Сборник поэзии и прозы

Райса Мырзабековна Каримбаева

© Райса Мырзабековна Каримбаева, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Проза

Яблочный пирог

В мире много существует мнений о развитии человека, о его строении, о его появлении в этом мире. Одни говорят, что это Бог создал человека, другие, что человек произошел от обезьяны. В индийской мифологии показана вся истории развития человека, его многогранность. Индийская мифология утверждает, что у человека много жизней, что смерти как таковой не существует. Соглашаться или нет, это ваше право, но одно точно: у человека есть не одно, а несколько тел. Это даже подтвердили ученые всего мира. Ученые и та самая индийская мифология говорят в один голос: «У человека есть несколько тел. Это физическое тело и астральное. Астральное в свою очередь делится еще на несколько тел, более тонких, чем астральное тело. Тонкое тело еще называют просто — душа» Так вот в рассказе будет упоминаться физическое и астральное тело человека.

Глава 1

…Шел 31 век. На планете Земля уже не осталось ни одного живого дерева, ни зелени. Только в заповедниках еще есть несколько деревьев, образующих скромный парк — сквер, но туда можно входить только пешком и за плату, оставив свои машины с реактивным двигателем у самого входа. Парк показывает человечеству, как жила Земля, не зная машин, техники, всяких там приборов с использованием бензина и керосина и всякой вонючей смеси. Заповедник показывает жизнь на Земле в ее первобытном виде или хочет это показать, поскольку уже и там зелени осталось довольно мало, чтобы называть это парком-заповедником. Только сухая, выжженная солнцем земля, сплошной голый пласт, покрытый вечным песком и мертвыми камнями и все. Никакой зелени, травы и листьев, ни цветов, ничего. Огромные трубы возвышались над крышами фабрик и заводов. Вечный черный дым, непрекращающийся никогда, ни ночью, ни днем, заволакивал все небо. Небо от этого становилось иссиня-черным. Густая сажа садилась на все вокруг: на землю, крыши, редкие листья деревьев, оставшиеся кое-где чахлые редкие цветы, одежду, стены, машины, на все. Из-за вечного дыма дышать нечем, и люди ходили в противогазах. Форточки не открывались совсем. Для освежения воздуха использовались различные химические распылители с содержанием озона или его смесей. Окна глухие и непроницаемые тянулись от пола и до самого потолка. Они из пластика. После того, как пройдет срок годности (это примерно через пять лет как минимум) пластиковые окна попросту выкидывались как хлам. Отходы жизнедеятельности: пластмассовая тара, куча сломанных мобильных и прочий мусор — засорили Землю настолько, что люди просто привыкли существовать рядом с помойкой, дышать ею и уже не чувствовали смрада, зловония исходившее от нее. Одновременно тому, как загрязняется все больше Земля, очевиден стремительный рост техники и науки. Перемещаться с помощью мобильных автомашин, похожих на круглые кабинки с реактивным двигателем, со скоростью света стало нормой и никого уже не удивляет. Садишься в такую машину, размером чуть больше роста среднестатистического человека; дверцы плавно закрываются сами, и через долю секунды ты уже оказываешься на месте. Настолько стремительна техника! Небоскребы из пластика и болида, прозрачные как цветные стеклышки, и в то же время невидимые изнутри, возвышаются на бренной Земле, являлись единственным, к сожалению, ее украшением. Эти здания устроены таким образом, что кажутся прозрачными и даже видно, что у них внутри, но… Одно Но… У таких домиков не видно внутри человека, даже если в домике несколько дюжин людей находится в данное время. То есть Вы видите, что твориться на улице, а они Вас нет. Видят мебель в домике, а Вас нет. Очень интересно и заманчиво! А главное красиво! Такие домики не берут ни сильный ветер, ни протяжной проливной дождь. И даже землетрясение почти не влияет на них, не складывает их словно карточный домик. Здания садится, во время землетрясения, но не идет по швам как старая тряпка. Стойкие пластико-болидные домики! Живность на Земле еще есть. Она просто используется в качестве декорации. Нет, их не убивают и не вешают чучела на стенах, они просто живут в отдельных семьях как члены семьи, но они не нужны, в них нет такой острой необходимости, их давно заменили роботы. Роботов можно купить на любой вкус: робот-собака, птица или человекообразный робот. Такие роботы в зависимости от образа, приданного им, выполняют те или иные функции: собаки-роботы — лают; роботы-птицы — поют, человекообразные роботы могут быть как нянечками для детей и санитарками, так и вовсе заменять людей, то есть быть их двойниками. Например, ты можешь сидеть дома и смотреть телевизор. Поэтому люди сами работают, а роботов-двойников используют по острой необходимости. Все роботы, как и машины и даже люди занесены во всемирный банк данных. Не знаю почему. Наверное, для того чтобы преступности стало меньше.

Кстати, забыла сообщить, в 31 веке появилась возможность снять физическое тело и отдохнуть от него… Или купить недостающие органы как запчасти, взамен уже изношеных. Для трансплантации используют донорские органы, выращенные в спецлаборатории при соответствующей всем стандартам клинике. Так что человек в качестве донора не нужен, к тому же при пересадке органов самого человека существует опасность непринятия, отторжения органа, при котором человек, которому вживили этот донорский орган, может умереть. Не лучше ли попросту вырастить нужный орган в клинике, как выращивают и содержат птиц? Войн на планете нет. Все уже устали воевать друг с другом и отдыхают от своей игры, постепенно переходя на новые территории войны — отдаленные планеты в другом космическом пространстве.

***

.. Рай снял свою голову, хорошенько стряхнул ее. Из головы посыпался всякий ненужный хлам. Какие-то не нужные мысли и разговоры, события прошедшие за день, совершенно никчемные или просто удручающие состояние Рая, портящие его настроение. Например, произошло какой-то неприятное событие в жизни, оно осталось в твоей голове и ты хочешь забыть об этом. Тогда ты берешь свою голову, снимаешь ее с шеи и хорошенько стряхиваешь ее. Эта информация высыплется оттуда словно мусор, и не оставит следа в памяти. Голова снова пустая, совершенно отдохнувшая, и ты снова можешь засорять ее своими мыслями или информацией из внешнего мира. В пору интернета, когда новости стремительным потоком идут отовсюду, эта новая функция современного тела, придуманная кем-то из ученых, как раз кстати. Иначе можно сойти с ума. Особенно она любима у представителей литературного клуба «Вымпел». Рай здорово поругался на сайте и, хотя он и виноват сам, но признаваться в этом не хотел даже самому себе, не то, что другим. Он отчаянно защищался чем мог, всеми правдами и неправдами, и даже махал в воздухе руками и топал башмаками, пытаясь доказать свою правоту. Но запас слов иссяк, а голова забилась всякими бумажками и посылами на три буквы, куда его все посылают и куда он посылает их тоже. Он хотел было уже выкинуть эту голову и ходить совсем без головы, но как-то неудобно. Он всегда писал с ошибками и не договаривал, считая, что в эпоху стремительного роста люди должны уже давно научиться читать мысли, а не использовать свой язык в качестве орудия для выражения мысли. Но, видно, его мнение слишком прогрессивное даже для 31 века, и люди не понимали его и только разводили руками. Отдельные личности даже осмелились высказать всю никчемность его перлов отсутствием таланта как такого. Они говорили ему, чтобы он шел работать грузчиком и оставил литературу, пощадив ее. Но Рай думал обратное и пытался всем доказать, что он гений, то бишь второй Пушкин, а когда это не получалось, то злился, рвал свою бедную и единственную пока голову (он мало зарабатывал и не мог позволить себе другие новые лишние головы). Хватал ее обеими руками, выворачивая с мясом из шеи, и бросал ее на пол, пинал ногами, словно это футбольный мяч и, закинув ее подальше в угол, успокаивался этим. Если же были хорошие новости и его похвалили, то он носил голову несколько дней, и даже недель, не снимая.

Тело же в магазинах продавалось с пришитым к нему платьем или костюмом с рубашкой, бывает даже и с спортивной одеждой, и даже без одежды, но тогда одежду можно купить в соседнем отделе. Тела продавались как тряпичные куклы, которых можно было менять, или выкидывать на помойку.

Рай сидел без головы. Из его шеи торчали лишь куски ткани, принадлежащей голове. Кровь не лилась фонтаном, ее вообще не было. Просто пустая шея и все. Раю стало немного легче и свободнее дышать. Он еще немного посидел так и лег вздремнуть на кровать. Но уснуть не смог, как не ворочался. Тогда он встал и снял остальное тело, как снимают доспехи средневековые рыцари. Тяжелое тело заскрипело как ржавое железо, глубоко вздохнуло и смолкло. Он бросил его на стоящий рядом стул, как бросают одежду, развязал удушающий его галстук и тоже бросил на стул, потом лег и уснул спокойным и безмятежным сном до утра. Очаровательная музыка лилась из магнитофона всю ночь. Утром он проспал. Звон будильника не слышал, проснулся к обеду. Первый раз хорошо выспался. На работу идти не было смысла, и он не пошел. Позвонил своему начальнику и отпросился, сказав, что заболел, потом выпил свой кофе и съел завтрак. Он жил один в однокомнатной квартире. Квартира была обставлена по-спартански — ничего лишнего. Диван, стол, стул, шкаф. Все. Телевизора нет… пока… Может потом его купит, если будут деньги. После завтрака он вышел из квартиры и пошел, куда глаза глядят. Сидеть в квартире без телика скучно. Вот он и нашел себе занятие. Он шел не торопясь, рассматривая прохожих и все вокруг, мимо чего шел: стенды, дома, машины, витрины магазинов, прохожих и т. д. Просто шел сам, не зная куда, и все… Его сердце хотело приключений, его душа пела от восторга, его разум спал. Вдруг он увидел стройную, тоненькую, длинную, словно березка девушку с длинными по пояс русыми волосами в белом легком платьице. Она порхала, как бабочка и улыбалась всем, всему миру. Его глаза впились в нее, и он забылся. Его ноги сами шли за ней, и он им не сопротивлялся. Так и шли они: она впереди, а он на полметра сзади, словно ее тень. Наверное, она уже поняла, что за ней следят, но не обратила на это никакого внимания, как-будто его и вовсе не было и это не за ней идут по пятам. Через мгновенье она вдруг исчезла, как-будто растворилась в воздухе. Ее нигде не было, вообще нигде. Как только Рай не вытягивал шею, в какие стороны он только не смотрел, но ее он не видел. Он растерялся, потому что не знал куда теперь идти и остановился, Потом все таки решил идти вперед как вдруг откуда ни возьмись, выросла та самая девушка прямо перед его носом, и смотря прямо ему в глаза, спросила:

— Ты за мной следишь?

— Н-нет, — заикаясь и поправляя очки, ответил Рай.

— Я же вижу, что следишь. Зачем?

— Что зачем? — не понимал Рай.

— Зачем ты следишь за мной? — повторила свой вопрос девушка.

— Не знаю… — выпалил Рай и смутился.

Она засмеялась и сказала:

— Пошли ко мне. Бабушка пирог испекла, — и взяла его за руку. А Рай не успел ответить, согласен он или нет, потому что девушка тащила его за собой и он не сопротивлялся.

Через пять минут они вошли в длинный голубой небоскреб и поднялись на 113 этаж.

— Заходи не стесняйся, — сказала она и скрылась на кухне. — Я сейчас — кричала она ему.

Он стоял в коридоре и хотел уже снять ботинки, как из кухни, шипя, выползла трехголовая змея, раздуваясь в капюшоне. Она шипела и надвигалась прямо на него и хотела его проглотить, но он замахал перед ней руками, защищая свою голову. Змея набросилась и ужалила его, потом снова и снова… Он лежал без сознания… Когда он открыл глаза, то первой увидел ее. Девушка сидела рядом и смотрела на него, потом что-то холодное, похожее на лед, приложила на его лоб. Она была так близко и в то же время очень далеко.

— Ну, наконец-то! — произнесла она. — Ты как себя чувствуешь? Нигде не болит? — спросила она.

— Нет. Спасибо. Все в порядке, — еле слышно прошептал он. Тело ныло от боли, но он молчал.

— Ты чего так испугался! Это мой Шнурок — домашний змей, он совсем не кусается, смотри, — сказала она и командным голосом приказала. — Ко мне! Лежать!

Огромный трехголовый змей в одну секунду был у ее ног и лежал, склонив голову, вопрошающе смотрел ей прямо в глаза, явно выпрашивая кусочек сахара.

— Молодец, Шнурок, — похвалила она змея, поглаживая его по спинке, потом кинула мяч и снова дала команду. — Шнурок, взять! Шнурок к ноге!

Он выполнял все команды как собака, разве что не скулил. Потом она дала ему кусок сахара, змей очень обрадовался, взял сахар и ускользнул из ее рук куда-то в темный угол комнаты. Потом уснул, свернувшись в клубок.

Рай вздохнул с облегчением. Всего-то дрессированный змей, а он испугался. И чего боялся? Змей-то не кусается! Он успокоился и немного повеселел. Видя, что гость пришел в себя, девушка предложила чай с вкусным, тающим во рту ароматным яблочным пирогом. Это был самый вкусный пирог за всю его жизнь!

Глава 2

На следующее утро был выходной, и он снова пошел к ней. Он шел, радуясь и предвкушая встречу с любимой девушкой. Вчера он так и не успел спросить ее имя. А сегодня решил узнать.

Когда он подошел к дому, то увидел ее во дворе. Она склонилась над землей, и ему показалось, что она что-то ищет.

— Тебе помочь? — спросил Рай.

— Помоги посадить цветы? — сказала она, не отрываясь от своего занятия. Она вырыла небольшую лунку лопаточкой и хотела бросить семена, но тут Рай спросил ее.

— Цветы? — спросил, недоумевая, он. — Зачем?

— Ну, как это зачем? — улыбалась она. — Посмотри вокруг, все пустынно и некрасиво. Ты не хочешь мне помочь? — в ее голосе прозвучала обида.

— Нет. Что ты — поспешно ответил Рай и добавил. — Просто я не знаю, что такое цветы, — он присел рядом на корточки и взял с ее рук лопаточку.

— Цветы — это очень красиво. Они лучше, чем искусственные и защищают от пыли и дают кислород, то чем мы дышим.

— А это что? — спросил Рай, указывая на маленькие черные семена.

— Это семена, — ответила девушка. — Из них вырастут цветы.

— Они красивые? — спросил Рай

— Очень! — и они вдвоем принялись сажать цветы. А потом Рай принес воды и полил их. Когда они закончили, он сказал:

— Надо, чтобы вся Земля была усеяна цветами, а не этими камнями, — и отшвырнул булыжник как можно дальше, чтобы он не мешал расти цветам.

— Давай займемся этим, а ребята нам помогут! — подхватила идею девушка и они пошли к друзьям, чтобы сообщить эту замечательную идею. Не все друзья согласились, они считали это бессмысленным занятием и закрыли перед их носом дверь. А те, кто согласился, пошли с ними. Они купили по дороге семена, взяли ведра, лопаты и пошли сажать цветник. А кто-то прихватил саженцы яблони и черешни, чтобы посадить сад. Друзья работали допоздна, но ни чуточку не устали. А потом они все пили чай с вкусным яблочным пирогом, который испекла ее бабушка. За работой Рай познакомился со своей возлюбленной. Ее звали Арина. Они понравились друг другу и радовались каждой минутой, проведенной вместе. Так, на Земле появился первый сад. Постепенно он рос и уже вскоре окутал всю Землю. Люди вспомнили, что когда-то сажали сады и цветы, вспомнили, как это было красиво и замечательно, а главное полезно для атмосферы, и возобновили это дело. Каждую весну они сажали деревья и цветы. И сады росли, благоухая и радуя их. Земля начала дышать, она окрепла, потихоньку переставая болеть, и зацвела. А люди делали все, чтобы она больше не болела.

Глава 3

Рай весь чесался. У него зудела кожа на руках и ногах, в тех местах, где есть укусы. Что ни говори, а этот трехголовый змей кусается еще как, и если на людях Рай пытался скрыть зуд и хоть как-то делать вид, что все в порядке, но дома, в уединении, он давал себе волю. И чесался. Потом в тех местах появились болячки, но они почти не давали себя знать, тихо себе побаливая. Хуже началось после. Эти болячки росли и опухали. Надо было идти в пункт замены и подобрать себе новое тело, но денег не было. Зарплата была небольшой, хватало кое-как, и он искал хоть какую-то подработку. В газете «Новости» наткнулся на объявление: «одной частной клинике, занимающейся исследованиями в области генной инженерии, требовался подопытный». Платить обещали хорошо, на полгода хватит, работы никакой! Только ведешь отчет, и все. Рай лежал почти весь день, глотая какую-то вонючую дрянь. Он ждал, думая, что сейчас начнется, но… ничего! Даже поверить не мог! Вот счастье!! Деньги, считай, с неба свалились! Он решил встать и пойти развеяться, а то тело все затекло. Хотел было уже выйти, как зазвонил телефон. Это Арина.

— Сегодня в клубе защиты животных вечеринка! Придешь? — радостно затараторила Арина.

Вечеринка в обществе защиты животных предполагала строго вегетарианскую кухню и танцы. Скукотища! Но Рай не мог отказать девушке и согласился:

— Приду.

— Ок! Я буду ждать. Встретимся там.

Вечеринка проходила в одном из ночных клубов. Народу было много. Разношерстная толпа плясала под ритмичную музыку и пила, заедая легкой закуской. От духоты Рай снова начал чесаться, проклиная этого змея. Арины пока не было. Вдруг черная огромная горилла подошла к нему и поздоровалась, протянув ему лапу. Рай обомлел и чуть не наложил в штаны.

— ЗЗЗЗ-драсьте! — заикаясь, еле выговорил он.

— Как жизнь? — спросила горилла. — Мы устраиваем вечеринку в честь защиты животных. Потому что все животные имеют такое же права, как и люди. Мы уже видели, как человек чуть не убил Землю, и теперь хотим взять Землю в свои руки. Потому что людям нельзя доверять! — Горилла была очень серьезно настроена, и это точно не карнавал.

— Да. Вы правы. За последние века Земля очень пострадала от рук человека, но, благодаря человеку, она и зацвела вновь! — ответил Рай, все еще удивляясь происходящему. Горилла заскрипела зубами от злости, еле сдерживаясь, ее глазки сузились, а вся она вытянулась вперед, готовая к прыжку. Она выжидала. Потом повернулась и молча ушла… Вот так на! Рай чувствовал себя победителем в этой дуэли. Время шло, а Арины все еще нет. Рай решил ей позвонить. Вдруг, откуда-то с улицы послышался женский крик. Это кричала Арина.

