шовинизм, фанатизм в любой форме выгодны монополиям, использующим их в качестве орудий раскола трудящихся. На международной арене расизм представляет собой элемент империалистической политики, а внутри страны — тактики монополистического капитала.

Солидарность с борьбой за национальное и социальное освобождение, против апартеида и неоколониализма требует активизации участия коммунистов в развернувшейся по всему миру борьбе против расизма. В нашей стране эта борьба является неотъемлемой частью антимонополистического, демократического движения и представляет собой существенный фактор борьбы за социалистическую Канаду.

Многим знакома следующая точка зрения: «Конечно, расизм в Канаде есть, однако он не узаконен так, как в Южной Африке или на Юге Штатов». В действительности же, хотя из законодательства Канады многое было вычеркнуто, в стране до сих пор фактически действуют законы, проникнутые расизмом.

Несколько примеров: юридическая система, регулирующая жизнь канадских индейцев, метисов и иннуитов, по своему характеру является в огромной степени дискриминационной и расистской, она лишает их права на наследование, права на землю, ставит их в такие условия, что они вынуждены перебиваться с хлеба на воду, лишает их культурных прав, отказывает в предоставлении социальных услуг, которыми пользуются канадцы любой другой национальности. Как будет показано ниже, обвинение монополий и канадского государства в геноциде в отношении коренного населения абсолютно справедливо и оправданно.

Второй пример косвенного действия расистского законодательства — закон об иммиграции. Суть этого закона — в получении дешевой рабочей силы для таких видов работ, которые не желают выполнять жители самой Канады, и в ограничении числа иммигрантов, прибывающих из Азии, Африки, зоны Карибского моря и латиноамериканских стран. Служащие иммиграционных служб облечены настолько большой дискриминационной властью, что им ничего не стоит найти предлог и не впустить в Канаду лиц из так называемого «третьего мира». Кроме того, «глобальное» размещение иммиграционных агентств Канады означает на деле их концентрацию в странах с белым населением, а система, определяющая количество людей, которым разрешается въезд в страну, позволяет открыто использовать эксплуататорские меры в отношении ввоза в страну черных домашних рабов из стран зоны Карибского моря. Хотя правительство и отрицает это, данный закон определенно имеет расистскую и дискриминационную окраску.

Тяжелое положение коренных жителей Канады, фактический геноцид против них иллюстрируют следующие факты:

— продолжительность жизни среди мужчин — 41,5, среди женщин — 43,3 — чуть больше половины средней продолжительности жизни канадцев;

— уровень детской смертности в 8 раз выше, чем средний уровень среди канадских детей;

— хотя коренное население составляет лишь 2 процента от всего населения страны, в федеральных и провинциальных тюрьмах заключенные из числа коренного населения составляют 44 процента;

— заработная плата на душу населения составляет четвертую часть среднего заработка канадцев;

— безработица среди индейцев в 1971 году в городах составляла 68 процентов, а в резервациях — 53 процента; сегодня эти показатели, конечно, гораздо выше;

— 64 процента «индейцев по статусу» (официальному юридическому положению) живут в домах без водопровода; по крайней мере, одна четвертая часть из них вынуждена пользоваться загрязненной водой;

— 80 процентов детей «индейцев по статусу» не заканчивают среднюю школу, только один процент обучается в университетах, причем большинство не заканчивает их.

Этот перечень бедствий так же страшен, как и судьба африканцев, страдающих от апартеида и фашизма в Южной Африке. Так же, как в ЮАР, судьба коренного населения Канады обусловлена расистским в своей сущности законодательством, которое постепенно создавалось со времени, когда первый колонист ступил на землю Северной Америки и превратил страну в мрачную тюрьму народов разных рас. Меньшинства, отличающиеся цветом кожи, сталкиваются с расизмом уже при поступлении на работу, получении жилья, образования, в культурном и социальном отношении, в судебном делопроизводстве и в иммиграционной сфере.

Во всех сферах жизни в Канаде представители меньшинств в пропорциональном отношении к общему числу иммигрантов представлены очень слабо, за исключением категорий неквалифицированных рабочих. Так, например, они фактически не допускаются к работе в сфере массовой информации и пропаганды. Поэтому все новости в отношении этих меньшинств подаются теми, кто в значительной степени создает, расистские стереотипы или находятся под их сильным влиянием.

Трудно определить масштабы расизма в жилищной сфере, однако мы хорошо знаем, что они велики. Хотя в теории закон не позволяет домовладельцам подвергать меньшинства дискриминации, однако на деле он лишь запрещает вывешивать объявления с просьбой к чернокожим не искать тут или там жилья. Главная причина создания резерваций заключается не в предполагаемом стремлении меньшинств, объединенных общим прошлым и общей культурой, жить вместе, а прежде всего в фактическом изгнании их из многих городских районов по желанию расистских домовладельцев и торговцев недвижимостью.

Борьба против расизма в Канаде

Борьба против расизма в Канаде развивается в двух формах. Во-первых, сопротивление расизму оказывают те, кто прямо страдает от него, и, во-вторых, те, кто выступает против расизма вообще.

Мы являемся свидетелями усиления борьбы коренного населения за свои права: в судах, где решается вопрос о земле, в стремлении добиться социальной справедливости путем изменения законодательства в демонстрациях протеста. Борьба коренного населения находится в процессе перехода на качественно новый этап как по форме, так и по содержанию.

Новые организационные формы обретает сейчас борьба общины выходцев из Вест-Индии. Она включает проведение крупных демонстраций и активных выступлений в защиту своей культуры, социальной справедливости, гражданских прав, в частности, в области образования. Ведутся усиленные поиски путей объединения с чернокожим населением Канады для ведения совместной борьбы. Со своей стороны, черное население в Канаде также проявляет сейчас больше единства и решимости в борьбе против расизма.

Наряду с сопротивлением расизму со стороны этих общин, а также политических сил, поддерживающих их, все более широкие слои канадского общества, хотя и не в равной степени, осознают масштабы и пагубный характер расизма.

В настоящее время существует насущная необходимость в создании широко поддерживаемой рабочим классом и демократическими слоями организации с эффективной программой массовых действий и воспитательной работы по проблемам расизма. По нашему убеждению, она могла бы быстро завоевать доверие среди страдающих от расизма общин.

Компартия Канады, используя различные методы, настойчиво борется за создание такой организации. Нам необходимо сделать проблему расизма ясной для всех. Это означает, что мы должны усилить идеологическую работу как на самостоятельной основе, то есть на уровне партии, так и через членов партии в массовых организациях, с тем чтобы вовлечь в борьбу против расизма всех трудящихся. Это означает сочетание борьбы против расизма с борьбой против империализма и монополий. Это означает пропаганду успехов социалистических стран в решении крупных социальных проблем. Это означает разоблачение классовой основы расизма. Перефразируя старую поговорку, можно сказать, что «ясность нужна прежде всего в собственном доме». Нам необходимо уделять больше внимания этому вопросу в сети партийного просвещения и вооружить членов нашей партии хорошей аргументацией. Нам нужно улучшить и расширить исследовательскую работу по этому вопросу, более систематически освещать его в воспитательной работе с общественностью, в нашей прессе.

Расизм вторгается во все сферы жизни, и с ним необходимо вести борьбу всюду, где бы он ни проявлялся. Следовательно, мы должны бороться с ним во всех областях своей деятельности, будь то в профсоюзном движении или в заводских цехах, в университетах, школах или в области культуры, в битвах за решение жилищной проблемы, на улицах, в торговых центрах. В этом плане мы не должны недооценивать существенную роль, которую может и должно играть профсоюзное движение как в ежедневной борьбе за интересы рабочего класса, так и в воспитательной работе, проводимой внутри движения. Если рабочий класс будет един в своей оценке и окажет сопротивление всем формам расизма и шовинизма, то он тем самым выбьет из рук правящего класса его сильнейшее оружие.

«Communist Viewpoint», 1980, № 3.

ХАННА МИДЛТОН, член ЦК Социалистической партии Австралии (СПА)

Чего требуют коренные австралийцы?

Национальный вопрос приобретает все большее политическое значение в жизни современной Австралии. Это сказывается в трех различных и вместе с тем взаимосвязанных сферах: в борьбе за национальную независимость и суверенитет, против экономического господства монополий, против военного блока АНЗЮС (Австралии, Новой Зеландии и США) и американских баз; в проблемах, вызываемых пестротой национального состава рабочего класса; в национально-освободительных выступлениях двух коренных этнических меньшинств — австралийских аборигенов и жителей островов пролива Торреса.

Борьба этих двух меньшинств, живущих в пределах нашего государства, но отдельно и обособленно от остального населения, приобрела в последнее время особую остроту. Их выступления носят по существу антиимпериалистический и антимонополистический характер.

С конца 60-х годов основным лозунгом аборигенов было «право на землю». Как подчеркивалось в принятом на III съезде СПА (1978 г.) документе «Национальный вопрос в Австралии», этот лозунг «содержит важный революционный элемент и представляет собой требование права на владение основными средствами производства. Одни группы аборигенов выступают против эксплуатации их земель горнодобывающими компаниями и принимают непосредственное участие в борьбе против монополий и империализма. Другие борются против представителей иностранных (в основном английских и американских) монополий, арендующих пастбища».

Выдвижение аборигенами требования прав на землю и полезные ископаемые знаменовало качественно новый этап в их политической организации и укреплении единства. С этим тесно связаны сложные процессы формирования классовой и национальной структуры коренного населения.

Предки аборигенов поселились в Австралии по крайней мере 40 тысяч лет назад. У них было бесклассовое полукочевое общество, они жили охотой и сбором плодов. Экономика базировалась на общинном владении важнейшими средствами производства, землей, в основе производственных отношений, распределения и обмена лежала система родства, сотрудничества и взаимопомощи.

Социально-экономическая структура этого общества разрушалась по мере того, как британский империализм начиная с 1788 года осуществлял колонизацию австралийского континента. Земля была главным предметом борьбы, в ходе которой, несмотря на длительное и ожесточенное сопротивление коренных жителей, применявших тактику партизанской войны, границы заселенной пришельцами территории неуклонно расширялись.

Постепенно аборигены вовлекались в товарно-денежную экономику, созданную английским и австралийским монополистическим капиталом, эксплуатировались в качестве дешевой рабочей силы или своеобразной резервной армии труда. Начался процесс насильственного социально-экономического включения их в производственную деятельность, принявший форму пролетаризации. Расовая дискриминация, изоляция и сегрегация содействовали их превращению в самый низший слой австралийских трудящихся, прозябающих в условиях отсталости, крайней нищеты и лишений.

В настоящее время аборигены находятся на различных стадиях развития: от групп, социальная структура и идеология которых носят в основном традиционный характер, к сельскохозяйственным рабочим вплоть до трудящихся городов, включая тех, кто занят в промышленности. При этом безработица среди них превышает в шесть раз средний ее уровень по стране, а в некоторых общинах достигает 100 процентов.

