Сьюзен Стивенс

Поцелуй в лимонной роще

Глава 1

Похороны были пышными. Согласно традиции правящий принц, Люка, должен был приехать последним и занять почетное место в переполненном соборе. Он сидел перед алтарем под куполом, расписанным самим Микеланджело. Возвышающиеся бронзовые двери с одной стороны были потрясающе красивыми и назывались «воротами в рай». Люка горевал о человеке, которому был обязан всем. Все флаги в княжестве Фабрицио были приспущены. На улицах выстроились преданные подданные. Цветы привезли из Франции. Музыканты приехали из Рима. К собору направлялась процессия из дорогих конных экипажей, в которых находились правители со всего мира. Черный жеребец Люки по кличке Форс тянул за собой повозку с гробом, закрытым флагами. Конь горделиво держал голову, словно знал, что везет в последний путь великого человека.

Как новому правителю небольшого, но сказочно богатого княжества Фабрицио, Люке — человеку, которого скандальные СМИ по-прежнему называли «мальчиком из римской канализации», оказывали наибольшее уважение. Он проделал долгий путь от этой канализации до дворца. Врожденная деловая хватка сделала его миллиардером, а человек, которого он хоронил сегодня, сделал его принцем. Нынешнее великолепие слишком не похоже на разрисованные граффити переулки, в которых вырос Люка, где зловоние гниющего мусора легко затмило бы аромат цветов и благовоний, окружающих его сегодня. После треснувшей штукатурки и мухоловок этих узких улочек он жил среди изысканной готической архитектуры, прекрасных скульптур и витражей. В самых смелых мечтах он не предполагал, что однажды станет принцем. Тогда Люке было достаточно найти немного еды в мусорных баках и рваную одежду.

Он любезно склонил голову, когда очередная европейская принцесса на выданье поздоровалась с ним с соблазнительной улыбкой. К счастью, жизнь на улице научила его осторожничать с теми, кто хотел получить выгоду за его счет. Даже гладко выбритый и одетый в парадную форму, он выглядел как смуглый портовый хулиган. Его покойный приемный отец так и не смог изменить внешность Люки.

Высокий и загорелый, с фигурой воина, Люка не знал своего происхождения. Его мать была римлянкой из семьи рабочих. Его отец, как Люка предполагал, выуживал из нее деньги. Покойный принц был единственным родителем, которого Люка помнил очень хорошо. Он был обязан принцу своим образованием. Он был обязан ему всем.

Они встретились в Колизее, когда принц находился в Риме с официальным визитом, а Люка искал еду в мусорных баках. На следующий день принц отправил к Люке своего адъютанта, чтобы предложить мальчику пожить во дворце с его сыном, Максом. Принц надеялся, что мальчики подружатся. Люка мог покинуть дворец в любой момент.

Юный и сообразительный, Люка должен был насторожиться, но в тот момент он сильно проголодался и решил отправиться во дворец. Люка относился к принцу с величайшим уважением. Принц перед смертью сообщил ему свою последнюю волю.

— Макс слабый. Ты унаследуешь трон после моей смерти. Ты должен жениться и сохранить наследие страны, которую мы с тобой оба любим.

Люка сжал его хрупкую руку и пообещал выполнить его волю.

Словно читая мысли Люки, его сводный брат, Максимус, сердито посмотрел на него. Между этими двумя мужчинами теплых отношений не было. Их отец не смог наладить отношения с Максом, и Люка тоже потерпел в этом неудачу. Макс предпочитал развлекаться с женщинами и увлекался азартными играми, а не занимался государственными делами. Он никогда не интересовался проблемами королевской семьи. Он обожал приятелей, которые кружились вокруг него и льстили ему в надежде на его благосклонность. Люка быстро понял, что покойный принц — его величайший сторонник, а Макс — его величайший враг.

Решив отвлечься от свирепого взгляда Макса, Люка с глубокой грустью вспомнил длинный перечень достижений и титулов своего отца.

— Ты — прирожденный лидер, — говорил ему отец, — и поэтому я объявляю тебя своим наследником. — Неудивительно, что Макс ненавидит Люку.

Люка не стремился стать наследником престола Фабрицио. Ему не нужны были деньги. Он успешный бизнесмен. Успех пришел к нему, когда он уговорил отца внедрить в Фабрицио современные технологии и настоял на том, что будет изучать технологии в университете. Он стал одним из самых успешных специалистов в этой отрасли. Его глобальные холдинги были настолько обширными, что компания фактически управляла сама собой. Но теперь Люке предстояло руководить страной.

— Если ты не сделаешь этого в течение двух лет, — произнес принц на смертном одре, — согласно нашей конституции, трон по умолчанию перейдет к твоему брату. — Они оба знали, что это значит. Макс погубит Фабрицио. — Это твоя судьба, Люка, — прибавил его отец. — Ты не можешь отказать в просьбе умирающему.

Люка не собирался этого делать, но мысль о женитьбе на принцессе его не привлекала. Он был уверен, что, женившись, не станет ближе своему народу. Он мог бы уехать отсюда и отправиться в свои лимонные рощи на юге Италии, где работал вместе с простыми людьми. Он не знал лучшего способа выяснить, что тревожит простой народ. Ему была неприятна мысль о том, что он будет вынужден постоянно торчать рядом с избалованной и хрупкой принцессой. Он хотел быть рядом с неизбалованной и страстной женщиной.

— Хороших женщин немало, Люка, — настаивал его отец-принц. — Ты найдешь себе пару. Выбери сильную и необычную женщину. Откажись от стереотипов.

В то время Люка думал, что это будет непросто. Думая об этом сейчас, он решил, что это невозможно.

Похороны были скромными, но по всем правилам. Калли позаботилась об этом. Народу на похоронах было мало, так как единственными людьми, оплакивающими уход ее отца, были соседи Брауны. Церемония прошла спокойно, потому что Калли всегда чувствовала, что должна как-то уравновесить безрассудную жизнь своего отца. Больше она не будет вместе с отцом маяться от вопроса, где раздобыть еду. Если бы не друзья, Брауны, которые постоянно поддерживали ее, она рвала бы на себе волосы.

Сегодня семейка Браунов была довольно тихой, если не считать их пятерых собак, которые выпрыгнули из фургона, лаяли и носились по всей деревушке. Глядя на них, Калли думала, что, вероятно, такова счастливая семейная жизнь.

— Прощай, папа, — прошептала она, бросая на гроб горсть влажной, прохладной земли.

— Не волнуйся, дорогая, — сказала Ма Браун, обнимая Калли за плечи. — Худшее позади. Твоя жизнь начнется заново. С чистого листа. Закрой глаза и подумай, кем бы ты хотела стать. Такой маневр делает меня счастливой. Я права, Рози?

Рози Браун, лучшая подруга Калли и старший ребенок Браунов, обняла Калли с другой стороны.

— Верно, Ма. Мир открыт для тебя, Калли. Ты можешь делать все, что захочешь. Но иногда, — прибавила Рози, — тебе надо прислушиваться к советам людей, которым ты доверяешь, и разрешать им помочь тебе.

— Что я могу сделать с десятью фунтами в кармане? — спросила Калли и едва заметно усмехнулась.

Рози вздохнула:

— Тебе надо уехать отсюда. Извини, Ма, я знаю, ты любишь здесь жить, но Калли следует сменить обстановку.

К тому времени, когда все они уселись в фургон, Калли почувствовала себя лучше. Общение с Браунами походило на прием большой дозы оптимизма. Она понимала, что теперь она свободна. Остается только один вопрос: как ей воспользоваться этой свободой?

— Даже не думай сегодня о работе. — Ма Браун повернулась лицом к Калли. — Рози отработает за тебя смену в пабе.

— Охотно, — согласилась Рози, беря Калли за руку. — Тебе необходим отпуск.

— Отпуск я позволить себе не могу, — задумчиво сказала Калли. — У меня нет денег, чтобы куда-то уехать. — Отец не оставил ей ничего. Дом, в котором они жили, сдавался в аренду. Отец был алкоголиком и азартным игроком. Денег, которые Калли зарабатывала в качестве уборщицы в пабе, хватало только на еду.

— Подумай о том, чего ты хочешь, — настаивала Ма Браун.

Калли нравилось учиться. Она мечтала работать на свежем воздухе под солнечными лучами.

— Кто знает? — прибавила Ма, снова поворачиваясь на своем месте. — Завтра мы приберемся в твоем доме и, возможно, найдем в одежде твоего отца деньги от выигрыша.

Калли криво усмехнулась. Она знала, что они найдут в его карманах только несколько мелких монет. У ее отца никогда не было денег. Они с ним не выжили бы без помощи Браунов. Па Браун давал Калли овощи, которые выращивал сам.

— Не забывай, что ты можешь оставаться с нами до тех пор, пока не определишься в жизни, — крикнула Ма Браун с пассажирского сиденья.

— Спасибо, Ма. — Наклонившись вперед, Калли поцеловала Ма в щеку. — Я не знаю, что бы я без вас делала.

— Ты была бы в порядке, — уверенно ответила Ма Браун. — Ты всегда была способной девочкой, а теперь можешь взлететь так высоко, как хотела бы взлететь твоя мать. Она мечтала, чтобы ее ребенок был счастливым. Жаль, что она рано умерла.

Вскоре Калли выяснит, на что она способна. Брауны и их собаки выскочили из душного фургона. Калли не хочет обременять Браунов. Им надо заниматься своими проблемами. Как только долги ее отца будут оплачены, она отправится на поиски работы. Возможно, в Блэкпул. Там — чистый воздух. Блэкпул — традиционный северный английский приморский городок с множеством пансионатов, где требуются уборщицы.

Следующим утром Калли разбирала вещи своего отца. Она умерла бы от тоски, если бы ей не помогали весельчаки Брауны. Ма осмотрела каждую комнату, а Калли и Рози отсортировали вещи для благотворительных магазинов. Вещей, пригодных для продажи, оказалось мало, поэтому выручка будет маленькой.

— Раньше я не понимала, что у нас в доме столько барахла, — призналась Калли. — Я думала, что здесь вообще ничего не осталось.

— Чего ты хочешь от азартного игрока и пьяницы? — согласилась Ма Браун, неодобрительно поджимая губы.

— Ну а вот тут вы обе ошибаетесь! — воскликнула Рози, взяв в руки пятифунтовую купюру. — Посмотрите, что я нашла!

— Ну, Калли, ты богачка! — Ма Браун засмеялась, когда Рози передала банкноту своей подруге. — И что ты будешь с этим делать?

Калли в изумлении уставилась на грязную банкноту:

— Этого не хватит, чтобы купить выпивку, не говоря уже о приличной еде. Я положу эти деньги в жестянку, в которой собирают средства на благотворительные нужды, — задумчиво произнесла она.

— Ни в коем случае, — запротестовала Ма Браун. — Я тебе этого не позволю. — Она вырвала банкноту из руки Калли.

— Считай это заблаговременным рождественским подарком твоего отца, — успокаивающе сказала Рози, увидев, как Калли расстроилась.

— Это был бы первый подарок, который он когда-либо ей сделал, — проворчала Ма и подмигнула Калли. — У меня другая идея по поводу того, куда пристроить эти деньги.

— Делайте, что хотите, — ответила Калли со слабой улыбкой.

Зная, что ее подруга расстроена, Рози быстро сменила тему. Когда они закончили уборку, а потом поужинали в доме Браунов, Ма скрестила руки на груди и просияла.

— Итак, Калли, прежде чем ты что-нибудь ответишь, мы скажем: мы знаем, что ты не играешь в азартные игры, и мы знаем, почему ты в них не играешь. — Калли напряглась, увидев пятифунтовый лотерейный билет, который ей протягивала Ма Браун.

— Надо найти монетку, чтобы ты стерла защитное покрытие, — заметил Па, роясь в карманах.

— Закрой глаза и представь, что все выигранные тобой деньги пойдут лично тебе, — убеждала Рози, взглянув на других Браунов. — А вдруг тебе повезет?

Калли села за стол и начала счищать монеткой защитное покрытие с лотерейного билета.

— Пять тысяч фунтов стерлингов, — произнесла она.

Несколько секунд все молчали.

— Что ты сказала? — спросила Рози.

— Я выиграла пять тысяч фунтов.

Брауны закричали от волнения. Следующие несколько часов они фонтанировали безумными идеями. Открытие кондитерской рядом с пабом. Открытие сэндвич-бара в местном бизнес-парке.

— Я хочу отдать эти деньги вам, — настаивала Калли.

— Нет, — категорично заявила Ма Браун и скрестила руки на пышной груди.

— Ты можешь купить всех собак-спасателей в мире, — оптимистично сказал один из младших Браунов по имени Том.

— Или подержанную машину! — воскликнул другой мальчик.

— А почему не купить одежду? — предложила одна из девочек. — У тебя не будет другого шанса обновить гардероб.

Какой гардероб? Вся ее одежда умещалась в спортивной сумке на молнии.

— Калли не стала миллионершей, но должна сделать что-нибудь, чтобы повеселиться, — сказал Па Браун. — Это должно быть то, о чем она всегда мечтала. И что она запомнит навсегда. До сих пор она мало радовалась жизни.

В комнате стало тихо.

— Ну, Калли, — подсказала Ма Браун. — Какие у тебя соображения?

Калли взяла журнал с телевизионной программой и открыла его на странице с туристической рекламой. Ярко-зеленые лимонные рощи. Деревья, усыпанные желтыми плодами. Молодая семья и двое детей, бегающих по траве. Заголовок гласил: Посетите Италию!

— Почему нет? — сказала Калли, когда Брауны продолжали молчать. — Я могу мечтать, верно?

— Теперь ты можешь не просто мечтать, — рассудительно ответила Ма Браун.

Но потом Калли решила отказаться от своей мечты в пользу гораздо более реалистичного плана. Возможно, ей стоит провести выходные в небольшом прибрежном курорте? Кстати, там она сможет подыскать себе работу.

— Тебе надо поехать в Италию, — настаивала Рози.

— Эта поездка запомнится тебе на всю жизнь, — согласился Па Браун.

Калли посмотрела в окно на серый и мрачный ландшафт. На арендованный дом, в котором она выросла. Фотография в журнале обещала ей совсем другую жизнь. Вместо дорожных выхлопов и холода в доме она могла получить яркое солнце и фруктовые деревья. Она снова взглянула на страницу. Рекламная картинка походила на окно в иной мир. Цвета были необыкновенными. Люди в кадре были нанятыми моделями, но они не могли подделать радость и ощущение свободы на своих лицах.

— Италия, — заметила Ма Браун, задумчиво поджав губы. — Для поездки тебе понадобится новая одежда. Не беспокойся, Калли. Тебе не придется много на нее тратить.

— Амальфи, — выдохнула Калли. Мысль о короткой поездке в Италию разволновала ее. Она сменит обстановку, а потом начнется новый этап в ее жизни.

— Чудесное солнце, вкусная еда, не говоря уже о музыке, — произнесла Рози, прижав руку к сердцу.

И романтичные итальянцы, соблазнительно прошептал внутренний голос Калли. Она отмахнулась от этой идеи. К романтике она всегда относилась настороженно. У нее было слишком много обязанностей дома, чтобы вести себя легкомысленно. И она слишком часто видела, насколько жестокими бывают мужчины.

— Решайся, Калли. Ты должна рискнуть, — утверждала Ма, и все остальные Брауны ее поддержали.

Калли может делать, что хочет. Почему бы ей не надеть гламурное платье и дизайнерские туфли на высоких каблуках? На несколько дней она станет совсем другим человеком.

Глава 2

Люка сразу заметил женщину в баре. Даже со спины она выглядела привлекательной. Ему понравилась ее расслабленная манера общения с его другом — барменом, Марко. Люка только что переговорил с Максом и был в ужасном настроении. Макс не терял времени зря в отсутствие Люка и спровоцировал беспорядки в Фабрицио. Макс еще в детстве донимал Люку. Из-за проделок Макса Люку не следовало ехать в свои прекрасные лимонные рощи на побережье Амальфи. Он должен был немедленно возвращаться в Фабрицио. Но он не мог отменить ежегодную поездку в те места, где жили люди, которых он любил и оберегал. Даже из-за Макса.

Женщина выглядела рассеянной. Она поглядывала на каждого входящего посетителя в зеркало за стойкой. Вероятно, она ждет своего любовника. Люка почувствовал ревность и удивился своей реакции.

Он проезжал мимо, чтобы пригласить Марко на ежегодные торжества в начале сезона сбора лимона. Люка и Марко выросли вместе, потому что отец Марко работал на покойного принца. Встав в дальнем углу бара, где он мог спокойно поговорить с Марко, когда тот освободится, Люка впервые разглядел незнакомку. Она казалась очень самоуверенной и веселой и, очевидно, наслаждалась возможностью поговорить по-итальянски. Марко исправлял ее речевые ошибки, и она смеялась.

Чувствуя легко раздражение от их явного взаимопонимания, Люка продолжал ее рассматривать. У нее был изящный профиль, о чем она, по-видимому, не подозревала. Точно так же, как она, казалось, не подозревала о том, что у нее стройное и чувственное тело. Люка был заинтригован. Она была одета безупречно, хотя простовато для посетителя одного из самых известных отелей побережья. Она словно играла роль. У нее были рыжие волосы, пышные и блестящие, коротко подстриженные скорее ради практичности, а не ради моды. Зеленые, чуть раскосые глаза придавали ей экзотический вид. Судя по легкому загару и веснушкам, она прожила здесь не более недели.

Люка почувствовал сильное возбуждение, когда женщина повернулась и нахально уставилась на него. Она не торопилась отвести взгляд.

Интересно.

Люка направился в ее сторону.

— Добрый вечер! — Вежливо поздоровавшись, Люка взглядом попросил Марко уйти.

Марко ухмыльнулся. Они обменялись рукопожатием, во время которого женщина смотрела на них с интересом. Она оказалась еще красивее, чем предполагал Люка. Запах ее тела опьянял.

— Можно мне купить вам выпивку? — спросил Люка.

Она посмотрела на него в упор:

— Мы знакомы?

Ее резкий вопрос застал Люку врасплох. Краем глаза он увидел, как Марко поднял бровь. Его друг вызовет охранников, как только Люка потребует это сделать, и эту женщину выпроводят из отеля.

— Меня зовут Люка, — сказал он, протягивая ей руку.

Она проигнорировала его руку. Умные глаза, обрамленные длинными черными ресницами, смотрели на него с подозрением.

— Я сомневаюсь, что мы с вами знакомы, — произнес он, ожидая, когда она сама назовет свое имя. — Я не кусаюсь, — прибавил он.

— Но вы очень настойчивы, — сказала она, давая ему понять, что между ними не будет физического контакта.

Настойчивость? Внешне Люка оставался невозмутимым. В душе он рассердился. Женщины считали его обаятельным и внимательным. Ясно, что у этой женщины другие соображения по этому поводу.

— Что бы вы хотели выпить?

— Газировку, пожалуйста, — ответила она.

Обратившись к Марко, он тихо произнес:

— Газировку для синьорины и для меня.

— Да, синьор, — ответил Марко.

Она продолжала внимательно разглядывать Люку, отпивая газировку. В ее глазах не было намека на симпатию. Она явно не узнала Люку. Ее соблазнительные губы едва заметно улыбались. Она не знала, может ли доверять этому незнакомцу, купившему ей газировку. Если она не в курсе, что в последнее время фотографии Люки — нового правящего принца Фабрицио — печатались во всех СМИ, значит, в ее жизни случилось что-то кардинальное.

Итак, красивая женщина-загадка, размышлял он, кто ты? И что ты делаешь в Амальфи?

Пригладив короткую шелковую юбку своего дизайнерского платья, Калли пожалела, что не надела брюки-капри. По крайней мере, в брюках она выглядела бы приличнее. Платье было слишком коротким и соблазнительным. Она могла только предполагать, что думает о ней этот невероятно красивый мужчина, заметивший ее в баре. Мысль о романе с итальянцем волновала ее, но она не ожидала от него такой напористости. Она плохо держалась по сравнению с другими, более искушенными женщинами в баре.

— Вы не назвали своего имени, — произнес он. Калли повернулась и взглянула на обладателя бархатного голоса с чарующим итальянским акцентом. Странно, что от звука его голоса по ее спине пробегает дрожь. Оглядев его мускулистые ноги, она уставилась в его завораживающие карие глаза. Калли покраснела, когда он выдержал ее взгляд.

— Меня зовут Каллиста.

Он поджал чувственные губы.

— Что в переводе с греческого означает «прекраснейшая», — заметил он. — Это все объясняет.

— В самом деле? — Она приложила все силы, чтобы успокоиться. — А вы умеете льстить.

Он рассмеялся, а затем притворился обиженным и прижал обе руки к широкой груди.

— Вы меня просто размазали! — воскликнул он.

— Нет, — добродушно возразила она, узнав, что у него хорошее чувство юмора. — Вы самый цельный человек, которого я знаю.

Он улыбнулся:

— Так что же прекраснейшая делает одна в баре отеля?

— Не то, о чем вы подумали, — отрезала она.

— А о чем я подумал? — спросил он.

— Что вы делаете один в баре? — парировала она.

Он снова рассмеялся, обнажив ослепительно-белые зубы.

— Я пришел, чтобы повидаться с барменом. Ваша цель?

— Отпуск. — Она вгляделась в его лицо. — Чем вы зарабатываете на жизнь?

Ее прямота снова застала его врасплох, но он быстро ответил:

— Всем понемногу.

— Как это понимать? — настаивала она.

— Считайте меня представителем.

— Что вы продаете?

— Я продвигаю интересы страны, ее культуру, промышленность и людей.

— Ага, значит, вы заняты в туристическом бизнесе! — воскликнула она. — Как мило!

Он кивнул, и она спросила:

— Какую страну вы представляете?

— Вы давно здесь? — спросил он, меняя тему. Он проигнорировал ее вопрос — она посмотрела на него с подозрением.

Затем, решив, что не навредит себе, рассказав ему немного больше о себе, она прибавила:

— Не очень долго.

Она наслаждалась общением с этим мужчиной и решила продолжать с ним разговор. Он взволновал ее. Было бесполезно притворяться, что ей наплевать на его энтузиазм и лукавство в его смеющихся карих глазах. Она никогда не заигрывала с мужчиной раньше и с удивлением обнаружила, что ей это очень нравится.

— Вы танцуете? — спросил он, глядя на нее с любопытством.

— Это приглашение?

— Вы хотите, чтобы я вас пригласил?

— Нет, к сожалению. — Она усмехнулась. — Эти туфли меня доконали. — Она с тоской уставилась на свою дизайнерскую обувь на высоких тонких каблуках.

— Вы можете разуться и потанцевать, — предложил Люка.

Пока он говорил, музыкальная группа на террасе заиграла. Калли захотелось танцевать под звездами. Как романтично! Она взглянула на Люку и сразу пожалела об этом. У него действительно были лукавые карие глаза, которые почему-то заставляли ее думать о том, как она медленно раздевается перед ним. Она вздрогнула при этой мысли. Меньше всего ей следует подцеплять мужчин в барах. Она должна собрать свои вещи, спуститься со стула и уйти. Но это было не так просто.

Калли была уверена, что секс с Люкой будет замечательным.

Что с ней случилось? Она испытывала не то желание, о котором читала в романах и журналах, а горячее и дикое вожделение.

— Вы очень интересная, синьорина.

— В самом деле? — Ее окутала его чувственность. Если она решится на приключение с итальянцем Люкой, это может закончиться только одним. Внутренняя блудница, живущая в душе Калли, обрадовалась.

— Синьорина?

— Да? — Она моргнула и уставилась в его глаза опытного соблазнителя. Пусть Люка очень привлекательный, она должна быть осторожна и не заходить в своем флирте слишком далеко. Значит, приключение всей ее жизни закончилось не начавшись? Теоретически приключение всей ее жизни было отличным, но на практике оно угрожало обернуться неизвестными удовольствиями, от которых Калли твердо решила отказаться. Она была слишком разумной, чтобы позволять себе лишнее. Уставившись в бокал с газировкой, она старалась не замечать мужественности Люки, пока боролась со своими ханжескими принципами. В конце концов она сдалась. Люка выиграл. Он был гораздо опытнее ее.

— Еще газировки, синьорина?

Она не понимала, почему такой простой вопрос Люки кажется ей настолько рискованным.

— Да, пожалуйста.

Ох, куда подевалось ее здравомыслие?

Она хотела узнать о Люке больше. И что в этом плохого? Шансы, подобные этому, не выдаются каждый день. Поэтому она еще не готова уходить.

Марко быстро наполнил ее бокал, и Люка протянул его ей. Она затаила дыхание, когда соприкоснулись их пальцы. Каждое его действие сильнее распаляло Калли. В зеркало за стойкой она оглядела остальных мужчин в комнате, чтобы выяснить, сравнится ли кто-нибудь с Люкой. Нет, с ним никто не сравнится. Все они, без исключения, казались безопасными и аккуратно одетыми в деловые костюмы. Ни один из них не сидел, опершись рукой о бедро. Ни на одном из них не было облегающих джинсов и накрахмаленной белой рубашки с несколькими расстегнутыми пуговицами на вороте, из-за которого выглядывали темные волоски. Калли виновато вздрогнула, поняв, что Люка смотрит на нее в зеркало.

— Вы хорошенько меня рассмотрели? — Он опять лукаво взглянул на нее.

Она не может его интересовать. Это бессмысленно. В баре полно привлекательных женщин. А вдруг он узнал, что она выиграла немного денег? Он симпатичный и вроде бы не нуждается в деньгах. И похоже, Марко хорошо его знает. Выжив со своим проблемным отцом, она не собиралась влюбляться в красивого мужчину просто потому, что он ее очаровал.

