Обряд

Андрей Величев

© Андрей Величев, 2018

ISBN 978-5-4490-5296-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Занятия в университете уже закончились, но трое студентов все еще находились в учебной аудитории. Маша сидела и переписывала в тетрадь из учебника необходимые для курсовой работы материалы. Иван сидел рядом. Держа в руках телефон, он каждую минуту отправлял сообщения или отвечал на них. От этого телефон постоянно вибрировал, что отвлекало девушку. И она то и дело просила не мешать. Дима в это время стоял возле окна, смотрел на улицу. За окном он видел не так много. В основном, только соседние здания, где были такие же стены и окна. Еще виднелась дорога, на которой скопились автомобили.

— Когда он уже придёт? — недовольно спросил Ваня, — мне нужно к семи быть на тренировке.

— Не знаю, — Маша не отвлекалась от своего занятия.

— Ждём ещё минут десять и расходимся, — предложил Дима.

— Ага, расходимся, — девушка тут же бросила ручку на стол, — ты хочешь, чтобы он тебе на экзамене оценку снизил?

— Я хочу, чтобы он мне хотя бы поставил её, а не отправил на пересдачу, — Дима повернулся и сделал пару шагов, уходя от окна. После присел на ближайший стул.

Все притихли и продолжили ждать. Прошли те самые десять минут, но никто не решился уйти. Да и про время забыли. Принялись обсуждать, зачем они собрались здесь. А собрались вот почему.

Преподаватель истории попросил их помочь с одним простым, но необходимым делом. У Николая Михайловича в подсобном помещении накопилось очень много различных книг. В основном, это были учебники по истории разных эпох и стран. Книг много, и профессор захотел классифицировать все и разложить по полочкам. Самому ему пришлось бы потратить на это немало времени. Именно поэтому Николай Михайлович попросил своих студентов помочь. Конечно, преподаватель пообещал награду за помощь, но не сказал, какую именно. Мало кто согласился. После занятий остались всего-то пять человек. А поскольку профессор задерживался, то двое из них уже успели уйти. Вот и остались в аудитории только трое.

— Ну, всё, хватит! — Дима встал и, не обращая внимания на товарищей, направился к двери.

Вдруг дверь открылась. Внутрь вошёл профессор. Дима остановился.

— Простите меня, — Николай Михайлович сразу же начал с извинений за своё опоздание, — задержался. Не люблю лифты, но из-за этого часто опаздываю. Видимо, придётся менять свои привычки.

Профессор истории был пожилым человеком невысокого роста. Седые волосы добавляли ещё несколько лет, хоть никто и не мог назвать точного возраста преподавателя. Многие считали, что ему около семидесяти.

Увидев Диму возле двери, профессор поинтересовался.

— Вы собрались уходить?

Дима не был одним из робких людей. Совсем наоборот. Никогда не лез за словом в карман. Но в этот раз повёл себя спокойно и даже растерянно. Сумел сказать, что просто хотел выйти на пару минут, пока сам профессор не пришёл. Всё-таки возможность заработать лишний балл на экзамене выглядело очень хорошей перспективой. Пусть и никто не знал наверняка, что именно это предложит Николай Михайлович в качестве поощрения за помощь.

Преподаватель прошел по аудитории к своему столу, отодвинул стул, но садиться не стал.

— Спасибо, что согласились помочь мне, — ребята сразу же заговорили, как им не сложно и даже интересно, — книг настолько много, что времени уйдёт немало.

— А сколько? — Иван уточнил, опять вспомнив о тренировке.

— Думаю, сегодня не сможем все сделать. Но всё зависит от вас.

Ваня кивнул, соглашаясь со словами преподавателя. Маша тем временем сложила свои вещи в сумку. Дима подошёл ближе к остальным.

Николай Михайлович достал из кармана ключ. Подошёл к двери своего кабинета и открыл его.

— Пойдёмте.

Ребята последовали за профессором. В кабинете было темно. Машу охватило чувство, что они перемещаются в другой мир, где царит тьма. А на самом деле окна были завешены темными плотными шторами, чтобы дневной свет не проникал внутрь. Николай Михайлович щелкнул выключатель. Освещение включилось.

— А где же книги? — книг в кабинете не было, и удивление девушки вполне понятно.

— Они не здесь, — поспешил успокоить профессор, — в соседнем подсобном помещении.

— Там тоже темно? — с сарказмом поинтересовался Дима.

— Не совсем. Там нет окон и свет не такой яркий, — и преподаватель запричитал вполголоса, — сколько раз просил заменить освещение, но никто так и не исправил.

— Давайте приступим к делу! — громко и отчётливо словно скомандовал Ваня. Все сразу обернулись и посмотрели на него. Парень не ожидал такого внимания к своим словам, поэтому добавил уже спокойнее, — мне ещё на тренировку нужно успеть.

Николай Михайлович поддержал Ивана. Поскорей отыскал в ящике стола нужный ключ от комнаты, где находились книги. Руки преподавателя слегка дрожали. Маша заметила это и мысленно предположила, что Николай Михайлович волновался по какой-то причине. Связано ли это с книгами или ещё с чем-то, девушка не могла знать. Она смотрела на действия профессора и была готова в любую минуту помочь, если ему станет плохо. К счастью, ничего такого не случилось. Николай Михайлович быстрым шагом подошёл к двери.

— Вы только не пугайтесь, — предупредил он.

— Хорошо, — Маша вообразила себе, как сейчас перед ней откроется необычный волшебный мир истории.

Дверь распахнулась, а за ней мало что было видно.

Свет в комнату еле доносился из кабинета. Преподаватель принялся искать выключатель, но как будто совершенно забыл, где он располагался. Дима тут же сообразил включить фонарик на телефоне. Как только он это сделал, свет озарил комнату, практически всю целиком. Тут студенты, да и сам профессор, увидели объём предстоящей работы.

— Ого, — Ваня не ожидал увидеть перед собой стопки книг высотой почти до потолка. А это примерно три метра. И таких стопок было много. Книги не просто занимали всю комнату. Комната была наполнена книгами, словно воздухом.

— Вы всё еще хотите помогать? — на всякий случай поинтересовался профессор.

Маша кивнула, Ваня произнёс что-то вроде слова да, а Дима уже пытался пробраться внутрь комнаты, посмотреть, что там, за первыми стопками книг. Он надеялся, за ними нет учебников или есть, но меньше. К его разочарованию они там были.

— Смотри, не зацепи ничего, — рекомендовала Маша своему сверстнику, — а то придётся ещё и тебя откапывать тут.

— Не волнуйся. Я выберусь, — но затем парень посмотрел вокруг и добавил еле слышно, — хотя, может, и не выберусь. Слишком много книг. Слишком много.

Тем временем Николай Михайлович уже подготавливал место, куда предстояло складывать классифицированные книги.

— Думаете, этого хватит? — Иван находился рядом с профессором и видел, что тех полок, которые он освободил от всего лишнего, а заодно и пыли, явно не хватит.

— Не для всех, — преподаватель спешно что-то переставлял и протирал, — сюда мы поставим современную историю. Для неё должно хватить. А когда дойдем до древних времён, то там уже доступ к другим полкам освободится. Со временем всё перемешалось.

— Как мы выберем современную историю? Здесь же не понятно, что и где лежит, — Маша взяла книгу и вторую под ней, — тут вот современная история, а тут — древняя.

Профессор пояснил, что учебники перемешаны, но большинство книг по истории наших дней должно находиться в ближних стопках. Их разобрать проще всего. И если попадется что-то из другой эпохи, то можно просто отложить в сторону, и уже потом разместить на полке с нужным временем.

В этот момент из своего путешествия в мире книг вернулся Дима.

— Всё ясно. Давайте приступать. Не будем терять времени.

Николай Михайлович порадовался такому подходу к делу. Он взял первую книгу и поставил на полку, затем вторую. Студенты не заставили профессора ждать и тоже принялись повторять нехитрые действия.

Раздался телефонный звонок. Преподаватель вышел из комнаты, чтобы ответить.

— Лифтами он не пользуется, а телефоном запросто, — заметил Дима.

— Не придирайся, — Маша ставила книги одну за одной, как будто и сортировать их не нужно было, — Николай Михайлович — пожилой человек. У него свои привычки. Посмотрела бы я на тебя, когда тебе стукнет лет семьдесят.

— Когда стукнет, тогда и посмотришь, — ответил Дима.

— К тому времени мы уже забудем друг про друга… если вообще доживем.

Только Маша успела договорить, как вернулся профессор. Он был явно взволнован. Это все заметили. Ваня хотел поинтересоваться, не случилось ли чего, но Николай Михайлович опередил его.

— Мне нужно будет отлучиться на некоторое время, примерно на час, может, полтора. Вы пока расставляйте книги по истории нашего времени, а затем переходите к остальным. Если получится, то вот здесь, — он указал на полки рядом, — ставьте историю средних веков.

Ребята только успели согласиться, ничего не уточняя. Преподаватель исчез в дверях.

Минутная тишина показалась настолько долгой, что прервать ее пожелал каждый. И все же первой оказалась Маша.

— Надеюсь, у него всё в порядке.

— Думаешь, что-то случилось?

— Я заметила, у него руки дрожат, когда он открывал комнату эту.

— Может, нужно спросить, когда он вернется? — предложил Ваня.

— Зачем? Расставляй книги быстрее, а то на тренировку опоздаешь, — и очередной учебник занял свое место на полке.

Прошел час. Монотонная работа утомила всех. Маша уже не так охотно брала книги. Ваня постоянно проверял время, отчего тоже замедлился. Дима иногда открывал учебник и прочитывал один или два абзаца, чего не делал раньше.

— Скучно, — девушка держала в руках книгу по истории средних веков, — я думала, это занятие окажется куда более веселым.

— Так может музыку включить? — Дима уже потянулся за телефоном.

— Не надо! — почти крикнула Маша, — знаю я твою музыку. От нее голова будет болеть потом.

Ваня согласился бы с Димой, но не в этот раз. Он снова посмотрел на часы.

— Да только пять, до твоей тренировки еще два часа, — парень раздраженно поставил книгу на полку, почти бросил.

— Мне еще нужно успеть дойти.

Вдруг хлопнула дверь.

— Это профессор?

— Наверно.

— Давайте, живее работаем.

Все дружно взялись двигаться быстрее, расставляя книги. За то время, что ребята провели в комнате, они убрали всего несколько стопок книг. Полки с современной историей уже были заняты. Наполовину заставлены было место для книг по истории средних веков.

Николай Михайлович вошел в комнату на позитивной ноте с хорошим настроением.

— Как дела?

— Хорошо, — ответил за всех Ваня, — уже занимаемся историей средних веков.

— Замечательно, — профессор улыбался, — средневековье — это очень интересная эпоха. Я бы сказал, загадочная.

Маша поддержала разговор, чтобы хоть как-то отвлечься от надоевшей монотонности.

— Загадочная? Чем же? Насколько я помню, в любую эпоху запоминались только войны. Ну, еще писатели какие-нибудь.

— И вы правы, юная леди, — Маше очень приятно было услышать комплимент, — история такова, что в ней чаще всего отображается только темная сторона времени. Точнее будет сказать, запоминается. Описывает история многое, но многое и утаивает от нас.

— Историю пишут победители, — отметил Дима.

— Такое суждено вполне приемлемо. И если верить ему, то те самые победители описывают то, что было до них, как мрачные годы, где не было ничего хорошего. А когда они пришли к власти, то сразу же стало хорошо.

— А потом пришли другие победители и переписали историю.

— Примерно так. Но иногда приходилось оставлять всё, как было на самом деле, чтобы народ знал не только о тьме, но и о проблесках света в истории.

Маша не получила ответа на свой вопрос и поэтому повторила его.

— Так почему история средних веков загадочна?

— А ты не слышала о ведьмах и колдунах, повлиявших на ход истории? — с сарказмом ответил Дима.

Девушка восприняла его слова в серьез. Не поняла она шутки, и от этих слов замерла на несколько секунд, словно вспомнила что-то из курса истории.

— Не совсем так, — опроверг Николай Михайлович, — в средние века довольно часто упоминали ведьм, но существовали ли они на самом деле, неизвестно.

— Если упоминали, то возможно, они жили тогда? — предположение Ивана вновь оставило вопрос открытым.

— Нельзя опровергать то, чего, возможно, не поняли люди, жившие в то время. Вот сейчас мы не всегда можем понять науку, которая движется семимильными шагами вперед. Так и раньше были люди, которые открывали что-то новое, неизведанное. Не всегда народ принимал их открытия хорошо. Многое расценивали, как магию, чаще всего, темную магию. Ученых называли чернокнижниками и отправляли на смерть.

— Мне кажется, вы уже затронули и древний мир, — отметил Дима.

— Согласен, — профессор уловил себя на мысли, что забыл о временных рамках, — все-таки всегда было так.

Николай Михайлович задумался. И никто из студентов не стал отвлекать. Со стороны это выглядело так, словно преподаватель вспоминал, что и когда произошло, и верно ли он рассказал изученную информацию.

Профессор вышел в соседнюю комнату, чтобы сделать какие-то отметки в своей записной книжке. Он разместился за столом, включил настольную лампу и положил перед собой ежедневник.

Его помощники продолжали работу.

— Я уже не рад, что согласился, — устало проговорил Ваня.

— Ну, так иди домой, — раздраженно ответила Маша. Она и сама уже устала от монотонного перекладывания учебников.

— Ага, и как это будет выглядеть? Подойду и скажу, извините, я передумал помогать. Лучше пойду заниматься своими делами. Да мне ж потом его предмет не сдать никогда.

— Не знаешь ты совсем Николая Михайловича. Ты бы мог сказать, что нужно срочно уйти. Он бы не стал тебя задерживать.

Пока Маша и Ваня выясняли, можно ли просто так уйти, Дима спокойно расставлял книги, иногда рассматривая написанное внутри. Хоть какое-то отвлечение и развлечение.

Вдруг его взгляд заметил книгу, которая располагалась внизу соседней стопки учебников. Привлекла она тем, что была чуть больше остальных. И обложка сделана словно из натуральной кожи. Необычная находка среди множества однотипных книг заинтересовала парня. Но чтобы вытащить ее, пришлось разложить по полкам всю стопку.

Дима взял в руки книгу. Она оказалась тяжелее остальных. Обложка, как и показалось на первый взгляд, была сделана из кожи.

— Интересно, — отметил для себя парень, — а что внутри?

Он неторопливо открыл книгу на случайной странице и попытался прочесть первое попавшееся слово. Сделать это оказалось сложнее, чем он думал. Язык, на котором написан текст, только казался знакомым. Парень пробежал взглядом по строкам и понял некоторые отдельные слова и словосочетания.

— Старославянский что ли?

Маша заметила, как ее товарищ перестал работать и замер с книгой в руках. Девушка и без того нервничала, а тут ещё и увидела, что и Ваня, и Дима перестали помогать.

— Что ты там смотришь? — спросила она настойчивым голосом.

Дима не отозвался. Он решил, это не к нему обращаются. Ваня, видя рассерженный взгляд Маши, подошёл к товарищу и заглянул в книгу.

— Что это?

— Не знаю точно. Какая-то старая книга.

— Среди учебников по истории?

— Ну, да.

Тут не выдержала Маша и тоже подошла.

— Вы будете помогать или так и продолжите стоять, ничего не делая? — ребята посмотрели на нее и не ответили ничего, просто перевели взгляд обратно на книгу. Тут и сама девушка посмотрела на объект их интереса.

— Что это?

— Книга какая-то.

— Старая, наверно, — добавил Ваня.

— Может, просто потрепанная? — предположила девушка.

— Не, — Дима опроверг предположение сразу же, — посмотри на текст.

Маша всмотрелась и поняла, текст не современный, и шрифт напоминал что-то старинное.

— Древняя книга? — девушка не теряла надежду на что-то таинственное, — а что если она какая-нибудь заколдованная?

Ваня улыбнулся, хотел даже рассмеяться, но сдержал смех.

— Ага, и теперь проклятие древних магов перейдёт на нас.

Лёгкая улыбка коснулась лица Димы, но он продолжал оставаться серьёзным.

— Скорее всего, это книга средних веков. Я прочёл некоторые слова. Похоже, что тут речь идёт о магии.

— Магия? — удивился Ваня, — ну, точно проклятие.

— Это же так интересно, — глаза Маши наполнились неподдельным увлечением, — загадочная книга среди учебников по истории.

Дима попытался прочесть предложение, в котором он нашёл более понятные слова.

— Тёмный маг ожидал её на погосте, — парень сам не понял, как у него вышло понять написанное.

— Ух ты, — воскликнула Маша, — а дальше что там?

Дима попробовал прочесть дальше, но не вышло. Парень рассердился на себя за незнание старого языка. И это при том, что он остался помогать для того, чтобы заработать балл на экзамене. Поэтому он ответил обобщенно.

— Тут не понятно.

Маша предложила помочь и попробовать самой прочесть написанное в книге. Девушка хорошо училась, и многое давалось ей легко. Она повернула книгу к себе, что-то проговаривала в полголоса, хмурила лоб.

— Ну, что там? — полюбопытствовал Ваня.

Маша все ещё вникала в текст. Дима замотал головой, понимая, даже Маша не может прочесть написанное в этой книге.

— Ладно, — сказал он, — хватит мучиться. Ясно же, ты не можешь перевести.

— Мне нужно больше времени, — расстроилась Маша, добавив, — а вы заметили, какие красивые у книги страницы. Малахитовые.

— Это изумрудный цвет, — высказал свой вариант Ваня.

— Нет, видишь, оттенок немного переливается.

— Так, хватит гадать, какой оттенок обычного зелёного цвета тут. Всего лишь зелёные страницы, — Дима прервал спор своих одногруппников.

Появилась идея, которая была единственной верной в сложившейся ситуации.

— Есть человек, который поможет нам понять, что это за книга, — сказал Дима.

— И кто же? — Ваня чаще других задавал вопросы, как будто это давало какие-то привилегии. А еще он явно забыл, где они находятся.

Дима посмотрел на него, давая понять, этот вопрос был лишним, ведь и так ясно, что в соседней комнате сидел профессор истории. И эта книга наверняка принадлежала ему.

— Точно, — сам понял свою ошибку Ваня, — тогда давайте спросим у него.

Дима перевёл взгляд на Машу, кивнув в сторону преподавателя.

— Хорошо, я позову его.

Девушка вышла из комнаты и уже через минуту вернулась с Николаем Михайловичем.

— Что случилось?

Парень держал перед собой открытую книгу. Он как бы предлагал профессору заглянуть в неё. Николай Михайлович тут же сделал это, но увидев саму книгу, он уже знал, чего ждать.

Преподаватель внимательно посмотрел на открытую страницу.

— Что же вы хотите от меня?

Студенты в один голос ответили, что им хочется узнать перевод данной книги.

— Но перевода нет, — утвердил Николай Михайлович.

— Как нет? — расстроилась Маша, — но нам так хотелось узнать, что это за история.

— Мы смогли прочесть одно предложение. Здесь участвует колдун. Может, это научная книга средних веков. Вы ведь говорили, колдуны были учёными в то время, — сарказм Димы был очевиден, и что самое главное уместен.

Профессор очень удивился, когда услышал слова своего студента. Он вышел из комнаты. Маша, Дима, а затем и Ваня последовали за ним.

— Что это за язык? — спросил последний, — может, мы сами переведём, используя переводчик из интернета.

— Их нет. Я вообще не знаю, как вы разобрались даже в одном предложении.

— Сейчас на многие языки сделаны переводчики, даже на те, которых и нет уже, — добавил Ваня.

Преподаватель сел за стол. Дима подошёл и положил на этот стол книгу, которая всё ещё была открыта на случайной странице.

— Хотя бы скажите, что это за книга, о чем она? — попросила Маша и сделала вид, словно на её глазах проступают слёзы. Ее игра не была отличной, но подействовала на профессора.

— Хорошо, — согласился он, — я расскажу вам, но у меня есть одно условие.

— Любое, — поспешила ответить Маша

— Какое? — спросил Дима.

— Мне придётся рассказать историю, описанную в книге с начала и до самого конца.

— Мы услышим загадочную историю из средневековья?! — теперь глаза девушки заблестели от радости.

Николай Михайлович удивился, откуда Маша знает, что история произошла в средние века, и что она загадочная. Подавать виду он не стал.

— Так, о чем она? Если коротко, — Дима решил услышать аннотацию, чтобы понять, стоит ли тратить своё время.

— Она… — профессор задумался на мгновение, — она о любви.

— О любви? — расстроился Ваня, и Дима тоже, даже сделал шаг назад, отходя от стола, где лежала книга.

— О любви и предательстве, о добре и зле, о свете и тьме, — продолжил профессор.

— Такое чувство, что в ней есть всё, — прошептал Ваня. Его слова услышал преподаватель

— Возможно и так. Я понял, что обычные истории о любви вам не интересны. Это больше заинтересует Машу. Но противостояние добра и зла… Оно вечно…

— Во мне самом борются добро и зло, — перебил Дима, — постоянно. Свет. Тьма. Всё это лишь тезисы, общие слова. Под ними можно понимать всё что угодно.

Голос парня был серьёзным, отчасти злобным. Профессор не спешил отвечать. Сделал паузу.

— А ведь верно, — выдал он после молчания, — добро и зло настолько связаны друг с другом, что их легко спутать. Под маской добра может прятаться зло. Под злым ликом способно жить добро.

— Николай Михайлович, — обратилась Маша, — что на счёт истории?

Профессор не спеша закрыл книгу. Девушка уже успела подумать, что он не станет ничего рассказывать. Все случилось иначе.

— Я уже говорил, в средние века многих учёных считали колдунами и отправляли на смерть. Это утверждение лишь отчасти верно. Точнее будет сказать, верно для тех, кто верит только в науку. Но есть те, кто видит большее.

— Что, например? — практически неслышно произнесла Маша, но её слова преподаватель прочёл по губам.

— Магия.

— Это всё выдумки, — Дима высказал своё убеждение, — если история о магии, то и она тоже выдумана.

— Кто-то скажет, что это сказка, — не обратил внимания на слова парня профессор, — другие станут убеждать, что все произошедшее является реальностью. А по сути, правыми окажутся все они.

Маша не поняла сказанное преподавателем. Она хоть и была отличницей, но профессор запутал её своими высказываниями. Девушка хотела попросить пояснение, но Ваня одернул её. Он шикнул на девушку, чтобы та не мешала рассказу.

А Николай Михайлович продолжал говорить:

— Те, кто верит в существование магии, стирают грани своего разума, который заключен в рамках. Те, кто не верит, строят стены, отгораживаясь ото всего неизвестного и необычного. Именно поэтому, перед тем, как поведать вам историю о тайном обряде, вы должны захотеть услышать её. Для этого нужно поверить, что магия находится среди нас. Она живёт в нашем мире, как и все мы. Но она не осязаема. Можно лишь видеть результат её применения. Откройте свое сознание и поверьте в неизведанный и необычный мир магии.

— А если не получается? — спросил Дима, который в отличие от остальных стоял немного в стороне.

— Если не получается, тогда можешь просто послушать историю, если интересно конечно. Как я и сказал, в ней есть и любовь, и боль. Свет и тьма. Добро и зло. Но как часто это бывает, ничто из этого не проявляется сразу. Многое скрыто от нас. Нужно продвигаться постепенно, чтобы рассматривать картину и складывать весь пазл.

Дима подошел ближе, развернул стул и сел. Ваня теперь оказался рядом. Понимая, что история займёт какое-то время, он последовал примеру товарища и тоже устроился поудобнее на стуле. Маша уже давно заняла место в первом ряду. Получилось так, что все трое ожидали рассказа преподавателя, но каждый со своими целями.

Тем временем Николай Михайлович начал повествование. Маша заметила, профессор не открывает книгу, словно знает её наизусть. Чувство, что он может рассказать им совершенно иную историю, не покидало её ещё несколько минут.

Часть 1

Глава 1. Начало

История эта случилась в поселке… но тьма начала истинный путь героев задолго до основных событий.

Темный маг задумал свой план намного раньше, будучи ребенком. С него и берет истоки все произошедшее.

Однажды обычный десятилетний мальчишка играл с друзьями в прятки недалеко от старого заброшенного замка, в котором, конечно же, никто не жил. Жители округи старались не посещать этого странного места. Поговаривали, будто здесь все еще живет хозяин замка, но не как человек, а только его тень. Такие рассказы и заставляли людей обходить стороной замок. Лишь изредка случалось так, что кто-нибудь да захаживал сюда. Часть из тех людей пропадали, часть сходили с ума. Но возможно, это было только стечение обстоятельств, так как никто из здравомыслящих не шел намеренно в развалины каменных зданий.

И вот обычный мальчишка решил проверить на себе такое своеобразное проклятие старого замка. Спрятался он в одной из комнат, куда не проникал свет солнца. Думал он, что так будет надежнее.

В замке повсюду слышались странные звуки. Мальчишка то и дело вздрагивал и дергался. Ему было страшно лишь немного. Неожиданность появления неведомых ему скрипов и шумов заставляли проявлять внимание к ним.

— Вот теперь уж точно никто не найдет меня первым, — радовался мальчик, — ну, и пусть я младше остальных, это не дело находить меня первым всегда. Пусть постараются теперь.

Ход времени был потерян. Свет, как уже сказано, не проникал в комнату. Оттого мальчик не знал, сколько уже прошло, и наступил ли вечер. Забеспокоился он сам. Мысли появились жуткие. Что если ребята, не найдя его, пошли к нему домой и рассказали родителям об исчезновении. И родители ищут его, а когда найдут, будут ругать. Но никто же не пойдет проверять замок. Страх начал расти, пока еще медленно. Разум ребенка преобладал над чувствами, не давал поддаться панике.

Проведя какое-то время в комнате, мальчишка понял, что совсем не исследовал ее. И это упущение он решил исправить. Комната была примерно квадратной со стороной в десять шагов. Именно столько насчитал он, когда прошел вдоль стены. В центре стоял большой стол, а возле него такой же большой стул. Показалось, они сделаны из камня. Когда мальчик подошел ближе и прикоснулся к поверхности стола, его ладонь наполнилась холодом.

— Из камня, — шепнул маленький исследователь.

Если бы хоть один заблудившийся луч света попал в помещение, то сразу стали бы видны и чернильница, и книга, находящиеся на столе. Но кромешная тьма не позволяла этого сделать.

Только когда мальчишка обошел всю комнату вдоль и поперек, тогда он забрался на стул и осмотрел стол. Нащупав контуры книги, захотел открыть ее, но получилось не сразу. Книга оказалась тяжелой. Сдвинуть ее с места не вышло.

— Из металла что ли? — задал вопрос тьме, но ответа не получил.

Мальчишка искал способ открыть книгу и вдруг коснулся чернильницы, что расположилась рядом. Она уж точно была металлической и намертво прикрепленной к столу.

— Наверно, чтобы никто не украл их, — предположение было отчасти верным.

Пробуя хоть что-то сделать с книгой и чернильницей, мальчик случайно повернул последнюю против часовой стрелки. Щелкнул какой-то механизм. И звук этот исходил от книги. Мальчик переметнулся к ней, оставив чернильницу в покое. Он случайно задел ее, и книга сдвинулась. Теперь она легкая.

Легкий страх все еще витал в воздухе, но интерес к происходящему был сильнее и больше. Первым же движением мальчишка открыл книгу, и комнату озарил лунный свет. Он не слепил глаза, не был слишком ярким, но теперь появилась возможность разглядеть, что же представляло собой помещение. Ничего необычного в нем не располагалось. Комната была пуста, и только в центре стояли стол и стул.

Пока мальчик разглядывал все вокруг, он совсем забыл о книге, из которой исходило свечение. При открытии свет был лунным, но минутой позже озарялась комната золотым светом. Цвет золота увлек мальчишку. Решил он, что сделана книга из благородного метала.

— Ух ты! — в мыслях уже фантазировал, как вернется с этой книгой домой, как отдаст отцу, а потом они ее продадут и станут богатыми.

Но мысли эти улетучились, как только книга сама перелистнула страницу.

Мальчик смог прочесть заголовок.

— Обряды и заклинания, — нахмурил лоб, думая, что последует далее. Перевернул лист, — прежде, чем приступить к самому главному обряду, необходимо изучить более простые, но не менее важные заклинания. Они помогут в совершении задуманного, — мальчик прочел всё вслух и без запинки, — интересно, что это за заклинания такие, которые нужно изучить?

Страх, который витал в воздухе ранее, уже исчез вовсе. Тьма рассеялась, но держалась поблизости. Она выжидала момент, чтобы пустить свои корни в его разум. Точнее, она уже запустила механизм поглощения его сознания.

Первое заклинание он произнес тут же, за столом. Оно придавало храбрости. Второе заклинание незамедлительно последовало за первым. И оно изменило зрение мальчика. Теперь он видел в темноте, как белым днем. Далее молодой исследователь прочитывал страницу за страницей, сразу же претворяя заклинания в жизнь. Думал он, что всё это нужно ему. Когда заклинания путались в голове и мешали друг другу, книга сама предложила произнести еще одно. Оно упорядочивало все важное и второстепенное. Юный чародей скорее произнес его, чертя в воздухе кистью правой руки магические жесты. Все стало на свои места. Нужное мальчик с легкостью мог повторить наизусть. То, что могло подождать, освободило память.

Заклинания закончились.

Еще одна перевернутая страница дала мальчику доступ к обрядам. Их невозможно провести здесь и сейчас. Это он понял, прочитав фразу «возьмите корень тысячелистника и волчью ягоду…».

— Это уже посложнее будет, — с неугасающим интересом в глазах сказал маленький маг.

Пусть что провести обряды он не мог, но прочесть их все, было под силу. Это и сделал. Еще одна страница подводила промежуточный итог изучения.

— Теперь, когда ты знаешь нужные заклинания и обряды, тебе можно поведать тайну, которая станет целью всей твоей жизни, — мальчик призадумался, откуда это книга знает о его мечте. Продолжил читать, — следующий обряд самый важный. Только он имеет значение. Остальное нужно лишь для достижения цели, для исполнения пророчества.

Дочитал текст юный маг и словно взглядом перевернул очередную страницу книги.

— Мир тьмы, — прочел он.

Мальчику не пришлось даже читать текст. Слова сами бросились навстречу взгляду и сознанию ребенка. Этот обряд забрался в самые потаенные отделы сознания, откуда его нельзя было убрать никакими заклинаниями. Несколько минут мальчишка провел без движения. Очнувшись, он увидел, что перед ним лежит самая обычная потрепанная книга. Нет никакого золотого свечения. Тьма вновь царила в комнате, но теперь она не казалась такой страшной. Да и все стало различимо благодаря нужному заклинанию.

В голове повторялись слова заклинаний, обрядов. Это происходило неосознанно. Юный чародей закрыл книгу, слез со стула и направился к выходу. Книгу, конечно же, прихватил с собой.

Домой он не вернулся. Обычная игра в прятки стала судьбоносной для мальчишки. Книга заклинаний, найденная в заброшенном замке, показала путь чародея, который должен исполнить пророчество тьмы. Мальчик пошел по тому пути. Не сразу заметил он изменения в своей внешности. Светлые волосы потемнели. Радостная улыбка исчезла с лица, и взгляд принял более хмурый оттенок.

Для самого важного обряда нужно было отыскать определенные компоненты. И на поиски ушло очень много времени. Более двадцати лет потребовалось темному магу, чтобы добыть кровь вампира из древнего рода и кровь оборотня из клана стражников ночи. Но сложнее всего пришлось в поисках ведьмы. Колдунья должна была считаться изгоем, несущим разрушение всюду, где появлялась.

Когда колдун смог собрать всё, что требовал обряд, что требовала книга заклинаний, только тогда и началась история, произошедшая в небольшом поселке.

Глава 2. Небольшой поселок

Место, где случилась таинственная история, возможно, было определено случайно. Но многим известно, любая случайность зачастую происходит абсолютно намеренно.

Если коротко, то расположение поселка можно описать несколькими словами. С одной стороны — река, с другой — лес, с третьей — поля.

Да, сторон было всего три. Вот в таком магическом треугольнике и расположился небольшой населенный пункт.

Если же рассказывать более подробно, то это не займет много времени, но раскроет некоторые аспекты жизни людей, живущих там.

Река, хоть была небольшой, как сам поселок, но по ней могли проходить суда. Пусть тоже не слишком грузоподъемные. Они хорошо справлялись со своей ролью, то есть доставляли и забирали товары. По дорогам всегда сложнее добираться, их во все времена не жаловали. Другое дело, вода. Поставил парус и поплыл по течению. А если нужно идти против течения, то тут помогали гребцы. Поселок потихоньку становился распределительным местом, куда доставляли груз, а после уже купцы развозили по близлежащим городкам и поселениям. Именно по этой причине, небольшим поселок был лишь на время. Все понимали, спустя какой-то десяток лет станет он городом, да таким, что прославится на многие земли вокруг.

Лес имел огромные запасы древесины. И не столь важно, что лесорубы каждый день уменьшали количество деревьев. Пока они вырубали одно дерево, вместо него сажали два, а то и три молодых саженца. Умельцы вытворяли из древесины различные изделия. Славился поселок и ими тоже.

Поля и пастбища, расположившиеся на третьей стороне поселка, уходили далеко за горизонт. Если говорить, как есть, то пастбища эти не начинались здесь, а заканчивались и принадлежали одному знатному человеку. Жил он в городе и наверняка не знал о том, где заканчиваются его владения. Но даже при условии, что владел землями городской человек, работали на них обычные работяги из поселка. И добираться проще, и пригляд есть. Воришки ведь всюду. Куда ж без них. Стадо было большое, но счет головам пастух знал. Допустить пропажу хоть одной было равно краже.

Каждый год преображался поселок.

И если запомнить, что и где находилось, как выглядело, то с легкостью можно увидеть его преображение. На место обычных старых заборов приходила узорчатая расписная изгородь. Красотой отличались и ставни на окнах. Те, кто побогаче был, отказывались от дерева в пользу металла. Благо кузнец в поселке был искусный малый. Мастер своего дела. Пока одни убеждались, что поселок прославится за счет качественной древесины и древесных мастеров, другие отмечали мастерство молодого кузнеца Уильяма. Парень крепкий, наделен силой большой, но при этом не имел богатырского сложения. Светлые волосы до плеч, глаза с синевой и всегда радостная улыбка. Приветлив с каждым, кто б ни встретился. Считали, именно он станет известен не только в округе, но и в дальних городах. И причины так думать, конечно, были.

Когда исполнилось Уильяму шестнадцать лет, умер старый кузнец, который и вырастил его. Уилл ведь сиротой был. Приютил его старик в своем доме за несколько лет до смерти. Обучил делу, показал, как обращаться с металлом, чтобы тот поддавался воле кузнеца. Судьба словно знала, нужно передать навыки новому поколению, поэтому и не трогала старика некоторое время. Но что суждено, то суждено. И вот Уильям остался один.

Горевал долго, целую осень и зиму. Не брался за дело совсем. Отказывал всякому, кто просил. Слишком велика была его скорбь. Целыми днями молодой кузнец бывал в кузне, но работу не выполнял. Возвращался домой только поздно вечером. Никто не мог понять, что случилось с Уильямом. Почему он так тяжело переносит смерть своего наставника.

Стали люди просить местного лекаря Константина, чтоб тот побеседовал с парнем, вдруг, что со здоровьем его не так, а если все в порядке, то вразумил бы парня. Ведь скоро весна, лошадям нужны подковы новые, инвентарь готовить надобно к полевым работам.

Сам Константин, как и Уильям, прослыл доброжелателем. Обычный мужчина, возраста которого люди не знали, но предполагали, что годков тридцать пять быть должно. Конечно, как только он появился в поселке, девицы сразу захотели разузнать о нем как можно больше всего. Пусть не купец богатый, но внешность странника уж никак не выдавала в нем человека, который половину жизни провел в пути. Однако информацию могли получить только от самого лекаря. Константин хоть и рассказывал о своих странствиях, но о себе говорил неохотно. Поэтому всем заинтересованным приходилось довольствоваться только приятной внешностью целителя. Любил он быть ухоженным и опрятным. Этого требовало и дело лекаря. Будучи целителем, не носил он специальных одежд, чтобы защитить себя. Пугающе выглядели они.

***

— А при чем тут лекарь? — спросил Ваня, — у них в поселке нет какого-нибудь главы?

Николай Михайлович похвалил парня за замечание.

— В любом поселении есть свой глава, это верно. Есть и другие люди, кого могли бы попросить жители, но не всегда чиновники шли навстречу обычному народу.

— А медицина шла, значит, — добавил Дима, — особенно тех лет.

Профессор не стал отвечать подробно на реплику.

— Конкретно, в этом случае, в этом поселке, в это время так получилось, что лекарь имел большее доверие.

Маше не понравилось возмущение ребят и их придирки к словам рассказчика. Тоже вмешалась в разговор.

— Вы хотя бы дослушайте, а потом уже спрашивайте, что к чему да почему. Может, тут лекарь был больше, чем лекарь, и имел влияние.

И снова Николай Михайлович похвалил, но на этот раз девушку.

— Верно подмечено, юная леди, — профессор вновь назвал девушку именно так, — об этом я и хотел сказать. В поселке этом Константин был не просто лекарем, но об этом уже далее по ходу истории.

***

Так вот попросили люди Константина поговорить с кузнецом молодым, объяснить ему, что народ понимает его скорбь, но и он должен их понять. Работа не может ждать. От их труда зависят жизни их семей, а труд отчасти зависит от кузнеца.

Думал лекарь, как подойти к Уильяму, чтобы не навязывать своего мнения и своих устоев. Решил просто поинтересоваться здоровьем парня. Собрался идти, как вдруг встретился Константину священник. В то время шло восстановление церкви. И как раз нужен был крест. Священник думал сам обратиться к кузнецу, но все времени не хватало. Эту идею подхватил лекарь и попытался заинтересовать кузнеца.

Пришёл он к парню в кузню, застал его на месте.

— Здравствуй, Уильям.

Парень кивнул, но промолчал, смотря куда-то в сторону. Константин, стоя почти у самой двери, продолжил.

— Знаю, у тебя горе. Знаю, как тяжело тебе приходится сейчас. Никто не заменит старика для тебя. Но посёлку нужен кузнец. Скоро весна. Люди приходят ко мне со своими недугами, впрочем, как всегда, но все чаще я слышу тревогу и волнения за тебя.

Уилл заговорил.

— А что обо мне беспокоиться? Вот он я. Никуда не делся. Живой и здоровый.

— Так и есть. Твоя правда. Но ты не занимаешься своим любимым делом. Кузница с осени простаивает, а посёлок не может без кузнеца.

Константин обратил внимание на не разожжённую печь. Она не давала тепла, поэтому в кузне стоял холод такой, какой и снаружи царил. Оттого при разговоре изо рта выходил теплый пар. Молот лежал на полу возле наковальни. Некоторые заготовки валялись тут и там. Легкий иней покрыл все металлическое в помещении.

