Сергей Зайцев

Палач

Глава 1. Жертвенное воскрешение

Доступно повторяющееся клановое задание Наступление Хаоса

Задача: защитить астральный барьер Цитадели Крика от вторжения сил Хаоса

Награда: за каждую сотню уничтоженных пустотников лично или в составе группы: 10% сейва, 10% опыта от текущего уровня, астральное очко умений…

В оболочке астрального барьера в точках проникновения множественными трескучими вспышками расцветают радужные всполохи. Костлявые лапы и уродливые головы пустотных созданий с бешеной силой протискиваются сквозь преграду, окутываясь ореолом пожирающей их плоть темной плазмы сокрушающей Мглы. Вой от мучительной боли разносится под сводом, словно хор грешников из самого ада.

Все девять стражей Цитадели моментально реагируют на внешнюю угрозу. Они темными гудящими кометами вылетают из зарядной комнаты и растекаются по всей территории осколка реальности, автоматически распределяя между собой участки ответственности.

– Тысяча темнозадых демонов, это что ещё за новости?! – Михонариум удивленно крутит головой, а его рука сама собой ловко срывает со спины фигурный лук.

– Всего лишь рутинная работа по защите осколка, – ироническая улыбка изгибает мои губы. – Чтобы жизнь медом не казалась, Миха. Есть желание поучаствовать?

– Пропустить такое веселье? – Эльф смотрит на меня, как на контуженного и белозубо ухмыляется во всю скуластую физиономию. – Прозевать Контроль популяции на особенных тварей, которые больше нигде, кроме твоего осколка, не водятся?! Да меня отсюда пинками не выгонишь, пока не перебью все, что шевелится!

– Тогда займись делом, пока я занят.

Поющая стрела тут же вонзается в голову твари, которая продирается сквозь свод прямо над головой эльфа на высоте пятнадцати метров, и барьер вышвыривает её обратно в мир Хаоса. Эльфа ни на секунду не отвлекает приглашение в группу, он лишь удовлетворенно хмыкает, читая условия расшаренного кланового задания и пуская следующую стрелу. И снова бьет наповал. Хотя пустотников видит впервые, опыт помогает безошибочно вычислять все критически уязвимые места.

Бросаю быстрый взгляд на жертвенный круг.

До окончания жертвенного возрождения истекают считанные минуты, и хотя я абсолютно уверен, что Алан Темный не подведет и закончит с жертвенным воскрешением без моего присмотра, всё ещё медлю, не тороплюсь вступать в бой лично. Окутанные светящимся ореолом фигуры моих соклановцев продолжают меняться. Выглядит это по-прежнему жутковато, и я надеюсь, что не соврал Алии, когда заверил, что боли не будет. На самом деле, я не имею представления, что они сейчас чувствуют, хотя некая связь между мной и возвращаемыми имеется, я её чувствую, словно невидимые, напряженно натянутые нити. Уже видно, как человеческие, да и не человеческие силуэты начинают обрастать призрачными контурами будущих серебристых шестигранников. Некоторые кристаллы поменьше, некоторые побольше, в зависимости от массы и роста возрождаемых из Списка Мертвых. Они застыли в этих шестигранниках, как мухи в янтаре. Очень большие мухи.

– Босс? Что-то мне не по себе. Их слишком много.

Кроха сидит на правом плече как приклеенная. Не желает меня оставлять ни на секунду, боится потерять, как я потерял Фурию. И голосок у нее донельзя обеспокоенный, ей, обычно смешливой и озорной, совершенно не до шуток. И все же пока не вижу причин суетиться. Мы уже отражали такие волны. Знак Алана, покрывающий лицо паутиной из серебристых нитей, растекается по коже легким жжением – значит, серьёзной опасности пока нет. Да и барьер справляется весьма неплохо, а при поддержке стражей и Фурии…

Мда, все-таки нервничаю. Знатная подстава системы.

Не самый подходящий момент для отражения пустотников, ведь все мои соклановцы буквально пошли под жертвенный нож. Но все же положение намного лучше, чем в тот момент, когда я впервые пришел в себя в Колыбели Цитадели после гибели, и вынужден был сражаться с пустотниками в полном одиночестве. Жаль только, что без Фурии Духовная связь неполноценная. Словно не хватает части тела… Криво улыбаюсь и качаю головой. Так ведь и есть – не хватает. Раздраженно смотрю на обрубок левой. Кисть будет отрастать ещё долго, а нужна уже сейчас.

Повинуясь мысли, меч из-за спины, словно выстреленный энергетическим закрепом, прыгает в правую руку. Лезвие вспыхивает изнутри раскаленным металлом – эффект усиления от вставленного в слот рукояти расходника.

Михонариум прав, бой – отличная разрядка нервного напряжения, лишнего опыта не бывает, а Алан и в самом деле справится и без меня. К тому же жуть как хочется узнать, что же это за астральное очко умений, такого я ещё не получал.

Первую цель искать не приходится – один из пустотников шлепается на брусчатку двора прямо передо мной.

Пустотник

36-й уровень

Жизнь 19800

Тварь Хаоса

Кроха взвизгивает и гудящим шмелем взмывает над моей головой, тыча крохотным пальчиком в противника.

– Босс, отруби ему что-нибудь ненужное, глаза бы мои на него не смотрели! – кровожадно требует фейри.

Я с Крохой полностью согласен, выглядит тварь преотвратно.

Этакая лохматая и полупрозрачная помесь обезьяны с крокодилом. Тварь судорожно подтягивает жилистые конечности после зубодробительного приземления, рывком приподнимается. Из широкой раззявленной пасти, усеянной полупрозрачными, но весьма острыми на вид клыками, доносится громкое шипение. Плоть врага гниет и горит одновременно, расползаясь зловонными язвами по всему телу и доставляя несказанные муки, но хотя вид у твари донельзя жалкий, воинственный запал ещё не растерялся. Убить пустотника не так уж сложно, но они весьма сильны – стоит допустить промашку, и выпад астральной твари может стать фатальным.

Такого шанса не даю. Заряженный Обжигающей вспышкой меч жахает пламенем. Башка пустотника слетает с плеч в брызгах горящей маслянистой жидкости, заменяющей кровь, катится к одному из шестигранников. На всякий случай пинком отфутболиваю её прочь. Время в боевом режиме всегда становится тягучим, тело двигается словно само, повинуясь ускоренному ритму, но Теневое преимущество, как и Теневой прокол пока берегу для критических ситуаций. Больно уж перезарядка долгая. Зато на Плети боли экономить незачем, пускаю в ход сразу.

Едва не задев один из шестигранников, рядом с жертвенным кругом приземляются ещё двое врагов. С влажным шлепком омерзительные брызги горящей плоти летят во все стороны – словно с ветки упало и вдрызг разбилось о каменные плиты насквозь прогнившее яблоко. Подспудно мелькает в сознании нехорошая мысль, что кому-то там, за барьером не нравится мое предприятие по возрождению клана, и этот кто-то старается мне помешать. Да хрен тебе, кем бы ты ни был.

Поочередно угощаю обоих врагов Копьем ветра и Плетью боли, в два шага оказываюсь рядом и добиваю обычными ударами Пламеня. Пока довольно легко, уровень пустотников не превышает мой, а попадают внутрь они уже серьёзно ослабленными, да ещё и оглушенными падением.

Только сейчас замечаю, что с жертвенным кругом происходит нечто незапланированное. Перед процедурой я выстроил доноров по окружности двухметрового круга, руководствуясь голой интуицией. Теперь этот круг перестает быть воображаемым. Кристаллические оболочки шестигранников, поблескивая широкими серебристыми боками, достигают двух метров в высоту и окончательно скрывают фигуры людей, дрелана, дриады и обоих щенков. Они медленно вращаются вокруг оси, подвешенные в воздухе над землей без видимой опоры. Каждый из шести отбрасывает глубокую тень наружу круга, вопреки законам физики. Там, где тени падают на брусчатку, она словно плавится, проседает, приобретая форму каменного ложа – гладкого желоба со скругленными углами. Оптимизация места к массовому приему тел вновь воскрешенных, с заделом на будущее?

С Мараной, когда возрождение проводил впервые, из-за сложившихся обстоятельств и без подготовки, процесс выглядел проще. После нее тоже остался шестигранник, но больше никаких изменений не было. Потом шестигранник лопнул при прикосновении, и Дар вывалился из него мешком. Но сейчас все выглядело куда более обстоятельным.

Мда. Процесс ещё не закончился, а я уже успеваю его возненавидеть. Понимаю, что для возвращения мертвецов в мир живых другого выхода просто нет, но как же это паскудно – убивать одних друзей, чтобы вернуть других.

Вскидываю руку, чтобы врезать Копьем пламени следующему настырному уродцу, но один из курсирующих неподалеку стражей успевает разрядить Расщепление раньше меня. Темная ветвящаяся молния, насыщенная алыми искрами множественных разрядов, выстреливает из шарообразного сгустка темно-синей энергии – тела стражника. Пустотник с шумом разорвавшейся гранаты разлетается в мелкие брызги, куски плоти хлещут во все стороны, с омерзительными влажными шлепками усеивая брусчатку неприглядными пятнами. Страж тут же принимается ещё за двух, ковыляющих к нему подраться, а я мигом разворачиваюсь, чувствуя опасность за спиной.

Уклонение от взмаха костлявой руки, желающей вспороть мне пах когтями, отскок. Страх ознобом прокатывает по спине – чуть не попался. Прямой выпад Пламеня пробивает грудь твари, лезвие выходит из спины, успеваю стряхнуть её с клинка и широким сильным росчерком отсекаю нижние конечности следующей, прыгнувшей над головой поверженной. В несколько быстрых ударов приканчиваю ещё двух, но пустотников не убавляется, их число растет, как на дрожжах. Кручусь среди них юлой, не позволяя к себе прикоснуться или ударить Звездной пылью, вызывающей снижение всех физических параметров на 5% каждую секунду. Эта хрень, пожалуй, работает круче Ауры Смертного Истощения от Древа Смерти, зато у нее хотя бы есть предел в 50%, при достижении которого заклинание рассеивается. Впрочем, если пустотник успеет своей Пылью уполовинить твою жизнь, то после ему останется лишь добить неудачника.

– Босс, Михе нужна помощь!

Кроха кругами мечется над моей головой, бдит и вовремя замечает новую опасность.

Выдергиваю меч из тела очередной твари, резко оглядываюсь. Полотняная рубашка под курткой пропиталась потом насквозь и противно липнет к телу, по лицу тоже катятся капли, оставляя соленый привкус на губах. Самозабвенно развлекающийся эльф успевает завалить с десяток пустотников, даже не трогая свою лютню. Как боец он очень впечатляющ, это я оценил ещё в прошлый раз, при сражении с пожирателями на корабле Хорки Умного. Но все же он чересчур увлекся, полагаясь на свою ловкость, и попался. И теперь познает на своей шкуре все прелести Звездной пыли, насчёт которой я не успел его предупредить.

Михонариум висит в воздухе всего в считанных сантиметрах над поверхностью, в пустотном мешке, под воздействием дезориентации, безвоздушного пространства и невесомости, и всё ещё пытается драться. Увы, выпущенная стрела пролетает мимо, тварь в отместку тут же вскрывает ему бок когтями и легко уворачивается от неловкого удара кинжалом. Прекрасно помню все эти «милые» ощущения. Уверен, что эльф приспособится, причем быстро, и не позволит себя прикончить, поэтому и не зовет меня. Но все же вмешиваюсь, гордость не всегда уместна.

Меч за спину, движение рукой, как при броске кинжала. Кристалл сущности негромко хлопает в подсумке, вырываясь из него туманным облачком и формируясь в призрачное лезвие. Пораженный в грудь пустотник сразу оставляет эльфа в покое и корчится на красном граните. Впрочем, недолго. Эффект Звездной пыли исчезает, и кинжал приземлившегося рядом эльфа мгновенно пробивает врагу затылок.

Я все же ругаюсь. Смерть пустотника прерывает действие Душелова, до отката о нем можно забыть. Миха смущенно пожимает плечами, сообразив, что сбил мне умение, ухмыляется, несколькими неуловимыми движениями касается лютни на поясе, извлекая несколько мелодичных аккордов. Для запуска боевых комбинаций нет необходимости всякий раз брать инструмент в руки, лютня, соединенная с умом и душой барда неразрывной связью, отзывается на мысленный посыл.

Фанфары могущества

Рейдовое усиление

Сила, ловкость, разум и мудрость всех членов группы или рейд-отряда увеличена на 30%

Эффект длится 5 минут

Не потрудившись себя подлечить, эльф снова хватается за лук. Желающих отведать нашей крови врагов вокруг всё ещё предостаточно.

– Босс!! – пронзительно орет Кроха.

Оборачиваюсь в прыжке в сторону, но тварь все же умудряется меня достать. Длинные полупрозрачные когти хлещут по лицу вспышкой острой боли…

Между нами словно взрывается невидимая граната. Пустотника отшвыривает, как тряпичную куклу, да и я чудом удерживаюсь на ногах. В следующую секунду понимаю, что, несмотря на боль, лицо цело, это лишь проявилось действие Знака Алана. Зато рожа пустотника располосована, словно когтями росомахи…

Что-то отразило удар твари по ней самой. Нечто новенькое, но с этим разберусь позже. Подлетаю к врагу, фрейм жизни которого едва тлеет в красной зоне, перерубаю шею. Не глядя на сообщение системы о победе, оглядываюсь, чтобы заново оценить происходящее вокруг.

А ведь пустотников на этот раз в самом деле многовато. Недаром сработала системная закладка, выдав новое клановое задание. Сила Мглы их здорово сдерживает, ослабляя и калеча, но эта сила все же имеет определённую величину и дробится в зависимости от количества атакующих. То есть чем их больше, тем слабее воздействует Мгла на каждого из них. Чего ж удивляться, что десятка три вражин корчатся на территории осколка – стражи глушат их шоком и разносят в клочья расщеплением. Они чертовски могучи, мои стражи, но совершенно не умеют экономить силы. Несколько защитников уже отправились на перезарядку, а ведь бой ещё далеко не закончен.

Используя секунду передышки, поворачиваюсь вокруг оси на пятках и пробегаю взглядом по своду, прикидывая количество грядущих неприятностей. Вспышек разрывов несколько десятков, и это только те, что попадают в поле зрения, не загорожены башнями и крепостной стеной.

Но пока все под контролем.

Песнь защиты

Накладывает на всех членов рейд-отряда щит, поглощающий 30% урона в течение 20 сек

Эльф продолжает развлекаться в бешеном темпе, садит стрелу за стрелой, разве что не приплясывает, так ему весело. Ясное дело, дорвался до сладкого, таких тварей нет на Архипелаге. Количество заданий по контролю популяции ограничено количеством видов обитающих в локации существ. Так что пока Михонариум не выберется из локации, новых таких заданий ему не видать, как остроконечных ушей без зеркала. А за каждый контроль, на минуточку, в награду даётся очко умений, ценная штука на любом игровом уровне.

– Босс! – снова вопит бдительная Кроха, и чтоб я без нее делал, глазастой. – Левая башня! И правая тоже!

Снова вскидываю голову и ругаюсь. Прямо над верхушками башен по астральному барьеру расползаются особенно крупные пятна, по расцветке смахивающие на трупные – багровое с синюшной желтизной. Враг нацелился ударить по самым уязвимым местам – Источникам, питающих как стражей, так и астральный барьер. Без них Цитадель падет мгновенно. И сама мысль об этом сгоняет все напускное веселье боем, замораживает жутким страхом позвоночник.

– Миха, дуй на левую башню, на самый верх, в первую очередь нужно защитить энергоисточник, я займусь правой! – ору так, что, наверное, меня слышно на Архипелаге, сейчас не до чата. – Там лестница, а потом…

– Знаю! Видел!

Вот проныра, действительно успел все облазить, когда знакомился с Цитаделью Крика. Эльф пинком отбрасывает с пути подыхающую тварь, срывается с места. И умудряется извлечь из лютни нечто новенькое:

Гимн ускорения

Увеличивает скорость передвижения всех членов группы или рейд-отряда на 15% в течении 20 сек

Прыжок эльфа выходит на загляденье – восемь метров, есть чему позавидовать. Одно стремительное движение и он уже на соединяющем башни мосту. ещё секунда, и он исчезает внутри пустующей мастерской.

– Кроха, охраняй жертвенники! – я и сам приказываю уже на бегу, влетая в нижний проход правой башни.

– Но я хочу…

– Выполняй, малая!

Понятно, что она не желает оставлять меня ни на секунду, но миндальничать некогда, так что могу позволить себе некоторую грубость. Но Кроха не обижается, понимает все правильно, так как отлично чувствует мое настроение и мои мотивы. С жужжанием срывается с плеча и уносится к окутанным светом жертвенникам.

Проскакиваю первый этаж с алеющими в режиме готовности гнездами подзарядки стражей, три из них заняты «пациентами», прыгаю на лестницу. Рывок, с каждым шагом перескакиваю сразу четыре-пять ступенек. Выскочившая навстречу тварь нанизывается на Пламень и кувырком улетает за перила. Резким порывом ветра пролетаю ещё два этажа. Карабкаться с одной действующей рукой по стенным выступам оказывается не так уж и сложно, выручает грубая физическая сила, помноженная на скорость. Ещё одно усилие, и я оказываюсь на верхней площадке, рукоять меча послушно прыгает в пальцы.

Здесь ничего не изменилось: ровная каменная площадка сияет чистотой, стражи ежедневно наводят порядок по всей территории Цитадели. Девять шпилей по окружности площадки излучают ровный янтарный свет, в расположенных рядом со шпилями зарядных каменных чашах тёплым желтоватым светом сияют кристаллы. Оболочка защитного периметра на этой высоте уже не так близко, как раньше – Цитадель развивается, барьер усиливается, но все равно слегка не по себе, когда над головой в нескольких метрах переливается радужной рябью силовое покрывало, за которым царствует космическая пустота. По крайней мере, мне так думается, что космическая, а что там на самом деле, не знает никто.

А сейчас сквозь барьер настырно лезет непрошенный гость.

Песнь прочности

Снижает получаемый членами группы или рейд отряда урон на 30% в течение 20 сек

Песнь слабости

Увеличивает получаемый врагами физический урон на 30% в течение 20 сек

Он полон сюрпризов, этот Михонариум. И лучшие из своих комбинаций приберегает для особых моментов, как сейчас. Что ж, боевого опыта Михе не занимать. Мне же стоит поучиться получше выбирать моменты для использования уникальных умений. Но кое-что у меня все же имеется, да и Пламень никогда не подведет, для простых ударов перезарядка не требуется.

Пятно над головой наконец рвётся, уступая натиску. В него просовывается костлявая лапа… втрое больше, чем у виденных ранее пустотников. Я жду, напряжённый, как натянутая струна. Тварь просовывает голову, раскрывает пасть, как у динозавра. Если ошибусь, легко откусит голову целиком, или перекусит пополам, с такими-то зубищами. Такого монстра я ещё не видел, определённо нечто новенькое. Мутные мёртвые глаза с ледяной злобой смотрят прямо на меня, в них светится предельно враждебный разум, с которым невозможно договориться. Наконец пустотник с треском протискивается сквозь барьер целиком и со звучным ударом приземляется на мрамор верхней площадки, рядом с центральной чашей, едва её не свернув своей массивной тушей. Звук, словно с высоты вывалилась гора влажного белья из гигантской стиральной машины. Башня под ногами вздрагивает. Костлявая призрачная тварь стоит сгорбившись, но даже так выше двух метров, а для её длиннющих лап здесь, наверху, нет недосягаемых мест.

Раб Пустоты

43-й уровень

Жизнь 61500

Тварь Хаоса

Пустотник начинает выпрямляться, скрипя сочленениями тела как давно проржавевший механизм. Толщина его жизни рождает в сердце тихий ужас, приходится силой воли зажать его в кулак, смять и отбросить, нет времени на страх. И с таким же монстром сейчас придется иметь дело эльфу…

– Босс! – по клан-чату доносится отчаянный визг Крохи. – Жертвенник! Трое очнулись! Их сейчас на запчасти разберут, ты нужен здесь! Я сейчас…

Внизу жахает световая вспышка, такая яркая, что свет бьет в астральный барьер, отражаясь многочисленными сверкающими бликами. Раб Пустоты вздрагивает, подслеповато щурится, неуверенно вертит крокодильей башкой, щелкает зубами. Ему явно хочется глянуть, что же происходит внизу…

– У тебя пятнадцать секунд, – скучным голосом сообщает Кроха, потратив всю энергию на Чаровницу и упав духом ниже плинтуса.

Мне не нужно повторять дважды.

Привычная связка проходит как по маслу: Плеть боли, Теневое преимущество, Теневой прокол. На двадцать пять секунд скорость и реакция разгоняются на 50%, фактура окружающего пространства резко уплотняется, взгляд выхватывает мельчайшие детали. Теневой прокол способен перенести из одной точки в другую на 25 метров, но мне нужно всего два чёртовых шага. На долю секунды свет перед глазами мигает, Пламень с влажным чавканьем врезается Ледяным шквалом в плечо Раба Пустоты и, не останавливаясь, рассекает его наискось до самого бедра. 350% физического урона Ледяного шквала под удвоенным эффектом Теневого прокола, да ещё и исключительно вовремя сработавший Великий уравнитель – это вам не плюшки с тарелки тырить.

