Лариса Яковенко

Как олигарха укротить

Капитан полиции Александр Громов чуть не опоздал на утренний рейс до Тригорска. Он ругал портье, который слишком поздно его разбудил, столичные пробки, медлительного водителя автобуса, не по-июньски хмурое небо. На самом деле причиной его дурного настроения была растерянность. Генерал-майор Веселов вызвал его в Москву и сделал предложение, от которого, с одной стороны, не отказываются, но с другой – означающее переезд в столицу, что Громова нисколько не радовало. В родном Волжске он чувствовал себя уверенно и комфортно, там было все – интересная работа, старые проверенные друзья, налаженные связи, устоявшийся быт, заботливая любимая мама. На новом месте предстояло начинать жизнь сначала, и эта перспектива угнетала капитана.

Он вбежал в зал аэропорта, когда уже объявили о посадке на его рейс. Александр быстро прошел регистрацию, вскочил в автобус, а выйдя из него, попал под дождь. – Ну что за невезуха, – думал он, поднимаясь последним по трапу и рассматривая темнеющие от воды любимые замшевые туфли. Внезапно его взгляд остановился на двух круглых пяточках, которые усевшись на каблучки, с любопытством выглядывали из – под джинсов. Глаза Александра поползли вверх, отмечая, пряменькие ножки, аккуратно затянутую в джинсы попу, легкую курточку и темный хвост, перехваченный резинкой. Его почему-то умилили и развеселили маленькие пяточки, школьная прическа, и он решил непременно познакомиться с их обладательницей. Войдя в самолет, капитан пошел следом за девушкой, но оказалось, что они сидят в разных салонах.

– Раз не удается познакомиться, надо хотя бы взглянуть на нее, – подумал Громов, и во время полета прошел в соседний салон. Девушка сидела у иллюминатора, склонившись над ноутбуком. Ее сосед, обладатель большого живота и двойного подбородка закрывал незнакомку так, что кроме челки на лбу, он ничего не увидел. – Придется знакомиться в аэропорту, решил капитан и вернулся на свое место. Его мысли обратились к курортному Тригорску и он невольно улыбнулся. Там его ждали дамочки – Анна Сергеевна Истомина и Гелена Казимировна Новицкая. Давние подруги, жили много лет в двухэтажном доме, а когда Истомина получила большое наследство брата, превратили его в симпатичный особнячок. Их все считали родственницами, а они не возражали. Обе недавно вышли на пенсию, на свой возраст не обращали внимания, были умны, смешливы, и, сломя голову бежали кого-то спасать и кому-то помогать. Генерал-майор Веселов, старый холостяк, год назад ставший мужем Истоминой, и еще работавший в Москве, называл их партизанками и подпольщицами, обожал жену и ревновал ее к каждому столбу.

Едва самолет совершил посадку, и подали трап, как к нему подлетел джип, из которого выскочили капитан Максим Забелин и майор Борис Комаров. Поздоровавшись с Громовым, быстро усадили его в машину и помчались в город. Он так и не успел увидеть девушку с хвостиком и любопытными пяточками.

– Саша, надеюсь, ты будешь жить у меня? – спросил Максим.

– Можно и у меня, – предложил Борис.

– Нет, мужики, сначала мы едем к нашим дамочкам, здороваемся, целуемся, общаемся, а там посмотрим. Завтра встречаемся и начинаем работать, надеюсь, у вас уже наметки есть?

– Саша, какие могут быть наметки, если генерал приказал найти помещение для отдела и все, – сказал Комаров. Мы не знаем, какое количество сотрудников будет работать, характер действий, уровень секретности и так далее. Надеемся, теперь ты нас просветишь.

– Сам знаешь, чем больше вводных, тем легче искать, – добавил Забелин.

– По телефону Веселов не мог вам всего сказать, да и за последние три дня произошли существенные изменения. В общем, в Тригорске создается Южный отдел Центра спецопераций, который будет заниматься раскрытием резонансных преступлений, а также тех, которые произошли ранее, но преступники так и не были задержаны, и еще кое-чем, – пояснил Громов. Возглавит его Веселов, он же хочет, чтобы вы работали вместе с ним. Скажу сразу, полномочия большие, зарплата повыше, но и работа покруче. Андрей Петрович просил меня узнать, согласны ли вы перейти к нему в непосредственное подчинение. Вы как?

– А ты как думаешь? – улыбнулся Забелин.

– Я тоже готов, – сказал Комаров. Анна Сергеевна знает, что генерал переезжает сюда?

– Еще нет.

– Вот уж обрадуется! – воскликнул Максим. Саша, а ты сам не собираешься перебираться к нам на юг?

– Мне генерал предложил работу в Москве, в министерстве. Честно говоря, переезжать в столицу совсем не хочется, да и к провинциалам, сами знаете, как там относятся, но Веселов настоятельно рекомендует и я сейчас на распутье.

– Надо принимать предложение Андрея Петровича, – заметил Комаров. Он тебя ценит, мне кажется, что у него на тебя большие виды.

– Работать вместе, значит, чаще видеться, – улыбнулся Забелин. Ну, вот мы и приехали. Наши дамочки, котяра и Крыська уже выстроились на крыльце, к приему гостя готовы.

– Здравствуйте, мои дорогие, – бросился к ним с объятиями Громов. Как же я рад вас видеть. А где наша красавица Крысечка? – подхватил он на руки собачку. Ради справедливости следует сказать, что Крыся была откровенной уродинкой. Серобурый окрас, маленькие кривенькие лапки, длинный носик и хвост шнурочком ее никак не красили. Даже глазки на полмордочки и высокий лоб, скрытый челочкой, не смягчали первого впечатления. Но те, кто знал о ее уме, прозорливости, доброте и веселом характере, об этом тут же забывали. Четвероногая барышня командовала собаками в округе, имела собственный спецназ, то есть двух дворняг и была ветреной особой. Она влюблялась во всех мужчин, появляющихся в особняке, но в последнее время ее сердце было отдано командиру спецназа – подполковнику Фоменко, обладателю баса и высоченного роста. Когда он ее сажал на ладонь, поднимал и прижимал к себе, Крыська млела и закатывала глаза от счастья.

– Говорят, ты тут провинилась?[1] – спросил Громов.

Собачка виновато опустила головку, потом оскалилась и лизнула его в подбородок.

– Ах, ты моя подлиза, пойдем в дом, а то наши дамочки изнывают от нетерпения в ожидании новостей. Да и Борис с Максимом слюнки от голода пускают. Но сначала мы вручим всем подарки. Это вяленая чехонь, вез ее с Волги. Копченую, извините, экспроприировал генерал. Гелечка, Анечка, вам пакетики от него, от меня и мамы. Мужики, это ваше, разбирайтесь сами. Крысечка, розовая махровая простынка тебе, голубенькая и побольше – коту. Ну и виски по случаю встречи.

Когда Веселов позвонил жене, все пребывали в состоянии сытости, легкого опьянения и приподнятого настроения.

– Анечка, ты уже знаешь главную новость? – спросил он.

– Какую? – удивилась та.

– Неужели Громов до сих пор не сообщил? Передай, что я разрешаю. Позже перезвоню.

– Саша, что ты должен мне сказать?

Мужчины переглянулись, – генерал переезжает в Тригорск насовсем, – почти хором сказали они. И мы вместе с ним будем работать, – добавил Забелин.

– Правда? – обрадовалась Истомина.

– Наконец-то в нашем доме поселится мужчина! – воскликнула Гелена Казимировна. А там, может, и ко мне какой прибьется, – хихикнула она.

– Гелечка, нам абы какой не нужен. Вы достойны принца на белом коне, – засмеялся Громов.

– Тогда придется давать объявление в газету: «Дама поздней осени, желает познакомиться с мужчиной благородных кровей, без вредных привычек и хронических болезней», – сказала Новицкая, кокетливо изогнув правую бровь.

– Этим требованиям полностью соответствует Найт, овчарка Максима, – улыбнулась Анна Сергеевна. Впрочем, твой котяра Арни тоже.

Посмеявшись, Саша, Борис и Максим оккупировали гостевые апартаменты, чтобы обсудить свои проблемы. Гелена с котом отправились на пенсионерскую тусовку в курортный парк, дабы народ послушать и себя показать. Анна поднялась к себе, с нетерпением ожидая Машу Гольдман, которая только что прилетела из США, привезла привет и посылочку от сына, и обещала появиться минут через сорок. После окончания физико-математического факультета Тригорского университета по приглашению одного из научных центров сын Истоминой – Дмитрий уехал в Америку, где работал почти семь лет и, судя по всему, возвращаться в Россию не торопился, что тревожило и огорчало Анну Сергеевну. За эти годы он дважды приезжал домой, столько же раз она летала к нему, они переписывались по электронной почте, общались по скайпу, и ей казалось, что у сына нет от нее секретов. Они всегда были близки и хорошо понимали друг друга, но в последнее время Анна Сергеевна чувствовала, что в жизни Димы что-то случилось, и он это скрывает. Услышав звонок, она поспешила вниз.

– Машуня, наконец-то, – обняла у входа девушку. Пойдем скорее ко мне, чайку попьем, расскажешь, как съездила, как Америка.

– Штаты по-прежнему загнивают, но пахнут приятно, подробности о поездке прочтете в серии моих репортажей. С Димой виделась пару раз, выглядит прекрасно, просил передать вам подарок. У него все хорошо, работой доволен. Им вроде бы тоже, по крайней мере, по его рассказам. Но я не сомневаюсь, сын у вас умница, талант, а там это ценят. Анна Сергеевна, не смотрите на меня со слезами на глазах. У Димы действительно все в порядке, просто он влюбился.

– В американку? Он же говорил, что они ему не нравятся, и просил найти русскую невесту.

– Нет, – засмеялась Маша. Она француженка, зовут Николь, приехала в США на стажировку в тот же научный центр, вот они и познакомились.

– Господи, как же они общаются? Димочка не знает французского.

– На английском, но чаще на родном. Николь из семьи русских эмигрантов первой волны, чешет по-нашему во всю, правда иногда делает неправильные ударения. Но вы не волнуйтесь, Дима меня с ней познакомил, очень хорошая девушка, честное слово. И влюблена в него по уши.

– Что же он молчал, хоть бы фотографию прислал.

– Сегодня получите после моей встречи с вами, мы с ним так договорились.

Их разговор прервал осторожный стук в дверь и появление улыбающегося Громова.

– Простите, Анна Сергеевна, не знал, что у вас гостья, – слегка смутился он.

– Ничего, знакомьтесь…

– Саша, – быстро представился Громов.

– Маша, – ответила девушка, и все рассмеялись. Анна Сергеевна, я побежала, сами понимаете, у меня куча дел накопилась, потом заскочу.

– Хорошо, Манечка, спасибо, что зашла. Я провожу тебя.

– Позвольте мне это сделать самому. Громов проводил девушку до выхода и внимательно посмотрел вслед. Коротенький сарафанчик, ножки ровненькие, спинка пряменькая, пяточки в тапочках, волосы распущены, челочка присутствует. Вздохнув, он отогнал ненужные мысли и поднялся к Истоминой.

– Анна Сергеевна, можно? Вы, кажется, чем-то озабочены, я могу помочь?

– Нет, нет, Саша, все в порядке. Рассказывай, как у тебя дела, как Мария Ильинична?

– Громов замялся, – у нас дома проблема, хотел бы посоветоваться. Вы же знаете, какие у нас доверительные отношения с мамусиком, но последнее время все изменилось. Она стала позже приходить домой, ссылаясь на работу, по выходным уходит к каким-то подружкам, чего раньше не было, сделала новую стрижку. Я пытался у мамы узнать, что происходит, но она уклоняется от откровенного разговора, и я не знаю, как быть и что делать.

– А что по этому поводу думает аналитик, капитан полиции Громов? – с улыбкой спросила Истомина.

– Анна Сергеевна, как только думаю о маме, начинаю плохо соображать, сумбур в голове и ничего не могу собрать до кучи. Тем более что мозги целый день заняты служебными делами.

– Мария Ильинична в обычном разговоре упоминала, какие-то новые имена, фамилии, события на работе?

– Не помню, она обычно мне рассказывает обо всем, но я тут же все пропускаю мимо.

– А ты вспоминай, с чего все началось, – засмеялась Анна.

– Попробую. Месяца два назад отмечали юбилей их предприятия, мама меня предупредила, что вернется поздно, и чтобы я ее не ждал. Когда она пришла, еще не спал, встретил, увидел ее возбужденную, красивую и сказал что-то про всех мужчин у ее ног. Она засмеялась, посмотрела на себя в зеркало в прихожей и ответила, – почему бы и нет. И что?

– А то, поклонник у мамы появился, скорее всего, он и провожал ее домой. После этого они начали встречаться. Если учесть, что Мария Ильинична человек серьезный, то и отношения у нее с мужчиной такие же, может она в него влюбилась.

– То есть как, в таком возрасте?

– Саша, какой возраст, ей нет и пятидесяти. Твоя мама моложе меня, но вас же не удивляют наши отношения с Андреем Петровичем.

– Нет, – растерянно пробормотал Громов. Почему же она мне ничего не рассказала, я же взрослый, все бы понял.

– Саша, это ты для всех взрослый, а для нее единственный на всю жизнь любимый ребенок. Она боится, что ты ее не поймешь, осудишь, решишь, что предала память отца. Бедная Мария Ильинична, как же она мучается, как переживает.

– Что же мне делать?

– Как говорила моя бабушка, пердеть да бегать. Извини, но у меня нет слов. Какие же вы мужики бестолковые. Срочно выясняй, с кем она встречается, если человек достойный, а я в этом не сомневаюсь, то радуйся за нее.

– Хорошо, я сейчас, пока Забелин не ушел, мы пробьем его в две руки.

– Ты хоть знаешь, о ком идет речь?

– Догадываюсь. Громов ушел, а Истомина взглянула на Крысю, которая прискакала следом за Сашей и внимательно слушала беседу, сидя в кресле. Собачка была очень озабочена. Впереди много дел и всяких событий, о которых никто кроме нее не подозревал. Даже ее любимый подполковник Фоменко. Крыся тихонько вздохнула, конечно, у нее с Громовым были отношения, но это уже пройденный этап, зато у Саши с Машей будет бурный роман и появится рыженькая Глаша. Имя, конечно, дурацкое, но что поделаешь, если они сами такое придумают. На этом ее мысли оборвались и Крыся засопела. Анна Сергеевна прикрыла собачку новой махровой простынкой и спустилась вниз к подруге.

– Вернулась? Как там твои пенсионеры поживают?

– Думаю, что уже нерегулярно, – хихикнула Гелена Казимировна.

– Гелька, вот ты хулиганка. И откуда в тебе всего этого. С одной стороны в вашем роду были польские аристократы, а с другой – кто?

– С другой – все остальные. Подозреваю, что шляхтичи, сосланные в наши края, были большие шалуны и производили на свет кого ни попадя. Наследницей, какой ветки я стала, история умалчивает. Но я не жалуюсь. Ты чего стоишь, давай за работу, пока господа полицейские совещаются, надо стол накрывать. Крыська что делает?

– Отдыхает. Истомина быстро пересказала подруге разговор с Громовым.

– У Марии Ильиничны роман? Как здорово, дай бог, чтобы все у них хорошо сложилось. Ань, вот ты мне скажи, почему у всех что-то происходит в личной жизни, а у меня ничего. Даже намека не наблюдается. Может быть, шляпки виноваты, отвлекая от меня мужское внимание?

– А ты их не носи и тогда взоры сильного пола будут прикованы исключительно к тебе.

– Чтобы я отказалась от шляпок? Да никогда в жизни. Привычка свыше нам дана, – пропела Новицкая.

– Замена счастию она, – продолжила Истомина. Если все твое счастье в привычке носить шляпы, то не жалуйся на жизнь.

– Я не жалуюсь, Анечка, а радуюсь. Скоро твой генерал приедет, у Вари с Федей ребенок будет, мужиков наших переженим, впереди столько дел, а может и приключений добавится.

– Геля, я тебя прошу, никаких приключений. Меня и так уже Андрей упрекает в том, что мы вечно куда – нибудь то встрянем, то вляпаемся.

– Ну да, а он не причем. Сначала грозит уши надрать, потом говорит, что мы молодцы. Не переживай, это он от волнения и беспокойства, потому что нас любит.

– Очень.

– Ну вот, а пока мы любимы, то непобедимы. Ух, ты, вот это я сказанула!

– Гелька, я тебя обожаю.

– И мы тоже, – донесся голос Громова, входящего с Забелиным в кухню. А чем это у вас тут так вкусно пахнет?

– Ребята, мойте руки и за стол, у нас все готово, – засуетилась Новицкая. А где Борис?

– Ускакал по делам, – ответил Саша и схватил с тарелки пирожок.

– А по рукам? – с угрозой сказала Анна.

– Лучше по мозгам, – засмеялся он. Мы все с Максимом выяснили, вы были правы, Анна Сергеевна, я полный идиот. Бедная моя мамулечка, как же она страдает. Ну, ничего, мильйон терзаний прекратим и в Волжск спокойно улетим. Во, как я заговорил.

– Садись за стол, рифмоплет ты наш, – улыбнулась Истомина. Рассказывай, что узнали. Пирожки не хватай, сначала супчик.

– С потрошками? – вышел из ванной комнаты Забелин.

– С ними, Максимушка, и с греночками, как ты любишь, – закудахтала Гелена Казимировна.

– Я не понял, почему к нему такое внимание. Капитан, ты, что в приемные сыновья подался? Так я тоже готов, могу заявление написать, а Крысечка подпишет. Девочка, ты согласна? Собачка, появившаяся в гостиной у Гелены, довольно фыркнула и оскалилась.

– Ну что за балаболка, – засмеялась Истомина. Ешь уже и просвещай нас, а то Геля из-за любопытства на одном месте усидеть не может.

– Ладно уж, но только ради ее необыкновенных пирожков, – не торопясь произнес Саша и снова протянул руку к тарелке с выпечкой.

– Аня, щекочем, ты – с одной стороны, я с другой, – скомандовала Новицкая.

– Нет, я боюсь и сдаюсь, – захохотал Громов. В общем, так, Егор Антонович Стрельников, 55 лет, образование высшее, в прошлом военный, был женат, имеет взрослую дочь, которая вместе с матерью выехала три года назад на ПМЖ в Канаду, где у них проживают родственники. Он не поехал, а может его не выпустили, мы не уточняли, но спустя полтора года жена предложила развестись, так как собралась выходить замуж. Егор Антонович по всем статьям характеризуется положительно, имеет государственные награды. Судя по точкам, где он служил, помотало его изрядно, а жена с дочкой все это время проживали в родимом городе Сочи под крылом у мамы с папой. Поэтому не думаю, что в семье у них была идиллия. У меня все. Что дальше делать?

– Как что? Немедленно звони маме и скажи, что все знаешь, рад за нее и с нетерпением ждешь встречи с Егором Антоновичем, – сказала Истомина.

– Анна Сергеевна, я не смогу. Может, вы как то сами с ней поговорите?

– Нет уж, для нее очень важно слышать твой голос, слова, интонации. И не тяни, она так страдает, а ты чего-то боишься. Не волнуйся, мама все поймет, даже то, что ты не смог сказать.

– Гелечка, можно виски? Я немножко, для храбрости, – жалобно попросил Громов.

– Ну конечно, Сашенька, – засуетилась Гелена Казимировна. Сейчас тебе налью рюмочку. Если хочешь, возьми с собой Крысеньку для моральной поддержки.

Когда Громов собачкой на руках вышел из гостиной, все замолчали.

– Нет, я так не могу, – всхлипнула Новицкая. Может нам тоже принять по пять капель для успокоения?

– Гелечка, наливай, мы с Максимом тебя поддержим.

– Аня, смотри, Крыся пришла. Ну что, Саша поговорил с мамой? Собачка кивнула.

– Все хорошо? Та не отреагировала.

– Анечка, ему, наверное, плохо, – всполошилась Гелена Казимировна. Может валерьянки накапать?

– Лучше еще виски, – услышали они веселый голос Громова. Дамочки, спокойствие, только спокойствие. Поговорил, мамусечка сначала заплакала, а потом сказала, что она самая счастливая мама на свете, потому что у нее замечательный сын. Это чтоб вы знали на всякий случай. Может мне еще чего-нибудь съесть?

– Ну, Сашка, ты и обжора, – засмеялся Забелин.

– Люблю поесть, а на нервной почве особенно, – признался тот и схватил пирожок. Анна Сергеевна, признавайтесь, что это за девушка у вас сегодня была?

– Понравилась?

– Не могу сказать точно, но что-то в ней цепляет, – задумчиво сказал Громов.

– Предупреждаю сразу, ловелас с Волги, я тебе за Машку голову оторву, и не посмотрю, что мы стали почти родственниками.

– Ладно, шутки в сторону, работы много, времени мало. Дамочки, не возражаете, если я у вас поживу, а то вечерние посиделки с Максимом и Борисом известно, чем заканчиваются. А мне надо иметь свежую голову.

– Конечно, – одновременно воскликнули подруги. Гостевые комнаты свободны на обоих этажах, где хочешь, там и живи, – добавила Истомина.

– Тогда я пошел распаковывать вещи, Максим, жду тебя через пятнадцать минут.

– Вот и хорошо, на ужин приготовлю всего вкусненького и побольше, люблю прожорливых мужичков, – пропела Гелена Казимировна.

– А мы с Борисом не такие, а так случайные прохожие, – обиделся Забелин.

– Максимушка, ты расстроился, – всплеснула руками Новицкая. Ну, что ты, мы вас всех очень любим, просто Саша редко к нам приезжает, поэтому над ним и кудахчем. Вы же наши детки, и поэтому одинаково дороги. Я на ужин приготовлю твои любимые блинчики с мясом и немножко их поджарю, тебе же так нравится?

– А вы откуда знаете?

– Ха, две недели назад за ужином ты слопал шесть таких блинов и не подавился, а позавчера вообще кроме них ничего не ел.

– Что, правда? – покраснел Забелин. Я вроде бы незаметно их таскал.

Подруги рассмеялись. – Иди уже, обжора ты наш, – сказала Анна и вздохнула. – Гелечка, я тоже, пожалуй, пойду, на ужин не жди, корми мужиков сама. Гелена Казимировна внимательно посмотрела на нее и кивнула.

На следующее утро в ожидании подруги к завтраку Новицкая жарила сырники и беседовала с Крысей.

– Тебе не кажется, девочка, что у Ани что-то случилось, может, они с Андреем поссорились?

Уткнувшись в свою мисочку собаченция, не отрываясь, покачала головой.

– Значит, дело не в генерале. А в чем? Ну что же я за дуреха такая, она же Машу Гольдман ждала, может с Димочкой что-то? Крыся, не молчи, ты наверняка все знаешь. Ну ладно, не хочешь, не говори. Скажи только, ничего страшного не произошло?

Собачка подняла вверх мордочку, измазанную сметаной, и оскалилась. – Правда, все в порядке? – обрадовалась Гелена, а чего же она расстраивается? Крыся фыркнула и снова зачавкала. – Понятно, ты хочешь сказать, что ее переживания глупости и не стоит на них обращать внимания. А ну прекращай есть, тебе нельзя так много, а то отрастишь пузо, как у Арни и подполковник Фоменко не сможет запихнуть тебя в карман. Не маши хвостом, не возражай старшим. Ишь, моду взяла, никого не слушает, ни с кем не считается, только она одна все знает и во всем разбирается.

– Крыську ругаешь? – вошла в кухню Истомина. В чем она провинилась?

– Еще ни в чем, но профилактика не помешает. Анечка, бери сырнички, сметану, а я вытру мордуленцию нашей барышне. Представляешь, их величество обычные бумажные салфетки не признают, им подавай только влажные. Аристократка, блин. Аня, ты будешь чай с лимоном или с вареньем? Я вчера еще кексиков испекла с изюмом.

– Не жалуйся на девочку, сама же ее и разбаловала. Саша уже ушел?

– За ним Максим час назад заехал, похватали бутерброды и умчались. Успела только термос с кофе сунуть, все у них всухомятку, так и язву могут заработать. Но на обед обещали заскочить.

– Гелечка, может, съездим сейчас на рынок, продуктов прикупим?

– Лучше завтра, на сегодня все есть. Я бульон мясной отварила, ты будешь борщ украинский готовить, он у тебя лучше получается. Там еще творог остался, так мы с тобой вареничков налепим, пару салатиков соорудим и венгерский гуляш сделаем. А сейчас я предлагаю прогуляться по нашему парку. Людей почти нет, одни на работе, другие принимают процедуры, никто не помешает болтать и наслаждаться свежим утром и теплым солнышком. Арни с Крыськой возьмем, пусть тоже побегают. Ты согласна?

– Умеешь, ты Геля, уговаривать, – улыбнулась Истомина, пойду, переоденусь.

Когда она вышла, Новицкая шепнула собачке, – первый этап нашего плана прошел успешно, на свежем воздухе и на сытый желудок я Анечку разговорю. Ты тоже не сиди здесь, а зови кота, пусть свои жиры растрясет.

Подруги шли по аллее и молчали, наконец, Гелена не выдержала, – Аня, ну не томи, рассказывай, что у Димы случилось?

– А ты откуда знаешь, Крыська рассказала? Она вроде бы не присутствовала при нашем разговоре с Машей. Значит, подслушивала, вот паршивка, никуда от нее не спрячешься.

– Ань, как ты думаешь, когда Андрей приезжает и у вас амуры начинаются, она тоже слышит?

– Нет, я ей тогда на ночь в уши воск заливаю. Горячий для надежности.

– Да ты что? – изумилась Гелена Казимировна. Это не больно, на слух не повлияет?

– Не повлияет, – расхохоталась Истомина. Гелька, какая же ты наивная, тебя купить можно на раз.

– Ну и ладно, – поджала губы подруга, ты лучше не отвлекайся и не уходи от ответа. Что там у Димы?

– Влюбился он, – вздохнула Анна.

– Наконец-то у нашего мальчика появилась любимая девушка! – обрадовалась Гелена. Так чего ты расстраиваешься?

– Она иностранка.

– Ну и что, главное, что он счастлив, а какой национальности его девушка – без разницы. Да хоть японка. У них детки такие хорошенькие, и все девочки носят шляпки, я по телевизору видела. А ты тогда будешь япона мать, а твой Андрей…

– Японский городовой, – добавила Анна Сергеевна, и обе начали так хохотать, что перепугали двух голубей, разлетевшихся в разные стороны.

– Да ну тебя, Гелька, вечно у тебя все проблемы смешными становятся.

– Значит, они не серьезные. Так кто у нас будущая невестка?

– Француженка русского происхождения, работает с Димочкой, хорошо говорит по-русски, Маша сказала, что влюблена в него по уши.

– Фотографию видела?

– Да. Светленькая, худенькая, ничего особенного. Но я не люблю знакомиться по фотографии. Снимки редко передают суть человека, поэтому никакой оценки дать не могу. Вот если бы ее увидеть, поговорить, тогда другое дело.

– Ань, вчера не успела у тебя спросить, почему Крыська после Сашиного звонка маме, не ответила на твой вопрос «все ли хорошо»?

– Мне кажется, что Саша немножко всплакнул на радостях или от облегчения, а девочка не поняла, что это значит. Для нее слезы – признак горя, обиды, она еще не знает, что плакать можно и от счастья. Геля, посмотри осторожно направо, видишь двух молодых мужчин в милицейской форме. Они все время пялятся на нас, и что-то обсуждают, не нравится мне это. Давай присядем на скамейку и посмотрим, что будет дальше. Я сейчас еще Крыську позову, пусть, на всякий случай, свой спецназ подтягивает. А ты с ними разговоры разговаривай для прояснения ситуации. Внимание, они направляются к нам.

– Извините, гражданочки, обратился к подругам один из подошедших. Не могли бы вы оказать помощь правоохранительным органам.

– Конечно, конечно, это же наша прямая обязанность, – засуетилась Гелена Казимировна. Только не могли бы вы представиться, это ведь так положено, я по телевизору видела.

Мужчины переглянулись. – Старший сержант Иванов, лейтенант Петренко.

– А удостоверения? – не унималась Новицкая.

Те достали красные корочки и помахали ими. Достаточно? – усмехнулся лейтенант.

– Да, конечно, только по телевизору показывали, что в Москве полицейские носят еще такие блестящие штучки.

– Бабушка, бляхи носят сотрудники ГАИ, а мы работаем в уголовном розыске.

Истомина открыла сумочку, достала платок и принялась им обмахиваться.

Забелин резко развернул машину. – Максим, ты чего? – удивился Громов. – У Анны сработала тревожная кнопка, и включился микрофон, – пояснил тот.

– Вы работаете в уголовном розыске! – воскликнула Новицкая. Ой, как интересно, первый раз в жизни вижу настоящих оперов. Прямо как в «Улицах разбитых фонарей».

– Геля, ну что ты со своими сериалами, видишь, людям нужна помощь, – перебила подругу Анна Сергеевна.

– Да, пожалуйста, пройдемте вон в тот дом, там проходит милицейская операция, и ваше присутствие необходимо, – сказал лейтенант.

В это время у Истоминой зазвонил мобильник. – Извините, это сын, я должна ему ответить. Он каждое утро звонит, беспокоится о моем здоровье. Да, Максим, не волнуйся, у меня все в порядке. Нет, давление не поднялось. Мы сейчас с Гелей вышли из парка и по Курортному бульвару прогуливаемся, дышим чистым воздухом, кот с нами, и его подружка тоже. Не забудь, мы тебя сегодня ждем на блины, а если хочешь, пельменей налепим. Все, дорогой, до вечера.

– Максим, ну что там? – нетерпеливо спросил Громов.

– Они с Гелей гуляют по бульвару, кот и Крыська с ними, следовательно, в случае необходимости девочка подтянет спецназ. Это уже хорошо. Микрофон находится в брелке, который свисает с ручки Аниной сумки, поэтому слышимость отличная. Судя по разговорам, к нашим дамочкам подошли два мужика, назвали себя сотрудниками уголовного розыска и просят о какой-то помощи. Звони Комарову, тот должен быть в курсе. Черт, он на утреннем совещании, может не ответить. Открывай переднюю панель, включай компьютер, посмотри сводки, может, что обнаружишь. Где же их искать на Курортном бульваре, он же длинный.

– Если они с котом, то от дома не могли далеко уйти, он же тяжеленный. Анна Сергеевна должна была на что-то намекнуть, вспоминай весь разговор, – сказал Громов, читая утренние сообщения. Сегодня вроде бы ничего интересного для нас не случилось, посмотрим, что было вчера.

– Саша, она сказала, что ждет вечером на блины, а если захочу, то и пельменей налепит. Мы вчера о блинчиках с мясом говорили, но… Стоп, кафе «Пельмени от Емели» недалеко от их дома. Ориентир есть, что у тебя?

– Два дня подряд квартирные кражи, и заметь, исключительно в утренние часы, когда дома оставались бабушки – старушки. Они сами открывали двери, но почему, до сих пор не выяснено, так как божьи одуванчики в больнице, одна с инфарктом, другая – с подозрением на него. Врачи никого к ним не пускают. Вот же сволочи, если это наши клиенты, то могут использовать наших дамочек в своих целях.

– Саша, а вдруг они вооружены?

– Вряд ли, это же не мокрушники. Включи громкую связь.

– Господа офицеры, мы готовы, только я своего Арни посажу в корзинку, и не торопитесь, он у меня тяжеленький, а если надо спешить, то понесите его сами, – услышали они голос Гелены Казимировны.

– Хорошо, давайте вашего кота, – произнес мужской голос. Вот вы его раскормили.

– Ну, Гелечка, ну умница, лишает мужика свободы движения, Максим, сколько еще ехать? – обеспокоенно спросил Громов.

– Минуты три.

– Хорошего кота должно быть много, – вела свою партию Новицкая, а вот у Анечки такого Арни нет, поэтому она и критикует меня.

– Конечно, как выйдем на прогулку, так носим его по очереди, а еще из-за кота дворняги за нами увязываются, даже боязно становиться, – прорезался голос Анны Сергеевны.

– Спецназ на месте, – пробормотал Забелин.

– Господа офицеры, вы так и не сказали, что нужно делать, а вдруг у нас ничего не получится, и мы сорвем вам операцию? – закудахтала Гелена Казимировна.

– Не волнуйтесь, мы заходим в этот подъезд, поднимаемся на второй этаж, и вы звоните в квартиру.

– А там кто, преступники? Нет, я боюсь, вдруг они начнут стрелять.

– Не успеют, просто вы отвлечете их внимание своим звонком, а в это время в окна ворвется спецназ, – нетерпеливо ответил мужской голос.

– Как в сериале про ментовские войны? – воскликнула Новицкая. А может, вы сами? Я что-то волнуюсь. Вы идите по лестнице вперед с Арни, мне не так страшно будет.

В это время кликнул телефон Истоминой. – Извините, это сын эсемеску прислал, напоминает, что пора лекарство принять, он у меня врач. Геля, тебе тоже пора.

– Пора, так пора, – сказал Гелена Казимировна, и незаметно дернула Арни за хвост. Тот выпрыгнул из корзины и тут же вцепился в причинное место своей жертвы. Крыся тявкнула, ее спецназ дворняги Бим и Бом подлетели ко второму мужчине, который поднимался вслед за Анной, и лязгнули клыками. Мужчины дружно заорали, вбежавшие в подъезд Забелин и Громов, надели на них наручники.

Начальник уголовного розыска УВД города майор Комаров пребывал в не самом радужном настроении. Две квартирные кражи, один почерк, ни одного свидетеля и жертвы на больничной койке. Но почему бабушки сами открывали двери, обычно они очень осторожны. Он включил мобильник и обнаружил пропущенные звонки от Забелина.

– Слушаю тебя, Максим, – буркнул Борис.

– Ты чего такой недовольный, втык получил от начальства за квартирные кражи? – засмеялся тот.

– Типа того. А ты чего такой веселый?

– Могу тебя обрадовать, наши дамочки с котом, Крыськой и ее спецназом задержали твоих клиентов. Подъезжай пока сам, мы с Громовым ждем тебя во дворе дома, где кафе «Пельмени от Емели».

Комаров быстро прыгнул в машину. – Это ж надо, ну нигде без них не отсвятится. Опять генерал будет ругаться, как будто я виноват в том, что они куда-нибудь вляпываются. Но какие же молодцы, такую головную боль с меня сняли. Майор въехал во двор. – Где все? – спросил он Забелина.

– Дамочки с Крысей и котом у меня в джипе, спецназ отправили гулять, задержанные в подъезде с Громовым. Как будем отмазываться, чтобы не светить Гелю и Анну?

– Скажем, что вышли на них на основе оперативных данных, вели, ну а то, что собаки покусали, случайность, может дворнягам запах их не понравился. И коту тоже. Отправляй всех домой и возвращайся. Громова забери тоже, не надо ему светиться, а то начнутся расспросы кто, что и зачем.

– Ну, дамочки, у меня нет слов, – весело сказал Саша, усаживаясь в джип. Классно вы уделали этих паразитов, они так ничего и не поняли. Правда, псевдосержант обвинил во всем своего подельника. Дескать, предупреждал, что в наше время только чокнутые старушки носят дурацкие шляпки и хохочут во все горло. Признавайтесь, над чем смеялись?

– Аня, можно? – спросила Гелена. Та махнула рукой. В общем, Димочка влюбился в иностранку и Анечка распереживалась. А я ей сказала, какая разница, какой она национальности, да хоть японка, лишь бы сын был счастлив. Но тогда она будет япона мать, а генерал – японский городовой.

От смеха Забелин чуть не выпустил руль, а Громов так захохотал, что сидевшая у него на руках Крыська, едва не свалилась на пол. Подъехав к дому, все вышли из машины. – Максим, я, пожалуй, останусь, – сказал Саша, наших дамочек успокою.

– Хорошо, – буркнул тот и развернул машину.

– Ну что, мои дорогие, вам, наверное, надо успокоиться, отдыхать будете? – спросил Громов.

– А мы не устали, сейчас готовкой займемся, кормить вас будем. Надеюсь, Борис приедет на обед и расскажет, чем все закончилось, – сказала Гелена Казимировна.

Саша с изумлением посмотрел на подруг. – Эх, до чего же я вас обожаю. Поцеловать вас, что ли. Чмокнув обеих подруг в щеки, а Крысю в нос, он задумался. – Анна Сергеевна, мне кажется, Максим как-то ревностно ко мне относится, или я ошибаюсь?

– Возможно, – отозвалась Истомина, шинкуя капусту. Он очень ранимый и одинокий, ему не хватает любви, тепла и поэтому так болезненно относится к проявлению внимания к кому-то другому. Жениться Максиму надо, да только не складывается у него что-то. Мне кажется, он будет идеальным мужем и отцом.

– А я что же, не вписываюсь в эти критерии, – слегка обиделся Громов.

– Зачем тебе быть идеальным, Саша, тебя и так все любят, ты с рождения такой. Девушки, небось, табуном за тобой бегают, – улыбнулась Анна Сергеевна.

– А что толку, мне нужна любовь такая, как у вас с генералом.

– Много ты знаешь о нас, – покраснела Истомина.

– Тут и знать ничего не надо, достаточно посмотреть, когда вы вместе. Анна Сергеевна, вы давно знакомы с Машей?

– Даже не помню, лет семь-восемь, наверное. После окончания школы она пришла к нам в редакцию и сказала, что хочет стать журналистом. Девочка оказалась настолько талантливой, что ее сразу приняли на работу, хоть у нее было только среднее образования.

– После твоей настоятельной рекомендации, – вмешалась Гелена Казимировна, залепливая очередной вареник.

– Да какая разница, главное, что она сама сделала выбор и не ошиблась. У нас с ней был смешной случай. Сижу как-то у себя в кабинете, входит суровый такой мужик и говорит, – мне нужна Мария Ивановна. Я даже растерялась, в редакции вроде нет такого сотрудника. Тут появляется наша девочка в джинсиках, маечке и с хвостиком, перехваченным резинкой. Он к ней, – Мария Ивановна, мне нужно с вами поговорить. Я обалдела. Оказалось, ей дали задание – подготовить репортаж об открытии детского сада. Материал легкий и стандартный. Красная ленточка, приятные речи, символический ключ, счастливые детки и их родители. Но Маша не поленилась и обошла все здание. На заднем дворе обнаружила строительный мусор, заглянула в окна подвального помещения, которое было залито водой, и в ходе торжества задала несколько неприятных вопросов представителю строительной организации. Ну а тот спустя пару часов примчался в редакцию, пыхтел, краснел и, в конце концов, дал клятвенное обещание, что через три дня все недоделки будут устранены. – Я проверю, сурово заявило юное дарование, и мужик удалился.

– И что было потом? – спросил Громов.

– Строитель оказался человеком слова.

– А Машу решили наказать за не выполнение редакционного задания, но Аня ее защитила, – добавила Гелена Казимировна.

– Геля, ну зачем ты так. Когда в отделе информации ей предъявили претензии, она спокойно сказала, что безопасность детей важнее праздничной открытки. Там все и рот раскрыли от удивления, эдакая пигалица, а такое выдала. Характер у нашей девочки, я бы сказала, стойкий нордический, не зря же такую фамилию носит. Через год Машуня поступила на заочное отделение факультета журналистики Ростовского университета, закончила его с красным дипломом, теперь она у нас акула пера. Знаешь, Саша, она такая умненькая и я так ее люблю, что почему-то теряюсь в словах.

– Зато, когда Маша приходит, они могут болтать по нескольку часов, а если усвистают в кафешку, подругу к ужину не дождешься, – ревниво сказала Новицкая.

– Анна Сергеевна, про ее личную жизнь вы мне, конечно, не расскажете, – улыбнулся Громов.

– И не надейся, но учти, если что, голову откручу, а родители добавят. Маша у них поздний ребенок, они над ней трясутся, как над маленькой, хотя девочка давно уже выросла. Иди двери открывай, Крыська к выходу потрусила, ребят учуяла.

– Дорогие дамочки, от имени уголовного розыска приношу благодарность за неоценимую помощь в поимке преступников, – радостно произнес Комаров, входя в кухню и протягивая букеты цветов подругам.

– Спасибо, Борис, мойте руки и садитесь за стол. Крыся, не вертись под ногами, дай нашим мужчинам спокойно пообедать, – сказала Новицкая.

– Минуточку, Максим, показывай подарки для малышни, – сказал Комаров. Где там Арни, зови его, девочка.

Та пару раз громко тявкнула и завертелась от нетерпения вокруг майора. Когда появился кот, Комаров вытащил из пакета две атласные подушечки – розовенькую и голубенькую. На радостях собачка задрала хвост трубой и закрутила попой, а кот удовлетворенно мяукнул. – Понравились? – засмеялся Комаров, мы еще пакет с мясными косточками для спецназа принесли, передашь им, хорошо? Крыся тут же подбежала к окну.

– Что это с ней? – забеспокоился Борис.

– Спешит сообщить радостную новость своим дворнягам, ишь, как засуетилась, – улыбнулась Анна Сергеевна и поставила на подоконник собачку, которая потявкала и спрыгнула на пол. – Видали, Бим и Бом уже влетают во двор, не понимаю, как они ее слышат, голос у нашей барышни совсем не командирский. Максим, возьмите вот эти две мисочки, положите, пожалуйста, туда косточки, и вынесите их на улицу. А теперь смотрите.

Все столпились у окна, наблюдая за происходящим. Крыся не торопясь вышла на крыльцо, возле которого выстроились дворняги, и тявкнула, те в ответ коротко полаяли.

– Что это значит? – спросил Громов.

– Командирша поприветствовала подчиненных, те ответили: здравия желаем, – пояснила Истомина.

Затем, собачка спустилась вниз и, потявкивая, принялась прохаживать перед строем. – Теперь мы проводим разбор полетов и указываем на недочеты. Видели, Бим виновато опустил голову, – продолжала комментировать Анна. Что-то она подозрительно долго не подпускает их к мискам. Вот паршивка, вы только посмотрите, заставила Арни тащить на крыльцо свою розовенькую подушечку. А этот толстопопый пыхтит, но прет, извозюкает же ее всю. Кажется, демонстрация награды закончилась, дворнягам позволено приступить к трапезе. Все, концерт окончен. Первым захохотал Саша, к нему присоединились остальные.

Крыся осторожно вошла в гостиную, увидела смеющиеся лица и успокоилась. Конечно, она знала, что за подушечку ей достанется, но не показать спецназу подарок майора Комарова было свыше ее сил.

– Ах ты наша хвастунишка, – схватил ее на руки Громов и прижал к себе. Собачка уткнулась ему в грудь, и неожиданно для всех засопела. Умаялась наша красавица. Я ее отнесу наверх? – спросил он.