— Помогите! Спасите! — звала она на помощь. И Рай пулей вылетел из помещения. Крик раздавался из сада, что возле клуба. Там было темно. Он включил фонарик, и… огромная птица схватила его когтями и унесла в неизвестном направлении…

Арина стояла у стойки уже битый час, а Рая все еще не было. Она, то смотрела на часы, то всматривалась в танцующую толпу, высматривая там его. Кто-то подошел и пригласил на танец. Она отказала.

Глава 4

Собрание зверей.

— Ты царь или не царь?! — спросила львица, обходя по третьему кругу вокруг Льва. Лев молчал, не проронив ни слова. Он смотрел куда-то в сторону и как-будто ничего не слышал. Он не знал, что говорить, что делать. Лев был в задумчивости. Весь этот сыр-бор произошел из-за шакала. Подлый и хитрый, он долго сидел в тени, выжидая своей очереди. Трусливый любитель подлизываться часто сидел у ног царя зверей, а теперь… А теперь вонзил нож в спину, возомнил себя царем.

— Господа, мы все знаем как правил Лев! Мы ни его не забыли. Ни его заслуги, ни провалы!! — начал Шакал, выступив немного вперед, чтобы его все видели и слышали.

— Да! Да! Говори! Не бойся! — кричала толпа

— Господа минуточку! Прошу тишины! — зазвонила в колокольчик сорока, и зал стих, а Шакал продолжил:

— Мы также знаем, что под покровительством Льва человек совсем потерял стыд и совесть! Он чуть не уничтожил нашу Землю! Я предлагаю… — Начал Шакал, но не докончил, потому что зал снова перебил его выкриками и свистом.

— Бессовестный! Наглец!! Что он о себе думает! — вне себя от негодования кричали все звери в один голос! — Мы ему покажем!!

Тут микрофон взял снова Лев:

— Товарищи! Нужно жить с человеком в мире и согласии! Не забывайте, что он также имеет право жить на этой Земле! — пытался уразуметь толпу Лев. Разъяренная толпа в ответ на его слова зашипела, заорала, захрюкала, закричала на все лады и принялась забрасывать его кислыми помидорами, а когда таковые кончились, и вовсе камнями. Тысяча мелких и больших камней как дождь посыпались на Льва, не давая ему договорить. От камней у Льва на теле заалели раны и он, поджав хвост, удалился, пряча свои глаза от стыда за них и за себя. Лев ушел, а Шакал продолжил собрание. Уже давно Шакал вел войну с человеком за территорию. Это он науськивал одних и подставлял других, чтобы поссорить их друг с другом. Это он повздорил людей сначала друг с другом, обещая одним золото, а другим пел о чести и достоинстве, а потом и со зверями. Это благодаря ему нарушилась вековая дружба между мирами… Подделывая голоса и подписи, ломая печати и сейфы, давая ложную информацию, работая двойным агентом сразу у двух враждующих между собой сторон, плетя интриги, он добивался, чего хотел. И сегодня он ликовал. Победоносно смотрел он на остальных свысока и ликовал молча, только едва заметная улыбка на его морде выдавала его, но этого никто не заметил. Все вели себя так словно они ярые оппозиционеры. Никто не хотел уступать! Все хотели быть у власти, а Шакал давал им это, он им это обещал. И вековая обида, ненависть, злоба вылилась единым потоком в одно русло, которое направлял Шакал. А Шакал знал свое дело! Знал куда идет!

…На следующее утро Земля была как после бомбежки. Руины, крики, стоны, тысячи раненых. Земля превратилась в сплошное месиво. Телевидение и радио в один голос успокаивали людей, говорили, что все под контролем, но с неба продолжали бомбить города и села. Вооруженные звери в полном обмундировании ходили по Земле как ее хозяева, нагло и жестоко расправляясь с людьми. Наспех собранная армия людей защищала город как могла. По радио и телевидению то и дело передавали сводки новостей с фронта. Много раненых. Не хватало бинтов, лекарств, всего. Люди ушли в подвалы и бомбоубежища. Отдельные группы наспех собирали все необходимое и удирали на космических кораблях тайно ночью в другую галактику. Только Арина искала своего Рая и не уезжала, как бы ее не просила бабушка и друзья. Ее сердце чувствовало, что Рай жив!

Глава 5

Огромная птица-ящер выпустила Рая из сильных когтей и села рядом. Рай упал на землю и его тут же обступили гигантские деспоты-тираннозавры. Глотая слюну они смотрели на него, не отрываясь. Молчали. И только чудом проползший в этот замкнутый круг крокодил плача выдал:

— Съедим!

Из огромной зубастой пасти потекла слюна, неуклюжими движениями, стараясь как можно быстрее, из-за всех сил, он полз к Раю, предвкушая свой поздний обед.

Огромная лапа тираннозавра схватила его за шкирку и отбросила прочь, яростно сверкая глазищами.

— Подожди… — эхом пронеслось в тишине.

— Не тороп-п-пи-иис-с-сь, — прошипела откуда-то взявшаяся королевская кобра. Ее длинный раздвоенный язык лизнул Рая, словно это был кролик, и снова спрятался в пасти. Брызжущая ядом и слюнями она продолжила:

— Господа, вас ждут. Всеми любимый и уважаемый нами повелитель и наставник прибыл. Тираннозавры бросили свою добычу, и вышли из темницы. Они торопились.

Огромные шары с опоясывающими их кольцами плавно опустились на поляне близ темницы Шато-Гайяра. Длинные маленькие человечки с большими головами высыпались из сверкающего шара с опоясывающим его кольцом. Еще столько же и даже чуть больше из других таких же шаров. Через долю секунды они приняли облик самого могущественного тираннозавра и вплотную подошли к толпе. Главнокомандующий по имени Спрут-13 начал разговор. Они говорили непонятно, издавая какие-то нечленораздельные звуки, и прямо смотрели в глаза. Тираннозавры с ними соглашались во всем, более того они подчинялись им беспрекословно как рабы. Крокодил ничего не понимал и только глупо таращил на них свои глазенки. Кобра молчала. По всему ее виду было понятно, что она что-то задумала. Она явно знала их язык и вела свою игру и только хвост, поднимающийся кверху каждый раз, когда она одобрительно кивала себе, соглашаясь в чем-то, выдавал ее с потрохами.

Темница Шато-Гайяра, высокая и каменистая, сырая с каменным полом и маленькими вырубками-окнами под самый потолок. Камера, в которой находился Рай, была в самом низу, в подвальном помещении. Над ним были еще три этажа, таких же холодных и сырых с плесенью по углам и на стенах камеры. Темница не отапливалась. Разве что главная комната, в которой находился командующий, и ночевала охрана, еще кое-как отапливались дровами и углем. Старая королевская темница стала тюрьмой для Рая. Его камера находилась так низко, что из окон были видны только ноги проходящих. Зато все хорошо слышно, так как стекол на окнах нет, и они ничем не затянуты. Рай подставил единственную в помещении табуретку у стены и поднялся на нее, пытаясь дотянуться до окна. Стены были очень высокие, больше двух метров, и нужно очень постараться, чтобы пролезть через маленькое единственное окошко. Снаружи туда-сюда с ружьем наперевес ходила охрана. Какие-то голоса доносились до Рая. Он понял, что пришли атаманы всей этой шайки, но не видел их лиц (или морд). Рай попытался еще чуть-чуть подтянуться и облокотиться на подоконник, но упал с табуретки. Уснувшая только что охрана вдруг всполошилась, но, не видя врага, тут же уснула крепким сном. Через пятнадцать минут Рай сделал еще одну попытку сбежать, и она ему удалась. Рай выбрался из темницы и тихонько проскочил мимо спящей охраны, спрятался за стоящим неподалеку раскидистым деревом, и бросился наутек.

Глава 6

В городе была паника. Все видели в небе НЛО в форме сверкающего яркого шара с опоясывающим его кольцом. Радио и телевидение, оставшиеся кое-где в еще не разрушенных супермаркетах и помещений, уже не скрывали от населения новости о надвигающейся опасности. Кто мог молиться — тот молился, прося у Аллаха помощи, остальные бежали, уезжая кто куда и на чем угодно, лишь бы побыстрее и подальше отсюда. Им казалось, что в других городах, где-нибудь в Америке можно спастись. Они давили друг друга, вырывали ключи от машин, угоняли их, оставляя владельцев этих машин ни с чем. Самолеты забиты до отказа, и уже не принимали пассажиров. С поездами та же история. В городе царила паника. Арина вспомнила, что в горах, что находятся с южной стороны от города, есть глубокая пещера, и она решила спрятаться там. Об этой пещере она знала с детства, еще в школе они с классом ходили на экскурсию. Правда, глубоко в пещеру не опускались, но и этого хватило, чтобы удивиться ее красоте. Пещера завораживала и тянула к себе. Кто хоть раз опускался туда, непременно вернется снова и снова. Она взяла рюкзак, положила нехитрые пожитки и что-нибудь съестное, и вышла. Трехглавый домашний змей по кличке Шнурок выполз из укрытия, где он все это время скрывался и, плача от страха и ужаса, бросился следом. Когда Арина подошла к супермаркету возле остановки, то увидела плачущего младенца в коляске. Мертвое, окровавленное тело его матери лежало рядом. Казалось, что кто-то прокрутил ее через мясорубку. Все ее кости были вывернуты и сломлены. В области живота и груди красовались две огромные рваные раны. Голодные огромные зеленые мухи ползали по ним. Жуть… Арина взяла ребенка, и он тут же успокоился, затих. Вспомнив, что автобусы не ходят, Арина пошла пешком. Пройдя какое-то расстояние, она устала и остановилась. Младенец снова начал хныкать. Напоив голодного ребенка водой из бутылочки, которую она прихватила с собой и, немного передохнув, двинулась дальше. Горы казались очень близко, но на самом деле были еще далеко. Все бежали ей навстречу. Толкались, чуть не сбивая с ног. Они шли с той стороны, а она туда. Сомнение охватило ее, и она чуть не поддалась безумной панике, но ребенок заставил ее взять себя в руки. У одинокого пустующего, полуразгромленного кафе, что в 30 км от гор, стояла машина. Дверцы ее были открыты. Очень обрадовавшись удаче, Арина села в машину, положив ребенка рядом на сиденье. Ключа зажигания не было, и она вытащила из волос черную невидимку и попыталась завести машину. С третьей попытки машина завелась. Какой-то обезумевший мужик пытался залезть в салон и вышибить оттуда Арину, но не успел. Машина, кряхтя и свистя, тронулась с места, сразу набирая огромную скорость. Через 5 минут она была на месте. Спрятав машину неподалеку в зарослях терновника, она с младенцем на руках вошла в пещеру.

В пещере было прохладней, чем снаружи. Если снаружи царил летний, невыносимый зной, то здесь царила живительная прохлада. На стенах пещеры виднелись какие-то древние рисунки. Наскальные изображения говорили об охоте, а чуть ниже и незаметней красовалась НЛО, точно такое же, какую они видели сегодня утром. Сверху на рисунках видно, как Солнце опускалось на НЛО и как-будто выжигало их своим пламенем. Арина удивилась и остолбенела. Вдруг глубоко в пещере она услышала какое-то пение и с ребенком на руках пошла туда. Там, в глубине, виднелся огонек и пение усиливалось. Она шла и немного боялась, но в тоже время в ее душе появилась надежда. Может там Рай?

Когда она вошла, то увидела старца, читающего Коран. Арина молча села, склонив голову. Старец читал долго и монотонно, распевая суры и аяты из Корана, а когда закончил, то поздоровался с Ариной и сказал, что сегодня ночью придет спасение, а потом исчез, растворившись в воздухе.

«Что за спасение? — недоумевала Арина. — Судя по наскальным изображениям, такое уже было, но что-то, похожее на Солнце, спасло жителей Земли. Но что?» Уставшая от всего Арина уснула незаметно для себя прямо на холодной земле. Малыш тоже спал рядышком с ней.

Глава 7

Рай бежал долго, сначала лесом, потом полем. Ни души. Только разбросанные по полю и в лесах истерзанные тела убитых говорили о жестокой, кровопролитной схватке между людьми и зверями и их сообщниками. Там, среди кучи убитых тел, виднелся целехонький и еще новый автомат. Вонь разносилась по всей округе. Вороны клевали глаза и вырывали мясо из тел убитых. Миллионы мух черной тучей заволокли все небо. Рай подобрал автомат, лежащий на земле возле убитой гориллы и, перешагнув через нее, пошел дальше. Когда Рай подходил уже близко к трассе, то, услышал рев машин, Рай пригнулся, спрятавшись за большим одиноким валуном, стоящим посреди поля неподалеку от трассы. Отсюда было хорошо видно, как сначала по трассе проскочила машина, потом еще одна, а затем отряд горилл, вооруженных автоматами, вели под конвоем пленных людей: стариков и женщин с детьми, раненых. От злости Рай сжал свои кулаки. Ему хотелось разорвать этих горилл и освободить пленных, и он решил действовать. Когда отряд поравнялся с валуном, где сидел в засаде Рай, он открыл огонь по гориллам. Непрекращающейся автоматной очередью, прячась то за валуном, то перекатываясь по полю, он уничтожил в один миг пять-семь горилл, остальные в панике бросились врассыпную кто куда, оставив пленных на произвол судьбы. Пленные, видя долгожданную свободу, плакали от радости и ликовали. А кто-то, отобрав оружие у убегающих горилл и мертвых, пришел на помощь Раю. Все вместе они настигли убегающих врагов и добили их. Освобожденные были предоставлены сами себе, но они пошли вслед за Раем. К вечеру они добрались до пещеры, где пряталась Арина. Рай не знал, что она там. Просто это было тайное, укромное его место, где он любил бывать, еще когда учился в школе. Он вспомнил, как сбегал с уроков и приходил сюда, часами любуюсь пейзажем и красотой пещеры, в то время как все искали, его сбившись с ног.

Арина, услышав знакомый голос Рая, обрадовалась и вышла из пещеры. Рай удивился приятной встрече и обнял ее. Все смотрели на любовную парочку с умилением. После стольких бед — это была самая счастливая новость для Рая. Солнце закатилось за горизонт и тысячи звезд высыпали на небо. Огромное звездное небо обволакивало землю и, казалось, сама луна поет ей колыбельную. Мелодичная музыка лилась откуда-то сверху. Все подняли головы в страхе и в ужасе. Огромная птица-ящер ракетой падала на землю, собираясь поужинать людьми. В спешке и панике люди забились в пещеру. Последним уходил Рай, автоматной очередью прикрывая собой остальных. Но силы были не равны. Патроны так не кстати кончились, и Рай, вооружившись палкой, все еще пытался отмахнуться от ящера, но и эту палку ящер перекусил, полностью обезоружив Рая. Ящер был уже близко и огромные слюни падали на лицо и голову Рая. Рай, зажмурившись, ждал конца. Вдруг, ящер вскрикнул и попятится, а через долю секунды его разорвало на тысячи мелких частей, которые, упав на землю, образовали целое море ящерной крови.

— Не бойся! — услышал он успокаивающий голос. — Теперь вас никто не обидит.

Рай открыл глаза и увидел высокого старца с белой длиной бородой. Рядом со старцем стояла группа таких же высоких и еще выше людей в белых длинных одеяниях с крыльями за спиной. Они спустились на золотой крылатой колеснице с Солнца. Казалось, что они просто стоят и ничего не делают, а их врагов молниеносно разрывает на части. Так были уничтожены вся шайка зверей во главе с шакалом, и их сообщники и наставники — инопланетяне с главнокомандующим Спрутом 13.

— Мы жители небес, защищаем Землю и вас, людей. Не бойтесь нас, — говорил старец, и люди выходили из пещер, потихоньку приходя в себя.

— А тебе, Рай я дам амулет, — сказал старец и протянул черный треугольник Раю. — Там внутри есть молитва и маленький камешек. Но он не простой. Это камешек может защитить Землю и всю вселенную…

Рай послушно взял амулет, повертел его в руках и он раскрылся, показывая черный, крохотный камешек в лучах света и мелодичной, спокойной, небесной музыки.

Старец улыбнулся и исчез. Следом, прощаясь с землянами, улетели на своих золотых колесницах остальные, скрываясь в лучах ослепительного Солнца. Когда все исчезло, на Земле снова воцарилась звездная ночь, как-будто и ничего не было, только черный амулет на шее Рая говорил об обратном.

Время жить

Часть 1

Черная девушка по имени Элизе торопилась в школу. Вот уже в течение нескольких лет каждое утро она идет по этой тропинке вдоль старых развалин забытой Богом трущобы Кибера в Найроби. Трущобы Кибера в Найроби занимают около шестисот акров земли. Это лагерь бедняков, самовольно захвативших землю. Поэтому правительство не участвует в жизни этих людей. Здесь нет канализации, света, интернета, нет супермаркетов. Нет ничего. И даже вода поступает сюда по трубам частных дилеров. Ее продают по цене вдвое выше, чем за пределами трущоб. И все же здесь живут люди. Они радуются каждому дню, солнцу, этому небу. Здесь такие же дети, как и всюду в мире. Они играют и смеются. Они более открыты, чем взрослые и легко идут на контакт. Любознательные, они любят учиться. Если бы Вы только видели, как они слушают, затаив дыхание, истории из жизни знаменитых людей, как они интересуются историей своего края, своего народа! И если бы спросили, что такое рай, то Элизе ответила бы что это — состояние счастья и радости, не имеющее под собой твердой материальной основы, независимое от денег и богатств. Хотя деньги нужны… Элизе зашла в пустой класс. Жалкое, обшарпанное, полуразвалившееся здание, без электричества, с единственным маленьким окошком под самый потолок, завешанный сарафаном вместо стекла. То есть, по сути это выруб в стене, застланный грязным сарафаном и все. По стенам были развешаны альбомные листы с начертанными схемами по языку, с формулами по алгебре, и даже выдранный откуда-то двойной лист с картой мира. Вот и все учебное пособие. На имитированных под парты картонных коробках лежали ручки и тетрадки. Элизе подошла к доске и принялась с усердием что-то чертить мелом. Она готовилась к уроку математики, после она же проведет и английский, и чтение, и историю. Учителей не хватает. Никто не хочет преподавать здесь задаром. Вот и ведет все уроки она сама почти во всех классах. Изредка ее подменяет Бурхарт — белая, смелая девушка с камерой наперевес. Она здесь часто снимает жизнь и быт этих людей, потом все это выкладывает в инет или идет выбивать по инстанциям для нужд школы. Она не учитель и даже не живет здесь. Просто друг и товарищ. Но даже этого достаточно чтобы не чувствовать себя одиноким и беспомощным в этой борьбе за жизнь.

