Юлия Дайнеко

Хэштег «Тайная подруга»

Пролог

Я сидел в темноте своей квартиры. Лишь монитор компьютера отбивал синеватым цветом. Пролистывал одну страничку за другой с письмами той, которую я думал, что знаю уже не первый год. Но сейчас я уже не был так уверен. Мне все больше казалось, что меня просто жестоко обманули. И кто? Собственная девушка. Повернул голову немного вбок и уставился на фото, которые сама же Оля заботливо развесила на стене.

Вспомнился вечер нашего знакомства. Она вышла тогда на сцену, чтобы поучаствовать в литературном слэме, а я искал свою тайную подругу. Ту, которая стала моим наваждением. Я высматривал ее в каждой девушке. Отчаивался, когда понимал, что снова остался в проигрыше, но вот удача улыбнулась, она сама написала мне, указав место встречи. Помню, испуганный взгляд зеленых глаз, несмелая улыбка и нервное откидывание прядей русых волос с лица. Оля сразу же нашла меня в толпе и начала читать строки стихотворения. Мне было заметно, что она не привыкла выступать на сцене, нервы взяли свое, и несколько раз девушка запнулась, попросив прощение, но все же завершила выступление. Я тут же подорвался к ней, чтобы познакомиться, убедиться… неужели я снова просчитался? И жил несколько лет в обмане той, которую любил? И кого я любил вообще?

Помню, как я впервые задал вопрос:

— Оль, почему ты больше ничего не пишешь? Я все еще жду твоих стихотворений, заметок…

— Просто без тебя я была несчастна, а теперь не вижу смысла писать. У меня есть все, чего я так хотела, — улыбнулась мне в ответ, а глаза, как всегда, наполнились любовью.

И я повелся… еще не один раз на эти отговорки. Она ловко уходила от ответа, даря свои ласки и удовольствие. Но сейчас я в них уже не верил. Как человек, который нашел что-то интересное для себя, смог отказаться от этого? Просто взять и отключить что-то в голове. Неужели за все это время ей не захотелось взять листок с ручкой и записать хотя бы несчастные четыре строчки?

Я стал копаться все глубже. Пытался вывести наши диалоги на обсуждение ее творчества, задавал те или иные вопросы. Что она хотела сказать этой статьей или стихотворением. А та миниатюра, которую она мне как-то прислала на почту. Я так и не решился поставить ее в один из номеров газеты. Слишком личной показалась мне. Хотелось сохранить для себя. Тогда тайная подруга придумала наше будущее. Встречу… вспомнил, как описывалась наша прогулка по ночному городу, несмелые касания рук, молчание, которое бы не доставляло нам никакого дискомфорта…

Самое интересное, что Оля ничего не смогла рассказать об этом. Я задавал ей один вопрос за другим, а она сыпалась, давая неверные ответы. Как можно было забыть собственный рассказ? Ответ был только один… Это не она писала его! И Оля вовсе не тайная подруга!

Меня снова обманули, отшвырнув на несколько лет назад. Но тогда почему настоящая девушка не стала открывать обмана? Она просто отошла в сторону, прекратив сразу же переписку. Ударил по столу кулаком от злости и собственной тупости. Ира же с самого начала твердила нам с Аней, что это не Оля. Как она это увидела, почему я, тот, кто больше всего общался с ней и не узрел жестокой шутки любимой? И любимая ли она? Необходимо во всем разобраться. Я завтра же должен поговорить с Олей. Хватит этой комедии с меня. Ей пора ответить честно на мои вопросы. Только от этого будет зависеть наше будущее. Хотя, если честно, я его не вижу… каждая ссора, недоговоренность, ее обман вставали между нами высокой стеной. А жуткая ревность со стороны девушки добивала и изматывала. Она словно одержима. У меня уже стали закрадываться подозрения, что ее чувства ко мне больны.

Устало поднялся и подошел к окну, но ничего не видел. Настолько ушел в свои мысли, решая, как лучше поступить. Завтра еще предстоял небольшой праздник в честь выздоровления Ириной мамы. Мы все были приглашены к ним домой.

Год назад Ирка пришла на учебу впервые без улыбки. Всегда беззаботное лицо было омрачено чем-то. Я сразу понял — что-то серьезное. Откинул в сторону нашу неприязнь друг к другу. Уже даже и не помню, с чего мы взвились? Хотя нет, вру… помню, но не хочу больше думать об этом. Сейчас многое изменилось.

В тот день она поделилась своими страхами. У ее матери нашли опухоль в груди. Вторая стадия, не так страшно, по утверждению врачей. Было решено делать операцию, а после пройти курс лечения. Все это время Ира была сама не своя. Мы с Аней делали все, чтобы отвлечь ее хотя бы немного. Все постоянно навещали тетю Тоню, шутили, пытаясь хоть как-то поднять всем настроение.

А сейчас болезнь отступила, конечно, теперь Иркина мама будет под постоянным наблюдением, но она смогла одолеть рак и не сломаться в ужасном месте. Мне кажется, я никогда не забуду этих незнакомых людей, у которых в глазах потухла вся надежда. Они ходили как привидения с одной мыслью о страхе перед смертью.

А мы с Иркой… благодаря этому мы смогли, наконец, забыть все, что было между нами в прошлом и сдружиться. Хотя одному человеку это не давало покоя. Оля стала жутко ревновать, я уже не справлялся с ее пустыми обвинениями и капризами. Устало потер лицо и отправился в спальню. Услышал, как пришло какое-то сообщение на почту, но решил не возвращаться. Все завтра. Сегодня у меня уже совсем не осталось сил.

Глава 1

Руслан.

Я поднялся слишком поздно, сказалась прошлая ночь… да в последнее время, мне было тяжело уснуть. В голову постоянно лезли мысли о предательстве Оли. Я знал, что она врет, но не понимал, почему до сих пор ломает эту комедию. Неужели нельзя было признаться. Тогда бы я понял, но сейчас…

Быстро принял душ. Натянул майку с шортами и вышел из дома. Безжалостное июльское солнце ударило в глаза, надел очки и сел в машину. Нужно было еще заехать за Олей, сжал до хруста руки на руле. Как же мне не хотелось с ней сейчас видеться. Весь прошлый месяц я провел на Бали с семьей. Это был словно глоток свежего воздуха. По утрам только шум океана, доска для серфинга и я. Непередаваемые ощущения, адреналин зашкаливает в крови, когда ты видишь, как волна надвигается на тебя. И вопреки всему ты плывешь прямо к ней, выжидаешь момент, подныриваешь и… встаешь. Хочется кричать на всю планету…

Именно тогда я задумался о наших отношениях. Они уже давно подошли к тупику. Оля запуталась в собственной лжи, а я… тогда я закрывал глаза, думал, что даже если это не она… какая разница? Ведь я все равно ее люблю. Решил, что дождусь, может, она все же наберется смелости и признается мне. Но ничего. В итоге я уже не знал, что чувствую к ней. Любовью это уж точно не назовешь. Скорее привычкой. Ведь, она неплохая девушка. Помимо симпатичной внешности в ней есть ум, юмор… хотя в последнее время его тоже не наблюдалось. Куда все ушло? Пора разобраться в этом, завел машину и отправился к пока еще своей девушке.

Когда подъехал к дому, где жила Оля, тяжело вздохнул и вышел из машины, держа в руке пакет с подарком. Не было радости и предвкушения от нашей скорой встречи после месяца разлуки. Наоборот, хотелось снова сорваться и улететь. Набрал номер квартиры, слушая гудки домофона. Она даже не спросила кто, просто отворила двери. Поднялся на ее этаж, заметив, что в голове одна пустота. Не единой мысли.

Что с тобой такое, Русь?! Отругал, выходя из лифта. На меня тут же накинулись с удушливыми объятьями. Эта туалетная вода, поморщился. Такая тяжелая… совершенно не сочетается с образом тихой и милой девушки с русой косой. Я разлюбил даже ее парфюм, усмехнулся сам себе, вяло обняв и поцеловав в щеку. Что не укрылось от Оли.

— Коть, ты не рад меня видеть? — замялась она, разглядывая мое загорелое лицо и пытаясь отыскать что-то, но за очками это было сложно сделать. А ее «Коть»… Боже, как я устал от этого прозвища.

— Рад, пошли в квартиру, — не стал ждать ее приглашения и зашел сам, скинув шлепки. — Где твои родители? — осмотрелся. Им я тоже привез сувениры.

— Они на даче, я же тебе говорила. Забыл? — послышались первые нотки обиды.

— Прости, еще не отошел после перелета, — сослался на первое, что пришло в голову. — Почему ты не одета? Мы же собирались к Иркиным родителям на барбекю.

— Ну, коть… — снова, цокнул я языком, — мы не виделись с тобой целый месяц, я так скучала без тебя…

— Да мы же каждый вечер созванивались по скайпу, — напомнил наши молчаливые вечера. А если мы не молчали, то ругались, после чего один из нас просто отключался в запале.

— И что? Я же не могла обнять тебя, поцеловать, — подошла ко мне вплотную Оля и проделала все, что сказала. Что-то екнуло на подсознании. Но это было чисто мужское… красивое загорелое тело в домашних шортиках и коротком топике без лифчика, — а еще мне сегодня не очень хорошо.

Опять двадцать пять, устало опустился на тумбочку. Как только мы куда-то собирались с друзьями, Оле обязательно становилось плохо. То у нее голова болит, то живот, то подозрения на грипп. Я не понимал, чем ей не угодили мои друзья? Раньше я верил в ее болячки, оставался с ней, обхаживал, а сейчас решил, что довольно.

— Оля, зачем ты врешь? — посмотрел ей прямо в глаза. По лицу девушки тут же разлился легкий румянец.

— Я… почему ты так решил? Мне действительно плохо. Видно, жара так действует, давление низкое…

— Довольно. Я не могу отменить эту встречу с друзьями. Тетя Тоня, наконец-то, пошла на поправку. У всех был очень тяжелый год. Если ты не хочешь ехать, пожалуйста, — встал, разведя руки в стороны, — но я поеду.

— И оставишь меня одну? А если я упаду в обморок? Я же совсем одна, кто мне поможет? — перешла она на крик.

— До этого справлялась. Да и как вижу, на скандал у тебя силы есть, — указал очевидное.

— Потому что тебе дороже чужая мать, а не собственная девушка. Я и так молчала целый год, пока ты торчал в этой дебильной больнице и…

— Замолчи! — оборвал ее грубо. Никогда не кричал и сейчас не собирался. — Ты знаешь, сколько там лежит людей без надежды? Сколько страданий они переносят, боли… а ты называешь это место дебильным.

— Руслан, я не это имела…

— Все не хочу слушать. Ты едешь или нет? — спросил прямо.

— Нет, — сложила она руки на груди, поджав губы. Еще одна тактика. Пытается сделать меня виноватым. Ну уж нет!

— Отлично, — прошел мимо нее, чтобы открыть двери. — Тогда поговорим, как я вернусь.

— Если ты уйдешь, то можешь не возвращаться, — заявила она. Как будто что-то новое открыла, усмехнулся и уже открыл двери, сделав шаг по направлению к лифту. — Руслан, — выскочила за мной. Все лицо заплакано, руки дрожат…

Тяжело вздохнул, обнял ее и повел обратно в квартиру. Завел на кухню и уже по привычке залез в ящик, где лежала валерьянка. Налил воды и подал все Оле. Та быстро выпила и слабо мне улыбнулась.

— Прости, не так я себе представляла нашу встречу после месяца разлуки…

— Оля, не начинай, прошу. Я не злюсь на тебя. Но ты сама должна понять, что у меня есть друзья, они мне дороги, я переживаю за них, если им что-то понадобится, всегда помогу. Я принадлежу не только тебе. Не могу закрыться с тобой в квартире и отгородиться от всего мира. Это не по мне. — Объяснял, как маленькой.

— Я понимаю, но хотя бы сегодня ты можешь…

— Нет. Мы с тобой это обсуждали еще, когда я отдыхал на Бали. Я сообщил Ире, что мы приедем. Тетя Тоня ждет меня и тебя…

— Неправда, Ирина мама меня не любит, сама не понимаю почему, — надулась она.

— Поэтому ты не хочешь ехать?

— Нет… да, я же сказала, хочу побыть с тобой, — вцепилась в меня Оля, покрывая лицо поцелуями. — Я, кстати… — замерла она, довольно улыбнувшись, — в общем, ты так просил написать меня стихотворение… и вот пока тебя не было… — потянула она меня в комнату, — прочти, — вручила листок.

Я внимательно всмотрелся, пока не читая. Никакой грязи, чистые и ровные буковки. Ни перечеркиваний, ни игры слов, ничего, чтобы указывало на то, что она писала это стихотворение. Конечно, это может быть конечный вариант… задумался я. Интересно, где она взяла это стихотворение? Все же решил прочитать, может, вообще, взяла из интернета неизвестного автора?

Я вся твоя.

Излита без остатка.

В огне пылаю,

В воздухе парю.

Я в невесомости

Застыла сладкой.

Твое лишь имя

Я несмело прошепчу.

Мне прикоснуться

Хочется украдкой.

Пройтись губами

По твоим губам.

Вдохнуть твой запах

Может, кофе ароматный?

И утонуть

В твоих глазах.

Прошу тебя.

Не отстраняйся.

Я рядом. Здесь.

С тобой всегда.

Хоть изредка

Ко мне ты прикасайся.

Ведь я твоя.

Я без остатка вся твоя.

Я даже присел на рядом стоявший стул. Сердце пропустило несколько быстрых ударов, а по телу прошла дрожь… как давно я не читал ее стихотворений. Мои глаза сами перечитывали и перечитывали строчки. Кому… кому она признается в любви? Давно забытая ревность поднялась из тьмы. Ведь столько времени прошло, понятно, что она обо мне забыла. Тем более и писем не приходило все это время. Она исчезла именно тогда, когда я начал встречаться с Олей. Поднял глаза на рядом сидевшую девушку. А знаю ли я ее настоящую?

— Где ты взяла это стихотворение? — прошептал. В горле пересохло. Единственная мысль в голове была о том, что я хочу найти ее, хотя бы просто увидеть и, наконец, узнать, кто она.

— Я же сказала… написала… сама… — забегали глаза Оли. Снова врет. — Почему ты мне не веришь? Коть, я так…

— Оля! — остановил ее, прикрикнув. — Я уже давно понял, что ты не тайная подруга. Можешь больше не притворяться. Просто ответь, где ты взяла это стихотворение?

— Да, хорошо. Это не я. Не я твоя тайная подруга, — выплюнула она эти слова будто ругательства. — Но я люблю тебя, Руслан. Как только, увидела в институте. А затем узнала, что ты руководишь нашей газетой. Слышала какие-то обрывки фраз о том, что ты ищешь девушку…

— Ты что, следила за мной? — никогда не думал, что задам такой вопрос. Казалось, нет более глупой ситуации, чем эта, но сейчас все выглядело даже жутко. У меня в голове не укладывалось, как она могла все это узнать, не наблюдая за мной.

Оля только опустила голову в пол и заплакала. Она точно больна. Встал я, желая быстрее уйти из этого дома, от нее. Покончить совсем раз и навсегда.

— Ты бросаешь меня? Теперь, когда все узнал? Неужели три года, что мы вместе, для тебя ничего не значат? Ты разве больше не любишь меня? — пошла тут же за мной.

— Оля, послушай, — обернулся, взяв ее за руку, — Я любил тебя… но не знаю, все куда-то ушло. Твое постоянное вранье… я больше не могу так.

— И что, побежишь к ней? Будешь искать, узнавать, кто она? А если разочаруешься? Не думал об этом? Неужели какая-то незнакомая девушка встанет между нами? Да я врала, мне сейчас стыдно… я очень виновата, но… прошу, не уходи. Не бросай меня, — она попыталась обнять меня, но я убрал ее руки.

— Скажи, где ты взяла это стихотворение?

— Нет, — стала вдруг злой Оля, — и не подумаю. Я не собираюсь рушить наше будущее своими же руками.

— Какое будущее, Оля? У нас уже давно нет будущего. Разве ты не видишь, что любви уже давно нет? — сорвался, не выдержав. — Я не люблю тебя. Привычка, да есть, но не любовь…

— Ты не будешь с ней счастлив, — горько прошептала она, заливаясь слезами.

— Ты ее знаешь? — подлетел к ней, — ты ее знаешь, — уже не спрашивал, а утверждал, — и все это время молчала?!

— Да знаю, — пихнула меня, замолотив кулачками по груди.

— Скажи, — не обращал внимания на ее удары. Боли совсем не чувствовалось, я хотел узнать только одно, кто же та девушка, что писала все эти стихи.

— Никогда. Уходи, уезжай к своим друзьям. Тебе плевать на меня, — пихала она меня к двери, пока я был растерян и даже не сопротивлялся, — Убирайся, все, это конец…

— Оля, — попытался остановиться, но она меня уже не слышала, просто выпихала за дверь и захлопнула перед самым носом. Ударил от злости в стену. — Оля, открой, — нажал на звонок, — мы недоговорили. Я прошу лишь об одном…

— Убирайся, — послышался крик за дверью, — от меня ты точно не узнаешь ее имя и не надейся. Ты бросил меня… бросил, — зарыдала она в голос.

— Ты хочешь, чтобы наши отношения закончились именно так? — проговорил через дверь, — открой, я приготовлю тебе чай, подожду, пока ты уснешь, а после уеду…

— Я все равно не скажу тебе, кто твоя тайная подруга, — упрямо заявила Оля.

— Я это уже понял, — решил сменить тактику, — просто впусти и…

— Ты останешься со мной? — услышал, как замок щелкнул в двери, а через секунду я уже смотрел в заплаканное лицо девушки, — ты же сейчас несерьезно все это говорил? Мы не расстаемся, правда?

— Оля…

Пытался собрать всю свою силу в кулак, но больше не мог терпеть. Хватит. Довольно!

— Нет, мы расстались…

— Я тебя ненавижу, — прокричала она, — Пошел ты…

— Да с удовольствием, — вскипел, развернулся к лестнице, даже не став ждать лифта, и побежал вниз на свежий воздух. Сколько можно ее успокаивать и терпеть эти вечные капризы. Больше нет сил. Как будто и не улетал от нее на месяц. С силой открыл дверь, так, что она ударилась о стену. Вскочил в машину и, заведя мотор, выехал со двора. Как только я оказался на дороге, мне сразу же стало легче. Как будто груз с плеч упал. Я тут же расслабился. Не было злости или боли. Просто легкость и даже какая-то невесомость. Все правильно, твердил мой внутренний голос. Нам давно уже нужно было разойтись, жаль, что это не получилось сделать красиво. Но… мой телефон зазвонил. Имя Ани высветилось на мониторе. Посмотрел на часы. Я уже опаздывал.

— Привет, Аня…

— Вы где? — недовольный голос подруги, — Мы сейчас все с голода умрем.

— Да, прости, — вздохнул, — Я уже еду. Буду один…

— А Оля? — осторожно спросила подруга. И такие вопросы она мне задавала уже не в первый раз, прекрасно зная заранее ответ, — впрочем, не говори. Мы тебя ждем, сегодня не тот день, чтобы грустить…

— Мы расстались, — выпалил, сам не знаю почему, — Но все хорошо… в общем, скоро буду. Ждите, — отключился, ругая себя, что все же не удержал свой язык за зубами. Хотя, с другой стороны, они все равно узнают. Пусть лучше так. К тому времени, как я приеду, они уже забудут, отмечая выздоровление Ириной мамы.

Глава 2

Ира.

Впервые за этот год я могла вздохнуть спокойно и подумать о себе. Смотрела уставшими глазами в монитор компьютера, так и не решаясь отправить письмо.

Сколько лет прошло, я думала, все забуду. Что это несерьезно. Но чувства никуда не ушли. Как я влюбилась в этого недотепу? Сейчас Руслана таким и не назовешь. На первом курсе он выглядел как типичный заучка, хоть довольно и симпатичный, просто нужно было сбросить все книжную пыль с этого бедолаги. А еще его робость перед девушками. Наверное, это и подкупило. Я привыкла к уверенным и в какой-то степени грубым парням. Да и сама не слабая, поэтому стремилась к мужчине, который смог бы доминировать надо мной. Но такого не было. И я уже смирилась. Но затем глупое предложение от моей подруги Аньки… помочь Русику. И я помогла, сама не ожидая такого результата, это, пожалуй, одно из самых быстрых преображений. Мне не впервой помогать друзьям. Кому-то я просто давала советы, а другим, приходилось менять как внутренний мир, так и внешний.

В то время мы проводили с Русланом много времени. Сама не заметила, как он прокрался к моему сердцу… а его еще тогда неловкие ухаживания. Для меня все было в новинку. Но я гнала от себя эти чувства, ведь была несвободна. У меня был Стас — первый парень института, мечта всех девушек. И даже наши постоянные ссоры из-за Пина — моего пушистого любимца, не могли открыть мне глаза.

Погладила кота за ухом. Он довольно урчал, лежа на моих ногах. Вот кому хорошо. Никаких забот, встал, поел, прогулялся со своей рыжей подругой.

— Ты, кстати, где потерял Малинку? — усмехнулась его подергиванию усов во сне. Пин приоткрыл один глаз и лениво мяукнул, после чего снова довольно уснул. — Понятно, снова с папой спит.

В один из дней Пин привел к нам в дом белочку. Знал же, что не прогоним. И как ни странно, она стала любимицей отца. Он постоянно покупал ей орешки, чем, незаметно для всех, переманил рыжую хитрюгу в родительскую спальню.

Мой взгляд снова упал на монитор. Там было письмо, которое я все не решалась послать. Сейчас, когда болезнь мамы отступила, и мы могли немного расслабиться, я вспомнила о Русике. Хотя никогда и не забывала. Подумала о заведенной страничке в инстаграме. Там я размещала все свои стихотворения и небольшие заметки, подписываясь тайной подруги. Зачем это сделала? Думала, что Руслан все же найдет меня, поймет — Оля обманывала его все это время. Но чудо не случилось. Он все также был с ней. Конечно, их отношения нельзя было назвать идеальными и влюбленными, как в первое время… но что происходит, я тоже не могла сказать, так как Руслан эту тему предпочитал не открывать нам с Аней, а мы не настаивали.

Хотя нет… Аня все чаще говорила со мной о том, чтобы я призналась Руслану. Как-то она узнала, что я и есть та подруга, которую так долго искал Руслан. Сама виновата, стала посвящать ее в свое творчество. А она оказалась хитрее, чем я думала. Просто интересовалась новыми стихами, но при этом молчала. А в один день просто задала вопрос в лоб:

— Сколько это будет еще продолжаться? Почему даже мне не рассказала, что ты и есть тайная подруга? — смотрела укоризненно подруга.

Я хотела отшутиться, как всегда, но мой собственный кот почему-то перешел в этом вопросе на сторону Ани. Он уселся с ней рядом и смотрел на меня, как мне показалось, осуждающе. Тогда я поняла, что уж Анька заслужила знать правду. Мы с ней как сестры, знаем друг друга уже больше десяти лет…

— А смысл? Он с Олей, и его все устраивает. Это все в прошлом… уже не имеет значения, тем более я недавно познакомилась с парнем. Завтра еду на свидание, так что…

— Серьезно? Все в прошлом? — недоверчиво посмотрела на меня, закатив глаза, — Именно поэтому ты завела страницу в инстаграме? Занятная, хочу сказать, страница… но, может, пора уже остановиться и хотя бы открыться другу?..

— Зачем, Аня? У нас и так с ним натянутые отношения. Думаешь, после того, как я ему признаюсь, он поверит в мою любовь? Да он, вообще, не захочет меня видеть, не то, что общаться. Нет! Это исключено. И, надеюсь, ты ничего не расскажешь ему. Я могу на это рассчитывать? — сверлила ее серьезным взглядом.

— Можешь, — пробубнила она недовольно, — но знай, мне это все не нравится.

— Ань, поверь, когда ты тормозила с Никитой, мне тоже хотелось тебя поколотить, чтобы мозги встали на место, но… Да и твое затворничество после смерти…

— Хорошо, — перебила подруга, так как эта тема до сих пор для нее была больна. Я понимала, что перешла черту. Ведь потерять родителей и сестру в один день, это очень тяжело. Моя мама год была на грани смерти, и я каждый день молилась, чтобы небеса смилостивились и не забрали ее. А Аня… она была лишена этой возможности. Один несчастный случай на дороге унес сразу три жизни, оставив в живых только ее.

Больше мы с ней не поднимали эту тему, тем более что потом у мамы обнаружили злокачественную опухоль. Было уже не до этого. Помню первый день, когда она пришла, узнав анализы. Как она все стойко рассказывала, даже шутила, а мне хотелось только одного — плакать. Но я не могла. Понимала, что она не выдержит моих слез, сама сорвется, поникнет… мама у меня только с виду сильная.

А затем была операция. Опухоль удалили всю, хорошо еще стадия была небольшая. Ну а после… лечение. Ударная доза химиотерапии, а затем и лучевая… мама плохо, слишком остро, восприняла потерю волос. Мы подбадривали, как могли, но я часто замечала слезы в ее глазах. Это было больнее всего. А ты в этот момент не мог ничего сделать, кроме как обнять, сказать, что любишь ее…

Как хорошо, что организм принял лечение. Сейчас у нее уже отросли волосы. Еще короткие, темные, но свои, а не парики или платки с шапочками. И ей это безумно шло. Она у меня всегда была блондинкой и не могла себя представить брюнеткой. Но сейчас даже помолодела. Мы были с ней словно подружки.

После больницы папа привез ее в новый дом. Он решил сделать сюрприз маме, купив коттедж с бассейном, беседкой. Все как она когда-то хотела. Одна улыбка, и все ужасные месяцы стерлись из памяти.

Я нервно постучала рукой по столу, не зная, как быть с письмом. Еще раз вчиталась в текст. Навела стрелку на «отправить», но тут же убрала. Сердце бешено заколотилось. Нет-нет, не могу. Прикрыла глаза, откинувшись на спинку кресла. Да и зачем ему отправлять его сейчас, спустя столько времени? На что я надеюсь? Пусть мы стали общаться хорошо, забыв все недоразумения прошлого, но это же еще ничего не значит. Хотя из письма он все равно не поймет, что это я, но все же. Если Руслан обидится на меня? Конечно, обидится. Здесь даже не может быть никаких если. Он решит, что я просто все это время издевалась над ним, смотрела, как он страдает, и ничего не делала. А я просто боялась, что узнав, он посмеется мне в лицо. И его выдуманная любовь к тайной подруге тут же пройдет. Переживала, что для Руслана это будет новый повод для издевательств. Он никогда не относился ко мне серьезно. Во многом я сама виновата. Все привыкли видеть постоянно улыбающуюся девушку, без проблем. Но я просто не выносила их на люди. Решала сама, не прося помощи. Только с маминой болезнью не смогла. Снова подвела стрелку мышки к кнопке «отправить», но так и зависла. Нет, я не могу, хотела уже закрыть почту, но вдруг Пин во сне потянулся, впившись своими когтями в мою ногу. Я пискнула от боли, дернувшись на стуле. Рука непроизвольно кликнула на кнопку… я уставилась на экран, не веря, что это произошло. Письмо отправилось! Нет! Хотелось закричать, но все уже спали. Я закрыла лицо руками и застонала от комичности данной ситуации.

— Ну и ладно, — успокаивала себя, — значит, так нужно было. Все равно он не поймет, что это именно я. Прочитает, может, удалит сразу же. Да, скорее всего так и поступит. Прошло уже четыре года, а он за это время ни разу не вспомнил обо мне. Все, успокойся, — подула на свое лицо. Быстро выключила компьютер, пока не натворила еще больших глупостей и улеглась в постель, сильно зажмурив глаза и молясь, чтобы это письмо застряло где-нибудь в интернет-пространстве, так и не дойдя до Руслана.

— Привет, сладкая парочка, — прокричал мой папа на появление Ани и Никиты, готовя барбекю. Те махнули ему в ответ и обняли меня в приветствии.

— Где тетя Тоня? — поинтересовалась подруга.

— Она примеряет купальники, — расцеловала ребят. — А что в пакетах?