– Подушечки возьми, отряхивая розовенькую, сказала Гелена Казимировна.

Вообще-то Крыська схитрила, она, конечно, немного устала, но спать не собиралась. Просто ей страсть как хотелось полежать на этой красоте и немножко подумать про завтрашний день, который будет таким же напряженным, как и сегодняшний. Но как только ее головка опустилась на новую подушечку, все мысли разбежались, и она снова увидела во сне голубое небо, жаркое солнце, и смеющегося Сашу с рыженькой Глашей на руках.

Между тем, обед в особняке затянулся. Когда в глазах мужчин появился сытый блеск, Гелена потребовала подробностей об утренних событиях.

– Наши гастролеры оказались неплохими психологами, – начал майор Комаров. Они придумали простую, но достаточно эффективную схему проникновения в квартиры. Надевали милицейскую форму, и после того, как их подельник-наводчик указывал на нужный объект, приступали к делу. Находили старушку, как правило, случайную прохожую, вешали ей лапшу на уши про операцию и просили позвонить в нужную квартиру. Оставшаяся на хозяйстве пенсионерка, увидев в дверной глазок пожилую женщину, безбоязненно открывала дверь, ну а дальше дело техники.

– Борис, – спросила Истомина, не проще ли было им самим официально представиться, а не придумывать такую комбинацию?

– Сейчас с ними разбирается следователь, но я думаю, они учли, что про оборотней в погонах все наслышаны и какая-нибудь бдительная пенсионерка вполне может позвонить в управление полиции для выяснения цели визита самозванцев.

– А что было со старушкой, которая звонила? – забеспокоилась Гелена Казимировна.

– Невольную помощницу аккуратно выводил из дома подельник-наводчик, горячо благодарил и пугал ответственностью за разглашение сведений о секретной операции, – пояснил майор. Кстати, он успел сбежать, но ненадолго.

– Хитро придумано. Они даже просчитали, что подслеповатые старики вряд ли смогут помочь в составлении фоторобота, тем более что форма нивелирует человека, – задумчиво сказала Истомина. Неужели они так быстро признались?

– Как только им сказали, что их жертвы находятся в больнице, стали активно сотрудничать со следствием. Сами понимаете, одно дело кража, другое – с причинением вреда здоровью. Самое главное, что эту схему преступники решили впервые опробовать у нас в Тригорске, прибыв сюда неделю назад из соседней области. Но благодаря вам случился полный облом.

– Борис, а нас не будут вызывать в полицию для дачи показаний? – с опаской спросила Новицкая. Если нужно, мы, конечно, пойдем, но как-то не очень хочется.

– Не волнуйтесь, Гелечка. Следователю признательных показаний гастролеров достаточно, тем более что они указали место, где хранили награбленное. Разыскивать случайных бабушек-старушек никто не станет, других забот хватает. А вообще, очень вовремя Максим установил у вас на сумочках тревожные кнопки и микрофоны.

– А что я, – откликнулся Забелин. Генерал попросил, чтобы не терять из виду наших дамочек. Они же у нас, что дети малые, непослушные и своевольные, а еще Крысю ругают. Мы же с ними как на пороховой бочке, одно беспокойство и переживания. Вот я и установил кнопку и микрофон. Но все равно нервничаю, вдруг они про сумочки забудут или специально оставят дома. У них же сплошные детские неожиданности.

Не ожидая от обычно молчаливого капитана такой тирады, все опешили, а потом разразились хохотом.

– Максимушка, мы тебя тоже любим, – обняла его Гелена.

– Про детские неожиданности – это круто, – заметил Громов. Предлагаю за них выпить, давясь от смеха, сказало он.

– Я что-то не то сказал? – растерялся Забелин.

– Ты попал в самую точку, – сказал Комаров. Хорошо тут у вас, но мне пора, надо к командировке подготовиться.

– Я провожу вас, Борис, – поднялась Истомина. Андрей тоже с вами? Надолго уезжаете?

– Анна Сергеевна, не волнуйтесь, не в первый же раз. Как говорит Гелечка, пока мы любимы, мы непобедимы. Так что все будет хорошо, – ответил Комаров и быстро сбежал с крыльца.

Истомина смахнула слезу, сделал глубокий вдох, и вошла в дом. – Куда это наша молодежь собирается? – спросила она, увидев прихорашивающегося перед зеркалом Громова.

– Мы с Максимом решили по вашему бульвару прошвырнуться, на барышень посмотреть и себя показать.

– Вы там особо не увлекайтесь, домой хоть вернетесь?

– Анна Сергеевна, зачем же о нас так плохо думать, – укоризненно сказал Саша. Наш девиз – умеренность и аккуратность, мы себя блюдем, а потому в 23 часа у нас отбой, правда, Максим?

– Вот балаболка, – улыбнулась она, закрывая за ними дверь и входя в кухню, где подруга загружала посудомоечную машину.

– Анечка, как хорошо, что вы с Андреем ее купили, чего мы раньше до этого не додумались.

– Раньше, Гелечка, у нас была другая жизнь, – вздохнула Истомина.

– Ну чего ты вздыхаешь, чего расстраиваешься. Вернутся они, как всегда, веселые и здоровые. Вместо того, чтобы нюнится, позвони своему генералу, наговори кучу ласковых слов, расскажи, как наш котик чуть не оставил воришку без причинного места. Пусть он посмеется, порадуется твоему голосу, чтобы у него на сердце было тепло и приятно. Я тебе просто удивляюсь, ты такая умная, всегда быстро соображаешь, а как речь заходит о муже или сыне, так сходу теряешься.

Истомина вышла в гостиную и набрала знакомый номер.

– Анечка, – услышала она родной голос, а я только что собирался тебе звонить. Хотел вам с Гелей еще в обед уши надрать, но не получилось. Рассказывай все в подробностях. Когда генерал узнал про япону мать и японского городового, про то, как Крыська хвасталась розовенькой подушечкой, а Максим назвал подруг детской неожиданностью, он так захохотал, что Анна Сергеевна чуть не выронила трубку. – Анька, я так тебя люблю, что просто нет никаких сил. Значит так, чтобы к моему приезду наготовила кучу разных бутербродов и засунула их в холодильник.

– Зачем?

– Я тебя запру в спальне на пару суток и никуда не выпущу, даже на совместные с Гелей завтраки, обеды и ужины. А чтоб не оголодала, буду кормить бутербродами. И еще, составь список всего, что я еще не целовал. Надеюсь, он не слишком длинный. Если чего вспомню, сообщу дополнительно. Почему нет ответа?

– Есть, товарищ генерал, бутерброды – в холодильник, список – в спальню.

– Вот теперь я слышу голос генеральши. Все, Анечка, мне пора. Целую, обнимаю, до встречи. Пламенный привет Геле и Крысе.

Анна Сергеевна вернулась на кухню. – Ну вот, глазки и повеселели, а хочешь, чайку выпьем, я свежий заварила, – закудахтала Гелена Казимировна. Ты знаешь, нам нельзя расслабляться. Завтра, пока Борис в командировке, пойдем в магазин знакомиться с его Наташей. А то он у нас совсем зачах, ни улыбки на лице, ни радости в глаза. Пора порядок в его личной жизни наводить, если он сам не в состоянии. Крыська Наташу вроде знает, покажет ее нам. Кстати, куда она запропастилась, неужели до сих пор дрыхнет?

Анна выглянула на лестницу. – Скачет наша красотка. Понравилась подушечка? Сны хорошие снились? Собачка довольно оскалилась, потом оглянулась вокруг и вздохнула. Не переживай, Саша вернется, он с Максимом прогуляться вышел, а мы завтра с тобой пойдем знакомиться с девушкой Бориса Комарова, поможешь?

Крыся на эту просьбу никак не отреагировала. – Геля, ты посмотри, что творится, совсем наша барышня от рук отбилась, я уже не знаю, что с ней делать.

Гелена Казимировна взглянула на собачку и задумчиво сказала, – может ее пощекотать? Неожиданно та подпрыгнула, мигом выскочила за дверь и затопала по лестнице.

– Аня, оказывается, наша мордуленция тоже щекотки боится.

Крыся быстро забралась на диванчик и успокоилась, из объятий Арни никто не посмеет ее забрать и ругать не станет. На самом деле, что такое щекотка она не знала, но если все – и Комаров, и Саша, и Варя с Федей, и даже генерал ее пугались, то самой тоже надо опасаться. А про завтрашний поход в магазин и говорить нечего, он все равно не состоится.

Покинув особняк дамочек, Громов и Забелин вырулили на бульвар и смешались с нарядной толпой отдыхающих и горожан.

– Саша, я не понял, почему все так смеялись, когда я сказал про детскую неожиданность.

– Когда станешь отцом, то увидишь, и поймешь, а вообще – это детские какашки, – улыбнулся товарищ, поглядывая вслед проходящим девушкам.

– Правда? Вот я балда, наши дамочки, наверное, обиделись на меня, придется извиняться.

– Да брось ты переживать, они хохотали больше всех. Геля с Аней к тебе относятся, как к младшенькому и самому любимому. Ты у них Максимушка – единственный и неповторимый.

– Ты так думаешь? Они у меня тоже единственные, а еще Найт. Не знаю, как бы я без них жил. Саша, я не пойму, вместо того, чтобы смотреть на лица барышень, ты пялишься куда-то вниз, что ты там ищешь?

– Маленькие круглые пяточки. Ты только не смейся, я все объясню. И Громов рассказал о неизвестной девушке, с которой летел в самолете.

– Да, – хмыкнул Максим, у тебя и Бориса крыша точно поехала. Один никак не может объясниться со своей Наташей, другой поздним вечером ищет незнакомку по круглым пяткам. Давай возвращаться назад, мне домой пора ехать, а то Найт уже беспокоится.

– Хороший пес?

– А то.

– Лучше Крыськи?

– Нет, она у нас девочка уникальная, а Найт – мужик. Они очень дружат, как встретятся, так не отходят друг от друга. Малая все больше тявкает, а пес ее внимательно слушает. Мне кажется, она его чему-то учит. Только я еще не умею с ним так разговаривать, как Анна и Геля с Крыськой.

Во дворе друзья быстро распрощались, Забелин укатил на джипе, а Громов тихонько открыл входную дверь.

– Можешь не осторожничать, – выглянула из своих апартаментов Гелена Казимировна. Мы еще не спим, чайку выпьешь?

– Обязательно, с вареньем и с кексиками. Гелечка, все хочу у вас спросить, как вы в них изюм запихиваете?

– А тебе зачем? – удивилась та.

– Во-первых, интересно, а во-вторых, как стану мужем, заставлю жену такие же печь.

– Когда женишься, пришлешь на стажировку, я ее научу.

– Заметано. Как тут Крыська без меня, не скучала?

– Повздыхала немного. Кстати, мы выяснили, что она тоже щекотки боится, – улыбнулась Истомина. Перед этой угрозой позорно сбежала под защиту Арни. Саша, я смотрю, вы с Максимом все ездите, что-то ищете, но судя по вашим лицам, безрезультатно. Может, мы можем вам помочь? Если это не секрет, конечно.

– Да никакого секрета нет. Генерал поручил подыскать подходящее здание для отдела, а мы никак не можем найти такое, чтобы оно соответствовало необходимым условиям. Полгорода объездили, все не то. Завтра с утра снова займемся поисками, – вздохнул Громов.

– Попроси Крыську, пусть поднимет свою свору, вся курортная зона и центр – это их владения. Кроме того, она и Найт перезнакомились с дворнягами района, где живет Забелин, они там тоже порыщут. Надо только поставить конкретную задачу, девочка все выполнит.

– Серьезно? Вы не шутите?

– Нисколько.

– Спасибо, может, действительно стоит попробовать.

Забелин въехал во двор своего дома и, увидев Найта, лежащего на крыльце, вздохнул. – Молчит, не встречает, значит обиделся. Он подошел к собаке и погладил ее, – не сердись, дружок, сам знаешь, какая у меня работа. Пес фыркнул и отвернул голову. – Да, ты прав, мы с Сашей немножко погуляли, не мог же я отказать другу, который приехал всего на несколько дней. Ты ведь Крысе в просьбах тоже не отказываешь. Она сегодня с дамочками, котом и спецназом задерживала преступников. Сейчас загоню машину в гараж, а потом пойдем в дом, я чайку выпью, ты косточки похрумкаешь, которые Гелечка передала, и обо всем тебе расскажу. Ну что, мир и дружба? Найт кивнул и завилял хвостом.

Они устроились на веранде, пес грыз косточки и внимательно слушал хозяина. Он даже повизгивал от удовольствия, когда тот красочно описывал Крыськин выпендреж перед спецназом. Вот такой у меня сегодня был день, – закончил Максим. Ты давай спи, а я сейчас выясню, что за пяточки летели с Сашей в одном самолете, если он совсем перестал соображать. Впрочем, не удивительно, на него все сразу свалилось, проблемы с мамусиком, перевод в Москву, срочное задание генерала, а может еще что-то, он всего не расскажет.

Пальцы Забелина забегали по клавиатуре компьютера, – и так, вместе с Громовым в Тригорск прилетели пять подходящих девиц, среди них Маша Гольдман, наша акула пера и любимица Анны Сергеевны. Сашина незнакомка сидела во втором салоне рядом с толстым дядькой и работала на ноутбуке. Посмотрим, у кого какое было место. Две барышни сидели вместе, третья со старушкой, четвертая была в одном салоне с Громовым. Ну, ни фига себе, неужели это Маша? По описанию нашего Ромео она вполне подходит. Да и кто, кроме журналиста, отправляясь на курорт, будет работать в самолете. Кажется, все сходится. Что же делать, жаль, Найт спит, а то бы посоветовались. Оглянувшись на скрипнувшую дверь, Максим засмеялся. – Ты все-таки бдишь, представляешь, я нашел пяточки для Саши. Как думаешь, ему сейчас позвонить, или утра дождемся? Молчишь, значит, тебя эти варианты не устраивают. Может с Анной Сергеевной посоветоваться и что-нибудь замутить? Пес оскалился и согласно кивнул. – Ах, ты моя умница, все понимаешь, прямо как Крыська. Хочешь, я тебе тоже атласную подушечку куплю, как у нее и кота? Найт укоризненно посмотрел на хозяина. – Ну, прости, понимаю, ты у нас мужик и все эти финтифлюшки тебе ни к чему. Тогда давай спать.

Утренний звонок Громова поднял Максима с постели. – Вот черт, я, кажется, проспал. Извини, Саша, сейчас подъеду. Хорошо, пса возьму с собой.

– Рота, подъем, весело крикнул он Найту, выходя на веранду. Ты уже готов к труду и обороне? Все кости схрумкал, значит готов. Я в душ и отправляемся к дамочкам, кажется, Саша что-то придумал.

Едва Забелин въехал в знакомый двор, как туда влетел спецназ и свора собак. Найт шустро выскочил из машины и присоединился к ним. На крыльцо вышла Крыся, быстро потявкала и вместе со всеми исчезла за воротами.

– И что это было? – озадаченно спросил капитан, входя в дом.

– Чип и Дейл спешат на помощь, – весело отозвался Громов, – садись завтракать.

– Неплохая идея. Анна Сергеевна подсказала?

– А то. Гелечка, мне бы еще горяченького бутербродика. Надеюсь, я Максима не объем? – засмеялся Саша.

– Не переживай, у меня для Максимушки блинчики с мясом припасены.

– А вы, почему не завтракаете, и где наша генеральша? – спросил Забелин.

– Нам еще рановато, Аня кофе выпила и сейчас в интернете сидит, по сайтам ползает, мы с ней потом все новости обсуждаем.

– Раз у нас образовалась небольшая пауза, я пожалуй выскочу на часок, – сказал, поднимаясь из-за стола Громов, а ты, Максим, жди Крысю. Как только она появится, отзвонись.

– Ладно, – дожевывая последний блин, повеселел Забелин, который никак не мог придумать, как посекретничать с Истоминой вдали от ушей друга. Гелечка, я поднимусь к Анне Сергеевне, разговор есть.

– Конечно, Максимушка. Когда тот вышел, Новицкая вздохнула, – у всех тайны, секретные переговоры, только у меня да у Арни ничего такого нет. Пора бы его сводить к драной кошке, Крыська уже намекала, что она ему снится, да и Саша просит беленького котеночка. Пусть мальчик порезвится.

Пока Гелена Казимировна предавалась своим мыслям, и занималась готовкой, Забелин рассказал Истоминой о Саше, своих поисках и собственных выводах. – Анна Сергеевна, разве можно влюбиться в пяточки и в девушку со спины? Чушь какая-то.

– В жизни всякое случается, может это не влюбленность, а предчувствие любви.

– У вас тоже такое было, когда встретили генерала? – покраснев, спросил Максим.[2]

– У меня ничего такого не было, – засмеялась Истомина. Правда, когда увидела первый раз, на сердце стало неспокойно. Ладно, хватит лирических отступлений, что делать будем. Услышав предложение Забелина, она задумалась, без Гели нам не обойтись, она у нас главный режиссер – постановщик. Пойдем к ней.

Быстро сообщив обо всем, в том числе и о предложении Максима, Истомина выжидательно уставилась на подругу. Та немного подумала и выложила свои соображения. Гелька, ты гений! – воскликнула Анна. Потом они идут к нам…

– Ни в коем случае, ты будешь в кресле ерзать, Ромео маяться под дверью, а девушка пребывать в недоумении. Поэтому после их встречи звонишь, отменяешь визит, и дальше пусть Саша разбирается сам.

– Пожалуй, ты права. Как, Максим, годится Гелин план?

– Вполне, когда приступаем?

– Если вы часов до пяти вечера решите с Громовым свои проблемы, то можно и сегодня. Вот и он, легок на помине, – сказала Истомина, посмотрев в окно.

– Чего это вы сидите такие загадочные? – спросил тот, входя в гостиную. Крыська еще не объявлялась?

– Какой быстрый, чтобы выполнить задание, время нужно. Ты девочке все правильно объяснил? Она поняла? – спросила Анна Сергеевна.

– Надеюсь, а я вашу газету купил, прочитал первую статью Маши об Америке. Классно написано, умно, глубоко, и без соплей. Молодец, ничего не скажешь. Я все думал, кого она мне напоминает, и понял, у нее глаза как у Крысечки, большие и круглые. И еще челочка на лбу. Да, мамусик вам всем привет передавала. Я ей звонил, рассказал, как вы брали воришек, и как девочка подушечкой хвасталась, она смеялась до упада. Теперь вот переживаю, как она воспримет мой переезд в Москву, – вздохнул Громов.

– Не волнуйся, Саша, все образуется, она ведь не одна остается в Волжске, а с близким человеком. Он ее и защитит, и поможет, и поддержит, – произнесла Истомина.

– Только это меня и успокаивает. Очень вовремя они с Егором Антоновичем встретились. Гелечка, не испить ли нам чайку с вареньицем. А также с сырочком и печеньицем.

– Ну, ты, Саша, и троглодит, – засмеялся Забелин. Но думаю, чаепитие придется отложить, наша барышня с Найтом бегут. Мой пес лает, сигнал подает.

Громов вскочил и бросился к двери. Крыся важно вошла в гостиную, следом за ней Найт. – Ну не томи, рассказывай, нашли что-нибудь? – торопливо спросил он.

Собачка выдерживала паузу. – А пощекотать? – грозно сказала Анна Сергеевна. Крыся возмущенно тявкнула и, оскалившись, кивнула.

– Макс, поехали, – скомандовал Громов. Собаки, быстро в машину, будете дорогу показывать.

Подруги остались одни. – Анечка, тебе не кажется, что Громову понравилась Маша, все время разговор о ней заводит.

– Проведем операцию, посмотрим, что будет дальше.

– Вдруг он ей не по душе, она девушка с характером, со своими взглядами и принципами.

– А ты бы перед Сашей устояла?

– Ни в жизнь, сразу бы сказала: я вся твоя, – хихикнула Гелена Казимировна.

– Я тоже, – засмеялась Анна, лишь бы у них все было серьезно. Может, обедом займемся, чем кормить мужиков будем?

– Пока ты с Максимом секретничала, я гороховый супчик сварила на копченых косточках. Дворник Василий с утра курочку принес, мы ее быстренько пожарим, у нас еще молодая картошечка есть, помидоры огурцы и зелень-мелень с его же огорода. Да, Саша на рынке цветную капусту купил и свежую рыбу, я ее почистила, и в холодильник бросила, это будет нам на ужин. Может, рулетик с маком испечем? Мужички любят чай пить со сдобой.

– Гель, когда они все переженятся и нарожают детей, ты тоже будешь всех кормить, угощать, баловать?

– А как же. Но готовить заставлю невесток под моим присмотром и руководством. Хватит, подруга, болтать, бери фартук, пора делом заняться.

Крыся сидела на руках у Саши и боялась пропустить нужный поворот. Когда они в Ракитовке разыскивали Варю, все было просто.[3] Поворачиваешь голову налево-направо и едешь без всяких правил дорожного движения, в деревне их все равно никто не соблюдает. А в городе столько знаков нагородили, что можно растеряться. Хорошо, что Найт поправляет, если она ошибается. Но в одном месте они так запутались, что Забелин припарковал джип в переулке и предложил пробежаться. Собаки выскочили из машины, покрутились на месте и дружно ринулись за угол.

– Кажется, они нашли дорогу, – обрадовался Громов. Ты хоть знаешь, куда мы забрались?

– Догадываюсь, – улыбнулся Максим. Если это то, о чем я думаю, место идеальное, лишь бы здание было в приличном состоянии. Когда-то здесь были владения горзеленстроя, видишь дом – это их контора. На заднем дворе техника стояла, кругом цветы, клумбы. Увидев открывающуюся дверь небольшого строения, он быстро скомандовал, – Крыся, Найт, в кусты, и чтоб вас никто не видел.

– Кто такие будете, господа – товарищи, – остановился метрах в трех от друзей немолодой, но крепкий мужчина с охотничьим ружьем в руке.

– Грамотно действует, мужик, – подумал Забелин, и выправка сохранилась, не иначе как бывший военный.

– Бизнесмены мы, хотим здание осмотреть, может, купим или в аренду возьмем, – пояснил Громов.

– Из вас такие же бизнесмены, как из меня Карл Маркс. На братков тоже, вроде не похожи, морды больно умные. Так чего надо?

– А вы собственно кто? – попытался сменить неудобную тему Максим.

– Дед в пальто, вот кто. Сторожем работаю.

– Что же тут охранять, если дом пустой? – удивился Саша.

– А мне без разницы, на пост поставили, жилье дали, вот я и выполняю поставленную задачу.

– Военный пенсионер? – спросил Забелин.

– Ишь, глазастый какой, сами из ментов будете или в другом ведомстве служите?

Друзья переглянулись и предъявили документы.

– Это другое дело. Пошли, покажу контору, хотите в ней поселиться подальше от шума городского?

– Типа того, – буркнул Громов, недовольный тем, что их так быстро раскусили.

– Ты капитан, не досадуй, я по гарнизонам помотался, разведкой командовал, в людях разбираюсь. Когда наши войска из Германии начали выводить и выгружать в чистом поле, плюнул на все это безобразие и ушел в отставку в звании майора.

– Что ж один кукуешь, семья где? – спросил Максим.

– А то мое личное дело и оно вас не касается. Вы лучше собак своих зовите, чего они по кустам прячутся. Я всю свору еще утром приметил, больно организованная она. Долго за ними в бинокль наблюдал, пока не обратил внимания на вашу пигалицу кривоногую. Сама ниже травы, а здоровыми дворнягами руководит. Решил, что неспроста все это, потому и ждал гостей. Заходите в дом, смотрите, он в целости и сохранности. Меня Степаном Ивановичем зовут, а можно просто дед.

Пока друзья осматривали здание, он курил на улице и вздыхал, понимая, что скоро придется искать новое жилье. Внезапно к нему подбежала Крыся, покрутилась, подняла голову и тявкнула.

Забелин выглянул из дома и улыбнулся. – Дед, она к тебе на ручки просится, за своего признала.

– Ах, ты моя кралечка, не уж-то чувствуешь, что мне хреново? – подхватил он собачку. Это твой друг? – показал сторож на Найта. Крыся кивнула. Серьезный парень, сразу видно, в обиду тебя не даст. Ну что, господа полицейские, подошло здание, соответствует вашим требованиям?

– Вполне, – ответил Громов. Как же тебе, дед, удалось его так сохранить?

– А чего тут сложного, я принял дом года два назад в хорошем состоянии, бомжей не пускал, от лихих людей отстреливался, авторитетами стращал, а если что от времени рушилось, подправлял, ремонтировал. Мне все равно не хрен делать, а так какое-никакое занятие.

– Не знаешь, кому здание принадлежит?

– Поговаривали, что какому-то братку, но я его в глаза не видел. В последнее время здесь вообще никто не появлялся, может, забыли. Мне когда отсюда выметываться?

– Ты что, дед, никто тебя не выгоняет. Нам такие ответственные и наблюдательные люди нужны, будем вместе работать, тем более что Крыська за вас поручилась, правда, девочка? – засмеялся Забелин. Та важно кивнула головой и оскалилась.

– Раз так, я согласен, – голос Степана Ивановича дрогнул. Документы будете смотреть?

– Обязательно, – ответил Громов. На пенсию живешь? Не бедствуешь?

– А мне много не надо, кое-какая одежонка есть, на еду хватает, за жилье не плачу. Иногда язва прихватывает, так лечу народными средствами, помогает. Мои какие теперь действия?

– Все те же, только двор позади здания расчисть, там машины будем ставить. Когда сюда переедем, разберемся, чем будешь заниматься, – сказал Забелин.

– Ребятки, может чайку? Ничего крепкого я не держу.

– Спасибо, труба зовет, так что в следующий раз, – улыбнулся Саша. Ты, дед, главное не болей, очень нам будешь нужен. Девочка, прощайся со Степаном Ивановичем, поехали.

– Ах, ты моя кралечка, – прижал тот Крысю к груди, забегай в гости со своим дружком, когда время будет. Собачка прислонилась к подбородку старика и недовольно тявкнула.

– Что, укололась? Ну, извини, теперь буду бриться каждый день. Капитаны, в случае чего, как вас найти? Мобильник у меня есть.

– Записывай мой номер, – сказал Максим, забирая собачку, когда скучно станет, тоже звони.

Они молча шли к джипу, первым не выдержал Забелин, – Саша, скажи, как можно…

– Давай не будем обсуждать этот вопрос, на душе и так тошно. А этот мужик еще послужит. Надо срочно узнать, кому принадлежит здание, и пробить Степана Ивановича. Ты видел, живет в сараюшке, а чистоту и порядок поддерживает, не сдается старик. Заедем, купим мясных косточек нашим разведчикам, пусть Крыся подкормит свою свору. Признавайся, девочка, это ты нашла такой замечательный особняк?

Та подумала, вздохнула и промолчала. – Неужто Найт? – обрадовался Максим. Пес поднял голову и ощерился. Молодец, видишь, Саша, какой толковый боец растет.

– Еще бы, – улыбнулся Громов, у него же такой учитель, правда, мордуленция? Крыся довольно фыркнула. Она приметила это место еще тогда, когда три дня гойдала по городу с дворнягами и Найтом и не ночевала дома, но немножко про него забыла. Зато Найт вспомнил сразу, потому что она очень толково объяснила, чего от них хочет Саша. Так что ее заслуга в поисках тоже есть. Собачка закрыла глазки. Сегодня она уже набегалась да и перенервничала, пока они ехали на джипе. Теперь ей хотелось побыстрее оказаться в объятиях Арни и немножко поспать, чтобы к вечеру быть бодрой. Есть у нее подозрение, что дамочки готовят какую-то операцию, и ее она никак не может пропустить.

Анна с Геленой накрывали на стол, когда джип въехал во двор.

– Судя по вашим довольным лицам, съездили удачно, – заметила Истомина. Максим, несите девочку наверх, только лапки помойте, в ванной комнате ее полотенечко на батарее. А Найт где?

– В машине, любит он джип, без надобности никогда из него не выйдет. Пес мой сегодня отличился, Крыся сказала, что это он нашел нужное нам здание.

– Макс, нам бы косточки своре подкинуть. Награда должна быть своевременной, чтобы остаться незабываемой, – засмеялся Громов.

– Может, сам съездишь, а я Крыську уложу. Найт подскажет, где искать дворняг. Здесь неподалеку небольшой пустырь есть, они там тусуются.

Как только Саша уехал, заговорщики еще раз обсудили план действий. – Я вот что думаю, а вдруг наш Ромео не увидит Машу, не хотелось бы ему намеки делать, а то он потом на раз все просчитает, – произнес Забелин.

– А мы Крысю привлечем, – сказала Анна Сергеевна. Все, я звоню и назначаю встречу.

– Аня, ты включи громкую связь, чтоб мы слышали. Вдруг придется что-то менять, вместе быстрее сообразим, – подсказала подруга.

– Машуня, привет. Прочитала твой первый репортаж из Америки, понравился. Кстати, Саша тоже его высоко оценил. Может, заскочишь ко мне сегодня, посидим, поболтаем, чайку попьем, как у тебя со временем?

– Здравствуйте, Анна Сергеевна, – раздался веселый голос девушки. Спасибо за добрые слова, к встрече готова, в пять освобождаюсь, через двадцать минут буду у вас.

– Ты все в сарафанчике бегаешь, к концу дня дождь обещают, не простудишься?

– Нет, я сегодня на интервью была, пришлось джинсы надевать и футболку. Все как вы учили, никакого декольте и мини юбки, чтобы не отвлекать от беседы клиента. И каблуки для солидности, – засмеялась Маша.

– Вот и славно, тогда я тебя жду. Истомина отключила телефон, – кажется, все складывается как надо.

– А как же пяточки, это же главная примета, – встревожился капитан.

– Максимушка, кто ж в такую теплынь туфли носит, девушка в босоножках будет, – засмеялась Гелена Казимировна. Внимание, Саша едет, пойду дверь открою.

– Как прошло награждение? – поинтересовался Забелин.

– Как по нотам, твой пес оказался талантливым учеником. Представляете, выскочил из машины, полаял, Бим и Бом выстроили в ряд всю свору и Найт произнес приветственную речь. Собаки гавкнули в ответ, ну а я рот раскрыл от удивления и забыл про награду. Все-таки спецназ – это одно, а тут штук десять дворняг. Найт повернулся и так укоризненно на меня посмотрел, что я покраснел. Когда все высыпал на травку, никто не бросился, все чинно подходили, брали по одной косточке, отходили в сторону и хрумкали. Бим и Бом бдительно следили за этой процедурой. Я вообще обалдел, что было дальше, не знаю, мы с Найтом укатили. Но подозреваю, что спецназ себя не обидел и остатки слопали по праву командиров. Между прочим, я тоже чего-нибудь бы съел, от запахов уже слюнки текут.

После обеда Громов и Забелин удалились в гостевые комнаты, чтобы заняться поиском хозяев обнаруженного здания и пробить биографию деда, а Истомина поднялась наверх, где Крыся лежала на диванчике в объятиях кота. – Девочка, вставай, дело есть, – шепнула она. Та быстро вскочила и, оказавшись на руках у Анны Сергеевны, довольно оскалилась. Все-таки без нее никак не могут обойтись, так что пусть Найт особо не задирает нос. Выслушав задание, собачка довольно тявкнула.

Когда Максим и Саша вошли в гостиную Гели и заявили о своем намерении прогуляться по парку, она выскочила следом за ними и потрусила, стараясь быть незамеченной.

– Аня, ты уверена, что Маша пойдет через парк? – забеспокоилась Гелена Казимировна.

– Конечно, это же самая короткая дорога к нам, сама всегда так ходила. Я вот думаю, может Найта отправить за Крыськой, пусть ее охраняет. Как бы малую кто не обидел.

Выпустив пса из машины, и объяснив ему задачу, Истомина вернулась в дом. Подруги напряженно молчали.

– Как считаешь, получится у нас задуманное? – не выдержала Гелена.

– Крыська постарается, любит она романтические истории, помнишь, как радовалась, когда Андрей впервые мне признался.[4]

– Ага, и приволокла со спецназом ромашки, которые нарвали в соседнем дворе. Сколько тут времени прошло, а как наша жизнь изменилась, – улыбнулась Гелена Казимировна.

Пока подруги предавались воспоминаниям, Максим и Саша сидели в парке на скамейке, болтали и ели мороженое.

– Вот оно у вас вкуснючее, наверное, я еще куплю, не возражаешь? И не дождавшись ответа, Громов направился к киоску.

Возвращаясь назад, он увидел Крысю, которая, не торопясь, трусила по аллее.

– Вот это да, неужели у нашей девочки здесь романтическое свидание, подумал он, провожая взглядом собачку, и вдруг увидел пряменькую спинку, ровненьки ножки и волосы, закрученные в узелок. Громов быстро догнал девушку и посмотрел вниз: круглые пяточки с любопытством выглядывали из-под джинсов.

– Простите, – подошел он к незнакомке, плохо соображая, что говорить дальше, и остолбенел.

– Маша, это вы?

– Саша, это я, и оба рассмеялись.

– Случайно не к Анне Сергеевне идете?

– Угадали. А зачем вам два пломбира?

– Друга хотел угостить, но думаю, он меня простит, если узнает, что его порцию съела очаровательная девушка. Берите и не говорите, что в нем много калорий, и это может повредить вашей фигуре.

– Не скажу, потому что тоже люблю наше мороженое.

Забелин, наблюдавший издалека за этой картиной, быстро набрал номер. – Анна Сергеевна, есть контакт, действуйте.

– Маша, можно я вас провожу, тем более что нам по пути, – произнес Громов.

Девушка не успела ответить, так как у нее зазвонил мобильник, и она услышала голос Истоминой.

– Машуня, у меня форс мажор, и встречу придется отложить, ты извини меня ради Бога и не обижайся. Я, наверное, испортила тебе вечер.

– Совсем нет, мы случайно встретились с Сашей в парке, и он кормит меня мороженым, – весело ответила та.

– Тогда приятной вам прогулки. До свидания, и еще раз извини меня.

Анна с довольным видом отключила телефон. – Гелечка, все в порядке, пора отзывать Максима и Крысю.

Когда появился Забелин, подруги забеспокоились. – А где девочка? – спросила Анна Сергеевна.

– Не знаю, позвал ее, а она обернулась и побежала за ними, – обиженно ответил Забелин.

– Не волнуйся, Максимушка, Крыська проследит за ребятами, а потом еще и доложит, целовались они или нет, – засмеялась Гелена Казимировна.

– Не может быть, – изумился тот.

– Еще как может, когда Варя с Федором женихались, она за ними следом бегала и все нам рассказывала.

– А не поздновато для Крыси, скоро темнеть начнет, вдруг ее кто-то обидит?

– Мы Найта для охраны послали, так что не переживай.

– Анна Сергеевна, как вы думаете, у Саши с Машей что-нибудь получится?

– Хотелось бы. Я все надеялась, что они с Димочкой поженятся, но не случилось.

– Ничего, у сыночка все еще впереди, зато мы нашу девочку отдаем в хорошие руки, – вмешалась Гелена Казимировна.

– Когда уж вы меня куда-нибудь определите, – грустно усмехнулся Максим.

– Ты свое счастье сам найдешь, если не веришь, спроси у Крыськи, – сказала Гелена. Не знаешь, когда Саша уезжает?

– Собирался через два дня, но учитывая новые обстоятельства и грядущие выходные, может и задержаться. Кажется, Найт лает, пойду, открою дверь.

Крыся важно вошла в гостиную, следом за ней пес.

– Докладывай, чем занималась наша молодежь? – потребовала Истомина. Собачка покрутила головой.

– Неужели просто гуляли?

– Та кивнула головой и вздохнула. Потом возмущенно затявкала, показывая на Найта.

Понятно, тебе не понравилось, что он тебя охранял и раньше времени заставил идти домой. И правильно сделал, – сказала Анна Сергеевна. Потом схватила на руки собачку и чмокнула ее в нос. Молодец, главную задачу ты выполнила, теперь нашим влюбленным не нужны наблюдатели.

Крыся успокоилась, она переживала, что из-за Найта не до конца проследила за Сашей и Машей.

Близилась полночь, но подруги не спали, прислушиваясь к повороту ключа. Когда скрипнула дверь, Гелена Казимировна напряглась. Но услышав осторожный стук в апартаменты Анны, облегченно вздохнула. – Наш мальчик жаждет исповедаться, значит, Маша его серьезно зацепила.

– Анна Сергеевна, извините, я увидел, что у вас окно светится, вот и зашел поговорить, – смущенно сказал Громов. Ничего, что так поздно?

– Ничего, я все равно не сплю, откладывая в сторону книгу, – ответила она. Ну и чего мы молчим?

– Нет, я, пожалуй, пойду, простите меня, – подхватился Саша.

– Сидеть, – прикрикнула Истомина. Что, влюбился по уши и не знаешь, как сказать?

– Ага, – радостно улыбнулся Громов. Мы весь вечер разговаривали, но я не помню, о чем. Все смотрел на Машу и хотел только одного – схватить ее на руки как Крыську, прижать к себе и никогда не отпускать. Может, вы узнаете, как она ко мне относится, – жалобно произнес он.

– Если наша девушка целый вечер провела с тобой, значит, ей было хорошо, – засмеялась Анна Сергеевна.

– Правда? – облегченно выдохнул Саша, я тогда пойду, спокойной ночи.

Услышав, как уходит Громов, Крыся не выдержала, соскочила с диванчика, и поскреблась в дверь к Анне.

– Ты почему не спишь? – шепотом спросила та, впуская собачку. Ты такая же любопытная как Геля. До утра дотерпеть не можешь. Не смотри на меня, все равно ничего не скажу. Совсем разбаловалась, все ей надо знать сразу здесь и сейчас.

Поняв, что Аня настроена категорически, Крыся прибегла к безотказному оружию. Она вздохнула и выдавила две слезинки.

– О Господи, подхватила ее на руки Анна Сергеевна, – зачем же сразу плакать. Да, Саша влюбился в Машу и, кажется, серьезно. Раскрою тебе секрет, только ты не зазнавайся, он сказал, что у нее такие же глазки и челочка, как у тебя. Довольна?

Собачка тут же заерзала. – Надо срочно сообщить Арни эту новость. Оказывается, Саша влюбился в Машу потому, что она такая же красивенькая, как я.

– Ладно, иди уж, шантажистка. И откуда ты такая взялась, – вздохнула Анна Сергеевна, закрывая дверь.

Когда утром Забелин заехал за Громовым, тот уже сидел на кухне и молча ковырялся в тарелке. Максим удивленно взглянул на Гелену Казимировну, она пожала плечами. – Хоть ты, Максимушка, поешь, а то твой друг совсем аппетит потерял. Или невкусно?

– У вас, Гелечка, всегда вкусно, просто не хочется, – машинально ответил Саша. Извини, Макс, я вчера исчез и тебя не предупредил.

– Не бери в голову, я же видел, что ты с девушкой познакомился, а это уважительная причина. Ну что, погнали. Гелечка, я есть не буду, а рулетик с маком мы берем с собой.

Когда друзья уехали, Гелена Казимировна не вытерпела и выглянула за дверь. – Спит подруга, тут такое творится, а она дрыхнет. И Крыська не встает, значит, ночью что-то случилось.

– Не майся, – появилась на лестничной площадке Анна Сергеевна, я уже иду.

– Анечка, представляешь, Саша не стал завтракать, уж не заболел ли он?

– Его болезнь зовется любовью, – засмеялась Истомина.

– Да ты что, – всплеснула руками Гелена Казимировна, – мальчик все-таки влюбился. А как же Маша, может, позвонишь ей, поинтересуешься, как она относится к Саше.

– Нет, уж, пусть сами разбираются.

– Что-то Крыська не появляется, обычно в это время она уже лопает, не заболела ли?

– Дрыхнет без задних ног, потому что тоже ждала Ромео, а после нашего с ним разговора явилась ко мне, требуя подробностей. Не хотела я ей ничего рассказывать, но эта морда расплакалась, пришлось сдаться. Шантажистку вырастили в собственных рядах. Ну-ка выходи, хватит подслушивать, заметив маленькое ухо за дверью, – строго сказала Истомина. Крыся с независимым видом вошла в кухню, следом за ней явился Арни. Геля, ты посмотри, она еще и котяру притащила для защиты и поддержки. Вот что с ней делать?

– А ничего, раз она такая уродилась, то уже не перевоспитаешь. Поешьте, детки, Арни – рыбка, а девочке сырок и печеньице. Я все думаю, Аня, откуда она взялась, где родители, почему бросили такую малютку под кустиком, где я ее нашла. Ты не спрашивала ее об этом?

– Пыталась, но она молчит, может, не знает или не хочет говорить. В это время у Истоминой затренькал телефон. – Доброе утро, Саша. Что, Маша не отвечает? Да не волнуйся ты так, не игнорирует она тебя, сейчас в редакции летучка, вот и отключила мобильный. Потерпи немного. Пока. Кажется, наш парень совсем потерял голову.

– Аня, мне так жалко мальчика, ты видишь, как он страдает, может, как-нибудь поможем?

– Ты же знаешь, Гелечка, там, где двое – третий лишний. А чтобы ты не переживала, давай Крысю расспросим. Ваше высочество, вы уже насытились? Не соизволите ли уделить нам свое внимание? Собачка задрала голову и взглянула на Гелену Казимировну. Та схватила влажную салфетку, – аристократка, блин, пока не вытрешь ей мордочку, не отойдет от миски. Не удивлюсь, если она вдруг перед сном ванну потребует, а перед завтраком в душ запросится. Все, клиент чист и доволен. Выкладывай, Маша хорошо относится к Саше? Крыся оскалилась. Очень, очень? Собачка дважды кивнула и побежала к двери. Ну и, слава Богу, теперь я спокойна. Аня, кажется к нам гость, пойду открывать.

– Алексей, наконец-то ваш отпуск закончился, а то мы уже соскучились, обрадовалась Анна Сергеевна. А я еще больше, – засмеялся лейтенант Дубинин, он же участковый и давний друг обитательниц дома. Где наша красавица, иди ко мне на ручки, поцелуемся, смотри, что я тебе принес. Он вытащил из пакета баночку. Это клубничное варенье, сам варил для тебя. Ты ведь любишь манную кашку с вареньицем, как поешь, так и меня вспомнишь. Ну а дамочкам двухлитровочка, будете чаи гонять под разговоры разные.

Крыська лизнула руку Алексея и затявкала. Монолог ее длился довольно долго. – Да ты что, вот это столько событий произошло без меня? Спасибо, что сообщила, буду знать. С Найтом дружишь? Собачка оскалилась. – А любовь с подполковником Фоменко продолжается? Та тяжело вздохнула.

