Марина Буторина

КАЙ-ЛО-РЕН

Когда в полдень в дверь ее домика кто-то забарабанил, у Рей сразу же возникло дурное предчувствие. Тем не менее она открыла, надеясь на лучшее.

В низкую, просевшую избу без приветствий прошли четверо угрюмых мужчин. В проеме за их спинами она успела разглядеть еще несколько десятков не менее безрадостных односельчан.

Понятно все стало без слов.

— Нам очень жаль, — без особого сожаления пробормотал заместитель старосты.

Сам Ункар Платт явиться не пожелал.

У Рей захолонуло сердце. Зря она не сбежала, пока не стало слишком поздно.

Рыбаки заметили чудище двадцать дней назад. Морской демон появился из воды перед перепуганными людьми, и те побросали работу, так и не поймав ни одной рыбешки.

На следующий день монстра видели уже у берега. Прошло еще два дня. Прибрежные села полнились слухами и предположениями.

Описания чудища ходили очень противоречивые: одни приписывали ему злобную оскаленную морду, другие будто бы своими глазами видели сотню щупалец и спрятанный в их сосредоточии гигантский клюв, способный расщепить деревянный борт. Картина вырисовывалась зловещая.

Но куда более зловещей она стала, когда встревоженные люди стали прикидывать, как избавиться от напасти.

Припомнив все древние сказки и предания, сохранившиеся на побережье, народ быстро пришел к коллективному мнению, что неплохо бы чудище задобрить.

В тот же день в гроте у моря, — где еще стоял прогнивший столб, доставшийся местным жителям от тех темных времен, когда были в ходу человеческие жертвоприношения, — привязали козленка.

Ночью грот затопило приливом, а к полудню, когда вода схлынула, обнаружились объеденные кости. Подношение было принято, и рыбаки решились выйти в море.

Однако вернулись они так же быстро, потому что чудище неустанно преследовало лодки до самого берега. А вечером его видели жители еще трех соседних сел.

Настроения у местных сделались мрачнее, и на вече между несколькими поселениями было принято более серьезное, хоть и довольно скверное решение: дело поправит девственница.

Рей не была первой. До нее на смерть отправили трех девушек и даже одного юношу ради разнообразия. Но либо монстр был ненасытен, либо люди не так его ублажали. Неизвестно, скольких безвинных нужно было скормить чудищу, прежде чем кто-то бы что-то предпринял, но, очевидно, чаша терпения еще не переполнилась, раз теперь в ранних сумерках Рей шла на заклание в своем нехитром белом сарафане, босоногая и простоволосая.

Быть может, ее очередь не подошла бы так скоро, будь у нее семья. Отец и мать, сестры и братья — они не дали бы ее в обиду.

Когда ее подвели ко входу в грот, односельчане принялись неловко с ней прощаться: подходили, отведя глаза, бурчали под нос о долге и о благодарности, ободряюще сжимали ладони ее предусмотрительно связанных рук.

Рей их слов почти не слышала. Она была в ужасе от происходящего — сердце пыталось сбежать из груди, раз уж ноги не слушались и не несли ее прочь от опасности, сами же ноги тряслись, а в голове бил колокол, перекрывая даже шум прибоя.

Последним с ней прощался Финн. С глазами мокрыми от слез он крепко обнял ее, прошептав на ухо:

— Все, чем могу помочь.

А затем незаметно заткнул ей под кушак продолговатый сверток.

— Там нож, — шепнул он и отошел, утирая слезы.

В грот с ней спустились лишь несколько крепких мужчин. Они без разговоров поставили ее около столба, со скрипом замкнув на ее шее железный ошейник. Это было единственное крепление, но хватало и этого.

— Развяжите руки, — попросила она самым жалобным своим голосом. Тут даже притворяться не пришлось, всхлипы сами прорезались в ее просьбе.

Один из сопровождающих помедлил, переглянулся с остальными и, пожав плечами, все же исполнил ее просьбу.