В условиях господства расовых предрассудков, изолированной жизни и дискриминации, эксплуатации и угнетения серьезно замедляется объективный процесс ассимиляции меньшинств, в рамках австралийской нации, неизбежно вытекающий из их включения в систему капиталистических отношений. Он еще более осложняется вынужденно низким уровнем экономического и социального развития коренного населения, а также его культурными и языковыми отличиями от общества белых. С другой стороны, такие факторы, как небольшое число аборигенов (сегодня всего около 180 тысяч при общей численности населения страны 15 миллионов человек), их рассредоточенность и ускоренная урбанизация, способствуют ассимиляции.

Новые материальные условия создают почву для роста национального самосознания аборигенов. Этническое сплочение находит выражение в понимании ими общности своих интересов. Оно достигло той стадии, когда есть основания говорить о формировании национальной структуры, характеризующейся развитием у коренного населения черт угнетенного меньшинства.

Развертывание борьбы вокруг требования права на землю и полезные ископаемые является как раз и следствием этнического сплочения аборигенов и фактором, который ему способствует, одновременно сдерживая ассимиляцию меньшинства в рамках австралийской (белой) нации. Борясь против расовой дискриминации и бесправия, аборигены во всех районах Австралии обретают чувство национального самосознания и объединяются для совместных действий в масштабе всего континента.

Единство угнетаемых меньшинств нашло свое воплощение в образовании Федерации земельных советов. С начала 70-х годов, когда левацкие тенденции существовавшей в то время организации коренного населения — Федерального совета по обеспечению прогресса аборигенов и жителей островов пролива Торреса — послужили предлогом для ее разгрома, единственным общегосударственным органом аборигенов оставалась избираемая ими Национальная конференция. Учрежденная лейбористским правительством Уитлема, она не имеет никаких полномочий и используется властями либо для подкупа, либо для организации преследований многих активных участников движения национальных меньшинств.

Что касается Федерации земельных советов, то она не зависит от субсидий или контроля со стороны правительства. Федерация выступает от имени различных региональных земельных советов аборигенов, объединяющих их вокруг ключевых проблем борьбы за право на землю и полезные ископаемые. Поскольку это нередко приводит национальные меньшинства к прямой конфронтации с монополистическими, часто транснациональными (главным образом горнодобывающими), компаниями, федерация (и движение аборигенов в целом) переходит на сознательно антимонополистические позиции, что укрепляет ее политическую базу.

«Макаррата» — это договор, который предлагается заключить «между аборигенной нацией и австралийским федеральным правительством». Идею такого договора поддерживают некоторые участники движения меньшинств и многие аборигены, находящиеся на государственной службе (государство, крупнейший работодатель для аборигенов, содействует образованию среди них немногочисленной мелкой буржуазии и распространению соответствующей идеологии). Разработке и популяризации принципов «Макарраты» в значительной мере содействует и так называемый «престижный комитет», состоящий из неаборигенных общественных деятелей, в основном представлтелей интеллигенции, в частности преподавателей высших учебных заведений. С другой стороны, идея «Макарраты» пользуется лишь незначительной поддержкой, если о ней вообще можно говорить, среди местных организаций и общин аборигенов. О своей оппозиции ей заявила Федерация земельных советов. Фактически большинство активных участников движения национальных меньшинств, и в особенности политически самых зрелых, выступает против или делает ряд существенных оговорок в отношении такого договора.

В борьбе против него участвует и наша партия. Она указала, что договор закрепил бы и узаконил нынешнее положение, когда ряд общин в Северной и Южной Австралии пользуется ограниченным буржуазным правом на некоторые земли, но лишен прав на владение полезными ископаемыми и контроль за хищнической деятельностью горнодобывающих монополий, а подавляющее большинство аборигенных групп вообще не имеет каких бы то ни было земельных прав.

Заключение договора подорвало бы также дальнейшее развертывание национально-освободительного движения аборигенов, неминуемо отвлекло бы их от антиимпериалистических и антимонополистических требований прав на землю и полезные ископаемые. Их усилия сосредоточились бы на второстепенных, хотя и важных, вопросах, таких, как жилье, здравоохранение, образование и занятость. Этот акт серьезно воспрепятствовал бы участию национальных меньшинств в борьбе за победу социализма в Австралии.

В своем программном документе «Национальный вопрос в Австралии» социалистическая партия требует предоставления аборигенным общинам права на владение полезными ископаемыми и другими природными ресурсами и создания автономных районов, где эти общины «смогут развивать свою экономическую, социальную и культурную жизнь».

Отстаивая право аборигенов и жителей островов пролива Торреса определять свое будущее, наша партия уделяет первостепенное внимание вовлечению их в борьбу рабочего класса против монополии и за социалистическую Австралию. Партия требует ликвидации всяческого гнета и считает, что нельзя положить конец эксплуатации белых рабочих, не освободив в то же время трудящихся-аборигенов от всех форм национального и классового подавления.

Проблемы мира и социализма, 1983, № 2.

На грани истребления

Из журнала «Ньюсуик» (Нью-Йорк)

Угнетение чернокожих белыми — старая история. Для племен австралийских аборигенов она началась в 1788 году с прибытием английских колонистов. Эти пришельцы привезли австралийцам спиртные напитки, дешевые побрякушки, болезни, которых раньше здесь не знали, стали захватывать их землю. Вскоре коренные жители оказались на положении изгоев в стране, которую они на протяжении 50 тысяч лет считали своей родиной. Но, как это случалось с преследуемыми национальными меньшинствами в других странах, австралийские аборигены в конце концов преодолевают страх перед оружием и ненавистью белого человека и вступают в борьбу, чтобы вернуть свою землю, возродить свою культуру и обрести чувство собственного достоинства.

Премьер-министр Роберт Хоук от имени своего лейбористского правительства обязался проводить политику «самоопределения», то есть поддерживать программу, которую выдвигают сами аборигены. Он обещает защищать их гражданские права, предоставить им больше земли, улучшить положение дел с медицинским обслуживанием местного населения. «Я считаю позором для нашей страны, — заявил недавно Хоук, — что наши аборигены живут в столь тяжелых условиях…»

Подобные слова, несомненно, вселяют надежду многим из 200 тысяч коренных жителей Австралии. Однако большинство относится к ним с недоверием. Руководители аборигенов напоминают, что предыдущее лейбористское правительство, придя в 1972 году к власти, давало точно такие же обещания. Тем не менее хроническая безработица, нехватка школ, жилья, нищета, плохое медицинское обслуживание и дискриминация остались. Сегодняшняя Австралия переживает серьезный экономический спад. И если Хоук будет ратовать за увеличение ассигнований на социальные программы улучшения условий жизни аборигенов, то он столкнется с противодействием и политических деятелей, и расистов.

Расизм в Австралии — это, по существу, нежелание многих белых австралийцев считать аборигенов людьми. Недавно в доме одного белого обнаружили мумию аборигена-младенца. Старейшины коренного населения, для которых захоронение умерших — священный обычай, потребовали, чтобы тело умершего ребенка было предано земле в соответствии с принятым ритуалом. Однако обладатель мумии отказался отдать ее, утверждая, что она составляет часть его «коллекции художественных изделий».

Мало кто из аборигенов получил доступ в коридоры власти. Ни один из них не имеет министерского портфеля. Только Невиль Боннер занимал место в федеральном парламенте, но и он оставил его после последних парламентских выборов. Формально аборигены не лишены права на поступление в высшие учебные заведения. Тем не менее в Австралии нет ни одного ученого, ни одного врача из числа коренного населения, есть лишь несколько юристов.

Среди белого населения бытует такое предвзятое мнение, будто аборигены ленивы, не хотят учиться в школах, живут на пособия и не желают избавляться от своего «обезьяньего» образа жизни. Но те, кто придерживается такого мнения, забывают о причинах: уровень жизни 90 процентов всех коренных жителей Австралии ниже официального порога бедности. «Об аборигенах забыли, — говорит один из их руководителей, Меррит. — Их психология определяется комплексом неполноценности, отсутствием чувства безопасности, страхом перед белыми». Во многих школьных учебниках излагается явно «белый» вариант истории Австралии, что заставляет большинство аборигенов бросать школу в 14–15 лет. Не имея аттестата об окончании школы, молодые аборигены пригодны только для физического труда, за который они часто получают меньше минимальной заработной платы.

Руководители аборигенов требуют введения в школах курса истории и культуры своего народа. В школах многих резерваций и поселений сейчас есть классы с преподаванием на двух языках.

На севере страны в сельских районах группы аборигенов совсем отвернулись от белого общества. Они живут вдали от населенных пунктов, возвратившись к примитивному образу жизни, делают упор на традиции устной истории и почитания предков. Эти группы считают, что, если нельзя жить в мире с белыми, они будут жить без них.

Красные и желтые пески, кажется, простираются бесконечно. Прохладный ветерок обдувает разбросанные повсюду кучи отходов, в них роются тощие собаки, отмахиваясь от тучами роящихся здесь мух. Единственные сооружения — сараи из рифленого железа, накрытые досками или одеялами. Каждый вмещает 20 аборигенов. Это поселение местных жителей в центральной части Австралийской пустыни. Одно из 200, построенных аборигенами еще в начале 70-х годов. Разбросанные по северной территории, они олицетворяют собой отчаянную попытку коренных австралийцев добиться самоопределения с тех пор, как на этот континент 200 лет назад ступила нога белого человека. Некоторые общины численностью от 20 до 200 человек живут в полной изоляции от «мира белых». Таким образом они пытаются избежать «негативного влияния» западной культуры, которая, как они заявляют, породила пьянство, посеяла раздоры и преступность среди молодежи. Старейшины племен надеются, что, вернувшись к простому образу жизни, они смогут оживить свою культуру, традиции, возродить в себе чувство самоуважения.

Они считают, что создание удаленных от городских центров поселений — последний их шанс. В случае неудачи они навсегда утратят свои культурные ценности.

Общинные вопросы в поселениях решаются путем консенсуса. Члены кланов спорят по поводу брачных контрактов, при дележе скота, но всегда приходят к соглашению. Хотя неписаные законы, действующие в том или ином поселении, отличаются друг от друга, все они налагают строгий запрет на употребление алкоголя. Два года назад мужчины одного из поселений решили в отсутствие женщин выпить немного пива. Вернувшись домой, женщины пришли в негодование и на несколько дней покинули селение.

Взрослые много внимания уделяют молодежи — поколению, которому предстоит либо возродить, либо навсегда утратить культуру аборигенов. Молодые сопровождают своих старших соплеменников на охоте или в походах за продовольственными запасами, познают историю племени, традиции и освященные таинством ритуальные обряды. Детей зачастую отправляют в более крупные поселения на обучение.

Многие родители, опасающиеся пагубного влияния на их детей нравов чужестранцев, стараются отправить их в отдаленные сельские поселения на «перевоспитание», особенно на летний период. «Мы обеспокоены тем, что наша молодежь уйдет в город и забудет обычаи предков, — говорит Тимми Тьюгадай, старейшина общины в крупном поселении в Хааст Блафф. — Удаленные от городских центров селения — хорошее место для ее воспитания».

Ни один из вопросов не разжигает таких страстей среди аборигенов, как вопрос о получении права на владение своей собственной землей. По традиции они считают землю священной: каждый камень, каждое дерево для них — вечная обитель могучих предков. Даже те, кто мало интересуется легендами племен, убеждены, что вернуть землю ее исконным владельцам необходимо, чтобы они вновь обрели чувство собственного достоинства, смогли повысить уровень жизни.