– Понятно, он давно не появлялся. Но ты на него не сердись, сама знаешь, служба. Крыся заерзала, Дубинин спустил ее на пол, она подбежала к Арни и тявкнула. – Я не понял, причем здесь кот.

– Это она намекает, что его пора отвезти к драной, рыжей кошке, во-первых, он по ней соскучился, а во-вторых, Саша Громов требует беленького котеночка, иначе заберет у нас Арни, – пояснила Гелена Казимировна.

– Не переживай, девочка, выполним твою просьбу, я тебе обещаю. Только одно дело надо сделать, – вздохнул лейтенант.

– Алексей, вы сначала расскажите, как отдохнули, а потом займемся вашей проблемой, – улыбнулась Истомина.

– Отпуск провел в трудах праведных, с отцом и братом крышу на доме перекрывали, потом косметический ремонт делали. В общем, хозяйством занимался. Ничего интересного. А сегодня вышел на работу и сразу навалилось. Представляете, рано утром недалеко от вас три гаража ограбили.

– Неужели никто из хозяев ничего не услышал? – удивилась Истомина.

– В том-то и дело. Понимаете, там два двора отделены каменным забором, к нему пристроили гаражи, которые примыкают друг к другу. Так преступники вскрыли не ворота, а заднюю стенку из соседнего двора. Выбили несколько кирпичей, проникли в средний. Потом из него через смежные стены, попали в остальные гаражи. Вынесли запчасти, инструменты, магнитолы, машины раскурочили. Но и это не все. Бандиты вчера ночью отметились в гаражном кооперативе, где действовали по такой же схеме.

– Но там же сторож, собаки, видеокамеры, – заметила Анна.

– Часть записи стерта, охранник в реанимации. О нем отзывы самые положительные, говорят, что не пьющий, дисциплинированный и очень ответственный. Вероятно, украденное вывозили на машинах, вот и пристукнули мужика заранее. Врачи к нему никого не пускают, а время идет. Оперативники сейчас рынки проверяют, может ворованные запчасти обнаружат, но сами знаете, сколько их у нас за городом, за две недели не обойдешь. А может, награбленное в другом месте будут сбывать. Вот такая у нас проблема.

– Алеша, не унывай, я сейчас надеваю шляпку, берем Крысю и начинаем действовать, – бодро сказала Гелена Казимировна.

– Думаю, и спецназ надо с собой взять, мало ли какие собаки в гаражном кооперативе, если мы туда тоже отправимся, – задумчиво сказала Анна Сергеевна. Девочка, зови своих дворняг.

– Я тогда жду вас в машине, а вы собирайтесь, – повеселел лейтенант. Крыся выскочила следом за ним и затявкала. Бим и Бом вбежали во двор и дисциплинированно остановились возле крыльца. Вскоре появились и подруги.

– Алексей, я что-то не пойму, это ваша «Нива» или нет? – поинтересовалась Истомина.

– Моя, только новенькая. Не стал иномарку покупать, мне наша нравится, а может просто привык. Но Максим кое-что на ней установил, теперь я тоже могу притормозить и блокировать чужой автомобиль, прослушивать разговоры. Только это секрет, не положено участковому такими делами заниматься. Ну, что все в сборе, дамочки, размещайтесь, как вам будет удобнее, Бим и Бом, назад и на пол. Куда едем?

– Туда, где ближе, – улыбнулась Анна Сергеевна. Минут через пять лейтенант остановил свою «Ниву».

– Вон из того двора грабители проникли в гаражи, – пояснил он. Крыся, сидевшая на руках у Гели, негромко тявкнула. – Вижу, девочка, вижу, кажется, на лавочке сидит моя знакомая, пойду с ней пообщаюсь, – сказала Новицкая и вышла из машины.

– Ну-ка, рассказывай, мордуленция, ты всех Гелиных знакомых знаешь? – обратилась к собачке Анна. Та важно кивнула. А эта, откуда взялась? Крыся снисходительно фыркнула. Из пенсионерской тусовки? Ладно, можешь не отвечать, и так понятно.

Алексей рассмеялся, – сколько знаю нашу барышню, не перестаю удивляться ее уму и способностям. И откуда это у нее? Анна Сергеевна, когда генерал приезжает?

– Не знаю, он сейчас с Комаровым в командировке. Ты тоже перейдешь в его отдел?

– Нет, я еще молодой. Борис собирается перевести меня в уголовный розыск, а я и не возражаю, работа интересная, оперА там толковые, буду набираться опыта. Майор очень хотел Федора забрать в отдел, но Андрей Петрович воспротивился. Сказал, что он на своем месте, а грамотные офицеры везде нужны.

– Откуда, Алексей, вы все знаете?

– От Максима, он же мой друг, а я не все время хозяйственными делами занимался, мы с ним общались. Между прочим, клубника с его огорода, сам ее сажал. У него там столько всего растет, что не знаю, как мы управимся со всеми заготовками.

– Мы вам поможем, и Комарова с генералом заставим. Кажется, Геля возвращается, шляпка на боку, значит, что-то важное узнала. Давай, подруга, не томи, рассказывай.

– В общем, так, никто ничего не знает, но по предположению моей знакомой, что-то обязательно должен был заметить военный пенсионер Семенов. Он выходит только в магазин и в поликлинику, а так целыми днями сидит дома и следит за всеми в бинокль. Развлечение у него такое.

– Вот зараза, я же его опрашивал, но он ничего не сказал, – буркнул Дубинин. Ну, ничего, сейчас попрошу Максима пробить по базе этого пенсионера. Раз товарищ не хочет сотрудничать с правоохранительными органами, значит, с биографией у него не все в порядке.

Быстро переговорив с Забелиным, лейтенант предложил проехать на место первого преступления.

– Что вы хотите увидеть, Алексей? – спросила Истомина. Оперативно-следственная группа наверняка там все прочесала.

Дубинин вздохнул. – Хотелось бы узнать, кто приходил к охраннику. Рассматривается версия, что это был кто-то из владельцев гаража. Оперативники их сейчас проверяют, но, сколько времени на это уйдет, неизвестно. Начальство торопит, грабители могут еще где-нибудь отметиться. У нас один выход, просить Крысечку выяснить у сторожевой собаки, кто это был. По-другому не получается.

Кооперативные гаражи располагались между железнодорожным полотном и лесополосой, за которой выстроились в ряд частные дома горожан. Неподалеку через дорогу был переброшен мост, который соединял два спальных микрорайона. Это была та часть Тригорска, которую не снимали для рекламных проспектов и открыток, и не показывали курортникам. Те и сами проживали в подобных многоэтажках, а потому смотреть их не желали.

Лейтенант поставил «Ниву» в лесополосе подальше от шлагбаума и достал бинокль. – Охранник сидит в своей голубятне, у ее стены в тенечке лежит здоровый пес. Как, Крыся, не испугаешься? Собачка недовольно фыркнула. Девочка, узнай, пожалуйста, кому вчера ночью открывали дверь в сторожку. Беги.

– Алексей, а если к охраннику заходил не один человек? – спросила Анна.

– Судя по записям в журнале, с полуночи до двух часов, въехало всего три машины, их владельцев проверили, они вне подозрения. А вот тот, кто ударил охранника, появился позже и скорее всего не въезжал, чтобы машину не засветить. Он мог ее остановить неподалеку от въезда, сказать, что мотор заглох и попросить подтолкнуть автомобиль. Стукнул охранника, въехал, потом стер запись с камеры наружного наблюдения. Но почему собака не тронула преступника, загадка. Вот это да, пес на нашу девочку не реагирует, морду отворачивает и все.

Крыся подбежала к машине и возмущенно затявкала. – Не переживай, моя красавица, сейчас что-нибудь придумаем, – погладила ее по головке Анна Сергеевна.

– Может, ему взятку дать? – предложила Новицкая. У меня бутербродики с собой, прихватила на всякий случай.

– Гелечка, что бы мы без тебя делали, – засмеялась Истомина. Дай пару кусочков колбасы только без хлеба, а то Крысенька не донесет. Бери в ротик, моя хорошая, и иди. Та убежала и быстро вернулась. – Опять не хочет разговаривать? Собачка кивнула, у нее от негодования даже голос пропал. Такого с ней еще не случалось.

– Пора оказывать силовое давление, – сказала Анна Сергеевна. Крыся, поднимай спецназ.

Та тихо тявкнула, Бим и Бом выскочили из машины и потрусили за ней вслед. Увидев подкрепление, сторожевая собака поднялась, но не устояла и упала.

– Здоровучая какая, не иначе как кавказская овчарка, – произнес лейтенант. Но очень слабая, наверное, ее отравили, подбросив кусок мяса с какой-нибудь гадостью, поэтому и не смогла защитить хозяина.

– Скорее всего, но не учли размеров пса, вот он и выжил, – добавила Анна. Кажется, спецназ выполнил свою задачу, собаки перебрехиваются. Алексей, посмотрите, кто там еще бежит?

– Какая-то дворняжка, ей то, чего здесь надо. Анна Сергеевна, я не могу, оказывается это шестерка пса, он ее отправил с Крысей к гаражам. Возле одного из них они остановились. Черт, они в ряд стоят отсюда номера не видно, придется девочку просить, чтобы показала.

– Эту миссию мы доверим Гелечке, – справишься? – засмеявшись, спросила Анна подругу.

– А то, – сдвинув на бок шляпку, – ответила та. Люблю с мужским полом общаться.

– Тогда я вам на шляпку микрофончик прикреплю, интересно же послушать, заодно проверю, как работает, – засуетился Алексей. Я его у Максима выпросил.

Гелена вышла из «Нивы», пошепталась с вернувшейся Крысей и решительно двинулась вперед. Оказавшись на территории гаражного кооператива, она продолжила свой путь. Потом не выдержала и возмутилась, – и где этот старичок-боровичок, такая дама появилась на вверенном ему объекте, и никакого внимания. А может, он просто обалдел, и у него отнялись ноги?

Услышав эту тираду Алексей и Анна так рассмеялись, что даже Бим и Бом навострили свои уши. Они заняли свое законное место в машине после того, как популярно объяснили непонятливому псу, что Крыся крышует полгорода и ему лучше ответить на ее вопросы, чем держать ответ перед собачьим сообществом.

– Ну, наконец-то он узрел мою шляпку, – продолжила Геля, уже спускается со своей голубятни.

– Женщина, что вы здесь делаете? – спросил охранник.

– А вы, собственно кто? – вопросом на вопрос ответила Новицкая, наблюдая за тем, как Крыся все дальше отдаляется от нее.

– Я здесь при исполнении.

– Ну, так и исполняйте дальше, в чем вопрос?

– А в том, что посторонним здесь быть не положено.

– Я не посторонняя, я Гелечка. А вас как звать?

– Василием, – слегка смутился немолодой охранник.

– Приятно познакомиться. Вы Василек возвращайтесь на свою голубятню, а я поищу свою собачку, она где-то у гаражей бегает.

– Это не голубятня, а место моего поста, – обиделся тот.

– Вот и поститесь дальше, – хихикнула Гелена и поспешила к Крысе, которая в нетерпеливом ожидании, крутилась возле железных ворот, на которых белела цифра 53.

– Девочка, – взяла ее на руки Гелена Казимировна, – это гараж того нехорошего дядьки, который охранника стукнул? Собачка кивнула. – Тебя не обманули? Та сердито фыркнула. Ну, извини, пошли к машине, нас там уже заждались. Проходя мимо будки, она крикнула, – до свиданья, Василек, и помахала ему рукой.

Тот высунулся из окна, – пока, Гелечка. Ежели что, заходи, чайку попьем, полюбезничаем. И про себя добавил, – фасонистая дамочка.

Доложив о выполнении задания, Новицкая кокетливо выгнула правую бровь, – ну, как я вам?

– Как всегда, на высоте, – засмеялся Дубинин. Я сейчас отвезу вас домой, отзвонюсь в управление и навещу пенсионера, который в бинокль за всеми наблюдает. Думаю, Максим уже успел на него что-нибудь накопать.

– Алексей, вы не будете узнавать у охранника, кто хозяин бокса? – спросила Анна.

– Зачем, у оперативников есть список всех владельцев, они нашего фигуранта сами пробьют.

– А с собачкой, что будем делать? Она ведь и умереть может, – забеспокоилась Гелена.

– Надо, чтоб эксперты выяснили, чем овчарка была отравлена, там должны остаться следы рвоты, ну, а лечением, наверное, займется руководство кооператива, это же их сотрудник, – не очень уверенно сказал лейтенант.

– Пса надо спасть в первую очередь, – решительно заявила Истомина и быстро набрала номер телефона, – Максим, вы не очень заняты? Быстро изложив суть дела, и выслушав ответ, она распорядилась, – Алексей, езжайте в управление, а мы дождемся Забелина с доктором и будем действовать по обстоятельствам.

– Нет, одних я вас здесь не оставлю, только отзвонюсь оперативникам, пусть берут владельца гаража. Хотелось бы и самому поприсутствовать при его задержании, ну да ладно.

Максим, молча наблюдавший за тем, как все утро Громов терзал мобильник, тихонько вздохнул. Видно, правду говорят, что любовь – это болезнь, а у друга, судя по всему, она протекает в самой тяжелой форме. Поговорив с Анной Сергеевной, он развернул машину и доехал до редакции газеты.

– Саша, свободен, я без тебя обойдусь. Тот широко улыбнулся: спасибо. В три прыжка он достиг входной двери и скрылся за ней. – Вот и ладненько, теперь займемся спасением собаки, – пробормотал Забелин. Остановив джип у ветеринарной клиники, он вошел в здание и заглянул в знакомый кабинет. За столом сидел молодой мужчина в зеленоватом халате и пил чай.

– Николай? – срочно нужна ваша помощь. Простите, я не представился, капитан Забелин.

– А я вас помню, вы с двумя дамами привозили умирающую от голода собаку, – улыбнулся тот. Снова кому-то понадобилось лечение? Сейчас займемся пациентом, где он?

– Километрах в трех отсюда. Во время преступления была отравлена собака, вроде бы кавказская овчарка, но осталась жива. Надо ее спасти и заодно выяснить, чем ее травили. Сможете?

– Только после ее осмотра, я сейчас предупрежу начальство о срочном выезде и возьму все необходимое.

Когда появилась машина Максима, Крыся тут же заерзала на руках у Анны. Ей страсть как хотелось первой поздороваться с симпатичным доктором, который лечил Найта.

– Даже не думай, предупредила ее Истомина. Сиди как мышка и не мешай взрослым. А вообще, запомни, первой лезть на глаза мужчины – неприлично. Он должен сам проявить к тебе интерес, если ты, конечно, стоишь его внимания. Собачка успокоилась, в своей жизни она еще не встречала ни одного настоящего мужчины, который бы не увлекся ее умом и красотой.

Алексей подошел к джипу, быстро переговорил с Максимом и доктором, после чего те направились к воротам гаражного кооператива. Забелин поднялся в будку охранника, ветеринар склонился над псом. Когда капитан спустился вниз, Николай озабоченно сказал, – его надо срочно везти в клинику. Рвотные массы и выделения я собрал, отдам в нашу лабораторию. Ну что, понесли, ох и здоровый, настоящий кавказец. Дубинин, бросился им на помощь. – Ничего, мы сами его дотащим, лучше найди в багажнике одеяло и постели на заднее сидение, – пыхтя, сказал Максим. Когда они уложили пса, из «Нивы» выскочили подруги и Крыся.

– Ну что? – с тревогой спросили они.

– Я почему-то так и думал, что встречу вас здесь, – улыбнулся Николай. Сейчас отвезем пса в клинику, промоем, полечим, жить будет. Хорошая собака, сильная, только общей массы маловато, наверное, плохо кормили. Но это дело наживное.

Пока все разговаривали, Крыся, следуя полученной инструкции, с независимым видом нарезала круги, стараясь особо не приближаться к доктору. Ее терпение уже заканчивалось, как вдруг Николай произнес, – а кто это у нас тут ходит взад-вперед, кто загребает кривенькими ножками и прячет в травке свою неземную красоту? Иди ко мне, девочка, дай-ка я на тебя еще раз погляжу. Наслышан я о твоих подвигах, наслышан, говорят, у вас еще кот необыкновенный есть?

Подруги испуганно переглянулись. – Вам не пора ехать? – дрожащим голосом произнесла Гелена Казимировна.

– Да не волнуйтесь вы так. Я ведь собачий доктор, и пациенты раскрывают мне кое-какие секреты, потому что умею их хранить, – смеясь, успокоил подруг Николай. Поехали, капитан. Крыся, давай прощаться, чувствую, что мы с тобой встретимся еще не один раз. Всем до свидания.

Глядя вслед отъезжающему джипу, Гелена с тревогой произнесла, – что-то побаиваюсь я этого доктора, слишком много он знает, подозрительно как-то.

– Не переживай, раз наша барышня его приняла, значит, он правильный мужик, – улыбнулась Анна.

– Может, с него взять подписку о неразглашении? – предложил Алексей. Скажем, что Крыся – особа государственной важности и распространение сведений о ней карается законом. Посмеиваясь, все уселись в «Ниву» и поехали.

Крыся ерзала на руках у Истоминой. – Да что ж за непоседа такая, не терпится рассказать Арни про доктора? Про то, что он тебя назвал неземной красавицей? Запомни, разговоры о твоей привлекательности слишком преувеличены, так что особо не обольщайся.

Собачка обиженно фыркнула. – Не сердись, девочка, на Аню, она так говорит, чтобы не зазнавалась. Ты у нас, конечно, красавица, но до совершенства еще далеко, – закудахтала Гелена. А ты, подруга, не лишай девушку иллюзий. Может, ей так жить легче и приятнее.

Алексей слушал дамочек, и на душе становилось радостно. Он понял, как соскучился по ним за время отпуска, как не хватало Крыси и вот таких разговоров, наполненных нежностью и теплом. Высадив своих пассажиров, лейтенант поехал в управление.

Войдя в дом, дамы тут же отправилась на кухню, а собаченция попыталась прорваться к Арни, но ее остановила Анна. – Быстро в ванную, не пристало нашей девочке в замарашках ходить. Крыся вздохнула и потелепалась принимать водные процедуры.

– Анечка, я в растерянности, не знаю, кто будет сегодня обедать, пожаловалась Гелена Казимировна. От Саши ни ответа, ни привета, Алексей укатил, Максим неизвестно где. Может, Забелину все-таки позвонить? А то он у нас всегда недокормленный. Очень меня это заботит.

– Не переживай, он уже едет, – увидев в окно джип, – сказала Истомина.

– Максимушка, как хорошо, что вы приехали, сейчас будем обедать, пока все разогревается, рассказывайте, как там наш кавказец, – запела Гелена.

– Говорить особо нечего, его на каталке сразу же куда-то повезли, а Николай меня тут же выпроводил. Сказал, что пса оставляет в клинике до завтрашнего утра, и сам возле него подежурит.

– Собаку держать в клинике не будут, а ей уход нужен, может быть, особое питание, – задумчиво сказала Истомина.

– Я ее к себе заберу, думаю, они с Найтом подружатся, – ответил Забелин.

– А мы тогда с Анечкой над кавказцем шефство возьмем, если надо, кашки будем варить, похлебку диетическую. У меня с давних времен и судочки остались, а вы, Максим, будете заезжать и кормежку отвозить, пока он не поправится. Может, вам на время Арни отдать, помните, как котик Найта быстро вылечил?

– Гелечка, Анна Сергеевна, чтобы я без вас делал? Голос Забелина внезапно дрогнул, и он быстро вышел в ванную.

– Аня, я не могу, – захлюпала носом Гелена Казимировна. Мне так жалко Максимушку, он у нас такой добрый, мягкий и очень одинокий.

– Не забывай, что этот мягкий мальчик получил тяжелое ранение, когда брал опасного преступника и, не задумываясь, бросился под пулю, спасая моего Андрея.[5] Не переживай, с ним все будет в порядке. А вот и наша красотка заявилась, ну что, все успела рассказать Арни, маленькая сплетница?

– Крыська у нас такая болтушка? – вошел в гостиную Забелин.

– Есть такой грех, – улыбнулась Истомина. Коту рассказывает все, даже то, что скрывает от нас. Как там наш Ромео? Надеюсь, мы его сегодня увидим.

– Не знаю, что и сказать, я его никогда таким не видел. Неужели из-за любви можно так голову потерять? И это Громов, для которого завести роман – раз плюнуть. Я же видел, какие взгляды на него бросали девушки, когда мы с ним прогуливались по бульвару. Да от Сашкиной улыбки секретарши во всех приемных млеют и спешат выполнить его любую просьбу.

– Не судите, его так строго, Максим. Наш юноша впервые по-настоящему влюбился, и вся его самоуверенность исчезла без следа, – задумчиво произнесла Анна Сергеевна. А еще ему скоро уезжать, предстоящая разлука страшит, и как разрешить эту ситуацию, он не знает. Вот Саша и страдает.

– Нет, мне такой любви не надо, лучше уж совсем без нее. Подруги переглянулись и едва заметно улыбнулись. – Максимушка, вы что-нибудь узнали про Семенова? – спросила Гелена Казимировна.

– Вы и там успели отметиться? – засмеялся Забелин.

– А то, это же я про него узнала. Надо уметь разговаривать с людьми, – важно заметила Гелена. Личное обаяние и очаровательная шляпка тоже помогают. Аня, не смотри на меня так грозно, я все поняла. В том дворе моя знакомая живет, она про пенсионера и рассказала. Но могу же я себя немножко пропиарить, не выдержав, хихикнула она.

– Да, опять нам достанется от генерала, – вздохнул Максим.

– А мы ему ничего не скажем, – грустно улыбнулась Истомина. Скорее бы они с Борисом возвращались. Не знаете, как долго будет длиться их командировка?

– Нет, – коротко ответил Забелин, и поспешил сменить тему. У этого Семенова сомнительная биография. Сидел по малолетке за участие в массовой драке с применением холодного оружия, потом привлекался за дебош в общественном месте, но главное, он каким-то образом сумел добиться военной пенсии. Если начать копать, то обнаружатся подложные документы, а это уже уголовная статья. На этом Алексей его и прищучит, так что расколется Семенов как миленький. Ну, что, мои дорогие дамы, спасибо за обед, все, как всегда было вкусно, я поехал. Крыся, приходи в гости, Найт по тебе скучает. Да и с кавказцем тебе надо подружиться.

Оставшись одни, подруги загрустили. Первой не выдержала Гелена Казимировна. – Ань, ну ты чего?

– Я все думаю, почему у наших ребят как-то все не складывается. Комаров никак со своей Наташей не разберется. Информация о ней от Максима ничего толком не дает. Мы все собираемся с ней знакомиться, но как-то не получается. Сашу жалко, он так страдает, а помочь ему не можем. Хорошо хоть Димочка счастлив, только про его Николь я ничего толком не знаю. И за Андрея очень переживаю, вот так как-то все сразу и навалилось. А ты чем опечалена?

– Тем же, что и ты. Мы же с тобой как близнецы – братья. Кто матери-истории более ценен? – хихикнула Гелена.

– Ну, подруга, с тобой не соскучишься. Крысенька, ты чего забегала, что-то случилось у кого-нибудь из наших? – встревожилась Истомина. Собачка отрицательно покрутила головой. В это время поднявшийся ветер захлопнул створку окна. – Что, гроза приближается? Тогда топай к Арни, он тебя пригреет и успокоит. Ужас, как боится наша девочка грома, – улыбнулась Анна. Услышав раздавшийся звонок, подруги удивленно переглянулись. – Может, это Алексей? – поспешила к двери Гелена Казимировна.

– Дамочки, ворвался в дом Громов, завтра утренним рейсом улетаю в Волжск, собираю вещи и прощаюсь.

– А как же сегодня, – растерянно начала говорить Гелена, но взглянув на подругу, замолчала. Бутерброды делать? – почему-то шепотом спросила она и бросилась к холодильнику.

– Не успеем, доставай вареную курицу, помидоры, огурцы, сыр, буженину и батон. У Саши наверняка нож есть, – скомандовала Истомина.

– Может, положить бутылку шампанского, пару бокалов, розу и пузатенькую свечу, чтоб красиво было?

– Давай, и еще коробку конфет.

Когда Громов спустился вниз, Гелена Казимировна протянула ему пакеты. Заглянув в них, тот засмеялся, – ох, и люблю я вас, мои дорогие дамочки. Спасибо за все, главное – за понимание. Обнимаемся, целуемся, Крысе привет, она так сладко спит, что не стал ее беспокоить. Я побежал.

– Ну вот, Аня, у Саши уже все складывается. Только не слишком ли быстро?

– Геля, я тебя умоляю, они же взрослые люди, и какая разница, когда станут близки. Давай лучше проверим еще раз наши запасы, чтобы выяснить, что завтра на рынке покупать. Потом готовкой займемся. Думаю, завтра к обеду Максим заскочит, да и Алексей должен появиться, он же обещал сообщить, задержали грабителей или нет. Пока подруги занимались хозяйственными делами, небо за окном резко потемнело, и по стеклу застучали первые капли дождя. – Кажется, гроза будет нешуточная, – заметила Анна.

– О ней еще вчера сообщали по телевизору. Обещали местами даже град, как бы мои цветочки под окном не выбило, – озаботилась Гелена Казимировна. Подруга, по-моему, твой мобильник тренькает. Та схватила телефон. – Да, Машенька, да, конечно, не волнуйся, все будет в порядке. Положив трубку, Истомина рассмеялась. Она спросила, можно ли ей сказать родителям, что из-за грозы я оставляю ее у себя. Саша, наверное, научил. Бедная девочка так смущалась, что еле выдавила все из себя. Врать, конечно, не хорошо, но иногда можно. Особенно, если это никому не вредит.

– Ну что, Анечка, день сложился удачно. Гаражных ворюг разоблачали, кавказскую овчарку спасли, Саше с Машей помогли, а я еще и с охранником познакомилась. Он, конечно, так себе, но, мне кажется, что я на него произвела неизгладимое впечатление. Особенно, когда назвала его Васильком, – хихикнула Гелена. Так что грусть нам ни к чему, готовимся к новому дню. Анечка, тебе не кажется, что у меня начали проявляться некоторые поэтические задатки? В последнее время я стала в рифму говорить. Может, мне надо все это записывать?

– Обязательно, потом издадим сборник под грифом «читать не рекомендуется», и посвятим его твоему Васильку. Обе рассмеялись. – Вот на этой оптимистической ноте, подруга, я тебя покидаю, спокойной ночи, – сказала Истомина и поднялась к себе. Она включила телевизор, чтобы посмотреть новости и незаметно для себя задремала под шум дождя. Резкий звонок снизу заставил ее вздрогнуть. Анна подхватилась и выскочила в холл. Ее опередила Крыся, которая шустро перебирала ножками, спускаясь по лестнице. Гелена стояла у двери, приникнув к глазку.

– Что-то я плохо разберу, кто это, но явно не мужчина, – сказала она шепотом. Открывать?

– Подожди. Анна Сергеевна подхватила на руки собачку. – Девочка, можно? Та кивнула и оскалилась.

Гелена Казимировна распахнула дверь. Перед ними стояла насквозь промокшая девушка.

– Извините, я Наташа – знакомая майора Комарова, вы не знаете, что с ним? – едва справляясь с дрожью в голосе, спросила она.

– Деточка, – запричитала Гелена, – заходи скорее, ты же вся промокла, так и заболеть недолго. Быстро в ванную, все разговоры потом.

– Нет, пока не скажете, что с Борисом, я никуда не пойду.

– Уверяю вас, с ним все в порядке, – улыбнулась Анна. Жив, здоров, скоро вернется.

– Правда? – всхлипнула девушка и разрыдалась.

– А вот этого нам не надо. Пойдем, Наташенька, примешь сейчас горячий душ, наденешь тепленький махровый халатик, выпьешь чайку, и сразу станет легче, – запела Гелена. Отправив девушку в ванную, она взглянула на подругу, – что ты об этом думаешь?

– Что наш Комаров полный дурак. Она его так любит, а он еще сомневается. Сам страдает и девочку мучает.

– Аня, давай Борису так и скажем, нечего стесняться. И пусть немедленно назначает день свадьбы. А если снова начнет колебаться, защекочим. Ты посмотри, Крыська сидит под дверью ванной комнаты, моральную поддержку оказывает. Ишь, уши навострила, и пост боится покинуть, и наш разговор старается не пропустить.

Когда появилась девушка, Гелена Казимировна всплеснула руками. – Наташенька, какая же ты у нас красавица, не зря Борис влюбился, не зря. Та слегка смутилась. Она и вправду была хороша. Темно-русые волосы до плеч, темные брови в разлет, серые глаза, высокие скулы, тонкий нос и полные губы притягивали взгляд. И даже неожиданно твердый подбородок не портил лицо. Садись за стол, я чайку налью, специально для тебя с мятой заварила, а может ты голодная? Так мы тебя быстренько накормим.

– Спасибо, лучше чаю. Вы простите меня, пожалуйста, за то, что так поздно ворвалась к вам. Мне Борис сказал, если станет худо, беги к дамочкам. Ой, извините, это он вас так называет.

– Не извиняйся, мы уже привыкли. Меня зовут…

– Я знаю, Гелена Казимировна и Анна Сергеевна. Боря много о вас рассказывал, и про Крыську, и про кота. Он вас всех просто обожает. У него, правда, все хорошо?

– Да не беспокойтесь вы так, когда он уезжал в командировку, то сказал: пока мы любимы, мы непобедимы. Вы же любите его? – улыбнулась Анна.

– Очень, только мне кажется, что он в это не верит, – всхлипнула Наташа.

– Сегодня нет, а завтра все будет по-другому, – приобняла девушку Гелена. Ну вот, глазки у нас уже закрываются, пойдем, деточка. Это у нас гостевые комнаты, ты здесь поспишь, отдохнешь, утром солнышко встанет, и все печали растают. А платьице твое я в ванной повешу, оно быстро высохнет.

Вернувшись, она вздохнула, – намаялась девочка, видела, какие у нее круги под глазами, ну ничего отоспится, еще красивее станет. Ты не хочешь, подруга, чайку испить с мятой?

– Спасибо, не надо, – улыбнулась Истомина. Я тогда до десяти дрыхнуть буду, а нам с тобой с утра пораньше надо на рынок сходить. А Крыська где, она же все время тут вертелась?

– К себе наверх потопала, деликатная у нас барышня. Поняла, что сейчас лучше не привлекать к себе внимания, вот и удалилась.

– Что-то я в этом сомневаюсь, это чье ухо торчит из-за двери, ну-ка быстро выходи, – скомандовала Анна. Крыся вошла в кухню с независимым видом, потом подняла голову и высунула маленький розовый язычок. – Ах ты маленькая паршивка, мало того, что подслушивала, так еще и дразнится. Я вот расскажу подполковнику Фоменко, как себя ведешь, он тебя сразу разлюбит. Собачка фыркнула. – Что, не веришь? И правильно делаешь, разве такую красавицу можно разлюбить. Гелечка, мы пошли, Крысенька, разбудишь нас часиков в семь? Та кивнула. Хотелось бы мне знать, где у тебя будильник находится, в головке или в попке?

Подруги с рынка возвращались на такси. Вытащив последнюю сумку из машины, Анна Сергеевна случайно взглянула на окна первого этажа. – Геля, ты, их сегодня открывала?

– Нет, – растерянно ответила та, и подруги бросились к двери. Они тихонько вошли в дом и, почувствовав запахи, доносящиеся из кухни, заглянули туда. Наташа стояла у плиты, Крыся вертелась возле нее. Увидев подруг, тихонько тявкнула.

– Что моя маленькая хочет мне сказать? – не поворачиваясь, спросила девушка. Я уже заканчиваю, сейчас наши дамочки придут с рынка уставшие, голодные, а мы с тобой их накормим. Салатик готов, яйца фаршированные тоже, сейчас только сыр подрежу, и все.

– Геля, – шепотом сказала Анна, по-моему, ее надо назначать старшей невесткой. Всех остальных она будет строить самостоятельно. Это ж надо, такое счастье привалило Комарову, а он еще пырхается. Пойдем, поздороваемся.

– Доброе утро, Наташа, одновременно произнесли подруги.

– Ой, вы уже вернулись, а я и не слышала. Здравствуйте. Ничего, что мы тут с Крысей хозяйничаем? Я проснулась рано, смотрю, никого нет, собачечка сказала, что вы ушли на рынок, вот я и решила завтрак приготовить. Только не знаю, где стол накрывать, здесь или в гостиной. Обратив внимание на молчание дам, девушка покраснела, – я что-то не так сделала?

– Наоборот, деточка. Просто мы привыкли сами все готовить, вот и растерялись от неожиданности, – произнесла Гелена Казимировна. Мы только сейчас сумки внесем, продукты в холодильник положим, тогда и к завтраку приступим.

– Давайте я помогу, как же вы тащили такие тяжеленные. А знаете, Крыська не только умная, но и очень хозяйственная. Она мне показала, где мука у вас, где крупа, где сахар. Даже знает, что в холодильнике лежит, и на какой полочке. Я решила зафаршировать яйца шпротами, так наша девочка на баночку указала, ничего не перепутала. Подруги переглянулись. – Это ж надо, а мы таких способностей за ней не замечали, – озадаченно произнесла Анна Сергеевна. Крыся тут же задрала хвост трубой, завертела попой и потрусила наверх.

– Куда это она? – спросила Наташа.

– Побежала рассказывать коту, как вы ее здесь хвалили. Любит малая похвастаться, и никак ее от этого не можем отучить, – улыбнулась Истомина.

– Ладно, тебе Аня, ребенка ругать. Должен же быть у него хоть один недостаток, – вступилась за собачку Гелена.

– Если бы только один, а то целый букет. Очень она у нас любит быть в курсе всех дел и присутствовать при обсуждении самых важных вопросов. А если прогоним, все равно подслушает. Наташа, как вы узнали, что мы на рынке?

– Крыся сообщила. Мне Боря рассказывал, что ей нужно задавать один конкретный вопрос. Куда с утра пораньше могут уйти женщины? Скорее всего, на рынок. Я девочку про него и спросила, она кивнула. Так мы где завтракать будем?

– Я предлагаю на кухне, по-домашнему, – отозвалась Гелена.

– Вот и хорошо, – засуетилась Наташа, вы садитесь, я сама на стол накрою. Ничего, что я драников нажарила, это такие картофельные оладушки. Боря их очень любит и папа. Только их теперь ему никто не готовит, – грустно вздохнула девушка.

– Он один живет? – осторожно спросила Истомина.

– Нет, через два года после смерти мамы привел молодую длинноногую фифу. Она с утра до вечера по телефону с подружками болтает да глянцевые журналы читает. А по вечерам, когда он уезжает в командировку, Елена неизвестно с кем по барам шляется. Вообще, у нас раньше совсем другая жизнь была. Мама с папой поженились еще в геологоразведочном институте и приехали по распределению в Якутию. С весны до осени пропадали в экспедиции, а когда я родилась, папа уговорил тетю Иру, мамину младшую сестру переехать к нам. У нее личная жизнь не сложилась, в Тригорске жила в коммуналке и поэтому быстро согласилась. По сути, она меня и воспитала. Когда родители возвращались из экспедиции, начинался праздник. У нас собирались их друзья, все много шутили, пели песни под гитару, вспоминали смешные случаи. Я сидела где-нибудь в уголке, и чувствовала себя абсолютно счастливой. Когда мамы не стало, папа очень изменился, стал угрюмым, нелюдимым. Потом вдруг занялся бизнесом, и у него как-то все пошло. Только старые друзья куда-то исчезли, и его окружили совсем другие люди. Тогда тетя Ира сказала, что у нас с ними разная группа крови, и дай Бог, что бы твой отец это понял. Ну а с появлением Елены, все совсем разладилось. Тетя Ира вернулась в Тригорск, папа ей здесь двушку купил, я тоже хотела с ней уехать, но он не отпустил. Сказал, что надо сначала закончить одиннадцатый класс, а там видно будет. После школы я не стала никуда поступать. То ли потому, что сама не знала куда, то ли назло отцу. Проболталась без дела целый год, книжки читала, музыку слушала, с девчонками тусовалась, а потом поняла, что надо начинать новую жизнь. Когда собралась ехать к тете Ире, папа вздохнул и сказал, – может, это и к лучшему. Здесь я поступила в торгово-экономический техникум, закончила его с красным дипломом и тут папа с подачи тети Иры подсуетился. Мне сразу же предложили место продавца в магазине «Алмазы Якутии». Там мы с Борей и познакомились. Он тете Ире сразу понравился, она, как-то смеясь, сказала, – если бы я была молодой, отбила бы у тебя Бориса. Еще бы, он ведь самый лучший на свете, – улыбнулась Наташа.

– Конечно, – поторопилась согласиться Гелена Казимировна. Ты ешь, Наташенька, наверное, забыла, когда последний раз ела.

– Не помню, кажется, когда меня тетя Ира перед отъездом кормила. Она к своей студенческой подружке в Москву уехала, а я осталась одна. Мысли всякие в голову лезут, как там Борис, не случилось ли чего. А вчера совсем отчаялась и прибежала к вам.

– И правильно сделала, только не надо так за него беспокоиться, обычная командировка, всю жизнь мужики по ним шастают, – закудахтала Гелена.

– Только после двух таких командировок у него остались два шрама от пулевого и ножевого ранения, – с горечью сказала девушка и густо покраснела.

– Ой, а кто это к нам пришел, кто кота стащил с дивана? – засмеялась Анна Сергеевна. Наташа, это наш Арни, настоящий слонопотам, ужасно ленивый, покидает свое лежбище в исключительных случаях, или по указанию Крыси. Она видно решила, что пора знакомить его с вами.

– Какой же он у вас большой и красивый, от него котятки, наверное, хорошенькими получаются.

– Еще какие. У Арни есть пассия – рыжая драная кошка, хотим им устроить рандеву, заскучал он по ней, да и заявки поступают на котят.

– Я бы тоже взяла себе такого же беленького и пушистого. Ой, что-то я засиделась у вас, мне пора, Боря приедет, а меня не будет ни дома, ни на работе, он забеспокоится. Спасибо вам за все, и еще раз извините за то, что ворвалась к вам среди ночи.

– Да, что ты, Наташенька, – затарахтела Гелена Казимировна, мы очень рады, что с тобой познакомились. Не стесняйся, звони и забегай в любое время. Кстати, твои драники нам очень понравились, мы теперь их тоже будем готовить по твоему рецепту.

Когда девушка ушла, Истомина улыбнулась, – ну, что, подруга, на должность старшей невестки Наташу утверждаем? Наша мордуленция не против? Собачка оскалилась и закрутила попой. Еще бы, это же она познакомила Комарова с Наташей, когда привела его и Максима с Алексеем в магазин «Алмазы Якутии». Потом замерла на месте и затявкала, показывая на Арни.

– Успокойся, девочка, мы ничего не забыли, после обеда повезем котика в гости к зазнобе, я уже договорилась с его тещей, – хихикнула Гелена. Крыся ускакала наверх с котом, вскоре они вернулись с голубой махровой простынкой в зубах у Арни.

– Гелька, ты только посмотри, – расхохоталась Анна Сергеевна, – наша барышня озаботилась удобствами для кота, и требует простынку взять с собой, чтобы ложе любви было тепленьким. Ты бы еще атласную подушечку приперла.

– Не ругай девочку, она у нас добрая, переживательная, не хочет, чтобы Арни простудился, кувыркаясь на травке. Наш мальчик домашний, привык к теплу, к удобствам, не то, что его драная кошка, – вступилась за Крысю Гелена Казимировна.

– Ага, заболеет он, как же. С таким жиром и шерстью кот и на северном полюсе не чихнет.

Собачка не стала дальше слушать перепалку подруг и удалилась с котом наверх. Она прекрасно знала, что Геля обязательно прихватит с собой простынку для Арни.

– Аня, что-то мы заболтались с тобой, пора обед готовить, Алексей с Максимом приедут, а у нас пусто. Какие предложения?

– Я варю фасолевый суп с грибами, а ты тушишь баранину с овощами. На закуску сделаем салат из помидор и огурцов и еще у нас яйца фаршированные остались.

– Согласна, только к чаю у нас ничего печеного нет. Может, поставить тесто?

– Не успеем, пусть пьют с лимоном или вареньем. Геля, кажется, к нам еще одна невестка топает, увидев в окно Машу Гольдман, сказала Истомина.

– Ну, это надолго, – вздохнула та.

– Не думаю, ее дома ждут, беспокоятся. Ромео улетел, Джульетта вся в страданиях. Смешные они, чего мучаются, ведь все у них будет хорошо, – заметила Анна Сергеевна.

– Ты что забыла, как изводилась, когда у вас роман с Андреем начинался? А сейчас прямо такая разумная стала, генеральша, блин, – сердито сказала подруга.

– Гелечка, я тебя обожаю, ты как всегда права, пойду встречать гостью. Увидев напряженное лицо девушки, она улыбнулась, – Машуня, здравствуй, идем, я тебе сейчас кое – что покажу, такое ты еще не видела. Они поднялись на второй этаж и остановились в холле перед диванчиком. На нем, вытянувшись во весь рост на боку лежал Арни и широкой мягкой лапой прижимал к себе Крысю, которая тихонько сопела. Внезапно собачка дернулась и так захрапела, что кот вздрогнул. Прикрыв рот руками, Анна и Маша ринулись в комнату и расхохотались.

– Это ж надо, сама малюсенькая, а такие трели выдает, – отсмеявшись, сказала девушка. Они всегда вместе спят?

– Когда Крыся появилась, у нее было свое место в кресле, но потом они как-то быстро сговорились и пришлось уступить. Друзья – не разлей вода, друг за друга заступаются, сплетничают, своими секретами делятся. У Арни есть пассия, ужас какая хулиганка, так наша мордуленция потребовала немедленно его везти к ней, а то кот, видите ли, скучает. Сегодня вечером устраиваем ему рандеву. И что ты думаешь, как только Крыська узнала о грядущем свидании, приперла махровую простынку, чтобы ее дружку мягонько было кувыркаться.

– А-а-а, – взвизгнула Маша, – я сейчас умру от смеха.

– Вот и хорошо, в себя приходит девочка, – подумала Анна. Чай будешь?

– Лучше воды, а то икать начну.

– Машуня, ну ты как, ничего? Проводила Сашу? – начала разговор Истомина, после того, как девушка отсмеялась.

– Проводила, и теперь сама в растерянности, – вздохнула та. Вы же знаете, какой он, тайфун, цунами и торнадо, три в одном. Примчался в редакцию, пока я дописывала репортаж, перезнакомился со всеми, обаял девчонок, дам и даже мужиков, потом схватил меня за руку и увел. Я начала приходить в себя только в кафе. Смотрю, а девицы так на Сашу смотрят, что просто рассвирепела. Никогда не думала, что могу быть такой ревнивой.