Влюбленность?

— Вы хмуритесь, синьорина, — тихо сказал Люка, и от волнения на ее затылке приподнялись волоски. — Надеюсь, не из-за меня?

— Совсем нет, — бодро ответила она и почти потеряла голову от его взгляда в упор. Он был красивым, но не обладал изысканной элегантностью, поэтому его легко можно было принять за портового работника. А может быть, он практикующий соблазнитель? Калли должна поблагодарить его за газировку и уйти. — Хотите орешков? — спросила она. Люка усмехнулся и поднял бровь. — А то я слопаю все до одного, — прибавила она тоном, который приказывал ему не дразнить ее. Она подтолкнула к нему тарелку с орешками.

— Я мог бы накормить вас вкусным ужином. — Он наклонил голову и уставился ей в глаза.

Ни за что.

— Ужин? — настаивал Люка. — Или еще орешков?

Она смущенно взглянула на почти пустую тарелку и испугалась, когда Люка схватил ее за руку. Она ни разу не испытывала такого шока от физической близости с другим человеком. Разочарование, которое она испытала, поняв, что он взял ее за руку, чтобы она не просыпала из ладони орешки, было унизительным.

— Приятного аппетита, синьорина. — Он выпрямился.

— Вы уходите?

— Вы будете скучать по мне?

— Только если у меня закончатся орешки.

Он расхохотался, и ее сердце забилось чаще.

— Вы можете пойти со мной.

— Нет, спасибо. — Она улыбнулась, понимая, что поступает правильно. Люка походил на магнит; он пугал ее своими карими смеющимися глазами. Сегодня она достаточно флиртовала с ним. — Я не помешаю вам ужинать.

— Я остаюсь здесь.

У нее перехватило дыхание. У нее путались мысли, пока он так смотрел на нее. И причина всего этого — итальянский акцент, низкий хриплый голос, необычная внешность и его завораживающее тело.

— Синьорина?

Он ждал ее решения.

— Приятного аппетита, — сказала она. Калли хотела пойти с ним. Она хотела быть плохой девочкой хотя бы раз в жизни. Плохие девочки умеют развлекаться. Но потом ей придется сожалеть о том, что она сделала.

— Наслаждайтесь орешками!

Ей не верилось, что он ушел. Он вышел за дверь не оглядываясь, и все изменилось. Он не предложил ей встретиться снова, и он не попросил у нее номер телефона. Калли убеждала себя, что поступила правильно.

Пожелав Марко спокойной ночи, она отошла от барной стойки. Ей было не по себе. Она не может тосковать по человеку, которого плохо знает. Ей станет лучше, когда она вернется в свой номер. Хотя сегодня она нарядилась в соответствии с инструкциями Рози и Ма Браун, она по-прежнему Калли из портового города. Добравшись до своего номера, Калли решила, что ей не следует бесцельно торчать в отеле. Ей надо посмотреть настоящую Италию. Ее поездка должна стать приключением. Калли не будет привязываться к прошлому и не станет бояться будущего. Решив начать действовать завтра утром, она залезла в постель.

Вернувшись в палаццо, Люка позвонил Марко.

— Кто эта женщина? — спросил он.

— Синьорина Каллиста Смит? Она живет в отеле одна, если ты об этом хотел меня спросить, друг мой.

— Разве я об этом спрашивал?

Марко громко рассмеялся.

— Что еще ты о ней знаешь? — поинтересовался Люка.

— Она родом с севера Англии, у нее недавно умер отец. Она приехала сюда, чтобы развеяться. Больше я ничего не знаю.

— Хорошо. Это многое объясняет.

— Что именно? — спросил Марко.

— А это не твое дело, — заявил Люка своему старинному другу. — Ты будешь на празднике?

— Начало сезона сбора лимона, — подтвердил Марко. — Я обязательно приеду. А тебе удастся там быть? Я думал, Макс устроил беспорядки в Фабрицио.

— Я знаю, как держать Макса на коротком поводке.

— Контроль его финансов? — догадался Марко.

— Верно, — спокойно сказал Люка. Пособие Макса было щедрым при правлении их отца, а теперь Люка мог его увеличить. Макс не любил работать, и Люка был его единственным источником дохода.

— И прежде чем ты спросишь, — прибавил Марко, — я скажу, что синьорина Смит останется в отеле еще несколько дней.

— Ты проверял ее? Марко рассмеялся:

— Ты кажешься подозрительным. Тебе-то что за дело до нее?

— Отступись, Марко.

— Это звучит как предупреждение.

— А может быть, я стал совестливым, — предположил Люка. — Она невинна, и она тебе не подходит.

— Ты уже ее оберегаешь, — задумчиво проговорил Марко. — Это серьезно.

— Я заботливый гражданин, — сухо заметил Люка.

— Я сделаю, как ты хочешь, — добродушно ответил Марко. — И я с интересом понаблюдаю, как долго продлится твоя забота о благополучии синьорины Смит.

Люка в недвусмысленных выражениях объяснил Марко, куда тот может пойти со своим интересом к Каллисте Смит, напомнил ему о празднике и повесил трубку.

Что он делает? Он руководитель страны, ему надо заниматься практически необузданным братом. И он должен найти себе невесту, чтобы родить наследника и продолжить династию. Он не имеет права тратить время на таких как синьорина Смит. Она еще слишком молода, у нее впереди целая жизнь. Будет лучше для них обоих, если они больше никогда не увидятся. Она должна узнать о сексе и суровых реалиях жизни от мужчины, который найдет для нее достаточно времени. У Люки нет времени на романтику и на отношения с женщиной, которая заинтриговала его сегодня вечером.

Он сел за руль, и поехал ужинать в свой любимый ресторан. Калли должна была быть с ним. В палаццо работали лучшие международные шеф-повара, но синьорина Смит буквально выбила Люку из колеи, и он решил поужинать в одиночестве. Завтра он будет работать вместе со своим сезонным персоналом в лимонных рощах. Мысли о синьорине Смит не дадут ему спать всю ночь, поэтому он должен хотя поужинать как следует.

— Привет, Люка! Ты сегодня один? — Хозяин ресторана, который знал Люку еще ребенком, выбежав из кухни, крепко его обнял.

— К сожалению, да. Но не волнуйся. Я поем за двоих.

— У тебя всегда был отменный аппетит, — одобрительно ответил пожилой хозяин.

Правильно, сухо размышлял Люка, осматривая женщин за столиками. Все они смотрели на него призывно, но ни одной не удавалось его заинтересовать. Ни одна из них не напоминала ему Каллисту Смит.

Калли решила, что она — самый неблагодарный человек в мире. Проснувшись от лучей итальянского солнца, она нахмурилась. Она остановилась в красивейшем месте, в самой сказочной гостинице, и все же ей казалось, что чего-то не хватает. Она лежала под накрахмаленными белыми простынями, пахнущими лавандой и солнцем, в сине-голубой, чистой хлопчатобумажной ночной рубашке, расшитой белоснежным кружевом, которую отдала ей Ма Браун.

Если деньги не могут сделать ее счастливой, что она будет делать дальше?

Но, она израсходовала большую часть денег на проживание в этом отеле, поэтому ей не придется долго размышлять о том, на что потратить оставшиеся деньги. Выпрыгнув из постели, она открыла окна и глубоко вздохнула. Крутые белые скалы спускались к пляжам с серебристым песком, где береговую линию окаймляла самая яркая голубая вода, которую Калли когда-либо видела. Закрыв глаза, она снова глубоко вдохнула и ощутила аромат цветов и свежеиспеченного хлеба.

Калли чувствовала себя одинокой. Она скучала по Браунам и коллегам по работе. Пусть ей бывало не очень весело дома, когда ее отец напивался, зато Брауны были к ней очень добры. И все же она грустила, думая об отце и своей нерадостной жизни. Он мог бы многого добиться в жизни, благодаря своему природному обаянию и неоспоримо привлекательной внешности, но он предпочел азартные игры и выпивку, уповая на ненадежных друзей, а не на дочь или Браунов.

Калли не должна цепляться за прошлое. Она полна решимости стать счастливой, а это означает, что ей надо принимать решения. Она не будет сидеть в отеле без дела. И она не пойдет в бар к Марко, где рискует снова встретить мужчину с соблазнительной улыбкой. Люка ей не пара. Она изо всех сил пыталась вспомнить какую-нибудь кинозвезду или знаменитость, которые затмили бы Люку, но у нее ничего не получилось. Дело не только в том, что Люка был красивее их всех. Он не просто будоражил ее воображение, но и пробуждал в ней желание. Калли одернула себя. Она фантазировала о Люке большую часть ночи, но у нее достаточно здравомыслия, чтобы заняться чем-то другим.

— Обслуживание номеров!

Она быстро подошла к двери:

— Извините, я сегодня проспала.

— Я вернусь позже, — предложила молодая горничная.

— Нет. Проходите, пожалуйста, — ответила Калли. — Вы хорошо говорите по-английски. Могу я задать вам вопрос?

— Конечно. Меня зовут Мария, — сказала молодая женщина, замечая вопросительный взгляд Калли. — Я помогу вам, если смогу.

Мария была не намного старше Калли. Ее длинные темные волосы были аккуратно зачесаны ото лба и затянуты в хвост, но ее карие глаза были озорными, и в них отражалось тепло Италии.

— Где можно найти работу?

— О, это легко. — Мария просияла. — Сейчас начало сезона сбора лимонов, и в рощах очень нужны временные работники. Недалеко от города находится большое поместье принца. В это время года там всегда нужен временный персонал.

— Поместье принца? — воскликнула Калли. — Грандиозно.

— Там очень дружелюбная атмосфера, — заверила ее Мария. — Одни и те же люди работают там из года в год.

— По-вашему, я смогу туда устроиться?

— Почему нет? — Мария нахмурилась. — Но зачем вам работать сборщиком лимонов?

Калли понимала, что выглядит странно. Она живет в пятизвездочном отеле, но собирается искать работу в лимонной роще.

— Мне надо сменить обстановку, — призналась она. — И я хотела бы работать на свежем воздухе.

— Я вас понимаю, — согласилась Мария. — На вашем месте я бы поехала туда сегодня, чтобы не пропустить вечеринку.

— Вечеринка? — спросила Калли.

— В начале сезона всегда устраивается вечеринка, — объяснила Мария. — Как и в конце сезона. Помимо экспорта лимонов по всему миру, в поместье принца делается знаменитый ликер «Лимончелло». Его вечеринки всегда лучшие.

— Принц очень старый?

Мария фыркнула от смеха:

— Старый? Он самая горячая штучка в здешних краях.

Два самых красивых мужчины в одном городе? Это просто невозможно. Но Калли не о чем беспокоиться. Она не встретится с принцем и полна решимости избегать Люку.

— Огромное спасибо за эту информацию, — сказала она Марии.

— Если вам что-нибудь понадобится, синьорина…

— Зовите меня Калли. Возможно, мы снова встретимся. — Калли была взволнованна от перспективы получить работу.

— Может быть, в лимонных рощах, — предположила Мария.

— В лимонных рощах, — согласилась Калли, волнуясь при мысли о работе в лимонных рощах, которые она видела только на фотографии.

Калли приняла душ, предвкушая скорую смену обстановки. Она больше не будет Калли из портового города. Она будет Калли из лимонных рощ.

Люка приехал в свое любимое место в мире. Он положил ящики в заднюю часть грузовика. Тяжелый физический труд под пылающим солнцем в окружении людей, которых он любит и которым наплевать, кто он — принц или нищий. Королевский совет сообщил Люке о том, что в данный момент Макс приходит в себя после пьяного скандала в местной тюрьме. Люка должен воспользоваться своим последним шансом и повеселиться на вечеринке сегодня вечером. На этом настоял его самый надежный помощник, Мишель.

— Я сразу вернусь, если понадобится, — сказал он Мишелю. Люка никогда не уклонялся от выполнения королевского долга. Он смирился со своими обязанностями и знал, что покойный принц доверил ему заботу о стране и народе. Единственное, что тяготит Люку, — это необходимость выбрать принцессу, которая родит ему детей.

Он стиснул зубы и подумал о Каллисте.

В Каллисте столько жизнелюбия, сколько его нет во всех знакомых ему принцессах. Но ему придется выбирать себе жену. Пожилой Мишель наотрез отказывался уходить в отставку, пока Люка не женится.

— Я обещал вашему отцу следить за вами, — говорил Мишель. — Для этой страны нужна молодая семья, которая прибавит жизненной энергии Фабрицио.

На похоронах отца к Люке было такое повышенное внимание, что он скоро найдет себе подходящую принцессу. Внезапно у него перед глазами возник милый образ Каллисты. Она была обнажена. Пусть она молода и неопытна, но ее непринужденная манера обещает страстное удовольствие, которого ни одна безжизненная принцесса не сумеет дать Люке.

Поставив в грузовик последний ящик с лимонами, Люка простонал, вспоминая слова Мишеля.

— Ваше правление будет щедрым и богатым. У вас будет столько детей, сколько лимонных деревьев растет в вашем поместье.

Люка скривился, вспоминая невест, которые ему предлагались.

Закончив работу, он засунул руки в задние карманы джинсов и повел плечами, думая о куче папок с документами на письменном столе. Их просмотр подтвердил его худшие опасения. Все принцессы были отличными претендентками на роль его жены, но ни одна из них не волновала его.

Где сейчас Каллиста? Жаль, что он встретил ее в том баре. Надо было схватить ее за руку и вытащить на улицу, и…

В самом деле? Люка усмехнулся, представив себе реакцию Каллисты. Она совсем не годится ему в жены. Даже Мишель сразу скажет, что у Каллисты нет врожденной королевской грации.

Меньше всего Люке нужна упрямая женщина, которая ежеминутно бросает ему вызов.

Но он снова и снова представлял себе, как обнимает ее. Подумав, он решил отложить поиски подходящей принцессы на несколько дней.

* * *

Калли изумленно уставилась на королевские ворота, обозначающие границу поместья принца. Все было так, как она предполагала. На воротах красовались позолоченные копья и львы с обнаженными зубами.

— Привет, — тихо сказала она и подмигнула львам. Ей показалось, что они нахмурились. — Очень приветливо, — хмыкнула она, у нее пересохло в горле.

Может быть, здесь есть другой вход? И тут она заметила указатель и прошагала к современной, стеклянной будке. Нажав на кнопку на двери, Каллиста вздрогнула от удивления, услышав резкий металлический голос, говорящий по-итальянски.

— Извините, но я плохо говорю по-итальянски.

— Посмотрите сюда, пожалуйста! — произнес тот же металлический голос.

Она уставилась на небо.

— В камеру!

Она взглянула на маленький круглый объектив. Металлический голос не проявлял никаких эмоций, но Калли подумала, что его обладатель сейчас закатил глаза. Наконец она выполнила его указание.

— Фотография из соображений безопасности, — раздался металлический голос. — Если вы не собираетесь заходить в поместье, отойдите назад.

— Нет, я… Я имею в виду, да. Я приехала, чтобы устроиться на работу. — Она замолчала, когда распахнулись массивные ворота.

— Доложите о своем прибытии бригадиру в первом сарае!

Калли показалось, что она вступила в совершенно другой мир. Мир контроля и порядка, а также исключительного великолепия. Она смотрела на невероятную аллею, напоминающую ковер из блестящих белых шариков. В конце аллеи стояло розовое каменное здание, под лучами солнца ставшее почти белым. Этот элегантный и огромный палаццо с башенками и башнями казался сказочным. Он напоминал ей замок для Золушки. Дорога, ведущая к дворцу, была широкой и длинной, с величественными кипарисами по краям. Бабочки летали среди красочных клумб, а птицы приветливо щебетали. Нигде не было никакого сарая, о котором говорил металлический голос.

— Привет! Сюда!

Калли повернулась на звук дружелюбных голосов и увидела сборщиков лимонов, которые остановились у скрытого в кустах прохода на тропинку.

Одернув себя, Калли поспешила присоединиться к ним. Размечтавшись, она не заметила огромный указатель: «Добро пожаловать на сезонные работы!»

Это было более теплое приветствие, чем грязный лист бумаги, приколотый к двери за пределами паба, с указанием персоналу проходить в здание в заднюю дверь под страхом немедленного увольнения.

Сборщики лимонов ждали ее и были в отличном настроении. Ей сказали, что она может сразу приступить к работе и ей заплатят наличными. Калли это устраивало. Она планировала уехать из шикарного отеля и перебраться в дешевую гостиницу, чтобы продлить свое пребывание в стране. Она хотела познакомиться с настоящей Италией. Она пожила в роскошных условиях, но чувствовала себя не на своем месте. Ее настроение улучшилось, когда она вышла из сарая вместе с другими сборщиками. Здесь не надо было соблюдать этикет, а самое главное — не приходилось носить мучительно неудобные туфли на высоких каблуках.

Поместье принца походило на небольшой городок. Калли не знала, как далеко оно находится от дороги. Во всех впечатляюще больших лимонных рощах было множество сборщиков. Да, работа была трудной, но солнце таким теплым, а запах лимонов — опьяняющим. Она надела толстые перчатки, чтобы защитить руки, и взяла специальный инструмент для срезания лимонов, до которых не могла бы дотянуться. Все были очень дружелюбными. Все хотели помочь новичкам. Вечеринка, о которой говорила в отеле Мария, должна была состояться сегодня; на нее были приглашены все сборщики.

Вскоре Калли подстроилась под общий ритм работы. Повязав на талии легкое ведро, она принялась срезать фрукты, а потом пересыпать их из ведра в ящики, стоящие в блестящих грузовиках. К тому времени, когда пылающее солнце смягчилось и наступил ранний вечер, ей показалось, что она работает в роще всю свою жизнь.

Калли подружилась с Анитой — полной женщиной, похожей, как бы сказала Ма Браун, на крольчиху. Анита ежегодно приезжала сюда с севера Англии, чтобы собрать лимоны, насладиться солнцем и подготовиться к долгой холодной зиме.

— Я живу одна, — объяснила она Калли, — но когда я приезжаю сюда, я становлюсь членом большой семьи.

В ответ Калли рассказала ей о Браунах.

Когда Анита предложила Калли показать ей дорогу в столовую, та подумала, что не просто задержится в Италии, но и постарается привыкнуть к совершенно новому укладу жизни.

Ее руки и ноги болели от непривычной нагрузки, но она впервые за долгие годы была счастлива. И по-настоящему свободна.

Глава 3

Волнуясь из-за предстоящей вечеринки, Калли поняла, что ее приключение только начинается. Анита показала ей один из многих ухоженных дворов, окружавших дворец, где должно было состояться торжество. Калли посмотрела в освещенные окна дворца, задаваясь вопросом, увидит ли принца. Она не заметила никого, кто хотя бы отдаленно напоминал ей принца. Люди были спокойны, а значит, его просто тут не было. Калли и Анита попивали холодный «Лимончелло» и разговаривали. Внезапно Калли повернулась в сторону и ахнула.

— Люка?

— Твой знакомый? — удивленно спросила Анита.

— Вроде того, — призналась Калли. Она мельком увидела его в толпе. — Он не сказал мне, что здесь работает.

— Он бывает здесь регулярно. С тобой все в порядке? — Анита собиралась сказать что-то еще о Люке, но промолчала, увидев выражение лица Калли.

— Со мной все нормально. — У Калли пересохло во рту. Она лгала. Ей пришлось поставить бокал на стол и скрестить руки на груди, чтобы скрыть возбуждение, которое она почувствовала, когда Люка посмотрел на нее. И он не просто взглянул ей в глаза. Их взгляды встретились надолго.

— Ой-ой, он идет сюда, — предупредила Анита. — Я уверена, для тебя теперь все изменится, — пробормотала Анита и ткнула Калли локтем в бок. — Я лучше смотаюсь отсюда.

— Нет, Анита! Останься… — Но Анита уже исчезла в толпе.

Люка приветствовал Калли, шутливо подняв бутылку пива, и заразительно улыбнулся. Калли улыбнулась в ответ, ее сердце забилось чаще. Она обрадовалась, снова увидев его. Хотя ей следовало пойти следом за Анитой.

Люка выглядел еще лучше, чем прежде, в рабочей одежде. Смуглый, с непослушной копной черных волос и темной щетиной на подбородке, он был воплощением греха и опасных приключений. С царапинами на мощных предплечьях и мускулистых икрах, он выглядел еще сексуальнее, когда вытер грязь с лица тыльной стороной руки. Костер за его спиной придавал ему вид темного ангела из преисподней.

— Люка, — любезно произнесла она, притворяясь абсолютно спокойной.

— Синьорина Каллиста Смит. — Он криво усмехнулся. — Какой приятный сюрприз!

— Вы знаете мое имя? — Должно быть, он говорил о ней с Марко.

— Вас невозможно игнорировать, синьорина.

Люка шутливо ей поклонился, а она постаралась не обращать внимания на то, что все на них смотрят. Она не льстила себе, что он выбрал ее по какой-то определенной причине.

Она посмотрела на полоску черных волос на его мускулистом животе, выглядывающем из-под пояса коротких шорт с заниженной линией талии. Сказать, что Люка выглядел потрясающе, было бы преуменьшением. Уставившись на его вроде бы безобидные загорелые ноги в простых сандалиях, она поняла, как они сексуальны.

Внимательно посмотрев на его удивленное лицо, она решила не опускать глаза, чтобы не таращиться на прелести Люки. Он беззастенчиво разглядывал ее.

— Приятно, что ты пришла на вечеринку, — сказал Люка и улыбнулся так, что ее тело обдало жаром. — Я надеюсь, сегодня будут подавать орешки.

Она посмотрела на него, улыбаясь и хмурясь. Люка остановился в паре шагов от нее, но она ощущала жар его тела. Он возвышался над ней, закрывая свет, а этого было достаточно, чтобы она насторожилась.

— Ты здесь один? — спросила она, осторожно шагнув в сторону от его тени.

— Да, — подтвердил он.

Она затрепетала, но произнесла небрежным тоном:

— Никто не ждет тебя дома?

— Собаки, кошки и лошади, — сказал он.

— По-моему, ты понимаешь, что я имею в виду, — настаивала она.

— Неужели? — Люка уставился на нее так, что ее снова бросила в жар. — Ты всегда так пренебрежительно относишься к людям, с которыми недавно познакомилась?

— Это зависит от того, с кем я разговариваю, — ответила она.

— Чем я заслужил твое пренебрежение?

— У нас достаточно времени? — спросила она и, когда он рассмеялся, честно сказала: — Я просто не ожидала увидеть тебя здесь. Для меня это сюрприз.

— Насколько я понял, ты привыкаешь к таким сюрпризам.

Его карие глаза сверкали весельем. Она покачала головой и театрально вздохнула.

— Я пытаюсь быть тактичной, но мне намного проще быть прямолинейной.

— Я согласен, — произнес Люка. — Говори прямо.

— Ты женат? — спросила она. — У тебя есть любовница или подружка?

Люка усмехнулся:

— Насчет прямолинейности ты не шутила.

— Правильно, — подтвердила Калли. — Прежде чем я скажу еще хоть одно слово, мне надо знать, с кем я общаюсь.

— Я похож на женатика?

— Это не ответ на мой вопрос, — упрекнула она. — На самом деле ты уклонился от ответа.

— Я не женат, — сказал Люка, когда она повернулась, чтобы уйти. Она остановилась, когда он взял ее за руку. Его прикосновение напоминало ожог пламени. — У меня нет подружки, если не считать моего общения с тобой. — Он отпустил ее руку, и Калли сразу пожалела об этом. — Я отвечаю требованиям твоего морального кодекса?

— Мой моральный кодекс подсказывает мне, что ты не опасен, — согласилась она.

— Ты интригующая женщина, Каллиста Смит.

— Калли. — Ей нравилась их словесная перепалка. — Должно быть, ты живешь затворником.

Он громко рассмеялся, и она захотела, чтобы они продолжали провоцировать друг друга всю ночь. Между ними возникло влечение. Рядом с Люкой ей было хорошо. Она не могла не думать о сексе с ним.

Люка походил на прирожденного охотника, который думал, что нашел свою добычу. Несмотря на прямолинейность, Калли была милой и доброй, однако она решила, что сегодня ограничится с Люкой только разговором. Пусть он мужчина ее мечты, но она не должна витать в облаках.

— Я собиралась домой, — объяснила она, оглядываясь на дорогу.

— Тебе здесь не нравится?

— Я… — Она больше не могла лгать. Сегодня она наслаждалась весь день. Но теперь ее окружает восхитительный аромат еды, красивая музыка, вечернее тепло, а над ее головой сияют звезды. А еще рядом с ней Люка. — Но завтра мне на работу.

— Мне тоже, — просто ответил он.

— От тебя просто так не уйти, — сказала она и подумала, что теряет голову.

— Зачем отказывать себе в награде за тяжелую работу?

Это зависит от типа награды. Ох, как он красив! Он напоминал Калли крупного хищника с мягкими лапами. Она вдруг подумала, что ей не помешало бы вылить себе на голову ведро холодной воды.

— Эй, Люка!

Они оба повернулись и увидели Марко. На какое-то время напряжение ослабло, пока Люка и Марко обменивались сложными рукопожатиями. Потом Марко ушел, и Калли с Люкой снова остались одни.

— Я думал, ты пойдешь искать орешки, — сухо заметил Люка.

— Я ждала возможности попрощаться с тобой.

— Угу.

Калли не знала, то ли Люка поверил ей, то ли догадался, что она оказалась в ловушке его нахальной мужественности.

— Зачем ты здесь, таинственная женщина? Ты жила в пятизвездочном отеле, а теперь собираешь лимоны.

— Что в этом плохого? — парировала она.

— Ничего.