За последние 17 лет аборигены добились возвращения некоторых принадлежащих им земель, но этот процесс идет страшно медленно.

В марте 1984 года лейбористское правительство в Новом Южном Уэльсе одной рукой дало коренным австралийцам землю, а другой снова отняло ее: приняв законопроект о предоставлении аборигенам права владеть землей, власти штата утвердили затем другой — об отмене этого права. «Это недостойное, циничное злоупотребление властью со стороны господствующей расы», — заявил один возмущенный законодатель.

Сейчас все надежды возлагают на недавнее обещание премьер-министра Хоука выработать общенациональный закон о предоставлении аборигенам права на землю, который будет действовать во всех штатах. Это обещание было сделано, чтобы ослабить волнения по поводу нового законодательства в Новом Южном Уэльсе, но кое-кто еще сомневается в том, сумеет ли Хоук выполнить обещание.

«Аборигены страдают от болезней, которые давно уже исчезли (среди белых), — утверждает известный в Австралии окулист Фред Холлоуз. — В среднем у каждого аборигена среди родственников — один слепой, а в сельской местности — один больной проказой». Средняя продолжительность их жизни на 20 лет меньше продолжительности жизни белого австралийца. Свирепствуют кожные болезни, легочные заболевания, два из каждых пяти больны трахомой, а детская смертность в три раза превышает смертность среди детей белых. Причины такого положения кроются в отсутствии чистой питьевой воды, канализационных систем, приемлемых жилищных условий.

Сейчас, когда Австралия приближается к двухсотой годовщине со дня прибытия на ее землю белых поселенцев, аборигенам нечему радоваться. Социальные и экономические проблемы, особенно здравоохранения, остаются, с каждым годом появляются новые.

Мало что изменилось с тех пор, как Всемирный совет церквей в 1981 году заявил: «Расизм окопался во всех областях жизни Австралии. Он связан с историческими, экономическими, политическими, культурными и религиозными интересами».

Newsweek (New York), 1984, 5.VIII.

Новая Зеландия: протест маори

В середине марта 1982 года активисты маори на непродолжительный срок захватили часть самых ценных земель в окрестностях Окленда, выразив таким образом протест против решения правительства о продаже участка этих территорий размером 1,7 гектара под строительство дорогих особняков. Большинство из тех ста человек, которые участвовали в захвате, добровольно прекратили демонстрацию, но полиции пришлось силой согнать и арестовать 12 человек, не желавших подчиниться. Решение о продаже земли вызвало критику не только со стороны активистов, выступающих в защиту прав коренного населения страны и считающих эти участки родовыми землями маори, но и со стороны профсоюзных объединений.

Факт продажи имел особое значение, так как в 1977–1978 годах в результате продолжавшегося 17 месяцев захвата земли удалось сорвать правительственные планы сооружения на этом месте государственных домов для сдачи внаем. В течение столетия правительство приобретало земли у местного племени нгати ватуа либо на основе добровольной продажи, либо путем насильственного принуждения к ней. После акции протеста со старейшинами племен была достигнута сделка, по которой племенному населению возвращалась часть земли, а остальная закреплялась за домостроительной корпорацией или сохранялась в резерве для использования на общественные нужды.

Несогласие с этой сделкой выразил комитет действий, который настаивает на возвращении племени всей земли. Но в конце концов по договоренности со старейшинами всех протестующих удалили с применением силы. Нынешние предложения не затрагивают земель, оставленных за домостроительной корпорацией, и протест комитета действий не получил официальной поддержки племени.

В этом событии нашли отражение многие элементы усилившейся в настоящее время полемики между маори и властями по поводу принадлежности земель. Захват земель и организация сидячих забастовок представляют часть более широкого процесса нарастания воинственного протеста, цель которого — предать гласности жалобы маори по поводу земли, а также их культурного, экономического и социального положения. Уверенность новозеландцев в том, что в их государстве существуют отличные отношения между расами, подобные протесты сильно поколебали. Наиболее заметны они, когда проводятся в момент отмечаемого ежегодно 6 февраля национального праздника — Дня Новой Земли, называемого еще День Ваитанги в честь договора 1840 года между британскими колонизаторами и коренным населением — маори.

Уже в течение нескольких лет акции протеста омрачают церемонию праздника. В этом году после беспорядков, в ходе которых бросали самодельные гранаты, а в генерал-губернатора Дэвида Битти попали мячом для игры в гольф, было арестовано 29 человек. Воинствующие элементы заявляют, что мирного праздника не будет до тех пор, пока не удовлетворят жалобы маори. Они утверждают, что с каждым годом все меньше представителей маори приходят на церемонию, за исключением простых зевак и «марионеток правительства».

Премьер-министр Роберт Малдун отмахивается от участников протеста, называя их «париями народа маори». Это мнение разделяет министр полиции по делам маори Бенджамин Коуч, по происхождению наполовину маори. Секретарь департамента по делам маори Кара Пукетану утверждает, что старейшинам маори «все больше надоедают подобные европейские методы действий активистов».

По договору, который Малдун называет «основой нашей нации», подписавшие его племена маори (это сделало большинство племен, но не все) приняли английское гражданство и статус доминионов. Взамен им гарантировалось «полное, исключительное и нерушимое владение своими землями и угодьями, местами лова рыбы до тех пор, пока они хотят этого».

На практике ничего подобного не произошло. В течение двадцати лет продолжались разбирательства неясных моментов, споры по поводу того, кто имеет право продавать землю, о законности заключенных ранее сделок. Все это, а также проявленная отдельными маори решимость остановить дальнейшие закупки земель возрастающим числом алчных британских колонистов привели к возникновению серии столкновений, в ходе которых большие участки территории были конфискованы. Объем площадей, которыми владеют маори по принципу племенной принадлежности, составляет сейчас 4,5 процента всех земель в стране, хотя в частном владении находится гораздо больше территорий. Маори составляют 12 процентов населения Новой Зеландии. В результате колонизации и последующего введения системы свободных титульных владений за пятьдесят лет маори были доведены до состояния обнищавших сельских изгоев.

Культура маори к концу 60-х годов оказалась перед серьезной угрозой полного уничтожения. Но за последние десять лет наблюдается новый подъем культуры маори. Молодые представители коренного населения, воспитанные в условиях города, где говорят по-английски, стали учить язык маори.

Именно из этой среды стали выходить радикально настроенные лидеры. Один из них, Джексон, говорит: «Мы решили, что единственной основой объединения маори и стимулом, побуждающим народ к борьбе, является проблема земли».

По убеждению многих, в Новой Зеландии сложилось общество расистов. Хильда Лравира из Комитета действий Ваитанги заявляет, что белые — расисты, поскольку они извлекают выгоду из господствующего положения их культуры. Такое мнение поддерживает и Национальный совет церквей. «Считая нормой только все европейское, само это общество становится расистским», — заявила эта организация.

Многие участники радикальных групп маори приняли в 1981 году активное участие в протестах против турне регбистов ЮАР в Новой Зеландии, что уже свидетельствует о начале политизации этих объединений коренного населения страны. Некоторые признаки свидетельствуют о том, что у маори школьного возраста зреют идеи протеста против существующей системы. Власти приняли предупредительные меры: премьер-министр проявил личный интерес к этим группам, включая встречи с ними на их собственной территории и указания департаментам об оказании специальной помощи. Но если этого окажется недостаточно, ситуация, по словам белого депутата парламента, лейбориста Майка Мура, может превратиться в «расовую бомбу замедленного действия».

Far Eastern Economic Review (Honkong), 1982, 26.111.

«Индейцы Амазонки поднимают свой голос»

Индейцы Амазонки начинают брать решение своей судьбы в собственные руки. На конференции в Эквадоре, в которой участвовали представители индейцев и официальные деятели объединяющего восемь стран Амазонского пакта, требования индейцев о признании их прав прозвучали намного громче призывов антропологов и миссионеров, бывших до сих пор их главными защитниками. Тот факт, что индейцы Амазонки (их насчитывается около миллиона) могут заговорить достаточно громко, чтобы поставить в неловкое положение правительства и добиться уступок, как бы малы они ни были, может оказаться ключом к их спасению.

Конференция, проведенная в августе 1982 года в эквадорском городе Пуйо, была первой встречей участников пакта, посвященной индейцам. Созданный в 1978 году странами, которые расположены в бассейне Амазонки, включая Эквадор, Перу, Венесуэлу, Бразилию, Боливию и Колумбию, Амазонский пакт подвергался резкой критике за то, что в нем игнорировалось коренное население района.

Многие рекомендации индейцев в Пуйо были неприемлемы для находившихся там представителей правительств. Межамериканский институт по проблемам индейского населения, который организовал конференцию вместе с правительством Эквадора, оказался отодвинутым на задний план, хотя даже наиболее активные индейцы согласны с тем, что они нуждаются в любой поддержке, которую могут получить, особенно в таких странах, как Бразилия. Сейчас индейцы создали объединенный комитет, включающий представителей коренного населения из Бразилии, Эквадора и Перу, и намерены добиваться уважения своих прав.

Индейцы разделены на 300 групп, во многих из которых осталось меньше тысячи человек. Первые испанские конкистадоры, поднимавшиеся вверх по Амазонке, сообщали о множестве индейских деревень, расположенных вдоль широкой извилистой реки, однако с тех пор картографирование района шло рука об руку с его разрушением.

Главная жалоба индейцев касается земли, и, чем больше дорог по ней прокладывают, тем более серьезной становится эта проблема. Хотя в ряде стран есть законодательства, разрешающие выдачу документов на владение землей индейским племенам, многие страны это законодательство не применяют. Вместо этого правительства поощряют поток колонистов в район Амазонки, суля бесплатную землю, государственную помощь и быстрые прибыли.

Было отложено осуществление или пересмотрены три крупных проекта в Амазонии в результате протестов индейских групп или солидарных с ними организаций. Наиболее сильны индейские организации в долинах верхнего течения, недалеко от подножий Анд в Эквадоре и Перу. У некоторых уже есть собственные программы развития (финансируемые в основном иностранными организациями), а также осуществляется образование на родных языках.

В официальном эквадорском документе, представленном конференции, говорилось, что присутствие индейских организаций с установившимися взглядами на социальную справедливость и права коренного населения было достаточно внушительным, чтобы оказать влияние на решения правительства.

Группы коренного населения неоднократно заявляли, что они не просят изоляции и защиты, а хотят содействовать национальному развитию, сохраняя свои языки, ремесла и земли.

«Financial Times» (London), 1982, 9.IX.

Авторы комментируют

Трагедия продолжается

Расизм проявляется в той или иной форме всюду, где господствует капиталистический строй. В силу расовой дискриминации крайне тяжелым остается положение 300 тысяч индейцев и эскимосов в Канаде. У них, пишет в книге «Несправедливое общество» один из руководителей движения в защиту прав индейского населения, Г. Кардинал, «самая короткая продолжительность жизни и самая высокая смертность, особенно среди детей, у них самый высокий уровень безработицы и самые низкие доходы. Болезни, алкоголизм — неизбежные спутники их жизни». Все попытки индейцев и эскимосов покончить с расовым и социальным неравенством до сих пор не имели успеха. Промышленные корпорации, занятые строительством крупных гидроэлектростанций, разработкой недр, вторгаются в пределы зон проживания индейцев и эскимосов, лишая их традиционных районов охоты и рыболовства. Угрожающие размеры для жизни коренного населения Канады приняло отравление рек отходами химических предприятий.