— Они ведь не видели жизни! Не видели, как она может быть прекрасна! — Говорит Бурхарт. — Я помогу им познать мир! — И она начинает мечтать и грезить, как все эти чумазые детишки станут взрослыми врачами, летчиками или инженерами. Станут знаменитостями, не хуже голливудских актеров. Мечтает, как на месте этой трущобы вырастет целый современный, со всеми удобствами, город и как этот город превратится в столицу. После уроков Элизе идет домой обратно все той же улочкой, вдоль которой часто бывают кучи мусора. И вообще сама трущоба похожа на кучу мусора, разраставшуюся с каждым годом и «благоухая» отходами. Что ее здесь держит? Давно бы сбежала бы отсюда, но детей жалко. Жалко их, маленьких невинных ангелочков, с живыми искорками в глазах. Вот ради этих искорок и торчит тут Элизе. Каждый Божий день, пока есть силы. Бурхарт приезжает наскоками, словно свежий прохладный ветерок. Прибежит, затрещит как сорока, перышки расправит, вокруг посмотрит, полюбуется, или что-то скажет впопыхах и снова улетает далеко, пропадая на долгие недели. Правда иногда бывают и сюрпризы! И тогда все детишки обступят ее, а она раздает им конфеты. Сколько визга и радости! Любят они ее за это! Очень любят! Вечер подходит к концу, уже ночь на дворе, а Элизе все стоит у чахлого, единственного деревца и смотрит на черное небо. Снова мечтает. Редкие звезды сменились яркими ночными огнями, словно вымпелы они разукрасили все небо, оживив его. Яркие большие звездочки, соединяясь в витиеватые рисунки, завораживали и манили к себе. Сердце стучало так часто, словно вот-вот выпрыгнет из груди. И лишь только его имя зазвучит где-нибудь, так сердце начинает трепетать как пташка. Элизе чувствовала себя птицей свободной и в тоже время раненой птицей, потому как эта любовь ранила ее сердце, взволновала ее душу, и после этого она никогда-никогда не будет прежней Элизе. Уже не будет. Он снова не пришел. Она простояла у заветного деревца у подножия горы целых два часа, а его нет. И как бы разум не твердил ей, что это добром не кончится, и гляди, как бы не вышло скандала, ее сердце пело по своему. Оно ждало его преданно и постоянно, всегда ждало его и искало, словно лучик света в темноте. Конечно, Элизе прослышала о сплетнях, которые идут о нем. Но разве это препятствие для любви? Стоит ли их слушать, когда ты, только ты знаешь какой он на самом деле хороший и ласковый! Разве он сможет так поступить подло с ней? Нет! Конечно же, нет! Ее Ашик не способен на зло — она это точно знала и чувствовала. Вдруг что-то резко вылетело из темноты и проскочило прямо у самого носа, прервав тем самым ее мысли. Элизе очнулась, словно от забытья.

***

— Снова этот сон! — воскликнула Джейн. — Снова тот же сон.

Она вскочила с постели и устремилась в ванную, а оттуда на кухню. С того самого дня, как ей сделали пересадку сердца, ее тревожит постоянно один и тот же сон. У Джейн было тяжелое заболевание сердца и жить ей оставалось совсем немного, если бы не эта операция, спасшая ее жизнь. Операцию сделали в Израиле, в медицинском центре «Вольфрам». И после этого все и началось. Эти сны, навязчивые мысли, не дающие ей покоя.

— Знаешь, Энтони, — обратилась Джейн к мужу, — мне снова приснился тот же самый сон. Он давно меня уже мучает. Ты не знаешь в чем дело? — спросила она, заваривая кофе

— Не бери в голову. Всякое может присниться, — ответил Энтони, стараясь побыстрее уклониться от разговора. Пей свой кофе, и идем на прогулку. Сегодня чудесный день! Тебе врачи посоветовали побольше быть на свежем воздухе. Ах, какой день! — Он вдохнул глоток свежего, утреннего, прохладного, пахнущего цветами воздуха. — Ах, какой день! Он взял ее за руку, и они вышли вместе на прогулку в ближайший парк-сквер.

Молодая чета Мюнхен переехала в Казахстан из Лондона еще в 2000 году, как только прослышали о казахских степях, о быте народа, то загорелись желанием жить в этих местах. Конечно же, были проблемы, но они все вполне разрешимые и не составили существенного барьера, препятствующего осуществлению их мечты. Еще в Лондоне они видели скандальную и довольно самобытную картину — эксклюзив казахского талантливого режиссера Ермека Турсунова «Келин». Наверное, именно она и побудила их переехать в Казахстан, сначала ненадолго, а потом уже насовсем. Молодая чета Мюнхен поселилась в городе у моря, построенного романтиками-энтузиастами четыре десятилетия назад в эпоху Советского Союза. Актау — это оазис в суровых местах Мангышлака. Но человек оказался сильнее, и сегодня это цветущий рай в пустыне. Не зря еще в 1978 году в Барселоне на Международном конгрессе архитекторов город удостоился премии «За создание гуманитарной среды в пустыне». Священная казахская земля! В Мангистау, в стороне от городов и больших дорог, находятся священные места. Одни из них — подземные мечети. И хотя чета Мюнхен еще не была там, но слышала о них: Коркыт ата, Бекет ата, Шопыал ата. У них даже возникла мысль побывать там, особенно было бы хорошо в период реабилитации, когда нужны силы, чтобы жить. Жизнь — что может быть лучше нее! Когда твой день состоит из борьбы за жизнь, когда дорога каждая минута, и каждая минута может быть последней в твоей жизни, ты начинаешь ценить то, что раньше чего проходил мимо: рассвет, это утро, цветы на газоне, улыбку близкого человека, запах моря…

Джейн и Энтони поселились в «Green Park». «Green Park» — это жилой, комфортабельный, уютный комплекс среди цветущей зелени, отвечающий всем тенденциям моды и капризам жителей. Джейн и Энтони работали преподавателями в Центрально-Азиатском университете с момента его создания. Это уже 15 лет! Как же быстро летит время! Еще вчера они сюда приехали, а уже прошло целых 15 лет! Все друзья остались в Лондоне, но тут у них появились новые. А старые навещают их, приезжают в гости. И когда дом полон гостей, он сияет радугой! Он живет по-настоящему! Джейн любила гостей и Энтони тоже. У них часто бывают гости. И Джейн печет свой фирменный яблочный пирог, а Энтони играет на гитаре и поет свои собственные и другие популярные песни. А их маленькая дочь Натали играет с другими детьми. Хорошо так! Вот оно счастье!

Часть 2

Найроби — это столица Кении расположенная в восточной Африке. Найроби — самый большой город с населением в три-четыре миллиона жителей. Город контрастов. Богатство и нищета, соседствующие рядом. Возле города есть заповедники, протекает река с одноименным названием, кишащая крокодилами, и есть гора Кения. Собственно-то, гору и можно увидеть из окна квартиры в городе невооруженным глазом. Раньше на месте современного города располагались незаселённые болота. Если порыться в инете, то можно найти и еще куда более интересное.

О том, что Элизе пропала не для кого ни секрет. Полиция ее не ищет, обуславливая причину пропажи молодой женщины тем, что она сбежала с любимым. Тем более что и Ашик тоже бесследно исчез. Ее подруга вернулась в Киберу, и, не найдя Элизе, начала собственные поиски. Школа на время закрылась. Дети радовались каникулам, но их родители почуяли неладное, и снова обратились за помощью к полиции. Дело возобновили. Начались поиски, но никто не давал гарантии на положительный успех. А после и вовсе прекратились. Дело заглохло. Бурхарт удалось узнать, что Элизе перед тем как пропасть, пошла на свидание и это видела местная торговка хлебом, мать пятерых очаровательных девочек-подростков, которые тоже посещали школу Элизе. Вот и все, что удалось найти. Мысли, страшные и ужасные, не давали покоя Бурхарт, но она все-таки надеялась, что Элизе жива. Она все еще хотела верить, что ее подружка просто сбежала с любимым, не вынеся местных старых обычаев. Просто сбежала. Она твердила себе это, стараясь поверить в чушь, преподнесенной полицией.

— Чушь. Никуда она не сбежала… — твердила свое интуиция. «Я хочу верить, что она жива», — не сдавалось сердце.

— Жива — жива-ааааа, — шептал ветерок. — Я ее видел…

Часть 3

Между тем, в городе продолжались убийства и пропадали люди. И стали поговаривать, что в городе орудует группировка и эти слухи оправдались, когда в одном из развлекательных центров, куда приходили обеспеченные граждане и иностранцы с детьми, произошел теракт в 9 часов утра. Очевидцы утверждают, что в группе несколько человек в черных одеяниях и масках захватили сначала первый этаж и заблокировали все выходы, а затем двинулись на верхние этажи. Единственным выходом для спасения оставался проход на крышу, а оттуда на соседнее здание. И в этот момент Ашик был среди них, среди заложников. Когда он понял, что здание захвачено, то поднялся на второй этаж, зашел в магазин, и хотел было пройти через бакалею к выходу, но увидел, как какой-то мужик выбирал себе одежду с ружьем руке. Началась стрельба и Ашик вышел на улицу вместе со всеми. Ему, как и немногим удалось спастись. На улице спасенных проверяли на наличие оружия, но далеко не все смогли сами выйти из захваченного здания. Крики и плач, стоны заглушили всю улицу и соседние с ней. Обстановка сохраняется напряженной еще долгое время. Люди не могут прийти в себя от ужаса. Сколько террористов и заложников никто не знает. Один из друзей Ашика, тоже очевидец теракта утверждает: «Они сказали, если вы мусульмане, то вставайте и выходите отсюда». Потом началась пальба, и мы встали и вышли». При этом ответственность за бойню в торговом центре взяла на себя сомалийская исламистская группировка «Аль-Шабаб». Во всех газетах пестрели подобные заметки. Эта главная новость дня затмила другую новость, новость о пропаже Элизе. Стоит ли говорить, что полиция бросила эти поиски и начала дело о теракте.

Ашик все еще был в шоке, когда ему сообщили о Элизе. Он вспомнил, что у них должно было быть свидание с ней, но он не пришел, потому что был на вечеринке у друга в другом квартале, а ей сообщить об этом не успел. Ашик был в раздумье.

Часть 4

После операции (по трансплантации сердца) Джейн изменилась, стала более чувствительной. Особенно ее стали интересовать сны. Она часто сидела над сонником и высматривала значение тех или иных предметов, увиденных ею во сне. Например, что означает «облако», «чахлое деревце» или вообще, слово «Найроби». Какие бы ответы она ни находила в соннике, ее они не удовлетворяли. Все ответы, которые выдавал сонник, казались ей недостаточно полные, или, вообще, выдавали совсем противоположное тому, что она хотела бы видеть. К тому же, у Джейн переменился любимый цвет с красного на зеленый и оранжевый. И если бы эти изменения еще можно было бы оправдать, связав их с возрастом, веянием моды, то как объяснить то, что она, ярая вегетарианка, вдруг ни с того, ни с сего стала желать испробовать мясо косули или вдруг перестала бояться всех видов змей. Мало того, голыми руками абсолютно без страха могла хватать змею за голову, и даже не поморщившись, отшвырнуть ее в сторону на безопасное расстояние. И если эти изменения немного шокировали ее подругу и коллегу по цеху Анжелу, то муж и дочь были просто в восторге от этих изменений. Еще бы, ведь они очень любят мясные блюда, а так как они живут теперь в Казахстане, то игнорировать эту кухню, богатую мясными блюдами невозможно. Да и есть ли в этом необходимость? Тем более, что Энтони соизволил уже испробовать манты на вечеринке в честь Нового года у своего друга, когда они вдвоем с женой и дочерью пришли в гости к ним. Манты не могли ему не понравиться и, как бы супруга не шипела и не грозила пальцем под столом, давая понять, что эта еда — сущий яд для вегетарианцев, Энтони все равно уплетал манты за обе щеки и даже (вот смелость!) попросил добавки! Правда, после этого случая ему больше не доводилось есть манты, и он уже было забыл вкус, как вдруг отношение к ним у Джейн резко изменилось прямо в противоположную сторону. Джейн стала искать рецепты мант и всякой мясной кухни. Мало того, она как сумасшедшая, набросилась на них первая, как только подали их на стол в кафе. Да, первые манты она испробовала в небольшом кафе национальной кухни, того самого, которого раньше обходила за три километра. Ей очень понравилась эта кухня, и она не могла понять, как же она раньше не знала, насколько эти манты вкусные, тающие во рту и аппетитные, и даже пробовала готовить их у себя на кухне. И, хотя манты получались у нее отменными, ей все равно казалось, что у соседки-казашки они получаются вкуснее. И Джейн очень радовалась, когда соседка приглашала ее с мужем и дочерью на манты.

Эти изменения, появившиеся после операции у Джейн, вызвали только восторг, неописуемый восторг и никакого ужаса в этом не видели. По крайней мере, так считали домочадцы и коллеги по работе, и даже соседи ничего плохого в этом не видели. Но Джейн продолжала видеть сны, и чтобы хоть как-то отвлечь свою супругу, Энтони предложил съездить с друзьями на море. Он уже выбрал подходящее местечко, и друзья были только рады выбраться подальше от городской суеты. Итак, сказано — сделано! Это место называется Голубая бухта. Энтони набрал в поиске «Голубая бухта» и нашел, как туда добраться.

Они приехали в Голубую бухту. Она была сказочно красивой. Такой красивой, что невозможно описать словами. Это надо видеть. Они любовались ею восторженно, не отрывая глаз, а когда исследовали ее, то нашли маленьких забавных черепашек. Они вылупились из яиц и смешным гуськом потопали на море. Все, умиляясь, смотрели на них и обступили их, образуя коридор по направлению к морю, чтобы маленькие черепашки не заблудились. Ведь они еще совсем несмышленые!.. А потом и сами вошли в море, и плавали, резвились и радовались, наслаждаясь им. Инет и в этот раз не обманул. Все было действительно здорово!

И пока Джейн с подругами и детьми плескались в ласковом море, мужики жарили шашлычки. Самый лучший отдых на море! Море, песок, солнце, шашлычок! Что может быть лучше этого!! Смех, шутки, игры у моря, да и сама вода, само море, заполнили весь день, нет, все два дня, которые они там провели, радостью и счастьем. И они поклялись приехать сюда еще раз, и вообще выбираться сюда как можно чаще, каждые выходные.

Часть 5

После того как открыли возможность продлить жизнь умирающим больным, пересадив им донорские органы (почки, костный мозг, печень и т. д.) появилось понятие «смерть мозга», которое дает возможность вынимать органы у еще тепленького человека. Смерть мозга наступает раньше смерти сердца. Много богатеньких людей пытаются всеми правдами и не правдами продлить свою жизнь, спастись от нависшей угрозы смерти или неизлечимой болезни, а бедные, нищие, еле-еле сводящие концы с концами продают «лишний орган» за деньги. И этот рынок не кажется для них чем-то ужасным. Плохо это или хорошо, покажет время. А пока весь интернет заполонили подобными статьями. Черный рынок донорских органов процветает.

Ашик просматривал новости в интернете и наткнулся на пару сообщений заинтересовавших его. Одно из них кричало:

«Расцвет черного рынка донорских органов в Европе.

Опубликовано: 30 июнь 2012 в 19:33

Павле Мирков и его жена Даниэлла каждые 15 минут нервно проверяют свою электронную почту в ожидании финансового спасения для своей семьи: один из покупателей готов заплатить почти 40 тысяч долларов за одну из их почек, пишет Дэн Билефски для «The New York Times». Перевод статьи публикует InoSMI.ru

Супружеская пара — родители двоих подростков — выставили свои внутренние органы на продажу на специализированном сайте полгода назад, после того как 50-летний г-н Мирков потерял работу на мясокомбинате. По его словам, другую работу он найти не смог, что довело его до отчаяния. Его отец недавно скончался, и г-н Мирков не смог даже установить надгробную плиту на его могиле. У них уже отключили телефон. Семья может позволить себе лишь хлеб и колбасу раз в день.

«Когда нужно кормить свою семью, продажа почки перестает казаться такой уж жертвой», — говорит г-н Мирков.

Эксперты утверждают, что, столкнувшись с нищетой, некоторые жители Европы готовы продать свои почки, легкие, костный мозг и роговицу. Это явление пока довольно новое для Сербии — государства, сильно пострадавшего в результате войны, а в настоящее время пытающегося преодолеть финансовый кризис, охвативший весь континент. Распространение незаконной торговли человеческими органами в Европе, где она сейчас набирает темп, стало возможным благодаря интернету из-за повсеместной нехватки органов для трансплантации и, в некоторых случаях, беспринципных дельцов, готовых наживаться на несчастьях людей, оказавшихся в нищенском положении.

В Испании, Италии, Греции и России объявления о продаже органов, а также волос, спермы и грудного молока, перекочевали в интернет — например, цена на легкие может доходить до 250 тысяч долларов. По словам представителей правоохранительных органов Евросоюза, в конце мая 2012 года израильская полиция задержала десять членов международной преступной организации, подозреваемых в торговле органами в Европе. Ее жертвами стали доведенные до нищеты граждане Молдавии, Казахстана, России, Украины и Белоруссии.

29 июня 2012 г.

Дэн Билефски | The New York Times

Черный рынок органов в Европе растет.

Некоторые европейцы, столкнувшись с бедностью, продают свои почки, легкие, костный мозг или роговицу, пишет издание The New York Times. «Распространение нелегальной торговли в Европе набирает обороты благодаря интернету, мировой нехватке органов для трансплантации, а в некоторых случаях — беспринципным торговцам, которые готовы нажиться на бедности», — отмечает автор статьи Дэн Билефски.