— Ну, теперь, когда мы с этим разобрались, я пожелаю тебе спокойной ночи.

Следовало отдать должное Люке, потому что он больше не задавал ей вопросов. Пожав плечами, он отошел в сторону, пропуская Калли. Внезапно он протянул руку и отвел прядь волос от ее лица. Его прикосновение взволновало ее. Ее кожу покалывало, ее соски напряглись, а внизу живота стало жарко.

— Останься, — настаивал он. — И повеселись как следует.

Вот этого Калли и боялась.

— Мне следует радоваться твоему предложению? — холодно спросила она, глядя ему в глаза.

— Нет, — честно сказал он. — Ты должна быть настороже.

Она многозначительно огляделась вокруг.

— На этой вечеринке много хищников? — спросила она.

— Ни у кого нет шанса приблизиться к тебе.

— Ты будешь держать их на расстоянии? Я думала, у тебя есть занятие поинтересней.

— А я думал, ты уходишь, — возразил он.

— Ухожу.

Он не поверил своим глазам, когда она ушла. Калли дала ему понять, что с ней надо считаться. Ладно. Он принимает вызов. Сегодня вечером она единственная женщина, которая его волнует. Кто бы мог подумать, что посетительница бара станет сезонной работницей в лимонных рощах. Неплохая перемена. Ему нравится ее упрямство. И у нее отличная походка. Он с наслаждением смотрел ей вслед, когда Калли уходила от него, высоко подняв голову, провокационно покачивая упругой задницей. Калли не знает, кто он. Он сомневался, что это имело бы какое-то значение. Для Калли статус не означает ничего, о чем свидетельствует ее легкий отказ от роскошной жизни в пятизвездочном отеле и согласие на тяжелую физическую работу.

Солнце позолотило ее кожу. Покрасневшая от физической работы, Калли выглядела крайне соблазнительно. Он наблюдал, как она общается со своими друзьями. Она казалась более расслабленной, чем в отеле. Она легко смеялась и жестами объясняла то, чего хочет, когда возникал языковой барьер. Ее ничто не смущало. Она легко ладила со всеми. Кроме Люки.

Ему хотелось затащить Калли в свою постель. Но сначала он должен узнать ответы на некоторые вопросы. Почему она собирает фрукты за несколько евро в день, если может жить в пятизвездочном отеле? Она решила набраться жизненного опыта? Кто ее содержит?

Почему она в Италии? Она в отпуске или сбежала от кого-нибудь? Если она прячется, то от чего? Нельзя позволить Максу запудрить ей мозги, потому что его поведение дискредитирует Люку и княжество Фабрицио.

Когда Люка снова подошел к Калли, ее друзья словно испарились.

— Куда они пошли? — удивленно спросила она. — Они сбегают от тебя как от чумы.

— Будем надеяться, что это не так серьезно, — произнес он, обожая легкость, с какой она разрушала зачатки помпезности. Он откровенно разглядывал ее, представляя, как Калли лежит в его объятиях и вскрикивает от удовольствия. — Потанцуем?

— Нет! — воскликнула она.

— Почему нет? — спросил он, притворяясь обиженным.

— Потому что обе мои ноги — левые, а чувство ритма мне досталось от хомяка, который бегает по колесу.

Люка пожал плечами:

— Интересно. Я сам быстро двигаюсь.

Она неодобрительно выгнула бровь, но в ее глазах отразилось любопытство.

— Возможно, я смогу тебя остановить? — предположил он. — И показать тебе альтернативу гонкам до финишной прямой?

У Калли покраснели щеки. В словах Люки был откровенный сексуальный подтекст, но она снова шокировала его своей прямолинейностью.

— Для того, чтобы чувствовать себя настолько уверенно, тебе надо надеть стальные ботинки.

Люка схватил ее за руку. Калли была сильной и гибкой, мягкой и соблазнительной и совсем маленькой по сравнению с ним. Однако они отлично подходили друг другу.

— Ты слишком самоуверенный. — Она нахмурилась, но не попыталась уйти.

— Но ведь ты не убегаешь от меня, — тихо возразил он.

— Мужлан.

— Ореховая маньячка.

— «Ореховая маньячка»? — Она уставилась ему в глаза. Ее соблазнительные губы были так близко от его рта.

— Ты старомодная, — сказал он, глядя в ее зеленые глаза.

Помолчав, она ответила:

— В традициях нет ничего плохого. Кто-то должен брать на себя ответственность и поддерживать высокие стандарты.

Люка уставился на ее губы, которые был готов целовать вечно.

— Поговори со мной, — тихо попросил он.

— О чем? — спросила она, сдвинув брови.

Ему было все равно. Он просто любил смотреть, как двигаются ее губы, пока она дразнит его.

Люка прижал ее к себе, и она затаила дыхание. Она знала, что люди смотрят на них и шепчутся. Она догадывалась, что танцует с самым желанным мужчиной на вечеринке. Она понятия не имела, почему Люка пригласил ее танцевать. Когда он отвел волосы от ее шеи и поцеловал Калли, ей стало наплевать на его причины. Ей было все равно. Мир вокруг нее исчез.

Глава 4

Риск против удовольствия. Калли подумала об этом, посмотрев в глаза Люки. Ее обдало жаром. Она решила, что выдержит один танец с Люкой, но как только он взял ее за руку, по ее телу пробежал трепет. Когда другой рукой он коснулся ее спины, Калли не выдержала и слегка придвинулась к нему. Борясь с желанием, она все-таки держалась от Люки на разумном расстоянии. На танцполе было достаточно просторно, поэтому Калли не следовало цепляться за Люку как липучка.

Калли понимала, что Люка очень популярен. Танцуя, они привлекали к себе много любопытствующих взглядов и улыбок. На самом деле вокруг них был, скорее всего, гул голосов, словно неподалеку находился принц. Калли огляделась вокруг, но принца не увидела. Всем было, наверное, интересно, почему ей так повезло, но Калли не могла избавиться от ощущения, что она чего-то недопонимает. Но сейчас не время думать об этом. Для Калли было гораздо важнее не потерять голову. Танец с Люкой был довольно рискованным, потому что, чем дольше играла медленная музыка, тем сильнее сближались их тела.

Она решила, что станцует с Люкой только один танец, а потом уйдет. Отстраниться от Люки прямо сейчас, до окончания музыки, будет невежливо. Но она обязана оставаться благоразумной. По крайней мере, на данный момент. Но в глубине души Калли хотелось пуститься в приключение. Сейчас она не Калли, моющая полы в пабе, а Калли из лимонных рощ, решившая бросить вызов судьбе.

Она заставила себя расслабиться. Люка танцевал очень непринужденно. И улыбался лениво и самоуверенно. Он был очень хорош собой. Люка мог выглядеть суровым и жестким, но как соблазнителю ему не было равных.

Он наверняка чувствует, как она дрожит от возбуждения. Ее тело трепетало от страсти. Ее сердце колотилось как сумасшедшее. Раньше она не играла в такие опасные игры. Люка был настолько бесцеремонным, что у нее путались мысли. Ей хотелось запустить пальцы в его волосы и ласкать его тело. Ей хотелось почувствовать, как его темная щетина царапает ее кожу, а его улыбающийся рот соблазнительно целуют ее губы.

Нет! Она должна уйти.

Немедленно.

Но она этого не сделала.

А затем над головой послышался раздражающий гул.

— Обычная проверка от службы безопасности, — сказал Люка, когда Калли посмотрела наверх.

— Как будто мы такие важные персоны, — сухо заметила Калли. — Как будто рядом с нами принц.

— Это необходимые меры предосторожности в местах скопления людей, — объяснил Люка и улыбнулся.

— Ты работал здесь раньше, поэтому ты к этому привык, — произнесла она. — Но для меня все ново. — Она почти не заметила, как закончилась одна мелодия и заиграла другая.

— Расскажи мне о своем доме, — предложил Люка.

— Я из маленького городка на севере Англии.

— Какой он?

Калли обрадовалась его вопросу. Возвращение к реальности было именно тем, что ей требовалось, пока их тела соприкасались. Но как объяснить человеку, живущему в одной из красивейших стран в мире, какова ее жизнь на родине?

— Мне очень повезло. У меня лучшие соседи, хорошая работа и прекрасные друзья.

— Ты живешь одна? — спросил он.

Калли было трудно сосредоточиться, пока она была рядом с Люкой.

— До недавнего времени я жила с отцом. Он умер незадолго до моего приезда в Италию.

— Мне очень жаль.

— Его убили в пьяной драке, — объяснила она. Люка казался искренне озабоченным, и она не хотела вводить его в заблуждение, но ее глаза заблестели от слез. — Жизнь продолжается, — сказала она, чтобы отвлечь Люку от своего смущения. Говоря об отце, она всегда чувствовала себя виноватой. Ей никогда не удавалось повлиять на него, но она постоянно хотела изменить его жизнь к лучшему.

— А теперь ты расправила крылья, — догадался Люка, возвращая ее к теме разговора.

— Я пытаюсь отвлечься, — подтвердила она, думая об Италии. — Мне здесь нравится. Я обожаю дружелюбных людей и солнечный свет, танцы под звездами в поместье принца. Впервые за долгое время я чувствую себя свободной, — непринужденно призналась она. — Прости. Иногда я болтаю слишком много.

— Нет. Продолжай, — сказал Люка. — Мне интересно. Я хочу услышать больше.

Ей хватило ума не говорить о том, что она решилась на приключения. Люка крепче обнял ее. Его объятия беспокоили ее. Чтобы хоть как-то отвлечься, она рассказывала ему о том, как работает в пабе, где нередко случаются пьяные драки.

— Боже, Калли! Почему твой отец разрешил тебе там работать?

Она нахмурилась.

— Никто не давал мне разрешения. Это хорошо оплачиваемая работа. Честная работа, — подчеркнула она, а потом рассмеялась: — Персоналу паба платят очень хорошо, чтобы он не разбежался.

— Какой ужас! — заметил Люка.

— Мы нуждались в деньгах, — честно призналась она, — а у меня было не так много шансов найти работу.

Калли подумала, что Люка очень заботливый человек. Он выглядит суровым и сдержанным, но он нисколько не грубый.

Когда заиграла более ритмичная музыка, Люка вывел ее с танцпола, но не отпустил. Наоборот, он крепче прижал ее к себе.

— Ты хорошо танцуешь, — сказал он.

— Только рядом с тобой. — Она рассмеялась, а потом прислушалась к своим ощущениям. Она хотела большего. Ей хотелось забыть о своих моральных принципах.

Словно читая ее мысли, Люка прошептал ей на ухо:

— Я уверен, сегодня ты достаточно натанцевалась.

Калли подняла голову и посмотрела ему в глаза. Наступил опасный момент. Она осознала, что ей нравится опасность. Над их головой снова завис беспилотник.

— Если охранник хочет лучше нас рассмотреть, почему бы ему просто не прийти сюда?

— Я сомневаюсь, что мы с тобой единственный объект наблюдения, — ответил Люка.

— Так я тебе и поверила. — Она посмотрела на беспилотник. — Интересно, принц здесь?

— Возможно, — согласился Люка.

— Я его еще не видела. А ты? Я имею в виду, ты работал в этом поместье раньше, поэтому ты должен его знать.

— Я обиделся. — Люка одарил ее полуулыбкой. — Ты говоришь только о принце.

— Вернувшись домой, я расскажу о нем своим друзьям.

— А обо мне? — резко спросил Люка.

— Не напрашивайся на комплименты. Ты их не дождешься.

Расхохотавшись, он подхватил ее на руки.

— Поставь меня сейчас же! — воскликнула она.

— Не-а, — весело сказал он. — Разве тебе не хочется узнать, чем закончатся твои приключения?

— У меня есть неплохие идеи по этому поводу. Но запомни, сегодня я буду спать одна, — прибавила она, когда Люка, крепко обнимая ее, прошагал по двору.

— Умница. — Он не убавил шаг.

Она заметила, как толпа расступилась перед ними, словно Красное море. Люка опустил голову и поцеловал Калли в шею.

— Мне надо идти, — настаивала она, когда он поставил ее на ноги, чтобы поздороваться с несколькими шумными участниками вечеринки.

— Нет. Тебе надо остаться, — возразил он ей на ухо.

— Ты решил сбить меня с пути истинного?

— А мне это удастся? — Подхватив ее на руки до того, как она успела возразить, он прошел к дворцовым садам.

Калли чувствовала восхитительное возбуждение, но решила на одну ночь забыть о страхах и сомнениях.

— Куда ты меня несешь? — спросила она, когда Люка открыл ворота, ведущие к лимонным рощам.

— Сейчас узнаешь.

Они вышли на берег реки, где он поставил Калли на ноги. Она могла поступить так, как ей хотелось. Сознавая, что он наблюдает за ней, она улыбнулась, но Люка не обманулся.

— Что тебя беспокоит? — спросил он.

— Ничего. — Она просто хотела, чтобы в ее жизни было как можно больше подобных ночей. Но это невозможно. Лунный свет падал на журчащую воду. Трава под ногами была мягкой и высокой, а полуночное небо над головой было усеяно звездами.

Идеальная атмосфера. Идеальная ночь. Идеальный мужчина по имени Люка.

Люка соблазнил ее поцелуями, прикосновениями и взглядами. Ей казалось, что они сближаются на более глубоком уровне. Она жаждала узнать о нем больше. Все в этом человеке соблазняло ее.

Они не могли не прикасаться друг к другу. У Калли не было никаких шансов расстаться с Люкой прямо сейчас. Она — обычная женщина со своими потребностями и желаниями, и она не видит причин от них отказываться. Она не готовилась к этому, но приняла обычные меры предосторожности. Она ничего не планировала, потому что мало кому доверяла в своей жизни, но Люка был другим. Рядом с ним она чувствовала себя в безопасности. Он заставил ее поверить, что она может ему доверять.

Его губы были теплыми и соблазнительными как грех, и вскоре Калли изнемогала от желания. Люка вел себя сдержаннее.

— Я хочу тебя, — сказала она, пристально глядя ему в глаза.

Он знал, что она возбуждена. Конечно, он знал об этом. Именно он довел ее до такого состояния. Ей было трудно притворяться, пока Люка рядом с ней. Она коснулась пальцами его футболки.

— Сними ее, — произнесла Калли. — А потом остальную одежду.

В его глазах читался интерес и веселость.

— Сначала разденься ты, — возразил он. — Или, по крайней мере, раздевайся вместе со мной.

Игра началась. Ее финал был известен обоим. Не сводя взгляда с Люки, Калли принялась медленно расстегивать блузку. Распахнув ее, она позволила блузке упасть на землю.

Он нахмурился:

— Ты в бюстгальтере.

— На тебе тоже много одежды, — тихо ответила она, и он улыбнулся. — Надо было установить правила до того, как это началось, — поддразнила она.

Люка снял футболку и расстегнул молнию на шортах. Спустив их вниз, он отбросил их в сторону и выпрямился. Она старалась не замечать, как сильно он возбужден.

— Согласно моим правилам… — Она ахнула, когда Люка привлек ее к себе.

— Твои правила ничего не значат, — резко и соблазнительно произнес он и уткнулся лицом ей в шею. Затаив дыхание, Калли крепко прижалась к нему. — Не торопись. — Он ловко снял с нее бюстгальтер. — Красивое белье.

Калли решила купить для поездки в Италию провокационное нижнее белье. Пока она ходила по магазинам в ярко освещенном универмаге, где не было ни одного красивого мужчины, почти прозрачный лифчик и стринги казались ей подходящими. Белье от известного производителя было эксклюзивным и предназначалось скорее для соблазнения, чем для ежедневного ношения. Дизайнерское нижнее белье из ярко-розового шелка с кружевом цвета аквамарина было необычным выбором для Калли. Она предпочитала носить белое хлопчатобумажное белье. Ей оставалось только предполагать, что о ней подумал Люка.

— Ты прекрасна, — пробормотал он, в мгновение ока успокаивая и обезоруживая ее.

— Нет.

— Наверное, есть только один способ убедить тебя в этом, — слабо улыбаясь, сказал он.

Медленно притянув Калли к себе, он поцеловал ее. Поцелуй был не просто дразнящим, Калли одновременно испытывала счастье, грусть, волнение и смущение. Она была счастлива рядом с Люкой, но грустила потому, что это не могло продолжаться вечно. Он волновал ее, она дрожала от возбуждения. И очень боялась сделать что-нибудь не так и разочаровать Люку.

— Перестань, — тихо произнес он ей в рот. — Перестань анализировать и позволь себе чувствовать. Слушай свои желания, Калли.

Желание приказывало Калли бесстыдно прижиматься к Люке, раздвинуть ноги и отдаться ему. Более того, ей хотелось, чтобы их связь продолжалась, однако она должна была учитывать, что Люка — сезонный рабочий, как и она, и поэтому они расстанутся.

Уложив на мягкую траву, он стал целовать и ласкать Калли, а ей показалось, что все вокруг них исчезло. Казалось, время остановилось. Вода журчала где-то поблизости, легкий ветерок трепал листья деревьев над головой, но она и Люка были в другом мире, где она чувствовала теплый и чистый запах Люки и ощущала тяжесть его мощного тела. Его грудь была покрыта темными волосками, которые щекотали ее соски, когда он двигался. Переполняясь желанием, она затаила дыхание, когда он потянулся к карману своих шорт. Она услышала звук разрываемой фольги.

Он снова опустил голову и страстно припал к ее губам. Обхватив за плечи, она держалась за Люку, словно за спасительную соломинку.

— Не волнуйся, — произнес он, чувствуя ее неуверенность. — Я не причиню тебе вреда.

Она уставилась ему в глаза и увидела его искренность. Калли была совсем неопытной. Но она утешала себя тем, что нынешнее приключение врежется ей в память настолько глубоко, что она никогда не забудет ни этот момент, ни этого мужчину.

Люка прошептал у ее губ:

— Верь мне, Калли. — Он снова начал ласкать ее тело, и она забыла обо всем на свете. — Тебе нравится?

Ее ответом была череда мягких, ритмичных вздохов.

— Больше, чем хорошо, — выдохнула она, стараясь сохранить остатки самоконтроля.

Раздвинув ноги Калли, он продолжал умело прикасаться к ней, отвлекая ее внимание от всего остального. Она испытала восхитительные ощущения, когда он обхватил большими теплыми руками ее ягодицы, продолжая ласкать ее между ног. Он снова и снова находил новые способы возбудить ее, пока она окончательно не потеряла голову.

Наконец он глубоко погрузился в нее, и она ахнула от удивления. Секунду она не понимала, нравится ли ей то, что она чувствует, или нет. Люка двигался очень медленно и осторожно. Она не могла думать, она могла только чувствовать. Прерывисто дыша, она двигалась вместе с ним.

Люка делал все возможное, чтобы Калли наслаждалась как можно дольше. Ей показалось, что в порыве страсти она громко кричала. И звала Люку по имени. Она только знала, что к тому моменту, когда все закончилось, у нее саднило горло.

— Мы только начали, — насмешливо пообещал Люка. — Ты такая требовательная.

— Потому что ты рядом со мной.

Таких женщин, как Калли, у Люки никогда не было. Несмотря на то, что они были близки впервые, ему казалось, будто они давние любовники. Калли была одновременно податливой и требовательной партнершей. Ни одна другая женщина так сильно его не волновала.

Улыбаясь, она произнесла:

— Ты потрясающий.

— Ты тоже, — тихо ответил он.

Глава 5

Калли и Люка купались в реке, не подозревая о том, что вода холодная, лежали на берегу рядом, целовались и смотрели друг другу в глаза. Люка удивился, когда она настояла на том, что отправится домой на автобусе для рабочих. Она не была готова провести с ним ночь. Ей надо было собраться с мыслями и смириться с тем, что у нее и Люки нет будущего.

Пусть так будет, подумала она, когда Люка улыбнулся у ее губ, а потом поцеловал. Пусть все останется ярким и особенным. Никто не испортит того, что между ними было. С этими мыслями она садилась в автобус, но к тому моменту, когда она вошла в вестибюль отеля, ее настроение изменилось, потому что консьерж ждал ее и выглядел ужасно взволнованным.

— Слава богу, синьорина Смит! Это для вас.

Она посмотрела на конверт, который он ей протянул. Срочное письмо. Вскрыв его, она прочла, что в гостинице, в которой она планировала снять номер, что-то перепутали, и теперь она не могла туда переехать. Смяв записку в руке, Калли нахмурилась, задаваясь вопросом, что делать дальше. Она не может остаться в отеле.

— Синьорина Смит? Простите, что я вмешиваюсь. Пожалуйста, не волнуйтесь. Менеджер гостиницы, в которую вы собирались переехать, сообщил нам о проблеме. Вы можете остаться у нас.

Щеки Калли покраснели от смущения.

— Боюсь, я не могу здесь остаться, — откровенно призналась она. Консьерж выглядел таким же смущенным, как она, хотя не был ни в чем виноват. — Я хотела бы остаться, — мягко прибавила она. — Но мне нужен номер подешевле. Вы сможете мне помочь?

— Пожалуйста, синьорина, — умоляюще произнес консьерж, переминаясь с ноги на ногу в лакированных туфлях. — Вам не придется платить. Вас подвели. Это вопрос профессиональной этики. Администрация нашего отеля и персонал, который заботится о вас, обидится, если вы предложите оплату.

— Но я не смогу остаться, если не заплачу.

— Твой номер уже оплачен.

Она удивленно обернулась:

— Люка! Ты следил за мной?

— Да, — признался он.

— Что ты об этом знаешь? — спросила она. Люка, взъерошенный и великолепный, не мог выглядеть более неуместным в роскошной обстановке пятизвездочного отеля. Ей пришлось сдержать улыбку, когда она взглянула на свою одежду, а потом на него. Они оба выглядели как сезонные рабочие с полей. — Это твоя работа? — Она протянула ему письмо. Краем глаза она увидела, как консьерж вернулся за стойку, выглядя более встревоженным, чем прежде.

— Я подслушивал и узнал, что у тебя проблемы, — произнес Люка.

Калли прикусила язык и решила подождать, что он скажет дальше. Когда он пожал плечами и улыбнулся, угрожая лишить ее решимости, она сказала:

— Я сомневаюсь, что ты не знаешь моего таинственного благодетеля. А также того, что в отеле отказываются брать с меня оплату за номер.

Люка поднял брови.

— Тебе здесь не нравится? — спросил он.

— Дело не в этом, — настаивала она. Она заметила, что Люка говорит с ней так же спокойно, как если бы он был туристическим агентом, работающим с недовольным клиентом, и мужчиной, который, казалось, решил контролировать все вокруг.

— Я просто хочу, чтобы ты жила в удобном номере, — произнес Люка.

Она ощетинилась:

— Ладно, спасибо. Но я вполне могу сама о себе позаботиться.

— В гостинице, куда ты собиралась переехать, прорвало трубу, — объяснил Люка, и консьерж резко кивнул. — Марко предупредил меня об этом, а консьерж только пытался тебе помочь.

— Откуда Марко узнал, что я планирую переехать в гостиницу? — с подозрением спросила она.

— Прости, Калли, но ты не можешь жить в таком маленьком городке и что-то скрывать ото всех.

— Значит, Марко все тебе разболтал?

— Останься в этом отеле, — предложил Люка, словно владелец этого роскошного здания. — Здесь ты будешь ближе к лимонным рощам. — Он одарил ее вопросительным взглядом. — Если только ты собираешься и дальше работать в поместье принца.

— Конечно, я буду там работать, — подтвердила Калли. Ей нравилось в поместье принца, она еще не была готова оттуда уехать.

— А теперь пошли со мной.

Люка ждал ее у входа в вестибюль, словно дело было сделано. Он приглашает ее вернуться на вечеринку? Или у него на уме что-то другое?

Больше приключений? Почему нет? Люка — воплощение ее мечты.

— Спасибо тебе за заботу, — сказала она, зная, что ей нужно время, чтобы подумать. А это значит, что ей надо побыть вдали от Люки. — Спасибо, — прибавила она, обращаясь к консьержу, а потом ушла.

* * *

На следующий день Калли избегала Люку, чем задела его за живое. Тем не менее они встретились в столовой во второй половине дня, чтобы пообедать. Они кивнули друг другу, стоя в очереди.

— Люка? — натянуто произнесла она.

Он понял, что ей не понравилось его вмешательство в ее дела с отелем. Он был разгоряченным после работы в рощах и страстно хотел Калли, которая работала утром в кондиционированном помещении размером с ангар. Маленькая, аккуратная и чистая, в белой блузке, она как никогда привлекала Люку. Короткие джинсовые шорты демонстрировали ее совершенные ноги и красивые ягодицы, которые он ласкал прошлой ночью.

— Позволь мне пройти, пожалуйста, — вежливо сказала она, ожидая, что Люка отойдет от нее в сторону. Она держала в руках поднос с едой.

Он взял у нее поднос, и она посмотрела на его запястья, на которых были кожаные браслеты с полудрагоценными камнями, собранными для него детьми Фабрицио.

— Я справлюсь сама, спасибо, — произнесла она, пытаясь забрать у него поднос.

— В этом я не сомневаюсь, — согласился он, — но приятно, когда тебе помогают.

Калли сдвинула брови.

— Ты осталась в отеле или переехала в другое место? — спросил он, неся поднос к столу, где Калли ждала Анита.

— Ты пришел, чтобы спросить меня об этом? — Она вперилась в него взглядом.

Секунду он не мог решить, отмахнуться ли от ее вопроса или перебросить Калли через плечо, как мужлану, которым она его считала. Одно он знал наверняка: нельзя портить их отношения.

— Увидимся позже, — сказал он и отвернулся.

— Поживем — увидим, — игриво произнесла она ему вслед.