В последние годы усиливается расовая дискриминация и других групп канадского населения с небелым цветом кожи. На это указывается в специальной резолюции ЦК Компартии Канады. Расизм, говорится в ней, намеренно поощряется монополиями, добивающимися сдвига политики страны вправо. Он всегда служил орудием раскола рабочего движения. В условиях же массовой безработицы и стремительной инфляции, ухудшающих положение трудящихся Канады, расизм более чем когда бы то ни было нацелен на то, чтобы подорвать единство демократических сил, борющихся против монополий. В резолюции отмечается: «Как и в прошлом, жертвой отвратительного расизма остается коренное население Канады.

Одновременно постоянно множатся акты насилия, совершаемые против черного и другого небелого населения. Реакция усиленно разжигает расовую дискриминацию, направленную прежде всего против этих групп, а также против рабочих-иммигрантов.

…Коммунистическая партия Канады призывает всех трудящихся, все демократические силы, и прежде всего организованных рабочих сурово осудить расизм и повести решительную борьбу против любых его проявлений».

Расовая дискриминация продолжает отравлять жизнь аборигенов Австралии и Новой Зеландии. Лишь в последние годы они формально были признаны гражданами страны. Однако дискриминация аборигенов сохраняется. Более половины из них не имеют работы и почти две трети живут в крайней нищете. Они ютятся в трущобах на городских пустырях, страдая от систематического недоедания и болезней, а племена, которые кочуют в пустыне, находятся на грани полного вымирания.

Хотя австралийские аборигены в 1967 году завоевали право голоса, с ними обращаются далеко не так, как с полноправными гражданами Австралии. «Расизм приобрел еще более порочные формы, чем до сих пор, — утверждает драматург Роберт Меррит, представитель коренного населения. — Сейчас он стал еще более изощренным». Такое утверждение особенно справедливо в отношении городов и городских окраин, где в настоящее время проживает большая часть аборигенов. Они ютятся в таких же ужасающих трущобах, как в Соуэто в ЮАР. Хотя в Австралии никаких законов о расовой сегрегации нет, практически же она существует повсюду: в ресторанах, магазинах, школах. Во многих городах выдвигается требование, чтобы в пивных аборигены сидели в специально отведенных для них местах. Аборигенов зачастую отказываются обслуживать в гостиницах.

Нередко расовая неприязнь выливается в открытую ненависть и принимает характер ужасающего произвола. Во многих сельских районах стрельба по аборигенам стала излюбленным видом «спорта» в выходные дни. Правила игры просты: пьяные белые хулиганы разъезжают верхом на лошадях по поселкам аборигенов и стреляют наугад в их дома. Если кто-нибудь из местных жителей оказывается убитым, мало кто из белых попадает в тюрьму или подвергается судебному преследованию.

Как явствует из материалов раздела, демократические силы Австралии и Новой Зеландии ведут борьбу за спасение коренных жителей, за обеспечение условий для превращения их в полноправных граждан своих стран.

Такая борьба актуальна и для ряда стран Латинской Америки, на что, в частности, обращали внимание участники международной дискуссии «Современный расизм и задачи борьбы с ним», организованной несколько лет назад журналом «Проблемы мира и социализма»[50]. Мировая общественность осведомлена относительно слабо

о практике расизма в Латинской Америке. Между тем здесь практикуется в широких масштабах дискриминация людей с черным и красным цветом кожи, которую местная буржуазия при поддержке империалистов в США использует для расового разобщения рабочего и национально-освободительного движения. Расовые предрассудки, отметил в ходе дискуссии член ЦК Компартии Венесуэлы X. Каррера, постоянно и методически использовались и продолжают использоваться капитализмом, поскольку он не брезгает ничем для получения максимальной прибыли, поскольку для него погоня за чистоганом всегда идет впереди соображений морали.

Самая чудовищная форма расизма в Латинской Америке — геноцид, который применяется по отношению к индейскому населению. Он начался еще столетия назад, когда европейские завоеватели безжалостно уничтожали целые народы, и продолжается поныне. Более того, в последние годы он в ряде стран усилился. Это связано с промышленным освоением труднодоступных в прошлом районов, где до поры могли укрываться от капиталистической «цивилизации» индейские племена. Мексиканский исследователь Г. Бонфил-Баталья пишет: «Земли, которые они занимают, рассматриваются как территории, открытые для завоевания, а их обитатели — как простое препятствие или как потенциальная рабочая сила. Это находит выражение в массовых сгонах с земель или геноциде». Обычно такое отношение к индейцам не является официальной политикой государства, которое, по крайней мере формально, выступает в защиту аборигенов. На деле, однако, оно далеко не всегда способно защитить индейцев от хищнической деятельности монополий или отдельных предпринимателей или бывает не заинтересовано в этом. Так, в Бразилии до начала 70-х годов был лишь один район, где численность коренных жителей не уменьшалась, а увеличивалась, — Национальный парк Шингу. Однако после того, как через него была проложена автострада, оказалось, что только за три года, с 1972 по 1975 год, из проживавших в районе строительства 500 индейцев осталось только 80, остальные были убиты или погибли от занесенных сюда строителями болезней. Ужасает и суммарная статистика: если в 1960 году в Бразилии насчитывалось свыше миллиона индейцев, то к концу 70-х годов их осталось не более 80 тысяч.

В крайне тяжелом положении находятся индейцы в таких странах, как Мексика, Гватемала, Эквадор, Перу, Боливия, Парагвай. В одних районах этих стран коренное население почти полностью истреблено, в других постепенно вымирает от голода и болезней.

Население Латинской Америки чрезвычайно разнообразно в расовом и этническом отношениях. Оно складывалось под сильным влиянием иммиграции (как добровольной — из Европы, так и принудительной — из Африки, откуда в прошлом ввозили рабов), в ходе смешения различных расовых групп. Стремясь использовать расовые различия для усиления эксплуатации и разобщения трудящихся, капитал, местный и иностранный, всегда пытался повсюду внедрить следующую расистскую модель классовой структуры общества: буржуазия — люди с белой кожей; средние классы — метисы; пролетариат и крестьянство — люди с черным цветом кожи и индейцы. И такая модель наложила заметный отпечаток на социальную структуру в ряде латиноамериканских стран. О том, как реакция использует это, говорят примеры Гайаны и Тринидада, где разжигают вражду между группами африканского и индийского происхождения. И таких примеров немало в Латинской Америке.

Коммунисты и другие прогрессивные силы Латинской Америки выступают за ликвидацию любых форм дискриминации, за разрешение расовых и национальных проблем на основе полного равноправия всех национальных и этнических групп, соблюдения и защиты их коренных интересов. Пример такого решения этих проблем дает социалистическая Куба, где расовый вопрос стоял до революции чрезвычайно остро. В начале 1959 года, вскоре после победы кубинской революции, Фидель Кастро говорил: «Одна из наиболее важных битв будет требовать от нас с каждым днем все больше усилий. Это будет война за ликвидацию расовой дискриминации на производстве.

…Существуют два типа расовой дискриминации. Один из них — это дискриминация в местах общественного отдыха, а другой — на производстве. Главный бой мы должны дать дискриминации на производстве, потому что если первый ограничивает доступ к определенным кругам общества или удобствам, то второй — в тысячу раз более жестокий, потому что ограничивает возможность зарабатывать средства к существованию, ограничивает возможность удовлетворять самые насущные потребности.

…Никто не может причислять себя к «чистой» расе, не говоря уже о «высшей». Мы должны при ликвидации расовой дискриминации на производстве осуществлять кампанию, призванную покончить с этим отвратительным и недостойным наследием прошлого, под лозунгом: «Каждый кубинец независимо от цвета кожи или от пола должен иметь право на труд». Объединенными усилиями белых и черных расовая дискриминация на производстве должна быть изжита. Только так мы сможем шаг за шагом укреплять нашу родину».

Благодаря глубоким демократическим и социальным преобразованиям на Кубе в исключительно короткие сроки были ликвидированы все формы расовой и этнической дискриминации и обеспечены условия для подлинного равноправия граждан независимо от цвета кожи. Вдохновляемые кубинским опытом, прогрессивные силы других стран Латинской Америки ведут борьбу за ликвидацию расизма, тесно связывая ее с задачами антиимпериалистического движения.

«Сионистская идеология является расистской, — отмечается в резолюции XVII съезда Коммунистической партии Израиля, — ибо она заранее предполагает, что при любом общественном строе представители разных народов не смогут жить в братстве и дружбе и что это прежде всего относится к евреям. Это своего рода антисемитизм наоборот. Сионистские идеологи приписывают представителям других народов те же свойства, которыми антисемиты наделяют евреев».

Сионизм — форма расизма и расовой дискриминации

«Сионистская идеология является расистской, — отмечается в резолюции XVII съезда Коммунистической партии Израиля, — ибо она заранее предполагает, что при любом общественном строе представители разных народов не смогут жить в братстве и дружбе и что это прежде всего относится к евреям. Это своего рода антисемитизм наоборот. Сионистские идеологи приписывают представителям других народов те же свойства, которыми антисемиты наделяют евреев».

Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН по сионизму

Принята 10 ноября 1975 года на XXX сессии Генеральной Ассамблеи ООН

3379 (XXX). Ликвидация всех форм расовой дискриминации

Генеральная Ассамблея, ссылаясь на свою резолюцию 1904 (XVIII) от 20 ноября 1963 года, в которой провозглашается Декларация Организации Объединенных Наций о ликвидации всех форм расовой дискриминации, и в частности на заявление в ней о том, что «всякая теория расового различия или превосходства в научном отношении ложна, в моральном отношении предосудительна, в социальном отношении несправедлива и опасна», и на выраженную в ней тревогу в связи с «проявлениями расовой дискриминации, все еще имеющими место в некоторых районах мира, которая в ряде случаев укореняется правительствами отдельных стран путем законодательных, административных или других мер», напоминая также, что в своей резолюции 3151G (XXVIII) от 14 декабря 1973 года Генеральная Ассамблея осудила, среди прочего, нечестивый союз между южноафриканским расизмом и сионизмом,

отмечая Мексиканскую декларацию 1975 года о равенстве женщин и их вкладе в развитие и мир, провозглашенную Всемирной конференцией в рамках Международного года женщины, проходившей в Мехико с 19 июня по 2 июля 1975 года, в которой провозглашается принцип, состоящий в том, что «международное сотрудничество и мир требуют достижения национального освобождения и независимости, уничтожения колониализма и неоколониализма, иностранной оккупации, сионизма, апартеида и расовой дискриминации во всех ее формах, а также признания достоинства народов и их права на самоопределение», отмечая также резолюцию 77 (XII), принятую Ассамблеей глав государств и правительств Организации Африканского единства на ее двенадцатой очередной сессии, проходившей в Кампале с 28 июля по 1 августа 1975 года, в которой говорится, что «расистский режим в оккупированной Палестине и расистские режимы в Зимбабве и Южной Африке имеют одинаковое империалистическое происхождение, составляют единое целое, обладают аналогичной расистской структурой и являются органически связанными в своей политике, направленной на подавление достоинства и неприкосновенности человеческой личности», отмечая также Политическую декларацию и стратегию упрочения международного мира и безопасности и укрепления солидарности и взаимопомощи между неприсоединившимися странами, принятую на Конференции министров иностранных дел неприсоединившихся стран, проходившей в Лиме с 2 но 30 августа 1975 года, которая самым решительным образом осудила сионизм как угрозу международному миру и безопасности и призвала все страны выступить против этой расистской и империалистической идеологии, постановляет, что сионизм является формой расизма и расовой дискриминации.