В своде грота были огромные круглые прорехи, проточенные то ли водой, то ли ветром, сквозь которые виднелось стремительно темнеющее небо с бледными огоньками проступающих звезд. Да и со стороны, открытой морю, вся бухта была видна как на ладони.

Гулкие шаги за спиной смолкли, и Рей осталась в тишине. Так прошел час или, может, больше. Она успела за это время достать и развернуть нож, сделала несколько выпадов. С ошейником это движение давалось не очень удачно, но она все равно попробует. Это ее единственный шанс.

Она ощупала руками ошейник и его крепление к столбу. Такой руками не разомкнешь, нужны инструменты. Ее затопило отчаяние.

Поднявшаяся на небо полная луна сквозь отверстия в своде залила весь грот бледным светом.

Рей пролила несколько слезинок, но быстро смахнула их, не желая хоронить себя раньше времени. Избавиться от кома в горле было куда сложнее.

Она глянула в сторону моря и с обреченностью отметила, что вода приближается. Еще немного, и она подступит прямо к ее босым ногам.

Прошло еще некоторое время, растянувшееся в гнетущие мгновения ожидания. Она как завороженная наблюдала за водой, которая хоть и не двигалась, но все же неумолимо подступала.

Едва уловимое движение над поверхностью вдруг вывело ее из оцепенения, пуская сердце в галоп.

Над водой показалась темноволосая голова человека. А поблизости из воды высунулись гребни змееподобных щупалец. Чудище остановилось и какое-то время просто смотрело на нее ничего не выражающим взглядом.

— Ты не кричишь, — его речь оказалась человеческой.

— А должна? — дрожащим голосом спросила Рей.

— Они все кричали, — пояснил монстр. — Те, кого приводили до тебя.

Рей хотела закрыть глаза и больше ничего не говорить, лишь бы не видеть надвигающегося на нее ужаса. Но она была не в силах оторвать от него глаз — чудовище начало приближаться. Его туловище выступало из воды, кольца щупалец поднимались над водой и вились в ее направлении.

— Я Кай-Ло-Рен, — зачем-то сообщил он ей все тем же бесцветным голосом.

Сверху он был как обычный человек. Только невероятно бледный. У Кай-Ло-Рена было узкое выдающееся лицо, черные пряди волос, налипшие на лоб, скулы и основание шеи, и пронзительные темные глаза.

Он подошел уже близко, но недостаточно, чтобы нанести удар. Рей крепче сжала кинжал в руке и пальцами ног вцепилась в мокрый камень, чтобы не поскользнуться, когда будет делать выпад. Попытка у нее будет всего одна.

Чудовище не нападало. Кай-Ло-Рен замер перед ней.

— Так ты не будешь кричать? — повторил он свой вопрос со странной осторожностью.

Он хочет, чтобы она кричала, звала на помощь или молила о пощаде, как другие до нее. Голова Рей и так была поднята прямо благодаря ошейнику, и ей не пришлось ее дерзко вскидывать, чтобы ответить пусть и дрогнувшим, но ледяным голосом:

— Нет.

— И ты не будешь меня пинать и царапать? — все так же вкрадчиво, не отрывая своих глаз от ее, продолжал допытываться монстр.

На этот раз Рей уже не была так уверена в том, что ей удалось сохранить лицо. Возможно… возможно, он имеет в виду что-то другое.

— Нет.

Одно из щупалец подобрало с берега булыжник размером с кулак и вложило в его ладонь, в то время как Кай-Ло-Рен продолжал неотрывно следить за ее лицом, будто ожидал чего-то. Но не приближался.

Рей обмерла от ужаса. Он размозжит ей голову. Они не находили подобных ран у тех, что умерли до нее. Но какая разница! Ей нужен только один шанс, чтобы вонзить ему лезвие в глаз или в основание черепа, как будет сподручнее. Лишь бы успеть до того, как он замахнется.