До чего невыносимый человек! Как можно было испытывать к нему такое желание и контролировать стремление прыгнуть на Люку у всех на глазах? Вероятно, он хотел, чтобы она чувствовала нечто подобное. Атмосфера в столовой стала напряженнее, потому что люди старались не смотреть на них. Калли попыталась заговорить с Анитой, но не могла сосредоточиться.

— Если ты последуешь моему совету, ты справишься, — сказала Анита, глядя на Калли с беспокойством.

— С чем он связан? — нахмурившись, спросила Калли.

— Секс. Тебе надо разрядиться.

— Что ты сказала? Анита, я в шоке!

— Нет, ты просто разочарована, — возразила Анита. — За связь с ним тебя никто не осудит. — Она взглянула в сторону, куда ушел Люка.

— Я здесь, чтобы работать, а не развлекаться.

— Прислушайся к себе, — возразила Анита, подцепив вилкой золотистый жареный картофель. — Прими меры предосторожности и не влюбляйся. Ты же здесь ради приключений, да?

Калли подумала, что уже слишком поздно делать так, как говорит Анита. Она уже влюбилась в Люку. Она ежеминутно думала о том, когда снова с ним увидится.

Повернув на пыльную дорожку, идущую через лимонные рощи, Калли направилась к складу, где работала сегодня утром. Внезапно к ней подошел Люка.

— Можно мне показать кратчайший путь? — предложил он.

Кратчайший путь куда? Улыбнувшись, он взял ее за руку.

Ситуация становилась все напряженнее. Люка не мог прожить ни минуты, не поцеловав Калли.

— Люка, мы не можем…

— Мы можем, — настаивал он, прижимаясь к ней мощным телом.

— Я соскучилась по тебе, — выдохнула она.

— Я знаю, — прошептал он.

Он запустил пальцы у нее между ног и стал ласкать ее через грубую джинсовую ткань шорт. Он чувствовал жар ее тела, а его воображение дорабатывало остальное. Оба изнемогали от желания. Люка быстро стянул с нее шорты, и она, приподнявшись, обхватила его ногами. Он опустился на колени и глубоко вздохнул. Вскоре оба вскрикивали от удовольствия.

— Да! — закричала она. — Я хочу еще.

— Сейчас не получится, — пробормотал он. — Мы должны работать.

— Ты прав, — помолчав, ответила она. — Я не хочу подвести свою бригаду.

Тихонько рассмеявшись, он поставил Калли на ноги. Вынув телефон из кармана, он посмотрел, который час. И заметил несколько пропущенных звонков.

— Извини, я должен позвонить, — произнес он и зажал телефон между ухом и плечом. Задав в трубку несколько вопросов, он отключил телефон. — Прости, но я должен уехать из поместья.

— Чем я могу тебе помочь? — спросила она, чувствуя его напряжение.

— Ничем. — Он говорил резко, но у него не было времени на объяснения.

Калли обиделась и отвела взгляд. Его резкий ответ потряс ее. Всего минуту назад они были полностью поглощены друг другом, а сейчас он не дождется возможности уйти от нее. Ничего не поделаешь. Они увидятся снова, когда он вернется.

У Калли было мало опыта в любовных делах, но она понимала, что Люка ведет себя неприемлемо. Его вынужденный отъезд был жестоким и внезапным. Теперь она знала, что совсем не знает Люку. На нее нахлынули обида и унижение, когда Люка стал торопливо одеваться. Для него это был просто секс, необходимый, как еда и дыхание, а теперь, когда дело сделано, он не мог дождаться, чтобы уйти.

Ругая себя, Калли посмотрела на Люку. Он мельком взглянул на нее, только чтобы понять, одевается ли она. Они больше не разговаривали, не обменивались интимными шутками. Пригладив волосы, она посмотрела на время на своем телефоне и поморщилась. Она уже опаздывала на вечернюю смену и должна была принять душ перед возвращением на работу. Она тяжело вздохнула. И Люка заговорил:

— У здания, где ты работаешь, есть душевые кабины. Там имеется все необходимое: полотенца, шампунь…

Калли стало интересно, как часто Люка занимается сексом с сезонными работницами в лимонной роще. А почему нет? Люка приезжает сюда каждый год. Она не может быть первой женщиной, которая стала жертвой его волнующего очарования. Калли густо покраснела, представив Люку с другой женщиной. Она считала, что между ними сложились особенные отношения, и это доказывало, как мало она знает мужчин. Она понимала, что Люка торопится, но неужели он не может расстаться с ней чуть изящнее?

— Итак, это все? — спросила она, поправляя одежду.

— А что еще? — ответил он.

Его ответ походил на пощечину, которая ей была так необходима. Что-то должно было привести ее в чувство. Наконец она вернулась в реальность. Ура! Люка прав. Что еще должно быть?

Калли сердилась, но их отношения едва ли были на этапе, когда Люка мог доверять ей государственные тайны. Она хорошо себя контролировала, хотя ее состояние выдавали стиснутые зубы и сердитый взгляд. Люка только что узнал о том, что Макс пытался устроить государственный переворот. Как только Калли оделась, Люка зашагал вперед. Его мысли уже были в другом месте. Он позвонил по телефону своим сотрудникам и приказал подготовить вертолет. Ему надо быстро добраться до Фабрицио. У него хватит времени только на то, чтобы принять душ и переодеться. Макс и его приспешники снова спровоцировали волнения, и, хотя они были быстро подавлены, жители Фабрицио должны убедиться в том, что с их принцем все в порядке.

— Значит, ты даже не подождешь меня? — спросила Калли.

Люка обернулся, нетерпеливо пожал плечами и продолжал идти. Она больше не была его приоритетом. Как бы Люка ни хотел, как бы ни старался уделять внимание Калли, он не имеет права следовать своим эгоистичным удовольствиям.

— Что с тобой? — спросила Анита, когда она и Калли встретились за пределами душевых кабин. — Мужчина? Это из-за мужчины?

Анита была такой заботливой, что Калли не могла ее разочаровать.

— Я расскажу позже, — ответила Калли и поспешила на вечернюю смену.

— Попрощайся с принцем, — крикнул Анита ей вслед.

Калли остановилась и обернулась:

— Где он?

Прикрыв глаза рукой, Анита посмотрела на большой синий вертолет с королевским гербом Фабрицио.

— Видимо, его вызвали в Фабрицио, возникла чрезвычайная ситуация, — объяснила Анита, когда они вдвоем с Калли, прикрыв глаза от нисходящего потока воздуха от вертолета, уставились вверх. — Не волнуйся. Когда Люка прилетит туда, все будет в порядке.

— Что? — Калли застыла на месте от удивления.

— Приказ принца Люки сильнее любой армии, которую соберет его брат, Макс, а подданные любят Люку, — сказала Анита. — Люди не доверяют Максу, поэтому предадут его. Сегодня я читала в газете о том, что принц Люка намерен купить Макса. За деньги Макс сделает все, что угодно, — объяснила Анита. — Он откажется от претензий на трон. Максу нужны деньги Люки, чтобы оплатить долги за азартные игры. Он уничтожит страну, если взойдет на трон. Покойный принц, их отец, знал об этом. Вот почему он сделал принца Люку своим наследником. Калли? С тобой все в порядке?

— Почему ты не сказала мне, что Люка принц? — Калли уставилась на свою подругу в полном недоумении. Но как она могла рассердиться на Аниту, если сама игнорировала то, что было буквально у нее под носом?

— Прости, — сказала Анита, крепко обнимая Калли. — Я думала, ты знаешь. Я думала, ты, как и все мы, осторожничаешь и не называешь его по имени. Мы все знаем предпочтения принца Люки. Если бы я знала…

— Ты не виновата, — настаивала Калли. — Это моя вина. Я видела только то, что хотела увидеть. — Она уставилась на вертолет, который постепенно исчезал за облаком. Люка ничего ей не сказал о себе. Какая же она дура! Как она могла игнорировать очевидное? Она не винила Люку. Он не вел себя как принц из сказки. Он обыкновенный человек со своими тяготами, недостатками и желаниями. Ведь она ему совсем не сопротивлялась.

— Почему ты смеешься? — спросила Анита.

Калли подумала, что Люка не должен извиняться за свое поведение. Он просто вызвал свой вертолет и улетел. В его стране возникли проблемы. Хотя Люка и его брат никогда не были близки, Калли отлично понимала, что такое семейные отношения.

— Я думала, он один из нас, — призналась она Аните.

— Он один из нас, — горячо подтвердила та.

Калли улыбнулась, зная, что не стоит спорить с Анитой — одной из самых яростных сторонниц Люки. Однако она не могла смириться с тем, что совершила такую ошибку. Гораздо легче думать о Люке как о сезонном рабочем, чем о принце. Она так увлеклась своим итальянским приключением, что не догадывалась об истине.

— Восстание Макса было сразу подавлено, — произнесла Анита, беря Калли под руку. — Нельзя винить принца Люка за то, что он сдержал слово, данное покойному принцу. Люка уже много лет приезжает сюда вместе с другими сборщиками лимонов, но для него нет ничего важнее обещания, которое он дал, чтобы сохранить свою страну в безопасности. Мы все понимаем, почему он должен вернуться в Фабрицио.

Это понимали все, кроме Калли, которая по-прежнему недоумевала, отчего Люка не сказал ей о том, кто он на самом деле. Возможно, так случилось потому, что слишком многие стремились быть рядом с ним ради выгоды. Так поступал и его брат, Макс. В этом случае Калли готова его простить. Хотя Люка ждал, что она доверится ему, а сам ей не доверял.

А была ли она всегда откровенной?

Единственный раз после приезда в Италию она отправила сообщение Рози, чтобы успокоить Браунов, что у нее все хорошо. Она объяснила, что задержится в Италии, но не ответила на вопросы взволнованной Рози. Она заявила, что хочет лучше узнать Италию, а поэтому решила работать неполный рабочий день. Калли просто не предполагала, что влюбится.

— Я скоро уеду, — задумчиво произнесла она.

— А надо? О, нет. Пожалуйста, не уезжай. Я тебя расстроила? — с волнением заговорила Анита.

Калли тепло обняла свою подругу.

— Ты ни в чем не виновата, — заверила она Аниту. — Если кто-то виноват, то это я. Я могла бы задать Люке больше вопросов, но я решила этого не делать. По-моему, я просто не хочу смириться с реальностью. Мне лучше вернуться домой. Здесь так легко поверить в мечту.

— Ты не останешься? — спросила Анита. — Я буду скучать по тебе.

На глазах Калли выступили слезы. Женщины обменялись быстрым и крепким объятием.

— Надеюсь, ты будешь меня навещать? — спросила Калли. — Я тоже не хочу терять с тобой связь.

— Я обязательно к тебе приеду, — твердо сказала Анита, когда они встали бок о бок на пыльной дороге, проходящей через рощи. — Я не вижу причин, по которым мы не сможем встретиться.

— Приезжай на Рождество! — воскликнула Калли. — Пожалуйста. Я расскажу о тебе Ма Браун. Она говорит, что чем больше народу на празднике, тем веселее. Обещай, что приедешь.

— Ты серьезно? — Анита выглядела обеспокоенной, но потом просияла. — Обычно я праздную Рождество одна.

— Не в этом году, — страстно ответила Калли и снова обняла подругу. — Когда я вернусь, я поговорю с Ма и Па Браун, а потом напишу тебе.

— Ты настоящий друг, Калли, — тихо сказала Анита.

— Я не забуду тебя, — пообещала Калли.

Задумчиво оглядев залитые золотистым солнцем лимонные рощи, Калли стиснула зубы. Пусть она Калли из портового городка, но по возвращении домой, в глубине души, она будет Калли из лимонных рощ.

Глава 6

— Где она, черт побери?

Кто-то должен знать. Работники тупо уставились на Люку. Он вернулся на склад, где хранились лимоны. Уладив проблемы в Фабрицио, он приехал в свое поместье, ожидая найти там Калли. Он не знал, как сильно по ней соскучится.

— Калли Смит! — воскликнул он в ответ на раздражающее его молчание. — Кто-нибудь в курсе?

В ответ только робкие пожатия плечами. Никто не знал, где она. Или не говорил ему о Калли. Он взглянул на Аниту, которая пристально смотрела куда-то над его головой. Он приехал в поместье в конце сезона, когда почти все рабочие разъехались по домам. Но почему Калли не дождалась его?

Повернувшись, он шагнул к выходу. Подавив потенциальное восстание в Фабрицио, он, несомненно, разгадает тайну одной пропавшей женщины. Макс взял у него компенсацию, эквивалентную годовому бюджету маленькой страны, и Люка с радостью согласился на то, чтобы Макс никогда не возвращался в Фабрицио. Он мог купить все, что угодно, даже свободу от Макса. Но может ли он купить Калли? За короткое время знакомства Люка понял, что Калли не только неподкупна, но и непредсказуема. Ее свобода после долгих лет мучений с отцом окрылила ее, но всего за пару дней Люке удалось запудрить ей мозги. Но, если он попытается купить ее как Макса, она швырнет деньги ему в лицо.

Люка вошел в офис в поместье, и все насторожились. В темном деловом костюме Люка выглядел одновременно как принц и миллиардер, и все сотрудники заметили это изменение.

— Расслабьтесь, пожалуйста. Я пришел, чтобы попросить вас о помощи.

Как всегда, его персонал был более чем радушным. Ему дали домашний адрес Калли. На вертолете он добрался до аэропорта, а там сел на самолет до севера Англии. Калли занимала все его мысли. Незавершенные отношения между ними мучили его. Нельзя терять время.

Ей не верилось, что прошло уже больше двух месяцев с тех пор, как она впервые увидела Люку. За это время она успела полностью пересмотреть свою жизнь. Она жила в холодной комнатке над магазином одежды, где работала шесть дней в неделю, чтобы оплачивать учебу на вечернем отделении университета. Она решила учиться дальше, делая упор на итальянский язык, который немного выучила во время поездки в Италию. Ее любовная интрига в этой стране ничем не закончилась, но выяснилось, что у Калли талант к изучению иностранных языков.

Она переехала в другой город. В ее старом доме по соседству с Браунами появились новые арендаторы. Хотя Брауны умоляли ее остаться с ними, Калли настояла на том, что они сделали для нее достаточно и ей пора жить самостоятельно.

— Жаль, что я не могу рассказать вам что-то более интересное из своих приключений, — говорила им Калли.

— Удивительно! — воскликнула Рози, ее глаза лихорадочно сверкнули, когда Калли заговорила о принце.

Калли умолчала о том времени, что она провела в объятиях принца, и уклонилась от вопросов Рози, сказав ей, что пребывание в пятизвездочном отеле не дало ей шанса увидеть настоящую Италию.

— А как тебе итальянские мужчины? — спросила Рози, стараясь выудить у нее информацию.

— И поэтому я решила поработать среди простых людей, — проговорила Калли, пытаясь игнорировать вопрос Рози. Она никогда не лгала своей подруге. И не собиралась делать это сейчас. Она уже пожалела о том, что отказалась встретиться с Люкой, когда он впервые прилетел в Англию.

— Почему ты не хочешь с ним увидеться? — удивленно спросила ее тогда Рози. — Он невероятный человек, и он заботится о тебе. Он все бросил и прилетел к тебе. И он — принц, Калли, — прибавила Рози и театрально вздохнула. — А еще он — один из самых богатых людей в мире.

Калли помнила, как в ответ поджала губы и резко покачала головой. Деньги ничего не значили для нее. Так же как и титул Люки. Она больше не может рисковать своим сердцем. Чувства, которые она испытывала к Люке, были такими сильными, что напугали ее. Но Рози слишком хорошо ее знала. Понимая, что Калли не передумает, Рози обняла ее за плечи.

— Я знаю, ты его любишь, — настаивала Рози. — И однажды ты это поймешь. Главное, чтобы не было слишком поздно.

Люка не оставлял Калли в покое. Он не принимал ее отказ. Он несколько раз звонил ей, отправлял цветы, подарки, записки, изысканные пирожные и деликатесы из знаменитого лондонского магазина. Он даже отправил к ней пожилого чиновника по имени Мишель, чтобы тот упросил Калли выслушать принца. Калли было ужасно жаль старика, но Ма Браун компенсировала ее отказ. Она напоила Мишеля вкусным чаем и вежливо сказала ему, что у его принца нет шансов изменить мнение Калли в данный момент.

— Тебе не надо было его обнадеживать, — настаивала Калли. — Я не хочу быть чьей-то любовницей, а тем более любовницей принца Люки. Он вряд ли сможет…

— …полюбить тебя? — подытожил Па Браун. — Любовь и уважение, на них ты имеешь полное право, когда влюбляешься в особенного человека.

Когда Ма Браун стала печально вздыхать, Калли поняла, что пришло время действовать. Ее отношения с Люкой начали влиять на Браунов, поэтому она рассказала им, что собирается делать, и собрала свои вещи. И вот уже три месяца она живет в Блэкпуле — жемчужине побережья Филд. Стояла холодная погода. Приближалось Рождество. Настроение у Калли было паршивым. Она с грустной улыбкой разглядывала в окно рождественские фонарики на набережной, заполненной туристами.

По иронии судьбы с тех пор, как она приехала сюда, лицо Люки постоянно мелькало в прессе. Калли не верилось, что она так долго пребывала в блаженном невежестве в отношении его личности. Его фотографии были во всех журналах и газетах. Ей не удалось избежать информации о нем, даже когда она пошла к парикмахеру. Из статей она узнала, что Люка занял свою должность в Фабрицио благодаря честности и решимости. Это, а также любовь приемного отца к своему сыну из «римской канализации» сделали Люку исключительным человеком.

Калли буквально стала экспертом в пресс-релизах и могла процитировать некоторые из них наизусть. Люка — титан в бизнесе — теперь был одинаково уважаем в дипломатических кругах. Недавно он завершил мировое турне по детским приютам, которые финансировал.

Фотографии Люки были потрясающими. Вот он, спокойный и расслабленный, в облегающих джинсах. Вот он верхом на дерзком черном жеребце, и выглядит как король мира. Люка казался хладнокровным и сильным на государственных мероприятиях и доминировал над всеми присутствующими там мужчинами. Короче говоря, новый правитель Фабрицио в настоящее время был главным объектом мировых новостей, что сильнее удаляло его от Калли. Однако Люка явно не собирался сдаваться. Он регулярно присылал ей цветы, доказывая, что хочет быть с ней. Калли прочла все его рукописные послания, которые переправляла ей Рози, но не признавалась в этом никому.

Она решила, что никогда не впишется в яркую жизнь Люки, несмотря на то, сколько доброты и юмора он вкладывал в свои письма к ней. Но для отказа ему у нее были более веские причины. Ее мать умерла, веря лжи своего мужа; Калли слушала отцовскую ложь большую часть своей жизни.

— Завтра будет лучше, — ежедневно говорил отец Калли. Но лучше не становилось. Он забирал из дома деньги, напивался или играл в карты, а Калли приходилось работать дополнительную смену в пабе. Она не хотела, чтобы рядом с ней был еще один мужчина — лжец.

Вздыхая, Калли приказывала себе образумиться. Но не могла. Она позволила себе поверить в иллюзию. И вот теперь ей предстоит сделать то, что она довольно долго откладывала. Она вынула из сумки тест на беременность. Хотя месячные у нее были нерегулярными, на этот раз задержка была слишком большой.

Вскоре она, не мигая, уставилась на синюю полоску. Она пялилась на тест не потому, что полоска могла исчезнуть под ее взглядом, а потому, что она испытывала редкую эйфорию. Она решила сполна насладиться моментом до тех пор, пока на нее не обрушилась реальность.

Наклонившись вперед, она прибавила жара в старом электрическом камине и набросила на плечи потрепанный плед, которым обычно закрывала дырки в диване. Совсем недавно она купалась в солнечном свете Италии. Это было почти три месяца назад. Три месяца жизненно важных последствий. Калли продолжала пялиться на синюю полоску теста на беременность. Теперь ей придется встретиться с Люкой.

Люка узнал, что Калли забеременела, как только разыскал ее в Англии. Он готовился к коронации с тех пор, как урегулировал проблемы с Максом. Официальная церемония закончилась только сейчас; праздничная вечеринка в саду для граждан Фабрицио еще впереди. Люка любил быть среди своих подданных, но сейчас он обязан думать о Калли. Они с ней были во многом похожи, поэтому он решил действовать осторожно. Сейчас, когда из-за беременности у нее постоянно меняется настроение, общение с ней может быть непредсказуемым.

«В „Блэкпул иллюминайшенз“ требуется экскурсоводы!» Калли посмотрела на заголовок. В ближайшее время ей понадобится больше денег. Ее банковский счет будет почти нулевым, когда родится ребенок. Коснувшись рукой живота, она разволновалась. На ребенка необходимы деньги. Ее накрыло волной сожаления, когда она подумала, что Люка ответственен за ее нынешнее состояние. Чем раньше она скажет ему о ребенке, тем лучше. Но он должен понять, что ей ничего от него не надо.

Однако ребенку понадобятся вещи.

Ребенку нужен отец. Калли нахмурилась. У нее не было хорошего отца. Будет ли Люка хорошим отцом? Интуиция подсказывала ей, что он будет заботиться о своем ребенке. Но как скажется на малыше жизнь во дворце, где будет контролироваться каждый его шаг? Она обхватила живот руками, испытывая реальный страх перед неизвестным.

Она не имеет права бояться. Быстро надев пальто и шарф, она вышла из комнаты и заперла за собой дверь. Ребенок важнее всего. Она должна найти подработку. Если раньше Калли сбегала по лестнице как сумасшедшая, то теперь шагала осторожно, думая о ребенке. Она уже хотела его оберегать.

Она обменялась веселым приветствием с доброй владелицей магазина, которая сдавала Калли квартиру, и помогла ей развесить блестящую мишуру в витрине.

— Спасибо, дорогая! — воскликнула владелица магазина и тепло обняла Калли. — Ты светишься. Ты прекрасно выглядишь. Не замерзни!

— Не замерзну, — ответила Калли через плечо и вышла на улицу.

Люка увидел автомобиль в конце улицы, который мчался с огромной скоростью, его преследовали полицейские на машине с включенной сиреной.

Большинство людей на пешеходном переходе даже не подозревали, что возникла проблема. Среди пешеходов была Калли. Она по-прежнему не обращала внимания на опасность. Автомобиль несся прямо на нее. Подскочив к ней, Люка повалил ее на землю. Послышался глухой удар, визг тормозов, и на мгновение мир потемнел. Женщина в объятиях Люки пыталась из них высвободиться.

— Что с вами? — воскликнула она, отстраняя от себя его руки.

В ответ Люка только проворчал.

Она недоверчиво посмотрела на него.

— Люка?

Он глотнул воздух, наполненный дымом и пылью и теплым ароматом тела Калли.

— Ты ранена?

— Нет. — Она колебалась. — По крайней мере, я так думаю.

Калли побледнела. Люка понимал, о чем она думает. Она беспокоится о ребенке. Она зажмурилась, прислушиваясь к ощущениям в теле, потом медленно расслабилась, и Люка расценил это как хороший знак. Затем она посмотрела на него с удивлением и подозрительностью.

— Ты спас меня, — выдохнула она.

— Слава богу, — пробормотал он.

Она вгляделась в его лицо. Люка вернулся. Человек, которого, как думала, она знала, оказался совсем другим. Она кокетничала с ним, занималась сексом и считала его сезонным рабочим, который на самом деле был миллиардером, принцем и важной фигурой на мировой арене. Люка догадывался, как она обиделась, когда обо всем узнала.

Проследив за ее взглядом, он увидел следы колес автомобиля на дороге и бордюре. И только теперь он до конца осознал, что могло произойти. К счастью, пострадавших не было.

— Люка? — Калли уставилась на него. — Что ты здесь делаешь?

Не обращая внимания на ее удивление, он произнес:

— Не принимай то, что произошло, близко к сердцу. Осторожнее, — посоветовал он, когда она попыталась сесть. — У тебя может кружиться голова. У тебя был шок.

— Мягко говоря, — согласилась она. — С тобой все в порядке? — напряженно спросила она.

— Не беспокойся обо мне.

— На тебя пришелся основной удар.

Люка не желал обсуждать ничего, кроме Калли. Он радовался, что подоспел к ней во время.

— Извини. — Она начала хихикать. Он догадался, что у нее началась истерика. — Но мы должны прекратить встречаться при таких обстоятельствах.

Он не мог с ней не согласиться. Они лежали на дороге, среди грязи и масляных пятен. В данный момент они не были в ссоре. Они были людьми, попавшими в неожиданное происшествие на холодной, зимней улице.

— О нет! — Калли вытаращилась на автомобиль, который въехал в витрину магазина одежды. — Моя хозяйка! — воскликнула она, начиная вставать.

— Давай я тебе помогу.

Она оттолкнула его, паникуя:

— Мне надо убедиться, что она не пострадала.

— Сначала нужно осмотреть тебя, — утверждал он. Сняв пиджак, он набросил его на ее плечи. — Ты в шоке, Калли. Тебе следует показаться врачу.

— Я в порядке, — настаивала она, снимая пиджак.

Люка удержал пиджак у нее на плечах.

— Ты дрожишь. У тебя шок, — повторил он. — Я никуда тебя не отпущу, пока не приедут медики.

— Ты решил замерзнуть до смерти?

— Я сомневаюсь, что это случится, — успокоил он ее. — Я рад, что успел к тебе. Жаль, что я не приезжал раньше.

— Я слышала, ты был занят, — призналась она. Их прервал фельдшер.

— Вы в порядке, дорогуша? — спросил он, протягивая Калли одеяло. — Пусть этот мистер заберет свой пиджак, иначе он замерзнет до смерти.