— Может, найдётся кто-то.

— Уже нашёлся, а ещё есть и заказчик с очень важным и ответственным заказом.

Парень как будто отвлекся от своих тяжких дум, посмотрел на лекаря пристальным взглядом.

— Что ж за заказ такой важный?

Искра в глазах кузнеца дала понять, половина дела уже сделана. Осталось немного.

— Ты наверняка знаешь, уже который год священник восстанавливает церковь. И в этом году, скорее всего, закончатся работы. Но вот что обнаружилось. Креста ведь нет. Упустили это дело.

Константин нарочно так сказал. На самом деле священник обмолвился, как обговаривал детали со старым кузнецом. Уже и наброски были. Возможно, кузнец и начинал изготовление, но судьба и жизнь распорядились иначе.

Уильям заинтересовался работой. Стал расспрашивать о том, каким должен быть крест, стал предлагать свои идеи, рождающиеся тут же. К сожалению, Константин не рассказал о договоренности священника и старого кузнеца. Кто знает, возможно, Уилл с еще большей охотой взялся бы за дело. К слову, и без того парень согласился быстро.

Договорившись, лекарь покинул кузню, а Уильям вновь принялся за работу. К концу дня печь в кузнице снова давала жар для того, чтоб расплавить неподдающийся металл. Да такой силы был тот жар, что и следа не осталось от холода не только в кузне, но и вокруг нее. Снег растаял на несколько метров вокруг помещения.

Народ обрадовался. Каждый житель благодарил Константина, но сам целитель говорил, что ничего не делал, сам кузнец вспомнил о своей нелегкой работе. И все же нравилось ему внимание людей. Стали они чаще обращаться к лекарю за помощью. Доверие вызывал Константин не только словом, но и делом. Кто бы ни обращался, всякому помогал. Почти любую хворь умел одолеть.

Уильям начал изготавливать крест для церкви, но и про заказы других людей не забывал. Делал все, что просили. Когда же выдавалось свободное время, мастер вновь принимался за особенный заказ.

Изделие было готово к концу лета. Практически весь посёлок пришёл посмотреть, как металлический крест, изготовленный молодым кузнецом, воздвигали на купол церкви.

Разлетелась слава мастера металла по городам близким и дальним. Стали купцы разные заезжать в кузню чаще прежнего. Вспомнил Уильям слова старого кузнеца, своего учителя. Слова те были о том, что, научившись ремеслу, будут к нему приезжать люди, будут в друзья набиваться. Но помнить надобно, не каждый прохожий другом может быть. Зло часто скрывается под маской добродетели.

Вслед за купцами приезжали и другие люди. Делали они заказы такие, что Уильяму приходилось работать дни и ночи напролёт. Цену за свою работу молодой кузнец устанавливал всегда по-разному. Все происходило в момент сделки. Если видел он, что перед ним стоял весьма состоятельный человек, имеющий богатства и достаток, что сможет заплатить большую сумму, то Уильям не стеснялся и называл цену в три, а то и в четыре раза дороже обычной. Ссылался он на индивидуальный подход к работе и качественное исполнение. Богачам только и нужно было, лишь бы услышать, как их превозносят. Они готовы заплатить любую цену. Никто даже не торговался из них.

Если же Уильям делал заказ, полученный от человека более бедного, то и цена не превышала стоимости материалов, пошедших на изготовление. Бывало, конечно, и такое, что кузнец делал что-то себе в убыток. Обычно это случалось, если заказчиком была очень красивая барышня. Либо кузнец делал просто доброе дело для тех, кто не мог позволить себе заплатить полную стоимость за его работу. Всякое случалось.

Оказав помощь, Уильям стал чаще заходить в церковь. Захаживал и к Константину. Поначалу появлялся ради того, чтобы поинтересоваться, не нужно ли еще что-либо сделать. После, чтобы спросить совета. А потом и вовсе просто так, чтоб поговорить с лекарем. Другом сделался он Уиллу. Хоть кузнец и стал теперь известным во многих местах, имел множество знакомых, а вот друзьями их назвать он не мог. Никого, кроме целителя.

Сам Константин появился в поселке не так давно.

Никто из местных не ведал, откуда взялся он. В один из обычных летних дней пришел странник в поселок и начал интересоваться, где лазарет тут. Одни не обращали внимания на странного человека, кто-то пытался объяснить, но путник не понимал тех пояснений. И это при том, что поселок не самый большой.

Задумчивый присел он отдохнуть возле колодца на тропе, что вела к погосту. Решил, что те, кто проходит по той тропе, могут знать, где лазарет отыскать. К тому же народ должен часто появляться возле колодца. Прошло не так много времени, когда целитель дождался первого прохожего. Паренек молодой подошел к колодцу с коромыслом через плечо и двумя ведрами на нем. Парень тот лишь мельком посмотрел на странного бродягу и принялся набирать воду.

Константин дождался, пока молодой человек вытащит ведро и поставит его на землю. Только затем спросил.

— Мил человек, не подскажешь, есть ли в поселке лазарет? Полдня хожу, выспрашиваю. Никто не может дать ответа точного и ясного.

Парень не торопился. Зацепил второе ведро и опустил в колодец.

— Есть, — и в этот миг Константин уже успел почувствовать радость, — да только нет там никого.

— Почему нет?

— Не знаю. Уже больше года никто не лечит людей. Вон погост как за это время вырос.

— Странные дела, — задумался и пока поддавался раздумьям, парень успел отойти метров на пятьдесят вместе с полными воды ведрами, — как же это? Лазарет есть, а лекаря нет.

Конечно, вопрос был риторическим. Но ответ на него Константин всё же хотел получить и причем немедленно. Не пристало пустовать оплоту здоровья и добра в этом мире.

Добрался вновь до поселка странник, перед этим догнав паренька и разузнав, где же находится нужное место, и как найти его. Спустя еще пару часов целитель оказался там.

Картина была неприятная. Лазарет не просто закрыт, а практически заброшен. Хорошо хоть совесть не позволяла людям растащить все. Жаль, не все так считали. Кое-что таки было разрушено. Казалось, еще каких-то пару лет и не останется нечего.

Покачал головой Константин, но на лице появилась улыбка.

— Вот она миссия моя. Хватит скитаться то тут, то там. Пора и дом обрести.

Разузнав получше о том, что произошло, лекарь встретился с нужными людьми. Спустя всего день парень занял пустовавшее место целителя.

Сразу же после появления Константина, в поселок пришел еще один незнакомец, который пожелал восстановить полуразрушенную церковь. Целитель занимался благоустройством лазарета, но не отказал в помощи и в строительстве церкви. Ведь что лекарь, что священник были схожи. Один лечил тело, второй — душу.

Поначалу хотели они восстановить то, что осталось от прежнего здания. Но среди лесорубов нашлось много единомышленников. Они и пообещали помочь с материалом для новой церкви.

Два года шло строительство. Казалось, ни один человек не остался в стороне. Даже приезжие купцы поддерживали, кто делом, а кто монетой звонкой.

Как уже известно, для того, чтобы крест для церкви выковать, приходил священник к кузнецу старому. Но судьба распорядилась так, что заказ выполнил Уильям.

Поговаривал народ, будто Константин прежде был каким-то путешественником. Исследовал он земли разные, о чем и рассказывал иногда местным жителям. Никто не пожелал разузнать о нем больше. Да и ни к чему было это. За человека говорят его поступки.

Теперь, когда вновь появились места, где царит добро и свет, пришла пора сказать и о другой стороне. Было здесь место, в котором сосредотачивалась темная сила. Им являлась таверна. Появилась она много лет назад. Управляющим там считался Карл. Особой чертой его заведения были посетители. Наряду с простыми жителями таверну посещали колдуны и ведьмы, оборотни и вампиры, а также другие существа, которые жили в мире и не желали вести сражений.

Конечно, обычные жители не знали, кто соседствует рядом с ними. Да и откуда. Нечисть умеет хорошо маскироваться. К тому же только умелый и знающий человек может отличить, кто перед ним. И то не всегда это удавалось сделать наверняка.

Возможно, кто-то и связывал процветание таверны и увядание лазарета и храма, но таких было мало, и слушать их никто не желал. Считались за сумасшедших.

— Почему это таверна зло порождает? — задавались вопросом посетители, — нам нельзя отдохнуть что ли? Мы работаем полный день, мы заслужили!

И пусть, что так говорили в основном те, кто ни в церкви не был никогда, ни к целителю не обращался, но остальные слышали их речи. И хочешь или не хочешь, но задумывались об этом. А со временем кто-то соглашался, а кто-то оставался в стороне.

***

— Вы сразу обозначили главных героев, — прервал рассказ Дима, — и это не очень хорошо, по-моему.

— Ой, — возмутилась Маша, — тебе не угодишь. То не так, это не так.

— Может, дальше события будут развиваться, и кто-то еще появится, — предположил Ваня.

Николай Михайлович пока выжидал, слушал своих студентов.

— А когда уже магия начнется? — поинтересовалась девушка, — да и про любовь вы что-то говорили, — тут она уловила себя на мысли, что может это сама додумала.

Профессор ответил на вопросы и замечания по порядку.

— Вы верно заметили, героев не так много. Я считаю, привлекать множество других второстепенных персонажей в данном конкретном случае будет не очень уместно. Конечно, я мог бы рассказать о том, как Уильям встретился со своим учителем, старым кузнецом. История их встречи тоже интересна, но это займет какое-то время. А вам, как я вижу, хочется услышать саму суть, не заостряя внимания на неважные мелочи, — преподаватель сделал паузу, чтобы посмотреть реакцию слушателей, — можно узнать историю жизни парня, который стал целителем. Хотя… возможно, если время позволит, то я вам расскажу ее.

— Не знаю, как остальным, но тут я с вами согласен. Не нужно тратить время на то, что не имеет ценности для сюжета, — Дима высказал свое мнение, другие промолчали, — но все же. Вы обозначили трех героев. Доброго, злого и… героя, который будет находиться в раздумьях, терзаниях и станет центральным персонажем.

— Интересное предположение. Посмотрим, оправдается ли оно, — преподаватель постарался для себя запомнить слова Димы, — что касается развития. Далее, конечно же, появятся и другие герои истории. Но их не так много все равно. И отвечая на вопрос, когда же начнется магия, она уже началась, с самого первого слова.

Только лицо Маши расплылось в широкой улыбке, как ее радость прервал Ваня.

— А где располагался поселок?

— В Бермудском треугольнике, — спешно ответил Дима, — только не посреди океана, а между рекой, лесом и пастбищем.

— Не, я не об этом. Интересно, где именно он был? Какое государство? Хотя бы материк назвали бы.

— На самом деле, это не имеет значения. Привязки к месту нет намеренно.

— Почему?

— Так уж вышло, — Николай Михайлович пытался не говорить правды, но и оставить без ответа вопрос студента не мог, — информации об этом нет никакой.

Иван расстроился, что не получил пояснения, но не стал больше заострять своего внимания на этом. Профессор добавил, история эта может быть абсолютной выдумкой, а может быть и реальностью. Ведь в самом начале говорилось об этом.

Глава 3. Встреча

Кузнец Уильям с каждым годом оттачивал свое мастерство. Имя его стало известным, и многие знатные люди приезжали к нему всё с той же просьбой, сделать для них что-то необычное и ценное. Уильям, конечно же, соглашался. К тому же, задумал он сделать для церкви кованую изгородь. Идею эту подсказал Константин. Как-то посещал лекарь священника, увидел, что изгородь нужна. Территория церкви не слишком обширна, но материала необходимо много. Да и денег не хотел кузнец брать за это. Поэтому все накопленные сбережения, которые получал от богачей, тратил на такую благотворительность. Только спустя три года смог Уильям закончить начатое. Священник, как правило, поблагодарил кузнеца за подарок такой. Уильям благодарность принял.

Захотел кузнец рассказать об окончании работ Константину. Пришел в лазарет уже под вечер. Должна была стать эта новость радостной, но особой радости не наблюдалось в глазах Уильяма. Заметил целитель грусть своего товарища, завел разговор.

— Уильям, друг мой, всегда ты был веселым, любил поговорить о работе, о жизни. А сейчас что-то поменялось в тебе? Случилось что?

Кузнец присел на скамейку, которая была поблизости новой изгороди церковной. Константин же стоял рядом.

— Ничего не случилось. Всё идёт, как и прежде, хорошо. Жаловаться грех.

— Но что-то все же тревожит тебя.

— Тревожит одна мысль. Вот мне уже много лет, о семье думаю.

Константин вспомнил, что Уильяму не так давно исполнилось девятнадцать, поспешил уточнить.

— О какой семье? Неужто решил найти своих родных?

— Нет, нет. Найти родных я уже и не мечтаю. Где ж искать их, если не помню я ничего из той жизни. Кузнец стал моей семьей, но и его теперь нет.

Лекарь распознал грусть Уильяма, но настаивать не решился. Если и расскажет, то сам. Кузнец продолжил изливать душу.

— Думал я о том, чтобы девушку хорошую найти, свадебку сыграть, детишек завести. Я вроде не самый ленивый человек. Для дома многое могу сделать. Достаток при моей работе, думаю, всегда будет.

— Посёлок у нас пусть и не большой, но девицы молодые в нем есть. Ты присмотрись к ним.

— Смотрел, встречался с ними, общался. Да не те они. Взгляд их не тот.

— А что взгляд?

— Нет в их глазах искры, которая зажжет пожар внутри меня, словно я кузнечный горн.

Целитель не упрекнул Уильяма ни в чем. Да и не вправе он указывать, как жить. А кузнец быстро засобирался к себе в кузницу. Константин только и успел сказать, что всему своё время, и не стоит торопить события, для которых не наступило нужного момента.

Уильям принял совет.

Шло время. Парень все также отвлекался на работу, но при этом стал посещать таверну поселковую, чего раньше не делал совсем. То раз в месяц придёт, то два. А как распробовал хмельный напиток, так и через день заходил после работы в кузне.

Народ в таверне бывал всякий. Не только разбойники и пьяницы посещали это заведение.

В один из вечеров Уильям один сидел за столом в углу. Как обычно, перед ним на столе стояла кружка с терпким напитком, уже опустошенная наполовину. Разные думы посещали парня. Но вдруг подошел к нему человек и попросил пойти с ним. Не понял кузнец просьбы. С чего бы это ему, кузнецу, следовать куда-то непонятно зачем. Спустя несколько минут сам управляющий таверны, Карл, подошел к Уильяму.

— Вы кузнец Уильям? — худощавый Карл немного пригнулся, чтобы задать свой вопрос. Кузнец в этот момент разглядел его лицо. В голове мелькнула мысль, что управляющий похож на хамелеона, принявшего вид камня.

— Я, — ответил парень.

— С вами хочет поговорить один очень знатный человек.

— О чем поговорить?

— Точно не знаю, но наверняка это касается ваших умений.

— Ну, что ж, ведите.

Управляющий проводил Уильяма в отдельную комнату, где и находился тот самый знатный человек. Им являлся граф Ричард.

Кузнец прошёл в комнату, и дверь за ним закрылась. Управляющий остался снаружи. Перед Уильямом предстал граф, появившись из тени. Кузнец не понял, была ли одежда его богатой или только казалась таковой. Держался Ричард как подобало богатому человеку. Приподнятый подбородок и вытянутая по струнке спина. При высоком росте графа ему приходилось смотреть на собеседника, опуская взгляд. Ничто не давало даже намека на открытость человека, и дальнейшее поведение Ричарда изрядно удивило Уилла.

— Уильям! — как-то радостно начал граф, — знаю о твоих способностях и хочу поручить тебе работу. Заказ будет ответственный. Но не уверен я в правильности своего выбора. Нет, не пойми меня неверно. Ты лучший кузнец в округе…

— Давайте, ближе к делу, — кузнец любил говорить о деле коротко и ясно, — у меня кружка осталась почти полная, — намекнул он, что пришёл отдохнуть.

— Да, конечно.

Ричард достал откуда-то из-под стола кусок серебра и положил перед кузнецом.

— Это серебро? — уточнил Уильям.

— Именно оно. И мне нужно, чтобы ты переплавил его в вот такую штуковину, — на этот раз граф достал пергамент, на котором был чертеж.

Кузнец посмотрел на серебро, затем на чертеж. О чем-то поразмыслил и выдал ответ.

— Сделаю.

— Вот и славно, — Ричард обрадовался, — только я попрошу сделать это сегодня.

— До завтра не ждёт? — возмутился Уильям.

— Дело в том, что я ненадолго здесь. Вот решил навестить своего друга Карла. Но обстоятельства заставляют меня покинуть этот чудесный поселок. Я не тороплю тебя, но если ты войдешь в мое положение и выполнишь просьбу поскорее, то я удвою цену.

— А чего ж не войти в положение, — неспешно ответил Уильям, уже размышляя о процессе переплавки серебра, — можно и поскорее сделать. Только цену не нужно удваивать.

Ричард удивился, услышав слова кузнеца, и немного испугался.

— Может, утроить цену?

— Нет, — Уильям ответил грубо, — договоритесь с Карлом…

— Любая просьба, — перебил граф, — считай уже договорено.

Теперь уже на лице Уильяма появилась гримаса удивления.

— Хорошо. Тогда за свою работу я возьму обычную цену и вдобавок в таверне для меня всегда должна быть бесплатная кружка хмельного напитка, когда бы я ни пришел.

Ричард и Уильям ударили по рукам и договорились о сделке.

Уильям медлить не стал. Вышел от графа и отправился в кузницу. Растопил печь жаркую, которая еще и погаснуть не совсем успела. Время близилось к полуночи. Вышел кузнец на улицу, обратил свой взор на небо.

— Полный диск сегодня. Время ведьм и колдунов.

Уильям не очень верил в рассказы про нечисть, но и совсем не верить в них не мог. Порой чудилось ему что-то необычное, чего объяснить не мог. Да и сны время от времени снились ему загадочные. В них кузнец то с лешим разговор вел, то русалка его под воду утягивала, а однажды и вовсе с чертом дрался. Правда не помнил парень, чем закончилась та битва.

Половину ночи провел Уильям за работой, и заказ выполнил. Медальон получился красивым. Отдал его Уильям на следующий день.

Пришел кузнец в таверну, Ричарда не застал. Хотел выполненный заказ передать через управляющего, но тот отказался брать.

— Не могу я взять такое ценное изделие. Лучше дождитесь графа. Он обещался подойти.

Раз передать не получилось, пришлось Уильяму ждать графа Ричарда. Спросил тут же на месте у Карла о договоренности. Тот уверил кузнеца, отныне в таверне для него всегда будет полная кружка хмельного напитка. Уильям обрадовался такой новости, понял, граф не обманул. Но в этот раз не стал кузнец пить. Сел за стол и просто ждал. Ричард пришел быстро. Увидел кузнеца и снова радостно воскликнул.

— Уильям! Приветствую тебя. Неужто выполнил заказ.

— Конечно, — довольно ответил парень, протягивая серебряный амулет, — вот.

Ричард что-то шептал, когда брал в руки изделие. То ли от радости, то ли наудачу. Уильям не понял этого. Как и обещал граф, его слуга отдал кузнецу вознаграждение за работу. Повторился, что в таверне всегда рады ему. Карл в этот момент кивнул, подтверждая слова графа. В тот же вечер Ричард покинул поселок.

Прошло две недели с того дня. Хоть в таверне кузнец и стал почетным гостем, но все это время он не заходил туда. Не то, чтобы времени не хватало, просто не было желания. Работал он, как обычно, в своей кузнице целый день, а под вечер уходил домой знакомой тропою.

Однажды возвращался Уильям вечером после работы. Не дойдя буквально несколько шагов до дома, встретил парень Софию. Она приходилась сестрой Карла, что был управляющим в таверне. Женщина не молодая, да и не следила за собой настолько, чтобы называться красавицей. Но ценили ее за другие качества. Сама София занималась постоялым двором, который также принадлежал Карлу. Только он не лез в дела сестры. Будучи решительной и умной женщиной, она лучше управлялась. Увидев молодого кузнеца, женщина окликнула его.

— Уильям! Постой! Мне нужно с тобой поговорить.

Посмотрел кузнец на свой дом, развернулся и пошагал навстречу Софии.

— Что случилось? — голос парня был уставшим.

— Да ничего серьезного, — ответила женщина, — брат мой, Карл, просил, если увижу тебя, поинтересоваться, почему ты в таверну не ходишь. Думал он, случилось что-то с тобой. Я ему говорю, как видела тебя как-то, всё с тобой хорошо, но он говорит и говорит, говорит и говорит. Не умолкает ни на секунду. Все тревожится о тебе.

— Наверно, о полной кружке беспокоится.

— Не знаю, о какой кружке он там беспокоится. У меня своих дел хватает. Некогда мне думать о его таверне. Вон сколько народу каждый день приезжает и уезжает. Мест на всех не хватает.

— Так расширяться вам надо бы, — посоветовал Уильям.

— Надо, точно надо, но где ж средств взять на это расширение. Оно ведь немало стоить будет.

— Немало, но окупится вдвойне.

Глаза у Софии загорелись, как услышала про прибыль. А чтобы не подавать виду, перевела тему.

— А ты скоро ль жениться надумаешь? Дочь моя, Мирослава, красавицей выросла.

Уильям уже привык, что его почти все сватают за своих дочерей-красавиц. Вот только не все они красавицы. Так было и с дочкой Софии. Внешность у нее приятная, но характер ужасным выдался. Кузнец думал, как не обидеть хозяйку постоялого двора.

— Знаю твою дочку, — тянул время Уильям, — знаком с ней, да только не мил я ей.

— Как же это не мил?

— А вот так. Другому сердце свое отдала.

— Кому это? — София не знала ничего о том, что говорил кузнец, а Уильям и не говорил правды. Выдумывал он все.

— Так не знаю я, но слышал, молодец добрый, — чтобы отвести от себя подозрения в обмане, парень засомневался, — но это все я слышал от людей. Сам я не интересовался у Мирославы.

— Ох, я ей сейчас… — София даже разговор не закончила и не попрощалась с Уильямом. Исчезла в одно мгновение.

Уильям только и улыбнулся, когда его собеседницы след простыл. Зашел домой, поужинал и лег спать. Но перед тем как уснуть, подумал, что следует наведаться в таверну. Негоже пропадать договоренности.

Следующим вечером кузнец шел домой по той же дороге, но вспомнил о своем намерении посетить таверну. Подходя ближе, заметил парень, что народу не очень много в этот раз. Внутри ничего не изменилось с последнего посещения. Как только Уильям зашел, управляющий тут же заприметил гостя.

— Уильям! Рад видеть, — Карл так громко сказал это, что немногочисленные посетители обернулись и посмотрели на кузнеца. Уильям же в ответ кивнул, здороваясь со всеми, — проходи сюда. Уже заждалась твоя награда.

Кузнец приметил, Карл обратился к нему менее официально, нежели раньше.

— Да не награда это вовсе — возразил Уильям. Хотел он по-тихому провести вечер, посидеть в сторонке, подумать, а управляющий на все заведение раскричался.

— Награда аль не награда, а кружка хмельного напитка всегда полна, — Карл поставил перед Уильямом кружку аккуратно, не пролив ни капли содержимого.

— Спасибо, — кузнец поблагодарил управляющего, но не остался вести задушевные разговоры. Тут же схватил кружку и направился за стол, что в углу располагался. Привычное место. Оттуда и таверна хорошо просматривалась, и никто не мешал. К сожалению, не в этот раз. Только успел Уильям присесть на излюбленное место, как подбежал к нему попрошайка местный. Все звали его Беглый. Имени давно никто не называл, поэтому и не помнил никто. Беглый был шустрым мужичком. Мог выполнять любые поручения за небольшое вознаграждение.

— Уильям, как живешь? Давно тебя не видывал я. По старой дружбе одолжи пару монеток.

Кузнец полез в карман за монетой и попросил, чтобы не беспокоил его больше, хотя бы в этот вечер. Беглый быстрым движением выхватил монету из ладони Уильяма и скрылся из виду.

— Однако, — удивился парень, — просьбы выполняет быстро. Не зря кличут его беглым.

Погрузился кузнец в думы, может, не великие, но важные. Да только не суждено было отстраниться от мира настолько, чтобы обдумать все. Вдруг взгляд кузнеца уловил силуэт девушки. Не смог Уилл разглядеть ее лучше, так как видел только со спины. В таверне, конечно, были девицы, но в основном распутные. Хоть сам Карл и не жаловал их в своем заведении. Внимание Уилла привлекла она тем, что внешность скрыта. Незнакомка подошла к самому хозяину и что-то спросила. Уильям не мог отвести глаз. Рыжие огненные волосы выделялись на фоне темной одежды. Лица не разглядел кузнец. Девушка получила ответ и покинула таверну.

Тут вновь к Уильяму подбежал Беглый.

— Уильям, по старой дружбе, дай монетку.

Посмотрел кузнец на мужичка грозным взглядом. Не выполнил он поручения предыдущего. Уильям опять полез за монетой, придумав уже новое поручение.

— Узнай у Карла, кто была эта девица с рыжими волосами. Только не говори, что от меня.

Беглый схватил монету и рванул сразу же к управляющему. Не прошло и пары минут, как он вернулся и стал рассказывать все, что узнал.

— Значит так, девица эта не местная. Приезжая она. Сегодня и появилась в поселке. Ищет ночлег. Видимо, Софию не нашла, а кто-то подсказал, что можно тут спросить Карла. Вот она и приходила в таверну.

— А зовут как, не узнал?

— Нет, но Карл сказал, направилась девица в постоялый двор, к Софии. Значит, будет там, — с чувством выполненного долга Беглый протянул руку, надеясь, что кузнец наградит его еще одной монеткой.

Уильям и в этот раз отдал мужичку награду.

— Заслужил.

Беглый тут же исчез, как и всегда.

Кружка еще не была опустошена, но парень не стал ждать. Встал из-за стола и направился к выходу. На улице уже стемнело. Осмотрелся он по сторонам. Постоялый двор располагался недалеко от таверны. Идти туда всего-то несколько минут. И уже часть из них кузнец потратил на то, чтобы узнать хоть что-то про незнакомку.

— Зря только время потратил, — раздосадовался Уильям, но все же направился к постоялому двору.

Вдруг женский голос окликнул парня. Уильям остановился и обернулся, но никого не увидел.

— Простите, — теперь голос слышался совсем рядом, — я ищу ночлег, но, кажется, заблудилась.

Уильям снова обернулся и увидел перед собой сказочной красоты девушку. Огненные волосы вновь отвлекали все внимание на себя, но теперь кузнец видел лицо незнакомки. Словно сказочная принцесса прибыла из далеких земель. Все линии ее прекрасного лика говорили об идеальности. Хоть ничего кроме лица и длинных рыжих волос, собранных в нехитрую прическу Уилл не видел. В полутьме не разглядеть фигуры, которая к тому же скрыта под платьем и накидкой. И все же решил кузнец, что все идеально образе в незнакомке. Парень онемел даже и застыл на месте.

— С вами все в порядке?

— Да, — кузнец очнулся от своего временного пребывания в просторах своего сознания, — как я могу помочь?

— Я только сегодня прибыла в этот поселок. Проездом здесь, надеюсь. Мне сказали, где-то здесь я могу разместиться на ночлег, но никак не найду постоялый двор.

— Пустяки. Я провожу вас до места, — Уильям указал девушке направление, куда ей следовало идти и отправился вместе с ней к Софии, — и не страшно вам одной ходить по темным улицам незнакомого поселка?

Девушка не ответила, сделав вид, что не расслышала вопроса.

Несколько минут занял путь до постоялого двора. За это время кузнец узнал, как зовут его новую знакомую, представился и сам. Назвалась она Кристиной. Рассказала, что следует в город, который находится далеко от поселка. А тут оказалась случайно. Судно, на котором она прибыла, торговое. Дальше путь должен был продолжиться по суше. Уильям предположил, что Кристина путешественница. Девушка не подтвердила его мысли, но и не опровергла, сказав лишь, что часто переезжает.

Что-то было во взгляде Кристины. Что-то необычное. Уильям не мог понять, что это такое. Помнил он, как разговаривал с лекарем, как говорил об искре, которая зажжет его душу. Казалось ему в тот момент, искра та и вспыхнула в глазах Кристины.

Кузнец договорился с Софией о ночлеге для девушки. Женщина сразу приметила, как Уильям проявляется интерес к новой посетительнице, поэтому неохотно предоставила комнату. К тому же, шутка кузнеца про жениха ее дочери не пришлась по нраву.

Так началась история любви Уильяма и Кристины.

Все чаще кузнец оставлял свое рабочее место ради каждой новой встречи со своей возлюбленной. Из-за этого не успевал он что-то сделать, выполнить заказ. Некоторые люди стали жаловаться, но жалобы те не были строгими. Девушка же поначалу собиралась уехать, продолжить свой путь, но после решила остаться. Наверное, еще долго бы продолжались встречи их, если б не София. Хоть кузнец исправно оплачивал комнату Кристины в постоялом дворе женщины, но та все чаще и чаще выказывала недовольство, что девушка только зря занимает место.

— Женились бы вы уже, — как-то сказала София, — и мне хорошо, и вам счастье будет.

Свадьба не заставила себя ждать. Весь поселок пригласил кузнец. Прибыли гости из других городов и поселений. Даже знатный граф Ричард, для которого Уильям сделал амулет серебряный, посетил поселок в тот день, пожелал молодоженам счастья и любви на долгие годы. Священник заключил их союз узами брака. Так появилась молодая семья.

А после торжества и праздника началась обычная жизнь. Как выяснилось, родственников у девушки совсем не было. Впрочем, как и у кузнеца Уильяма. Своего прошлого Кристина не раскрыла, часто ссылаясь на отговорки и переходя на общие темы. А кузнецу и не было важно прошлое его суженой. Важней только общее будущее. Все складывалось хорошо. Смогли поселись в доме счастье и любовь, создать уют. Спустя положенный срок появился в семье кузнеца Уильяма ребенок. Нарекли его Генри, в честь старого кузнеца.

***

— Все еще не понимаю, где магия? — практически возмутился Ваня, — а то все эти милости про любовь немного утомили.

— Скоро будет, — спокойно ответил Николай Михайлович.

— Не интересно, не слушай, — в который раз возразила Маша, — вам только и надо, что магия, битвы и смерть.

— А героев прибавилось в истории, — подметил Дима, — вы же говорили, второстепенные персонажи не важны.

Профессор нахмурил лоб, вспоминая, когда это он так говорил. Нужные мысли нашлись быстро.

— Да, верно. Второстепенные герои не так важны в истории этой, но без них все равно никак не обойтись. Вот та же София — женщина средних лет, заведует гостиницей. Персонаж не обязательный, но свою реплику она получила, потому что повлияла на жизнь кузнеца.

— Как и персонаж в таверне? — спросила Маша, — как его?

— Беглый, — помог Ваня вспомнить.

— Да он! — воскликнула Маша, — но прозвище какое-то странное.

— То есть магия тебе не кажется странным? — заинтересовался Ваня.

— Я не про то, — девушка попыталась объяснить, что она имела в виду, но Дима опередил ее.

— Да все поняли. А мне это имя кажется обычным. Раньше и фамилии появлялись так, по прозвищу или по занятию, профессии.

— Верно, — согласился профессор, — но давайте вернемся к истории. На чем мы остановились?

— На том, что у Уильяма и Кристины появился ребенок Генри, — быстро сообразила Маша.

Профессор взял в руки книгу. Показалось, он хотел ее открыть, чтобы посмотреть продолжение истории. Словно забыл, что будет дальше. Но Николай Михайлович просто смахнул пыль и положил книгу на прежнее место.

Глава 4. Темный гость

Жизнь в поселке шла своим чередом. Каждый занимался своим делом, как и положено. Почти год все так продолжалось. Но вот в один из летних дней начали происходить странности.

Пошли слухи, будто в округе появился зверь неведомый. Никто его не видел, но поговаривали, что стали пропадать коровы из стада. И не просто пропадали, а еще находили останки умерших животных.

Кто-то думал, это дело рук обычных воров, которые забирали мясо, оставляя ненужное. Другие решили, что это проделки волков. В основном, так думали охотники. Им нужен был повод заняться своим любимым делом, а если за это им еще и награду дадут, то будет намного лучше. Так и было. Одни искали воров, другие охотились на волков. Но ни те, ни другие не добились нужного результата.

Спустя некоторое время стало забываться произошедшее. Но не тут-то было. Молодой пастух Игнат выполнял свою работу. Был жаркий день, поэтому он спрятался в тени возле леса. Задремал парень ненадолго. Когда очнулся, увидел, стадо ушло дальше, и нужно было его вернуть. Парень сел верхом на лошадь и поскакал к стаду. Вдруг лошадь остановилась, перестала слушаться.

— Что такое? — не понимал Игнат, — давай, вперед!

Лошадь не слушалась. Она топталась на месте. Спрыгнул Игнат на землю. Осмотрелся по сторонам. Никого не увидел.

— Волков зачуяла что ли? — как будто спросил он у лошади, но та лишь ржала, фыркала и мотала головой.

Неожиданно взгляд парня уловил вдалеке человеческий образ. Было не разобрать, кто это. Тем временем стадо уходило все дальше и дальше. Игнату одному уже и не справиться без лошади, а вот вдвоем можно было хотя бы попробовать повернуть стадо в нужную сторону. Парень оставил лошадь и побежал к неизвестному человеку. Не подумал он, что тот второй человек будет без лошади и мало чем поможет пастуху. Приближаясь к незнакомцу, Игнат смог различить, что он стоял на месте и смотрел в сторону леса. По крайней мере, ему так казалось. На человеке был черный плащ, а на голову накинут капюшон, поэтому самого лица парень не увидел. Оставалось всего пара сотен метров до незнакомца, как вдруг из леса выбежали два волка и подбежали к странному человеку. Игнат остановился, как вкопанный. Замер. Около минуты он стоял и наблюдал, как волки петляли около человека в черном плаще. Затем сели перед ним, как послушные собаки, а после сорвались с места и убежали обратно в лес. В этот момент Игнат потер ладонями лицо, думая, все это ему видится. Он снова всмотрелся вдаль, но уже не увидел никого. Человек в черном плаще исчез.

Тут же пастух кинулся к своей лошади. Забыл, что она не слушалась его. А тут еще и вышло, животное подчинилось хозяину. Забыл про стадо парень, помчался к дому. На протяжении всего пути в его голове звучал голос, который повторял одни и те же слова «не говори никому». Встретился ему на пути товарищ.

— Что случилось? — спросил тот, видя тревогу Игната.

Пастух спрыгнул с лошади.

— Ты не поверишь. Слухи про зверя неведомого на самом деле реальны. Видел я сейчас человека в черном плаще. Возле самого леса. Стоял он один, а потом к нему два волка подбежали.

— И что?

— И ничего! Посидели рядом с ним, а после взяли да убежали обратно в лес.

— Может, это собаки были, а не волки.

— Ага, что я волка от собаки не отличу?

— Отличишь, — согласился товарищ, — так, а дальше?

— Я только моргнуть успел, как человек тот растворился.

Игнат стоял испуганный. Руки его дрожали. Товарищ его не поверил парню, решил, тот не в своем уме. Лишь усмехнулся и ушел по своим делам. Пастух же заперся в доме и не выходил оттуда. На следующий день Игнат не появился на работе. Никогда не замечая за ним прогулов, простили парня. Забеспокоились только на третий день. Как это он бросил работу свою, не видно и не слышно. Непорядок.

Пришли к нему несколько человек. Стучали в дверь, в окна. Не открывал Игнат.

— Может, нет его в доме? — предположил один.

— Может, и нет, но нам надо проверить. Не возвращаться же просто так, не проверив.

Нашли способ открыть дверь. Вошли внутрь. Дом пустовал. Пастуха нигде не было.

— Странно. Я ж его пару дней назад видел, — сказал один.

— Так все его два дня назад видели, — напомнил второй.

Обыскали весь дом, все постройки во дворе. Не нашли ни следа. Так и пропал пастух Игнат. Заговорили люди, что на самом деле зверь в округе появился. И на этот раз он охотится не только на животных, но и на людей. Опасаться стали, лишний раз в лес не ходить понапрасну.

Спустя десять дней случилась еще пропажа. Двое лесорубов пошли в лес на работу и не вернулись. Забили тревогу их семьи сразу же в тот вечер. Собрали группу людей, организовали поиски, но только утром. Договорились встретиться ближе к обеду у лазарета, чтобы обсудить действия дальнейшие в случае, если не найдут лесорубов. Половину дня бродили по лесу и не только, но так и не нашли пропавших.

Двадцать человек собрались в условленном месте. Вышел Константин, подошел и кузнец.

— Нет их нигде. Обошли все вокруг, — один из мужиков махнул рукой, думая, все это бесполезно.

— Но как же нам быть? Что теперь делать? — запричитала жена одного из пропавших лесорубов, — как детей растить?

Все промолчали.

— Сегодня до конца дня мы продолжим поиски, раз уже работу бросили, но завтра нужно возвращаться к привычной жизни. У нас у самих семьи. А работать за нас никто не станет.

Пока шел спор, целитель с Уильямом вели свой разговор.

— Странные дела происходят. Люди пропадают, — начал кузнец, — может, правду говорят про зверя?

— Не стану отрицать, — согласился лекарь, — но хотелось бы узнать, кого называют этим зверем. Возможно, это и не зверь.

— А кто?

— Много в мире зла, Уильям. И не все можно объяснить простыми словами, чтобы понятно было каждому. Даже в моей практике бывают случаи, когда приходится прибегать к некоторым хитростям, которые не всегда можно разъяснить.

Задумался кузнец о чем-то своем. Думы его не продлились долго. Снова жена одного из лесорубов запричитала громко. Смотрела она вдаль при этом.

— Гляньте-ка, мы тут уже думаем, пора панихиду заказывать. Беспокоимся, — в этот момент взгляды всех присутствующих устремились туда же, куда смотрела сама женщина, — а они идут преспокойно по улице.

И действительно, двое лесорубов, которых считали пропавшими, шли по улице в направлении к церкви, где и собрались все. Но шли, это преувеличение. Еле-еле передвигали ноги, так как пьяными были.

Оказалось, они после работы решили не идти домой потому, как появился повод провести вечер за распитием хмельного напитка, доставшегося совершенно бесплатно.

После этого все решили, что нет никакого зверя неведомого, который похищает людей. Поговорили, обсудили и разошлись по домам. Вскоре забыли все про исчезновение пастуха. А скот как пропадал время от времени, так и продолжал пропадать.