— Ты не должна двигаться, — медленно произнес он, в то время как щупальца, перекатываясь, подносили его ближе к ней. Рей вся обратилась в ожидание: ну же, еще чуть-чуть… — Если дернешься, я тебя пораню.

Последние слова привели ее в замешательство.

А Кай-Ло-Рен тем временем приблизился к ней вплотную. Луна на небе светила ярко, и Рей рассмотрела, что его лицо было усыпано родинками, что на шее виднелись тонкие полоски жабр, похожие на шрамы, что кожа у него хоть и была бледная, но ничем не отличалась от человеческой — до того места внизу живота, где тело превращалось вместо ног в несколько толстых змеящихся щупалец.

Он встал перед ней, чуть сбоку, и наклонился над ее плечом. Она вздрогнула, решив, что он собирается укусить ее за шею. Но ничего не происходило. Он рассматривал что-то позади нее. Но там был лишь столб, к которому ее приковали.

Левый бок чудища оказался полностью открыт перед ней, и Рей покрепче перехватила рукоять кинжала, который прятала за правым бедром. Вода начинала подниматься — она уже по икры скрывала ноги Рей. А значит, времени у нее было совсем мало. Она должна была избавиться от него сейчас же, чтобы попытаться выбраться из ошейника до того, как это место затопит.

Рей почти решилась занести руку, как вдруг столб, ошейник и она вместе со всей конструкцией содрогнулись от сильного удара. Железо зазвенело, больно сдавливая горло. Рей ахнула и поморщилась. Она даже не успела сообразить, что происходит, как удар повторился.

Это он, поняла Рей.

Она скосила глаза в сторону, наблюдая за тем, как монстр один за другим наносит мощные удары, очевидно, по тому месту, где ошейник был прикручен к железной оковке деревянного столба.

— Что?.. Что ты делаешь? — в панике спросила она. Если до этого его действия можно было объяснить, то теперь, когда это чудище начало творить что-то из ряда вон, ей сделалось по-настоящему страшно.

Однако ей это на руку. Если она успеет ударить его сразу же после того, как он сломает ее оковы, это будет для нее большой удачей.

— Вода прибывает, — просто пояснил он между ударами. — Осталось мало времени.

— Тебе его раньше хватало, — зло заметила она.

— Не хватало. Я никогда не успевал, потому что все они кричали и извивались, не хуже моих щупалец.

— Трудно молчать, когда тебя жрут живьем.

Удары вдруг прекратились, и лицо монстра появилось перед ее глазами. У него был такой взгляд, будто она и впрямь всадила ему нож в сердце, — ужаснувшийся и изумленный.

— Я никого не жрал.

— Ты монстр! — выпалила Рей, разозлившись на эту ложь. — Мы вытаскивали из воды то, что от них осталось, — их тела были разорваны, а на уцелевших руках и ногах — следы присосок. Твоих присосок!

Она обличающе ткнула свободной рукой в одно из щупалец поблизости.

— Я пытался их спасти! — вдруг гневно выпалил он. — А удерживал я их потому, что они вырывались и пинались, пока я сбивал ошейник! И еще они кричали, как будто их в кипятке варят.

Эти слова подействовали на Рей как ушат холодной воды. Она уставилась на его узкое негодующее лицо и беззвучно раскрыла рот, не в состоянии исторгнуть ни звука.

— Вода, — тихо напомнил он.

Кай-Ло-Рен вернулся к попыткам сбить ошейник, а Рей поглядела на свои ноги: колени уже были скрыты под весело плещущимися волнами.

Ей вновь сделалось страшно, но если до этого она боялась быть сожранной морским чудищем, то теперь ее охватил страх перед прибывающей водой.

Еще три сильных удара, и Кай-Ло-Рен отбросил камень в сторону. Он взялся за края ржавого металлического обода и с усилием начал разгибать его. Рей в нетерпении переступала с ноги на ногу, ощущая, как все больше намокает подол сарафана.