— Я пыталась вернуть его ему, — объяснила Калли. — Но он уперся.

— Ну, как хотите. — Фельдшер пожал плечами, когда Люка завернул Калли в одеяло поверх пиджака. — Галантные мужчины почти перевелись. Берегите своего, дорогуша.

Калли улыбнулась.

— Кто-нибудь пострадал? — спросила она. — Дама в магазине женской одежды?

— Она только что пошла готовить себе чай, — успокоил ее фельдшер. — Она работала в витрине магазина, но ушла оттуда за несколько минут до того, как туда въехал автомобиль.

— Какое облегчение, — выдохнула Калли. — Я знаю ее. Я живу над ее магазином, — пояснила она.

— Благодаря быстрому мышлению вашего рыцаря остались живы молодая мать и ее ребенок. Вы, сэр, настоящий герой.

— Я бы так не сказал. — Люка действовал инстинктивно. У него не было времени на размышления. Он сделал все необходимое, чтобы предотвратить катастрофу.

— И все же, вы молодец! — заверил его фельдшер. — Теперь, мисс, вам надо поехать в больницу для обследования. Если этот джентльмен хочет поехать с вами…

— Он этого не хочет, — встряла Калли. — Ты, очевидно, знаешь, где я живу, — прищурившись, прибавила она, обращаясь к Люке. — Поэтому мы поговорим позже.

Подведя Калли к машине скорой помощи, фельдшер помог ей забраться внутрь.

— Что ты делаешь? — спросила Калли, когда Люка сел в машину следом за ней.

— Следую за своим пиджаком, — сухо ответил Люка.

Фельдшер широко улыбнулся и подмигнул ему, а потом занялся оформлением документов. Машина тронулась с места.

— Ты шпионил за мной? — Калли старалась говорить так, чтобы фельдшер не слышал их разговор.

Люка пожал плечами. Он не собирался ей лгать. Его служба безопасности могла в любой момент перешагнуть грань, обеспечивая безопасность Калли.

— Меня заботит твое благополучие и благополучие твоего ребенка.

Она побледнела. Он еще ни разу не видел ее такой бледной.

— Что с тобой? Тебе больно?

— Нет. По крайней мере, я так не думаю. — Округлив глаза от страха, она уставилась на него и взяла за руку. Впервые она выглядела уязвимой. Это была совсем другая женщина. Не та Калли, с которой он познакомился в Италии. Перед ним была женщина, которая боялась за своего ребенка больше, чем за саму себя.

— Не надо, — сказала она. — Не смотри на меня так.

— Как именно?

— Как будто я особенная, а ты рад тому, что здесь.

— Ты особенная. Ты станешь матерью, матерью моего ребенка. И если я так смотрю на тебя, то только потому, что ты испачкана песком и грязью и тебе надо умыться.

— Отличный ход! — произнес фельдшер. — Где находится школа обольщения, в которой вы учились?

— Я не ходил в школу, пока мне не исполнилось десять лет. — Люка криво усмехнулся. — До этого возраста я учился на улице.

— Эй, постойте! — воскликнул фельдшер, поворачиваясь, чтобы внимательно посмотреть на Люку. — Вы тот миллиардер из «римской канализации», который стал принцем? — Люка не ответил, и фельдшер прибавил: — Что вы делаете в Блэкпуле?

Люка подмигнул Калли:

— Я проверяю здешнюю канализацию.

— Не беспокойтесь, — обратился фельдшер к Калли. — Я никому ничего не скажу. И с вами все будет в порядке, дорогуша.

Чувствуя облегчение, Калли не сопротивлялась, когда Люка обнял ее и прижал к себе.

Глава 7

Люка вернулся. Калли была в смятении. Он выбрал лучшее время для возвращения. Она знала, что шок — причина ее растерянности. Прежде всего, она опасалась, что ее недавнее падение навредило ребенку.

Неужели она в самом деле верила, что расстояние поможет ей забыть Люку? Они не на побережье Амальфи, где Калли могла оправдать свои чувства солнечным теплом и смехом, а в сером, северном прибрежном городе в зимний период. И все же Люка влияет на нее, как никогда.

— Эй, — прошептал он. — Теперь ты в безопасности.

Казалось, его руки предназначены для защиты. Они, конечно, защищали Калли, когда она нуждалась в этом. И теперь от объятий Люки по ее спине пробегала дрожь.

— Посмотри на меня, — прошептал он. — Я сказал, что ты в безопасности.

Даже с взъерошенными волосами и ссадинами на лице Люка выглядел как герой. Ее герой. Когда они познакомились, Калли сразу почувствовала к нему желание. Но теперь она испытывала к нему более серьезные чувства.

— Калли?

Инстинктивно закрывая пока еще плоский живот руками, словно защищая ребенка, она уставилась в глаза Люки.

— Мы на месте, — тихо уточнил он. — Мы приехали в больницу.

— Ой…

Фельдшер стоял в стороне, пока Люка помогал Калли выбраться из машины скорой помощи. Она плотнее завернулась в одеяло, спасаясь от ветра. Когда к ней подошел врач, Калли с неохотой отпустила теплую руку Люки.

— Сделайте ей полное обследование. Я заплачу любые деньги, — подчеркнул Люка.

— За ней будет наилучший уход, — заверил его врач. — Мы проведем тщательное обследование.

— Она беременна.

Люка знал все. Словно кружил над ее домом как беспилотник. Когда он поблагодарил врача и обернулся, Калли снова обрадовалась его возвращению.

Люка был как на иголках. Он должен быть абсолютно уверенным в том, что с Калли все в порядке. Он будет ждать в больнице столько времени, сколько потребуется. Его одежда была испачкана грязью, джинсы — разорваны. Медсестры хотели обработать его раны, но он отказался. Его беспокоила только Калли. Он сидел у смотровой комнаты, пока Калли делали анализы. Оба были в восторге от результата обследования. Ребенок был в безопасности. Калли отделалась вывихнутой лодыжкой, ссадинами и ушибами. У нее был шок, но она могла поехать домой. Медицинский персонал работал превосходно. Люка поблагодарил персонал, сделав щедрое пожертвование больнице.

— Теперь тебе надо принять ванну, — сказал Люка, выводя Калли из больницы.

— Ванну? — Она удивленно посмотрела на него.

— Да.

Медики обработали ее ссадины, но она по-прежнему была испачкана в грязи, в которую упала на дороге. Сейчас они полетят на вертолете на большую яхту Люки, и Калли сможет насладиться морской прогулкой. Южное солнце — отличное лекарство. Кроме того, им никто не помешает поговорить о будущем.

— Я могу принять ванну дома, — сказала Калли. — Я возьму такси. Спасибо тебе за все.

— Никакого такси, — заверил он ее. — Калли Смит, правила изменились, когда ты забеременела.

Одарив его сердитым взглядом, она взяла телефон.

— Что ты делаешь? — спросил он.

— Звоню своей хозяйке, чтобы проверить, как у нее дела. А потом я вызову такси.

Переговорив с хозяйкой магазина, она произнесла:

— Представляешь, монтажники уже меняют окна в магазине моей хозяйки. Это твоя работа?

— Не знаю. Ты собираешься вызывать такси?

— А ты планируешь следить за каждым моим шагом? — весело спросила она.

— Почти, — спокойно ответил он.

— Такси уже едет, — сказала она. — Дай мне время, чтобы все обдумать. Сегодня у меня было столько сюрпризов. И я имею в виду не только аварию. Ты приехал через столько месяцев. Ты присылал мне подарки. Ты писал мне письма.

— Было бы лучше, если бы я не пытался связаться с тобой?

В глазах Калли промелькнула обида.

— Я решила поговорить с тобой, когда обнаружила, что беременна. Я бы ни за что не скрыла от тебя ребенка. Мне просто нужно время, чтобы обдумать все, что случилось сегодня. Твои охранники меня нервируют. Я понимаю, ты принц, а я вынашиваю твоего ребенка, но это не дает тебе права приказывать следить за мной.

— Мне важна твоя безопасность.

— Но она не должна стать твоей навязчивой идеей, — сказала она.

— Моя служба безопасности проверяет всех, с кем меня видит. Я читаю ее отчеты.

— Я понимаю, — произнесла Калли. — Спасибо тебе за честность. И особенно за то, что спас меня, — тихо прибавила она.

— Мне не нужна твоя благодарность. Я хочу, чтобы ты уделила мне время. — Люка имел право на нетерпение. Королевский совет настаивал на том, что он должен жениться. Стране нужен наследник. А теперь, узнав о беременности Калли, он обязан торопиться.

— Ты уехал, ничего мне не объяснив, Люка. А сейчас ты приехал и требуешь моего внимания?

— Я ничего тебе не обещал.

— Но ты не сказал мне, что ты принц, — уточнила Калли. — Ты позволил мне поверить, будто мы с тобой ровня.

— Мы с тобой ровня, — настаивал он.

Она рассмеялась и покачала головой.

— Какая глупость! Ты принц и миллиардер. А кто я?

— Самая решительная женщина, которую я когда-либо встречал.

— Ты не подкупишь меня лестью, Люка. У нас был секс, а потом ты просто повернулся и ушел. Для меня это означает только одно: у тебя нет ко мне никаких чувств.

— Но ведь ты тоже уехала из рощ.

— Я не собиралась навсегда оставаться в Италии. Я всегда знала, что вернусь домой. А теперь я решила учиться и достигать своей цели. Ты наверняка привык, что женщины вешаются тебе на шею, но…

— По-моему, тебе понравилось быть рядом со мной, — сухо сказал он.

Калли больше не могла этого выносить. Ее мысли путались. Она любила Люку. Их короткий, страстный роман в Италии оставил неизгладимый след в ее душе. Но Люка не будет с ней вечно.

— Мы оба виноваты, — настаивал Люка. — Ты не отвечала на мои письма. Ты не хотела встречаться со мной. Ты отвергала мои подарки. И да, я понимаю, тебе показалось, что я бессердечно тебя бросил. Но я надеюсь, теперь ты знаешь, что у меня была очень веская причина для отсутствия. Поживи некоторое время в Фабрицио. Узнай, как будет жить наш ребенок.

Калли стало страшно. Она знала, что сейчас все принимает слишком близко к сердцу, но Люка лишит ее самообладания, если она это ему позволит. Он считает, что их ребенок должен жить с ним.

Да, Калли надо увидеть его мир. Люка непростой человек. Она не сможет конкурировать с его богатством или королевским статусом, но она способна в одиночку воспитывать своего ребенка. Они должны поговорить об этом, но не прямо сейчас.

— Такси приехало. — Она посмотрела на его руку на своем предплечье.

— Что ты предлагаешь, Калли? — Голос Люки посуровел.

— Перемирие, — сказала она. — Я предлагаю перемирие. Ты герой. Ты спас меня. Ты спас нашего ребенка. Мне никогда тебя не отблагодарить за это. Я уверена, мы можем быть друзьями.

— Друзьями? — Люка нахмурился.

— Пожалуйста. Ради нашего ребенка.

Такси остановилось у тротуара. Люка стиснул зубы. Почему она отказывается от его помощи? Он может вызвать посольский лимузин, и тот приедет через несколько минут.

— Мне не верится, что мой новый телефон не пострадал. — Она мельком взглянула на телефон, а потом убрала его в карман.

— Дай мне свой номер. — Люка вытащил свой телефон.

— Лучше ты дай мне свой номер, — возразила она. — Я позвоню тебе, когда буду готова.

— Когда это будет?

— Я позвоню тебе, — сказала она, садясь в машину.

Кипя от негодования, Люка назвал ей свой номер. После аварии и шока она должна побыть одна. Но он ни за что ее не бросит. Когда машина поехала вперед, Люка напомнил себе, что его противоборство с Калли только начинается.

Если чувства Калли были прежде в смятении, то они были готовы взорваться к тому времени, когда она вышла из здания, где была на собеседовании по поводу работы, и увидела Люку на улице. Он стоял, прислонившись спиной к блестящему черному автомобилю, и смотрел на нее с ленивой уверенностью. Он точно знал, что случилось во время ее собеседования. Конечно, он знал.

Сжав зубы, она ускорила шаг. Чем раньше они поговорят об этом, тем лучше. Собеседование было подозрительным с самого начала. Калли сразу поняла, что работу ей давать не собираются, а директор турбюро просто захотел встретиться с ней.

— Я знаю в этом городе каждый закоулок, — сказала она, объясняя, что часто бывала в Блэкпуле.

— Короче говоря, вы отлично подходите на эту должность, — ответил директор, — но вакансия уже закрыта.

Остановившись напротив Люки, она сразу спросила:

— Во что это тебе обошлось?

— Ты о чем? — Он нахмурился.

— Сколько ты заплатил, чтобы мне отказали в работе? — спросила она, поджимая губы.

— Нисколько, — признался он.

— Ты лжешь, — тихо сказала она.

— Я думаю, тебе надо успокоиться, — заметил Люка, открывая пассажирскую дверцу своего автомобиля. — Садись.

— Ни за что!

— Пожалуйста.

Она начала проходить мимо него, но он схватил ее за руку.

— Куда ты собралась? — спросил он. — Ты не можешь вернуться в магазин. Твоя хозяйка живет в очень уютном номере местной гостиницы, пока мои строители делают ремонт.

— Твои строители! — отрезала она. — Из-за тебя мое собеседование провалилось. И ты утверждаешь, что ты ничего не контролируешь? Какой еще сюрприз ты для меня приготовил, Люка?

Отпустив ее руку, он отступил назад.

— Я просто предложил твоей хозяйке более быстрое решение проблемы, чем это сделала бы ее страховая компания. Что касается твоего собеседования, то, как ты будешь работать экскурсоводом на поздних сроках беременности? Я не могу рисковать здоровьем матери моего ребенка. Твоя жизнь изменилась, Калли, нравится это тебе или нет.

— Да. Она, безусловно, изменилась, — согласилась Калли. — Раньше я была свободной, а теперь — нет. — Она была в ярости. — Как тебе удалось так быстро встретиться с директором турбюро?

— Меня узнала его секретарша.

— Конечно, она тебя узнала. Ты мелькаешь во всех новостях. «Самый желанный холостяк в мире», — напряженно процитировала она. — У которого, как выяснилось, беременная и брошенная любовница на стороне.

— Очень драматично, — сказал он.

— Драматично? С тех пор как ты вошел в мою жизнь, я забыла о том, что такое покой. — Она прикусила язык, помня, что Люка спас ее и ребенка. На ее глазах выступили слезы. — Ты сказал, что не платил директору турбюро. Как ты его убедил?

— Я предложил взаимный маркетинг в двух разных направлениях отдыха.

— Этого мало.

— Верно, — спокойно ответил он. — Я предложил ему работать на меня.

— Что?

— Забирайся в машину.

Она сильно дрожала. На улице было очень холодно. Они смотрели друг на друга не мигая. Они оба знали, что на этот раз не расстанутся. У Калли осталось очень мало денег, ей негде жить.

— Куда ты меня везешь? — спросила она.

— Я думал, ты любишь приключения.

— Я не люблю сюрпризы. — Она понимала, что они должны поговорить в какой-то момент. Почему не сейчас? Ведь два умных человека могут прийти к мировому соглашению?

Пассажирская дверца закрылась с мягким стуком — Калли оказалась в совершенно ином мире. Это был мир, жить в котором позволялось только очень богатым людям. Ей сразу захотелось расслабиться и ни о чем не думать, а добраться до места назначения, где было безопасно и тепло. Тихая классическая музыка играла в фоновом режиме, в салоне витал запах мягкой кожи. Калли постепенно успокоилась.

Все вокруг буквально кричало о богатстве. Люка сел на водительское сиденье. Его близость прибавила ей удовольствия. Она вдыхала теплый и чистый аромат его тела. Люка нажал кнопку, и двигатель заурчал. Черный автомобиль быстро выехал на трассу.

Люка водил машину плавно и умело. Впрочем, как все остальное. Они выехали из города и направились в сторону аэропорта. Калли поняла, что должна принять решение. Причем быстро. Она согласилась сесть в машину Люки, но не согласилась выехать из страны. Перспектива увидеть Люку на его родной земле была захватывающей, но Калли боялась потерять свободу. Даже теперь, когда она знала, кто он на самом деле, Люка оставался для нее самым мужественным, красивым и желанным человеком. Она хотела его. Разум напоминал ей, что они должны поговорить. Душа твердила, что они должны быть вместе.

Глава 8

Королевский самолет ждал их в аэропорту. Люка проводил Калли на борт с таким видом, словно она уже была его принцессой. Он понимал ее потребность в свободе. Они заключат брак по расчету. Люка обязан обеспечить Фабрицио вожделенного наследника. Примет ли Калли его предложение?

Калли, несомненно, не откажется от секса с ним. Держа за запястье, он повел ее в заднюю часть самолета, где находились его личные покои. Он приказал не беспокоить его ни при каких обстоятельствах. Они не разговаривали. И не должны были разговаривать. Он видел, что Калли изнемогает от желания.

— Люка?

— Молчи. Разденься. Сними все, кроме туфель. — На ней были черные туфли на высоких каблуках. У нее были восхитительные ноги. Прижав Калли спиной к двери, он уперся ладонями в дверь по обе стороны от ее лица и поцеловал в губы. Она простонала от удовольствия.

— Всю одежду? — выдохнула она.

— Да.

Ее взгляд затуманился от вожделения.

— Ты не сказал, где мы этим займемся.

— Это сюрприз. Он тебе понравится.

— Это мне решать, — настаивала она. — Скажи мне где, и тогда я разденусь. — Она ахнула, когда он прижал ее к двери всем телом. — Ты жульничаешь.

— Ты только сейчас это поняла?

Передвинувшись, он потерся о нее бедрами, и она простонала. Как только Люка отстранился от нее, она судорожно подалась к нему, не желая терять контакт. Реактивные двигатели взревели — самолет приготовился к взлету.

— На тебе слишком много одежды, — заметил Люка.

— Почему мы не могли поговорить в Блэкпуле? — спросила она, нарочно оттягивая время.

— В безличном отеле? Тебе здесь понравится. — Он поцеловал ее в плечо.

— Ты шикарно живешь, — сказала она, оглядывая дизайн салона.

— Не пытайся отвлечься. Просто наслаждайся.

— Нет. Я не могу.

— Ты должна. Я настаиваю. — Скользнув языком ей в рот, он углубил поцелуй и сильнее прижал Калли спиной к двери. Она испытывала удивительные ощущения. Догадывается ли он, как сильно она по нему соскучилась? Он ласкал ее между ног, и она, сначала затихнув, вскоре начала вскрикивать.

Ее глаза оставались закрытыми, она прерывисто дышала. Люка поглаживал ее грудь и соски. Калли положила голову ему на грудь.

— По-моему, нам пора в постель, — наконец произнес он.

Она одарила его кокетливым взглядом:

— Разве мы не должны пристегнуться?

— Ты этого хочешь? — спросил он.

— Ты плохой, — сказала она, когда он показал ей ремень для безопасности на кровати.

— Это на случай турбулентности, — ответил он.

— Будет сильная турбулентность?

— Очень сильная.

— Ты хуже, чем я о тебе думала. — Она рассмеялась и расслабилась.

— Я еще хуже, чем ты предполагаешь. — Обняв Калли, он поцеловал ее в губы. Когда он отпустил ее, она так посмотрела на него, что у него екнуло сердце. Калли не знала, какая она привлекательная, в отличие от женщин, с которыми он привык встречаться.

— Почему ты так смотришь на меня? — тихо спросила она.

— Я предвкушаю секс с тобой.

Она сдержала улыбку:

— Я тоже.

Люка уложил Калли на кровать и стал поглаживать ее тело. Она была без ума от желания.

— Почему ты до сих пор одет? — спросила она. Он начал раздеваться, но Калли опередила его.

Она принялась срывать с него одежду. Люка уставился ей в глаза.

— Я скучал по тебе, — выдавил он.

— Я тоже скучала по тебе. — Она дрожала от волнения и предвкушения, желая, чтобы он целовал и ласкал ее, пока она не потеряет силы от удовольствия и усталости. Уложив Калли на спину, он положил ее ноги себе на плечи. Опустив голову, он стал неторопливо ласкать ее между ног. Калли содрогнулась и простонала.

Гул реактивных двигателей усилился. Подняв руки Калли над ее головой, Люка вошел в нее. В этот момент самолет оторвался от земли. Люка никогда не переживал подобный опыт. Калли была совершенством. К тому моменту, когда самолет набрал высоту, Калли по меньшей мере трижды теряла голову от удовольствия.

Спустя долгое время, когда оба успокоились и выровняли дыхание, Люка произнес:

— Это Рождество мы отпразднуем вместе.

— Вместе? — серьезно спросила она.

— Да, — подтвердил он, поглаживая ее спину, чтобы успокоить. — Ты не будешь праздновать Рождество в комнате над магазином. Я хочу, чтобы ты увидела, где я живу.

— Я знаю, где ты живешь.

— Я имею в виду Фабрицио.

— Жизнь во дворце. — Она вздохнула, словно представляя себе мир, наполненный сокровищами искусства, лакеями и приглушенными голосами. Но дворец Люки был современным и больше походил на офис. У него были дома по всему миру, где он наслаждался полной приватностью, но после восхождения на трон дворец стал его главной резиденцией. В Фабрицио у Люки была квартира. Но дворец являлся символом династии; крыло, в котором жил Люка, было элегантным и уединенным. «Мальчик из римской канализации» прошел долгий путь к успеху.

— У меня апартаменты с видом на озера и сады. Ребенку будет там очень комфортно, — заверил он Калли.

Она понимала, что он думает, будто его дворец намного лучше комнатки над магазином.

— Я уверена, там прекрасно, — натянуто ответила она. Отвернувшись от Люка, она накрылась простыней и притворилась спящей.

Когда Калли проснулась, она сразу увидела перед собой стойку с одеждой.

— Откуда это?

— Одежду привезла стюардесса.

— Пока я спала? Рядом с тобой?

— Ты была закрыта простыней. Я попросил свою секретаршу подобрать тебе платья и аксессуары.

— У меня есть костюм.

Он взглянул на юбку и жакет, которые по-прежнему лежали на полу.

— Ну, такого со мной еще не бывало, — сказал он.

— О чем ты говоришь?

— Ты первая женщина, которая отказывается от нарядов.

— Шовинист! — Завернувшись в простыню, она встала с кровати. — Я не сказала, что не буду смотреть одежду. Но я настаиваю на том, что сама буду выбирать себе наряды.

— Ничего иного я от тебя не ожидал, — прямо ответил он.

— Ты издеваешься? — спросила она.

— Чуть-чуть. — Он усмехнулся.

Несколько секунд они пялились друг на друга. Люка был ошеломлен тем, какие чувства у него вызывает Калли. Он всегда был сдержанным в эмоциях, но с Калли это было невозможно. Раньше женщины были для него только аксессуарами; такая тактика устраивала обе стороны. Но Калли была другой, особенной. Со взъерошенными волосами, раскрасневшаяся ото сна, она выглядела сонной и удовлетворенной. Люка почувствовал возбуждение. К сожалению, у них сейчас нет времени на секс. Они скоро приземлятся.

— Я с нетерпением жду, какой наряд ты выберешь.

Она нахмурилась и посмотрела на него с угрозой.

Люка вскочил с кровати. Подойдя к Калли, он жадно припал к ее губам.

— Удиви меня, — прошептал он.

— Разве раньше я тебя не удивляла? — ответила она. Он снова поцеловал ее. — Тебе не удастся меня подкупить.

Рассмеявшись, он вышел из кабины. Они спали вместе, занимались любовью, и ему было хорошо с ней. Теперь они договорились вместе пожить в Фабрицио. Калли полна света, любви и страсти, она честная и ужасно прямолинейная. Люка не знал, как она отреагирует на идею воспитывать своего ребенка в Фабрицио, но для него ее ответ был не важен.

Калли выбрала простой наряд — джинсы, накрахмаленную белую рубашку, темно-синий блейзер и ботинки на невысоких каблуках. Она чувствовала себя комфортно, уверенно и радостно, пока не увидела королевского шофера у большого лимузина. Черное транспортное средство с малиново-золотым флагом Фабрицио на капоте, с гербом королевского дома в образах льва, черного жеребца и мандолины, стало настоящим ударом для Калли. Она в очередной раз убедилась, какая пропасть лежит между ней и Люком. Он — принц, богач и влиятельный человек, а она не может даже получить работу.

Шофер горделиво выпрямился, когда Люка появился у двери самолета. Он стоял позади Калли. Она почувствовала себя уязвимой. Люка переоделся в темный льняной костюм с бледно-голубой рубашкой с расстегнутым воротом. Он выглядел по-королевски.

— Возьми меня под руку, — сказал ей Люка, не желая, чтобы она споткнулась на трапе.

— Ты уверен? — ответила она, думая, что он не захочет, чтобы его видели с ней вместе.

— Конечно, если только ты не захочешь ее оторвать. — Люка поднял бровь и уставился на нее. Калли рассмеялась.

Как только они уселись в лимузин, Люка опустил экран, разделяющий салон от водительской кабины.

— Зачем ты это делаешь? — спросила Калли.

— Затем что я хочу тебя.

Люка был таким же прямолинейным, как она. Он ловко усадил Калли себе на колени.

— Тебе надо было надеть платье.

— Люка… — Она попыталась протестовать, но он заглушил ее слова жарким поцелуем, а его рука мгновенно оказалась у нее между ног. — О, нет, — простонала она, уступая ему.

— Нет? Значит, ты хочешь, чтобы я остановился?

— Не смей, — прошептала она, касаясь нежными губами его колючей темной щетины на подбородке. — Зря я не надела платье. — Она принялась стягивать с себя джинсы и жакет. — У нас есть время?