– А он сам поглядывал на них? – улыбнулась Анна.

– Нет, что вы. Мы с ним потом бродили по городу, говорили обо всем на свете, и такое было чувство, будто знаем друг друга всю жизнь. В общем, пришел, увидел, победил, и теперь сама не знаю, что с этим делать. Может, я влюбилась?

– А сама, как думаешь?

– В том-то и дело, что в голове полный сумбур, никогда еще не было, чтобы я вот так безоглядно… Девушка густо покраснела.

– Машуня, любовь всегда бывает безоглядной, если уж накроет, никакой рассудок не спасет.

– Правда? – обрадовалась та. У вас тоже так было?

– Еще как, – засмеялась Истомина.

– Но я так мало знаю о Саше. Он действительно занимается информационными технологиями?

– Тебя что-то смущает?

– Понимаете, Анна Сергеевна, он с моими коллегами общался недолго, но суть каждого просек на раз. Когда в кафе официант принимал заказ, Саша, так пристально посмотрел на него, будто просканировал, причем, было ощущение, что он это делает машинально. А с другой стороны, в информтехнологиях он тоже сечет, и меня это все немножко напрягает.

– Ух, ты внимательная какая, – подумала Анна. – Машунь, тебе что важнее, твой Ромео или его работа?

– Он, конечно, важнее, но работа ведь тоже влияет на характер, и вообще, хочется о Саше знать как можно больше. Ой, извините, от него очередная эсэмеска пришла. Ну вот, пишет, если срочно не откликнусь, прыгнет от отчаяния вниз без парашюта. И что мне с ним делать?

– Любить, Машенька, любить и ни о чем дурном не думать. Саша замечательный парень, вы будете с ним прекрасной парой.

– Правда? Так я побежала?

– Вот коза, на радостях так заскакала, что даже попрощаться забыла, – засмеялась Анна Сергеевна. – Крыська, заходи, твое любопытное ухо давно торчит из-за двери. Та неторопливо вошла в гостиную и задрала голову. – Нечего мне тебе рассказывать, сама ведь все слышала. Признавайся, представление с храпом специально для Маши устроила? Развеселить ее хотела? Собачка довольно оскалилась. Пойдем к Геле обед готовить, артистка погорелого театра.

– Аня, ну как Маша, пойдет к нам в невестки? – спросила Гелена.

– А то. Только учить ее готовить придется тебе. Саша у нас троглодит, а у Машуни с эти делом не очень.

– Не беда, и научим, и покажем, и секретами поделимся. Аня, фасоль готова, дальше суп вари сама. Я баранину уже пожарила, сейчас овощами займусь.

– Геля, ты знаешь, я вчера по электронке письмо от Николь получила. Она интересуется, какое блюдо больше всего любит Димочка и как его готовить.

– Молодец, сразу чувствуется, что наша девочка. И что ты ей ответила?

– Написала сдуру, что он обожает картофельные котлеты с кислой капустой и дала рецепт.

– Почему сдуру. Димочка с детства их любит, а когда из Америки приезжал, так только эти котлетки и требовал. Да и чего их там готовить. Картофельное пюре с мукой и яйцами смешал, жаренной капустой начинил и на сковородку. Потом лопай хоть горячими, хоть холодными.

– Это для нас просто, а Николь спрашивает, как делать кислую капусту. Не буду же я объяснять, как ее квасить, все равно сразу не получится. Посоветовала зайти в любой русский ресторан и там купить. Теперь жду ответа. Гелечка, я больше не могу, – неожиданно всхлипнула Анна. Уже неделя прошла, а от Андрея никаких известий. Когда уже закончатся эти его командировки, сил больше нет ждать.

– Ну, что ты, Анечка, не волнуйся, вот увидишь, если не сегодня, так завтра он позвонит, – бросилась успокаивать подругу Гелена Казимировна. И Крысенька тебе скажет то же самое, правда, девочка? Ты посмотри на нее, она улыбается, значит, все будет хорошо.

– Как же, врет она все. Сейчас целое представление разыграла перед Машей, чтобы ее успокоить, та еще артистка. Продолжения рассказа Гелена не дождалась, так как ожил мобильник Истоминой.

– Андрей, – ахнула та. Наконец-то, у тебя все в порядке, ты где?

– Уже в Москве, Анечка, как там вы, опять куда-нибудь встряли?

– Чуть-чуть. Борис, когда приедет?

– Хорошенькое дело, муж на проводе, а жена другим интересуется.

– Ты знаешь, у нас тут такое случилось, и Истомина быстро рассказала о Наташе, и ее внезапном появлении.

– А вы, конечно, в свахи записались, и когда уже угомонитесь. Майор через пару дней прибудет, только не надо об этом распространяться. Как там Крыся, сопит с Арни на диване или с дворнягами гойдает?

– Нет, крутится возле меня и привет тебе передает. Сегодня по ее требованию везем кота к его зазнобе, он, видите ли, по ней весь исстрадался. И при этом велела взять с собой махровую простынку, чтобы этому половому разбойнику было мягонько.

Генерал от души расхохотался, а потом спросил, – Анечка, ты сейчас где?

– На кухне, с Гелей обед готовим.

– Тогда выйди в гостиную.

– Зачем, что-нибудь случилось?

– Да, я сейчас будут тебе рассказывать, как соскучился, как люблю и хочу, – внезапно осипшим голосом ответил Андрей.

Анна Сергеевна вернулась минут через десять и, не поднимая головы, принялась резать хлеб.

– А что это у нас произошло, откуда смущение такое взялось, – запела Гелена.

Не выдержав, Истомина взглянула на подругу. – Матерь бозка, – всплеснула руками подруга, – глаза шалые, румянец во всю щеку, это сколько же он тебе всего наговорил. Ну, генерал, ну мачо, уважаю. Как хорошо, Анечка, что ты вышла замуж за Андрея. Тебе радостно, и мне на душе легко.

– Вот этого я и боюсь.

– Ну, что тебе опять не так.

– Понимаешь, когда мы общаемся по телефону или он приезжает всего на неделю, это одни отношения, а вот ежедневная совместная жизнь может оказаться совсем другой. И я очень опасаюсь, что наши чувства изменятся, потеряются, сотрутся.

– Аня, ну что ты такое говоришь. Мы ведь с тобой столько лет вместе, и наши отношения не изменились, а стали даже лучше.

– Гелечка, у тебя же ангельский характер. Ты где-то промолчишь, отшутишься или просто пропустишь мимо ушей. А я ведь совсем другая, резкая, иногда категоричная, упертая. Да и Андрей привык командовать, как мы с ним уживемся, не знаю.

– Не наговаривай на себя лишнего, у каждого свои недостатки, но люди ведь как-то притираются друг к другу.

– Только, в молодости это делать намного легче, – вздохнула Анна Сергеевна.

– Ну, началось, хватит ныть, давай будем решать проблемы по мере их появления. А если наш генерал начнет себе позволять лишнее, защекочим, правда, Крысечка? Но та вопрос проигнорировала, потому как сочла данный разговор неконструктивным. Очень ей нравилось это слово, оно как-то прозвучало по телевизору и сразу запомнилось. Собачке хотелось узнать у Ани, что оно означает, но как про него спросить, она еще не придумала.

– Ладно, закрыли эту тему, – сказала Истомина, слышишь, машины подъезжают, сейчас Максим с Алексеем заявятся. Давай на стол накрывать.

– Анечка, мы не будем звонить Наташе и говорить, когда Борис приедет?

– Нет, Андрей не велел.

– Может, хоть намекнем? Жалко девочку.

– Геля, я все сказала.

– Ладно, молчу, как старый пень в лесу. Ух, ты, слышала, я опять в рифму заговорила. Придется все-таки записывать мои перлы, чтобы ты высекла их на пьедестале моего памятника. А я на нем буду стоять в шляпке. Только еще не придумала, в какой. Аня, ну чего ты смеешься, может, меня впервые посетила эта умная мысль, а тебе все смехахулечки, как говорит наша Варвара. Пойду гостей встречать. Кажется, я немножко развеселила подругу, – пробормотала про себя Гелена Казимировна. – Ну, что, ребятки, проголодались?

– Еще как, – первым заскочил на кухню Дубинин. Запахи у вас тут просто обалденные. Супчик фасолевый, баранинка с овощами и с молодой картошечкой, это я люблю.

– Хватит по кастрюлям шарить, – улыбнулась Анна, быстро в ванную и за стол. Мы все в нетерпении, хотим знать, чем закончились наши вчерашние похождения.

Когда все слегка насытились, и возникла небольшая пауза, Гелена Казимировна грозно сказала, – а пощекотать?

– Не надо, уже рассказываю, – встрепенулся Алексей. Владельца гаража, на который указала Крысечка, оперативники взяли, но тот оказался не причем. Он дал объявление в газету о том, что сдает в аренду гараж и наш фигурант нарисовался. Заплатил за неделю вперед, но мужик оказался ушлым и осторожным. Он уже попадал на кидалово, когда клиенты платили за несколько дней, а потом, сменив замок, пользовались гаражом месяц, и исчезали в неизвестном направлении. Правда, это было давно, когда он в кооперативе еще не состоял. Поэтому, потребовал показать паспорт. И тут арендатор заюлил, начал говорить, что документ дома забыл и непременно завтра привезет. И вообще, в чем проблема, деньги получил, к чему все эти формальности. Хозяин гаража не стал спорить, но проследил за ним, довел хмыря до дома и даже выяснил, какую квартиру тот снимает. Так что задержание преступника было делом техники. Тот особо и не отпирался, у него дома обнаружили кое-что из награбленного, но мелочевку. В гараже, кроме «Нивы», взятой на прокат по подложным документам, он ничего не держал, опасался бдительного хозяина. И подельников не сдавал, где все остальное не знает, и вообще, не понимает о чем идет речь. Короче, виноват, каюсь, готов ответить за содеянное. Опытным оказался, знает, что за преступление, совершенное группой лиц, отвечать придется по полной программе. Про нападение на охранника тоже молчит. Скорее всего, он и отравил кавказца, но этого уже не докажешь. И расследование бы застопорилось, если бы, вы Гелечка, не вышли так быстро на Семенова.

Гелена Казимировна зарделась от удовольствия, – а что, есть еще порох в пороховницах.

– Вы у нас не порох, а настоящая бомба, которая поражает всех своим умом и обаянием, – улыбнулся Забелин.

– Ах, Максимушка, я всегда знала, что только вы один можете оценить мои достоинства в полной мере, – защебетала Новицкая. Аня, не смотри на меня так грозно, я умолкаю и жду продолжения рассказа о моем неоценимом вкладе в дело борьбы с преступностью.

Алексей продолжил. Пятна в биографии Семенова вам известны, но все это у него было в прошлом, Не знаю, как долго мне пришлось бы к нему искать подходы, если бы Максим не указал на военную пенсию, сомнительного происхождения. Вот тут наш пенсионер поплыл и все рассказал. Как только во дворе появились трое неизвестных мужчин, он начал за ними наблюдать из окна в бинокль. Те сначала походили вдоль кирпичного забора, потом один из них влез на него и принялся командовать. Вероятно, указывал подельникам, в каком месте гаражи из соседнего двора примыкают к ограде. Они достали ножи и начали в определенных местах выковыривать цементный раствор. Семенов не выдержал, высунулся из окна и поинтересовался, чем это неизвестные занимаются. Те ответили, что будет производиться ремонт забора, и они выясняют, сколько кирпичей на это потребуется. И вообще, молчал бы дед в тряпочку и не мешал бы людям работать. Пенсионеру это не понравилось и он сфотографировал псевдоремонтников. Представляете? Я у него спрашиваю, зачем снимал их, а он мне отвечает: черт его знает, захотелось. Может, на этот счет у него и были какие-то мыслишки, но сейчас это уже не важно. Пробили клиентов по базе, оказалось, что они недавно вышли на свободу по УДО (условно-досрочное освобождение. От ред.). Взяли их тепленькими, так что теперь следствие ими занимается.

– Алексей, а Семенова будут привлекать к уголовной ответственности за пенсию? – спросила Анна.

Тот вздохнул, – не стал я давать ход этому делу. Дед сказал, что у него рак в последней стадии, я заскочил в онкодиспансер, там подтвердили диагноз. Сколько ему тут осталось, пусть уж доживает на свободе. Потом Дубинин улыбнулся и похвастался, – меня за участие в раскрытии преступления в приказе отметили, а зам. начальника управления отдельно сказал, мол, берите пример с лейтенанта Дубинина, благодаря его умению работать с гражданским населением, преступников задержали по горячим следам. Так что, мои дорогие дамочки, и ты Крысечка, спасибо вам за помощь, я в вечном долгу перед вами.

– Да, что вы, Алешенька, – запела Гелена, не надо нам никаких благодарностей, главное, чтобы на службе было все хорошо, а мы для вас всех всегда готовы, только скажите, правда, Анечка?

– Правда, Гелечка. Максим, как там кавказец, он уже у вас поселился?

– Да, мы привезли его с Николаем ко мне домой, уложили на матрас, который уступил ему Найт, доктор прописал уколы, витамины и особое внимание обратил на питание. Кстати, хороший парень этот доктор, он и Найта осмотрел, сказал, что пес находится в отличной форме, и даже позавидовал мне. Ему давно хотелось завести такую же овчарку, но он живет с мамой, а у той аллергия на собачью шерсть.

– Вот и хорошо, что приютили пса, давайте, Максимушка, рекомендации доктора, мы займемся его питанием, – произнесла Гелена.

– А я вот, что вспомнила, – сказала Анна Сергеевна. Когда мы везли умирающего Найта к ветеринару, то обещали нашей девочке и ее спецназу, наказать тех, кто его выгнал на улицу и заселился в квартиру умершего хозяина. Но так ничего и не сделали, нехорошо вышло. Крыська, которая сидела в кресле, и внимательно слушала разговоры за столом, одобрительно тявкнула. Как вы считаете, Максим?

– Я согласен. Сначала соберу информацию на новых хозяев, а потом решим, как дальше будем действовать.

– И как вы это себе представляете, – вмешался Алексей. Заявитесь к ним на квартиру и погрозите пальчиком, зачем собачку обидели? Они вас выпрут и слушать не станут. Ничего у вас не выйдет. Тут Крыся не выдержала, соскочила с кресла и возмущенно затявкала. Дубинин подхватил ее на руки, – ух ты, какие мы сердитые, какие негодующие. Тебе бы в правозащитники податься, всех бы негодяев обгавкала. Успокойся, девочка, мы что-нибудь придумаем, у наших дамочек головы светлые, да и мы с Максимом не дураки.

– Вот и хорошо, – сказала Гелена Казимировна, собирая посуду, – с одним нашим мужичком мы разобрались, пора и… Внезапно она замолчала и виновато посмотрела на подругу.

Максим с Алексеем переглянулись. – Гелечка, вкрадчиво начал Дубинин, – вы кого имели в виду?

– Да не вас, не вас, – расстроилась та. Аня, будем колоться?

– Придется, – рассмеялась Истомина.

– В общем, так, мы познакомились с Наташей, она нам очень понравилась, и как только вернется из командировки Борис, поставим ему ультиматум: или женись, или…

– Защекочим, – хором ответили все.

– А если папа-олигарх не согласится? – осторожно спросил Забелин.

– Подумаешь, олигарх. Да наша Анечка, может, покруче его будет. Так что еще посмотрим, кто кого.

– Иван Константинович Строев мужик непростой, – задумчиво произнес Максим.

– Как, тот самый Строев, которого часто по телевизору показывают? – заохала Новицкая.

– Во, Комаров влип, – пробормотала Дубинин.

– Это не он влип, а олигарх. Нас голыми руками не возьмешь, и мешками денег не купишь, мы его, если не перевоспитаем, то укротим, – воинственно заявила Гелена Казимировна.

Неизвестно, сколько бы еще продолжался этот разговор, если бы его не прервал Арни, который вошел в гостиную и мяукнул.

– Прости, котик, что-то мы заболтались. Алеша, пора везти мальчика к его пассии, а то он уже извелся весь, – засуетилась Гелена. Анечка, Крыську с собой берем или дома оставим? От такой несправедливости собачка подпрыгнула на месте. Она предприняла столько усилий, чтобы Арни отвезли к подружке, а тут такой облом.

– Да не переживай ты так, – подхватила ее на руки Анна. Геля пошутила, куда мы без тебя. Но предупреждаю сразу, не подслушивать, и не подсматривать, а то подполковнику Фоменко скажу, что ты вела себя в гостях неприлично. Крыся обиженно засопела. – Опять Аня ругается, заплакать, что ли. Но ведь она может и не поверить. Ладно, – вздохнула про себя собачка, придется быть примерной, зато, когда появится любимый Фоменко, ее обязательно похвалят. И тогда он посадит Крысю на свою большую ладонь, осторожно поднимет и прижмет к себе. – Ой, ой, – засмеялась Истомина, как про подполковника вспомнили, так наша барышня и поплыла.

Пока Анна Сергеевна общалась с Крысей, Гелена Казимировна быстро положила в корзину голубую махровую простынку, посадила туда Арни и шепнула, – не волнуйся, котик, наша девочка отвлечет Аню, а я тем временем постелю ее на травку.

Дубинин с Забелиным с интересом наблюдали за сборами и пересмеивались. – Как думаешь, Макс, драная кошка оценит предоставленные удобства, или ей это по фигу?

– Должна, она все-таки дама.

– Ты знаешь, мне иногда кажется, что наши дамочки живут в своем немного придуманном и обособленном от всех мире, где им комфортно и тепло, – сказал Алексей.

– Они действительно создали свой мир, только ни от кого не отгораживаются, а наоборот, вовлекают в него всех, кто встречается на их пути. И нас тянет сюда, потому что здесь отдыхают наши души. Звучит, немного высокопарно, но я так думаю, – произнес Забелин.

– Наверное, ты прав. Все, поехали, как бы наш кот от нетерпения и желания не перегорел. Вот будет позор на нашу голову, – рассмеялся Дубинин. Ты с нами?

– Нет, в аптеку надо заехать и кое-что прикупить для кавказца.

Домой все возвращались в состоянии полного удовлетворения. Умиротворенный Арни мурлыкал в своей корзинке, Крыся хвалила себя за хорошее поведение, Анна Сергеевна про себя посмеивалась над подругой, которая все-таки умудрилась положить на траву простынку, Алексей вспоминал о поощрении в приказе, и только Гелена Казимировна мучилась вопросом, брать в следующий раз атласную подушечку для котика или нет.

Распрощавшись с Дубининым, подруги вошли в дом. – Анечка, может, чайку выпьем с клубничным вареньем, которое Алеша принес? – спросила Новицкая.

– Давай, заодно оценим его кулинарные способности, – откликнулась та.

– Тогда накрывай на стол, а я малышню пойду мыть. Котик, не кочевряжься, водные процедуры тебе положены в первую очередь. Крыся, ты чего уставилась на верхнюю полочку?

– Они желают есть варенье только из своей баночки, – засмеялась Анна.

– Ишь, глазастая какая, запомнила, куда ее поставили. Я уже не понимаю, кто у нас в доме хозяин, то ли мы, то ли они, – притворно вздохнула Гелена.

Покончив с чаепитием и еще немного поболтав, подруги собрались прощаться до утра, как зазвонил мобильник Новицкой. – Гелечка, – услышала она плачущую Варю, – у нас беда.

– Аня, в Ракитовке что-то случилось, запаниковала Гелена Казимировна. Истомина взяла у нее трубку. – Варвара, ты здорова? Федор тоже? Ну, слава, Богу. А теперь успокойся и рассказывай. Я все поняла. Завтра в семь утра выезжаем к вам в деревню, а ты сделай травяной отвар, добавь Гелиного снотворного и дай выпить Федору. Не реви и успокойся, все будет хорошо.

– Ну, что там? – испуганно спросила подруга. – Да все нормально, ребята живы и здоровы, остальное поправимо. В Ракитовке пропала девушка, Федор уже вторые сутки не спит, всех опрашивает, мотается по хуторам и поселкам, но все безрезультатно. Самое непонятное то, что Крысь, молчит. А он копия нашей девочки и обо всем информирует Федю, помогает ему, как участковому. Варя боится, что с мальчиком что-то случилось.

– Может, прямо сейчас поедем?

– Гелечка, сегодня нам в деревне делать нечего. Пока соберемся, пока доедем, народ начнет ко сну готовиться, с кем разговаривать будем? Да и мне надо подумать над странностями Крысеныша. Он такой же умненький, как и наша барышня, и ничего просто так делать не будет.

– А вдруг его отравили или порчу навели?

– Если бы отравили, собачку бы рвало, а порча действует только на людей, – улыбнулась Анна. Все, прекращаем дебаты, я пошла спать. Такси вызывай на семь.

Когда Анна Сергеевна поднялась наверх, возле двери в ее апартаменты стояла Крыся.

– Я так и думала, – вздохнула Истомина, заходи. Не стала спускаться вниз, чтобы Геля не задавала лишних вопросов? Молодец, соображаешь быстро и конструктивно. Анна села в кресло и взяла собачку на руки. – Завтра разбудишь нас всех в шесть утра, Арни тоже возьмем, кто знает, сколько мы в Ракитовке будем. Как только приедем, поговоришь с Крысем, пусть он соберет своих самых толковых дворняг, и вместе с ними пробежишься по деревне. Хотя мне кажется, что лишнее все это. Но проверить надо. Поняла? Собачка кивнула. Теперь ответь мне на один главный вопрос: наш мальчик не болен, с ним все в порядке? В глаза мне смотри, не увиливай от ответа. Скалишься, маленькая хитрюга, значит все хорошо, – облегченно вздохнула Анна Сергеевна, и спустила ее на пол. Ну, беги под бок к котяре. Между прочим, могла бы нас и поблагодарить за то, что устроили рандеву твоему толстопопому другу. Но Крыся ее уже не слушала, наконец-то она поняла, что так понравившееся ей слово «конструктивный», означает «правильный», или что-то в этом роде. Очень ей хотелось поделиться своим открытием с Арни, но тот так сладко спал, что она не стала его тревожить.

Подруги, устроившись на заднем сидении такси, тихонько переговаривались.

– Я ночью по скайпу с Димочкой и Николь общалась, – сказала Анна. Представляешь, с сыном разговариваю, а он лопает картофельные котлеты, и как в детстве сияет от удовольствия. А девочка глаз с него не сводит, просто светится от гордости и счастья. Правда потом Николь призналась, что котлеты у нее получились только с третьего раза. Скорее бы они приехали, так хочется с ней познакомиться.

– Вот видишь, как все хорошо у Димочки складывается, а ты переживала.

– Но он так далеко живет от меня, ни обнять мальчика, ни поцеловать, – вздохнула Анна Сергеевна. Ой, забыла тебе сказать, теперь Николь просит, чтобы я научила ее варить украинский борщ, потому что Дима по нему скучает.

– Ну, все, Аня, у нас еще одна невестка нарисовалась, – хихикнула Гелена Казимировна.

– Я извиняюсь, – подал голос водитель такси. Здесь на Ракитовку крутой поворот, ваш кот не испугается, не выпрыгнет? Как бы он в переднее стекло не врезался.

– Не волнуйтесь, он не из пугливых, – улыбнулась Анна.

– Кто ж его знает, – пробормотал таксист, с опаской поглядывая на Арни, который безмятежно спал в корзине на переднем сидении.

Как только машина подъехала к дому, калитка тут же распахнулась и Варя бросилась на шею Гели и Анны. – Спасибо, что приехали, а то я вся испереживалась. Пойдемте, я сейчас Федора разбужу.

– Не надо, Варенька, пусть еще поспит, а мы тем временем обо всем поговорим, – остановила ее Истомина. Крыся, беги к мальчику, и действуйте, как договорились.

– А где наш малыш, почему папочку не встречает? – запела Гелена Казимировна, помогая Арни выбраться из корзины. С крыльца спустился пушистый белый кот и не торопясь двинулся к ним. – Неужели это Аська? – всплеснула руками Новицкая. Какой большой стал, ну-ка, иди ко мне на ручки. Варя, что-то он худенький, ты, что его не кормишь?

– Как же, если проголодается, то орет так, что куры разбегаются. Аська строением в мамашку – кошку драную пошел, но из-за густой шерсти этого не видно. И такой гулящий, что просто сладу нет. Может, его кастрировать?

– Что ты такое, Варя, говоришь. Разве можно мальчика лишать радости отцовства.

– Ага, из него папашка, как из меня букашка. У нас тут случай был. Приходят как-то на опорный пункт полиции баба Маня с бабой Симой, и говорят, – мы, Федор, с сообществом переговорили и решили стребовать с вашего Аськи алименты. Пусть берет на прокорм своих детей, а то у нас уже по всем дворам беленькие котятки бегают. Федечка чуть смехом не подавился, но справился с собой и отвечает, – тогда ваших кошечек я привлеку к ответственности за растление малолетнего. Аська хоть и половозрелый, но по паспорту несовершеннолетний. Бабулечки от удивления рот раскрыли, а потом спрашивают, – у него, что, и документ есть? – А как же, говорит Федя, – наш кот породистый, его предки в графских покоях жили, на пуховых перинах спали, из серебряных мисочек молочко хлебали. Такие коты сейчас на учете в счетной палате состоят. Не знаю, поверили ему подружки или нет, но ушли озадаченные. Они, конечно, любят приколоться, но и Федечке палец в рот не клади.

– Аська дружит с Крысём?

– Только его и слушает. Федю он побаивается, меня ни во что не ставит, но Крысь для него главный авторитет. У кота есть привычка, от которой никак не могу отучить. Любит он по комнатам скакать и бегать. Казалось бы, весь двор в твоем распоряжении, на улицах полное раздолье, так нет, ему в доме интереснее. Однажды Аська так распрыгался, что столкнул с журнального столика маленькую вазочку, она и разбилась. Эх, Крысь к нему как подскочил, да как залепил лапкой по мордочке, кот даже не мяукнул, только голову опустил. А я за ними из другой комнаты наблюдаю. И что вы думаете, они потом начали дружно черепки под диван подсовывать. Все, улик нет, преступления не было. Я Федечке рассказала, он очень смеялся. Вот, а теперь беда к нам пришла, – всхлипнула Варя. Видно потерял свою сообразительность наш Крысёныш, ничего не рассказывает, может, сглазил его кто.

– И эта туда же, – рассердилась Анна Сергеевна. Ничего с ним не случилось, а раз молчит, значит, есть у него на то свои соображения. Вот их-то и надо нам понять. Пошли в беседку, расскажешь, что удалось выяснить.

– В том-то и дело, что ничего. Оксана, так девушку зовут, вечером была дома, телевизор смотрела, утром родители проснулись, а ее нет. Постель не разобрана, все вещи на месте, соседи ничего такого не видели, да они и сами спали, у нас же рано ложатся. Правда, на другой улице вроде бы слышали звук подъехавшей машины, но все это не точно.

– А что говорят о девушке?

– Серьезная, в школе была хорошисткой, ни в чем плохом не замечена. Правда, родители у нее какие-то несовременные, особенно отец. Оксана хотела в педагогический колледж поступать, но он заявил, что образование ей ни к чему, надо замуж выходить, семью заводить, даже жениха ей подыскал.

– И кто у нас жених?

– Семен Антонов, недавно демобилизовался, живет в поселке Первомайском, пока не работает, но вроде бы куда-то устраивается. Федя его проверял, жених к исчезновению Оксаны не причастен.

– Что говорят подружки?

– Тоже ничего не знают. Даже Нина, самая закадычная, и та в недоумении.

В это время в беседку заглянул Федор. – Дамочки, я так вас рад видеть, расцеловавшись с подругами, – сказал он. А Крысенька где?

– Сейчас появится, по деревне бегает вместе с вашим мальчиком и его дворнягами, детали уточняет, – улыбнулась Анна. Что же у вас здесь все-таки случилось?

– Сам ничего не пойму, сроду у нас такого не было. Мысли в голову лезут самые разные. И Крысь ничего не говорит. Я с ним и так, и этак, никакого результата. Однажды не выдержал и накричал на мальчика, так он только заплакал и все. Я сам чуть слезу не пустил, теперь его уже не трогаю. А вот и он бежит с Крысей. Какие они, все-таки похожие, если бы не разный окрас, сроду бы их не различил.

Анна взяла на руки собачку и вышла из беседки. – Что скажешь? Та отвернулась. – Не хочешь говорить. Спросим по-другому. Крысь все знает, но не хочет рассказывать, потому что на стороне девушки, и ты его поддерживаешь. Не отводи глазки, отвечай. Ладно, я вас понимаю, но ситуацию все равно надо разруливать. Беги уж, покровительница влюбленных.

– Анна Сергеевна, – бросился к ней Федор, Крыся что-нибудь рассказала? Наш мальчик не заболел?

– Не волнуйся, здоров, только ни он, ни Крыська ничего нам не хотят говорить.

– Не понял, это что, бунт на корабле?

– Можно сказать и так, – улыбнулась Истомина. Я предполагаю, что ничего у страшного не произошло, девушка сама убежала. А вот куда и к кому – это и надо выяснить. И чует мое сердце, что Крысь как-то причастен к ее побегу, потому и молчит, а наша мордуленция его не сдает.

– Во, дела, я как-то об этом и не подумал. Наверное, от растерянности. Первые мысли какие – похитили, кто, с какой целью, куда увезли. Эту версию и отрабатывал. А тут еще бабки деревенские со своими предположениями и подозрениями, и Крысь не помогает. В голове каша, посоветоваться не с кем, Петрович, наш бывший участковый в город к внукам уехал, а в район не стал звонить, все равно расследование на меня повесят. Да, прокололся капитально. Спасибо, что вы подсказали, я теперь за подружек возьмусь, уж они точно, что-то знают, не отвертятся.

– Не стоит пороть горячку, Федор, ты их уже опрашивал, давай я сама поговорю с самой близкой подругой Оксаны. Варя, знаешь, где ее найти?

– Нина с нашими ракитскими на трассе стоит, молоком и сметаной торгует.

– Можешь ее сейчас привезти? Скажи, что из города журналистка приехала, хочет с ней встретиться.

– Уже еду. Я на своей «Маздочке» быстро обернусь.

– А теперь, Федя, – сказала Анна Сергеевна, – давай вот над чем подумаем. Наша девочка намекнула, что Крысь на стороне беглянки, значит, он знает ее жениха.

– И тот ему совсем не нравится, – продолжил старший лейтенант. Мальчик наш, конечно, в людях разбирается, но что это нам дает?

– Пока ничего, но с родителями тебе все равно придется беседовать.

– Я понял, сейчас попробую собрать на него информацию, и Максима попрошу помочь, у него больше возможностей.

– Аня, а как же я? – спросила Гелена Казимировна. Почему мне не даешь никаких заданий?

– Гелечка, если все случилось так, как я думаю, у тебя будет особая миссия, потом тебе все расскажу.

– Вот и хорошо, – повеселела та, я обедом пока займусь, Варе некогда, а вас кормить надо, чтобы умные мысли быстрее появлялись. Что-то Андрей тебе не звонит, просто удивительно.

В это время затренькал мобильник у Истоминой. – Накаркала, подруга, сейчас начнется. – Анечка, – услышала она голос мужа. А что это вы в Ракитовке делаете? Вы же не собирались туда ехать.

– Не собирались, но Варя позвонила и пригласила.

– И вы тут же помчались кого-то спасать. Когда вы только успокоитесь, партизанки-заговорщицы.

– Так ты нас за это и любишь, – засмеялась Анна.

– Люблю, и за все остальное тоже, – вздохнул генерал. Вы когда вернетесь в Тригорск?

– Скорее всего, утром.

– Учтите, Комаров возвращается завтра вечерним рейсом, я ему сказал, чтобы из аэропорта он ехал прямо к вам.

– Андрей, какой ты молодец.

– Сам знаю. Вот приеду, и выходить из дома будешь только с моего письменного разрешения.

– Я согласна, ты только быстрее приезжай.

– Так я тебе и поверил. Все, Анечка, целую, вечером позвоню.

Истомина отключила телефон, – вот ты мне скажи, откуда Андрей узнал, что мы в Ракитовке? Ну, никуда от него не скроешься и не сбежишь.

– Не бери в голову, все равно свои секреты не раскроет. Он не сильно ругался?

– Нет, но предупредил, что завтра вечером Комаров будет у нас, так что со временем у нас напряженка. Кажется, Варя подъезжает, пойду общаться с подружкой Оксаны. Скажи Крысю, чтобы за нами незаметно следовал, а когда присядем, пусть покажется.

– Здравствуйте, Ниночка, меня зовут Анна Сергеевна, спасибо, что согласились со мной встретиться, ничего, что я вас оторвала от работы?

– Ничего, молоко я продала, а за моей сметаной присмотрят, – смущенно ответила она.

– Вот и хорошо, может быть, мы с вами немного прогуляемся, Ракитовку покажете. Варя вас потом назад отвезет.

– Вот здорово, я на такой машине первый раз в жизни прокатилась, классная тачка. А смотреть у нас особо нечего, улицы да дома, школа, магазин и клуб. Мы с моей подружкой Оксанкой в прошлом году хотели в Тригорск уехать в педагогический колледж поступать, но ее отец не отпустил, а я сама не решилась, с учебой у меня было не очень. Вот мы с ней и пошли торговать на трассу, все помощь родителям, другой работы в деревне нет.

– А отдыхаете, как вы?

– Телевизор смотрим да на танцы в клуб бегаем, у нас даже кафе нет. Летом, правда, хорошо, на речке купаемся, грибы да ягоды в лесу собираем, их там много. Вот и все развлечения.

– Нина, никогда не поверю, что у такой симпатичной девушки нет парня.

– Не всем же так везет, как Оксанке, – грустно вздохнула та. Вот рядом с ней стояла, а Петя творог у нее купил и сразу же влюбился. Почитай каждый день приезжал, постоит, поговорит, стакан молока выпьет, и дальше поехал.

– Парень, молодой, чего ж с девушкой не поболтать.

– Нет, ему лет 27, самостоятельный, серьезный, дальнобойщиком работает. Он как уйдет в дальний рейс, так Оксанка себе места не находит, все переживает за него.

– Что, тоже влюбилась?

– Еще как. Он ведь ей предложение делал, но она все согласия не давала. Отца боится. Петина жена родами померла, на руках дочка годовалая. Пока он на работе, за ней его мать присматривала, а недавно она приболела, так он, то ли в отпуск ушел, то ли вовсе работу бросил. Вот такая история. Оксанка вся извелась, как помочь Пете не знает, а тут еще отец ей жениха нашел, требует, чтобы замуж за него выходила.

– Да, девочке не позавидуешь. А может, ей действительно лучше отца послушать. Там ведь маленький ребенок, зачем ей все это надо.

– Да вы что, Оксанка детей, знаете, как любит. Она всегда мечтала воспитательницей детского садика быть, потому и в колледж хотела поступать.

– Вот оно, как бывает, – сочувственно произнесла Истомина. Исчез ее любимый, теперь, если и захочет, не найдет.

– Да чего его искать, Петя в поселке Заречном живет, у него дом свой, хозяйство. Там в автоколонне он и работает.

– Нина, давайте присядем на скамейку, что-то я подустала, – предложила Анна Сергеевна, заметив за деревом Крыся. Как только они уселись, он тут же покинул свое укрытие.

– Ой, собачечка пришла, – засмеялась девушка, – ну-ка, иди к нам. Это наш Крысь, – с гордостью сказала она. Он такой умный, в деревне все его любят. Когда узнал, что у Вари будет ребенок, увел у бабы Мани козленка Яшку, где-то услышал, что козье молоко самое полезное для детей. У нас вся деревня целую неделю хохотала, обсуждая эту новость. Крысь с Оксанкой очень дружил.

Анна Сергеевна быстро поменяла тему разговора и начала задавать ничего не значащие вопросы, все, что она хотела узнать, девушка ей рассказала.

С опорного пункта вернулся Федор. – А чем у нас так вкусно пахнет? Гелечка, вы, как всегда, в своем репертуаре. Когда же вы успели обед приготовить? Ух, ты, и борщ зеленый сварили.

– Я здесь, Федечка, не причем, это жена у тебя хорошая хозяйка. Мясной бульон был уже готов, я только молодой картошечки накопала, щавля, морковки да зелени всякой в огороде нарвала, ну и курочки постарались, яички нам снесли. На второе уточку запекла, она уже ощипанная в холодильнике лежала, и сырничков нажарила, уж такой творожок свежий, пальчики оближешь. Мы сейчас Варю дождемся, и будем обедать. Федя, ты чай будешь или компот?

– Гелечка, я буду все. Анна Сергеевна, рассказывайте, а то я весь в нетерпении. Истомина передала разговор с Ниной, и добавила, – теперь надо вычислить адрес этого Пети, Оксана должна быть у него.

– Не проблема, это же наш район, я все сделаю быстро. На жениха я тоже кое-что нарыл, но информацию про его военную службу жду от Максима. Он обещал ее прислать через полчаса. А вот и жена моя едет, пойду ворота открывать.

– Варенька, мой скорее руки и садись, проголодалась, наверное, – засуетилась Гелена Казимировна.

– Эх, люблю я, когда вы приезжаете, не успеешь оглянуться, как все шкворчит и на столе стоит, – засмеялась та. Только давайте за обедом ни о чем серьезном не говорить, лучше расскажите, как прошло у Арни рандеву с драной кошкой.

– Ага, и про то, как Крыська хвасталась атласной подушечкой, – добавил Федор.

Когда все пообедали, Анна Сергеевна спросила Варю, – как думаешь, девушка ни о чем не догадалась?

– Нет, я Нину привезла, торговки ее обступили, вопросы разные задают, а она так важно отвечает, – журналистка собирает материал для статьи о молодежной политике на селе, ее интересовало, как мы здесь живем, работаем, отдыхаем.

– Ишь ты, запомнила мой ответ, слово в слово повторила, – улыбнулась Анна. Вот и хорошо, займемся нашими делами, а то времени у нас в обрез. Самое позднее, завтра утром мы должны быть дома.

– Анечка, неужели не погостите, а я так надеялась. Думала по грибы сходим, у речки посидим, Федечка рыбки бы наловил, ушицы на свежем воздухе похлебали бы. Может, все-таки останетесь?

– Варенька, ты даже себе не представляешь, как хочется, но завтра мы ждем Комарова, будем ему мозги вправлять и ультиматум предъявлять.

– Ух, ты, в чем же он провинился? – удивился Федор. После подробного рассказа о Наташе, он облегченно вздохнул, – наконец-то. Борис отличный мужик и классный профессионал, если у него будет такая же жена, как моя Варюха, то большего и желать не надо.

– Ну, что ты, Федечка, может, она еще лучше меня будет, – зарделась та от удовольствия.

– Нет, такого просто быть не может, он чмокнул жену в ухо и прошептал, – ты меня не отвлекай, а то отправлю в койку, будешь знать. – Как скажешь, я согласна, – хихикнула Варя.

Подруги переглянулись, вышли во двор и рассмеялись. – Аня, так ты какое мне задание даешь?

– Поедешь с Варей к Пете домой, разведаете обстановку, успокоите Оксану и уговорите помириться с родителями. Я бы и сама поехала, но у тебя это лучше получиться. Ты сразу начнешь всех жалеть, сочувствовать, а это то, что надо. Только шляпку не надевай, чтобы она не отвлекала.

– Аня, я без нее как велосипедист без руля.

– Ничего, носом рулить будешь, и не возражай.

– Я поняла, ты специально так говоришь, а как уеду, сама шляпку напялишь и будешь форсить в ней по деревне. Смотри, Варя в окно выглядывает, обстановку проверяет, на нас поглядывает, мужу знак подает. Смешные, ну что дети малые. Пойдем отсюда, не будем смущать молодых.

Федор быстро сбежал с крыльца и заскочил в джип, где в переднюю панель был встроен компьютер. Минут через пятнадцать, он заглянул в беседку, где сидели подруги.

– Анна Сергеевна, наш похититель – Петр Алексеевич Иваненко, 27 лет, водитель – дальнобойщик, неоднократно поощрялся руководством за хорошую работу. В личном деле имеется положительная характеристика из воинской части, где служил, а также благодарственное письмо за подписью начальника управления полиции Петровского района. Иваненко оказал помощь в задержании угонщика. Что касается жениха, то бишь Семена Антонова, то здесь все с точностью наоборот. Максим даже дозвонился до его командира, и тот очень много интересного про него рассказал. Ну и Алексей Дубинин для меня кое-что нарыл. Я, пожалуй, съезжу в Заречный, посмотрю, что там и как.

– Не торопись, давай отправим туда Варю с Гелей, им проще будет найти общий язык с Оксаной и Петей. А когда они вернутся, отправишься к родителям девушки, разговор с ними предстоит не простой, и только от тебя будет зависеть, как сложится дальнейшая жизнь двух семей.

– Пожалуй, вы правы. Варюха, – крикнул он жене, заводи мотор, с Гелей в Заречный поедете.

– Я мигом, Федечка. Может, нам Крыся взять для моральной поддержки?

– Правильно, и заодно мальчик посмотрит, как устроилась его подружка, – отозвалась Гелена Казимировна.

Варвара притормозила «Мазду» у каменных ворот. Женщины вошли в приоткрытую калитку и остановились. Неплохой домик построил Петя, – проговорила Варя, и участок не маленький, два капитальных сарая, гараж, хозяйственный мужик попался Оксане. Собаки, вроде нет, потопали дальше. Не успели они подойти к входной двери, как она тут же распахнулась. На пороге стоял высокий мужчина ничем не примечательной внешности, – здравствуйте, – улыбнулся он, и лицо его сразу похорошело. Проходите, вы, наверное, из Ракитовки приехали.

– Почему так решили? – удивилась Гелена.

– Так мы с Крысём немножко знакомы, а другого такого во всей округе нет. Оксаночка, принимай гостей, – крикнул он. Девушка вышла с малышкой на руках. – Ой, Варя, что-то с родителями случилось? – испуганно спросила она.

– Не волнуйся, у них все в порядке, только места не находят после твоего исчезновения. Познакомьтесь, это Геля.

– Что ж мы стоим в прихожей, проходите в комнату, – пригласил Петр. Представляю, какой переполох случился в деревне, нехорошо вышло. Мы с Оксанкой договорились, что я приеду к ее родителям, и буду просить ее рук. Уже и кольцо купил. Но тут поздно вечером позвонил сам начальник предприятия, я сейчас в отпуске, и попросил выйти в рейс. Груз ответственный, а ехать некому. И ему отказать не могу, и Галчонка-дочку не с кем оставить, мать у меня хворает. Уложил малышку, и к Оксанке, что делать будем. А она, в чем была, прыгнула в машину и говорит, – поехали скорее, нельзя ребенка одного оставлять. Вот так все и получилось, – вздохнул Петр.