МЕИР ВИЛЬНЕР, Генеральный секретарь ЦК Компартии Израиля

За сплочение всех сил в борьбе за справедливый мир на Ближнем Востоке, в защиту демократии и прав трудящихся

Из отчетного доклада ЦК К ПИ XIX съезду Коммунистической партии Израиля

Угнетение и борьба на оккупированных арабских территориях

В период правления «Ликуда» ускорились темпы колонизации оккупированных территорий, крайне ужесточилось угнетение. Оккупационные власти и находящиеся под их покровительством фашистские организации чинили зверства, не останавливаясь даже перед покушениями на глав муниципалитетов. Они устраивали погромы и, одним словом, вели себя как жестокие колонизаторы…

…С целью реализации планов ползучей аннексии оккупационные власти творят такие преступления, как разрушение домов, выселение жителей, изгнание мэров городов и других деятелей, введение продолжительного военного положения в городах, закрытие университетов, стрельба по школьникам, массовые аресты и адские пытки в тюрьмах. Оккупационные власти запрещают любые политические организации на захваченных территориях. Они издают приказы об ограничении свободы передвижения редакторов газет, профсоюзных и других деятелей.

За последние четыре года израильские власти провели на оккупированных территориях широкомасштабную конфискацию земель. Свыше трети земель на оккупированном Западном берегу р. Иордан было отнято под различными предлогами, при этом власти применяли силу, используя армию и полицию…

…Еще более ужесточилась политика дискриминации и угнетения арабского населения Израиля, являющегося национальным меньшинством в стране и частью палестинского арабского народа.

Правительство «Ликуда» расширило конфискацию земель и выселение арабов со своих земель. С помощью фракции «Маараха» в кнессете оно провело закон о конфискации земель бедуинов в Негеве. Лихорадочно реализуется план «иудаизации» Галилеи, конфискуется все больше земель, принадлежащих арабским деревням…

…Арабские рабочие и крестьяне подвергаются дискриминации во всех отношениях. Значительно обострилась жилищная проблема в арабских городах и деревнях. Правительство намеренно резко сократило территорию под строительство в арабских населенных пунктах, чтобы преградить путь любому развитию. Вот уже несколько лет оно не утверждает проекты перспективного развития, продолжает разрушать дома арабов под предлогом «незаконного строительства». Тысячи и десятки тысяч арабских беженцев в самом Израиле до сих пор лишены права вернуться домой, на свои земли…

…Ход событий в последние годы вновь подтверждает правильность оценки, данной Коммунистической партией Израиля идеологии и практике сионизма, который выражает интересы крупной израильской и иностранной буржуазии, противоречит чаяниям рабочих и широких народных масс. Политика израильских Сионистских партий, входящих как в «Ликуд», так и в «Маарах», продолжает препятствовать интеграции Израиля в регионе, установлению справедливого и прочного мира. Она наносит удар по интересам рабочих, народных масс.

Всесторонний кризис, переживаемый Израилем, — результат господствующей сионистской политики, для которой характерны шовинизм, националистическое высокомерие, агрессивность и служение экстремистским империалистическим силам на мировой арене.

Поэтому борьба против идеологии и практики сионизма отвечает интересам трудящихся и всего народа Израиля. Это одновременно прогрессивная, патриотическая и интернационалистская борьба.

XIX съезд Коммунистической партии Израиля. М., 1982.

«Израиль: этнические конфликты продолжаются»

Из журнала «Мидл Ист интернэшнл» (Лондон)

Разрыв в социальном положении, материальном достатке и образовательном уровне между занимающими главенствующее положение в Израиле евреями европейского происхождения и евреями восточного происхождения давно считают потенциальным источником серьезных конфликтов в Израиле.

По данным Национального института социального страхования, 150 000 евреев в Израиле живут в бедности. К этому можно добавить еще 250 000 человек, которые нуждаются в улучшении жилищных условий, несмотря на то, что по уровню доходов они не относятся к разряду бедняков, большинство из них — сефарды.

В прошлом году центральное бюро статистических исследований сообщило, что доходы сефардов, живущих в городах, на 40 % ниже доходов рабочих и служащих из числа ашкенази. Но не только доходы и жилищные условия определяют суть этой проблемы. Доктор Сами Смуча, преподаватель социологии Хайфского университета, который приехал в Израиль из Ирака в 1951 году десятилетним подростком, несколько лет назад провел исследования на основе официальных статистических данных, результаты которых показали, что разрыв не только не сокращается, а, наоборот, становится все более отчетливым. Исходя из его исследований, только 13 % евреев восточного происхождения занимаются наукой, находятся на руководящих постах или принадлежат к числу лиц свободных профессий против 31 % ашкенази. Данные о представительстве сефардов в кнессете[51] на высоких постах в государственных и общественных учреждениях свидетельствуют о еще большей несправедливости. Серьезное недовольство иммигрантов из стран Востока вызывает качество образования, которое они могут получить в Израиле, а это является результатом огромной диспропорции между числом сефардов и ашкенази в университетах и других высших учебных заведениях.

Известный израильский писатель Амос Оз недавно поместил в газете «Давар» большую статью, посвященную его пятичасовой беседе с жителями расположенного близ Иерусалима города Бейт-Шемеш, где в основном живут евреи восточного происхождения. Сидя в кафе, ему пришлось выслушать непрерывные нападки на верхушку ашкенази, обвинения ее в репрессиях против сефардов, в том, что она учит их не уважать родителей, игнорирует их культуру, толкает некоторых из них на преступления и дискриминирует экономически.

Вот жалоба одного из сефардов: «Всю свою жизнь я был на задворках, а вы (ашкенази — ред.) всегда на первых ролях… Зачем же они убедили моих родителей приехать сюда? Я вам отвечу на этот вопрос: не для того ли, чтобы мы выполняли черную работу? Вам были нужны наши родители, чтобы убирать улицы и обслуживать вас, поэтому вы убедили их приехать сюда…» В заключение этой большой, полной возмущения и горечи статьи Амос Оз пишет: «Я не знаю, что будет с нами всеми. Каждый, кто нашел хоть какое-либо решение, должен немедленно изложить его. Не следует медлить — дела обстоят далеко не благополучно».

«Middle East International», 1983, I.

Израиль: напряженность в отношениях между общинами порождает насилие

Из газеты «Ситизев» (Канада)

Израиль насилия, где еврей убивает еврея, — это «новый Израиль», прообраз которого возник 10 февраля, когда взрывом ручной гранаты был сражен активист движения «Мир — сегодня» Эмиль Гранцвейг. Мучительный анализ в результате этого политического убийства привел многих общественных деятелей и ученых страны к мрачному выводу: общество, в котором традиционно процветает насилие, давно созрело для подобного взрыва. Дальше, возможно, будет еще хуже.

Страна разделена, «расколота пополам», пишет «Джерузалем пост», на два приблизительно равных лагеря сефардов и ашкенази. Сефарды, которые впервые составят большинство в списках голосующих на очередных израильских выборах, проявляют растущее недовольство традиционными привилегиями ашкенази. Многие израильские газеты винят Бегина за рост политического насилия, факт, который, чем дальше, тем больше поражал наблюдателей на протяжении всех лет пребывания у власти блока «Ликуд». Во время предвыборной кампании 1981 г. хулиганствующие сторонники правительства срывали политические митинги Партии труда. В переданном по радио интервью один из воинствующих членов партии «Техия», Цахи Ханегби, признался, что он играл на национальных чувствах евреев азиатского происхождения, чтобы натравить их на Партию труда.

Меир Шитрит, депутат кнессета от фракции «Херут», заявил представителям печати: «Все, что мы видели до сих пор, — это лишь незначительные проявления вражды между общинами. Я не удивлюсь, если люди начнут стрелять друг в друга на улицах».

Политолог Эгуд Спринцак, специалист по проблемам насилия из Еврейского университета, заявил на страницах печати, что он удивлен лишь тем, что подобный взрыв не произошел раньше. «Никогда еще, — писал профессор, — не действовало одновременно столько факторов, усиливающих историческую тенденцию Израиля к политическому насилию».

«Citizen», 1983, 22, II.

«Мы превратились в дикую орду»

Из журнала «Монд дипломатии» (Париж)

В июне 1983 года французский журнал «Монд дипломатик» напечатал отрывки из «Военного дневника» бывшего полковника израильской армии Дова Ирмии, принимавшего участие в ливанской агрессии Израиля в 1982 году в качестве добровольца армейского подразделения «помощи гражданскому населению».

Четверг, 10 июня 1982 г. Сайда.

В моей голове теснятся впечатления этого дня. Самое страшное — это несчастное положение гражданского населения. Несмотря на комендантский час, люди — на улице. Тысячи беженцев отовсюду возвращаются к лагерю Айн-Хильве. Вот они приходят к себе, и слышатся крики боли, рыдания, вызванные гибелью близких. Я вновь вижу потрясающие душу лица встретившихся родных, особенно женщин, бросающихся друг другу в объятия и рыдающих. Они уже не чаяли застать друг друга в живых.

Пятница, 11 июня. Трупный запах пронизывает весь город. В военной администрации не было сказано ни слова о том, чтобы извлечь тела погибших, похоронить их… По словам мэра города, только в убежище одной из школ в центре, обрушенном прямым бомбовым попаданием, не меньше двухсот трупов. Сотни трупов разбросаны по городу.

У меня ощущение, что на этот раз многие солдаты поймут, сколь велики преступление и ошибки, совершенные Израилем, когда он начал эту войну. Мне кажется, многие страдают при виде того, что мы превратились в дикую орду, для которой огонь, разрушение и смерть стали как бы второй натурой.

Суббота, 12 июня. Этим утром бомбардировка Айн-Хильве возобновилась… Говорят, что там все еще прячутся «террористы»… И вот в небе вновь появляются самолеты, сбрасывают на лагерь горы бомб. Это напоминает мне вторую мировую войну.

Бронетранспортеры вновь выведены на городские улицы. Еще десятки тысяч людей согнаны на берег моря. Солдаты проявляют по отношению к ним крайнюю жестокость…

Один офицер, все еще находясь под впечатлением увиденного, рассказывал мне: «Я провел ночь на балконе, выходящем на главную улицу. Задержанных отпустили, и они постепенно возвращались. Они шли длинным кортежем, шатаясь как пьяные. Время от времени кто-то из них падал, товарищи помогали им подняться и продолжить путь. Эта картина напомнила мне аресты евреев в Освенциме. Горе нам! До чего мы дошли!»