— У нас достаточно времени, — ответил Люка.

— А твоя одежда?

Он расстегнул молнию на брюках и снова усадил Калли себе на колени.

— Садись на меня верхом, — настаивал он. — Только медленно.

Раздвинув ноги, она стала опускаться на него, чувствуя себя восхитительно. Она обняла его руками за шею, позволяя Люку установить ритм движений. Она разочарованно вскрикнула, когда он сжал руками ее ягодицы, не позволяя ей торопиться. В ответ на ее жалобные крики он улыбнулся, а потом задвигался быстрее. Калли уткнулась лицом в его пиджак, ожидая кульминации.

— Теперь тебе лучше? — тихо спросил он, когда она пришла в себя и постаралась перевести дыхание.

Калли подняла голову.

— У нас осталось еще время? — спросила она. Люка тихо рассмеялся у ее губ.

Глава 9

Фабрицио с его причудливыми, извилистыми мощеными улочками и парками с множеством деревьев, был великолепным. Люди махали и выкрикивали приветствия при виде королевской машины. Когда Калли оделась, Люка открыл окно, чтобы помахать людям рукой. Его день, как всегда, был расписан по минутам. Калли увидела его сказочный дворец, когда они находились от него в нескольких милях. Окруженный древними городскими стенами, королевский дворец Фабрицио располагался на вершине холма, где раньше воины видели своих врагов за многие мили. Это было самое красивое здание, которое видела Калли; оно было величественнее палаццо Люки в Амальфи. Если палаццо напоминал свадебный торт, то этот дворец был из камня, кованого железа и витража. Как только королевский лимузин остановился у широкой каменной лестницы, Люка помог Калли выйти из машины, а затем оставил ее на попечение экономки и горничной, а сам поспешил в здание.

Калли провели через изысканный зал, заполненный щитами, мечами и старинными портретами, а потом она поднялась по лестнице в красивейшие, светлые и просторные апартаменты. Калли не верилось, что ей выделили такое жилье. Изысканно украшенная французская мебель, мягкие обюссонские ковры, мерцающее стекло и антикварные украшения, позолоченные зеркала.

Она поблагодарила сдержанную экономку и горничную, которым было поручено ей прислуживать. Подождав, пока дверь за ними закроется, она прошла в невероятно красивую ванную комнату, чтобы принять душ в душевой кабине, в которой поместилось бы несколько человек. Она увидела разнообразные мыла, шампуни и пены для ванны, но не в покупных контейнерах, а в красивых стеклянных сосудах и кувшинах. Приподняв хрупкую крышку одного из кувшинов, она глубоко вдохнула. И чихнула. У нее была аллергия на некоторые запахи. Поворачиваясь вокруг, она любовалась розовыми мраморными стенами, задаваясь вопросом, чем сейчас занимается Люка. Посмотрев на телефон, она решила не звонить ему, а дождаться его звонка.

Приняв ванну, Калли надела пушистый халат и тапочки и вернулась в спальню, украшенную стенными панелями и картинами, с шелковыми шторами на открытом окне, и загрустила. Потянувшись к телефону, она набрала номер Ма Браун. Та ответила после первого гудка.

— Ма…

— Да, дорогая? — взволнованно произнесла Ма Браун.

— Я решила позвонить, чтобы вы не беспокоились обо мне.

— Замечательно!

Калли представила, как ее дорогая подруга отвлекается от готовки.

— Я в Фабрицио, — начала Калли.

— Я так и знала! — воскликнула Ма Браун. — Ты с принцем.

— Да. Но это не все…

— Ты беременна! — выкрикнула Ма Браун до того, как Калли успела произнести хотя бы слово. — Он сделал тебе предложение?

— Нет, — ответила Калли.

— А почему — нет? — добродушно спросила Ма Браун. — Если ты хочешь, я приеду и сама сделаю ему предложение.

— Нет. — Калли рассмеялась. Голос Ма Браун повысился по меньшей мере на октаву. — Я сама с этим справлюсь.

— Расскажи мне о его стране. — Ма Браун шумно вздохнула, пытаясь успокоиться.

— В Фабрицио все выглядит так, будто отшлифовано до безупречного блеска. Представь нечто среднее между Монте-Карло и Дубаем.

Ма Браун затаила дыхание от волнения.

— Продолжай, — попросила она.

— У Люки сказочный дворец. Он похож на замок из сказки о Золушке, с башнями и зубцами. Надо рвами расположены мосты.

— Представляю, сколько там прислуги, — вздохнула Ма Браун.

— Персонал носит униформу. Стражники одеты в черные бархатные туники, расшитые золотом.

— Дорогуша, тебе там не страшно?

Калли было страшновато, но она не собиралась в этом признаваться.

— Нам с тобой, Ма, ничего не страшно!

— Ты умница, — восторгалась Ма Браун. — Я читала о том, какой дворец красивый. И деревни вокруг него тоже наверняка красивые. Знаешь, меня еще сильнее заинтересовал твой принц, который спас тебя.

— Он не мой принц, Ма.

Игнорируя ее слова, Ма Браун продолжала:

— Покойный принц был из древнейшего рода. В отличие от Люки, который был родом из «римской канализации». И в отличие от Калли.

— Когда ты вернешься домой, Калли?

— Я не знаю.

— На твоем месте я пробыла бы там как можно дольше, — посоветовала Ма Браун. — Скоро в Фабрицио будет грандиозный бал по случаю коронации принца. Ты не можешь его пропустить. Я хочу узнать, как пройдет бал.

— Я сомневаюсь, что меня туда пригласят, — ответила Калли. Люка не говорил ей о бале. Он вряд ли захочет, чтобы Калли на нем присутствовала. При мысли о том, что пойдет на такое мероприятие, у нее скрутило живот. А потом ей стало тошно от мысли о том, что Люка появится на балу с соблазнительной принцессой.

— Не подведи меня, — предупредила Ма Браун. — Ты искала приключений. Бал во дворце принца — отличный повод.

— Я не Золушка, — печально напомнила ей Калли. — И у меня нет крестной-волшебницы.

— На твоем месте я не была бы так в этом уверена, — настаивала Ма Браун. — И я жду от тебя приглашения на свадьбу.

Ма Браун положила трубку и отправилась по делам до того, как Калли успела ей ответить.

Ма Браун обожала любовные романы, поэтому Калли не удивилась ее романтическому настрою. Обхватив голову руками, она вздохнула и постаралась успокоиться. Она понимала, что ей не место во дворце. Кроме того, ей невдомек, чем закончатся ее отношения с Люкой. Еще несколько месяцев назад она точно знала, что делает. Ее короткое приключение в Италии могло быть безвредной интерлюдией. Через пару недель она вернулась бы домой и стала бы учиться и работать. Но беременность все изменила. Приоритеты Калли стали совсем другими. Ребенок был для нее важнее всего. Теперь каждое решение Калли, начиная с этого момента, будет отвечать интересам ее ребенка.

В дверь постучали, и она открылась до того, как Калли ответила. Она вздрогнула от неожиданности.

— О, простите, мадам, я…

— Нет, пожалуйста, заходите. И пожалуйста, называйте меня Калли.

Калли побледнела, когда горничная встала спиной к стене, пропуская в комнату несколько лакеев с кучей бальных платьев на стойке.

— Должно быть, это какая-то ошибка, — сказала Калли.

— Никаких ошибок, мадам, — заверила ее горничная. — Его высочество приносит извинения за то, что не отправил вам приглашение на бал. Но он хочет, чтобы вы выбрали себе платье.

— Его высочество хочет, чтобы я была на балу?

— Да, мадам.

«Но его высочество мог оказать мне любезность и лично сообщить об этом», — подумала Калли, а потом поблагодарила горничную.

— Я надеюсь, что не слишком побеспокоила вас.

— Никакого беспокойства, мадам. Позвоните в этот звонок, когда выберете платье. — Горничная указала на шелковую кисточку на стене. — Я сразу приду, чтобы помочь вам одеться.

— Бал состоится сегодня? — в панике воскликнула Калли.

— О, нет, мадам. Просто у вас будет возможность выбрать платье и примерить его. Принц поручил мне сказать вам, что он придет в семь часов вечера, чтобы обсудить ваш выбор платья.

Ага. А еще он придет для того, чтобы снять это платье. Люке было наплевать на то, что она носит. Ему было гораздо приятнее ее раздевать.

Как только горничная ушла, Калли подошла к стойке, чтобы посмотреть платья. Она еще ни разу не видела таких невероятных нарядов. Перед ней были платья всех цветов радуги. Некоторые из них были расшиты бисером, у некоторых были оборки, а у некоторых — бантики из прозрачных лент. Почти у всех платьев были глубокие декольте и открытая спинка. Взяв платье любимого оттенка аквамарина, Калли прижала его к себе. Платье было так щедро расшито бисером, что казалось неподъемным. Лиф платья был выполнен в форме корсета, поэтому Калли не пришлось бы надевать лифчик. Повесив платье, она стала рассматривать другие наряды. Наконец Калли позвонила в колокольчик.

— Слушаю, мадам, — вежливо произнесла горничная, входя.

— Мы с вами носим один размер. Не могли бы вы одолжить мне свои джинсы и топ, чтобы я походила по магазинам?

— Вы хотите походить по магазинам, мадам? — переспросила горничная с таким видом, будто Калли предложила ей потанцевать голышом на улице. — Я позабочусь о том, чтобы через час вам привезли одежду.

— В самом деле?

— Конечно.

— Ладно, но обязательно дайте мне чек, чтобы я оплатила счет, — сказала Калли, и горничная ушла.

Калли вздохнула. Чем ей заняться? Она попыталась позвонить Люке, но это было все равно что дозвониться до королевы Англии. Было уже девять часов вечера. Люка не приходил. Калли проголодалась. Позвонив на кухню, она заказала сэндвичи и чай.

Поев, она несколько раз обошла апартаменты, пока не выучила их наизусть. Калли стало тошно. Она попала в настоящую золотую клетку. Нигде не было ни книг, ни даже телевизора. Открыв стеклянные двери, она вышла на веранду и села за стол из кованого железа. Звуки ночной природы успокоили ее. Прекрасный вечер. Но где Люка? Теперь она понимает, что секс ничего для него не значит и он может просто уйти, забыв о ней.

Продрогнув, она вернулась в комнату. Калли забыла, что горничная пообещала ей, что привезут больше одежды. Она надела джинсы, просторный топ и туфли.

И решила выпить еще чаю.

Внезапно дверь открылась, и вошел Люка.

— Чай, мадам?

Ее душа ушла в пятки. Даже с подносом в руках он был воплощением идеального мужчины. На нем были джинсы и накрахмаленная белая рубашка с засученными рукавами. Калли посмотрела на его руки, плоский живот и широкие плечи.

— Значит, платья принесли, — заметил он, оглядывая стойку с одеждой. — Я жду показа мод. — Он уселся на изысканный низкий диван и махнул Калли рукой, предлагая ей одеваться.

— Люка, мы должны поговорить.

— Позже, — пообещал он. — Но сначала тост.

— Под чашку чая? — спросила она.

— Я могу приказать принести шампанское…

— Мне его нельзя.

— Конечно, нельзя. — Он привлек Калли к себе и переплел пальцы с ее пальцами. — Прости, — прошептал он и улыбнулся. — Я совсем забыл, почему мы здесь. Я собирался произнести тост за наследника княжества Фабрицио.

— В таком случае, я тебя прощаю, — пропела она.

Люка одарил Калли лукавой улыбкой, и она подумала, что они не страстные любовники, а обычные друзья, наслаждающиеся моментом доверия между собой.

— Ты еще не выбрала бальное платье? — спросил он, поворачиваясь к стойке с одеждой. — Я хочу, чтобы тебе было комфортно. Я знаю, ты красавица. Для нас обоих это будет особенная ночь, у меня появится шанс познакомить тебя с моими гостями.

— И как ты представишь меня им?

Люк задумался.

— Личная секретарша? Нет. — Поджав губы, он покачал головой. — Хранитель драгоценностей Короны?

— Не шути, — предупредила Калли. — Пожалуйста, перестань дразнить меня. Если я пойду с тобой на свой первый бал, мне надо знать, кто я. Только так я буду чувствовать себя комфортно.

— Я хочу, чтобы ты наслаждалась. Бал состоится завтра вечером, поэтому тебе лучше выбрать платье сейчас.

Но Калли здесь не для этого. Она приехала в Фабрицио, чтобы поговорить о своем ребенке.

Однако она обещала предоставить Ма Браун полный отчет о бале. Калли взглянула на гламурные платья. Через несколько месяцев она не сможет надеть ни одно из них.

— Я буду выглядеть нелепо, — раздраженно проговорила она, просматривая наряды.

— Ты красавица. — Люка уселся на диван. — Давай начнем?

— Я переоденусь в гардеробной, — сказала она, беря платье оттенка аквамарина, которое сразу ей понравилось.

Как только Калли оделась и вошла в комнату, Люка заявил:

— Ты похожа на русалку.

— Оно мне тоже не нравится. Может, вот это? — неуверенно спросила она, взяв платье цвета папоротника.

— В нем ты будешь похожа на рыночную торговку, — ответил Люка. И правда, большой цветочный узор на платье выглядел нелепо. — А как тебе это платье? — Он выбрал простое платье телесного цвета, расшитое бисером.

— Да. Оно милое, — согласилась она. — Я его примерю.

Надев платье, Калли изумленно уставилась на свое отражение. На самом деле она выглядела неплохо. Платье, выбранное Люком, было элегантным и сексуальным. Конечно, у него изысканный вкус. Платье было почти под цвет ее кожи, поэтому можно было легко представить, что Калли голая. Сбоку на платье был разрез почти до талии. Глубоко вздохнув, она вышла в комнату.

Люка ничего не сказал. Его лицо было совершенно бесстрастным. Но Калли сразу поняла, что у него на уме.

— Нет, — предупредила она, когда он встал и бросился к ней.

— Почему нет? — проворчал он.

— Люка!

Он заглушил ее протесты страстным поцелуем.

— Я хочу тебя, — прорычал он. — Прямо здесь. Прямо сейчас. Я не могу дождаться.

— Я тоже не могу, — горячо ответила она.

Люка уже запустил руку в разрез ее платья. Калли громко ахнула, когда он стал ее ласкать. На ней не было ничего, кроме платья и тонких стрингов. Сорвав с нее трусики, он прижал Калли спиной к стене. Расстегнув брюки, он развел ей ноги и стремительно вошел в нее. Калли вскрикнула, теряя самоконтроль. Она хрипло стонала, когда он снова и снова овладевал ею.

— Я не чувствую тебя, — пожаловалась она, когда смогла говорить.

— Что? — Люка хмуро посмотрел на нее.

— Не то… — Она простонала от удовольствия, когда он глубже вошел в нее. — Я имею в виду, я хочу прикасаться к тебе. — Она потянула его за рубашку. Они вдвоем сорвали с него рубашку и бросили ее в сторону. — Так лучше! — одобрительно сказала Калли.

— А теперь я тебя не чувствую. — Он вдруг резко разорвал у нее на груди платье.

Прекрасный наряд был испорчен, но Калли было на это наплевать. Ее заботили только прикосновения Люки. Она не могла не прижиматься к нему. Она не могла успокоиться. Она громко вскрикивала и требовала большего. Подняв ноги, она обхватила ими его торс.

— Опять недостаточно? — спросил он глубоким и низким голосом с итальянским акцентом.

— Ты специально оттягиваешь удовольствие? — произнесла Калли, и Люка тихо рассмеялся. — Не заставляй меня ждать, — предупредила она.

Глава 10

Бальное платье было порвано. Калли решила, что, возможно, пропустит бал. Сейчас, пока они занимаются любовью, она плохо соображает. Это был не просто секс. Они стали по-настоящему близки. Им было так хорошо вместе.

— Моя ненасытная, — прошептал он, когда она успокоилась.

— Только рядом с тобой, — пожаловалась она, удовлетворенно улыбаясь, и упала ему на грудь.

Она крепко прижалась к Люку, когда он понес ее к кровати. Калли поглотило осознание единения с ним. Они принадлежат друг другу. Он осторожно положил ее на кровать и лег рядом. Он обнимал ее, пока она выравнивала дыхание и успокаивалась. Проблемы подождут до завтра. Прямо сейчас Калли хочется уснуть.

Люка держал Калли в объятиях всю ночь, наблюдая, как она спит. Он понимал, как ей нелегко отказываться от свободы нормальной жизни и привыкать к ограничениям королевского дома. Люка поддержит ее. Он был уверен, что Калли привыкнет к королевской жизни так же быстро, как привык он. Сначала он, конечно же, бунтовал, но тогда он был очень молод. Калли умный и добрый человек, а чувство юмора поможет ей избежать трудностей. Здравомыслие заставит ее пережить все остальное. Мало того что у Люки будет желанный наследник, у него будет жена, которая станет новым типом принцессы. И она полюбит эту страну так же сильно, как полюбил он.

Он осторожно ушел от Калли на рассвете. За завтраком он, как обычно, проводил совещания. С взъерошенными волосами и раскрасневшимся лицом, Калли еще никогда не выглядела такой желанной, но Люка должен работать. Сегодня утром он должен обсуждать дела с королевским советом, а потом заниматься бизнесом. Он поморщился, глядя на бальное платье, которое разорвал. Но на стойке полно других платьев. Калли выберет одно из них.

Калли медленно просыпалась. Сначала она не поняла, где находится. Ее голова лежала на подушках, пахнущих лавандой и солнечным светом. Кровать была тверже той, к которой она привыкла. Она лежала под мягким одеялом и чувствовала себя изможденной. Со стоном удовлетворения она повернула лицо, наслаждаясь прикосновением гладкого белого хлопка, и глубоко вдохнула. Она медленно вспомнила события прошлого дня. Вытянув руку, она пощупала постель рядом с собой. Люки рядом не было.

Услышав стук в дверь, Калли поспешно закрылась одеялом.

— Да? — Должно быть, пришла горничная. Увидев на полу разорванное платье, Калли крикнула: — Подождите минуту!

Она вскочила с кровати. Сплетни распространятся во дворце как лесной пожар. Зачем раздувать пламя? Подняв платье, она вернулась в кровать.

— Входите!

Горничная вошла с подносом для завтрака. На подносе была красная роза в серебряной вазе.

— От его высочества, — объяснила горничная, поставив поднос. — Он сказал, что вы отдыхаете перед балом.

— Спасибо за завтрак, — ответила Калли. — Но я встану.

— О, а это принес курьер, — сказала горничная, передавая Калли сверток, который держала под мышкой.

— Для меня? — удивленно воскликнула Калли. Она завтракала, пока горничная отдергивала занавески и широко распахивала окна. Как только женщина ушла, Калли открыла сверток.

Внутри лежало платье, купленное Ма Браун. Простое и элегантное, оно удивительно напоминало разорванное платье, лежащее на кровати. Надев платье и туфли на высоких каблуках, Калли взяла телефон, чтобы поблагодарить свою лучшую подругу.

— О, Ма Браун, на этот раз ты превзошла все мои ожидания, — тихо сказала Калли, ожидая ответа на звонок.

Бал вот-вот начнется. Все гости Люки уже прибыли. Но где Калли? Он не привык ждать. Сегодня она не имеет права опаздывать. Ее горничной были даны строгие инструкции насчет появления Калли на балу. Члены королевской семьи обязаны быть пунктуальными. Он нетерпеливо посмотрел на вход в зал.

Комнату наполняли смех и волнение. В воздухе витало ощущение предвкушения. Никто не отклонил приглашение Люки на бал. Сегодня он сделает заявление. Он испытывал любовь и благодарность к покойному отцу за реставрацию, которую тот провел в красивом старом здании. Бальный зал сверкал огромными люстрами, похожими на алмазные шары под куполообразным сводом из бесценных фресок. Играл оркестр из самых талантливых венских музыкантов. Официанты в черных брюках и коротких белых пиджаках разносили подносы с канапе, приготовленными лучшими шеф-поварами мира. Гостям предлагалось лучшее французское шампанское. На балу были представители почти всех стран.

Но где же Калли?

Ее поведению нет никакого оправдания. Он поручил своему личному секретарю вызвать к ней лучших парикмахеров и косметологов. Неужели Калли надеется проскользнуть незаметно? Она, вообще, пришла?

Он мрачно пожал плечами. Калли Смит — единственная женщина, поступки которой он предсказать не мог. Подозвав лакея, он отправил сообщение горничной синьорины Смит, чтобы узнать, когда та придет.

Калли затаила дыхание, когда два лакея в ливреях широко распахнули перед ней позолоченные двойные двери. Она оказалась в мире блеска и гламура и едва не ослепла от сверкающих бриллиантов и света бесчисленных люстр. Подняв подбородок, она зашагала вперед.

— Синьорина Каллиста Смит!

Все в зале повернулись в ее сторону. Даже оркестр сделал паузу. Толпа гостей показалась Калли непроницаемой и совсем не приветливой. У нее пересохло в горле, она сжала кулаки.

— Пропустите…

Гости повернулись и посмотрели на Люка. Калли уставилась на него, когда толпа расступилась, пропуская его. У нее перехватило дыхание. Люка был в роскошном смокинге.

— Позволь мне сопровождать тебя? — спросил он, протягивая ей руку.

— Спасибо. — Она надеялась, что улыбнулась.

— Ты потрясающе выглядишь, — прошептал он.

— Прости, что задержалась, — прошептала она в ответ. — Мне не понравилась прическа, которую сделал парикмахер. Мне пришлось причесываться самой. А про макияж даже не спрашивай.

— Но ты без макияжа.

— Вот именно, — пробормотала она. — Если бы ты увидел меня с накладными ресницами и красными, как яблоки щеками, ты убежал бы за милю.

— Неужели? — Он казался не убежденным.

Они дошли до танцпола. Все наблюдали за тем, как они танцуют, и молчали.

— Я представляю, что они думают, — выдохнула она.

— А тебе это важно? — спросил Люка.

— Нет, — заверила она его. — Мне просто жаль, что я не босиком. Ты рискуешь попасть под каблуки моих туфель.

— Наплевать, — прошептал он и рассмеялся.

Калли постепенно расслабилась.

— Откуда у тебя это красивое платье? — спросил он. — Оно так тебе идет. Я не видел его на стойке с одеждой. Оно элегантное и восхитительно простое.

— Его прислала Ма Браун, — прошептала Калли.

— Ну, кто бы его ни прислал, ты просто красавица.

— Благодарю, добрый сэр. Вы и сами прекрасно выглядите.

— Я тебя завожу? — спросил он.

— Это еще один из твоих эвфемизмов, который можно интерпретировать, как «не пора ли нам уединиться»?

— Калли Смит, веди себя прилично, — тихонько произнес он ей на ухо.

— Ты бросил меня, а теперь ты не можешь мной насытиться?

— Верно. Я хочу пригласить тебя в волшебную беседку.

— Она обклеена твоими фотографиями? — спросила Калли.

Он рассмеялся, сильнее удивляясь тому, что люди, танцующие рядом с ними, ловят каждое их слово. Уведя Калли с танцпола, он вывел ее через высокие стеклянные двери на веранду, обрамляющую весь дворец по периметру. Даже в конце года растения, освещенные пылающими факелами, цвели и благоухали. Обычно Люка не замечал таких вещей, но близость Калли всегда усиливала его чувства. Они прошли по лужайке к озеру с островком посередине. На островке сверкали огни, а рядом с маленьким деревянным пирсом была пришвартована лодка.

— Ты в этом уверен? — Калли вопросительно взглянула на свое платье и обувь.

— Где твоя страсть к приключениям? — спросил он. — Я нередко сбегаю на этот остров из дворца.

Разувшись, она взяла Люку за руку и осторожно села в лодку. Он снял смокинг, белый галстук-бабочку и лакированные ботинки и оставил все это на берегу. Расстегнув несколько пуговиц ворота рубашки, он сел напротив Калли и взялся за весла.

— Я понимаю, почему тебе хочется побыть здесь одному, — согласилась Калли. — На озере так красиво и мирно.

— Я не замечал этого, пока был молодым. — Он ритмично погружал весла в спокойные воды озера. — Мне потребовалось время, чтобы научиться доверять принцу — моему отцу. Иногда я просто злился без причины и хотел уйти. Теперь я думаю, что боялся разочаровать его. Меня редко кто жалел, пока я жил на улице. То, что мой отец никогда не срывался на меня, не давало мне права его подводить.

— Это естественно, — ответила она.

— Мне повезло. — Увидев, как Калли внимательно рассматривает его руки, он захотел поскорее добраться до острова.

— Как ты жил, пока принц не нашел тебя?

Люка пожал плечами и снова погрузил весла в воду.

— Я подметал у рыночных киосков в обмен на испорченные фрукты, черствый хлеб и заплесневелый сыр. У меня была хорошая кормежка, — вспоминал он. — Я был грязным и носил обноски, но я поклялся, что никогда не опущусь ниже и всегда буду стремиться к успеху. Моя ванная комната и спальня были лучше, чем у большинства людей.

— Что ты имеешь в виду? — спросила она.

— Я ночевал в Колизее, — объяснил он. — Я познакомился с сотрудником службы безопасности, и он не обращал внимания, когда я ложился спать в тени великой арены.

— Ты представляешь свою жизнь такой романтичной, — хмыкнула Калли, — но ведь ты наверняка замерзал зимой.

— Это, конечно, было проблематично, — вспоминал он, — но зато атмосферно. Раньше я спал на могиле Цезаря, а не в подземельях, где бедные жертвы томились в ожидании своей ужасной участи. У меня не было материальных благ, — прибавил он, прорезая веслами воду, — но я был полон решимости. И у меня были возможности изменить свою жизнь.