«Организованные криминальные группировки пользуются уязвимостью обеих сторон сделки: людей, страдающих от постоянной бедности, и отчаявшихся состоятельных пациентов, которые сделают все, чтобы выжить», — говорит Джонатан Рател, специальный прокурор ЕС. 15—20 тыс. почек ежегодно нелегально продается в мире, согласно данным правозащитной организации Organs Watch. Всемирная организация здравоохранения считает, что удовлетворяются только 10% мировых потребностей в трансплантации органов.

Автор статьи описывает ситуацию, сложившуюся в Сербии. Торговля органами в стране запрещена. Жителям небольшого городка Долевац правительство запретило создавать агентство по продаже органов и крови за границу. Виолетта Кавац, домохозяйка, выступающая за создание организации, говорит, что безработица достигает здесь 50%. По ее словам, жители, лишенные легальной возможности продажи органов, пытаются продать их в Болгарию и Косово. «Я продам свою почку, свою печень, сделаю все возможное, чтобы выжить». Павел Мирцов показывает свое объявление о продаже почки. «Почка на продажу. Группа A. У меня тяжелая финансовая ситуация. Я потерял работу, мне нужны деньги, чтобы оплатить обучение в школе моих двух детей», — говорится в объявлении. Он говорит, что не боится возможной операции и запрета на продажу органов. «Это мое тело, и я могу делать с ним все, что хочу».

Официальные представители сербского правительства настаивают на том, что Сербия не так бедна, чтобы ее жители вынуждены были продавать органы. Полиция не зарегистрировала ни одного случая торговли органами за последние 10 лет. Эксперты говорят, что преследования редки, потому что трансплантации обычно происходят в третьих странах, что осложняет их обнаружение.

Источник: The New York Times

«Торговля донорскими органами сейчас переживает период роста, — заявил прокурор Евросоюза Джонатан Рэтел (Jonathan Ratel), который вел дело против семи человек, обвиняемых в том, что они склоняли граждан Турции и бывших коммунистических стран продавать почки, обещая платить за них до 20 тысяч долларов и не выполняя своих обещаний.

— Организованные преступные группы наживаются на горе людей с обеих сторон цепочки — на людях, страдающих от хронической нищеты, и на отчаявшихся богатых пациентах, готовых пойти на все ради спасения своей жизни».

Чаще всего донорские органы поставляются из Китая, Индии, Бразилии и Филиппин. Однако, по словам экспертов, европейцы сейчас становятся все более уязвимыми в этом вопросе.

Примерно 150—200 тысяч почек ежегодно незаконно продается на мировом черном рынке, по данным организации Organs Watch, правозащитной группы из Беркли, штата Калифорния, занимающейся вопросами незаконной торговли органами. По оценкам Всемирной организации здравоохранения, только 10% потребности в органах для трансплантации удовлетворяется.

Нэнси Шепер-Хьюз (Nancy Scheper-Hughes), директор организации Organs Watch и профессор медицинской антропологии Калифорнийского университета в Беркли, утверждает, что попытка оказавшихся в нищенском положении европейцев продавать органы перекликается с подобными тенденциями в период после развала Советского Союза, когда хроническая безработица породила целое поколение людей, готовых продавать свои органы.

Торговля донорскими органами в Сербии незаконна и карается тюремным наказанием сроком до 10 лет. Однако это не останавливает жителей Должеваца, города с населением 19 тысяч человек на юге Сербии, власти которого отказали людям зарегистрировать местное агентство по продаже органов и крови за рубеж.

Виолетта Кавац, домохозяйка, выступающая в защиту подобной сети, утверждает, что уровень безработицы в Должеваце составляет 50% и что более 3 тысяч человек выразили свое желание участвовать в проекте. По ее словам, лишенные законных каналов продажи органов, жители города, тем не менее, пытаются их продать в соседние Болгарию и Косово.

«Я продам почку, печень и сделаю все, чтобы выжить», — добавила она.

Склонившись над своим компьютером в Ковине, в 25 милях от Белграда, г-н Мирков демонстрирует репортеру свое объявление о продаже почки, в котором указаны его группа крови и телефон. «Хочу продать почку. Группа крови А, — говорится в объявлении. — Я нахожусь в тяжелой финансовой ситуации. Я потерял работу, и мне нужны деньги, чтобы оплачивать школу для моих детей».

Г-н Мирков разместил свое объявление полгода назад, и с тех пор каждый день он переживает надежду и разочарование. По его словам, какой-то человек из Маннхайма, Германия, однажды предложил ему полететь в Германию и оплатить ему все расходы. Но когда г-н Мирков попытался это сделать, тот человек просто исчез.

Женщина из Македонии предложила заплатить 24 тысячи долларов за почку его жены Даниэллы, но эта сумма была на 12 тысяч долларов ниже первоначальной цены продажи. У его жены 0 группа крови, и за это на черном рынке можно просить на 12 тысяч долларов больше, поскольку эта группа крови подходит большинству реципиентов.

Доктор Джоко Максиц, ведущий врач-нефролог, ответственный за программу трансплантации в Военно-медицинской академии в Белграде, сомневается, что в Сербии ведется незаконная торговля человеческими органами, добавляя, что каждый потенциальный донор тщательно обследуется больничным советом, в состав которого входят врачи, юристы и специалисты по врачебной этике.

Однако 52-летний Милован, бывший рабочий из деревни на юге Сербии, утверждает, что он «отдал» свою почку богатому местному политику, который взамен на это пообещал выплачивать ему денежное довольствие и оплачивать его лечение. Операцию по пересадке провели в государственной больнице в Белграде, и, как говорит Милован, они участвовали в ней по поддельным донорским картам, в которых было написано, что они братья.

Погрязший в долгах Милован, который отказался назвать свою фамилию, опасаясь жесткой критики со стороны своих соседей, пожаловался, что политик, получивший его почку, недавно перестал выплачивать ему содержание, и что Милован так быстро потратил свое вознаграждение, что теперь вынужден торговать яйцами на местном рынке.

Postimees.ru «За рубежом»

Он был в ужасе (или делал вид?). После того, как он узнал о пропаже возлюбленной, то первым делом осмотрел все морги. Среди кучи истерзанных, прошедших словно мясорубку, вонючих, полуразложившихся тел пытался найти Элизе, но не нашел даже после недели, проведенной в морге. Бурхарт во всем поначалу обвиняла его, но после поняла, что его вины нет, и затихла. Вдвоем с Ашиком они искали Элизе везде, по всем окрестностям, трущобам, другим районам города и даже в соседних городах и деревнях, но безуспешно. Они уже было отчаялись и хотели прекратить на время поиски, чтобы набраться сил, как Ашик наткнулся на эти статьи в инете, побудившие его к поискам в новом русле, в совершенно другом направлении, о котором они раньше не додумались. Его терзала совесть. Он чувствовал свою причастность к пропаже девушки, но все же, несмотря ни на что, продолжал питать надежду. Может она сбежала, после того как он передал ее им. Он верил или хотел верить в это. Сомнения… сомнения… терзали его. Но открываться он не решался. Он только играл, делал вид, что помогает следствию.

О своих мыслях он еще не говорил Бурхарт, потому что боялся напугать девушку. «Черные врачи» — о них он знал и слышал, что они работают везде и даже в его районе. «Кто будет искать этих несчастных?» — додумался Ашик.

Часть 6

Между тем дело о пропаже Элизе вновь возобновилось, и скоро появились новые сведения по делу. Так был найден свидетель, видевший, как на Элизе напали, когда она возвращалась домой поздно ночью и, вырубив сознание одним ударом сзади, затащили в салон машины.

— Вы не помните марку машины? — спросил следователь.

— Нет. Не помню. Было все так быстро, что я не успел разглядеть, да и темно было…

— Пожалуйста, подумайте еще раз. Может, что-то вспомните. Важна каждая мелочь.

— Кажется, это был внедорожник «Хаммер» черного цвета, а вот номер не помню, не видел.

— Большое спасибо. Вы очень помогли следствию.

Часть 7

— Ты случайно не засветился, Джо? Мне доложили, что тебя видели, — занервничал всегда спокойный Босс группировки.

— Не. Я осторожный. Работаю чисто — хвастался Джо.

— Ну, смотри. Если что — мозги выну! — не отпуская взгляда от Джо, выдал Босс.

— Почему Вы так нервничаете, господин? Все же прошло хорошо. Деньги Вы же уже получили, да и товар отправлен. Все под контролем.

— Знай свое место, Джо! Раз спросил, значит информация есть! Что-то пошло не так. Надо снова все проверить: товар, люди, все! Где-то канал протекает. Узнай!

— Будет сделано, сэр! Как скажете! Сегодня же начну.

— Пшшел!! — еще больше разозлился Босс. Он всегда злится, когда что-то не так идет, как хотелось бы. Хоть и все проходило, как должно было: товар клиент получил, деньги — пришли, но все же, он чуял что-то нехорошее. Ветер не в ту сторону дует. Как бы, не прокололись.

Клиент попался богатенький, обещал миллионы зелененьких за товар. Из Европы. Европа — это тебе не Африка и даже не Азия. Здесь деньги большие крутятся. Все по крупному! Босс находит нужный товар и передает его К., а тот уже самому клиенту. По такой цепочке нельзя сразу вычислить Босса, а Босс точно не знает имя клиента. Да и не нужно это ему! Работают чисто! Ни следа, ни шума, ни звука! В этих трущобах, наподобие Кибера, люди сами продают свои почки и печень за деньги. Всего 6 тысяч долларов — и она у тебя. Всего-то! Ну, а если не захотят, то можно и по-другому поговорить, по-серьезному, с помощью силы. «Там где сила — там власть!» — он любил это изречение, то ли сам придумал, то ли вычитал где-то — уже не помнит, но постоянно, к слову и нет, повторяет это.

Его все боялись — и свои и враги! Он считает так: если тебя боятся, то значит уважают. А там где страх — там и дисциплина, а значит и порядок! Он это усвоил, еще будучи солдатиком, в армии, лет двадцать — пятнадцать назад.

Часть 8

Джейн вспоминала свои первые шаги после операции. Понадобилось еще больше времени для реабилитации. И переехали в Израиль из Лондона, потому что подобные операции здесь дешевле и делают качественней. Вот Джейн делает первые шаги после операции. Теперь у нее новое сердце. Столько волнений и страхов пережито ею! Она помнит, как стояла в очереди на операцию, ждала подходящего донора. Она помнит, как врачи сказали ей: «Нужно ждать и верить. Не теряйте надежды!»

Энтони, ее муж говорит: «Ты была на грани жизни и смерти. И вот полгода ждала и дождалась. Конечно, и ты верила, и мы все верили».

Верить в спасение — единственное, что остается. И не потому, что врачи не могут делать операций. Просто доноров нет.

Серж Г., директор ФГУ ФНЦ трансплантологии и искусственных органов в Израиле: «Это очень трудно понять, что мой ребенок умер. И вот тут должна возникать другая мысль. Если его органы будут пересажены другим детям, то эти дети будут жить».

Остается только задуматься над этим.

Кто хоть раз прошел через этот ад, через эту боль, страх перед смертью, когда каждый день может быть последним, тот не забудет это никогда. Ему часто будут сниться кошмары по ночам, как сниться Джейн, Именно поэтому Джейн стала теперь заниматься благотворительностью. Она перечисляет большую часть своей зарплаты, и ее муж тоже, в Фонд помощи больным детям. Потому что не может смотреть на страдания маленьких детей. Она часто посещает больных детей, приносит им подарки, покупает лекарства и, хотя сама только что вышла из состояния опасности за свою жизнь, она помогает людям, чем может. Ее доброе сердце полно любви и сострадания.

Часть 9

Элизе очнулась на операционном столе, в полутемной комнате, как раз в то время, когда несколько врачей склонились над ней, а один из них собирался делать надрез в области сердца. Элизе закричала, но ее крик застрял комом в горле и вырвался лишь небольшой хрип. Она попыталась пошевелиться, но ее руки связаны и онемели. Она чувствовала сильную боль во всем теле и хотела лишь одного: выбраться отсюда поскорее. Эта беспомощность угнетала ее и раздражала. Невыносимо, когда ты не можешь управлять своим телом, потому что оно попросту не подчиняется тебе из-за каких-то причин, не зависящих от тебя. Это ужасно. Элизе еще раз попыталась закричать, дать понять, что она жива, но из горла вышло только шипение, больше похожий на хрип, нежели на душераздирающий крик. Один из врачей заметил признаки жизни, и что-то прошептал своему напарнику. Тот отошел ненадолго и вернулся с большим шприцем и ввел какое-то лекарство в вену Элизе. Элизе потеряла сознание…

…Джейн проснулась от удушья. Снова этот сон. Страшный и непонятный. Она посмотрела на часы. Было еще только пять утра. Только начинало светать. Еще почти ничего не видно, только тени плыли по стенам, когда проезжала на улице машина мимо их окна. Энтони спал, сладко посапывая. Джейн посмотрела на него, улыбаясь, и встала с постели. Она искала свою дочурку Натали. В детской горел ночник. Свет от ночника, как в сказке, плыл по стенам и полу. Причудливые узоры его оживляли маленькую скромную спальню девочки. Натали, свернувшись калачиком, сладко спала, прижимая близко к сердцу любимую плюшевую игрушку. Этот плюшевый мишка был подарен ей папой на день рождения. С того дня она не расставалась с ним ни на минуту. Вот и сейчас она прижимает его к себе, такого родного и любимого. С ним она чувствует себя защищенной. С ним она быстро засыпает, с ним она играет и кормит его малиновым вареньем. Вон у мордочки мишки видны маленькие, еле заметные два пятнышка, как ни пыталась отстирать Джейн эти пятна, ей не удалось.

И когда купили потом новую игрушку, Натали отбросила ее, прижимая и не отдавая никому этого старого, потрепанного плюшевого мишку. Джейн поцеловала маленькую принцессу и легла спать, примостившись рядышком на кровати, и быстро заснула.

Утром она старалась не думать о своем сне и почти уже забыла, как наткнулась в интернете на статью о клеточной памяти и, хотя ученые опровергали возможность памяти у клеток донорского органа, споры по этому поводу были не шуточными. Проводив домашних: кого на работу, кого в садик и, отпросившись по случаю болезни от работы, Джейн принялась всерьез заниматься этой статьей, и поискать что-нибудь подобное ей. Она провозилась целый день и выяснила, что то, что происходит с ней, вполне может быть этой самой клеточной памятью. И эта новость шокировала ее. Она решила сообщить об этом мужу. Но сначала она хотела узнать: кто является ее донором? Она обратилась за помощью в клинику, где прошла ее операция и ей выдали список возможных доноров, правда после того как она очень долго их упрашивала. Она искала имя Элизе в списке и нашла сразу три женщины с именем Элизе. Это ее обрадовало, но и огорчило сразу. Элизе из сна была черной, а эти нет. Она узнала об этом, когда набрала полученные данные в базу данных. Эти девушки умерли при случайных обстоятельствах или при аварии. А где же другая Элизе? Этот вопрос не давал ей покоя.

Часть 10

— Слушай, дорогой! Как ты смотришь на то, чтобы съездить в Африку? Пирамиды, саванна — это так романтично!! — щебетала Джейн, ластясь к мужу. — Ну, пожалуйста.

— Африки нам только не хватало! — пробурчал Энтони.

Джейн сделала обиженное лицо, и вот-вот готова расплакаться, как маленькая девочка.

Энтони посмотрел на нее, и его сердце защемило от боли и он выдал:

— Ты же знаешь, я не могу смотреть как ты плачешь! Конечно же мы поедем в эту Африку! Только не плачь!

Джейн улыбнулась и вытерла слезы.

В воскресенье они вылетели первым же рейсом.

Часть 11

На следующий день после прибытия они решили проехаться по саванне и воочию увидеть живых львов, тигров, жирафов, крокодилов, слонов и все, что встретиться им по пути и снять на камеру. Увидеть живьем настоящих слонов и львов — это самое лучшее для путешественника! Самое что ни на есть оно самое!! Первое свое сафари она отправились в кенийский заповедник вместе с водителем Сэмом. Он же будет и гидом и сопровождающим в течение всего путешествия. Отправились рано утром часов в четыре утра. Потому что раннее утро более красивое и живописное в саванне. Саванна — это большое поле чудес. Все зависит от вашей удачи. Можно увидеть все, всю живность саванны, а можно и ничего не увидеть. Это как охота. Самая распространенная живность эта антилопы, зебры, газели и буйволы. В общем, их они и увидели в большом количестве в своем путешествии. Каждый раз, завидев издали зебру или антилопу гну, Энтони ликовал и хватался за фотоаппарат, чтобы заснять это. Маленькая Натали радостно хлопала в ладоши. Джейн же молчала, задумавшись о своем. Как бы ни хотелось всей группе путешественников выйти из машины, их не выпускали. Выходить строго запрещено, потому что хоть и милые эти антилопы и зебры, но, все же, они дикие, а значит, представляют опасность. Вернувшись в кемпинг, они поужинали и легли спать. Утром планировалось новое сафари, и вставать надо было очень рано. Утром они поехали в другой заповедник и там искали новых животных, каких еще не видели. Сафари увлекательное и интересное, интересное и захватывающее путешествие, что-то наподобие охоты, только с фотоаппаратом. Энтони заметил, что Джейн грустна, и спросил ее почему она грустная. Джеин только отмалчивалась. Она не знала, как сказать ему, что она чувствует насчет этих снов, которые продолжали ее тревожить. Она боялась, что Энтони примет ее за сумасшедшую, не поверив ее гипотезе о клеточной памяти донорских органов. Тем не менее, она хотела бы поговорить с мужем на эту тему, но пока подходящего момента не было. И пока она просто просматривала местные газеты, все, какие только нашла. И даже познакомилась с некоей Бурхарт, когда покупала в местном ларьке новые газеты. Бурхарт ей показалась хорошим и интересным человеком и у них оказалось много общего. Еще Джейн заметила грусть в глазах Бурхарт. Она спросила ее о причине грусти, но Бурхарт только молчала, не проронив ни слова. В общем-то, это все, что случилось за эти дни.