Результат впечатляет и воодушевляет одновременно.

Разваленное надвое тело раба с шипением вспоротой автомобильной камеры оседает на красный гранит башни, втрое уменьшившись в объеме, все вокруг забрызгано его маслянистой кровью.

Раб Пустоты (43) уничтожен!

Получен опыт: 73800

Текущее значение опыта…

Добавлена запись в бестиарий: Раб Пустоты

Доступно одноразовое территориальное задание Контроль популяции: элитные пустотники

Прогресс: 1/50

Награда: 10% опыта от текущего уровня, астральное очко умений

Принять: да/нет?

30 сек… 29… 28..

Подхватив оставшийся после твари кристалл, я уже скачу вниз, сейчас меня волнуют лишь состояние Крохи и ситуация с жертвенным воскрешением. Вылетаю из башни, добегаю до жертвенного алтаря, торможу так, что аж дымятся подошвы сапог.

– Куда они подевались, Кроха?!

Фейри парит с видом сомнамбулы над жертвенным алтарем, мой окрик её встряхивает, заметно оживший взгляд недоумённо скользит вокруг. Ее мордашка удручённо куксится. Потускневшее тельце выглядит как черно-белый набросок, а крылышки жужжат через силу, фейри предельно истощена. Пока я разбирался с вторжением на чердаке, жертвенные шестигранники лопнули, но из шести лож заняты только три – Марана, Джарук, Чупа. Их лица безмятежны, они ещё не пришли в себя. А вот от трёх коби нет и следа.

– Не знаа-а-аю! – чуть не плача жалобно тянет Кроха.

– Так, держи, – сую ей кристалл, фейри впивается в него ладошками, вспышка, кристалла нет, а фейри икает, словно чем-то подавилась всухомятку. – Прошвырнись по территории, поищи пропажу.

– Я миг… миг… мигом… босс!

Жужжащая комета уносится прочь, оставляя после себя в воздухе светящийся шлейф. Точно объелась, вон какой выхлоп. Твою ж через колено, я же ей отдал кристалл сущности от Раба Пустоты, чего ж удивляться, у элиток энергоёмкость будь здоров.

Рядом со стрелой в башке кувыркается пустотник, я предусмотрительно отскакиваю на шаг. Пытался подкрасться со спины, засранец. Вскидываю голову, показываю выглядывающему с башни эльфу большой палец. Своего элитника он тоже прикончил, было бы любопытно глянуть на этот бой, но не судьба. Контроль популяции вырастает до 2/50, мы же в группе, все общее.

– Смотри в оба, Зуб, стрелы не бесконечные, – советует Михонариум, с высоты его голос звучит глуховато. – Щас пособираю, что не сломалось, а пока…

Ещё один уродец звучно шмякается зубастой мордой в красную брусчатку прямо передо мной. В черепе дрожит хвостовик стрелы.

– Смотри в оба, говорю! – ворчит эльф. – Теперь точно последняя. Все сам, всегда сам…

– Нашла… ик! Босс, я… ик! – торжествующий голосок фейри доносится по чату.

– Где?!

Но я уже и сам вижу, подключившись к зрительному каналу малой – все трое коби прячутся в зале с Колыбелью. Сбившись в тесный клубок, так, что не различить, где чьи руки и ноги, они испуганно таращатся на обнаружившую их фейри. Стоило Крохе подлететь чуть ближе, и коби принимаются вопить с такой силой, что приходится её отогнать, иначе лишимся слуха. Ладно, они по крайней мере живы, а с состоянием их котелков можно и позже разобраться, когда станет спокойнее. Все они словили тяжелейший дебафф Послесмертие, и то, что творилось с Даром в Лунной Радуге, не было случайным сбоем. Ну а чего я ждал? Вполне закономерно. Если возвращаешь разумных существ буквально с того света, то это не может обойтись без последствий. Полнейшая дезориентация, непонимание, что происходит, жуткая мешанина в голове из обрывков памяти, нарушенная последовательность событий, предшествовавших гибели…

Бой вспыхивает за спиной. Как ни изворачивайся, а эти твари постоянно стараются подобраться с уязвимого направления. Уклонение от летящей в голову когтистой лапы, удар мечом, отскок, Плеть боли, уклонение…

Рядом возникает сверкающий белозубой улыбкой Михонариум. Как ни в чём ни бывало спрыгнул с моста. Быстрое движение, и лук со снятой тетивой, превращённый в копьё с помощью вставленного в особый паз на конце специального кинжала, перерубает замахнувшемуся пустотнику тонкую шею.

– Стрелы у тебя и впрямь кончились, – возвращаю ему усмешку, радуясь поддержке. – Нужно присмотреть за нашими… результатами эксперимента. Не хватало, чтобы разбрелись по Цитадели и попали на закуску пустотникам… Чёрт!

Ещё одно ложе пустует. На этот раз испарилась Чупа. Когда успела, как?!

Сильный удар в плечо швыряет меня на землю, острая боль простреливает до позвоночника. Превратив падение в перекат, снова вскакиваю на ноги и мигом разворачиваюсь лицом к противнику…

– Миха, не смей! – криком одёргиваю эльфа, который уже подбирается к низуши сзади с занесённым копьём. – Не трогай её! Чупа, прекрати! Ты стреляешь в друзей!

– Хей, да я ж слегка, пяточкой приголубить, – чуть смущённо пожимает плечами бард, – чтобы в чувство привести.

Чупа прячется за постаментом питьевой чаши, при её росточке ей это вполне удаётся. Она переводит полный ужаса взгляд с меня на эльфа и обратно, стискивая в ладошке ремень пращи. Не представляю, что сейчас творится в голове девушки, но нападение пустотников сейчас и впрямь очень некстати, попробуй разберись в таком бардаке. Похоже, стрелять в меня больше не собирается, но держится пока настороже. И совсем хорошо, что запулила не в полную силу, не стала использовать Расовую уловку. Иначе заработал бы не предусмотренное природой отверстие в организме. Хотя… Нет. При текущей разнице наших уровней ей меня не пробить. Значит, всё-таки ударила в полную силу. Повезло, что я уже так заматерел на Архипелаге, чувствуется офигительная разница по сравнению с Лунной Радугой.

Сзади раздаётся глухой рык.

Резко оборачиваюсь и вижу ракшаса. Вскочивший с ложа Джарук рычит неуверенно, оружия у него нет, но его четыре руки-лапы с острейшими когтями сами по себе неплохое оружие. Опасно вспыхивают узкие оранжевые глаза, обнажаются клыки в звериной пасти, отдалённо напоминающую тигриную. Его лохматая шкура, разрисованные причудливым рисунком из серых, синих и голубых полос, вздыблена. Очнувшийся ракшас также не в себе и не понимает, что происходит. Не понимает, где друзья, а где враги. Лишь чувствует опасность, и инстинктивно готов сражаться за свою жизнь.

Так, уже можно выводить закономерность – чем сильнее существо, тем больше требуется времени на окончательное пробуждение. Значит, Марана очнется последней, и нужно…

Выдираю из подсумка Молчаливую подругу, едва не срывая крепления и чувствуя, как у меня самого волосы встают дыбом от предположения – что если Марана очнётся врагом?! Об этом я как-то раньше не подумал. Хватит ли у нас сил её сдержать, не убив?! Суккуба, бывший босс логова – очень мощное создание. А подвластная ей магия разума и вовсе не подарок… если ты её враг, а не друг.

– Миха, присмотри пока без меня! Нужно кое-что сделать…

– Понял! Действуй!

Табачок, огонёк, дымок. Затяжка. Эффекты Умиротворение и Прикосновение божественной силы вешаются как миленькие, но мне нужен только первый: «носитель ауры воспринимается нейтрально для враждебно настроенных разумных существ в течение 4 часов».

Из башни после перезарядки стремительно вылетает страж, замирает на секунду, оценивая текущую ситуацию, тыкает шоком ближайшего недобитого пустотника, а затем размазывает его по брусчатке расщеплением. Возникает странное впечатление, что это подобие шаровой молнии тоже умеет получать удовольствие от мести.

Делаю несколько быстрых шагов к Джаруку, протягиваю трубку.

– Давай, тебе это нужно.

Над головой расцветает самый настоящий салют, отвлекая внимание от ракшаса. И он отнюдь не праздничный. Да какого чёрта! Всполохов проникновения на своде астрального барьера уже больше сотни и они продолжают множиться!

От такой картины волосы встают дыбом, а в душе, ломая волю, зарождается отчаяние. Неужто осколку реальности, и всем чаяниям и надеждам, связанным с ним, пришел конец?!

– Миха, дуй за подмогой к Хорке, сами не справимся!

Обычно говорливый эльф лишь кивает, стрелой взлетает снова на мост и скрывается в башне, где находится портал, ситуация и впрямь нехорошая.

– Босс, – почему-то донельзя испуганным голоском шепчет в чат Кроха, – Оглянись-ка. Только не делай резких движений.

Поворачиваюсь, уже зная, что увижу. В груди растекается нехороший холодок. Опираясь на руку, суккуба царственным движением приподнимается с жертвенного ложа, взглядом оценивает окружающую обстановку. В её демонических глазах, полыхающих красным внутренним огнём, отражается некое понимание. Гибкое тело, покрытое броней из красновато-черных чешуек, в миг оказывается на ногах. Звонкий удар копыт выбивает из сверхпрочной брусчатки искры, крошечные осколки шумно брызгают в стороны. Длинный хвост с отчетливым щелканьем обвивается вокруг причудливо изогнутых голеней. Над плечом демоницы взмывает, вращаясь вокруг оси, магическая сфера из голубоватого серебра: эта вещь явно привязана к её душе, хотя такого оружия по Лунной Радуге не припоминаю. Скорее всего, эта сфера была утрачена ещё до встречи со мной в том памятном логове, а возрождение восстанавливает такие потери…

Марана плавно, даже величественно, поворачивается вокруг оси, разглядывая вспышки проникновения, и сдаётся мне, эта картина не вызывает у неё ни малейшего удивления. Затем небрежным движением ловит ближайшего пустотника, которого угораздило на свою голову оказаться рядом… и спокойно отрывает ему башку. Голыми руками. Без видимого усилия. У Мараны 22-й уровень. У пустотника 36-й. Ей эта разница ничуть не мешает. Я впечатлен настолько, что теряю дар речи, хотя нечто этакое и ожидал.

Затем глаза демонессы вспыхивают ещё ярче, из глазниц чуть ли не изливается яростное багровое пламя. Вспышки на своде вдруг затихают, стягиваются, сходят на нет, а территория Цитадели волшебным образом очищается. Последних пустотников, не успевших удрать, добивают стражи. Даже Джарук, разобравшись в ситуации, с утробным рычанием успевает кого-то порвать когтями. Насмерть.

Я медленно протягиваю Маране Молчаливую подругу, не зная, что сейчас произойдет, но надеясь на лучшее. Оценив мой жест, она понимающе улыбается, приоткрывает губы, показывая блеск острых белых клыков, делает шаг навстречу. Отводит пальчиками мою руку с курительной трубкой в сторонку. Похоже, ей это не нужно. Кроха возбужденно гудит крылышками над макушкой Мараны, среди её витых рожек, радуясь не меньше меня, и в то же время отчаянно ревнуя. Я мысленно прошу её свалить, вежливо прошу. Не сейчас.

Этот будоражащий запах, исходящий от суккубы – он сводит с ума. Нестерпимое желание схватить в объятья её пышущее адским жаром тело и до боли впиться в черные чувственные губы крепнет с каждой секундой.

Но первой ещё один шажок делает она.

Протягивает руки, обхватывает мою шею обеими ладонями, когти впиваются в кожу (плевать!) так, что за воротник струйками сочится кровь. Полным силы и желания движением подаётся ко мне ещё ближе. Мы одного роста, наши лбы соприкасаются, а мысли смешиваются, переплетаются, становятся общими. Жар её тела обжигает кожу, но и на это наплевать. Меня охватывает очень странное, но очень сильное и невероятно притягательное чувство, словно девушка, которую я когда-то любил и потерял, вдруг вернулась ко мне. Буквально с того света. Ни с одним существом во Вселенной ИКС у меня не было такой тесной душевной связи, как с суккубой в момент жертвенного убийства в Лунной Радуге. И сейчас это ощущение вернулось, нахлынуло, завладело мной.

– Ты вернул… меня, – низкий влекущий голос суккубы отдаётся дрожью во всем теле. – Сдержал слово. Сдержал. Что я могу сделать для тебя, повелитель?

– Просто будь собой, – непослушными губами отвечаю я, не зная, что ещё сказать в такой момент. Она говорит! В Лунной Радуге суккуба была немой и общалась образами, но теперь говорит, как и Кроха! Вот что значит мир с более продвинутыми законами и системными правилами.

Марана слегка отстраняется, осторожно берет меня коготками за подбородок, проникновенно смотрит в лицо, и взгляд от её горящих нежностью глаз просто невозможно отвести.

– Тогда прими подарок. С ним ты сможешь вернуть свой клан.

Глава 2. Остров Веселый

На остров Весёлый прибываем нашим фирменным способом – через астральный маяк, хитро размещённый в густых зарослях кивилловой рощи примерно в сотне шагов от хутора Тарпа Старого.

Шустрик первым делом высовывает наружу из листьев нос, тщательно принюхивается. Его черный влажный «пятачок» смешно подергивается, втягивая воздух. В такие моменты молодой гхэлл донельзя смахивает на самого обыкновенного пса, которого по чьей-то прихоти поставили на задние лапы и обрядили в куртку и штаны из дубленой кожи. Как и меньшим собратьям, чуткое обоняние компенсирует гхэллам расовую близорукость.

Нас здесь совершенно не видно со стороны, хотя роща небольшая, всего десяток метров в поперечнике. Кивилл, ореховый кустарник с мелкими густо растущими листьями темно-зеленого цвета и пока ещё незрелыми бусинами нежно-зеленых плодов на самых старых ветвях, вымахал здесь вдвое выше моего роста. Весьма удобное место для скрытного появления человека. Не говоря уже о подростке-гхэлле, который мне всего по грудь.

– Здесь Команч, – вдруг предупреждает Шустрик, его уши мгновенно встают торчком, дополняя обоняние слуховыми маркерами.

Хмыкаю, принимая к сведению и ничуть не удивленный новостью.

Не учуяв ничего подозрительного среди привычных запахов острова, кроме запаха следопыта, Шустрик раздвигает шуршащие ветки когтистыми лапами и смело выходит наружу. Мы находим в густом травяном ковре высотой по щиколотку едва заметный след хозяйской тропинки и без спешки топаем к хуторку, где нас уже должны ждать. Чужакам незачем знать, как именно гости из «Охотников за удачей» появляются на этом острове, ну а местные, конечно знают. Знают, да помалкивают. У нас с ними свои договоренности.

Вечерние краски уже тускнеют. Если оглянуться, то над рощей видна ломаная линия оранжевого ореола – последнее «прощай» от светила, уходившего за линию горизонта. Время встречи с Тарпом Старым рассчитано заранее – за два часа до заката. Возьмем у него летающую лодку и на место задания прибудем с наступлением темноты. Там, куда мы направляемся, игроков практически не бывает, так что вряд ли нас кто увидит. Но элементарная осторожность никогда не бывает лишней.

По площади Весёлый относится к островам второго ранга – около шестидесяти квадратных километров. Больших поселков здесь нет, только отдельные, далеко отстоящие друг от друга хутора, такие же, как у Тарпа Старого. Сам хутор – это три обшарпанных родовых глинника (что-то вроде конусообразных хижин, сплетенных из прутьев и ровным слоем обмазанных местной глиной, весьма эластичной даже после высыхания).

В подобных глинниках выросло несчётное число потомков мастер-наставника, официально он давно оставил свое ремесло ловца ветра и наслаждался заслуженным покоем со своей семьей подальше от суеты форта, меняя остров за островом по мере необходимости. Две самки-жены – Хаопо и Малахса, три щенка из прошлогоднего помета, да он сам, вот и вся его семья-стая. Как только щенки достигают возраста инициации, они покидают родовое гнездо, а Тарп с самками спустя считанные месяцы обзаводится следующими. Старик хоть и любит покой, но без возни со щенками своей жизни не мыслит.

Ближайший остров, где имеется более-менее приличная численность населения – это Мокрец, у него третий ранг и до него почти полтора десятка километров. А до форта Бдительного от острова Весёлого и вовсе около ста километров, так что это место можно считать относительным захолустьем. Но гости здесь все же бывают. Те, кому действительно нужны услуги Старого.

На подходе к хутору на фоне сплетённой из кивилловых прутьев ограды первыми я вижу именно щенков – Лапу, Ушана и Прохвоста, занятых своим любимым развлечением – хвостатыми пятнашками. Игра простая: три лохматых создания носятся друг за другом, стараясь схватить соперников за хвост. Две из трех попыток считаются победой, затем начинается следующий раунд. Щенки возятся с таким азартом, словно стараются наиграться впрок.

Может, так оно и есть. После инициации детство заканчивается, а от хвостов остаются лишь ностальгические воспоминания, так как их купируют под самый корень. И все, ты взрослый, со всей полагающейся ответственностью. Вот такая своеобразная выдача «паспорта». Тарп Старый как-то говорил, что щенки во время игры должны уметь двигаться быстрее собственной тени, только так можно извлечь из забавы реальную пользу – натренировать хорошую реакцию. Иначе незачем терять время. По моим впечатлениям, эти трое двигаются ещё быстрее. Далеко пойдут, как повзрослеют.

Они тоже нас замечают. Скорее даже не замечают, а унюхивают, так как мы топаем как раз с подветренной стороны. И тут же уносятся на хутор, предупредить вожака-родителя.

– Вот он, здесь сидит, – Шустрик замедляет шаг, указывая носом направление. Буквально носом – с таким раскачанным инвизом, как у нашего следопыта, выхватить его зрением из окружающей реальности крайне сложно, а вот нюх Шустрика справляется на отлично. Отчасти для этого и держу его рядом с собой. Дополнительная страховка от неприятных сюрпризов.

Но Команч – он свой, его опасаться незачем.

Поняв, что его засекли, следопыт сбрасывает инвиз. Хорошо устроился в ожидании, на гостевом бревнышке, такие есть на околице возле каждого хутора. Любой чужак сперва должен посидеть в таком месте, показать себя и продемонстрировать мирные намерения, прежде чем ему будет позволено появиться на территории хозяина хутора. Иначе можно запросто получить арбалетный болт в глаз по самый хвостовик, причем на законных основаниях. То есть жаловаться стражникам в форте, а тем более мстить самостоятельно выйдет себе дороже. В форте попроще, там народа много, не до «сельских» церемоний, но в отдаленных местах бытуют свои порядки.

Подходим ближе. Не двигаясь с места, следопыт достает курительную трубку из подсумка, кисет с табаком и не торопясь начинает священнодействовать. Не стоит обманываться его неприветливым видом, он вообще редко улыбается. Выглядит он как обычно – смуглый темноволосый парень невысокого роста и худощавого телосложения, в слегка потрепанной, но добротной одежде, раскрашенной серо-зелеными разводами. Так как класс Команча заточен на ловкость, он предпочитает обходиться минимумом доспехов и оружия: легкие наплечники из укрепленной кожи поверх куртки, короткие наручи, широкий пояс с фирменным подсумком моего клана, фляга с зельем, кинжал и видавший виды лук за спиной.

В Инвизе, понятное дело, не покуришь, режим маскировки дым не скроет. И прячется следопыт, само собой не от нас, а от глаз посторонних. По привычке, благодаря которой всё ещё живет и здравствует. Да и умение маскировки таким образом продолжает качаться, капля за каплей, а это дело полезное (хотя у Команча и так пятый ранг, по меркам Небесного Архипелага это потолок для любого обычного умения или навыка, выше развиваются только уникальные, вроде моего Душелова).

До того, как я его завербовал в посредники клана, Команч торговал услугами проводника на острове Череп Властелина, чем и жил. Он и сейчас там проводит львиную долю времени, чтобы не терять доходную практику и оттачивать свои классовые умения, но и для нас теперь выполняет немало поручений. Не за бесплатно, ясен пень, и это нормально для взаимовыгодных деловых отношений.

При первом знакомстве я приставил ему кинжал к горлу, но сейчас точно знаю – Команч тогда попался намеренно. Сам он не признается, но большую часть награды за пятый ранг (1000 статов!) наверняка вкинул в ловкость. А то и всю тысячу в нее запихнул, с такого продуманного партизана станется. Возможно, с моей силой и раскачкой свободного класса, и перекосом Команча в развитии (ловкость за счёт всех остальных параметров) я бы смог убить его одним удачным ударом… Теоретически. Да вот проблема, такому как я попасть в него практически невозможно. Правда, разок его все же поймали, когда «Серый ветер» устроил на Черепе Властелина засаду и поджидал нашу группу на выходе из пещеры, после набега на варн. Но для этого понадобилась целая группа из капитанов-пятидесятников, и Команча тогда им пришлось убить, взять себя он не позволил. Алия после событий на Черепе подозревала, что следопыт участвовал в подставе, но как потом выяснилось – нет. Дело прошлое.