Воскресенье, 13 июня. Во дворе собраны пять-шесть сотен «интернированных». Они стоят на солнце, руки связаны за спиной, у некоторых повязка на глазах. Их охраняют десятки солдат с автоматами на изготовку. Некоторые пленники ранены, они тоже ждут на солнце. Я замечаю пожилого мужчину, сидящего прислонясь к колонне здания. На глазах повязка, руки связаны. Вооруженный солдат, не переставая, бьет его по лицу. У пленника кровь течет из носа, все лицо в крови, но солдат все бьет. Когда я спросил его: «Кто дал тебе приказ так вести себя?», — он ответил: «Командование части».

Чуть дальше я вижу двух здоровенных солдат. У них в руках дубинки… Они ходят между рядами и без разбора бьют направо и налево. Их удары приходятся по головам, плечам, спинам, рукам. За ними идет третий солдат. Он выправляет нарушенный строй. Хватая людей за волосы и водворяя на место, он выстраивает всех снова в ряд.

Пятница, 18 июня. В 14 часов нас посетил министр Яаков Меридор, которого назначили ответственным за гражданское население.

Его вопросы и ответы на вопросы участников собрания — подлинное издевательство, смесь невежества, цинизма и злобы. Когда его спросили, какой политики следует придерживаться по отношению к палестинским беженцам, он сказал, сделав красноречивый жест двумя руками: «Их нужно вытеснить на Восток, в направлении Сирии. Дайте им уйти туда, но не пускайте назад».

Суббота, 19 июня. Я слышу по радио о широкой гуманной помощи, которую оказывают армия и израильский народ. Что за лживая пропаганда! Кому, как не мне, известно, насколько она лжива! Похоже, мы кое-чему научились у фашистских специалистов по пропаганде в Европе. Наши специалисты готовят эти сообщения для средств массовой информации, чтобы народ и весь мир знал, сколь мы великодушны!

Четверг, 24 июня. Я иду на совещание с участием офицера, представляющего военную администрацию в штабе. Командир округа, верный своей омерзительной манере, заявляет: «Еще один пленный перестал коптить небо». Мне действительно было известно, что сегодня в госпитале «Шева» умер заключенный, которого били и истязали. Присутствующих офицеров волнует только одно — чтобы в заключении о смерти было указано, что пленник скончался от сердечного приступа.

Суббота, 26 июня…Везде я наталкиваюсь на постыдные факты унижения человеческого достоинства, наихудшего обращения с женщинами и детьми. Чтобы сохранить лицо Израиля, по возможности стараются помешать присутствию представителей прессы. Количество погибших занижается, а с разрушенными домами представляют дело так, что их можно сосчитать по пальцам.

Le Monde Diplomatique, 1983, Juin.

«Положение арабского населения в Израиле»

Из журнала «Аль-Ард» (Дамаск)

Авигдор Бенгал, который долгое время командовал Северным военным округом, назвал арабов Израиля «раковой опухолью на нашем теле». Эти пропитанные злобой и откровенным расизмом слова в полной мере отражают взгляды, господствующие в израильских правоэкстремистских кругах.

Основной чертой государственной политики сионистов по отношению к арабам было и остается стремление увековечить расовую сегрегацию, еще сильнее разжечь дух шовинизма и религиозного фанатизма. Имеет место также тенденция преднамеренного игнорирования арабов, цель которого — исключить арабское население из экономической и политической жизни, сбить стремительный подъем национального самосознания арабских масс, который особенно стал нарастать после прихода Бегина к власти, а затем сломить национальный дух арабов и удержать их на самом низу социальной лестницы. Эта политика направлена, кроме того, на то, чтобы сделать жизнь арабского населения Израиля еще более невыносимой… вынуждая палестинцев эмигрировать.

В целях законодательного закрепления расистских порядков правительство блока «Ликуд» приняло ряд законов и решений, предоставивших властям широкие возможности для захвата земли палестинцев, лишения их человеческих прав и увековечивания расовой дискриминации в отношении арабского населения Израиля.

24 февраля 1981 года кнессет утвердил два расистских закона, внесенных Моше Кацавом («Ликуд»). Первый из них запрещает каждому, кто построил без разрешения властей дом, проводить в него электричество и воду. Закон направлен на то, чтобы создать в заселенных арабами районах невыносимые условия жизни и не позволять палестинцам расширять строительство на их же земле.

Второй закон, называющийся «законом изгнания покушающихся на государственную землю». имеет явно расистскую окраску и служит дополнением к первому. В соответствии с ним арабы квалифицируются как незаконно присвоившие землю, на которой они живут. Министр юстиции Моше Ниссим прямо заявил, что «целью закона в основном является защита государственной земли от арабов в Галилее». То, что Ниссим называет «государственной землей», на самом деле является землей арабов, которую они унаследовали от предков, но которая затем была захвачена «ведомством недвижимости государства Израиль». Указанное ведомство занимается прямым вымогательством, предлагая арабам половину дунама[52] под строительство взамен 20 дунамов обрабатываемой земли. Делается все это для того, чтобы отобрать землю палестинцев, привлечь для ее возделывания еврейских колонистов и окружить кольцом поселений арабские деревни.

28 июля 1981 года кнессет утвердил два фашистских закона, затрагивающих другие стороны жизни арабов Израиля и их национальную принадлежность:

1) Закон Тамира, который запрещает выражать сочувствие Организации освобождения Палестины. В соответствии с ним, заявил адвокат Мухаммед Мусавра, каждый араб должен получить от властей характеристику «о хорошем поведении», попросту говоря, на каждого араба заводится досье о «благонадежности».

2) В соответствии со вторым законоположением арабам было запрещено провести в Назарете свою национальную конференцию.

В 1982 году было принято еще несколько расистских законов, в частности, закон о многодетных семьях, предусматривающий увеличение пособий для семей с числом членов более четырех человек, один из которых служит в армии, т. е. это увеличение не затрагивает арабские семьи, в большинстве своем многодетные, поскольку арабы не привлекаются для службы в израильской армии.

28 декабря 1982 года кнессет одобрил закон о планировании и строительстве, который тоже носит явно дискриминационный характер в отношении арабов. Член кнессета от партии Мапам Мухаммед Ваттад классифицировал его как «еще одно звено в цепи дискриминационных законов против арабского населения Израиля».

«Аl-Аrd (Дамаск), 1984, № 9.

Авторы комментируют

Сионистский террор на службе империалистической реакции

Сионизм — наиболее реакционная разновидность еврейского буржуазного национализма. Превратившись в государственную идеологию Израиля, сионизм предопределил развитие политики его правящих кругов по пути агрессии, экспансии, расизма.

Расистский характер основных положений теории сионизма проявился с самого начала ее зарождения. Претендуя на то, что евреи во всем мире, где бы они ни проживали, образуют единый «народ» или «нацию», сионисты объявляли «превосходство» этого «народа» над всеми остальными, его «богоизбранность», что-де подтверждается религиозно-мистическими догмами иудаизма.

Иудаизм стал одним из основных идейных источников сионизма, на формирование теоретических постулатов которого огромное влияние оказали также разнообразные буржуазные и мелкобуржуазные идеи, распространявшиеся в капиталистическом обществе во второй половине XIX века.

Утверждения о непреодолимой противоположности между человеческими расами, о «высших» и «низших» расах, об особой миссии «высшей» расы прямо заимствовались сионистскими теоретиками из писаний современных им буржуазных «ученых»-расистов… Создатель Всемирной сионистской организации (ВСО) Т. Герцль утверждал, что «раса евреев во всем более эффективна, чем другие народы земли». Особо «удобной» для сионистов оказалась проповедь расовой неполноценности колониальных народов, их «неспособности» к самостоятельному развитию, теория о «цивилизаторских функциях» колонизаторов в Азии и Африке.

Еще в начале века Всемирная сионистская организация выступила с программой «колонизации» Палестины и создания там еврейского государства. Хорошо известно, что при этом она делала основную ставку на сильнейшие империалистические державы — Великобританию, а затем США, привлекая империализм обещаниями, что будущее государство станет «бастионом западного мира» на Ближнем Востоке. В 1948 году сионисты, пользуясь покровительством крупнейших империалистических держав, сорвали выполнение решений ООН о создании в Палестине двух независимых государств — еврейского и арабского. После образования Израиля сионисты перешли к осуществлению систематической программы изгнания арабов с их земель и к дальнейшему расширению границ нового государства — опять же за счет арабских земель.

Агрессивной политике Израиля сионисты пытались дать теоретическое обоснование. Они заявляли, что новое государство создано с целью «собирания беженцев», т. е. лиц еврейского происхождения, проживающих в самых различных странах. Тем самым Израиль лишал арабов прав, равных с оравами евреев, утверждал систему преднамеренной дискриминации в отношении арабов.

Характеризуя эту вопиющую несправедливость израильского законодательства, президент организации «Американские еврейские альтернативы сионизму» Элмер Бергер писал: «Если расизм — это форма правительства и структура общества, в которых права и обязанности официально закрепляются в законодательстве на основе вероисповедания, цвета кожи или этнического происхождения, то большинство «основных» израильских законов, сионистских по характеру, подходит под это определение».

Серия агрессивных войн, проведенных Израилем против арабских государств, была сурово осуждена Организацией Объединенных Наций. Так, резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 3379 от 1975 года классифицировала практику подавления национальных, гражданских, культурных, религиозных и иных прав арабского населения как в границах Израиля, так и на оккупированных землях как расизм и расовую дискриминацию.

Прошло десятилетие со времени принятия этой резолюции. Правящие сионистские круги Израиля, действуя вопреки воле прогрессивного человечества, объявившего расизм «позором XX века», продолжали использовать расизм в качестве идейной основы для попрания прав арабского населения Израиля, его «вытеснения» за пределы страны; для обоснования дальнейшей экспроприации земли и собственности жителей оккупированных территорий; для совершения новых вопиющих актов международного бандитизма. Как отмечалось в ходе международного семинара, посвященного особенностям идеологии и практики расизма 80-х годов, проведенного журналом «Проблемы мира и социализма», «сохраняющаяся десятилетиями напряженность на Ближнем Востоке, вооруженные конфликты, изгнание палестинцев с искони занимаемых ими земель — следствие приверженности правящих кругов Израиля идеологии расизма».

Прямую ответственность за сионистский террор несет американский империализм. Альянс сионизма с империализмом США выкристаллизовывался в ходе второй мировой войны. Не будет преувеличением сказать, что именно политическая, военная и финансовая помощь США играла первостепенную роль в развитии ближневосточного кризиса.