— Фрукты, овощи, зелень и напитки, — подмигнул Никита, направляясь к моему папе с продуктами. Он сразу же нашел общий язык с отцом. — Девушки, отдыхайте, а мужчины займутся готовкой.

— Класс, — проговорила я под цоканье подруги. Ее всегда раздражало это слово. Я лишь усмехнулась ей, подпихнув в сторону качелей, где уже развалился довольный кот.

— Русик, как всегда, задерживается? — посмотрела по сторонам Аня.

— Если он, вообще, приедет. Ты же знаешь, Оля придумает очередную головную боль, и они останутся дома, — отмахнулась, погладив Пинцета. Я сразу же вспомнила о вчерашнем письме, которое случайно отправила. Первым делом, как только я проснулась, залезла на почту, но ответа не было. Может, и не будет. На что я очень рассчитывала.

— Что-то твоя мама долго, — напомнила подруга.

— Пойду, посмотрю, — встала и направилась в дом. Поднялась к ней в комнату и услышала расстроенный вздох. Видно, переживает из-за груди, сразу же догадалась. Нацепила беззаботную улыбку и открыла дверь.

— Привет, красотка, — подошла к маме, поцеловав ее в щеку. — Мы тебя уже заждались…

— Не могу подобрать купальник, — расстроено проговорила она, начиная нервничать.

— А чем этот плох? — прошлась изучающим взглядом по довольно закрытому купальнику черного цвета с золотыми вставками.

— Посмотри, все равно видно, что одна грудь меньше, — капризно заметила мама. Все же она женщина, и ей хочется выглядеть лучше всех. Вот только мама не понимала, что так и есть на самом деле. Она у меня настоящая красавица. Ростом чуть ниже меня, худенькая и при этом с пышной грудью и длинными ногами.

— Дай-ка, — развернула ее к себе и достала из одной груди поролоновую чашечку, так все стало идеально ровным, — смотри, — снова повернула мамочку к зеркалу. — А сверху накинешь тунику. Великолепно, — посмотрела на нас. Мамина золотистая туника с черным купальником и моя белая с голубым бикини, — Ну же, пошли. Ты моя королева, — обняла ее.

— Спасибо, солнышко, — обняла меня в ответ и надела широкополую шляпу на голову.

Когда мы вышли, все встретили нас одобрительным свистом. На барбекю еще подъехали ребята из группы Ани. Она у нас выступала в баре Никиты. Какое-то время они были кавер-группой, но уже как полтора года исполняли свои песни, записав альбом, и даже получили небольшую известность в Беларуси. Их уже приглашали на фестивали, что вызывало гордость за подругу.

— Вот видишь, а ты не хотела выходить, — встряхнула маму, чтобы та уже, наконец, расслабилась и получала удовольствие.

— Хорошо, пойду к папе, — поцеловала она меня в щеку, — а то он сейчас закормит белку орехами до такой степени, что она не встанет. Я увидела, что не только папа подкидывал орешки, но и также старался Никита, предварительно жонглируя ими, а затем по одному запускал в рот довольной Малинки.

Я же направилась обратно к Ане, которая с кем-то разговаривала по телефону. Как только я подошла, она отключила мобильный.

— Ну что, снова наша Оленька заболела? Что у нее на этот раз живот, нет… — сделала вид, что задумалась, — это было в прошлый раз, может быть, давление… или диарея, — сделала испуганное лицо, Анька даже хихикнула, — ей бы не помешало уже давным-давно пройти медицинский осмотр. Думаю, они бы сразу нашли истинную причину всех ее болячек.

— Они расстались, — перебила меня подруга. — Он едет один.

— Расстались? Или как всегда: «мы расстались», а на следующий день: «ну что сказать оба молодые и горячие, помирились. Обычное дело»? — раскачивалась на качелях, запрокинув голову в ясное летнее небо. Я уже устала надеяться на то, что они разойдутся. И не верила их разрыву. Хотя вру, сердце снова защемило в надежде, вот же глупое.

— Посмотрим, может, расскажет по приезду, — пожала плечами Аня, последовав моему примеру и закинув голову в небо, — он явно не в настроении.

— Ну, значит, снова просто поругались…

— Ир, может, стоит признаться… пока они в ссоре…

— Зачем? Чтобы он всех собак на меня спустил? Нет уж. Тем более не хочу выглядеть дурой. Я ему признаюсь, он наорет на меня и побежит мириться со своей ненаглядной Оленькой. Ни за что на свете, мы закрыли эту тему давным-давно, — заметила категорично.

— Как знаешь, — посмотрела в сторону Аня, — а вот собственно и сам Русь.

Повернулась к воротам. Да… мечтательно вздохнула. Его только месяц не было, а кажется… не думала, что буду так скучать без него. Такой загорелый и даже подкаченный, видно, серфинг пошел ему на пользу. Белая майка обтягивала его тело слишком сексуально… или это только я так реагирую на него?

— Что сидишь? — пихнула подруга, — иди, встречай гостя, — поторопила она меня, пока он о чем-то говорил с подошедшей мамой, вручая ей сверток.

Глава 3

Я, не спеша, направилась по зеленому газону вдоль лежаков. Руслан повернулся в мою сторону и улыбнулся, махнув рукой. Мама что-то проговорила ему, обняв, и пошла в дом. Интересно, что он ей там подарил?

— Привет, — растянула слово в улыбке и обняла его. Как только Аня рассказала про очередное расставание с Олей, во мне зажглась надежда. Глупое-глупое сердце!

— Аня уже успела поделиться новостями? — по-своему понял мою скованность Руслан.

— Не без этого. Ничего страшного, — сделала беззаботное лицо, — сегодня же помиритесь.

— Нет, в этот раз точно все, Ира, она призналась во всем, — пнул он камушек.

— Мм, во всем, это в чем? — неужели она и меня сдала, вот стерва! Закусила я губу. Но он же приехал и не обвиняет пока ни в чем…

— Сегодня дала мне прочитать якобы свое стихотворение, и это после трех лет молчания. А до этого сплошные отговорки были.

— И что? Что за стихотворение? — неужели нашла мою страничку в инстаграме? Хотя, это уже и несложно.

Руслан молча протянул мне измятый листок с ее почерком и… моим стихотворением. Вот дрянь! Сжала челюсть от злости. Ну ничего, теперь хотя бы Руслан знает, что это не она. Вчиталась в строчки, стихотворение я написала давно… но вот выложить решилась буквально на днях.

— Красивое, — отдала листок.

— Да… тяжело признаваться в этом, но мне, кажется, я все еще что-то чувствую к этой девушке. Это нелепо, я взрослый и самостоятельный парень, но как только прочел стих… на меня накатили воспоминания, наша постоянная переписка. А потом она пропала, как только появилась Оля. Только ты поняла, что все это вранье. Почему я тогда тебя не послушал?

— Ты слишком долго ждал встречи. Поэтому и не заметил. Ничего, но Олю же ты тоже за что-то полюбил, — сама не понимала, зачем я сейчас защищаю ее?

— Любил, но как можно было из тихой, милой девушки превратится… мне иногда кажется, что она больна. Настроение меняется, я даже не успеваю этого заметить, — устало он опустился на лежак рядом с бассейном. Я посмотрела на собравшихся друзей и родителей. Было неудобно так задерживаться, но и Русику нужно выговориться. Аня тут же словила мой взгляд, показав, что всё хорошо, и друзья уже отдыхают. Поэтому я с чистой совестью присела рядом. — А сегодня, — продолжал он, смотря на воду, — она снова придумала себе какую-то болячку, хотела, чтобы я никуда не ехал… но ни это главное.

— А что? — пыталась сильно не радоваться тому, что он, наконец, не повелся на ее вранье и капризы.

— Она знает, кто настоящая тайная подруга, — я затаила дыхание при этих словах. Даже сердце перестало биться, — но отказалась говорить. Еще верит, что мы будем вместе. Но нет, этому точно не бывать. После отдыха я понял, что эти отношения уже ничем не спасти. Они безнадежны. Столько обмана… ненавижу, когда люди врут. — На последнее заявление я только молча кивнула головой, поджав губы. Что ж тут сказать? Сейчас я чувствовала себя не лучше той же Оли. Ведь сама вру ему.

Как же рассказать? Это нужно сделать, лучше я признаюсь сама, чем впоследствии он как-то сам догадается и возненавидит. Или Оля передумает и сдаст меня. Пока ей выгодно молчать, но как долго это продлится?

Не хотелось возвращаться к тому, с чего мы начали. Сейчас будет еще хуже, про дружбу уж точно нечего и думать. Тогда я просто наступила ему на мужскую гордость, вспомнила эпизод четырехлетней давности… но быстро выбросила из головы, не хочу даже думать об этом.

— Ира, вы еще долго? — позвал нас отец, — все уже собираются за стол.

— Идем, — крикнула, — пять минут, пап, вы садитесь.

— Прости, загрузил своими проблемами, — тут же подорвался Руслан, — сегодня же такой день…

— Кстати, а что ты подарил маме? — встала вместе с ним.

— Да ничего особенного, какая-то местная косметика, у меня ее мама покупала, так нахваливала. Вот я и решил, что твоей тоже пригодится, — улыбнулся он.

— Спасибо, конечно. Но немного обидно, маме моей о подарке позаботился, а мне даже магнитика не притащил, — сделала обиженное лицо.

— Почему же? Подарок просто в машине. Я же покупал только тебе, твоей маме и Аньке с Никитой, как-то неудобно, здесь еще парни из группы… Хотя подожди, я же совсем забыл. Пошли, заодно и тебе отдам твой сувенир, — потянул меня за ворота.

— Так, держи, — всунул он мне бутылку рома, — это на стол, а это Ане с Никитой, — достал пакет. Там оказались теневые куклы ручной работы, — Это твоим любимцам. Белке — сухофрукты, а вот Пину не знал, что купить, увидел такую подушку и решил, ему будет на ней удобно, — достал он расписное произведение искусства.

— Спасибо, — удивилась, что он и о животных подумал, — не стоило… — замялась я. Но было очень приятно.

— А это тебе…

Руслан достал сверток и вручил мне, немного нервничая.

— Это украшение ручной работы… не знаю, тебе сложно угодить в таком вопросе…

Я уже не слушала его, просто разрывала пергамент. На руку мне упал серебряный браслет в этническом стиле с большим синим камнем.

— Очень красиво, — прошептала я. Мне действительно понравился его подарок. А камень… посмотрела на замявшегося Руслана, — Это же недрагоценный камень? Он такой большой…

— Это сапфир, — взял браслет и надел его мне на руку. — Не волнуйся, там намного дешевле…

— Все равно, Русь, это же… сапфир… — залюбовалась я сиянием камня. — Очень красиво, спасибо, — кажется, я повторялась. Но он меня удивил. Я подорвалась и обняла его, быстро поцеловав в щеку.

— Куда делась вредная Ира? — пошутил друг.

— Еще не вечер, — засмеялась, — Пошли, а то нас скоро самих пустят на барбекю.

Веселье было в самом разгаре. Мама удобно устроилась под шезлонгом с соком, рядом с ней лежал довольный и сытый Пин, тот еще проныра. Знает, кто ему отдаст самый вкусный кусок мяса. Папа сидел за столом в компании Вовы и Лили, которые увлеченно слушали его рассказы. А мы с остальными ребятами дурачились в бассейне. Я решила, что пора бы и позагорать. Вылезла из воды и расположилась на одном из лежаков, наблюдая за Анькой с Никитой. Довольные и влюбленные, они не могли отлипнуть друг от друга. Становилось даже немного завидно. Неужели я не заслужила такого простого счастья? Посмотрела на браслет, а затем в сторону Руслана, который рассказывал Тёме и Кириллу про серфинг.

— Эй, чего грустишь, — брызнула на меня Аня водой и улеглась рядом.

— Хулиганка, — поморщилась, так как тело уже успело пригреться на солнышке, — ничего. Русик рассказал, что Олька спалилась…

— Серьезно? — охнула Аня. Моя смешная подруга. Вроде, взрослая, да и столько пережила, но при этом осталась все такой же наивной. — Как-то он быстро отошел, — заметила она.

— Может потому, что чувств больше нет? — как мне хотелось в это верить. Хотя стало стыдно за свою злопамятность. — Но ты тоже недолго убивалась по расставанию с Лешей, — напомнила подруге, — кстати, как он там? Слышала что-нибудь?

— Спасибо, подруга, — надулась она, но тут же расслабилась и ответила, — Миша рассказывал, что сейчас встречается с девушкой. Вроде, хорошая. Да и к дочке относится как к собственному ребенку. А это самое главное.

— Это хорошо. Ему тоже хватило… а как зовут, и что за она? — все же долгое время Леша и мне был другом.

— Лера про нее мне все уши прожужжала. Они же перезваниваются по скайпу, а сейчас, вроде, поедут к ним в гости. Девушку зовут — Дина, у нее свой небольшой салон красоты. Собственно, они и познакомились, когда Леша привел Сонечку постричься. А больше ничего не знаю, — пожала она беззаботно плечами и посмотрела на своего мужа, вздохнув.

— Что такое? — тут же увидела беспокойство в глазах подруги.

— Да ничего… Завтра улетаем в отпуск…

— И ты не рада, что ли? — удивилась такому кислому лицу.

— Нет, рада… очень, — закусила она губу, — но ты же знаешь, если бы я сейчас была в положении, то…

— Ань, значит, еще не время. Слетаете на Сейшелы, отдохнете там хорошо, — подмигнула ей, — может, вернетесь уже не вдвоем, а с третьим пассажиром. Кто знает? Не принимай близко к сердцу. У вас же все хорошо, оба молоды и здоровы, все будет…

— Понимаю, — кивнула Аня, смахнув слезу, — прости, гружу своими проблемами.

— На то я и подруга. Никогда не бойся и не стесняйся, — взяла ее за руку, сжав.

— А ты чем займешься? Скучать не будешь? — увидела переживание в ее глазах уже по поводу меня.

— Конечно, буду, с тебя подарок… можно просто крестника, — засмеялись мы, — что-нибудь придумаю…

— О чем болтаете? — появились Никита с Русланом, усевшись к нам на лежаки. Никита тут же поцеловал жену. А я с Русланом только молча переглянулись, после чего он отвернулся, изучая мамины цветы.

— Да вот, мы улетаем, а Ирка остается совсем одна… — посмотрела она в сторону Руслана.

— Почему одна? — тут же отреагировал Русик. Вот же! Хотелось стукнуть подругу по голове. Что творит?! — А я?.. На днях будет оупен-эйр…

— Русь, мне не нужна нянька, — включила я колючку.

— Никто о няньке и не говорит, я лишь предложил. Решай сама, — спокойно ответил, — но один я точно не поеду, а так думал…

— Тогда другое дело, — пихнула его ногой, чтобы не обижался, — можно еще ребят позвать, — указала на группу.

Аня только недовольно покосилась на меня, закатив глаза. Руслан молча кивнул, а Никита еле сдерживал смех. Тоже мне друг называется. Совсем страх потеряли, сейчас сдадут меня с потрохами. Пора заканчивать эти разговоры.

— Все, не мешайте, — стала спихивать ребят обратно в бассейн, — вы мне солнце заслонили. Идите лучше, помогите папе с мясом или искупайтесь, дайте пошептаться с Аней.

Улеглась я обратно, закрыв глаза. Подруга недовольно цокнула языком, но ничего не говорила. Видно, поняла, что перегнула палку. А что они все хотели? Я после заявления о том, что Руслан расстался с Олей, прыгну к нему в объятья и признаюсь в любви? Скажу, что это я, та которую он так давно ищет? И мы заживем счастливо? Сначала нужно раскрыть свою тайну, а уж потом думать… да и думать уже, наверное, не придется. Сам высказался о своей неприязни ко лжи. Так что…

— Слушай, я, конечно, не лезу в ваши странные отношения с Русиком, но мне, кажется… что ты ему нравишься…

— А мне кажется, Русик сам не знает, что и к кому он чувствует. Он только от Оли, с которой больше трех лет был вместе, затем признание, что до сих пор вздыхает по тайной подруге, а я… а что я? Ведь я и есть она…

— Вот именно, — изрекла гениальную мысль подруга.

— Пусть сначала в себе разберется, а уж потом…

— А как ему разобраться, если его все постоянно обманывают?

— Аня, давай мы как-нибудь сами. У вас впереди отдых. Не забивай голову лишним, — отмахнулась. Я не привыкла делиться своими проблемами и не любила, когда меня жалеют.

— Иногда я тебя боюсь, — прошептала подруга, после чего поднялась и пошла к ребятам.

Еще одну обидела, вздохнула тяжело. Потом извинюсь, поднялась и пошла к маме и Пинцету, а то она совсем заскучала. Нужно ее подбодрить, видимо, снова накрутила себе что-то в голове. Ничего, они с папой тоже скоро поедут отдыхать в свою любимую Италию. Она отвлечется, почувствует заново вкус жизни.

— Как дела? — присела, поглаживая спящего Пина.

— Хорошо, — расслабленно проговорила мама. — Слушай, а где девушка Руслана? Снова поругались?

— Вроде расстались…

— Серьезно или просто горячая молодость?

— Не знаю, мама, вроде, сказал, что серьезно. Посмотрим…

— Ну и правильно, — выдала мама, — они не подходят друг другу, она его сильно тормозит. Ему нужна девушка сильная, которая будет стимулировать…

— Психолог ты мой, — чмокнула ее, рассмеявшись.

— У мамы большой жизненный опыт, вот слушала бы ты меня чаще, — вздохнула она. А Пинцет еще и подмяукнул, предатель. Совсем забыл, кто его спас от голодной и холодной жизни. Мама с отцом уже спали и видели меня замужней дамой, но, увы. Пока все так и оставалось в мечтах.

Глава 4

Руслан.

Домой я приехал в одиннадцатом часу ночи. Отдохнули все на славу. Больше всего радовала улыбка тети Тони. А загоревшееся глаза Иры, когда подарил ей браслет… как только я увидел его в одной местной деревушке, сразу же вспомнил о ней. Даже Оле я не с таким удовольствием выбирал подарок, купил просто сарафан с местными узорами, она сама меня просила.

Странно, но как только, я приехал к Иркиным родителям в гости, вообще не думал о тайной подруге. Почему… почему моей девушке этого никогда не удавалось? А Ира смогла за полдня занять собой все мои мысли.

Она красивая девушка. Все при ней: фигурка, внешность… длинные светлые волосы, большие голубые глаза… губы… Хм, я все еще помню их вкус. Закрыл глаза, воскресая в памяти поцелуй четырехлетней давности. Наша троица: Я, Аня и Ира, мы тогда решили посетить новое ночное заведение. Вернее, нас заставила Ира. Они в очередной раз поругались со Стасом, и ей было скучно. Аня провела с нами час, после чего просто нагло сбежала. А мы, разгоряченные, после нескольких стопок текилы… хотя спиртного было больше. Ее откровенные танцы, что она тогда вытворяла. Я не удержался, схватил ее так, что она запрыгнула на меня, обвив ногами… несколько секунд молчаливого разговора глазами, в которых отражались сильное желание и страсть. А после наш дикий поцелуй. Ее податливые и мягкие губы, такие сладкие… затем…

Что было затем, я решил не вспоминать. Распахнул глаза и сделал большой глоток холодного пива. Открыл почту, чтобы проверить письма. Утром я так и не успел этого сделать. Шесть входящих. Кто-то уже присылал будущие статьи для студенческой газеты, также моя сестра переслала мне фотографии с нашего семейного отдыха и… последнее письмо, я сначала даже не поверил своим глазам. Просто сидел и смотрел на адрес ее почты, не решаясь открыть. Столько лет молчания… что там? Я не хочу играть в игры, хочу просто узнать, кто она. Хочу увидеть, кто скрывается за всеми стихами…

Как странно, вспомнил все наши переписки. В них она всегда была смелая и острая на язык, а вот в стихах словно открывала душу, все свои переживания, боль, страхи…

Кликнул мышкой. Письмо открылось. Короткое… всего несколько строчек.

«Привет, думаю, ты совсем не ожидал получить мое письмо. Устала молчать. Тогда в баре… я там была, да. И я совсем не та, что сейчас с тобой. Думала, ты и сам в скором времени догадаешься обо всем, но… В общем, если тебя все устраивает как есть, тогда и мне незачем больше ждать и надеяться.

Твоя тайная подруга».

Я даже не заметил, как перестал дышать. Вчитывался в строки, не веря, что она все же написала мне. Ведь я какое-то время пытался писать ей письма, но она удалила почту. А сейчас, видно, восстановила. Впервые видел ее такой неуверенной в письме. Что мне ей ответить? И нужно ли вообще отвечать? Зачем начинать все сначала?

Но мое любопытство победило. Я все же хотел узнать, кто скрывается под этим ником. Может, сейчас она согласится на встречу? Просто увидеться, поговорить. Я стал набирать ответ:

«Привет. Действительно, неожиданно. Слишком долго ты молчала. Почему не раскрыла обман раньше? Чего боялась? Ведь знала, что я тебя искал, столько раз писал… хотя сейчас это уже не имеет значения. Все в прошлом. Я уже знаю, что меня обманули… Но больше всего я хочу узнать, кто ты? Хочу увидеть тебя, поговорить не через почту».

Написал и отправил, не задумываясь. Я смотрел как больной в монитор, словно она тут же мне ответит.

И письмо пришло. Я даже подпрыгнул, потянувшись к мышке. Быстро открыл и вчитался в предложение.

— «Привет, сложно все объяснить… хочешь пообщаться, вот мой скайп…» — указала она ник. Не это я имел в виду, думаю, она и сама поняла.

— Хорошо, — проговорил сам себе и открыл окно скайпа. Быстро нашел ее и добавился в друзья.

— Привет, — высветилось от нее перовое сообщение.

— Привет, это не совсем то, что я бы хотел, — стал быстро набирать, — я хочу увидеть тебя вживую.

— Зачем? Разве это все еще имеет смысл? — она поставила меня в тупик своими вопросами. Я и сам не знал толком зачем. Простое ли это любопытство или что-то большее. Но мне казалось, что увидев ее, что-то произойдет, будто вся моя жизнь сразу поменяется. Ерунда конечно…

— А зачем ты написала мне это письмо? Сама заметила, что прошло уже много времени с последнего нашего общения.

— Твоя вина, — было мне ответом, я даже усмехнулся ее наглости. Но, по сути, она права. — Ты оказался тугодумом, как можно было сразу не понять, что это не я на сцене? Я была обижена на тебя, очень.

— Прости, тяжело узнать человека, которого ни разу не видел. Зато стихи оценил, — отправил с улыбкой, ожидая, что же она ответит в этот раз.

— Издеваешься? — послала она вопрос со смайлами, — Видно, мне нужно пропасть еще на несколько лет.

— Я хочу встретиться с тобой, — решил, что хватит тянуть.

— Зачем?

Одно слово, но оно поставило меня в тупик. Почему-то перед лицом встал образ блондинки с невероятными голубыми глазами. И правда, зачем? Все, что я думал до этого, стало вдруг совсем неубедительно. Нужна ли вообще эта встреча? Почему я так стремлюсь увидеть ее?

— Слишком долго думаешь…

— Сам не знаю… — решил все же написать правду, — я запутался с тобой.

— Так, может, не стоит встречаться?

Я не понимал ее сейчас. Она же сама написала мне письмо, а теперь дает заднюю. Боится. Понял я. Но чего? Что не понравится мне?

— Тогда такой же вопрос к тебе: зачем ты написала мне?

— А ты не понял из письма? Я думала… слушай это так глупо на самом деле. Два взрослых человека…

Я прочитал ее сообщение и усмехнулся, действительно, все выглядит по-детски. Словно нам по шестнадцать лет. Бред какой-то, начал раздражаться.

— У тебя определенно есть преимущество. Ты меня знаешь не только по письмам, но и вживую, а вот я совсем не знаю, кто находится по ту сторону интернета, — что же она сейчас ответит? Я пытался хоть как-то уловить, может, это кто-то из знакомых или я хотя бы раз видел ее в институте, но она всегда была предусмотрительна. Зацепиться было не за что.

— Понимаю тебя. Но я не готова… не сейчас.

Снова не готова. А когда? Может, вообще не стоило отвечать на ее сообщение. Удалил бы и забыл про все. Оставил в прошлом. Нет же, снова поддался.

— А когда? Будет ли эта встреча? Я даже не знаю, как тебя зовут. Имя хотя бы можешь назвать?

— Нет, — было мне коротким ответом, после чего я ругнулся, сделав большой глоток пива.

— Обещаю, что расскажу тебе все, очень скоро… прости, мне пора…

— Подожди, — попытался я остановить ее, она снова ускользает от меня. Лишь успела отправить мне какую-то ссылку, а после вышла из сети.

Да что б все… я был на пределе. Мне точно не везет с девушками. У одной — ненормальная любовь, у второй — одни тайны на уме… только Ира…

— Да пошло оно все, — встал и подошел к окну, чертыхнувшись, вернулся обратно и кликнул на ссылку. Моему взору открылась страница в инстаграме. Что это? Листал картинки. Своей страницы у меня не было в данной социальной сети, так как это… что ли по-девчачьи. Да и что мне туда сбрасывать? Фото в туалетах или надутые губы, как сейчас любят все девушки. Словно нет других интересных мест для фотографий.

Но эта страница была другой. Не единой ее фотографии, пролистал в самый низ. Только пейзажи или предметы. Иногда попадались просто абстракции…

Щелкнул на одну и вчитался. Это было ее стихотворение, нажал на другую фотографию еще одно… а вот то самое, которое сегодня мне дала прочесть Оля. И под каждым произведением всегда стоял один и тот же хештег — тайная подруга.

Это была ее страница. Видимо, Оля сама недавно нашла ее… я решил ознакомиться более подробно, пролистал в самый низ, чтобы начать с первой записи. Но в этот момент завибрировал мой мобильный на столе. Наверное, снова Оля. Она доставала меня за целый день. Сначала звонила, но я не брал телефон, а после засыпала слезными и гневными сообщениями. Но я просто отключил звук…

Посмотрел на экран, но это была Ира. Странно, чего она звонит так поздно? Тем более, что мы совсем недавно расстались.

— Да, Ира, — ответил уставшим голосом.

— Привет, — говорила она как-то обеспокоенно. Неужели тете Тоне стало плохо? Заволновался…

— Все хорошо? Твоя мама…

— Ой, нет, все хорошо, — тут же она ответила, — я просто хотела предложить завтра проводить ребят в аэропорт, а после можно где-нибудь отдохнуть, поваляться на пляже, сходить куда-нибудь потанцевать, все же это наше последнее беззаботное лето…

— А… — замялся, не ожидая, что она сама предложит что-то подобное. — Хорошо, я не против. Во сколько у них рейс?

— В десять нужно уже быть там…

— Хорошо, я заеду за тобой, а после мы…

Не успел я договорить. Ира меня перебила. Она явно была чем-то взволнована. Но чем? Еще и тайная подруга объявилась. Сегодня какой-то сумасшедший день…

— Да, хорошо. Русь… — замялась, — мне потом нужно будет с тобой поговорить, рассказать кое-что…

— Что? — стало вдруг страшно. Почему-то в голове сразу возникла дурацкая мысль, что Ирка сейчас скажет, что это она та самая тайная подруга… но это же смешно. Не могу представить себе, чтобы она хоть четверостишие написала. Да уж, усмехнулся. Чего только не лезет в голову.

— Ты смеешься? — как-то резко спросила подруга, — Я, между прочим, говорю о серьезных вещах.

— Прости, подумалось тут об одном, это не из-за тебя…

— Точно? — какая-то она сегодня странная. Но это все еще, видимо, после болезни матери.

— Да, Ир. Так что, до завтра? — решил все же уточнить. А то мало ли передумать успела. Она такая.

— Хорошо…. Да, поговорим завтра, — я даже услышал, как она нервно дышит в трубку.

— Ир, у тебя точно все хорошо? — стал уже я волноваться за нее.