Но как-то тот самый товарищ пастуха, которому рассказал Игнат о странном человеке в черном плаще, зашел в таверну. Изрядно напился он и громко принялся рассказывать, как пастух перед своим исчезновением поведал ему случай о встрече с неизвестным странником и волками. И вновь поползли слухи по поселку, но уже мало кто придавал им значение. В их числе был и кузнец Уильям. Хотел он расспросить о странном человеке в черном, но тот, кто кричал в таверне о нем, неожиданно исчез. Уильям не испугался такому стечению обстоятельств, но стал беспокоиться за свою семью. Не мог он быть уверен, что человек в черном не придет к нему в дом.

Слухи обрастали новыми событиями. И уже сложно понять, кто говорил правду, а кто сочинял истории для того, чтобы стать известнее. Рассказывали, опасен тот человек в черном плаще. И будто видели, как он убил кого-то. Никто не говорил уверенно об этом, так как доказательства отсутствовали. И все же иногда простому человеку достаточно разговоров, чтобы сформировать свое собственное мнение. Дошло до того, как один уже совсем пожилой дедушка видел что-то магическое на погосте. А когда люди захотели расспросить того старика, то не смогли отыскать его самого. Подумали, это и был тот злодей, держащий всю округу в страхе. Несколько человек даже дежурили на погосте, поджидая неизвестного колдуна. Никого они не поймали, совсем не видели. И этот результат списали на хитрость незнакомца потому, как после снова кто-то как будто видел, что происходило необъяснимое среди могил.

Все эти истории разнеслись по округе за несколько дней.

И пока они передавались от одного человека к другому, колдун на самом деле существовал. Он по крупице создавал свою атмосферу в поселке. Атмосферу страха и повиновения тьме. Ночами на погосте он разговаривал с мертвецами, открывая им тайну своих замыслов. Каждый раз по-новому.

Из-за страшных историй в ночь полнолуния никто не появился на улице. Колдун тем временем на погосте вновь завел рассказ о своем намерении ввергнуть этот мир во тьму.

Он стоял в центре, а вокруг него витали в воздухе духи умерших. Они покорно слушали его речи. Вокруг погоста появлялось легкое свечение, похожее на лунный свет, но вызвано оно магией. Колдун не снимал капюшона, лица его по-прежнему не было видно. Не определить возраста темного мага. Лишь голос слегка хриплый, слегка грубый доносился.

— Этот мир обречен. Мой план идеален, в нем нет ни одного изъяна. Все начнется здесь, в поселке. Сначала он погрузится во мрак, а затем тьма поглотит остальные земли. Люди слишком человечны, эмоциональны. Я ненавижу эмоции! И люди обязаны лишиться их. Все станут моими слугами, слугами тьмы. Словно вирус она распространится повсюду, не оставляя шанса никому. Мир этот погрузится в хаос бесконечный, и я смогу устроить это. И вы все, — колдун указал на мертвецов, — обязаны помочь мне. Ведь мир, созданный тьмой, будет для вас родным домом. Вы сможете больше не прятаться в тени, выходя на свободу только ночью. Весь мир будет сплошной ночью! Исчезнет солнечный свет. Нам он не нужен. Магия сможет сделать мир таким, каким мы захотим сами. Сейчас только я знаю, как совершить это. Но это пока, ведь уже я нашел того, кто станет мне верным союзником. Точнее, ей придется стать союзником, иначе жизнь ее оборвется в один миг, если откажется. Осталось совсем немного, — темный маг сделал несколько шагов, отстраняясь, — как я ненавижу ожидания. Время — самый главный враг, с которым я никак не могу договориться, но даже при этом бывает, что оно играет нам на руку. Вселенная на нашей стороне. Все начиналось во тьме, и все должно закончиться во тьме.

Когда речь подошла к концу, человек в черном плаще покинул погост в неизвестном направлении. Мертвецы вернулись в отведенные им места. Кто-то из них не довольствовался тем, что их тревожат зря. Им порядком надоело выслушивать речи очередного колдуна, пожелавшего захватить этот мир. Немало повидали таких, и пока ни одному не удалось совершить задуманное. Не знали они, что именно этот колдун находился ближе остальных к исполнению намеченного плана.

План был простым.

***

— Погодите, — Дима вновь остановил рассказ профессора, — я понял, колдун будет главным злодеем в истории. У него будет сообщник, и если верно уловил мысль, то это будет женщина.

— Совершенно верно, — отметил Николай Михайлович, — такое чувство, вы как будто знаете, чем продолжится история.

Слова преподавателя не были серьезными. Дима, конечно же, не знал, что там дальше. Он просто хотел разобраться в услышанном, чтобы не упустить чего-то важного.

Профессор не стал томить своих слушателей.

— Забегая немного вперед, хочу сказать, союзник колдуна знала о том, что ей предстоит согласиться на что-то важное. Она знакома с темным магом давно. И его появление не стало для нее неожиданностью. Но согласившись заранее, если так можно сказать, на преступление, сообщница не была уверена, точней, совсем не знала, что ей предстоит сделать. Именно поэтому, сейчас я об этом и поведаю вам.

— А как же план? — напомнила Маша, — вы остановились на нем.

— Колдун часто его повторял самому себе, хоть и знал наизусть, поэтому повторяться не будем. Расскажу о нем в диалоге двух союзников. Так мы и время сэкономим немного.

***

Как уже стало известно, в поселке у колдуна имелся союзник. Получилось так, что об истинных планах темного мага тот союзник не знал. Но пришла пора приоткрыть завесу тайны.

Однажды хмурым вечером кузнец возвращался к себе домой. Шел он обычной тропой, думая о семье. Дома его ждала жена и маленький сын. Генри вот-вот должен был исполниться год. Уильям как раз выполнил один очень важный заказ, от этого радовался он и хотел поскорей поделиться радостью с близкими ему людьми. Дорога от кузни до дома занимала не слишком много времени, но и не так мало, чтобы в одно мгновение оказаться у порога собственного дома. А еще по пути если кто встретиться, захочет поговорить, то вообще время пути возрастало в два раза. Отказать Уильям никому не мог, тем боле, что чаще всего разговоры эти сводились к одному, а именно к новым заказам.

Тем временем, пока кузнец шел домой, жена его, Кристина, принимала гостя. Гость тот был непростым. Им оказался тот самый человек в черном плаще, колдун. Оказалось, Кристина была ведьмой злобной, за которой тянулся след беды и разрушений. Она хоть и знала, что колдун объявился в округе, но появление мага в собственном доме никак не ожидала так скоро. Волновалась Кристина, понимая, должна будет сотворить ужасное.

Колдун занял место у стола, стоявшего возле окошка. Девушка расположилась напротив собеседника своего.

— Пора воплотить мой замысел в жизнь, — начал колдун свою речь, которую отчасти уже слышали мертвецы с погоста, — я долго ждал нужного момента. Пророчество должно свершиться. Знаю, ходит много слухов обо мне в поселке. Можешь им верить, можешь не верить. Неважно. Ты обязана пойти со мной по пути пророчества. Этот путь истинный, иного нет.

— Знаю, согласилась на это давно, но хочу спросить, что будет со мной, с моей семьей после? — Кристина была ведьмой, но проводя больше времени среди обычных людей, а не с нечистью, Кристина стала человечнее, чем раньше. Теперь она не та злобная и безжалостная бестия, которая могла с легкостью разрушить деревню, наслать порчу на людей и выпить их жизни, как вино.

— Если ты выполнишь мои поручения, как следует, то все останется, как есть, — слова колдуна звучали твердо, но верить им не следовало бы девушке.

— Тогда я согласна.

Коварная улыбка колдуна скрыла в себе истинное значение этих слов соглашения. Маг принялся в очередной раз рассказывать свой план, но теперь его слушала живая собеседница.

— В ночь полнолуния мы проведем обряд, как велит пророчество. Дитя примет великий дар. Кровь оборотня и кровь вампира обладают огромной силой. Мной добыты они много лет назад. Ради них я посещал далекие земли, преодолевал трудности, которые под силу только мне. Твое дитя…

Вдруг Кристина дрогнула. Она согласилась участвовать в обряде, думая, колдуну нужна лишь ее сила ведьмы. Девушка не предположила, что коварный маг потребует еще что-то от нее. И уж совсем не думала, что ее сын станет тем ребенком, которому суждено принять великий дар.

— Мое дитя? — робко почти дрожащим голосом спросила Кристина.

— Да, ребенок мужчины-человека и ведьмы. Только он способен стать избранным. Я ждал этого момента много лет. Из всех ведьм, с которыми я заключал соглашение, добиться желаемого удалось лишь тебе одной.

В этот миг Кристина растерялась, не понимала, как ей быть. Она все же является ведьмой, порождением темной силы. Может, ей суждено стать матерью того, кто будет управлять миром, когда тьма поглотит все вокруг. Человечность девушки ушла на второй план. Мрачные мысли подступили ближе.

— Выходит, я стану важной персоной в новом мире?

— Так и есть, — колдун подталкивал Кристину ближе к краю пропасти, из которой она уже не сможет вернуться к себе прежней.

— Это очень интересно. Мне нравится. Спустя столько лет издевательств и скитаний, я наконец-то смогу занять свое почетное место.

— Конечно.

Пока колдун и ведьма обговаривали детали обряда, кузнец добрался до дома. По дороге встретился ему цветочник, у которого Уильям приобрел букет полевых цветов для суженой своей. Подошел Уильям к калитке, и тут его посетила мысль, чтобы разыграть Кристину. Решил подкрасться поближе, подсмотреть, где находится Кристина и, возможно, выпрыгнуть и напугать. В мыслях Уильяма задумка выглядела так ярко и смешно, что показалась ему интересной. Пригнулся кузнец заранее, аккуратно приоткрыл калитку, прошел и прикрыл ее за собой. Почему-то решил Уильям, что жена его за столом сидит. Осторожно подкрался и заглянул внутрь. Так и есть. Увидел он, как Кристина сидела за столом, но взгляд уловил еще одного присутствующего. «Что это еще за гость такой?» — спросил себя кузнец, и вновь заглянул внутрь дома. Присмотрелся и понял, гость одет в черный плащ, на голову накинут капюшон, и лица не видно совсем. Также обратил внимание Уильям на стол. Не накрыт он вовсе. «Как это жена гостя принимает, а стол не накрыла? Наверно, меня дожидается. Эх, какая умница», — думал кузнец, но все равно не решался войти в дом. Как будто не нужно этого делать ему. Уильям принялся думать, кто это к нему мог прийти. Все ведь знают, кузнец в кузне находится весь день. Зачем домой наведываться по делам. Появились подозрения, будто Кристина без ведома мужа что-то затевает. Уильям вновь приблизился к окну, на этот раз чтобы подслушать, о чем ведут разговор в доме за столом. К сожалению, не вышло ничего. Словно окно было не окно вовсе, а стена звуконепроницаемая.

Не стал больше думы думать Уильям. Встал в полный рост и направился к двери.

— Что ж это, гость есть, а хозяина нет, — и дернул дверь на себя, а дверь не поддалась. Удивился Уильям, — не понял. Как это?

Изнутри эта дверь никогда не запиралась. Не было никакого засова на ней. Уильям еще раз дернул дверь. Опять не поддалась.

Неожиданно появилась у кузнеца навязчивая мысль, что не нужно тревожить разговор этот. И гостя странного вовсе нет в доме. Стал думать Уильям о кузне, как забыл проверить печь, как заказ нужно срочно выполнить важный, да к тому же не помнил он, дверь закрыл иль не закрыл.

— А чего это я? Совсем забыл про печь.

Развернулся и пошагал обратно в кузню. Что он там делал, сам Уильям не помнил. Вернулся домой поздно, когда уже Кристина спала. Про гостя в голове не осталось ни единой мысли, как будто и не существовало его. Кристина, конечно же, скрыла от мужа все произошедшее в тот день. Она сама не знала, как Уильям приходил вечером. Думала, как обычно задержался допоздна.

Не подозревал кузнец, что жена его на самом деле ведьмой обращается и может злодеяния творить. Истина скрыта от него. И в тот хмурый вечер был Уильям очень близко к разоблачению, но что-то странное оттолкнуло его. Настоящая личность Кристины по-прежнему оставалась тайной для кузнеца. Как было тайной то, что собрались сделать колдун и ведьма в ночь полнолуния. Обряд являлся особенным событием. Темный маг не мог допустить, чтобы кто-то помешал ему в осуществлении плана. А луна тем временем как раз входила в нужную стадию своей тихой жизни. До тех пор оставалось еще несколько дней и ночей.

***

— Колдун и ведьма сговорились провести обряд. Это ожидаемо. Такие персонажи всегда затевают что-то недоброе, — подытожил Ваня, дослушав профессора и предположив, что это конец действия.

— Всегда или не всегда, но в этой истории именно они являются видимыми злодеями, — дополнила Маша.

— А есть еще и невидимые? Это как вообще? — Ваня решил пошутить, но вопрос оказался уместным.

— Есть и такие, — ответил Николай Михайлович, — и в этой истории они также могут появиться. Для этого нужно продолжить ее.

Профессор уже довольно долго рассказывал историю, но никто из его слушателей даже намека не подавал, что хочет куда-то отлучиться. Это радовало его и позволяло думать, рассказ на самом деле увлек ребят очень сильно.

Глава 5. Обряд

Ночь полнолуния пока еще не наступила, но уже близилась. Был вечер. Уильям в этот раз задержался в кузне. Снова решил работать допоздна, чтобы успеть выполнить важный заказ для одного особенного богатого человека. Он уже думал, как отправится домой, а там, дома, его ждут жена и сын. Все как обычно. От этого работать было одновременно и легче, и тяжелее.

Тем временем Кристина готовилась к обряду. И вся подготовка сводилась к тревоге и переживаниям. Пусть девушка и была ведьмой, но подвергать своего ребенка неизвестному испытанию она не хотела. Боялась. В голове путались мысли, как переиначить все, и возможно ли это. Она дала свое согласие, а означало это только одно. Кристина обязана выполнить обещание, в противном случае вся ее жизнь и жизнь тех, кто рядом с ней, превратиться в кошмар. И это только в лучшем случае. В худшем — всех ждет смерть. Конечно, девушка размышляла и о том, что обряд сотворит с Генри что-то неизвестное. Сделает его кем-то великим в мире нежити, да и во всем мире. Точно, кем станет ребенок, молодая мать знать не могла. Колдун не раскрывал этого секрета, давая лишь общие ответы, которые больше походили на отговорки. Все эти слова о величии ребенка в будущем могли оказаться лишь уловкой.

Понимая, что Уильям может вернуться в любую минуту, Кристина взяла ребенка на руки и покинула дом, закрыв за собой дверь. Путь до погоста, где колдун ждал ведьму и готовил все необходимое для обряда, был неблизким. Почти две с половиной версты нужно преодолеть, чтобы добраться до места назначения. Причем треть пути пройти было проще, так как это тропа до колодца. Дорога была прямой и ровной до него, ведь люди сюда часто приходили. Поэтому и сделано все для удобства. Далее тропа превращалась в серпантин, уходя вверх по небольшому, почти пологому склону. И этот участок преодолевать становилось сложнее. Только за половину версты до погоста подъем сменялся спуском, а тропа вновь распрямлялась.

Кристина с ребенком на руках шла по поселку. Другой дороги ведьма не знала, хоть и прожила в этих местах уже довольно много времени. Но, как говорят, на погост дорога одна, поэтому искать обходные пути было напрасно. Спрятав лицо под легкой накидкой, чтобы не привлекать внимания, девушка совсем забыла про заклинания. Она не помнила, когда пользовалась ими в последний раз. Проще было бы спрятать себя в сумерках от глаз посторонних с помощью заклинания.

Кристина проходила мимо постоялого двора, где раньше снимала ночлег. Она бросила взгляд в сторону двери, как вдруг дверь открылась. На пороге показалась София, хозяйка двора. Женщина держала в руках метлу. Не обращая внимания на прохожих, смела грязь с порога. Ведьма прибавила шаг. Из-за спешки девушка споткнулась обо что-то мелкое, но звук оказался звонким. Он то и привлек Софию, только на мгновение. Кристина не остановилась. Так она еще больше притянула бы к себе посторонние взгляды. А они совсем не нужны ей в этот вечер. Хозяйка постоялого двора вернулась к себе.

Поселок сменился открытым полем. Кристина почувствовала, как отдаляется от всего людского, переходя под покров тьмы. Стихали звуки.

— Сейчас будет легче, — сказала ребенку девушка, чтобы успокоить не только его, но и себя тоже.

Генри не беспокоил мать, вел себя спокойно и не доставлял неудобств Кристине. Казалось, он спал, но всю дорогу к погосту мальчик смотрел по сторонам, как будто запоминая все вокруг.

Кристина уже прошла серпантин. Оставалось немного. В этот момент Уильям вернулся из кузницы домой. Он, как всегда, был радостным и оптимистичным, но уже подходя к дому, заметил, внутри темно. Нет даже малейшего намека на свет лампады. В памяти его стали возникать какие-то обрывки видений, где он также подходил к дому, но после произошло какое-то странное событие. Что это было, не помнил Уильям.

Он увидел запертую снаружи дверь. Все равно вошел в дом, осмотрелся. Убедился, никого нет. Размышлять, как быть, где искать, куда идти Уильям не стал. Он мгновенно выбежал на улицу и осмотрел двор. Ни Кристины, ни Генри во дворе не нашлось. Снова не теряя времени, кузнец отправился дальше, расширяя зону поиска. Уильям так быстро шел, почти бежал, что тревожные мысли еле успевали за ним. По мере того, как обходил улицы, кузнец расспрашивал об Кристине всех, кого встречал. Никто не видел ее и ничем не мог помочь кузнецу. Никто даже не изъявил желания отправиться на поиски вместе с ним. Уильям потратил много времени, чтобы осмотреть как можно больше возможных мест, где могла быть его жена.

— Куда же ты ушла? — задавался вопросом кузнец каждый раз, как останавливался, выбирая дальнейший путь. Вспомнил он про Константина, — возможно, Генри приболел, и Кристина в лазарете.

Через несколько минут Уильям уже оказался там. Целитель, к сожалению, только развел руками. Не видел он Кристины. И рад бы помочь другу, предложил отправиться с ним, взять с собой еще людей, чтобы охватить большую площадь. Да только кузнец отказался почему-то, а Константин не настоял на помощи.

Спустя пару часов Уильям шел расстроенный и поникший. Улицы уже полностью опустели. Лишь кто-то случайный проходил где-то вдалеке. Было бы совсем темно, но в небе висела полная луна, своим блеском освещала округу. Оттого и образы людей различимы в полутьме. Кузнец проходил мимо постоялого двора, и на его счастье София еще не спала, снова вышла на улицу. Увидела она парня молодого, поздоровалась.

— Здравствуй, Уильям.

— Вечер добрый, — голос кузнеца выдавал его грусть.

— Что случилось? Заболел? Или еще какое несчастье? — поинтересовалась женщина.

— К счастью, я здоров, — успокоил Уильям, — но…

— Но что? — схватилась за слово София, желая узнать подробности.

— Жена моя пропала, — тут кузнец засомневался, — или не пропала. Может, просто куда-то пошла, не сказав мне. Да только поздно уже, а дома ее нет. И ребенка нет. Она его с собой забрала.

София выслушала Уильяма внимательно, переводя взгляд лишь для того, чтобы посмотреть на дверь.

— Пропала? — женщина вспомнила, как видела девушку, проходящую мимо. Она не могла быть уверенной, кто это, но сейчас, когда кузнец сказал о пропаже своей жены, у Софии появилось предположение, — конечно, это не точно, но некоторое время назад я выходила на улицу, вот как сейчас, и краем взгляда видела девушку. Она шла вон оттуда, — женщина указала в одном направлении улицы, — вон туда, — теперь указала в другом направлении, где была тропа к колодцу и погосту.

— Это была Кристина? — с надеждой в голосе спросил кузнец, как будто прослушал половину из того, что сказала женщина.

— Не уверена, но ты бы сходил к колодцу. Кто знает, может она там.

Уильям снова не стал размышлять и задерживаться. Тут же последовал совету и отправился к колодцу.

София проводила взглядом парня, который уже через минуту исчез в темноте.

Кристина, придя на погост, увидела колдуна. Он стоял возле каменного валуна, аккуратно срезанного чем-то. Камень напоминал стол. Поверхность его была гладкой и ровной. На нем темный маг поставил две чаши, наполненные кровью. Здесь же лежала книга заклинаний, открытая на нужной странице.

Как только колдун заприметил ведьму, сразу привлек ее внимание.

— Наконец-то, ты здесь. Все уже готово для обряда.

Кристина не боялась, но вела себя осторожно. Подошла ближе и остановилась в нескольких шагах от темного мага.

— Не бойся, не бойся, — колдун увидел робость сообщницы, — тебе не грозит опасность, — тут он понял, ведьма не за себя переживает, — и твоему ребенку тоже ничего не грозит.

Щелчком пальцев человек в черном плаще зажег свечи. Их Кристина не рассмотрела в первые минуты пребывания на погосте. Казалось, свечи расставлены повсюду. Взгляд не улавливал место, где бы их не располагалось. Кроме колдуна и Кристины с ребенком на погосте не было никого. Но темный маг щелкнул еще раз пальцами, произнося какие-то странные слова еле слышно. Ведьма понимала, это заклинания, но их разобрать она не могла. Ее внимание отвлекалось то одним, то другим. В этот раз за спиной Кристины появились мертвецы. Они ждали момента, когда маг их призовет.

— Зачем они тут? — спросила ведьма, как будто испугалась непрошеных гостей.

— Это просто наблюдатели. Они не участвуют в обряде. Не вежливо хозяйничать в чужом доме. Пусть хотя бы смотрят, как рождается наш новый мир.

Кристина прижимала дитя все сильней и сильней, но настал миг отдать его колдуну. Маг медленно протянул руки, предлагая передать ребенка. Девушка замешкалась. До сих пор ее выбор не сделан, но темная сторона манила своей силой и свободой. Кристина закрыла глаза и отдала Генри.

Колдун взял ребенка, поправил одеяло, в которое тот был завернут.

— Славное дитя. Ничего не бойся. С тобой не произойдет ничего плохого. Ты просто станешь сильнее, умнее, величественнее всех.

Умолчал колдун о многом. Сделал это намеренно, чтобы Кристина не наделала глупостей. Поднес маг ребенка к месту проведения обряда и положил его на камень.

— Что дальше? — спросила Кристина, подойдя ближе.

— Дальше нужно провести обряд. Всего-то.

Колдун взял чаши с кровью и передал их ведьме. Объяснил, сначала нужно использовать чашу с кровью вампира, а затем с кровью оборотня. Сам же еще раз проверил заклинание. После чего принялся его читать. Маг произнес всего несколько слов, и тут же в небе появились тучи. Они заслонили звезды, но оставили луну. Ее блеск отразился в глазах темных слуг. Ближе подступили тени мертвецов. Колдун указывал Кристине, когда следует применить чаши. Обычно в этот миг хриплый и грубый голос колдуна становился громче. В небе зарождалась гроза. Раскатов грома слышно не было, но молнии сверкали чаще и чаще. Казалось, они вот-вот все вместе ударят в землю.

После применения второй чаши ведьма уже не сомневалась ни в чем. Тьма вновь заполнила ее разум, убив все человеческие эмоции, коим является и сомнение. Колдун же продолжал читать заклинание. Порой огонь горящих свечей становился сильнее. Тени мертвецов окружили место проведения обряда, тем самым ограждая от непрошеных гостей. Голос мага усиливался с каждым словом к концу заклинания, и когда настала кульминация, молния ударила в землю рядом с ведьмой. Свечи погасли. Наступила тишина. Луна на мгновение скрылась за тучей. Тьма воцарилась на погосте. Мертвецы еще несколько секунд парили в воздухе, а затем растворились в темноте. Небо вновь стало ясным. Появилась луна, заблестели звезды.

— Что здесь происходит? — возмутился кузнец, когда увидел происходящее.

Да, он опоздал. Обряд уже окончен, и Генри принял великий дар тьмы.

Уильям, узнав от Софии, что его жена, возможно, отправилась к колодцу, последовал туда. Он быстро добежал до места, но не обнаружил Кристины. Пару минут парень думал, что делать дальше. Везде он искал. Как вдруг тучи заволокли небо, собиралась гроза. Оставалась последняя идея в голове кузнеца. Если София все же видела девушку, похожую на Кристину, и она пошла по этой дороге, но у колодца никого нет, то далее тропа вела к погосту. Вспомнил Уильям слухи и истории о человеке в черном плаще, которые народ рассказывал. Он ведь на погосте обитал ночами.

— Может, он обманом заставил Кристину прийти ночью на погост?

Вопрос остался без ответа, и Уильям побежал туда, где еще не искал. По дороге тропа под ногами то исчезала во тьме, то становилась ясной и отчетливой, словно светилась сама. Кузнец не обращал на это особого внимания. Главное было добраться поскорей.

И вот увидел Уильям, как возле большого камня стоял человек в черном плаще. Рядом находилась Кристина, чей лик не был похож на лицо прекрасной девушки. Младенец Генри лежал перед ними. Как только Уильям задал свой вопрос, Кристина вновь приняла образ милой девушки, какой была прежде. Она бросилась навстречу кузнецу, чтобы уберечь его от колдуна.

— Уильям, уходи! — крикнула девушка, но вдруг ее голос пропал. Она что-то пыталась сказать, но только шевелила губами. Слов не слышно.

Кристина схватила руками мужа, не давая ему пройти дальше. Конечно, кузнец не имел такой силы, чтобы справиться с ведьмой, но Кристина не применяла своих чар, поэтому Уильям легко освободился от цепких ее рук. Взгляд кузнеца был устремлен на колдуна.

— Что ты сделал?

Темный маг молчал, делая паузу.

— Я спрашиваю, что ты сделал с моим сыном?

— Только то, что должен был, — спокойно ответил колдун, — пророчество обязано свершиться. И никто, а тем более ты, не в силах помешать этому.

Уильям старался держать себя в руках. Он видел, что Генри лежит в шаге от колдуна. Надеясь, спасти дитя, кузнец думал, как быть, ведя разговор.

— Что это значит?

Темный маг знал, отпускать кузнеца нельзя. Теперь у него только один путь, поэтому захотел рассказать все. Однако, в последнюю секунду передумал.

— Это значит, что Генри станет великим, — только это произнес он.

Уильям больше не мог сдерживаться. Он быстро, как только мог, подбежал к колдуну и ударил, что было силы. Темный маг принял удар и сделал вид, что этот удар сильный. Тогда кузнец решил не медлить и нанес еще один удар, затем еще и еще до тех пор, пока рука могла бить. Колдун не предпринимал никаких действий. Кристина словно остолбенела, стояла поодаль.

Сил больше не осталось. Кузнец понял это и решил схватить ребенка, чтобы убежать прочь. Колдун распознал замысел этот. Он преградил путь Уильяму и нанес один удар. Парня отбросило как раз к ногам Кристины. Девушка присела рядом с Уильямом, приводя его в чувство. Колдун щелкнул пальцами, и к ведьме вернулся голос.

— Уильям, милый. Очнись!

Кузнец начал приходить в себя.

— Как… как же ты могла? — слов его почти не разобрать, — как ты могла предать меня? Зачем отдала сына?

— У меня не было выбора, — оправдывалась ведьма, — это было решено давно. Так суждено. Прости, что скрыла от тебя свой истинный лик, но я слишком долго жила в одиночестве. И впервые за много лет полюбила, тебя полюбила, Уильям.

— Полюбила? — кузнец попробовал встать, отказываясь от помощи Кристины, — о какой любви ты говоришь? Ты — ведьма! Как ты можешь что-то чувствовать? Все, на что ты способна, это нести зло в этот мир. Посмотри, что ты наделала.

— Я виновата, — не отрицала Кристина, — но я хотела, как лучше. Прости меня за это.

Устав слушать бессмысленные разговоры, вмешался колдун.

— Пора решать проблему.

Конечно, он имел в виду, что пришла пора убить кузнеца. Иного выхода он не видел. Это понимала и Кристина. Уильям осознал свою участь и был готов принять смерть, но все же не без боя. Он, еле передвигая ноги, шел к колдуну.

— Ты всего лишь нечисть. И против тебя у меня есть сила, — Уильям рукой попытался нащупать нательный крестик, но обнаружил, что его нет. Тогда кузнец решил пойти от обратного, и пригрозить другим способом, — у тебя свои демоны в подчинении, у меня свои.

— Ты думаешь, что силен, но это не так. Ты думаешь, что, разбудив своих демонов, станешь сильнее, но это не так. Ведь твои демоны, это мои слуги! И если я захочу, а я захочу, то они тебя в одно мгновение убьют!

— Не надо! — Кристина подбежала к Уильяму, еле стоящему на ногах, — не нужно убивать!

Ведьма встала на защиту кузнеца.

Колдун уже сжал кулак, в котором собралась мощь тьмы. Эта мощь способна не просто убить человека, но и обречь душу на вечное пребывание в подчинении темного слуги. Кристина обняла Уильяма, и маг расслабил кулак, а вместе с тем и сила угасла.

— Человечность. Как я ее ненавижу, — колдун разозлился, но взглянул на Генри. Обряд уже закончен. Теперь обратить ничего нельзя. Решил он, пусть ведьма сама решит, как поступить с кузнецом, но оставил за собой право последнего слова, — так и быть, уступлю.

Кристина попросила Уильяма не вступать в бой с колдуном. Ведь это бесполезно. Оставить кузнеца в живых все же она не могла. Перед ней стоял сложный выбор, но решение она приняла быстро. Ради спасения жизни своего любимого Кристина попросила колдуна не убивать его. Темный маг согласился, пойдя на уступки, ожидая иное предложение, как поступить с кузнецом. Ведьма решила и эту проблему.

— Прости, Уильям. Такова моя природа. Я ведьма, и должна следовать зову тьмы. Если бы ты не пришел сюда, никогда не узнал о том, что произошло. Мы бы продолжали счастливо жить.

— Жить во лжи, это ты называешь счастьем?

— Весь мир — одна сплошная ложь. Мы хотим вернуть истину, возродить мир таким, каким он должен быть.

— А я стал непрошеным гостем на вашем балу тьмы.

Кристина еле сдерживала слезы. Она хотела защитить Уильяма, но в этот миг не забывала о будущем своего сына. И если сейчас поддаться эмоциям, спасти кузнеца, то они оба погибнут.

— Ты уснешь на долгие годы. Это лучше, чем умереть от руки колдуна. Поверь мне. Так останется надежда, пусть малая, но она будет. Прости.

Кристина произнесла заклинание, которое превратило кузнеца в статую железного рыцаря. В этом обличии он должен был просуществовать вечность, надеясь, что однажды что-то изменится.

Так и сделано было.

Колдун убедился, что ведьма избавилась от кузнеца.

— Теперь нам остается ждать, когда дитя осознает свою роль. Опять ожидание. Как я его ненавижу. Время мой главный враг.

Кристина взяла ребенка на руки и отправилась домой. С помощью еще одного заклинания она переправила заколдованного Уильяма. Статую железного рыцаря девушка поставила в подсобном помещении кузни. Там было много разных поделок кузнеца. Никто не понял бы, что в железном обличии заколдован сам мастер. Так и окончилась жизнь кузнеца. Добрым был он молодцем, но судьба его сложилась так, что счастье оказалось недолгим. Да и было ли оно счастьем, не понятно.

***

— Как ведьма может быть и злой, и доброй одновременно? — попросил разъяснить Ваня, — точней, то доброй, то злой. Потом опять доброй, а затем снова злой… и опять доброй.

— Мне тоже интересно узнать, — поддержал Дима, — обычно если злая, то это ведьма, колдунья, а если добрая, то это какая-нибудь волшебница, фея. Здесь же путаница выходит. Кристина как будто не может определиться, кем быть. Странно это, и не совсем укладывается в голове.

Николай Михайлович вздохнул. Интерес слушателей придавал ему уверенности в том, что история им интересна. Однако, наводящие вопросы требовали слишком точного разъяснения. Иногда самому профессору хотелось верить, что его рассказ являлся сказкой, чтобы он мог списать многое из происходящего на магию или неточность в повествовании. В случае с ведьмой все же объяснение было.

— Ведьма ассоциируется у нас с кем-то злым, нехорошим. Обычно так и бывает. Даже если этот персонаж творит добрый поступок, то следующий становится злым. Кристина — молодая девушка, которая не знала иной жизни, кроме жизни ведьмы. Так было до встречи с кузнецом. Люди говорят, любовь обладает великой силой. Она способна творить чудеса, перевернуть весь мир. Так и вышло с Кристиной. Ее мир перевернулся с ног на голову, а может, как раз-таки совсем наоборот. Впервые в жизни она почувствовала любовь. Узнала, как это быть любимой кем-то. В поселке в ней не видели угрозу, как было в других местах. Конечно, иногда она слышала недобрые завистливые разговоры людей. Ей хотелось изжить их со свету, навести порчу, проклятие. И могла сделать это с легкостью. Как тот колдун, всего лишь щелкнуть пальцами. Однако, любовь кузнеца не давала ей сделать глупость такую. Любовь сделала из ведьмы человека, но не совсем. Только отчасти. Темная сторона Кристины уснула на время, но не исчезла. Колдун своим появлением пробудил тьму. И тогда свет и тьма, живущие в Кристине, стали бороться за нее. Эта борьба происходит в каждом из нас постоянно. По ходу сюжета бывали моменты, когда одолевала тьма, но случалось и так, что преобладал свет. Этим и объясняется поведение Кристины.

— Все равно как-то запутанно. Проще воспринимать ведьму злой. И ее поступки не ясны. То она отдает ребенка колдуну, но потом спасает кузнеца. Зачем?

— Хорошо. Пойдем другим путем. Да, Кристина отдает ребенка, чтобы колдун провел обряд. И это подтверждает ее статус ведьмы. Пусть она и колеблется с решением, но тьма побеждает здесь. Потом появляется кузнец, и девушка хочет уберечь его от смерти. При этом перед самой ведьмой стоит выбор: поддержать кузнеца или колдуна. Кристина, возможно, приняла единственное верное решение в сложившейся ситуации. Мы видим, поступки Кристины добрые. Но если присмотреться, что мы назовем добром? Ребенок принял великий дар тьмы и еще сыграет пока что неизвестную нам роль в истории. Кузнец превратился в железную статую. Сама Кристина потеряла любовь. Что если это только меньше из зол? Прими девушка другое решение в ключевой момент, и все станет иным. Если бы она вступилась за кузнеца сразу же, то это повлекло бы за собой смерть. Ее смерть. Сработал обычный инстинкт самосохранения.

— Получается, Кристина в первую очередь спасала себя, а только потом кузнеца?

Профессор лишь развел руками, не давая точного ответа. Ведь каждый должен понять что-то свое. Истину можно трактовать по-разному, и она все равно останется истиной.

— Хорошо, — влезла Маша со своей репликой, — с Кристиной разобрались, хоть мне, например, были ясны причины ее поведения. Мне интересно другое, почему никто из жителей поселка не помог Уильяму в поисках? Он же добрый парень, отзывчивый, всем помогал всегда, а они вот так бросили его в трудную минуту.

— Кроме лекаря, — подметил Иван.

— Да, кроме него.

Николай Михайлович улыбнулся, ведь ответ лежал на поверхности. Нужно было всего лишь быть немного внимательнее.

— Как было сказано, в поселке ходили слухи, что в округе появился странный человек в черном плаще. Различные страшные истории придумывал народ. И мало кто задерживался вечерами где-то. Все старались находиться дома. Боялись люди. Не верили, но боялись. А тут как раз ночь полнолуния. Еще больше опасности.

— А почему Константин не испугался? Он что, заговоренный?

— Об этом вы узнаете чуть позже. Объяснение обязательно будет.

Получив ответы, ребята на несколько минут притихли. Никто не просил продолжить историю. Казалось, каждый из них обдумывал что-то, пытаясь разобраться, может, в истории, а может в себе.

Глава 6. Пустая могила

Только спустя день Кристина забила тревогу. Обратилась она ко всем людям с просьбой отыскать кузнеца.

— Пропал он, наверно. Сутки прошли, как нет его ни дома, ни в кузне, — говорила она всякому, кого просила о помощи.

По-разному реагировал народ. Кто не обращал внимания, ведь таилась злоба на девицу, потому как не местная она. Приехала невесть откуда и самого славного парня захомутала. Кто-то усмехался, ведь только недавно сам кузнец искал Кристину. Советовали такие люди разобраться им самим в семье, не выносить на людское обозрение проблемы. Бывали и такие, кто, услышав только об исчезновении Уильяма, бросали свои дела и отправлялись на помощь. Кристина всего лишь сделала видимость суеты, переживаний, чтобы народ увидел ее правильное поведение. Это понадобилось, дабы отвести подозрение от себя.

Не забыла девица и о Константине. Он был другом Уильяму. Встречаться с тем, кто хорошо знал кузнеца, Кристина не хотела. К тому же чувствовала она, лекарь был непростым, что-то скрывал. Понадеялась ведьма, что встреча продлится недолго. Так и получилось. Выждала момент и подкараулила целителя возле лазарета.

— Доброго дня, — обратилась она, никак не обозначая целителя.

— Доброго дня, Кристина.

— Горе случилось в нашей семье.

— Что произошло? — чувство тревоги тут же охватило самого Константина, хоть он еще и не узнал самой вести.

— Уильяма нет нигде. Вот уже целый день ищу его, да только не ведает никто, где может быть мой суженый.

Вспомнил целитель, как кузнец обращался к нему за помощью в поисках Кристины. Не упустил момента и спросил об этом у девицы.

— Так он же сам тебя искал. Как раз день и прошел с того вечера.

— Искал меня? Но я никуда не отлучалась из дому. Каждым вечером жду его. У нас маленький ребенок. Куда мне с ним уходить? К тому же так надолго, чтобы Уильям искал меня по всему поселку.

— Значит, что-то случилось с ним. Возможно, это проделки чьи-то.

Кристина не решилась долго вести разговор. Слишком подозрителен он был. Под предлогом невнятным убежала.

Тем не мене мысль о чьих-то хитрых злобных проделках не покидала Константина. Стал он думать об этом. Ночь полнолуния. Слухи о человеке в черном плаще. Не иначе колдун на самом деле объявился в округе. Зря он все это время оставался в стороне.

Все догадки эти только усилились, когда тело кузнеца нашли охотники в чаще лесной. Не обратили внимания те охотники на место находки своей. Вокруг ведь никаких троп не наблюдалось, даже следы самого кузнеца отсутствовали. Ближе к вечеру доставили его к Кристине. Ведьма не скупилась на слезы и переживания. Играла свою роль превосходно. Люди верили ей, а чего ж не верить, когда вдова горюет о своей утрате. Никого не подпускала ведьма к телу усопшего. Сказала, сама управится со всем, что необходимо сделать по обычаям.

***

— Погодите, — остановил речь профессора Ваня, — так откуда же тело? Он ведь заколдован в железную статую.

Ответ не заставил себя ждать.

— Если ведьма может заколдовать человека в железо, то сможет и наколдовать иллюзию в виде тела кузнеца. Именно это она и сделала.