– Так это у нас Галочка, – запела Гелена Казимировна. Ну-ка иди ко мне на ручки, дай-ка я на тебя посмотрю. Какая же ты хорошенькая, глазки большие, губки бантиком, ручки в перевязочках. И волосики кудрявятся. Ну, Оксаночка, будет твоя дочка красавицей.

– Обязательно, – счастливо улыбнулась та. Она меня уже два раза мамой назвала, Петя, скажи.

– Ага, я сегодня из рейса вернулся, захожу в дом, а Галочка сидит на руках у Оксанки, дергает ее за нос, смеется и говорит, – ма-ма. Я от радости чуть не прослезился. У меня самые лучшие девочки на свете. Теперь бы с родителями все уладить, завтра к ним поеду с извинениями. Только примут ли они их после того, что я натворил.

– Не ты, а мы вместе, – сказала Оксана. Я бы тоже поехала, но боюсь, как бы Галочку не растрясло, у нас до трассы сами знаете, какая дорога. Если бы папа с мамой увидели внучку, они бы точно растаяли.

– Не переживайте, Федя сегодня вечером с ними переговорит и все уладит. Может, они сами захотят на малышку посмотреть, – сказала Варя.

– Правда? – радостно улыбнулась Оксана. Варя, ты тогда позвони Пете, расскажешь, как все прошло. Запиши номер его мобильного.

– Спасибо, что приехали, – сказал Петр, – нас успокоили и поддержали. Пойдемте, я вас провожу.

– Что же у вас все нараспашку, не боитесь воров? – спросила Гелена.

– Нет, – засмеялся Петр. У нас сторожа надежные. Эй, вы, где там прячетесь, выходите. Знакомьтесь, немецкие овчарки, та, что побольше – Рекс, вторая – Мухтар. Я их так назвал в честь героев сериалов. Псы умные, вас пропустили, потому что Мухтар с Крысём знаком, а на глаза не стали показываться, чтоб не напугать.

Когда «Мазда» подъехала к дому, Федор уже открывал ворота. – Как съездили?

– Хорошо, сейчас все расскажем, – ответила Варя, водички только выпью. Обстоятельно описав встречу, она добавила, – теперь твой черед, Федечка, беседу вести. Только ты все сначала обдумай, и не горячись. А то сначала пырхнешь, потом сам жалеешь.

– Ах, ты, моя мать-командирша, – засмеялся тот, – сделаю все, как велишь. Дамочки, я погнал.

– Вот и хорошо, – сказала Гелена Казимировна, а мы пока ужином займемся.

– Анечка, Гелечка, может, пельмешек налепим? – жалобно спросила Варя. Федечка их очень любит, я и фарш приготовила, но тут так все закрутилось, что не до них было. У меня и пельменница есть, мы втроем их столько наделаем, что ему надолго хватит.

– Легко, наградим старшего лейтенанта полиции его любимым блюдом за успешное раскрытие романтического преступления. А главный приз, Варя, за тобой, – хихикнула Гелена.

– Не поняла, какой?

– От которого он дуреет, а ты визжишь.

– Ой, и все-то вы знаете, – покраснела Варя. Между прочим, Анечка, как ваш генерал прилетает, так вы тоже целыми днями с шальными глазами ходите, вот.

– Интересно, откуда такая информация?

– Крыська нашему мальчику нашептала, а он мне.

– Ну, что за собачата нам достались, – расстроилась Истомина, а потом начала хохотать, к ней присоединились остальные.

В это время Федор входил в дом родителей Оксаны. – Иван Потапович, Валентина Карповна, нашлась ваша дочка, жива, здорова и даже счастлива. Ее никто не похищал, она сама убежала к любимому мужчине.

– К какому мужчине? Говори, что за подлец ее соблазнил, я с ним сам разберусь, – закричал отец девушки.

– Давайте не будем горячиться, сядем рядком, да поговорим ладком.

– И правда, старый, что-то ты раздухарился, давай сначала участкового послушаем, – сказала Валентина Карповна. – Проходи, Федор, в комнату, я сейчас чайком тебя напою, а может, чего покрепче?

– Спасибо, ничего не надо. Вы лучше мне скажите, почему решили срочно дочку замуж отдавать, она же учиться дальше хотела.

– Старые мы стали, да и здоровье пошатнулось, Оксанка у нас последыш, хотелось поскорее передать ее в надежные руки, чтоб потом не страшно было помирать, – вздохнул Иван Потапович. Старшие сыновья разлетелись, домой не приезжают, так что вряд ли помогать ей станут. Вот и торопимся мы. Уже и жених нашелся, может, слышал, Семен Антонов неплохой парень, армию отслужил, на работу устраивается, наша Оксанка ему глянулась.

– Знаю я вашего Антонова да так, что лучше бы и не знать. До пятнадцати лет жил с родителями в Тригорске, там связался с дурной компанией, состоял на учете в детской комнате милиции. Подальше от греха сыночка отправили к бабке в поселок Первомайский. Семен с трудом окончил школу, в армии тоже так отличился, что его хотели привлечь к уголовной ответственности за организацию драки, но тут, на его счастье, дембель подоспел. На работу Антонов не устраивается, а в городе со старыми дружками в забегаловках ошивается.

После длительной паузы Валентина Карповна схватила полотенце и замахнулась на мужа, – это ты старый во всем виноват, трескал самогон с Сенькой, вот и глянулся он тебе. Спасибо участковому, что уберег нашу кровинушку от этого упыря, – всхлипнула она. Федя, к кому же Оксаночка ушла?

– У вашей дочки вещее сердце, полюбила она хорошего человека, Петром зовут. Только он вдовец, жена при родах умерла, так он дочку годовалую растит. Варя ее видела, говорит, что малышка – красавица, глазки большие, волосики кудрявятся, крепенькая такая, в перевязочках, и все время улыбается. Петр души не чает в дочке и Оксанке, собирается завтра к вам приехать, чтобы извиниться и попросить ее руки.

– Не надо, мы сами к ним поедем, правда, отец? Я иконку возьму для благословения, и нашу внученьку потешкаю. Ну чего уставился, она тебя за усы будет дергать и смеяться, как когда-то маленькая Оксаночка, а подрастет, хвостиком за дедулей будет бегать. Иди к Мишке-соседу, попроси, чтоб с утра отвез нас к дочке. Спасибо тебе, Федор, век благодарить буду, и свечку во здравие поставлю.

Домой Федор явился довольный. – Варюха, дамочки, – заорал он, – завтра родители Оксаны едут в Заречный. Молодых благословлять и с внучкой знакомиться.

– Вот и хорошо, я сейчас Пете позвоню, пусть готовятся к встрече, – сказала Варя. А ты руки иди мой, у нас на ужин твои любимые пельмени.

– Эх, люблю я вас всех, просто сил нет, – засмеялся Федор, усаживаясь за стол. Жена, а где наливочка бабы Веры?

– Федечка, ты же, – растерялась Варя, но не успела договорить, как вмешалась Гелена Казимировна, – все свое возим с собой, где-то тут был пакетик с моей смородиновой настойкой. Варенька, расскажи, как вел себя Крысь в гостях.

– Ой, вы же ничего не знаете. Он сначала смотрел на Галочку, вытаращив глазки, и ничего не понимал. Таких маленьких деток близко еще не видел, и не знал как себя с ними вести. Крысь сидел у меня на руках, а девочка – у Оксанки, и вдруг она потянулась к нашему мальчику. Он вроде бы как растерялся, а потом дотронулся язычком до ее пальчика. Галочка как засмеется, и тут Крысь начал облизывать всю ее ручку, и скалится. Когда малышку положили в манежик, он вокруг походил, походил, а потом просунул головку между решеткой и долго-долго за ней наблюдал. Мы просто умирали от смеха. Федечка, как думаешь, Крысеныш причастен к побегу Оксаны?

– С него станется, а вообще, если он был знаком с Мухтаром, то заговор на лицо. Скорее всего, влюбленные изредка встречались поздно вечером, заранее об этом договорившись. Петр ставил машину на соседней улице, его собака вызывала Крыся, тот выходил через отверстие, которое мы сделали для него и кота в задней двери, и бежал к Оксане. Конструкция сложноватая, но тайна встречи соблюдалась. Мухтар – пес здоровый, кто-то из соседей мог бы на него обратить внимание, а наш мальчик маленький, его и в траве не всегда заметишь, маскировке обучен, в любую дырочку пролезет. Подбежит к окну, тявкнет тихонько, Оксане знак подаст, и домой. Но это лишь мои предположения, а как на самом деле все было, не скажет, да оно нам и не надо. Главное, что все хорошо закончилось. Спасибо, вам, мои дорогие дамочки, без вас я бы еще долго с этим делом разбирался. Если не возражаете, я вас завтра отвезу в Тригорск, только выедем в семь утра, не проспите?

– Мы-то проснемся, лишь бы сам не опоздал, – хихикнула Гелена.

– Ну, что за семейка, все всё знают, – засмеялся Федор.

Вернувшись домой, подруги решили устроить себе разгрузочный день, и только к вечеру Истомина спустилась на первый этаж.

– Аня, может, покормим Бориса, вдруг он голодный?

– Гелечка, во время нашего разговора ему будет не до еды, а потом майор помчится к своей Наташе, и она нажарит ему драников. Ну, если хочешь, сделай ему пару бутербродов.

– Зато у Забелина всегда хороший аппетит, он же его встречает в аэропорту.

– Мы Максима отправим за букетом, нельзя делать предложение девушке без цветов. Да и не стоит ему присутствовать при нашей беседе. Слышишь, Крыська потопала к двери, видно машина подъезжает, пойду открывать.

Комаров вошел в дом, торопливо поздоровался и произнес, – дамы, по указанию генерала прибыл в ваше распоряжение. Что у вас произошло?

– Присаживайтесь, Борис, это у вас случилось, – вздохнув, сказала Анна Сергеевна.

Комаров молча слушал подруг, которые рассказывали о появлении Наташи, о ее переживаниях, и только побледневшее лицо и изредка сжимающиеся кулаки, выдавали его волнение.

– Из-за неудачной женитьбы вы мучаете девушку, которая вас очень любит, и при этом страдаете сами. Сколько это будет продолжаться, неужели так трудно сделать ей предложение, – закончила Истомина.

– Да, а то защекочим, – добавила Гелена Казимировна, в ее поддержку тявкнула Крыся.

Борис облегченно вздохнул и улыбнулся, – я догадывался, что дурак, но не думал, что настолько. Все, я поехал, о дате свадьбы сообщу дополнительно. Он вскочил в джип, – люблю я наших дамочек, Макс. Что бы мы без них делали. Не стой, поехали.

– Слышь, жених, посмотри на заднее сидение, тебе просили передать, – засмеялся Забелин. Комаров оглянулся, – ух, ты, белые розы. Вот скажи, откуда они все знают. Не иначе как Крыська им подсказывает. А я сегодня эту морду даже не поцеловал, ну ничего, думаю, она не обидится.

Пока друзья ехали по известному адресу, Гелена Казимировна с задумчивым видом поглядывала на не съеденные майором бутерброды.

– Анечка, может, не будем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня?

– Геля, мы же договорились, только чай.

– Конечно, скоро Андрей приезжает, тебе надо быть молодой и красивой, а я чего мучаюсь?

– Здоровья для и компании ради.

Неизвестно, как долго продолжался бы этот разговор, если бы у Гелены Казимировны не зазвонил мобильник.

– Наташа, – взглянув на номер, произнесла та. Включить громкость?

– Гелечка Казимировна, – услышали они голос девушки. Боря приехал, завтра идем подавать заявление в ЗАГС. Он сейчас в душе, долго не могу говорить. Я такая счастливая! Завтра еще позвоню.

– Слава Богу, – одновременно сказали подруги и рассмеялись.

– Анечка, может, позволим себе на радостях по бутербродику?

– Гелька, ты неисправима и всегда вводишь меня в искушение. Но только по одному. Надо подумать, что дарить будем молодоженам, – сказала Анна Сергеевна, с удовольствием уминая бутерброд с бужениной.

На следующий день первым примчался к подругам Алексей Дубинин.

– Все знаю, видел Бориса, сияет как новая копейка. Он договорился, что их зарегистрируют через десять дней. Надо срочно готовиться к свадьбе, – выпалил лейтенант.

– А в чем проблема, снимем ресторан и никаких хлопот, – сказала Истомина.

– Они с Наташей хотят, чтоб все было по-домашнему. Придется столы накрывать у Максима в саду, будут только наши, ее отец и тетя.

– А родственники Комарова?

– Он детдомовец. Когда ему было восемь лет, родители погибли в авиакатастрофе, до двенадцати его растила тетка, а потом она умерла.

– Бедный Боря, – всплеснула руками Гелена Казимировна, – он никогда нам об этом не рассказывал.

– Потому что скрытный, я и сам об этом узнал случайно. Ну, так, что будем делать? Надо меню составлять, готовкой заниматься. Управимся втроем?

– Легко, – улыбнулась Анна Сергеевна. Мы еще Варвару призовем на помощь.

Больше всех такому повороту событий обрадовалась Крыся. Теперь ей не надо будет прятаться в кармане костюма подполковника Фоменко, и скрываться от посторонних глаз, как это было в ресторане, где женилась Аня и генерал. Правда тогда только ее одну взяли с собой, чем она очень гордилась и потом немножко хвасталась перед котом и спецназом. Ну а то, что пришлось выплакать свой поход в ресторан, знать им совсем необязательно.

Когда появился Забелин, все основные вопросы были решены. – Вы уже все знаете, – разочарованно произнес он, увидев листок, на котором аккуратным почерком было написано «Свадебное меню». Кстати, Алексей, ты знаешь, что твои пенсионеры дружными рядами идут к месту начала вырубки Курортного парка?

– Аня, как хочешь, а я побежала, – решительно сказала Гелена Казимировна.

– Я с тобой, только Крысю позову, – ответила подруга. Но та уже спускалась по лестнице вместе с Арни.

– Дамы, не спешите, садитесь в машину, подъедем со стороны дороги, – произнес лейтенант.

– Раз все войско в сборе, я спокоен, враг не пройдет, и победа будет за нами, – засмеялся Забелин. Вечером заскочу. Сумочки возьмите на всякий случай.

Когда подруги подъехали к окраине парка, там уже стояла группа пенсионеров, которые ругались с рабочими.

– Что здесь происходит? – подошел к ним Дубинин.

– Алексей, – обрадовались старики, они собираются рубить деревья. Наши дети и внуки по этим аллеям бегают, курортники гуляют, а теперь здесь строительство затевают то ли ресторана, то ли развлекательного комплекса. У нас и так, куда ни плюнь, в них попадешь, – возмущались пенсионеры.

– Кто здесь старший? – обратился к рабочим лейтенант.

– Ну я, – вышел вперед хмурый мужик.

– Разрешение на вырубку деревьев есть? Покажите.

– Все бумаги у начальства, нам только показали участок, который надо очистить. Мы-то здесь причем.

– Вызывайте свое начальство, пусть приезжают и показывают документы, разрешающие строительство в курортной зоне, – сказал Алексей.

В это время зазвенел его мобильник. – Вот черт, как не вовремя, – пробормотал он. Дамочки, мне надо отъехать в управление, но я вернусь, вы только ведите себя спокойно и никуда не встревайте, – шепнул Дубинин подругам.

Спустя полчаса из подъехавшего «Мерседеса» вышел молодой с нездоровой полнотой мужчина и два крепких амбала.

– Анечка, это кто? – спросила Гелена Казимировна.

– Судя по всему, строительный начальник и его охрана. Не нравится мне это. Крыся, – спустила с рук собачку Истомина, – зови спецназ и крутитесь здесь незаметно.

– Граждане пенсионеры, почему мешаете работать? – обратился к ним молодой мужчина.

– Для начала представьтесь, пожалуйста, – вышла вперед Анна Сергеевна.

– Я заместитель директора ООО «Горстройинвест», Сургучев Олег Петрович. А вы кто такие?

– Мы жители Тригорска и хотим знать, на каком основании здесь производится вырубка курортного парка, старейшего в России. Его сажали еще во времена Пушкина и Лермонтова, а вы хотите уничтожить наше национальное достояние. Мы этого не позволим, – сказала Истомина.

– Никто не покушается на достояние, мы лишь освободим место под стройплощадку, вырубив деревья, которые подлежат санации из-за старости или болезней.

– Покажите заключение экологов, а также разрешение на строительство в особо охраняемой курортной зоне, – продолжила Анна Сергеевна, заметив за деревьями дворняг и Крысю.

– Сейчас я вам все покажу, – сказал Сургучев, доставая документы из папки.

Гелена Казимировна отошла от подруги, приблизилась к собакам и что-то шепнула. Затем вернулась на свое место.

– Вот, смотрите, – не выпуская из рук бумаги, произнес Олег Петрович. В это время к нему подбежала дворняга, выхватила документы и скрылась.

Пенсионеры дружно засмеялись. – Слышь, начальник, даже собаки защищают наш парк, им тоже не нравится строительство, – крикнул кто-то из толпы.

– Ах, вы так, – покраснел от злости Сургучев, – ну я вам сейчас устрою. Он отошел в сторону и набрал номер телефона. – Подполковник, это я. Здесь толпа пенсионеров не дает рубить деревья, ты можешь прислать наряд и задержать несколько человек? Я не знаю, за что, у меня собака документы из рук выхватила. Ничья она, дворняга грязная. Слушай, за что я тебе деньги плачу? Хорошо, я привезу нарушителей, только ты сам их встречай и задерживай, мы будем через пять минут. Берите самую говорливую, – обратился он к охране. Сажайте ее в машину, можете еще кого-нибудь прихватить.

– Не смейте трогать Анечку, – заорала Гелена. И меня не хватайте, а то пожалеете. Как только один из амбалов взял Новицкую за локоть, Арни тут же вцепился ему в руку и повис. – Ах ты, зараза, закричал он, кот меня расцарапал до крови.

– Беги, Арни к Крыське, – шепнула Гелена Казимировна. Нечего тут орать, сам напросился, я тебя предупреждала. А если до меня еще раз дотронешься, надену на твою башку корзину с экскрементами кота, месяц вонять будешь. Если вы нас задерживаете, мы сами пойдем, правда, Анечка?

– Вы куда их везете, – всполошились пенсионеры.

– В полицию, пусть там с ними разбираются, – буркнул Сургучев. А вам советую разойтись и не мешать работе.

– Геля, мы никуда не уйдем, и еще потребуем вашего освобождения, – крикнул кто-то из толпы.

Подполковник Бугаев стоял у входа в управление полиции и курил. Когда из «Мерседеса» вышли дамы, он чуть не поперхнулся. – Вот же козел, кого он привез. У них же на лбу написано высшее образование, эти точно начнут права качать, – подумал про себя Бугаев и выбросил сигарету.

– Пройдемте, – хмуро сказал он, пропуская женщин вперед.

– Мы хотели бы знать, за что нас задержали, – сказала Истомина.

– Вас не задержали, а пригласили для беседы. Дежурный, кто из дознавателей на месте?

– Все на выезде, товарищ подполковник.

Тот поморщился, – предъявите документы, – обратился он к подругам.

– Мы в парк с паспортами не ходим, – ответила Гелена Казимировна.

– Очень хорошо. Майор, гражданки задержаны за нарушение общественного порядка и в связи с отсутствием документов, удостоверяющих их личность. Определи их куда-нибудь, пусть ждут дознавателя.

– Так некуда, места есть только в обезьяннике, но там два бомжа сидят.

– Ничего, перебьются, может пыл свой остудят, – окончательно разозлился Бугаев и направился к себе.

– Мы имеем право на один звонок, – крикнула ему вслед Истомина.

– Перебьетесь, – ответил подполковник.

– Гражданки, проходите, не стесняйтесь, посидите пока здесь, соседи смирные, они вас не обидят, – засуетился майор.

– Ха, как бы мы их сами не обидели, – сдвинула на бок свою шляпку Гелена. Почему у вас тут так воняет, надо полы мыть с хлоркой, она и запах убивает, и действует как дезинфицирующее средство. Она достала из корзины кота простынку, матрасик и положила их на лавку. – Все, Анечка, можно садиться. Как думаешь, долго нам здесь придется куковать?

– Все будет зависеть от Крыси, вернее от того, как быстро она разыщет кого-нибудь из наших.

– Теперь точно генерал нам надерет уши, мы ведь не взяли с собой сумочки, и мобильники тоже.

– Не только надерет, но и клизму семиведерную вставит, – вздохнула Истомина.

– Но я что-то такую ни в магазинах, ни в аптеке не видела.

– Ради такого случая Андрей найдет, – буркнула подруга.

– Ты думаешь? Анька, нас тогда так раздует, что мы с тобой улетим, как олимпийский мишка. Но тебе-то можно, ты в брюках, а я чем буду светиться? Задницей в исподнем?

– Ничего, белье на тебе из бутика, пусть народ любуется.

Не выдержав, обе захохотали.

– Это что там за смех, не положено, – прикрикнул майор.

– Господин офицер, вы разве не знаете, что смех – это проявление здорового духа в таком же теле. Судя по вашему животу и унылому лицу, он вас посещает не часто. И это прискорбно, – сказала Гелена Казимировна.

– Товарищ майор, за что гражданок задержали? – спросил его помощник.

– А хрен его знает, Бугаев приказал.

– Что-то они не похожи на нарушительниц, как бы он потом на нас стрелки не перевел.

– Не боись, старлей, эти дамы не позволят. Думается мне, что очень они не простые, и наш бугай из-за них еще поплатится.

В это время Борис Комаров сидел в своем кабинете, смотрел сводки и изредка улыбался. Он уже не помнил, когда был таким счастливым, разве что в детстве, когда были живы родители. – Да кто же там лает и лает, – разозлился он и подошел к окну. На противоположной стороне стояли Бим и Бом, невдалеке от них майор заметил кота и Крыську. Он набрал телефон Забелина. – Максим, ты не знаешь, где наши дамочки?

– Они с котом и собачкой пошли спасать курортный парк. Их сопровождает Дубинин, – ответил тот. Что-то случилось?

– Не знаю, Алексей сейчас на совещании участковых, а спецназ, Крыся и Арни прибежали к Управлению. У тебя тревожная кнопка не сработала?

– Нет, дамочки, вероятно, не взяли сумки с собой, хоть я им напоминал. Куда же они могли деться? Может, их ППСники задержали за участие в митинге? Ты проверь и потом мне отзвонись. Вот будет позорище, генерал нам не простит.

Комаров быстро спустился на первый этаж и заглянул в дежурную часть. – Петрович, кого сегодня задерживали?

– Двух гражданочек. Вроде бы за нарушение общественного порядка и отсутствие документов.

– Кто их привез?

– Никто, подполковник Бугаев лично привел.

– Протокол составляли?

– Еще нет, все дознаватели сейчас на выезде.

– Где задержанные?

– В обезьяннике, там со вчерашнего вечера еще два бомжа сидят, но они смирные, – виновато вздохнул майор. Борис, что я мог сделать, мне бугай приказал, он же исполняет обязанности начальника Управления пока тот в отпуске. А что, дамы очень важные персоны?

– Ты даже себе не представляешь какие, – уныло произнес Комаров. Срочно их выпускай и извиняйся, а я сейчас зайду к Бугаеву и объясню, кого он лично посадил в обезьянник.

– Разрешите, товарищ подполковник? – спросил майор, входя в кабинет.

– Ну что у тебя, – недовольно произнес тот.

– Я хотел бы уточнить, за что вы сегодня задержали двух гражданок.

– За дело, и вообще, не забывайся, майор, пока я здесь начальник. И мне твои связи в Москве по барабану.

– Вы хотя бы спросили их фамилии?

– А на хрена. Пусть следователи выясняют.

– В таком случае, довожу до вашего сведения, что одна из задержанных жена генерала Веселова, а вторая ее родственница.

– Не может быть, – побледнел подполковник.

– Еще как может. Думаю, что комиссия, которую мы ждем со дня на день, заинтересуется вопросами неправомерного задержания граждан сотрудниками управления, – ответил Комаров. Разрешите идти?

– Борис, подожди, может, как-нибудь все уладим, свои же люди, – заюлил Бугаев.

– Извините, товарищ подполковник, меня ждут. Майор вышел из кабинета и довольный спустился вниз.

– Ну что, Петрович, отпустил дамочек?

– Да, и извинился. Но они ничего, вроде бы не особо обиделись. Как думаешь, бугай получит нагоняй?

– Надеюсь, – засмеялся Борис. Я пошел к себе, если что, свистнешь мне.

Подполковник, сидя в кабинете, долго матерился, затем набрал Сургучева. – Немедленно неси заявление от себя лично и от охранника, которого поцарапал кот. Если меня не будет, оставишь бумагу в дежурной части. Все, отбой. Вот так, мы тоже не пальцем деланы, умеем работать с заявлениями граждан, – подумал Бугаев, и, взглянув на часы, отправился на обед. Подполковника в Управлении откровенно не любили и побаивались. Проработав всего два года участковым инспектором, он неожиданно для всех был назначен помощником начальника отдела по работе с личным составом, затем пересел в отдел кадров, где быстро сделал карьеру, подсиживая коллег по службе. Ходили слухи, что у него волосатая лапа то ли в областном управлении, то ли в министерстве. И если коллеги пренебрежительно относились к подполковнику как к профессионалу, то начальство ценило его за умение принять высокопоставленных гостей, ненавязчиво одарить сувенирами, устроить их жен в лучшие санатории города.

Как только Бугаев уехал, в дежурную часть явился один из охранников Сургучева.

– Мне надо к подполковнику Бугаеву, я тут заявление принес.

– Его сейчас нет, оставляйте, я передам, – сказал старший дежурный.

– Так мне еще одно заявление надо написать. Меня кот поцарапал.

– Понятно, – быстро просмотрев оставленную бумагу, – слегка улыбнулся майор. – Старлей, быстро звони Комарову, пусть к нам зайдет, – шепнул он помощнику. А вы садитесь за стол, ручка, бумага есть? Вот и пишите.

– Я не знаю, как, – насупился охранник, у которого на лице читалось восьмилетнее образование пополам с коридорным.

– Грамотно, – отозвался дежурный.

– А с чего начать?

– Пишите, такого-то числа, во время встречи вашего начальника с пенсионерами, которые протестовали против вырубки деревьев в курортном парке, вас поцарапал кот. Прошу привлечь к ответственности. Подпись и число.

Комаров, читая заявление Сургучева, слушал майора и едва сдерживал смех.

– Я не понял, кого надо привлекать к ответственности? – спросил заявитель.

– Того, кто вас поцарапал.

– Петрович, – тихо сказал Борис, ты отметь в журнале время появления задержанных гражданок и не забудь проставить часы, когда принял заявления.

– Понял, все сделаю, – подмигнул майор. Может тебе отксерить эти цидульки?

– Хорошая мысль, уважаю понятливых.

Когда дежурные остались одни, довольный майор сказал, – не подвело меня чутье, теперь Комаров так раскрутит это дело, что все Управление будет над бугаем смеяться. У Бориса опыт на этот счет есть. У нас случай был. Капитан из уголовного розыска очень хотел его подсидеть, вроде бы накопал какой-то компромат и принес кассету начальнику Управления. Начали слушать, а там порнушка на английском и отрывок из доклада министра об оборотнях в погонах. Над тем капитаном все ржали до тех пор, пока он не переехал в другой город. Наш Комаров – профессионал, таких мало осталось, и что важно – порядочный мужик. Помочь ему не грех, ты учти это, старлей.

Между тем, подруги, вернувшись домой, приняв душ и переодевшись принялись обедать. Когда затренькал мобильник у Анны Сергеевны, она тяжело вздохнула, – муж, сейчас нам достанется на орехи.

– Аня, я знаю, что никакими цепями вас с Гелей дома не удержишь, но можно ведь соблюдать хоть какие-то меры безопасности, – начал генерал. Почему вы не взяли с собой сумки, для чего в них Максим встраивал микрофон и тревожную кнопку.

– Андрей, не ругайся, мы осознали, больше не будем.

– А в полиции как вы себя вели? Вместо того, чтобы молчать в тряпочку, одна права качает, вторая советы дает, а потом обе хохочут. Я не понимаю, что может быть смешного во время сидения в обезьяннике.

– Мы просто представили себе, как ты вставляешь семиведерную клизму, мы раздуваемся и взлетаем, народ смотрит, а Гелька сверкает задницей, так как не носит брюк.

Генерал расхохотался, – ну что с вас возьмешь, вроде и немолодые, а полные дурехи.

– Андрей, ты только ребят не ругай, они ни в чем не виноваты. У Бориса скоро свадьба, ты приедешь?

– Не знаю, Анечка, очень хотелось бы, но не уверен, сейчас и в выходные работаю. Но я постараюсь. Ладно, ведите себя прилично, не забывайте сумочки. Геле привет, а Крыське, Арни и спецназу передай от меня спасибо. Они сами догадались, что надо бежать в Управление?

– Конечно, нас так быстро забрали, что мы ничего не успели сказать нашей девочке. Но мы нисколько не сомневались в том, что она сама сообразит, что надо делать.

– Да, сокровище нам попалось, вы берегите ее. Анечка, я прощаюсь, очень тороплюсь.

– Ну, что подруга, сильно досталось от мужа? Клизму будет вставлять?

– Не волнуйся, летать над городом нам не придется. Где Крыся, Андрей просил передать ей, Арни и спецназу спасибо.

– Наконец-то и моего героя нашла награда от генерала, – обрадовалась Гелена Казимировна. Аня, а что мы будем дарить молодоженам на свадьбу?

– Надо осторожно узнать, есть ли у Комарова посудомоечная машина, плита с хорошей духовкой, микроволновка, соковыжималка, в общем, все, что нужно иметь на кухне. Сбросимся и сделаем общий подарок. Наташа хорошая хозяйка и будет этому рада. А ты как думаешь?

– Я согласна.

Прошло три дня, из-за предсвадебных хлопот подруги уже начали забывать о своем пребывании в обезьяннике, пока им не напомнил Алексей Дубинин. Он вбежал в дом и, едва поздоровавшись, принялся рассказывать.

– У нас работала московская комиссия, которая проверяла всех и вся, а сегодня прошло итоговое совещание. Все было, как всегда, за одно – похвалили, за другое – поругали, и отдельно коснулись работы с гражданами. Вышел к трибуне капитан, который анализировал эту сторону нашей службы. Он отметил успехи, похвалил несколько человек, в том числе и меня, не выдержав, похвастался Алексей, указал на недостатки. А потом такое началось, вы себе не представляете. Капитан говорит, как нам стало известно, во время встречи пенсионеров, протестовавших против вырубки Курортного парка с заместителем директора ООО «Горстройинвест» Сургучевым, произошло задержание двух гражданок по его личному указанию. Какая статья закона была нарушена, вы знаете сами, не буду напоминать. К сожалению, подполковник Бугаев санкционировал это задержание за нарушение общественного порядка и отсутствие документов, удостоверяющих их личность. Обращаю ваше внимание на то, что в журнале дежурной части было отмечено время их помещения в обезьянник. Спустя час, что также зафиксировано, были приняты два заявления от Сургучева и его охранника. Первый пожаловался на то, что собака породы дворняжка вырвала у него из рук важный документ и скрылась, поэтому он требует привлечь к ответственности участниц встречи. Опросив свидетелей, мы выяснили, что данная собака никому не принадлежит, и мотивы ее действий людям неизвестны. Далее, в заявлении охранника Сургучева сказано, что его поцарапал до крови кот, и он просит его наказать. По показаниям тех же свидетелей, кот сидел в корзине и бросился на заявителя, когда тот схватил за руку его хозяйку. Правда, данная гражданка пообещала охраннику надеть ему на голову корзину с экскрементами кота, но угрозу не осуществила. В итоге, возникают два вопроса, за что задержали участниц встречи и почему не разыскали главных виновников, то есть кота и собаку.

Дубинин не выдержал и захохотал, к нему присоединились подруги, а Крыся задрала хвост и от удовольствия закрутила попой.

– Алексей, а как все реагировали на выступление проверяющего? – полюбопытствовала Анна Сергеевна.

– Сначала все надувались от смеха, Бугаев-то сидел в президиуме, потом начались откровенные смешки в основном из дальних рядов, а под конец зал так грохнул, что думали, потолок обвалится. После совещания в кабинетах и коридорах стоял сплошной хохот, мужики за животы держались, и не успевали слезы утирать. А наш бугай сидел красный, как помидор, не знаю, как он все выдержал. У нас уже прошел слух, что ему предложили должность в Управлении полиции соседнего города.

– Так что же, подполковника не накажут? – разочарованно спросила Гелена Казимировна.

– Влепят, конечно, выговор, но не в этом дело. Теперь, где бы он ни работал, подсмеиваться над бугаем будут всегда, а это страшнее всего. Да и пакостный он мужик, все знали, что он крышует несколько фирм, только доказать это трудно.

– Повезло вам с капитаном, – задумчиво сказала Истомина.

– Анна Сергеевна, у нас ничего случайного не происходит. Мне по секрету сказал Максим, что это наш генерал откопал где-то в провинции того парня и включил его в состав московской комиссии. Знающие люди говорят, Андрей Петрович умеет завязывать такие узелки, что потом никто не может их развязать. За это подлецы его ненавидят, а профессионалы высоко ценят.

– Анечка, я всегда говорила, что твой муж-орел, заметила Гелена. Алексей, что слышно о судьбе парка, а то из-за приготовлений к свадьбе мы все пропустили.

– После визита пенсионеров к мэру, вырубку деревьев приостановили. Сейчас в администрации города разбираются, кто и когда давал разрешение на строительство. Дамочки, давайте обсудим, все у нас готово к свадьбе, мы ничего не забыли.

– Нам осталось только подарки купить, я предлагаю их привезти в квартиру Бориса заранее, чтобы в день регистрации не заморачиваться, – сказала Истомина. А вы как считаете?

– Правильно, и договоримся с мастерами, чтобы они сразу же установили новую плиту и посудомоечную машину, облегчим жизнь нашим молодоженам, – улыбнулся Алексей. Борис ходит такой счастливый, его только напрягает встреча с отцом Наташи, олигарх все-таки, добычей алмазов занимается.

– Я читала о нем в интернете, как ни странно, плохих отзывов немного, в основном все отмечают его организаторский талант, предприимчивость, он занимается не только производством, но и строительством социальных объектов. Правда, пишут, что Строев бывает жестким, бескомпромиссным, требовательным к подчиненным, но это как посмотреть, – сказала Анна Сергеевна.

– Ой, да что вы на олигархе зациклились. Он приехал и уехал, а мы как жили, так и будем жить дальше, – вмешалась Гелена Казимировна.

– Гелечка, ты как всегда права, – засмеялась Истомина.

Иван Константинович Строев летел в Тригорск с радостью и некоторым беспокойством. По той информации, которая у него была, будущий зять стоящий мужик, но с характером, поймут ли они друг друга, станут ли близкими людьми, ведь для дочери это так важно. Правда, Ирина в восторге от Бориса, но тетка с Наташей родственные души, так что удивляться тут нечему. Грядущая свадьба его тоже напрягала, обязательно кто-то напьется, кто-то начнет выяснять отношения, а ты сиди как дурак среди чужих людей и радуйся празднику. Даже с дочкой толком не пообщаешься, – вздохнул Строев.

Когда самолет приземлился, и спустили трап, к нему подъехал джип, из которого выскочил молодой мужчина.

– Иван Константинович? Я за вами, меня зовут Максим, поехали скорее, времени в обрез.

От такой фамильярности Строев чуть не оторопел. Никакого почтения и демонстрации радости, к которым он привык за последнее время.

– Эти тоже с вами? – кивнул Забелин на двух телохранителей, – да, тяжела ты шапка олигарха.

– Интересно, у них здесь все такие или один выискался, – подумал Строев.

– Действуем следующим образом, – продолжил Максим. Я вас, Иван Константинович, привезу к Ирине Николаевне, чтоб вы привели себя в порядок, а мы с вашими ребятами смотаемся за цветами, нехорошо, если отец невесты будет без букета. Потом вас отвезу в ЗАГС, Наташа туда подъедет вместе с Борисом, но на разных машинах. Скажу откровенно, платье у нее офигенное, да и дочка ваша умница-красавица, у нас ее все любят.

– А про платье откуда знаешь? – хмыкнул Строев.

– Так мы с Алексеем и с нашими дамочками его выбирали. Бедная Наташа штук пять их перемерила в магазине, пока не решили, какое брать.

– Что у них здесь творится, какой Алексей, какие дамочки, кто такие все, – недоумевал про себя олигарх. Придется допрашивать Ирину с пристрастием, но в этой суете разве что-нибудь толком узнаешь.

В ЗАГС Крыся не поехала, а осталась вместе с Алексеем в доме у Забелина. Во-первых, она уже там была, когда Аня женилась на генерале, во-вторых, ей надо подготовить Арни, Найта и кавказца к встрече молодоженов, а в-третьих, ее любимый Фоменко подъедет только к свадебному столу. Крыся уже представляла, как подполковник посадит ее на большую ладонь, поднимет, и прижмет к себе. От счастья у нее закружилась голова, ножки подогнулись, и она шлепнулась на землю.

– Девочка, что с тобой, ты не заболела, – подхватил собачку Алексей Дубинин. Та тявкнула и оскалилась.

– Это ты от радости, что Фоменко увидишь? Ах, ты наша гулена, ах ты симпатюшечка, и бантик тебе завязали красивенький, и глазоньки замечательные. Слышишь, Найт залаял, значит, скоро здесь будет Максим с гостями. Давай, строй свою команду, а я пойду открывать ворота.

Когда все вышли из машин, зазвучал вальс Доги из фильма «Мой ласковый и нежный зверь», Борис с Наташей закружились под его музыку и аплодисменты гостей. Потом к ним подбежали собаки и кот с ромашками в зубах и положили цветы к их ногами.

– Ура! – заорал Федор и все его поддержали.

Иван Константинович сидел рядом с Ириной, и у него почему-то сжималось сердце. После первого тоста и крика «горько!», он никого уже не слушал, а только всматривался в лица присутствующих, ловил их улыбки, чувствовал, с какой теплотой они обращаются друг к другу, и мучился неясными воспоминаниями. А когда понял, вышел из-за стола и направился в дальний угол сада. Строев уселся на какую-то корягу и заплакал тяжело и горько, как когда-то на похоронах жены. Он узнал в этих людях себя молодого и счастливого, своих друзей, которые давно исчезли из его жизни, и понимал, что ничего уже изменить нельзя. От этого становилось еще горше и обиднее. Внезапно Строев увидел перед собой маленькую уродливую собачку, которую все чмокали, хватали на руки и называли красавицей. Она смотрела на него и из ее больших круглых глаз капали слезы. – Ах, ты моя хорошая, иди ко мне на ручки. Ты моя жалельщица, ты моя красавица, все-то ты знаешь, все понимаешь. Я слышал, что тебя Крысей зовут, а меня Иваном, вот мы и познакомились. Ну что, будем успокаиваться, я сейчас вытру от слезок твою мордочку, и пойдем к столу, нас уже там, наверное, заждались. А кто это рядом стоит и молчит? Ты, кавказец? Хороший пес, большой, мне бы такого.

Когда появился Строев с Крыськой на руках, все переглянулись и облегченно вздохнули.

– Иван Константинович, передайте, пожалуйста, Крысечку подполковнику Фоменко. Он хоть и не олигарх, но наша девочка в него влюблена по уши. Впрочем, у вас тоже есть шанс стать ее возлюбленным, она не равнодушна к крупным мужчинам, – сказала Гелена Казимировна и сдвинула на бок шляпку. Строев расхохотался, к нему присоединились все остальные и принялись рассказывать ему о подвигах Крыси и ее спецназа, об Арни и его сыночке, который живет в Ракитовке и местные кошки требуют от него алименты.

– Как, ты Иван? – участливо спросила его Ирина Николаевна.

– Все хорошо, даже не помню, когда мне было так легко и просто, по-моему, нашей Наташе повезло с мужем и друзьями.

– Я тоже спокойна за нашу девочку. Между прочим, Комаров мне напоминает тебя в молодости, вы с ним даже внешне похожи, только ты покрупнее будешь. Думаю, вы подружитесь, ну а если Крыська тебя признала, значит, ты тоже член этой большой семьи.

– А что, малявка всех тестирует?

– Еще как, она необыкновенная, очень умная, сообразительная и чуткая.

– Это я уже понял, но все равно моя душа лежит к большим собакам, к таким, как этот кавказец. Строев погладил пса, который стоял возле него и не сводил преданных глаз.

Анна Сергеевна подозвала Забелина. – Максим, посмотрите на эту пару, мне кажется, они созданы друг для друга, может, отдадите кавказца?

– Ну как же, я к нему уже привык, они с Найтом хорошо дружат.

– Максимушка, – вмешалась Гелена Казимировна, – ты к нему привык, а Найта любишь. Кавказец это чувствует, ему у Ивана Константиновича будет хорошо.

– Ладно, – вздохнул он, – убедили, теперь мне с Найтом надо объясниться.

– Попроси Крыську, у нее лучше получится.

Когда начал стихать смех и женщины стали готовить чайный стол, Строев отозвал в сторону Комарова. – Борис, через час я улетаю, уйду по-английски, попрощаюсь только с дочкой и Ириной. Жаль, что не удалось толком пообщаться, но думаю, все еще впереди. Береги Наташу, если будет нужна помощь, обращайся. Не дергайся, понимаю, что с такими друзьями, ничего не страшно. Но все-таки, помни, мы уже родственники, и я готов сделать для вас все возможное и невозможное. И еще, не тяните с детьми, я вам построю или куплю дом. Не смотри на меня волком. Это подарок внукам. Хочу, чтобы они бегали босыми ножками по травке, ягодки с кустов срывали, с Крыськой и котом играли. А я когда-нибудь поселюсь неподалеку от вас и буду радоваться жизни. Договорились?

– Хорошо, спасибо вам за Наташу, я ее сейчас позову. Максим отвезет вас в аэропорт, за вещами будете заезжать?

– Нет, подарки я выложил, а костюм и всякая мелочь пусть остаются, потом как-нибудь заберу. Да, скажи моим архаровцам, что мы уезжаем, а то они расслабились за столом и забыли про своего начальника.

Когда Строев сел в машину, то обнаружил в ней кавказца. – Что, псина, тоже едешь меня провожать?

– Нет, Иван Константинович, теперь он ваш, – улыбнулся Забелин.

– Правда? – обрадовался тот. Не шутишь? Даже не знаю, как тебя благодарить.

– Я здесь не причем, это наши дамочки уговорили отдать пса. Сказали, что вы созданы друг для друга.

– Как его зовут?

– Мы еще не придумали имя, он у меня недавно.