Часть 12

Спрос порождает  предложение. Спрос на неизношенные органы растет, а значит, и цена на него будет повышаться. У одного богатенького миллионера заболел единственный наследник. Рак крови — лейкемия, тяжелая форма. Единственное, что может помочь — это пересадка костного мозга. за него богатенький миллионер готов заплатить любые деньги. Ведь жизнь любимого и дорогого сына бесценна! Главарь группировки «Черные врачи», прознав об этом, очень обрадовался. Он решил обойти конкурентов и, предложил товар еще не изношенный, молодого донора, по большой цене. Ясно, как день, у богатеньких немножко другое восприятие мира. Им кажется, что все можно купить за деньги: машины, дома, здоровье, честь. Они думают: чем больше они заплатят за товар, тем лучше он будет, и потому не скупятся на цены. Поэтому богатенький папочка больного и единственного сына не стал долго ждать и раздумывать о чести и достоинстве, а главное, о путях добычи этого щепетильного товара, и согласился на услуги «Черных врачей». «Чем быстрее будет предоставлена помощь больному, тем лучше!» — так говорят врачи.

Ричи, сын миллионера, того самого богатенького папочки, лежал в больнице, прикованный к постели. Куча трубочек с живительными лекарствами тянулись к нему, обматывая его всего, словно паутиной. Сухая, мертвецки бледная, с желтушной окраской кожа, с легкими кровоподтеками и синяками, наводила страх на живых, здоровых людей, особенно родителей. Он почти не шевелился и совсем не разговаривал. Постоянные и сильные головокружения, боли в брюшной области и в сердце, тошнота от запахов пищи, ощущение тесноты в груди, и высокая, не спадающая температура, не давали ему подняться с постели. Силы таяли. Казалось, что он и вовсе умер, если бы аппарат, подключенный к нему, не подавал признаков жизни. Ричи лежал без сознания долго, а когда приходил в себя, то необоснованное чувство тревоги душило его, и наводило еще больший ужас на его родителей. И, хотя рак крови у детей сегодня не считается смертным приговором, все же еще есть единичные случаи с летальным исходом, а чтобы Ричи не оказался среди этих единичных случаев, очень боялся его отец. Повторный курс химиотерапии с использованием препаратов с более сильным действием не давала ощутимых результатов, поэтому врачи предложили использовать метод пересадки костного мозга, при котором с помощью капельницы осуществляется введение больному концентрата здоровых клеток костного мозга, взятых у донора. Перед этой процедурой необходимо удаление всех патогенных клеток костного мозга при помощи химиотерапии. Данная методика крайне опасна, но необходима для спасения Ричи. Опечаленный новостью отец долго не мог прийти в себя. Мысли о смерти долгожданного и единственного, еще совсем маленького сына, не давали ему покоя ни днем, ни ночью. Он понял всю бессмысленность своего существования, ее никчемность, пустоту, без своего любимого сына. Мать Ричи все время плакала, а когда входила в палату, то старалась сдерживать свои слезы, чтобы хотя бы улыбкой придать силы, если не Ричи, то себе. Все смотрели только на главу семейства. От него зависело, будет ли Ричи жить. И, несмотря на опасность и трудность операции, отец согласился. Он решил, что Ричи должен жить несмотря ни на что и пусть даже, если его отцу придется заплатить за это всеми сбережениями своего банка, всем имуществом, которое он собирал по крохам в течение всей своей пятидесятилетней жизни. Сколько он себя помнит, он все время трудится, не покладая рук. Сначала, будучи ребенком, он чистил обувь, потом работал в Макдональсе, а после, окончив Вуз, и, рискнув, взялся за строительный бизнес. Он строил все: и отели, и казино, и дома-приюты для детей, жилые небоскребы с офисами на первых трех этажах. Строил все и за деньги. Собирая по копейкам, не жалея даже себя, он построил свое состояние, и теперь, когда он у вершины свей цели, он готов пожертвовать всем ради спасения своего единственного сына-наследника. Зачем ему все это, если рядом не будет сына? И он решил: во что бы то ни стало спасти Ричи, даже если донора придется искать и на «черном рынке». Он готов был на все!

Часть 13

Инет вопит во все горло:

«Черный рынок как был, так и будет существовать, уж слишком большие, очень большие деньги крутятся.

Небольшая цитата:

«Исследования Международного информационного медицинского агентства (МИМА) показали, что все без исключения люди являются миллионерами. По подсчетам медиков, тело здорового человека стоит около 45 миллионов долларов. Сумма складывается из стоимости отдельных элементов — органов и тканей. Вот приблизительный прейскурант: грамм костного мозга — 23 тысячи $; легкое — 117 тысяч $; почка — 92 тысячи $; сердце — 57 тысяч $ и т. д. Цены, приводимые специалистами МИМА, средние. С поправкой на местность они могут и несколько возрастать, и резко падать», — гласила вывеска в инете.

«Информация немного устаревшая, но впечатляет»… — подумал Босс, читая заметку в инете и прикидывая возможный барыш. Его мозг рисовал сказочные картины будущего, и он решил позвонить Джо.

— Слушай! — кричал он в трубку. — Дай объявление в инете так, чтобы клюнуло, и смотри не раскрой себя.

— Сколько хотите полос? — спросила трубка.

— Дурак! Немедленно принимайся за дело! Нечего лясы точить! — взбесился Босс. Его раздражали глупые не к месту вопросы.

Через пять минут в инете появилась заманчивое объявление. Оставалось только ждать.

Часть 14

И вот первый звонок.

— В Банке доноров очень долго ждать, а время уже позарез. Вы даете гарантию, что все пройдет отлично? — спросил бас из трубки.

— Окей! Мы работаем на этом рынке уже пятнадцать лет успешно!! Конечно, наш банк данных дает гарантию успеха!! Если Вам есть чем заплатить, то добро пожаловать! Предупреждаю, что цена о-оо-оочень высокая!! Надо сказать, товар очень надежен и стерилен! А это требует больших денег! — прочеканил Джо в трубку и даже немного вытянулся вперед, как будто это поза позволит ему говорить и слышать лучше. Он даже скопировал голос своего шефа. — Да-да-да! — кричал он с хрипом в трубку, — Какой вопрос!! Вы нас обижаете, сэр!

— Ну, тогда все окей! Деньги прибудут по указанному Вами счету в Банк, а товар когда соизволите прислать? Очень надо быстро! Вопрос жизни и смерти!

— Как поступят деньги на счет, так сразу и ждите товара. Мы работаем очень оперативно! — Джо был доволен собой: «Слышал бы это его шеф, наверняка бы похвалил. Этот скупой на похвалу точно бы заметил, как четко все я провел!!» От этой мысли его лицо, особенно глаза, засияли всеми цветами радуги. Он превзошел самого себя!

Осталось только найти товар.

Часть 15

Сны Джейн стали все более частыми и даже немного тревожными. Доходило до того, что боялась засыпать, потому что как только она заснет, ей обязательно приснится некая Элизе. Хуже того, она будет сама в образе черной девушки Элизе, и будет на себе чувствовать все ужасы, что несет во сне Элизе. Энтони стал замечать нервозность у своей супруги и не знал, как ей помочь. Африка очень понравилась Джейн. Она воспряла духом, стала более веселой, и даже чаще улыбаться. Ей понравилась национальная кухня, особенно традиционный хлеб Чапати — вкусные горячие тонкие пресные лепешки, выпеченные на сухой сковороде без масла и черепаховая похлебка, запеченная на углях рыба в банановых листьях. Энтони же предпочитал местный аналог курицы гриль — жаренную в тесте дичь или бифштекс из буйволятины. В качестве напитков они заказывали соки со льдом и чай с молоком. В газетах, купленных в киоске неподалеку от отеля, Джейн прочитала в новостях о пропаже некой Элизе. Она очень удивилась и поняла, что сны — это не просто сны, а есть какая-то связь между ними. Она стала искать в интернете свой случай и нашла заметку, в которой объясняется подобное как «Клеточная память» и, хотя ученые отрицают это, все же есть случаи, которые происходят нередко с людьми, пережившими операцию по пересадке донорского органа. Джейн показала заметку Энтони, и когда он прочитал это, то удивился. Он понял, что происходит с Джейн. Но как ей помочь не знал. После этого случая Джейн хотела встретиться с новой знакомой девушкой по имени Бурхарт, чтобы поговорить о том, знала ли она Элизе. Она позвонила ей по телефону, но Бурхарт куда-то торопилась и отказала во встрече. Джейн немного опечалилась. Видя тоску в глазах Джейн, Энтони решил вывести ее на прогулку, на свежий воздух. Раз уж она не поехала на сафари, то хотя бы пусть подышит свежим воздухом в парке у отеля. Он взял ее за руку, и они втроем с дочерью вышли в парк. А когда Энтони удалился в поисках «МОРОЖЕННОГО» (он даже не знает, есть ли тут вообще «мороженное»), Джейн неожиданно для себя заснула прямо на скамейке, откинувшись на спинку. Натали играла рядом. Когда Джейн заснула, ей приснилась Элизе. Она стояла рядом с Джейн и, улыбаясь, взяла ее за руку, Джейн почувствовала легкий холод и ее рука онемела. Джейн не могла выговорить ни слова, она только смотрела на Элизе и шла вслед за ней. Они шли, но Джейн казалось, что они летят, потому, что их ноги не касались земли. Они летели легко, и это чувство полета и легкости Джейн ощущала всем телом и душой. Вдруг они остановились возле свежевырытой могилки и Элизе заплакала. Она смотрела в глаза Джейн, и как будто говорила ей что-то, но Джейн не слышала ее и не понимала, как ни старалась. Образ Элизе растворился в воздухе, а Джейн осталась одна. Она осмотрелась вокруг. Местность ей не знакома. Невдалеке от нее на севере возвышалась гора, а рядом от могилки стояло чахлое, невысокое одинокое деревце. Вдруг опустился туман, и солнце скрылось, стало темно, как ночью, и на небе появились яркие звезды. Она услышала мужские голоса. Это были три мужика в белых халатах. Они нервничали и торопились. Они несли, завернутый в белый холст, труп. Когда они подошли к ней, то она поняла, что они ее не видят, и вздохнула с облегчением, потому что, когда она их увидела, то испугалась за свою жизнь. Один из кампании принялся усердно рыть могилу, а два других стояли и поторапливали его выкриками на непонятном языке. Когда все закончилось, они ушли. На глазах у Джейн выступили слезы…

— Ты чего плачешь? Случилось чего? — послышался знакомый и родной голос Энтони. Джейн открыла глаза. Она плакала во сне и, кажется, продолжает плакать наяву.

— Ничего, просто сон, — сказала Джейн, вытирая слезы.

— Нет, ты говори мне все, как есть. Я же твой муж. Я должен знать, что происходит! — и через минуту добавил. — Это Элизе приходила во сне.

— Да, — еле слышно прошептала Джейн. — Ее убили, и, кажется, я знаю кто и где ее могила…

— А ну-ка пошли в отель и все мне расскажи поподробнее, — неожиданно выдал Энтони и они ушли.

Часть 16

В кенийскую полицию города Найроби обратился с жалобой на клинику пластической хирургии «Новая красота» местный житель К. Н. Год назад он попал в жуткую аварию. К счастью быстро поправился физически, а вот лицо так и осталось обезображенным. Год копил деньги на операцию, а когда сделали ее в этой клинике, лицо стало хуже некуда. Вместо красивого обещанного лица получил морду урода из фильмов ужасов. Настолько это лицо стало ужасным, что он сам чуть не упал в обморок, когда посмотрелся в зеркало. Хуже того, врачи этой самой злополучной клиники отрицают свою причастность к этому делу. Типа: мы — не мы, вина не моя! По этому делу было решено проверить деятельность всех клиник, включая банки хранения донорских органов. И закипела работа!

Были проверены все клиники города, и даже соседние, нашли тысячи нелегальных клиник и банков донорских органов с несоответствующими условиями хранения по стандарту. Выяснилось, что, грубо говоря, пациентам клиники «Новая красота» врачи делают лицо, используя слегка прогнившие, негодные органы, кровь, кожу. Плюс ко всему, и квалификация врачей хромает. Отсюда и итог — ужас вместо красивого, обещанного лица. С санкциями проверки следователи вошли в святая святых клиник, куда предпочитают не впускать простых граждан. От увиденного ужаса видавших всякое следователей затошнило, рвало. Настоящий мясокомбинат человеческих органов. Кстати, пошел слух, будто этими прогнившими органами торгуют на черном рынке донорских органов и вообще не стесняясь, предлагает в качестве донорских органов на трансплантацию по нереально высокой цене. Среди рейда проверок следователей очень заинтересовала клиника — банк Донорских органов частного лица некоего Босса. Вроде все легально и правильно, но, в то же время полностью противоположная сторона открывается. Какие-то махинации в бухгалтерии, непонятные счета и плохая работа персонала, ужасные условия хранения и какая-то озабоченность, и даже страх в глазах некоторых врачей-хирургов этой клиники привлекали к себе внимание следователей. Вроде ничего такого, но профессиональное чутье говорит: «Пахнет жареным».

А когда один из опер группы попросил открыть вечно закрытую потайную комнату, то врач в белом халате вдруг вытащил пистолет и угрожал расправой. Завязалась борьба и бойцу из опер группы удалось выхватить оружие у противника, но тому незадачливому врачу удалось сбежать. Когда на следующий день открыли злополучную комнату, то ничего интересного для следователей не нашли. Комната была пуста. Но старый знаток своего дела все-таки нашел в нижнем потайном сейфе за пыльным шкафом странные документы. Эта была папка о медицинских прививках некоей Бурхарт. Там были анализы на кровь, группа крови и самое интересное — согласие Бурхарт быть донором после своей смерти. «Ну а смерть можно и поторопить», — подумал старший следователь уголовного розыска.

Часть 17

Бурхарт получила по почте анонимное письмо. В нем неизвестный или неизвестная предлагал (а) встретиться. Он (а) утверждал (а), что знает, где находиться Элизе и сможет даже провести к ней. Говорил (а), что это очень опасно. И что Ашик сам продал свою возлюбленную. Последнее слово «Возлюбленную» было зачеркнуто дважды. Видно было, что писавший (ая) сильно нервничал (а).

Бурхарт сразу же согласилась на встречу и хотела было выйти из своего дома, как вдруг раздался пронзительный звонок на мобильном. Звонила Джейн и тоже предлагала встретиться, говорила, что очень важно. Но Бурхарт сказала ей, что торопится и встретится с ней попозже. Бурхарт не понимала, как может быть встреча с Джейн, и о чем ей так надо было поговорить. После того как Бурхарт сообщила ей о Элизе, та вся переменилась и даже на второе сафари не поехала. Бурхарт видела ее задумчивой в парке, в то время как она должна была быть с мужем и с дочерью на сафари, но подходить к ней не стала, потому что торопилась на автобус. Тот уже отъезжал

Бурхарт взяла сумочку и в спешке вышла.

Часть 18

Ашик принялся помогать следствию. Он рассказал об их отношениях с Элизе. Плакал и говорил, что любит ее и страдает. Сообщил, что накануне они с Элизе сильно поссорились, и он хотел загладить свою вину — подарить ей плюшевого мишку. Она очень любила мягкие игрушки с детства. Но она не пришла на свидание, хотя он прождал ее почти до утра!

Следователям пришлось сделать вид, будто они поверили этой басне. Только что за час до этого разговора нашлись свидетели, видевшие Ашика на вечеринке в другом конце города. Что это могло значит? Может Ашику стыдно, что это он не пришел на свидание или он еще что-то скрывает? Но что?

Часть 19

Ашик знал, что за ним следят и телефон прослушивается, и затих. На сообщения Босса не отвечал, игнорировал. Босс знал уже обо всем, и попытаться скрыться, сбежать в другую страну, попросив политического убежища. Заблаговременно он дал приказ Джо спрятать все счета и документы. Этот трусливый заяц чуть не выдал всех с потрохами, когда принялся угрожать бойцу из опер группы. Хорошо еще, что сумел сбежать, иначе бы выдал всех. Язык у него без костей, а ума и вовсе нет. Босс звонил со скрытым номером, выхватив телефон у подростка, случайного прохожего. Подросток выругался и ушел, а телефон у Босса. С этого телефона и пытался позвонить Босс Ашику. Нужно было встретиться. Но Ашик не отвечал. Босс заерзал: «Неужели попался»? Схватив чемоданчик и поддельные документы на чужое имя, он поехал на своей машине в аэропорт.

Часть 20

Надо же! Первой. Дело в том, что Бурхарт вечно везде опаздывает. Это у нее такая особенность характера что ли. Ну везде, как бы не хотела она прийти вовремя, вечно опаздывает на полчаса как минимум. А тут первая!! В кафе было пусто. Солнце жарило нещадно, на небе ни облачка. Уличное кафе располагалась с краю у трассы, ведущей в горы. Почему-то не было посетителей, хотя обычно (Бурхарт это знала точно) в это время полно посетителей, рабочих с ближайшей фабрики и туристов. Кафе славилось тем, что помимо национальной кухни здесь предлагали и европейские, и азиатские блюда. Блюда готовились вкусно и быстро, а это очень нравилось гостям. Почему же здесь никого нет? Бурхарт не понимала. И все же, устроившись поудобнее, она стала ждать официанта, чтобы попросить стакан прохладной воды.

Вдруг она услышала знакомый ей голос и обернулась на зов. Кричал торговец мылом из трущобы Кибера.

— Госпожа учительница, что Вы здесь делаете? Это кафе давно закрыто. Его закрыли еще на прошлой неделе. Говорят, хозяева обанкротились, — выпалил одним духом торговец мылом, присаживаясь на свободный рядом стул.

— Да?? А.. — очень удивилась Бурхарт. — А я и не знала.

Тут из кухни появился человек в фартуке и с подносом, но, увидев рядом с девушкой постороннего, бросил поднос и принялся бежать.

— Стой! — закричал из укрытия боец из опер группы. — Стрелять буду! — закричал он и побежал вдогонку за ним. Следователи из кенийской полиции следили за Бурхарт с того самого момента, как нашли интересную папку в одной из клиник.

Не успела Бурхарт удивиться, как кто-то сзади зажав ей рот, потащил в кусты. Торговец мылом растерялся и стоял, раскрыв рот от ужаса. Он даже кричать не мог. Только смотрел в то сторону, куда уводят Бурхарт.

— Тише, — шипел Ашик. — Свои. Садись в машину быстро! — скомандовал он.

Бурхарт повиновалась, и машина увезла их в неизвестном направлении. От торговца мылом ничего так и не узнали. Он только таращил глаза и хрипел: «Там… Там…". Будто НЛО увидел, такой испуганный был у него вид.