Ваня кивнул, благодаря за быстрое пояснение и заодно извиняясь.

***

Горевала Кристина о своей утрате. И надо сказать, слезы ее были не всегда притворными, но и доля искренности присутствовала. Не желала она смерти кузнецу. Все-таки чувство к нему жило в сердце девушки.

Ведьма думала, как бы не дать священнику провести необходимые действия над телом Уильяма, чтобы не звучали молитвы и остальные священные слова в присутствии иллюзии. Все это могло просто разрушить мираж и выявить обман.

Она понимала, чем меньше ее наколдованный мираж находится на глазах людей, тем лучше. Но священник делал свое дело. Константин в это время так же присутствовал. Другом Уильям был ему. Не мог не проводить товарища в последний путь лекарь. К тому же мог он установить причину смерти.

Стоя у тела кузнеца, Константин не понимал, что не так с ним. И вроде бы лежит кузнец перед ним, но в то же время как будто не он это. Мысль о чьих-то злобных проделках вновь растревожила целителя. Опять вспомнил он о неизвестном темном слуге, слухи о котором ходили в поселке. Но сообразить не получалось, что такого сделал кузнец тому человеку в черном, что встретил смерть. Да такую смерть, которую и смертью не назвать. Много видывал лекарь, и тело кузнеца не похоже на умершего.

Кристина находилась все время где-то поблизости. Она то и дело шептала заклинания, которые усиливали действие иллюзии. Константин украдкой обращал свое внимание на вдову кузнеца. Однако, магии ее не распознал в тот миг. Появилось предположение, в котором она замешана в смерти своего суженого. Не укладывалось в голове, что Уильям сошел с ума и отправился искать Кристину по всему поселку просто так, а она тем временем находилась дома. Сразу же пришлись к месту и намерения девицы похоронить Уильяма поскорее. Догадки догадками, но на пустом месте нельзя обвинять кого-либо в убийстве. Нужны более весомые доказательства.

Священник все сделал, как следовало. На похороны собрался почти весь поселок. Каждый хотел попрощаться с Уильямом, но никто не знал, прощаются они не с ним.

Все прошло быстро по желанию вдовы. Люди разошлись по своим делам. Кристина вернулась домой вместе с Генри. Иногда она размышляла вслух, как же теперь жить. И отчасти это было проблемой для нее. Хоть она и ведьма, но колдовством не заработаешь много, особенно если жить в небольшом поселке. С помощью магии Кристина могла бы продолжить дело кузнеца, да только как бы это выглядело со стороны. Молодая красивая девушка вместо кузнеца мастерит кованые штуки. Чего стоит только поднять молот. Не каждый сможет выдержать такие нагрузки. Сразу пойдут разговоры, не так что-то с Кристиной. И все-таки без поддержки девица не осталась. Управляющий таверной, Карл, предложил помощь ей. Он позвал ее работать к себе, чтобы по большей части просто отвести подозрения, откуда это у молодой вдовы средства для жизни.

И жизнь продолжилась. Поселок словно забыл о кузнеце. Есть такая странность у людей, забывать все хорошее, что сделал человек. Тут же появился какой-то приезжий парень, который с невероятной быстротой открыл свою кузню. Забыли все, но не целитель. Он целыми днями размышлял о том, как могло произойти такое. Иногда доводы сходились к тому, что все случилось по воле творца. Однако чаще получалось, что не мог Уильям вот так просто исчезнуть, а потом оказаться мертвым посреди леса. Конечно, подозрения падали на человека в черном плаще. Но Константин не хотел верить слухам. Сам он не видел никого подозрительного. К тому же непонятно как искать того, кого нет здесь и сейчас. Странным казалось поведение Кристины. На ней и остановил свой выбор целитель.

Пришло время поведать историю Константина. К слову, он не был обычным целителем в лазарете. Если быть точнее, раньше не был. Дело в том, уже очень много лет существовал орден священного огня. Орден тот являлся скрытым от глаз обычных людей, впрочем, как и те, кто состоял в нем. Занимался орден охотой. Только охота велась не на зверей, а на колдунов, ведьм, вампиров, оборотней и остальных, кто нарушал договор. Охота так же не была вольной. Служители ордена священного огня не имели права истреблять тех, кто следовал правилам. Поддержание равновесия — вот цель ордена. Все состоявшие в ордене являлись воинами света. Им был и обычный парень, который впоследствии стал целителем.

Но, как и в любом организации, в ордене не все чтили договор. Возникали случаи непонимания, неверной трактовки. Приходилось выполнять поручения, которые очевидно являлись нарушением договора. Именно по этой причине один из служителей ордена принял решение больше не вести битв со злом с помощью заговоренного клинка. Как раз в то время пришел служитель в небольшой поселок. И вот уже несколько лет клинок спрятан, а лекарь исцеляет людей другими способами.

Спустя несколько дней после похорон кузнеца, мысли о каком-то злобном заговоре стали навязчивой идеей Константина. Возможно, он не верил собственным словам, но кто-то должен был понести наказание за смерть кузнеца. Словно прошлое ворвалось в тихую размеренную жизнь целителя.

— Это она виновна, — стал одержим этой мыслью, — виновна в смерти Уильяма. Но как мне это доказать? Если я обвиню ее при всех и не смогу доказать, то сам стану виновным в клевете. Нужно проверить догадку.

И в тот же вечер лекарь сделал то, чего не должен делать. К сожалению, иного выхода он не видел. Взяв с собой двух помощников, Константин отправился на погост. Попросил он товарищей прихватить лопаты. Лишних вопросов никто из них не задавал. Оба следовали поручениям, хоть и думали, неправильно это все.

Могилу кузнеца раскопали. Настал момент истины. Мужики вопросительно смотрели на лекаря, ожидая, сейчас он скажет все прекратить и разойтись по домам. Константин внушал и себе, и своим помощникам, что их действия совершаются во имя добра. Оставался миг до того, как все решится.

С помощью нехитрого инструмента помощники аккуратно открыли гроб. Страх настолько овладел ими, что не понимали совсем происходящего. Так же осторожно сдвинули крышку, чтобы случайно не задеть ничего. Как вдруг увидели… внутри никого нет. Мужики бросили все, что держали в руках, повыскакивали из могилы и попятились назад.

— Чур меня, чур меня, — испугались они, — проделки нечистой силы. Колдовские проделки. Не может тело так быстро сгинуть.

Константин вел себя спокойно. Догадка подтвердилась. Словно камень с души упал. Тело кузнеца не было телом. Всего лишь иллюзия. Получается, и похороны не должны были проходить.

— Что если кузнец жив? — вполголоса произнес Константин, — тогда нужно узнать, где он. Если же смерть все-таки настигла его, то виновные обязаны понести наказание.

Могилу привели в порядок, чтобы не вызывать у жителей ненужных слухов и разговоров. От двух своих помощников целитель добился обещания, что никому ничего не расскажут. Пригрозил им болезнью страшной. Пусть этот метод и не был достоин служителя ордена, а тем более лекаря, но иного выхода не было. Мужики натерпелись такого страха, что сами хотели поскорей забыть увиденное.

Почти три дня прошло после того. Константин размышлял, как поступить. Конечно, он подозревал в первую очередь Кристину. Считал, это она виновна. И если она виновна, тогда Кристина не человек. В любом случае замешана магия. Каких только магических существ служитель ордена не видывал в своей жизни. Посчитать Кристину ведьмой было проще всего, но лекарь решил примерить к ней образы и других существ.

— Вампир? Оборотень? — задавался вопросом, будучи один, — но тогда ей нужна помощь колдуна. Возможно, тот человек в черном не выдумка. А что если она сама ведьма? Если так, то все встает на свои места. Хоть и кажется слишком простым. Уильям не застал ее дома, отправился искать, но застал ведьму за колдовством. Кузнец чему-то помешал, и тогда Кристина расправилась с ним. Тогда зачем создавать иллюзию, если сам Уильям мертв. Возможно, он жив. Нужно узнать у нее все ответы.

Константин осознал, пришла пора нарушить данный когда-то давно обет. Достал он клинок из тайника. Клинок обладал силой особой. Сплав серебра, заговоренного магическими заклинаниями. Вот только заклинания те не темных ведьм, а добрых магов.

На следующий день узнал целитель, что Кристина отправилась на погост к могиле Уильяма. Вопрос возник сам собой, зачем ведьма идет почтить память кузнеца, если его нет в могиле.

Вот он идеальный момент для откровенного разговора. Чтобы не вызывать излишних подозрений заранее, ожидал ведьму у колодца. Встречаться с ней на погосте было опасно, ведь там мог находиться и сам человек в черном. Справиться сразу с двумя темными слугами, не зная их силы, Константин не решился. День был хмурым. На улицу лишний раз никто выходить не станет. Ждать Кристину пришлось не долго.

Девица шла одна, без ребенка. В тот миг лекарь не обратил внимания на это. Его интересовало одно: что случилось с кузнецом на самом деле. Разум служителя света полностью охватила эта мысль. Стал будто одержим ею. При этом старался вести себя обычно.

— День добрый, — Кристина вела себя приветливо, — что это вы тут у колодца стоите? Ждете кого?

— Добрый день, — ответил Константин, но мысленно подумал, может быть, не такой он уж и добрый окажется для кого-то, — хочу поговорить с тобой.

Взгляд девушки стал более внимательным, словно готовился к неожиданности от собеседника. Девушка в любую секунду могла нанести урон.

— О чем?

Целитель хотел постепенно подвести Кристину к признанию, но не выдержал. Эмоции взяли верх. Он сам словно сам поддался темной силе, и та выдала все, что хотел сказать лекарь.

— Я знаю, это ты погубила кузнеца. Знаю, тело его было лишь иллюзией, которую ты создала! Ты виновна в смерти Уильяма! И ты поплатишься за это!

Забыл служитель света о своем намерении разузнать, жив ли Уильям. Если жив, то где находится. Непреодолимая жажда мести овладела его рассудком. Контроль был потерян. Но нападать на Кристину он не торопился. Девушка в свою очередь решила не скрывать своей истинной натуры и обратилась в ведьму. Красивое лицо приняло образ колдуньи, чей лик иссох давно.

— Не стану противиться, — голос ведьмы огрубел, — я виновна, но на то была причина. За мной стоит великий колдун. И мы сделаем этот мир своим, истребим всех непокорных, таких, как ты. Если думаешь, я просто так сдамся, то ты глубоко ошибаешься. За свою жизнь я буду бороться всеми средствами, которые у меня есть. Что может простой человек против ведьмы? Ничего.

Кристина не знала еще, что перед ней служитель ордена священного огня, который способен одолеть ее в поединке. Сказав о колдуне, ведьма хотела запугать соперника, но лекарь не поддался страху.

— Виновный должен понести наказание. Так сказано в писании ордена.

Кристина посмотрела в глаза противника. Увидела в них огонь. Она взмахнула рукой, произнеся заклинание. Константин стоял всего в паре шагов от девицы, но успел достать клинок и остановить магический удар. Увидев клинок, ведьма обезумела. Поняла, медлить нельзя. Служитель ордена не пощадит ее, ведь она нарушила договор. Бросилась Кристина на целителя. Тот изловчился, увернулся и нанес удар клинком да так метко, что пронзил сердце ведьмы. И без того уже иссохшее тело еще больше окаменело, но Кристина все еще двигалась. Несколько мгновений отделяли ее от исчезновения. Вот-вот она превратиться в пыль и ветер развеет прах. Все, что успела сказать Кристина, были слова о Генри.

— Спаси мое дитя.

Показалось, девушка оступилась и упала прямо в колодец. Константин быстро подбежал, чтобы быть готовым ко всему. Ведьма могла превратиться в кого угодно, лишь бы сбежать. Вгляделся служитель ордена в глубину, но так и не понял, осталось ли что-то от ведьмы. Ее прах растворился в воде. Еще пару минут простоял он на месте, ожидая, что Кристина появится. Но ее не стало. Заговоренный клинок сделал свое дело.

***

— И все? — Маша практически впилась взглядом в профессора, — Кристина умерла?

Николай Михайлович кивнул головой.

— А где был колдун? Почему он не помог ей? — спросил Ваня, — как-то слишком просто.

Разговор поддержал и Дима.

— А зачем усложнять? Чтобы мы опять задавали кучу вопросов, почему так, почему этак. Наоборот, все довольно просто и ясно. Лекарь, как я предполагал, оказался не просто лекарем. Ведьма получила по заслугам. Остался колдун, но думаю, и он свое получит.

— Ага, ты предполагал. Скажи еще, что колдун окажется пропавшим пастухом.

— Или кузнец оживет, ведь ведьма умерла, — добавила Маша, — кстати, а он не должен разве ожить, если колдовские чары Кристины больше не властны над ним?

— К сожалению, эти чары действуют иначе. И они не исчезают, когда исчезает сама ведьма.

— Жаль, а то был бы интересный поворот сюжета. Ведьма погибла, а кузнец вернулся домой и вместе с сыном жил дальше. Хеппи-энд.

Маша посмотрела на преподавателя. Тот покачал головой.

— Никакого хеппи-энда? — робко спросила она.

— Не совсем.

Оставалось еще немного. Николай Михайлович уже посматривал на часы, думая, пора завершать историю. По крайней мере ту часть, которую он мог рассказать в этот день.

Глава 7. Сумрак

Осознав, что он совершил убийство, Константин не знал, как быть. Молить о прощении после всего того, что сделал? Да, пусть жертвой была ведьма, которая нарушила договор равновесия. Да, пусть он еще является служителем ордена священного огня. Но ведь он отрекся от всего этого. Оставил в прошлом. Как очистить душу, если судьба не дает сделать этого.

Самобичевание прервала внезапная мысль, а именно слова Кристины «спаси мое дитя». Лекарь вспомнил о Генри. Теперь ребенок остался совсем один в этом мире.

— Что делать? — вопрос растворился в воздухе, ведь целитель уже бежал к дому кузнеца.

Генри он нашел в кроватке спящим сладким сном. Младенец остался совсем один в этом мире. Не думал Константин о том, почему Кристина оставила ребенка одного и отправилась на погост. Это было не важно. Главное, теперь дитя в безопасности. Так думал он пока шел домой.

— Я не могу его оставить, — целитель понимал, ответственность лежит на нем, но как это он сможет вырастить ребенка, не знал, — нужно что-то придумать. Это необычный ребенок, значит, темные слуги будут искать его. Нужно спрятать Генри подальше отсюда, чтобы никто и никогда не нашел его. Но куда? Вернуться в орден и взять с собой ребенка ведьмы я не могу. Это нарушит все известные правила ордена.

Константин не имел права оставить ребенка одного, без защиты.

При церкви был образован приют почти с самого восстановления обители. Там размещали всех детей, кто по какой-либо причине оставался без родных. Туда же определили и Генри. Константин пообещал самому себе, что не оставит мальчика, и если будет необходимость, воспитает его как собственного сына.

Так и вышло. Спустя пару лет, как только ребенок подрос, целитель забрал Генри к себе.

Он считал, так будет надежнее и проще оберегать дитя от любого, даже малейшего проявления зла. Лекарь знал, мальчик особенный. А каким мог еще быть ребенок ведьмы. Ведь помнил, ни одна ведьма просто так не может стать матерью.

И каждый новый день только подтверждал опасения Константина.

Как узнали, что не только кузнец умер, но и его жена исчезла, принялись люди распускать слухи, кто-то явно испытывает их. Без мастера металла теперь в поселок стало приезжать меньше торговцев. Новый кузнец не мог похвастать искусными творениями. Славы прежней не стало, как не стало и кузни. Забили окна и двери. То же самое сделали и с домом кузнеца. Уже после пошли разговоры, будто замешана темная сила во всем, что произошло с семьей кузнеца. Никто не пытался приобрести ни дом, ни кузню. Даже случайный вор не забирался, чтобы разжиться чем-нибудь.

Колодец, в котором нашла свою погибель ведьма, высох. Не просто высох, но и вода не была пригодна в новых источниках воды. Жители смогли отыскать родник только на другом берегу реки, что прибавило много проблем.

Колдун после смерти Кристины пытался отыскать Генри. Убедившись, что мальчик остался в поселке, человек в черном исчез.

Поселок, который должен был стать городом всего через сотню лет, стал постепенно погружаться во тьму. Народ принялся все больше пить и разбойничать. В связи с этим особенно стала процветать местная таверна. И ее управляющий Карл получал немалую прибыль от этого. Ему было выгодно, что народ больше проводит времени в его заведении, чем где-либо еще. С разрастающейся популярностью таверны, появилось в поселке больше нечисти. Хоть не слишком агрессивной и злобной, но присутствие было неприятным даже для незнающих людей. Купцы все реже появлялись, ведь многие работяги забросили свои ремесла. На пастбищах больше не паслись стада, в лесу не стучали топоры. Былая слава поселка растворилась в одно мгновение. И все же оставался в поселке один маленький остров надежды и веры в добро.

Оставалось ждать, что однажды все наладится.

***

Николай Михайлович окончил свой рассказ, и наступила тишина.

— Теперь точно конец? — тишину прервал Ваня.

— Не думаю, — ответил Дима, — только ведьма повержена, а колдун все еще на свободе.

Все посмотрели на профессора, ожидая его ответа.

— Окончена первая часть истории, — Николай Михайлович не торопился покидать своего места, — нас ожидает продолжение, но случится оно не сегодня.

— Почему? — Маша была готова провести сколько угодно времени, лишь бы дослушать все до конца.

— Уже поздно, — преподаватель указал на часы, что висели на стене напротив. Они показывали восемь часов вечера.

— Я пропустил тренировку, — вспомнил Ваня, — но не страшно.

— А когда мы услышим продолжение? — Маша увидела, как Дима и Ваня уже покинули свои места и направились к двери, и тоже засобиралась.

— Завтра, если вы придете, — Николай Михайлович посмотрел в сторону комнаты с книгами, — осталось не так много, но работа еще есть.

Ребята почти синхронно повернули головы, увидев, что дверь в подсобное помещение не закрыта. Действительно, не все книги они успели расставить по полочкам.

— Мы придем, — за всех ответил Дима.

— До свидания, — попрощалась Маша за всех и покинула кабинет последней, оставив профессора одного.

Николай Михайлович не спеша подошел к двери, выглянул и убедился, никого нет за ней. Затем вернулся к столу с мыслью, что ребята кого-то напоминают ему. Пусть они другие, иначе себя ведут, но отдаленно все-таки похожи на тех, кто ему известен. Подвинул книгу ближе к себе и открыл на странице, где как раз заканчивалась первая часть истории.

— Оставалось ждать, что однажды все наладится, — проговорил профессор и поднял взгляд. Перед ним стояли четыре персонажа его рассказа: кузнец, лекарь, ведьма и колдун, — видимо пришло время истории вашей повториться.

Часть 2

Глава 8. Спустя время

На следующий день Николай Михайлович уже ожидал Машу, Ваню и Диму после занятий. Дверь в кабинет оставил открытой, чтобы ребята сразу заметили его присутствие. Профессор не терял времени, и сам расставлял книги, заполняя ожидание. Много ему сделать не удалось. Помощники пришли быстро. Только не все.

В кабинет вошли Ваня и Дима. Они были вдвоем, без Маши. Преподаватель увидел их из подсобного помещения и вышел навстречу.

— А где же ваша барышня? — в интонации не было претензии, только интерес.

Дима взял на себя роль отвечающего, Ваня тем временем просматривал сообщения, держа смартфон в руках. Он не обратил внимания на вопрос профессора.

— Она придет позже. Сказала, что возникли срочные дела, и их нельзя отложить.

— Хорошо. Надеюсь, к продолжению истории она успеет.

Тут ребята поняли, что Николай Михайлович возобновит рассказ не сразу. Придется потрудиться и завершить начатое дело. Профессор вернулся к книгам. За ним последовал Дима. Ваня ушел с головой в переписку, оставаясь на месте.

— Ты идешь? — Дима обратился к товарищу. Тот кивнул, не отрываясь от своего занятия.

В подсобном помещении Дима увидел, что книг осталось не так много, а значит и времени уйдет меньше. Поинтересовавшись у профессора на этот счет, он не получил внятного ответа. Николай Михайлович обмолвился, что, скорее всего, вчера просто никто не обратил внимания, как сделали большую часть дела. Парни приступили к монотонной работе. Маши все еще не было. Ребята молчали. Не знали они, о чем можно разговаривать с профессором. Конечно, когда возникал тот или иной вопрос об истории, то Дима или Ваня спрашивали. Преподаватель истории с удовольствием давал развернутый ответ, захватывая много чего сопутствующего. Но после того вновь нависала тишина. Она не давила, ведь все занимались делом. Ни у кого не возникало чувства, что в воздухе слишком напряженно.

По прошествии полутора часов Ваня, словно думая о Маше все время, высказал вслух недовольство по поводу ее отсутствия. Дима поздно спохватился, не успев одернуть товарища. Профессор же не воспринял его слова всерьез, отметив лишь, что девушка имеет право задержаться.

Оставалась последняя стопка книг. Как будто наперегонки ребята хватали учебники. Все же осталась последняя книга попала в руки профессора. Он взял ее и сказал:

— Я хочу поблагодарить вас за помощь. Без вас мне пришлось бы тяжелее. Возможно, вы думаете, что это мелочь, на самом деле это очень большое дело.

— Рады, что смогли помочь вам, — ответ Димы содержал в себе намек на вознаграждение, но был ясен только самому парню. Преподаватель не понял.

Николай Михайлович поставил книгу на полку и вышел из комнаты. Ребята сделали то же самое, не забыв выключить за собой свет.

Как только они вышли, в кабинет вошла Маша.

— Мы думали… — Ваня не договорил. Он увидел сразу двух одинаковых девушек. Помотал головой, а потом продолжил, — я совсем забыл, что у тебя есть сестра-близнец. Думал, что у меня в глазах двоится.

Профессор, закрывая на ключ дверь в комнату с книгами, услышал слова о близнецах, повернулся, направляясь к столу. Он не знал, что у Маши есть сестра, которая выглядит один в один, как сама девушка.

— Интересно, интересно, — любопытство преподавателя возобладало, — здравствуйте.

— Здравствуйте. Это Даша, — девушка представила сестру, — а это наш профессор истории Николай Михайлович.

— Здравствуйте. Очень приятно познакомиться. Мне Маша рассказала про историю. Не про учебную дисциплину, а про ту, которую вы тут читаете, — оправдывалась Даша, -ничего, если я тоже послушаю? Мне нравится подобное.

Николай Михайлович, конечно, не стал возражать. Он присел за стол, открыл ящик и достал оттуда книгу, а заодно положил ключ от подсобного помещения. Ребята разместились по своим местам. Даша и Маша сели по центру, парни заняли места по краям. Все уже вели разговоры об истории, а профессор вдруг спросил:

— Даша, а почему я не видел вас на своих лекциях?

Девушка улыбнулась, думая, что преподаватель делает ей замечание. За сестру ответила Маша.

— Она учится не здесь, в другом университете.

Николай Михайлович кивнул и оставил эту тему в покое, но при этом несколько секунд внимательно смотрел на Дашу. Никто не решился поднять вопрос, зачем он это делает. Профессор вновь спросил:

— Тебе сестра рассказал начало истории?

— Да, — коротко ответила Даша, не зная, как себя вести. Преподавателя она видела впервые.

— Хорошо.

— Извините, что мы опоздали, — Маша решила, нужно оправдаться, — я думала, что успею, но не вышло. Вот даже сестру с собой привела, чтобы помочь.

— Но мы обе опоздали, — дополнила Даша.

— А мы тут… — Ваня хотел сказать, что они тут вдвоем с Димой работали за всех, но не продолжил свою мысль, увидев злой взгляд товарища.

— Ничего страшного, — Николай Михайлович не ругал девушек, он отметил парней, — мы справились с ребятами. И время для продолжения истории осталось много.

Профессор положил книгу перед собой, снова не открыл ее. Это заметила Даша, но ничего никому не сказала, оставив мысли при себе. Николай Михайлович не продолжил с того места, где закончил вчера. Он перенесся сразу на много лет вперед.

***

После событий тех прошло восемнадцать лет.

Поселок понемногу приходил к прежнему состоянию. Сумрак, что сгустился над ним, принес много неудобств и несчастий. Однако темная полоса проходила и наступала светлая. Благодаря лекарю Константину люди нашли новый источник питьевой воды. Если быть точным, то целитель вернул пригодность уже имеющимся источникам. Сделал это особым способом. Знал он несколько рецептов, которые вместе с определенными заклинаниями могли помочь. Вот только не делал того сразу, считал, люди должны ощутить все неудобства, которые приносят их злые поступки. Не забыл целитель и о колодце, где ведьма Кристина нашла свою погибель. Место то высохло, а люди настолько привыкли к колодцу, что часто забывали и приходили туда за водой. Ругались. Плевали и уходили ни с чем. Константин долго думал, как поступить. Воду вернуть сложно, если колодец сам по себе высыхает. Тут иное дело. Все случилось из-за колдовства. Значит, воду можно вернуть тем же способом. Целитель имел в заначке некоторые заклинания на похожий случай. Конечно, дело касалось других источников, но можно было попробовать и с колодцем. Константин принес с собой ведро воды, заговоренное особым заклинанием, и вылил его в колодец. Когда народ узнал, что лекарь хочет каким-то странным способом возродить всеми любимый источник, то не поверили. Смеялись. А целитель не обращал внимания на них. Знал, нужно подождать год, другой. Чуть больше года прошло, и вода вернулась в колодец. Никто не знал, что произошло. Списали на чудо. Снова люди приходили к лекарю не только с жалобами, но и с благодарностью.

Истории о человеке в черном плаще постепенно забылись. К тому же больше не случалось всяких странностей. За исключением тех, которые люди сами придумывали и выдавали за колдовство. И пусть истории о колдуне забыты, но нечисти в поселке не убавилось. Вели себя все тихо и спокойно. Изредка кто-то мог поиграть с разумом и жизнями людей, но таких нарушителей быстро наказывали свои же. Не дело нарушать правила там, где великий колдун начал историю восхождения тьмы.

Забывались не только истории о колдуне, но и о причастности темных слуг к гибели кузнеца. Чем больше времени проходило, тем рассказы о смерти Уильяма становились обычнее и правдоподобнее. Сам Константин порой верил в случайную гибель своего друга, но затем вспоминал о Кристине и ее признании.

К сожалению, за восемнадцать лет не нашлось в округе, да и за ее пределами такого мастера металла, который смог хотя бы быть похожим на Уильяма. Несколько кузнецов приезжали в поселок, узнавая, что можно хорошо заработать. Только никто не мог продержаться больше двух лет. После Уильяма появился в поселке кузнец по имени Томас. Построил себе кузницу большую, оснастил ее всем необходимым. Целый год люди обращались к нему по любой мелочи. Как распознали, что мастер тот совсем не мастер, приходили только по необходимости. На третий год совсем перестали. Кузнец выполнял заказы некачественно, а требовал большой награды за свое дело. Собрались люди однажды и сказали ему прямо:

— Не нужен нам такой кузнец. Езжай отсюда, пока можешь. Житья тебе здесь не будет.

Так и уехал Томас. На его место прибыл новый кузнец, который продержался еще меньше, всего два года. Звали его Роберт. Следом еще один, потом еще, и еще. Всего человек семь сменилось. Всех имен и не упомнить. Никто не задерживался, а все потому, что хотели только наживы. Помощи людям не предоставляли, а народ уже привык к ней.

Кузнеца в поселке постоянного не появилось. Зато рабочие, которые почему-то бросили свои места после смерти кузнеца, словно по договоренности, вернулись. Лесорубы продолжили добывать древесину. Пастбища перестали пустовать. Не так много времени понадобилось, чтобы купцы по новой узнали о возрождении поселка. Вновь суда стали по реке ходить, привозить одни товары, увозить другие. Конечно, поначалу все это выглядело иначе, когда один или два торговца появятся в неделю. Но чем дальше, тем лучше. Поселок набирал былую популярность. Народ уже не вспоминал о прошлом времени, когда все погружалось во тьму. Хотелось верить, череда мрачных событий с исчезновениями людей, непонятным хищением скота, с историями о колдунах и ведьмах завершилась.

Таверна оставалась популярной во все времена, будь они хорошими или плохими. Народ всегда находил монеты, которые с удовольствием потратит на что-нибудь хмельное. Управляющим в таверне все еще был Карл. Он не рассказывал никому, откуда у него появились средства на расширение гостевого двора, на ремонт самой таверны, но дела шли у него хорошо. Гостевой двор стал одним из самых посещаемых, а вместе с тем и таверна получала дополнительную выручку. Зачастую посетителями являлись не совсем люди, но это не имело значения. Даже вампиры и оборотни обязаны платить за все.

Такое возрождение поселка произошло не просто так. Дело в том, что спустя несколько лет после давнишних событий приехал сюда граф Ричард. Тот самый граф, для которого кузнец Уильям сделал серебряный амулет в свое время. Он подумывал переехать уже давненько. Деловой человек видел, как развивается поселок, что можно сделать неплохие вложения капитала в ряд производств. Но когда поселок пришел в упадок, то и Ричард на время забыл о своих идеях. Когда же граф задумал полное перерождение поселка, он сначала вернул лесорубов на прежние места. Только теперь они подчинялись ему. Выкупил Ричард и пастбища. Да и весь поселок постарался преобразить, раздавая в долг необходимые средства всем нуждающимся, отметив, что долг этот возвращать совсем не обязательно. Как многие добрые поступки люди приняли, поблагодарив, а после потихоньку забыли о щедрости графа. К слову, сам Ричард перестал быть щедрым. Осознал, что его решение с возрождением не было проработано хорошо. Затраты покрылись только спустя десять лет.

Граф при всей помощи поселку, сам находился в нем не постоянно. Его роскошный дом располагался на окраине, но там жили слуги. Ричард часто приезжал, жил по несколько недель. Однако семьи своей с собой не привозил. От людей ничего не скроешь, выведали они, что есть у графа дочь. Правда, с именем путались. Одни называли ее Катериной, другие Еленой, третьи так вообще Викторией. Что касается суженой графа, тот тут тайны никакой не держалось. Умерла она при родах малышки. Женщины поселка, узнав, что граф одинок, проявляли интерес к его персоне. Не каждый же день появляется возможность познакомиться с таким знатным человеком. Ричард сразу дал понять, ему не интересны здешние дамы, чем оскорбил многих.

Что-то подобное было и с лекарем Константином. Женщины пытались заполучить такого славного мужчину. Когда же узнали, что у него появился сын, то внимание только усилилось. Слухи пошли такие, что где-то в другом поселке или в городе была у лекаря семья, о которой он не говорил никому. Да только женщина, родившая Константину сына, умерла, оставив Генри отцу. Слухи слухами, а помощь целителю действительно была необходима. Он не отказывался, но предупреждал, что заплатит, как полагается. Иметь семью запрещалось служителю ордена. Пусть это и было отговоркой для самого лекаря. Ведь он давно уже не состоял ни в каком ордене.

В поселке были те, кто как-то связывал появление ребенка у лекаря со смертью семьи кузнеца. Считали, он забрал малыша к себе на воспитание. Имя ведь совпадало. Однако священник, чтобы развеять ненужные слухи, объявил, как другая семья из города приютила сына кузнеца. Константин благодарил священника за помощь. Чем меньше слухов, тем в большей безопасности находился Генри.

И вот прошло уже восемнадцать лет.

Генри вырос в прекрасного молодца. Силой был наделен отцовской, то есть кузнеца. Выглядел иначе. Похож был на мать. Словно сама ведьма так решила и передала сыну красоту. Порой парня подначивали, смеялись над его внешностью. Слишком неестественная красота, не свойственная мужчинам. Генри не обижался на них, да и Константин советовал не держать зла на тех, кто не видит истинной красоты, красоты души. Лекарь говорил так, чтобы успокоить сына. Знал ведь, что Генри особенный, и в красоте души нельзя быть уверенным. Неизвестно, была ли душа у сына ведьмы.

***

— А можно вопрос? — Даша прервала речь Николая Михайловича, подняв руку, словно первоклашка.

Профессор не сразу обратил внимание на девушку, запоминая, на чем остановился.

— Конечно, задавай. Я постараюсь ответить на него.

Даша все еще чувствовала себя не в своей тарелке.

— Собственно, это и есть вопрос. Я хотела поинтересоваться, можно ли вообще спрашивать, если вдруг что-либо будет не понятно?

— Можно, — спокойно ответил профессор. На его лице не отразилось никакого недовольства.

— Тогда спрошу еще, — девушка уже вела себя посмелее, — Маша мне рассказала о сюжете истории. Не помню, чтобы упоминался амулет.

В разговор вмешалась сестра.

— Я просто забыла, — на лице проступил румянец, — не думала, что граф еще вернется. Он казался второстепенным персонажем.

— Поняла. Тогда я умолкаю.

Профессору не пришлось ничего разъяснять. Он продолжил рассказ.

***

Генри стали тревожить сны. Странность их заключалась в том, что видел парень их поочередно. Содержание снов было примерно одинаковым. Персонажи разные. Сначала появилась женщина. Твердила она о своем сыне, о магическом даре, о великих возможностях. Сон заканчивался чем-то ужасным, чего парень не мог запомнить никак. Генри не понимал этого сна, решил, что приснился какой-то непонятный кошмар. Однако затем увидел парень человека в черном плаще, который убеждал принять свой дар, открыть его и выпустить на волю свою сущность. Тревога нарастала. Генри понял, и в первом сне женщина говорила не о каком-то постороннем человеке, она обращалась к Генри. Парень предположил, что это была его мать. И это была Кристина. Теперь парень ждал нового сна, в котором мог увидеть ее. Видение не заставило ждать. Ведьма говорила с сыном, но не могла сказать всего. Только слова о даре, о предназначении мог разобрать парень. Сон заканчивался, но в мыслях оставалось все услышанное. Следующей ночью во сне приходил колдун. Он вновь убеждал, практически требовал, чтобы Генри покорился тьме. Только она истинна, и ничто более. Страх с каждым разом становился сильнее. Генри не знал, как объяснить сны, но с каждым разом мысль о тьме виделась ему не такой странной. Парень задумался, что он на самом деле является кем-то, в ком таится великий дар. Глупо, конечно, верить этому, когда взял из сна все мысли. Но грань сна и реальности уже размыта.

Не зная, где искать ответы, Генри принял решение пойти в церковь. Парень пришел вечером. Пусть до заката времени много, в церкви почти никого не было. Священника Генри нашел на улице.

— Здравствуйте.

— Здравствуй, — священник стоял возле скамьи, собираясь присесть, но с появлением Генри передумал, отвлекся для разговора — что привело тебя?

Парень скрывать не стал, рассказал все, как было.

— Это покажется странным.

— Ты расскажи. На странность не будем обращать внимания пока что.

Священник предложил пройтись.

— Хорошо, — парень приготовился пересказывать, что приснилось, — недавно я увидел сон. В нем была женщина. Она говорила обо мне, как о сыне. Сначала я подумал, что это так бывает. Я не знал матери. Возможно, какой-то образ и желание поговорить с ней соединились во сне. Потом появился еще один человек. Уже в другом сне. Его лица не видел, одет был он во все черное.

— Женщина и неизвестный человек, — медленно проговорил священник. Генри продолжил рассказ.

— Так вот сон повторился. Женщина появилась и снова говорила обо мне, как о своем сыне. Упоминала о даре каком-то. Другой человек тоже говорил, что нужно поддаться чему-то, — парень замолчал. Видя, что священник задумался, Генри привлек его внимание вопросом, — что мне делать? Что это может быть? Испытание?

Священник знал о матери Генри, но рассказать не имел права. Это тайна лекаря.

— Тебе нужно поговорить с отцом. Поговорить о твоей матери. Ты не знал ее, возможно, поэтому она является тебе во сне. Пытается показать свое присутствие рядом с тобой.

— А второй неизвестный человек? Кто он?

— Если он просит тебя поддаться чему-то, возможно, это зло. Оно безликое в твоем случае. С другом стороны, это может быть просто сон. Поговори с отцом о матери.

Генри принял совет священника. Поблагодарил его за помощь. Тяжкие думы не покинули парня, но ощущение хоть какого-то осознания происходящего уже появилось. Он отправился домой. По пути хотел порассуждать о разговоре со священником, поэтому выбрал более спокойный путь, но не вышло. Пройдя не так много, парень встретил человека, который попросил помощи.

Глава 9. Лик зла

Так как был вечер, Генри незамедлительно отправился домой. До заката еще далеко, но Константин уже наверняка был дома. Поселок в этот время как-то оживился. По главной улице люди ходили туда-сюда, словно без причины. Генри свернул в переулок, чтобы встретиться с меньшим количеством человек, а если повезет, то вообще ни с кем. Парень думал, как начать разговор. Рассказывать ли о снах или же просто спросить о матери. В своих размышлениях Генри не заметил, как перед ним появился человек, а именно граф Ричард. Он находился в нескольких шагах и что-то пристально рассматривал на земле. Видимо, искал потерянную вещь. Именно такое впечатление создалось у парня. По своей доброте Генри не мог пройти мимо и не помочь.

— День добрый, — парень постарался быть вежливым, — вы потеряли что-то?

Ричард поднял голову и обратил внимание на Генри. Его взгляд был слегка испуган, словно ребенок потерял любимую игрушку. Держался граф достойно.

— Здравствуй. Да, потерял, — ответил Ричард, — мне казалось, что минуту назад он был при мне, а теперь не могу отыскать нигде. Вот решил пройти по дороге, где находился некоторое время назад.

Генри не услышал, что именно ищет граф, поэтому уточнил:

— Так, а что потеряли?

— Амулет.

Ричард не описал его, никакой, хотя бы одной детали или намека. Просто потерял амулет.

— Я помогу, — Генри не спросил, нуждается ли граф в помощи. Парень сразу приступил к делу. Ричард не отказался.

Осмотрев прилегающую территорию в переулке, ничего найдено не было. Тогда Генри предложил вариант, как продолжить поиски.

— Вы помните, каким путем следовали? Где проходили? Где останавливались? Может, разговаривали с кем-то незнакомым? Воров в поселке хватает. Могли украсть.

— Нет-нет, что вы, — отрицал Ричард, — с ворами я не встречался, не сталкивался ни с кем. Дорогу я помню. Я вышел из дома, затем прошел мимо гостевого двора, мимо таверны, но я уверен, что амулет находился при мне.

— Хорошо, тогда давайте пройдем весь путь в обратном направлении, — любезно предложил парень, — я помогу вам.

Граф медленно пошагал по дороге туда, откуда пришел. Генри последовал за ним, но двигался в паре шагов, чтобы охватить большую площадь. Ричард поинтересовался о родстве парня с лекарем Константином. Генри подтвердил предположение об отце. Парень зачем-то поведал о своей жизни, которую он проживал в поселке уже девятнадцать лет. Граф не перебивал, слушал внимательно. Ингода казалось, что они бросили поиски амулета и просто разговаривали, прохаживаясь по поселку. Жизнь парнишки оказалась интересной практически незнакомому человеку.