– Тогда это будет Якут, пес ты не возражаешь? Тот кивнул головой.

– Молчаливый мне достался парень, но и я не особо разговорчивый. Будем дружить.

– Ребята, как вам свадьба, надеюсь, вы не голодные, – обернулся к телохранителям Максим. А то Гелечка все переживала и передала вам пакет с едой. Лететь вам далеко, в самолете подкрепитесь.

– А про нас с Якутом забыли, – почему-то расстроился Строев.

– Не волнуйтесь, вам две сумки загрузили, я их в багажник поставил. Генеральша сказала, еще неизвестно, кто и чем нашего олигарха будет кормить, а здесь все домашнее.

– Кто у нас генеральша?

– Анна Сергеевна. Жаль, что ее муж не смог приехать, он в Москве в нашем министерстве работает.

– Как фамилия, я там многих знаю.

– Веселов Андрей Петрович.

– Лично не знаком, но слышал много хорошего. Ну, у вас и семейка, только не пойму, кто кому кем приходится.

– Мы не родственники, но считаем себя одной семьей, – засмеялся Забелин. Нас дамочки как-то объединили, вот мы вокруг них и крутимся. Вы, Иван Константинович, прилетайте к нам почаще, перезнакомитесь со всеми, съездим в Ракитовку на рыбалку, мы любим там собираться с собаками, с котами, они у нас такие забавные. Только у меня ко всем просьба, вы много чего слышали сегодня про Крыську, никому о ней не рассказывайте. Она у нас девочка необыкновенная и мы за нее очень боимся. Не дай Бог, кто-нибудь ее выкрадет или что худое сделает.

– Не переживай, Максим, у меня ребята не из болтливых, да и сам я кое в чем разбираюсь, – произнес Строев. Ну, вот мы и приехали, будем прощаться. Я рад, что вас увидел, передавай всем привет и отдельное спасибо дамочкам за собаку. Ты посмотри, трап только спустили, как Якут уже ринулся в самолет.

– Боится, как бы я не передумал, значит, он выбрал себе хозяина. Приезжайте, Иван Константинович, мы будем рады.

Забелин сел в джип и пробормотал, – а что, нормальный мужик, хоть и олигарх. Вернувшись домой, он обнаружил по – новой накрытый стол и смеющиеся лица друзей. – Не понял, я опять что-то пропустил?

– А то, – услышал он знакомый голос и увидел, вынырнувшего из темноты, Громова.

– Сашка, ты все-таки прилетел, вот здорово.

– Он еще и меня взял с собой, – сказал, улыбаясь, Веселов.

– Вот вы молодцы, а где наши молодожены?

– Там, где им полагается быть, на брачном ложе, – хихикнула Гелена Казимировна. Не волнуйся, Максимушка, они с генералом и Сашей встретились, пообнимались и выпили, так что садись за стол, а то целый день извозчиком работаешь.

– Я не против, только вас же надо будет развезти.

– У нас будущая мама трезвая, Варя сядет за руль, она и Ирину Николаевну отвезла, – сказал Федор. Кстати, как тебе наш олигарх, ты с ним больше всех общался.

– Нормальный мужик, передавал всем привет и отдельное спасибо дамочкам за Якута, он так собаку назвал. Обрадовался страшно, а пес так боялся остаться, что первым ринулся в самолет. Наши дамы, как всегда правы, они нашли друг друга. Кстати, Андрей Петрович, Строев сказал, что он о вас слышал много хорошего. Жалко, что вы с ним не познакомились, он мне понравился.

– Я тоже о нем слышал, вроде ничего криминального за ним нет.

– Андрей, дернула его за руку жена, ну что ты сразу о своем, не забывай, что мы уже почти родственники.

– Анечка, – шепнул ей на ухо генерал, ты приготовила бутерброды на завтрашний день и список нецелованных мест? Та засмеялась и покраснела.

– У меня есть тост, – поднялся Громов, давайте выпьем за то, что мы любимы…

– И потому непобедимы, – продолжили все хором.

– Саша, – наклонилась к Громову Истомина, как дела у мамы?

– Хорошо, мы с Егором Антоновичем подружились, он очень любит мамусика, она так расцвела, помолодела, я за нее очень рад. Они уже подали заявление в ЗАГС.

– С Машей общаешься?

– А то, я ей уже позвонил, завтра увидимся, так соскучился, что сил нет. Как только обустроюсь в Москве, сразу сделаю предложение. Лишь бы она согласилась, – вздохнул он.

– Саша, разве тебе можно отказать, – улыбнулась Анна Сергеевна.

– Машуня может, она у меня девушка с характером. Но ничего, если атака будет отбита, возьмем длительной осадой, – засмеялся Громов. Крыська, – крикнул он, – иди ко мне, раз Фоменко отбыл, будем с тобой обниматься. Кстати, дамочки, расскажите, как вы сидели в обезьяннике, народ жаждет подробностей.

Пока все слушали Гелю, а потом рассказ Алексея об итоговом совещании, Крыся сидела на руках у Саши и вспоминала свадебный наряд Наташи, который ей очень понравился. Немножко подумав, она решила, что когда будет выходить замуж, попросит Аню сшить ей такое же красивое и длинное платье, чтобы прикрыть кривенькие лапки, а то над ними все почему-то смеются. И еще купить диадему, чтобы на головке все сверкало. Довольная своей идеей, собачка засопела, и проснулась уже дома на диванчике под боком у кота.

Иван Константинович Строев вышел из машины и выпустил собаку. – Теперь это твой дом, сейчас я его открою, и ты выберешь себе в нем место. Ребята, – обратился он к телохранителям, – заносите сумки и отдыхайте. А мы, Якут, сейчас посмотрим, что нам дамочки передали и дружно поедим. Внезапно пес насторожился и побежал по лестнице на второй этаж. Услышав голоса, доносящиеся из спальни, Строев вздохнул, – может это и к лучшему. Он распахнул дверь и увидел в постели Елену и Вадима Зубова, которого недавно назначил своим заместителем.

– Чтобы через пятнадцать минут вас здесь не было. Ты забираешь свои тряпки и цацки, а ты оставишь заявление об уходе в приемной у моего секретаря. Строев зашел в свой кабинет, достал деньги, и неожиданно для себя, почувствовал облегчение. Пойдем, Якут, есть охота.

– Иван, может быть, поговорим, – вошла в кухню Елена. Я конечно, виновата, не понимаю, как это случилось, но все-таки мы не один год прожили вместе, нельзя же так сразу все рубить.

– Именно так и надо, сразу и навсегда, – не переставая жевать пирожок, ответил он. Нам давно надо было разойтись, чего я тянул, сам не пойму. Хорошо, что наш брак гражданский, пожили, разбежались, и ладно. Насколько я помню, у тебя есть двухкомнатная квартира, так что без крыши над головой не останешься. Если не на что жить, продавай цацки или иди работать. Возьми конверт, на первое время хватит. Хочешь, я вызову такси?

Елена резко повернулась и, глотая злые слезы, вышла из дома, волоча за собой два увесистых чемодана. – Ничего, ты меня плохо знаешь, я тебе устрою веселую жизнь, олигарх гребаный. Ты у меня горючими слезами захлебнешься.

– Вот такие дела, Якут, – сказал Строев. Думаю, что нам и вдвоем будет хорошо. Впрочем, я целыми днями на работе пропадаю, в командировки часто езжу, тебя нельзя оставлять одного. А мы Ирину вызовем, чего ей делать в Тригорске, Наташа к мужу переехала, у нее своя семья образовалась. По-моему хорошая идея, ты не возражаешь, псина? Молчишь, значит, согласен. Если поел, то пойдем я тебе покажу весь дом, и определимся, где будешь спать.

Елена вошла в свою квартиру, быстро распаковала чемоданы и принялась за уборку. Это она со Строевым могла изображать великосветскую даму с мозгами курицы, а на самом деле, продираясь наверх, ей пришлось через такое пройти, что лучше и не вспоминать. Притворство, приспособляемость, терпение и трезвый расчет помогали ей выживать в любых ситуациях. Покончив с уборкой и приняв душ, Елена достала шкатулку с драгоценностями. Если их продавать, то на безбедное существование хватит надолго, но ей хотелось большего. Привыкнув к безделью, к одежде из бутиков, к неконтролируемым тратам, поездкам на лучшие курорты мира, она не собиралась менять образ жизни. Осталось найти дойную корову, только где. Здесь ей ничего не светит, никто не захочет с ней связываться, боясь всемогущего Строева. Никому ведь не скажешь, что ее дальнейшая судьба Ивану по барабану. А если и намекнешь, все равно не поверят. Уехать в столицу? Но там таких как она, навалом, и помоложе, и получше. Еще немного подумав, она набрала номер Вадима. – Ты уже пришел в себя, приезжай ко мне, записывай адрес.

Зубов вошел в квартиру и огляделся. – Какого черта ты таскала меня в особняк, могли бы и здесь встречаться.

– Квартиранты жили, сегодня утром съехали, – соврала Елена. Она никого сюда не приводила, да и сама появлялась редко.

– Кофе будешь?

– Лучше коньяк.

– Это потом, поговорим на трезвую голову. Что думаешь делать?

– Еще не решил, здесь мне ловить нечего, завтра все будут знать, что меня уволил Строев, и никто к себе не возьмет. Разве что лопатой махать или трактором управлять. Надо сваливать отсюда, только куда. Без больших денег и связей приличную работу не найдешь.

– Вот и я о том же. Надо подоить Ивана, – сказала Елена и криво усмехнулась.

– Каким образом? – удивленно взглянул на нее Вадим.

– Найти компромат и шантажировать. У меня на него ничего нет, может, ты что-то знаешь, все-таки в заместителях ходил.

– Я эту должность занял всего два месяца назад, и никакой информацией на этот счет не владею. Глупости ты говоришь, у него такая служба безопасности, что нас вычислят на раз-два.

– Тогда есть еще вариант, взять в заложники его дочь, и потребовать выкуп, ради нее он сделает все, что потребуем.

– Ленка, ты с ума сошла, я экономист, а не террорист. Да он всех на уши поставит, вся полиция страны на него будет работать, если пообещает вознаграждение.

– Он будет молчать. Ивану проще заплатить, чем стать посмешищем, недругов и завистников у него хватает. Знаешь, как будут злорадствовать, у самого Строева дочь украли. Он, конечно, поедет в Тригорск, возьмет с собой мужиков из службы безопасности, но что они там сами смогут сделать, не зная особенностей города, не имея агентуры и поддержки со стороны полиции. Ну, подкупит пару оперов, только я очень сомневаюсь в способностях сыскарей из небольшого курортного города.

– Да, непростая девушка, ох и непростая, – с изумлением слушал любовницу Зубов. – Лена, зачем тебе я? У тебя самой голова хорошо варит, без меня можешь обойтись, лишний человек – ненужный свидетель.

– Одна голова хорошо, а две лучше. Я однажды слышала, как Иван кому-то сказал по телефону, что у тебя мозги хорошо работают, неординарно мыслишь, умеешь быстро просчитывать разные варианты. В нашем деле, это то, что надо. А еще, – подумала она, – жаден ты, мальчик, я же видела, с каким вожделением ты осматривал особняк Строева, с какой завистью говорил о его миллионах. Так что никуда ты от меня не денешься.

– Я должен подумать, – сказал Вадим.

– Хорошо, только недолго. Завтра сообщишь о своем решении.

Зубов пришел к Елене около девяти утра, и к своему удивлению застал ее у плиты. – Насколько я знаю, ты раньше одиннадцати не встаешь.

– Я же не всегда была женой олигарха, приходится возвращаться к прежним привычкам. Садись, сейчас будем завтракать. Отнес заявление об уходе?

– Да, дождался, когда все уйдут на утреннее совещание, и оставил у секретаря. Лена, как ты вообще представляешь всю операцию? На нее нужны деньги и люди, где их взять?

– Это моя забота. Есть у меня два надежных человека в Москве, ты с ними отправишься в Тригорск, снимите квартиру, нет, лучше дом, в летний сезон туда приезжают многие отдыхать, так что никаких подозрений не будет. Машину возьмете напрокат. Разыщете Наташу, я знаю, что она работает в магазине «Якутские алмазы». Черт, она только что вышла замуж и могла сменить фамилию. Ну, ничего, у меня есть фотография, правда любительская, перед ее отъездом снимались на каком-то пикнике. Не думаю, что она очень изменилась за последние годы.

– А кто ее муж? Он не поднимет хипеж, жена все-таки исчезла.

– Думаю, ему Строев запретит, так что заткнется. Но ты прав, а вдруг он олигарх местного разлива, тогда у нас могут быть проблемы. Иван ничего о нем не говорил, я даже о свадьбе дочери узнала перед его отъездом. Ладно, попробую выяснить. Дальше, вы похищаете девушку и держите под замком. Тут же звоните Ивану и требуете выкуп в пять миллионов долларов.

– Не маловато ли?

– Зато реальная сумма, которую он сможет собрать за короткий срок. Мы должны действовать быстро, нагло, но с умом.

– Лена, может быть, поедем вместе в Тригорск?

– Я там появлюсь позже, надо же кому-то здесь отслеживать передвижения Строева. Дня три-четыре меня в Якутске не будет, а ты пока просчитай все варианты его действий. Да, на всякий случай, купи еще один мобильник, и запиши мой новый номер. Так будет надежнее, в службе безопасности Ивана не дураки работают.

– Ты и это предусмотрела, а что, может быть у нас и получится, – засмеялся Зубов.

– Должно, иначе загремим даже не под фанфары, а под тюремный марш. Все, уходи, мне надо подготовиться к отъезду.

Закрыв дверь за Вадимом, Елена позвонила в Москву. – Клим, это я, завтра буду в столице, хотелось бы встретиться, сможешь? И с Денисом тоже. Двух закадычных дружков, которых часто называли «два брата-акробата» за занятия спортом, она знала с юности. Они входили в группировку первого мужа Елены и отличались дерзостью и хитростью. Когда их подельники попали за решетку, а главарь был убит при задержании, они сумели скрыться. Год назад ей неожиданно позвонил Клим, – ну, что, подруга, ты, оказывается, высоко поднялась, ходят слухи, что женой олигарха заделалась, а про старых дружков не забыла? Вот этого Елена боялась больше всего. Сначала ей хотелось просто отключить телефон, но она справилась с собой. – Да ты что, Клим, как можно, рада тебя слышать, ты где, как поживаешь.

– Мы с Денисом в Москве, занимаемся кое-каким бизнесом, сама знаешь, жизнь здесь недешевая, могла бы и подкинуть бабла по старой памяти.

– А ты, мальчик, не борзей, и не забывай, кто ты, а кто я. Через месяц буду в столице, встретимся и все обговорим конкретно, – жестко ответила Елена.

– Тогда нет базара, мы люди понятливые, будем ждать.

Она встретилась с дружками в каком-то кафе и поняла, что весь их бизнес – это вымогательство и запугивание мелких торговцев, что ходят они в шестерках у какого- то бригадира, но напакостить ей могут. Поэтому, когда приезжала в Москву, отстегивала им небольшие суммы, что всегда воспринималось с благодарностью.

Елена заказала по телефону билет на утренний рейс и задумалась. – Что выгоднее, продать какую-нибудь цацку, как говорит Иван, или снять определенную сумму со счета в банке? Пожалуй, бриллианты не стоит трогать, слишком подозрительной будет их срочная продажа, тем более, что Строев был, как всегда щедр, выплатив ей отступные. Вот же сволочь, сколько она его обхаживала, сколько уговаривала официально оформить их отношения, а он все отмалчивался. Однажды только сказал, – у меня уже была жена, другой не будет, а ты – подруга. Не нравится, уходи. Но она все-таки надеялась его уговорить, особенно после отъезда Наташи. Не получилось.

В Москве Елена устроилась в относительно недорогой, но вполне приличной гостинице, в роскошных отелях, где ее хорошо знали, светиться не захотела, да и лишние деньги тратить не собиралась. Может быть, все отменить, слишком много риска, мелькнула мысль, но она тут же ее отогнала. Если бы Строев ругался, орал, было бы не так обидно, но он с таким унизительным равнодушием выпер ее из дома, что такое простить она никогда не сможет. Созвонившись с Климом, и договорившись о встрече, Елена вышла на улицу и села в такси, припаркованном у гостиницы.

Ее будущие подельники уже сидели в кафе, ерзая от нетерпения. Увидев жадный блеск в их глазах, она уже не сомневалась, что они клюнут на ее предложение.

– У меня к вам дело, – без всяких предисловий начала Елена. Надо подоить одного богатенького Буратино. Друзья переглянулись. – А что, твой уже не дает молока? – заржал Денис.

– У него появилась молодая любовница, боюсь, что она скоро займет мое место. Мы живем в гражданском браке, поэтому при нашем расставании мне ничего не светит.

– Ты своего олигарха хочешь потрясти? – усмехнулся Клим.

– Нет, конечно, это слишком рискованно, но я знаю, кто может отстегнуть миллион долларов за возвращение похищенной дочери.

– Сколько? – хором спросили дружки.

– Не поняла.

– Сколько мы будем иметь за похищение?

– По тридцать тысяч баксов.

– Мало, – решительно сказал Денис.

– Много, даже слишком. Захватите девушку, привезете в дом и будете ее охранять. Все остальные вопросы на мне и моем друге, с которым отправитесь в Тригорск, где она живет. Ее папашка недавно переехал в Москву, и ему проще заплатить лимон, чем портить репутацию. Не слышу ответа. Если вас не устраивает мое предложение, желающие найдутся.

– Ладно, мы согласны, но нам нужен аванс, – ответил Клим.

– Завтра в двенадцать здесь получите по десять тысяч долларов, и по двадцать пять тысяч рублей на мелкие расходы.

– Не густо, – заметил Денис.

– Зачем вам больше, проезд до Тригорска, жилье и питание мы обеспечим, за неделю должны управиться. Но предупреждаю сразу, ни один волосок с головы девушки не должен упасть, никаких оскорблений и унижений. Если ее не тронете, отец будет молчать, в противном случае он вас найдет и размажет по асфальту. Запишите мой новый номер телефона, по старому не звонить. Если вопросов нет, я пошла.

На следующее утро Елена вошла в один из столичных банков и сняла со своего счета сумму, обещанную подельникам, еще сто тысяч долларов отправила по межбанковскому переводу в Якутск. Расплатившись с Денисом и Климом, и ответив на их вопросы, она вышла на улицу. В Москве уже нечего было делать, но возвращаться домой рано. Если ее начнут проверять, пусть считают, что после всех переживаний брошенная девушка решила развеяться в столице.

Тем временем Строев встречал в аэропорту Ирину Николаевну.

– Иван, глазам своим не верю, ты нашел время, чтобы лично встретить дальнюю родственницу, да еще с цветами, на тебя это не похоже. Неужели поездка в Тригорск так на тебя повлияла?

– Ирина, не такой уж я черствый и пропащий, просто очень благодарен за то, что ты по первому же зову примчалась спасать стареющего мужчину и его собаку от одиночества. Думаю, мы втроем поладим. Меня станешь по утрам драниками кормить, после работы встречать, за Якутом приглядывать, а большего и не надо. Хочу осенью Наташку с Борисом пригласить в гости, у них в ноябре слякотно и грязно, а у нас настоящая зима. Мы с зятем на охоту пойдем, вы с дочкой будете секретничать, разносолами радовать, как тебе такая перспектива?

– Впечатляет. Ты изменился, Иван, на лице даже морщины разгладились, и взгляд повеселел, не жалеешь, что расстался с Еленой?

– Ты что, Ира, наоборот, раньше надо было это сделать. Ладно, не будем о ней, рассказывай, как там наши молодые, Крыська, дамочки, Максим. Жду полного отчета о жизни в Тригорске.

– Тебе действительно это интересно? Раньше тебя ничего, кроме работы, не волновало.

– А теперь волнует, – буркнул Строев.

– Я привезла свадебные фотографии и Крыськины тоже. Девочка специально позировала для тебя. А Якуту отдельно передали снимок, где она с Найтом и Максимом. Дамочки, конечно, нагрузили сумку с соленьями-вареньями, Геля для тебя пирожков напекла.

Когда они вошли в дом, Якут уже стоял у двери.

– Ждешь нас, псина, – потрепал его Строев, помнишь Ирину, она теперь с нами будет жить.

Собака подошла к женщине и потерлась о ее ногу.

– Признал меня, мальчик, а я тебе что-то привезла, сейчас покажу, узнаешь?

Якут внимательно посмотрел на снимок, осторожно зубами выдернул его из рук Ирины Николаевны и побежал наверх.

– Иван?

– К себе понес, его место возле моего кабинета, он сам выбрал. Но ест на кухне, в уголке его мисочки, потом увидишь. Ира, ты сама разбирайся с сумками, а я пока фотографии посмотрю. Через некоторое время Ирина Николаевна услышала громкий смех и заглянула в гостиную. Ты только посмотри на эту морду, – сказал Строев, и в фас, и в профиль, и с бантиком, и с котом.

– Ты бы видел эту фотосессию, мы просто умирали от смеха, причем Крыська сама выбирала позы, Алексей только щелкал. А вот это ее гнездышко, вернее она его делит с Арни, они спят вдвоем на диванчике.

– Ира, давай в коридоре тоже поставим диван для Якута, а рядом повесим в рамочке снимок, который ты ему привезла. Мне кажется, псу понравится. Эта свадебная фотография Наташи и Бориса будет у меня в кабинете. Эх, и красивая у меня дочка.

– Зять тоже очень даже ничего.

– Мы действительно с ним похожи? Сейчас поищу старый альбом, найду себя молодого, красивого и сравним.

– Иван, ты не идешь на работу? – изумилась Ирина Николаевна.

– Нет, в конце концов, не каждый день ко мне приезжают родственники, мы с тобой вместе посидим, пообедаем, примем по пять капель, и ты мне будешь подробно рассказывать про всю нашу семью, я ведь толком не знаю, кто есть кто.

Елена вернулась в Якутск через четыре дня и прямо из аэропорта набрала номер телефона Строева.

– Здравствуй, мне нужно забрать оставшиеся вещи, когда можно заехать? – В любое время, – услышала она, – Ирина Николаевна откроет, ключи не забудь оставить.

Иван Константинович тут же позвонил домой, – Ира, моя бывшая подруга приедет за остатками своих тряпок, они в спальне и в гардеробной, пусть Якут проследит, чтобы не шастала по другим комнатам.

Выдавив из себя приветливую улыбку, Елена нажала на звонок входной двери, которая тут же распахнулась. – Здравствуйте, Ирина Николаевна, мне нужно забрать свои вещи. – Я знаю, проходите, – ответила та.

Елена быстро поднялась на второй этаж в сопровождении Якута. Он молча стоял у дверей, давая понять, что шаг влево, шаг вправо – реальная угроза здоровью. С ненавистью взглянув на собаку, она быстро запихнула вещи в сумку, и спустилась вниз. – Я слышала Наташа вышла замуж, кто же ее муж, тоже, наверное, олигарх? – спросила Ирину Николаевну.

– Насколько я помню, вас никогда не волновала судьба нашей девочки, откуда вдруг интерес?

– Да нет, я просто так, из праздного любопытства, вот, возьмите ключи от дома. До свидания.

Елена села в такси, с трудом скрывая злость, – чтоб ты сдохла, вобла сушеная, чтоб ты провалилась со своей собакой, ишь явилась, не запылилась. Ничего, ты еще у меня наплачешься, слезами умоешься, когда узнаешь, что твою ненаглядную девочку похитили. Подъехав к своему дому, она успокоилась и позвонила Вадиму.

Он примчался через час, – ну, что, как съездила, все сделала, удалось договориться?

– Ух, ты, как глазенки горят, не терпится денежки заполучить, видно уже решил, как будет тратить, – подумала Елена.

– Все в порядке, завтра полетишь в Москву, там тебя встретят Денис и Клим, оттуда отправитесь в Тригорск. Как будете добираться?

– На перекладных, электричками, автобусами, пригородными маршрутками. Неудобно и долго, зато документы не засветим.

– Молодец, сколько тебе нужно денег на все про все? Я аванс дружкам заплатила и выделила по двадцать пять тысяч на мелкие расходы.

– Нам понадобится не меньше трехсот тысяч рублей.

– А не многовато?

– Во-первых, дорога длинная, где-то придется ночевать. Сейчас даже в каком-нибудь Мухосранске номер в гостинице стоит как в трехзвездочном отеле. Во-вторых, снять дом в курортном городе в разгар сезона, удовольствие не из дешевых. А вдруг придется оплачивать месячное проживание, кроме того, мужиков надо как следует кормить, нельзя же их держать на голодном пайке. Еще нужно оплатить прокат машины. Так что расходов не меряно.

– Ладно, получишь ты эти деньги. Теперь главное, никто из дружков не знает, что мы берем в заложники дочь Строева. Я им сказала, что отец девушки – крутой бизнесмен из Москвы, а выкуп – миллион долларов.

– Толково. Ленка, ты меня не перестаешь удивлять.

– Все вопросы решай с Климом, он умнее Дениса и тот ему подчиняется. Проследи за тем, чтобы с Наташей они хорошо обращались, я их предупредила, но всякое может случиться. Кажется, я ничего не забыла. Ты просчитал действия Строева?

– Вообще-то он человек непредсказуемый, умеет находить нетривиальные ходы, но это в бизнесе. А когда речь зайдет о единственной и любимой дочери, то мозги могут и отказать, тем более, что главные проблемы он привык решать сам. Я согласен с тобой, Иван Константинович тут же полетит в Тригорск, прихватив с собой кого-то из службы безопасности. Моя задача выяснить, когда он там появится, где будет жить и выйти с ним на связь. Вот такая схема. Узнала, кто муж его дочери?

– Не удалось.

– Тогда этим сам займусь на месте. Ты когда прилетишь в Тригорск?

– Как только узнаю, что Иван уехал в командировку, – усмехнулась Елена. Нам еще нужно продумать, где будем менять девушку на деньги, и как уходить из города.

– Я считаю, финал нужно организовать в соседнем Железногорске, там, кстати, мы и возьмем машину напрокат. Смотри, мужики из службы безопасности нашего олигарха в первую очередь начнут изучать Тригорск, если обратятся к местным операм, они им в этом помогут. А вот Железногорск, хоть и рядом, для ментов чужая земля, зато мы там предварительно местность изучим и определим пути отхода. Ну, как тебе?

– Вадим, ты молодец, уверена у нас точно все получится, – засмеялась Елена. Теперь можно и расслабиться. Ты будешь коньяк или виски?

– И пиво тоже. Лен, мы в неделю можем не уложиться, слишком много времени займет предварительная подготовка.

– Это не страшно, главное, выиграть финальный бой. Проводив любовника, Елена еще раз проанализировала их разговор. – Прав был Строев, у Вадима мозги хорошо работают.

Спустя двое суток Зубов ей позвонил и сообщил, что они уже в Тригорске и сняли небольшой дом на две недели. Еще через полтора дня доложил, что Наташа живет с мужем в обычном пятиэтажном панельном доме, он ездит на старой иномарке, одевается скромно и на олигарха никак не тянет.

– Ты выяснил, где он работает?

– Да, в строительной фирме, то ли начальником отдела, то ли его заместителем. Зубов откровенно врал, это был тот самый случай, когда говорят «жадность фраера сгубила». Вадим разыскал дочь Строева в ювелирном магазине и после его закрытия довел ее до дома. С утра пораньше явился в уже знакомый двор и дождался появления Наташи с мужем, который усадил ее в машину. Дальше следить за ними не мог по той причине, что был без колес. А хватать такси и тратить, как он считал, понапрасну деньги, ему очень не хотелось. Зубов с прокатом автомобиля тоже тянул ради экономии в свою пользу. Он был хорошим теоретиком, но неважным исполнителем.

– Вадим, как там дружки себя ведут?

– Нормально, телевизор смотрят, спят, жрут, еще и водки требуют. Я им пару бутылок принес, так они меня на смех подняли.

– Что думаешь дальше делать?

– Завтра поеду в Железногорск, буду искать место передачи денег и пути отхода. Лен, что мне с этими алкашами делать?

– Пару бутылок купи, и предупреди, чтобы они к моему приезду были как стеклышко.

В тот день Анна Сергеевна и Гелена Казимировна завтракали традиционно вместе и лениво переговаривались.

– Аня, тебе не кажется, что жизнь наша несколько замерла, скучновато как-то стало.

– Геля, я тебя умоляю, не говори так, как только начинаешь ныть, обязательно что-то случается. Хочешь, поедем в Ракитовку, кот и Крыська там будут бегать, резвиться, они от жары совсем обленились. Мы на рыбалку сходим, по грибы. Варя с Федей нас давно приглашают.

– А что, это идея, варенья смородинового наварим, абрикосы в сиропе закроем, травку разную нарвем и на зиму засушим. Я согласна, Крыська, – крикнула Гелена Казимировна, – готовься к отъезду в деревню, и Арни скажи. Определитесь, какие простынки брать с собой, или обойдетесь теми, что в Ракитовке. Ань, она не реагирует, чтобы наша девочка не хотела в деревню, такого еще не было. Она же обожает выпендриваться перед местными собаками, хвастаться своими подвигами и наградами. Уж не заболела ли?

– Здесь два варианта, или совсем обленилась, или знает, что мы никуда не поедем. А вот это самое паршивое.

– Да что у нас может случиться, в Ракитовке все в порядке, я вчера с Варей разговаривала, молодожены счастливы, Максим и Алексей грозились сегодня на обед приехать. Твой Андрей утром звонил, ничего такого не говорил?

– Нет, Саша Громов сейчас в Москве, оформляет перевод на новую службу.

– Вот видишь, давай не заморачиваться, обед готовить, мужички наши поесть любят, да и мы с тобой такие же.

Крыся слышала, как Геля ей крикнула про Ракитовку, но не стала спускаться, чтобы избежать лишних вопросов. Пусть лучше дамочки думают, что она ленится, и спокойно занимаются обедом. А то скоро здесь такое начнется… Собачка тяжело вздохнула, – что за жизнь, даже поделиться не с кем. С Арни говорить бесполезно потому, что он очень конкретный. Стой здесь, иди туда – это кот понимает, а про остальное думать не хочет, совсем обленился. Крыся еще раз вздохнула и решила поспать, а то ночью будет совсем не до сна.

После обеда в компании Забелина и Дубинина, Анна поднялась в свои апартаменты, села в кресло с газетой, а затем, очень себя осуждая, прилегла на диван и уснула. Ее примеру последовала и подруга. Истомину разбудил жужжащий мобильник. Взглянув на часы, она ужаснулась, – ничего себе продрыхла, уже полседьмого. – Анна Сергеевна, это Комаров, Наташа не у вас?

– Нет, вы же сегодня собирались с ней идти в театр.

– В том-то и дело, она должна была прийти в пять часов, чтобы переодеться, привести себя в порядок, но до сих пор ее нет. Я уже обзвонил ее подружек, все больницы, морг, проверил наши сводки, как сквозь землю провалилась. Вам и Геле тоже звонил, но вы не отвечали.

Истомина испугалась, но сделала глубокий вдох и жестко сказала, – немедленно приезжайте к нам, немедленно. Затем сбежала вниз, – Геля, ты проснулась? У нас ЧП, Наташа пропала. Не зря, ох не зря Крыська не отреагировала на Ракитовку. Ну, я ей покажу, неужели нельзя было предупредить.

– Не ругай девочку, она здесь не причем. Сама остынь, объявляй общий сбор.

Не успел Комаров появиться в особняке, как следом за ним примчались Забелин и Дубинин. В присутствии друзей он еще раз повторил то, что сообщил Истоминой.

– На магазине установлена видеокамера, – сказал Максим, – я погнал.

– Борис, а что вы сами думаете обо всем этом? – осторожно спросила Анна Сергеевна.

– Не знаю, – Комаров с такой мукой посмотрел на нее, что ей стало не по себе.

– Нам всем надо успокоиться, поэтому выпьем чаю с вареньем, лимоном, кексиками, и дождемся Максимушку, – закудахтала Гелена Казимировна, вкатывая в гостиную столик с чайниками, чашками, и десертными тарелками. Когда после молчаливого чаепития появился Забелин, все оживились. Он вставил диск в ноутбук, – это то, что показала видеокамера магазина. Все увидели выходящую Наташу, которая завернула за угол.

– Это все? – разочарованно спросил Алексей.

– Нет, что было за углом, зафиксировала видеокамера кафе, смотрите. Девушка остановилась, потом кивнула и села в машину.

Комаров побледнел, – почему она села в автомобиль, кто пригласил, ее прошлый или нынешний поклонник?

– Господи, ничего не соображает, – пробормотала Новицкая.

– Борис, вашей жене, скорее всего, сказали, что с вами что-то случилось, – намеренно спокойно сказала Истомина.

– Да, – вмешалась Гелена Казимировна, когда похищали Вареньку, ей тоже сообщили, что Федя ранен. И она как ненормальная плюхнулась в чужую машину и оказалась в сарае с кляпом и связанными ногами.

– Вы считаете, что Наташу похитили? – спросил майор.

– Скорей всего, – ответил Забелин.

– Я должен позвонить ее отцу, – сказал Комаров и начал набирать телефон Строева. Одновременно с ним Истомина принялась звонить Ирине Николаевне.

– Ирина, это Анна, у нас беда, исчезла Наташа, мы полагаем, что ее похитили. Не знаю, что будет делать Строев, но наши ребята обязательно найдут и заказчиков и исполнителей. Вы в это верите?

После длинной паузы Истомина услышала ожидаемый ответ.

– Ира, вы умница, спасибо за доверие. Если вдруг, кто-то позвонит, или что-то покажется странным, немедленно сообщайте, хорошо? И еще нам надо знать о действиях Строева, в таком состоянии он может наделать глупостей. Держитесь. Вам нельзя плакать, как можете, успокаивайте Ивана Константиновича.

Комаров тоже отключил телефон. Все с сочувствием на него посмотрели, а Гелена Казимировна засуетилась, – Боренька, выпейте моего настоя, он вас взбодрит, вам ведь нужна сейчас свежая голова. Майор машинально сделал несколько глотков, а когда его глаза закрылись, друзья перенесли в гостевые апартаменты, раздели и уложили в постель.

Когда они вернулись в гостиную, Анна Сергеевна уже разговаривала с мужем. – Так ты не приедешь? – растерялась она, но Борис в таком состоянии, что не может руководить операцией.

– Анечка, не волнуйся, я пришлю Громова. Он справится, Саша – блестящий аналитик, у него мозги работают как компьютер, и главное, он никогда не теряет хладнокровия. А вы все будете ему помогать, в чем я не сомневаюсь. Капитан сейчас здесь, но еще не приступил к работе, поэтому в Тригорске будет столько, сколько нужно. Анечка, не отключайся, я посмотрю, когда он сможет вылететь. Так, последний борт из Москвы к вам уже ушел. На ростовский рейс можно успеть, но потом Саше до вас придется долго добираться. Какие же еще есть варианты.

– Андрей, я когда-то из Ленинграда летела домой ночным рейсом, посмотри, может быть, его не отменили.

– Анька, ты умница, через два с половиной часа из Москвы уйдет борт на Питер, а там Громов сможет пересесть и прилетит…, и прилетит в Тригорск в два часа ночи. Отлично, я Сашу сам повезу в аэропорт, по дороге мы с ним все обсудим. Пока, до связи.

– Ну, что? – все выжидательно посмотрели на Истомину.

– Ночным рейсом из Питера прилетает Громов, он будет руководить операцией, Максим, вы будете его встречать. Алексей может отдыхать.

– Да вы, что, Анна Сергеевна, я поеду с Максом, когда Саша прилетит, все сразу и закрутится. Сейчас отца предупрежу, что дома не буду ночевать.

Все с интересом слушали телефонный разговор Дубинина. Когда он закончился, Гелена Казимировна всплеснула руками, – Алеша, так вы сейчас не на дежурстве, не в засаде, а у девушки?

– Я всегда так говорю, чтоб мои не волновались, – засмеялся лейтенант. Правда, мама поругивает, ловеласом называет, но отец защищает, – ничего, мол, в молодости нагуляется, потом примерным семьянином будет.

– Дамочки, пока есть время, я съезжу за Найтом, а то пес уже волнуется, он такой чувствительный. Всегда знает, когда я на работе, а когда просто болтаюсь, ну и ревнует немного. А сейчас он, думаю, в тревоге, – произнес Забелин.

– Конечно, Максимушка, привозите мальчика, его диван свободен, – сказала Новицкая.

Крыся, которая с самого начала сидела в кресле и молча слушала, затявкала.

– Хочешь тоже съездить за Найтом? Не терпится ему все рассказать? – улыбнулась Анна. Берите ее с собой, Максим, а то она потом еще долго будет возмущаться.

– А мне, что делать? – спросил Дубинин.

– Мы сейчас все займемся едой, – решительно произнесла Гелена. Надо всего наготовить побольше и впрок. Мужички должны быть сытыми, чтобы их котелки варили, – хихикнула она. Я поставлю тесто на пирожки, Алеша занимается мясом, Аня делает нарезку для бутербродов. Потом сделаем картошку по-монастырски и настрогаем разных салатиков.

– Хотела бы я знать, как там наш олигарх, – задумчиво произнесла Истомина. Наверное, рвет и мечет.

Она была недалека от истины. После звонка Комарова Строев так заметался по кабинету, что было слышно во всем доме. Ирина Николаевна вытерла слезы и вышла из своей комнаты. – Пойдем ко мне, Якут, не стой под дверью, Ивану надо побыть одному. Он сейчас начнет орать и даже материться, ни к чему тебе это слышать. Она долго прислушивалась к доносившимся крикам, и машинально вытирала мокрое лицо. – Кажется, вазочка разбилась, книги на пол шлепнулись. Значит, начинает успокаиваться, можно идти. Когда они вошли в кабинет, Строев сидел за столом, обхватив голову руками. – Ира, как он мог, как допустил, что наша девочка пропала. Чем там у себя занимается этот майор долбанный, я не знаю, что с ним сделаю, по стенке размажу…

– Успокойся, Иван, Борис не виноват. Похитили не жену начальника уголовного розыска, а дочь бизнесмена Строева. В Тригорске ребята уже занимаются этим делом.

– Да что они смогут, я сам туда полечу, возьму мужиков из службы безопасности, они там наведут шорох.

– Ты сначала дождись требований выкупа, а потом будешь решать.

– И то, правда, только я так не могу, мне нужно что-то делать.

– Ради дочери будешь сидеть и ждать, – жестко сказала Ирина Николаевна. А Якут подошел к хозяину и положил ему на колени свою лобастую голову.

Наташа сидела в незнакомой комнате со связанными ногами и ругала себя самыми последними словами. – Как она могла довериться словам незнакомого человека и сесть машину. Ведь если бы с Борисом что-то случилось, первыми ей сообщили бы об этом ребята или дамочки. Ну, полная идиотка, бедный Боренька, он сейчас так страдает. Наверное, и отцу сообщил, а тот в бешенстве может, что угодно наговорить. Так, сейчас надо упокоиться, все вспомнить и продумать, как себя вести. Я завернула за угол, приоткрылась дверца машины, мужчина меня назвал по имени, и сообщил, что муж попал в ДТП. Я села на заднее сидение, он тут же надел на голову какой-то мешок и стянул скотчем руки. Потом сказал, – молчи, цыпа, мы ничего тебе плохого не сделаем. Посидишь тихонько в одном месте, пока с твоего папашки лимон не стребуем. Еще раз сначала. Он не назвал Бориса ни по имени, ни по фамилии, даже звание не упомянул. Почему?… Ну, конечно, потому что не знает. А если бы знал, то, скорее всего, сказал бы, что он ранен. Дальше, эти придурки собираются требовать выкуп в один миллион долларов. Отец и больше может заплатить. Что-то здесь не сходится. Как же себя вести, качать права и орать, что мой муж начальник уголовного розыска, и им не поздоровится? А вдруг они с перепуга меня убьют или калекой сделают? Что всегда говорит Борис, в любом деле главное – информация. Значит, я буду молчать и слушать, слушать и молчать, в крайнем случае, врать, но аккуратно. Наташа успокоилась, а потом крикнула, – эй, вы там, подушку принесите, я спать хочу. В комнату вошел все тот же молодой мужчина, бросил на диван подушку, легкое покрывало, и ни слова не говоря, вышел. – Вот и ладно, просьбы выполняете, это уже неплохо, но поспать все равно не мешает.

– Вадим, ты, когда будешь звонить в Москву, вроде бы уже пора, – спросил Клим.

– Надо немного повременить, думаю, что муж девушки сначала ее подождет, потом начнет обзванивать ее подружек, больницы, милицию. При этом, чем больше запаникует, тем дольше будет тянуть с сообщением об исчезновении дочери отцу. Все-таки он простой клерк, а не крутой бизнесмен.

– Чего же она за такого замуж вышла?

– Наверное, влюбилась. С милым рай и в шалаше до тех пор, пока не надоест шалаш, – усмехнулся Зубов. Видели, какие на ней серьги и кольца? Настоящие бриллианты и изумруды. Но, пожалуй, ты прав, я пойду. Пока доберусь до городского телефона, по времени будет в самый раз.

Когда раздался звонок, Строев вздрогнул. – Да, – сказал он и услышал немолодой хриплый голос.

– Слышь, олигарх, гони пять миллионов зеленых и с твоей девкой ничего не случится. Через три дня выйдем на связь.

– Ну что? – спросила Ирина Николаевна.

– Требуют пять миллионов долларов, я сейчас же буду звонить в банк.

– Подожди, не торопись, ты же сам всегда говоришь, прежде, чем принять решение, его надо хорошо прокрутить, обдумать и взвесить. Включай чайник, а я сейчас заварку свежую сделаю. Только мяту принесу, мне Геля сушеную дала, она хорошо успокаивает. Ирина вошла к себе в комнату и позвонила в Тригорск. – Аня, похитители требуют пять миллионов, а еще сказали, что свяжутся с ним через три дня. Иван собрался уже звонить в банк, но я его уговорила не торопиться. – Ира, спасибо, держи нас в курсе, – ответила Истомина.

Анна Сергеевна тут же набрала мужа, который уже подъезжал с Громовым к Домодедово, и сообщила о звонке и сумме выкупа.

– Что думаешь, Саша? – спросил генерал.

– Пока мало информации, Андрей Петрович, но я не верю в причастность местной гопоты к похищению. Впрочем, данную версию тоже нельзя отбрасывать, ею займется Борис, это его земля, ему ее и копать. А вот пять миллионов за три дня – это уже что-то. Ладно, я побежал, а то на самолет опоздаю.