– Присоединишься? – Команч кивает на место рядом с собой, на бревнышке вполне можно разместиться вдвоем.

– Обойдусь, – отмахиваюсь я. Ауры зарядил перед выходом, так что доставать свою Молчаливую подругу мне незачем. – С чем пожаловал?

– С новостями.

Лицо у следопыта совершенно невозмутимое, хотя прекрасно знает, засранец, что я не люблю встреч без предварительной договоренности. Он просто ставит перед фактом самим своим появлением. С другой стороны, без уважительных причин он никогда не появляется, умеет ценить свое и чужое время. В общем, с ним все понятно, даже злиться бесполезно, но странно, что Алия меня не предупредила. Мы со следопытом не виделись с позавчерашнего дня и своими планами я с ним не делился, значит, он уточнил мой маршрут через Алию. Девушка уже месяц числится моим клановым заместителем в должности коменданта Цитадели Крика, находится в осколке почти безвылазно и поэтому всегда в курсе всех дел её постоянных обитателей. Не люблю делать выговор, но придется. У Команча хоть и имеется лимитированный доступ к сети астральных маяков, но он всё ещё не является полноправным членом «Охотников за удачей», так и остался вольной птицей на собственных условиях. И именно поэтому здесь и сейчас он мне совсем не нужен. Ему пока незачем знать обо всем, что происходит в клане.

– А чат на что, Команч? – ворчливо напоминаю уже в который раз. – Охота тебе мотаться куда попало, лишь бы лично поговорить? Да и безопаснее по чату. Посторонние не услышат.

– Ты меня знаешь. Если я не вижу собеседника, то и говорить мне с ним не о чем.

– Это упертое желание оставаться психом-одиночкой когда-нибудь доведет тебя до беды.

– Не обольщайся, я здесь не только из-за тебя. Весёлый остров свое название не просто так носит, и ты это прекрасно знаешь.

– Кстати, хорошая мысль…

– Не, делиться не стану. Купи у Старого сам.

Ещё бы мне не знать. Кивилл – весьма редкий кустарник, найти его можно на одном острове из сотни, и именно его плоды идут на приготовление особой курительной смеси кивик. Да ещё нужно знать секретный рецепт, чтобы получилось именно подобие табака, а не веселящая наркотическая пакость пиявка, от которой у непривычного потребителя мозги сворачивает набекрень и на несколько часов пробивает на непрерывное хихиканье. Впрочем, такой дрянью тут тоже приторговывают, многие аборигены её весьма жалуют. Единственный минус кивика, как табака – выдыхается всего за несколько дней, даже в герметичной емкости. Теряет вкусовые свойства и аромат, превращается по вкусу из табака в обыкновенную солому, так что приходится обновлять запасы регулярно. Издержки игровых реалий.

– Ладно, выкладывай, что нужно на самом деле. Я здесь тоже не на прогулке.

– Это заметно, – сдержанно усмехается Команч. – Приоделся, как на парад.

Само собой, он преувеличивает, я просто надел то, что получше.

Дело предстоит серьёзное и неизвестно как все обернется. Поэтому на защите в таких случаях не экономлю. Любые потери имущества восполнимы, а вот прогулка в Белую Мглу всегда может стать последней, независимо от количества сейвов в личной копилке. Таковы уж свойства бездны под ногами, иногда вместо положенной таксы в один сейв она жадничает и забирает все. И игрок исчезает из этого мира. Как разумный и осторожный индивидуум (смею надеяться, что это именно так) я туда не тороплюсь. От слова «совсем». Вооружен я тоже по полной программе. На спине – проверенный в деле легкий круглый щит, поверх него именной полуторник Пламень, заряженная модификатором на ловкость рукоять меча выглядывает из-за правого плеча. Ловкости мне частенько не хватает, приходится компенсировать модификаторами, благо, мой клан их и производит. Сзади на поясе – вместительный подсумок с запасными кристаллами сущности для Душелова и прочих надобностей, слева спереди – боевой кинжал и нож для свежевания шкур, справа – фляга с зельем здоровья.

– Держи, – Команч вынимает из подсумка кожаный мешочек и кидает мне. – Здесь накопители. Три штуки. Кандидаты – Зелеакс, Тангар и Юлианна.

– Уже наполненные?! – не могу сдержать удивления. Спохватываюсь – нет причин сомневаться в словах следопыта. – В смысле…

– Сколько ставил по условиям, столько и есть, – пожимает плечами Команч. – По три миллиона с носа. Видимо, так не терпелось стать «охотниками», что слили в накопители все, что смогли.

Я понимающе хмыкаю. Да, я тоже этот момент выяснил опытным путем. Опыт действительно можно слить не только рейдовый или групповой, как обозначено в описании свойства кристалла-накопителя, но и собственный. Вплоть до намертво зафиксированного предела – черты текущего уровня. Для вербовки специально выдаю трехранговые накопители, в случае чего не жаль будет потерять. Такие вмещают чуть больше шести с половиной миллиона опыта, но я не жадничаю, понимаю, что и три миллиона для кого-то – целый уровень. Месяц жизни по меркам архипелага (если не случается каких-то экстремальных событий или удачного стечения обстоятельств, как было у меня). Да и ждать результатов пришлось бы куда дольше, если слишком задирать планку. Голый практицизм.

– Но в той компании вроде было четверо, так? Четвёртый не успел?

– Верно, Сидор сдаст чуть позже. Зелеакс заверил, что они наметили хорошее место для фарма, помогут своему приятелю набить опыт в кристалл.

– В любом случае – приятный сюрприз, – признаюсь я. – Не ожидал так скоро ещё одну пачку кандидатов.

– Слухи расходятся, желающих попасть в клан становится больше. Правильно, что ввел дополнительные условия для приема. Это работает. Ленивые, жадные и бестолковые отсеиваются на первом же этапе. Мне меньше беготни.

Дело, конечно, не только в этом. Пока кандидаты рыщут по квестам для сбора опыта в накопитель, это время используется для проверки самого кандидата. Команч изучает его биографию на Архипелаге, наводит справки в форте, посещает места, где тот по словам игрока побывал. Агентов «Серого ветра» нам в клане не нужно.

– Отлично. Передам сам знаешь кому, что для клятвы молчания есть новая группа. Организуем встречу в ближайшие дни, люди мне нужны.

– Суры, – педантично поправляет Команч. – Существа разумные.

Мда, никак не избавлюсь от этой оговорки. Подавляющее большинство на Архипелаге – гхэллы, псоглавые прямоходящие существа, людьми их точно не назовешь. А ещё есть эльфы, дриады, дреланы. Ну и люди. Людей меньше всего. Впрочем, если учитывать одиночек, то из расы линарцев имеется лишь одна особь на всю локацию Форт Бдительный – уникальное создание. Да и девушка-низуши – Чупа, пока тоже одна-одинешенька. Ах да, ведь ещё есть немногочисленные торбины, их ещё меньше, чем людей.

Кошусь на Шустрика. Присев рядом на корточки, тот растопыривает уши насколько возможно, чтобы ничего не пропустить. Он у нас щенок дисциплинированный, в разговор старших никогда не встревает. Да и уважает меня Шустрик до самого кончика хвоста. Своего, естественно. Из-за сбившийся инициации хвост так с ним и остался, я щенкам по местным обычаям точно ничего резать не собираюсь. Может, даже моду введу на хвосты у взрослых псоглавых, чем Алан не шутит…

После той процедуры с жертвенным воскрешением и Шустрику, и его братцу Пятнышку теперь сам чёрт не страшен. Под чёртом я подразумеваю Хорку Умного, Видящего из Форта Бдительного, так как важнее чело… тьфу! Важнее сура в локации нет. Так вот, Хорку они больше ни во что не ставят, совсем страх потеряли, а ко мне прониклись чуть ли не божественным благоговением. Я теперь в их понимании властелин жизни и смерти, ведь только благодаря мне возможен процесс возврата из небытия даже после окончательной гибели в Белой Мгле, а такого даже Видящий не может. Поэтому приходится давить своим авторитетом, чтобы заставить их вновь относиться к Хорке почтительно. Хотя бы при свидетелях. Или в присутствии самого Видящего. Пацанята почему-то вообразили, что даже если командир форта в гневе их прибьет, то я сразу вытащу с той стороны обратно, как будто у меня нет более насущных дел. Блаженны верующие. Впрочем, пока они и свои сейвы ещё не потратили, после жертвенника по два на нос осталось. Вот у возрожденных из Списка Мертвых проблемы с сейвами куда серьёзнее, но об этом как-нибудь потом.

Отношение к Алану Тёмному, взявшего щенков под свое покровительство из-за их смерти, возрождения и автоматической привязки к Колыбели Цитадели Крика, у них тоже сложилось шиворот-навыворот. Они упорно воспринимают его как мою божественную проекцию в астрале, а не как самостоятельное божество. То есть я на первом месте, а божество-покровитель – на втором. И ничто не в силах этот казус изменить – ни совместные приключения, ни попытки убеждения, ни разговоры по душам. Пиетет въелся у щенков, что называется, в подкорку. Меня это немного… смущает, что ли. Напрягает. Бывает, начинаешь шутить, а они просто смотрят преданным взглядом и ловят каждое слово, как некое откровение… Прямо обматерить иной раз хочется. А иной раз закрадывается мысль, что по сути они правы, учитывая все, что я успел узнать о роли местных божеств в жизни игроков.

Но вернемся к Команчу. Все верно, пропаганда работает. Агенты Хорки со знанием дела распускают слухи о моих таинственных возможностях и жестких методах работы, и эти слухи исправно льют воду на мельничное колесо развития моего клана. Да и живых свидетелей не стоит сбрасывать со счетов: несколько членов пиратского клана «Серый ветер» обожглись, пытаясь навязать свои правила при знакомстве со мной. А теперь, сами о том не подозревая, вносят лепту в распространении слухов, подкрепляя определенную репутацию главы «Охотников за удачей». Победа над линарцем – весьма опасной и по своему легендарной здесь личностью, тоже добавила многим осторожности. Чего ж удивляться, что мой клан уже четвертый десяток дней живет более-менее спокойно, не считая мелких стычек. Даже не стычки, а так, недоразумения. Как только забияки узнают, с кем имеют дело, то задирать нас прыти заметно убавляется. В большинстве случаев. Сами мы стараемся лишний раз не наглеть, не расталкивать местных локтями и не создавать проблем на пустом месте. Но бывает, все же приходится действовать грубее, чем мне бы хотелось, в соответствии с утвержденной на совместном совете с Видящим стратегией. У игроков должно складываться впечатление, что мы хоть ещё и не пираты, но уже где-то на грани. И эту грань мы обычно не переходим, если нас не провоцировать.

В общем, после нескольких неприятных инцидентов в локации начали понимать, что нападать на «охотников» – лишь врагов себе наживать, причем врагов весьма злопамятных и настойчивых. На ровном месте запросто может возникнуть боевая группа и навешать люлей обидчикам. С возможностью клановых порталов «охотники» вне конкуренции, а потому таких ребят, как мы, лучше не обижать без серьёзной и основательной на то причины. Зато как союзники мы неоценимы.

– Отличная работа, Команч. – Новости заметно поднимают мне настроение. – Но ведь это не все? – Пытаюсь уловить хоть какие-то эмоции за маской невозмутимости следопыта, но куда там. Безмятежен, как бревно, на котором греет свой зад. – Кристаллы мог в Цитадель и без меня передать.

– Угу. Не все. Есть ещё тройка кандидатов в клан. Нашел их вчера. Вроде ребята не совсем безнадежные. Давно держатся вместе, что говорит об умении договариваться и находить общие интересы, несмотря на специфические расовые различия.

– Насколько специфические? – уточняю с моментально возросшим любопытством.

– Человек, гхэлл и торбин.

– Кто-кто? Гном? Шутишь? – брови сами собой удивленно ползут вверх.

– Говорю, как есть. И не гном, а торбин, забудь уже про земные привычки и придерживайся местных терминов. Редкая птица, да и сам паренек ершистый, но вполне вменяемый для диалога.

– Странная компания…

– По всякому бывает, сам знаешь, – флегматично пожимает плечами Команч. – Ты тоже на Архипелаге первыми встретил дриаду и дрелана, а сейчас они в твоём клане. В общем, эти трое обещали дождаться собеседования на соседнем острове. Найдется время?

– Найдется, но не сейчас, – с сожалением вздыхаю я.

– Это я уже понял, что не сейчас. Вижу, что на дело настроился. Не спрашиваю, на какое.

– Вот и дальше не спрашивай, понятливый ты наш. Передай кандидатам, что поговорю с ними утром. В форте. За ночь вполне успеют добраться, если намерения у них действительно серьёзные.

– Передам, – кивает Команч. – Я и сам туда направляюсь. Хочу заказать у твоих коби-работяг новую куртку. Дошла инфа, что в форте появилась партия особенной кожи с дополнительными маскирующими свойствами, у тебя-то на складе такой нет.

– Ты и правда псих, Команч, – я смеюсь, не могу удержаться. – Тебя и так в двух шагах не видно. Я прямо сейчас на тебя смотрю и у меня уже в глазах двоится, хотя ты инвиз ещё не запускал.

– Но Шустрик ведь всё равно учуял, – со сдержанной усмешкой парирует следопыт, донельзя довольный моим признанием его исключительной маскировки, это его, пожалуй, единственная слабость. – А эта кожа ещё и запах отбивает. Ладно, бывай.

Следопыт пружинисто поднимается с насиженного места и без лишних расшаркиваний удаляется в сторону астрального маяка. Через несколько шагов его фигура подергивается рябью, а затем и вовсе исчезает из виду. Что забавно, вьющийся из трубки дымок я всё ещё вижу.

– Зуб, тебя Старый зовет, – почтительным тоном окликает Шустрик.

Внимательный «падаван» первым засек, что возле ограды хутора нарисовалась знакомая кряжистая фигура мастера-наставника. Специально ждал, пока я закончу разговор с Команчем. Убедившись, что мы его заметили, Тарп кивает и не спеша направляется в сторону пристани. Для этого и ему, и нам приходится пройти хутор насквозь. Самок Тарпа не видно, наверняка заняты хозяйственными делами, а озвучивать вопросы на их счёт считается невежливым, да и нет причин. Зато замечаю щенков, три мохнатые мордахи высовываются из «детского» глинника и с махровой завистью провожают взглядом Шустрика. Сдаётся мне, Шустрик не вполне понимает, насколько он тут местная знаменитость. Инициацию прошел нестандартно, хвост остался при нем, божественного покровителя получил не из местных, в клан попал особенный, таинственный, никто из чужаков не знает, где располагается наша база.

Думаю, все эти факторы послужили дополнительным плюсом, когда мы добивались благосклонности Тарпа Старого, вдобавок к просьбе самого Хорки. Именно просьбе, приказывать мастеру-наставнику никто не вправе, даже Видящий. Тарп вряд ли является самым древним существом на всем Небесном Архипелаге, но в локации форта Бдительного старее его точно никого нет. Он и сам уже не помнит, сколько ему лет. И никто этого не помнит. Могуществом он не уступает Хорке, а то и превосходит его. Подвиги и власть его давно не интересуют. Живет тихо и уединенно, на честно заработанные средства, в том числе и на стимулы, которые выручает за сдачу в аренду специального ученического «перышка»…

После хутора топаем по тропинке вслед за старым гхэллом, его серая кожаная накидка светлым пятном плывет впереди среди сгущающихся сумерек. До пристани пара минут хода, дорога знакомая, сами бы нашли, но «перышко» Тарп должен выдать лично, иначе система посчитает это банальным воровством.

Начну-ка с самого начала.

Для задуманного эксперимента мне требовался постоянный доступ к летательному средству. Причем нужно именно «перышко», суденышко самого легкого типа на Архипелаге. Такая лодка весьма капризна в управлении, зато не требует дополнительной тягловой силы и подчиняется только подъемной силе ветра, не считая левитационной тяги самого корпуса. А значит, в идеале, мне нужно не только найти такое суденышко, но и научиться управлять им самостоятельно, чтобы обойтись без чужих глаз и ушей.

Заминка первая: для уверенного управления любым судном необходимо обладать игровым классом, изначально заточенным на одноименную профессию – ловец ветра, или корабельщик, как этот класс нередко кличут в обиходе. Заминка вторая: такой класс имеют право получить только аборигены. Занавес? Не совсем. Хорка все же подсказал, как эти правила можно обойти.

Решение обеих заминок проживало на острове Весёлом, в лице мастера-наставника Тарпа Старого. Он как раз обучал навыкам ловца ветра, и, как и у всякого уважаемого наставника, у него имелось специальное ученическое суденышко. Меня бы в ученики он не взял ни за какие коврижки, поэтому ставку пришлось делать на Шустрика, тем самым убив сразу двух зайцев. Во-первых, Шустрик – гхэлл, поэтому никаких затруднений с получением класса не возникает. Во-вторых, он наш соклановец, а значит, все наши далеко идущие планы остаются в тайне.

Со стимулами в клане пока не густо, поэтому выплачивали аванс за ученичество на ловца ветра модификаторами и реаниматорами. А класс сам по себе интересный, перспективный. Основное классовое оружие ловца ветра – арбалет, Шустрик носит его на спине поверх дубленой кожаной накидки. Стрелять он ещё толком не умеет, но усердно учится, развивает навык дистанционное оружие. К ловцу ветра в обязательном порядке прилагается и профессиональный инструмент – небольшой топорик с короткой рукояткой и утолщенной пяткой обуха для выполнения функции молотка. Рубить, долбить, забивать. При необходимости вполне сгодится и в лоб противнику засветить. Упор класса – на силу. Первый профессиональный навык: строительство и ремонт причалов для кораблей. Второй навык: управление судами. На первом ранге Шустрик под руководством мастера-наставника изучал теорию (оснастка, нюансы конструкции, особенности управления разных типов судов, природа воздушных потоков, левитационные свойства корпусов в зависимости от модификаций, мелкий ремонт в походных условиях), на что ушло почти двадцать дней, а сейчас осваивает навыки управления учебным «перышком» на практике.

И вот спустя эту чёртову прорву дней мы наконец готовы к следующему этапу…

С улыбкой замечаю, как Тарп отвешивает отеческий подзатыльник одному из своих щенков, который каким-то образом умудряется просочиться на пристань раньше нас. Щенок виновато тявкает, проносится мимо нас и улепетывает к хутору. Бросаю взгляд на пристань – замшелое от старости сооружение из пары несущих бревен и досок-перекладин, на три метра выдающееся над краем острова. И улыбка бесследно тает.

– Не понял. А куда подевалась лодка, уважаемый мастер-наставник?

Глава 3. Погоня

Старый гхэлл с ворчанием цепляет когтем крайнее звено цепи, которой лодка обычно пристегивается к пристани, а сейчас валяется на настиле свободно, демонстративно показывает мне и с глухим звяканьем роняет обратно.

– Куда, куда… Разве не очевидно? Сколько не стращай, все равно находятся паршивцы… Да на тебе лица нет, человек! Ничего ж страшного не случилось. Могу лодку прямо сейчас вернуть, но тогда виновники твоего волнения отправятся прямиком в Белую Мглу, а я не узнаю их имен. Для взаимной выгоды окажи мне услугу. Найдёшь их для меня? Надо же знать, кого отправлять на Горбатого Великана, на левиметных рудниках всегда есть вакантные места.

Этот древний гхэлл столько всего повидал в своей жизни, что его, похоже, уже ничто по-настоящему не может взволновать. В том числе и факт воровства ценного имущества. Тем более, что лодка особая, наградная, презент от Видящего, причем не от Хорки, а от одного из тех, кто был задолго до него. За верную службу на благо форта, названия которого уже никто и не помнит, так давно тот канул в пучину. Позаимствованное без разрешения, «перышко» Тарпа Старого через несколько часов просто рассыпается в прах независимо от того, находятся на ней воры, или нет, и заново возникает у причала на своем законном месте. Из-за таких свойств лодку ещё называют неразменной.

– Так берешься, или нет? – из-под рельефно выступающих надбровных дуг гхэлла на меня пытливо смотрят светло-серые, будто выцветшие, глаза, в которых светится недюжинный ум. И горят искорки веселья.

Человеческие эмоции Тарп Старый тоже давно научился распознавать безошибочно, а мне, увы, далековато до натренированной невозмутимости Команча, так что удивления, злости и жестокого разочарования под его пытливым и добродушно-насмешливым взглядом скрыть не удаётся.

Просьбу Тарпа Старого не стоит игнорировать. Клану здорово пришлось вложиться, чтобы добиться с ним нужной для дела репутации, и терять расположение старика нельзя, даже самую малость. Да и не только в репутации дело.

– Берусь, – вздыхаю я, пряча досаду поглубже. – Лодка мне нужна именно сегодня. Когда ты её видел на причале в последний раз?

– Не я. Мой щенок видел. Минут десять назад. Если бы он сторожил как следует, а не гонял в пятнашки…

– Уже лучше. Думаю, за пару часов найду, но у меня может не оказаться времени вернуться обратно. К тому же темнеет, задача усложняется.

– Понимаю. Даю шесть часов.