Когда граф и Генри подошли к таверне, парень тут же спросил:

— Вы не заходили сюда, — он указал на дверь заведения.

— Нет, — категорично ответил Ричард, а после указал на место, где он остановился посмотреть на необычное дерево.

На самом деле дерево совершенно обычное, но растет оно возле самой дороги. Многие его хотели срубить, но не решались. Оно создавало тень возле таверны, и в жаркий денек было к месту.

Простояв в тени несколько минут, Генри предложил все-таки зайти в таверну. Наверняка кто-то из посетителей мог похвастаться находкой, если таковая была. Ричард возражать не стал. Подходя к заведению, парень увидел, что никого нет возле дверей, хотя еще пару минут назад возле входа стояла целая толпа. Внутри таверны Генри оказался не первый раз. Знал, какой народ там бывает и что нужно опасаться каждого находящегося там. Однако в этот раз он ничего такого не увидел. Генри вошел после Ричарда. Перед ним открылась совершенно другая картина. Каждый из посетителей располагался на положенных местах. Никто не кричал и не ругался. Карл, приметив графа, сразу подбежал, начал предлагать различные услуги, которые, как ему думалось, необходимы Ричарду. Граф в свою очередь прошел почти к центру таверны. Генри держался рядом, не скрывая удивления. Ричард шепнул Карлу о цели своего визита. Управляющий кивнул и громко спросил у всех находящихся:

— Кто-нибудь из вас сегодня находил в поселке амулет графа?

Нависла тишина. Ни один посетитель не ответил, только отрицательно мотали головами из стороны в сторону.

— Видел ли кто-то из присутствующих того, кто находил необычную вещицу?

И вновь все отрицательно мотали головами.

Тогда Карл посмотрел на графа, высказывая всеобщее мнение.

— Увы, граф Ричард. Никто не видел, не находил.

Ричард шепнул управляющему что-то и направился к выходу. Карл проводил до двери, уверяя графа, что если амулет появится в таверне, то он обязательно сообщит. Ричард не слушал его. Мыслями он был где-то в другом месте.

Продолжая путь, Генри не завел разговора о странном поведении посетителей таверны. Возле постоялого двора поинтересовался о его посещении. Парень как будто забыл слова графа, когда тот рассказывал о своем пути. Хоть и догадывался, что заходить в гости к Софии богатому графу Ричарду совершенно не за чем. У него есть свой роскошный дом.

Дорога заняла больше времени, чем Генри думал изначально. К дому графа сыщики подошли с пустыми руками. Амулет все еще не нашелся. Парень много раз видел дом графа, но внутри не бывал. Он то и с самим графом знаком не был до этого дня.

Тем временем солнце уверенно опускалось к горизонту.

— А какой был амулет? Из чего сделан? — любопытство взяло верх.

Ричард объяснил, амулет сделан из чистого серебра. Он представляет особую ценность. Генри подумал, что искать серебряный амулет бессмысленно, особенно если он был потерян на оживленной улице. Однако вслух парень сказал совершенно другие слова:

— Простите, что не получилось найти, — еще была и другая мысль, что у графа много серебра и он может сделать еще один амулет, а если захочет, то и сотню таких амулетов. Генри промолчал об этом.

Ричард поблагодарил за помощь, предложил войти. Генри отказался, сказав, что его уже давно ждет отец. Неожиданно граф Ричард заговорил о матери парня.

— Ты обмолвился, что не знал своей матери, так?

— Верно, — грусть появилась во взгляде парня.

Граф выждал паузу, добавив:

— Ты похож на нее. Очень похож.

Генри как будто ударила молния. Сердце забилось в разы быстрее. Голова перестала понимать происходящее. Все это продлилось меньше десяти секунд, но парню показалось, прошла вечность, в течение которой он сумел осмыслить, перед ним стоит человек, знающий его мать. Этот шанс нельзя было упускать, учитывая странные сны. Малейшая возможность узнать хоть что-то о матери подталкивала Генри принять предложение графа и войти в дом.

— Вы знали ее? — голос его дрожал.

— Да, знал. Тебе ведь девятнадцать? — поведение Ричарда все еще не выдавало, как хорошо он знал мать Генри.

Парень кивнул, соглашаясь на верное упоминание возраста. Граф сделал вид, что подсчитал в уме цифры, сопоставляя годы и время своего пребывания в поселке. Это происходило не долго. После нехитрых умозаключений, которые не были нужны Ричарду, он ответил:

— Точно, все сходится. Это была Кристина.

Генри не расслышал имени, попросил повторить. Граф легко сделал это. Радость, счастье, азарт смешались воедино. Имя матери — первое, что узнал парень о ней. Оно показалось знакомым. Генри вспомнил рассказы Константина о матери, но они были поверхностными. Он даже имени не называл, ссылаясь то на плохое отношение к ребенку, то на плохую память. Все же прошло восемнадцать лет, и Константин уже не молод. Конечно, это были отговорки. Генри вспомнил женщину из сна. Почему-то именно ей имя подходило лучше всего. Так и сложился более полный образ.

— Расскажите о ней. Какой она была?

Ричард предложил войти в дом, так как разговор займет какое-то время. Не стоять же возле двери. Генри согласился и последовал за графом, когда тот открыл дверь и вошел внутрь. В доме царили мрак и тишина. Даже дверь не скрипнула, но закрылась сама собой. Генри не увидел никого из слуг. Их просто не было. Парень тут же вспомнил, что ходили слухи о людях, которые постоянно жили в доме графа, следили за чистотой и всем остальным. Интересоваться присутствием кого-либо еще Генри не решился, да и не думал об этом вовсе. На первом месте стоял разговор о Кристине.

Граф предложил расположиться у окна, за столом. Ричард любезно обмолвился о чаепитии. Генри перешел к делу, возобновив разговор о матери.

— Какой была моя мать? — он уже был уверен в правдивости слов графа. Никакой доли сомнений.

— Она была красивой, целеустремленной и очень любила твоего отца. Ее красота, как я понял, передалась тебе. Сходство поразительное, — граф в этот момент не отрывал взгляда от парня, рассматривая его лицо. Как будто искал в нем Кристину.

— Меня часто дразнили из-за этого, — Генри опустил глаза.

— Дразнили?

— Из-за красоты. Да и сейчас дразнят… иногда. Говорят, что такая неестественная красота не нужна парню. Будто я должен был родиться девушкой. Но некоторые даже восхищались. Я не знал, откуда такая красота. Отец не говорил. Он вообще мало говорил о матери, часто путался в воспоминаниях.

— Отец… — задумчиво проговорил граф, — хочешь правду?

Генри удивился, к чему этот вопрос. Разве до этого разговор был не начистоту? Что такого мог сказать Ричард? Парень, конечно же, хотел узнать все, но от такой категоричности ему стало не по себе. Он снова просто кивнул. На лице графа мелькнула легкая улыбка, а в глазах появился блеск, который в полутьме комнаты нельзя не заметить. Вот только Генри не обратил внимания на такие мелочи.

— Это касается не только твоей матери Кристины, но и твоего отца. Ты считаешь свои отцом лекаря Константина, — Ричард нарочно сделал паузу, чтобы Генри подтвердил эти слова. Парень опять кивнул, — это не так. Лекарь приютил тебя, точнее украл. Твоим отцом был замечательный кузнец Уильям. Это он сделал для меня тот амулет, который мы с тобой искали сегодня, — граф посмотрел куда-то за спину Генри. Затем, не говоря ни слова, встал и подошел к тому месту, куда был устремлен его взгляд. Ричард остановился возле маленького столика, где расположился глиняный кувшин. Рядом с ним лежал амулет. Парень не повернулся, чтобы проследить за действиями собеседника.

— Моим отцом был кузнец. Почему Константин скрыл от меня это?

Граф вернулся на прежнее место с амулетом в руках и положил его на стол.

— Я оставил его дома, а думал, что потерял, — Ричард сделал вид легкомысленного человека.

— Почему он скрыл? — задавался вопросом Генри.

— На самом деле все просто. Тебе неприятно будет узнать правду. Она жестока.

— Какой бы ни была правда, я должен ее знать! — настоял парень. Ричард больше не оттягивал момент. Ему и самому хотелось поскорее все рассказать. Он ждал этого много лет.

— Константин забрал тебя в свой дом из чувства вины. Возможно, он говорил тебе, что твоя мать умерла, но не рассказывал, как именно это произошло, — вновь граф дождался подтверждения от парня, — дело в том, что целитель, тот человек, который призван помогать людям, погубил Кристину. Константин скрывается за маской добродетели, но на самом деле является… убийцей. Лекарь знает множество способов сделать так, чтобы его никто не заподозрил в содеянном. Он убил Кристину, но за несколько дней до этого Константин обрек на смерть Уильяма. Кузнец был вспыльчив. Заподозрил Кристину в неверности. Я не знаю точно, как погиб кузнец, но уверен в одном, лекарь приложил к этому свою руку. Именно его защиты попросила девушка. Возможно, Константин подмешал одно из своих зелий. Он думал, Кристина останется с ним после смерти Уильяма. Однако она больше времени проводила с сыном и совсем забыла о лекаре. Это и стало причиной, по которой Константин погубил молодую красивую девушку. Тебя забрали в приют. Спустя некоторое время чувство вины заставило лекаря забрать к себе ребенка. Так ты стал его сыном. Я много лет скрывал все это в тайне, не знал, как поступить. Имею ли я право вмешиваться в жизнь других. Возможно, было бы лучше, если б ты никогда не узнал правды.

Генри выслушал Ричарда, но не понимал, как это могло быть правдой. Столько всего произошло с его родителями, а он жил, не ведая, кто они. С одной стороны, кто такой граф, чтобы ему верить вот так просто. С другой, увиденные сны были слишком реальными. Это словно видения, где Кристина говорила с Генри. Парень раз за разом вспоминал образ из сна. Теперь было не важно, являлось ли сходство подлинным или это обычное самовнушение. Не понимал он, почему во сне появлялась только мать, почему парень не видел отца своего. Предположение, что человек в черном одеянии из сна являлся кузнецом, никак не укладывалось в голове. Если граф хорошо отзывался о кузнеце, а священник отождествил образ человека из сна со злом, то они просто не могли объединиться в одно целое.

Все перемешалось в мыслях. Парень и граф все еще сидели за столом в полутьме и полной тишине. Ричард дал Генри несколько минут, прийти в себя. Парень не различал правду и ложь. Слова графа о зелье лекаря заставили подумать о помутнении разума. Возможно, Константин всю жизнь опаивал Генри чем-то неизвестным, чтобы тот не задавал лишних ненужных вопросов и считал его своим отцом. Выдуманные образы матери и отца находились перед глазами. Не исчезали.

Если бы Генри знал, кто перед ним. Граф Ричард так ловко подал, что он находится на его стороне, что хочет помочь ему. Если бы парень присмотрелся получше. Ричард сидел за столом в полумраке. Его образ повторял человека в черном плаще, за исключением капюшона. Граф был тем самым человеком, который посылал сны Генри. Своими колдовскими чарами подчинил разум парня, затуманил все хорошие воспоминания, поставил на первый план ненависть к лекарю. Знал Ричард, что должен показать Генри иной путь, чтобы тот открыл в себе силу великую, поддался тьме.

Парень же был в смятении. Он уже верил словам колдуна, но все еще не мог поверить в ложь Константина. Сомнения словно разрывали его голову. Внезапно он вскочил с места, рванул к двери, почти выбил ее и выбежал прочь. Все произошло быстро. Сам Ричард не успел остановить парня или хотя бы сказать что-то.

Колдун, коим являлся граф, догонять не стал, остался в доме. Он добился того, чего хотел. Рассудок парня поддался темной магии, а это значит, оставалось ждать не так долго. Ричард предположил, что Генри отправился домой. Смерть лекаря обязана состояться. Она должна была стать первой на пути Генри.

— Ожидание, продлившееся долгие годы, наконец, окончено, — смеясь, говорил колдун. Его никто не слышал, ведь в доме кроме него никаких слуг не было. Их вообще не существовало. Все, что хотел, колдун делал, используя магию. Ему не нужны помощники.

***

— Все это время Ричард был колдуном! — неожиданно радостно и громко сказала Маша, — а мы гадали.

— И не угадали, — дополнил Дима, но как-то разочаровано.

— Вроде логично. Он появлялся в поселке заранее, до ведьмы. Когда амулет заказывал кузнецу. Потом был на свадьбе, — вспоминал Ваня.

— Не забывай, что он постоянно находился рядом, как колдун, о котором ходили слухи, — напомнила о себе Даша.

Николай Михайлович только следил за ходом мыслей своих слушателей. Он не вмешивался.

Ребята высказались и замолкли, ожидая, что же скажет профессор. Николай Михайлович собрался продолжить историю, не объясняя ничего. Ведь и так было понятно.

— Интересно, что дальше? — увлеченно спросила Маша.

— Мне уже все понятно, — Дима как будто не хотел слушать продолжение. Его поведение было вызвано тем, что Николай Михайлович никак не упомянул о вознаграждении за помощь, а именно о дополнительном балле на экзамене, ради которого парень и приходил. Слушать выдуманные истории о колдовстве в средних веках для него было делом второстепенным.

Никто не решился продолжить тему, начатую Димой. Профессор подождал еще минуту, после чего взял слово.

— Возможно, уже нет никакой интриги, и многое прояснилось. И все же некоторые события привлекут внимание, — только после этого история продолжилась.

Дима отодвинул стул на полметра назад, давая понять, что теперь будет наблюдать за историей меньше, чем ранее. Девушки все еще хотели слушать продолжение. Ваня не знал, как быть. Ему интересно слушать профессора, но откуда-то появилось ощущение, что далее сюжет не будет развиваться подобно фантастическим фильмам. Пришлось искать другой интерес в истории.

Глава 10. Сомнения и правда

Генри выбежал из дома графа, но отправился не домой. Парень сомневался во всем, даже в своей жизни. Чтобы не делать поспешных выводов и не совершить ошибок, которые невозможно исправить, он ушел подальше от поселка, к реке. Место, где остановился Генри напоминало край земли. Если встать за несколько шагов до обрыва, то ни земли, ни реки внизу видно не было. Создавалось впечатление, что ты стоишь на краю всей вселенной. Однако на самом деле высота берега не была настолько большой, чтобы смело утверждать именно так. Генри прибежал на место, где летом молодые люди прыгали в воду ради развлечения. И все же стоя на краю можно оступиться и упасть вниз так, что выбраться из воды станет сложно или совсем невозможно. Последствия могли быть плачевными. На дне реки не имелось никаких подводных камней. Она чиста, но сама река была глубокой, а течение не всегда спокойное.

Генри подошел к самому краю, смотрел то на воду, то на другой берег. Солнце почти спряталось за горизонт. Оставалось немного, чтобы оно скрылось полностью. Конечно, после этого небо еще будет озарено закатом, окрашивая его в кровавый цвет. Молчание помогло бы сконцентрироваться, разобрать в мыслях, но парень не в этот раз. Парень говорил вслух сам с собой. Пусть слова Ричарда затмили рассудок, свои мысли никуда не исчезли, они где-то здесь, нужно только отыскать их среди хаоса.

— Я не могу бросить все, разрушить жизнь, которая была у меня. Не имею права. Кто я такой?

Вдруг позади послышался шорох. Генри не обернулся. Подул сильный ветер, и парень старался не сорваться в воду. Он наклонился вперед, чтобы посмотреть, где окажется, если не удастся удержать равновесие. Шорох позади слышался отчетливее. Появилось ощущение постороннего присутствия, но равнодушие заставляло не обращать внимания на мир вокруг, словно это не имело никакого значения.

— Не нужно, — среди шорохов послышался тонкий женский голос, — не прыгай.

Генри не стал оборачиваться и на этот раз, но откликнулся на просьбу.

— Я не собираюсь прыгать. Просто здесь, у края, мысли свободны, как ветер, — он перевел взгляд на горизонт, где солнцу оставалось всего минуты три, чтобы уснуть, — но какое тебе дело до этого?

Женский голос ответил:

— Теперь я свидетель. Если прыгнешь ты, то и мне придется.

Генри увлекся незнакомым голосом и отстранился от своих тяжелых мыслей. Ему хотелось верить, что этот голос принадлежал красивой молодой девушке. По интонации и тембру это вполне могло быть реальным. Парень не оборачивался, но образ собеседницы возник сам собой. Так ему казалось.

— Почему ты здесь? Что заставило тебя прийти сюда и стоять у края? — девушка сделала еще несколько шагов, приближаясь. Она знала, что он пришел сюда не потому, что хочет искупаться в прохладной реке.

Наконец, Генри обернулся со словами:

— Откуда ты вообще тут взялась?

Он увидел перед собой девушку, красоту которой каким-то образом он вообразил несколько минут назад. Платье незнакомки было белым, но закат окрашивал его своими красками, отчего одежда девушки приняла алый оттенок. Генри шагнул навстречу, отдаляясь от края. Думал, что перед ним в лице незнакомки стоит кто-то особенный. Возможно, эта девушка и есть та особенная. Генри забыл о своем вопросе, но его собеседница ответила.

— Видимо, здесь я для того, чтобы спасти тебя.

— Спасти? — удивился парень, — зачем меня спасать? Я не хочу прощаться с жизнью. Пришел сюда, чтобы подумать, как быть дальше. Мне предстоит сделать выбор сложный.

Еще несколько шагов приблизили парня к незнакомке. Можно было лучше разглядеть друг друга, чего Генри и добивался. Имени не спрашивал, словно забыл об этом. Девушка спросила:

— Какой выбор нужно сделать тебе?

— Всю жизнь я прожил во лжи, и только сейчас мне открылась правда. Правда настолько убедительна, что я верю ей всецело.

— Тогда в чем дело?

— Я не могу просто взять и выкинуть свою жизнь до сегодняшнего дня. Вышло так, что один человек скрывал от меня истину много лет. Другой открыл правду за один день. Но я не знаю, можно ли верить тому другому.

— Ты веришь открывшейся правде, но не веришь человеку, которой тебе поведал ее. Если так, то можно ли считать его слова правдой?

— Не знаю, — Генри не отрывал взгляда от девушки. Она пленила его своей красотой. Мысли о выборе переместились на второй план, — мне следует узнать правду того, кто скрывал ее. Но как говорить с ним, я не знаю. Во мне появляется злоба, как представлю его лик.

— Если есть возможность узнать больше, не теряй ее, — посоветовала девушка, — при этом не доверяй слепо всем словам. Помни, этот человек обманывал тебя всю твою жизнь. Поддайся эмоциям и действуй так, как велит сердце.

Сердце подсказывало Генри, что нужно пойти к Константину и выяснить желаемое. Однако парень сам не понимал, как, думая о спокойном разговоре с отцом, кулаки его сжались от ненависти и злобы. Тьма играла с рассудком так искусно, выдавая ложные желания за действительность.

Генри поблагодарил незнакомку и хотел уже спросить ее имя, как вдруг девушка заторопилась уйти. Парень стоял спиной к закату, а тем временем солнце уже скрылось за линией горизонта. Того момента он не видел. Генри предложил проводить девушку до дома. Ночь уже совсем скоро. Ходить одной опасно в темное время суток. Тем более до поселка путь не близкий, а рядом лес, где по слухам рабочих водятся волки. Незнакомка отказалась, сослалась на причину, по которой им не по пути. Генри не сдвинулся с места, когда девушка скрылась за высоким кустарником. Своими словами она внушила, что не следует ему ходить за ней. Парень еще несколько минут находился на прежнем месте, а затем вспомнил о предстоящем разговоре с Константином. Мысли томные вернулись. Они уже порядком надоели самому Генри, но избавиться от них можно было только одним способом. Поговорить с лекарем, выяснить его правду, сравнить с тем, что уже знает.

Не заставила себя ждать и злоба. Желание превратить разговор в допрос казалось приемлемым. Генри отправился в поселок, домой. Было уже поздно. Константин мог не дождаться, когда явится его сын. Генри не желал откладывать разговор на потом. Слишком он важен. Со всех ног бежал парень. Не заметил, что скорость его необычна для человека.

Подходя к дому, понял Генри, что не спит Константин. Ненависть и желание непонятно откуда появившейся мести приказывали парню поступить так, как лекарь поступил с его родителями. Один вопрос все-таки должен получить ответ.

Ворвавшись в дом, Генри застал Константина сидящим на скамье. Лекарь чинил обувь сына. Парень не обратил внимания ни на занятие целителя, ни на все остальное.

— Зачем ты убил моих родителей? — голос Генри принял грубый оттенок. Парень готов был нанести удар, но увидев беспомощность лекаря, растерянный взгляд Константина, чары тьмы рассеялись. На скамье сидел обычный мужчина, который желал своему сыну только добра, делал все, чтобы он был счастлив. Казалось, такой человек не способен на убийство. Генри сел на стул. Схватился руками за голову.

— Что со мной? Почему я так зол?

Константин бросил свое занятие. Подбежал к сыну, обнял его, успокаивая.

— Это не твоя вина. Ты просто запутался.

Продлилось это около десяти минут. Наконец, Генри пришел в себя, успокоился. Он не ожидал подобных эмоций. Никогда не проявлял их. Константин присел напротив. На его лице не было волнения, страха или переживания по поводу предстоящего разговора. Он давно знал, однажды это произойдет. Именно поэтому часто думал, как рассказать о том, что произошло много лет назад. Ведь как ни крути Константин убил Кристину. Для начала, лекарь захотел узнать, почему Генри решил, что его родителей убил именно он, и откуда вообще появилась мысль, что его родителями является кто-то другой.

Генри пересказал все произошедшее с ним за последнее время. Начал со снов, в которых ему являлась странная женщина, считавшая его своим сыном. Затем человек в черном, который убеждал в наличии великого дара в самом парне. Константин слушал внимательно и дополнял свои уже имеющиеся знания новыми фактами. Складывались они очень хорошо. Генри продолжил рассказывать, как в этот день встретился с графом Ричардом, который, как оказалось, знал Кристину. Именно она являлась во сне. Поведал о настоящем отце парня. И только затем открыл тайну, в которой они погибли от рук одного человека, а именно лекаря Константина. Генри оправдывался, что не поверил графу. Он не знал его до этого дня. Как можно верить незнакомцу? Однако слова Ричарда оказались слишком убедительны. В этом признался парень. Речь графа поселила сомнение, заставила задуматься, где истинная правда. Генри не забыл о том, как Ричард обрисовал причину убийства, которой стала измена Кристины. На мгновение Константин так увлекся рассказом Генри, что история могла быть вполне реальной. Слишком хорошо многое из сказанного складывалось в одно целое. Генри закончил свой рассказ словами, что Константин забрал ребенка из приюта из чувства вины.

Лекарь выслушал сына. Поник головой, зная, что сейчас ему необходимо рассказать свою версию произошедшего. Она хоть и отличается, но приятного в ней мало.

— Я помню, как граф был в поселке в то время, но не знал, что он так хорошо был знаком с Кристиной. Признаюсь, это удивило меня. Вполне возможно, это правда, — лекарь пытался связать теории, но сделать это трудно, пока на первом плане был разговор, — я расскажу о событиях так, как помню.

***

— Да уж, — непонятно зачем произнес Ваня, — не завидую лекарю.

— Ну, Вань! — в один голос возмутились девушки.

— Что?

— На самом интересном перебил, — продолжила Маша.

Ваня посмотрел на Машу, затем на Дашу, которые ждали продолжения. Дима в это время вел себя менее заинтересованно.

— Прошу прощения, — сказал он, тем самым как бы давая разрешение профессору продолжить.

***

Константин поведал Генри историю, где главными героями являлись его родители: кузнец Уильям и красавица Кристина.

***

— Погодите, — Ваня опять влез в повествование, — он что рассказал ему всю первую часть? Мы ж на это вчера потратили часа три или больше. Ну, примерно.

— Ты можешь дослушать и не перебивать? — вступилась Маша, видя, что Николай Михайлович не желает спорить.

— Я не спорю. Интересуюсь.

— Даже если всю истории рассказал лекарь, то он ведь не пересказывал диалоги с точностью, — Диме как будто надоело выслушивать глупые предположения своего товарища, — отсюда и времени меньше это должно занять. А вообще, какая разница, сколько времени это заняло у него? Пусть хоть полночи просидят.

Опять извинившись, Ваня замолк, а профессор вновь продолжил свое повествование.

***

Константин поведал Генри историю, где главными героями являлись его родители: кузнец Уильям и красавица Кристина. Лекарь начал с появления в поселке кузнеца, продолжил его знакомством с Кристиной, их свадьбой и рождением сына Генри. Не стал скрывать, что парень является их ребенком. Далее Константин упомянул о странных событиях в поселке, пропаже людей. Вспомнил о вечере, когда Уильям искал свою суженую, как приходил за помощью, но тут же отказался от нее. Все события постепенно подводили к одному дню, когда кузнец исчез.

— Я не знал, что произошло с ним. Мне казалось, что-то не так. Странное исчезновение, странные похороны. Необычное странное поведение Кристины. Я заподозрил ее в причастности. Не могу объяснить, как это произошло. Мне доводилось и раньше выслеживать убийц. Говоря честно, я не просто лекарь, который любит исцелять людей. Раньше, очень много лет назад я был охотником, — предчувствуя вопрос парня, Константин поторопился объясниться, — охотников много, знаю, но я относился к ордену, где люди охотились на особенных жертв. Да и жертвами они являлись лишь номинально. Вечное противостояние добра и зла. Мы служили добру. Пусть оно и было с кулаками. Существует договор, по которому нечисть не имеет права убивать обычных людей. Нарушившие договор обрекаются на смерть. Это и произошло с твоей матерью. Она была ведьмой. Добившись признания о причастности к смерти Уилла, я исполнил свой долг. Возможно, у меня был выбор, но если бы не я, то рано или поздно это сделал бы кто-то другой. Не знаю, сколько зла сотворила бы Кристина еще, — лекарь словно представил все, что могло произойти, — тебя определили в церковный приют, откуда спустя время я забрал тебя. Не из чувства вины, как тебя уверили. Ты особенный, и я обязан тебя защитить.

Генри выслушал историю. Осознав, что его ввели в заблуждение, парень запутался еще больше. Кому верить, когда вокруг все лгут?

— Зачем граф солгал? Какая ему выгода от этого?

Константин, узнав, что именно Ричард открыл правду, не мог понять, откуда он все знал. Вопрос Генри подтолкнул в верной мысли и многое расставил по своим местам.

— Все сходится, — спокойно проговорил лекарь, — точно, все сходится.

— Что сходится? — не терпелось узнать парню.

— Я помню слова Кристины перед смертью. Она сказала, что за ней стоит великий колдун. Еще что-то про изменение мира, его присвоение.

— Граф Ричард — это колдун?

— Вероятно, да. Он появлялся ранее. Был на свадьбе. Возможно, Ричард на самом деле был знаком с Кристиной и знаком давно. Что если все было спланировано заранее?

— Что именно?

— Вероятнее всего, у колдуна был план. Ведьма выступила как сообщница. Получается, они играли жизнью кузнеца, как куклой. А когда тот потерял ценность для них, избавились от персонажа.

Генри не до конца понимал слова Константина, но старался не отставать и строить новые предположения.

— Они задумывали что-то плохое, но ты вмешался в их планы.

Лекарь сомневался в этом.

— Не думаю, что я помешал им очень уж сильно.

— Почему?

— Дело в том, Генри, — лекарь тяжело вздохнул, — ведьма не может иметь детей по своей натуре. Твое рождение — это знак, не добрый знак. Я поклялся оберегать тебя от любых воздействий темной силы. Увы, не распознал я в графе темного колдуна. Думаю, он замыслил какой-то план, где ты играешь важную роль. Такое чувство, настало время для очередного шага. Не зря он нашел тебя и оказал давление. Наверняка, знает он и обо мне. Хотел твоими руками избавиться от противника. Не удалось.

Константин сложил все известные кусочки головоломки. Обмолвился, что хочет остановить колдуна. Генри воспротивился.

— Это опасно. Он подчинил мой разум с помощью своих колдовских чар. То же самое может сделать и с тобой. Нужно действовать иначе.

Лекарь согласился, лишь бы Генри был спокоен. Да, целитель ведал некоторые заклинания, но направлены они на другие деяния, а не на противостояние темным колдунам и ведьмам. И все же задумал поговорить с графом, не выдавая себя. Разговор Константина и Генри закончился, после чего все отправились отдыхать, и пусть что ночь была бессонной.

На следующий день лекарь под обычным предлогом наведался к графу Ричарду. Сделал это рано утром, чтобы застать Ричарда дома. Граф удивился посетителю, но не отказал в приеме. Константин спросил о здоровье, объясняя тем, что жители в последнее время чаще жалуются на внезапную простуду. Граф уверил, с ним все в порядке. Помня о вчерашнем разговоре с Генри, лекарь прихватил с собой клинок на всякий случай. Всегда нужно быть готовым к нападению нечисти, особенно когда идешь в дом к колдуну. Ричарда не покидала мысль об истинной цели Константина. Он никогда не посещал его вот так внезапно. Граф торопился, ведь собрался покинуть поселок на пять дней. Услышав это, целитель успокоился и решил не делать глупостей.

Константин отправился домой. По пути встретилась ему София, хозяйка постоялого двора. Она возвращалась к себе, но увидев лекаря, завела с ним разговор.

— Ой, целитель ты наш, все хочу к тебе наведаться, да времени нет. Мучаюсь уже который день.

— Что ж за недуг случился?

Женщина уже была в возрасте, и с каждым годом нагрузки ощущались больше. Пожаловалась она на все, что только можно.

— И колени болят, и руки болят, а еще голову не могу повернуть. Вот бы ты мне помог, — голос Софии больше был притворным, но отказывать в помощи лекарь не стал.

— Я сегодня же принесу одно очень действенное целебное средство. Покажу, как применять. Всю боль как рукой снимет.

— Хоть бы помогло, — женщина уже повеселела, — знаю, что не девочка, и возраст дает о себе знать, но что ж делать. Помирать что ли?

— Не нужно помирать.

Константин проговорил с Софией долго, никак не мог уйти. Только убедив, что его ждут другие люди со своими жалобами, лекарь отправился дальше. Граф тем временем проследил за Константином, будет ли он посещать еще кого-либо. Целитель продумал и этот шаг. Чтобы избежать подозрений ненужных, он зашел еще в несколько домой, выбирая их случайным образом. Да и встреча с Софией была кстати. Ричард удостоверился в честности Константина и спокойно покинул поселок.

Вечером того же дня Генри вновь пришел к реке, где встретился с незнакомкой. Понравилась она, и парень хотел увидеть ее снова. Генри надеялся, что девушка окажется там. Странным было, что надежда оправдалась. Первым делом парень узнал имя. Девушку звали Беатрис.

— Я где-то слышал это имя, — понял Генри, вспоминая, откуда оно знакомо ему, — по-моему, так называли дочку графа Ричарда.

Девушка призналась, она и есть его дочь. Признание изменило отношение Генри к новой знакомой. Он рассказал все, что знает и думает о графе.

— Твой отец злой колдун и виновен в смерти моих родителей. Значит и ты с ним заодно. Ты нарочно встречаешься со мной, чтобы подчинить своим чарам, — откуда эти мысли появились, парень не понимал.

— Нет-нет, — отрицала Беатрис, — я против действий отца. Мне совсем не нравится его занятие. Я знаю, кто он. Его влияние распространяется и на меня. Он не выпускает из дома, требует, чтобы изучала заклинания, проводила обряды. Я делаю все, что он просит, ведь в противном случае отец отправит меня туда, откуда я не вернусь.

— Он может так поступить со своей дочерью? — ненависть сменилась сочувствием.

— Поверь, отец способен на любое зло ради своей цели. Мне хочется сбежать, но не знаю, как это сделать.

Долго не думая, Генри понял, как можно использовать положение Беатрис в своих целях. Парень поинтересовался, как она живет с ним под одной крышей. Оказалось, что девушка живет в городе отдельно от отца, в доме, где множеством слуг. Ричард сделал расписание своих посещений и никогда его не нарушал.

— Как же ты преодолела такое расстояние? До города ведь далеко.

Генри посмотрел на другую сторону реки, вспоминая, в какой стороне располагался город. Виден ли он вообще и этого места.

— Если ты еще не понял, когда я сказала, что изучаю заклинания и обряды, то скажу прямо. Я — ведьма.

Генри воспринял это уже спокойнее. Пусть даже где-то внутри закралась мысль недоверия. Наличие способностей было на руку. Иметь в сообщниках ведьму, значит иметь союзника, способного противостоять колдуну. Сам парень не понимал заклинаний, хоть и являлся сыном ведьмы. Генри думал признаться, что Беатрис ему понравилась, как вдруг девушка попросила извинить и поторопилась уйти. Снова. Решив, что ей пора возвращаться домой, Генри не остановил девушку. Он не представлял, как она добирается домой. Не разбирался в заклинаниях, в их действии. Казалось, можно топнуть ногой три раза и перенестись в другое место. Чтобы лучше узнать друг друга, генри и Беатрис договорились встретиться вновь.

Следующий вечер. Генри пришел в то же время, перед закатом. Беатрис появилась из ниоткуда, как всегда.

— Я хочу сделать для тебя кое-что. Ты уже знаешь, что я ведьма, но ты должен знать, ведьмы чувствуют друг друга. Я чувствую твою мать Кристину.

— Она жива? — Генри уже надеялся, что встретится с ней.

— Нет, к сожалению. Но она не обрела покой до сих пор. Кристина мается на дне колодца, в котором оказалась словно в ловушке. Я могу ей помочь. Возможно, ты увидишь ее на мгновение.

Генри готов был многое отдать ради этого. Он расспросил, что необходимо для обряда. Уверил, он способен достать, что угодно. Беатрис успокоила парня, сказав, что все необходимое при ней. Однако она не успеет провести обряд сегодня. Все повторилось, как и в прошлый раз. Девушка исчезла, а Генри отправился домой. Он ничего не сообщил Константину о своих встречах с Беатрис.

Следующий день прошел быстро для всех, но не для Генри. Он с нетерпением ждал вечерней встречи, ведь Беатрис обещала провести обряд, который не только поможет Кристине обрести покой, но и организует встречу матери с сыном. Как это будет, Генри не мог даже предположить. Все, что знал, так это длительность встречи — одно мгновение. Что можно успеть сделать, сказать за столько малое количество времени? Возможно, ничего, но, может, многое. На этот раз встретились Генри и Беатрис возле колодца. Девушка попросила парня делать все необходимое, иначе что-то могло пойти не так. Убедившись в отсутствии свидетелей, Беатрис начала обряд. На всякий случай шепнула несколько слов, чтобы отвести посторонние взгляды. Ведьма приказала Генри достать из колодца полное ведро воды. Парень исполнил указание. Беатрис шептала заклинание и рисовала на воде магические символы. Завершая заклинание, ведьма бросила колдовской порошок в воду. Неожиданно жидкость загорелась. Генри смотрел на действия Беатрис, как на фокусы, которые видел когда-то. Не хотел упустить что-либо важное, поэтому не отрывал взгляда.

Огонь погас, и Беатрис попросила Генри вылить воду обратно в колодец. Парень аккуратно взял ведро, чтобы не пролить ни капли. Девушка не уточнила, как следует сделать это действие. Быстро или медленно. Он выбрал первое. Думал, сейчас произойдет что-то необъяснимое, вроде рассказов о том, как душа поднимается к небу. Ничего такого не случилось.

— Почему ничего нет?

— Погоди немного.

Беатрис на пару шагов отступила от колодца. Генри сделал то же самое. Вдруг внутри колодца вода закипела, стала подниматься вверх. На поверхность вода не вытекала, поднимался пар, словно густой дым. В этом пару и возник образ Кристины. Генри успел увидеть его лишь на мгновение, как и говорила Беатрис. Он смотрел на происходящее с широко открытыми глазами, ведь никогда такого не встречал. Кристина явно что-то произнесла, но слов ее парень не расслышал. Генри смотрел в глаза матери и движение ее губ не разобрал. Прошла секунда, пар рассеялся.

— Она обрела покой? — поинтересовался парень, спустя несколько секунд, попутно заглядывая в колодец.

— Да, — Беатрис была немногословна.

Вспомнив, что ведьма чувствует ведьму, Генри подумал, Беатрис могла понять слова его матери. Об этом он поинтересовался у девушки, заодно это стало проверкой желания Беатрис помочь.

— Ты видела, она что-то сказала? Я не успел прочесть по губам.

— Она проговорила что-то вроде «кузнец — железный рыцарь».

— Что?

— Кузнец — железный рыцарь, — повторила Беатрис.

С чем это связано и связано ли вообще, Генри не понимал. При чем тут непонятный железный рыцарь и кузнец. Появилось предположение, что возможно, Уильям выполнял особенный заказ, суть которого и состояла в рыцаре, скорее всего, доспехах. Вдруг все сложилось само.

— Кузнец Уильям! Отец говорил, что не знает наверняка, жив он или нет. Возможно, это о нем. Может, кузнец жив. Нужно найти его!

Парень уже собрался попросить Беатрис помочь ему с поисками нужной информации с помощью магии. За несколько встреч с ведьмой, Генри привык к использованию колдовства и был зол на себя за то, что сам не знал никаких заклинаний. Однако девушка извинилась и вновь как будто растворилась в воздухе.

Генри расстроился и обрадовался одновременно. Огорчился, что Беатрис исчезла и не помогла найти отца. Все же радость, что смог увидеть мать, была сильнее. Парень был уверен в новой встрече с ведьмой, которая все больше манила к себе, и не только магией.

Возможность увидеть отца придавала сил Генри. Еще некоторое время назад он жил одной жизнью, но теперь все изменилось. Парень отправился домой, где его ждал Константин, чтобы услышать все произошедшее за день.

***

Сестры о чем-то перешептывались несколько минут. За это время Ваня успел отправит несколько сообщений. Даже сейчас он не выключил телефон. Николай Михайлович потер глаза, словно устал читать книгу.

— Странная эта Беатрис, — уже громче сказала Маша, — как там говорилось о ведьмах?

— Ведьма всегда остается ведьмой, даже если совершает добрые поступки, — вспомнил Дима, — как-то так.

— Вот. Значит, она тоже затевает что-то недоброе. Помогла Кристине обрести покой, теперь еще, наверно, и кузнеца спасет, — составляла цепочку событий Маша.

— А потом совсем станет доброй, выйдет замуж за красавца Генри и поедут они куда-нибудь на курорты отдыхать, — с долей сарказма отметила Даша, — как принц и принцесса.

Профессор не опроверг слов девушек. Оставалось совсем немного до того, как истинные желания каждого станут ясны всем. Зачем же раскрывать тайну сейчас.