Проводив взглядом Громова и одобрительно хмыкнув, Веселов позвонил в Якутск, начальнику УВД города полковнику Антипову, которого давно и хорошо знал. – Николай Николаевич, приветствую тебя. Времени нет, разговор конфиденциальный, лишних вопросов не задавай. Минут десять назад неизвестный позвонил вашему Строеву и потребовал пять миллионов долларов за выкуп похищенной дочери. Он сейчас в таком состоянии, что может наделать много глупостей. Ты должен с ним срочно встретиться, постарайся, чтобы вас вдвоем никто не видел. Я полагаю, что похищение организовали люди наглые, но очень неглупые. Передай своему олигарху следующее…

Иван Константинович Строев молча пил чай, и снова наливался злостью. Какие-то придурки диктуют ему свою волю, а он ничего не может сделать. В такое положение он еще никогда не попадал. Звонок начальника УВД прервал его размышления. – Иван, я все знаю. Надо срочно встретиться, но так, чтобы нас никто не засек. Есть предложение?

– Поставь свою машину подальше на той улице, что примыкает к заднему двору. Там в заборе есть неприметная калитка, я тебя там буду ждать.

– Нет, лучше сиди дома.

– Даже так? Ладно, Ирина тебя встретит.

Узнав, что Строеву позвонили о выкупе, Елена тут же набрала номер своего знакомого, мысленно похвалив себя за предусмотрительность. – Матвеич, меня несколько дней не будет дома, так ты приглядывай за мужем до моего возвращения, я потом расплачусь. Когда она въехала в особняк Строева, то решила приглядеться к ближайшим соседям, так, на всякий случай, мало ли что бывает в жизни. Первой ее знакомой стала Анжела, двадцатилетняя дочь владельца сетевых магазинов города, которая жила как раз напротив их дома. Барышню Елена привечала, та была глупенькая, но большая сплетница и все про всех знала. Однажды, когда они болтали, сидя у Елены, на окне гостиной что-то блеснуло. – Вот же, зараза, – опять Матвеич за мной следит. Представляешь, сидит в своей будке с биноклем и наблюдает, потом отцу докладывает. Никуда от него не спрячешься.

– Анжела, если он падок на деньги, ты ему приплачивай, тогда он будет говорить то, что тебе надо.

– Ух, ты, как же я не додумалась, да Матвеич за десятку удавится, вот спасибо. Елена тогда решила, что знакомство с охранником ей тоже не помешает. С тех пор так и повелось, когда она возвращалась из поездок, он докладывал о посетителях особняка. Мужик был жадный, но не любопытный, и никогда не спрашивал, зачем ей это нужно. Впрочем, она и сама не смогла бы точно ответить на этот вопрос.

– Проходите в кабинет, Николай Николаевич, Иван вас ждет, – сказала Ирина.

– Что, в конспираторы решил поиграть, – криво усмехнулся Строев, пожимая полковнику руку. Откуда узнал?

– Генерал Веселов позвонил, слышал о таком?

– Слухами земля полнится, так что ты хочешь мне сказать?

– По предварительной версии, в похищении твоей дочери задействовано несколько человек, заказчик – из наших мест. Насколько я понимаю, ты намерен вылететь в Тригорск со своими архаровцами. Точно так же думают и похитители. Чтобы нарушить их план и заставить делать ошибки, Андрей Петрович советует сделать следующее. Ты вылетаешь на своем самолете в Москву и там его оставляешь. В столице тебя встретит человек Веселова, и объяснит дальнейшие действия. К тому времени должна появиться дополнительная информация, возможна корректировка.

– Поясни, к чему такие сложности.

– Иван, тебя знают тысячи людей, не успеет твой борт приземлиться в аэропорту Тригорска, как по городу поползут слухи, тебя начнут разыскивать журналисты. Это в столице частными самолетами и олигархами никого не удивишь, а там это событие. Ты же сам понимаешь, операция абсолютно секретная, никто ничего не должен знать, за исключением тех, кто будет освобождать Наташу.

– А если я полечу обычным рейсом, меня никто не узнает, да?

– Андрей Петрович – мастер перевоплощений, он тебя таким сделает, родная дочь не узнает. Есть у тебя недорогой костюм, такая же обувь, кепочка?

– Найдем, что будем делать с охраной?

– Возьми с собой только начальника службы безопасности. Он мужик умный и неприметный, а то твоих телохранителей за сто верст видно.

– Николай, мне нужно снять наличку в банке.

– Не торопись, успеешь. Директор банка сможет это сделать по твоему звонку?

– Еще бы, это же мой банк. У нас с ним на этот счет своя договоренность.

– Дай мобильник, по которому тебе звонили, – сказал Антипов. Ух ты, номер телефона определился, что же они так неаккуратно.

– В кабинет заглянула Ирина Николаевна, – Иван, Якут на улицу просится, я выведу его.

– Хорошо. Когда выгуляешь, найди мне подходящую одежду, чтоб была дешевая и не очень новая.

Ирина вернулась быстро, увидев ее тревожное лицо, Строев привстал, – что?

– Как только мы вышли во двор, Якут потребовал открыть калитку и ринулся на улицу. Он подбежал к будке охранника дома Валеевых, встал на задние лапы и начал всматриваться в темное окно.

– Это все? И что тебя так взволновало?

– Собака никогда в это время не просилась на улицу, у нее еда и прогулки по расписанию. Она еще ни разу самовольно не покидала двор, и тем более не приближалась к будке. Думаю, что в данный момент оттуда исходила угроза.

– Иван, Ирина Николаевна права, скорее всего, там сидел человек и наблюдал за вашим домом. Ну, Веселов, ну жук, он и это предусмотрел, посоветовав мне не светить нашу встречу. Ладно, я займусь охранником, а ты собирайся, когда будешь вылетать?

– Через час, сейчас предупрежу командира экипажа. Ира, позвонишь моей секретарше и скажешь, что меня срочно вызвали в Москву, вернусь через несколько дней. Давай, ищи мне подходящую одежонку, и кепочку не забудь.

– Ты отсюда в ней полетишь?

– Нет, в Москве переоденусь. Черт знает что придумал этот Веселов, в клоуна меня превращает, в артиста провинциального театра. К чему все эти дешевые игры.

– Иван, остынь, Андрей Петрович профессионал. Знаешь, сколько он операций провел по освобождению заложников и все были успешные. Никто не погиб и даже не был ранен. Генерал и в Афганистане был, и в Чечне. В него даже предатель стрелял, но Максим спас.

– Да что ж такое, все всё знают, кроме меня.

– Потому что ты ничем и никем никогда не интересовался, кроме своей работы. Когда прилетишь в Тригорск, не вздумай там все крушить, слушай наших ребят и дамочек.

– Ира, ты в своем уме, Строев должен прислушиваться к советам каких-то пенсионерок.

– Не буду я с тобой спорить, но думаю, что ты скоро изменишь свое мнение. Пойду искать тебе одежду.

Максим Забелин и Алексей Дубинин ехали в аэропорт встречать Громова.

– Макс, как думаешь, Саша справится, все-таки операция серьезная, да еще и олигарх приедет, вмешиваться начнет, указания давать.

– Не боись, таких аналитиков как он еще поискать. А при освобождении заложников – это то, что нужно. Здесь главное, учесть психологию преступников, просчитать их возможные ходы и поступки, сработать на опережение. Организационные вопросы возьмет на себя Борис, ну а мы будем исполнять. Что касается олигарха, то он мужик умный, может, и не станет давить, но если попытается, Громов быстро поставит его на место. Саша только внешне весельчак и балаболка, а на самом деле он может быть жестким, принципиальным, свою позицию отстаивает обоснованно и доказательно. Так, борт из Питера садится, он должен вырулить на вторую стоянку, достань из бардачка пропуск и налепи на переднее стекло.

– Давно хотел спросить, как тебе удалось его достать?

– Сам сделал, вернее, скопировал, – засмеялся Забелин. Нас бы все равно пропустили, только надо документы показывать, объяснения придумывать, а так охрана под козырек – пожалуйте к самолету.

Громов поздоровался с друзьями и сел в джип. – Как обстановка, как Борис?

– Ужас как переживает, Геля напоила его своим настоем пополам со снотворным, мы его уложили в постель, – ответил Алексей.

– Я так понял, что штаб будет у дамочек. Они сейчас, наверное, спят, а мы их разбудим, неудобно как-то.

– Ты что, Саша, мы весь вечер еду готовили, стол уже накрыли. Максим Найта привез, может быть, нам у них ночевать придется.

– Молодцы, мужики, мыслите в правильном направлении, только боюсь, что сон придется отложить на пару суток.

Услышав звук подъезжающей машины, подруги выскочили на крыльцо. – Саша, мы так рады тебя видеть, жаль, что встречаемся по такому печальному поводу, – всхлипнула Гелена Казимировна.

– Гелечка, не плакать, все будет хорошо. Крыська, ты не спишь, тогда давай обнимемся и поцелуемся. Эх, и люблю тебя, морда, но Машуню больше. Не фыркай, не ревнуй, ты сама как увидишь подполковника Фоменко, так и млеешь, а уж как он тебя к груди прижмет, так в обморок от счастья падаешь. Мужики, моем руки и за стол. Дамочки, мы по-быстрому, пирожки, бутерброды, чай, кофе.

Анна Сергеевна злилась на мужа. Неужели не мог вырваться с работы, ведь на кону жизнь Наташи. Саша, конечно, мальчик умненький, но слишком молодой, вдруг не справится.

– Ну, что перекусили, теперь за работу, – скомандовал Громов.

– Саша, нам уйти? – дрожащим голосом спросила Гелена Казимировна.

– Оставайтесь, дай Бог, чтобы ваша помощь не понадобилась, но всякое может случиться. На сегодняшний день у нас две версии. Первая – похищение организовала местная братва, в чем мы с генералом сомневаемся. Тем не менее, ее надо отработать, этим займется майор Комаров. Максим, показывай, что зафиксировали видеокамеры. Обратите внимание, машину похитители поставили грамотно. И от магазина недалеко и переулок пустой. Значит, преступники предусмотрели, если Наташа откажется сесть в машину, то в людном месте они не смогут ее похитить. Я только не пойму, как они видеокамеру на кафе проморгали.

– Весь первый этаж дома, где оно находится, увит диким виноградом, за листьями ее не видно, – пояснил Забелин.

– Какая марка машины, что с номерами? Не услышав ответа, Громов сказал, – понятно, эмоции вас тоже захлестнули, переживали и сочувствовали другу вместо того, чтобы отработать исходные данные.

– Я сейчас, – виновато ответил Максим. На видео видна лишь часть автомобиля, но судя по всему, это подержанные «Жигули». Номер тоже не весь просматривается, и картинка немного смазана, я сейчас ее подкорректирую. Есть, это наш регион, а дальше только ОК и цифра 7. Ничего, я установил на компьютер одну программу, она может подобрать варианты номеров, только для этого надо время.

– Их может быть сотни, если не больше, а потом еще надо будет искать владельцев по базе данных ГАИ, это слишком долго. Какие соображения на этот счет? – спросил Громов.

– Машину могли угнать, купить, – сказала Анна Сергеевна.

– Или взять напрокат, – добавил Алексей.

– Угон отпадает, а вот купить, – задумался Саша. Слишком долго и канительно. Впрочем, если операция готовилась заранее, такой вариант возможен. Максим, давай начнем с простого. Пунктов проката в Тригорске, я полагаю, немного?

– Всего пять.

– Отлично, войди в их базу данных, и еще, пошарь-ка ты и по соседним курортным городам, чем черт не шутит.

Пальцы Забелина быстро забегали по клавишам. – В нашем прокате «Жигулей» вообще нет.

– Какой самый ближний город к Тригорску? – спросил Громов.

– Железногорск.

– Ищи там.

– С-с-аша, от волнения Максим начал заикаться. Я нашел. Машину взяли два дня назад. Но по каким документам неизвестно, нет отметки.

– Неглупо, очень даже неглупо. Скорее всего, за прокат машины преступники заплатили сумму, адекватную ее стоимости, но без предъявления документов. Уверен, старые «Жигули» были не востребованы и потому цена их бросовая. Номера легальные, а такое корыто ГАИшники останавливать не будут.

– Будем объявлять машину в розыск? – спросил Дубинин.

– Пока подождем, – ответил Громов. Не думаю, что на ней похитители носятся по всему городу. Возможно, ее берегут, чтобы использовать еще один раз на завершающей стадии. Загнали «Жигули» во двор дома, который сняли, и захочешь – не найдешь. Как думаете, сколько человек было в машине?

– Не меньше двух, не больше четырех, – ответил – Забелин.

– Согласен. Так, эту тему мы, в общем, проработали. Пойдем дальше. Генерал Веселов сообщил номер телефона, с которого звонили в Строеву из Тригорска. Максим, пробивай.

– Я быстро. Есть, междугородний телефон-автомат установлен в санатории «Источник». Странно, почему не воспользовались сотовым. Его же потом можно выбросить и все.

– Хотел бы я тоже это знать, – вздохнул Громов. Наш противник очень неглуп, скорее всего, нашел какого-то бомжа, дал сотню на бутылку, набрал номер олигарха и попросил того сказать несколько слов. Но ведь он рисковал, у входа в санаторий должна быть видеокамера, да и в холле тоже. Алексей, ты с утра поедешь туда.

– Бесполезно, – хмуро ответил тот. В «Источнике» идет ремонт, там куча рабочих, в том числе и гостарбайтеры. Среди них может затеряться любой, особенно если на себя напялит робу и каску. Телефон-автомат установлен в дальнем темном углу холла, внутренняя камера его не видит. Но самое паршивое то, что к нему есть подход с улицы. Санаторий старый, этим автоматом активно пользовались жители ближайших домов, когда еще не у всех были телефоны. Чтобы они не шастали через холл, пробили сбоку входную дверь, кстати, многие пенсионерки до сих пор ходят туда звонить. Кто-то по привычке, кто-то из экономии. Преступник этим и воспользовался.

– И все-таки, к чему такая сложная комбинация, сколько времени ушло на поиски подходящего телефона-автомата, проще всего, купить мобилу, а потом выбросить, – задумался Громов.

– А если жалко или лишних денег нет? – подала голос Анна Сергеевна.

– Сейчас мобильник без всяких наворотов можно за тысячу рублей купить, а то и дешевле. Не думаю, что организаторы похищения считают копейки. А вот мелочность или жадность одного из преступников – факт интересный. Тем более, что он не тупой исполнитель. Минуточку, генерал звонит. Извините, я выйду.

– Андрей Петрович тоже не спит? – удивился Дубинин.

– А ты что думал, он оставит такую операцию без своего контроля, – заметил Забелин.

– Напрасно я злилась на Андрея, хорошо, что он Сашу прислал, вон, как мальчик разложил все по полочкам, у него действительно в голове компьютер, а я сомневалась, – думала Истомина.

– Генерал сообщил, что завтра, вернее сегодня в 16 часов прилетает отец Наташи рейсом Москва-Тригорск со своим начальником охраны, – входя в гостиную, сказал Громов. Строева надо встретить.

– Я готов, – сказал Максим.

– Ты не подходишь. Веселов полагает, с 10 до 15 часов, преступники будут ждать самолет олигарха на дальней стоянке, чтобы потом последовать за Иваном Константиновичем и выяснить место проживания. Когда поймут, что он их кинул, помчатся встречать московский рейс. Но из лайнера выйдет слегка согнутый старик в старой одежде, потертой кепочке и с палкой в руке. Вот его-то и надо встретить.

– Может быть, мы с Гелей поедем в аэропорт? – спросила Анна.

– Пока вас, дамочки, светить не будем. Наша операция только начинается. Нужна внучка-подросток, – вздохнул Громов.

– Саша, вы хотите привлечь Машу?

– Другого варианта я не вижу, она девушка ответственная, понятливая, да и опасности никакой нет. Алексей, ты повезешь ее на своей «Ниве», оденься попроще. Сколько там натикало, уже четыре утра, сейчас всем отдыхать, подъем в восемь, полчаса на туалет и продолжаем работать. Анна Сергеевна, где нам разместиться?

– На втором этаже, там спальня и две комнаты с диванами, постельное белье мы уже положили.

– А будильник есть?

– Крыська всех разбудит.

– Она не проспит?

– Такого еще не случалось. Дверь только не закрывайте.

Крыся проснулась в семь утра, чтобы разбудить Гелю. Потом подумала и потянула за хвост Арни. Тот послушно сполз на пол и потопал с ней вниз. Найт уже стоял у входной двери.

– А вы чего так рано? – удивилась, зевая Гелена Казимировна. – Погулять хотите, сейчас выпущу. Крыся была большой аккуратисткой и никогда не справляла нужду в своем дворе, к чему приучила и Арни. Поэтому они с Найтом ринулись подальше от дома в поисках подходящего места.

Гелена колдовала на кухне и не заметила, как дружная троица вошла в дом, остановившись возле нее. Самым нетерпеливым оказался кот, который громко мяукнул.

– Как вы здесь оказались, я же за вами закрывала. Крыся гордо кивнула на Найта.

– Найтик, ты умеешь открывать двери? Надо же, какой молодец. А теперь все в ванную, вытрем лапки, и будете завтракать. Я вам в мисочки все уже положила. У каждого своя, думаю, не перепутаете. Крыся, ты все-таки разбуди Анечку, а то обидится, что я раньше встала и без нее начала хозяйничать.

– Я так и знала, что ты сговоришься с нашей мордуленцией, – вошла в кухню Анна Сергеевна.

– Не сердись, лучше посоветуй, что на завтрак подавать.

– Гелька, ты сама давно все решила. Мясо на плите, картошка тоже, салаты из холодильника уже вынула. Ты, как всегда права, ребята должны плотно поесть, кто знает, когда у них обед будет.

– А чем это у вас так вкусно пахнет? – появился Комаров.

– Боря, вы проснулись, как отдохнули? – засуетилась Новицкая.

– Геля, признавайтесь, чем вы меня вчера опоили?

– Да Бог с вами, как можно. Вы выпили настой из мяты, корня валерианы, это все успокоительное. Просто вы устали, перенервничали, вот организм и не выдержал.

– Ладно, рассказывайте, что нового, что я пропустил.

– Андрей не смог прилететь, руководить операцией будет Саша Громов, он уже здесь, – виновато сказала Анна Сергеевна.

– А вот это хорошо, просто здорово, – облегченно вздохнул майор.

– Правда, – обрадовались подруги, а мы боялись, что вы обидитесь на него.

– За что же обижаться, он взял на себя такую ответственность, которую я сейчас не потяну, – с болью в голосе произнес Комаров.

– Борис, Саша провел совещание, мы на нем присутствовали, сейчас все расскажу в деталях, – заторопилась Истомина, стараясь отвлечь майора от мучительных мыслей.

Когда Громов появился в гостиной, Комаров крепко его обнял, – очень рад. Анна Сергеевна мне все подробно рассказала, я в курсе.

– Вот и хорошо, если есть вопросы, задавай и уточняй во время завтрака, потом начнем работать.

– После чаепития Громов произнес, – давайте еще раз уточним, может ли кто-то из местной братвы помогать похитителям?

– Исключено, – ответил Комаров. Когда я вчера занимался поиском Наташи, задействовал свою агентуру, сегодня утром мне сообщили, что наши не причем. Источник надежен.

– Я так и думал, но мне все время не давал покоя санаторий. Как мог приезжий человек так быстро найти удобный для звонка телефон-автомат. Только в одном случае.

– Если он находится недалеко от его дома, – продолжил мысль Громова Борис.

– Совершенно верно, – одобрительно улыбнулся тот. – Максим, открывай ноутбук, давай посмотрим карту Тригорска. Вот это «Источник», рядом с ним несколько двухэтажных домов. Как думаете, преступники там могут скрываться?

– Нет, это же мой участок, – сказал Дубинин. Во-первых, в них людей, как сельдей, во-вторых, мои пенсионеры мне тут же докладывают о чужаках. Я вчера там был, у нас сейчас идет операция по выявлению граждан, живущих без регистрации, таких нашлось двое, это абитуриенты, приехали из районного центра поступать в наш университет. Их документы я проверил.

– Неужели я ошибся, – огорчился Громов.

– Саша, ты просто плохо знаешь наш город, – заметил Комаров. Смотри, санаторий стоит наверху, чуть ниже, минеральные источники, а под горой частный сектор. Местные жители за водичкой ходят по узкой дорожке, которая не обозначена на карте. Там идти-то минут десять – пятнадцать.

Неожиданно залаял Найт. Он стоял рядом с Забелиным и смотрел на монитор ноутбука. Его поддержала Крыся.

– Что это значит? – удивился Громов. Может им надо выйти погулять?

– Вы еще спали, когда они свои дела делали, – возразила Гелена Казимировна.

– Мне кажется, собаки что-то подсказывают, – сказала Анна Сергеевна. Пока вы разговаривали, они молчали, а залаяли, когда Найт увидел карту. Значит, что-то с ней связано. Максим, вспоминайте, когда, где вы были с ним и с Крысей.

– Я сейчас увеличу этот сектор, может так лучше пойму. – Не может быть, ну Найт, ну Крыська, нет слов. Саша они нам намекают на деда.

– Какого деда?

– С которым познакомились, когда подыскивали здание для нашего отдела. Видишь, внизу находятся владения бывшего горзеленстроя, мы туда подъезжали со стороны центра.

– Неужели твой Найт карту умеет читать? – удивился Громов.

– Выходит так. Вообще-то он больше всего любит ездить в машине и смотреть, как я работаю на компьютере. Так я звоню? Степан Иванович, здравствуйте, это капитан Забелин, помните такого?

– А чего ж не помнить, как там кралечка с дружком поживают? – отзвался тот.

– Хорошо, привет шлют. Дед, срочно нужна твоя помощь. Узнай, может быть, кто-то в округе сдал свой дом трем-четырем мужчинам неделю назад на месяц или пару недель. Сможешь?

– Постараюсь, как только соберу информацию, доложу.

– Спасибо, до связи.

– Собаки, с меня причитается, – улыбнулся Саша. Поехали дальше. Кто заказчик? Какие есть мнения?

– Конкуренты, завистники, недоброжелатели, – сказал Дубинин.

– Верно, но без Строева с этим вопросом не разберемся. Когда он прилетит, будем выяснять. Хотя у меня некоторые сомнения присутствуют. У всех олигархов и крупных бизнесменов есть недоброжелатели и завистники, но если бы даже часть из них решались на преступления, у нас бы и олигархов не осталось. Теперь о конкурентах. Они точно знают возможности Ивана Константиновича, почему же за дочь требуют всего пять миллионов, он в состоянии и больше заплатить. Нет, это солидные люди, свои вопросы они решают по-другому. Теперь возникает второй вопрос, почему похищение произошло сейчас, а не раньше? Борис, что случилось в жизни Строева за последнее время?

– Он расстался со своей женой или подругой, не знаю, как точнее сказать, и попросил приехать Ирину Николаевну, она уже в Якутске.

– Вот это уже интересно, как они расстались, мирно?

– Тетка говорила Наташе, что Иван Константинович ее выгнал, так как застал в постели с одним из своих сотрудников. Они с Еленой не были зарегистрированы, так что ей ничего не обломилось.

– Дамочки, что вы думаете на этот счет?

– Месть женщины может быть жестокой и изощренной, все зависит от ее характера, – сказала Истомина.

– И я о том же, Борис, тебе известна фамилия Елены?

– Откуда?

– Может, Ирина Николаевна знает, я ей сейчас позвоню, – схватилась за телефон Анна. Услышав ответ, сказала, – она точно не помнит, вроде Гайдамакова или Гайдамакина, что-то в этом роде.

– Максим, займись. Да, забыл сказать, Забелин и Комаров с сегодняшнего дня работают по заданию генерала Веселова, ваше руководство уже знает. Алексей, сможешь сам решить свою проблему, не хочется тебя светить.

– Легко. Я сегодня и завтра на своем участке занимаюсь выявлением лиц без регистрации.

– Отчитываться как будешь?

– Еще вчера напряг своих пенсионеров, но они и сами бдят, если что, просигналят. А потом что-нибудь придумаю, мне начальство доверяет.

– По итогам полугодия лейтенант признан лучшим участковым, – сказал Максим.

– Забелин, не отвлекайся, – улыбнулся Громов. Борис, ты пока здесь не нужен, езжай в прокатный пункт Железногорска, он там один, если что-то важное нароешь, сразу звони. Анна Сергеевна, вызывайте Машу, только сначала поговорите с ней сами, она ведь не знает, кто я на самом деле. Ругаться будет, – вздохнул капитан.

– Саша, она тебя с первой встречи просекла, улыбнулась Истомина, – и задала вопрос ребром, кто ты. Я, правда, ушла от ответа, но Маша умненькая девочка, умеет наблюдать, сопоставлять, анализировать. Это тоже составляющая профессии журналиста, а она у нас акула пера. Но я, конечно, с ней поговорю.

– А мне что делать? – спросил Дубинин.

– Езжай домой, отдыхай. В 15 часов повезешь Машу в аэропорт.

– Раз время есть, я все – таки пробегусь по своему участку, а потом уже заеду домой, чтобы переодеться.

– Давай. Дамы, приказываю отдыхать, вам вечером предстоит еще олигарха кормить и укрощать.

– Саша, я должна еще с Машей поговорить, – сказала Анна Сергеевна.

– Лучше я сам все скажу, так будет правильнее. Крыська, ты тоже поспи, интересно, тебе снятся сны? Собачка кивнула.

– Ух, ты, наверное, подполковник Фоменко. Крыся оскалилась.

– Ладно, мы с тобой потом поговорим на эту тему. Максим, что-нибудь нарыл?

– Если коротко, то Елена в девичестве Прохорова, жила в Красноярске, родители спились и умерли, состояла на учете в детской комнате милиции в связи с бродяжничеством и участием в уличных драках. Сотрудники отдела по делам несовершеннолетних отмечали такие ее качества, как жестокость, мстительность, изворотливость. В семнадцать лет барышня вышла замуж за Гайдамаку Петра Алексеевича, главаря преступной группировки, который был убит во время задержания. Потом она исчезла из поля зрения милиции, стала женой мелкого чиновника администрации города Прокопьевска Кемеровской области, разошлась и вынырнула в Якутске, где на нее обратил внимание наш олигарх. Не понимаю, как его служба безопасности могла такую стерву к нему подпустить.

– Вот мы и спросим у ее начальника.

– Как думаешь, Саша, это Елена заказчик?

– Вполне возможно, но рядом с ней кто-то должен быть еще, умный и предусмотрительный. Не он ли оказался у нее в постели. Если это ближайший сотрудник Строева, то кандидатура подходящая, насколько я знаю, олигарх возле себя дураков не держит. Я сейчас доложу генералу наши соображения, может у него появилась дополнительная информация. Максим, отдыхай, тебе еще в аэропорт ехать, понаблюдаешь, не крутится ли кто возле дальней стоянки, где приземляются частные самолеты.

– А ты?

– А я сейчас помчусь на свидание к самой лучшей в мире девушке, – радостно засмеялся Громов. Он взглянул на часы, – летучка, похоже, у них уже закончилась, можно двигать. Александр по дороге купил ромашки-любимые Машины цветы и набрал номер ее телефона. – Машуня, привет, как дела? Извини, долго не могу говорить, возле редакции тебя ждет мой друг, он прилетел из Волжска и кое-что привез от меня. Пока, созвонимся. Девушка вышла из здания и увидела смеющегося Громова. – Сашка, – восторженно крикнула она и бросилась ему на шею, ты прилетел надолго?

– Машенька, пойдем посидим в парке, мне кое-что тебе надо рассказать.

– Про то, что ты не только программист? – лукаво улыбнулась она.

– А как ты догадалась?

– Программисты только в своих компьютерах разбираются, а ты людей на молекулы раскладываешь. Давай, колись.

– Я капитан полиции, занимаюсь аналитикой, сюда прилетел в служебную командировку. Руковожу секретной операцией и вынужден тебя в нее посвятить, так как нам нужна твоя помощь. Быстро изложив суть дела. Громов спросил, – ты согласна?

– Конечно, мне, наверное, косички надо заплести, дешевую майку надеть и старые джинсы. Я тогда съезжу домой и переоденусь.

– Моя ж ты умница. В редакцию не заходи, я тебя буду ждать у Анны Сергеевны. В аэропорт поедешь с Алексеем, ты его еще не знаешь, только смотри у меня, никакого кокетства и глаз с поволокой. Маша, встретишь Строева, не давай ему слова сказать, чтобы его голоса не слышали. Тарахти без умолку пока не сядете в машину. Давай порепетируем.

– Сейчас, я подумаю. – Деда, деда, наконец-то, мы тебя уже заждались. Проведал тетю Зину, а я Лешку-соседа уговорила приехать за тобой. Он в машине сидит, сейчас поедем, он быстро нас до деревни домчит. А там все тебя ждут… Вот в таком духе.

– Ну, ты прямо артистка. Машуня, ты на меня не сердишься за то, что всю правду не сказал да еще тебя в свои дела втягиваю.

– Саша, если мы вместе, значит вместе во всем. И я рада, что ты мне доверяешь.

– А можно твои пяточки погладить, я их так люблю, что не в силах удержаться.

Через полчаса Александр поднялся со скамейки, – мне пора, пойдем я тебя посажу на такси. Машенька, как хорошо, что мы встретились, ты не жалеешь?

– Жалею, что не раньше, – рассмеялась девушка.

Громов осторожно открыл входную дверь и услышал голоса, доносящиеся из Гелиной гостиной. Дамочки, Максим, вы почему не спите?

– Нас Крыська разбудила, пробежала по всем комнатам, потявкала, значит, будут новости. Ждем-с, – улыбнулась Анна.

– Борис едет, – сказал Забелин, я его машину по звуку узнаю. Когда вошел Комаров, все вопросительно на него взглянули.

– Саша ты был прав, старые «Жигули» выкупили. Госномер я записал. Покупатель – молодой мужчина лет тридцати, может, чуть больше, выше среднего роста, в кепи с длинным козырьком, темных очках. Хозяин прокатного пункта фоторобот составить не может, так как в гараже у него темно, да и подслеповат он немного. Но сказал, что таких жмотов он еще не видел, торговался за каждый рубль, хоть и интеллигент. Я спросил, почему он сделал такой вывод и услышал, что покупатель говорил правильно, как дикторы по телевизору, и не матерился.

– Отлично, значит мы на правильном пути. Максим, в аэропорту ищи нашего клиента по этим приметам. Хотя, не исключено, что там будет кто-то из его подельников. Потом проводи до самого дома. Борис, ты еще не знаешь, благодаря информации Забелина, у нас возникла любопытная версия.

Выслушав Громова, майор задумался, – а ведь ты прав. Пять миллионов и три дня – это ключевые слова. Елена знала, чтобы снять в банке пять миллионов, прилететь в Тригорск и здесь их отдать, Строеву понадобится не более трех дней. Если потребовать большую сумму, необходимо время, а для них это опасно. Вдруг он обратится в полицию, или его служба безопасности начнет землю рыть. Они хотят быстро сорвать куш и смыться. Ну и наглые сволочи. Саша, надо узнать, кто любовник Елены, и где сейчас они находятся.

– Генерал уже выясняет, обещал и снимки прислать.

– Ребята, может, пообедаете? – спросила Гелена Казимировна.

– Не-е-т, – хором ответили мужчины. – Мы так назавтракались, что до ужина доживем спокойно, – улыбнулся Громов.

– Гелечка, мне бы все-таки пару пирожочков, и я погнал в аэропорт, – заискивающе попросил Забелин.

– Максимушка, я их в пакет положу с бутербродиками. И тебе, и Найту, возьми его с собой, он глаз с тебя не сводит. Саша, когда Маша и Алексей появятся?

– К 15 часам.

– Тогда мы им тоже пакетики приготовим.

Проводив Забелина, Гелена Казимировна задумалась, – Ань, чем олигарха кормить будем?

– Тем, что есть. Ирина Николаевна говорила, что он в восторге от твоих пирожков, их еще на день хватит.

– Правда? Я тогда еще тесто поставлю, напечем ватрушечек и плюшек к чаю.

Маша и Алексей появились в особняке почти одновременно. – Манечка, ты настоящая внучка, кажется, даже ростом меньше стала, – улыбнулась Анна Сергеевна. Саша, посмотри на нашу девочку.

– Хороша, – засмеялся Громов. Ребята, вы познакомились, вопросов нет? Вот снимок твоего деда, Маша, мне его на ноутбук сбросили, запоминайте.

– Да он весь какой-то потертый, молодцы гримеры, сработали на совесть, – сказал Алексей. Мы поехали, не волнуйтесь, встретим и доставим. Все будет тип-топ.

– Ну, что, дамы и господа, нам досталось самое тяжелое – ждать, – вздохнул Громов и выразительно посмотрел на подруг.

– Боренька, пошли с нами на кухню, нам твоя помощь нужна, – засуетилась Гелена Казимировна.

– Нужно нарезку сделать, и салатов еще настрогать, – подхватила ее Анна Сергеевна.

– Мои ж вы хорошие, стараетесь отвлечь меня от дурных мыслей, – думал Комаров, помогая дамам и слушая их очередные байки о любимой мордуленции и Арни. Крыся тоже крутилась между ними и своим тявканьем подтверждала сказанное.

– Боря, – вдруг произнесла Новицкая, вам надо привезти одежду для Наташи. Когда закончится операция, и вы все приедете к нам, девочка примет душ и переоденется.

– Гелечка, дайте я вас поцелую, – улыбнулся Комаров. Я быстро.

Забелин приехал мрачный и расстроенный. – Саша, я упустил клиента. Он крутился возле дальней стоянки, я сделал его снимок, записал беседу с охранником, разговор по телефону. Потом он встречал рейс из Москвы, Строева не опознал, отчитался по мобильнику, сел в маршрутку и вышел на автобусной станции. Я туда близко подъехать не мог, наблюдал из машины, а он смешался с толпой пассажиров, там же куча их, и исчез.

– Не переживай, Максим, найдем мы его. Давай посмотрим твои снимки, сравним с присланной фотографией и прослушаем разговоры. Если с твоего потеряшки снять темные очки и кепи, то это будет Вадим Зубов, он же любовник Елены, он же покупатель «Жигулей» и один из организаторов преступления. Смазливая морда. Судя по телефонным переговорам с Еленой, он в смятении, а это то, чего мы добивались. Сейчас они начнут думать, предполагать, советоваться, вносить поправки в свой план, а время работает на нас. Знаешь, может оно и к лучшему, что ты его не выследил. Вдруг бы заметил слежку, запаниковал, непрофессионалы ведь не предсказуемы.

– Ты думаешь, – облегченно сказал Забелин.

– Конечно, – ответил Громов, который так надеялся, что Максим вычислит место, где держат Наташу.

– Аня, Борис, их величество приехали, – сказала Гелена Казимировна, которая все время поглядывала в окно. Я сама его встречу.

– Здравствуйте, Иван Константинович, как долетели, проходите, мы вас ждем, – услышали все щебет Новицкой.

Строев был в бешенстве, грим его раздражал, старый пиджак так давил, что он старался не делать лишних движений, вопросы, которые ему задавал в Москве генерал Веселов, были слишком личными и его коробили. Но самое главное, о ходе расследования никто ничего не говорил, и сердце сжималось от страха за дочь. Увидев Комарова, он в ярости бросился к нему и схватил за грудки. – Ты, как ты мог позволить похитить девочку, да я знаешь, что с тобой сделаю, по асфальту размажу, погоны сорву, тебя даже в дворники не возьмут, – кричал олигарх. Внезапно прозвучал милицейский свисток. Все оторопели, в гостиной наступила тишина.

– Молчать, – раздался гневный голос Гелены Казимировны. Ты чего орешь, ты что себе позволяешь. Явился, понимаешь в приличный дом и начал разборки устраивать. Ты кто такой? Это ты у себя крутой, а здесь никто, понял, пся крев. Подумаешь, Строев, да мы и не таких строили. У тебя любимую дочь похитили, а у Бори любимую жену, у нас любимую невестку. Так что нечего, сиди и молчи в тряпочку, олигарх задрыпаный.

Несмотря на драматизм ситуации, все грохнули, а когда отсмеялись, Гелена подошла к Ивану Константиновичу и взяла его за руку, – пойдем, болезный, я грим сниму и умою. Тот покорно пошел за ней. Так как дверь в ванную была приоткрыта, все с интересом прислушивались к их разговору.

– Жалко, что я не могу ни с кем поделиться, как утерла нос, в прямом и переносном смысле, главному алмазному бизнесмену страны. Вы, Иван Константинович, не шебуршитесь и не бузите, а то я ваши внукам расскажу, как вы непотребно себя вели в нашем доме.

– Это шантаж.

– Конечно, но детишки будут слушать с большим удовольствием.

– Может, перейдем на «ты» и без отчеств? – предложил Строев.

– Легко.

– Вот объясни, почему ты меня назвала задрыпаным олигархом?

– А ты на себя, Иван, посмотри. У тебя костюмчик не от Армани, а с барахолки, рубаха с позапрошлого века, а такие штиблеты даже наш дворник Василий не носит. Раз на тебе все задрыпаное, значит, сам такой.

Строев расхохотался, в гостиной тоже все подавились смехом.

– Все, грим я сняла, можешь умываться, сейчас нормальную одежду принесу, переоденешься. Сам сможешь, или телохранителя позвать.

– Его зовут Петр Петрович, он начальник службы безопасности, а не телохранитель. Ты чего надо мной издеваешься.

– Не издеваюсь, а укрощаю. Скажи спасибо, что без щекотки обошлось.

– Не понял.

– А мы с Аней всех, кто не слушается, щекочим, очень действенное средство, правда, девочка? Собачка, которая тут же вертелась, довольно оскалилась. В дверь деликатно постучали, и мужская рука протянула пакет с одеждой Строева.

Гелена Казимировна вошла в гостиную и всем подмигнула.

– Гелька, это был твой лучший номер, – засмеялась подруга.

– Я же совершенствуюсь, скоро премьеров буду укрощать, а там и президентов, – хихикнула она и критически осмотрела стол.

– Как думаешь, Ивану понравится ужин?

– Рядом с тобой ему понравится все.

Громов подсел на диван к начальнику службы безопасности. – Петр Петрович, вы знали о подноготной Елены?

– Конечно, когда попытался сообщить, Иван Константинович сказал, что ничего не хочет слышать, мол, у каждого свои скелеты в шкафу, и запретил лезть в его личную жизнь.

– Больше попыток не делали?

– Одну. На охоту пошли, настроение у него было хорошее, выбрал подходящий момент, только начал говорить, как он ружье на меня наставил, – еще одно слово и убью. Вы же видите, он бешеный. Первый раз вижу, как его укротили. Чудеса, да и только.

– Как же он с таким темпераментом бизнесом занимается?

– Это другое дело. Там у него одни мозги работают и никаких эмоций.

Когда Строев вошел в комнату, все замолчали.

– Прошу меня извинить, иногда меня заносит. Борис, прости и не обижайся, не со зла я, от страха за Наташу.

– Понимаю, – ответил тот.

– Мне кажется, пора всем сесть за стол и поужинать, на сытый желудок лучше думается, – защебетала Гелена Казимировна.

– Если можно, введите меня в курс дела, я буду есть и слушать, – сказал Строев. Не стоит терять время.

Информацию о ходе расследования Громов завершил коротко, – таким образом, мы уверены, что заказчик и организатор похищения Елена, ее первый помощник – Вадим Зубов. По нашим сведениям их в Якутске нет. Зубов вылетел в Москву неделю назад, оттуда в Тригорск добирался, скорее всего, автобусом и электричками. У Елены билет на самолет на завтрашний рейс Красноярск – Тригорск. Исполнителей мы пока не знаем, но думаю, что скоро вычислим. О прошлом дамы хотите знать, Иван Константинович?

– Не сейчас, может быть потом. Прости, Петр Петрович, я был не прав. Александр, как вы считаете, есть угроза здоровью и жизни Наташи?

– На сто процентов уверен, что с ней ничего не случится. Во-первых, она гарант ваших денег, во-вторых, Елена и Вадим знают, если хоть один волос упадет с головы дочери, вы их достанете в любой точке земного шара, даже на северном полюсе.

– И то хорошо. А что за девочка меня встречала, тарахтела, как сорока.

– Моя невеста, – гордо сказал Громов.

– Она же совсем юная.

– Не совсем, ей скоро будет 23.

– Это наша акула пера, – добавила Истомина.

– Тогда все понятно. Когда мы прощались, она сказала, – Иван Константинович, вы мой должник, с вас интервью. Придется отвечать на вопросы. Но это потом, все потом.

– Молодец Маша, моя школа, – одобрительно подумала Анна Сергеевна.

Услышав дребезжание мобильника, Забелин вышел из гостиной и тут же вернулся. – Саша, дед отозвался, кажется, он обнаружил наших клиентов, погнали.

– Я с вами, – поднялся Строев. Я тоже, – заявил Петр Петрович.

– Хорошо, Борис, вперед.

Их встретил Степан Иванович возле своей сторожки, – опоздали вы, ребятки, машина только что рванула со двора. Участковый их, видно, спугнул.

– Я догоню, – сказал Забелин и остановлю.

– Нет, здесь объезжать далеко и долго, они успеют скрыться. Сектор старый, по карте было видно, что дома вкривь и вкось стоят, заплутаем, – произнес Громов.

– Он прав, Максим, – сказал дед. От меня дороги к домам нет, я туда через пустырь хожу по тропке.

– Может, объявим перехват? – спросил Комаров.

– Опасно, с ними Наташа, если увидят погоню, запаникуют, как себя поведут в этой ситуации, непонятно. А если попадут в ДТП? Нельзя. Степан Иванович, рассказывай все сначала и по порядку.

– Как только позвонил Максим, я сразу пошел к своей знакомке, но она как на грех к дочке поехала, та в центре живет. Соседка сказала, что вернется к семнадцати часам. Я прибыл в срок, поговорил, выяснил, что неподалеку в одном из домов с неделю назад поселились трое мужчин, двое из них никуда не выходят, один только шастает, баб не водят, на машине не выезжают. Собрался уже уходить, как вижу, в тот дом участковый заходит. Оказывается, у нас идет проверка регистрации граждан. Решил вам позвонить, сунул руку в карман, а там пусто, мобильник дома забыл. Пока пришел, время потерял. Вот так все и получилось. Промашка моя вышла.

– Ничего, дед, все нормально. Хорошую информацию нам подкинул. Где этот дом?

– Вон там, видите, зеленые ворота, это он и есть. Бинокль возьми, капитан.

– Саша, поехали? – спросил Забелин.

– Подождать надо.

– Чего ждать-то, – буркнул Комаров. Чем раньше осмотрим дом, тем быстрее сориентируемся.

Все напряженно молчали. – Действительно, чего мы сидим, – взорвался Строев. Действовать надо, действовать.