— Да, все, пока. Ты мне надоел, — выдала она свою коронную фразочку и сбросила звонок. Я засмеялся. Только Ирка так может. Сама позвонила, заставила волноваться, а после еще и виноватым сделала. Но я не обижался на нее. Откинул мобильный в сторону, посмотрев на ноутбук.

Я же хотел пролистать страницу тайной подруги до звонка Иры. Открыл компьютер и зашел на ее страницу. Вспомнил, как на секунду подумал о ней и Ирке, как об одном человеке. Еще раз засмеялся и углубился в чтение.

Глава 5

Ира.

— Мама, — крикнула я из своей комнаты, роясь в шкафу, — а где тот сарафанчик? Такой… в морском стиле…

Сегодня мне нужно подобрать самый сексуальный наряд. Ведь я собираюсь признаться Руслану, что уже долгое время люблю его, а еще…

— Ты не про него? — вошла мама в том самом сарафане.

— Ну, мама, — захныкала я, плюхнувшись на пол, — мне он очень нужен.

— Кто первый встал, тот и красавчик, — изрекла она наше первое правило в одежде, поправив волосы в зеркале. Вот почему мне так не повезло?! И моя мама носит вещи одного размера со мной. Хотя иногда это очень помогает. У нее отличный вкус, часто я сама тягаю одежду из ее шкафа, но сегодня…

— Мамочка, может, ты лучше возьмешь вот это? — достала я летящую тряпочку канареечного цвета, посмотрев на нее с мольбой.

— Нет, — сморщилась она, — не люблю этот цвет. — Уселась она на кровать, где развалился Пин, наблюдая за моими метаниями все утро. Он даже завтрак пропустил. — Пинцет, пошли лучше со мной, она все равно еще долго будет тут возиться. А я тебе вкусненькое оставила, креветки… — она даже договорить не успела, я только и смогла, что заметить пушистый хвост в дверях.

— Ну и беги, ешь свои креветки, — крикнула ему вдогонку, насупившись. Мама молча подошла, поцеловав меня в щеку, после чего вынула из шкафа белую ткань.

— Для пляжа, думаю, будет замечательно, — вручила она и пошла на звук недовольного мяуканья, переходящего в крик. У Пина, сегодня было плохое настроение, так как я оставляла его дома, а не брала с собой на отдых. Он никак не понимал, что ему от этого только лучше. Еще подцепит какое опасное насекомое… нет уж, пусть сидит дома, на газоне, у бассейна безопаснее. Расправила я предложенное платье. Безусловно, оно было симпатичным, милым… но мне нужно что-то сексуальное, чтобы Русик пропустил мимо ушей половину моих слов. — Ира, — крикнула мама с первого этажа, — Руслан приехал.

— Вот, блин! — зашипела я, посмотрев на часы, — Руслан, привет, — выбежала к лестнице, нагнувшись через перила, — я практически готова, выпей пока кофе. Мама, угости, пожалуйста, — и побежала обратно. Руслан только и успел, что махнуть мне рукой.

Времени в обрез, поэтому решив, что, как только вернусь домой, все уберу, я стала просто выкидывать вешалки с одеждой на пол.

— Вот оно! — запрыгала на куче из платьев, юбок, блузок и другой одежды. То, что надо! Розовая ткань будет красиво сочетаться с моим загаром, при этом открывая животик, а короткая юбочка сделает мои ноги еще длиннее. Но была одна загвоздка. Верх купальника под такой открытый наряд не оденешь. — А это плюс, — улыбнулась сама себе, закинув верх от бикини в сумку. Надела удобные босоножки, захватив по пути солнцезащитные очки, побежала в столовую, где мама о чем-то разговаривала с Русланом.

Кажется, они обсуждали предстоящую поездку в Италию. Руслан рассказывал, что стоит посетить, но как только я появилась на пороге, он замер, так и недоговорив. Его взгляд блуждал по моему телу. Даже Пин перестал жевать свои креветки, осматривая мой наряд.

— Привет, — решила, что нужно разрядить обстановку. Подошла и быстро его обняла, поцеловав в щеку. А затем взяла за руку и потащила на выход, — пока, мама, — крикнула по пути.

— Повеселитесь, ребятки, — рассмеялась она.

— Мм… отлично выглядишь, — промычал Руслан, после того, как мы уселись в машину, и он снова мог говорить. Похоже, мой наряд работает даже лучше, чем я рассчитывала.

— Поехали, а то опоздаем. И Никита с Аней нас убьют, — решила немного пошалить. Нагнулась к нему, протянув руку к ключу зажигания, но при этом смотрела прямо в глаза Руслана, приближаясь все ближе и ближе… еще секунда, а после я завела машину и уселась на место, пристегнувшись ремнем безопасности, — Ну что, поехали? — хлопнула в ладоши. Настроение у меня было отличное, надеюсь, таким оно и останется на сегодня.

— Да, — ответил Руслан, прочистив горло. И выехал за ворота дома.

— И не забудьте нам подарочки, — обняла Аню, у которой не сходила хитрая улыбка с лица. Она была довольна тем, что я решила во всем признаться Руслану. Хотя чем ближе был наш разговор, тем страшнее мне становилось. Я уже не была уверена, что мой наряд сработает.

— Буду держать за тебя кулачки, — прошептала она мне на ухо.

— А я за тебя, — обняла крепко, имея в виду, чтобы у них все получилось с Никитой и с отпуска они возвращались не только отдохнувшими, но еще и будущими счастливыми родителями. — Бегите, а то опоздаете на регистрацию, — быстро расцеловала друзей.

— Пока, ребята, хорошего отдыха, — обнял друзей Руслан. После чего они удалились, а мы отправились на выход. Стало немного грустно. Я углубилась в свои мысли, идя и смотря себе под ноги.

Ну вот, мы и остались вдвоем. Единственное, нужно подобрать момент и все рассказать. Только в моей голове все выглядело намного проще. А на деле, посмотрела украдкой на Русика… Он нервно перебирал ключи в руке.

— Куда поедем? — посмотрел на меня Руслан.

— К тебе? — произнесла и затаила дыхание. Я серьезно сейчас это предложила? Сама удивилась. Что я творю? И что он подумает?

— Хорошо, — только и ответил Руслан и быстро открыл мне дверь машины.

Усевшись, я стала ругать себя еще больше. Кто меня дернул предложить такое? Что сейчас Руслан подумает? Да и вообще, вся эта затея с признанием. Только сейчас я стала понимать, как все глупо выглядит. Приедем мы, я признаюсь, и что дальше? Скажу, что люблю… А Руслан, что он ответит? И как мы потом будем общаться? Да и какое общение? Еще же хотела признаться, что это я тайная подруга. Вздохнула тяжело, нервно теребя подол юбки. Хотелось открыть дверь и просто сбежать, но, во-первых, мы уже ехали по дороге, а, во-вторых, я же не из трусливых, посмотрела на Руслана. Он сосредоточенно вел машину. Ну хоть бы что-нибудь сказал. Совсем мне не помогает.

Так мы и приехали к нему. Он — не отрывая глаз от дороги, а я — тяжело вздыхая и ругая себя. Хороший район, осмотрелась по сторонам. Ведь я еще ни разу не была у него дома. Из нашей переписки лишь знала, что он живет один в собственной квартире.

— Хороший район, — решила разрядить обстановку. Молчать не было больше сил.

— Да, отец подарил квартиру к поступлению в институт… — тут же ответил Русь.

— А чем он у тебя занимается? — тут же нашелся новый безопасный вопрос, пока мы шли к подъезду.

— У него своя строительная фирма. Возводит вот такие дома, — указал он на жилой квартал.

— Правда? — удивилась, Руслан никогда не выпячивал свой статус богатого сыночка. Мы, вообще, мало что о нем знали. Хотя и машина у него была дорогая, только сейчас дошло до меня. Но не это было главное. Я никогда не подбирала себе друзей по статусу. Мне важнее, что они за люди, а ни сколько у них денег на счету.

— После учебы пойдешь к нему? — такое чувство, что интервью беру, причем не самое хорошее, закатила глаза от своей тупости.

— Скорее всего. В принципе, я все детство провел с ним на стройках, поэтому другого уже и не вижу. Ну а бухгалтерию всегда стоит изучить, как и право, — говорил он не глядя на меня, пока мы ехали в лифте.

Да уж, что-то совсем не клеится разговор. Посмотрела в потолок, ожидая, когда лифт привезет нас на нужный этаж. Слава Богу, уже через пару секунд мы зашли в квартиру Русика.

Неплохо, осмотрелась по сторонам. Просторный коридор, который вел в зал, совмещенный с кухней, дальше еще несколько дверей… все в мужском стиле, но не отталкивает. Везде чистота и порядок. Прошла я в зал: большой диван, напротив — плаза на полстены. Полки с книгами, какими-то причудливыми вещами, привезенными из разных стран, блестящая барная стойка, которая отделяла кухню от комнаты. Там тоже царил порядок и блеск.

Русик прошел мимо меня и включил чайник.

— Кофе или чай? — предложил он.

— Чай, если есть зеленый, — конечно, не надеялась, но все же. Мало ли он и в этом вопросе меня удивит.

— Есть, привез с Бали. Мама же у меня помешана на чаях, — улыбнулся он. — Она, кстати, тебе привет передавала. Сегодня с ней разговаривал утром.

— И как она отнеслась к вашему расставанию с Олей? — прошлась рукой по гладкой поверхности столешницы. Нужно было подготовить себе почву. Все же хорошо, что мы приехали к нему домой. На пляже точно бы разговор не состоялся.

— Удивительно, но была рада, — усмехнулся Руслан, разливая воду по чашкам, — она ведь никогда не выказывала своего недовольства по поводу Оли…

— Не хотела вмешиваться.

— Да, они с отцом стараются не лезть в мою личную жизнь. За это им большое спасибо, — сел напротив меня Руслан, стараясь смотреть в мое лицо, но его глаза то и дело блуждали по телу. От этого у меня непроизвольно появилась улыбка. Приятно знать, что хотя бы внешне я ему нравлюсь. — Ты хотела со мной поговорить о чем-то, — напомнил наш вчерашний разговор по телефону друг.

— Я? — сделала вид, что не помню. Стало страшно. Сердце в груди пустилось вскачь. Так, Ира, успокойся! Приказала себе. Ты же никогда не была трусихой. — Мм, да хотела… но ты мне еще не все показал в своей квартире, — снова оттянула признание.

— Прости, не думал, что тебе это интересно. Пошли, — указал гостеприимно рукой в сторону закрытых дверей.

За одной из них оказалась просторная ванная комната с плиткой янтарного цвета. Дальше был кабинет. Он чем-то походил по стилю на кабинет моего папы. У стен стояли массивные шкафы с книгами, стол с креслом, на полу лежал темный ковер, а в углу пристроился кожаный диван.

— Моя мама занималась дизайном, — ответил Руслан, стоя в дверях, пока я осматривалась.

— У нее хороший вкус, — мне действительно нравилось, все смотрелось органично.

— Ну и последняя комната, это моя спальня, — замешкался он, открывая дверь и пропуская меня. Сам же остался стоять у порога.

Ничего сверхъестественного. Все только самое необходимое для здорового сна, посмотрела на большую кровать с черным покрывалом, тумбочки с прикроватными светильниками и встроенный шкаф. На окнах висели тяжелые ночные шторы, которые сейчас были распахнуты, запуская летнее солнце в комнату.

— Мне нравится твоя квартира, — обернулась и ахнула, так как Руслан оказался сразу же позади меня. Он подошел так тихо.

— Прости, не хотел напугать, — достал он что-то из моих волос, — у тебя решила божья коровка погостить в волосах, — улыбнулся он и показал на насекомое.

— А, — растерялась от нашей близости, — спасибо.

Руслан подошел к окну и открыл его, выставив руку вперед.

— Помнишь, как мамы в детстве нас учили… Божья коровка, лети на небо, там твои детки…

— Да, кушают конфетки, — подошла к нему, улыбнувшись. Коровка тут же расправила свои крылышки и взмыла вверх.

А мы с Русланом повернулись, глядя друг на друга. Мне стало жарко, не спасал даже легкий ветерок из окна. Он так смотрел на мои губы… словно хотел…

Я не успела додумать. Он просто притянул меня одной рукой к своему мощному телу и накрыл мои губы жарким поцелуем. По телу пробежала дрожь удовольствия. Как же я хотела этого поцелую, как же давно ждала. Закрыла глаза, еще теснее прижавшись к нему и обхватив руками за шею, стала зарываться пальцами в его волосы.

— Я хотела… хотела сказать, — оторвалась, тяжело дыша. В глазах стояла белая пелена от страсти.

— Что? — прошептал он у самых губ.

— Ты мне уже очень давно нравишься, Руслан, — проговорила и сама накрыла его губы сладким поцелуем.

Глава 6

Руслан.

Этот наряд меня сводил с ума. Она его специально нацепила? Я просто не мог понять и принять это в голове, ведь Ира всегда воспринимала меня в штыки, и только в последнее время мы смогли подружиться. А сегодня она будто специально соблазняет меня. Ведь я не железный, смотрел сейчас на нее и еле сдерживался, чтобы не притянуть и не поцеловать.

В глаза! Смотри в глаза! Приказывал себе, но взгляд метнулся к губам, таким пухлым, манящим… Да пошло оно все…

Властно притянул ее к себе и впился в ее губы. Да… они все такие же на вкус, мягкие податливые и невероятно сладкие. Я терял ориентацию, а она еще плотнее прижималась ко мне, доводя до полного исступления.

Но тут Ира слегка отпихнула меня, тяжело дыша, прошептала у самых губ:

— Я хотела… хотела сказать…

Боже! Эта страсть в глазах. Я готов был усадить ее прямо на подоконник и…

— Что? — все же решил уточнить. В памяти возник прошлый наш поцелуй. Тогда тоже вроде бы шло все хорошо, но потом Ира… я посмотрел в ее глаза. Нет, не сейчас…

— Ты мне уже очень давно нравишься, Руслан, — проговорила она, не дав даже ответить, просто приникла ко мне в новом обжигающем поцелуе. Все мысли тут же вылетели из головы. Все потом, решил, приподняв ее, так чтобы она обхватила меня своими ногами. Мне доставляло большое удовольствие, как она прижималась ко мне, терлась о мое возбужденное тело.

Оказавшись на кровати, мы скидывали с себя одежду… хотя на Ире ее практически и не было. Я полдня раздевал ее глазами, а теперь мог сделать это и руками. Прикоснуться к нежной, словно шелковистой, коже, пройтись губами, языком…

Посмотрел ей в глаза, это море страсти… скинул последнее, что нам мешало с себя и с нее, после чего устроился между ее ног, наблюдая, как она тяжело дышит, прикусывая губы, а такое идеальное тело мечется в нетерпении моих ласк. Прошелся голодным взглядом по обнаженному телу, наслаждаясь и растягивая удовольствие. И только затем… больше не задумываясь, наклонился к ней и приник в поцелуе, проникая в нее, сливаясь, отдаваясь необъяснимым, но таким приятным, ощущениям.

Ира лежала на мне, удобно устроив свою голову на груди, как будто слушала биение моего сердца. Так странно, подумал я, гладя рукой ее обнаженную спину. Мне, кажется, я не смогу насытиться ею. Страстная и необузданная, она открыла себя с новой стороны. Никаких границ и стеснения. Я готов был снова опрокинуть ее на смятые простыни и любить сутки напролет. Но она сама сказала, что хотела поговорить…

— Ты сказала, я уже давно тебе нравлюсь… — уловил легкое напряжение в ее теле и тут же обнял крепче, дав понять, что все хорошо. Но она так и не расслабилась. Приподнялась, даже не думая прикрываться, а я был не против, разглядывая ее, лаская глазами.

— Сказала, — облизнула губы и провела ноготками по моему разгоряченному телу, — но ты ничего не ответил, хотя… это было куда круче простого ответа, — шевельнулась на мне, отчего я издал тихое рычание. Она просто провоцирует меня, понял.

— Ты сама хотела поговорить, — ухватил ее за бедра, удержав, чтобы она больше не вздумала двигаться, иначе мы снова займемся далеко не разговорами.

— Хотела… но самое главное я уже озвучила, — опустилась ко мне и завладела губами, покусывая их, слегка оттягивая, а затем посмотрела серьезно в глаза и произнесла, — ты мне нравишься, не просто, как друг… больше… намного больше. Но думаю, ты и сам уже это понял.

— Ты сказала давно, — больше не мог лежать спокойно, я перевернул ее на спину, а сам оказался сверху. Захватил ее руки в плен, заведя за ее голову, так, чтобы она не могла ничего ими сделать, — Как давно, Ира? В тот вечер, когда… — думал, как задать помягче свой вопрос. Ведь в тот вечер она четко дала понять, что я не стою и ее мизинца.

— Я вела себя как дура, — посмотрела на меня виноватыми глазами, — Я испугалась. У меня же был парень, но я ничего подобного не чувствовала к нему, вообще, ни к кому. А ты… я хотела извиниться перед тобой, но ты стал вести себя как настоящий осел, — меня рассмешила ее смена поведения. Как это на нее похоже. Вроде, мягкая, но тут же дает пинок. И виноват уже ты.

— Получилось по-дурацки, согласен. Прости, я был глупым мальчишкой…

— А сейчас стал умнее? — выгнула бровь. На что она намекает? Было сложно сосредоточиться, когда под тобой лежит девушка совершенно без одежды, да еще и шалит. Хоть ее руки были в плену, но она воспользовалась свободой ног, притянув ими к себе. Глаза озорно загорелись синим пламенем, — Ну так, что? — выдохнула томно.

— Что ты имеешь в виду? — опустил одну руку и захватил ее ноги, чтобы она не двигалась.

— Тебе есть что мне рассказать? Мы находимся в неравном положении, — усмехнулась она двусмысленности фразы, — ты знаешь о моей симпатии к тебе, а я…

— А как ты сама думаешь, что я чувствую к тебе? — выпустил ее из плена, чтобы она проверила, если захочет, что я чувствую к ней.

— Ты это чувствуешь только ко мне? — посмотрела с неуверенностью Ира.

Что за вопросы? К чему они? Словно, она знает, что вчера я общался с тайной подругой. Но целый день я о ней даже не вспоминал, пока Ира сама не напомнила. Но сейчас задумался. Вроде такие разные, но в то же время такие похожие, они вызывали во мне целую бурю эмоций. Как такое возможно? Хотя теперь с Ирой я… а что у нас с ней? И как после всего рассказать ей о тайной подруге? Да и стоит ли? Да, вчера мы с ней побеседовали, но она снова сбежала… а Ира здесь, со мной. Реальная, живая и родная, я даже не заметил, когда она успела пробраться ко мне в сердце…

— Только к тебе, — ответил, смотря на ее реакцию.

Странно, на секунду мне показалось, что я увидел боль и разочарование. Но затем она притянула меня к себе, и мы снова забыли обо всем. Пока, уже глубоким вечером, в тишине квартиры, не раздался звонок моего мобильного.

Мы успели уснуть, поэтому, казалось, что телефон звонит особенно громко и как-то зловеще. Поднимать трубку не было никакого желания. Послать бы всех и закрыться в квартире на неделю, а лучше навсегда, посмотрел на проснувшуюся Иру. Она потянулась в постели и улыбнулась мне, подмигнув.

— Ты собираешься отвечать? — провела нежно рукой по моему лицу.

— Я быстро, — поцеловал ее и поднялся, чтобы достать телефон из шорт, которые валялись на полу. — Да, — ответил, не глядя.

— Руслан, — услышал обеспокоенный и заплаканный голос мамы Оли, — Руслан, Оля в больнице… Она, она… не знаю, что случилось. В общем, Оля просит, чтобы ты приехал…

— Людмила Ивановна, что случилось? — во мне что-то оборвалось в этот момент, я взглянул на Иру, которая села в постели и обеспокоенно смотрела на меня.

— Я бы не хотела говорить об этом по телефону, ты можешь приехать, Руслан? — всхлипнула она.

— Хорошо, постараюсь быть, как можно быстрее, — проговорил я. — В какой она больнице?

Людмила Ивановна продиктовала мне адрес, после чего я еще раз заверил, что буду, и отключился. Вся тяжесть, которая ушла, как только расстался с Олей, навалилась с новой силой. Я устало опустился на кровать.

— Руслан? — придвинулась ко мне Ира, — Что случилось?

— Не знаю… Оля в больнице, похоже, она пыталась что-то с собой сделать… ее мама ничего толком не сказала. Лишь попросила приехать. Прости, Ира, я должен… Возможно, это моя вина…

— Я понимаю, — сразу встала и стала одеваться Ира. Ни упреков, ни ругани… просто спокойно надела платье, повернувшись ко мне спиной и пытаясь застегнуть молнию.

— Я помогу, — тут же поднялся и потянул молнию вверх. А затем притянул ее к себе, крепко обняв, — мы недоговорили…

— Нет, Руслан. Сейчас ты нужен там. А потом мы уже решим, как быть дальше, — как-то грустно ответила Ира.

— Я отвезу тебя домой, — отпустил ее, чтобы одеться. Меня выбивала вся эта ситуация из колеи. А вина стала затапливать еще больше. Причем я был виноват не только перед Олей, но и перед Ирой.

— Не нужно, я вызову такси. Лучше отправляйся сразу в больницу. Не думаю, что Олина мама стала бы звонить тебе по пустякам, — прошла она в коридор, быстро обуваясь. Когда Ира потянулась к дверной ручке, я перехватил ее, не давая сбежать.

— Ира, посмотри на меня, — попросил ее нежно. Но она упорно скрывала свое лицо за растрепанными волосами. Тогда я просто взял ее за подбородок и заставил смотреть мне в глаза. Они были наполнены слезами, — не плачь, все будет хорошо, — стер пальцем скатившуюся соленую капельку.

— Я надеюсь, — проговорила она хриплым голосом.

— Как только я узнаю, что случилось, сразу же отзвонюсь тебе. Хорошо? — она кивнула головой, — Пойдем, я сам отвезу тебя домой, и не спорь, — обнял ее и повел из квартиры на улицу.

Всю дорогу мы ехали молча. Каждый был в своих явно нерадостных мыслях. Как только я припарковался возле дома родителей Иры, она была готова тут же сбежать, даже не попрощавшись, но я вовремя перехватил ее руку и притянул к себе.

— Эй, — улыбнулся ей, как мог в такой ситуации, — я хочу тебе кое-что сказать, — отыскал ее глаза.

— Мм? — было ее грустным ответом.

— Ты мне тоже уже давно нравишься и не просто, как друг, — наклонился к ней, обнимая и целуя, — я тебя наберу сегодня, и мы обо всем поговорим.

— Хорошо, — повеселел ее взгляд, — Поезжай, ты должен…

— Да, — удивился, что уже сейчас с моих губ рвались слова о любви, но сдержался. Не знаю, что меня остановило, но я отпустил ее, так и не произнеся их. Подождал пока она войдет в дом и только после этого уехал. До больницы я добрался минут за двадцать. Машин уже было мало, да и многие отдыхают либо за городом, либо за границей. На входе в реанимацию меня уже ждала мама Оли. Осунувшуюся, как будто постаревшую на десять лет, и заплаканную. Также рядом стоял и отец — Антон Васильевич. Всегда строгий и собранный, сейчас он выглядел не лучше своей супруги.

— Руслан, — тут же подлетела ко мне Людмила Ивановна, — как хорошо, что ты приехал…

— Что случилось? Почему Оля в реанимации? — приобнял я женщину и усадил на рядом стоявшие стулья.

— Она пыталась… пыталась покончить жизнь самоубийством, — всхлипнула. Все ее тело дрожало.

— Она отказывается говорить, что случилось, требует тебя, — увидел я немой укор во взгляде отца. Он понимал, что вся вина на мне. С чего бы еще молодой девчонке заканчивать жизнь.

— А меня пропустят туда? — решил, что об остальном мы сможем поговорить и позже. Сейчас я хотел увидеть Олю. Попытаться поговорить с ней еще раз. В первую очередь она должна думать о родных…

— Да, сегодня, как раз, дежурит моя сестра… — вымолвила Людмила Ивановна, вставая.

— Хорошо, тогда идемте, — взял халат, который мне молчаливо и все с таким же осуждением, подал Антон Васильевич.

Меня быстро провели в палату, где лежала бледная, с перевязанными руками Оля. В этот момент я полностью осознал свою вину. Все, что я чувствовал до этого… это было ничто. Она лежала с отстраненным взглядом, глядя в одну точку, только губы что-то беззвучно произносили. Боже! Это все я, стало мне страшно, до чего я довел ее.

Тихо подошел и присел рядом на стул. Она даже не сразу поняла, что кто-то пришел. Медленно перевела взгляд на меня, оглядывая, как будто не узнавая.

— Оля, это я, Руслан, — аккуратно дотронулся до ее перебинтованной руки.

— Ты… ты пришел, — загорелись ее глаза, а на лице появилась улыбка. Она сама перехватила мою руку, крепко сжав. — Я знала… знала, что ты вернешься. Руслан, я так люблю тебя…

— Оля, подожди, — остановил ее, — Зачем ты пыталась себя убить? Неужели…

— Я не могу без тебя, как ты не понимаешь? — я смотрел на ее лицо, оно все разрумянилось, а глаза блестели как-то очень нездорово. Да и речь ее была… словно она не в себе.

— Оля, подумай о родителях, — попытался ее настроить на разговор, — Они же волнуются за тебя…

— А ты? Ты больше не волнуешься за меня? Ты меня не любишь? — заплакала она словно маленькая девочка. — Я не хочу жить без тебя… не хочу, не хочу, не хочу, — заметалась она в постели. Я тут же вскочил со стула, приобняв ее, чтобы успокоить. Мне совсем не нравилось психологическое состояние девушки. Теперь я точно понимал, что она больна. Но как такое может быть? Ведь она была нормальной.

— Успокойся, я с тобой, — погладил ее по голове.

— Ты же не уйдешь к ней? — посмотрела на меня лихорадочно Оля.

— К кому?

— Я чувствую ее духи, — заплакала она, но так и не отпустила моей руки, — ты был с ней… Ты мне изменил? Изменил?! — пыталась она ударить меня, но была еще слишком слаба.

— Успокойся, я сейчас позову медсестру…

— Нет, — тут же вскрикнула она, — я обещаю вести себя хорошо. Только побудь со мной. Не уходи, не бросай. Я прощаю тебя, прощаю. Только скажи, что мы снова вместе. Прошу тебя…

Оля смотрела на меня глазами, наполненными слезами. Мне, кажется, я сам постарел за эти несколько минут, что провел в палате. Что я мог ответить? Как я мог поступить? Я запутался… Дать ей сейчас обещание и быть с человеком, которого не любишь?.. Но именно я виноват во всем. Я довел ее до такого состояния. Ей нужно лечение, но как объяснить самой Оле? Она сейчас не поймет меня. Что? Что мне делать? Опустился на стул, вспоминая, что сейчас Ира ждет моего звонка… какой же я жалкий, усмехнулся себе. Посмотрел на Олю, которая все еще ждала моего ответа.

Глава 7

— Да, Оля… мы вместе… — ответил я, чувствуя, как сердце каменеет, покрывается толстой коркой льда, а тело словно придавливает от тяжести… но сейчас я не мог поступить иначе.

Ответить она ничего не успела. Да и не нужно было. Сейчас я хотел только одного… самому бы сдохнуть от такой жизни. Будущее представлялось черным, да и что это за будущее без той, которой только совсем недавно признался в чувствах? Я провел замечательный день с… даже имени не смел произнести. Одна вина перекрывала другую. Меня буквально раздирало на части. Я прекрасно понимал, что Ира не захочет после этого со мной общаться. Если, вообще, дослушает, все что я хочу ей сказать. Но я не вправе просить ее подождать или что-то еще. Сам на такое не пойду. Хотя бы она должна быть счастливой. А я как-нибудь справлюсь. Главное разобраться в душевном состоянии девушки, найти ей врача. Благо я это могу устроить. Но, сперва, нужно поговорить с ее родителями, ведь они знают больше чем я. Оглянулся на вошедшую медсестру, как я понял тетю Оли.

— Ну как вы, молодежь? — зашла она с каким-то лекарством. Странно все это… что они ей дают? — Выпей, Оленька, — поднесла к племяннице таблетки со стаканом воды.