Глава 11. Возвращение души

Дома Генри первым делом рассказал все о случившемся. Парень думал, Константин обрадуется, ведь благодаря Беатрис ведьма Кристина обрела покой и более не побеспокоит никого. Однако лекарь воспринял все иначе. Связь Генри с ведьмой мешала планам целителя. Столько лет он защищал его от любых посягательств тьмы, любых столкновений с темными слугами, а тут парень сам нарочно встречается с Беатрис. Ведьма всегда остается ведьмой, и у нее свои мысли и планы, о которых она не расскажет обычному человеку, особенно если тот является куклой в ловких руках.

— Почему ты не рассказал мне о Беатрис раньше?! — ругался он, — она может быть опасна. Говоришь, эта девушка дочь колдуна. Возможно, их игра более сложная, чем тебе кажется!

— Она против деяний своего отца! — возразил Генри, — Беатрис помогла мне увидеть мать. Но и это еще не все.

— Интересно, что еще такого могла сделать или пообещать ведьма?

— Кузнец Уильям жив! — заявил Генри.

Константин замер. Лекарь не отводил глаз от парня, ожидая продолжения. Генри не торопился, как будто дал время осмыслить услышанную информацию. Гибель кузнеца наложила свой отпечаток на жизнь Константина.

— Уилл жив?

— Скорее всего, да, — уже с меньшей уверенностью сказал Генри, — Кристина в момент своего появления произнесла что-то вроде подсказки. Ее слова были о кузнеце и о железном рыцаре, то есть кузнец — это железный рыцарь. Я вот думаю, может, это как-то связано с тем, где сейчас находится он. Что за железный рыцарь?

Константину не нужно было вспоминать, где он видел железного рыцаря. Знал, что в кузне есть статуя, происхождение которой ему неизвестно. Лекарь часто бывал у кузнеца и видел, какие изделия тот кует. Рыцаря Константин увидел уже после смерти кузнеца и то один раз, поэтому особо не задумывался о происхождении его. Предположил возможность особого заказа, который кузнец держал в тени.

Не теряя времени, Константин и Генри отправились в кузню. Время уже было позднее, но ничего не могло остановить их. В самой кузне изделий практически не осталось после смерти кузнеца, точнее, после его исчезновения. Константин заглянул туда мельком, на всякий случай. Вдруг что упустил или забыл. Пришлось потрудиться прежде, чем войти, ведь двери и окна были заколочены. Кроме кузницы поблизости располагалось второе помещение, где как раз-таки кузнец в свое время и хранил уже готовые изделия. К счастью, никто не тронул их.

В подсобном помещении среди множества металлических штуковин отыскали саму статую рыцаря. Вообще, искать ее не пришлось. Она была почти с человеческий рост, поэтому догадки о том, что это и есть кузнец, вполне могли быть правдивыми. Прикоснувшись к металлу, Генри почувствовал магическое воздействие.

— Он там, я чувствую.

Константин не обратил внимания на слова парня. Это могло быть обычным самовнушением. Генри хотел верить во все, лишь бы увидеть отца. Часто бывает, люди выдают желаемое за действительность. Лекарь вновь начал говорить о Беатрис.

— Не нужно слепо верить ведьме. Ее помощь может быть злыми проделками, которые направлены на то, чтобы увлечь тебя во тьму. Даже если дух кузнеца заключен в металл, даже если Беатрис способна вернуть его к жизни, это не значит, что к нам вернется былой кузнец. Почти двадцать лет прошло. Не известно, что произошло с Уильямом за это время в клетке.

— Ты предлагаешь оставить его там?

— Нет. Ни в коем случае, но нужно обдумать сделку с Беатрис.

— Какую сделку? Нет никакой сделки. Она просто помогает мне. И к слову, Беатрис еще не знает, что мы хотим оживить кузнеца. Я еще не говорил ей об этом.

— Тогда нужно поговорить нам вместе. Пусть она придет сюда, и мы все вместе будем присутствовать при ее колдовстве. Так я смогу контролировать ее действия, или повлиять на их ход, — лекарь сказал это только для того, чтобы повлиять на парня, а не на ведьму. Константин знал только один способ, который может хоть как-то воздействовать на ведьму. Им был клинок.

Железного рыцаря сразу перенесли в кузню. Оказался он нелегким. Так как встреча Генри с Беатрис должна была состояться только следующим вечером, пришлось ждать целый день, занимаясь другими делами. Парень поддержал идею, что с ведьмой нужно поговорить им обоим, следовательно, ей необходимо прийти в кузню. Генри дождался вечера и отправился на встречу с Беатрис. Парень объяснил, им удалось разгадать головоломку о кузнеце и железном рыцаре. Рассказал, что ему снова нужна помощь ведьмы. Вдруг она способна оживить человека? Беатрис отозвалась об оживлении отрицательно. Невозможно оживить умершего человека, но если человек не умер, а был заколдован, то это вполне реально.

Они отправились к кузне, где их ожидал Константин. Идти пешком было слишком долго, поэтому Беатрис перенесла и себя, и Генри к кузне за секунду, произнеся нужное заклинание. Парень представил лекаря и ведьму друг другу. Беатрис искоса посмотрела на целителя, подозревая, что он скрывает в тайне что-то важное. Лекарь не медлил, сразу показал статую, в которой возможно заколдован кузнец. Беатрис подошла к железному рыцарю и дотронулась рукой, применяя свои магические чары.

— Здесь заключена душа человека.

— Ты можешь освободить его? — Генри предвкушал, как Беатрис согласится помочь, как шепнет одно из своих заклинаний, и душа Уильяма освободится из железного плена.

— Это не сложно.

Константин все еще надеялся на благоразумие парня. Поддаваться чарам ведьмы опасно. Поинтересовался, каким вернется кузнец. Могут ли произойти с ним изменения за то время, пока его душа была закована в металле. Беатрис не ответила одобрительно, сославшись на вероятность чего угодно. Генри просил скорее приступить.

Вдруг Беатрис попросила оставить ее одну. Константин насторожился. Чего-то подобного он ожидал от ведьмы, но допустить не мог очередного промаха.

— Зачем это?

— Не хочу, чтобы вы попали под действие заклинания. Оно способно не только избавить от колдовских чар, но и наоборот. Вы же не хотите превратиться во что-то подобное, — и девушка указала на железного рыцаря.

Не согласиться на условие ведьмы было нельзя. Константин покинул кузню, вслед за ним и Генри. Пока девушка колдовала, снаружи завязался недолгий разговор.

— Думаешь, она способна оживить его? — спросил Константин, словно Генри мог ответить на этот вопрос со стопроцентной уверенностью. Лекарь волновался также сильно, как и парень. Генри желал увидеть своего настоящего отца, Константин же мог увидеть своего друга живым спустя столько лет.

— Будем надеяться, — внешнее спокойствие парня в этот момент было напускным. Внутри бушевала буря эмоций. Казалось, сердце вот-вот выпрыгнет наружу от волнения.

— Да, если получится, Уилл может рассказать нам, что произошло с ним.

— Важнее, что он будет жить. Я, наконец, узнаю отца.

Лекарю было грустно слышать эти слова. Все это время они жили неплохо. Генри считал Константина своим отцом. Теперь, когда появится настоящий родитель, кем станет целитель для Генри, не понятно. Лекарь старался не показывать своих переживаний, своей печали, но внутри появилось маленькое желание, чтобы у ведьмы ничего не вышло, и железный рыцарь остался всего лишь металлом.

Сбыться этому желанию было не суждено. Как только Константин подумал о нем, открылась дверь, появилась Беатрис. Махнув рукой, она позвала за собой войти внутрь кузни. Константин слегка растеряно шагнул вперед, а Генри почти побежал к двери. Он вошел первым. Лекарь за ним.

Константин увидел Уильяма сидящим на скамье возле стены. Он приходил в себя, отряхивая одежду, словно от пыли, накопившейся за много лет. Генри подбежал к отцу и обнял его. Уильям хоть и пробыл много лет в колдовском заключении, но понял, перед ним его сын. Константин остановился в двух шагах, рассматривая друга, в том числе как лекарь. Нет ли каких повреждений. Кузнец постарел на те восемнадцать лет, что прошли с последней их встречи. Спросив у Беатрис, почему Уилл не остался молод, каким был раньше, целитель получил очевидный ответ. Ведьма объяснила, что не стареет душа, а тело изнашивается, даже если спит. Попросив прощения у лекаря за то, что должна покинуть их, Беатрис ушла. Константин даже не успел поблагодарить девушку за спасение друга. В этот вечер он увидел в ведьме что-то доброе, чего никогда не находил в нечисти.

Покинув кузню, все пришли в дом Константина. Кузнец по дороге расспросил, сколько лет прошло. Поблагодарил друга, что не бросил Генри и воспитал его. Чувствовал себя Уильям хорошо, шутил, что выспался и теперь не уснет, а вот от сытного обеда не отказался бы.

Устроили ужин в честь возвращения кузнеца. Однако приглашать никого не стали. Нужно было придумать историю, как объяснить исчезновение Уильяма и его возвращение. Константин прежде всего желал узнать, как все произошло на самом деле. Кузнец рассказал все, что помнил, не скрыл ни одной детали. Словно пересказывал себе события той ночи много раз. В своем рассказе Уильям упомянул, что у колдуна была вещица интересная и очень знакомая, но разглядеть ее не успел. Константин в свою очередь поведал о гибели Кристины, о своей роли в противостоянии добра и зла. Также рассказал о графе Ричарде, о своих предположениях на счет его колдовства. Это были даже не догадки, а почти убеждения. Уильям вспомнил, что изготавливал амулет для графа. Возможно, его и видел кузнец тогда.

Когда перестали строить догадки и версии по поводу колдуна, перешли на другие нерешенные вопросы.

— Для чего им Генри? — этот вопрос задал Константин.

Уильям точного ответа не знал. Да и откуда он мог знать что-то. О том, что Кристина является ведьмой, кузнец узнал в самый последний момент. Колдун тоже не открыл своих планов на счет парня, но опять же догадки были.

— В ночь полнолуния восемнадцать лет назад Ричард и Кристина провели обряд. Генри тоже был там. Я не видел, что именно они сделали, но точно что-то недоброе.

— Колдун сказал, во мне великий дар, и я должен принять его.

— Он хочет присвоить мир себе или подарить всем темным слугам, — добавил Уильям, — возможно, ты являешься ключом к его планам. Конечно, нам обязательно нужно узнать это, но нельзя забывать о постоянной опасности.

— Да, нам всегда нужно быть готовыми к битве, — эти слова прозвучали из уст лекаря. Сам он до конца не разобрался, как подготовиться к тому, чего не знаешь.

Да, много раз Константин сражался с нечистью, но никогда не попадал на такого могущественного колдуна, как Ричард. И дело даже не в этом. Сам лекарь имел клинок, который был верным помощником в борьбе со злом. Что касается Уильяма и Генри, то в них уверенности не было. Они не войны. Генри имел дар, но какой именно, неизвестно. Кузнец был обычным человеком. Однажды он уже встречался с колдуном и мог погибнуть. Вторая встреча также может привести к смерти.

Генри пообещал поговорить с Беатрис вечером. Он надеялся, девушка на самом деле хочет помочь им. Парень не допускал ни единой мысли, где ведьма играет с ним в свою злобную коварную игру.

Весь следующий день Константин и Уильям вели разговоры о годах, которые пропустил кузнец. Генри не вмешивался, занимался другими делами. Не переставал парень думать о Беатрис. Пусть она и была ведьмой, но при этом красивой девушкой. Казалось, в сердце его поселилось чувство к ней, которое он никак не мог объяснить себе. Возможно, оно и заставляло думать о девушке только с положительной стороны. Когда же наступил вечер, Генри предупредил Уильяма и Константина, что отправится на встречу с девушкой.

Парень стоял у края берега, когда услышал знакомый голос позади. Однако голос тот принадлежал не Беатрис.

***

Ребята попросили сделать перерыв на пять минут. Профессор согласился, понимая, что это не помешает и ему самому. Никто не покинул комнату, все просто захотели поговорить и обсудить произошедшие в истории события.

— Я понял, почему для меня история воспринимается иначе, — начал Дима, — вчера событий было больше, но еще они происходили не сразу. То неделя пройдет, то год. Сегодня все события помещаются в пять дней.

— А ведь правда, — согласилась Даша.

— Точно. Тут же все началось с момента, когда Генри пришел к священнику и рассказал о своих снах. Потом он не дошел до дома и встретился с колдуном. Только затем поговорил с лекарем. И все это в один день. А потом начались встречи с ведьмой на берегу реки, — Маша соединила все в одно, — а почему так?

Девушка посмотрела на Николая Михайловича, адресуя этот вопрос ему.

— Так кто знает, почему история складывается именно так, — с улыбкой на лице ответил преподаватель, — так получилось, видимо. Или вы думаете, что я сам тороплю события, чтобы поскорее завершить свой рассказ?

Ребята тут же принялись отрицать это предположение, говорить, как им интересно слушать профессора. И все-таки желание узнать, чем же все закончилось, было настолько велико, что могли простить любые сокращения сюжета, отбрасывание ненужных персонажей и всего остального.

Впереди оставалось самое главное. Развязка была близка, как и истина.

Глава 12. Противостояние

Солнце почти зашло за горизонт. Генри уже покинул дом ради встречи с Беатрис. Это время старые друзья проводили за разговорами обо всем на свете. Константин не забыл о кузнецах, которые появлялись после Уильяма. Рассказывал лекарь о них смешно, и Уилл не переставал смеяться. Но даже за смехом проявлялась некая тревога за Генри.

Незаметно разговор пришел к вопросу, откуда появилась Беатрис. Кузнец осторожно воспринял весть, что эта девушка помогла ему вернуться в прежний мир.

— Не знаю я, откуда появилась эта девушка, но Генри верит ей, как самому себе, — только это смог сказать лекарь, — с его слов, Беатрис возникла в тот момент, когда Генри был у реки, размышляя, как быть. В тот вечер он узнал обо всем от графа.

— Этого я и боюсь. Граф поведал о судьбе Генри, чтобы подтолкнуть ближе ко тьме. А после девушка, дочь Ричарда, появляется чтобы помочь. Странно это.

Константин согласился. Уильям вновь повторил слова, что ведьмам верить никогда нельзя. Ведьма всегда остается ведьмой, даже если совершает добрые поступки.

Целитель хотел было завести разговор о чем-то еще, но Уилл остановил его испросил, знает ли он, где должна состояться встреча Генри и ведьмы в этот вечер. Лекарь мог сказать только про обрывистый берег реки. Только его Генри упоминал в своих рассказах о дочери графа.

— Предчувствие у меня нехорошее, мой друг, — заявил Уильям, — давай прогуляемся до реки, и не забудь свой клинок.

Лекарь уже несколько дней держал оружие при себе. События развивались так, что оставаться без клинка опасно. Долго не думая, Уильям и Константин отправились к нужному месту. Шли быстро. Константин вспомнил одну странность. Беатрис любила исчезать неожиданно. Это могло быть с чем-то связано. Возможно, со временем.

В этот миг Генри услышал знакомый голос. Он принадлежал графу Ричарду. Парень испугался, но старался не подавать виду. Беатрис стояла поодаль, опустив голову. Совершенно неподвижно. Генри показал, что не боится, подошел ближе. Вот она встреча с колдуном. Карты брошены на стол. Теперь скрывать нечего.

— Ты хотел сделать из меня оружие, заставить убить того, кто вырастил меня! Не выйдет, — неведомая до сих пор сила появилась в сознании Генри.

— Не выйдет? — рассмеялся колдун, — уже вышло. Ты легко поддался на мои уловки.

Парень не забыл и о девушке. Желая найти ее поддержку, он обратился к ней.

— Беатрис, зачем ты пришла с ним? Ты же против того, что он делает.

Девушка подняла голову, посмотрела на Генри, но не ответила. Граф рассмеялся еще громче.

— Ты до сих пор думаешь, что она помогала тебе, потому что между вами что-то вроде любви?! Опомнись! Она ведьма! И это я приказал ей сделать все то, что она сотворила. Так было необходимо.

Генри смотрел на колдуна, чтобы не упустить момента, когда тот перейдет в наступление. Почем-то парню казалось, что так должно быть. Мельком взгляд улавливал опустошенное лицо Беатрис. Она словно кукла стояла и молчала, не имея возможности что-либо предпринять. После слов графа о причастности к действиям ведьмы у Генри пропала всякая надежда на ее помощь.

— Она действовала по твоему приказу? — зачем-то спросил он.

— Именно так.

— Но тогда для чего вся эта игра? Зачем мы ходили к колодцу, чтобы упокоить дух моей матери, зачем вернули отца?

Генри думал, что больше нет тайн, и все ответы найдены. Оказалось, многое не так, как видится на первый взгляд.

— Кристина давно обрела покой. В колодце не было никого. Это иллюзия. А нужна она была для того, чтобы направить к кузнецу. Его оживление тоже не несет никакой значимости. Мне не понравилось, что Кристина его заколдовала, не дав убить его. Теперь я сделаю все, как следует. Считай это моей прихотью.

— Значит я был всего лишь пешкой…

В этот миг подоспели лекарь и кузнец. Они издалека увидели, что Генри встретился не только с Беатрис, но и с колдуном. Константин держал при себе клинок, старался не показывать это слишком явно, желая преподнести сюрприз. Колдун увидел их еще на подходе.

— А вот и остальные персонажи нашей небольшой совместной истории.

— Ты поплатишься за все, что сделал! — первое, что произнес кузнец в адрес темного мага.

Граф Ричард глубоко вздохнул.

— Опять эти речи. Вы утомили меня своими речами. Зачем они нужны вообще? В этот раз я не дам возможности тебе проститься с родными.

Колдун взмахнул рукой, направив магический удар в сторону кузнеца. Увернуться Уильям, конечно же, не успел. Его отбросило назад. Константин стоял не так близко, чтобы и его задело. Ему повезло. Генри, увидев это, тут же бросился к колдуну, надеясь, что тот самый неизвестный дар, который заключен в нем, сработает. Ричард успел подготовить магический удар и для парня. Однако то, что произошло в это мгновение, поразило не только самого Генри, но и колдуна. Парень просто укрыл рукой голову, и магия колдуна не нанесла никакого урона ему. На пару секунд Генри остановился, чтобы поверить в произошедшее. Константин не растерялся и подбежал к кузнецу, удостовериться, что он жив. Уильям выдержал удар колдуна, но находился без сознания. Медлить было нельзя. Чтобы хоть как-то обмануть темного мага, лекарь решил зайти сзади и нанести удар клинком со спины. Пусть это было подло, но поступки зла были куда хуже.

Генри осознав, что дар, о котором говорил сам Ричард, в нем все-таки есть, нанес удар по колдуну. Темный маг совсем забыл, кто перед ним теперь. Это не тот кузнец Уильям, которого он мог легко убить. Сейчас перед ним Генри, кого сам колдун восемнадцать лет назад сделал великим магом. Желания драться с ним у колдуна не было. План состоял в другом, подчинить Генри тьме. Однако если этого не выйдет, то путь только один. Удары парня Ричард отражал не без труда. Пусть Генри обладал могуществом тьмы, но был только в начале своего темного пути. Не изучил он многих секретов и таинств магии.

Константин, как и хотел, подошел сзади к колдуну. Клинок уже был в его руке. Генри хорошо отвлекал Ричарда своим напором. Темный маг едва успевал отбиваться от магических ударов парня. Оставался всего лишь один взмах, и Константин отправит колдуна во тьму. Не получилось. Беатрис, до сих пор стоявшая в стороне и не обращавшая своего внимания на происходящее, как будто очнулась ото сна. Девушка увидела, как хитрый лекарь крадется к ее отцу, чтобы убить. Не могла она допустить этого.

— Отец! — крикнула ведьма, и темный маг почувствовал угрозу позади себя.

Колдун развернулся и нанес лекарю смертельный удар, не используя магию. Целитель упал на землю у ног Ричарда, обронив клинок.

Увидев смерть Константина, Генри опустил руки, перестал сражаться. Всего пара мгновений продолжалось затишье. Колдун ничего не предпринимал, словно ожидая решения парня. Генри сжал кулаки, разозлился и высвободил зло, что таилось в нем. В тот миг огонь охватил тело парня. Ричард обрадовался этому. Знал, теперь ему придется постараться, чтобы выжить, но цель его жизни была почти достигнута. Великий маг принял свой дар и освободился из клетки. Генри бросился к Ричарду с новой силой. Темный маг, увидев могущественный гнев парня, опустил руки и не защищался. Один удар отделял его от тьмы, ради которой он пожертвовал своей жизнью. Этот удар нанес Генри. Колдун не упал на землю, его не отбросило на большое расстояние. Маг сгорел в огне непостижимой силы. Ничего от него не осталось. Опасность исчезла. Огонь погас. Генри наклонился к лекарю. Константин еще дышал, но жить оставалось недолго. Рана оказалась слишком глубокой.

— Генри, прости меня, — слова были еле слышны, а вокруг царила гробовая тишина, — это я виноват. Если бы я не отрекся от ордена, то смог распознать заговор еще до обряда. Ты мог бы прожить обычную счастливую жизнь. Теперь все будет иначе. Борись со злом внутри себя.

Эти слова стали последними. На глазах парня проступили слезы. В этот раз он не сдерживал своих эмоций.

Беатрис, находившаяся все время в стороне, подошла ближе. Генри почувствовал ее приближение. Теперь он мог сделать это, ведь является великим магом, которому обязана подчиняться ведьма.

— Почему ты поступила так? Почему не смогла пойти против своего отца?

Девушка ответила дрожащим голосом еле слышно, чтобы не нарушать образовавшейся тишины. Генри продолжал сидеть на земле с телом лекаря на руках.

— Ричард управлял мной, моим разумом, но я не хочу сказать, что в этом мое оправдание. Я ведьма, вот в чем мое оправдание. Совершая добрые поступки, я все равно творю зло. Сейчас ты можешь решить мою судьбу.

— Нечего решать, — ответил Генри. Парень осторожно положил тело лекаря на землю. Встал на ноги, — живи так, как тебе приказал твой отец. Если ты не воспротивилась его воле, значит тебе нравилось так жить. Не знаю, как он управлял тобой. Я не собираюсь этого делать.

— Хорошо, — Беатрис развернулась и пошла прочь, не сказав больше ни слова. Девушка растворилась в воздухе, как только парень отвел взгляд от нее.

Вспомнив о кузнеце, Генри нашел его взглядом и подбежал к нему. Уильям очнулся, как только парень прикоснулся к нему.

— Жив, — радостным голосом проговорил парень.

— Что случилось? Как голова болит? — кузнец постарался подняться на ноги.

— Все закончилось.

— А где… — Уильям увидел тело Константина и оборвал свой вопрос в самом начале.

Вместе они подошли к нему. Кузнец склонился. Генри сказал, что Константин пожертвовал собой ради их спасения. Парень реши пока что не рассказывать о том, что на самом деле таилось внутри столь долгое время. Уильям поднял клинок, чтобы случайно не забыть его.

Тело лекаря доставили домой уже ближе к полуночи. Вспомнились слова Беатрис о том, что умершего человека вернуть нельзя.

***

Профессор почти окончил очередную главу. Его слушатели сидели в тишине, сопереживая смерти Константина.

— Жаль его, — коротко выразил свое мнение Дима.

— Хотелось более счастливо концовки, — поддержала Даша.

— Это точно, — Маша согласилась с сестрой.

Николай Михайлович попросил еще несколько минут, чтобы окончательно завершить историю.

***

Прошло десять дней после смерти лекаря. Утрата Константина вновь сказалась на поселке, как когда-то смерть кузнеца. Однако в этот раз в поселке нашелся тот, кто занял место погибшего целителя. Им стал Генри. Конечно, многому еще предстояло научиться, но основное парень знал и умел.

Уильям вернулся в свою кузню. Многие не поверили, когда увидели прежнего мастера металла. Не узнать было кузнеца спустя столько времени. Кузнец, как было задумано, рассказывал всем придуманную историю, по которой он заблудился в лесу и каким-то образом потерял память. Не все приняли такое странное оправдание. Оно казалось еще более непонятным, чем вымышленная смерть кузнеца. Уильяму было наплевать, что подумают люди. Для него важней любимое дело и сын. Генри решил не скрывать, что он на самом деле сын кузнеца.

Граф Ричард больше не появлялся по понятным причинам. Народ решил, что граф передумал жить в поселке и вернулся обратно в город. Дом его так и остался нетронутым еще много лет. А вот темных слуг поубавилось в поселке. От этого Карл оказался убытке, но не совсем. О смерти графа Ричарда люди узнали от управляющего. Оказалось, что граф купил и таверну, и постоялый двор. Теперь же, когда Ричарда нет в живых, а дочь его исчезла куда-то, никто не предъявлял никаких прав на имущество. Радовался Карл, что вернул себе то, что по праву принадлежит ему, как он сам считал.

Генри, став лекарем, захотел найти лекарство, которое спасет его от зла, что живет в нем. Найти хоть какие-то знания и зацепки. Поначалу думал покинуть поселок, чтобы не подвергать никого опасности. Уильям переубедил. Странствуя, все равно будешь подвергать опасности кого-либо.

Парень продолжил жить, изучая самого себя. Не угасала надежда, что однажды наступит время, когда он найдет способ избавиться от темной сущности. Не дар это, а проклятье. Не должно оно жить в человеке.

Эпилог?

Профессор закончил свой рассказ. Ребята поблагодарили его, и засобирались домой, обсуждая услышанное. Николай Михайлович остановил их, попросил задержаться. Взгляд его был немного встревожен. Это заметила Маша. Они и спросила, что не так. Профессор рассказал:

— Дело в том, мои друзья, книга эта непростая. Есть в ней магия, которая никому не подвластна, даже тому, кто живет уже очень много лет и рассказывает истории. Книга решает, когда определенные события должны повториться.

Дима не поверил преподавателю и сразу вступил в диалог:

— Это как в кино. Мы станем героями какого-то фильма?

— Не стану утверждать точно, но примерно это звучит так. Отмечу, что не зря сегодня появилась Даша. Книга просит четырех человек для магического приключения. Конечно, не всякая история достойна быть пережитой снова и снова, а лишь та, что имеет значение в существовании мира.

— Погодите! — Ваня призвал всех быть более разумными, — вы считаете, что какая-то книга способна обладать магией?

Своего товарища хотел поддержать Дима, но не успел ничего сказать. Профессор опередил его.

— Мне казалось, что вы поверили в сказку.

— В сказку поверил, но это ведь не сказка. Вы говорите о реальности.

Все ждали ответа от Николая Михайловича, в связи с чем образовалась пауза.

— Вот это я попала в нужный день и в нужный час, — негромко проговорила Даша. Она хотела задать свой вопрос, но сестра оказалась быстрее.

— Это конечно звучит странно, но интересно. Я всегда мечтала поучаствовать в подобном, когда смотрела фентези. Но если мы сделаем что-то не так? Будем ли мы помнить, как нужно поступать? Кем мы будет там, в этой истории?

Профессор ответил постепенно на каждый вопрос.

— Ничего помнить из услышанного не будете. Вы станете теми, чья роль вам выпадет. Как поступить, это вам решать. Однако книга выбирает роли, соответствующие вашему реальному характеру, поведению. От вас зависит, как сложится эта история, и останется ли она такой, какой вы ее услышали.

Все четверо переглянулись. Еще минуту назад никто подумать не мог о такой развязке, сейчас все перевернулось с ног на голову.

— Значит, это обязательно? История должна остаться такой?

Николай Михайлович ответил отрицательно.

— Совершенно не обязательно, чтобы история оставалось в своем исходном состоянии. Правильней будет сказать, что у вас не получится узнать, какой она складывается. Ну, разве что после завершения.

— Можно ли отказаться? — спросил Ваня, — я не хочу, чтобы книга выбирала меня. У меня самоотвод. Мне нужно домой, меня ждут там.

— К сожалению, это невозможно. Вы уже здесь, значит так суждено.

— Что если кого-то убьют там, в этой истории? Вернемся ли мы в свое время? — поинтересовалась Даша.

На эти вопросы профессор не ответил. Добавил лишь, что за время своей жизни он не сталкивался с тем, чтобы именно эта история была пережита вновь. Это происходит впервые. Значит, ребятам выпала огромная честь побывать в другом мире, пережить историю, которая изменила все. Отметил, что в большинстве случаев истории остаются прежними или меняются незначительно, потому что книги выбирают тех, кто подходит для них.

— У меня есть вопрос, — Дима был настроен серьезно, — почему вы не сказали нам об этом вчера? Нарочно собрали нас здесь, чтобы мы поверили в какую-то магическую книгу. Нет, я не против отправиться в вымышленный мир, мне тоже интересно это, но не хочу слепо верить всему, что обещают. Обычно это заканчивает не хорошо.

Профессор находил ответы почти на все интересующие вопросы, но чем дальше, тем вопросы становились более сложными для него.

— Я мог сказать вам вчера, тогда вы не услышали бы историю, но все равно отправились в свое магическое путешествие. Хочу напомнить, именно вы обнаружили книгу среди остальных учебников. И смею вас уверить, я не оставлял ее там нарочно.

— Хорошо. Что нам нужно делать?

Профессор объяснил, как все произойдет. Этот обряд оказался не сложным, как многие другие. Он расположил книгу посередине стола. Дима, Маша, Даша, Ваня подошли ближе. Николай Михайлович открыл книгу на первой странице и попросил прикоснуться к ней. Вдруг зеленые страницы загорелись ярким светом, освещая комнату.

— Все будет хорошо. Поверьте, это не опасно. Вы вернетесь сюда.

Прошла секунда, как профессор успел договорить. Яркая вспышка ослепила всех. Ребята исчезли. В комнате остался только Николай Михайлович. Зеленый свет погас. Профессор закрыл книгу и глубоко вздохнул.

— Надеюсь, все получится.

Дверь кабинета открылась и внутрь вошла красивая женщина с рыжими волосами, убранными в нехитрую прическу. Одета она была в строгий темно-красный костюм.

— Как прошло?

— Тебе следует лучше стараться. Я уже не знал, где находить ответы. С каждым разом они задают все больше вопросов. Твое дело, чтобы они этого не делали.

— Ну, я старалась, как могла. Ты всегда выкрутишься, — женщина подошла к окну и одернула шторы, — здесь слишком темно.

За окном солнце уже опускалось за горизонт. Николай Михайлович повернулся и посмотрел на улицу.

— Здесь темно и там скоро тоже станет темно.

— Еще немного, и мне пора обратно.

Николай Михайлович обратил внимание на закат, затем перевел взгляд на стоявшую рядом женщину.

— Мы столько раз пытались изменить хоть что-то, но ничего не получалось. Иногда думаю, что наши старания бесполезны.

— Посмотрим, что будет в этот раз, — женщина пристально всмотрелась в лицо профессора, — никак не могу привыкнуть. Когда у тебя обновление? Через пять лет?

— Да.

— Ура, ты снова станешь молодым, — и более грустно добавила, — а я снова постарею на один месяц.

— Беатрис, мы найдем способ изменить то, что с тобой произошло. Мы снимем проклятье.

— Знаю, что найдем. Знаю, что снимем. Вот только это ты у нас бессмертный, а я не молодею. И без того уйму сил потратила, чтобы хоть как-то замедлить старение.

Женщиной была ведьма Беатрис, дочь колдуна Ричарда. Граф еще при жизни наложил на нее обязанность каждый день после заката возвращаться домой. Только местом этим был не простой дом, квартира или комната. Ведьма возвращалась в мир, где время течет иным образом. Каждая ночь длилась в десять раз дольше, чем обычно.

— Эх, если бы не Генри, жила бы я сейчас нормальной жизнью ведьмы. Ну, может, уже не жила бы. Дернул черт его сказать «живи так, как приказал отец», — женщина изменила голос, пародируя парня, — ладно хоть ты согласился помочь, — и она отвела глаза, посмотрев на улицу.

— Я помогаю не только тебе, а всему миру. В мои обязанности не входит помощь ведьмам.

— Да знаю я. Просто приятно думать, что сам летописец выполняет прихоть обычной ведьмы.

— Если мы сможем хоть что-то изменить в этой истории, то, возможно, мир изменится, и Генри не станет тем, в кого он превратился в итоге.

— А могла быть с ним, — протяжно проговорила Беатрис, — он ведь почти влюбился в меня. Если б не узнал, что я дочка колдуна, точно бы женился. Завели бы… хотя не завели бы деток. Забываюсь я иногда. Ладно, слишком много «если бы». Пора и честь знать. Увидимся завтра.

Закат догорал. Николай Михайлович смотрел, как последние лучи скрываются за облаками. Беатрис ожидала нужного момента. Она щелкнула пальцами и растворилась в воздухе. Профессор опять глубоко вздохнул.

— Что один навечно в клетке, что другая взаперти. Но различны две дороги одного пути.

Он убрал книгу в стол, посмотрел на часы, что висели на стене. Вспомнив о важном, достал из кармана телефон, нашел таймер и, установив двенадцать часов, запустил обратный отсчет. Только после этого профессор подошел к окну и задернул шторы обратно. Выходя из кабинета, Николай Михайлович щелкнул по выключателю и замкнул дверь на ключ. Оставалось дождаться утра.

Часть 3

Глава 13. Гости

Ваня очнулся первым. Парень увидел, что и он, и Маша как будто отдыхали после длительного трудового дня, сидя под деревом. Он быстро осмотрелся по сторонам и почти одновременно попытался привести в чувство подругу.

— Маша, — негромко обратился к девушке, но она не откликалась.

Ваня отвлекся, увидел, что они оказались рядом с кладбищем. Оно было не слишком большим, и пряталось среди деревьев. Так показалось парню из той точки, где он стоял. Но Ваня не решился идти и исследовать местность, пока Маша не пришла в чувство. Он подошел к ней и прикоснулся к руке.

— Маша, — снова повторил.

Девушка спала и сквозь сон что-то бормотала. Видя, что подруга не приходит в себя, парень не терял времени. Прошелся в одну сторону, затем в другую. Ничего примечательного не увидел. Только погост, а вокруг него поле, в одной стороне уходящее вверх, создавая тем самым небольшой склон. По склону вела тропинка, уходя за горизонт.

Ветер не позволял расслышать что-либо похожее на городские звуки, но иногда казалось, проскальзывал шум воды. Ваня сообразил, рядом есть река. Сложил все имеющиеся факты.

— Так, — начал он, — погост, тропа, река. Ну, точно, все сходится. Мы возле поселка.

Только сейчас парень обратил внимание, во что он одет. На нем неплохо сидел темного цвета костюм, больше похожий на английский фрак давних времен. Понять, черный он или иного темного цвета не смог. Солнце слепило глаза, отчего цвета сбивались. Для полного образа английского денди не хватало только цилиндра на голову. Закончив с собой, Ваня тут же посмотрел на Машу. На ней было пышное платье, словно она собралась идти на бал. Улыбка скользнула на лице парня. Он постарался не смеяться, ведь теперь им предстоит ходить в этом, и нужно перестать удивляться нарядам. Хотя все же появилось желание узнать, в какой стране они находятся.

— В средневековой Руси таких одежд не было, — проговорил вслух, добавив, — или были? Надо бы лучше историю учить.

В этот момент очнулась Маша. Она потерла глаза, которые сразу прищурила.

— Где мы? — она осмотрелась по сторонам, — почему в поле?

Девушка ожидала ответа, разглядывая все, что попадалось на глаза. Попалось не так много. Только поле и деревья.

— А ты ничего не помнишь? — поинтересовался Ваня, — что было до этого?

— Мы сидели в кабинете. Профессор рассказывал нам историю о…

Девушка замолчала. Ваня посмотрел на нее. Она не шевелилась, только глазами искала хоть какую-то точку, на которой можно было бы остановиться. Перевела взгляд на парня. Тот тоже ничего не сказал, кивнул, отвечая на немой вопрос.

Маша поднялась с земли. Она, как и Ваня, посмотрела на свою одежду, на его одежду. Задалась вопросом, почему они одеты во что-то странное.

— Хорошо, что так, — ответил парень, улыбаясь, словно вспомнил смешную шутку, — сольемся с местными людьми, а то пришлось бы искать одежду.

— А что нам дальше делать? Куда идти?

— Не знаю, — коротко ответил Ваня, всматриваясь вдаль.

— А что нам делать? — повторилась Маша, не отводя взгляда от погоста.

— Что с тобой?! — почти крикнул парень. Маша дернулась.

— А?

— Я говорю, что ты заладила одно и то же?

— Я, ничего, — девушка растеряно смотрела на могилы, — это тут обряд произошел?

Ваня вздохнул и снова просто кивнул. Только потом добавил, что, скорее всего так, но пока не уверен в этом.

Вообще уверенности в происходящем было мало. Очнувшись возле погоста, сложно было знать, где они находятся. Предположение о поселке являлось лишь предположением. Его нужно еще доказать или опровергнуть. Заняться этим как раз-таки решили гости неизвестного, возможно даже придуманного кем-то мира.

— Я вроде слышал, тут рядом река. Пойдем вдоль нее. Там должен быть причал, куда приходит суда торговые. Сделаем вид, что прибыли на одном из них. Потом пойдем в поселок, найдем лекаря или кузнеца, объясним им ситуацию. Надеюсь, они не сочтут нас сумасшедшими и помогут.

— Хороший план, — Маша хотела похлопать, но сочла это неуместным, — значит, доберемся до причала, а там посмотрим куда дальше.

Маша почти все время стояла на одном месте, и только когда она отошла в сторону, Ваня заметил маленький мешочек на земле. Он приблизился к нему и поднял. Мешочек почти поместился в его ладони. Был увесистым. Парень поскорее открыл его, потянув за веревочку, заглянул внутрь.

— Нам везет! — воскликнул Ваня.

— Что там? — Маша подошла ближе, отвлекаясь от осмотра погоста.

Ваня показал девушке содержимое так называемого кошелька. В нем были золотые монеты. Парень тут же осмотрелся, нет ли рядом каких злоумышленников. Никого не оказалось. Нужно было как-то спрятать золото, чтобы не украли. Часть монет Ваня положил по карманам, остальное отдал Маше. В ее пышном платье маленький мешочек с монетами был практически незаметным. Однако девушка пожаловалась на неудобства.

Как и обсуждали новоиспеченные путешественники во времени, а может, и не только во времени, они пошли в сторону, откуда иногда доносился шум воды. Появиться в поселке со стороны погоста было бы подозрительно. Добрались до реки за несколько минут. Оказалось, что она почти рядом, просто не видна от погоста. Маша постоянно задавала различные вопросы, Ваня тоже хотел знать ответы. Он даже удивлялся, почему девушка постоянно что-то спрашивает, ведь это она хорошо учится и много всего знает. Однако парень не говорил этого вслух, чтобы не лишать их обоих ложной осведомленности об окружающем мире. Некоторые факты знать очень хотелось. Особенно самые простые головоломки, такие как, на каком языке говорить, как себя вести в обществе, сколько что стоит, и как представляться.