– Восемь, – торгуюсь я. – Верну лодку к утру.

Новое задание: Дружеская услуга

Необходимо выяснить имена воров, угнавших «перышко» Тарпа Старого

Срок выполнения: восемь часов

Награда: 500 стимулов и незначительное повышение репутации с Тарпом Старым

Задание – проще не придумаешь. Отсутствие штрафа за провал – компенсация за нарушенные планы. У мастера-наставника добрая душа… С другой стороны, ему просто не о чем волноваться, кораблик-то никуда не денется. А вот мне он действительно нужен.

– Ну, раз договорились… – Тарп с самым благостным видом хлопает когтистой лапой по моему плечу и приходится заранее напрячь мышцы, чтобы не присесть. Чувствуется, что сила у пятидесятника столетней закваски такая, что при желании мог бы в землю по уши вогнать. Потом старик добродушно треплет Шустрика по мохнатому загривку, отчего щенка мотыляет из стороны в сторону, как тростинку на ветру, едва на лапах удерживается. – Малый, тебя тоже жду к утру, продолжим занятия. Да и причал пора поправить, теорию надо крепить действием.

– Да, мастер-наставник, – послушно отвечает Шустрик.

– Бывай, Зубоскал.

– Светлой тебе ночи, Тарп, – бросаю в спину удаляющегося гхэлла вежливое пожелание на местный лад, хотя хочется высказаться покрепче. Не в его адрес, само собой.

– Что будем делать? – Шустрик и не думает унывать. По его любопытному и живому взгляду совершенно ясно, что он ни на секунду не сомневается – я сейчас все решу самым волшебным образом. Аж не по себе от такой веры в меня, чесслово.

– Дай-ка подумать…

Так, астральные маяки имеются поблизости только на двух островах – на Весёлом и на Огрызке (стартовой точке запланированного на сегодня задания для клана). Лодку украли недавно, а значит, учитывая предел скорости для легких суденышек, далеко похитители уйти не могли. Нужно срочно вызывать группу быстрого реагирования и рассылать их во все стороны от Весёлого. Главное понять, куда эти паршивцы направились, а там мы их догоним…

Лихорадочные размышления перебивает оживший чат: с иконки связи на меня смотрит Ранилак, мой пока единственный боевой маг. В окошко связи вмещается лишь его круглощёкое лицо, темные короткие волосы и пышные усы, но воображение легко дорисовывает привычную картину: долгополая кожаная куртка, укрывающая коренастую фигуру до колен, на правой стороне груди знак искателя (серебряная брошь в форме кинжала, как и у меня), на поясе, кроме обычного снаряжения, должен висеть короткий жезл с массивным костяным набалдашником, а за спиной – пухлый вещмешок, куда он собирает травы для питомца.

– Зуб, а что происходит? – Взгляд мага полон недоумения. – Тут мимо меня проплывает лодка, подозрительно похожая на ту, что мы собирались взять на дело. Оп-ля… Да это она и есть! Какого… А что это в ней за народ и почему я о нем ничего не знаю? Планы изменились, что ли?

– Ты даже не представляешь, насколько сейчас помог, – я облегченно вздыхаю и даже пытаюсь рассмеяться. – Ты где сейчас?

– На западной оконечности Весёлого… Травку собираю. Ту самую. Не вздумай ржать, обижусь. Так что с лодкой?

Мне сейчас не до проблем Ранилака с нюансами кормления его перерожденного питомца Мохнатика, поэтому сразу перехожу к делу:

– А ну-ка опиши этих деятелей.

– Если коротко, то в лодке трое: девчонка человеческой наружности, типичный гхэлл и… От меня до них метров двести, разглядеть трудновато… Какой-то коротышка… Вроде на торбина похож.

О как. Мои губы растягиваются в широкой ухмылке. Какое забавное совпадение. Порой лишь кажется, что все идет наперекосяк, а на самом деле госпожа Удача в очередной раз изволит пошутить. Просто шутки у нее бывают разные – от безобидных, до весьма изобретательных.

Команч откликается не сразу, явно занят, но имена сообщает без лишних вопросов и сразу отключается. Итак:

Искра

35 уровень

Раса — человек

Класс — пиромант

Снафу Кусака

36 уровень

Раса — гхэлл

Класс — островной воин

Роник

38 уровень

Раса — торбин

Класс — щитоносец

Следовало сразу все это выяснить, но мое внимание было полностью занято предстоящей задачей, поэтому и не стал вдаваться в лишние детали. Кроме того, мне пока любые классы сгодятся, вакансий в клане без счёта.

Если поймаю этих авантюристов, то все обойдется. Если нет, то планы придется перенести. Почему авантюристов? А как ещё назвать субъектов, которые решились на экспроприацию суденышка у мастера-наставника? Чтобы пойти на такой проступок с почти гарантированным падением репутации, должна быть действительно важная причина…

Впрочем, это тоже понятие растяжимое. Важное для меня не обязательно будет важным для других. Так сказать, условный фактор, зависящий от тысячи нюансов. Может, они эту лодку свистнули просто под паршивое настроение…

Это они, конечно, зря. Выходит, задание наставника могу выполнить прямо сейчас, не сходя с места. Но до тех пор, пока не выясню, что они задумали, сдавать не стану. На моей спине тоже вряд ли когда-нибудь вырастут белые крылышки от благих деяний, многим существам разумным по воле обстоятельств приходится делать… всякое. А раз так, то с наказанием Тарпу придется обождать, у меня на этих ребят свои планы.

– Вот что, Ранилак… Ты ещё там вообще?

– Да куда ж я денусь. Мохнатик все жрёт… и жрёт, и жрёт, куда только в него столько влезает… чёртов жрун!

– Потом со своим петом разберешься. Суй его в мешок, напихай ему этой травы, чтобы не скучал. И дуй за этими деятелями. Желательно побыстрее.

– Так лодку все-таки свистнули?

– Да что ты, она просто погулять пошла, – немного нервно смеюсь я. – А эта троица в ней совершенно случайно оказалась, перепутали палубу крылатой лоханки с ночлежкой.

– Ладно, ладно, понял уже, – хмыкает Ранилак.

– Сможешь как можно дольше не упускать воришек из вида?

– Погоди, прикину… – широкий лоб мага морщится от раздумий, пушистые усы шевелятся, словно беличьи хвосты. – Ну, направление я вижу, скорость примерно представляю… Судя по всему, пристроились на попутное течение, несущее в сторону Древа Смерти. Рулевой у них неопытный, кораблик часто рыскает, идет без спешки. Тут куча мелких островов, сетью тянутся вдоль течения, по большей части «нулевки», стоят плотно. Пожалуй, на «свистке» минут десять смогу не отставать, но потом они меня все же обгонят.

– А больше нам и не понадобится. Действуй, только аккуратно, зря не рискуй. Сам знаешь, с «нулевками» легко обжечься. А я по-быстрому приму меры для перехвата.

Заканчиваю с Ранилаком разговор уже на бегу.

Обратный путь до маяка занимает меньше минуты. Более чем достаточно, чтобы отдать по клан-чату необходимые распоряжения в Цитадель Крика. Шустрик бодро чешет рядом. Естественно, по пути приходится проскочить хутор Тарпа Старого ещё раз, но вдаваться в объяснения нет необходимости, мастер-наставник просто провожает меня задумчивым взглядом из-под мохнатых бровей, сидя на скамье возле глинника. Его щенки увязываются следом, исключительно из любопытства, но строгий рявк отца мигом возвращает их за ограду хутора.

На самом деле, Ранилаку мои предостережения совершенно ни к чему, он здесь уже больше двух лет, а я – без году неделя, но никогда не помешает показать, что лидер заботится о своих друзьях и подопечных… Вру. Я правда беспокоюсь, хотя и делаю морду кирпичом при каждом удобном случае. Характер такой, ничего не могу поделать. Мир Небесного Архипелага – не из простых, опасность буквально на каждом шагу. Все эти летающие острова, будь они неладны, в любой момент могут подкинуть подлянку даже старожилам… Здесь никто не застрахован от падения в Белую Мглу и осознание этого неизменного фактора, довлеющего над другими опасностями, что называется, непрерывно грызет нервы в фоновом режиме. Об этом невозможно забыть, достаточно бросить взгляд в бездну под ногами, и страхи всколыхнутся с прежней силой. Разве что на больших островах, когда долго находишься вдали от края, можно иной раз забыться и на душу нисходит спокойствие.

В который уже раз задумываюсь над тем, что слишком быстро привязываюсь к людям, да и прочим существам разумным. А для лидера, который обязан уметь рисковать не только собой, это серьёзный недостаток…

Вот и знакомая кивилловая роща.

– Шустрик, жди возле маяка.

– Но я…

– Все равно не угонишься.

Щенок отстает с обиженной физиономией, спешить ему уже незачем. Зря беспокоится, что приключений на его жизнь не хватит. Жизнь штука длинная. Обычно.

Фурия уже на месте. Крупная дымчато-серая зверюга с кошачьей грацией выпрыгивает из зарослей и приветственно зыркает зелеными хищными глазищами. Со дня воскрешения в питомнике форта она подросла и потяжелела килограмм на пятьдесят, её холка теперь находится почти на уровне моего плеча. Но несмотря на внушительные размеры, поступь дикоши почти бесшумна. Фурия бежит рядом легко и непринужденно, её крылья в сложенном виде дрожат, словно им не терпится расправиться. Настоящую скорость, которая её бы напрягла, мне, пешеходу, пока не выдать. А вот фейри, несмотря на стрекозиные крылышки на лопатках, не угнаться за нами обоими, так что её сияющая золотым янтарем фигурка красуется на голове дикоши, меж острых ушей. Изображая с важным видом лихую наездницу, Кроха не забывает держаться обеими ручонками за густую жесткую шерсть ездового зверя, иначе с пятнадцатисантиметровым росточком и невесомым тельцем её просто снесет ветром.

Мы уже давно договорились, что когда я беру Фурию с собой, то и Кроха подписывается на путешествие. Иначе отказывается работать с алтарями. Совсем самостоятельной стала. Но и я не рабовладелец, а Цитадель Крика – не тюрьма. Так что её условие меня устраивает. Крохе и правда не помешает время от времени отправляться на прогулки, всем нужны новые впечатления.

Обходимся без уточнений и вопросов, предварительный план действий я уже изложил по чату. Зеленая метка Ранилака на виртуальной карте неторопливо смещается вдаль от острова, и я уверен, что мы его вскоре нагоним. Благодаря питомцам я куда мобильнее любого «свистуна», так что основную задачу по преследованию возлагаю на свои плечи.

Несколько километров преодолеваем минут за пятнадцать. Бегу ровно, скорость не форсирую, тонус сбивать пока незачем, энергия мне ещё понадобится. По сторонам привычно мелькают кивилловые рощи и кусты, кое-где среди них вздымаются зонтичные деревья с мощными стволами и грибовидными кронами, но им на Весёлом почему-то некомфортно, вырастают не так высоко, как на других островах вроде Черепа Властелина.

За прошедшие дни набегался по островам будь здоров, задание Заядлый путешественник этому весьма способствовало. На Фурии не покатаешься, как раньше, строение крыльев по-прежнему мешает посадке. Жду, когда она ещё чуток подрастет, может, тогда и получится оседлать её вновь. А пока бегаю. Ничего, занятие полезное, прокачка бега всегда актуальна. Аборигены иной раз шпарят так, что и на маунте за ними не угнаться, так что нужно соответствовать и тренироваться при любой возможности.

Сворачиваю в ложбинку между двух каменистых холмов и наконец оказываюсь на краю острова с нужной стороны. Останавливаюсь и провожу беглый осмотр участка, по которому предстоит прокладывать путь над бездной. Так, что имеем. Как и рассказывал Ранилак, вижу плавающую в воздухе россыпь мелких островов, окружающих остров Весёлый как ряска болотную кочку…

Пожалуй, здесь стоит коснуться некоторых подробностей для более ясного представления ситуации. Острова, площадь которых больше ста квадратных километров, считаются островами третьего ранга, таких в локации наперечет: Форт Бдительный, Череп Властелина, Остров Мертвецов, Дохлый Ящер, Мокрец, Близнецы, Горбатый Великан. Островов от десяти квадратных километров (второй ранг) уже сотни. Я как-то ради любопытства пытался их сосчитать на живой карте в каюте флагманского корабля Хорки Умного, но быстро сбился. Вполне себе приличные острова, но раз площадь меньше, а срок жизни, соответственно, короче, то значение для хозяйственной деятельности существ разумных у них тоже менее значимо.

О первом ранге, думаю, уже сами догадались. По площади ранжируются от квадратного километра. Счёт таких идет уже на десятки тысяч и достойными внимания их не считают. Селиться нерентабельно – протянут месяца три, полезного сырья кот наплакал, живность их тоже избегает, предпочитает респиться на островах покрупнее. Что ж тогда говорить о нулевых? Да-да, имеются и такие, их вообще без счёта, но островами их даже не называют. Не острова, а так, недоразумения, в десяток-другой квадратных метров, едва-едва способные держать в воздухе собственный вес. Вот такая «ряска» и заполняет все свободное пространство между более крупными собратьями. Срок жизни «нулевок» так мал, что живая карта Хорки их существование высокомерно игнорирует. Два-три дня, и нет такого острова, канул в Белую Мглу, а на смену уже всплыл другой, мало чем отличимый от прежнего. Разумеется, при путешествии по Небесному Архипелагу «нулевок» лучше избегать. Почти невозможно предсказать, в какой момент такой ошметок решит, что ему пора на покой. Вдруг уйдет в бездну как раз в тот момент, когда ты на него наступишь, а перескочить на другой времени может и не хватить.

Именно такую картину я сейчас и наблюдаю на протяжении нескольких километров перед собой. Сплошное море из серовато-зеленых пятен «нулевок», колышущееся над белым океаном облаков. Вдали из Белой Мглы темным китом выступает остров Горелый – надежная твердь. Из-за особенностей местных физических законов над островами летать невозможно, поэтому похитившие «перышко» авантюристы будут вынуждены придерживаться воздушных коридоров между ними. Именно так мы их и перехватим.

Ранилака дергать вопросами пока незачем, если бы что-то пошло не так, он бы сообщил сам. Пусть маг иногда и кажется легкомысленным, но на деле парень обязательный и сообразительный. В общем, надо действовать.

Развязываю ремешки плотно прилегающего к груди Фурии и специально сконструированного для нее подсумка, достаю снаряжение. Придумка гениально проста. Если не могу кататься на дикоше верхом, то почему бы не использовать её в качестве летающего почтальона? А я буду «посылкой», само собой. С упряжью пришлось повозиться изрядно, прежде чем получилась конструкция, которая меня полностью удовлетворяет. Все металлические детали заказывал кузнецу в форте, среди моих соклановцев стальных дел мастера пока нет.

Быстро накидываю ремни на холку и круп дикоши позади крыльев, стягиваю их вместе и закрепляю на животе. Фурия без лишних понуканий приподнимается на лапах, чтобы мне было удобнее подлезть. Делаю все это заранее, так как на «нулевках» возиться будет уже несподручно. Задумываюсь на секунду. Был случай, когда натянутая верёвка во время рывка содрала с пояса мой подсумок со всеми запасами, отправив его в бездну. Так что для страховки один из трёх имевшихся в наличии астральных маяков запихиваю в слот поясного ремня:

Бремя лидера

38 уровень

Пояс

Тип предмета – уникальный

Материал – левимет

Прочность 114

Защита 684

Сила +38

Ловкость +38

Слоты для модификации: 1

Встроенная способность Экспроприатор:

Любой вставленный в слот кристалл души обретает свойства накопителя опыта…

Лучшая вещь из всей моей амуниции, подарок самого Хорки Умного. Кстати говоря, кристаллы душ так и остались жутким дефицитом по понятным причинам, но к нашему клановому счастью, мы эту проблему решили с помощью Крохи. Теперь накопители опыта изготавливаются на ремесленном алтаре клана из обычных кристаллов сущности. Это куда выгоднее выбивания кристаллов душ из игроков, как с моральной, так и с практической точки зрения. Методом тыка давно выяснил, что Экспроприатор инертен к любым кристаллам, кроме кристаллов душ, поэтому последнее время слот в поясе частенько использую как обычный карман. При авральной ситуации астральник мгновенно окажется под рукой.

Кроха со стрекозиным жужжанием слетает с головы дикоши, приземляется в траву под её брюхом и с ходу деловито тыкает крохотным пальчиком в узел, показавшийся ей недостаточно убедительным.

– Босс, вот здесь подтяни, – пискляво требует фейри. – Не хочу смотреть, как ты кувыркаешься в бездну.

– Было бы о чём печалиться, – шутливо подначиваю фейри. – Отдохнешь от меня, сама же с утра жаловалась, что загонял на ремесленных алтарях.

– Ты лучше так не шути, – фейри сердито надувает щеки, её крохотное личико от этой гримасы смотрится донельзя забавно.

Последний раз бегло проверяю все. Щит и меч надежно зафиксированы с помощью Энергетического закрепа (поддержка вооружения в походном положении за спиной без дополнительных креплений за счёт энергетики тела). Намучился в свое время, пока научил закреп кроме меча заодно воспринимать и щит, но оно того стоило.

Беру скрутку тонкого троса длиной метров в десять, цепляю стальной карабин за специальное кольцо на своем поясе (мой вес эти крепления прекрасно держат, все уже неоднократно проверено), затем перематываю трос ровными кольцами и зажимаю скрутку левой рукой возле карабина на другом конце. Лучше лишний раз убедиться, что нет никаких случайных узлов – нельзя, чтобы трос запутался в самый неподходящий момент. Так, крис в толкателе свежий, менять пока незачем.

– Ладно, поехали. Не отставайте.

Намечаю взглядом наиболее удобные точки для серии прыжков, разбегаюсь и сигаю с края острова в бездну. Никогда не привыкну к таким моментам, внутри все словно обрывается. Незримая сила мягко толкает в ноги и спину, заставляя тело с характерным свистом взмыть вверх по крутой дуге, отчего порождающие её магические штуковины и прозваны «свистками».

Первая «нулевка» встречает в пятидесяти метрах от Весёлого. Глухой удар пятками в сухую каменистую землю, короткий разбег и новый прыжок, чуть правее. Корректирую направление следующего прыжка ещё до приземления, думать некогда, жалкие клочки суши так и норовят уйти из-под ног, задерживаться на них дольше нескольких секунд нельзя.

Прыжок следует за прыжком, опасность заставляет кровь кипеть от адреналина, сдерживаю эмоции, чтобы не потерять контроль. Фурия парит рядом, метрах в десяти, мерно хлопает крыльями и следит за мной в четыре глаза. Почему в четыре? Ну так ещё же есть Кроха, и все мы сейчас связаны Духовной связью в единую устойчивую эмпатическую систему. Если что, успеют отреагировать. Нагружать дикошу своим весом пока рано, если здесь прошел Ранилак, то пройду и я.

Мой первый ранг Поющего шага прокачивался всего сотню прыжков, это было несложной задачей. Самым сложным было себя приучить прыгать над бездной без колебаний, не думая о падении. Без отваги здесь никак не обойтись. Толкателем управляет разум, если дашь волю страху и утратишь самообладание – пропадешь. Сейчас, на втором ранге, с учетом встроенного в Знак искателя бонуса Попутный ветер, который увеличивает максимальную дальность действия магического толкателя на 10%, я самостоятельно преодолеваю восемьдесят с хвостиком метров воздушного пространства между островами. Обычно этого хватает для текущих задач, особенно в зонах, где множество мелких островов сбиваются вместе, как овцы в отаре под присмотром пастуха. Из-за их малой массы и, соответственно, из-за слабой взаимно отталкивающей силы расстояния между ними всегда небольшие, от тридцати до пятидесяти метров. Таких зон на Архипелаге полно. Кстати, Ранилаку с его третьим рангом Поющего шага куда проще, он легко преодолевает провалы в сотню метров.

При каждом прыжке не забываю контролировать взглядом воздушный рукав, тот тянется чуть правее, наискосок от пути следования. Он почти свободен от летающей мелочи – там пролегает воздушное течение. Ширина этого протока не меньше полукилометра, никаким толкателем не преодолеть. А за течением виднеется такая же россыпь «нулевок», за которой должен находиться остров побольше. Сейчас его не видно – поднимающийся из бездны туман клубится в том направлении особенно густо. Но пока нам туда и не надо.

Разбег, прыжок, приземление, разбег, толчок…

Само собой, не все «нулевки» одинаковы. Какие-то больше, какие-то меньше, да и форма у них разная. Округлые более устойчивы, а те, которые выглядят как рваные лоскуты, совсем ненадежны, их лучше избегать. Такие могут развалиться на куски прямо под ногами.

Страх цепко сжимает нутро холодными когтями. От него никак не избавиться полностью. И в тоже время ощущаю почти мистический восторг. Я – адреналиновый наркоман. Благодаря условностям игровых реалий нас здесь таких немало. Меня вполне устраивают дни, когда не приходится рисковать шкурой, но без риска жизнь быстро становится пресной.