— Не хочу, — отвернулась она, прикрыв глаза.

— Что это? — решил поинтересоваться.

— Снотворное, — отмахнулась от меня женщина, — Олечке нужно отдохнуть. А вам, молодой человек, уже пора. Завтра придете, когда переведем ее в терапию.

— Я не хочу, чтобы он уходил, — тут же вцепилась в меня Оля. Опять этот лихорадочный взгляд. — Руслан, не бросай меня…

— Все хорошо, я с тобой. Но тебе и вправду нужно отдохнуть. Тем более что мне нужно поговорить с твоими родителями, они очень обеспокоены, — погладил ее по голове, как маленькую девочку. На большее меня не хватило. Совсем не хотелось целовать ее.

— Ты честно завтра придешь? — все не выпускала моей руки.

— Правда, отдыхай, — выдернул свою руку и пошел к выходу. Медсестра снова стала уговаривать ее выпить лекарство. Я не стал больше слушать их споры и, кажется, уже нервные всхлипы Оли. Быстрее выбраться отсюда. Убраться подальше, глотнуть свежего воздуха, подумать, разобраться во всем. Как мне быть дальше? Я дал обещание… как же я хотел забрать его обратно, но не мог… она оказалась здесь из-за меня. А если бы никто не успел, и она умерла? Кстати, как ее нашли родные? Они же вроде должны были отдыхать на даче? Почему вернулись раньше?

— Руслан, ты поговорил с ней? Успокоил? — сразу же подбежала ко мне Людмила Ивановна.

— Да, все хорошо, сейчас ей дают какие-то таблетки… Людмила Ивановна, вы расскажите мне более подробно все? Кто ее нашел? Как все это произошло?..

— Да-да, конечно, мой дорогой. Только скажу, чтобы Антон зашел к дочери, — оглянулась она на хмурого мужа, — сходи к Оле, посмотри, как она.

Отец тут же поднялся и прошел, даже не глядя на меня. Злится, еще бы. Единственная дочь, и такое. Вопрос, захочет ли он, чтобы я был с его дочерью? Эта мысль зажглась слабой надеждой к освобождению. Стало гадко от себя, но все же. Может, я поспешил с этим обещанием? Только забирать свое слово было страшно. Она уже перерезала себе вены, а значит, может сделать это и во второй раз. Боже! На что я подписался?!

Устало опустился на стул, совсем забыв про стоявшую рядом маму Оли. Она также молча присела и начала отвечать на мои вопросы.

— Мы были на даче, Оля осталась дожидаться тебя в городе, хотя, мы просили поехать с нами, но… В общем, вчера мы с ней поговорили… То ли это материнское чувство, то ли… но мне показалась она чем-то расстроена, — сбивчиво говорила Людмила Ивановна, смотря в пол, ее руки ходили туда-сюда по ногам, — Сегодня тоже созвонились с ней, и нам совсем не понравилось ее настроение… Мы решили вернуться, а когда приехали… она уже лежала в ванной. Сразу же вызвали скорую. Хорошо еще успели застать ее в сознании… — закрыла она лицо руками и заплакала. Я приобнял женщину, выслушав этот рассказ с ужасом. Мне просто не верилось, что люди на такое способны. Конечно, знал и слышал, что… но мне казалось это никогда не коснется меня. Какой-то дурной сон. Хотелось проснуться, чтобы рядом лежала Ира… в моей постели…

— Я отвезу вас домой, — предложил, на что женщина только благодарно кивнула головой. — И еще… Людмила Ивановна, мне кажется, Олю нужно показать специалисту… — пытался быть более тактичным.

— Какому? — тут же заволновалась она. — Зачем? Мы сами разберемся, Руслан…

— Вы не понимаете, ее душевное состояние… оно, мне кажется, оно нестабильно… тем более она решилась на самоубийство, а это…

— Ольга уснула, — вышел отец и посмотрел на нас с каменным выражением лица, — Люда, поехали домой. Завтра ее уже переведут в терапию…

— Руслан нас отвезет, — тут же поднялась женщина, улыбнувшись.

— Хорошо, — только и ответил Антон Васильевич и, развернувшись, пошел к выходу. Людмила Ивановна, виновато посмотрела на меня и пошла за мужем.

Мы так и не поговорили с ними о психотерапевте. Ничего, завтра я все обязательно обсужу с ними. Так просто это оставлять нельзя. Тем более их нервозность и еще непонятное для меня отношение к произошедшему, смущали и ставили в тупик. Будто они что-то скрывают.

Доехали мы молча. Ни у кого не было сил, да и нервов разговаривать. Я до сих пор пребывал в шоке и мыслях, как мне выпутаться из этой ситуации. Слишком на меня надеялась мама Оли, это я понял еще в больнице. А еще мне нужно было как-то поговорить с Ирой, и это нужно сделать явно не по телефону. Сжал руль машины, но облегчение не наступило.

— Спасибо, Руслан, — проговорила тихо Людмила Ивановна.

— Не за что, до завтра. Я подъеду навестить Олю, — попытался улыбнуться, но мне это совсем не удавалось.

— Хорошо, — кивнула она, уже стоя на улице. Антон Васильевич же вышел молча и даже не попрощался. Лишь, только когда я завел мотор, услышал странный вопрос от него:

— Ты ему рассказала? Он должен знать…

На что Людмила Ивановна нервно обернулась в сторону моей отъезжающей машины, махнув рукой, и потащила своего мужа в дом.

Что она должна была мне рассказать. Одни секреты кругом, от которых я жутко устал. Но сил не было совсем, чтобы разбираться прямо сейчас. Я разузнаю завтра, о чем я должен был знать или не знать… странно все это.

Добравшись до дома, я выдавил последние силы, чтобы позвонить Ире. Долгие гудки и никакого ответа… посмотрел на время, первый час ночи. Она уже спит. А я звоню, вот дурак. Но ждать до утра не мог, должен был хоть как-то дать знать о себе. Поэтому ввел сообщение, что я уже дома, и нам нужно завтра встретиться. После чего просто упал в постель, забывшись сном.

Ира.

Зайдя в дом, я натянула беззаботную улыбку, быстро поздоровалась с родителями, даже смогла о чем-то поговорить с ними. А после направилась сразу же к себе в комнату. Пин спокойно спал на моей кровати, я же взяла пижаму и прошла в ванную. Стала под теплые струи воды и закрыла глаза.

Как… как такое возможно? Он снова уехал к ней. Зачем напросилась к нему? Почему не сдержалась? Такой замечательный день. Я смогла поверить в нас. Выстроила в голове наши будущие отношения, свадьбу… а он уехал к ней.

Стоп! Еще ничего не известно. Она попала в больницу, он должен был туда явиться. Одернула себя. Руслан обещал позвонить. И он позвонит. Я жалела лишь об одном, что так и не смогла признаться. Нужно было сразу все рассказать. Может, тогда я бы не знала, какой он в постели… как с ним может быть хорошо…

Все! Хватит мучить себя. Быстро помылась, надела пижаму и пошла в спальню. Спать совсем не хотелось, но и делать что-то не прельщало. Поэтому я просто бездумно улеглась в кровать, свернувшись калачиком и сжимая телефон. Пинцет тут же оказался рядом, удобно устроившись на моей руке и смотря прямо мне в глаза. Он как будто пытался успокоить меня. Я погладила его, тяжело вздохнув.

— Котик, — прошептала, — кажется, я совершила ужасную ошибку… Только… если он снова вернется к ней… как мне теперь после всего, что было сегодня? — в горле встал ком, но я держалась не позволяла себе разрыдаться. Я сильная, справлюсь. Пин лизнул мою руку и перевернулся на спину, выставив свой пушистый животик. Инстинктивно стала поглаживать его, отчего кот довольно заурчал. А я считала минуты, но звонка так и не было. Слишком долго… что произошло? Что она сделала? Непросто же Руслан не звонит. Это точно конец…

Уселась в кровати, взяв Пина ну руки, и обняла его, смотря на темный экран телефона. В этот момент он зазвонил, но я осталась в том же положении. Стало страшно. Не хочу… не хочу слушать то, что он будет говорить. Нет, только не сегодня. Сделаю вид, что уже сплю. Аккуратно положила Пина рядом, укрыв его и себя одеялом, закрыла глаза. Но телефон известил о сообщении. Неуверенно потянулась и, затаив дыхание, открыла, чтобы прочитать.

«Прости, что так долго. Только вернулся из больницы. Ты, видимо, уже спишь… Тогда поговорим завтра. Наберу тебя утром».

Откинула телефон и накрылась одеялом с головой, плотно закрыв глаза и сжимая руки в кулаки. Стало жутко больно, казалось, мне воткнули нож в спину, задев сердце… невыносимая боль. Я не выдержу… не выдержу. Тихо заплакала.

Нет, смогу. Переживу. Я же сильная… гордая, усмехнулась сама себе. Просто поблагодарю за прекрасный день и пойду дальше. Да!

А как же сердце? Как же моя любовь к нему? Ну и плевать, ответила тут же себе. Справлюсь, забуду… значит это все не мое. Еще не время… а когда время? Металась в терзаниях, ругая себя, жалея и изводя… а после уснула, не знаю когда, так устала от своих мыслей в голове, что не заметила как отключилась.

Разбудила меня мама, которая зашла в комнату, роясь в моем шкафу.

— Доброе утро, — повернула она голову на мой шорох в постели.

Доброе?… Надеюсь, оно будет именно таким, но что-то подсказывало, что можно даже и не мечтать. Откинула пока свои терзания на задний план. Сегодня мои родители улетают в Италию. Нужно еще проводить их.

— Который час? — проговорила хриплым голосом, чувствовала я себя, мягко говоря, отвратительно. Потрогала лоб, горячий. Неужели я умудрилась заболеть летом?

Мама подозрительно покосилась на меня.

— Ты что, заболела? — подошла она ко мне и прикоснулась своей нежной рукой ко лбу, — ну-ка, померь температуру, — достала она градусник, выдвинув полку. — Покажи горло, — я послушно открыла рот, — ужас, все красное. Лежи, не вставай, я быстро сделаю тебе травяной чай и оставлю на столе все нужные лекарства. В аэропорт мы с папой доберемся сами. Я вчера приготовила еды на несколько дней, так что не переживай. Единственное, сможешь покормить Пина и Малинку? — заволновалась она. Я видела, как она уже думает о сдаче билетов.

— Мама, это простая простуда, — показала ей градусник со слегка повышенной температурой, — Я сейчас быстренько приведу себя в порядок и…

— Даже и не вздумай, мы вызовем такси, а ты отлежись дома… перекупалась? — укоризненно посмотрела на меня.

Я только молча кивнула головой. Мне совсем не хотелось еще больше расстраивать маму, поэтому проще было подтвердить ее версию. Пусть лучше так думает.

— Ладно, отдыхай, — поцеловала меня в лоб и встала, подойдя к шкафу, — я возьму у тебя парочку…

— Бери, — отмахнулась от нее, даже недослушав. Было все равно, что она там хочет забрать. Чувствую, мне еще долго ничего не понадобиться кроме удобной пижамы. Если мои мысли по поводу Руслана подтвердятся, то я точно никуда не буду выходить… хотя почему? Буду выходить! Я не сломаюсь после одного дня. Жизнь же на этом не стала. Тут же осадила себя под внимательный взгляд Пина. Он как будто осуждал меня за что-то. Отвернулась от него и закрыла глаза. И так тошно…

Спустя полтора часа родители отбыли в теплую и солнечную Италию, под мои вялые махания рукой. А я поплелась в дом. Нужно накормить мой маленький зверинец, а после можно снова завалиться в постель. Нарезала ливерки коту, налила сливок, а в соседнюю миску выложила грибочки и колбасы, так как Малинка могла залезть в тарелку Пина. Позвала их, а сама пошла к себе с большой чашкой горячего чая. Улеглась в кровать и уставилась в окно. Светит солнце, но радости нет вообще. Лучше бы лил дождь, это больше соответствовало моему настроению. Телефон зазвонил, дернувшись посмотрела на экран… Руслан. Отвечать или не стоит? Я боялась. Хотя, что толку тянуть? Отругала себя и нажала кнопку.

— Да, — постаралась ответить как можно беззаботнее.

— Привет, — какое-то безжизненное и вымученное. — Ир, нам нужно встретиться с тобой… — все… Я сразу же все поняла. С такой фразы обычно говорят только в случае расставания. Но мы даже еще и не начинали встречаться. Так… провели вместе день… в постели, но… Хочу ли я видеться с ним после этого? Нет, определенно нет. Зачем?

— Руслан, ты вернулся к Оле? — решила узнать, единственное, что меня интересовало. А остальное и не нужно.

— Ир, давай не по телефону… сложно все рассказать вот так… прошу, давай увидимся.

— Ты с ней, — уже не спрашивала, а утверждала, — Все понятно… не нужно встреч. Это бессмысленно… Удачи, и… Руслан, не звони мне больше и, вообще, думаю, наша дружба и все остальное… в общем, сам все понимаешь, — выдавливала из себя слова, глотая слезы, а после скинула его звонок. Слушать оправдания не хотелось, не было сил. Укрылась одеялом.

Только сегодня… я позволю пострадать себе один денечек, а после встану и пойду дальше, гордо подняв голову. Снова одна… зарыдала, больше не сдерживаясь. Можно даже кричать, все равно никто не услышит и не узнает.

Глава 8

После того как все слезы были выплаканы, я незаметно для себя погрузилась в сон. Сколько проспала, не знаю, видимо, недолго. Разбудил меня мобильный, который беспощадно звонил, не думая отключаться. Устало потянулась к телефону, кажется, мне стало только хуже, все тело крутило и болело, а горло саднило еще больше, чем утром. Посмотрела на экран, звонил Руслан. Сбросила вызов и отключила мобильный. Откинула его и перевернулась на другой бок, закрыв глаза. Сказала же, чтобы не звонил, чего ему нужно? В рыцаря решил поиграть? Боюсь, я не та, кто это оценит. Тишину дома разрезал звонок домофона. Нехотя уселась в кровати, пытаясь, отсюда рассмотреть в окно кто там пришел. Хотя и так уже поняла. Приехал. Ну ничего, улеглась обратно и не шевелилась. Сейчас постоит пару минуток и поедет к Олечке. Открывать я не собираюсь. Еще минут пять он звонил в домофон, но я просто закрыла подушками уши.

— О, вроде, тихо… — откинула свои мягкие затычки. Поднялась с кровати и пошла в ванную. — Нужно умыться, а то гадко от самой себя. — Включила воду и достала щетку. Где-то слышались какие-то крики. Значит, не уехал, вздохнула, ну ничего, пусть покричит, если ему от этого легче. Посмотрела на себя в зеркало и сморщилась от представшей картины.

— Привет, красотка, — прохрипела своему отражению и нагнулась, чтобы сполоснуть лицо. Когда выключила воду, поняла, что уже никто меня не зовет. Ну и хорошо. Быстро причесалась, переоделась и вышла из ванной. Нужно что-то съесть. Иначе простуда не уйдет. Спустилась на первый этаж и пошла к кухне, по дороге услышала какой-то шорох, но не предала ему значения. Решила, что это Пин или Малинка.

Но глухой стук о пол, как будто что-то тяжелое свалилось, все же остановило меня, и я поменяла свой курс, направляясь к гостиной. Тихая ругань. Руслан?! Застыла я, смотря на этого придурка, который залез через открытое окно.

— Ты совсем обалдел? — у меня даже голос прорезался от такой наглости. — Какого… ты тут забыл?

— Я хочу поговорить с тобой, — выпрямился он.

Сердце невольно заныло. Хотелось подбежать, обнять, поцеловать. Но он сам лишил нас такой возможности. Нужно быть стойкой, приказала себе.

— А я не хочу, — развернулась и поплелась к кухне, — выход найдешь сам.

— И не подумаю. Я хочу все тебе объяснить, только после этого уйду, — шел он за мной. Вот прилипала. Ну что ж, хочет снять с себя груз вины, пусть.

— Хорошо, говори быстро и выметайся, у меня еще много дел, — полезла в холодильник и нашла бульон. Достала и налила себе в тарелку. Ему ничего не предлагала сознательно. Не заслужил. Отвернулась, разогревая в микроволновке, и думала только об одном, чтобы выдержать и не заплакать.

— Ира, может, присядешь? — отозвался он.

Я молча достала ложку, тарелку с супом и уселась за стол.

— Спасибо, что позволил, — начала есть суп, смотря на него равнодушно. — Ну, я слушаю.

— Я не могу так с тобой разговаривать, — стал раздражаться Руслан, — такое чувство, что тебе вообще все равно, что случилось, что будет дальше…

— Ты прав, — спокойно подтвердила его слова. Эх, надо было все же в театральный идти, — мне все равно сейчас. Вчера, может, и не было так, но сегодня ты с Олей. А остальное меня не касается…

— Ира, она пыталась покончить с собой, я не могу, — перебил он меня. Я даже на секунду зависла от такой новости. Она точно больная. — Мне, кажется, она нездорова. В плане…

— Психбольная, — прожевывая кусок куриного филе, проговорила я, — и что? Решил повесить на себя эту вину? В благородного поиграть захотелось? — смотрела на его каменное лицо от моих слов. А что он думал я тут рыдать буду. Да ни за что, — только знаешь, Руслан, она ведь нормальной не станет, если ты к ней вернешься…

— Я не могу иначе, ей нужна помощь…

— Она у нас резко сиротой стала? Некому помочь? — била его своими вопросами больнее, чем руками, — Ты тут при чем?

— Это моя вина, — попытался он оправдаться.

— И что? Из-за этого нужно ломать себя? Или тебе хочется быть с ней?

— Нет…

— Видишь, тогда не понимаю…

— Ира, я тебе говорю, — сорвался он, — это моя вина. Она чуть не умерла, ты понимаешь? Понимаешь, что по моей вине человек чуть не умер?

— Повторю, чувствуешь вину, прямая дорога в церковь, — пожала я плечами, доев последнюю ложку супа, и встала к раковине, — батюшка выслушает и простит…

— Ты серьезно сейчас? Я не могу поверить в то, что ты такая бессердечная, — смотрел на меня Руслан в шоке.

— А какой ты реакции ждал от меня? Что я буду плакать, умолять не покидать меня? Или… то, что кинусь к тебе в объятья и прошепчу: «Русланчик, я готова ждать тебя сколько потребуется. Я все понимаю, конечно, Олечке нужна твоя поддержка, любовь…». Нет уж. Ты выбрал ее в очередной раз, значит нам не по пути, — развела я руками.

— Хорошо, я понимаю твою реакцию. Я виноват перед тобой, очень сильно…

— Видимо, не так сильно, как перед Олей, — усмехнулась, вспоминая наш вчерашний день, — но ты не бойся, я резать вены, или чего она там сделала, не буду. Можешь спокойно ехать к ней, — подошла к нему, и похлопала по плечу. — Все, Русик, я устала. Хочу поспать… Надеюсь, мы все решили, и ты доволен?

— Ира… — замялся он. Затем встал, видимо, понял, что разговаривать бесполезно, — Хорошо, я все понял. Прости меня… — прошел мимо меня к выходу.

— За что? — решила добить его. Пусть думает, что для меня это был просто секс. И плевать, что я ему призналась, могла ведь и соврать, — Все было великолепно. Спасибо за чудесный день, хотя бы здоровье поправила, — улыбнулась ему, до боли сжав руки в кулаки. Только бы не расплакаться.

Руслан еще с минуту просто молча стоял и смотрел на меня, а после развернулся и ушел.

Ну что ж… так будет лучше. Унижаться перед ним я точно не собираюсь, плакать и просить. Смахнула слезу с лица. Просто забуду, если смогу… и пойду дальше. Время ведь все лечит. Вот и я вылечусь. А он пусть сидит со своей ненормальной, если не понимает, что это не его заботы. Может, я была жестока, но я считала, что права.

Руслан.

Я ехал по дороге как сумасшедший. Не верил, что она могла такое сказать. Всего ожидал: слез, криков, но не такого безразличия. Неужели ей действительно плевать на прошлый день?! Здоровье она поправила, ругнулся, обгоняя очередную машину, которая плелась словно черепаха. А как же слова о том, что я уже долгое время ей нравлюсь? Нет, это бред! Она просто злится, поэтому наговорила… Да и в ее словах есть смысл, все прекрасно понимал. Не я должен нянчиться с Олей. Но ее родители, словно не замечают, что их дочь больна. Я должен помочь. Да мне важно искупить свою вину хотя бы так.

А как будешь искупать свою вину перед Ирой? Тут же возник вопрос в моей голове. Я предал ее… предал. Выбрал Олю… Стоп! Она сказала, что уже в очередной раз. Но тогда именно она оттолкнула меня. Что она имела в виду? Въехал на парковку больницы, но выходить из машины не торопился. Устало откинулся на сиденье. Увидел, как в здание зашли родители Оли. Значит, могу посидеть еще какое-то время. Пусть пообщаются без меня. Да идти особо не хотелось. Но нужно во всем разобраться с ее мамой. Мне совсем не понравилась ее реакция на предложение о помощи. Я понимал, что Оля единственная дочь и она всегда будет лучше всех, но… ударил по рулю. Почему я ответил согласием на ее вопрос. Почему не сказал, что мы не вместе? Ведь Ира действительно права. Она не сирота, а я так, проходящий парень. Оля придумала себе любовь, а в итоге мы оба страдаем. Как же быть?

Зазвонил мобильный, это была Оля. Не хочу отвечать, закрыл лицо руками. Но он все не выключался.

— Да, — все же принял вызов.

— Руслан, ты где? Я соскучилась, мне так плохо без тебя… — сыпала она вопросами. А я молчал и даже не делал попытки ее остановить. Я точно этого не выдержу, не смогу…

— Я скоро буду, заехал в магазин, купить тебе чего-нибудь вкусного, — соврал, благо, действительно чуть раньше закупился фруктами.

— Ты точно приедешь? — уже чуть ли не плакала Оля.

— Да, Оля. Жди, — отключился и вышел из машины, взял пакет с фруктами и направился к главному входу. Я шел к ее палате так медленно, как только мог. Хотелось оттянуть нашу встречу. Ее уже перевели в терапию, в отдельную платную палату. Прошел через пустующий пост. И уже хотел войти, как услышал спор Оли с матерью.

— Нет, я не буду их принимать, — грубо говорила девушка, — мне и без таблеток хорошо…

— Олечка, ты не понимаешь… мы же для тебя стараемся, — как с маленьким ребенком говорила Людмила Ивановна. — Тебе же так повезло с Русланом, он такой хороший мальчик, ты разве хочешь, чтобы он все узнал?

Узнал? Что я должен узнать? Боже… осел я прямо на пол. Неужели это у нее уже давно? И, возможно, не первый приступ… прислушался к их разговору. Оля плакала.

— Нет, мамочка, только не говорите ему. Пожалуйста, он точно меня бросит. Я… убью себя. Не хочу жить без него, не хочу, не хочу, — полетело что-то в стену.

— Тихо, милая, тихо, — стала успокаивать ее женщина, — Мы ничего не скажем, но ты должна принимать таблетки…

— Хорошо, — было коротким ответом, секундная тишина. Только звон графина и льющейся воды. Видно, дают ей эти самые таблетки. Усмехнулся, так и оставшись сидеть на полу. Значит, они решили скрыть от меня факт того, что их дочь больна. И им вовсе не нужна моя помощь, потому что они и так уже знают, как ее лечить. Повернул голову в сторону выхода. Хотел сбежать… но нужно найти силы, поговорить с родителями. Почему они пошли на поводу у дочери, которой нужно лечиться, а не потыкать нездоровым капризам. Только я хотел подняться и зайти, как дверь открылась, и из палаты вышел Антон Васильевич. Он быстро посмотрел на меня, а после также быстро закрыл за собой дверь, кинув мне только:

— Идем, — и отправился в сторону буфета.

Быстро поднялся, оставив пакет с фруктами на посту, и пошел следом. Видимо, он понял, что я все слышал. Ну что ж послушаем, что он расскажет. Теперь я понимал, что вчера он злился не на меня. Он просто был против лжи своей дочери и жены. Пытался рассказать мне, но ему не позволили. Еще бы. Я просто посоветовал врача, может, даже сам бы договорился о лечении, но не больше. Ей сначала нужно пройти курс, а уж потом заводить отношения.

Мы присели за самый дальний столик, так чтобы нас никто не смог услышать, хотя людей было немного. Но все же, я понимал, что Антон Васильевич переживает.

— Я так понимаю, ты услышал спор Ольги с Людой, — не спрашивал, а скорее утверждал мужчина.

— Да, слышал про лекарства, которые она отказывается принимать, — смотрел в столешницу тусклого серого цвета, — а еще то, что вы скрываете от меня ее болезнь. Вы ведь знаете, что она больна? Чем? И причины… вы знаете причины? Нужно же попытаться вылечить это… или…

— У нее маниакально-депрессивный психоз, это наследственное, по линии матери. Лечение есть, но мы заметили слишком поздно…да и оно скорее просто останавливает на какое-то время болезнь, а не лечит до конца. Она принимает таблетки, вернее, принимала. Видно, из-за вашей ссоры Оля перестала это делать. И пошло обострение… — устало вздохнул Антон Васильевич.

— А раньше, она уже пыталась…

— Пыталась покончить с собой? — совершенно спокойно уточнил мужчина, я лишь кивнул головой. — Да, было несколько раз, но мы вовремя останавливали ее.

— Почему вы скрывали от меня такое долгое время? Да и Оля вела себя, как вполне здоровый человек, только последний год…

— С тобой она держалась дольше всего. Мы решили, что возможно, ты сможешь ей помочь или, в любом случае, она хотя бы заживет более-менее нормальной жизнью. Да и врача мы нашли неплохого. Он, конечно, посоветовал положить ее в клинику, чтобы пройти полное лечение, но у нас нет таких денег. Поэтому приходится обходиться таблетками и постоянным контролем за ее поведением. Оно может меняться очень быстро, но, думаю, ты это замечал иногда.

— Да, но не придавал значения…

— Оля хорошо научилась справляться с болезнью. Но как оказалось, ваши отношения ей не помогают. Жаль, что вижу это только я. Не осуждай Люду, она просто заботливая мать, да и… — стушевался Антон Васильевич.

— Не осуждаю, — решил успокоить. Какая разница сейчас оттого, что я чувствую. — Послушайте, Антон Васильевич. Я могу помочь с лечением. Вы сказали, что у вас есть хороший врач, а у меня есть деньги…

— Руслан, ты хороший парень, но я не могу пользоваться твоей добротой…

— Нет, вы не будете пользоваться. Я сам хочу помочь. Все же мы с Олей были вместе долгое время, да и я обещал быть с ней… А последние обстоятельства, я должен хоть что-то сделать. Прошу, не отказывайтесь.

— Спасибо тебе. Но ты пойми, что на твоем месте мог быть любой другой парень, просто она заметила тебя. И твое обещание… не нужно. Ты еще слишком молод. Не ломай себе жизнь.

— Но…

— Я не позволю быть вам вместе, тем более, как ты сам заметил, после того, что случилось. Сколько ты выдержишь с ней без любви? Сорвешься, а она снова возьмется за лезвие. Нет, даже не думай. Можешь поговорить с ней… хотя лучше не стоит, — потер он постаревшее лицо, — в любом случае ей станет хуже. Это вызовет новый срыв. Но она хотя бы сейчас в больнице, где ей смогут ту же оказать помощь.

— Антон Васильевич, я все равно помогу вам. Назовите мне фамилию врача. Я сейчас же свяжусь. Мы договоримся, чтобы Оле подготовили палату, перевезем ее. Не отказывайтесь, вам нужна эта помощь. Подумайте прежде всего о дочери. Нужно попытаться приблизить ее к нормальной жизни.