— Я не стану менять своего имени, — заявила Маша, — а что? Мария вполне нормальное имя, учитывая какие называл Николай Михайлович.

— Тогда и я не стану, чтобы не путаться. Иван тоже сойдет. Вот только не пойму, где мы? Если это средневековая Русь, то мне в самый раз Иваном быть, а если не Русь, тогда могу попасть в неудобную ситуацию.

— Мне кажется, тут вообще не действуют никакие правила. Знаешь, как проверим?

— Как?

— Если люди будут разговаривать на просто русском языке без всякого диалекта, то значит, тут никто не станет спрашивать, откуда мы и кто такие. Я смотрела фильм, в котором было что-то похожее.

— Кстати, — Ваня даже остановился на пару секунд, после чего продолжил путь, — а почему мы помним себя? Профессор говорил же, что мы должны играть роль персонажей.

Маша тоже удивилась этому, но стала выдвигать различные гипотезы, которые могли все объяснить. Ваня не обрадовался этому, но все же путь до причала веселей преодолевать, разговаривая, чем идти молча. Они не забыли и о Диме с Дашей, которых не оказалось с ними. Надеялись увидеть их в поселке. Девушка снова предположила, что их могло раскидать по разным точкам нарочно, чтобы каждый прошел свой путь.

Завидев причал, который, к слову, оказался дальше, чем хотели путники, Маша обрадовалась и пошла быстрее. Уже вечерело, солнце клонилось к закату. Не хотелось ночевать на улице. Тем более одно судно только подошло к причалу, и можно было выдать себя за прибывших на нем торговцев.

Подойдя ближе, Ваня понял, что портом назвать это точно нельзя. Возле берега стояло три судна, одно совсем недавно отошло, направляясь дальше по реке. Рядом с судами, на берегу, люди бегали из стороны в сторону. Одни что-то таскали, грузили, другие громко кричали, ругались. Туда Маша предложила не идти, и Ваня согласился. Они обошли стороной сам причал, направились в поселок. Оказавшись среди улиц, девушка стала бояться еще больше, стараясь не показывать своего страха.

— Может, мы сегодня не пойдем искать лекаря? — намекнула она.

— Можно не идти, — ответил Ваня, — скоро совсем стемнеет. Надо бы жилье найти.

— Постоялый двор, — напомнила Маша, и парень поддержал ее в этом решении.

Быстро пройдя по улице, каким-то невероятным способом и благодаря удаче, остановились гости поселка прямо перед постоялым двором. На улице никого не оказалось. Где искать Софию не понятно. Делать нечего, пришлось снова полагаться на удачу. Спросили у первого же появившегося у входа человека, как найти хозяйку постоялого двора. Случайный человек оказался постояльцем, ответил, куда следует идти. Однако это не понадобилось, потому что София сама появилась, заприметив гостей.

— Здравствуйте, — Ваня никак не мог вспомнить образ женщины, о которой говорил Николай Михайлович, но ему казалось, что он знает ту, что сейчас перед ним.

— Здрасте, — ответила София, — вам комнатка нужна?

— Нам, — ответил четко парень, стараясь вести себя, как купец. Вот только не знал он, как нужно.

— Пойдёмте за мной.

Женщина проводила своих новых постояльцев в свободную комнату. Ваня расплатился с ней золотой монетой, ожидая, что София потребует еще. Женщина посмотрела на монету и сказала:

— Я так поняла, вы надолго. Не на один день.

— Именно так, — ответил Ваня, сам не понимая, зачем.

— Тогда добавьте еще монету, и будут вам завтраки, обеды и ужины. Все удобства, — София знала цену и требовала свое.

Ваня достал из кармана еще монету и передал женщине. Та объяснила, все, что нужно знать, как следует себя вести, чтобы не оказаться на улице посреди ночи, тем самым пригрозив наказанием за неподобающее поведение. София видела, что перед ней городские люди, которые обычно ведут себя прилично, но предупредить было ее обязанностью, чтобы потом не возникало вопросов.

Когда она ушла, Маша вздохнула с облегчением.

— Наконец-то, — присела на кровать. Та оказалось жесткой.

— А чего ты молчала все время? Хоть бы голос подала.

— Не знаю. Перепугалась что ли. Вспомнила, что когда-то женщинам запрещалось говорить в присутствии мужчины, если они в обществе находятся.

— Это где ты такое вычитала? Интересно прям стало, — рассмеялся парень, — ладно сейчас поужинаем и спать. Завтра долгий день. Важный день.

Вечер закончился быстро. Ничего необычного не произошло. Только иногда вслух произносились мысли, которые тревожили то Ваню, то Машу.

Утром, как и обещала София, гости были накормлены вкусным завтраком. Ваня невзначай поинтересовался о лекаре. Есть ли вообще такой в поселке? Хозяйка постоялого двора то ли сделала вид, что не услышала, то ли действительно не расслышала слов парня. Не ответила. Ваня не решился повторить свой вопрос, чтобы не привлекать лишнего внимания к себе. В планах было обойти поселок, посмотреть, кто и где живет, и найти лекаря или же кузнеца в любом случае необходимо. Кто первым попадется на глаза. Дальше действовать по ситуации.

Выйдя на улицу, Маша посмотрела в одну сторону, Ваня в другую. Как будто заранее договорились, кто куда посмотрит.

— И куда же? — риторически спросил парень.

— Без понятия, — Маша вглядывалась вдаль, желая увидеть что-то знакомое.

— Значит, пойдем суда, — и Ваня указал рукой влево. Именно в ту сторону шли несколько человек впереди, туда же следовали и двое расположившихся позади.

Гости из будущего никуда не торопились, шли медленно. Они старались не рассматривать каждого мужчину, который мог быть похож на лекаря или кузнеца, пока шли к лазарету. Где располагался он, Маша приблизительно помнила. Иногда девушка видела кого-то и одергивала Ваню, чтобы тот тоже посмотрел на указанного человека. Каждый раз парень отрицательно мотал головой, тем самым говоря, что не похож ни один на искомые личности.

Долго идти не пришлось. Около получаса заняла прогулка, когда перед Ваней и Машей предстало полузаброшенное здание лазарета. Первой же фразой Ваня выдал предположение, что они оказались в поселке слишком поздно. Тут же девушка поторопилась высказать противоположное мнение, что еще слишком рано, и Константина просто нет в поселке. Кто-то из жителей увидел, как двое смотрят на бывший лазарет. Подошел мужчина пожилой.

— Купить желаете?

Находясь в своих размышлениях, Ваня не сразу услышал вопрос. Маша его одернула и снова не решилась говорить сама.

— Что?

— Я говорю, купить желаете здание? — повторил незнакомец.

— Не знаю пока, — деловито вел себя Ваня, — а что здесь было?

— Да много чего было, но последним тут лекарь сидел. Целитель так называемый.

— Интересно, — как бы задумчиво сыграл парень, — хороший лекарь был?

— Да что вы, проходимец какой-то. Пробыл он недолго. Не помню уж, сам он уехал, или на погост отвезли.

Конечно, было желание спросить имя того целителя, но излишняя заинтересованность могла показаться неправдоподобной. Хотя с чего бы это? Ваня промолчал. Еще несколько минут простоял так. Незнакомец не уходил. Вдруг вспомнил парень о кузнеце. Слава о нем должна быть во всей округе известна. Даже если это и был не Уильям, а его учитель.

— Не подскажете, где кузница располагается?

Мужчина понял, что никто не станет покупать заброшенное здание. Резкая смена темы стала для него грустным событием. Поник он, и нехотя ответил:

— Там, на окраине, — махнул рукой в предполагаемую сторону.

Ваня поблагодарил, и они с Машей незамедлительно отправились туда. Нужно было уточнить один вопрос, о нем и рассказал парень по пути к кузнице. Чтобы узнать, рано они или поздно появились в линии времени, нужно увидеть кузнеца. Если им окажется старик Генри, то это доказывало правоту Маши, если кто иной — правоту Вани.

Теперь прогулка ускорилась. Некогда разглядывать прохожих и смотреть на красоты вокруг. Как указал незнакомый человек, кузня расположилась на окраине, немного поодаль улицы. Спеша увидеть кузнеца, Ваня почти бежал. Маша едва успевала за ним в своем пышном платье. Звон металла слышался уже на подходе. Оказавшись у дверей, парень постучал.

— Думаешь, откроет? — спросила девушка.

— Должен.

Дверь открылась. За ней появился пожилой мужчина, приветливо улыбаясь.

— Доброго дня вам, гости дорогие, — сказал он.

— Здравствуйте, — в один голос ответили те самые гости.

— Что привело вас ко мне знаю, — и тут Маша дрогнула, — но все же поинтересуюсь, за чем пожаловали?

Девушка снова молчала. Говорил Ваня.

— Мы слышали о вас, о вашем мастерстве. Захотелось увидеть мастера лично. Поблагодарить за все, — понимал парень, что говорит что-то невнятное, но нужно было как-то выкручиваться.

— Что ж, благодарность всегда приятно принимать. Чай не наказание. Может, что хотите прикупить?

Кузнец просто спросил, но Ваня словно ждал этого вопроса. Он охотно махнул рукой и согласился посмотреть творения мастера. После непродолжительной экскурсии Ваня выбрал красивый подсвечник. Маша хотела рассмеяться там же, на месте. Видела она, как ее друг купил почти первое попавшееся на глаза изделие, лишь бы какой сувенир остался.

Распрощавшись с кузнецом, друзья отправились назад, в постоялый двор. Время уже близилось к обеду. По дороге они обсудили и приняли решение, что все-таки оказались раньше положенного времени. Точнее, раньше времени событий услышанной от профессора истории. Теперь никто из них не обращал внимания на прохожих, которые могли оказаться кем-то из персонажей того рассказа.

Подходя к месту, Маша увидела, как кто-то разговаривает с хозяйкой постоялого двора. Их было двое: мужчина лет сорока и с ним рядом находилась женщина того же возраста. Одеты они были не сказать, что богато, но и не так, как многие жители поселка. Это могло значить, что люди городские. Почему-то именно такая мысль появилась у девушки. Вдруг София указала в их сторону. Маша замерла, и вместе с ней остановился Ваня.

— Что случилось? — спросил он.

— Там двое, они спрашивают о нас, — и в этот момент мужчина повернулся, посмотрел на стоявших недалеко ребят.

— Точно? — Ваня смотрел на Машу, искоса поглядывая в сторону незнакомцев.

— София указала на нас, вроде бы.

Парень возразил, что это все преувеличение, что никто не станет спрашивать о них, искать их. Кому это вообще нужно?

Ваня присмотрелся к тем двоим, что ожидали у дверей. София уже ушла, оставив их одних. Парень смотрел и не мог поверить своим глазам. Подойдя ближе, и Маша поняла, кто их ждет. Те двое у дверей постоялого двора были Дима и Даша.

Осознав это, Ваня почти бежал навстречу друзьям, а когда оказался рядом с ними, хотел обнять и расцеловать, вот только все равно неуверенность присутствовала. Перед ними стояли не совсем их друзья, которых они привыкли видеть. Теперь они стали намного взрослее. Возник вопрос, как это произошло? Но историю о жизни в другом мире отложили на несколько минут. К тому же нельзя вот так просто говорить об этом на улице. Долго не думая, Ваня попросил разместить новых постояльцев, оплатив их пребывание. Приходилось вести себя сдержано. Не выдавать своего удивления. Но как вести себя нормально, когда перед тобой твои друзья, только на двадцать лет старше. Особенно это касалось Маши. Она смотрела на сестру и понимала, примерно так она будет выглядеть в будущем. Близнецы же.

Только после обеда все четверо собрались в одной из комнат. Сели вокруг стола. Первым начал Ваня, потому что остальные вели себя молчаливо, словно никто не хотел узнать, что вообще происходит.

— Это необычно, скажу я вам, ребята. Когда мы появились тут, думал, странным станет только этот мир, где непонятно как вести себя. Однако ваше появление внесло еще большую неразбериху.

— Это точно, — дополнила Маша, почти не отрывая взгляда от сестры.

Понимая, что нужно все рассказать, Дима взял на себя право изложить историю. Не потому, что Даша могла что-то забыть или что-то соврать. Совсем нет. Дело в другом.

— Рассказ может затянуться, если я стану говорить обо всем, — голос Димы почти не изменился, лишь немного огрубел, — постараюсь изложить вкратце.

— Вечер долгий, — заметила Маша, — рассказывай. Торопиться нам некуда… наверно.

Глава 14. Другие гости

Дима очнулся утром, услышав крик петуха. Открыл глаза, увидел деревянный потолок. Это заставило почти мгновенно прийти в чувство, проснуться. Осмотрелся. Комната была небольшой и выглядела непривычно для городского человека. Аккуратно, не создавая лишнего шума, Дима встал, оделся. Взял одежду, что была на виду, при этом заметив странный вид вещей. Вокруг все казалось странным. Парень понял, что находится в обычном деревенском доме, но почему он тут, не знал. Мысли о перемещении, о профессоре и его истории оставались в стороне. Продолжая вести себя тихо, Дима услышал, как кто-то в соседней комнате напевал. Голос женский, и вроде знакомый. Вместо двери висела плотная ткань, закрывая дверной проем. Парень немного отодвинул эту штору и посмотрел в другую комнату. Там молодая девушка, одетая в повседневный сарафан, накрывала на стол завтрак. Она стояла спиной, было сложно рассмотреть ее лицо. Вспоминал Дима, откуда ему знаком голос. В этот самый миг мысли постепенно стали возвращаться из небытия. Парень сразу же узнал в незнакомой девушке Дашу. Хотел уже выйти из своего укрытия, но замер. Странным было, что Даша занимается какими-то делами, попав в новое место, где никто из них еще не был. Хоть Дима не понимал пока, что это за место. Решил парень вести себя не слишком активно, оценивая обстановку.

Вышел он, не торопясь. Девушка тут же поприветствовала его:

— Доброе утро. Как спалось? — ее речь звучало радостно и оптимистично.

— Доброе утро, — Дима соображал, что сказать, но ничего не смог придумать, только простую отговорку, — хорошо. Что на завтрак?

Даша принялась рассказывать, как все утро готовила, старалась. Дима в это время не слушал ее, осматривая украдкой все вокруг, в том числе выглянул на улицу сквозь небольшое окно.

— Скоро Флинт придет уже. Так что поторопись. Сегодня ты запоздал.

Услышав неизвестное имя, Дима хотел расспросить про него, но как это сделать, не вызвав подозрений, не понятно. До сих пор парень не соизволил разобраться в другом вопросе, который возник ранее, но это решилось само собой.

— Флинт, — случайно вырвалось, — имя пиратское. Придумают же.

Девушка не обратила внимания на эти слова, так как послышался плачь ребенка. Она ушла в другую комнату.

— Это что такое? — спросил пустоту парень.

Вопрос остался без ответа, однако теперь картинка понемногу сложилась. Дима проснулся в деревенском доме. Даша приготовила ему завтрак, а в соседней комнате есть ребенок. Все свелось к тому, что они семья. В такой ситуации можно было бы сойти с ума, но каким-то образом Дима вспоминал все это, забытое до сих пор. Воспоминания появились из ниоткуда и заполнили пробелы. Тут снова появилась Даша, уже с ребенком на руках. Мальчику было три года. Звали его Марк. Именно так обращалась девушка к ребенку. Избыток новых эмоций и знаний не мог не отпечататься на лице парня. Это заметила его супруга.

— Что с тобой? Побледнел, стоишь, как неживой.

— Приболел, видимо, — сообразил Дима.

— Ну-ка, дай лоб потрогаю, — Даша коснулась ладонью. Лоб действительно был горячим, но не от болезни, а от анализа всего происходящего.

— Да, горячий. Может тебе сегодня не ходить на работу?

В этот миг парень вспомнил, что работал он лесорубом, и вместе со своим товарищем Флинтом должны были отправиться уже на рабочее место. Послышался скрип калитки, а затем и возглас.

— Димитрий! Димитрий! — это был тот самый Флинт.

Дима выбежал на улицу, как ужаленный. Увидел перед собой невысокого молодого парня с темными кудрявыми волосами. Однако кроме товарища Дима окинул взором и весь двор, а также улицу.

— Готов поработать? — поинтересовался Флинт, словно подшучивая.

Вспомнив про выдуманную болезнь, Дима сделал измученный вид.

— Приболел я, — для убедительности еще и раскашлялся, — температура у меня, вот горло еще.

Флинт не промедлил с решением.

— Тогда оставайся дома, на работу не ходи. Лучше к лекарю наведайся. А я уж как-нибудь замолвлю за тебя словечко.

Дима поблагодарил товарища. Тот поспешно ушел. И это было только на руку.

Чтобы осмотреть двор ушло всего минут пятнадцать. Дима не понимал, как устроена его память. Все, что он видел глазами, как будто вспоминал, узнавал заново. Вернулся в дом на пару минут, чтобы сказать Даше о намерении посетить лекаря. Тем самым парень выиграл время для такой своеобразной акклиматизации.

Проходя по улице, парень заметил, все здоровались с Димой, называя его Димитрием. Дима отвечал тем же, только имени не называл, боясь спутать. По дороге к лекарю, путь до которого парень откуда-то помнил, память практически вернулась. Теперь он знал, что лекарь носит имя Патрик.

— Это не тот поселок, — размышлял Дима, — Даша не помнит себя. Значит, она играет персонажа, как и говорил Николай Максимович. Почему же я все помню? Помню не только свою жизнь там, но и жизнь здесь. Это странно. Непонятно. Где Ваня и Маша? Их я не помню в этом мире почему-то.

Мысли возникали одна за одной и иногда путались.

К лекарю Дима не зашел, не желая дополнительных проблем и разговоров. Прошел мимо, до конца улицы. Парень не остановился и отправился дальше, за небольшой холм. Вдруг там есть что-то интересное. Как оказалось, есть. Увидел он старый заброшенный замок. На этот раз память уже точно полностью вернулась. Понял Дима, что не только поселок не тот, но и время иное. До событий обряда, рассказанного профессором, должно пройти более двадцати лет.

— Это значит, я в том поселке, где все началось. Здесь живет Ричард, — возможность встречи с темным магом пронзила тело током то ли от страха, то ли от неизвестности будущего.

Мысли связывались в логическую цепочку. Дима понял, что появился здесь не просто так. Он должен узнать, где живет мальчик Ричард, и остановить его прежде, чем тот заберется в замок и найдет книгу заклинаний.

— А что если я сам прочту книгу? — мысль мелькнула, но не задержалась, словно так не нужно делать.

Заходить внутрь замка Дима не решился. Слишком старым было строение. Не возникло у парня сомнения, откуда рядом с обычной деревней, которой он мысленно называл поселок, огромный каменный замок. Названия поселка тоже не известно, как и название земель, государства или чего-то подобного. Все было похоже на симуляцию живого мира, но таковым не являлось. Один вопрос мучил парня, когда он возвращался домой. Извечный вопрос, что делать? Как быть дальше? Решение найти мальчика Ричарда было, но это только один вариант. Не понятно, это ли нужно.

Добравшись домой, Дима разговорился с Дашей об их обычной жизни. Девушка попросила решить возникшие проблемы по хозяйству, что не требовали отлагательства. Дима взялся за дело. Так и прошел день, в течение которого парень находился дома. Не отправился на поиски мальчика, не спросил о нем у Даши. Прежде, чем приниматься за что-то, нужно еще со своей жизнью разобраться. Так решил Дима.

Следующие дни парень ходил на работу, как полагалось. Понял, дело нелегкое, но ему нравилось работать с древесиной. Видя, что можно заниматься не только вырубкой, но чем-то большим, сразу же задумал открыть мастерскую. Только продумать все, как следует, надо бы.

Прошла неделя, как вдруг узнал Дима о пропаже ребенка в одной семье, живущей на соседней улице. Все бы ничего, но имя мальчика пропавшего заставила парня разозлиться на самого себя. Забыл он про поиски Ричарда. Так увлекся обычной жизнью в средневековье странном. Теперь выследить чародея, пусть еще и молодого, стало сложнее. Дима задумался, надо ли оно вообще ему. Вдруг поиски темного мага это только лишь надуманное и неважное дело. Конечно, связь между появлением в этом поселке и временем с колдуном была слишком явной, но теперь момент упущен. Что дальше? Снова не ясно.

Время шло, как и должно. Поначалу каждый день для Димы был в новинку, открывал он новые навыки, умения, знакомства, факты о жизни. Однако чем дальше, тем жизнь становилась обычней и не примечательней. События истории профессора отошли на второй план, даже на третий. Важней стала жизнь, семья. Дима понимал, как важно не броситься на поиски колдуна, остановить которого он не в силах. Сохранить семью, создавать все необходимое, чтобы радость и счастье жили в их доме. Вот, что важно. Слова Николая Максимовича, что им нужно прожить жизнь своего персонажа, все больше обретали смысл. Так проходили недели, месяцы, а затем и годы.

Более пятнадцати лет миновало. За это время Дима не рассказал Даше о том, как они оказались в этом мире, почему они здесь. Предпринимал он несколько попыток найти Ваню и Машу, посещая другие поселки по соседству, но там их не оказалось. Об истории про обряд и колдовство почти забыл парень. Не остался он жить в поселке. Разузнал, что в городах ценятся мастерские, работающие с древесиной. В основном цену имело изготовление мебели. Этим и занялся бывший лесоруб. Переехал в город подальше от поселка и принялся мастерить мебель. Заодно обучил сына своего. Марку уже исполнилось восемнадцать. Он целыми днями пропадал в отцовской мастерской, помогая ему в делах. Знал, однажды все достанется ему, но не думал, что так скоро.

Не прошло и года после переезда, как слух об умельце разошелся по всему городу. Заказы поступали почти каждый день. Работал Дима сам, сын помогал ему. Когда заказов прибавилось, нанял несколько рабочих, чтобы успевать. Но расширять свою мастерскую не стал. Незачем. К тому же умений управлять большим делом у Димы не имелось. Да и качество проще было сохранить при имеющихся скромных масштабах.

Однажды пришел в мастерскую знатный человек. Попросил изготовить мебель для всего дома, пообещал двойную цену, если мастер возьмется за дело сразу, отложив другие заказы в сторону. Этот человек представился Ричардом. Осознал Дима, кто перед ним. Словно судьба дает второй шанс сделать то, что должен был. Вот только и в этот раз не предпринял ничего парень. Теперь, годы спустя, семья не просто часть игры персонажа. Даша и Марк стали самой настоящей семьей для Димы. Вступать в неравную битву с колдуном не стал он. К тому же не было уверенности, что Ричард является колдуном. Возможно, это только лишь совпадение. Спустя время заказ был выполнен. Ричард расплатился и пропал. Дима знал, живет он в городе, но искать колдуна не решился. Странное поведение могло выдать интерес к личности Ричарда. Чем бы ответил колдун, лучше не знать.

После выполнения заказа для Ричарда, Марк женился на прекрасной девушке. Хотел приобрести дом рядом с родителями, уговаривал отца на этот шаг. Однако Дима много думал о Ричарде. Правильно ли он поступил, не вмешиваясь в ход событий? Ведь не просто что-то пошло не так, и он помнил о реальности. Дима принял важное решение, рассказать все Даше. Теперь, когда им уже более сорока лет, когда сын создал семью и определился с делом, оставаться в тени и сохранять нейтралитет было глупо. Хотя бы вновь предпринять попытки найти Ваню и Машу уже было маленьким шагом на пути к цели.

Супруга восприняла историю Димы о путешествии во времени, пространстве глупостью. Она не могла поверить, что ее муж способен додуматься до такого. Тогда Дима решил действовать по-другому. Он свел все в шутку, но время от времени напоминал, что их путешествие вполне могло состояться. Оставив дом и все дела на сына, Дима предложил Даше уехать в путешествие по различным городам и поселкам. Чтобы как-то объяснить такое решение, он сослался на поиски новых поставщиков древесины. Даша не возразила.

Они отправились в поездку. Дима помнил, что поселок располагался возле реки. Рядом располагались поля и лес. Как раз-таки лес и являлся причиной поиска поставщика. Даша не вмешивалась в дела супруга, доверяя ему во всем. Она следовала за ним.

Диме хотелось верить, что вместе с поселком он отыщет и своих друзей. Но какими их увидит, не знал, ведь сам изменился. Прошло более пятнадцати лет уже. Первые населенные пункты, которые посетили Дима и Даша, не были похожи на нужный поселок совсем. В них отсутствовала река. Не задерживались в таких местах, сразу же уезжали. Даша порой не понимала, почему они поступают так, но перечить не решалась. Дима иногда пересказывал одно и то же, говоря о путешествии во времени. Не забыл он упомянуть о сестре Даши, намекнув, что их встреча станет необычной. Следующие несколько поселков располагались у реки, но рядом не было леса. В таких местах Дима принимал решения не останавливаться совсем. Это только потеря времени. Прошло меньше двух месяцев, когда азарт и желание отыскать нужный поселок пропали. Даша хотела увидеть сына, Дима понимал, что его затея проваливается. Дорога домой заняла практически столько же времени. И однажды запутавшись в мыслях, путешественники случайно перепутали торговое судно, на котором добирались до нужного места.

Когда судно причалило, Дима понял, что ошибся. Даше говорить о своем промахе не стал, решил повременить с этим. И так напряжение постоянно висело в воздухе. Однако это напряжение растворилось в тот момент, когда Дима увидел таверну, а недалеко от нее и постоялый двор. Желая скорее разузнать имя хозяйки, торопился к двери. София появилась как раз в нужный миг. Она поприветствовала гостей, предложила комнату. Даша видела радостное лицо супруга, но не знала, откуда это веселье. Дима поинтересовался у Софии о двух молодых людях, имя которым Иван и Мария. Женщина ответила, что как раз совсем недавно появились такие. В тот миг она увидела идущих Ваню и Машу по улице и указала в их сторону.

Дима увидел знакомые лица. Он совсем забыл, что прошло много лет с их последней встречи. Даша находилась в состоянии легкого шока, узнав в лице незнакомой ей девушки, которой являлась Маша, себя. Теперь все рассказы супруга она восприняла всерьез.

Глава 15. Исчезновение

История о жизни в новом мире подошла к концу. Точнее будет сказать, она подошла к новому началу. Друзья встретились, но это вовсе не завершение пребывания в поселке. Теперь необходимо понять, как быть дальше. Снова этот вопрос обрел актуальность, если вообще терял ее когда-то. Ваня рассказал Диме, что перед встречей они с Машей гуляли по поселку, желая найти знакомых персонажей. Пока мужская половина занималась обсуждением произошедшего, дамы общались между собой.

— Ты похожа на маму, — первой сказала Маша, — почти копия ее.

— А ты копия меня, — улыбаясь, ответила Даша, — только моложе.

— Знаешь, вообще-то мы сестры, — рассмеялась негромко Маша, — даже несмотря на разницу в возрасте. Если честно, то я не понимаю, как нас угораздило попасть сюда. Зачем я тебя притащила послушать рассказ профессора нашего.

— Ты хоть что-то знаешь, — грустно опустила глаза Даша, — как сказал мой муж… — тут она на секунду замолкла, понимая, что можно говорить проще, хоть она и не знает, как это делать, — как сказал Дима, я играю роль персонажа, поэтому не помню ничего. Вы же живете своими жизнями.

— В чем-то я тебе даже завидую, — девушка перевела взгляд куда-то за спину сестре, — у тебя муж, сын, скоро внуки пойдут. Ты неплохо устроилась. Ты всегда этого хотела.

— В том и дело, я не знаю, чего на самом деле хотела. Ну, настоящая я.

Маша поняла, так сестра намекнула, чтобы она рассказала о том, как жила, чем увлекалась, и что нравилось Даше. Девушка принялась говорить все, что вспоминала, не забывая различные забавные случаи из их жизни.

Ваня и Дима не обращали внимания на женский разговор. Их беспокоили совсем другие мысли. Ваня успел сказать, что ни кузнеца, ни лекаря в поселке нет. Лазарет заброшен, а в кузнице хозяйничает другой.

— Если их нет, значит, должны появиться.

— Должны, — согласился Ваня, — но когда?

— Я бы посчитал по годам, но профессор как-то размыто говорил о времени. Тут со временем вообще беда.

— Не только со временем. Странное место. Говорят одинаково, по-русски, одежда напоминает мне английскую. А имена?! Мы тут один с такими именами!

— Это точно, но есть одна деталь, — заметил Дима.

— Какая?

— Вы появились здесь вчера. Это не просто так. Лекарь должен объявиться со дня на день. Нужно не упустить момент.

— А что его упускать? Появится, мы сразу к нему. Так, мол, и так. Нужна помощь.

— Тоже верно. Это же не колдун, не ведьма, чтобы нападать на них.

Придя к единственному верному варианту действий, Дима прервал разговор сестер. Попросил пару минут внимания.

— К сожалению, мы все еще не знаем, как нам быть, — начал он, — мы с Дашей прожили тут много лет, но до сих пор не узнали, что от нас требуется. Возможно, с появлением Константина что-то прояснится.

Маша не слушала разговора, пока общалась с сестрой, поэтому спросила:

— А когда он обещался прибыть?

— Мы думаем, со дня на день, — дополнил Ваня.

— А пока будем просто жить, — с долей грусти сказал Дима, добавив, — чем мы и занимались до этого.

— План так себе, — возразила Маша и уловила на себе сразу три резких взгляда, — но другого выхода нет. Будем ждать лекаря.

Спустя минут десять все разошлись по своим комнатам.

Прошло несколько дней. Лекарь не появился. За это время Дима успел договориться о поставке древесины в свою мастерскую. Оказалось, что поселок находится не так далеко от города, в котором они жили. Даша с Машей много времени проводили вместе, ведя разговоры на самые разные темы. Ваня часто оставался один. Это давило на него. Без занятия, без дела он слонялся туда-сюда, коротая время. Однажды предложил Диме самим восстановить лазарет, да и церковь тоже, чтобы к появлению лекаря и священника все готово было. Дима вежливо отказался от этой затеи. Он хоть и мог позволить себе это сделать, но привлекать излишнее внимание было глупо. Осознав это, Ваня тоже отказался от собственных предложений. Как-то вечером он вспомнил, что в поселке есть таверна, где управляющим был Карл. Вспомнил парень и о хмельном напитке, ради которого кузнец Уильям посещал заведение. Решил Ваня наведаться туда. Не предупредил он никого, отправился один.

Пришел. Купил кружку напитка хмельного. Выпил. Показалось ему мало, и сам хмель был слабоват. Выпил еще кружку. Вот тут и опьянел парень. Хмель оказался непростым. Поначалу притаился, а потом, спустя некоторое время, дал о себе знать. С собой Ваня захватил несколько золотых монет. Их хватило бы напоить всех присутствующих в заведении. Кто-то рядом увидел монеты и в шутку так сказал, а парень воспринял как предложение. Угостил всех, заплатив Карлу. Увидев щедрость, появились возле Вани незнакомые люди стали набиваться в друзья. Среди всех была одна девушка красивая. Красота ее необычна. Загадочный взгляд так и манил собой. Понравилась она парню. Бросил он еще одну монету Карлу, чтобы вся компания отстала. Девушка неожиданно предложила прогуляться. Ваня не отказался. Ослеплен он был красотой незнакомки, которая имени своего так и не назвала.

Прогулка недолго радовала парня. Ушли они с освещенной улицы, хоть и огни были не сильно действенными в плане освещения. Девушка привела его куда-то в темноту. Стало прохладней, чем было некоторое время назад. Ваня не захватил с собой вещей потеплее, поэтому холод подействовал на него отрезвляюще.

— Где это мы? — спросил он, оглядываясь вокруг и понимая, что они далеко ушли от оживленной улицы.

— Мы там, где нам никто не помешает, — ответила незнакомка.

Парень старался всеми силами протереть глаза, разглядеть девушку, как вдруг в темноте сверкнули красные глаза. Ваня отскочил назад, но споткнулся и упал на землю.

— Что это?! — испуганно крикнул он.

— Где? — голос девушки приобрел саркастический язвительный окрас.

— Только что. Твои глаза стали красными!

— Это такой фокус, — пояснила незнакомка, — не пугайся.

Но было уже поздно. Страх захватывал парня все больше и больше. Ваня отползал назад, однако девушка делала шаг за шагом, приближаясь.

— Я не хочу умирать!

— Не хочешь, но придется, — спокойно отвечала девушка.

Снова сверкнули красные глаза. Теперь Ваня понял, что это не показалось ему.

— Кто ты?! Вампир?!

— А ты догадливый. Жалко будет тебя убивать. Но хватит разговоров. Я хочу есть!

Вдруг незнакомка остановилась, стала прислушиваться. В темноте появился еще кто-то, еще одна тень. Ваня не шевелился. Думал, это очередной монстр. Возможно, он убьет вампира и не заметит обычного человека.

— Я чувствую тебя, — проговорила девушка.

Луна появилась из-за туч и осветила местность. Ваня увидел, как неизвестный человеческий образ выхватил клинок и пронзил грудь вампира насквозь. Парню показалось, что вампирская кровь попала на него, но он все также не шевелился. Тело вампира замертво упало не землю. Неизвестный спаситель спрятал клинок.

— Возвращайся домой. Здесь не безопасно.

Ваня находился в шоке. Он словно онемел. Соображая, кто перед ним, парень старался вымолвить хоть слово. Наконец, это у него получилось.

— Ты охотник, — произнес шепотом, чтобы не спугнуть, — Константин?

В лунном свете Ваня увидел, как неизвестный повернул голову и посмотрел на него, но промолчал. Тогда парень не стал терять времени, выдавая все, что должен был узнать лекарь.

— Если ты Константин, то у меня есть важная информация о том, что произойдет в этом поселке. Можешь не отвечать сейчас, но если ты хочешь предотвратить катастрофу, то завтра утром встретимся возле церкви.

Незнакомец не ответил, пошел куда-то в темноту. Ваня вспомнил о теле девушки.

— А что с ней делать?

— Ничего. Утром солнце сожжет тело, — охотник исчез во тьме.

Ваня не задержался, не стал дожидаться утра, чтобы удостовериться в сказанном. Он со всех ног примчался к постоялому двору. Хмеля совсем не осталось в его голове. Парень застал друзей не спящими. Не спали они как раз из-за его отсутствия. Ваня быстро и коротко рассказал, что с ним случилось. Все тут же начали ругать за то, что подверг себя опасности. Он пояснил, что дело не в этом, в другом. Его спас охотник, и это, скорее всего, сам Константин.

— Я назначил ему встречу завтра утром возле церкви.

— А когда утром? Точное время какое?

Парень понял, что не уточнил этого. Не до того было. Дима всех успокоил, сказал, что если это был Константин, то волноваться не о чем.

— Он появится в любом случае. Возле церкви мы увидим его или где-то еще, не важно. Давайте дождемся.

Наступило утро. Все четверо ожидали лекаря возле церкви. Во время ожидания Маша напомнила рассказ Николая Максимовича, в котором Константин полдня искал лазарет. Возможно, он столько же будет искать церковь. Однако Ваня уверил, что тот, кто спас его, знает всю округу, и, возможно, в истории профессора Константин нарочно полдня бродил в поисках лазарета, чтобы не выдавать свою осведомленность.

За разговорами время шло быстрее. Никто не обращал внимания на странных четырех людей, не сходящих с места все утро.

Вдруг подошел к ним парень молодой, спросил о лазарете. Все сразу поняли, кто перед ними. Сам же охотник не распознал в Ване спасенного им человека. Дима предложил показать расположение лазарета, заодно по пути завел разговор о более важном. Ваня выждал нужный момент и поблагодарил за спасение от вампира. Чтобы избежать посторонних, самый важный разговор отложили до вечера. Так предложил сам Константин, пояснив, что ему нужно хотя бы сделать вид, что он в поселке впервые, а еще договориться о своем назначении. В общем, дел немало.

Собравшись в одной комнате вечером, Дима взял слово и поведал, как есть. Открыл все секреты о необычном путешествии во времени, Константин поверил в них не сразу, но ему пришлось это сделать. Ведь услышанное после, заставило поверить. Он знал, что в поселке под видом обычных людей скрывается нечисть. Заявил, что убитый вампир был последним из них. Тут же посыпались возражения со стороны Маши и Вани.

— Последний в этот день, — слишком уверенно заявил парень, — может, они появляются в поселке на несколько дней, а потом исчезают, чтобы сделать вид, что их нет здесь.

— Но нам не о них нужно думать, — вступила в разговор Маша, — колдун. Вот кто имеет важность. Нужно помешать ему творить зло.

Константин слушал своих собеседников, и когда все ожидали его предложений, он преподнес их не совсем так, как хотелось бы гостям из другого времени.

— Вы много всего сказали, много необычного для меня. Это правда. Но в ваших словах мало чего-то конкретного. Вот, например, хотите помешать колдуну. Хорошо. Дело благородное и правильное. Зло не должно свободно разгуливать по улицам. Однако забыли вы, что изменив историю, вы можете не родиться. Это в худшем варианте, конечно. В лучшем, ваша жизнь станет другой. Тут говорили, что ваш наставник просил просто прожить жизнь персонажа. Что если так и надо? Вы вернетесь в свое время и продолжите жить.

После этих слов все задумались о наставлениях Николая Максимовича. Он на самом деле говорил, будучи персонажами в истории нужно всего лишь прожить их жизнь, сыграть роль. Ничего более. Ваня даже согласился с лекарем. Маша пока еще думала. Даша весь разговор молчала, оставаясь в стороне. Она не хотела вмешиваться. Дима тоже принял версию Константина, но не совсем.

— Возможно, так и надо было, если б мы играли роли, но судьба решила так, что мы помним зло, сотворенное колдуном. Пусть не совсем понимаем, как оно отразилось на будущем, но зло остается злом всегда. Если мы можем помешать колдуну сейчас, то изменим мир к лучшему. Это ли не достойная награда?

Снова Ваня и Маша задумались. Ведь этот вариант тоже хорошо звучал. Мысли перепутались. Собственные мнения перестали иметь вес. Хотелось поскорее принять чью-либо сторону и покончить с разговорами.

Вечер плавно переходил в ночь. Пара свечей на столе догорали, подводя беседу к логическому завершению. Нужно было что-то решать.

— Я думаю так, — Дима несильно ударил кулаком по столу, — неважно какой ценой, но нам нужно помешать колдуну воплотить свой замысел. Мы знаем, что он хочет с помощью обряда привести в этот мир какого-то могущественного темного мага. Ничем хорошим это не кончится, если колдуну удастся. Предлагаю дождаться появления кузнеца Уильяма, затем дождаться ведьмы Кристины.

— А дальше? Уговорим их не влюбляться? — съязвила Маша.

— А дальше посмотрим. Если иначе никак, то будем действовать жестко.