Часть 21

Ашик привез Бурхарт в полуразрушенное здание старого завода. И сказал ждать здесь, а сам куда-то скрылся в соседнем цехе. Приехала скорая. Бурхарт думала, что это Элизе. Направилась навстречу, улыбаясь, предвкушая радостное событие. Но вышли врачи в белых халатах и с суровым лицами. Они скрутили девушку и понесли вглубь здания. Там в потайной, полутемной комнате без окон в самом углу старого завода была потайная дверь, ведущая куда-то вглубь. Бурхарт кричала и вырывалась. Один из врачей одним ударом вырубил ее, заставив замолчать. Дальше все было как в тумане. Девушка видела поплывшие лица, склонившиеся над ее телом. Голова сильно гудела, и хотелось пить. Кричать и говорить не могла, только шипела и хрипела. Двое удерживали ее, привязывая и скручивая руки. Третий достал большой шприц и ввел лекарство в вену. Бессознательное тело сникло и упало на грязный, пыльный пол.

Не успели врачи положить тело на операционный стол, как из ниоткуда вылетел наряд полиции, и, окружив их, потребовал сдаться. Испуганные расправой черные врачи бросились врассыпную, забыв про свою жертву. Но убежать далеко им не удалось. Их всех поймали и посадили за решетку. Всем дали пожизненные сроки. А главарь группировки черных врачей находится до сих пор в розыске. Ашика тоже поймали. Выяснилось, что он продал свою девушку на органы, польстившись сказочной суммой зелененьких долларов, а после и вовсе стал сотрудничать с «черными врачами», помогая найти нужный товар. Тело Элизе долго не могли найти, но все же нашли, благодаря Джейн, вернее клеточной памяти донорского органа. Выяснилось, что сердце Элизе предназначавшееся больному богатенькому оказалось никому не нужным и его просто сдали в официальный Банк донорских органов в Европе, а оттуда оно попало к Джейн. Дело приняло всемирный характер, и следствие идет до сих пор.

Живите долго и будьте здоровыми!

Плагиат

Глава 1

Виктор сидел в интернете уже час. Просматривая подборки новостей, ругаясь про себя из-за нелепых, как ему казалось, порой даже глупых действий правительства родной страны, болея за нее всей душой, наткнулся на статью о попытках Украины войти в Европейский Союз. Жалея о разрыве былой дружбы и вообще о распаде Советского Союза, понимая, что уже не вернуть прошлое, Виктор глубоко вздохнул, но, не сумев сдержать себя, сильно изо всей силы ударил по клавиатуре. Когда картинки на мониторе запрыгали вверх-вниз, а голос диктора заглох, а еще через доли секунды и вовсе исчезло изображение, показывая черный глухой экран монитора, он испугался не на шутку. Нажимая на все клавиши от испугу, проливая липкий пот и жалея, что не дочитал заметку, неожиданно для себя попал на сайт «Литературный гений», после того как монитор все-таки включился. Виктор не стал ничего больше трогать, а читал заметки. В «Литературном гении» проводился очередной конкурс на приз бесплатного издания книги. Ажиотаж был не шуточный. Тысячи мелких и больших, хороших и не очень рассказов разных авторов, старых и молодых, вылился на страницах сайта. Пролистывая страницы, уже совсем забыв о новостях, прочитанных до этого, Виктор углубился в одну из не очень ярких заметок. «Душераздирающая история до слез», — гласила рекламка к этому чудо-произведению, а ниже и сам рассказик о драме семейных отношений, о том, как муж изменяет жене и позднем понимании жены, что муж ее все таки любит. Правда понимание приходит после смерти мужа, попавшего в аварию. Такие истории заполнили весь интернет, и читать да конца нет необходимости, поскольку конец уже ясен. Виктор не заметил бы его, если не одно «но». В рассказе указывается намек на мистику, а мистику он любил, особенно всякие привидения на ночь. И углубился в чтение. Рассказ молодой писательницы и самоучки, дилетанта в этом деле был запутанным до занудства повторяющими эпизодами и заполнен душевными муками героини. банальная женская история написанная женщиной. Виктор искал мистику. Где она? А вот:

«В черной-пречерной комнате стоит черный-пречерный стол, а за ним черный-пречерный человек. И как схватит за сердце костлявыми длинными пальцами:

— Отдай мое сердце!! — зловеще повторяет кто-то в черном капюшоне, таком большом, что лица не видно вовсе, только сверкают зловеще синим пламенем глазницы…»

— Стоп. Я это уже где-то читал, — подумал Виктор, не дочитав до конца рассказ. Но где? Не додумав до конца, где именно он это читал, Виктор уже пишет в комментариях под рассказом, что это где-то видел.

На следующий день ему пришло тысяча сообщений-жалоб обидевшейся женщины на его реплику. Она писала, что она вовсе не занимается плагиатом и никогда не будет этим заниматься, что два автора могут написать одинаковые произведения, находясь в разных концах света и не зная и не догадываясь друг о друге. И все в таком же духе. Другое сообщение гласило, чтобы он привел доказательства плагиата. Озадаченный, он искал в Одноклассниках похожий сюжет, искал долго в 225 группах. Уставший, отчаявшийся найти, он наткнулся на похожий рассказ, но с другим заголовком «Последнее смс» Рассказ показавшимся ему знакомым был «Последнее слово». Разница была еще в абзаце в начале рассказа. «Он приносит ей каждый день кофе в постель и ей это надоело, так, что она стала огрызаться и делать недовольный, обиженный вид». В рассказе «Последнее смс» было так: «Он каждый день посылал ей смс „Я тебя люблю“ и ей это надоело»… Одно слово измененное, и все. Разве это не плагиат? Но обиженная автор думала по-другому и никакие доводы ее не устраивали. Чтобы не ругаться с женщиной, зная, что толку не будет, Виктор попросил прощения, потом еще, потом еще. Наконец, под одной из просьб простить его появился значок «Класс 2». Наконец-то получив прощение, и решивший больше никогда не связываться с авторами и их рассказами, Виктор вздохнул с облегчением. И забыл о происшествии.

Виктор жил один в своей квартире на третьем этаже. Однушка, ярко освещенная солнцем. Двадцатичетырехлетний холостяк занимался подработками — одному свет починит, другому обои наклеит или дров наколет старушке. Брал, сколько дадут. Просить цену стеснялся. Бывший ПТУ-шник, электрик по образованию, был холост. Кому нужны без денег и без машины парни? Вот он и сидел один в своей однушке. А пару раз приводил подруг, но увидев скромное жилище холостяка, они под каким-то предлогом уходили и никогда больше не появлялись в его жизни. Уставший от этих неудач, он и вовсе забыл про них. Работа-инет — все его дела. Вчера пришла мама из деревни навестить своего единственного сынка, и, как всегда, принесла кучу вкусностей, разных заготовок. «Как исхудал, — думала мама, — жену бы ему», — вздохнула горько и с какой-то безысходностью вынула пирог из духовки. В дверь забарабанили с такой силой, будто очень торопились и боялись, что их не впустят или вдруг не услышат. Какого же было его удивление, когда он обнаружил за порогом наряд милиции и ту самую обиженную до смерти женщину лет 40—45. Она закричала ему в лицо как-только открыли ей дверь:

— Мерзавец!! Как ты только мог!! — разрывая себе лицо в кровь и задыхаясь в слезах, кричала истошным криком она.

— Вас обвиняют в клевете. Согласно новому закону, принятому в 2000 году вас ожидает тюремное заключение или штраф в миллион рублей. Такова сумма морального ущерба вот этой гражданки…

«Приехали… — подумал Виктор. — Мама будет волноваться. У нее сердце». И, закрыв за собой дверь, крикнув маме, что это по ошибке, удалился вместе с пришедшими без приглашения гостями.

— Суд постановляет тюремное заключение сроком на 10 лет в колонии общего режима, — отчеканил судья, и все одобрительно зааплодировали, закричали «Браво». Как-будто посадив маньяка-убийцу, с чувством выполненного долга суд удалился. Его вывели под конвоем, скованного в наручниках, так не сумевшего оправдаться, не сумевшего защитить себя. В глазах матери был и укор и сожаление. Отец ее поддерживал за руку и что-то успокаивающе шептал на ушко, но она его не слушала. Она смотрела, как выводят ее любимого и единственного сына как убийцу или вора в законе.

«Сам виноват, — подумал Виктор. — Не мог язык за зубами держать. Разве есть в мире правда? И кому она нужна»? Его вытолкали и увезли на глазах у толпы, так и не сняв наручники. Обиженная до слез, женщина ликовала, вызывающе и победоносно смотря на него. Виктор потупил взгляд. Не время, чтобы пререкаться.

В холодной и сырой камере тюремного заключения, куда заточили Виктора, было полно народу. В три этажа нар заполнивших все помещение, валялись и сидели, не зная куда себя деть, люди. Замызганные, грязные, полуголодные, озверевшие лица, потерянные во мраке души. Посередине комнаты стоял засаленный железный, прибитый к полу четырехугольный стол. На столе грязные чашки и плошки. В углу, самом отдаленном, унитаз, один на всех, полностью забитый «кашей» и вонявший на всю комнату так, что запах врезался в ноздри как только заходишь с улицы. Душа не было. Вшивые и грязные «пациенты» нагло и с любопытством глазели на него. Тяжелая, железная дверь с крохотным окошком под самый верх, с грохотом захлопнулась. Вот и все — твоя новая жизнь… Под самый потолок камеры была прорезана дыра, заставленная решеткой напрочь, так что не вырвать ее и не сбежать. Через крохотное, узкое окошко проливал тусклый свет, падая по черным от грязи и копоти стенам, сползал на пол такой же грязный и холодный как все посещение.

— Смотрите, новенький! — ехидно сказал один из толпы. И тысячи грязных лиц потянулись за ним. Любопытство зашкаливало. «Сейчас будет цирк» — читалось на лицах. Кто-то толкнул его в бок железным кулаком, продвигая тем самым поближе к атаману. Тесный круг быстро обступил его. Все ждали, что будет дальше. Атаман быстро, одним движением руки, снял с него новые кожаные сапоги и натянул было на себя, но они со скрипом порвались на его лапах, предательски выпячивая грязные пальцы ног. Виктор захохотал. Было очень смешно видеть эту картину и озадаченное лицо главаря.

— Ха-ха-ха, — смех разрывал тишину. И тут же сильный, молниеносный удар в челюсть заставил его заткнуться, выплевывая черную кровь.

— Будешь мыть унитаз. Сегодня твоя очередь, — зловеще буркнул атаман. — Всем разойтись. Чего не видели?! — дав знак, чтобы все разошлись и, отбросив сапоги в сторону, сказал он.

— Я не буду, — тихо пробормотал Виктор. Было противно. Полный унитаз говна. Фу-уу.

— Чего? — переспросил атаман и добавил. — Еще как будешь! И завтра тоже, и вообще помалкивай!

— Не буду! — твердо повторил Виктор. И тут же получил еще один удар в челюсть. Выплевывая выбитый зуб, он старался не отрывать своего взгляда от атамана, и хотел было нанести ответный удар как…

— Смотри-ка, ершистый! — загоготали в толпе, и еще один удар отправил Виктора в нокаут. В тот день унитаз он не мыл.

На следующее утро его разбудили пинком в бок.

— Давай, давай поднимайся. Тебя унитаз ждет! — сказал атаман под общий хохот. Цирк. Им просто было скучно. Слово за слово, завязалась драка. Здоровенный, толстый и неуклюжий зэк по кличке Атаман против худого Вити. Мог приплюснуть того к земле в два счета, но юркий и изворотливый Витя уходил от ударов ловко и быстро. Но, все же Атаману удалось подмять его под себя. Это случилось в тот момент, когда кто-то кликнул Витю по имени. Он оглянулся и получил удар, а потом еще. Через доли секунд озверевшая толпа волокла его к полному параши углу, тому самому. Хохот, смех. Наконец-то, есть чем развлечься скучающей толпе. Только Виктор не хотел быть клоуном. И когда его лицо уже было почти у того самого угла, озверевший, вне себя от злости и несправедливости, вспомнив все, он вырвал торчащую у стену арматуру и с криком: «Кто первый, а ну сюда», бросился на оцепеневшую толпу. Те врассыпную. В тот момент он кое-кого и покалечил. Больше его не трогали. Пока… И жизнь потекла спокойным руслом.

Глава 2

Мама после суда сильно сдала. Очень переживала за сына, и как ни старался утешить ее отец, у него ничего не получилось. Она плакала и вздыхала, потом, то уходила в себя, то вдруг пришедшая в себя из забытья, сломя голову, собиралась куда-то бежать, кого-то искать, и куда-то звонить. Потом снова, вспомнив всю безысходность, начинала плакать, причитать, а после, обессилено падать в воспоминания, уходить из этого мира куда-то далеко, где ей было хорошо и не тревожно.

— Витенька! — звала она сына. — Осторожно, не упади, не разбей коленку, — говорила она невидимому маленькому сыну, и улыбалась, радуясь, что он обошел лужу…

Отцу-пенсионеру было тяжело на это смотреть, и он тихонько попивал. «Как все глупо получилось, — вздыхал он. — Ох!»

Мария, Машенька, соседка из 14-ой квартиры, очень жалела Витю и его родителей. Она из окна видела, как его выводят из квартиры в наручниках, и до конца верила в его невиновность. Она поддерживала старенькую его маму, как могла, утешала ее, убирала в комнатах, ходила за продуктами. Машенька очень нравилась Нине Степановне, и она даже видела молоденькую восемнадцатилетнюю девочку в своих невестках. Но Виктор ее считал маленькой девочкой и не замечал. А напрасно, потому как она всегда его любила, с детства и уже выросла и стала взрослой, как она сама считает себя.

Глава 3

Обидевшаяся до смерти, Лола победоносно смотрела на всех свысока. Мол, полюбуйтесь-ка, троньте — тоже там окажетесь!! Только она знала, что списала почти весь рассказ, исправив его в нескольких частях и все. Но разве это плагиат? Подумаешь, чуть-чуть переделала. Она была довольна собой. Умничка!! Еще и компенсацию получила за моральный ущерб. Пришлось продать квартиру Виктора, чтобы заплатить за него. Денежки — вот что больше всего любила Лола. А там, где лохи — там и денежки. Ах, как она обиделась!! Не передать словами. Расхохоталась Лола, откинувшись в кожаном кресле. Так все вокруг бегают на побегушках и в глазки заглядывают. Ха-Ха-Ха-Ха!! Еще пару раз так проделать и можно жить, как сыр в масле!

Дождик лился за окном как из ведра. После поздней весны его давно не было и земля вся иссохлась и потрескалась, усеявшись в множестве щелей-морщин.

Глава 4

Виктор ждал родителей в комнате для встреч, весь в синяках от драк. Он пытался скрыть их, натягивая на них края рубашки, такой же порванной и несчастной, как и он. Он отстоял два дня, не унижаясь, и готов был отстоять еще неделю, год — были бы силы.

— Как ты, сынок? — спросила мама, заглядывая в глаза сыну. — Тебя били? — заметив кровоподтеки под глазами, спросила она.

— Нет… Что ты… У меня все хорошо… Сами как? Отец пьет?

— Все хорошо… — улыбалась мама. — Вот, гостинчик принесла, — тихо сказала она, улыбаясь сыну.

Глава 5

— О, гостинцы! — сказал один из сокамерников, выхватив узелок и бросив его на стол.

«Что ж. Мне не жалко. Я не жадный», — подумал Витя, направляясь к столу. Гурьбой все обступили стол, стали смотреть на гостинцы, и жадно их пожирать. А когда атаман, бросив куски пирога им, хохотал, они подбирали их, лопали за обе щеки. От своего пирога Вите достались только крошки. Но он ни капли не обиделся. Атаман, бросив фото Маши, которую она прислала вместе с гостинцами, захохотал и улегся на нарах, в мгновение заснув.

Удивленный сюрпризом, Витя посмотрел на фото и положил в карман рубашки. «Надо же. Выросла», — подумал он, мечтая и улыбаясь.

— Подъем!! — закричали в пол-шестого. — На работу!! — все повыпрыгивали из своих постелей и через минуту выстроились в коридоре. Их повезли в каменоломню. Выдалбливать камни и нести на своих спинах, складывать в кучи, где камни забирал грузовик и увозил в неизвестном направлении. И все это делалось под неустанным оком людей в форме.

— Быстрей! Быстрей! Поторапливайтесь! — кричали они каждые 5 минут. И ни присесть, ни обернуться нельзя. Тут же получишь по морде. Озлобленные и уставшие, возвращались обратно. С одним из сокамерников, Сериком, Виктор даже сдружился вот так, на каменоломне. Друг другу помогали, поддерживали. Тот сопереживал Виктору, говорил, что скоро его выпустят «под хорошее поведение». Так они и коротали срок вместе. Еще читали. Здесь в библиотеке была классика и еще духовная литература: Библия, Коран. Витя читал взахлеб. Наверное, это, и поддержка друга и родных не давало сойти ему с ума.

Сам Серик сел за то, что при самообороне кому-то отрезал ухо. Превышение самообороны, а может сел за мошенничество. Толком никто не знает. И сам не говорит. А Витя и не спрашивает. А какая разница! Все в дерьме по уши.

Глава 6

Лола, провернув еще подобные трюки, заработала миллионы. Но жадность ее сгубила. Надо было валить из страны, а она подалась в казино. Там, на рулетке все и спустила. В начале-то она выиграла еще 12 тысяч долларов, но потом фортуна отвернулась от нее и в течении получаса все и проиграла под чистую, даже должна была. Лола еще что-то кричала и угрожала им, всем, но ее никто не слушал. А утром пришли люди в черном и еще раз «напомнили» о долге, повесив пару синяков под глазами. Напуганная и обескураженная происходящим, никому ничего не говоря, с последними оставшимися 100 долларами, Лола махнула было за границу, но ее поймала милиция и посадила за мошенничество. Оказывается, она обманула порядочных граждан, обещая миллионы за сомнительные сделки. Вот так и попалась рыбка.

Виктора как и обещали отпустили за хорошее повидение. Болльше он нигде не оставляч своих комментариев. Молчание золото!