— Хорошо, мы тебе очень благодарны. Честно, прости, что пришлось столкнуться с таким, да еще и… — замотал он головой. Было видно, что мужчине неудобно, — но… Руслан, у меня будет просьба. Я знаю, ты обещал Оле быть с ней, но как я сказал, это не лучшее решение…

— Я вас понял, — кивнул. В этот момент я почувствовал такое облегчение и вместе с этим стыд. Я словно… последний мерзавец и трус, который сразу же готов сбежать. Но также понимал, что наши отношения в любом случае ни к чему хорошему не приведут. Все правильно. Хотя бы материально я смогу помочь ей. С Олей поработают специалисты. Она еще будет счастлива… Хотелось в это верить, иначе вина была просто неподъемной.

А еще удручало то, что Ира все равно не простит меня. Она не вернется… я слишком сильно обидел ее. И прекрасно понимал, что полностью заслужил все обвинения, которые она бросила мне сегодня. По сути, я просто переспал с ней, а после бросил, предпочтя, вернуться к бывшей. Хотелось рассмеяться… какая-то сплошная утопия.

Глава 9

Руслан.

Я лежал в постели и смотрел в потолок, думая, как я смог пережить последние несколько дней. Когда Оля поняла, что я больше не приду к ней, и наши отношения закончены… это было не просто страшно. Жутко. Мне пришлось все же приехать, чтобы попытаться успокоить ее. Людмила Ивановна сама чуть не попала в больницу с сердечным приступом. Олины родители не ожидали, что в этот раз все будет еще хуже, чем раньше. Она кричала, ломала мебель в палате, кидалась на медперсонал. В итоге пришлось привязать ее к кровати и дать успокоительное. А узнав, как ее будут лечить, у меня волосы встали дыбом. Лекарства и постоянные разговоры с врачом были не страшны и даже привычны. Но когда у Оли начались явные припадки агрессии, ее лишили сна на несколько суток. Как оказалось, это способ лечения, называемый депривацией. Об электросудорожной терапии и лечебном голодании я старался вообще не думать. Для меня все было дико, но я понимал, что в клинике ей окажут необходимое и должное лечение.

А сейчас я мог, наконец, расслабиться. Теперь от меня ничего не требовалось. Антон Васильевич предупредил, что как только Оля пройдет курс лечения, они переедут. Он уже решал вопросы с продажей имущества и подыскивал более тихое и спокойное место, где его дочь сможет забыть обо мне и попытаться жить нормально.

Повернулся набок, но тут же пожалел. От соседней подушки шел легкий аромат туалетной воды Иры. Без нее было ужасно плохо. Но я понимал, что не могу просто приехать к ней и сказать: «Дорогая, я свободен и весь твой». Она меня не простит. Ей нужно время, да и мне тоже. Тем более, что вопрос с тайной подругой так и не решен. Я понял, что сперва мне необходимо закрыть все вопросы прошлого. И только тогда я смогу идти дальше. А сейчас все слишком зыбко… я должен быть уверен в Оле, что она пройдет курс и уедет. А с ней, может, уйдет и тайная подруга. Которая снова пропала. Неужели и ее исчезновение опять связано с Олей? Но как она узнала? Бред какой-то. Решил не заморачиваться по этому поводу. Даже если она напишет еще раз, больше я не поведусь. С меня хватило уже одной тайной подруги. В итоге, она мало того что обманывала меня, так еще и оказалась нездорова. Поэтому я просто удалю ее письма и пойду дальше. Стоило мне только так подумать, как мой телефон пикнул, известив о какой-то новости в инстаграм. Я совсем забыл, что создал себе аккаунт под выдуманным ником. Тогда я хотел быть в курсе новых стихотворений девушки, а сейчас… схватил телефон, чтобы удалить все… но мои глаза сами прошлись по первым строчкам… я просто нажал на картинку и стал читать дальше это грустное… наполненное болью и тоской стихотворение.

Устала от потерь…

Надежды нет уж больше.

Все замерло внутри…

Понять меня ли сложно?

Устала от тоски…

Неслышно звуков смеха.

И голова в тиски…

Душевный крик прольётся эхом.

Раздавлена совсем,

Разбита на осколки.

Я словно невесома, тень.

Хожу от всех в сторонке.

Но хватит этого с меня,

Сильнее буду, знаю!

По ветру пеплом, уходя,

Пущу невзгод я стаю.

Как странно… уставился я на картинку, где девушка сдувала пепел, прощаясь, видимо, со своим прошлым… то есть со мной? Я пытался разобраться в этом странном стихотворении. И как оно совпало со всей ситуацией. Как? Как такое возможно? В голове крутились картинки последних четырех лет… Когда она появилась? Стал припоминать я… Затем же пропала, как только Оля заняла ее место, а все это время Ира доказывала мне, что… а сейчас, как только я признался ей, что мы с Олей не вместе, она начала действовать… и письмо от тайной подруги… а после звонок от… нет… нет! Этого просто не может быть!

Я даже встал с постели, пройдясь по комнате. Ерунда какая-то! Это просто совпадение… но тогда… ведь тайная подруга не могла знать, ее не было слишком долго, если она только так же как Оля не следит за мной. А вот Ира… она знала все. Все!

Мне нужно проверить, узнать. Сорвался, захватив ключи, полный решимости и злости. Неужели она четыре года водила меня за нос?! Ведь могла же все рассказать? Могла! Снова обман! Но… резко остановился в коридоре, задумавшись. По лицу расплылась довольная улыбка от одной идеи.

— Ну что ж, ты хотела поиграть со мной? Хорошо, теперь будем действовать по моим правилам, — развернулся и направился к кабинету, включив компьютер. Но тут я замешкался. Уставился в монитор, разбираясь во всем происходящим. Ира… она пишет стихи? Но ведь ни разу… Аня… вспомнил. Аня, как-то говорила, что Ира помогает иногда с написанием песен. Я тогда еще не воспринял это всерьез. Решил, может, просто предлагает темы, но не сами же тексты… это точно она!

«Ты мне уже очень давно нравишься, Руслан» — возникли в голове ее слова. А затем поцелуй и… откинулся на спинку кресла, закинув руки за голову. Здесь нельзя торопиться и напирать. Возможно…

Ира.

Проснулась с диким криком оттого, что кто-то очень больно укусил меня за ногу. И тут же резко села, схватившись за больную голову. Приоткрыла один глаз и увидела недовольную мордочку своего кота.

— Уже встаю и иду готовить завтрак, — сползла с кровати так тихо и аккуратно, как только могла после загульной ночи. Пин, не стал меня дожидаться, прошмыгнув к лестнице, и устремился на первый этаж. Я же решила сначала посетить ванную комнату, чтобы принять душ. Быстро помылась, укутавшись в халат, отправилась готовить завтрак прожорливым сожителям, так как знала, что если задержусь, то Пинцет мне это точно припомнит. Хотя я вчера, прежде чем уехать с подругой по клубам, оставила им еды чуть ли не на целую неделю. Специально, чтобы не вставать утром. Зашла на кухню. Ну точно! Миски еще на половину полные, посмотрела на эту компанию с укоризной.

— И что это значит? — выгнула бровь, указав на еду. На что они только вдвоем недовольно махнули хвостами, а белка прыгнула на стол, пытаясь добраться до шкафчиков с орешками.

— Хорошо, — огрызнулась на них, — Свежего, так свежего. Поняла! Идите, погуляйте, позову, как будет готово, — махнула им рукой в сторону выхода. Словно поняв, они тут же куда-то побежали. Мне бы их бодрость и свежесть.

Да какое там, после нескольких дней загула. Надо притормозить. Решила, но затем вспомнила, что сегодня ко мне приедут друзья на барбекю. Мне нельзя пить, я тогда становлюсь слишком доброй. И приглашаю всех к себе. Мобильный зазвонил слишком громко для моей больной головы, щелкнула на кнопку чайника, пока нарезала куриное филе для котика, и ответила на звонок. Эта была моя подруга, с которой я не так давно познакомилась на дороге. Да… вспомнила я. Забавная ситуация тогда вышла…

Где-то полгода назад… Я ехала к маме в больницу. Естественно, как всегда, настраивалась на нашу встречу и не особо следила за движением. Не заметила знак «уступи дорогу», хорошо еще двигалась небыстро. Визг машин с правой стороны и дикий мужской рев. Но я же тоже не из хрупкого десятка. Вышла, чтобы все же извиниться, а там уже думать по ситуации.

— Простите… — начала с милой улыбкой, но он даже слушать не стал.

Размахивая своими клешнями, извергал на меня весь свой словарный запас:

— Ты куда прешь, курица?! Совсем ослепла? Или папик права с тачкой купил, а научить водить забыл? Тебе, может, справочник ПДД подарить?..

— Бесполезно, — спокойно ответила, присев на капот и делая вид, что проверяю свой маникюр. Я поняла, что с таким разговаривать бессмысленно. Типичный козел, который увидел красивую девушку на дорогой машине и решил, что это подарок папика.

— Что? — стал хлопать он глазами.

— Блондинка за рулем, не видишь, что ли, — указала я на свой цвет волос и встала, — ну ладно, я тогда поеду, хорошо? — махнула рукой, уже собираясь сесть в машину, но этот придурок схватил меня.

Вот тогда и появилась Алиска — мой Бриллиантик, теперь это было ее законное прозвище. Она громко хлопнула дверью машины, чем снова вогнала в ступор своего ухажера.

— Ты что собираешься делать? — подлетела она и огрела его своей сумочкой, увешанной камушками, — решил поднять руку на девушку? — затем пихнула меня к машине и сама побежала, как это вообще возможно на ее высоченных каблуках, к пассажирскому сиденью моего же авто. Пока парень прибывал в шоке от всей ситуации, они прикрикнула мне, — чего ждешь?!

Только после того, как мы отъехали на безопасное расстояние, я посмотрела на смеющуюся девушку и единственное, что сказала:

— Ира.

— Алиса, — отсмеявшись, ответила она мне, — вот как знала, что он один из тех, кто спокойно поднимет руку на девушку.

— Я, надеюсь, у тебя не будет с ним проблем? — стала переживать за уже, точно, мою новую подругу.

— Нет, я знаю его всего пару дней. Пригласил меня сегодня на обед… слушай, так кушать хочется, — посмотрела она по сторонам.

— Спасибо тебе, — сказала ей, другая бы на месте Алисы вообще из машины не вышла, а она спасла меня, возможно, от побоев, — ты мой Бриллиантик, — сказала первое, что пришло в голову. А чем нет? Красивая девчонка: длинные, стройные ноги, подтянутое тело с правильными пропорциями, голубые глаза и искренняя улыбка. Еще и боевая напарница, — у меня есть время, а здесь как раз есть одно хорошее местечко, — припарковалась я рядом с итальянским рестораном.

Так мы и стали близкими подругами. В тот день я еще узнала, что она гимнастка, которая в прошлом участвовала в олимпийских играх за Беларусь. А сейчас тренирует детишек.

Когда я познакомила ее с Пинцетом, тот сразу принял Алиску и не слезал с ее колен весь первый вечер, что она провела у меня в гостях. Только Малинка недовольно сидела на подоконнике и била своим рыжим хвостиком.

Вот и сейчас я ответила на ее звонок, где сразу же полилось радостное приветствие, хотя мы расстались несколько часов назад:

— Привет, — пропели мне в трубку, — ты меня уже ждешь? Я буду через пару минут. Позагораем, поплаваем, пока подъедут ребята.

— Жду тебя, Бриллиантик, — пошла открывать входную дверь, — заходи, не стучась, — скинула звонок и прокричала на весь дом, — Ребятки, есть готово! — вернулась на кухню, чтобы разложить курочку по тарелкам. В холле послышался топот лапок, и уже через секунду Пинцет с Малинкой уплетали свежий завтрак. А я услышала голос подруги, которая как раз приехала:

— Где мой любимый и незаменимый четырехлапый мужчинка? Я с подарками!

Пинцет даже про еду забыл, выбежав на голос Алиски, и только белочка, съев свою порцию, приступила к миске Пина.

Глава 10

Как оказалось, мне можно было и не готовить завтрак своим любимцам. Алиска приехала со съестными гостинцами. Для Пина она привезла целый килограмм свежей форели, а Малинке сухофрукты, проговорив, гладя кота, пока тот с ее рук уплетал первый кусок рыбы:

— Мужчины должно быть много, а вот девушкам необходимо следить за фигурой.

Я тихонько прыснула от смеха, но, когда прошла на кухню, увидела явно недовольный взгляд белки.

— Кушай, кушай, — погладила ее по шелковистой шерстке, — ты у меня и так стройняшка.

Телефон зазвонил, достала его и увидела входящий от Ани. Показала Алиске, что я скоро вернусь, вышла на улицу, усевшись на ступеньки и настраиваясь на общение с подругой.

— Привет, островитяне, — прокричала радостно. — Как отдых?

— Привет, — услышала довольный голос Ани. — Все хорошо, солнце, теплый океан и любимый муж.

— Как работа над моим подарком? — решила поинтересоваться насчет моего будущего крестника.

— Работаем, — засмеялась она, — тебе привет от Никиты.

— Спасибо, — прозвучало грустно и даже как-то безнадежно. Аня тут же заметила это.

— Что такое, Ир? Ты… призналась Руслану? — было слышно, что она задает этот вопрос с опаской. Понимаю ее, иногда я бываю очень груба.

— Нет… ну почти. В общем, запутанная история, — вздохнула. — Не думай обо мне. Ты же знаешь, я справлюсь…

— Он вернулся к Оле? — догадалась подруга, вот только она не знала всех подробностей.

— Не будем о грустном, — оглянулась на входную дверь. Ко мне вышла Алиска с бокалом шампанского, надеюсь, она не додумалась подлить его в миску Пину, а то еще одна, которая любит баловать моего кота этим напитком. — Тебе привет от Бриллиантика.

— Ей тоже, — тут же отозвалась Аня, но ее голос все еще был обеспокоенным, — Отдыхайте… Ир…

— Да? — уже знала, что скажет Аня, но захотелось все же услышать. Почувствовать, что хоть кто-то меня любит.

— Я не буду давить на тебя. Если захочешь сама расскажешь, но знай, что я тебя люблю, ты моя сестренка, — проговорила она с хрипотцой в голосе, видно уже плакала.

— Спасибо, малышка. Я тоже тебя люблю. Все будет хорошо… пока, — поняла, что нужно заканчивать наш сентиментальный разговор, иначе я сама сейчас расплачусь. А Алиса была не в курсе последних событий.

— Пока…

Я сбросила вызов и чокнулась с подругой, которая все это время наслаждалась лучами летнего солнышка, прикрыв глаза и мечтательно улыбаясь.

— Ну что, загорать? — предложила ей.

После того как подъехали ребята, гулянка пошла такая, что бедные соседи ее запомнят еще надолго. Среди друзей Алиски оказался какой-то ди-джей, который тут же принялся ставить нам самые популярные треки этого лета, кто-то в это время готовил барбекю, а остальные наслаждались теплой погодой, купаясь в бассейне. Постоянные всплески воды и крики друзей, так напугали моих питомцев, что те скрылись где-то в тени беседки. Я же наслаждалась солнцем, загорая и довольно растянувшись на лежаке. Шампанское уже ударило в голову своими золотистыми пузырьками, и вся обстановка казалась безмерно радостной. С моего лица не сходила глупая улыбка.

— Хозяйка, давай окунайся, а то скоро превратишься в курочку гриль, — выкрикнул один из парней. Я даже имени его не запомнила, да и с юмором у него большие проблемы. Посмотрела на этого «юмориста» из-под очков и перевернулась на животик.

— Выглядишь сегодня бодрой, — услышала приятный мужской голос над ухом. Повернулась, чтобы разглядеть представителя волнующего голоса и возможного заменителя Руслана.

Спортивное тело, но не перекаченное, бронзовый загар, ноги крепкие, сама не знаю, зачем обратила на это внимание, видно, бабушкины слова прочно засели в голову: «у мужчины должны быть сильные ноги, если нет, даже не стоит и смотреть в его сторону». Прошлась глазами выше и наткнулась на серьезный взгляд карих глаз, что очень интересно смотрелось с растрепанными светлыми волосами.

— Ээ… — попыталась припомнить его имя, но после вчерашнего это оказалось сложно. Именно с ним мы вчера и познакомились, а дальше провал. Удивительно, что я, вообще, дома оказалась.

— Матвей, — улыбнулся он, поняв, мою заминку — ты что, даже не помнишь, как я привез тебя домой? — засмеялся, но как-то по-доброму.

— Ты меня домой привез? — я даже уселась от такой новости. Ну, ничего себе! — Надеюсь, я вела себя достойно? — попыталась припомнить хоть что-то, но в голове была пустота.

— Вполне, я даже удивлен твоей стойкостью. Выпить столько… и доехать, ни разу не остановив такси…

— Все! Молчи, — заткнула ему рот рукой, стало стыдно. Видно, я показала себя еще той красоткой. — Но то что не бросил и довез до дома, спасибо.

Он только кивнул мне головой, так как я все еще закрывала его рот рукой. Я тут же ее отдернула, смутившись. Наломала дров! Давно мне так стыдно не было, хотелось сквозь землю провалиться. Но, кажется… ну вот, снова забыла, как его зовут.

— Прости, еще раз… не мог бы мне напомнить свое… — замялась окончательно.

— Серьезно? — захохотал он. — Ты снова забыла мое имя? Давай его вместе проговорим, — издевался он надо мной. — Матвей, — выгнул бровь в ожидании.

— Хорошо, я запомнила, Матвей, — выдавила из себя оскал, предполагалось, что это улыбка, но, может, увидит и сам сбежит.

— Какая у тебя красивая улыбка, — еще больше развеселился Матвей, — здоровые и крепкие зубы, молодец.

— Дантистом работаешь? — огрызнулась, устроившись удобно в лежаке и взяв какой-то коктейль, который он держал в руке.

— Конечно, угощайся, — пошутил на мой бесцеремонный жест, — и нет. Это вопрос на твой ответ.

— Искупаться не хочешь? — решила, что пора бы ему уже отчалить.

— Только с тобой, — он прекрасно понял мой намек, но даже и не подумал сдвинуться с места. Крепкий орешек, ценю таких парней… но что-то мне казалось неправильным. Думала, смогу развлечься, забыть с ним, но… снова я вспомнила Руслана. Он ни разу не позвонил мне за это время, чем, как ни странно, заслужил уважение. Другой бы мог давить, ныть о том, что его жизнь сейчас похожа на ад, только я являюсь его отдушиной, и, что нам нужно набраться терпения. Но Руслан просто сделал свой выбор хоть и не в мою пользу. И знала, что он будет держаться до последнего, как настоящий мужчина.

— Я лучше останусь здесь, — на помощь как раз подоспел Пин, который улегся рядом, осматривая неизвестного ему парня.

— Привет, — тут же нашелся Матвей, пытаясь погладить кота, но тот ловко увернулся от руки парня. Я не смогла сдержать своего смеха.

— Уважение Пинцета еще нужно заслужить, — взяла кота на руки и стала чесать за ухом. Тот довольно заурчал, но подозрительный взгляд с Матвея не спускал.

— Весь в хозяйку, — встал он, я даже успела обрадоваться, что уйдет, наконец, но не тут-то было, — сейчас все устроим, — пошел он с этими словами к беседке.

Через минуту над нами образовалась тень от зонтика, а рядом с мордочкой Пина появилась тарелка с еще теплым мясом, мне же в руку был подан новый коктейль, на этот раз безалкогольный.

Пинцет тут же забыл про меня и стал поедать стейк. Я недовольно уставилась на этого пушистого предателя. Подумаешь, немного забросила их с Малинкой, это не повод сразу же есть из чужих рук. Уставилась я подозрительно на еще одну появившуюся тарелку с каким-то шипучим напитком.

— Что там? — тыкнула пальцем в пузырящуюся жидкость. — Это что, шампанское? — выхватила уже наполовину пустую миску и вылила содержимое прямо на газон. Вот Алиска предательница, увидела, как она показала вытянутый большой палец в знаке «класс» Матвею. — И, вообще-то, я загораю, — указала на зонтик.

— А твоему любимцу явно жарко, — улыбался он. Выбить бы ему все зубы, сжала я губы от злости.

— Приятно провести вам время с Пином, — встала и пошла в сторону дома. Нужно немного освежиться и отдохнуть от всех. Особенно от этого доставучего Матвея, скривилась при упоминании его имени.

Разблокировала свой телефон, решив просмотреть инстаграм. Быстро проставила всем лайки и открыла почту. Давно туда не заглядывала, пора уже почистить. Но так и застыла с телефоном в руках. Последнее письмо было от Руслана.

Присела в кресло, так и не решившись открыть. Зачем он написал мне? Вернее тайной подруге… ведь именно ей он отправил письмо. Он сам выбрал Олю. Или решил найти запасной аэродром, кому можно поплакаться?

Удалить или прочитать? Задумалась над выбором. Было безумно интересно, что же он там пишет. Но, с другой стороны, не сделаю ли я только хуже себе? Прочту, и что дальше? Я же не собиралась отвечать…

Все же открыла письмо и вчиталась в текст:

«Привет, изучил твою страницу. Много стихотворений, которые я не читал, по понятным причинам. — Ничего себе, он даже решил почитать мою страничку, усмехнулась я. Вот только что сейчас с этого? — Последнее стихотворение… надеюсь, оно не про меня? Я все еще жду нашей встречи».

Про тебя, хотелось крикнуть на весь дом, но я лишь сжала телефон. Задал кучу вопросов, специально, чтобы вывести меня на диалог! Разозлилась я. Нет уж! Даже и не подумаю отвечать. Все! Нет больше тайной подруги, как и меня нет для него. Хватит, настрадалась. Теперь только веселье! Откинула телефон в сторону и отправилась обратно к ребятам. Как только вышла на улицу, сразу же стала искать Матвея. Он сидел все там же, что-то рассказывая Пинцету. У кота стояла новая миска с шампанским, но я решила больше не заострять на этом внимания. Направилась к парню сексуальной походкой, нацепив приветливую улыбку.

— Идем, — взяла его за руку и потянула к бассейну.

— Передумала? — только и спросил он, довольно улыбаясь. Еще бы, решил, что победил. Пусть пока считает, что так и есть.

— Будешь задавать глупые вопросы, рискуешь снова оказаться в компании кота, — проговорила и пихнула его прямо в воду. А после этого и сама запрыгнула в бассейн.

Глава 11

Ира.

Матвей… он оказался хорошим парнем, размышляла, лежа на качелях и попивая очередной бокал шампанского. Уже сбилась по счету какой.

Он веселый, внимательный, красивый. Еще раз осмотрела его спортивное тело. Но каждый раз я невольно возвращалась мыслями к Руслану. Он прочно засел в моем сердце. Как его оттуда выковырять? Усмехнулась сама себе. Почему меня так подкосило его возвращение к Оле? Держалась же до этого… и ведь дело не в том, что мы провели целый день в постели… ну почти. Может, просто все накопилось? Этот год был очень тяжелым… вспомнила, что сегодня еще не списывалась с мамой, поэтому поплелась к дому за телефоном.

Нашла мобильный на кресле, быстро написала приветствие родителям и поинтересовалась, чем они сегодня занимаются. Мама тут же ответила меня, закидав фотографиями одежды, которую накупила нам, а после написала, что сейчас они идут в итальянский ресторан дегустировать вино и наслаждаться местной кухней. Мы попрощались, но возвращаться к гостям я не торопилась. Стало так жалко себя, смахнула с лица слезу. Совсем расклеилась, поморщилась и зашла в инстаграм. Вставила картинку девушки, которая кричала от боли и стала вводить стихотворение, которое само возникло в голове.

Я ненавижу, ненавижу

Все то… что связано с тобой.

Глаза закрыла, вновь я вижу,

Как ты с другой, ты не со мной.

Уйди, прошу тебя…

Исчезни!

Хочу я вырвать, позабыть…

Воспоминаниями брежу

О вновь не сбывшейся любви.

Оставь меня, я погибаю…

Дай мне глоток… хочу вздохнуть…

Я ненавижу, ненавижу

Но я люблю… еще люблю.

Проставила уже привычные хэштеги за пеленою слез и нажала опубликовать. Затем зашла на почту и нажала ответить на письмо Руслана.

«Я ненавижу тебя!» — ввела единственное предложение и отправила его. Откинула телефон и злостно вытерла заплаканное лицо. Думала станет легче, но нет.

Зашла в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. Ополоснула холодной водой и приложила к нему влажное полотенце. В голове был только легкий звон. Я даже смогла немного расслабиться. Пока чьи-то руки не обняли меня за талию. Отдернула от лица полотенце и уставилась в добрые карие глаза.

— Привет, — проговорил, улыбнувшись, Матвей, — я проводил всех ребят, думаю, что уже хватит гулять, тем более терпение соседей может лопнуть в любой момент.

Только сейчас я заметила, что стало непривычно тихо.

— А… Алиса? — только и смогла поинтересоваться насчет подруги.

— Она тоже поехала домой, я заверил ее, что с тобой все будет хорошо. Я помогу тебе навести порядок, — все еще не выпускал из своих объятий парень.

Зачем ему я? За эти два дня, что мы с ним знакомы, я показала себя не с самой лучшей стороны. Ветреная блондинка, которая к тому же имеет зависимость от алкоголя. Но он все равно остается рядом… да именно он сейчас рядом, несмотря на все мои недостатки, придвинулась к нему, пройдясь рукой по рельефной груди, и встретилась с затуманенным взглядом. Я попробую! Решилась и приникла к губам Матвея. Он тут же взял все в свои руки, позволяя мне быть слабой и любимой, а еще желанной…

Руслан.

— Дорогой, мне не нравится твое состояние, — высказалась моя мама.

Сегодня я приехал к ним на обед. И вот сейчас она хмурилась, разглядывая меня. Материнское сердце, усмехнулся, его невозможно обмануть. — Ты знаешь, мы с отцом не лезем в твою личную жизнь, но посмотри на себя. Ты похудел, осунулся… эти синяки под глазами…

— Мама, не волнуйся, — решил успокоить ее, — сейчас уже все нормально. Правда.

Почему-то в нашей семье со мной всегда говорила мама, а отец же поучал сестру. Но было бы странным услышать наставления отца по поводу отношений между девушкой и парнем. Он, конечно, давал мне советы, но все они касались учебы либо будущей работы.

— Сейчас… — задумалась она, — ты расскажешь? — мама никогда не кричала на нас с сестрой. Ее оружием всегда был пронзительный взгляд серых глаз. Она словно сканировала тебя, проникала в душу. Вот и сейчас использовала этот прием, я почувствовал себя неудобно. Совсем не хотелось рассказывать, через что мне пришлось пройти за эту неделю. Тем более сейчас все позади, почти… Оля все еще на лечении, но ее родители больше не звонили мне, а, значит, она пошла на поправку. По крайней мере, мне хотелось в это верить.

— Мама, не хочу добавлять тебе седых волос, — обнял ее, пересев рядом на диван.

— Руслан, — строго сказала она, — это как-то касается Оли? Кажется, ты говорил, что вы расстались, и я… — хотела она что-то сказать, но передумала. — В общем, я знаю, что с твоего счета была спина приличная денежная сумма. Но мы с отцом никогда не наблюдали за тобой бессмысленной расточительности или…

— Ты проверяешь мои счета? — удивился я. Нет, я не винил их с папой. Все же это деньги, которые они сами же мне и давали.

— Дорогой, — взяла она меня за руку, сжав ее, — вы с Варей… мы вами очень гордимся и стараемся не лезть в вашу жизнь, но сам понимаешь, что проверка не помешает…

— Понимаю, мама. Я не злюсь, ты не думай. Но поверь, эта сумма потрачена с умом… на благое дело…

— Какое? Руслан, расскажи, — увидел волнение в ее глазах. Я понимал, что, с одной стороны, она имеет право знать, но, с другой — я боялся, что сделаю только хуже. Тогда мама будет беспокоиться еще сильнее. — Милый, не сомневайся… — кивнула она головой, подбадривая.

— Хорошо, — вздохнул я и начал свой рассказ с того момента, как мы расстались с Олей. Естественно, я не вдавался в подробности и про Иру решил умолчать, это маме знать необязательно. Лишь коснулся того, как Оля попала в больницу, а после мне стало известно о ее болезни. О том, что Оля просила не бросать ее, и я дал согласие, тоже решил не говорить. Иначе мама бы не выдержала. Нужно отдать ей должное, сидела все это время она молча, только глаза выдавали все эмоции. Шок, боль, страх, ужас и к концу облегчение, все это отразилось во взгляде матери. Но волнение все же не ушло. Наверное, все же зря я поделился с ней своими проблемами.