Сумасбродная пробежка длиной в несколько километров продолжается. Считать прыжки в таких забегах давно отучился, главное – не сорваться. По пути попадается островок крупнее обычных «нулевок», несколько секунд перевожу на нем дух. Ноги немного дрожат, но это нормально, ведь напряжение зашкаливает, как умственное, так и физическое. «Процессор» загружен мгновенными расчётами траекторий и силы, необходимой для каждого следующего прыжка. Ошибешься – кувыркнёшься. Бросаю взгляд вперед – ух ты, до Горелого осталось преодолеть островов пять, не больше. Смотрю заодно и на виртуальную карту. Как и рассчитывал, уже нагоняю Ранилака.

– Ран, я вижу, ты сейчас на Горелом. Как далеко от тебя эти ребятишки?

– Да я уже отстал, – с досадой откликается маг. – Как раз собирался тебе сообщить, что дальше от меня толку не будет. Сейчас они в километре от меня, и ближе к Лишайнику, чем к Горелому. Воздушное течение здесь все «нулевки» разогнало, не перепрыгну. Давай дальше сам, ты уже недалеко.

Досадно, но ничего не попишешь. По крайней мере направление известно. Лишайник находится в нескольких километрах от Горелого, и по ту сторону воздушного течения. Ранилак и в самом деле больше ничего не сможет сделать. Зато смогу я.

– Принял. Спасибо, Ран. Выручил.

– Вот что, не знаю, сколько продлится погоня и где именно закончится, поэтому пока вернусь на Весёлый. Все равно за тобой не угонюсь.

– Именно это и собирался предложить. Возвращайся, подежуришь в компании с Шустриком. Как только дам сигнал, сиганете по новому маяку.

– Заметано!

Маг заметно веселеет: ещё бы, представилась возможность вернуться на остров, один из немногих, где встречается редчайшая травка, необходимая для роста его питомца. Вот же ему досталось хлопот с Мохнатиком. Возрождение проводилось по той же схеме, что и с Фурией на острове Потерянные Души, но результат вышел, мягко говоря, не ахти…

Ранилак покидает клан-чат, а я продолжаю путешествие, лишь меняю направление и теперь прыгаю по островам прямиком к воздушной протоке.

Собственно, озвученная программа действий относится ко всей нашей группе быстрого реагирования. Зик с Там Иной (наши спецы по скрытности) и Пятнышком (юным дрессировщиком) сейчас находятся на Огрызке. Присматривают как за самим островом, чтобы не было чужаков, так и за заранее отловленными для операции с Древом Смерти жертвенными животными. Джарук с Мараной пока дежурят в Цитадели. Остальные в группу активистов не входят. Коби-ремесленники – Карь, Маул и Глип, и без того постоянно заняты в мастерской, повышают благосостояние клана производством полезных вещей. Алию тоже не привлекаю, по уважительным причинам. Такие приключения больше не для нее с тех самых пор, как она поселилась в Цитадели. Так и не смогла преодолеть психологический надлом, связанный со всеми этими смертями в бездне, где она потеряла все свои сейвы. Приросла душой к осколку реальности так, что за уши оттуда не вытянешь в большой мир, редко наведывается на Архипелаг. Набеги пустотников её совсем не пугают, они для нее уже почти как домашние питомцы. Да и участие в жертвенном возрождении заметно повлияло на её характер, она стала более сдержанной на слова, более замкнутой и скрытной. И не только у нее проявились изменения в поведении. Но об этом не сейчас.

Есть ещё трое новичков, принятых в клан дней десять назад – Гуц (дрелан, 34), Люкас (человек, 35 ) и Тикки Тарра (дриада, 34). Они вполне дееспособны и не отлынивают от схваток, но к тайным операциям не проверенных в деле соклановцев мы пока решили не привлекать. По-крайней мере, пока клановая репутация не поднимет их статус новичка до участника, а для этого нужно просто потрудиться на благо клана, потратить время и приложить усилия.

В общем, в любой момент в случае непредвиденного развития событий, наготове всегда есть бойцы, готовые ринуться в битву по координатам указанного маяка. А с такой поддержкой за спиной можно горы своротить.

Ага, вижу, что впереди до протока остается лишь пара островов. На лету в очередном прыжке проверяю взглядом скрутку из троса – ничего ли не запуталось, все ли в порядке. Удар пятками в островок, мелкий уродец вздрагивает, как живой, коварно кренится на бок, собираясь сбросить нежеланного гостя, но я уже со свистом несусь на следующий.

– Кроха, готовься, сейчас примешь.

– Жду не дождусь, босс, – ворчит фейри, – сил уже нет смотреть, скачешь над облаками спятившим кузнечиком. Прямо сердце надрывается. Вон и Фурия со мной согласна. Она может вынести больше, чем ты думаешь, ты напрасно её так оберегаешь.

Мне сейчас не до споров, молча даю сигнал.

Фурия распахивает мощные кожистые крылья во всю ширь и плавно пикирует в мою сторону. Даже от её упавшей на остров тени веет чем-то хищным, грозным. Мы совмещаем траектории и оказываемся на мысленно намеченном островке одновременно, тренировали этот прием раньше. Операция занимает всего несколько секунд. Как только Фурия пролетает прямо надо мной, я вытягиваю руку и защелкиваю карабин троса на специальном кольце, закрепленном на ремнях упряжи под брюхом зверюги. Тут же разгоняюсь, разматывая трос, и врубаю свисток. Рывка не избежать в любом случае, но его можно минимизировать, если уравнять скорости. Фурия резво тянет вверх, трос натягивается в струну. Несмотря на ширину, пояс все равно чувствительно впивается в пресс и ребра.

И вот я уже парю.

Ветер привычно гудит в ушах, упруго толкает в лицо на встречном движении мягкими невидимыми лапами. С наслаждением дышу влажным прохладным воздухом над Белой Мглой, который так разительно отличается от суховатого, пропитанного запахами земли и растительности воздуха на островах. Трос ощутимо подрагивает от сильных взмахов крыльев Фурии, приходится держаться обеими руками за дополнительные кольца, привязанные на уровне лица, чтобы снизить нагрузку на пояс. С тех пор, как у меня появился собственный способ передвижения и подобные полеты прочно вошли в жизнь, я не устаю получать удовольствие от невероятного ощущения свободы. Свободы, которую дают именно такие «затяжные прыжки». Как по мне, так это ничуть не хуже, чем летать верхом на варне. А впечатлений даже больше.

Вопреки убежденности Крохи, Фурия так долго меня нести не сможет. Полет с тяжелым грузом высасывает её шкалу энергии как пылесосом. Я сам, доспехи, оружие, снаряжение. Но воздушный коридор мы преодолеем гарантированно, а большего и не потребуется. Дальше снова двину бегом вдоль края Лишайника, а дикоша за этот отрезок времени успеет отдохнуть для последующей переброски.

Да, так путешествовать гораздо приятнее…

И пока от меня ничего не зависит, есть небольшая пауза на размышления. Когда Ранилак связался со мной на Весёлом, ему отнюдь не показалось, что похитители управляют лодкой скверно. Самое время объяснить почему.

Дело в том, что среди этой троицы не просто так затесался гхэлл, именно он там и рулит, без него вообще бы ничего не получилось. У гхэллов, благодаря их ершистому характеру, часто возникают проблемы с законом, поэтому среди них немало пиратов и мародеров, ни во что не ставящих обычаи стай. А так как они являются аборигенами этого мира, то даже без класса ловец ветра имеют возможность разучить простейшие навыки управления легкими лодками. Очень полезное качество, позволяющее гхэллам быть желанными гостями в любом клане – рулевые в этом мире, парящем над облаками, всегда нарасхват. Ведь игровая система именно так и работает: упорство и настойчивость в чем-либо рано или поздно должны вознаграждаться. Именно на эту особенность намекнул Хорка, когда знакомил меня с Тарпом Старым. А если имеется шанс у аборигенов, то почему-бы ему не быть и у гостей Архипелага? Пусть шанс поменьше, но он существует.

Так что я не просто так посещал все уроки, которые Тарп Старый давал Шустрику. Теорию запомнил не хуже малого. Потом дело дошло до практики: мастер-наставник начал летать с учеником на учебном «перышке», обучая нюансам управления на личном богатейшем опыте. Мне пришлось покуривать в сторонке и тренировать терпение. Как только Тарп убедился, что ученик более-менее освоился и не перевернет лодку при малейшем порыве ветра, то наступил следующий этап: самостоятельный полет с балластом на борту. До этого момента балластом служил сам ученик, но в самостоятельном полете на кораблик грузится что-нибудь тяжелое и не имеющее ценности. Кусок бревна, к примеру, или увесистый булыжник. Так как риск перевернуться для ученика довольно высок, то приходится держаться поближе к островам и держать наготове «свисток» – чтобы чуть что сигануть на спасительную твердь. Кстати, именно поэтому лодка неразменная – не напасешься, если каждый раз будет теряться вместе с учениками в бездне.

Как только лодка с Шустриком скрывалась из глаз наставника, место балласта занимал я, и мы менялись с парнишкой ролями. Я рулил «перышком», а юный ученик был наготове, чтобы перехватить управление при малейшей опасности.

В первые два полета лодку все же перевернул. Все эти чёртовы паруса просто не желали меня слушаться. Незабываемые моменты. Над головой и под ногами суматошно раскачивается бездна, а ты болтаешься на страховочной веревке (специально для себя придумал) и материшься как сапожник. Оба раза выручала Фурия, дежурившая рядом в воздухе как раз на такие случаи. После третьего самостоятельного вояжа система сжалилась и предложила мне тот самый навык, которым владели гхэллы-недоучки – Воздушная балансировка. Развивается навык страшно медленно, по капле в час, это и понятно, но главное, что он теперь имеется. А значит, можно планировать операцию с Древом Смерти, не полагаясь на чужие навыки и умения, ведь никто другой, кроме меня, не справится с установкой астрального маяка там, где ещё не ступала нога живого существа…

Так, край острова уже недалеко и быстро приближается. Невольно напрягаю ноги, мысленно прикидывая усилие при приземлении. Лишайник – островок колоритный, от устилающего его поверхность разноцветного мха в глазах рябит. Красные, зеленые, желтые, черные, каких там только пятен нет. Такие острова считаются крафтовыми, то есть хорошим местом для сбора ингредиентов для травников и алхимиков. Увы, Лишайник слишком уж близко болтается возле зоны отчуждения Древа Смерти, поэтому крафтеры бывают на нём редко. Столкнуться с рейдом пожирателей, когда ты один или с тобой всего пара спутников – гарантированная смерть.

И тут я их вижу.

Мое зрение не так остро, как у эльфов или низуши, да и облачная взвесь между островами сильно скрадывает детали на расстоянии, но сомнений нет. Неторопливо скользящий среди облаков силуэт – тот самый кораблик, который я преследую. Его белый парус плывет всего в двух сотнях метров вдоль вытянутого стрелой обрывистого, поросшего разноцветным мхом края Лишайника.

Собственно, Горелый и Лишайник – не самые малые из островов первого ранга в округе, поэтому гордо носят хоть какие-то названия, все остальные вокруг безымянные. Быстро соображаю: если лодка продолжит двигаться в том же направлении, то спустя несколько километров доберется до Огрызка. И операция будет окончательно сорвана. Невольно хмурюсь, развитие событий мне не по душе. Чёрт, не убивать же этих засранцев ради сохранения тайны. Не стоит она того. Проще и разумнее перенести свои эксперименты на другой срок. А значит, придется давать отбой…

Впрочем, шанс остановить воришек ещё есть.

Но тут-то и кроется корень проблемы.

Крошечное с такого расстояния пятно палубы учебного «перышка» дрожит и колеблется от тряски среди клубящихся клочьев белесого тумана, натянутые до звона бортовые и носовые паруса неистово вибрируют в набегающих воздушных потоках. Приземлиться туда просто нереально. А ещё там тесно от пассажиров. На корабле – трое, предел грузоподъемности для данного типа суденышек. Четвертого лодка просто не выдержит. Привет, Белая Мгла, прощай, жизнь. Мне это надо? Вести переговоры на бреющем тоже сомнительный вариант, ветер в протоке шумит прилично, я сам себя не услышу. Чат могут и не принять, а пока разберутся, что я не собираюсь нападать, могут и стрелами угостить. Или заклинаниями. Да и парить на месте у Фурии не очень получается, Полет хоть и на третьем ранге, но до высшего пилотажа нам пока далеко.

Так что решение есть лишь одно.

– Кроха, меняем план. Берем левее, видишь, куда смотрю?

Она на такие фокусы способна, не зря же мы накрепко связаны незримыми узами Духовной связи. И Кроха безошибочно находит цель, которую я специально фиксирую взглядом. Впрочем, эту цель согласованно видит и Фурия.

– Вон тот островок, похожий на бабочку? Да?

– Фурия, жми!

Верно. Набирая скорость, сворачиваем к очень крупной «нулевке», что одиноко болтается чуть ли не посередине воздушной протоки, примерно в трехстах метрах от нас. На взгляд этот островок метров восемьдесят в поперечнике, похож на восьмерку или на бабочку – пара округлых поверхностей соединены перемычкой. Если кораблик воришек не изменит курс, то пройдёт всего в десятке-другом метров рядом с краем. Жаль тратить на такого «недоноска» астральник, но выхода нет. Беглецов и впрямь пора уже остановить.

Получив сигнал, Фурия ещё больше ускоряется.

Крылья дикоши работают все быстрее, ветер уже не просто шумит, он ревет в ушах, хлещет по щекам, выжимая из глаз невольную влагу. Проскакиваем эти жалкие три сотни метров в мгновенье ока, оставив «перышко» по левую сторону. По-моему, они нас даже не успели заметить. Обкуренные они там, что ли? Или туман слишком сильный и видимость хреновая? Наверное, так заняты управлением, что больше ни до чего дела нет – ещё бы, «перышко» дрожит, как в припадке.

Впечатываюсь подошвами в сухую почву острова, пробегаю несколько шагов, гашу скорость. Оперативно отсоединяю карабин от пояса и трос извивающейся змеей уносится вслед за Фурией. Моей зверюге приземляться сложнее, нужен простор для маневра. Но вот уже и она, развернувшись, всеми четырьмя шумно падает на каменистую землю. Хвост вскидывается и изгибается в боевое положение, копируя скорпионью манеру, крылья всё ещё широко распахнуты – Фурия возбуждена предвкушением схватки. Но эта схватка не для нее. Выдергиваю астральник из слота на поясе, приседаю, втыкаю в землю одновременно с командой на активацию. Кристалл бесследно растворяется в почве, на моей виртуальной карте вспыхивает новая оранжевая метка:

Создан пространственный канал (11) между астральным порталом Цитадели Крика и выбранной точкой пространства

Период действия маяка: 30 суток

Тут же связываюсь по только что сотворенному каналу с Цитаделью Крика:

– Марана? Есть желание поразмяться?

Суккуба отзывается мгновенно, ей определенно нечем заняться и моего вызова она ждет с нетерпением. На иконке связи появляется треугольное лицо, покрытое мелкими чешуйками цвета запекшейся крови, обрамленное пышной гривой иссиня-черных волос, из них на макушке выглядывают небольшие витые рожки. Полные черные губы растягиваются в игривой улыбке, приоткрывая острые как иглы кончики белоснежных клыков. Глубокий чувственный голос дочери Хаоса, как всегда, пробирает до дрожи:

– А когда было иначе, повелитель?

Глава 4. Переговоры

– Руль крепче держи, обормот блохастый! Из-за твоей болтанки сейчас вывалимся за борт!

– За собой смотри, пень железный! Куда крыло гнешь, сейчас набок завалимся!

– Слышь, ты, горе-рулевой, если я крыло отпущу, то тогда точно завалимся! Куда надо, туда и гну!

– Рра-арр! Я может и горе-рулевой, да побольше тебя понимаю! Ослабь, ослабь давление, пока трос не лопнул! Ослабь, кому говорю…

– Вот же связалась я с вами, недотёпами! Хорош ругаться! Глаза разуйте, у нас остров по курсу! Если правее не возьмете, крыло снесем! По Белой Мгле соскучились? Нет, я точно сейчас на этот остров сигану, и сами расхлебывайте! Ух ты. А это ещё что за…

– Слышь, белобрысая, остров мы и без тебя видим, не лезь под руку!

– Да посмотрите на остров! Мне одной мерещиться, или это там на самом деле?

На парусной лодке воцаряется тишина, три пары глаз смотрят по курсу увлекаемого воздушным течением кораблика. Тишина, конечно, относительная – паруса дрожат и хлопают в потоках, воздушное течение здесь быстрое и шумное. Но хотя бы перебранка прекращается, как по волшебству. Точнее, именно по волшебству и прекращается. Потому что на островке-нулевке, который невесть как затесался посреди широкой и бурной воздушной реки, каждому из троих похитителей является чудо. Настолько поразительное, что даже наступающие сумерки не мешают разглядеть пикантные детали как следует. Как будто резкость зрения обостряется не вполне естественным способом (но кто сейчас об этом думает?!).

– Не может быть, – бормочет Роник, глядя на остров с совершенно ошалелым видом, чувствуя, как с каждой секундой в груди расцветает некое доселе незнакомое всепоглощающее чувство. Вот, значит, как оно бывает… Получается, до этой минуты он и представления не имел, что это такое – настоящее счастье.

На краю гибельно опасного островка стоит девушка его рода, торбинка, смотрит на него, торбина, умоляющим взглядом и протягивает к нему руки. Ее длинные русые волосы красиво развеваются на ветру, добавляя очарования её круглой и милой мордашке… И почему-то она совсем без одежды, это смущает… и в то же время рождает неодолимую притягательную силу. Эти волнующие изгибы и округлости идеальной фигуры… Нестерпимо захотелось вдруг спрыгнуть прямо за борт, пробежаться по воздуху, схватить девушку в объятия и больше никогда, никогда не отпускать, до самого конца времен…

– Не может быть, – севшим голосом повторяет Роник. – Я уж думал, что никогда не увижу такое чудо на проклятом всеми богами Архипелаге… Но как она попала на эту «нулевку»? С нее же в любую сторону на «свистке» не допрыгнуть.

– Может, лодку перевернула? – Снафу Кусака тоже заметно хрипнет от волнения, буквально пожирая «чудо» на островке взглядом. Вместо связных слов из его горла так и норовит вырваться рычание, не подобающее взрослому и контролирующему себя самцу-гхэллу. – А сама успела выпрыгнуть, рра-арррв? Или остров недавно сорвало с насиженного места течением, а самка не успела убраться… В любом случае ты прав. Такую красотку, рва-аввр, срочно нужно спасать!

Какой-то частью разума Снафу, конечно, понимает, что в его диком животном возбуждении виноват недостаток жизненного опыта. Ведь ему идет всего четвертый год, инициацию он прошел всего полгода назад, и настоящая жизнь по сути только начинается… Но такую породистую самку ему ещё видеть не доводилось. В поселках, где он успел побывать во время скитаний с чужаками из других миров, обитали самки совершенно обычные – невысокие, серые, невзрачные. Нормальный такой «домашний» вариант. Но эта… Рослая, на голову выше него, Снафу, с густым белоснежным мехом по всему гибкому телу, с необрезанным пушистым хвостом, без единого клочка традиционной кожаной одежды… Эти большие небесно-синие глаза, выразительно взирающие на него с немым вопросом и верой, что он её спасет… Эта изящная поза, выдающая смущение и желание…

– Что ты сказал? – Роник пытается оторвать взгляд от девушки на приближающемся острове, но ему это не удаётся, взгляд словно прикипает. Один только вид этой торбинки вызывает в нем такое неземное наслаждение, что пропустить даже секунду лицезрения кажется вопиющим преступлением. – Очнись, гхэлл. Красотку? С каких пор для тебя женщины торбинов стали красотками?! Знай свое блохастое место…

– Ты совсем окосел, Роник? – Зло рявкает в ответ Снафу, тоже глядя не на соперника, а вперед. – Или кивилловых ягод нажрался, рва-аввр? Какая ещё женщина? Там же самка! Красивейшая из самок! Как же я хочу её спасти…

– Вы оба спятили, – слегка замороженным голосом, но вполне твердо заявляет Искра.

Девушка совершенно убеждена в том, что видит до невозможности брутального парня своего, человеческого вида, который с какого-то перепуга разгуливает по острову в чем мать родила, поигрывая рельефно развитыми мышцами. Искра нервно облизывает внезапно пересохшие губы, почему-то тянется за магическим жезлом на поясе, спохватывается, отпускает рукоять, безотчетным движением приглаживает на макушке белые со стальными вкраплениями волосы, растрепанные встречным ветром. Рдеет от смущения, подумав, понравится ли она ему, и тут же грубо чертыхается под нос, так как никогда не замечала за собой такого раньше. Не тот у нее характер, чтобы забивать голову всякими телячьими нежностями, тем более, что по её твердой убежденности большинство мужчин, за редким исключением – непроходимые идиоты, не поддающиеся перевоспитанию.

– Я, конечно, понимаю, что у парней от долгого воздержания глюки бывают, мерещится всякое, – тем же неживым голосом развивает мысль Искра. – Но принять парня за женщину или самку… Это уже ни в какие ворота не лезет! Гребите к острову, бестолочи, это же нулевка, в любой момент может кануть в бездну! Кого мы тогда спасать будем? Дырки от бубликов?!