Как только ее голова освободилась, Рей отскочила от столба и поспешила к выходу. Но стоило ей оказаться на незатопленной еще части пещеры, как она оглянулась в нерешительности, чтобы посмотреть на монстра.

Тот так и стоял у жертвенного столба, глядя ей вслед с грустью и легкой обидой. Его взгляд упирался в ее руку, которая все еще сжимала рукоять кинжала.

Мгновение спустя он развернулся и понуро направился обратно в воду. Луна светила так ярко, что его спина полностью оказалась видна Рей. Как и торчащий из нее над лопаткой обломок стрелы с расходящимся от застарелой раны на манер морской звезды чернеющимся воспалением.

— Погоди! Если ты их пытался освободить, то кто их ел?

Он обернулся, явно сбитый с толку ее вопросом.

— Акулы.

Удовлетворившись ответом, Рей еще раз посмотрела в лицо замершего перед ней монстра.

Наверное, она с ума сошла.

* * *

Рассвет сначала позолотил верхушки волн, а затем разлился по воде, возвращая в мир краски.

Здесь, на противоположной от ритуальной пещеры стороне бухты, за огромными, поросшими водорослями валунами, Рей могла не опасаться, что кто-то увидит, как она сидит на камне с широко расставленными ногами, а между ними спиной к ней сидит (если это положение можно так назвать) морское чудище, наводящее страх на все прибрежные селения.

Рей пришлось пробраться среди ночи в свой дом, чтобы захватить необходимые инструменты, перевязочную ткань и мази с вытяжками из трав. Мужчина с щупальцами — это, конечно, не конь. Но не вести же к нему настоящего лекаря.

Кай-Ло-Рен оказался крепким и выносливым: он безмолвно терпел, пока она выковыривала зазубренный наконечник стрелы из его спины и прижигала рану.

Потом она обработала рану и сделала повязку с мазью.

— Где тебя так подбили? — спросила она, осматривая наконечник, исписанный сквернословиями. — Это ведь пиратская, верно? Моряки в городе рассказывали, что это они так свои наконечники клеймят — верят, что морских демонов их проклятья помогают убивать.

Кай-Ло-Рен кивнул.

— Верно. Пиратская. Меня подстрелили, и я не смог сам извлечь стрелу — боялся, что наконечник застрянет, и будет только хуже.

— Ты поэтому кружил вдоль побережья и показывался людям? — догадалась Рей.

— Да, искал того, кто поможет.

Она внутри вся кипела от злости. Проклятый Ункар! Как только она закончит здесь, она вернется, и тогда ему не поздоровится. Уж она найдет способ настропалить односельчан против жирного борова.

Она не будет сразу показываться людям. Сначала найдет Финна…

— Спасибо, — щупальца свернулись кольцами, поднимая человеческое тело Кай-Ло-Рена в полный рост.

Побросав весь инвентарь в тканую наплечную сумку, Рей поднялась вслед за ним.

— Держи, — одно из щупалец протянуло ей гладкую белую ракушку. — Если я тебе понадоблюсь, прошепчи в нее мое имя.

Неожиданный подарок согрел сердце Рей. А ведь еще вчера она думала, что больше не увидит солнца.

— Что-то на случай опасности? — уточнила она, принимая ракушку в ладонь.

— Да. — Что это? Рей с удивлением заметила, как на бледных щеках вдруг проступает краска. — Ну и вообще… просто…

Не договорив, Кай-Ло-Рен отвернулся и, перекатывая щупальца, погрузился в воду.

Рей в замешательстве постояла на берегу, высматривая хоть какие-то признаки движения под водой, но он словно растворился. Она спрятала ракушку понадежней, решив, что обязательно приладит к ней шнурок, чтобы носить на шее, и что точно не будет ждать, когда окажется в опасности, чтобы воспользоваться ею.

Content

Марина Буторина
КАЙ-ЛО-РЕН