Горе от ума

Айгуль, молодая девушка в возрасте 28 лет, в тоненьком шелковом платье приехала из провинции в Алматы, из Коктобе. Алматы удивила ее своей красотой. Провинциальная, скромно одетая девушка в длинном до пола платье шла по неизвестному ей городу и улыбалась, рассматривая причудливые витиеватые картины на стендах, зовущих ее обязательно посетить тот или иной бутик. Она села в автобус, уносивший ее на «Саяхат». Автобус был немного не обычным тем, что тут не было кондуктора. Люди сами оплачивали за проезд, опустив монетку в железный ящик. Ящик выплевывал маленький кусочек бумажки с мелко отчеканенными буквами. Хочешь плати, хочешь не плати. Хорошо! Свобода! Автобус тронулся. Айгуль села у окна и рассматривала городской пейзаж. Мимо летели многоэтажные здания, яркие вывески реклам, деревья, люди. Солнце светило ярко, по-летнему жарко, так, что на некоторых клумбах цветы пожухли, пожелтели и потрепались. Она ехала, задумавшись о своем. У мамы болели ноги, и нужно было найти лекарство. Варикозное расширение вен. Ее ноги стали синими от вздувшихся вен и болели. Ходить она не могла. Уставала быстро. Айгуль переживала за нее, поэтому поехала в поликлинику, а заодно заехала к дяде. Дяди дома не было. На работе. И чтобы не стоять до вечера, она решила подождать у подруги. Подруга по имени Жанель жила в городе уже два года, и за это время стала жутко городской: короткая мини-юбка, еле-еле прикрывающая розовые, чуть ниспадающие до плеч волнистые волосы, фиолетовые длинные ногти; и говорила она, картавя, с сильным акцентом, так что невозможно слушать испорченную до неузнаваемости казахскую речь. Ей казался смешным говор Жанель, особенно слово «Не болдыыыы! Настоящие казахи говорят чуть-чуть по другому, но жителю мегаполиса, позабывшему родную речь, это не объяснить. Айгуль сидела у окна маршрутки и то вспоминала свою подругу, то снова волновалась за мать. Варикозное расширение вен — болезнь не предсказуемая и страшная. В любой момент вены могут лопнуть и тогда… Даже страшно подумать, что будет тогда. Айгуль отгоняла навязчивые страхи и заставляла себя думать о хорошем. Когда думаешь о хорошем, то оно обязательно исполнится. И все будет хорошо! Айгуль в этом была уверена. В этот момент она услышала голос откуда-то свысока. Голос кричал что есть силы и возмущался:

— Что ты сидишь?! Не видишь, я стою!! Уступи место! Мерзавка!

Айгуль опомнилась и подняла голову. Прямо над ней стояла бабуся-одуванчик. «Нехорошо получилось, — подумала девушка. — Как я могла так задуматься»? И она тут же вскочила, уступая место. Бабуля уселась довольная, и уже не сердилась. А Айгуль дальше поплыла в своих мыслях. …У них, в ауле, лечатся не у врачей, а у лекарей разных мастей. И как не уговаривала она свою маму пойти к врачу, у нее ничего не получилось. В ауле врача нет. Только в областном центре, а ехать туда далеко. Целых три часа на автобусе, который ездит один раз в день, до райцентра и обратно. Вот люди и лечатся у лекарей. Это хорошо, если лекарь от Бога. А бывают шарлатаны. Их Айгуль побаивалась и не доверяла им. Лечат по-разному. Лучше, конечно, сурами из корана, а бывает мочой, прикладывая ее во все места, куда вздумается. И уверяет, что обязательно поможет, ругаясь, если все таки не помогло. К одной такой лечащей, по имени К., ходили толпами. Очереди много. Хотя она деньги не брала, люди сами клали на стол «садака», благодаря Бога. Все к ней ходили, и мама пошла. К. сходу поставила диагноз «Порча», «Страшная порча, что можешь умереть». И добавила: лечиться надо только мочой. Айгуль не понимала: как это мочой, если порча — это джины, а выгонять их надо сурами из корана. Кое-что в коране она уже знала, и даже училась читать у местного мулды. Айгуль заикнулась было об этом, но тут же со всех сторон на нее стали угрожающе шипеть, чтобы она немедленно замолчала. И Айгуль затихла. В ауле старшим не перечат. Нехорошо это — старших не слушаться. Ой, как не хорошо! Мама усердно прикладывала повязки, смоченные в моче. Сначала надо было эту самую мочу сварить, а потом уже прикладывать. Когда ее варишь, то стоит стойкий отвратительный густо-зеленый смог. Очень воняло до невозможности. Даже папа стал ругаться, не вытерпев этих мук. Младшие сестренки — погодки 10 и 9 лет — посмеивались. Им показалось это смешным до коликов. И не вытерпев, чтобы не рассмеяться и не обидеть тем самым маму, они уходили в свою комнату или на улицу и хохотали. А Айгуль это все варила по наказу мамы и прикладывала ей на больное место. Если бы помогло, но, увы. Болячки на ногах стали еще больше, появились волдыри, и страшный зуд только усиливался. Поэтому Айгуль не простила себя за то, что не смогла убедить маму пойти в поликлинику, да еще это варево делала. Ужас!! Промучившись с неделю, мама прекратила эти процедуры сама, под неутихаемый гнев лечащей: «Зачем Вы убрали повязки?! Надо было дальше прикладывать!». " Надо было, наверное, ноги совсем потерять, тогда было бы правильно по ее мнению», — недоумевала и злилась на лечащую девушка. Так она приехала в город за лекарством для мамы. Красивый город со множеством возможностей для молодежи манил и звал остаться Айгуль. И как бы не манил он к себе, Айгуль не могла. Не могла она оставить больную маму, да и жить здесь негде. У дяди тесно. В однушке ютились семеро. Куда там еще она! Так, на денек можно, а дальше домой. Да и неудобно как-то, не хорошо людей стеснять. Не любила Айгуль по гостям ходить. Домоседка.

Тут автобус остановился и вошла смуглая цыганка, в потрепанном, видавшем виды платье уже непонятного серо-буро-малинового цвета. Жалостливым голосом она стала просить подаяние:

— Помогите, пожалуйста!! — причитала она, смотря прямо в глаза прохожим. — Мама при смерти, папа умер, нас семеро, есть нечего. Подайте, кто может, — протягивая ладошку, умоляет она.

Айгуль подала 150 тенге. Не могла она смотреть спокойно на просящих помощи людей. Сама из нищеты вышла. Торговала хлебом из пекарни. Один тенге с проданного — ее. За день умудрялась 300 тенге заработать. Работы в ауле нет. Каждый выкручивается, как может. Поэтому, не может она смотреть на нищих людей без жалости и сочувствия. Тем не менее, цыганка, собрав «подать», удалилась, выйдя на следующей остановке, и направилась к следующему автобусу с той же самой просьбой. «Город дорогой, жить здесь трудно», — подумала, понимающе, Айгуль. Она старалась понять человека, прежде чем судить. На следующей остановке она вышла. Жанель жила в пятиэтажном элитном доме с домофоном. Надо было сказать в домофон, и только потом тебе откроют. Никого. Айгуль пыталась еще раз, но снова нет ответа. «Наверное, ушла», — подумала Айгуль и хотела уже уходить, как во двор въехала черная крутая иномарка и из нее выпорхнула, словно бабочка, Жанель с розовыми волосами и ярким макияжем.

— Ну, здравствуй! — протягивая руку, говорит Жанель. — Давно стоишь? Садись в машину. Я тебя чаем угощу, здесь недалеко хорошенькое кафе есть.

Айгуль села. В городе люди себе не готовят, ходят в кафе национальной кухни и едят там. Экономя на еде, покупают дорогие вещи от кутюрье и ездят отдыхать на море в Европу и Турцию. Жанель тоже так делала: ела малюсенькими порциями в десертной тарелочке и ходила всегда голодная. Для Айгуль это казалось диким. Зачем ходить голодным и боятся упасть в обморок, когда можно нормально покушать, пускай и не в обновках? Зачем дорогие бриллианты, когда ты вот-вот упадешь в обморок, потому что голова очень кружится от голода? Не понимала этого Айгуль, но молчала, чтобы не обидеть подругу. Они поехали в кафе. По дороге заболтались, как всегда ни о чем, смеялись и шутили. Придорожное кафе находилось на углу, у перекрестка двух улиц. Кафе утопало в зелени, во дворе был фонтан, а в нем купались дети с соседних домов. Они с Жанель сели за столик. Ее здесь хорошо все знали, и она то и дело отвечала на приветствия, или сама первой здоровалась. Официант, паренек 20 лет, подошел на редкость быстро. Заказав еду и почти не дотронувшись до нее, когда ее уже принесли, и можно было приступить к трапезе, Жанель выдала:

— Я вот хочу рассказать тебе о новой моде. Нет, это не реклама. Я сама этим занимаюсь уже год-полтора. Бизнес, очень удобный тем, что не нужно никаких затрат. Вся работа по интернету, — и тут же, не дав сообразить, что к чему, сунула Айгуле какие-то бумажки. Их требовалось распечатать в несколько образцов и распространить. Доход от того сколько раздашь. И чем больше рассылок, том выше доход. Можно, конечно раздать на руки, но по интернету быстрее да и клиентов будет больше.

— У нас в ауле интернета нет, — сказала Айгуль.

— Ничего, так раздашь, — не сдавалась Жанель.

— Кому? — спросила Айгуль. — Ни у кого нет денег. А этими бумажками не питаются. Несъедобные.

— Ой, да ладно, забудь… — сказала, и тут же принялась заново, но уже по-другому. — Вот, почему я быстро разбогатела, и личная жизнь стала налаживаться, скажи, а? Молчишь? Не знаешь? А я скажу тебе — ума лишиться надо!

Айгуль поперхнулась куском хлеба:

— Это шутка такая, да? — наивно спрашивала она, надеясь, что все-таки это шутка.

— Деревня!! — немного разозлилась подружка. — Нет, это не шутка, а реальность! Вот, училась я хорошо, институт закончила с отличием, работа есть, а личной жизни нет и все! И красивая я, и умная, а не смотрят женихи. А жизнь-то идет, я-то не молодею. Оглянуться не успеешь — жизнь пролетит. Жить хочется красиво, богато! А денег нет, жениха богатого тоже нет, зато проблем куча. Мне уже скоро тридцать стукнет, а не замужем и жизни никакой. Как-будто кто-то украл ее — жизнь. Стою я на остановке, маршрутку жду, а тут подбегает паренек, такой красивый, с голубыми глазами, высокий, что твой дядя Ахмет, и сует мне брошюрку. Я сначала думала, украсть что-то хочет, крик подняла, а он сует мне это и улыбается такой беспечной улыбкой, что мне завидно стало. Домой пришла и начала читать. Оказывается, один ученый заявил на весь мир, что ум приносит только горе. Мол, для счастья ума не надо вовсе. Вот, говорит, дети счастливые почему? Потому что ни о чем не задумываются, радуются этому дню, этому солнцу, ветру, даже мухам и комарам радуются. Память — это ум, а от него все беды. Вот и я решила счастливой стать, как ребенок. У профессора М. тут клиника. Он из Америки приехал сюда. Посмотрел: все тут люди злые. Огорчился, и решил казахстанцев счастливыми сделать — помочь значит — и клинику открыл. Да она тут, рядом, в соседнем доме на первом этаже. Процедура по стиранию памяти недорогая — 29 тысяч тенге. Да не волнуйся, я за тебя первые три сеанса заплачу, а дальше ты сама. Вот увидишь, мысли всякие исчезнут — жизнь легче станет, ухажеры появятся. У меня вон видимо-невидимо. Я даже счет им потеряла, — учила Жанель уму разуму свою глупую подругу. Тут телефон зазвонил. Она подняла трубку?

— Алло! — отвечает Жанель. — Вы кто?

— Да как кто? — закричали в трубке. — Ваш сосед! Вы меня совсем затопили! С потолка течет сильно, Аристон сгорел, проводку заклинило.

— Какой сосед? — переспросила Жанель. — У меня нет знакомого по имени Сосед. Очень жаль, но я Вас не знаю. Извините, — ничего не понимая, говорит Жанель. Трубка поматерилась и заглохла.

— Странный какой-то, — сказала Жанель и понеслась нести дальше какую- то чушь. Айгуль ее не слушала. Она была в шоке и не верила происходящему. Ей казалось, что ее разыгрывают. Что это шутка такая. И она улыбнулась. Но тут Жанель схватила ее за руку и понеслась к выходу:

— Я сейчас тебе все покажу, — торопливо щебетала она, держа крепче подругу и боясь, что та ускользнет ненароком. Она схватила так сильно, что рука онемела, и появились синие отпечатки ее пальцев. Через пять минут они вошли в частный офис профессора по имени М. Здесь он проводил консультации и делал гипноз. Под воздействием гипноза человек терял частично свою память, а с ней и ум. Очередь была небольшая, всего в десять человек. В ауле за хлебом очередь намного больше в разы, так как там один магазин на весь аул. В офисе профессора М. нужно было зарегистрироваться и записаться на прием. Потом назначат время, и к этому времени ты и заходишь. Не раньше, не позже. Если опоздаешь, то и вовсе не зайдешь. Поэтому люди волновались, часто переспрашивали время и торопились, даже немного злились. Кто приходил сюда уже в третий раз, кто-то неделю. Те, кто с неделю, были как-будто в нирване, в раю. Порой с глупыми лицами, словно свалившись с луны на грешную землю, они не понимали происходящее и плакали, как маленькие дети. Вот только мам рядом не было. И «дети» плакали громче, зовя свою маму. Смотреть было смешно и противно. Жанель завозилась в приемной, что-то спрашивая, отвечая на вопрос секретарши и куда-то звоня. Айгуль, предоставленная сама себе, осталась без присмотра. О ней забыли. Она шепнула Жанели на ушко, что хочет в туалет и, получив одобрительный кивок, тут же бросилась бежать к выходу.

Она бежала долго, стараясь как можно дальше убежать от этого места. Ветер трепал ее волосы и нежно говорил:

— Быстрей, быстрей беги, маленькая принцесса. На свободу от этих глупых и коварных людей. Быстрей беги, а я тебе помогу. Я брошу им песок в глаза, чтобы остановить их, — шептал ветер. И горсть песка и пыли поднялась вверх, и с большой силой закрутившись в вихре, бросилась на людей. Из-за пыли и ветра ничего не было видно. Люди прикрывались газетой, руками, чтобы защитить свои глаза. Айгуль боялась сесть в такси, в автобус. Она панически боялась людей. Боялась, что ее отведут к этому ужасному доктору М. Оглядываясь по сторонам, видя глупые в нирване улыбки прохожих, ей казалось, что весь город ходит к этому доктору на прием. И все, как заколдованные, лишились ума. Вот почему мода пошла на очень короткие, едва прикрывающие юбки. Вот почему все, кому не лень обнажаются, раскрывая свои «прелести».

«Они же просто одеться забыли, — мелькнуло у нее в голове. — Вот почему все ходят в одном белье, которое надо прятать под одеждой. Забыли!! Они просто забыли! А я-то о чем думала, когда подалась сюда». Она бежала долго, очень долго. Бежала, останавливалась, чтобы передохнуть, потом снова бежала, словно сумасшедшая. Люди сторонились и не понимали ее. В городе шла своя жизнь, здесь все по другому, не как в ауле и не всякий аульский сможет тут прожить, угнаться в стремительном потоке времени и денег. Здесь каждый выживает по своему, кто как может.

Айгуль, наконец-то добежав до вокзала, села на свой поезд и уехала, так и не купив маме лекарства. Лекарство купит дядя Ахмет, живущий в городе. Об услышанном от Айгуль происшествии он засмеется и скажет, что это мошенники, а люди в Алматы такие же как и в ауле. Айгуль облегченно вздохнет, но еще долго не решится поехать в город к дяде. А с Жанель она уже не общается. Это так страшно потерять мозги! Не дай Аллах этому случиться!!

Зейнеп

В мире много удивительных людей. Почти все они занесены в книгу рекордов Гиннеса. Вима Хоф — человек совсем не чувствует холода. Он может спокойно прожить во льдах без одежды, в одних трусах. При этом его организм не страдает от холода. Ученые обследовали его и не нашли никаких изменений, после того как он покорил горную вершину Гималаи абсолютно без одежды. В России живет очень гибкая русская девушка. На протяжении уже больше 10 лет она держит эту планку. Когда смотришь на ее выкрутасы, становится жутко. У Дебби аллергия на магнитные поля. Она не может находиться там, где есть телефон, микроволновка. Она живет в местности, вдали от городов и сел, там, где нет электричества. Этот список удивительных людей можно бесконечно долго продолжать. Но есть еще и другие люди — люди с открытым сердцем. Почему-то про них в книге рекордах Гиннеса не пишут. А зря…

В нашем доме на Шакирова, в городе Шу живет девушка по имени Зейнеп. С чем бы ни пришел человек к ней, она всегда отнесется к нему с добром. Даже если он оскорбил ее когда-то, она всегда даст ему кусок хлеба без всякой злобы. Так ее учил отец, а она учит этому своего сына. Она говорит: " Если он кричит на тебя — дай ему кусок хлеба, если бьет — дай ему булку».

Однажды Зейнеп шла домой с работы. Она работала техничкой в бане. Очень устала. Вдруг, ни с того ни с сего, на нее с кулаками накинулась дама, обвиняя ее в каких-то ужасах. Точно уже не помню, но, кажется, она обвиняла ее в том, что Зейнеп якобы разносит сплетни по всей округе. А даме это очень не нравится. Она кричала и ругалась, ее слышно было по всей округе. И вокруг них уже собралась толпа зевак. Они смотрели, и только подкидывали масла в огонь. Интересно было им посмотреть, как две женщины будут драться. Они бы и подрались, если бы Зейнеп не молчала. Но Зейнеп только молчала и когда та закончила свой монолог, она ушла к себе домой, так и не проронив ни слова. Зейнеп жила одна с маленьким сыном. Поэтому она не хотела показывать свои слезы ребенку. Вытерла слезы, улыбнулась и вошла в дом, как ни в чем не бывало. Прошел месяц, а может и два, это происшествие стало забываться. Все текло, как обычно, своим руслом, пока в ее дверь не постучались. Открыв дверь, она увидела ту самую особу, которая накинулась на нее когда-то. Особа стояла с опущенной головой. Ей было стыдно. Зейнеп впустила ее в дом и угостила чаем. Встретила ее как дорого гостя. Та еще больше смутилась и заплакала. Она обняла ее как родную сестру и плакала. За чашкой чая, она рассказала, что нуждается в деньгах. У нее умерла мама, хоронить надо, долгов много и уже не дают в долг ни в магазинах, ни друзья. Почему-то в этот трудный момент все отвернулись от нее. И вот последней надеждой стала Зейнеп. Зейнеп, недолго думая, отдала ей все свои сбережения, которые она копила на квартиру. Комнату в доме она снимала, своего угла не было. После развода все досталось мужу, а они с сыном ютились по углам. И вот эти сбережения, которые она копила уже давно, отдала той женщине, которую она плохо знала, и вообще с ней не общалась, без всякой задней мысли. Просто было жалко, и она помогла, чем могла. Сказать, что та была в шоке — ничего не сказать. Она спросила у Зейнеп: «Почему ты мне помогаешь, ведь я тебя чуть нее побила тогда»? На что Зейнеп просто улыбнулась и сказала, что не держит на нее зла. Так они с Зейнеп стали лучшими подругами и дружат до сих пор.