— Сколько тебе было лет, когда это происходило?

— Я скитался по улицам с четырехлетнего возраста. Именно тогда умерла моя мать, — объяснил он. — Меня выгнали из борделя, где она работала. Честно говоря, никому не было до меня дела. Теперь я думаю, что так было лучше. Клиентам в борделе все равно, кого покупать, если ты понимаешь, о чем я говорю.

— Я понимаю. Но как ты жил один на улице с четырех лет?

— На улице жили другие дети, которые были постарше меня. Они научили меня выживать.

— Как ты попал в Колизей? — спросила она.

— Там было много бездомных детей. Я видел туристические плакаты, рекламирующие это колоссальное здание, и я захотел его посмотреть. Войти внутрь не составило труда. Я просто присоединился к туристам. Я скоро узнал, что, если я притворюсь потерянным ребенком, меня будет кормить обеспокоенный персонал. Мне удавалось довольно долго водить персонал за нос. А потом они просто меня не трогали, потому что начали мне симпатизировать. Люди, работавшие в Колизее, тоже не были богачами, и поэтому они собирали для меня еду из мусорных баков. На ужин у меня была куча гамбургеров и хот-догов. Я не помню, чтобы я голодал. Для меня Колизей был как отель, поэтому не жалей меня. Я отлично справлялся. Колизей был и моим домом, и моей школой. Я многое повидал, пока был там. Я узнал о сексе, насилии, воровстве, недоброжелательности и великих проявлениях доброты.

— Ты помнишь своих родителей? — спросила она, когда он резко взмахнул веслами.

— Нет, — сухо сказал он. — Моя мать часто подвергалась насилию, она много болела. Теперь я понимаю, что у нее была постоянная депрессия. Это было неудивительно, но ребенку невдомек, почему какой-то человек ведет себя не так, как он. Ребенок знает, что он голоден или испуган, а я понимал, что должен сам заботиться о себе задолго до ее смерти.

— А твой отец? Ты когда-нибудь встречался с ним?

— Однажды ночью он появился, — произнес Люка и грустно рассмеялся. — Коллеги моей матери забросали его гнилыми фруктами и дерьмом. Я помню, как он стоял на улице, крича в открытое окно. Я помню его сердитый голос, его грязную белую рубашку и блеск его золотых сережек.

— Похоже, он не слишком положительный человек, — сказала она.

Люка пожал плечами:

— Кто знает?

— А теперь ты принц, управляешь страной и живешь во дворце. Наверное, тебе до сих пор не верится в то, как изменилась твоя жизнь.

— Нет. Мне все кажется правильным, — задумчиво сказал он. — Мне повезло, и я встретил принца — лучшего из людей. Он изменил мою жизнь. Хотя это было не так просто, как кажется, — признался он. — После всего, что я повидал, меня было трудно удивить даже принцу Фабрицио.

— Как же он убедил тебя покинуть улицы и жить с ним? — спросила она.

— Он был терпеливым человеком, — произнес Люка. — Как только он узнал, что я ворую еду из мусорных баков и со столов для фуршета во время его королевского визита в Колизей, он решил меня спасти. Он сказал мне об этом спустя многие годы.

— Как он отнесся к твоему воровству? — сказала Калли.

— Он попросил своего слугу дать мне сумку для покупок, чтобы я не прятал еду у себя под рубашкой.

— Здорово! — сказала она, улыбаясь.

— О, да, — согласился Люка и прыгнул на берег, а потом помог Калли выйти из лодки. Он хотел заниматься с ней любовью до тех пор, пока у нее не кончатся силы, но ожидание только усиливало его желание.

Это был маленький остров. Его можно было обойти за десять минут. Трава была прохладной и зеленой, пышной и густой под босыми ногами. Приподняв подол платья, Калли огляделась. Деревья освещались тысячами крошечных огней, видимых из окон дворца. А затем она увидела беседку, о которой Люка говорил раньше.

— Значит, сюда ты приходил, чтобы пожаловаться на судьбу? — спросила она.

— Как ты догадалась?

— Я тоже была подростком, — ответила она.

Он рассмеялся и протянул к ней руки. Она чувствовала себя уверенно и спокойно в его объятиях, а поцелуи Люка всегда были опьяняющими. Они казались еще соблазнительнее здесь, на этом волшебном острове. Калли хотелось верить в сказку, когда он снова поцеловал ее. Она годами запрещала себе бурные эмоции, но Люка знал, как их освободить. Чем дольше он целовал ее, тем счастливее она становилась.

Подхватив Калли на руки, он быстро шагнул к входу в беседку. Поставив на ноги, он крепко прижал ее спиной к деревянной конструкции. Опершись руками о беседку по обе стороны от лица Калли, он коснулся губами ее рта и улыбнулся. Это был самый романтичный момент в их отношениях. Остается надеяться, что он услышит от нее положительный ответ.

— Выходи за меня замуж, Калли, — произнес он. — Стань моей принцессой.

Сначала ей показалось, что она ослышалась, но Люка снова сказал:

— Выходи за меня, Калли.

Она смотрела ему в глаза, пытаясь собраться с мыслями. Смущенная и озадаченная, она решила дерзить ему.

— Но разве ты не должен преклонить колени? — спросила она. — Или хотя бы одно из них?

— Я жду твоего ответа, — сказал Люка, отказываясь отвечать на ее дерзости. — Да или нет. Ты нарочно тянешь время?

— Нет, — возразила она. — Я играю за самые высокие ставки. Я играю за свое сердце и за будущее нашего ребенка.

— Поэтому мы должны пожениться, — настаивал он.

— Разве? — Она нахмурилась.

— Ты знаешь, что я прав. — Улыбаясь, он снова поцеловал ее, и она разрешила себе поверить в чудо, потому что еще никогда не была так счастлива.

Глава 11

— Поверь мне, — сказал Люка, овладевая ею медленно и глубоко. Они занимались любовью на мягких подушках в беседке. Калли казалось, что прошло несколько часов. — Верь мне, — повторил он, когда оба успокоились.

— Разве мы не вернемся на бал? — спросила она и крепко прижалась к Люку, который обнимал ее.

— Мы вернемся, когда ты будешь готова, — тихо произнес он и поцеловал ее в макушку.

— Искупаемся в озере? — предложила она.

Они поплавали, затем обсохли, а потом Калли быстро оделась, поблагодарив судьбу за то, что у нее короткие волосы, которые вскоре высохли в теплом ночном воздухе. Надев простое платье, она взяла Люка за руку, и они вернулись к лодке.

— Дамы и господа, я должен сделать заявление! Наступила тишина. Глубокий голос Люки отчетливо слышался из динамиков в зале.

— Я понимаю, часы вот-вот пробьют полночь, поэтому я не стану вас задерживать.

Гости рассмеялись.

— Пользуясь возможностью, я хочу познакомить вас с женщиной, на которой я намерен жениться.

«Не с женщиной, которую он любит», — подумала Калли, проклиная себя за то, что строила столько иллюзий. Люке пришлось немного подождать, пока утихнут восклицания.

— Синьорина Каллиста Смит — исключительная женщина, которую мне повезло встретить, — сказал он.

Люка поманил Калли, и она присоединилась к нему в центре бального зала. Удивление искушенных гостей постепенно сменилось приглушенными аплодисментами. Калли понимала, что гости потрясены до глубины души. Люка поднял руки, требуя тишины.

— Само собой разумеется, — прибавил он, — что все вы получите приглашение на нашу свадьбу. — Он вгляделся в глаза Калли, потом снова посмотрел на внимательных гостей. — Я призываю всех вас насладиться балом, пока я буду праздновать помолвку с моей прекрасной невестой.

Словно по волшебству, оркестр заиграл романтический венский вальс. Вскоре гости, будто выйдя из транса, кружились по танцполу.

Калли убеждала себя, что у нее и Люка все получится. Да, будут проблемы, но они с ними справятся. Люка прав. Свадьба — лучшее решение. Но, как только часы пробили полночь и Люка отошел от Калли на минутку, все изменилось.

Она видела фотографии Макса в разных журналах. Во плоти он оказался еще поразительнее. Такой же рослый, как Люка, он выглядел совсем иначе. Если Люка был сильным и сексуальным, то Макс отличался жесткостью и изяществом. В отличие от Люка, Макс казался злобным самодержцем.

Одетый в черное, с кроваво-красным шарфом на шее, Макс был самым надменным человеком в зале. И он направлялся в сторону Калли, окруженный приспешниками, один из которых смотрел на нее с явным презрением. Рядом с Максом была красотка в черном, увешанная бриллиантами. Одна ее тиара покрыла бы долги большинства стран. Калли вздернула подбородок и насторожилась, когда Макс остановился прямо напротив нее.

— Вот видишь, моя дорогая, — сказал он, не сводя взгляда с Калли, но обращаясь к своей глубоко беременной подружке, — это и есть то ничтожество, которое мой брат собрался усадить на наш трон.

— Неужели? — возразила его изящно одетая подружка, неодобрительно глядя на Калли. — А кто она такая? И где она взяла это платье?

Калли стиснула зубы, отказываясь реагировать. Пусть друзья Макса над ней смеются, если хотят.

— Кто ее знает, моя дорогая, — ответил Макс, по-прежнему с насмешкой смотря на Калли. — Возможно, она купила его в том же магазине, где продают ужасную краску для волос, которой она пользуется.

Все рассмеялись, и Калли машинально коснулась рукой волос, о чем сразу пожалела.

— Ну, по крайней мере, я не отличаюсь жестокостью, — мягко сказала она.

— О, она умеет разговаривать! — воскликнул Макс, поворачиваясь, чтобы посмотреть на своих спутников. — Кажется, она научилась этому в пабах у себя на родине. — Он принялся с издевкой имитировать английскую речь.

Макс и его спутники расхохотались — Калли постаралась оставаться бесстрастной.

— Он держит ее при себе только потому, что она беременна, — растягивая слова, произнес Макс и выгнул бровь, провоцируя Калли на ответ. — Он отчаянно нуждается в наследнике. Узнав, что ты беременна, — обратился он к женщине рядом с ним, — он наверняка встревожился. Это единственная причина, по которой он выбрал себе эту девицу. Он пытается конкурировать со мной, представляешь?

— Но он явно проигрывает, — произнес один из спутников Макса.

— Вот и все, — заверил ее Макс, приближая к ней свое жестокое лицо. — Не воображай, что сумела заманить принца. Ты не в сказке. Это холодный расчет, дорогая. Люка не хочет тебя, ему вообще никто не нужен. Ему необходим только наследник. Это единственный способ удержать за собой трон Фабрицио. Так написано в нашей конституции. Через два года он должен родить по крайней мере одного наследника, иначе я заберу у него власть. — Он усмехнулся. — Ты просто утроба для вынашивания детей. Пойдемте! — Он махнул рукой своим злорадным спутникам. — Я сыт по горло этим балом. Во дворец стали приглашать какие-то отбросы. Казино зовет. Несколько витков рулетки гораздо привлекательнее здешних провинциалов.

— Она ушла? Что значит — она ушла? — Люка удивленно уставился на Мишеля. Пожилой чиновник выглядел озадаченным. — Простите, Мишель. Я не хотел кричать на вас.

— Я видел, как она разговаривала с Максом, — взволнованно сказал Мишель.

— Что?

— Вы обещали не кричать, — напомнил ему Мишель.

— Вы правы, — признался он и коснулся рукой плеча старика. — Кто пригласил Макса?

— Разве Максу нужно приглашение, чтобы посетить родной дом?

Люка стиснул зубы. Ему следовало знать, что Макс никогда не откажется от борьбы за трон Фабрицио.

— Итак, где она, черт побери? — Люка провел пальцами сквозь волосы.

— Я видел, как она выбежала в эту дверь менее десяти минут назад, — сообщил ему Мишель, глядя на балконные двери, ведущие в сад, а затем на озеро. — И это было сразу после ее разговора с Максом.

— Десять минут? — воскликнул Люка, нахмурившись. — Я оставил ее одну так надолго?

— Посол бывает болтливым, — произнес Мишель, чтобы успокоить Люка.

Люка не мог успокоиться. Его единственной заботой была Калли. Он должен был давным-давно сказать ей, что она для него значит.

Итак, где она может быть? В своей комнате? Или она попыталась вернуться на остров? У него сжалось сердце при мысли о том, что Калли взяла лодку. Она не умеет ориентироваться на озере в темноте. Если Калли собьется с пути, у нее возникнут серьезные проблемы. Пробираясь сквозь толпу гостей, он поспешил к выходу.

Люка побежал к берегу. Лодки нигде не было. Все были потрясены его заявлением об их помолвке, и теперь Макс снова вызвал проблемы. Перед Люком встал выбор — Калли или будущее Фабрицио. Раздевшись, Люка нырнул в озеро.

Он почувствовал облегчение, когда заметил, как она шагает по берегу острова.

— Калли! — крикнул он, выбираясь из воды. Подбежав к ней, он схватил ее и заставил посмотреть на него. — Что не так? Что произошло?

— Это все из-за тебя, — сказала она. Ее голос был слабым, но глаза сверкали от обиды. — Спасибо, что рассказал мне, как тебе нужен наследник, — язвительно произнесла она.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил он.

— Мне сообщили, что ваша конституция требует от тебя наследника, если ты хочешь сохранить трон. — В ее глазах стояли слезы гнева и страдания. — Если бы ты сказал мне, я бы быстрее забеременела.

— Не говори ерунды! — рявкнул он. — Что тебе сказал Макс?

— Только правду, — ответила она.

На подбородке Люка дрогнула жилка. Он даже не мог возразить Калли. Ему приходилось слушать ядовитые слова своего брата, слетающие с губ Калли.

— Макс сказал, что наследник — единственная причина, по которой ты занимался со мной сексом.

— У меня не было секса с тобой, — настаивал он. — Я занимался с тобой любовью.

— Может быть. — Она колебалась. — Но откуда я знаю, что это правда? Ведь теперь я в курсе, что у тебя была причина.

— Почему ты не веришь в себя, Калли? Почему ты не веришь, что ты нужна мне?

— Потому что я вовремя подвернулась тебе под руку! — воскликнула она. — Я удобная утроба для вынашивания детей. Так обозвал меня Макс. Он говорит, твоя главная забота — построить династию.

— Моя главная забота — это ты, — ответил он.

— Я в этом сомневаюсь, Люка. Ты объявил о нашей помолвке, не дав мне возможности подумать. Мой покойный отец говорил мне, что я могу, а что не могу делать, и я поклялась больше никогда не попадаться в эту ловушку.

— Это не ловушка, — сказал Люка. — Ты сейчас плохо соображаешь, Калли.

— Я отлично соображаю, — ответила она. — Жаль, что я ни о чем не думала с самого начала.

— У тебя разыгрались эмоции от беременности.

— Не смей! — предупредила она его. — Каков был твой план, Люка? Мы женимся, я рожаю, а потом твои люди организуют нам тихий развод? У тебя мало времени, да? Сегодня вечером была прекрасная возможность объявить о нашей помолвке. Думаю, ты женился бы на мне до конца месяца, чтобы моя беременность была еще не такой очевидной.

Люка не спорил. Многое из того, что она сказала, было правдой. Но его чувства к Калли после того, как он обнаружил, что она беременна, были настоящими и сильными. Ребенок. Семья. Все, о чем он всегда мечтал, внезапно оказалось достижимым. Привыкший подчиняться и подавлять свои эмоции, Люка был на седьмом небе от счастья и не только потому, что Калли предоставила ему желаемого наследника. Она — идеальная женщина, которая станет идеальной матерью. Она — его идеальная невеста, которая легко будет любимой народом принцессой.

— Что ужасного в том, чтобы быть моей женой? — спросил он.

— Если ты этого не понимаешь, — грустно произнесла она, — то я не смогу ничем тебе помочь. Я предлагаю тебе забыть обо мне и попросить одну из принцесс стать твоей женой. Ты быстро найдешь мне замену.

— Ты несешь настоящий бред! — взревел он. — Я не хочу замену. Я тебя хочу.

— Люка, ты не можешь иметь все, что хочешь, — ответила она.

— Ты мне отказываешь? — удивленно сказал он.

— Да, я тебе отказываю, — подтвердила Калли.

— Но ты будешь принцессой.

— Принцессой чего? — спросила она. — Ты предлагаешь мне временную роль и пустую жизнь в чужой стране с мужчиной, который хочет меня только ради рождения наследника.

— Забудь о том, что сказал Макс.

— Я не хочу такой судьбы для нашего ребенка, — произнесла она, игнорируя его слова. — И я не желаю быть принцессой в браке без любви. Я не смогу спать по ночам с королевской тиарой. Я предпочитаю вернуться домой и жить в комнатке с моим ребенком.

— Ты не имеешь права решать этот вопрос, — ответил он изменившимся тоном.

— Ты мне угрожаешь? — тихо сказала она.

— Я напоминаю тебе, что ты вынашиваешь наследника княжества Фабрицио. Ни я, ни ты не изменим этого факта.

— И слава богу, — прошептала она и побледнела. — Но я могу кое-что сделать.

— Что именно? — с подозрением спросил он.

— Если ты не будешь держать меня здесь силой, я вернусь домой и отпраздную Рождество с друзьями, которым я доверяю. Я доверилась тебе, но ты злоупотребил моим доверием, — упрекнула она его. — А сегодня я узнала, что ты использовал мое тело.

— Что? Никогда такого не было! — Он разочарованно пригладил руками волосы. — Разве мы так и не узнали друг друга? Да, поначалу нас свела страсть. Да, твоя беременность была мне выгодной. Я не буду этого отрицать. Но теперь все это значит для меня гораздо больше. Я все еще пытаюсь примириться с тем, что чувствую к тебе. — Люка умолк. Он не мог выразить словами то, что испытывал к Калли. Он почти всю жизнь избегал эмоций, а теперь тонул в них. — Я уважаю тебя, и я всегда буду тебя уважать, — твердо заявил он. — Пожалуйста, подумай о том, чтобы стать моей женой.

— Я уже подумала, — ответила Калли. — И я не хочу быть твоей женой.

— Чего же ты хочешь? — в ярости спросил он.

— Я хочу взаимной любви и уважения, — сказала она без колебаний. — Я хочу дружбы, которая заставляет нас улыбаться. И я желаю взаимного доверия. Я хочу уважать человека, который является моим любовником, другом и отцом моего ребенка, поскольку он уважает меня. И я хочу быть независимой. Я слишком долго боролась за свою свободу.

— У тебя все это будет, когда ты станешь моей женой, — уверенно заявил он.

— А как я буду жить, став принцессой? — спросила она. Люка не ответил, потому что он слишком хорошо знал ограничения, связанные с королевской жизнью. Калли прибавила: — Я потратила слишком много времени на жизнь в клетке, и я не променяю одну клетку на другую. И я не желаю подобной жизни для нашего ребенка. Я хочу, чтобы все мы были свободны. Я знаю, я фантазерка, — спокойно сказала она, — и я хочу слишком многого. Я должна была понять это с самого начала.

— Калли!

— Нет. Не пытайся меня остановить, — отозвалась она, когда побежала обратно к озеру. — Мы никогда не будем вместе. Макс прав. Я не выйду замуж за принца, все кончено, — крикнула она, стараясь высвободиться из рук Люки. Она резко вырвалась от него. — Прощай, Люка!

— Но я люблю тебя.

Она остановилась на берегу. Люка не знал, что она будет делать, чтобы вернуться назад. Он знал, что она в ярости.

— Ты любишь меня? — натянуто спросила она. — Но ты не удосуживался сообщить мне об этом до сегодняшнего вечера. Похоже, ты просто очень стараешься оставить меня в своей стране.

— Ты значишь для меня больше, чем когда-либо, — сказал он.

Она покачала головой:

— Тебе хотелось сделать так, чтобы я наверняка осталась с тобой, да, Люка? Поэтому сегодня ты сделал такое заявление в присутствии кучи свидетелей.

— Ты не слушаешь меня, Калли. Я люблю тебя. И ты права. Я должен был сказать тебе об этом давным-давно, но я сам только сейчас это понял. Ведь я не умел любить.

— Разве твой отец тебя не любил? — Она сердито махнула рукой.

— Принц любил меня, но мне было нелегко доверять ему и отвечать на его любовь.

— Должно быть, он был крайне терпеливым человеком.

— Да, он был таким.

— Ничто не заставит меня передумать, Люка. Я не желаю ждать, пока ты разбираешься со своими чувствами. Мне нужен тот парень, который жил в Колизее и мечтал о будущем. И не смей оправдывать свое поведение тяжелым прошлым. Я не делала ничего подобного.

— Как мне доказать, что я люблю тебя? — спросил он.

— Отпусти меня, — сказала она с привычной откровенностью.

По возвращении к Браунам душа Калли, в отсутствие Люки, превратилась в огромную рану, которая отказывалась заживать. Ничего не изменили даже знаменитые рождественские приготовления Браунов. Немного утешить Калли удавалось только ее подруге, Аните, из лимонных рощ. После своего возвращения Калли убедила Аниту, которая жила одна в арендованной комнате, устроиться на работу рядом с домом Браунов, и те предложили ей снять у них комнату. Анита помогала им с младшими детьми.

— Улыбнись, Калли, — произнесла Ма Браун, ворвавшись в комнату, которую они называли гостиной. — Анита, помоги мне на кухне. Рози и Калли, развесьте бумажную мишуру.

— Ладно. — Рози взглянула на неразрезанные полоски из гофрированной бумаги, а затем на озабоченное лицо Калли. — Я помогу тебе. — Стоя на коленях рядом с Калли, Рози подождала, пока ее мать покинет комнату, потом обняла Кали за плечи. — Я знаю, ты ничего не рассказываешь нашей семье, но ты не можешь отмалчиваться. И ты не можешь избегать его, — прибавила Рози. — Если принц Люка приедет в Англию, чтобы увидеться с тобой…

— Ты что-то знаешь? — спросила Калли. При мысли о встрече с Люкой у нее потеплело на душе, хотя умом она понимала, что никогда не станет принцессой, а значит, ей не надо видеться с принцем Фабрицио.

— Не совсем, — неуверенно призналась Рози. — Я просто говорю, что, если Люка появится, ты должна с ним поговорить.

— Я ничего и никому не должна, — упрямо ответила Калли, но ее сердце забилось чаще, и она затаила дыхание. Возможно, Люка уже приехал в Англию. Почему Рози заговорила о нем? Нет дыма без огня. Рози избегала ее взгляда.

— Давай развешивать мишуру, — сказала Рози так, будто нехватка бумажных украшений была единственной причиной надвигающегося кризиса.

Глава 12

Калли застыла на месте. Все уселись за праздничный рождественский стол, когда в дверь постучали.

— Я открою, — произнес Па Браун, как только Калли приподнялась со стула.

Калли задрожала от возбуждения, услышав знакомый хрипловатый голос Люки. Внезапно все изменилось. Его высочество принц Люка из Фабрицио появился в дверях. Он посмотрел на Калли. Его короткий взгляд выражал больше тепла, страсти и решительности, чем она могла выдержать. Она почти испытала облегчение, когда он повернулся, чтобы поздороваться со всеми остальными в комнате.

— Это замечательно! — воскликнул Люка, глубоко вздыхая, когда Па Браун помог ему снять куртку. — Я не понимал, как проголодался, пока не услышал аромат вкусной еды. — Он посмотрел на Калли, а потом улыбнулся Ма Браун. — У вас найдется местечко за столом еще для одного гостя?

— Конечно! — ответила Ма Браун, вскакивая из-за стола.

В темно-синем тонком трикотажном свитере, облегающем его великолепную фигуру, и потрепанных джинсах, обтягивающих его мускулистые ноги, Люка казался среди всех гигантом. Калли не могла не вспомнить, как он обхватывал ее ногами, пока они занимались любовью. Ее желание усилилось, когда Люка решительно посмотрел ей в глаза. Ее сердце затрепетало. Она не понимала, как сильно по нему соскучилась. В его черных волосах мерцали растаявшие снежинки.

— По-моему, мы виделись в Италии, — сказал он Аните.

— Да, ваше высочество. — Анита покраснела.

— Называй меня по имени, — произнес он. — Ты знаешь правила.

Анита и Люка рассмеялись, и Калли подумала, до чего он добродушный и приятный человек.

— Надеюсь, я вам не слишком помешал, — сказал он, заметив, что Брауны смотрят на него с открытым ртом.

— Совсем нет, — быстро ответил Па Браун.

— Хорошо, — заявил Люка, — потому что я приехал за своей невестой.

Младшие Брауны уставились на Люку, а остальные продолжали вести себя так, словно ничего необычного не произошло. Калли отодвинула стул и положила салфетку на стол. Если бы Па Браун не коснулся рукой ее плеча, Калли вышла бы из комнаты и увела бы с собой Люку. Какое право он имел врываться в дом как средневековый феодал, прерывая рождественское празднование и объявляя ее своей невестой?

— Спокойно, девочка, — осторожно пробормотал Па Браун.

Все притворились, что сосредоточены на еде. Калли снова села за стол. Все вели себя тихо, кроме одного Брауна.

— Я отдам тебе свой стул, если ты покатаешь меня на своем спортивном автомобиле, — сказал Люке младший Браун.

— Ты предлагаешь мне сделку? — Люка улыбнулся.

— Меня зовут Том, — ответил мальчик и обменялся с Люкой рукопожатием.

— Давайте потеснимся и освободим место для принца, — посоветовала Ма Браун.

На короткий период в комнате воцарился хаос — передвигали стулья, доставали дополнительные столовые приборы и бокалы. Наконец все расселись за столом.