Роник со Снафу Кусакой моментально спохватываются, налегают на рулевое коромысло и лодка резко меняет курс.

Любят они надо мной потешаться.

Кроха обзывает боссом, Марана – повелителем. Щенки – вождем, но в их культуре так принято. Лидер стаи – вожак, вождь. Лишь Джарук обращается с уважительной простотой – «сай», как принято обращаться у ракшасов к вышестоящим. А эти две, Кроха и Марана, просто юморят. Добрый я. Все никак с духом не соберусь уши оборвать. Вернее, Крохе – крылышки, а Маране – рога. Вот только с Мараной, скорее, выйдет наоборот – она сама кому угодно обломает рога, даже при полном их отсутствии. При желании всегда можно найти, что обломать. Или оторвать. Или открутить. Была бы фантазия.

Последние отблески заката догорают где-то там, за островом Горелым, выхватывая его очертания огненной каймой, но на Архипелаге никогда не бывает полной темноты. Да и Теневой взор (25% к остроте зрения в темноте) позволяет вполне прилично видеть после наступления ночи, а сейчас ещё не ночь.

Вызвав Марану, на всякий случай отступаю на пару шагов в сторону.

Это не обязательно: если место, где должен появиться объект, уже занято, то новый объект просто появится рядом, на свободном участке. Но нет у меня полного доверия к системе, шанс на ошибку существует всегда, и не очень-то хочется улетать вверх тормашками – Марана куда тяжелее меня, хотя по виду и не скажешь. А остров совсем крохотный, так что бездна караулит рядом, неотрывно поглядывая на нас снизу тысячей жадных глаз. Именно поэтому, чтобы не перегружать нулевку, ведь этих троих засранцев тоже придётся ссаживать с кораблика на остров, я и вызвал лишь суккубу. Ничего, демонесса и сама по себе – весьма мощное оружие.

Воздух словно вздыхает и Марана во плоти проявляется на островке.

Внимательно оценивает окружающую обстановку взглядом. Её глаза, обрамленные длинными черными ресницами, горят красным внутренним огнем. В сумерках это выглядит особенно эпично. Поворачивается вокруг оси с этакой тяжеловесной грацией, взрывая дерн твердыми как алмаз копытами. В смысле, телосложение суккубы довольно изящное, и ростом она не больше меня, но могучей силой от дочери Хаоса так и веет. Когда стоишь рядом, то словно горячее дыхание преисподней подпаливает кожу.

Говорить ничего не нужно, Марана и сама весьма глазастое создание. Как обычно, она ограничивается магической сферой – чтобы усилить возможности внушения на дальней дистанции. Сфера тут же взмывает с вытянутой ладони – серебристый шар десяти сантиметров в диаметре испускает едва заметное голубое сияние. Миндалевидные глаза суккубы сужаются, превращаясь в прицел.

Я не мешаю, просто стою рядом и наблюдаю.

Марана дотягивается до воришек, когда нас с ними разделяет примерно сотня метров. Расстояние приличное, но даже отсюда видно, как на болтающемся в воздушных потоках «перышке» сразу начинается переполох. Слышны отголоски перебранки, затем паруса вздрагивают, кораблик меняет курс и правит на остров. Наживка сработала, невидимый крючок впился в сознание жертв.

Марана – очень специфический персонаж, главное её оружие – магия разума, а мишень, соответственно – разум противника. Каждый, на кого она воздействует, видит наиболее соблазнительный образ в соответствии с личными предпочтениями. Такая магия зачастую вовсе не наносит урона, но сковывает возможности противника, кратковременно подавляя его волю и манипулируя его желаниями. На ближней же дистанции Марана более чем сокрушительна физически. Для большинства текущих задач её способностей вполне хватает, чтобы в случае нужды принять на себя роль танка. Основного или запасного – все зависит от ситуации и от вида противников. Если встречаются какие-нибудь бездушные твари, которые её способностям не по зубам, то в таком случае приходится танком работать мне. Или мы проходим мимо. Нет у нас такой мании – непременно задолбать каждого встречного моба, не взирая на его возможности.

Похитители судна сейчас в таком угаре, что даже не пытаются причалить по правилам – ослабить паруса и сбросить скорость, довернуть в сторону, чтобы не врезаться в остров носом и не проломить левиметную обшивку «перышка». Маране самой приходится мягко остужать их пыл, и судно наконец с разбегу до половины корпуса вылетает на край острова. Паруса возмущенно хлопают и обмякают, потеряв напор устойчивых течений, корпус скрипит и вздрагивает, как живой – суденышку пришлось не сладко, но оно все же остается целым. А воришки уже спрыгивают на каменистую почву, чтобы бежать спасать свое желанное видение…

Да не тут-то было.

Они с самым ошарашенным видом стоят перед нами, не в силах выхватить оружие, ладони словно примерзают к оружию. Мне это ощущение очень даже знакомо, когда-то мы с Мараной были по разные стороны баррикад. Уже понимая, что происходит, все трое ровным счётом ничего не могут предпринять. Дело даже не в том, что снять наваждение Мараны крайне сложно без помощи со стороны – они и не хотят, их воля к сопротивлению подавлена. Просто стоят и молча пялятся на демонессу в шесть глаз.

Не могу удержаться от ухмылки. Несмотря на досадную потерю времени, ситуация забавляет. Когда наваждение спадает, а именно это сейчас и происходит, реальный облик Мараны с ходу принять получается не у всех. Многим кажется, что они видят ещё одну иллюзию, и на этот раз не только притягательную, но и жутковатую.

Впрочем, к внешности суккубы непросто привыкнуть даже тому, кто видел её неоднократно. Во-первых, на её теле, вместо кожи сплошь покрытом мелкими багрово-красными чешуйками с черными вкраплениями, нет ни клочка одежды, а это очень нехарактерно для обитающих на Небесном Архипелаге разумных существ. Лохматые гхэллы и то постоянно ходят в кожаных накидках, только самым мелким щенкам позволено щеголять в чем самка на свет произвела. Зато у Мараны есть бижутерия: ожерелье из драгоценных камней на шее, золотые браслеты на тонких запястьях и на конце хвоста перед кисточкой, серьги в остроконечных ушах. Во-вторых, несмотря на витые рога, выглядывающие чуть выше лба из иссиня-черных волос, обрамляющих треугольное лицо пышной гривой и ниспадающих на кажущиеся хрупкими плечи, несмотря на копыта и хвост с шипастой кисточкой, багровую чешую по всему телу, с острыми иглами на внешней стороне бедер, локтях и предплечьях, и острозубую улыбку от уха до уха, от суккубы даже без всякого наваждения разит такой неодолимой сексуальной притягательностью, что не обратить внимание на нее просто невозможно.

Да уж, моя Марана – очень, очень знойная… женщина.

Рассматриваю в свою очередь будущих соклановцев, пока они не сводят глаз с Мараны. В первую очередь меня привлекает девушка, что вполне понятно. Мало их тут, мало, человеческих девушек, как и самих людей. У Искры интересная внешность. По определению системы она – человек, но в мире ВИКС это понятие о-очень растяжимое. Ранилак и я, к примеру, относимся к разным ветвям человеческой расы. Похоже, что Искра тоже не имеет отношения к землянам. Черты резковаты: на круглом лице явный избыток прямых линий – нос, скулы, надбровные дуги. И при этом – большие выразительные глаза с лазурной радужкой и полные, красиво очерченные губы, того же цвета, как и глаза. Завершает перечень каре из белых волос, с необычными, отливающими серебристым металлом вкраплениями. Передние пряди подлиннее, до линии скул, на затылке совсем короткие. Мило. Одета просто, но со вкусом – крой серой кожаной куртки (явно не из дешевых), доходящей до середины бедер, выгодно подчеркивает стать ладной фигурки, на груди куртка расстегнута, открывая глубокий и мало что скрывающий вырез. Саму девушку это явно не смущает. Рукавов нет, руки обнажены до плеч. Наплечники и наручи тоже отсутствуют. Ноги обтягивают серые лосины из мягкой и эластичной на вид ткани, стопы заправлены в крепкие коричневые башмачки. Из оружия – жезл и кинжал, остальная амуниция вполне обычная. Пиромантка. Владение стихией огня. Перспективный класс. Мне бы такой боец пригодился.

Снафу Кусака – самый обычный, пиратского вида гхэлл. Зубастый, с тёмно-серой лохматой шерстью по всему телу, в обшарпанной кожаной накидке, на полголовы ниже меня и вдвое легче ввиду худосочной комплекции. Заметно, что Снафу вышел из подросткового периода всего несколько месяцев назад. Поэтому он такой хреновый рулевой – не успел толком научиться. Из оружия – два неказистого вида кинжала на поясе. Что ж, пусть рулевой он пока никакой, но мне на будущее и такой сгодится. Быть новичком не зазорно, это временный недостаток, все мы рано или поздно взрослеем, обретаем полезные навыки и прокачиваем свое искусство. Кстати, раз Снафу уже второе имя заработал – Кусака, значит, успел себя в чем-то проявить. Моим щенкам до этого пока далеко. Обычно второе имя у гхэллов определяется к 35-му уровню.

Роник все же поинтереснее своих спутников. Мне пока не доводилось разглядывать торбина вблизи. Как-то мельком видел одного из гномов в форте, издалека. Ну а теперь вот, прямо передо мной. Вместо бороды – густая щетина, что несолидно для гнома, но в остальном – типичный представитель своего вида. Даже забавно вот так видеть, как оживают шаблонные представления. Роник единственный из троицы облачен в относительно тяжелые доспехи. Он на голову ниже меня, коренастый, широкоплечий, этакий ходячий бочонок. Торс обтягивает видавшая виды кираса, правой рукой гном сжимает короткую рукоять солидного вида обоюдоострого топора, левой держит смешной щит – меньше суповой тарелки. Таким не закрываются от удара, а лишь отводят его в сторону. Впрочем, острым шишаком, что торчит в центре щита, можно неплохо заехать в зубы, если умеючи. А торбин не производит впечатление слабака.

На весь архипелаг вряд ли наберется десяток торбинов, и очень странно, что Роник затесался в такую гоп-компанию. Торбины, как и полагается, прирожденные мастера по кузнечному искусству. Как только попадают в форт, сразу там и оседают. Сперва в учениках у мастеров, а потом и сами мастерами становятся. Любой клан взял бы их с превеликим удовольствием, но торбинам нет причин искать опасных приключений на диких островах, они и без того всегда завалены работой. На Архипелаге проблем с кланами много, самих же кланов довольно мало. Драконовские налоги гхэллов, прочие притеснения… Даже у дриад и дреланов только членство в неофициальном альянсе, с него налогов не дерут. А тут прямо разрыв шаблона. Впрочем, мне не важно, по какой причине Роник не приглянулся в форте, его я готов взять прямо сейчас, без испытательного задания.

– Вы искали со мной встречи, – ровным тоном нарушаю я наконец молчание. – Разве Команч не передал вам, что делать? Так какого чёрта вы творите? Вы вообще догадываетесь, что полагается у гхэллов за кражу дорогостоящего личного имущества?

– Привет… Зубоскал, – Искра встряхивает головой, стальные пряди в её волосах в сгущающихся сумерках красиво сверкают серебряными молниями.

Очко в её пользу: девушка оправляется от наваждения Мараны раньше остальных, у магов, как известно, повышенное сопротивление к внушению. Смотрит то на меня, то на демонессу колючим, настороженным, и вполне трезвым взглядом, уже всесторонне оценив ситуацию. Лживая шкура показывает чужому взгляду на три уровня меньше – люблю, когда меня недооценивают. Легче выявить нездоровые намерения. У Мараны честный тридцатый, но эту троицу она при желании скрутит в бараний рог в мгновенье ока. Ее прошлое босса подземного логова навсегда наложило отпечаток на её мощь, как нынешнюю, так и будущую. Да и Фурия, если что, на подстраховке. Сообразив, что в плане драки ей ничего не обломится, дикоша укладывается на животе позади меня, складывает крылья и старательно делает вид, что дремлет. А Кроха так и вовсе ныкается в её гриву с головой, не желает показываться чужакам. Вот и умница.

– Лодка ведь возвращается сама, – девушка пожимает плечами, – стоило ли прилагать столько усилий для погони? Но раз так случилось, то я рада познакомиться. Мы все рады, верно, Снафу? Роник? Да придите вы в себя, олухи.

Голос у нее под стать внешности – тоже резковатый, но ясный, звучный, и тембр приятный.

– Да, да, ещё как рады, – торопливо кивает гхэлл, боязливо прижав к лохматому черепу остроконечные уши и вжав голову в плечи. Это не страх, так гхэлл по местным обычаям демонстрирует свое подчинение более старшему. В данном случае – мне.

– Радостнее некуда, – нехотя ворчит Роник, сдвигая мохнатые брови к переносице.

– Серьёзно? – я сокрушенно качаю головой, изображая начальника, по-отечески распекающего будущих подчиненных. – Вот только не надо делать вид, будто ничего особенного не происходит. Вы едва не испортили мне планы на эту ночь, это разве мелочи?

– Рва-авр, – со сконфуженным видом рычит Снафу Кусака. – Нам нужно было… Очень.

– Ну, естественно, – язвительно соглашаюсь я. – А я просто развлекаюсь, поэтому от нечего делать записываюсь в очередь на аренду плавсредства за три дня заранее.

– Кто ж знал, что эта лодка нужна тебе именно сегодня, – сожаление Искры кажется искренним. – Мы бы не тронули, кабы знали. Нам правда жаль…

– До слез, да, – хмыкаю я. – Только почему-то верится с большим трудом. Что ж, у любого поступка есть последствия. Тарп Старый выдал мне задание: узнать и сообщить ему ваши имена. Он передаст информацию страже в форт, и… Вы ещё не знакомы с островом Горбатого Великана? Тогда у вас прекрасная возможность без спешки ознакомиться с достопримечательностями левиметных рудников, так как вас засадят минимум на декаду.

Искра напряженно улыбается, не зная, что ответить. Гхэлл совсем поник, и лишь Роник смотрит воинственно. Готов принять любое наказание, но не показывать слабости? А то и драться полезет. Нравится мне этот парень. Вот только его воинственность проявляется не там, где следует.

– Слышь, Зубоскал, – ворчит гном, нехотя усмехаясь, – почему-то мне кажется, что есть другое решение проблемы. Но сразу предупреждаю – у нас мало что есть, нечем… компенсировать. Мы потому в твой клан и хотели… хотим, – поправляет себя Роник. – Слышали, что у тебя можно подзаработать. И опыт поднять быстрее. И безопасное место есть, где можно отдохнуть. Достали ночевки в блохастых поселках, никакого сервиса, даже элементарного…

– Рва-авр, сам ты дубина железная! – уныло огрызается Снафу Кусака. – Говорил же, не надо трогать эту лодку! Это ведь тебе приспичило, на наши головы!

– Ваше добро мне ни к чему, – возвращаю Ронику кривую усмешку. – А как насчёт честных ответов? Зачем вам понадобилась лодка, да ещё и пошли на падение репутации, которая и так зарабатывается весьма тяжело?

Они переглядываются, все трое. Видимо, обсуждают в групповом чате. Приходят к какому-то соглашению, Роник кивает, откашливается, и говорит за всех:

– Да чего уж скрывать, все равно не вышло. Мы на Древо Смерти намыливались попасть… Думаю, ты уже догадался, почему.

Кто бы сомневался. Лодка, направление, ночь. Забавно, ведь я сегодня намеревался сделать то же самое. Но я рассчитывал операцию долго и кропотливо, не с бухты-барахты, а ими, увы, движет ничем не подтвержденный, но упорно не желающий угасать провокационный слушок, курсирующий в среде игроков. О том, что существует возможность спровоцировать набег пожирателей на острова, не дожидаясь, когда этот набег начнется сам по себе. Типа, достаточно лишь добраться до любой ветки Древа Смерти и ступить на запретную территорию. Но это невозможно. Для живых. История с «Серым ветром» это хорошо подтверждает. Их зомби с Острова Мертвецов посещали Древо Смерти минимум три раза, чтобы отбомбиться похищенными актисами по территории Форта Бдительного, а событие с пожирателями за время этих попыток случалось лишь единожды. Но этим троим неоткуда знать о таких нюансах.

– Приспичило хапнуть побольше опыта в составе рейдов из Форта? – качаю я головой. – Это сказка. Опасная сказка, на которую ведутся многие новички. К тому для этого эвента нужно сперва добраться хотя бы до сорокового уровня, иначе вас пожиратели прикончат, даже не заметив. А ещё это очень опасно, не для вас, вы бы по-любому слились, а для Форта. Полагаете, Хорка Умный по головке вас погладит за преждевременную активацию набега пожирателей?

– Говоришь так, будто сам типа уже старожил-пятидесятник и для тебя набег – дело привычное, – иронично роняет Искра.

– Это неважно, сколько я здесь нахожусь. Источники информации у меня надежные, специально изучал вопрос. Вы ведь не думаете, что первые, кто клюнул на эту байку? Ладно, нет у меня времени на праздные разговоры. Условия остаются прежними – жду в форте завтра днем. В харчевне «Когти и Зубы». Постарайтесь больше ничего не спереть за это время. А лодку я забираю.

– Что? – возмущенно вскидывается торбин. – Какого… Не пори горячку, Зубоскал. Как нам убраться с этой «нулевки» без корабля?

– Никак. Возиться мне с вами некогда, так что сделаю ещё одно одолжение.

– Ещё одно? И какое же было первым?

– Вы ещё живы, милашки, – Марана подаётся вперед и радушно улыбается гному, а её улыбка для таких случаев – это белоснежный зубастый оскал от уха до уха. Роник слегка вздрагивает и невольно отступает на шаг, покрепче стискивая рукоять своего топорика. – Что на мой взгляд, является досадным упущением. Но это в любую секунду можно исправить. Могу заставить вас добровольно и со счастливой улыбкой прыгнуть в бездну. Нет? Тогда не испытывайте наше терпение, не перебивайте… старших.

– Наша Марана – существо с тонкой душевной организацией, – поясняю я с самым серьёзным видом. – Если за сутки никого не приголубит, то болеет и чахнет, теряет силы и волю к жизни. Лучше её не раздражать по пустякам.

– Ни за что не стала бы сердить такую красавицу, – подхватывает игру Искра, глядя на Марану уже с заметным интересом, и похоже, совсем не испытывая страха или неловкости. Быстро адаптируется. – А на этих остолопов не обращайте внимания, я им потом растолкую, что к чему.

– Слышь, Искра, а за остолопов и ответить можно. Поощрением в грудную клетку…

– Держи, – перебиваю я обидчивого гнома, кидая ему кристалл-модификатор на +45 к силе. – Отдашь Тарпу, он такие любит. Передайте ему, что лодку забирали для меня, так что я без претензий.

– Хороший расходник, – уважительно роняет торбин, сразу забыв про обиду. – Но мы всё ещё не понимаем, как…

– Не дури, – Искра оказывается более сметливой. – Так же, как они появились здесь. Эта крылатая кошка не могла притащить их обоих, маловата она для таких перелетов.

– Верно, – решив, что пора забаву заканчивать, я открываю для этой троицы временный доступ к астральной сети Цитадели Крика и киваю суккубе. – Отправь их на Весёлый.

Марана выполняет распоряжение без лишних слов. Делает шаг к незадачливым путешественникам, кладет когтистые пальцы на плечи Роника и Снафу Кусаки, а левое колено Искры обвивает хвостом. Исчезновение всей компании сопровождается едва слышным хлопком – воздух устремляется в образовавшуюся дыру. Вместо них несколько секунд спустя появляется Шустрик и его мохнатую морду прорезает радостный оскал – увидел лодку.

– Живее, парниша, нужно пошевеливаться, ночь на пороге.

Шустрик с готовностью кивает, в четыре руки сталкиваем лодку с обрыва в воздушное течение, запрыгиваем на борт. Шустрик усаживается на носовой скамье, я – на центральной, возле так называемого «весла» – полутораметровой поперечной планки, подвешенной на системе тяжей возле мачты и управляющей боковыми парусами с помощью натянутых тросов. Управление корабликом весьма схоже с работой кукольника в театре. Разве что, чтобы ворочать парусами, усилия требуются гораздо большие. Но действовать приходится весьма осторожно, система очень чуткая, недожмешь или пережмешь – и корабль собьется с курса, а то и начнет заваливаться на бок.

Трогаемся. Ветер мгновенно наполняет главный косой парус «перышка», резво толкает его вперед. Остаток дороги я намерен порулить самостоятельно, нужно прокачивать навык.

Фурия с разбегу ныряет в воздушную реку, расправляет крылья и устремляется прочь, легко обгоняя «перышко». Кроха, естественно, улетает с ней, хихикает в чате, довольно натурально передразнивая ворчливые интонации гнома: Слышь, Зуб, и чего это я такой тормоз, раз не умею летать? Пинка мне, пинка, чтобы высоко пошел, с прогнозом на ясную погоду! Крохе определенно понравился торбин, всё-таки новое лицо из ещё не исследованной ею расы.

– Маяк будем сейчас ставить, или позже? – вежливо напоминает Шустрик, намекая на наш план.