Кактус

Легкий ветерок врывается в раскрытое окно, теребит легкую занавеску. В комнате никого, только Черный Кактус с острыми большими иглами злился на весь мир. Он спал, но этот ветер разбудил его и заставил встать с постели. Кактус ворчал, еще бы чуть-чуть и он бы поймал ту бабочку во сне и отобрал бы у нее кусок торта. Да что там торт! Весь мир был бы его!! Бабочка легкая, как тот же ветерок, парила от цветка к цветку, напевая незамысловатую песенку: «Ля-ля-ля ля-ля-ля… солнце это, это я! Как же, как же хороша»!

Кактус посмотрел на будильник — было уже полшестого. Еще полчаса можно было бы поспать! «Дурак ветер! Ну чего он добился!! Пора! Пора! Ну встал я и что?! Что я теперь делать буду в такую рань!» Кактус ворчал. Ворчал, как всегда. Он всегда ворчит, когда не выспится. Он подошел к окну, взял свои бумаги, которые никогда не заканчиваются, сложил в стопку и засунул в чемодан, готовясь выйти из дома на работу. Тут он почувствовал запах горячих вкусных булочек, которые пекла его мама. Очень обрадовался этому, даже повеселел было, но вспомнил, что мама умерла. Ее давно уже нет. А он так и не смог повидаться с ней из-за этой работы. Работа… работа… все время работа. Некогда к матери сходить, навестить престарелую, скучающую по единственному сыну, которому посвятила всю свою жизнь. Мама все понимала. Конечно, работа важная, государственная, ответственная. Она всем соседям хвасталась, какой у нее сын — начальник, директор мясокомбината! Правда соседки ее с ее сыном только на похоронах и познакомились. Кактус от нежелательных воспоминаний совсем скис и стал как горький перец, сгнивший на солнце. Булочки… снова эти булочки… Откуда этот аромат? Так могла печь только его мама. Он высунулся в окно, мотая головой налево-направо, пытался учуять, откуда идет аромат вкусных, сахарных булочек. Город еще спал, тихо посапывая в своих постелях. На улице никого, только дворничиха опять метет двор. Каждое утро, с шести и до восьми часов, она метет двор неизменно, как этот старый двухэтажный дом, сколько он себя помнит. «Ладно, — подумал кактус, — пора уже! Потом, вспомнив что-то, Кактус снова высунулся в раскрытое настежь окно и заорал во весь голос:

— Эй, там, внизу!!! Дворничиха!! Да ты просто дура!! Тебе никогда ничего не добиться и дети твои дуры, и все дуры!!! — он кричал, и его горечь постепенно проходила, становясь, словно летнее солнышко. Так, насолив кому-нибудь, Алишер Тракторбаевич, по кличке «Кактус», приставленной ему за колючесть, кем, уже сам не помнит, радовался, словно малое дитя. Кактус. Кактус, и все. Он уже и привык, и окликается на это прозвище, а свое имя, такое певучее, которое дала ему мама, забыл почти. Даже на работе его так и зовут просто «Кактус». Коротко, словно выстрел, и точно. Он хотел еще что-то крикнуть колкое и обидное дворничихе, но забыл, потому что снова вспомнил о булочках. Кактус любил обижать людей, которые не могли ответить ему тем же, не могли защититься, которые молчали на все его выпады. Они молчали, а он, Кактус, самосовершенствовался за их счет. Унижая кого-то, он чувствовал себя, чуть ли не Богом. Вот и эта дворничиха смолчала. Она всегда молчит в тряпочку, втихаря смахивая слезу от обиды. Молчит. «Ну, молчи, а я дальше пойду», — подумал Кактус. Кактус был одинок, хотя и богат по местным меркам: и машина есть, и квартира есть, и дача, на которой не покладая рук возятся его подчиненные, а жены нет. Девушки, конечно, крутятся, но сам он их быстро на место ставит. Не любит он, когда кто-то замахивается на его свободу, и главное, на деньги. А еще как подумает о тратах, за которые придется расплачиваться за жену. Ведь и кормить надо, а ест наверняка очень много, и платья ей покупай, и как это… сережки-кольца покупай! А то неудобно перед соседями и начальниками будет. И на море вози ее… Нет… Лучше я один буду. Сам буду тратить свои деньги, а лучше собирать буду на черный день. Я люблю их собирать в трехлитровой банке, — думал Кактус и смачно улыбался своей находке, — а потом смотреть на них, скомканных зелененьких долларов!! Смотреть и любоваться! Вот оно счастье!! Не то, что ваше — семья, дети, как там еще… курорты. Нет, счастье — это те самые зеленые, скомканные денежные купюры, которые я храню под единственной вещью в комнате — под кроватью.

Кактус хоть и был богат, но одевался крайне бедно, носил порванные, уже совсем истлевшие джинсы, даже гордился. Говорил, что они всегда в моде, показывая всем на колени, которые торчали из зияющих огромных дыр. Не снимая, носил такую же древнюю рубашку. Все подозревали, что он ее точно не стирал. Так и носил изо дня в день одно и то же. На машине своей тоже не ездил. Берег от глаз. Особенно от рук ребятни, которая бегает во дворе. Еще поцарапают, не дай Аллах. Как только подумает об этом Кактус, то сразу становится плохо. Ой, как плохо! Каждый день он заходит св свой гараж, полирует машину тряпкой до блеска, любуется ею словно девушкой, даже целует ее, потом вздыхает горько так. Смахивает слезу, предательски выступившую на глазах от умиления и гордости за самого себя, и пойдет дальше на работу пешком. Да-Да, пешком и не иначе. А то вдруг машина сломается или перестанет блестеть, как елочная игрушка. Не дай Аллах этому случиться! Конечно же, он пойдет пешком, выйдет пораньше и целый час на свежем воздухе до акимата пройдется. А там, у акимата, его поджидает уже сердобольный друг и товарищ Вовка на своем чахлом жигуленке и подвезет аж до мясокомбината. Городок маленький, акимат прям в центре. И хочешь — не хочешь, через него проходишь по пути. На площади у акимата всегда полно народу. Но ведь это на руку ему, Кактусу. Встретишь уважаемого человека, поздороваешься с ним, спросишь как делишки. Лишний раз поздороваться тоже не грех. А он тебя запомнит как чудесного и отзывчивого человека. Все в этой жизни не зря! И то, что акимат по пути тоже кстати. И пускай, что соседи говорят о тебе плохо, кто им поверит? Слово бастыка — это вес, а остальное неважно, так мелюзга!

Так вот, Вовка и поджидает его там. Вовка не оставит в беде, даже последнюю рубаху с себя снимет если надо. Так Кактус и добирается до работы. И вечно жалуется, всем кому не лень. Плачет, причитая: обидели его родненького, и есть нечего, и надеть нечего, и болит все, и достали все. Сердобольные люди пожалеют его и дадут, кто деньги, кто продукты, кто вещи ношенные, но в хорошем состоянии. Кактус все складывает в мешок, пока он не затрещит по швам и не пойдет отвратительный запах гнили от испорченных продуктов и съеденных молью тряпок. А как этот запах пойдет, то Кактус играет роль спонсора и на глазах журналистов (а это обязательное условие его акции, чтобы во всех газетах говорили о его щедрости и доброте) раздаст детям-сиротам из детских домов и престарелым одиноким людям всю рухлядь из своего видавшего виды мешка. Конечно же, это уже нельзя носить, а тем более есть, но все молчат, потому что неудобно. Человек старался, даже плакал от усердия, и журналисты были, и в газетах напечатали. Вот фотография, где сироты и старики стоят, а он, Алишер Такторбаевич, раздает милостыню из своего «дорогого» мешка. И все так красиво и правильно. «Нельзя огорчать человека, — думали старики, — нельзя»! И лежит этот мешок с рухлядью потом у помойки. Только бичи и пьянчуги поковыряются потом и, снова плюнув на эту гниль, швырнут подальше, вглубь мусорного контейнера, чтобы другие не выволокли невзначай и не отравились. А Кактус, то есть Алишер Тракторбаевич, восседал на своем директорском кресле, кстати тоже старым и с огромной дырой на спинке. Восседает, словно Бог, и радуется успешно провернутой сделке, а главное пиару. Этот пиар даст ему новую должность, а значит, деньги и возможности воровать. Кактус всегда любил приговаривать, накручивая свой черный ус: «Живи и другим давай жить», что означало: «Воруй и другим давай воровать, пока есть что»…

Как-то раз Бабочка залетела в его одинокий дом. Бабочка — это студентка-аспирантка. Она делала дипломную работу, и по вопросам экономики зашла к нему. Кактус предложил помочь ей, но за деньги. Она сначала вышла, вся в гневе и в ярости, но потом вернулась и согласилась. Вот и еще одно место, где можно подработать. Поэтому он так любил всякую ответственную работу. А как ее не любить? Девочка деньги принесла, а потом он ее к себе пригласил, сказав: «Не придешь — не видать тебе работы»! Сказал, как отрезал! Девочка замялась, но пришла. Но не одна, а с полицией! И так ловко все обставила, что в первый раз в жизни Кактусу стало стыдно за свой поступок. Конечно, она ничего не доказала, но волокита была еще та! Пришлось Кактусу возить на своей машине и начальников полиции, и начальников районного отделения комбината, и всяких инспекторов видимо-невидимо.

Спросите: какое отношение имеют эти начальники к полиции? А самое что ни на есть имеют! Вот приедешь в незнакомый город, и хочешь узнать, как там дела, то куда в первую очередь пойдешь? Думаешь в газете прочитать? Как бы ни так! На базар идти надо! Там все свежие новости! Вот у меня сосед есть, горемыка Миша. Он в депо работал. Вот поскандалил он как-то с начальником, и уволили его. Теперь он вообще работу найти не может. Дурак! Людей, видите ли, жалко было! Горят они, видишь ли, на работе, техника безопасности отсутствует! И что? Теперь сам голодный ходит! Дурак! А я знаю, как такие дела делаются! Кактус покрутил свой черный ус в задумчивости и в наслаждении, будто это не ус вовсе, а сахарная пудра. Так ему стала сладко от своей находчивости. Так вот, везде есть свои уши! Вот, например, у начальника местного Казактелекома есть секретарша Таня, которая все про все ему докладывает: кто? с кем? куда? что? и т. д. Не дай Аллах про тебя что-нибудь такое скажут, без работы останешься! А у районного начальника, вообще, связи есть и в полиции. Ну как тут не помочь человеку, то есть этому начальнику, в добром деле? Например, до дома подвести? Или там, в ресторан сводить? Вот начальники, после этого случая с Бабочкой, часто с проверками приезжать стали. Видно пронюхали что-то. Вот и вози теперь этих начальников по ресторанам-кафе за свой счет, а то и девочек доставай, смотря у кого какие запросы будут. Как бы не попасть в немилость! Еще улыбаться во весь рот, предлагая «подарки» — скомканные купюры долларов из своей трехлитровой банки. На этой мысли Кактус подавился слюной. Деньги он очень любил, а то что они таяли в банке, было досадно… Но он продолжал их тратить, и даже больше! Он даже стал караулить у подъезда вышестоящего начальника, чтобы предложить свои услуги: подвезти, или на базар сходить, или на даче поработать, или тащил им с мясокомбината туши баранов, лишь бы замять это тухлое дело. Тут Кактус вспомнил вдруг о полиции… Ох, и несговорчивый народ! И как бы Кактус не пытался забыть о тех часах в камере временного заключения, пусть даже всего-то провел пару часов, но и этих часов хватило чтобы испугаться не на шутку. А слезы мамы? А она как плакала и причитала? Это печальная новость здорово подкосила ее здоровье! И разрешают всего один звонок сделать! И если бы не мама, сидеть бы ему… Тут его совесть, спавшая столько времени, окончательно проснулась и стала снова терзать его. В голове Кактуса появились предательские мысли о том, что камера — это и есть его настоящее место. И Кактус снова чуть не наложил в штаны от страха… Фу!!! Еле отделался. Правда все сбережения потратил и на адвоката (а он много берет!), и на лапу кому надо. Так и замяли дело. Это потом с налоговой и с районного отделения комбината пришли с проверками. Ох, и вымотался за эти дни! Слава Аллаху! Пронесло, так пронесло! Мало того, что остался на должности и в тюрьму не попал, так еще и новую должность получил. Теперь он в Алматы будет работать не кем-нибудь, а главным инженером. Пока инженером, но с такой прытью как у Кактуса можно и президентом… тьфу, то есть, директором тамошнего мясокомбината стать. А пока и в инженерах не плохо!

Вот только боится теперь Кактус этих аспиранток, как огня, и кошмары видит по ночам: как-будто привела эта Бабочка свою орду бабочкинскую и начала эта орда его потрошить, да делишки разбирать по полочкам, да в суд!! Аж плохо с сердцем стало! Пошаливает теперь сердце от испуга! Надо бы в Турцию съездить! Опять траты!! Нет, дома отлежаться бы… От этой мысли Кактус совсем сник, и чтобы поднять себе настроение, взял из того самого мешка, которым он кормил стариков и сирот, засохший и окаменелый, весь в зеленой плесени батон и стал с усердием жевать это и давиться…

«Вот еще один аспирант на мою голову! — думал Кактус и готов был спрятаться под стол от этих аспирантов. — Все они рыщут и рыщут, все вверх дном переворачивают, и ведь, вот зараза, упрямые, взяток не берут. Что за время пошло!»

Поэзия

Как птицы

Ах, эта школа! Ах, этот класс!

Как я хочу снова видеть вас!

Ветер гуляет, врываясь в окно,

Путает листья. Нет никого,

Класс опустел довольно давно.

Все разлетелись, как птицы

Через окно.

Уходя, закрывайте дверь

Уходя, закрывайте дверь!

Уходите, не оборачиваясь,

Вы чужой для кого-то теперь.

За любовь свою слезами расплачивается.

Твердым шагом идете к двери?

Так же смело захлопните дверь!

И не будет у сердца тоски,

И не будет кричать оно: «Верь»

Сто раз слово одно на дню

Повторяя как заклинание,

Оно ищет любовь твою

Твою веру и понимание.

Каждый день, просыпаясь с рассветом,

С твоим именем на устах,

Мое сердце ищет ответа,

Утопая в твоих глазах.

Если все же любовь Вам наскучила

Или все было просто игрой,

Уходите, никого не мучая,

Закрывая дверь за собой

Навсегда и не возвращайтесь

Ни на миг, ни на мгновенье.

В мою душу вы дверь закрываете,

Мое сердце умрет от волнения.

Лето

Лето жаркое

Лето знойное

Лето яркое

Улыбками полное.

Загорая у моря,

Насладиться рассветом,

А не в душной конторе

Лучезарным летом.

Уплывая в волнах,

Улетая с ветром

Утонуть бы в лугах,

Расцветающих летом.

И уткнувшись в траву

Вдыхая цветы,

Опьянеть я могу

От одной лишь мечты.

«Погода девочкой сопливой…»

Погода девочкой сопливой

Играет с нами в чехарду

И улыбается так мило,

Что возразить я не могу.

То вдруг расплачется уныло,

Дождем смывая все вокруг.

То улыбнется мне, игриво,

Играть зовет с собой на луг.

И я бегу с ним, без обид,

И этим радуюсь денькам

И пусть смешной сейчас на вид,

Я Солнцу рад и облакам.

Братья

Холодный ветер дует в лицо

На перекрестке судьбы.

Друг или враг рядом тут кто

Поди разберись и пойми.

«Красивые» сказки плетут за спиной,

Сами увязли во лжи.

Другом прикидываясь рядом с тобой.

Друг, как ты можешь, скажи?

Только глаза чрезмерно пусты,

Тупо таращатся в стену.

Нож за спиной, пойди, отбери!

Ветер смахивает пену.

Нет ничего глупее вражды!

Нет ничего ее хуже!

В огромном пространстве остались одни

Два брата сидящие в луже.

Во дворе

Вечер спускается с неба

И слышно как подбирается ночь.

Тихие звездочки яркого лета

Ветром уносятся прочь.

Пыль, поднимаясь, вдруг тихо осела,

И не шумят поезда.

Маленькая девочка тоненько пела:

«Как я люблю тебя».

Вышла мамаша и грозно, и громко

Башмаками по асфальту стуча,

Хватила девчушку за шиворот злобно

И быстро домой завела.

Осиротел двор… и как-то затих.

Только шумит листва.

Ветер гоняет холодом их,

а на душе пустота.

Бабье лето

Еще жива любовь, еще цветут цветы,

парят над золотою нивою мечты

и шепчет ветер листьям, склонившись над землей:

— Одену я вас в перья. Летите-ка за мной!

И в миг взлетели листья под самый небосклон,

сияет, улыбаясь, яркий-яркий клен,

а ниже, над речушкой, чешет косы ива —

словно солнце красное, ласкова, красива.

И совсем не плачет. не горит сердечко,

о любви заветной все хранит колечко.

Золотая осень всем дает надежду

на любовь, на счастье голому одежду, чтобы сере

больше не томилось в горе

и печаль на вечно не осела боле.

Все оденет в броское, яркое да молодо, пролетит

над радугой и осыпет золотом!

Content

Сборник поэзии и прозы
Райса Мырзабековна Каримбаева

Проза

Яблочный пирог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Время жить

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Часть 4

Часть 5

Часть 6

Часть 7

Часть 8

Часть 9

Часть 10

Часть 11

Часть 12

Часть 13

Часть 14

Часть 15

Часть 16

Часть 17

Часть 18

Часть 19

Часть 20

Часть 21

Плагиат

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Горе от ума

Зейнеп

Кактус

Поэзия

Как птицы

Уходя, закрывайте дверь

Лето

«Погода девочкой сопливой…»

Братья

Во дворе

Бабье лето