— Боже… — встала она, подойдя к окну, ее руки подрагивали, — это какой-то кошмар. Почему ты сразу не приехал к нам за помощью?

— Я уже вырос… и должен сам отвечать за свои действия и поступки. Не волнуйся, я же сказал, сейчас все нормально. Оля проходит курс лечения, а после они переедут…

— Сын… — я видел, как маме было нелегко, но она старалась подобрать нужные и правильные слова. — Я хотела бы запретить тебе дальнейшее общение с этими людьми и даже больше… это все очень страшно… единственное, хочу попросить тебя. Больше не смей скрывать от нас с отцом такие вещи. Мы твоя семья… и должны помогать друг другу, что я буду за мать, если останусь в стороне от проблем своего ребенка? — вернулась она ко мне, крепко обняв.

— Успокойся, — также обнял ее за подрагивающие плечи. — Только не вздумай винить себя. Вы с папой самые лучшие родители, которые только могут быть. — говорил искренне. Мне действительно очень повезло с семьей. Как жаль, что пришлось расстроить их, — я постараюсь быть хорошим сыном. Ну же, улыбнись.

— О чем ты? Ты уже замечательный. Не сбежал и не бросил девушку… я понимаю, почему решил скрыть от нас с отцом всю ситуацию. Мы бы поступили, как все родители… но, Руслан, прошу, держи нас в курсе. Может, что-то еще нужно? Я… могу я чем-то помочь?

— Нет, уже ничего не нужно. Антон Васильевич и так не хотел принимать мою помощь. Давай оставим эту тему? — предложил. Видел, что мама еще многое хочет сказать, но в итоге она кивнула головой.

Еще немного пообщавшись, к нам присоединились отец с сестрой. Они также вели какую-то беседу отдельно от нас. Видно, сестренка что-то утворила, усмехнулся, посмотрев на Варю. Та подмигнула мне и пустилась в рассказы какого-то нового увлечения.

Домой я вернулся уже вечером. В тишине квартиры прошел в кабинет и уселся за компьютер. Не успел открыть почту, как телефон известил о новой публикации. Открыл инстаграм и вчитался в стихотворение.

Значит, она получила мое письмо. На минуту я усомнился, нужно ли продолжать? Ее боль передалась и мне. Может, стоит оставить эту затею и поступить, как она просит? Оставить, исчезнуть… решил все же проверить почту, от нее было письмо. Только: «Я ненавижу тебя!».

— Нет, я не сдамся, — почему-то ее письмо, наоборот, дало мне толчок. И я стал набирать ответ. Где-то грубый, но мне нужно вывести ее на диалог, а с Ирой срабатывает только такое. Нужно быть настойчивым, наглым и грубым.

«Окей, я тебя понял. Только, думаю, тебе все же стоит определиться, любишь ли ты меня или ненавидишь? Хотя, как можно применять два этих слова к человеку, с которым ты общалась лишь через почту? Может, хватит уже играть и пора определиться, чего ты хочешь на самом деле? Оставить все в прошлом или все же мучить нас дальше? Ах да, чуть не забыл, зачетное стихотворение!».

Пока писал, сам разозлился на эту дурацкую ситуацию. Хотелось все послать, но я решил вывести Иру на чистую воду. Она признается! Хватит с меня быть добрым и понимающим! Нажал на кнопку «отправить», теперь ее шах. Но мат будет за мной!

Глава 12

Ира.

Думала смогу, преодолею свои чувства… когда Матвей сам поцеловал меня, я потянулась к нему в надежде, но дальше поцелуя никуда не зашло, чему сейчас была рада. Сама бы не смогла. Не чувствовала чего-то большего, чем простое физическое влечение к этому парню…

Но и Матвей не настаивал, он просто отнес меня в спальню, а сам, пригласив на свидание, удалился домой. Как бы было замечательно уснуть, а утром понять, что вся боль ушла. Закрыла глаза, но все бесполезно. Сон не шел. Потянулась за ноутбуком, который лежал на прикроватной тумбочке, открыла и увидела, что окно почты мигает входящим сообщением.

Вся усталость тут же ушла, на смену ей пришла злость, открыв письмо, я вчиталась в сообщение Руслана. Как он вообще смеет меня в чем-то обвинять и приказывать определиться? Мучить… Это я мучаю?! Он сам вернулся к своей ненормальной!

«…Ах да, чуть не забыл, зачетное стихотворение!».

Замерла от этого предложения. Совсем забыла, что в порыве сама же скинула ему ссылку на свою страницу в инстаграм. Быстро нашла телефон и перепроверила, что я в последнее время опубликовала… вроде ничего, что могло бы меня как-то разоблачить, хотя… но судя по письмам, Русик так и не понял, что тайная подруга и я — одно лицо. Вот лопух! Еще больше разозлилась. Как можно быть таким слепым? Нажала на кнопку ответить и набрала ему такой же гневный ответ, другого он не заслужил.

«Какой ты молодец! Быстро догадался, хотя нет! До сих пор же пишешь мне. Видно еще не все дошло. Наверное, еще года четыре придется подождать. Но то, что стихотворение пришлось по нраву, рада! Прям низкий поклон тебе за похвалу!

Ах да, чуть не забыла! Посидела, подумала… знаешь, а ведь, и правда, я ничего к тебе не чувствую. Не заслужил!».

Отправила и улеглась, злостно сопя. Да и чего он ко мне вообще докопался? Пусть сидит со своей психованной и упивается благородством. А мне и без него хорошо. Вот завтра поеду на свидание, снова вернулась мыслями к Матвею. Он со всех сторон, как ни посмотри, выглядел положительно. Хотя я знаю его всего дня два, а Русика… Все! Плевать на Русика, у меня новая жизнь. Хотя какая она новая, если я одного использую, как пилюлю, а со вторым играю в кошки-мышки. Пора заканчивать с этим цирком. Удалила почту, чтобы уж точно ничего не читать и не писать. Не нужно было и начинать. Улеглась и вслушалась в тишину дома. Слишком тихо…

Где мои питомцы?

— Пин, Малинка, — позвала их, но в ответ только тишина. Видно все еще на улице. Пришлось спуститься вниз и оставить одно окно приоткрытым, чтобы эта парочка все же вернулась. Затем зашла на кухню, наполнив их тарелки едой, мало ли проголодаются, а так хотя бы будить не будут. Нужно хорошенько выспаться, а то иначе я скоро буду выглядеть как старая пропитая бабка. Укрылась одеялом и, как ни странно, тут же провалилась в сон.

Утро встретило меня пушистыми лапками, которые так и норовили скинуть собственную хозяйку с кровати. Повернулась в сторону Пина, снова во сне пихается, вот прохвост полосатый, потрепала его по шерстке и встала, потянувшись. За окном светило солнце, пели птички и легкий ветерок трепал макушки деревьев. Как ни странно, но я даже чувствовала себя намного лучше. Сейчас еще больше была рада тому, что удалила почту, и больше не будет этой глупой переписки. Удалить бы еще страницу из инстаграм, но мне жаль своих стихотворений. Знаю! Сделаю просто закрытый аккаунт, и смогут читать только друзья, улыбнулась еще шире и пошла в сторону ванной. Нужно еще приготовить завтрак, как моим любимцам, так и самой себе. Матвей обещал заехать к одиннадцати часам, а, значит, у меня в запасе еще около трех часов. На мой вопрос, куда он меня приглашает, тот только загадочно улыбнулся и ответил: «Сюрприз». Вот честно, не люблю сюрпризы, да и романтика вся эта не по мне, но он так старался вчера, что я решила промолчать. Тем более сейчас мне просто необходимо отвлечься, чтобы не думать… встала под теплые струи воды и выкинула все мысли из головы.

Из душа я направилась прямиком на кухню. Приготовила еду для Пинцета и Малинки, а после и себе. В такой компании мы и позавтракали. Питомцы были явно рады тому факту, что сегодня я наконец-то сама занялась их пропитанием. Вымыв посуду, пошла собираться на свидание. Даже поморщилась только при одном этом слове. Как надоели все эти сборы. Хотелось уже полноценных отношений. Высушила волосы, быстро нанесла легкий макияж, а из одежды выбрала летящий сарафан в пол, не забыв и про купальник. Также по указке Матвея захватила с собой сменную одежду: теплую кофту и джинсы. И снова возникал вопрос, зачем мне эти вещи, когда за окном практически тридцать градусов тепла? Спустилась на первый этаж, там уже у входа собрались кот с белкой.

— Чего ждем? — покосилась на них, кинув сумку к двери, а сама прошла на кухню, чтобы оставить им еды на день.

Ответа не последовало, они только посмотрели на меня, а после снова уставились на дверь. Ничего себе, удивилась. Тоже, что ли ждут? В этот момент я как раз в окне увидела подъехавшую машину, из нее вышел Матвей в белой футболке, джинсовых шортах, а на лице солнцезащитные очки. Этакий мальчик с обложки. Хорош, что сказать, но сердце даже не екнуло. Зато мои питомцы тут же сорвались с места, как только раздался звонок. Я даже присвистнула, какой он культурный. Все мои друзья просто проходили, даже не стучась.

— Привет, — ослепила меня улыбка парня, как только я открыла дверь.

— Привет, — пропустила его в дом. Он нагнулся поцеловав меня в щеку, отчего стало неуютно. Слишком воинственно я настроена. Как будто меня насильно ведут на это свидание. Сама же хотела. Нужно быть проще! Улыбнулась ему в ответ, увидев в руке пакет.

— Что там? Подарки? — это дело я люблю, обрадовалась, потянув руки.

— Мм, да, — открыл он его, — но это не для тебя, — присел и извлек оттуда одну креветку, которую тут же утащил Пин, а Малинке досталась пригоршня кедровых орешков. Остальное он разложил по их тарелочкам под моим наблюдением. Вот подлиза! Но плюс от меня получил, что уж скрывать. Но минус за то, что мне подарка не принес.

— Скажешь, куда едем? — надела босоножки на низком ходу и взяла сумку, которую тут же забрал Матвей, при этом открыв мне дверь. Какой галантный, усмехнулась я.

— Ну, для начала мы едем в аквапарк, — как-то неуверенно заметил он.

— Ух ты, здорово, — искренне обрадовалась. Одно дело свой бассейн, но совсем другое — горки.

— Фух, — выдохнул он, — я думал, ты равнодушно отнесешься к этой затее, но все же решил рискнуть.

— А затем? Я так поняла, у тебя на сегодня целая программа, — подошла к машине, чтобы открыть дверь, но и здесь меня опередил Матвей, галантно распахнув ее.

— А вот затем… это будет сюрприз…

— Не люблю сюрпризы, — пробурчала я, но тут же улыбнулась, сама себя отругав. Вот что за балда?! Нагнулась к нему, — но за аквапарк тебе вот такое спасибо, — притянула его за шею к себе и поцеловала. Неплохо, пронеслось в голове… целуется он даже очень неплохо…

В аквапарке мы провели около шести часов. Давно я так не веселилась. Матвей выполнял каждый мой каприз. В итоге я перекаталась практически на всех горках, понежилась в джакузи и вдоволь наелась фруктами с мороженным. Некоторые дети даже смотрели на меня с завистью в глазах, еще бы — им такую гору разноцветных шариков.

А сейчас мы приехали на Минск-Арену, Матвей молча подал мне руку и повел в сторону главного входа. Я только выгнула бровь в немом вопросе.

— Будем кататься на коньках?

— Будем, — только и ответил он, сдерживая улыбку.

Я только пожала плечами, не понимая, зачем из этого нужно было делать такой секрет. Но у каждого свои странности.

Матвей провел меня в раздевалку, чтобы я смогла переодеться, а сам ушел в соседнюю. Вернулся он как раз к тому времени, как я зашнуровала последний конек.

— Готова? — подал мне руку.

— Столько таинственности… — шла рядом с ним, осматриваясь, — это… это проход для игроков в хоккей? — удивилась.

— Да, — кивнул он.

— Подожди, и раздевалки тоже их были?

— Да, — снова кивок. В этот момент мы вышли на совершенно пустую арену.

— Ээ, мы, что одни будем кататься? — растерялась я. Но впервые эта растерянность была даже приятной. — Ты здесь работаешь что ли? Лед равняешь или как это называется? — решила пошутить.

— Что-то типа того, — выехал он, подав мне руку. Как только я оказалась рядом с ним, кто-то включил музыку, и мы поехали по арене, — я нападающий, играю в хоккей, — пояснил на мой непонимающий взгляд.

— Так ты хоккеист? — совершенно спокойно заметила. — Жаль, а я думала прокачусь на этой большой машине, которая равняет лед, — притворилась расстроенной, на что Матвей звонко рассмеялся.

— Этим мне ты и понравилась, — я тут же оказалась в его объятьях, — тебя ничем не удивишь, ну разве только… аквапарком.

— Слишком много болтаешь, — отпихнула его и поехала быстро к воротам. Меня нагнали через несколько секунд. Он обнял меня из-за спины и начал что-то шептать на ухо. Но вот, что… увы я этого не слышала.

— Прости, — проговорила, еле сдерживаясь от смеха, — но я ничего не слышала.

— В смысле? — остановился он, развернув меня к себе, растерянно хлопая глазами.

— Дело в том, что это ухо, — указала на правое, — в общем, я им не слышу. В детстве мальчишки решили пошутить и взорвали над ним петарду…

— Серьезно? — увидела волнение в его глазах.

— Да, но сейчас все нормально. Мне сделали операцию, но слух восстановили только на пятнадцать процентов. Так что ты там говорил? — решила напомнить, смеясь с того, как он вдруг стал грустным. Видно старался.

— Я… да уже момент не тот, — махнул он рукой, — поехали еще немного прокатимся, а после поднимемся в ресторан, чтобы подкрепиться. Так мы и сделали. Матвей попытался научить всяким штучкам на катке, но все было бесполезно, кроме, как ехать вперед, я больше ничего не могла. Затем мы насладились национальной кухней, узнавая друг друга.

— Большое спасибо тебе за вечер, — проговорила, как только мы оказались у дверей моего дома. Приглашать его не стала. Не хотела торопиться. Мне вдруг понравилось ходить на свидания. В отличие от прошлых, этот день оказался очень веселым и необычным. Да и о Руслане я ни разу не вспомнила… только сейчас, нахмурилась.

— Ой, снова эти нахмуренные брови, — привлек к себе Матвей и поцеловал сначала в одну бровь, а затем и в другую. Я невольно усмехнулась такой ласке.

— Завтра заедешь ко мне? — решила предложить ему.

— Вечером? Днем у меня тренировка, а затем…

— Да, отлично, — кивнула. — Но в этот раз не забудь привезти и мне подарок.

Он запрокинул голову в хохоте, но все же кивнул.

— До завтра, — нагнулся и поцеловал меня медленно, нежно. Я даже слегка покраснела, не привыкла к таким поцелуям. Или, может, к нему еще не привыкла. Смотрела, как он отъезжает от моего дома. Помахала рукой, после чего собиралась зайти в дом, так как машина Матвея уже скрылась за поворотом, но тут увидела знакомый джип, который припарковался у моих ворот. Руслан. Мое настроение тут же испортилось, как будто и не было этого замечательного дня. Вот чего он приперся? У меня здесь не аптека. Лекарств для душевнобольных нет.

Глава 13

Руслан.

Я не мог поверить! Она снова это сделала. Снова! Удалила почту! Метался по квартире, словно разъяренный зверь. Нет, так дело не пойдет. Я хочу лично услышать, что Ира и есть тайная подруга. Она сама должна мне все рассказать. Зачем был этот маскарад длиной в четыре года? Чего она хотела этим добиться и почему просто сразу не созналась?

Я целый день провел в раздумьях и в итоге к вечеру накрутил себя так, что уже не мог сдерживаться, просто схватил ключи и выбежал к машине. Недолго и самому сойти с ума! Завел машину и с диким визгом выехал на дорогу. В итоге у Иры я был уже через двадцать минут. Не знаю, что меня остановило на повороте, но я вдруг решил тормознуть и выйти.

Взору предстала обнимающаяся пара на крыльце. В этот миг хотелось крушить, сорваться и хорошенько наподдать тому, кто сейчас целовал Иру… но я понимал, что это ничего мне не даст. Ведь она не отпихнула его, наоборот, принимала ласки молодого человека с большой охотой, улыбалась, что-то говорила. Плотно сжал челюсть от злости. Руки чесались, поэтому просто отвернулся и пошел обратно к машине. Уселся и задумался, а стоит ли, вообще, к ней ехать и разбираться? Мимо меня проехала машина, в которой сидел тот самый хмырь. Рука сама нашла ключ зажигания, и я двинулся к ее дому.

Она сразу же заметила меня. Кажется, я, даже сидя в машине, ощущал все напряжение и бушующую бурю ее чувств.

Можно подумать я испугаюсь этих молний в ее глазах, усмехнулся и вышел из машины, громко хлопнув дверью.

— Молодой человек, вы заблудились? — даже не двинулась мне навстречу Ира, в голосе слышался раздраженный сарказм.

— Ой, давай вот только без этого, — прошел мимо нее, открыв двери, проходя в дом. Я успел зайти на кухню и поставить чайник, не знаю зачем, видно, машинально. А Иры все не было, наверное, растерялась от такой наглости. Даже усмехнулся.

— Выметайся из моего дома, — появилась она в дверях, тяжело дыша от негодования. — Кто тебе разрешил сюда заходить и хозяйничать?!

— А кто тебе давал право четыре года водить меня за нос? — подошел к ней и посмотрел воинственно в глаза.

Растерянность, испуг, недоверие и даже вина… все это я смог прочесть в ее взгляде, пока Ира снова не надела маску холодности и стервы.

Она молча прошла и стала открывать один шкафчик за другим.

— Что ты делаешь? — раздраженно смотрел на ее действия.

— Ищу… куда же он подевался? — нагнулась к нижним ящикам.

— Ты нормальная? — подошел и закрыл шкафчик перед ее носом, — я задал тебе вопрос, может, хотя бы сейчас признаешься?

— Подожди, мне же нужно вручить тебе приз, как самому догадливому парню на земле, — снова открыла она дверцу, но затем выпрямилась, — ой, забыла, — сделала виноватое лицо, — он успел сгнить… все же четыре года, это…

— Хватит! — крикнул ей в лицо.

— А что ты здесь разорался?! — тоже повысила она голос. — Да, это я… я была, писала тебе, общалась…

— Зачем?

— Что, зачем? — пожала она плечами, но взгляд все же отвела. Значит нервничает.

— Тебе было скучно? Решила повеселиться за мой счет? — в голове сразу же всплыли все воспоминания ее шуток по поводу моей переписки и влюбленности к тайной подруге. — Неужели ты настолько жестока? В тебе есть хотя бы капля сострадания… доброты…

— Я любила тебя! — выкрикнула она мне в лицо, еле сдерживаясь, чтобы не ударить, — любила! Неужели непонятно? А ты выбрал ее! Даже не смог понять, что все это ложь, что она ни капли не похожа…

— А как я мог это узнать? — ответил ей таким же криком.

— Ты должен был почувствовать, — замахнулась она рукой, но я вовремя перехватил, притянув ее к себе. Оба, тяжело дышащие, мы сверлили друг друга взглядами полными ненависти. Она дернулась, пытаясь освободиться, но я еще сильнее обнял Иру, практически дотрагиваясь своими губами к ее. Мои глаза блуждали по разгоряченному лицу этой фурии… — Должен был, — проговорила она тихо.

Ее губы, так и манили заключить в плен сумасшедших ласк. Не стал больше сдерживаться. Ухватил за волосы и притянул с силой, впившись в губы, целуя и не обращая внимания на сопротивление. Ира пыталась отпихнуть меня, вырваться, кусала, но я не сдавался. Я безумно хотел ее, несмотря на все, что она сделала. Что лгала мне. Желал только одного — быть с ней, обладать, любить… и мои усилия были вознаграждены, Ира приникла ко мне всем телом, а из раскрытых губ послышался тихий стон.

Мы словно оголодавшие звери стали скидывать друг с друга одежду, ничего не замечая вокруг. Я усадил Иру на стол, раздвинув ноги, и отстранился на секунду, любуясь обнаженным телом и давая возможность передумать. Но она также пожирала меня глазами, ничуть не стесняясь. Другого ответа мне и не нужно было. Я оказался снова рядом с ней, обхватив одной рукой за талию и притянув к себе, вошел мощным толчком, отчего она запрокинула голову назад, довольно выкрикнув мое имя. Мое! Восторжествовал я, не того парня… сейчас она окончательно забудет его, стал двигаться, чувствуя, как она выгибается и тянется ко мне.

В доме раздавались только звуки от наших соприкасавшихся тел и необузданные стоны страсти.

Ира.

Я снова оказалась слаба перед ним. Повернула голову налево, где сейчас спал Руслан. Одна его рука обнимала меня, отчего по телу разливалось тепло, но в это же время больно жгло в груди. Болела душа. Я не смогла устоять, отдалась ему и не один раз за эту ночь. Мы незаметно оказались в моей спальне, где вновь придавались страсти, которая поглотила нас, окутала, лишила разума. Я не смогла остановиться, уговаривала, боролась, но проиграла.

Осторожно выбралась из постели, накинув на себя майку с шортами, и на цыпочках вышла из комнаты. Спустилась на первый этаж и зашла на кухню. Здесь все еще были разбросаны наши вещи, которые мы снимали, чуть ли не разрывая с себя. Собрала одежду Руслана и вынесла в гостиную, думаю, он сам дальше догадается, что с ней нужно делать. Я же поплелась обратно на кухню и включила чайник. Сзади послышались шаги когтистых лапок. Обернулась, Пин уселся рядом и осуждающе посмотрел на меня.

— Только ты не начинай, — отвернулась от него, прикрыв глаза, только бы не разреветься. — Хочешь есть? — проговорила сдавленно и открыла холодильник, чтобы извлечь оттуда сливки и курицу. Нужно занять себя чем-то, отвлечься. Стала нарезать отварное мясо и выкладывать его на тарелку, затем налила сливок и поставила все перед Пинцетом, погладив того по шерстке. Он недовольно мяукнул и принялся за еду. Я сделала себе кофе и уселась рядом с ним на полу. Уставилась на стену, где висели часы, ожидая, когда проснется Руслан и уедет из моего дома, из моей жизни. Раз и навсегда. Про кофе я совсем забыла, оно так и осталось стоять рядом со мной, остывая. Доев всю курицу и выпив сливки, довольный и подобревший Пин, улегся ко мне на ноги, умывая свою мордочку и урча, успокаивая. А я смотрела, как стрелка отсчитывает минуту за минутой, час за часом. Где-то наверху послышался звонок мобильного Руслана. Приглушенный голос, но я решила не вслушиваться. Возможно, именно сейчас он разговаривает с ней. Врет, что дома… затем спустится ко мне и скажет, что уезжает опять… к Оле. Грустно засмеялась, откинув голову на один из шкафчиков и закрыв глаза.

Нужно настроиться, сделать вид, что мне все равно и ничуть не больно. Услышала его шаги по лестнице. Он задержался в гостиной, додумался одеться. Хоть что-то радует в этом дурдоме. Такое чувство, что я сама схожу с ума. Открыла глаза и посмотрела на вошедшего Руслана. Виноватый взгляд, а вместе с этим и растрепанный вид, после того чем мы занимались… мне стало жутко, мерзко, я отвернулась к окну, тихо проговорив:

— Можешь ничего не объяснять, уезжай.

— Ира…

— Не нужно, Руслан, — остановила его, из последних сил, — просто уйди и не возвращайся. Ты все знаешь, надеюсь, тебе стало легче, а теперь… — вздохнула, сдерживая слезы в глазах, — теперь, просто исчезни из моей жизни.

— Ира, я не могу уехать, оставив тебя в таком состоянии… там справятся пока и без меня…

— Неужели ты не понимаешь, как мне гадко? — повернулась к нему, все тело дрожало, даже Пин спрыгнул на пол. — Мне мерзко от всей этой ситуации, не делай еще хуже. Убирайся, — стиснув зубы проговорила.

— Не прогоняй меня, — тут же оказался он рядом, — ты же даже не знаешь… не знаешь, что…

— Я ничего не хочу знать, ничего! — выкрикнула прямо ему в лицо и отпихнула, так, что он приземлился на пол. Сама же вскочила и побежала в ванную, закрывшись и включив воду на полную мощность. Слышались его стуки в дверь, он что-то говорил, но шум воды спасал от всех слов, достала телефон и вызвала Кирилла с Вовой — ребят из группы Ани, чтобы они приехали и выволокли его из дома, предупредив, что двери открыты. Сама я не собиралась выходить, пока Руслан не уберется.

Не знаю, сколько прошло времени, казалось проще, самой сбежать через окно и не слушать, что он там пытается объяснить. Спасли только наушники, которые всегда лежали в ванной, любила понежиться в пене, расслабляясь под музыку. Поэтому сейчас врубила на полную громкость мелодию и закрыла глаза. Отвлек меня звонок от Вовы. Он сообщил, что с большим трудом, но им все же удалось уговорить Руслана покинуть дом, вернее, просто пришлось насильно усадить в машину не без травм с обеих сторон. Я поблагодарила ребят, извинившись за ранний звонок и за то, что они не стали лезть с лишними вопросами. Думаю, и так все было понятно. Только слепой не видел, что творится у нас с Русланом. Горько рассмеялась, скинув одежду, он оказался именно таким. Четыре года жил, ничего не замечая. А я ждала, как последняя дура! Залезла в ванную, чтобы хоть так смыть с себя всю грязь… именно такой я себя сейчас и ощущала. И лишь сердце предательски ныло от любви, которая ему была не нужна.

После душа стало легче, немного, но все же… я приказала себе просто выкинуть из головы, все, что было этой ночью. Не думать и не вспоминать. У меня теперь есть Матвей… да, я поступила с ним… даже слова подходящего нет, но он не знает об этом и не узнает! Подошла к зеркалу, посмотрев на свое опухшее лицо от слез. Сделала маску, сегодня я должна выглядеть хорошо. Вечером приедет Матвей, и я… я забуду Руслана. Вышла из ванной, накинув халат.

На кухне все также одиноко стоял мой кофе, который я так и не выпила. Нагнулась за чашкой к полу, а когда встала, заметила в окне какого-то человека. Кто это был, сказать не могла, темная одежда и капюшон на голове скрывали лицо. Он стоял и смотрел на мой дом. Странный какой-то, пронеслось у меня в голове. Отвернулась и пошла готовить завтрак. Позже нужно съездить в магазин, так как продуктов практически не осталось, а ведь мне нужно будет накормить голодного парня после изнурительной тренировки.

Пока мыла посуду и прибирала дом, отвлеклась и даже повеселела. Мне даже стало легче от работы, так мои мысли были заняты совсем другим. Питомцы ходили следом за мной сытые и довольные, а Пинцету, так вообще, перепало сегодня два завтрака. Погладила своих пушистых ребят и прошла на кухню, взгляд сам приник к окну.

— Что за ерунда? — нахмурилась, подойдя к окну и пытаясь всмотреться, кто это может быть. Стало даже жутко. Прям маньяк какой-то. Стоит и даже не шелохнется. Пошла проверить закрыты ли двери и окна в доме. Мало ли проникнет внутрь, по телу пробежали мурашки.

Но мне же еще нужно в магазин, вспомнила… стала лихорадочно думать. Совсем себя накрутила!

— Чего я боюсь? — ворота закрыты, машина во дворе, а надо будет выехать, открою через пульт, благо папа позаботился и сделал дом «умным». Пошла одеваться и составлять список.

В итоге, когда я выезжала со двора, этот человек все также стоял, лишь голова повернулась в сторону моей машины.