Дима поднялся с места, направился к выходу. Даша последовала за ним. Ваня и Маша оставались на местах. Константин был задумчив. Ему нужно решить для себя, как быть. Вступать ли на тропу противостояния колдуну или же смотреть на все со стороны. Лекарь выбрал первое.

— Я согласен, — произнес он негромко, но все расслышали. Дима остановился у двери. — Меня не радует игра с судьбой и изменением будущего, но я ведь не знаю того, что будет.

Никто не сказал Константину о том, что ждет его в итоге. Забыли о нем. Маша воспользовалась образовавшейся паузой.

— Я могу рассказать, как сложится твоя жизнь.

— Не надо, — резко возразил Константин, — если буду знать, то потеряю интерес. Лучше останусь в неведении. Исходя из услышанного, думаю, я проживу немало, раз имею какое-то значение во всем этом.

Маша собралась ответить, что его роль важна, но с Ваней в этот миг стало что-то происходить. Кожа парня мерцала разноцветными огнями. То становилась слишком яркой, то тусклой. Иногда отдельные участки растворялись совсем. Ваня исчезал.

— Что со мной?! — крикнул парень, — я исчезаю!

Дима подбежал в один миг, схватил за руку друга. Как раз в этот момент рука исчезла, но ее можно было ощущать.

— Ребята, помогите мне!

Понимая, что помочь никто и ничем не может, Дима постарался успокоить Ваню. Остальные смотрели на происходящее с их другом, замерев на местах.

— Послушай, все хорошо. Ты не исчезаешь. Ты возвращаешься назад. Так нужно. Не волнуйся, постарайся успокоиться.

Помогло это не сильно. Однако Ваня перестал выкрикивать фразы, наблюдая за собственным исчезновением. Все продлилось недолго. Меньше минуты. Парень растворился в воздухе вместе со всей одеждой, что была на нем. Теперь в комнате остались только четверо. Никто не сдвинулся с места. Никто не произнес ни слова еще несколько минут. Каждый думал о своем, но все размышляли об одном и том же. Версия, что на их глазах произошло возвращение назад, в свое время, была единственной. Только Константин видел в этом немного иной смысл.

***

В кабинете профессора истории царила темнота. Плотные шторы были задернуты, поэтому свет сквозь окна не проникал. На часах стрелки показывали ровно семь пятьдесят. Неожиданно яркая вспышка рассекла тьму. Посреди комнаты появился человек. Им оказался Ваня. Он за пару секунд пришел в себя. Быстро подошел к двери и попытался открыть ее. Щелкнул выключатель. Комната наполнилась светом, который даже слепил глаза. Дверь оказалась закрытой.

Парень не понимал, какое время суток сейчас, посмотрел на часы. Они показывали уже пятьдесят одну минуту. Это ничего не дало. Могло быть утро, мог быть и вечер. Кричать, звать на помощь не стал. Зачем? Если утро, то скоро должен появиться сам профессор, если же вечер, то звать кого-то бессмысленно. Никто не услышит и никто не откроет дверь.

Ваня только отошел от двери, как вдруг яркая вспышка озарила всю комнату. Свет погас. В темноте посреди комнаты появился кто-то еще.

Глава 16. Разговор

Увидев исчезновение Вани, Дима предположил, что это неспроста. После паузы, когда никто практически не шевелился, все снова заняли места за столом. Свечи догорали, но комната все еще была озарена их светом. Они словно давали время для небольшого размышления о произошедшем. Находясь в состоянии шока, каждый хотел знать, что случилось, но никто не мог ответить с уверенностью, что это было. Только предположения и желание верить в лучшее.

— Надеюсь, он вернулся назад, — произнесла Маша дрожащим голосом.

— Нужно верить в это, — поддержал Дима, — а иначе, зачем ему исчезать?

Константин, желая выразить свою точку зрения, уже собрался сделать это, но понял, сейчас не нужно нагонять страха и высказывать свои непроверенные мысли по поводу того, что они изменили будущее, и Ваня исчез потому, что его жизнь изменилась. Правильней будет сказать, она не состоялась. Вслух лекарь сказал другое:

— Если верить, что он вернулся назад, то нужно понять, почему это произошло, после чего именно?

— Верно, — Дима ухватился за эту нить, принялся размышлять, вовлекая всех в это, — у меня были идеи, что у каждого из нас есть миссия определенная. Ну, знаете, как в игре есть цель.

— Можно сказать, что у каждого из нас есть своя роль, — добавила Маша.

— Точно. Пусть мы пока не знаем, какие это роли, но на примере Вани можно подумать, какая была у него. Чем он занимался все эти дни? — Дима интересовался этим потому, что сам он немного времени провел с Ваней из-за своей занятости. Надеялся, что дамы помогут разобраться.

— Мы часто общались с Машей, — робко проговорила Даша, не желая расстраивать супруга, — но если я точно помню, он слонялся без дела, вроде в таверну ходил. Возможно, там можно что-то узнать.

— Не нужно, — взял слово Константин, — в тот вечер он встретил меня. Я охотился на вампира, а Ваня послужил наживкой.

Одна свеча погасла. В комнате стало чуть темнее. Однако на это обратила свое внимание только Маша. Она как раз смотрела на догорающий огонек.

— Получатся, что это он привел тебя сюда, — заявил Дима.

— Да, но Ваня не исчез сразу после появления Константина, — заметила девушка.

— Что-то произошло сейчас, — добавила Даша, — о чем был разговор?

Все принялись вспоминать конкретные слова, свои мысли перед исчезновением парня. Зацепки не появилось. Маша постоянно произносила вслух, что уже думает о своей роли и миссии. И снова лекарь остановил бессмысленные попытки понять, что к чему.

— Я знаю, какова его миссия, — тут же все посмотрели на Константина в ожидании ответа, — вы убеждали меня помочь вам. Точно не скажу, но, по-моему, примерно перед началом необычного исчезновения парня я сказал, что согласен на все, что от меня потребуется. Возможно, это сыграло какую-то роль.

— Не возможно, а точно, — уверенно заявил Дима, — миссия Вани заключалась в том, чтобы уговорить Константина встать на нашу сторону, помочь нам. Когда согласие было получено, Ваня спокойно отправился домой.

Снова образовалась пауза, в течение которой каждый пытался понять и осмыслить услышанное. Согласившись с этой версией, успокоились все. Начали предполагать, какие миссии могут быть у остальных, но сразу посчитали это глупым занятием, потому что они не узнают этого, пока не выполнить тех заданий. Наконец, догорела последняя свеча. Все разошлись.

Время продолжило свой спокойный тихий ход. Дима и Даша на некоторое время покинули поселок, чтобы навестить сына и узнать, как дела в мастерской. Они и так пропали на долгое время. Константин восстановил лазарет, помог с восстановлением церкви. Маша, оставшись одна, долго не пробыла в постоялом дворе. Девушка она молодая и красивая. Узнав, что Маша одна, стали парни свататься к ней в женихи. В другом времени это было бы к месту, но здесь девушка не хотела жить всю жизнь и заводить семью. Глупо было желать этого, когда знаешь, что можешь в любой момент исчезнуть. Именно поэтому, чтобы избежать ненужных вопросов, предложила Маша лекарю Константину жить вместе. Он был охотником и тоже не создавал семьи. Все сложилось так, как и нужно обоим.

В назначенный день в поселке появился кузнец Уильям. Он, как и полагалось, жил своей жизнью и ничего не подозревал о происходящем вокруг него. Константин не рассказал ему всего, когда подружился с Уильямом, хоть и намекал время от времени об осторожности с незнакомками.

Прошло еще два года. За это время Маша так свыклась с ролью жены Константина, что думала согласиться на свадьбу, если лекарь предложит замуж выйти. Однако он, к удивлению девушки, не предлагал. Так и жили. Дима с Дашей часто приезжали в поселок, оставались на пару недель, а после снова возвращались к себе в город. Выглядело это не совсем обычно. Маша не понимала поведения сестры и ее мужа. Они должны быть заинтересованы в том, чтобы находиться в поселке постоянно, ведь именно здесь могли встретить кого-то, сделать что-то, что является их миссией. Переубедить не получилось у девушки. Дима верил, что все обязано идти так, как идет, до момента появления ведьмы. Со временем он решил, что Кристина является чьей-то целью. И если им суждено будет оказаться в поселке в тот день, когда ведьма появится, значит, судьба выбрала либо его, либо Дашу.

Случилось, что Дима и Даша пробыли в поселке почти две недели и уехали, а на следующий день в постоялом дворе поселилась Кристина. Уильям встретил ее в таверне, как и рассказывал профессор. Этой историей Уилл позже поделился с Константином. Когда парень рассказал лекарю об этом, а лекарь поведал Маше, девушка поняла, медлить нельзя. Попросила она Константина пригласить гостей на ужин спустя несколько дней.

Вечером парень со своей избранницей пришли в гости. Маша накрыла на стол, чтобы все казалось самым обычным ужином. Лишние подозрения могли спугнуть ведьму раньше времени, чего допустить нельзя. Девушка увидела Кристину и заметила, они похожи с ней. Все внимание на себя отвлекали рыжие практически огненные волосы, поэтому образ девушки принимал другой вид. Маша, возможно, и не узнала бы о схожести между ними, но девушка помнила о сестре-близнеце, которую видела каждый день в реальности, поэтому всегда помнила, как сама выглядит. Говорить о схожести с ведьмой не решилась. Оставила на потом эти детали.

Все разместились за столом, приготовились к трапезе.

Маша уговаривала себя отложить разговор хотя бы на полчаса, чтобы встреча прошла не слишком напряженно. Не смогла. Девушка попросила внимания к тому, что собиралась сказать. Константин понял, разговор начинается, и он может стать напряженным. Нужно быть готовым ко всему. К слову, клинок был неподалеку.

— Я прошу прощения, что это происходит вот так, — Маша обратилась к Кристине, — но иного выхода у нас нет. Я расскажу историю небольшую, постараюсь коротко, чтобы не затягивать. Она о вас, дорогие гости.

— О нас? — удивился Уильям. Кристина насторожилась, но виду не подала.

— Да. Вы решите, что это шутка, розыгрыш, но поверьте, все сказанное мной чистая правда.

Девушка не скрыла ничего, рассказала все, что помнила. Константин дополнял иногда некоторые моменты, где Маша что-то упускала. Он уже достаточно хорошо изучил историю за прошедшее время. Рассказ не оставил равнодушными гостей. Кузнец поначалу не верил, часто отрицательно мотал головой, выражая свою позицию. Однако чем дальше, тем правдивей казались слова. Когда Маша начала говорить о сыне Кристины и Уильяма, о том, кем он станет в дальнейшем, девушка попросила ее прерваться.

— Довольно, — прервала речь Кристина, — и так понятно, ничего хорошего ждать не следует.

— Я хочу, что ты услышала историю полностью только для того, чтобы прояснить один момент, — Маша говорила спокойным голосом, стараясь расположить собеседников к себе.

— Какой? — задал вопрос Уилл.

— Вы не можете быть вместе, — грусть скользнула в голосе Маши, — но и это еще не все.

Кристина поняла, это касается в большей степени ее. Маша продолжила выносить приговор для ведьмы.

— Тебе следует отказаться от идеи, которую навязывает колдун Ричард. Он злодей и хочет втянуть тебя в свою игру, чтобы воспользоваться тобой. Ты ему не нужна, ему нужен твой ребенок. Понимаешь же, о чем я говорю. Ведь ты не просто человек, и твой ребенок также станет не просто человеком, а с помощью обряда все закрутится еще сложнее.

— Я понимаю, — согласилась Кристина, — колдун уговорил меня последовать за ним, но скрыл подробности того, что мне предстоит совершить. Я не стану делать того, что он мне велит. Это слишком жестоко по отношению к Уильяму, ко мне, к нашему сыну, — Кристина не могла зафиксировать взгляд на чем-то одном. Ее глаза смотрели то на Машу, то на Константина, то вообще куда-то на стену, — по отношению ко всем людям.

— Тебе нужно укрыться от чар колдуна, если это возможно, — посоветовал Константин.

— Да, это сложно сделать, но я смогу. Уеду подальше отсюда. Очень далеко. Думаю, он не станет меня искать там, где я уже однажды была. Есть место, где никто не станет искать. Утром меня здесь уже не будет. Дождусь первое судно, отправлюсь на нем.

Уилл не мог поверить в услышанное. Он еще не знал, как принять факт, что ведьмы существуют, что сейчас одна из них сидела рядом и хотела создать с ним семью. Однако это было меньшим потрясением. Рассказ Маши заставил парня иначе взглянуть на мир. Кузнец думал, ему обеспечено счастье и спокойная жизнь. Оказалось, не все так просто. И счастье дается не каждому, да и не на всю жизнь.

Все же парень согласился с решением Кристины. Нельзя подвергать весь мир опасности только ради своего собственного благополучия, которое продлится не слишком долго.

Уилл покинул дом лекаря один. Кристина задержалась. Она попросила прощения за что-то, еще немного поговорила с Машей о своем будущем. Затем и ведьма оставила дом Константина, вернувшись в постоялый двор. Маша не находила себе места. Девушка не говорила ничего Константину, не желая его тревожить. Переживания заключались в том, что она должна была исчезнуть. Маша решила, что выполнила свою миссию. Убедила ведьму не совершать зло, хоть звучит это как-то глупо. Однако ничего не происходило. Маша успокоилась и уснула.

Утром она проснулась рано, приготовила завтрак. Константин тем временем собирался идти на работу. Дело не могло ждать.

Они сидели за столом, говорили о вчерашнем вечере.

— Хочется верить, что она сдержит обещание, — сказала Маша.

— Нужно верить, а иначе, зачем это все.

— Но она ведьма, могла и обмануть нас. Ведьма всегда остается ведьмой. По-моему, так ты должен будешь сказать… или Уилл.

Вдруг девушка почувствовала легкость в теле. Не сразу обратила внимание на происходящее, но когда кожа стала переливаться разноцветными красками, тут уже все прояснилось. Лекарь бросил завтрак. Девушка обрадовалась своему возвращению в свой мир, но в то ж время ей было грустно покидать Константина. Он стал для нее не просто человеком, с кем она жила, не просто товарищем в противостоянии злу, но и любимым. Маша только и успела сказать, что любит Константина. Парень ответил, когда уже девушка исчезла, и он остался один в комнате.

— Возможно, когда-нибудь мы еще встретимся, — шепнул он.

***

Вспышка озарила комнату и погасла. В темноте стояла Маша.

Парень бросился к ней, как только разглядел, кто перед ним.

— Это ты! — воскликнул он.

Девушка не радовалась своему возвращению. Она сразу заметила, что в комнате темно.

— Почему ты не включил свет?

— Я включил, но твое появление, видимо, закоротило что-то. Лампа погасла.

— Мог бы шторы раздвинуть, — она подошла к окну и сделала это.

Ваня не понимал недовольного поведения Маши, но спрашивать об этом вот так сразу не решился.

— Я не успел, ты появилась, наверно, минуты через две после меня.

Маша удивилась.

— Минуты две?! Я прожила там несколько лет после твоего исчезновения.

— Наверно, время, проведенное там, не влияет на время возвращения, только на последовательность. Кто за кем. Расскажи, что там было?

Девушка начала с самого главного, а именно с того, что ее целью была сама ведьма Кристина. Успела рассказать, как они с ней оказались схожи внешне, но этого сходства не заметить сразу, нужно было присматриваться. Далее девушка не смогла сказать больше ничего, потому что комнату озарила еще одна вспышка.

Глава 17. Ведьма

Дима и Даша приехали в поселок спустя время. Ничего не подозревая, они пришли к Константину. Самый первый взгляд лекаря дал понять, что-то произошло. Скрывать нечего, рассказал, как все случилось. Помимо возвращения Маши в свое время, Константин не забыл упомянуть, как ей удалось убедить ведьму не совершать того зла, на которое та согласилась заранее.

Во время разговора из всех, находящихся в комнате, за столом сидела только Даша. Дима стоял рядом, не присев. Константин расположился напротив них, расхаживая из стороны в сторону. Было заметно, что он беспокоился о чем-то.

— Двое из нас уже вернулись, — проговорил Дима и, обращаясь к супруге, добавил, — скоро и до нас дойдет очередь.

В его голосе был оптимизм, но Даша не восприняла эти слова с надеждой на лучшее. Наоборот, ей казалось таким образом Дима хочет заставить ее поверить в лучшее, но на самом деле все не так хорошо.

— Если я правильно понимаю, теперь ничего не произойдет, — отметил Константин, — ведьма исчезла, Уилл предупрежден. Колдун, скорее всего, не станет ничего предпринимать в поселке. Теперь ему просто нет смысла тут появляться.

— Если колдун не появится, тогда в чем наша миссия? — спросила Даша и посмотрела сначала на лекаря, а затем на супруга.

— И то верно, — согласился Дима, — в чем наша цель? Может, именно мы должны остановить колдуна, и выследить его. Хотя…

Константин остановил вой взгляд на Диме и тот посмотрел на лекаря.

— Я ведь знаю, где он находится. Выслеживать никого не нужно.

— Хорошо, тогда нам следует уничтожить его! — резко бросил фразу Константин, забыв совсем, что ранее он говорил совсем иначе. Лекарь думал о Маше. Он как будто хотел отомстить колдуну за разлуку с любимой, словно только темный маг виноват в этом.

О прежних словах напомнил Дима. Сказал, что маг силен, остановить его будет сложно. Прежде, чем идти в безрассудную атаку, необходимо найти лазейку, слабое место Ричарда. Лекарь понимал это, но ему так сильно хотелось поквитаться с колдуном за что-то непонятное, то ли за исчезновение Маши, то ли за возможную гибель близких людей.

— Нам нужно успокоиться и не делать глупостей, — предложила Даша, — сейчас мы можем лишь наблюдать, — она обратилась к супругу, — помнишь, ты всегда так говорил, когда не было ясного пути, по которому нам следует идти.

Константин опередил Диму, который собирался ответить.

— Возвращайтесь домой. Я прослежу, чтобы здесь все было хорошо. Если появится колдун, я предупрежу вас немедленно. Рисковать вам лишний раз незачем. Учитывая, что два случая произошли сами по себе и в нужное время, то наверно, нужно прислушаться и поступить так, как предложила Даша.

— Как-то глупо получается, — усмехнулся Дима, — мы каждый раз говорим, что нам нужно действовать, нужно предпринять что-то, но постоянно принимаем противоположное решение, оставаясь в стороне.

— Мы не остаемся в стороне, — возразил Константин, — мы ждем удобного момента. Зачем бежать вперед, сломя голову, если от этого мало толку?

Вновь Дима согласился. На этом разговор и закончился. Лекарь отправился по своим делам, прежде проводив Диму и Дашу до причала. На торговом судне они вернулись в город. Константин, пока Дима договаривался с хозяином судна, попросил Дашу передать сестре несколько слов, которые он сам не успел сказать. Слова те были, конечно же, о любви. Даша не стала обещать, ведь не могла знать, будет ли помнить хоть что-то об этом времени. Однако ответила, что постарается сделать это.

Жизнь снова продолжила свой неспешный ход. Много времени прошло с момента последней поездки в поселок. Вестей от Константина не появлялось. Иногда Дима переживал по этому поводу, ведь отсутствие новостей могло означать не только хорошее, но и что-то очень плохое. Лекарь мог погибнуть в неравной схватке с колдуном, если темный маг вообще появлялся в поселке. Дима часто намеревался съездить туда, но Даша его отговаривала. Ей надоели все эти переживания о судьбе мира. Она хотел жить обычной жизнью, не думая о колдовстве и магии совсем. В подобном течении прошло целых десять лет.

За это время Константин лишь несколько раз бывал в городе и наведывался в гости, чтобы рассказать вести. Кузнец Уильям обзавелся семьей, выбрав в жены девушку, которая жила в поселке всегда. Уилл помнил, что незнакомка может оказаться не той, кем является на самом деле. Сам лекарь о семье и не думал вовсе. Продолжал он не только исцелять людей, но и охотиться на нечисть.

Дима помогал сыну в мастерской. Теперь все было именно так. Раньше сын помогал отцу, теперь наоборот. О Ричарде уже вспоминал не часто. Уговоры супруги дали о себе знать. Занимаясь любимым делом, мысли о миссии отошли на второй план, а то и еще дальше. Однако не суждено было оставить все связанное с колдовством позади.

Однажды барон Ричард наведался в мастерскую, где как раз находился Дима. За прошедшие годы барон только разбогател, внешне практически не изменился. Вел Ричард себя очень важно, считая Диму за простого рабочего, который обязан выполнять любую его прихоть.

— Я весьма удивлен был, когда узнал, что ваша мастерская все еще работает, — начал барон, не ожидая ответа, — знаете, я приобрел новый дом совсем недавно, и когда возник вопрос благоустройства, то вспомнил о вас. Мне нужно, чтобы вы вновь выполнили для меня заказ.

— Конечно, сделаем, — ответил Дима, не спрашивая о деталях. Он вел себя осторожно, наблюдая за поведением Ричарда.

Барон принялся рассказывать, что необходимо смастерить на этот раз, но спустя пару минут прервался.

— Нужно вам посетить дом, так будет проще объяснить.

На этом разговор закончился. Тут же Дима вместе с Ричардом отправились в новый дом барона. Как только мастер вошел, обратил внимание, что дом был обставлен мебелью. Странным стало его появление здесь. Заподозрил нехорошие намерения Ричарда. Появились пару человек из обслуги. Они стояли в стороне, ожидая распоряжений барона. Сам Ричард прошел в одну из комнат, где отсутствовала мебель. Пригласил Диму пройти вместе с ним. Показывая, что и где должно стоять, приблизительные размеры мебели, барон объяснял, чего он хотел добиться от интерьера.

— Нужно снять некоторые мерки, для верности, — предупредил Дима.

— Конечно, — Ричард показал, что не станет препятствовать действиям мастера, — но попрошу вас сделать их самому. Мне нужно отлучиться на некоторое время. Дела не станут ждать. Вы меня должны понять.

Дима кивнул. Барон ушел.

Оставшись один в большой комнате, осмотрел ее еще раз. Затем принялся за дело. Уйдя с головой в работу, он не заметил, как открылась дверь и внутрь вошла молодая девушка.

— Ой, простите, — извинилась она, — я не знала, что здесь кто-то есть.

Дима отвлекся.

— Не страшно, я уже почти закончил, — он не видел еще девушки, так как располагался спиной к ней. Подумал, это служанка.

— А чем вы занимаетесь? — спросила она.

— Барон попросил меня изготовить мебель для комнаты. Ну, знаете, стол, стулья. Здесь, как сказал барон, будет что-то вроде кухни или столовой.

В этот момент Дима обернулся и увидел, что перед ним стоит молодая девушка, и она явно не из обслуги. Платье на ней не походило на форму служанки.

— Простите, что спрашиваю, — Дима мысленно думал, кто перед ним, — кем вы доводитесь барону?

— Дочка я его, — ответила девушка.

— Б… — Дима догадался, перед ним Беатрис. Хотел обратиться по имени, но вспомнил, что она не называла его. Сделал вид, что чем-то поперхнулся.

Девушка отошла от двери и прошлась по комнате. Она высказала свое мнение, как должна выглядеть мебель, и что должно располагаться в ней. Дима сохранял спокойствие. Понимал он, неспроста появилась Беатрис. Вновь появились мысли о миссии, цели.

— Вот в чем она заключается, — шепнул себе, а девушка подумала, что к ней обращаются.

— Что вы говорите?

— Я говорю, имени вашего не знаю. Как обращаться к вам?

— Беатрис, — быстро ответила девушка.

Азарт захлестывал рассудок. Диме хотелось рассказать все, что было на душе, все, что знал о бароне. Но зачем? Как связана Беатрис со всем происходящим? Вспомнил он ее роль в истории, и еще больше запутался. Не понятно, зачем произошла эта встреча.

— Будь, что будет, — громко произнес Дима, — Беатрис, что ты знаешь о своем отце?

Девушка остановилась на месте, услышав неожиданный вопрос.

— О чем это вы?

Терять нечего. Слишком долго Дима жил в средневековье, которое только казалось интересным. Жизнь лишь казалась счастливой. Однако это не его жизнь. Только роль. Тем более, много лет прошло уже. Можно сказать, что и жизнь почти прожита.

— Твой отец не простой человек, — начал Дима, — подходя ближе к девушке, — и ты непростая. Я знаю, кто вы такие, но это не угроза. Я хочу помочь тебе.

Все еще находясь в настороженном состоянии, Беатрис не знала, что ответить. Молчала.

— Ты можешь освободиться от оков темной магии. Я помогу. Ты хочешь этого?

Наконец, Беатрис прервала свое молчание.

— Много лет я делаю то, что мне велит отец. Ничего лишнего. Он заставляет изучать древние письмена, хоть я не понимаю, зачем мне это нужно. Знаю, это магия, но использовать ее я не хочу. Мой отец злой человек… колдун. Как вы можете мне помочь?

Услышав такое откровение со стороны Беатрис, Дима понял, нельзя останавливаться на полпути.

— Есть книга заклинаний. В ней хранятся многие важные знания. И самое главное, эта книга находится у твоего отца. Только не знаю, где именно. Изучив заклинания, содержащиеся в книге, ты сможешь стать сильнее и освободиться от оков темной силы.

Дима не понимал в тот миг, что советовал девушке стать еще большим темным магом, чем ее отец. В мыслях была навязчивая идея, что это поможет ей. Пусть так он мог создать еще больше зло. Азарт выполнения миссии затмил все вокруг. Забыл Дима о семье своей. Беатрис выслушала сказанное и неожиданно согласилась со всем, что просил сделать незнакомый человек.

Долго находиться в доме барона Дима не мог. Выполнив работу, покинул его, отправился к себе. Нужно было скорее рассказать Даше о случившемся. Всю дорогу до дома аргументы «за» и «против» боролись между собой. С одной стороны, сказать Даше, как нашел то, что вернет его в нужную реальность, было нужно. С другой, это выглядело эгоистично и отчасти печально. Их совместная жизнь подходила к концу. Конечно, если Беатрис сделает то, что посоветовал Дима. Скрыл мужчина этот факт. Пока не выполнен заказ, можно и повременить с вестью.

Несколько месяцев мастер работал над поручением барона. Иногда он посещал дом Ричарда под предлогом того, что нужно сделать еще кое-какие измерения. В основном, старался делать это в его отсутствие, чтобы поговорить с Беатрис. Однако все разговоры сводились только к отдельным фразам. Девушка все еще обещала выполнить просьбу полностью. Она тайком от отца брала книгу заклинаний и изучала все в ней.

Дима не мог требовать, но слегка поторапливал Беатрис, сам не зная, зачем это делает. Заказ был закончен и доставлен в срок. Барон отсутствовал при этом. Он зашел в мастерскую чуть позже, чтобы расплатиться. Поблагодарил мастера и исчез за дверью сразу же, не задавая никаких вопросов и не интересуясь еще чем-либо. Через минуту в мастерской появилась Даша.

— Что он сказал? — поинтересовалась она.

Дима развел руками.

— Ничего необычного. Только хорошо отозвался о моей работе.

— Может, нужно было что-то предпринять? Не зря же он появился тут.

Дима не рассказывал о Беатрис, пока сомневался в правильности своих догадок. Теперь, когда предположение не подтвердилось, решил открыть свой небольшой секрет. Он начал с самого первого посещения дома Ричарда, когда там встретил его дочь, а закончил тем, что при последней их встрече Беатрис все еще не смогла достичь нужного уровня силы. Даша немного обиделась, что супруг скрыл это, но обида быстро прошла. Чувство покоя, появившееся от мысли, что он останется с ней и никуда не исчезнет, заставило простить все.

Дима сделал шаг к Даше, желая обнять ее, как вдруг почувствовал что-то необычное. Легкость наполнила его тело. Он посмотрел на руки. Кожа мерцала разными цветами, растворяясь в пространстве.

— Она сделала это, — грустно проговорил, исчезая.

Дима все же обнял супругу и в этот самый миг растворился.

Даша осталась одна в мастерской.

***

Ваня внимательно слушал Машу, но вспышка отвлекла его, как и девушку.

В центре комнаты появился Дима. На его лице не было никакой радости по случаю возвращения. Ребята, успевшие разгадать, что каждый следующий появляется ровно через две минуты после предыдущего, поняли, Дашу нужно ожидать уже скоро. И все-таки есть пара минут, чтобы расспросить Диму о произошедшем далее в том времени.

И Ваня, и Маша резко подскочили к своему товарищу.

— Ну, как там дела? Что было? — первым оказался парень.

— Все хорошо, — спокойно ответил Дима, — мы не одолели колдуна пока что, но все хорошо.

— А где Даша? Почему ты такой хмурый? С ней что-то случилось? — забеспокоилась девушка.

— С ней все в порядке. Просто теперь она там одна, без нас.

Дима смотрел на свои руки. Они снова стали прежними. Парень дотронулся до своего лица, понимая, что снова молод.

— Необычное ощущение, — шепнул он.

— Что за миссия была у тебя? — вспомнил Ваня о главном вопросе.

— Беатрис, — коротко ответил Дима, — я встретил ее. Оказывается, она не стареет, как все мы.

— Получается, — тревога на лице Маши нарастала все больше и больше, — колдун стал миссией Даши? Но как же так? Она ведь в этой истории живет роль персонажа.

Дима махнул рукой, не желая больше строить различные догадки и предположения. Все это осталось в прошлом, в другой жизни. Здесь он снова молодой парень, и впереди у него целая жизнь, которая точно сложится совсем по-другому.

Все застыли в ожидании еще одной вспышки и появления последнего путешественника в магическую историю.

***

После исчезновения своего супруга Даша осталась одна. Нужно было как-то объяснить сыну, куда делся его отец. Даже думала рассказать правду, но хорошенько поразмыслив, решила, это покажется глупо и нелепо. Сын, может, и поверит во все странные рассказы, но если узнает кто-то еще, то могут принять за ведьму.

Ничего объяснять не стала. Выдала все за случайное стечение обстоятельств, когда услышала весть о потерпевшем крушение торговом судне, сказав, что Дима был там.

Продолжая жить, Даша чаще задумывалась о своей миссии, даже искала встречи с колдуном Ричардом. Однако тот вскоре исчез из города. Наверно, это каким-то образом было связано с Беатрис.

Даша иногда наведывалась в поселок, навещая Константина, который также всю свою жизнь прожил там, будучи лекарем. Никто из темных слуг не появился в этом поселке.

Уже в преклонном возрасте Даша редко выходила из дома. Однажды в гости пришла неизвестная молодая особа. Она представилась, как Беатрис. Даша с улыбкой встретила ее. Девушка хотела поблагодарить Диму за помощь и наставления. Однако в ответ услышала, что его уже давно нет в этом мире, и, возможно, однажды они встретятся. Беатрис не совсем поняла, о чем говорила пожилая женщина. После недолгого разговора, девушка покинула дом.

Понимая, что никакой миссии нет у нее, Даша доживала свой век. Все же на всякий случай предупредила сына. Если она вдруг неожиданно исчезнет, это будет значить, ее жизнь продолжилась в другом мире. Она не уточняла, в каком именно. Марк принимал слова матери за фантазии, не зная, как все на самом деле обстоит.

В назначенный час Даша, как и ее друзья, начала чувствовать легкость в теле. Кожа переливалась разноцветными красками, растворяясь. Она исчезла поздно вечером, когда все уже легли спать.

***

Даша появилась последней. На часах было уже пятьдесят восемь минут. Дима, обрадовавшись ее появлению, хотел было обнять девушку, но резко остановился. Это ведь реальность, в которой они едва знают друг друга. Даша ничего не помнила и на вопросы друзей ответить не могла. Это было на руку Диме, ведь он так и не сказал, сколько времени прошло после исчезновения Маши.

За дверью послышались шаги, а спустя минуту она распахнулась. Николай Максимович появился в кабинете ровно в восемь часов утра. Он держал в руке телефон. Увидев ребят, профессор остановил таймер, который запускал вечером перед уходом. Он, как ни в чем не бывало, прошел к столу, отодвинул стул, но не присел. Все смотрели на него, ожидая вопросов. Не терпелось рассказать, что произошло с ними в том месте, где оказались. Профессор оглядел всех четверых.

— Ну, как вы?

— Хорошо.

— Неплохо.

— Чудесно, — ответила Маша. Даша промолчала.

— Что вы помните? — осторожно поинтересовался Николай Максимович.

— Все помним, — начал Ваня, — как попали в тот мир, как пытались понять, что от нас нужно. Кстати, мир этот не совсем понятный. Странный какой-то.

— Да, как будто это не прошлое, а совершенно иная реальность, — дополнила Маша.

— Интересно, — профессор не ожидал такого поворота. Все четверо должны были ничего не помнить. На деле, оказалось все не так.

Разговор продолжился вопросами о том, что происходило с ними, и почему их так разбросало по времени и ролям. Преподаватель вновь отговаривался простыми догадками и предположениями, не желая посвящать своих студентов в тайны времени.

Через несколько минут в комнату вошла женщина. Это была Беатрис. Кроме Димы ее никто не мог узнать. Николай Максимович не представил ее, но она быстро приступила к делу, ничего не объясняя. Произнесла магическое заклинание и щелкнула пальцами. Все тут же забыли, о чем вели разговор. Даша посмотрела на часы и вспомнила, что ей нужно бежать на занятия, училась она в другом институте, поэтому еще надо успеть добраться. Маша отправилась вместе с сестрой до первого этажа. Ваня тоже не задержался. Ушел. Дима покидал кабинет профессора последним. Он внимательно смотрел на женщину, а после сказал:

— Вы же Беатрис.

Ведьма удивилась, почему заклинание не подействовало на парня. Слегка обеспокоен был и Николай Максимович. Женщина кивнула, чтобы подтвердить догадку Димы о ее личности.

— Ну, и как? Получилось у нас сделать то, ради чего мы отправились в этот странный непонятный мир?

— Вы сделали все, что нужно, — уверила Беатрис.

— Скорее всего, вы сотрете мне память или уже стираете, и спустя минуту я ничего не вспомню. Может, это к лучшему. И все-таки, я хочу узнать несколько ответов.

— Какие?

— Что с колдуном? Что с великим темным магом, которого он хотел возродить?

— Ричард исчез, когда из вас только Даша осталась. Великий темный маг не появился. Колдун не смог собрать все нужное для обряда. Это все благодаря вам.

Больше Дима не спросил ничего. Он добавил в шутку, что если будет нужна помощь, то всегда рад отправиться в неведомый мир. Парень ушел, оставив профессора и ведьму одних.

Дождавшись, когда хлопнет дверь аудитории, Николай Максимович подошел к двери кабинета и прикрыл ее, удостоверившись, что за ней никого нет. Беатрис задумчиво стояла возле окна.

— Ты точно прочла нужное заклинание? Или на него не подействовало оно?

— Точно. Заклинание подействует. Он все забудет. Просто этот парень прожил много лет там.

— Девушка тоже провела в этом мире всю жизнь, но она ничего не помнит.

— Не придирайся, — возмутилась Беатрис, — все я верно сделала… и они верно поступили. Ричард не появлялся уже тысячу лет. Мы же этого добивались. Нужно радоваться.

— Позволь напомнить тебе, ради чего ты в этом участвовала.

— Да, знаю. Теперь я свободна от чар отца.

— Радует, что ты лишь номинально являешься ведьмой, но стала доброй волшебницей, — улыбаясь, проговорил профессор.

— Мы одержали победу в одном сражении, но не во всей войне. Зло не оставит попыток захватить этот мир. Мы не должны опускать руки. Необходимо продолжать следить за обстановкой.

— Всегда начеку. Если что, у нас имеется созданный нами мир, где все странно и непонятно, как выразились ребята. Нужно будет доработать его, а то выглядит дешевой компьютерной симуляцией реальности.

— Этим и занимайся в свободное время, если оно у тебя есть.

Раздался телефонный звонок. Беатрис ответила. Ей нужно было встретиться с кем-то, но об этом она не рассказала профессору. Женщина покинула кабинет, сославшись на занятость.

— Вот так и бывает, — проговорил Николай Максимович, когда Беатрис закрыла за собой дверь.

Он достал книгу, историю из которой пересказал ранее. Открыл на нужной странице, убедился, что история действительно изменилась. В ней не было никакого обряда, никакого появления великого темного мага. Все остальное осталось второстепенным. Преподаватель вздохнул и закрыл книгу. Взял ее, подошёл к двери подсобного помещения, где два вечера подряд ему помогали расставлять книги по полочкам. Профессор открыл дверь и вошел в комнату, включил свет. Не спеша нашел нужную полку и поставил книгу на свое место. В это мгновение все учебники по истории превратились в слегка потрепанные книжки, обтянутые кожаной обложкой, такие же, как и та, которую принес Николай Максимович только что.

Окинув взглядом помещение, профессор выключил свет и, выйдя их комнаты, запер ее на ключ. После направился к выходу из кабинета.

Эпилог

Темнота. Ничего, кроме нее, он не видел, но ему не нужно это. Путник шел вперед, в неизвестность. Ни единого ориентира, ни единого намека на выход. Ричард находился там, откуда не было возвращения в привычный мир, как казалось на первый взгляд.

Тьма поглотила его полностью. Он этого желал всем своим сознанием. Что ожидало его дальше, не знал, не мог знать. Все попытки обратиться к мраку с просьбой помочь, не увенчались успехом. Тьма не отвечала ему. Она не желала общаться с тем, кто не смог выполнить ее поручения.

Ричард не знал усталости. Шаг за шагом двигался к неизвестной цели, которой не существовало. Долгие годы продолжалось его путешествие в темноте. Колдун остался без магии, без способности колдовать. В темноте даже он не видел ничего. Ожидал, что однажды тьма сжалится над ним и вернет ему способности.

Все затянулось. Тьма не отвечала долгие тысячу лет. Однако так часто бывает, время словно случайно закручивается в спираль, Временные петли касаются друг друга, и происходит то, чего не должно произойти. Это и случилось.

На пути Ричарда появилась дверь. Путник остановился за шаг до нее. Он злобно улыбнулся, пусть его коварной улыбки никто не видел в темноте. Не тьма дала второй шанс колдуну, чтобы тот исправил свои ошибки. Это произошло случайно, возможно.

— На этот раз никто не помешает мне, — молвил Ричард.

Темный маг потянул дверь на себя, и она легко поддалась.

Content

Обряд
Андрей Величев

Пролог

Часть 1

Глава 1. Начало

Глава 2. Небольшой поселок

Глава 3. Встреча

Глава 4. Темный гость

Глава 5. Обряд

Глава 6. Пустая могила

Глава 7. Сумрак

Часть 2

Глава 8. Спустя время

Глава 9. Лик зла

Глава 10. Сомнения и правда

Глава 11. Возвращение души

Глава 12. Противостояние

Эпилог?

Часть 3

Глава 13. Гости

Глава 14. Другие гости

Глава 15. Исчезновение

Глава 16. Разговор

Глава 17. Ведьма

Эпилог