– Иван Константинович, а пощекотать? – улыбнулся Александр. Максим не выдержал и прыснул.

– Внимание, – произнес Громов. Возле дома появился человек, осматривается, заходит во двор. Зубов наблюдателя прислал, не глупо, совсем не глупо. А вот это совсем, хорошо, он отзванивается, вероятно, докладывает, что все чисто. Ну-ка, дед, глянь, может, местный житель?

– Так это ж, Витька, ему уже семнадцать, а он с пацанвой по садам лазит да по улицам без дела ошивается. Его родители на рынке торгуют, совсем парня забросили.

– Степан Иванович, мы двинули, ты даже не представляешь, как нам помог, спасибо большое, еще увидимся.

– Помог, и ладно. Кралечке и ее дружку привет передавайте.

– Максим, вперед, на поиски Витька. Мужики, у кого тысячи две – три с собой? – спросил Саша.

– У меня только пятьсот, – доложил Забелин. – А у меня тысяча, – сказал Комаров.

Итого, с моей тысчонкой, будет две с половиной. Маловато, если телефон навороченный, парень за такую сумму не продаст. Может, господин олигарх подкинет бедным полицейским? – улыбнулся Громов.

– Ребята, у меня только доллары, – виновато сказал Строев.

– Это даже лучше. Гоните сто баксов, и мы в расчете.

– Саша, смотри, это он, – сказал Максим.

– Тормози. Слышь, Витек, – крикнул Громов. Ходь сюда. Мобила есть? Покажь. Годится, вот тебе сто зеленых, и мы поехали. Базара нет? Тогда, о, кей. Дружкам привет от Короля. Как от какого? От алмазного. Джип рванул вперед, и все расхохотались.

– Макс, ты дом не пропусти. Хорошо, что стемнело, и все сериалы смотрят. Машину загоним во двор. Мы с Борисом проводим осмотр, ты работаешь с отпечатками. Иван Константинович, Петр Петрович, если пойдете с нами, ничего не трогать, ни к чему не прислоняться.

– Мы останемся в машине, не будем вам мешать, – отозвался Строев.

Когда друзья покинули джип, он спросил, – что скажешь, Петро?

– Профессионалы высокого уровня, Иван Константинович, особенно Громов, молодой, а голова – настоящий компьютер. Вы видели, как он уперся и не спешил ехать осматривать дом, видно, просчитал заранее действия Зубова. Скорей всего, Саша аналитик. За такой короткий срок прокрутил все версии, выбрал самую правильную и все они очень быстро проделали огромную работу. Признаюсь, мы бы так не смогли даже у себя в Якутске, хоть наши мужики тоже спецы в своем деле. Повезло нам с этими ребятами, видно у них сплоченная команда.

– Да уж. Слыхал, как на меня орала Геля, Бориса защищала как орлица, я аж оторопел, – рассмеялся Строев. Ну вот, свет в доме потух, значит, они закончили. – Нашли что-нибудь? – нетерпеливо спросил он, когда все сели в машину.

– Кое-что есть, сейчас вернемся домой, пробьем пальчики, сделаем выводы и определимся с завтрашним днем, – ответил Громов.

Подруги давно уже приготовили чай и все, что к нему положено.

– Аня, мужики так долго не едут, я уже волнуюсь. Вдруг помощь наша нужна, а мы сидим здесь как две колбаски на малой Спасской.

– Ага, может, как две плюшки на Плющихе? Иди двери открывай, Крыська по лестнице затопала, ребят помчалась встречать.

– Гелечка, чай пить будем? – раздался голос Громова.

– А как же, садитесь за стол, мы вас уже заждались. Не напрасно съездили?

– Сейчас Максим поколдует на компьютере, и мы точно будем это знать.

Пока Забелин работал, все молчали, словно боялись спугнуть удачу. Наконец он широко улыбнулся, – есть, есть! Саша, это наши клиенты. Клим Загоскин и Денис Коробов, привлекались по малолетке, входили в ОПГ Гайдамаки, первого мужа Елены, сейчас проживают в Москве, проходят по уголовному делу по статье вымогательство, объявлены в розыск. Все сошлось. Сейчас я отслежу мобильник Зубова. Ух, ты, он, наверное, уже раскалился от длительных переговоров. Адрес я засек.

– Вот и славно, – сказал Громов, теперь можно и чайку выпить.

– А Наташа, что с ней? – встревожился Строев.

– Она подала о себе знак. На стене комнаты, где ее держали, нацарапала слово «Крыся». Это значит, что руки у нее свободны. Наша девочка не только умная, но и волевая, не растерялась, не потеряла присутствия духа, – с нежностью сказал Комаров. И слово-то какое точное выбрала, никто, кроме нас не поймет, что оно значит.

– Есть в кого, – заметила Гелена Казимировна, и лукаво посмотрела на Ивана Константиновича, который покраснел от удовольствия.

– Саша, что будем делать дальше? – спросил Максим.

– Пей чай, а я немножко подумаю и плюшечку съем. – Не завидую я твоей жене, – улыбнулся Строев. Всю жизнь ей придется стоять у плиты. Ты же мечешь без остановки.

– Это я на нервной почве.

– Неужели волнуешься?

– Конечно, любая операция – это стресс, а такая тем более. Все, начинаем работать. И так, что мы имеем. Фигуранты нам известны, их новый адрес тоже. Они до сих пор не выходят с олигархом на связь, так как его потеряли. Вдруг он в Москве, или еще где. Полагаю, что сейчас Зубов пытается просчитать ваши ходы, Иван Константинович, кстати, он очень неглупый парень. Видели, даже о запасном аэродроме позаботился. Зачем он пошел на преступление, мог бы сделать успешную карьеру.

– Жадность его погубила и желание иметь все сразу и сейчас, – ответил начальник службы безопасности. А тут работы лишился, вот и понесло его не в ту сторону под влиянием Елены.

– Дурак Зубов, я ведь его заявление об уходе не подписал. Решил, зачем терять ценного кадра из-за какой-то, я извиняюсь, шалавы, – сказал Строев.

– Ладно, продолжим, – произнес Громов. – Завтра Елена прилетает в Тригорск в 14 часов. К этому времени мы должны завершить операцию, допросить преступников и ее задержать. Полагаю, они дадут против нее показания.

– Саша, я вас очень прошу, не привлекайте к ответственности ее и Вадима. Я не хочу огласки, а их задержание – это взрыв, его осколки полетят в меня. Вы же понимаете, раскроется прошлое Елены, любовник, месть и так далее. Мне приходится работать с солидными зарубежными партнерами, для меня потеря репутации смерти подобна. Этот фактор, прежде всего, она и учла, когда решила, что я беспрекословно расстанусь с пятью миллионами. Откровенно говоря, я бы так и поступил, если бы не вы и генерал Веселов.

– Иван Константинович, вы хотите, чтобы они остались безнаказанными? – удивилась Анна Сергеевна.

– Нет, я им похищение дочери не прощу никогда. Вадима отправляю на самый дальний и тяжелый прииск, там такие условия работы, что тюрьма покажется раем. Что касается Елены, то все ее банковские счета по моей просьбе в Красноярске, Якутске и Москве заморозили, драгоценности, которые она хранила в тайнике своей квартиры, изъяты. Я выставлю их на благотворительный аукцион, вырученные средства пойдут на строительство первого в городе хосписа. Без денег эта, с позволения сказать женщина, свою жизнь не представляет. Худшего наказания для нее нет. Что касается братков, пусть они садятся за вымогательство. Саша, я вас очень прошу, здесь дело даже не во мне самом. На кону очень выгодная сделка, она принесет миллиарды не мне, стране.

– Я должен буду посоветоваться с генералом Веселовым, – ответил Громов. Продолжим. Завершающую стадию операции нужно провести аккуратно, чтобы не навредить Наташе, ее охраняют все-таки уголовники, а не выпускники пажеского корпуса. Гелена Казимировна, Анна Сергеевна, завтра ваш выход. Решайте сами, кого брать, Крысю или Арни.

– Лучше Крысю, – сказала Истомина. Кот слишком толстый, а девочка в любую дырку прошмыгнет, да и соображает она быстро. Может, ей взять с собой спецназ? Выпустим дворняг пораньше, они побегают, полают, внимание от нее отвлекут.

– Кота надо брать тоже, – сказал Комаров, это самый лучший отвлекающий фактор, мы его подбросим, они вместе устроят такую катавасию, что все очумеют.

– Кто будет с Арни?

– Алексей, – сказал Забелин. Он и подстрахует. Дамы, сможете его превратить в великовозрастного дурбалая?

– Легко, – одновременно сказали подруги.

– Макс, звони ему, пусть приезжает и прихватит соответствующую одежду, – попросил Громов. А где наша Крыся? Та тявкнула и спрыгнула с дивана, на котором сидела рядом с Найтом. Ты все слышала? Собачка недовольно фыркнула. Девочка, твоя задача – найти в доме Наташу, Максим наденет тебе ошейничек с видеокамерой. Не вздыхай, знаю, что не любишь, но так надо. Черт, Крыська же маленькая, мы толком ничего не увидим.

– Она попрыгает, – сказал Забелин. Малышка, помнишь, как мы брали боевиков в Доме престарелых? Действуй точно также.[6]

Строев повернулся к Петру Петровичу. – Ты что-нибудь понимаешь?

– Нет, но я им верю, – ответил тот.

– Все равно дурдом.

Между тем, Найт подошел к Громову и дважды пролаял. Крыся тоже принялась тявкать и кивать на друга.

– Саша, Найт просит, чтобы его взяли завтра с собой, а эта мордуленция за него ходатайствует, – улыбнулся Максим. Ты посмотри, к тебе обращается, знает, кто здесь старший, небось подружка научила. Что будем делать?

– Бери, раз он такой умный.

Пес весело гавкнул и вернулся на диван.

– Ну, что роли мы распределили, теперь о том, как действуем завтра. Общий сбор в восемь утра. Капитан Забелин работает по индивидуальной программе. В шесть утра выезжаешь на место, делаешь снимки улицы, дома, прилегающей территории, заодно, просканируешь, нет ли у преступников оружия. Когда вернешься, определяемся, кто, где будет находиться. Да, Макс, найди место для парней подполковника Фоменко.

– Саша, мы их сами возьмем на раз, – сказал Комаров.

– Не сомневаюсь, но нам бойцы нужны для устрашения. Экипировка, автоматы, жесткие действия, кого хочешь испугают. А перепуганный преступник легче колется и быстрее идет на сделку. И потом, нам все равно фигурантов везти к Фоменко на базу. Оттуда не потечет.

– Тогда я присоединюсь к его парням, – сказал майор.

– Не возражаю.

– Почему все так сложно, разве не проще послать туда спецназ? – спросил Строев.

– Если бы не Наташа, Иван Константинович, так бы и сделали. Но мы не знаем, где она находится, как ее охраняют. А вдруг в какой-то момент кто-то из них схватит нож и приставит к ее горлу. Клим и Денис – тертые ребята, спортивные, у них хорошая реакция. Нет, рисковать мы не можем, – вздохнув, ответил Громов. Если вопросов нет, отдыхаем.

– Иван, Петр Петрович, пойдемте, я вам покажу гостевые апартаменты. Когда Варя с Федей приезжают, они обычно здесь ночуют, – сказала Гелена Казимировна. Сами определитесь, кто где будет спать, постельное белье мы вам приготовили.

– Геля, можно я посмотрю гнездышко Крыси и Арни, мне Ирина о нем рассказывала. Хочу для Якута сделать что-то подобное.

Они поднялись на второй этаж, Строев с любопытством рассматривал фотографии Крыси, украшавшие часть стены холла.

– Выпендрежница она у вас?

– Еще какая. Сниматься страсть, как любит.

– А телевизор кто здесь смотрит?

– Наша барышня, усядется в это кресло и только глазками хлопает. Обожает программу «Все о моде», между прочим, у нее хороший вкус. Видел кольцо у Ани с белым и черным бриллиантом? Это она его выбрала. Арни у нас предпочитает спортивные программы, он их смотрит вместе с Анечкой. Когда наши играют в хоккей и забивают шайбу, она орет на весь дом, а он мяукает.

Строев взглянул на диванчик, где сопела Крыся, прижавшись к большому белому коту, который время от времени поглаживал ее пушистой мягкой лапой.

– Геля, они так всегда спят?

– Ну да. Друзья, не разлей вода.

– Обалдеть.

Внезапно Крыся громко захрапела. Иван Константинович прижал к губам ладонь, чтобы не расхохотаться и спустился вниз. – У этой малявки такой голос?

– Нет, обычно ее не слышно, это она для тебя устроила представление.

– Зачем?

– Чтобы повеселел и у тебя был хороший сон.

Под утро Строеву приснилось море, солнце, маленькая Наташа, которая бегала по песочку, тащила его в воду, брызгалась и громко смеялась. Он открыл глаза, провел рукой по лицу и понял, все будет хорошо.

После короткого завтрака Громов разложил на столе снимки, сделанные Забелиным. Нам очень повезло, дом, в котором обосновались преступники, соседствует с заколоченной развалюхой, и между дворами практически нет забора, что существенно облегчает нашу задачу. А теперь уточним, как будем действовать. Еще немного посовещавшись, все разошлись для последних приготовлений. Когда появился Алексей, мужики откровенно заржали. Застиранная рубаха с коротким рукавом была завязана узлом на впалом животе, из-под джинсовых потрепанных шорт до колен выглядывали длинные волосатые ноги, обутые в старые кеды. На голове была бейсболка, на груди болтался плеер. Лейтенант не переставал жевать жвачку и время от времени пошмыгивал.

– Как вам наше с Аней творчество? – гордо спросила Геля.

– Картина маслом, – показал большой палец Забелин.

Пора, – сказал Громов. Дамы, кот и собаки садятся в «Ниву», остальные – в джип.

Когда все вышли во двор, Петр Петрович тронул Строева за плечо, тот обернулся и увидел, как в машину деловито прыгнули две дворняги, Найт и шустро там разместились. – Они что у вас, тренированные? – с удивлением спросил он.

– Крыська обучила, это ее личный спецназ, они во многих наших операциях участвовали, – коротко ответил Комаров.

Забелин вел джип по заранее продуманному маршруту, следом шла «Нива». – Макс, проверь еще раз все микрофоны, сказал Громов. Тот вздохнул, он был абсолютно уверен в технике, но, понимая, что Саша волнуется, подчинился. Внезапно они услышали голос Анны Сергеевны. – Геля, ты зачем взяла кошачью корзинку, все равно Алексей будет тащить Арни на руках.

– А чтоб кого-нибудь по башке шандарахнуть, вдруг случай подвернется. Забелин не выдержал и прыснул, – Гелечка в своем репертуаре. – Максим, не отвлекайся, – улыбнулся Громов.

Машины припарковались в небольшом переулке так, чтобы удобно было наблюдать за происходящим. Из «Нивы» выбрались все пассажиры и Дубинин. Дамочки не спеша шли по пустой улице, им навстречу двигался Алексей с котом. Подруги подошли к дому, Гелена прижала палец к звонку калитки, Анна закричала, – хозяева, хозяева! Обе увидели, как к окну прижалось чье-то лицо. Не выдержав, Геля затарабанила ногой в ворота.

– Кто там? – встревожился Зубов.

– Две бабки, у одной на голове дурацкая шляпка, у второй на руках маленькая собачка, – ответил Клим.

Наташа чуть не спрыгнула от радости с дивана, но взглянув на Дениса, который сидел в комнате и сосредоточенно разгадывал сканворд, сдержалась.

– Пойду, узнаю, что им надо, – сказал Вадим. Он подошел к калитке и приоткрыл ее. – Я вас слушаю внимательно.

– Вы случайно не сдаете дом на пару месяцев, к нам родственники приезжают, вот мы и подыскиваем им жилье, – сказала Анна.

– Нет, – коротко ответил Зубов.

– А кто сдает? – продолжила Истомина.

– Не знаю. Вадим злился и нервничал, подошло контрольное время звонка Елене, а тут эти бабки появились.

– Почему не знаете, вы что, не местный? – удивилась Гелена.

– Местный я, местный, но не интересуюсь, кто, что и кому сдает. Шли бы вы, бабушки дальше.

– Какие мы тебе бабушки, – заорала Гелена Казимировна и замахнулась корзиной.

Мужчина невольно отклонился, Анна быстро спустила Крысю на землю. Та юркнула в проем. Геля выступила вперед, прикрыв собой подругу. – Мы не бабушки, а дамы, козел драный. Глаза протри, они у тебя кроме бутылки ничего не видят.

– Да пошли вы, – окончательно разозлился Зубов, закрыл калитку и поспешил в дом.

– Алексей, Крыся за кустиком возле входной двери, работай, – скомандовал Громов по связи, наблюдая за происходящим в бинокль. Дубинин, подошедший к халупе, дернул Арни за хвост, тот прыгнул, влетел в пустой двор и, не задерживаясь, помчался в соседний. Следом за ним, не переставая лаять, бросились дворняги и Найт, которые бегали поблизости.

– Клим, Денис, – крикнул Вадим, – уймите вы эту свору, ловите кота, а то сюда сбегутся все соседи.

Денис торопливо связал ноги Наташе и выскочил из комнаты, не забыв плотно прикрыть дверь.

– Крыся в доме, бежит по коридору, – комментировал Забелин, глядя на монитор. Она топает прямо, рядом с ней лапы Найта. Девочка остановилась возле двери, вероятно Наташа там. Черт, закрыто, она туда не попадет. Кажется, Найт встал на задние лапы, дверь открывается. Вижу только пол, ножки стола и стула. Крысенька, давай. Словно услышав Забелина, та принялась прыгать. – Диван, на нем сидит Наташа, улыбается, – с облегчением произнес Максим.

– Фоменко, вперед, – скомандовал Громов. Во двор вбежали спецназовцы, через пару секунд вся троица лежала на земле. Комаров влетел в дом и бросился к жене. – Ну как ты, тебя никто не обижал, – спрашивал он, торопливо развязывая веревку на ногах. Затем прижал ее к себе, все хорошо, все кончилось, моя родная. Очень испугалась?

– Нет, по-моему, ты больше, – засмеялась Наташа и провела рукой по повлажневшим глазам мужа.

Крыся деликатно отвернулась и увела за собой Найта. Собаки вышли на крыльцо и довольно оскалились. Подполковник Фоменко рассмеялся, – иди ко мне, моя девочка, ты наша умница, ты наша красавица. Он прижал к себе Крысю, чмокнул в нос, и она зажмурилась от счастья. Я сейчас этих паразитов отвезу, потом приеду к дамочкам, и мы с тобой еще пообнимаемся. Хорошо? А пока беги с Найтом и собаками к машине, там вас все ждут.

Алексей уже заводил «Ниву», как к ним подошел Громов. – все на месте? Молодцы, у меня просто нет слов. Мы сейчас с Борисом отъедем, а вы нас ждите. Проводив глазами «Ниву», он набрал телефон Веселова.

– Товарищ генерал, операция закончена, Наташа жива и здорова, преступники задержаны. Все прошло четко по плану. Не знаете, где Елена?

– Она не дождалась звонка Зубова и, вероятно, все поняла. Во время промежуточной посадки в Челябинске, из самолета вышла вместе с пассажирами, но назад не вернулась.

– Андрей Петрович, Строев просит не привлекать к уголовной ответственности Елену и Зубова. Что будем делать?

– А сам, как думаешь?

– Надо соглашаться, учитывая его репутацию и грядущий контракт со швейцарской фирмой.

– Тогда зачем спрашиваешь?

– Соблюдаю принятые правила: доложить, спросить, получить ответ.

– Балаболка, – засмеялся генерал. А вообще, ты молодец, капитан Громов. Жаль, что об операции нельзя никому говорить, я бы тебя за нее к награде представил. Но ты это переживешь?

– Легко.

– Тогда празднуйте. До связи.

В джипе на заднем сидении сидели в обнимку счастливые отец и дочь. – Папа, ты сильно ругал Борю?

– Было дело, но Геля так его защищала, так на меня, орала, что пришлось сдаться. Наташка, как же я тебя люблю.

– И я тебя, папочка. Дай мне телефон, надо тете Ире позвонить.

– Я уже сообщил, что тебя освободили, но ты с ней сама поговори, а то она еще плачет от радости.

Машины въехали во двор особняка. Строев обратился к Забелину. – Максим, может, ты съездишь с Петром Петровичем в магазин, на рынок, надо бы стол праздничный накрыть.

– Хорошо, мы только Алексея возьмем, он знает, что, где и почем.

В дом все ввалились довольные и возбужденные.

– Гелечка, мне бы в душ, – сказала Наташа.

– Конечно, у меня в спальне возьми пакет, Борис свежую одежду тебе привез.

– Анна Сергеевна, олигарх праздничную поляну накрывает, нам с Алексеем нужны сумки побольше, – попросил Забелин.

Когда все разбежались, Строев заглянул на кухню, где хлопотали подруги.

– Дамы, у меня к вам конфиденциальный разговор. Я чрезвычайно благодарен всем за всё, что для меня сделали. И до конца жизни не забуду. Но мне хотелось, чтобы у каждого осталась память об этих днях. Вы знаете, что мои возможности огромны.

– Иван, не морочь голову, скажи прямо, что надо, – прервала словесный поток Гелена Казимировна.

– Хочу каждому сделать подарок, но не знаю какой, подскажите. Только не мелочитесь.

– Так, – задумалась Истомина. Максиму нужен новый навороченный компьютер.

– Алексею купи кухонную технику, он у нас самый хозяйственный и любит готовить, – добавила Гелена.

– Девочке Маше я пришлю белую песцовую шубку и такую же шапочку с муфточкой, как думаете, ей понравится?

– Она будет визжать от радости, – засмеялась Анна.

– С подарками для вас вопрос я решил, а что купить Крысе, коту, Найту, и спецназу?

– Дворнягам, кроме косточек ничего не нужно. Мы им сами купим и скажем, что это от тебя, – произнесла Новицкая. Малышне ребята обычно дарят простынки, подушечки, матрасики. Да у них все есть, Иван.

– Ладно, я буду в Швейцарии, там есть специализированные магазины для собак и котов, что-нибудь выберу. Теперь главное, подумайте, как мне отблагодарить Сашу. Вы же понимаете…

– Понимаем, ну что, Аня, разорим олигарха?

– Разорим, – улыбнулась подруга. – Купите Саше однокомнатную квартиру в Москве. Его переводят в столицу, зачем мальчику маяться по съемным углам.

– Чего уж тут мелочиться, куплю двухкомнатную, тем более, что он собирается жениться, – улыбнулся Строев.

– А про Бориса почему молчишь?

– Я построю им дом. Пришлю специалистов, они подберут подходящий участок, чтоб земля была, чтоб внучата бегали босиком по травке.

– Иван, мы тебя обожаем. Хороший ты мужик, хоть и олигарх, – хихикнула Гелена Казимировна.

– Вот характерец, – крякнул тот. Анна Сергеевна, я обещал Маше интервью, пока есть время, пусть она приходит, я готов.

– Иван Константинович, может быть, сделаем по-другому? И Истомина изложила свою просьбу.

– Не можете вы без выкрутасов, но чего не сделаешь ради родни. Передайте, что приеду в редакцию, как только вернется Забелин. Не хватало, чтобы я еще пешком туда шел, – буркнул Строев и удалился.

– Маша, – закричала в трубку Анна Сергеевна, ты в редакции? Сиди на месте и готовься, наш олигарх минут через тридцать-сорок явится к тебе, чтобы дать интервью. Никому ничего пока не говори, пусть народ от неожиданности ошалеет. Потом мне позвонишь и все расскажешь.

Спустя некоторое время Забелин и Дубинин внесли в кухню сумки.

– По указанию олигарха полрынка скупили. Там икра красная и черная. Осетрина копченая, балыки из разных рыб, семга, кижуч, сырокопченые колбасы, вяленое мясо, горячее взяли в новом ресторане, говорят, там классный повар. Ну и всякая зелень-мелень, овощи-фрукты, торт из мороженого, горячительное самое лучшее, ужас, сколько денег растратили.

– Ничего, он не обеднеет, – засмеялась Гелена.

– Максим, отвезите, пожалуйста, Ивана Константиновича в редакцию, он Маше интервью даст, – сказала Истомина.

– Молодец, держит свое слово, – заметил Алексей.

– А я вам еще на свадьбе сказал, что он нормальный мужик, – произнес Забелин.

– Дамочки, моя помощь нужна? – спросил Дубинин.

– Конечно, накрываем стол по первому разряду, доставай хрусталь, серебро, немецкий сервиз, он самый большой, полотняные салфетки, – засуетилась Геля. – Максимушка, пока будешь ждать Ивана, купи несколько небольших букетиков цветов, мы ими стол украсим.

Вернувшись из редакции, Строев вошел в гостиную, – ух ты, как в лучших домах ЛондОна и Жмеринки. Красиво.

– Это все Алексей, – отозвалась Гелена Казимировна, он у нас главный по банкетам.

– А я думал, он главный дурбалай, сыграл как по нотам, особенно убедительны были его волосатые ноги, – засмеялся олигарх.

– Иван Константинович, как интервью? – спросила Истомина.

– Нормально. Умная девочка, вопросы толковые задавала, хоть и не всегда удобные. И слушать умеет, сейчас это редкость.

– Ваше появление произвело фурор?

– По-моему, «да», – довольно улыбнулся тот.

Звонок Маши прервал их разговор, Анна Сергеевна вышла из гостиной.

– Ну, что там, рассказывай подробно.

– В общем, так, сижу у себя в кабинете, слышу, из коридора доносится, – здравствуйте, я Строев, не подскажете, где мне найти Марию Ивановну Гольдман. Голосище у Ивана Константиновича, сами знаете какой, мертвого разбудит. Начался массовый скрип дверей, народ прислушивается. Мы поговорили, я вышла проводить товарища, а в коридоре чуть ли не вся редакция толпится. Охота же посмотреть на живого олигарха. Потом началось, – где откопала, как сумела уговорить, что он здесь делает, ну и все такое. И вдруг, ко мне в кабинет заходит главный редактор, такое у нас редко случается. Говорит, – Мария Ивановна, срочно готовьте интервью, полоса в вашем распоряжении. Первый раз назвал меня по отчеству. И еще, – я думаю, вам пора возглавить отдел. – Представляете, Анна Сергеевна, – взвизгнула девушка. Не знаете, Иван Константинович доволен?

– Да, он сказал, что ты умница, только, смотри, не зазнавайся.

– Ну, что вы, я помню, как вы меня учили: гордиться собой можно, но не больше получаса.

– Машуня, мы тут собрались, чтобы отметить успех, приходи, все будут рады.

– Хотелось бы, но не смогу, – вдохнула та, надо интервью отписывать, сами понимаете.

Строев с нетерпением ждал Громова и Комарова. Когда они появились, он отозвал в сторону Сашу.

– Ну что?

– Вашу просьбу мы учли. Братки быстро согласились мотать срок за вымогательство, понимая, что им грозит за похищение человека с целью получения выкупа. Их этапируют в Москву. Зубов предпочел прииск тюрьме. Когда я сказал, что вы не подписали его заявление об уходе и решили оставить своим заместителем, с ним случилась такая истерика, что мы с трудом привели его в чувство. Как будете его отправлять в Якутск?

– Завтра за мной прилетит самолет, заберем его с собой. А что с Еленой?

– Растворилась на просторах родины чудесной.

– Вот и хорошо.

– Скажу откровенно, Иван Константинович, принятое решение, в общем-то, правильное, но мне оно не нравится, потому что не законное.

– Ну да, ты такой принципиальный, родню не пожалеешь.

– Однажды Анны Сергеевна сказала: мы своих не продаем и не сдаем, потому что никто не способен на подлость, предательство и преступление. Мы их любим и помогаем. Вот так вот. Пойдемте к столу, а то все уже в полной нетерпячке.

– Ишь ты, не продаем, не сдаем, помогаем… А что, хорошая родня у меня появилась, надежная, – подумал Строев.

Когда все расселись, он поднялся с рюмкой водки в руках. – Друзья, я хотел бы…

– Иван, не надо громких слов, лучше помолчи – одернула его Гелена Казимировна, – Саша, говори, ты у нас сегодня старшенький.

– Я коротко, – сказал Громов. Первый тост, а вернее наш девиз всем известен, его придумала Геля. Пока любимы…

– Мы непобедимы, – хором продолжили все.

– Вот за это и выпьем.

– Гелечка, – спустя некоторое время начал Саша, что же вы не шандарахнули Зубова корзинкой, вам же хотелось?

– Пожалела Фоменко, – притворно вздохнула та. Подумала, увидят синяк под глазом у Вадима и накажут подполковника за жестокое обращение с задержанным.

– Нет, вы видели, как мой Найтик дверь Крыське открыл, я даже не подозревал, что он это умеет, – восторженно сказал Забелин.

– Ой, я как услышала слова Клима, что у ворот стоят две бабки, одна в шляпке, другая с собачкой, так все сразу поняла, – засмеялась Наташа.

– А я вам так скажу, – громыхнул Фоменко, на руках которого сидела разомлевшая от счастья Крыся. Там, где вы появляетесь, моим бойцам уже нечего делать. Помните, Анна Сергеевна, как вы преступнику вместо кляпа свой бюстгальтер в кружавочках запихнули. Мои парни до сих пор ржут.[7]

Строев с улыбкой слушал всех, и неожиданно почувствовал, как исчезает мучившая его долгие годы горечь от потери жены, как ему передается тепло и радость людей, которые неожиданно стали ему близкими и родными.

Прошла неделя, в доме на Курортном бульваре вновь воцарились тишина и покой. Как обычно, подруги завтракали вместе и лениво переговаривались.

– Аня, тебе не кажется…

– Стоп, только не говори, что тебе стало скучно жить и не хватает адреналина. Срочно собираемся и едем в Ракитовку. Сама говоришь, Варя каждый день звонит, спрашивает, когда явимся.

– Анечка, давай еще немножко подождем, вдруг Строев пришлет подарки, а нас дома не будет.

– Гелечка, ты как маленькая, а если он их через месяц пришлет, что ж нам теперь, сидеть у моря и ждать погоды.

– Ну, еще пару денечков. Я имела неосторожность сказать Крысе про подарки, она теперь, как прибегает на завтрак, так и смотрит на меня вопросительно. А потом тяжело вздыхает. Жалко девочку.

– Подожди, кажется, Ирина звонит.

Коротко переговорив с Ириной Николаевной, Анна Сергеевна улыбнулась. – Вот ты и дождалась. Завтра прилетает самолет из Якутска с посылкой.

– У-ра-а! Нам надо ехать в аэропорт?

– Нет, Ира сказала, что Строев велел все привезти к нам, так что сидим и ждем.

– Аня, надо подумать, куда будем ящики, коробки, пакеты ставить.

– В гостевые апартаменты, ребята потом приедут и разберут.

Их разговор прервал звонок Комарова. – Анна Сергеевна, доброе утро, вы сейчас не очень заняты? Можно, я подъеду, посоветоваться надо. Майор появился через полчаса.

– Борис, может, позавтракаете? – спросила Гелена Казимировна.

– Спасибо, меня Наташа пока не накормит, из дому не выпустит. Тут, какое дело, через десять дней Ивану Константиновичу исполняется пятьдесят лет. Мы уже голову сломали, что ему подарить. Сами понимаете, у него все есть и ему ничего не надо. Может быть, вы что-нибудь посоветуете.

– Да, это проблема, – задумалась Анна Сергеевна.

– А мне кажется, не надо выпендриваться, все равно мы не переплюнем разных бизнесменов, которые Ивана будут поздравлять. Нужно ему сделать такой подарок, чтобы он на него смотрел и улыбался.

– Смотрел, смотрел…пробормотала Истомиина. Гелька, ты гений! Давайте снимем видеофильм о нас и пошлем. Мне кажется, это будет интересно и забавно. Только, что же он увидит, – с унынием в голосе произнесла Анна. Ну Крыська спит с котом, ну Забелин на машине, мы на кухне. Скучно, хочется, чтобы все было живо, естественно и как-то неожиданно.

– Аня, давай снимать процесс получения подарков. Тогда никто про камеру не вспомнит, а восторгов и воплей будет выше крыши.

– Геля, в тебе пропадает великий режиссер.

– Я что-то не знаю? – спросил осторожно Комаров.

– Это пока секрет, но вам, Борис, можно, – ответила Анна Сергеевна. Дело в том, что Строев в благодарность за освобождение Наташи, приготовил всем подарки, которые завтра к нам привезут. Мы будем их вручать, а вы снимать.

– Я готов, только оператор из меня никакой.

– Ничего, снимайте все подряд, и главное – крупные планы ребят. А я попрошу своего давнего знакомого, он смонтирует так, что все будет отлично. И накануне дня рождения Ивана Константиновича перебросим ролик на его компьютер.

– Лучше на компьютер Ирины Николаевны, она потом придумает, когда его лучше показать.

– Вот и отлично.

– Боренька, – вмешалась Гелена Казимировна, вы ничего такого не подумайте, Иван вам тоже приготовил подарок, только его нельзя переслать, потом получите.

– Гелечка, – засмеялся Комаров, – лучшего подарка, чем его дочь, придумать невозможно. Когда объявляем общий сбор?

– Сегодня пятница, давайте на воскресенье, все будут свободны и не ограничены во времени, – ответила Истомина.

В день своего дня рождения Иван Константинович Строев проснулся в дурном настроении. Вместо того, чтобы работать, ему придется выслушивать поздравления, принимать подарки, произносить положенные слова. Обычно, в этот день он старался уехать в командировку, отправиться на охоту, или просто оставался дома, где по негласному правилу его беспокоили только в крайних случаях. Но от юбилея не отвертишься. А вечером еще предстоит банкет. Он тяжело вздохнул и отправился в душ.

Ирина Николаевна готовила завтрак и разговаривала с Якутом. – Сегодня у Ивана юбилей и поэтому он злится. Вот раньше мы в его день рождения уезжали на природу, жарили шашлыки, картошку в костре запекали, песни пели под гитару, хорошее время было. Теперь все не так. Ну, ничего, я думаю, он сегодня развеселится. Слышишь, как топает по лестнице, сейчас явится надутый как сыч.

– С днем рождения, Иван. Ирина Николаевна поцеловала Строева в гладко выбритую щеку, Якут потерся о его ногу. Я тебе на компьютер перебросила поздравление из Тригорска, посмотришь?

– Правда, – обрадовался Иван Константинович. Ты читала? И как?

– Думаю, тебе понравится.

– Пожалуй, я его посмотрю вечером. Наши дамочки наверняка, что-то накрутили, они же без этого не могут. Хочется спокойно и не торопясь насладится их творчеством, – смеясь, сказал он, и неожиданно почувствовал, как улучшается его настроение.

Этот день казался Строеву бесконечно длинным. И на банкете, не дослушав все тосты, он позвонил по телефону, – Ира, мы сейчас приедем с Петром, сообрази нам что-нибудь в кабинете. Уходим по-английски, – шепнул начальнику службы безопасности.

– Что-то вы рановато, – встретила их Ирина Николаевна. Неужели банкет закончился?

– Да, ну его к бесу, – отозвался Иван Константинович, народу весело и без нас. Показывай поздравлялку из Тригорска.

В сопровождение Якута все поднялись наверх. В кабинете на журнальном столике уже стояли бутылки, рюмки и десертные тарелки с закуской.

– Ну, что, – потирая руки, сказал Строев, – выпьем за меня по одной и приступим. Ира, показывай.

Зазвучала веселая музыка и на экране появились знакомые смеющиеся лица. Все стояли на крыльце, махали приветственно руками и дружно прокричали, – с днем рождения!

– Видел, – толкнул Строев Петра.

Затем Анна Сергеевна произнесла, – Иван Константинович, вам, наверное, хочется узнать, понравились ваши подарки или нет. Сейчас вы это увидите.

– Заходим дружно в гостиную, – послышался голос Гелены Казимировны, и все подчинились ее команде. На обеденном столе стояла кухонная техника. Алексей тут же бросился к ней: вот это да, вот это красота. Макс, смотри, тостер, хлебопечка, мультиварка, блендер, соковыжималка, вафельница, а что это, я не знаю.

– Алеша, это все ваше, подарок от Ивана Константиновича, – сказала Гелена.

– Да вы что. Елки зеленые, у меня и кухни не хватит, чтобы все поставить. Ну, Строев, ну молодец, и как угадал, что я об этом всегда мечтал.

– Машуня, ты уже нарядилась? Выходи, – крикнула Анна Сергеевна и перед всеми предстала девушка в белой песцовой шубке, такой же шапочке и муфте.

– Иван, это кто? – спросила Ирина Николаевна.

– Акула пера, она мою внучку изображала, помнишь, я тебе рассказывал. Между прочим, невеста Громова.

– Покрутись, – сказала Истомина. Как тебе?

– Все как раз, – сдержанно ответила Маша, потом не выдержала, взвизгнула и подпрыгнула. – Ни у кого в Тригорске такого нет, только у меня одной. В редакции все попадают в обморок. Можно, я еще немножко так похожу.

Строев сиял и с гордостью поглядывал на Петра Петровича и Ирину.

– Максимушка, – позвала Гелена капитана в гостевые комнаты, тебя ждет отдельный подарок, мы побоялись его распаковывать, так ты уж сам это сделай.

Забелин взглянул на коробку и начал торопливо ее вскрывать. – Нет, этого не может быть, вы даже не понимаете, что это такое, самый крутой персональный компьютер на сегодняшний день. О таком даже мечтать не смел. Я всегда говорил, что наш олигарх нормальный мужик. Все, дальше не буду смотреть, а то останусь здесь на неделю.

– Иван, – появилась на экране Гелена. Посмотри на меня, узнаешь? Твое бриллиантовое колье с сапфирами очень подошло к моему любимому темно-синему вечернему платью. Мы с Анечкой завтра пойдем покупать ей костюм, который я присмотрела в бутике. Ее колье с бриллиантами и изумрудами будет к нему в самый раз. Ты молодец, мы просто в восторге. Смотри дальше.

На втором этаже в холле была выставка товаров для собак и котов. Найт, Крыся и Арни ходили кругами вокруг них, и не знали, что делать. – Найтик, – сказал Забелин, судя по размерам, этот меховой лежак предназначен тебе. Пуфики – для девочки и кота, а это что, Гелена Казимировна? – Креслице-лежанка, – отозвалась та. – Для кого? – уточнил Максим. – Для того, кто первый ляжет, – засмеялся Алексей. Макс, смотри, тут еще мисочки разного калибра, щетки-расчески, специальные шампуни, набор салфеток сухих и влажных. Обалдеть. А трусики чьи?

– Это для Крыси, – пояснила Анна. Девочка, давай их наденем, смотри, какие они красивенькие, на них клубнички нарисованы. Не фыркай, Иван Константинович тебе из самой Швейцарии вез, ни у кого такого нет. Я же не заставляю их каждый день носить, будешь надевать по праздникам. Здесь и дырочка для хвостика есть. Когда трусы оказались на собачке, та тут же подбежала к стоящему в холле большому трюмо. Она медленно прохаживалась мимо него, вглядываясь в свое отражение. Затем задрала хвост и усиленно закрутила попой, по максимуму приблизив ее к зеркалу.

– Видали, что творит, – захохотал Строев. Вот кокетка.

Внезапно Крыся затявкала и бросилась вниз.

– Борис, за ней, – крикнула Истомина. Сейчас эта красотка будет трусы демонстрировать своему спецназу. Алексей, открывайте пошире входную дверь. Как только во двор вбежали Бим и Бом, Крыся не спеша спустилась с крыльца и принялась дефилировать перед дворнягами. У тех отвисли челюсти. Довольная произведенным эффектом, она тихо тявкнула, и из двери появился Найт, который держал в зубах пуфик. Он осторожно опустил его на землю и Крыська тут же на него уселась.

– А-а-а, – загрохотал Строев, у него по щекам покатились слезы, Петр Петрович схватился за живот, Ирина Николаевна повизгивала от смеха, даже всегда сдержанный Якут, тихонько залаял.

На экране вновь появилась Анна Сергеевна с Крысей на руках. Ну-ка, девочка, покажи Ивану Константиновичу, что у тебя есть. Та оскалилась и показала ухо, в котором сверкал маленький бриллиантик. – Мы думали, что она побоится прокалывать ушко, но девочка мужественно выдержала эту процедуру. А когда увидела, как камушек сверкает на солнце, просто сомлела от радости. Теперь от зеркала не отходит. Крысенька, скажи дяде олигарху спасибо. Та оскалилась и показала Строеву маленький розовый язычок.

– Ой, я не могу, – снова загрохотал Иван Константинович, Петро, ты видел когда-нибудь такое?

Из компьютера снова полилась музыка, появились смеющиеся лица. – Иван, не засиживайся в своих снегах, приезжай в гости, – сказала Гелена. – Ага, в Ракитовку поедем на рыбалку, – добавил Забелин. – Я вас буду кормить свежим хлебом из хлебопечки, – засмеялся Алексей, – а я сделаю репортаж, как отдыхают олигархи, – лукаво подмигнула Маша, – вы увидите, как Крыська крутит хвоста коту, – улыбнулась Анна Сергеевна. – Папка, это Боря нас снимает, – крикнула Наташа, он привет вам с тетей Ирой передает. С днем рождения!

Вскоре экран компьютера потемнел и погас.

– Предлагаю выпить за наших в Тригорске, – сказал Строев. Пусть они будут здоровы и счастливы, а мы обязательно к ним поедем. Ты как Петро, не возражаешь?

– А чего ж, – улыбнулся тот, – компания вполне подходящая.

– Не компания, а родня, и при этом самая лучшая на свете, заруби это себе на носу. Вы как хотите, а я еще раз хочу ее увидеть.

В Тригорске Крыся лежала в объятиях Арни и время от времени дотрагивалась лапкой до уха. Она никогда в жизни не видела ни одной собачки с бриллиантиком. А вот у нее есть, значит, она самая красивенькая. Вспомнив о своих кривеньких ножках, Крыся вздохнула и задумалась. Может, попросить Аню, чтобы та сводила ее к врачу для их выпрямления. Она же видела по телевизору, как врачи людям исправляют носы, уши, и даже бюст. Так про грудь Гелечка говорит. А может не надо, – засомневалась Крыся. Подполковник Фоменко и так ее любит, зачем Анечке лишние деньги тратить. Надо посоветоваться с Найтом, решила она и тихо засопела.

Пятигорск.

Примечания

1

«Дама в шляпке и с котом»

2

«Портфолио для Крыськи»

3

«Секретный агент из Ракитовки»

4

«Портфолио для Крыськи»

5

«Дама в шляпке и с котом»

6

«Секретный агент из Ракитовки»

7

«Дама в шляпке и с котом»

Content

Лариса Яковенко
Как олигарха укротить

Примечания