Закупившись нужными и продуктами, я все быстро загрузила в багажник и поехала обратно к дому. За это время успела успокоиться, приказав не паниковать. Насмотришься всяких страшилок, а потом мерещатся маньяки. Может, он просто вышел погулять и ему понравился наш дом. Мало ли какие причины, чтобы остановиться и постоять? Повернула я на нашу улицу… но холодок тревоги снова прошелся. Этот незнакомец все еще стоял, чуть дальше, чем до моего отъезда, но все же… Достала пульт и нажала на кнопку, чтобы открылись ворота, пока они распахнуться, я уже как раз подъеду к дому. Так я и сделала. Только въехав на территорию дома, почувствовала облегчение, но рано… выйдя из машины, краем глаза я увидела, как этот человек бежит к все еще не закрывшимся воротам. Капюшон упал с головы, и я увидела… Это была Оля!

Отмерев, быстро залетела в дом и заперла дверь на все замки, затем побежала проверять окна, но я закрыла их еще с утра. Это просто ужас какой-то! Замерла посреди гостиной, осматриваясь и думая, как быть дальше. В дверь чем-то ударили.

— Я доберусь до тебя, сука, ты должна сдохнуть, — вопила эта ненормальная, — он мой, мой! — молотила в дверь.

Глава 14

Я открыла свою сумочку, чтобы достать телефон и позвонить Руслану. Он должен приехать и забрать эту больную! Но мобильный, как и все продукты, остался в машине. Что теперь делать? Осматривалась по сторонам, пока Оля стучала в дверь и выкрикивала слова, которых даже я не знала. А казалась такой тихоней… как же все-таки верна поговорка — в тихом омуте… вздрогнула от стука сзади со мной, схватила вазу со стола и резко повернулась, замахнувшись, но это оказался Пин. Громко вздохнув, опустилась на пол и взяла его на руки.

— Ты меня напугал, котик, — прижала к своей груди Пинцета, — так, нужно собраться и подумать, как быть? Телефон… домашний телефон! — подскочила с котом на руках и побежала на поиски своего спасительного аппарата. Как ни странно, на минуту даже стало тихо, Оля перестала бить в дверь и даже заткнулась. Я уже успела подумать о том, что она поняла всю безнадежность ситуации добраться до меня и отступила, но нет. Снова послышались удары, вот только они были не в дверь, она молотила что-то во дворе. Забыла о телефоне и побежала к окну, чтобы посмотреть, что эта психопатка ломает в моем доме!

— Ты! Больная! — крикнула ей, открыв окно на кухне, когда увидела, что она бьет машину какой-то палкой. Капот уже был немного помят, а левая сторона исполосона царапинами. Да я ее сама убью! Разозлилась, только найду телефон и убью!

Оля увидела меня в окне, забыв о моей бедной малышке, и тут же побежала к окну с диким криком.

— Сука, я тебя ненавижу! Ты его отобрала у меня! — пыталась Оля допрыгнуть до окна, но оно оказалось слишком высоко для нее. — Но Руслан мой, мой… ты его недостойна. Только со мной ему будет хорошо! Со мной! Я его люблю, а ты нет! — не унималась она.

Жуткое зрелище, смотрела на ее разъяренное лицо: нездоровый блеск в глазах, вся напряжена, растрепанные волосы… да и откуда в ней взялось столько сил?

Но тем не менее, я была очень зла! Она испортила дорогую машину, которую мне купил отец. Поэтому совсем не думала сейчас, что могу сделать хуже.

— Слышишь, ненормальная! — выкрикнула ей в ответ, — Угомонись! Иначе поедешь прямиком в дурку! — она тут же закричала и с новыми силами стала прыгать к окну, пытаясь добраться до меня. Я быстро закрыла его, вспомнив, что нужно найти телефон. Иначе она разнесет мне весь двор.

Увидела спасительную трубку на кухонной столешнице и подбежала, ухватив и став набирать мобильный Руслана. Как же я была благодарна тому, что помню его номер. Долгие гудки без ответа и крики Оли сводили с ума уже меня.

— Да? — послышался уставший голос Руслана.

— Немедленно приезжай ко мне! — закричала в трубку.

— Ира? — он был явно удивлен. — Ира, я сейчас…

— Плевать, где ты и что ты! — крикнула ему в трубку. — Немедленно приезжай ко мне и забирай свою умалишенную! Она разворотила мне весь дом! — приукрасила. В трубке было только молчание на мое заявление. Я уже успела подумать, что Оля добралась до телефонной линии и обрубила ее. Хотя и понимала, что такое может быть только в фильмах. Но сейчас я уже ни в чем не уверена.

— Боже, — услышала голос облегчения, — Я… я сейчас буду. Ты в порядке? Она не причинила…

— Просто приезжай и забирай ее! — перебила Руслана. Я была не намерена слушать его переживания по поводу своей персоны.

— Хорошо, мы сейчас будем. Жди… Ира, — проговорил он чуть тише, — будь осторожна, — сказал и сразу отключился.

Его последние слова отдались легкой болью в груди. Захотелось разреветься. Неужели у меня не может быть все по-человечески? Я всего лишь хочу немного любви и счастья для себя. Почему приходится страдать и слушать бред этой… уселась под окном, где Оля продолжала поливать меня словесной грязью. Но сейчас, когда я дозвонилась до Руслана, стало спокойнее. Скоро этот ужас закончится, я забуду про все… наверное.

Через пять минут сама Оля перестала кричать. Я услышала сдавленные рыдания. Поднялась, чтобы посмотреть, где она. Оля сидела на траве и качалась из стороны в сторону, спрятав лицо за руками и что-то приговаривая. Но, так как окно было закрыто, а она больше не кричала, я не могла разобрать ее слов. Тихонько приоткрыла его и вслушалась.

— Я всего лишь хочу быть с ним… я его люблю… люблю, а ты нет… хочу быть вместе, почему он бросил меня? Я же так его люблю… люблю, — ее речь была прерывистой. Но я поняла, что они расстались. Видимо, из-за этого она слетела с катушек окончательно. — Отдай… отдай его мне…

— Да как я могу его тебе отдать?! — не выдержала и ответила ей злостно. — Руслан же не вещь. Он живой человек! Ты бы лучше легла в больницу и нервы подлечила! — зря это сказала, конечно. Нельзя было провоцировать ее, тем более, когда она сама немного успокоилась, если это можно так назвать.

Оля снова подорвалась и закричала, став вырывать траву из газона, кидая в меня.

— Я не больная! Не больная! — рычала она точно зверь. — Я убью тебя, убью! — металась под окном, пытаясь добраться до меня. В этот момент подъехала машина Руслана, резко остановившись возле дома. Но ворота были закрыты, поэтому я побежала к двери, нажала на домофон, всматриваясь в монитор с камеры. С ним выбежала еще какая-то пара. Видимо, это родители Оли. А через пару секунд появилась машина скорой помощи. Но тут я услышала дикий крик Оли, а с монитора увидела, как она бежит на Руслана с ножом в руках. Внутри все похолодело…

Руслан.

Мне казалось, что я бегу по кругу. Вроде выбираюсь, но снова попадаю в воронку сумасшествия, где одни сплошные нездоровые отношения с Олей и Ирой. Когда все закончится? И будет ли завершение?

Сегодня меня разбудил звонок от Антона Васильевича. И главное, где? Я был в постели Иры… один.

Сказать, что он был обеспокоен, это ничего не сказать. Он говорил быстро и только самое основное. Оля сбежала. И сейчас они с персоналом клиники пытаются найти ее и вернуть на лечение. Я прекрасно понимал, что и мне нужно отправиться на поиски. Но сначала я должен был поговорить с Ирой, ведь мы так ни в чем и не разобрались. Но… Ира, она просто сбежала от меня, а затем еще вызвала ребят из группы Ани. И если Вова пытался уговорить меня при помощи слов, то Кирилл, который всегда не отличался терпением, просто применил силу. Теперь моя скула была сбита, а ребра с правой стороны жгло огнем, радовало только одно, что я, наконец, смог ему хорошенько вмазать. Расплылся в улыбке, вспомнив разбитый нос этого урода, но тут же зашипел от боли.

— Все хорошо? — посмотрел на меня Антон Васильевич, который сидел рядом в машине. Мы прочесывали город уже четвертый час и безрезультатно. Мои родители также помогали в поисках. А после я знал, что меня снова будет ждать с ними разговор, и на этот раз он будет очень серьезным.

Я только молча кивнул в ответ и посмотрел на звонивший телефон. Незнакомый номер… но, может, это Оля? Быстро взял мобильный, за что снова поплатился болью в ребрах. Похоже, он мне их сломал, дышать также было тяжело.

— Да? — выдавил из себя.

— Немедленно приезжай ко мне! — закричал в трубку знакомый голос.

— Ира? — удивился я. Она сама позвонила мне, но… ничего не понимал, в любом случае я не мог бросить поиски. — Ира, я сейчас…

— Плевать, где ты и что ты! — был ее крик мне ответом. Она явно была чем-то напугана. — Немедленно приезжай ко мне и забирай свою умалишенную! Она разворотила мне весь дом! — из меня вырвался только вздох облегчения, а затем жуткий страх за Иру. А если Оля что-то сделала ей или сделает? Она же вечно не думает о своей безопасности. Двери открыты, окна также нараспашку. Заходи, кто хочу… казалось, я поседел за эту секунду.

— Боже, — вырвалось у меня, — Я… я сейчас буду. Ты в порядке? Она не причинила…

— Просто приезжай и забирай ее! — зарычала в трубку Ира. Я понял, что сейчас не до разговоров.

— Хорошо, мы сейчас будем. Жди… Ира, — проговорил чуть тише, не хотелось, чтобы это услышали Олины родители, — будь осторожна, — сказал и сразу отключился. Посмотрел на Антона Васильевича и Людмилу Ивановну, — Оля нашлась…

— Где она? — со вздохом облегчения спросила Людмила Ивановна.

— Она… она у моей подруги…

— Хорошо, — остановил меня Антон Васильевич, и так поняв всю ситуацию, — поехали. — достал он свой телефон и позвонил врачу Оли, чтобы сообщить, где она. Я продиктовал ему адрес, не отвлекаясь от дороги и не сбавляя скорости. В этот момент мог думать только об одном, чтобы с Ирой все было хорошо.

В итоге мы приехали минут через двадцать. Но ворота были закрыты. Только я хотел перелезть через них, как они сами же и отворились. Первое, что я увидел — Ирину машину, она была побита, затем испорченный газон и… Олю. Она с диким криком побежала в мою сторону, вынув нож. Эта картина никак не укладывалась в голове, поэтому я не смог быстро среагировать.

Попытался ухватить Олю за руку с ножом, но слишком поздно. Практически невыносимая боль в боку… я решил, что это еще от утренней потасовки с Кириллом, пока не опустил взгляд и не увидел воткнутый нож… бешеный взгляд Оли, и еще крик на заднем плане.

— Нет!

Оля тоже услышала его и, зарычав, выдернула из меня оружие, отчего стало еще больнее, так что я осел на землю. Но тут же собрался, понимал, что она хочет сделать. Ухватился за первое, до чего дотянулся. Это оказалась Олина нога, которой она тут же пнула меня в плечо, отчего я окончательно упал. Совсем не видел, что в этот момент выбежали люди скорой помощи, скручивая девушку и забирая у нее оружие. Что-то вкололи ей. Олины родители, которые тоже метались на заднем плане…

Рядом оказалась Ира, уложив мою голову к себе на колени, а руками пыталась закрыть мою рану. Совсем не думая, что сейчас вся перепачкается. Она только твердила не останавливаясь:

— Потерпи, сейчас приедет еще одна машина скорой помощи. Тебе сейчас помогут… помогут, потерпи, мой хороший…

— Ира… — попытался ответить ей, что со мной все хорошо…

— Тихо, не говори… не знаю, может ли это повлиять как-то… в общем, просто лежи и молчи, — гладила она меня по голове, глотая слезы. — Все разговоры потом… потом, — шептала она.

Послышались звуки скорой помощи. Затем люди, которые положили меня на носилки. Ирка, которая ругалась с ними и говорила, что поедет со мной. Всегда боевая и бесстрашная… А затем еще один незнакомый голос.

— Ира? Ира, что… что здесь происходит?

— Матвей… — услышал растерянное, — Матвей, я все тебе объясню позже, — казалось, эти слова были куда больнее, чем удар ножом, — я приеду и мы поговорим. Ты… ты не мог бы пока дождаться меня дома? Прошу, мне нужно…

— Хорошо, езжай, — послышался голос этого парня, — я побуду… присмотрю за домом…

А дальше какие-то вопросы от девушки в форме скорой помощи, осмотр, она что-то мне вколола. И я хотел просто закрыть глаза и отключиться. Не было сил отвечать. Да и не хотелось их находить… пока ее рука не накрыла мою.

Глава 15

Ира.

Я сидела в коридоре больницы, сжав руки в кулаки, и молилась. Хотя меня заверили, что с Русланом все будет хорошо, жизненно важные органы не были задеты, но все же жуткий страх окутывал как мой разум, так и тело. Я не могла даже пошевелиться. Так и сидела перемазанная его кровью. Проходившие люди смотрели на меня с немым ужасом и жалостью, а я думала только о том кошмаре, который предстал моим глазам.

Сейчас я поняла всю серьезность ситуации. Оля действительно больна, это не какая-то простуда или же капризы, как мне до этого казалось. Она хотела убить меня… а в итоге пострадал Руслан. Руслан! Которого Оля любила. И, несмотря на все, предпочла воткнуть ему нож, лишь бы он только не достался мне.

Теперь я понимала, что ей нужно лечение, а еще лучше держать Олю закрытой. Где гарантия, что все снова не повторится?

А Руслан… как он жил с этим? Помогал ей и родителям Оли… стало стыдно за свои слова, которые я ему говорила. Сейчас я чувствовала себя избалованной девчонкой. Ему была нужна поддержка хотя бы друга, а я и этого не смогла дать. Просто отвернулась, прогнав. А он в свое время целый год провел, поддерживая и вселяя надежду не только в меня, но и в мою маму. Хотя мог просто навестить пару раз…

— Девушка, — послышался рядом голос медсестры.

Повернула голову в ее сторону, все так же думая о Руслане.

— Я думаю, вам нужно умыться. Может, позвать врача? С вами все хорошо? — подошла она ко мне, осматривая мой внешний вид.

— Я… я жду родителей… — не буду же я говорить, что жду родителей какого-то ей незнакомого Руслана. Собралась с мыслями, — да, подскажите, где у вас уборная.

— Прямо по коридору, последняя дверь направо, — попыталась она улыбнуться мне, — там же, если захотите, найдете автомат с кофе и едой.

— Спасибо, — поблагодарила ее, поднявшись. Быстро направилась в указанном направлении. Не хотелось пропустить приезд родителей Руслана.

Зашла в уборную и ужаснулась своему отражению, увиденному в зеркале. Если лицо и руки я могла вымыть, то белая майка точно пойдет в мусорку. Включила воду и плеснула в лицо холодной воды. Стало немного легче. После этого я быстро проделала все процедуры, приведя себя в более-менее нормальный вид. Когда я вышла, увидела Аллу Семеновну и Александра Сергеевича — родителей Руслана. Они разговаривали с мужчиной в белом халате. Видимо, это был врач. Поторопилась к ним.

— Ира, — первой заметила меня мама Руслана. Она подошла и крепко обняла. — Мы еле добрались, пробки совсем не вовремя, я думала с ума сойду. А ты как? Все хорошо? Оля…

— Все нормально, — заверила их. — Это был врач? — указала на удалившегося мужчину.

— Да, — кивнула она. — С Русланом все хорошо. Нас должны позвать, когда его переведут в палату.

Мы присели на стулья, пока Александр Сергеевич отправился нам всем за кофе. К этому времени приехала и сестра Руслана. Пришлось рассказать им подробности этого дня. На лицах читался дикий ужас.

— Ничего, теперь все будет хорошо. Больше мы этого не допустим, — проговорил Александр Сергеевич с решительным видом.

— Родные Руслана Зуева, можете пройти к нему, — вышла медсестра.

— Ира, иди первой, — обняла меня Алла Семеновна, — тебе еще нужно домой.

— Спасибо большое, — улыбнулась и прошла за медсестрой. Она указала на одну из дверей, а после удалилась.

Вздохнула, собравшись и тихо пройдя в палату.

— Заходи, не бойся. Я не сплю, — проговорил Руслан ледяным голосом.

— Привет, — подошла к кровати и взяла за руку, но Руслан тут же ее убрал. Мне совсем не нравилось то, как он себя ведет. Видимо, винит меня во всем. Ведь, если задуматься, именно я стала причиной всех бед. Если бы не тайная подруга, возможно, сейчас ничего этого не было.

— Ира, не хочу больше молчать, притворяться… хватит с меня вранья. Устал жутко…

— Я тоже устала… а когда увидела, как Оля бросилась…

— Ира, — перебил меня Руслан грубо, — мне не нужна твоя жалость. Ни к чему хорошему это не приведет. Я тоже так пожалел Олю. Вина затопила меня и до сих пор не отпускает. Поверь, я не виню тебя, — нес полнейший бред Руслан, я даже не могла ответить. Меня просто поразили его слова. Как он, вообще, мог такое подумать? — Давай просто забудем все. У тебя появился парень, у меня… я скоро выйду из больницы, и мы забудем все как страшный сон. Просто остановимся на этом, теперь когда все карты раскрыты.

— Руслан… — попыталась сказать хоть слово. Но мое красноречие куда-то пропало в один миг. Он снова меня отталкивает. Только не понимает, что у меня к нему совершенно иные чувства.

— Ира! Прошу тебя. Повторяю, я не потерплю девушку, которая жалеет меня…

— Но я не жалею, то есть… Руслан, ты все неправильно понял. Да и парня у меня… — остановилась, вспомнив про Матвея.

— Вот видишь, — горько усмехнулся Руслан, — поэтому отправляйся домой. Он, наверное, волнуется… Только не ври хотя бы ему. Иначе ты никогда не выберешься из этой паутины.

Стало стыдно, я даже не могла смотреть в глаза Руслану. Он был прав, сперва мне нужно поговорить с Матвеем, все ему объяснить и попросить прощения. А потом…

— Русь, — снова взяла его за руку, на этот раз крепко, и он не посмел отдернуть ее. — Обещаю, что больше не буду врать… но ты прав, сначала мне нужно поговорить с Матвеем, — увидела, как он поморщился при упоминании имени другого парня, отвернувшись к окну. — Не торопись с выводами, — взяла лицо Руслана в руки и нагнулась, быстро поцеловав. — Я завтра приеду тебя навестить…

— Не нужно, — стоял на своем.

— Нужно, и даже больше, я этого хочу. И не потому, что жалею тебя или виню себя. Просто я действительно этого хочу, — повторила, чтобы до него уже дошло, что я его люблю. Но, похоже, мне придется доказывать все с самого начала.

— Ира, я не знаю… не верю тебе. По сути, если ты хоть что-то чувствовала отдаленно похожее на любовь… то почему сразу не сказала? Я видел только вечно веселую девушку, которая меняла парней одного за другим. И ведь в это же время ты якобы любила меня. Я не хочу ставить тебе в вину прошлое, но понять не могу, как можно любить одного, а спать с другим? — сказал он и снова отвернулся к окну.

А что мне было ответить на его слова? Руслан прав. Я действительно любила и все еще люблю его, но постоянно ищу ему замену. Может, просто не привыкла быть одна. Мне нужно мужское плечо, но я же считала себя такой сильной и независимой. Неужели все это обман, маска…

— Я постараюсь исправиться, — проговорила и направилась к выходу. Ему еще нужно пообщаться с родителями. — До завтра, — остановилась, ожидая ответа, но его так и не последовало. Впервые я уходила не с гордо поднятой головой, а как побитый щенок.

Домой я вернулась на такси. Был уже глубокий вечер, солнце успело уйти далеко за горизонт, а в небе зажигались звезды, но я ничего не чувствовала. Думала только, как поговорить с Матвеем, как не обидеть его…

— Что здесь происходит? — зашла во двор и увидела, как мою машину куда-то увозят. Осмотрелась по сторонам. Газон больше не зиял черными дырами от рук Оли. Все было в полном порядке. — Простите, — подбежала к мужчине, который садился в погрузчик, — Куда вы увозите мою машину?

— Здравствуйте, так вы хозяйка? Не волнуйтесь, отремонтируем вашу машину, будет, как новая, — успокоил он меня, — дня через три привезем ее обратно.

— А кто… на чью фамилию был вызов? — решила уточнить.

— Зуев, — уселся мужчина и завел машину. Видно, торопился быстрее сдать работу и отправиться домой. Не стала больше его задерживать, кивнув головой. Как только погрузчик выехал за ворота, я их плотно закрыла, а после поплелась к дому. Теперь я уж точно буду закрывать все двери и окна.

В голове еще крутился ответ мужчины. Руслан, несмотря на свою травму, вызвал работников, чтобы они все убрали… Значит ему не совсем плевать на меня. Может, есть еще шанс наладить наше общение, а после и… об этом я подумаю позже. Открыла дверь и вошла в дом.

— Привет, — тут же встретил меня обеспокоенный Матвей.

— Привет, — выдавила из себя устало. Такое чувство, что именно в этот момент на меня свалилась вся тяжесть дня.

— Я покормил ребят, — указал он на Пина с Малинкой, которые спали на диване в гостиной.

— Спасибо тебе, Матвей, — прошла на кухню, — ты что-нибудь будешь? Прости, не успела приготовить ужин…

— Ира, ничего страшного, лучше расскажи, что здесь произошло, — подошел Матвей ко мне и усадил за стол, а сам стал хозяйничать на кухне.

— Мне нужно с тобой поговорить… — вздохнула тяжело, посмотрев в сторону и увидев огромный букет роз, который стоял на полу гостиной. Вина затопила еще больше. Посмотрела на парня, который поставил возле меня чашку с чаем и сам сел рядом.

— Я слушаю, — нахмурился Матвей. Понимал, к чему ведут мои слова.

— Я… я не уверена, что у нас может что-то получиться… дело в том, что я люблю другого… и было бы нечестно…

— Может, это и к лучшему, — как-то странно вздохнул он, посмотрев на меня. — Сейчас, конечно, не обо мне, но… не хочу, чтобы ты чувствовала себя виноватой. Сегодня меня пригласили в национальную хоккейную лигу. Дали время подумать до завтра, но клуб… да и я сам понимаем, что это отличная возможность… Я только думал, как ты воспримешь эту новость… ну а теперь…

— Это же здорово, — попыталась улыбнуться ему. — Соглашайся, не раздумывая…

— Спасибо, Ира, — взял Матвей меня за руку. — Но сейчас, давай вернемся к тому, что здесь произошло. Думаю, теперь ты можешь рассказать мне все, ничего не утаивая… Если, конечно, хочешь. Настаивать не буду, но можешь выговориться.

— Ты хороший, Матвей, — стало вдруг грустно, — очень хороший, жаль…

— Ни о чем не жалей в своей жизни, — взбодрил меня парень, — воспринимай этот период, как испытание. Тебе просто нужно его пройти, пережить. Скоро все закончится, поверь, — говорил он, а я чувствовала, что и у самого Матвея жизнь была непростой.

— Хорошо, но это длинная история, — предупредила я.

— Я рад, что эта девушка не успела ничего тебе сделать, — сказал Матвей, как только я закончила свой рассказ. Пришлось поведать ему все с самого начала, раскрыв то, что я пишу стихи и как придумала тайную подругу, вела двойную жизнь с Русланом, и во что это все вылилось. — Но он дурак, если сейчас отказывается от тебя. — заметил Матвей.

— Ну, ты тоже выбрал НХЛ, — напомнила, улыбнувшись, сейчас, когда я рассказала ему о своей жизни за последние четыре года, стало легче.

— Ты понимаешь, почему я так поступил, — не обвинял, а просто говорил как есть. — Мы же с тобой даже не начали нормально встречаться… ты совсем не знаешь меня, а я тебя… начал только узнавать. И думаю это маленькая часть тебя.

— Спасибо, Матвей. Ты оказался хорошим слушателем.

— Да, жилетка из меня получилась знатная, и посмотри, ты даже ее не испортила, — рассмеялся он, притворяясь, будто поправляет вымышленную часть одежды. — Ни одной слезинки из этих прекрасных глаз.

— Ты сейчас заигрываешь со мной? — усмехнулась в ответ.

— Нужно было попытаться напоследок… но ладно, теперь серьезно… если Руслан не одумается, знай, он точно пожалеет. Надеюсь, у тебя все получится. А вообще, мы бы были идеальной парой. Только представь, я бы играл, а ты выкрикивала смешные лозунги противникам с трибуны, чтобы я смог забить им шайбу. А майка с моим именем на тебе смотрелась бы просто великолепно, — улыбнулся Матвей.

— Еще раз спасибо тебе, что выслушал и помог, — обняла его на прощание, оставив без ответа шутку. Почему-то нарисованная им картинка встала перед глазами как наяву, но… все же в ней чего-то не хватало.

Глава 16

Руслан.

Разговор с родителями прошел тяжело. Я понимал, что они пережили… хотя, наверно, не до конца. Но теперь ни Оле, ни ее родителям нельзя было даже звонить мне. Отец был настроен решительно, он сообщил, что сам разберется в этой ситуации. Иначе вопрос поднимет через суд. Я понял, что могу сделать только хуже, Олины родители и так настрадались. Поэтому пришлось смириться. Но хотя бы смог уладить вопрос с разгромом у Иры, который учинила Оля. Здесь они не стали возражать, а, наоборот, поддержали с улыбками на лицах. Я знал, что маме с папой Ира очень нравится, а Варя так, вообще, уже вовсю подражала ей. Не стал расстраивать их еще больше, утаив тот факт, что с Ирой мы тоже виделись сегодня в последний раз. Я все еще надеялся, что она прислушается ко мне и не приедет завтра.

Теперь, оценив всю ситуацию, я понял, что нам не по пути. С самого начала мы делали все неправильно. И как можно исправить наши общие ошибки… я не видел выхода. Лучше разойтись. Тем более она уже нашла парня, надеюсь, он будет достойным…

Хотелось ударить самого себя! Принял более удобное положение, поморщившись от боли в боку. Но больнее было не от раны… Даже сказав ей обидные слова, я все еще понимал, что люблю ее. Да я люблю! И Оля это видела, именно поэтому она всегда пыталась сорвать наши встречи, придумывала разные болезни. Уже тогда она поняла, что именно Иру я люблю, а с ней просто из-за мечты. Из-за девушки, которую сам выдумал, нарисовал образ… а он оказался…

— Хм, — горько усмехнулся, — даже тайная подруга оказалась Ирой… замкнутый круг, — улегся обратно, закрыв глаза. Нужно просто попытаться уснуть. Может, утром будет легче?

Понимал, что тщетно. Я хотел быть с ней, очень хотел… и может стоило попытаться? Но мы и так принесли друг другу много бед… всего лишь один день наслаждения против четырех лет… хотя была еще дружба. И тогда мы ладили, даже больше. Вспомнил Ирины улыбки и благодарность в глазах каждый раз, как я навещал ее маму в больнице. Тогда она даже перестала быть острой на язык…

— Пора отдыхать, — зашла медсестра и дала мне лекарство, тем самым избавив от мысленных метаний. После снотворного сон сам пришел ко мне. Последнее, что промелькнуло в голове — это все же надежда на приезд Иры.

Утро встретило меня шумом тележки, на которой развозили завтрак. Ужасный, надо заметить… затем был осмотр врача, после чего меня перевели в терапию. Потом снова осмотр, перевязка и обещания, что в скором времени выпишут из больницы. За всеми бесконечными процедурами и разговорами я смог отвлечься и не думать об Ире, но… как только пришло время посещений, она появилась на пороге.

Не было привычных мне гордости и бесстрашия. Ира вошла в палату, опустив взгляд и тихо поздоровавшись. Я никогда не видел ее такой. Стало стыдно за то, что обидел Иру. Ведь она этого не заслужила. Я не врал, когда говорил, что не виню ее. Поэтому сейчас моя совесть кричала о том, что нужно попросить прощения. Но почему-то я не мог произнести и слова. А наше молчание затягивалось… бред! Мы словно дети.