С приходом к власти в США администрации Р. Рейгана, провозгласившей «крестовый поход» против коммунизма, сделавшей ставку на гонку вооружений и подготовку к ядерной войне с СССР и странами социалистического содружества, с силами мира и прогресса, Израиль оказался едва ли не в центре военно-политической активности Вашингтона на Ближнем Востоке. В ноябре 1981 года между США и Израилем был заключен так называемый «меморандум о взаимопонимании по вопросам стратегического сотрудничества», который поднял на еще более высокий уровень фактически существующий военно-политический альянс двух государств. Для Израиля «стратегическое сотрудничество» с американским империализмом означает безграничный приток нового современного оружия и средств для ведения войны, а также гарантии американского покровительства на международной арене. Перед правящими сионистскими кругами Израиля, в частности, был открыт «зеленый свет» для нанесения очередного удара по палестинскому арабскому народу, его авангарду — Организации освобождения Палестины, была развязана израильская агрессия в Ливане, ставшая новой страницей кровавой истории сионистского террора и геноцида. Помимо палестинцев жертвами этой авантюры стали тысячи ливанцев. Массовые убийства невинных людей в лагерях беженцев Сабра и Шатила стали символами трагедии Ливана, учиненной сионистами. Однако израильский геноцид в Ливане — это еще и систематические артобстрелы городов, деревень, это концлагеря и жестокие пытки, издевательство над мирным населением, глумление над культурными, духовными, религиозными ценностями ливанцев и палестинцев. И за всем этим видна рука Вашингтона: именно американское оружие, причем самое смертоносное и антигуманное — шариковые и кассетные бомбы, напалм, — использовалось израильской военщиной в Ливане, сеяло смерть и разрушение. США и их союзники по НАТО пошли и на прямое вмешательство в войну в Ливане, направив в страну так называемые «многонациональные силы по поддержанию мира». В то время как Израиль продолжал окапываться и чинить террор на юге Ливана, морские пехотинцы США пытались «навести порядок» в столице страны — Бейруте. В бессильной злобе перед лицом стойкого сопротивления патриотов американцы подвергли прибрежные населенные пункты обстрелу из тяжелой корабельной артиллерии с судов ВМФ США, стянутых к ливанскому побережью, убивали и калечили детей, женщин, стариков.

Пределом лицемерия стали попытки американской дипломатии оправдать свою позицию, как и израильский геноцид в Ливане, на арене ООН. Неоднократно американские дипломаты прибегали к праву вето для недопущения принятия резолюций, дающих принципиальную оценку ливанских событий. Говоря об истинных масштабах преступлений Израиля и США в Ливане и об их общей вине за эти преступления, Генеральный секретарь ЦК Компартии Израиля М. Вильнер писал: «Уберите американские самолеты «F-15» и «F-16», которыми оснащены израильские ВВС, американские двигатели для авиации «израильского производства», американские кредиты и субсидии Израилю (в сумме, превышающей кредиты и субсидии Вашингтона всем другим государствам). Уберите вето, которое делегат США в Совете Безопасности наложил на проект резолюции по вопросу о войне в Ливане, предложенный союзником по НАТО — Францией (беспрецедентный случай!). Вдумайтесь в то обстоятельство, что на чрезвычайной специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН по палестинской проблеме США опять встали на сторону своего израильского партнера, оказавшись вместе с ним единственными, кто голосовал против поддержанной 147 государствами резолюции с осуждением кровавой расправы над жителями Западного Бейрута. И тогда предстанет взору истинная величина Израиля».

Показательно, что широкая волна протеста против агрессии Израиля в Ливане, против курса оголтелого экспансионизма, расовой ненависти и геноцида поднялась в самом израильском обществе. Уже в первый день войны Политбюро ЦК КПИ распространило заявление, решительно осуждавшее кровавую авантюру в Ливане. Коммунисты требовали немедленного прекращения агрессии и отставки клики Бегина — Шарона. Созданный в это же время Комитет против войны в Ливане организовал 26 июня 1982 г. массовую антивоенную демонстрацию на улицах Тель-Авива, в которой приняло участие 20 тыс. человек. Под ее влиянием активизировала свою деятельность израильская пацифистская организация «Мир — сегодня», созданная в свое время по инициативе группы офицеров запаса израильской армии, протестовавших против военного авантюризма «Ликуда». 3 июля по призыву этой организации состоялась крупная манифестация под лозунгом «Против такой войны, как эта», в ней участвовало 100 тыс. человек. И наконец 25 сентября в Тель-Авиве прошла крупнейшая за всю историю Израиля 400-тысячная антивоенная манифестация. По оценкам израильских коммунистов, речь шла о важных качественных сдвигах в общественном сознании израильтян. Под давлением общественности и для того, чтобы как-то снизить накал антиправительственных настроений, в отставку был вынужден уйти с поста министра обороны А. Шарон, главный виновник трагедии в Сабре и Шатиле.

Подчас достаточно острая реакция на события в Ливане возникала в еврейских общинах капиталистических стран. Со времени прихода к власти «Ликуда» в 1977 г. многие евреи на Западе высказывали несогласие с оголтелым курсом Бегина. Даже интенсивная, повседневная националистическая пропаганда, которая ведется в еврейских общинах диаспоры под лозунгами «спасения, защиты Израиля», не могла заставить людей закрыть глаза на чудовищные израильские преступления в Ливане.

23 сентября 1982 года ведущее периодическое издание еврейской общины Великобритании «Джуиш кроникл» в статье под заголовком «Предел всему» указывала на то, что сам израильский премьер-министр несет личную ответственность за убийство тысяч палестинцев в лагерях беженцев. В октябре 1982 года израильская газета «Джерузалем пост» писала, что «массовые убийства палестинцев в бейрутских лагерях беженцев вызвали самый серьезный кризис в отношениях между американскими евреями и Израилем» за вею историю существования последнего. «Позиция израильского правительства, — признается газета, — в не меньшей мере, чем сами ужасные события, потрясла американских евреев… трагедия Бейрута затрагивает само существо и суть Израиля — его претензии считаться совестью человечества как родины евреев».

Целый ряд действовавших ранее и возникших непосредственно в связи с событиями в Ливане общественных организаций в США («Новая повестка дня для евреев», «Американцы, заинтересованные в мире на Ближнем Востоке», «Американцы за мир», «Евреи против израильских побоищ в Ливане» и пр.) развернули кампанию в средствах информации США с целью изменить отношение американской общественности к Израилю, заставить и правящие круги США урезать военную помощь государству-агрессору. С нашумевшей критической статьей в адрес израильских погромщиков выступили в газете «Нью-Йорк таймс» известные деятели еврейской общины С. М. Липсет и Н. Глейзер. В мае 1983 г. «Нью-Йорк таймс» сообщила о письме 133 студентов-евреев трех ведущих американских университетов — Нью-Йоркского, Йельского и Гарвардского — в адрес Бегина с решительным протестом против израильского вторжения в Ливан и бесчеловечного обращения с палестинцами.

Сами апологеты сионизма не могут замолчать дискриминацию арабского населения в Израиле, однако они сводят ее лишь к дискриминации частичной и якобы вынужденной. Вот как об этом разглагольствует израильский публицист Ш. Тевет: «До тех пор пока строительство государства (т. е. «великого Израиля». — Ред.) еще не завершено, я не вижу для нас другого пути, кроме расизма… Если сегодня я отвергну религиозные учения, которые определяют, кто является евреем, и при помощи которых он завоевал свое право, то я внезапно почувствую, что всю свою жизнь совершал преступления — изгонял фермеров и городских жителей (арабов. — Ред.). л И далее: «Я отвергаю расизм. Я питаю отвращение к нему. И вместе с тем не вижу перед собой иного пути для завершения дела сионизма». Факты показывают, что политика израильских властей в отношении арабских граждан страны действительно носит характер «доктрины расового различия и превосходства» — по определению известной резолюции Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1963 года, провозгласившей Декларацию ООН о ликвидации всех форм расовой дискриминации.

Израиль расширяет политику изгнания арабов с их земли. Сионисты стремятся вообще «очистить» Израиль от «ненужного» им арабского населения.

Политика сионистских израильских властей на оккупированных арабских землях также характеризуется «установлением режима расовой дискриминации», по определению председателя «Израильской лиги прав человека и гражданских прав» И. Шахака. Основа этой политики — захват арабских земель и создание на них еврейских поселений. «Этот метод, — заявляет Шахак, — служит расистской политике. Несмотря на то что поселения считаются израильскими, в действительности они еврейские. В самом деле, ни один израильский гражданин, не являющийся евреем, не имеет права жить в этих поселениях и, напротив, еврей, независимо от того, откуда он родом (даже если он прибыл из-за границы), может обосноваться там на жительство».

К 1983 году только на оккупированном Западном берегу сионистские власти захватили 2,4 млн. дунамов земли, или 43,5 % всей площади этого района. На них было создано более 100 военизированных поселений, выполняющих роль форпостов ширящейся сионистской экспансии. В соответствии с правительственным «Генеральным планом поселений в Иудее и Самарии» (так оккупанты именуют захваченные ими арабские земли на Западном берегу реки Иордан) на 1983–1986 годы предполагается довести число поселений до 165, а по плану до 2010 года Израиль намеревается расселить на оккупированных территориях до 1,3 млн. евреев, чтобы «уравнять еврейское и арабское население и постепенно добиться еврейского большинства». Вместе с тем израильские власти подвергают палестинцев беспощадной экономической эксплуатации, грабят принадлежащие им природные ресурсы. С оккупированных земель Израиль черпает дешевую рабочую силу, одновременно делая все возможное для искусственного сдерживания развития арабских производительных сил и промышленной базы на оккупированных территориях.

Различные средства используются для того, чтобы сломить волю палестинцев, в частности, особым репрессиям и гонениям подвергаются руководители их местных органов самоуправления и все сочувствующие ООП. Свыше 30 тыс. палестинцев томятся в израильских тюрьмах. Более 230 тыс. жителей одного только Западного берега были подвергнуты допросам с избиениями. Вооруженные еврейские колонисты, среди которых действуют откровенно погромные, фашиствующие элементы, вроде членов организации «Гуш эмуним», совершают нападения на безоружных арабов, убивают невинных людей, стремясь спровоцировать панику и бегство палестинцев.

Вопрос о расистской практике правящих сионистских кругов Израиля на оккупированных арабских территориях продолжал, особенно в связи с варварской израильской агрессией против Ливана, привлекать пристальное внимание международной общественности. Несмотря на лавирование оккупанта, поддерживаемое и одобряемое Вашингтоном, несмотря на попытки обойти решения ООН по оккупированным территориям, в том числе с помощью сепаратной кэмп-дэвидской сделки, мир не забыл о трагедии палестинцев. Так, лишь в 1982 году в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке четырежды возобновляла свою работу Седьмая чрезвычайная специальная сессия Генеральной Ассамблеи по вопросу о Палестине.

Генеральная Ассамблея осудила любую политику, которая препятствует осуществлению неотъемлемых прав палестинского народа.

Помимо преследований и террора против арабов одним из проявлений расистской сущности сионистской идеологии и практики является дискриминация в отношении евреев-сефардов — выходцев из стран Арабского Востока и Северной Африки. Большинство из них эмигрировало в Израиль в 50—60-е годы: сионисты сулили им «лучшую жизнь на земле обетованной». На деле евреям-сефардам в Израиле была отведена роль второсортных граждан.

Жестокая эксплуатация, социальное неравенство, ненависть со стороны «белой элиты» — евреев-ашкенази, выходцев из стран Европы и Америки — вот что ждало в Израиле евреев-сефардов. И хотя к 70-м годам восточные евреи составили большинство населения Израиля, сегодня это — большинство притесняемое и дискриминируемое.