– Лучше сейчас, течения возле Огрызка неровные. Если перевернём лодку, то хотя бы будет куда сигануть для спасения.

– Обижаешь, Зуб, – молодой гхэлл бросает на меня укоризненный взгляд. – Не переверну.

– Не принимай на свой счёт, я о себе. Я тот ещё ловкач.

Шустрик сразу успокаивается, мое мнение для него всегда имеет особое значение, а я машинально поправляю щит за спиной, почему-то немного сбившийся на бок. Затем берусь покрепче за «весло», и то протестующе скрипит, сопротивляясь усилиям.

Понятно, что сейчас щит для меня – помеха, но энергозакреп прокачивается лишь под повышенной нагрузкой, поэтому приходится носить. Это ещё, можно сказать, учебный, облегченный щит, а ведь когда-нибудь дойдет до реально тяжеловесных изделий, с огромными параметрами защиты. Признаться, не люблю щиты. Этот предмет экипировки мне не подходит по стилю боя, с ним я становлюсь совсем уж каким-то тяжеловесным, неповоротливым. Но невозможно развивать одинаково ловкость и силу, а до тех пор, пока ловкости недостает, щит может выручить в сложной ситуации.

Впрочем, не о том думаю.

Самое время ещё разок хорошенько пораскинуть мыслями о том, что предстоит.

Глава 5. Подготовка к эксперименту

Передаю управление корабликом проворному Шустрику, заряжаю в слот пояса следующий астральник, он не должен пустовать. Затем забираю из подсумка последний маяк, прикидываю на глаз центр равновесия на палубе и активирую. Со страховкой лучше не затягивать.

Создан пространственный канал (12) между астральным порталом Цитадели Крика и выбранной точкой пространства

Период действия маяка: 6 суток

На самом деле за это время установлено гораздо больше 12-ти маяков. Но если маяк не продлевать новым расходником, то он исчезает, номер освобождается и используется системой вновь, а продлевать получается не всегда.

Когда выяснилось, что маяки можно устанавливать на мобильных, координатно незакрепленных объектах вроде кораблей, то я радовался как ребенок. Очень, очень полезное открытие, сулившее множество выгод и значительно повышающее шансы на спасение в критических ситуациях. Но обращаться с ним следовало аккуратно. Во-первых, не стоило лишний раз светить такой возможностью перед чужаками. Во-вторых, следовало учитывать малый срок действия (всего шесть суток вместо положенных тридцати для такого расходника) и условия применения. Так и напрашивалась мысль установить маяк на арендном корабле заранее, и не пришлось бы сейчас играть в догонялки… Увы, кораблик за это время мог разрушиться, а разбрасываться уникальными расходниками я не намерен. Специальные ингредиенты, относительно долгое время создания, не слишком большой срок существования – сколько не изготовляй, астральники всегда в дефиците.

К примеру, только для этой операции я прихватил аж три штуки, причем один как запасной – и он уже пошел в дело, куда раньше, чем планировал. Всегда должен быть запасной. Забота о безопасности должна стоять на первом месте, на мне клан и куча обязательств перед соклановцами, как нынешними, так и прежними, и у меня грандиозные планы, которые я намерен осуществить.

Само же открытие с маяком произошло случайно…

– Вождь, тут где-то недалеко стражник маячит, – перебивает мои мысли Шустрик, с легким беспокойством задрав песий нос в расцвеченное ясными огоньками звезд ночное небо.

– Нам он не опасен, – тоже поднимаю взгляд, кручу головой, не сразу замечаю на темном небесном полотне ещё более темный крылатый силуэт, размером с голубя из-за расстояния. Он примерно в полукилометре над нами, летит со стороны Древа Смерти. Отсюда варна кажется бесплотным призраком. Мы и сами скользим в пронизанной светом звезд темноте и тишине, слыша лишь ровный гул ветра, словно призраки, отдавшиеся воле течения. – Не обращай внимания. Как ты его разглядел? С твоим-то зрением… Неужто почуял?

– Ага, – зубасто ухмыляется Шустрик, пересаживаясь на носовую скамейку, когда я делаю ему знак снова передать мне управление. – И услышал. У варн очень сильный запах, да летают они отнюдь не бесшумно.

Я киваю, течение ровное, лодка послушна, как никогда, и мысли улетают в недалекое прошлое. Прекрасно помню, как после памятного разговора с Хоркой Умным и моего предположения о тайном промысле «Серого ветра» на Острове Мертвецов, лидер Форта Бдительного пришел в ярость. По его словам, мертвецов не трогали специально. До того, как остров был проклят властелином Древа Смерти, на нем находился прежний форт и его территорию защищало множество уважаемых воинов, нынче обратившихся в мертвецов. Мертвецы не могут покинуть остров, не развиваются, не накапливают сейвы, и когда сейвы заканчиваются с чередой перерождений, бывшие воины и друзья Хорки исчезают навсегда из этого мира. «Серый ветер» не просто нарушил запрет посещать Остров Мертвецов, он совершил ещё большее преступление – захватывая зомби для своих утилитарных целей, пираты ускоряли их гибель.

В общем, я отлично понимаю чувства Видящего.

Хорка объявил Антракса и всех членов «Серого ветра» своими личными врагами и накрепко закрутил гайки по всей локации. Множество регулярных маршрутов, по которым курсировали на варнах стражники небес, присматривая за порядком на территориях вблизи форта, пришлось изменить. Теперь на островах, расположенных вдоль границы зоны отчуждения, организованы дополнительные патрули – дабы не позволить пиратам добывать новые семена Древа Смерти. Возможности Хорки ограничивал лишь численный состав летунов – увы, он не резиновый. Летуны воспитываются особым классом с момента инициации щенков, поэтому из-под полы запасных вдруг не вытащить. Тем не менее, картина с патрулем уже стала привычной – летуны регулярно возникали в небе с интервалом в час-другой. Не сомневаюсь, что именно поэтому, пока я вожусь со своим кланом и решаю текущие проблемы, никого из «Серого ветра» не слышно и не видно долгое время.

«Весло» мелко дрожит, вибрирует под правой рукой, порыв ветра лениво толкает кораблик в левый бок, он как живой рыскает в сторону. Чтобы компенсировать крен и вернуть суденышко на прежний курс, приходится тут же нажать левой. Шустрик сидит на скамье спиной к движению и бдит, готовый вмешаться в управление в любой момент. Он одобрительно ворчит что-то под нос, и я подмигиваю в ответ. Умение потихоньку развивается, управление даётся полегче, я, что называется, нутром начинаю чувствовать кораблик, как маунта под седлом.

В Архивах Форта Бдительного пришлось провести изрядное количество времени за изучением всей имеющейся информации о Древе Смерти, попутно прокачивая Начертателя, чтобы появилась возможность овладения более сложными рецептами для Изобретателя. Учитывая, что по большей части нужная информация просто дублируется из источника в источник (юные летописцы тренируются на копировании книг), полезного нашлось не так уж и много.

Энтузиасты-экспериментаторы по-разному пробовали добраться до Древа. Были и отряды, и одиночки. Были бойцы всех известных в локации классов, в том числе крайне редкие здесь лекари и шаманы. Ничего не помогало – ни зелья, выпиваемые ведрами, ни непрерывное вливание исцеляющих заклинаний, до надрыва и, образно говоря, потери сейва от перенапряжения. Древо Смерти невозможно атаковать, системно игрокам разрешено лишь отражать набеги пожирателей – плодовитого народца, который Древо неустанно размножает для борьбы с живыми и посылает волны безжалостных убийц на острова.

Изучив всю доступную мне информацию о чужих неудачах, я только утвердился в мыслях о необходимости собственной попытки. Иногда я бываю чертовски упрям. Для меня давно уже не секрет, что уникальные, эпические и легендарные квесты – то есть лучшее из того, что можно получить, здесь не выдаются за здорово живешь. А ведь только благодаря таким квестам возможен быстрый рост – не за годы игровой жизни, а за месяцы, а то и дни. Но такие квесты нужно добывать самому. Никто не побывал на Древе, кроме зомби Горада? Значит, я буду первым, а возможности у меня имеются, уникальные возможности – благодаря астральным маякам и навыку Ключника. Глупо не воспользоваться таким преимуществом, не просто же так оно мне дано.

Кое-какими сведениями поделился и Хорка Умный.

В свете требующей решения проблемы возможности Антракса, лидера «Серого ветра», и Хорки Умного, Видящего Форта Бдительного, разнятся лишь в одном: у Антракса, благодаря его уникальному магу Гораду, имеются подопытные зомби с острова Мертвецов, а у Хорки их нет. Именно в этом факте кроется ответ, почему Антракс может добывать семена Древа Смерти для атаки на форт, а Хорка лишь мечтает их достать, чтобы отплатить Антраксу той же монетой. Сперва Видящий намерен уничтожить Остров Мертвецов, чтобы освободить застрявших в смертной реальности игроков, а затем, в долгосрочной перспективе, уничтожить базу «Серого ветра», расположенную…

Неизвестно где.

Следующая из первоочередных задач на ближайшее будущее – найти базу «Серого ветра». Но в первую очередь мне нужно попасть на Древо Смерти:

Тайная служба-2

Заказчик: Хорка Умный

Тип задания: уникальное, многоэтапное

Описание: после подтверждение причастности «Серого ветра» к нападению на Форт Бдительный, Хорка Умный жаждет возмездия. Необходимо найти способ добыть Семена Древа Смерти для последующего уничтожения Острова Мертвецов. Ликвидация источника зомби-рабов приведет к ослаблению позиций «Серого ветра» и сделает их уязвимыми

Срок выполнения задания: не определен

Награда: на усмотрение Видящего

Штраф в случае провала миссии: на усмотрение Видящего

Но вернемся к нашим баранам.

Хорка, ещё не зная о зомби Горада, но зная, что «Серый ветер» как-то добывает семена актиса, без дела не сидел и перепробовал все средства передвижения с самыми различными комплектациями команд. Все попытки закончились печально. Как я уже говорил, сколько лекарей не бери – не поможет.

Камень преткновения при приближении к Древу Смерти – Аура Смертного Истощения. Именно эта аура создаёт свободную от островов зону отчуждения, так как отталкивает или уничтожает любые объекты, на которых присутствует жизнь. Аура Смертного Истощения пробивает любую защиту, и каждая секунда сбривает по проценту здоровья, энергии и тонуса, то есть наносится тотальный урон. Не имеет значения, насколько силен и опытен игрок. Не имеют значения его уровень и способности. Древо Смерти – слишком могучее явление, чтобы обращать внимание на такие мелочи. А это в свою очередь означает, что путь от точки, где начинается зона отчуждения, до ветви древа, должен занять гораздо меньше минуты при самом удачном раскладе – быстрая лодка, умелый рулевой, попутный ветер. Ещё точнее, отрезок в два километра нужно преодолеть за 50 секунд – чтобы хоть что-то успеть сделать на самой ветви, так как с падением здоровья до 50% начинаются серьёзные проблемы, а на 30% игрока уже ждет кома, а затем и смерть. Простейший математический расчёт выдаёт необходимую для подобного броска скорость в 40 м/с, или 140 с лишним км/ч. Такой скорости не развивает ни один из местных кораблей.

Без шансов. Для живых.

Есть ещё один досадный нюанс. Обычно при негативном воздействии любой из стихий у игрока возникает характеристика соответствующего сопротивления, и чем чаще это воздействие, тем быстрее сопротивление прокачивается. Например, Болевой порог (30%) – сопротивление к боли, Закалка (11%) – сопротивление к холоду, Антидот (6%) – стойкость к ядам, и так далее. С Аурой Истощения все не так. Дебафф по логике относится к стихии Смерти, и соответствующая характеристика у меня есть ещё с участия в первом рейде против пожирателей (Смерти вопреки – 1%), но Ауре на это начхать. Это сопротивление не только не прокачивается, сколько об Ауру не убивайся, но и полностью игнорируется то, что уже имеется. Этакая глобальная хрень.

Именно поэтому «Серый ветер» пока вне конкуренции.

По всей видимости, Древо Смерти считает любого зомби «своим», раз позволяет мертвяку гулять по его ветвям, как и у себя «дома» – на Острове Мертвых. Но прежде чем попасть на Древо, зомби тоже нужно как-то туда доставить. Как? Живым существам на Древо доступа нет, значит посылка с летающим маунтом, вроде варн у стражников, сразу отпадает, маунт сдохнет на полпути. Мертвяков в питомцах не держат ни аборигены, ни пришлые, здесь вообще с некромантией туго. Следующее и единственно логичное предположение – посадить зомби на все тот же корабль и запустить в сторону Древа. Игрок, превращенный в зомби, своей воли не имеет, но достаточно разумен, чтобы выполнить такую задачку, особенно под прямым управлением магией разума подчинившего его мага. Само собой, сообразительные пираты наверняка используют самые легкие корабли типа «перо», только такие кораблики не требуют дополнительной тягловой силы в виде варн и легко управляются силами одиночки. И у меня, с учетом собственных уникальных возможностей, возникли кое-какие интересные идеи о способах добраться до Древа без мертвяков в качестве исполнителя.

Каюсь, первый раз я все же попытался добраться самостоятельно, понадеявшись на крылья и мощь Фурии, и на ауру Астральной чистоты Крохи. Одолженная мне в режиме Родство душ, эта аура по идее должна снимать любые негативные эффекты. Естественно, Зик, Там Ина, Ранилак, Михонариум – все хором предупреждали, что ничего не выйдет, аура Древа слишком мощна и опасна, но очень уж хотелось добраться до кончика ветки побыстрее. Именно там по сведениям Хорки и находятся свежие семена Древа, годные для пробуждения и преобразования в актис, приманку для исполинов из бездны – дегустаторов. Казалось бы, руку протянуть, Древо словно дразнит…

Только где такую руку взять, длиной в два километра.

Мы с Фурией успели преодолеть всего пару сотен метров, после чего развернулись и едва унесли ноги, рухнув на край острова в полнейшем физическом истощении, практически на грани смерти. Крохе с Там Иной пришлось откачивать нас лечебными средствами. Зато я получил бесценный личный опыт. Узнал на своей шкуре, что такое Аура Смертного Истощения, и какие у нее последствия. Любые знания пригодятся для реализации Плана.

Второй раз для попытки было использовано «перо», арендованное ещё в самом начале обучения Шустрика, и к подготовке мы подошли более основательно. Я ведь не просто так определил Шустрика в ловца ветра, а Пятнышко в хозяина зверей (дрессировщика). Дело в том, что эти два местных класса хорошо работают в связке. Особенности хозяина зверей: основное оружие – парные топорики (ближний бой + броски). Упор на ловкость. Вспомогательное – кинжал. Профессиональное оружие – боло, общие способности класса – выслеживание зверей, установка ловушек, первый профессиональный навык – Плен: захват животных без вреда для их жизни (время действия ловушки на втором ранге – 20 секунд, с возможностью повторного захвата той же цели на 10 сек). Чтобы получить этот класс без лишней волокиты, Хорке пришлось замолвить словечко дрессировщику форта – Воргу Вялому.

Понятное дело, на ранних этапах способности обоих щенков невелики, но несложно заглянуть в их будущее. К тому моменту, когда ловец ветра достигает мастерства вождения средних кораблей, требующих дополнительной тягловой силы, дрессировщик уже умеет обучать тягловых зверей индивидуально, для конкретного корабля. Нам в клане собственный корабль не помешает. Юный загонщик для нашего эксперимента взял в плен парочку корнеедов – не слишком агрессивных, но достаточно упитанных тварюшек, смахивающих на кротов со змеиной кожей, каждый размером с небольшую овцу. Их понадежнее спеленали путами и погрузили на борт, чтобы в острый момент воспользоваться Душеловом для подпитки жизненной силы… На островах вообще многих животных используют для неполного приручения – в качестве домашних животных. До статуса питомцев они не дотягивают, такие животные просто идут в пищу. А те, что поопаснее, отправляются в бойцовскую яму, отдают свои жизни за ставки хозяев…

Увы. Подпитка не помогла, воздействие Древа оказалось куда мощнее, а поворачивать было уже слишком поздно – я слишком увлекся целью и желанием, миновал точку невозвращения…

Иногда отчаяние обостряет сообразительность. Терять было уже нечего, спасать меня было некому, а внизу терпеливо ждала коварная Белая Мгла. И как-то так получилось, что уже почти не соображая от слабости и утекающей сквозь пальцы жизни, я попытался использовать приготовленный для размещения на ветке Древа расходник астрального маяка прямо на кораблике… И чудо свершилось – система это допустила. Буквально в последние секунды перед впадением в кому мне удалось выскользнуть из лап смерти и прыгнуть прямо в осколок реальности, где восстановление жизни и энергии значительно ускорено.

Именно тогда и родилась новая, более сложная идея для следующего эксперимента.

Но навалились текущие дела, задания на островах, добыча опыта и ресурсов, развитие цитадели и обустройство новеньких, налаживание контактов как с местными кланами, так и с местными жителями для плодотворного сотрудничества… Да много всего. Кроме того, нужно было лично курировать обучение Шустрика у Тарпа Старого. Все это меня полностью поглотило и только сейчас я выкроил время для продолжения эпопеи. И то лишь потому, что Хорка, хотя и не торопил меня прямо, по разным косвенным признакам начал проявлять недовольство промедлением.

В общем, это уже моя третья попытка добраться до Древа Смерти. И она должна стать успешной, иначе кто-то рано или поздно просечет, чем мы тут занимаемся, если мы и дальше регулярно будем маячить на крайних к Древу островах, возле зоны отчуждения. И тогда достижение за первое живое существо, шагнувшее на Древо Смерти (а оно обязательно будет значительным, вкусным и профитным), достанется кому-то другому, а не мне и моему клану.

Но если и сейчас не получится… То придется идти на поклон к «Серому ветру» и выступать в роли просителя, вести двойную игру. Вернее, уже тройную, так как с Хоркой я не до конца откровенен в своих планах. Союз наш полезен обоим, но мне его выгода до конца не ясна, хотя кое-какие мысли на этот счёт уже созрели. Надо будет ещё разок выловить Михонариума и заставить его ответить на щекотливые вопросы. Но хитрый эльф снова куда-то пропал, а Хорка на вопрос о его местонахождении лишь ухмыляется. Похоже, эльф выполняет для Видящего тайную работенку.

Всплывшее системное сообщение невольно заставило улыбнуться:

Выполнено задание: Дружеская услуга

Награда: (изменено): повышение репутации с Тарпом Старым: + 500 (доверие, 1300/40000)

Кто бы сомневался – 500 обещанных стимулов старый скупердяй зажал, раз никого наказывать не пришлось…

– Босс, это не стражник! – Встревоженное сообщение Крохи прилетает по клан-чату. – Варна дикая! Берегись!

Шустрик понятливо перехватывает управление, задираю голову и ловлю взглядом цель, отмеченную Крохой красной точкой на мини-карте. Встряхиваю кисти рук, немного затекшие от усилий с «веслом». Вот она, гостья незваная. До варны две сотни метров, и она совершенно точно нас засекла, несмотря на темноту… ещё бы не засечь – на фоне белесого облачного слоя под днищем темный силуэт нашей лодки как на ладони. Фурия, часто работая крыльями, уже разворачивается к нам по крутой дуге, но мои питомцы слишком увлеклись, они далеко и им не успеть, а хищник явно сагрился на лодку.

– Спокойно, парень, – ободряюще говорю Шустрику, у которого от испуга глаза лезут из орбит, а руки начинают дрожать на тяжах, передавая эту дрожь парусам. Сейчас его жжет нестерпимое желание схватиться за арбалет, да лапы заняты. Ему очень не хочется погибать, опыта с жертвенным возрождением хватило за край. Кстати, отличительная черта у всех, кто через это прошел – повышенный страх смерти. Та ещё проблема. Все оказалось куда неприятнее, чем я думал…

Варна стремительно приближается. Серо-зеленая шкура, широкие кожистые крылья, питонья башка с зубастой пастью на гибкой змеиной шее – зверь смахивает на тощего, измученного последней степенью голодания дракона, и несется к нам, как пикирующий истребитель. Коронный удар Рвущий укус моментально превратит любого игрока в кровавый фарш, стоит только подставиться. Видеть эту зверюгу в ночное время вдали от гнездовий довольно странно. Наверное, не успела добраться домой засветло и так захотелось жрать, что готова расшибиться о корабль, лишь бы схватить жертву. Крылья варны вибрируют, режут набегающие потоки воздуха словно гигантскими клинками, оставляя за собой заметные волны колебаний, слышен нарастающий свист. Оскаленная башка нацелена прямо на меня…

Жутенько, но делаю лицо кирпичом, ведь на меня доверчиво смотрит Шустрик, а какой пример я ему подам, если проявлю страх?

– Шустрик, держи себя в руках, – спокойным тоном бросаю «падавану». – Ты знаешь, что делать.

– Как скажешь, Зуб.

– Готов? Давай!

Я не встаю, нет необходимости нарушать равновесие лодки, просто вскидываю руку и достаю варну Плетью боли с пятидесяти метров. Тут же следует резкий маневр уклонения, боковые паруса, вздымаясь справа и опускаясь слева, протестующе скрипят от нагрузки, Шустрик уверенно уводит лодку в сторону.