— Спасибо, что все же приехала, — ведь я действительно был рад. Хотя просил об обратном, о чем мне тут же подсказало ее удивленное лицо.

— Я обещала…

А вот этот ответ мне совсем не пришелся по душе. Неужели она все же из обязательств здесь? Винит себя?

— Ира, — перебил ее, — я же говорил, не стоит вешать на себя несуществующую вину. Все хорошо, и если ты…

— Нет, Руслан, подожди, — послышались первые нетерпеливые нотки той девушки, которую я знал. Но решил все же дождаться ответа, не подавать знаков, что рад даже этому. — Я хотела объясниться с тобой. Вчера я думала над твоими словами и… не только… я поговорила с Матвеем и… в общем, поняла, что все те парни, которые у меня были… это попытка… замена тебя. Думала, так будет легче, может, смогу забыть, не думать о тебе… может, появится парень, который будет лучше… но каждый раз, я только и делала, что искала недостатки, и… слушай, ты так и будешь молчать? — рассердилась она, отчего я больше не смог сдерживаться и рассмеялся. — Ты… ты смеешься? Я, между прочим, тебе в любви объясняюсь! — ударила она меня по плечу, я тут же воспользовался ситуацией, притворившись, будто мне очень больно.

Ира стала спешно извиняться, поправлять подушку и зачем-то укутывать одеялом. А я просто молчал и хитро улыбался. Была приятна ее забота, а признания… слышать слова любви. Остальное просто не имело значение. Это прошлое, где ему и место. Если мы хотим попытаться быть вместе, стоит забыть его и начать все с чистого листа. Получится ли? Не знаю, но если мы не попробуем… Нет! Я знаю, у нас все выйдет. Ведь я тоже ее люблю.

— Ира, успокойся, — взял ее за руку и притянул к себе, — присядь, пожалуйста. Прости меня за вчерашние слова, за то, что был резок… На самом деле, я надеялся, что ты все же приедешь. Я думал… знаешь, о чем? — посмотрел на нее, Ира только слегка мотнула головой, ожидая ответа, — С Олей я был тоже лишь из-за того, что придумал себе идеальную девушку. Первое время она такой и была, вернее, хотела казаться, но затем… Я ведь все равно думал о тебе, а за последний год мы смогли еще и подружиться. Она первая почувствовала изменения во мне. Оля уже тогда знала, что я люблю тебя. Ты оказалась той, о ком я сходил с ума все эти годы, а после еще полюбил и в жизни…

— Не нужно было скрывать от тебя, — виновато заметила Ира.

— Давай будем воспринимать это все проще. Значит, так нужно было. Возможно, расскажи мне раньше, я бы отреагировал иначе… Давай… если ты еще не передумала… — не отпускал ее руки, смотря прямо в голубые озёра, — давай попробуем быть вместе. Я думаю, мы заслужили немного счастья…

— Заслужили, — потянулась ко мне и легонько поцеловала. Мне хотелось большего… обнять ее, уложить рядом и целовать без остановки. Чтобы поверить, понять… все это реальность, мы вместе, наконец-то, и больше нет преград и… но дверь в палату отварилась.

— Привет, ребята, — вошла моя мама, смутившись, но я видел, что она рада Ире, а еще больше тому, что мы целовались. Вот лиса, усмехнулся я, пока они обнимались и обменивались нейтральный фразами о погоде и дороге.

— Я же совсем забыла, — спохватилась Ира и зашуршала пакетом, — не знаю, что тебе можно после операции, поэтому приготовила бульон… — открыла она крышку, и по палате распространился приятный аромат домашней еды. В животе сразу же заурчало.

— Пойду, поговорю с врачом, — улыбнулась мама и удалилась, чтобы не смущать нас.

Ира же уселась рядом и зачерпнула первую ложку, поднеся к моему рту. Я не стал возражать и послушно открыл его. Это новое и такое приятное чувство… хотелось улыбаться без остановки, прыгать, обнимать ее, целовать… нет, нам нужно начать, как положено. Как это делают все пары…

— Ира, — проговорил, наблюдая затем, какая она сейчас нежная… это тоже было для меня в новинку, — когда я выйду из больницы…

— Уже очень скоро, — тут же заметила она.

— Да, но не об этом… — не знал, как правильно подобрать слова. Все казалось полным бредом…

— Что такое? — нахмурилась она.

— Я просто подумал, что мы начали наши отношения неправильно. Вместо того чтобы объясниться и рассказать все тайны, мы просто прыгнули в постель… а нужно было…

— Я поняла тебя, только давай договоримся, — включила она деловой тон, — никаких свиданий, очень прошу, я не против повременить с… ну в общем, ты понял. Но только без всей этой напускной романтики. Нет, конечно, если ты хочешь… — тут же испугалась, что обидела меня, — то можно, — смешно скривила лицо.

— Хорошо, — хохотнул, — я согласен. Правда, пока не понимаю как? Но что-нибудь придумаем.

— Мне не нужны сказочные свидания, хватит простых походов в кино, кафе или же просто лежать вместе на диване и смотреть телевизор, читать книги…

— У меня большая библиотека дома, — я уже нарисовал себе картину в голове, как мы лежим в постели, я читаю вслух один из романов, а Ира, закинув ноги на меня, чуть с прикрытыми глазами, улыбается и зарывается рукой в мои волосы…

— Звучит очень… — улыбнулась она, потянувшись ко мне за поцелуем, — потрясающе, — легкое касание губ к моим.

— Да, — ухватил ее, чтобы не смогла отстраниться, — и только я, ты… книги…

— И Пинцет, — рассмеялась она. — Думаю, для надежности нам нужен кто-то третий, если мы хотим идти в правильном направлении.

Ира.

Сегодня мы с Русланом встречали наших островитян. Мы стояли в толпе таких же людей, ожидающих родных. Подняла взгляд на Руслана, который обнял меня. На его лице играла довольная улыбка. Вчера его выписали из больницы. Все это время я приезжала к нему, и мы подолгу лежали на больничной кровати, просто общаясь, читая книги или смотря фильмы. Там было все легко. А сейчас, когда он вышел… я не знала, как себя вести. Мы договорились не торопиться, но получится ли? Сдерживать себя, когда за дверью нет медсестер… тяжело вздохнула, еще и оттого, что его рука провокационно прошлась по моей спине. В этот момент Аня с Никитой, такие загоревшие и радостные, вышли к нам, чем я и воспользовалась. Вырвалась вперед и стала обнимать их по очереди.

— Какие вы красавцы, — кричала, расцеловывая друзей. — Я даже завидую вашему загару, — покрутила подругу.

— Привет, — подошел Руслан. Я мельком взглянула на него, он был чем-то расстроен. Аня подскочила к другу, повиснув на его шее. — Ой, ой, ой, — поморщился Руслан.

— Что такое? — тут же испугалась Анька, посмотрев по очереди на нас. Мы решили не тревожить их на отдыхе своими рассказами о произошедшем. Единственное, они знали, что мы с Русланом, наконец, вместе. Я никогда не забуду этот дикий крик Ани по скайпу, кажется, у меня даже больное ухо стало слышать в тот момент…

— Долгая история, — выдавил улыбку Руслан. Я понимала, что ему было неприятно вспоминать. — Расскажем по дороге, идемте, а то нас скоро снесут чемоданами. — Развернулся к выходу, но я быстро нагнала его, взяв за руку.

— Эй, не грусти.

Руслан тут же обнял меня, поцеловав в макушку. Как это приятно… его действие тут же отозвалось теплом во всем теле. Я до сих пор не могла поверить до конца, что мы вместе. Что он рядом, можно обнять, поцеловать… хотя теперь наедине это будет опасно… его травмы еще толком не зажили.

Пока я стояла в своих мыслях, ребята загрузили вещи в багажник.

— Ира, — позвала Аня, — ты со мной?

— Конечно, — тут же обняла ее, — я по тебе жутко соскучилась. — Уселись мы на заднее сиденье.

— Ну, а теперь рассказывайте, что произошло? Почему ты, Руслан, кряхтишь как старичок, как только до тебя дотрагиваются? — еще с улыбкой на лице спросила подруга.

Как только мы поведали друзьям о наших приключениях за их недолгое отсутствие, улыбки и смех сразу же пропали. Аня сидела с широко раскрытыми глазами, закрыв рот рукой. В ее глазах отчетливо читался ужас.

— Хорошо, что все уже позади, — сказал Никита. — Да уж, ребята… умеете вы удивить, — нервно усмехнулся он.

— Ничего смешного, Никита, — ударила его Аня. Она, как всегда, приняла все близко к сердцу, — ты понимаешь, что Руслан мог погибнуть… а если бы Оля добралась и до Иры? — увидела я в ее глазах слезы.

— Эй, ты чего? — обняла тут же, успокаивая подругу, — Все же в прошлом. С нами все хорошо…

— И я не такой слабый, как ты думаешь, Аня, — пошутил Руслан, пытаясь разрядить обстановку, — Всего небольшой порез… от него точно не умирают…

— Приехали, — хлопнул в ладоши Никита, переводя грустную тему. Было видно, что он соскучился по своему бару. Аня тоже отвлеклась, посмотрев на здание.

У нас был сюрприз для ребят. Я хитро переглянулась с Русланом, он мне тихонько кивнул в знак того, что все ребята уже наготове. Мы подготовили друзьям встречу в гавайском стиле.

Как только они вошли в бар, послышались мелодия ламбады и довольные приветствия всех друзей. На ребят повесили цветочные бусы. Никита только рассмеялся с нашей задумки, показав «класс», а Аня была очень рада такой встрече. А когда она увидела Малинку с такими же бусами, только в миниатюре, расплакалась и пошла всех обнимать.

Я задумчиво посмотрела в ее сторону. Что-то много она влаги пускает… но тут ко мне на руки запрыгнул Пинцет. От него уже пахло алкоголем. Посмотрела по сторонам, пытаясь выискать того, кто снова напоил моего кота.

— Найду, убью! — запыхтела, злясь. Взяли моду спаивать моего котика. Погладила его и пошла к столу с едой. Нужно покормить бедного Пина.

Глава 17

Руслан.

— Я так рада, что ребята вернулись, — устроилась удобно у меня на плече Ира. Мы только недавно приехали к ней домой, после гавайской вечеринки, которую устроили в честь Никиты и Ани. Ира предложила зайти в дом, а я не смог отказаться. Хотел побыть с ней еще немного. Тем более теперь мы не в больничной палате, где в любую минуту может кто-то зайти. Вот только я чувствовал какое-то стеснение с ее стороны. Даже, когда мы встречали ребят… стоило мне прикоснуться к ней более интимно, нежно, как она убегала. Я не понимал, почему? Она боится? Но сейчас мы лежим на диване, а наши тела перекручены… Стоп, Руслан! Не думай об этом, почувствовал, как мое тело сразу же отреагировало на мысли, видно это почувствовала и Ира, так как сразу же подорвалась и засуетилась по комнате.

— Не хочешь чай или кофе? Может, ты голоден? Надо посмотреть, где мои питомцы, я совсем забыла покормить их, — побежала она на кухню.

— Ира… — попытался остановить ее, но она меня уже не слышала, гремя посудой и дверцами шкафчиков. На этот шум сорвались кот с белкой, которые, между прочим, мирно спали рядом на диване. Я же тяжело вздохнул и включил телевизор, пощелкал каналы и снова отключил. Ерунда какая-то! Отбросил пульт в сторону и пошел на кухню, где Ира сидела на полу, поглаживая Пина, который уплетал рыбу.

— Я приготовила тебе чай, — снова заметалась по кухне она. Успел словить ее за руку при очередном повороте и усадить к себе на колени, — успокойся и объясни мне… я не понимаю твоих метаний сейчас, да и в аэропорту было тоже самое. Ты будто избегаешь нашей близости. У меня голова взорвется, если не узнаю. Что происходит? Я не устраиваю тебя уже, как молодой человек? Или ты боишься чего-то? Хотя странно…

— Прости, — перебила Ира, — просто перенервничала…

— Почему? — задал осторожно, поглаживая ее спину, отчего услышал учащенное дыхание.

— Это очень тяжело… мы сейчас не в палате… дома, одни, ну почти, — посмотрела на животных, нервно усмехнувшись, — а я… я безумно хочу к тебе прикоснуться, поцеловать…

— И что мешает? — не понимал ее.

— Мы же договорились не торопиться…

— Ира, но ведь все пары целуются и обнимаются.

— Да, но сможем ли мы остановиться? А если нет, не пожалеем ли?

— Пожалеем? — нахмурился, совсем не такой ответ хотел услышать.

— Я не в этом плане… — не успела объяснить, ее мобильный завибрировал на столе, а на экране высветилось имя «Матвей». Мои руки непроизвольно сжали ее талию сильнее положенного. Она с ним до сих пор общается?

— Руслан… — посмотрела внимательно на меня Ира, — я…

— Ответь, потом поговорим, — усадил ее на соседний стул, а сам поднялся, взяв чашку с чаем, и вышел на крыльцо, усевшись на ступеньки. Не хотел слушать их разговор. Сочтет нужным, сама расскажет. Я пытался подавить в себе ревность. Уговорить себя, что это ничего не значит. Уверен она сейчас выйдет и все объяснит, скажет, что любит меня, а с ним просто… просто друзья, добрые знакомые. Ничего больше. Ведь у них ничего больше не было? Сжал кулаки, вспоминая, как он целовал ее на этом самом крыльце. Не хотелось быть тем ревнивым парнем, который все запрещает… у Иры определенное прошлое, но оно прошлое, которое есть у каждого, и я не имею права требовать чего-то…

Обернулся на резко отварившуюся дверь, откуда вылетела испуганная Ира.

— Я думала, ты уехал, — уселась она рядом, тяжело дыша.

— Вышел подышать воздухом… Ира, — решил все же уточнить у нее. Невыносимо жить в неведении и накручивать себя из раза в раз. — Скажи, он звонил не в первый раз? — повернулся к ней, но она опустила лицо. — Значит, не в первый раз, — тяжело вздохнул.

Поднялся с лестницы, чтобы размять ноги и подумать. Я не могу запретить ей общение с другими парнями. Ведь с самого начала знал, какая она девушка. А Ира совершенно не такая, как Оля… Может, именно это меня и заставило быть с Олей так долго. Именно поэтому я закрывал глаза на все ее выдуманные недуги. Неужели я настолько неуверен в себе? Напуган?

— Руслан… — подошла ко мне Ира в тот момент, когда я разозлился на самого себя, и это увидела она, но истолковала иначе, так как сразу же приняла оборонительную сторону, — это глупо! — послышались стальные нотки в ее голосе, а глаза загорелись синим пламенем. — Слышишь, ты поступаешь совершенно нечестно. Я даже не успела объясниться, а ты уже, как всегда, сделал свои выводы. Да, он звонил не первый раз. Сегодня утром Матвей предложил мне билеты на кубок Салея, но… в общем, утром я была вся в сборах, а еще он меня действительно застал врасплох своим звонком, поэтому я не нашлась с ответом, хотя должна была сразу отказать… Хотя почему должна отказывать?! — мерила она шагами дорожку возле дома. — Он же не предлагал мне одной. Между прочим, и о тебе спросил, — тыкнула она в меня пальцем. А мне уже было все равно, сколько раз ей звонил этот парень или еще кто-то. Ведь я на нее не сердился. Нет, только на себя. Глупого и трусливого Зуева, которым я был на первом курсе. И именно Ира вытащила меня из этой неприглядной оболочки, помогла… что она во мне нашла? Удивлялся до сих пор. Да я старался казаться более уверенным, наглым. Ведь таких парней любила Ира. И я им неосознанно подражал. Но что, если..?

— Ира…

— Нет, не перебивай меня сейчас, — топнула она ногой, хотя в глазах у нее стояли слезы. Я совсем не хотел делать ей больно, — Я ждала тебя четыре года! Четыре года! Но до тебя до сих пор не дошло, что я люблю тебя, Руслан. Не кого-то там хоккеиста или сопливого гитариста, а тебя, — пихнула меня в грудь белокурая фурия. — И знаешь, что я думаю? Можешь не гадать, а то я ненароком покроюсь морщинами. И нечего на меня так смотреть, я смотрю, ты не особо догадливый парень, — снова расценила неправильно мое скривившееся лицо Ира. На самом деле я еле сдерживал смех. Вся эта ситуация была жутко забавной. — Так вот, — повернула меня к воротам она и начала пихать к машине, — поезжай-ка домой, полежишь там, отдохнешь и подумаешь, любишь ли ты меня, нужна ли тебе вообще такая девушка.

— Ира… — попытался прервать ее гневный монолог.

— Нет, Руслан. Никаких разборок. Я от них жутко устала, просто скажешь либо мы расстаемся и это окончательно, либо…

— Да помолчи ты уже, — остановился, ухватив ее за талию и крепко прижав к себе, так что она удивленно выдохнула мне в губы тихое и прерывистое «ах!». — Отлично, а то думал ты не замолчишь…

— Что? — зарычала Ира.

Я понял, что зря это сказал, поэтому сделал единственное, а именно, закрыл ее рот поцелуем. Плевать. Я не хочу больше ждать, не хочу не торопиться. С ней это бесполезно и мучительно к тому же.

— Руслан… подожди, — попыталась Ира отстраниться, но я не отпускал, — мы же решили не… и у тебя еще травмы…

— Почти зажили, — покрывал ее шею короткими поцелуями. — Ира с нами не работает эта ерунда на счет постепенно и медленно… только не с тобой. И я уже давно понял, мне не нужно думать. Я люблю тебя. Давно, но должен тебя предупредить…

— О чем? — Ира сама уже еле сдерживалась.

— Парень достался тебе не самый уверенный в себе. А к тому же жутко ревнивый… но постараюсь с этим что-нибудь придумать… а еще я не сержусь на тебя, правда. Моя злость направлена только на меня самого. Ведь ты права…

— В чем?

— Все, что ты сказала несколько минут назад, за что злилась…

— Руслан, — увидел в ее глазах раскаянье, — я бываю иногда такой…

— Ядовитой? — усмехнулся. — Это я в тебе тоже люблю. Ты никогда не станешь утаивать что-то, если тебе не нравится какая-то вещь, обязательно об этом скажешь, не будешь церемониться, а еще ты верный и надежный друг…

— Тебе я не была верным другом.

— Потому что мы с самого начала не были друзьями и оба это понимали. Оттого и наши постоянные подколы, ругань. Сколько Ане пришлось пережить, — засмеялись мы вдвоем.

— Думаю, половину слез она пролила именно по нашей вине…

— Иногда я смотрю на нее и Никиту, и мне становится завидно… у ребят настоящая любовь…

— Теперь будут завидовать нам, — как-то неуверенно заметила Ира.

— Ты все еще ждешь меня? Спустя четыре года? — заглянул в глаза любимой.

— Да, — послышался тихий ответ.

— Я люблю тебя…

— А я тебя, — уже сама Ира притянула меня к себе и поцеловала страстно, настойчиво, требуя большего… — Останешься? А завтра вместе встретим моих родителей, если ты согласен… Думаю, мама будет очень рада.

— Точно будет. — улыбнулся ей.

— А как же неуверенный парень? Куда он делся?

— Просто твоя мама меня обожает… — захлопнул дверь ногой, после того, как мы зашли в дом, и приник к ее губам.

— Моя спальня на втором этаже… — покосилась она на недовольную мордочку Пинца.

— На кухне его ждет любимый шипучий напиток…

— Что?! Нет! — попыталась вырваться Ира, но кота уже и след простыл, а я держал ее крепко. Теперь только так. Больше я не позволю проблемам встать между нами.

Эпилог

Шесть месяцев спустя.

Ира.

— Как там мой будущий крестник? — погладила я уже округлившийся животик Ани. Все же мое чутье не подвело. С отпуска ребята вернулись не одни. Они тайно провезли еще одного пассажира в животе подруги. Тогда Никита и Аня сами еще не знали об этом, но уже через пару недель… в общем, слез стало в два раза больше, а также у подруги появился зверский аппетит, который чуть позже перетек практически в полный отказ от еды и таких странностей было не перечесть.

— Танцует или боксирует, икает и требует то, чего бы я раньше и в жизни не решилась попробовать съесть, — говорила Аня, гладя животик, на ее лице блуждала беззаботная улыбка.

— Подними голову, иначе выйдешь на сцену без прически, — заметила я деловито.

Несмотря на свою беременность, Аня продолжала выступать, а Никита ее в этом только поддерживал. Хотя и сделал больше перерывов в выступлении, чтобы она могла отдыхать. Но его забота была незаметной, как у других мужчин и не раздражала.

— Чтобы я без тебя делала? — подозрительно заблестели глаза Ани.

— Только попробуй расплакаться, я не собираюсь переделывать тебе макияж, — пригрозила ей пальчиком, хотя, конечно, я обманывала.

— Жестокая и бессердечная, — шмыгнула она носом, но блеск пропал.

— Я люблю тебя, малышка, — чмокнула ее в щеку. — Все, — осмотрела красное платье, которое аккуратно обтягивало животик подруги. — Вот она истинная красота…

Меня отвлек зазвонивший мобильный. Это были мои родители. Они решили сегодня посетить бар Никиты. Мама давно хотела попасть на концерт группы Ани.

— Да, мамочка, — послала подруге воздушный поцелуй, после того, как она одними губами прошептала «И я люблю тебя», вышла в бар, чтобы встретить родителей.

— Ира, мы уже подъехали, — я услышала папино бурчание на заднем плане. Обычно он всегда ворчал, когда волновался. — О, здравствуйте, — услышала я еще знакомые голоса. Моя мама здоровалась с родителями Руслана. А он мне не сказал, что они сегодня тоже приедут в бар. Разволновалась я насчет своего внешнего вида. Быстро посмотрела на отражение в зеркало у входа: вполне приличное белое платье, да обтягивающее, но длина ниже колена и разрез на груди неглубокий. А если нужно прикрою локонами, стала нервно теребить волосы.

Сегодня мне казалось, что должно произойти что-то очень важное. Все вокруг меня шептались и странно смотрели. Я уже успела заподозрить, что Руслан решил сделать мне предложение… Ведь мы вместе. Мы пара… я до сих пор как бы пробовала эту фразу на вкус. И каждый раз оставалась довольна. Мы смогли преодолеть многое, смогли забыть прошлые обиды и двигаться дальше.

Больше не было других парней. Не было сумасшедшей Оли. Ее родители перевезли в другой город, где она продолжает лечение. Мои же мама и папа так и не узнали о том, что нам пришлось пережить за их отсутствие. Мы и родители Руслана решили оставить это небольшим секретом.

Что касается Матвея. Сейчас он играет в НХЛ и очень неплохо. Сама я не слежу за его личной жизнью, но парни есть парни. Руслан и Никита постоянно обсуждают хоккей, и иногда до меня долетают обрывки фраз про Матвея и его игру. И что самое интересное, Руслан говорит о нем совершенно спокойно, либо старается…

Пока я держала телефон у уха, родные успели уже войти в бар, отряхивая снег с одежды. За окном стоял декабрь, настоящая зимняя сказка. Только сейчас я поняла, что мама уже давно отключилась.

— Привет, — подбежала к ним и стала обнимать всех по очереди. Полились комплименты и смех от каких-то шуток. Незаметно появился и Руслан, который тут же обнял меня.

— Идемте за наш столик, — указал он в самый центр зала. У меня снова появился легкий мандраж. Я непроизвольно сильнее сжала руку Руслана и остановила его.

— Ты что-то задумал? — посмотрела на него с подозрением, пытаясь вычислить сама не понимая что.

— Задумал? — спросил он, отвлекшись на выход группы. Аня ему подмигнула. Подмигнула! Я точно это заметила. А еще и все родители собрались. — О чем ты? — непонимающе посмотрел на меня Руслан.

— Вся эта романтика не для меня, Руслан, понимаешь? — попыталась я намекнуть ему как могла. Но он уже привел меня к столу и усадил рядом с отцом. Так я и просидела весь концерт, буравя его глазами, под тихие бурчания отца. Теперь я точно понимала почему он нервничает. Я же боялась, что в самый неподходящий момент рассмеюсь. Со мной всего было так. Я просто не умею быть романтичной особой, не знаю, как правильно себя вести в таких ситуациях, что говорить… хотя здесь от меня требуется всего одно слово. А может, и, вообще, кивок сойдет за «да». Прыснула я от смеха. А затем нервно осмотрелась, не заметил ли кто? Даже сейчас, просто думая о возможном предложении, я сижу и смеюсь, вместо того что бы утопать в розовых мыслях, любви и что там еще…

— Мне нужно отлучиться, — обратился Руслан, после того, как Аня стала допевать последний куплет песни.

— Ты куда? — вцепилась в него. — Может, потом… когда мы будем… эээ… одни…

— Дочка, — оживился мой отец, отодрав руку с рубашки Руслана, — может, отцу уделишь немного внимания. Совсем меня забросила. А у твоего отца, между прочим, давление скачет, — отвлекал меня заботливый папочка, пока Руслан двигался прямо к сцене.

— Папа, — закатила я глаза, — давай не сейчас… я же…

— Что ты? — нахмурился он. — Я внуков хочу. Поэтому сиди смирно. И не дергайся, — я так и замерла после его слов. Вот от кого, а от него не ожидала такого. — Что смотришь на меня так? Я устал уже, хочу отойти от всех дел. А Руслан парень толковый, любит тебя. Как и ты его. Ты же его любишь?

— Да, — кивнула.

— Ну так, а чего дергаешься? Или не нагулялась?

— Нагулялась, — снова кивнула, как бы соглашаясь с ним. И правда, чего я дергаюсь? Главное не рассмеяться! Посмотрела на Руслана, который подошел к микрофону. Его глаза, наполненные любовью, еле заметная улыбка и рука в кармане брюк. Огляделась по залу, многие девушки смотрели на него с неприкрытым обожанием, отчего во мне поднялась ревность. Но скоро они все обломаются, гордо вскинула голову и широко улыбнулась, вернувшись глазами к своему мужчине.

— Здравствуйте, — вступил Руслан уверенным голосом, — сегодня хоть и не вечер слэма, но я не стихи читать буду. Ира, — обратился ко мне Руслан, — можно попросить тебя выйти на сцену? — по залу пошел легкий шепот гостей и в основном это были те девушки, которые неприкрыто любовались Русланом.

— Иди уже, — пихнул меня папа. На него тут же зашипела мама. А я, наконец, отмерла и встала, проведя влажными руками по платью. Как только поднялась на сцену, Руслан тут же оказался рядом, взяв меня за руку.

— Я знаю, что ты не любишь всю эту романтику, и поэтому обещаю не затягивать. Хотя ты заслуживаешь еще большего. Ира, ты знаешь, я люблю тебя уже очень долгое время, хоть мы вместе не так давно. Но также, я надеюсь, что у нас еще впереди вся наша жизнь, которую мы пройдем с тобой вместе. А если кто-то из нас отстанет или потеряется, то я или ты дождемся, как было до этого и снова продолжим путь…

Руслан сделал небольшую паузу, присев на одно колено. Только сейчас я поняла, что не дышала все это время, пока он говорил. И мне уж тем более было не до смеха. Его слова тронули до глубины души. Я еле сдерживала слезы. Мне хотелось только одного кинуться в его объятья, сказав «да», которое он ждал от меня. И которого я желала все это время. Только сейчас я осознала, как сильно я ждала этого момента.

— Ира, ты согласна стать моей женой? — достал он бархатную коробочку с золотым кольцом, который украшал цельный сапфир, а по бокам сияли в свете огоньков бриллианты.

— Да, — закивала я головой, — Да! — сказала еще раз громче, пока из зала не стали выкрикивать эти глупые вопросы «Она согласна? Что она сказала?». А затем Руслан надел мне кольцо на палец и заключил в свои крепкие объятья и под громкие поздравления всего зала поцеловал. Теперь все эти дамочки знают, что он мой. Мой будущий муж и мой любимый.

Интересно, как отреагирует на эту новость Пинцет? Усмехнулась своим мыслям в голове, посмотрев в потолок, где на втором этаже мирно спал кот и не о чем не догадывался.

Content

Юлия Дайнеко
Хэштег «Тайная подруга»

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Эпилог