— Я вам завидую, — сказал Люка, когда все приступили к индейке.

— Почему? — воскликнул Па Браун и удостоился от жены сурового взгляда.

— Еще соуса к мясу, Люка? — спросила она.

— Да, пожалуйста.

Под руководством Ма Браун все остальные Брауны начали вести себя так, будто его высочество — их сосед, заглянувший на праздник. Люка держался очень непринужденно, и Калли это нравилось. Он был совсем не похож на сдержанного и надменного Макса, который не стоил и мизинца тех, кто сейчас сидел за столом в доме Браунов. Несмотря на неожиданное вторжение Люки, Анита и Брауны держались так, словно ничего необычного не произошло.

— А что ты делаешь как принц? — спросил Том.

— Работаю, — лаконично ответил Люка.

— А ты не должен улыбаться людям, которые тебе не нравятся? — спросил другой мальчик.

— Это называется дипломатией, — вставил Па Браун. — Вам всем не помешает ей поучиться.

— Мальчик прав, — вмешался Люка. — Вот почему мне так хорошо среди вас. — Он мельком взглянул на Калли, которая подняла бровь.

— А ты больше нигде не праздновал Рождество? — спросил Том.

Люка скривил губы.

— Я был в нескольких местах, но у вас особенный праздник, — сказал он.

— Пудинг? — предложила Ма Браун.

— Да, пожалуйста, — подтвердил Люка. — Но сначала… — Он взглянул на Калли, а затем повернул голову к двери.

— Конечно, — согласилась Ма Браун. — Когда вы вернетесь, пудинг будет еще теплым.

Калли не знала, как реагировать. Она не простила Люку, но понимала, что им надо поговорить. И чем раньше, тем лучше.

— Теперь ты знаешь, — сказала она, укутавшись в зимнее пальто и шарф и сидя на переднем сиденье ярко-красного автомобиля Люки.

— О чем я знаю? — спросил он, нахмурившись, и завел двигатель.

— Из каких слоев я родом.

— Тебе повезло. Это лучшее Рождество, которое у меня было.

— Ты обещал дать мне время, Люка, — произнесла она, когда он выехал на трассу.

— Сколько времени тебе нужно?

— Больше, — настаивала она.

— Боюсь, это невозможно. У меня много дел.

— Ты сказал, что отпустишь меня.

— Но я не говорил, что я не пойду за тобой.

Калли покачала головой, ее сердце колотилось как сумасшедшее.

— Мое место здесь, Люка.

— Твое место и в лимонных рощах тоже, — сказал он. — Твое место в пятизвездочном отеле, веришь ты этому или нет. Персонал тебя любит. Ты будешь своей в любом месте. Ты жизнелюбивый человек. Вот почему тебя так любят. Вот почему я люблю тебя и хочу, чтобы ты была моей женой.

— А также принцессой и матерью твоего наследника, — тихо сказала она.

— Значит, ты будешь верить Максу, а не мне?

— Я сама принимаю решения. Это не имеет никакого отношения к Максу.

— Если тебе интересно, его навсегда выдворили из Фабрицио, — произнес Люка.

— Останови здесь.

— Что?

— Останови машину, — настаивала она. — Здесь есть парк. Мы можем прогуляться.

Люка опустил голову и огляделся.

— Я хотел отвезти тебя в более романтичное место, — сказал он.

— Парк очень маленький, — произнесла Калли. — Он намного меньше тех королевских парков, к которым ты привык.

— В детстве я не играл в королевских парках. — Люка остановил машину, вышел из нее и открыл Калли пассажирскую дверцу. Взяв Люку за руку, она вышла на улицу.

От его прикосновения по ее телу пробежала дрожь. Молчаливая сила Люки восторгала Калли. Он первым нарушил молчание, когда они прошагали в небольшой городской парк. Как только Люка заговорил, у Калли перехватило дыхание.

— Я отказываюсь верить, что ты не понимаешь, как нам с тобой хорошо вместе.

— Но ты принц, — запротестовала она.

— Я мужчина. — Он притянул ее к себе. — И я знаю, что мы созданы друг для друга.

Калли подняла голову и уставилась в его сильное, суровое лицо.

— Почему ты хочешь жениться на мне, если можешь выбрать любую принцессу и наследницу?

— Я все время задаю себе тот же вопрос, — сухо сказал Люка.

— Это не смешно, — ответила она.

— Я знаю, — согласился он. — По-моему, причина в том, люблю я или нет. Я знаю, почему ты не доверяешь мне, Калли. У тебя была тяжелая жизнь с отцом. Ма Браун много рассказывала мне об этом по телефону.

— Она не должна была этого делать.

— Нет, она должна была, — возразил он. — Она заботится о тебе. Брауны решили, что я должен знать о тебе все. Ты не отвечала на мои письма, поэтому я связался с ними. Они посоветовали мне держаться от тебя подальше и дать тебе время. — Он едва заметно улыбнулся.

— А любовь? — спросила она. — Что ты скажешь о ней?

Он ответил не сразу:

— Я пришел к выводу, что любовь — нерациональное чувство, которое не дает ответов. Любовь предполагает чувства и слепую веру. — Он притянул Калли к себе и поцеловал, сначала мягко, а потом страстно.

— Я скучала по тебе, — выдохнула она, когда они наконец прервали поцелуй.

— Ты понятия не имеешь, как я по тебе соскучился, — пробормотал Люка, отводя волосы от ее лица. — Когда я говорю, что хочу знать о тебе все, я не имею в виду сильно отредактированные факты, которыми ты кормила меня в прошлом. Мне необходима правда, хорошая и плохая. Вместе с тобой я хочу переживать испытания и триумфы, поэтому мы можем поделиться чувствами, которых оба избегали в прошлом. Я все еще учусь управлять своими эмоциями, но я обязан измениться. Я обязан тебе и своей стране. Не зная грусти, мы не узнаем счастья. Если мы не будем сожалеть, то не сумеем планировать будущее. Расскажи мне все, — настаивал он. — Я все равно узнаю, если ты что-то утаишь.

Подумав, она начала с рассказа о матери.

— Я ее не помню. — Пауза. — Мой отец обвинял меня в ее смерти. Она умерла родами, — объяснила Калли. — И он обвинял меня еще во многом, — сказала она, думая о своем отце.

— Ты ни в чем не виновата, — настаивал Люка. Он взял в свои руки ее ладони и поцеловал их. — Тебе не надо рассказывать мне, как тяжело ты работала. Твои руки говорят за тебя.

Калли грустно рассмеялась. У нее не было рук принцессы. Ее руки были красными и натруженными от мытья полов в пабе, но они были частью ее, и она предпочитала иметь натруженные руки вместо бледных и тонких ручек дам, которые видела на балу.

— Как ты жила до того, как умер твой отец? — спросил Люка, когда она замолчала.

— Жизнь всегда была прекрасной, благодаря Браунам. Ну, большая ее часть, — призналась она. — Если бы не Брауны…

— Хорошие друзья бесценны, — согласился Люка. — Но теперь ты должна спросить себя, чего ты хочешь от жизни.

— Я хочу, чтобы жизнь была проще, — сказала она. — Мне жаль, что мы не вернемся к работе в лимонных рощах, когда мы оба считали друг друга сезонным персоналом.

— Мы те же самые люди, какими были.

— Но теперь ты принц, — возразила Калли.

— Я люблю тебя.

«Возможно, тебе просто нравится мысль о прекрасном сексе с женщиной, которая вынашивает твоего ребенка», — подумала она.

— По-моему, у меня не получится быть принцессой. — Подняв подбородок, она посмотрела в глаза Люки. — У принцессы столько ограничений в жизни.

— У меня есть дома по всему миру, где мы можем жить в одиночестве столько, сколько ты захочешь. И у меня огромная яхта.

— Нет, спасибо.

— Подумай об этом хорошенько.

— Я подумала, — заверила она его.

— Я понимаю, для тебя это очень трудное решение. Большинство женщин предпочли бы выйти замуж за принца и больше ни о чем не беспокоиться. Но ты не такая, Калли. Ты придирчивая, упрямая и решительная. И именно поэтому я хочу, чтобы ты была рядом со мной.

— Это комплименты? — сухо сказала Калли. Ей было трудно оставаться равнодушной, пока Люка использовал свое обаяние. — Или ты хочешь сказать, что я помогаю тебе не витать в облаках?

— Я хочу тебя не по этой причине, — заверил Люка и одарил ее соблазнительным взглядом. — И я должен сказать, что ты ни о чем не пожалеешь, пока я рядом с тобой.

— Итак, — тихо произнесла Калли, смущенно глядя на Люку, когда они вернулись в машину. — Ты любишь меня.

— Люблю.

— И ты хочешь жениться на мне.

— Верно.

— И не только потому, что я беременна и обеспечу тебе наследника? — спросила она.

Люка поерзал на водительском сиденье и тяжело вздохнул. Он был обязан говорить ей правду.

— Когда я только узнал о том, что ты беременна, я решил, будто это мне подходит.

— Тебе нужен наследник, — сказала она.

— Да. И отличный секс.

— Люка!

— Регулярно.

— Ты невыносимый человек!

— А теперь серьезно, — произнес он. — Ты хочешь знать, чего я желаю? Мне нужна семья, как у Браунов.

— Четырнадцать детей?

— Ну, не сразу, а постепенно. — Он мельком взглянул на нее. — Это не так уж плохо.

— Для тебя, может быть, — сказала Калли, сдерживая улыбку. Потом она посерьезнела. — Калли из портового городка — принцесса Фабрицио?

— Калли из лимонных рощ и моя любимая жена, — возразил Люка, отъезжая от обочины. — Итак, каков твой ответ, Калли?

— Как и прежде, — напряженно произнесла она. — Мне необходимо время подумать.

— Тебе необходимо время, чтобы обуздать свой характер и понять, что у тебя есть все необходимое для принцессы. Поэтому я дам тебе время, пока мы не доберемся до дома Браунов, а потом я хочу получить ответ.

— А если я опять отвечу отказом? — настаивала она.

— Значит, в будущем мы будем общаться через адвокатов.

Она побледнела.

— Ты мне угрожаешь?

— Это единственный практичный вариант, который я могу придумать. Или ты предпочитаешь дать мне свой ответ прямо сейчас?

Калли продолжала упрямиться. К тому времени, когда Люка остановил машину у дома Браунов, он почувствовал, как Калли напряжена. Он помог ей выйти из низкой машины и, держа за руку, повел к входной двери. Каждый раз, когда они общались, он узнавал о ней немного больше. То, что он узнал о ней сегодня, подтвердило его мнение о том, что они не такие уж разные. У обоих были принципы, оба были преданными и доверчивыми. Калли по-прежнему переживала трагедии тяжелого детства. Люке ужасно повезло, когда он встретил принца в Колизее, а Калли повезло совсем чуть-чуть, когда она неожиданно выиграла пять тысяч фунтов, что позволило ей поехать в лимонные рощи. Судьба бывает непредсказуемой. Люка по опыту знал, что иногда судьба платит сторицей.

— Входите! — пригласил Па Браун, широко распахнув дверь.

Люка жил во дворце со слугами, но он не шутил, говоря, что завидует Браунам. Такой тип семьи он представлял себе, будучи маленьким мальчиком. Его и Калли тепло и шумно встретили в семье Браунов, и начался обмен рождественскими подарками.

Собаки и дети гонялись вокруг, сталкиваясь друг с другом, пока Анита тщетно пыталась поймать кучу оберточной бумаги, пролетающей в воздухе. Рози старалась, без особого успеха, отговорить младших Браунов от открытия сразу всех подарков.

— У нас для вас подарки, — сказала Рози.

— А я припасла для вас два больших куска сливового пудинга, — произнесла Ма Браун, стоя в дверях.

— Я прошу минуту вашего внимания, — сказал Люка, обращаясь к Ма и Па Браун.

Наступила тишина. Все посмотрели на Люку, и затем всеобщее внимание переключилось на Калли, которая пожала плечами, не давая ему возможности понять, каков будет ее ответ на его предложение.

— Конечно, — согласился Па Браун и обменялся взглядом с женой. — Проходите на кухню, Люка. Там мы поговорим без лишних ушей. Вы хотите, чтобы Калли присоединилась к нам?

— Нет. Я хочу поговорить с вами наедине. Это связано с Калли, но она знает об этом все.

— Я знаю? — спросила Калли, и он снова подумал, не ошибся ли он на этот раз.

Калли была непредсказуемой, и ему нравилась эта ее черта.

— Ты уже знаешь, как я к тебе отношусь, — заявил он и, схватив ее за руку, поцеловал.

До того как у Люки появилась возможность отправиться на кухню, Том произнес:

— Оно тебе понадобится. — Он протянул Люке синее пластиковое колечко и выжидающе на него посмотрел.

— Спасибо, Том. Твой подарок как раз вовремя. — Он убрал колечко в задний карман джинсов и оставил Калли с Браунами. Когда Люка вернулся, он опустился на колени у ног Калли, не обращая внимания на игрушки, разбросанные вокруг. — Окажешь ли ты мне великую честь принять это бесценное кольцо, специально выбранное для тебя синьором Томом?

— Я в восторге, — призналась Калли, начиная смеяться.

Ситуация была почти нереальной и по-настоящему рождественской.

— Возьми его, — тихо произнес Люка, — иначе я за себя не отвечаю. — Младшие Брауны радостно закричали. Люка встал на ноги и надел кольцо на палец Калли. Несколько напряженных секунд она молчала, но потом рассмеялась и обняла Люку за шею.

— Будет рождественская свадьба! — Ма Браун восторженно хлопала в ладоши.

— Поздновато для Рождества, Ма. Свадьба будет на Новый год, — хмурясь, возразил Па Браун.

— А вот тут ты ошибаешься, — заверила его Ма Браун. — В Фабрицио Рождество празднуется в январе. Верно, Люка?

— Совершенно верно, миссис Браун.

— Осталось мало времени, — нахмурившись, сказала Ма Браун. — Но Калли успеет.

— Вы отлично ее знаете, — ответил Люка и тепло обнял Ма Браун. — Вы и я знаем ее лучше всех.

— Я согласна, — заявила Ма Браун, когда Калли неодобрительно прищурилась и посмотрела на них.

— И давно вы трое в сговоре? — спросила Калли, поднимая бровь, и посмотрела на Люка, Ма и Па Браун.

— Нас четверо, — вставила Рози. — Не забудь про меня.

Калли продолжала смеяться, когда Люка подхватил ее на руки и поцеловал в губы на виду у всех.

— Ты сохранила мои письма? — спросил он, ставя ее на ноги. — Я просто подумал, что ты, возможно, захочешь прочесть их сейчас.

— Люка! — воскликнула Рози. — Она зачитала их до дыр. Не позволяй Калли водить тебя за нос. Ты любовь всей ее жизни.

Эпилог

Необычно холодная погода стояла на севере Англии. Хлопья снега падали на землю, замедляя движение и заглушая цокот копыт, когда конный экипаж Калли прибыл к дому Браунов. Все дома на улице были ярко освещены накануне Нового года. Все магазины были забиты оленями и звездами, санями и румяными Санта-Клаусами, словно никто не хотел заканчивать рождественские праздники.

Калли была уверена, что ее свадьба станет самой необычной. Она собиралась выйти замуж за Люка в городке, в котором выросла, в окружении близких друзей Браунов, хозяйки ее квартиры над магазинов в Блэкпуле, Аниты, Марии и Марко, приехавшими из Италии. На ней было платье, выбранное Ма Браун и одобренное Рози. Платье цвета слоновой кости, с кружевами облегало ее фигуру как перчатка. Калли погладила слегка округлившийся живот, пока Рози надевала ей фату.

Церемония должна была состояться в местной церкви. После в доме Браунов был запланирован свадебный ужин. Калли хотела, чтобы близкие ей люди знали, как много они для нее значат. И хотя она станет принцессой и будет жить во дворце в Фабрицио, они все равно останутся важными людьми в ее жизни. Что касается пышных торжеств, то Каллиста Смит выйдет замуж за принца Люка из Фабрицио на торжественной церемонии в соборе этой страны через пару недель.

— Ты красавица, — сказал Па Браун, беря под руку Калли, которую считал своей дочерью. — Я с гордостью передам тебя принцу. Но я не хочу, чтобы ты забывала о своих корнях.

— Я никогда о них не забуду, — пообещала Калли и тепло поцеловала Па Браун в щеку. Рози накинула ей на плечи теплый меховой плащ. — Но и вы должны регулярно навещать меня в Фабрицио.

— Только если я смогу там смотреть футбольные матчи. — Па нахмурился.

— Я уверена, это можно устроить, — заверила его Калли, зная, что означают для Па Брауна субботние футбольные матчи.

Они вышли из дома прямо в сугроб. Калли расхохоталась, вынимая ногу из сверкающего снега.

— Не очень хорошее начало, — призналась она, — но сегодня мне ничто не помешает.

День был по-настоящему рождественским, с хрустящим снегом под ногами, и чирикающими птицами на деревьях. Погода была настолько впечатляющей и праздничной, что прибавила Калли оптимизма. Люка настоял на том, что она должна поехать в местную церковь в карете. Под теплым одеялом на кожаном сиденье в карете лежала грелка. Два красивых серых пони, украшенные белыми перьями, терпеливо ожидали Калли, чтобы отвезти ее в церковь. На их уздечках были серебряные колокольчики. Люди останавливались, чтобы посмотреть на карету, и махали рукой, узнавая местную девушку, которая вскоре станет принцессой.

Калли подумала, что она никогда не изменится. Она навсегда останется Калли из портового городка и Калли из лимонных рощ. Самое главное, что она любит и любима мужчиной, который ждет ее в церкви.

Люка повернул горделивую голову, когда большой старинный орган заиграл свадебный марш. Калли никогда не видела никого красивее Люки в своей жизни. В обычном темном костюме, без каких-либо атрибутов власти и королевского пояса, богато украшенного драгоценными камнями, Люка выглядел поразительно сексуально. Она не знала, чего еще ей желать. Па Браун подвел ее к Люке и положил руку Калли на ладонь принца.

— Вы можете поцеловать невесту, — сказал священник.

— Я могу поцеловать любовь всей моей жизни, — прошептал Люка только для ушей Калли. — Моя единственная принцесса.

— Единственная принцесса, которая у тебя будет, — мягко поддразнила она его, и они поцеловались. Она уставилась на бриллианты в кольце, которое Люка надел ей на палец вместо синего пластикового колечка. Кольцо ей нравилось. Люка сказал, что наденет ей еще одно кольцо, когда они поженятся в Фабрицио.

— Мне хватило бы и синего колечка из пластика, — ответила Калли. — Мою любовь к тебе не надо подтверждать подарками.

Когда они вышли за пределы старинной церкви, рука об руку, их приветствовал снежный ландшафт и сосульки. Люка повернулся к Калли, стоя под каменной аркой, украшенной белыми зимними розами и шелковыми ленточками. Он плотнее запахнул ее теплый меховой плащ.

— Так тебе тепло? — спросил он.

Она одарила его кокетливым взглядом.

— Все зависит от того, о чем именно ты спрашиваешь, — сказала она.

Крепко прижав к себе, Люка дал ей единственный ответ, который она хотела получить. Он жадно поцеловал ее в губы.

Пожилой Мишель — помощник Люки, позаботился о том, чтобы свадебная церемония в Фабрицио проходила по всем правилам. Накануне церемонии Калли приняла душ и вытиралась пушистым полотенцем, когда в ее апартаменты проник Люка.

— Тебя не должно здесь быть, — прошептала она, поглядывая через плечо на дверь, которую он надежно запер.

— Почему? — спросил Люка, обхватив ее за талию. — Ты же не в свадебном платье.

— Ну, да. — Калли ахнула, когда он коснулся ее чувствительной кожи чуть ниже уха слегка колючей щетиной на подбородке. Люка выглядел потрясающе даже в белой футболке и потрепанных джинсах. — Почему ты не гладко выбрит?

— Я знаю, как тебе нравится моя щетина, — пробормотал он, пялясь на ее губы, которые покрывал легкими поцелуями.

— Тебе надо остановиться, — выдохнула она.

— Иначе ты за себя не отвечаешь? — спросил он.

— Что-то вроде этого, — согласилась она. У нее пересохло во рту, когда опытные руки Люки погладили ее грудь.

— Ты знаешь, как давно мы не занимались любовью? — спросил он.

— Слишком давно?

— Правильно, — подтвердил он. — Уже целый час. Что это? — Он подцепил пальцем цепочку на ее груди и увидел на ней кольцо. — Синее пластиковое колечко! — улыбаясь, воскликнул он. — Я надеюсь, ты позволишь мне заменить его сегодня чем-то более значительным?

Сердце Калли колотилось как сумасшедшее. Какие кольца положено носить принцессам? Об это она не имела понятия.

— Если оно не будет очень сверкать, — ответила она.

Люка нахмурился:

— Боюсь, я не смогу этого пообещать.

Калли буквально потеряла дар речи, увидев бесценное бриллиантовое кольцо, которое Люка небрежно вытащил из заднего кармана своих джинсов. Большой бело-голубой овальный камень ярко сверкал, словно храня бесчисленные надежды и мечты. Это было самое потрясающее украшение, которое она видела, если не считать бриллиантового кольца, подаренного ей Люком в церкви в Англии.

— Мне это не нужно, — откровенно заявила она.

— Но я хочу, чтобы ты его носила, — настаивал Люка. — Наши дети должны видеть, что ты получаешь красивые подарки от их отца. От человека, который любит тебя больше всего на свете. — Он коснулся рукой ее округлого живота, будто давая обещание не только Калли, но малышу любить и защищать их всю жизнь.

— Тебе придется носить это кольцо на правой руке, — произнес он, прижимая ее пальцы к своим губам. — Согласно традиции, принятой в Фабрицио, ты должна носить обручальное кольцо на левой руке; наши предки — древние римляне, считали, что таким образом кольцо будет ближе к сердцу.

Он вытащил из заднего кармана джинсов еще одно кольцо — обручальное, на этот раз простое.

— Никаких излишеств, — сказал он. — Простое и совершенное кольцо, как ты. Надеюсь, оно тебе понравится.

— Мне нравится! — воскликнула Калли. — Это самое драгоценное кольцо, которое у меня будет.

— А пластиковое колечко?

— Я никогда его не забуду, — сказала она, когда Люка прижал ее к себе. — Оно будет для меня самым дорогим. — Он опустил голову, чтобы поцеловать ее. И в этот момент из соседней комнаты послышался голос Ма Браун:

— Ты готова одеваться, Калли? Нельзя заставлять экипаж ждать.

— Пунктуальность — отличительная черта королей, — поддразнил Люка, быстро поцеловал Калли в губы и ушел.

Вторая королевская зимняя свадьба была совершенной и более пышной. Улицы заполнились людьми, желающими увидеть свою новую принцессу, и они не были разочарованы. Повсюду были продовольственные ларьки и киоски, рождественские украшения ярко сверкали. Все вокруг казалось наполненным светом. Пусть в Фабрицио на Рождество не было снега, но под безупречным синим небом и нежным солнцем грелись толпы свадебных гостей. Они приветствовали новую принцессу, одетую в белый шелк и шифон. Роскошное кружево закрывало ее руки и плечи, шлейф платья был длиной почти двадцать футов. Младшие Брауны были сегодня очень послушными и несли шлейф платья Калли. Ей казалось, что она плывет по проходу собора в Фабрицио. Наконец она остановилась рядом с Люкой.

Все наблюдали за тем, как Люка смотрит на свою невесту. Никто не сомневался, что это брак по любви, который принесет пользу всей стране.

— Счастливого Рождества, — тихо сказал Люка, и Калли посмотрела на его губы. — Напомни мне, как давно мы не занимались любовью?

— Очень давно, — прошептала Калли, не сводя взгляда с Люки. — Должно быть, прошло уже три часа.

— Я думаю, нам придется пропустить свадебный прием, — сказал он с усмешкой.

— Наверняка, — согласилась она. А потом объявили, что светлейший принц Люка Фабрицио может поцеловать невесту. — Вероятно, нам придется попросить гостей уйти, — сухо сказала Калли, когда Люка поцеловал ее, и она почувствовала его явное нетерпение.

Поворачивая Калли так, чтобы они вдвоем стояли лицом к гостям, он произнес:

— Моя принцесса. — Гости зааплодировали. — Любовь всей моей жизни.

— Следующие две недели мне не придется заниматься делами, — сказал Люка, обращаясь к Калли, когда их конный экипаж поехал по главному бульвару, окруженному толпами людей. — Сейчас я буду заниматься только своей женой.

— После нашего свадебного пира, — напомнила она и радостно помахала толпе.

— Я говорил, что мы опоздаем на пир?

— В самом деле? — спросила она, притворяясь шокированной.

— Я приказал остановить карету у частного входа во дворец, чтобы мы могли… освежиться.

— Ты все предусмотрел, — сухо заметила Калли.

— Я пытаюсь, — подтвердил Люка.

Если персонал дворца и был удивлен тем, что их принц и принцесса, держась за руки, несутся через большой зал, то ничего не сказали. Через несколько минут счастливая пара захлопнула за собой дверь спальни. Через несколько секунд Люка расстегивал пуговки на спинке красивого платья Калли. Ей едва удалось снять тиару. Люка обнял Калли и понес на кровать. В комнате было много цветов, в воздухе витал их божественный аромат.

— Это все для тебя, — сказал Люка.

— Они такие красивые, — выдохнула Калли, но Люка не дал ей шанса оглядеться. — Персонал так старался.

— Ради тебя, — объявил он и простонал от удовольствия. — И так будет всегда, — прошептал он.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Сьюзен Стивенс
Поцелуй в лимонной роще

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Эпилог