Сами правящие круги Израиля вынуждены признавать, как писала об этом «Джерузалем пост» в апреле 1983 года, что «в израильском обществе, бесспорно, существует неравноправие, которое в основном связано с тем, из какой страны происходят те или иные граждане».

«Самый низкий социальный класс, который живет ниже уровня бедности или на этом уровне, — продолжает газета, — в основном представлен сефардами, большинство рабочего класса — это тоже сефарды». Газета «Нью-Йорк таймс», поместившая целую серию статей на данную тему на своих страницах в апреле 1983 года, подтверждает, что в Израиле имеется «острая внутренняя угроза нищеты, дискриминации и этнической вражды между самими евреями» и что «этнический конфликт непосредственно связан с проблемой бедности и политикой». Газета указывает, что сефардов и ашкенази «разделяет пропасть непонимания и часто фанатизма. В последнее время эта накапливавшаяся годами напряженность вылилась в оскорбительные расистские заявления с обеих сторон… израильтяне стали с тревогой поговаривать о призраке гражданской войны».

Сефарды, особенно те, кто живет в районах бедноты, страдают гораздо больше ашкенази от безработицы. В небольшом городке Нетивот, по словам руководителя общинного центра Ш. Абитбола, из рабочей силы численностью 3 тыс. человек работы не имеют 500 человек. Уровень безработицы, таким образом, составляет здесь 16,6 процента, по сравнению с 5,2 процента в масштабах страны. Около 90 процентов населения Нетивота — сефарды — выходцы из Марокко и Туниса. В 1981 году, по данным Центрального статистического бюро Израиля, доходы городской семьи сефардов были на 20 процентов ниже доходов семьи ашкенази.

Среди подростков-сефардов в возрасте от 14 до 17 лет не работают и не учатся 10 процентов, а среди ашкенази той же возрастной категории — всего 3,4 процента. В 1978 г. сефарды составили всего 17,5 процента всех студентов университетов, а ашкенази — 71,8 процента, хотя сефарды составляют 55,9 процента в общем населении страны в возрасте от 22 до 24 лет.

Как заявлял мэр-сефард одного из городов Израиля: «Бели поделить население страны на десять частей, то самые низшие слои оказались бы на 85 процентов состоящими из сефардов. 95 процентов заключенных в тюрьмах — сефарды. Очень мало сефардов представлено в политических организациях, в культуре, музыке… В Израиле существует непримиримая национальная рознь».

Нанесение поражения расистской политике правящих кругов Израиля, как и прекращение агрессивного внешнеполитического курса этого государства, может быть обеспечено лишь на путях всеобъемлющего, справедливого и прочного урегулирования ближневосточного конфликта. На таком урегулировании настаивает прогрессивная международная общественность. Имеется и конкретный план урегулирования, выдвинутый Советским Союзом. Он предусматривает ликвидацию всех последствий израильской агрессии и основных источников напряженности в регионе. Прежде всего этот план требует соблюдения принципа недопустимости захвата чужих земель путем агрессии, прекращения аннексионистской деятельности Израиля, в частности ликвидации поселений, созданных захватчиками на арабских территориях после 1967 года. На землях, которые будут освобождены от израильской оккупации, — на Западном берегу реки Иордан и в секторе Газа — должно быть создано собственное независимое государство палестинцев, что явится осуществлением на практике их неотъемлемого права на самоопределение. В то же время палестинским беженцам должна быть предоставлена предусмотренная решениями ООН возможность возвратиться к своим очагам и получить соответствующую компенсацию за оставленное ими имущество. Восточный Иерусалим — местонахождение основной мусульманской святыни — также должен быть возвращен арабам и стать неотъемлемой частью палестинского государства.

Должно быть реально обеспечено право всех государств района на безопасное и независимое существование и развитие, разумеется, при соблюдении полной взаимности, ибо нельзя обеспечить безопасность одних, попирая безопасность других. В итоге этих мер должно быть прекращено состояние войны и установлен мир между арабскими государствами и Израилем, который мог бы быть гарантирован на основе международных гарантий, например, постоянными членами Совета Безопасности ООН или советом в полном составе.

Советский Союз указывает и на то, что единственно правильным и эффективным путем обеспечения кардинального решения ближневосточных проблем является путь коллективных усилий с участием всех заинтересованных сторон, прежде всего переговоры в рамках специально созванной для этих целей международной конференции по Ближнему Востоку.

* * *

Заведующий редакцией В. Я. Грибенко

Редактор Т. Е. Яковлева

Младший редактор Н. М. Жилина

Художественный редактор А. И. Бондарев

Технический редактор Н. К. Капустина

* * *

Сдано в набор 20.11 84. Подписано в печать 30.04.85. А 00090. Формат 84X1081/32. Бумага типографская № 2. Гарнитура «Обыкновенная новая». Печать высокая Усл. печ л. 20,16. Усл. кр. — отт 20,58. Уч. — изд. л. 19,99. Тираж 150 тыс экз. Заказ 140. Цена 75 к.

Политиздат. 125811, ГСП, Москва, А-47, Миусская пл., 7. Ордена Ленина типография «Красный пролетарий». 103473, Москва, И-473, Краснопролетарская, 16.

Примечания

1

Материалы XXVI съезда КПСС. М., 1981, с. 14.

2

Ироническое название экономической политики президента Рейгана.

3

См.: Баграмов Э. А. Национальный вопрос в борьбе идей. М., 1982; Непримиримость к буржуазной идеологии, пережиткам национализма. М., 1982; Развитие национальных отношений в СССР в свете решений XXVI съезда КПСС. М., 1982.

4

60-летие образования СССР. Зарубежные приветствия. М., 1983, с. 18.

5

Приветствия XXVI съезду КПСС. М., 1981, с. 226.

6

Аверкиева Ю. П. Современные разновидности «научного» расизма. — Расы и общество. М., 1982, с. 141.

7

Критический анализ современных теорий расизма см., например: Критика буржуазных теорий национализма и расизма. М., 1976; Расы и народы. Ежегодник. M., 1971–1982; Расы и общество. М., 1982.

8

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 174.

9

См.: Оганисьян Ю. С. Империализм и расизм. М., 1970, с. 19–20.

10

Имеются в виду иммигранты и их потомки из стран Азии, Африки и Карибского бассейна, которые ныне независимо от расовой принадлежности называют себя «черными».

11

В Великобритании, как и в ряде других капиталистических стран, богатые семьи переселяются в зеленые пригороды, покидая внутригородские районы старых промышленных центров, где все больше преобладают семьи с низкими доходами, в том числе «черные».

12

Городские районы, бюджетные расходы которых финансируются как местными органами управления, так и правительством.

13

Газета английских коммунистов.

14

Дискриминационный закон, установивший три «сорта» британского гражданства, из которых только первый — полноценный.

15

Эмигрантская организация турецких фашистов.

16

Маркс К, Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 769.

17

Дюбуа У. Э. Африка. М., 1961, с. 201.

18

Конференция коммунистических и рабочих партий Европы. Берлин, 29–30 июня 1976 года. М., 1977, с. 28–29.

19

Под таким названием в гитлеровской Германии выходил центральный орган нацистской партии.

20

В этих программах возвращение СССР, Польше и Чехословакии их законных территорий после второй мировой войны рассматривалось как «акт несправедливости».

21

Автор этого репортажа — известный западногерманский журналист Герхард Кромшредер. — Ред.

22

Конференция коммунистических и рабочих партий Европы. Берлин, 29–30 июня 1976 года, с. 28.

23

Имеется в виду создание Южно-Африканского Союза, которому был дан статут доминиона.

24

Рэнд равен 100 центам, введен в феврале 1961 года вместо южноафриканского фунта, равнявшегося английскому фунту стерлингов.

25

Компаунды — огороженные поселки, предназначенные для рабочих-африканцев.

26

Территории, отведенные для африканских народностей, которым предоставлено ограниченное самоуправление под контролем правительственных чиновников.

27

Цветными называют в Южной Африке метисов — потомков от браков между африканцами и белыми.

28

В 1980 г. в этих городах ЮАР и США полиция жестоко подавляла волнения.

29

Буры, потомки голландских поселенцев в ЮАР.

30

Подробнее о «реформах» см.: Даду Ю. Кризис расистской системы на юге Африки. — Проблемы мира и социализма, 1982, № 12; Нзо А. Наращивая удары по расистскому противнику. — Там же, 1983, №

31

Еще в 1960 г. расистская армия расстреляла там мирную демонстрацию африканцев.

32

См.: Приветствия XXVI съезду КПСС, с. 445.

33

Там же, с. 381.

34

После провозглашения в 1960 году независимости Бельгийского Конго империалистические державы спровоцировали выступление сепаратистских сил, свергших законное правительство Патриса Лумумбы. В течение нескольких лет страна жила в условиях политического хаоса. Борьба за власть завершилась в ноябре 1965 года военным переворотом, во главе которого стоял генерал Мобуту.

35

В 1967 году восточно-нигерийские сепаратисты во главе с полковником Оджукву подняли вооруженный мятеж с целью отделения Восточной области от Нигерии и создания так называемой Республики Биафра.

36

УНИТА — Национальный союз за полную независимость Анголы — проимпериалистическая раскольническая организация, находившаяся на службе португальских колонизаторов, а ныне — на содержании расистов ЮАР и ЦРУ.

37

Национальный фронт освобождения Анголы — раскольническая группировка, действовавшая на севере Анголы и находившаяся на содержании ЦРУ.

38

В свое время на политических картах мира было принято окрашивать колониальные владения Англии в красный цвет.

39

Широко употребляемое в международной прессе прозвище М. Тэтчер.

40

См.: Арисменди Р. Снова глобальное безрассудство. — Проблемы мира в социализма, 1984, № 7.

41

10 кордоб равны 1 доллару.

42

См.: Кайседо Э. Что представляет собой «контадорская группа». — Проблемы мира и социализма, 1984, № 9.

43

Здесь имеются в виду Ангола и Мозамбик

44

Резолюция ООН № 28/32 (XXVI) — 1971.

45

АСЕАН — Ассоциация государств Юго-Восточной Азии, куда входят Бруней, Индонезия, Малайзия, Сингапур, Таиланд и Филиппины.

46

АНЗЮС — военно-политический блок, включающий США, Австралию и Новую Зеландию.

47

АНЗЮК — военно-политическая группировка, в которой принимают участие Великобритания, Австралия, Новая Зеландия, Малайзия и Сингапур.

48

Проблемы мира в социализма, 1984, № 3, с. 52.

49

Организованная американскими и канадскими демократами тайная переправа беглых рабов в Канаду во времена рабовладения в США.

50

См.: Проблемы мира и социализма, 1977, «№ 8, с. 55–68.

51

Израильский парламент

52

Дунам = 0,1 га.

Content

Составители:
Ножнова Наталья Федоровна, Оганисьян Юлий Степанович
«СОВРЕМЕННЫЙ РАСИЗМ КАК ОН ЕСТЬ»
(Империализм: события, факты, документы)

Предисловие

За фасадом американской демократии

Невольники XX века

Расизм и неофашизм

Апартеид: бесчеловечность как система

Империализм — источник военной опасности и неоколониализма

Чужие на своей земле

Сионизм — форма расизма и расовой дискриминации

Примечания