Естественно, я не промахиваюсь. Уровень варны для меня уже невысок, поэтому шанс попадания приличный. «Недодракон» вздрагивает, испускает душераздирающий вопль и шумно проносится мимо. Лодку ощутимо толкает в бок воздушная волна и Шустрику снова приходится бороться с управлением, чтобы выровнять движение. Хмыкаю. Плеть боли прокнула, и дополнительно, кроме трехсекундного паралича и Метки еретика, навесила на зверя Фантомную боль – дезориентация, ослабление способностей… Гарантированный трындец.

Секунд десять спустя прилетает сообщение:

Варна жесткокрылая (41) уничтожена!

Получен опыт: 31200

Текущее значение опыта…

Контроль популяции: варны

Прогресс: 43/50

Награда: 10% опыта от текущего уровня, 1 очко умений

Бой закончен. Печать Алана Тёмного, серебристой паутиной растёкшаяся по лицу, молчит, опасности не было. Трофеи достанутся бездне, но сейчас меня это не волнует, есть дела поважнее. Шустрик тоже ухмыляется с донельзя довольным видом, его уже отпустило. Так как щенок со мной в группе, то счётчик контроля популяции срабатывает и у него. На Череп Властелина мы наведываемся всей оравой регулярно, там этих варн полно, но на земле сражаться с ними куда сложнее. В гнездовьях всегда стая на стреме, часто приходиться уносить ноги. Так что сейчас, можно сказать, мне с Шустриком мимолетно улыбнулась удача.

– Зачет, босс, – хихикает в клан-чат Кроха и разворачивает Фурию на прежний курс. Дикоша глухо рычит, недовольная, что драчка прошла мимо нее.

Спустя несколько минут мы прибываем к нужной точке Огрызка.

Парочка связанных бревен торчат из края острова над бездной указующим перстом, с помощью кольев и камней их концы надежно закреплены в каменистой почве. Бросаю конец каната Пятнышку, как только тот выныривает из темноты возле кустарного причала. Зик и Там Ина тоже недалеко, присматривают за безопасностью острова. Но лодка наконец доставлена на точку старта и в этом больше нет необходимости.

Дальше дело будет проходить так: километр, оставшийся до зоны отчуждения, оставляем для разгона. Для дополнительной тяги запряжем Фурию, это уже испытано на практике. Затем главное – подхватить нужный поток ветра. После вхождения в зону отчуждения, когда нас примется грызть Аура Смертного Истощения, мы с Шустриком каждые двадцать секунд будем сменять друг друга у «весла», прыгая на отхил в осколок реальности. Увы, рулевых только двое, так что вся тяжесть операции ляжет на наши плечи. Там Ина и Кроха к этому моменту тоже будут сидеть в Цитадели и вливать в нас отхил:

Круг жизни

Регенерация жизни и энергии в зоне активации эффекта ускорена на 25%

Длительность эффекта 30 минут

Откат 2 часа

Для применения необходим кристалл сущности (5% эффективности за каждый ранг)

Источник жизни (вне рангов)

Лечебное умение

Как талисман клана, фейри способна создавать с помощью кристалла сущности целительный источник, который вытягивает энергию из прилегающей местности и передаёт её живым существам, ускоряя процесс регенерации жизни.

Эффективность: пятикратное ускорение регенерации

Действие источника длится две с половиной минуты

Отличная штука, но умение перезаряжается 25 минут, так что успеем применить лишь раз.

Также Кроха с помощью Духовной связи подключит Родство душ /Астральная подзарядка, но, увы, только для меня, Шустрику обломится. Из игры он выйдет раньше меня в любом случае – кроме меня установить маяк на ветке некому.

Сама Цитадель тоже в стороне не останется: эффект умения Мой дом – моя крепостьповысит восстановление жизни и энергии на 25%, а Горячая кровь разгонит регенерацию ещё на 20%. Такой отхил для нас уже привычен: если поблизости от места ранения оказывается маяк, то грех не воспользоваться возможностями Цитадели. Вопрос, хватит ли всего этого, чтобы хоть как-то компенсировать убийственную мощь Ауры Смертного Истощения? Ладно, все предельно ясно и неоднократно оговорено, пора начинать…

Так чего же я медлю?

Умом понимаю, что пора, но внутри словно зреет некий протест. Так не хочется вновь ощутить на себе весь букет пренеприятных ощущений, который преподносит Аура смертного истощения. Мерзкая штука. Ладно, я-то потерплю ради дела, а вот щенка жаль. В прошлый раз его едва откачали, от слабости едва шевелился. Но прикажу – сделает. Причем с великой охотой. Для меня – все что угодно. И нужно все время об этом себе напоминать, чтобы не злоупотреблять его безграничной преданностью, иначе сам не замечу, как превращусь в законченного подлеца.

– Начинаем? – Нетерпеливо вклинивается в чат вкрадчивый голос Мараны, тоже дежурящей в Цитадели. – Ночь не будет длиться вечно.

По-прежнему стою как замороженный. Печать Алана холодит лицо, начинает пробуждаться. Смотрю в сторону зоны отчуждения. Там на фоне ночи из белесой бездны встает, словно черный клык, громада Древа. Три километра не помеха, чтобы разглядеть Древо Смерти даже отсюда. Истинные масштабы этого явления сложно постичь разумом. Не одному мне кажется, что макушка Древа выходит далеко за пределы атмосферы, упираясь широко развернутой розеткой из ветвей в космическую пустоту. Наверное, ветви ловят свет звезд, как солнечные батареи, на планете энергии Древу может не хватать…

– Зуб? Есть минутка? – невозмутимый голос Команча вклинивается в чат, следопыт будто услышал не произнесенную молитву и поспешил на выручку.

– Слушаю, бродяга, – я встряхиваюсь, словно пес после дождя, с радостью хватаясь за возможность ещё немного потянуть время.

– Только что накопал свежую инфу о «Сером ветре». Но если хочешь получить с нее хоть какую-то пользу, то прямо сейчас бросай все свои дела и дуй ко мне.

Никогда не пренебрегаю сигналами такого рода. Похищение лодки, нападение варны ночью, а теперь и Команч со своим предложением. Четвёртого предупреждения не требуется, и так ясно, что проводить операцию сегодня не стоит. Гладко уже ничего не получится. И как только принимаю решение все отложить, на душе становится легче, а скопившийся внутри страх отпускает.

– Выкладывай подробности.

Глава 6. Сделка

– Я сейчас рядом с парой игроков из «Серого ветра», – первые же слова Команча заставляют меня насторожиться, но не перебиваю, – причём один из них в виде трупа и осталось меньше тридцати минут для реанимации. Запасных сейвов у мертвеца нет, поэтому без помощи со стороны наступит окончательная смерть. Ты хотел навести мосты с «Серым ветром», чем тебе не повод?

Повод и в самом деле отличный. Я себе не прощу, если упущу такую возможность. Да и Хорка Умный тоже не простит, если узнает, что клювом прощелкал. Но ещё больше себе не прощу, если ломанусь на эту авантюру без выяснения обстоятельств. С «Серым ветром» ухо следует держать востро.

Все-таки восхищаюсь Команчем. Постоянно откапывает эксклюзив на ровном месте. Интересная у человека жизнь.

– Давай больше конкретики. Имена игроков, где это произошло, кто и кого прикончил, и почему, чёрт побери, понадобился именно я.

– Гарантирую, подставы нет, – Команч понимающе усмехается на иконке чата. – Прежде чем с тобой связываться, я все вокруг облазил. Чисто. Мы находимся в двадцати минутах бега до маяка на острове Череп Властелина. Так что на разговор у нас не более десяти минут. Если ты согласен помочь, то попробуем сократить разрыв. Понесем тушку убиенной на своих плечах, попеременно, тебе навстречу. Если нет…

И снова Команч молодец. Несмотря на критическую ситуацию, сразу чужака к маяку тащить не стал, предпочел узнать мое мнение.

Крохе надоедает развлекаться самостоятельно, и она заставляет приземлиться Фурию рядом. Хлопают крылья, столбом поднимается пыль – край острова лишен зелени, сказывается близость зоны отчуждения. Оказавшийся в эпицентре мини-бури Пятнышко чихает и беззлобно ворчит, от фейри они с братцем без ума, обожают её до потери памяти, так что любые выходки примут безропотно. А та и рада стараться.

– Раз вышла заминка, я сгоняю в Цитадель, да, босс? – Кроха шепчет в личный канал с такой умильной физиономией, что попробуй не отпусти – совесть замучает.

Несмотря на тягу к приключениям, без своих ненаглядных алтарей фейри долго обходиться не может, системных подтверждений ей недостаточно, всякий раз желает убедиться лично, что все в порядке. Поэтому я киваю, и Фурия гигантскими прыжками уносит Кроху в ночь, исчезая в направлении астрального маяка.

– Сама можешь пока там оставаться, а Фурию верни, – бросаю ей вдогонку.

– Будет сделано, босс!

Если когда-нибудь подрастет до подходящего для порки размера, отшлепаю за этого «босса» многократно. С превеликим удовольствием.

– Так кто там при смерти? – возвращаюсь к разговору со следопытом.

– Убивашка.

– О как. Неожиданно. Одна из девяти капитанов клана? А что же Антракс? Почему он сам не поможет своему капитану?

– Резонный вопрос, – без малейшей заминки соглашается Команч, а значит, этот момент он уже проработал. – По словам приятеля Убивашки расходники для реанимации в клане есть, причем те, что ты продавал в форте. Перекупили, вещь дефицитная. Но скорая помощь слишком далеко, никто из серых просто не успевает по времени. Поэтому приятель Уби…

– Хорош уже играть в загадки, считай, что уже морально подготовил. Имя, Команч!

– Поэтому Майло, – с нажимом поправился следопыт, – при моем скромном участии обратился к тебе. Я хоть и не состою в «Охотниках за удачей», тем не менее являюсь твоим доверенным лицом, и это известно многим.

Ну, теперь ясно, почему Команч так тянул, предпочитая сперва выдать побольше сведений, чтобы я покрепче заглотил наживку и точно не сорвался с крючка. Ещё бы.

– По-моему, ты оговорился, – ничего не могу поделать, голос сам по себе становится таким ледяным, что самому зябко. Чёрт дернул судьбу за хвост, раз именно этому типу понадобилась моя помощь. – Ты сказал Майло? Тот самый Майло Великолепный, который дважды пытался убить меня без обоснованных причин, а затем сам подох от моей руки? Или есть ещё какой-то Майло?

– А чему ты удивляешься? Скоро весь архипелаг будет знать, что только у тебя имеется неиссякаемый запас реаниматоров, так что обратиться к тебе напрямую – это стопроцентный верняк. И вообще, какая разница, Майло это или кто другой? Главное, что он из «Серого ветра».

Легко ему говорить. Впрочем, это я зря. Месяц назад капитаны из «Серого ветра» на этом самом острове забрали у Команча сейв… Мда, когда так говорю – «забрали сейв», то звучит почти нейтрально, даже как-то бездушно, но по сути это убийство. А сейчас Команч вызвался посредником, чтобы спасти одного из тех, кто причастен к тем палачам – в интересах «Охотников», между прочим. Так что следопыту сейчас не проще, чем мне, но он не жалуется. – Угу, как же. Неиссякаемый запас… Стоп. Сделай-ка вот что. Заканчивай придуриваться и просто отдай Майло свой расходник. Не хочу иметь с этим типом никаких дел.

– Эмоции, Зуб, – проницательно усмехается Команч. – Всего лишь эмоции. Ты правда не хочешь, чтобы враг стал твоим нейтральным должником? Испытываешь кайф, когда у тебя за спиной букет лишних головных болей?

Умом признаю, что он прав, как никогда. Дело есть дело, а эмоции – это для слабых духом. Но все же ехидным тоном по инерции огрызаюсь:

– Превращаешься в политика, Команч? Учишься агитировать? Говоришь мне об эмоциях, а сам скрываешь свои?

– О чем ты?

– Может, эта самая Убивашка и прикончила тебя тогда, на Черепе Властелина? И ты хочешь её спасти, чтобы было кому отомстить?

Сам знаю, что несу чушь, но я всё ещё зол на Майло, и эта злость, как только что выяснилось, ещё не перегорела. Вот и вырвалось.

По лицу Команча пробегает заметная тень. Неужто угадал в своей паранойе? Нет, все-таки чушь. Просто иногда я бываю неприятен, надо над собой поработать.

– Ну и шутник ты, Зуб. Такие фантазии ни к чему хорошему не приведут. Да продал я свой расходник, – нехотя признается следопыт. – Нечем мне спасать. Так что тебе решать, жить Убивашке, или умереть. Навсегда причем, это не шутки. Ах да, самое главное. Майло говорит, что у него есть для тебя важная информация, которую он передаст лично, и только в случае спасения своей ненаглядной.

– Зараза ты, Команч. С этого и нужно было начинать. Что расскажешь про Убивашку? Я её совсем не знаю. Они действительно с Майло пара?

– Ну… Не совсем. Учти, я лишь передаю слухи.

– Ты по ним специалист, выкладывай.

– Убивашке на Майло начхать, но тот к ней дышит неровно, если ты понимаешь, о чем я. На что-то надеется. А тут появился шанс заслужить её благодарность. Хотя вряд ли. Убивашка… Майло считает, что у нее волевой характер, но я со своей колокольни, без розовых очков, вижу ситуацию иначе. Убивашка – девушка несколько неадекватная. Я бы даже сказал, слегка не в своем уме. Имечко у нее не ради красного словца. Любит неоправданный риск, на все готова ради ежедневной дозы адреналина. Короче, на её благодарность вряд ли стоит рассчитывать. Она из тех особей, которые без тени сомнений считают, что им должен весь мир, просто за красивые глаза и за смазливую внешность, а вот сами они не должны никому. Но Майло, хоть и скрипя зубами, будет должен тебе. Он, конечно, засранец, и характер у него поганый, но слово держать умеет, этого у него не отнять. Наверное, это его единственное положительное качество.

– Это ещё как посмотреть, – я хмыкаю, давлю в себе злость, стараюсь мыслить рационально. Судя по описанию, Майло и Убивашка – два сапога пара. – Он давал слово, что найдет меня и живьем сдерет шкуру. Весь форт об этой клятве наслышан. Гхэллы из приближенных к Хорке даже ставки делают, кто кого прикончит первым при следующей встрече.

– Забей, – небрежно отмахивается Команч. – Убивашка для него важнее. Сейчас все иначе.

– А кто, кстати, пришиб Убивашку?

– Майло не говорит. Этот вопрос его сильно нервирует, так что повторять не стану, своя шкура дороже. Он вообще-то тут рядом, от злости сам не свой. Впрочем, это его привычное состояние.

– Угу, – с понимающей усмешкой соглашаюсь я. – Ему тоже весь мир что-то должен. Это ж надо такое имя взять – Майло Великолепный. Без серьёзных комплексов такое не придумаешь. Ты мне вот что скажи, дружище-следопыт. Как ты там оказался? Ты разве не в форт сегодня собирался?

– Я уж думал, что и не спросишь. – Команч редко улыбается, да и тогда его улыбка выглядит скупой, словно он скряга, накапливающий эмоции впрок. – Из-за этой твоей вербовки мне в последнее время некогда толком зарабатывать. Приходится вспоминать о старых тайниках, которые устраивал на Черепе Властелина, пока находился там безвылазно. Время от времени возвращаюсь, забираю товар для обмена в форте, надо же копить взнос на билет из этой чёртовой локи.

– Короче, заскочил к тайнику перед походом в форт? Да так удачно, что наткнулся на Майло?

– Согласен, выглядит подозрительно, но каких только совпадений не бывает. В общем, решать все равно тебе. Дашь отбой и я свалю, пусть Майло сам с телом своей зазнобы мается. Ручаюсь, что обидится крепко. Завалить его не рискну, да и лично я с ним не ссорился, так что попробую унести ноги.

Это понятно и без уточнений. Если откажусь, то подставлю самого Команча. С другой стороны, с его прокачанным инвизом уйти от Майло вряд ли будет проблемой, прибедняется следопыт.

– Последний вопрос. Убивашка точно мертва? Не маскировка?

С этой уловкой, присущей классам грабитель и убийца, я столкнулся ещё при первой стычке с группой Майло. После памятного боя, прикончив, как мне показалось, гхэлла, я гадал, почему сработала клановая Жажда крови, которая активируется в случае смерти врага, но сообщения о смерти не было. Майло тогда удалось забрать труп сообщника и удрать на пиратском «перышке», поэтому лишь значительно позднее я выяснил, в чем там было дело. Оказалось, что гхэлл использовал Мнимую смерть: при падении фрейма жизни ниже 30% игрок на час впадает в стазис – состояние, при котором внутренние процессы словно выключаются. Для противника игрок выглядит мертвее мертвого, да и система считает его условно мертвым, сбрасывает агро и дебаффы. Но на самом деле это не так. Если уловка не раскрыта и не нанесены дополнительные повреждения, ведущие к обнулению фрейма, то после выхода из стазиса жизнь восстанавливается до 50%. После чего игрок может самостоятельно поправить здоровье зельями или с помощью лекаря. Именно так Майло и спас своего сура.

– Обижаешь, – Команч укоризненно качает головой. – Проверил в первую очередь. – Стопроцентная дохлятина. Хотя даже сейчас выглядит привлекательно. Ты её видел, так что понимаешь, о чем я.

– Черствый ты человек, Команч. А насчёт видел… Вообще-то это случилось единственный раз, и разглядывать тогда эту отмороженную даму ситуация не располагала.

– Может, и черствый, зато живучий, – невозмутимо парировал Команч.

– Погоди минутку…

Благодаря выданному следопыту доступу в общий клан-чат наш разговор слышали все, так что отдельно вдаваться в объяснения не пришлось. Бурный, но короткий обмен репликами между соклановцами по внутреннему каналу, чтобы не слышал Команч, ни к чему определенному не приводит. Ранилак сразу и категорически против. После того случая с «Серым ветром» на Черепе Властелина ему везде мерещатся засады, да и кто бы на его месте не стал бы опасаться каждой тени? Зик и Там Ина пока воздерживаются от конкретного мнения, ссылаясь на недостаток данных. Алия давно самоустранилась от решения внешних вопросов, её интересует только благополучие Цитадели. Марана и Джарук категорически «за». Они здесь новички больше, чем я, в общих чертах о нашем конфликте с «Серым ветром» наслышаны, но знакомы далеко не со всеми нюансами. Чую, обоими движет вполне понятное, но все-таки примитивное желание подраться. Решение остается за мной, и тут ничего не поделаешь, обязанность такая.

– Хорошо, Команч. Кинь Майло приглашение в общий чат, хочу переговорить лично.

– Сделано.

Неприязненно щурюсь, увидев в чате выскочившую иконку с физиономией Майло, ничего не могу с собой поделать. Прошло больше месяца, а уровень Майло Великолепного все тот же – 43, да и облик не сильно изменился. На котелке пирата знакомая широкополая шляпа с белой шелковой ленточкой вдоль тульи, а вот маска в этот раз другая, неполная, и скрывает только верхнюю часть лица. Взгляд Майло в узких прорезях для глаз напряженный, подозрительный. Лицо ниже маски худощавое, даже костистое, на скулах набухли желваки. Тонкие губы любителя узких тропинок и темных дорожек кривятся в демонстративной усмешке, он не из тех, кто просит помощи, и ситуация его явно не радует. Чувствуется, что у человека серьёзные проблемы, не до выпендрежа. Менее опасным он от этого не становится, пожалуй, даже более. Даже загнанная в угол крыса бросается на обидчика, а Майло боец не из последних, и никогда не колеблется, если возникает необходимость нанести смертельный удар. По крайней мере, играет свою роль хорошо… пока не доказано обратное.

Марана, сможешь проконтролировать, насколько искренни намерения этого типа?

Чат для этого не годится. Нужен близкий контакт.

– Привет, Зубоскал. – Майло заговаривает первым, роняя реплику нехотя, через силу. – Что решил?

– Не так быстро. Кто прикончил Убивашку? Кто у тебя может висеть на хвосте?

– Горад, – это имя Майло словно выплевывает, столько ненависти в его тоне. – Это его проделки.

– С чего вдруг? Что вы не поделили?

– Все гораздо сложнее, чем тебе кажется, – нехотя цедит сквозь зубы убийца. Откровенничать и что-либо объяснять тоже не в его характере, куда милее ударить исподтишка. – Когда Хорка Умный открыл охоту на «Серый ветер», на всех, кто состоит в клане, мне и Убивашке это не понравилось. И не только мне. Многие вышли из клана. Недавно мы с Убивашкой тоже решили оставить клан. А это уже не понравилось Гораду. Он послал за нами своих псов, опасаясь, что важная информация о клане попадет в руки врагов. Правильные опасения. – Губы Майло кривит мстительная улыбка. – Теперь точно попадет. Осталось только выбрать, кому именно передать эту инфу.

Намек прозрачен, но сейчас меня волнует другое.

– Именно Горад стоит за охотой? Не Антракс?

– Так ты не знаешь, да? Забудь про Антракса. У нас тут что-то вроде дворцового переворота. Теперь в клане верховодит Горад, а у него другие понятия о справедливости и порядке. У Горада в арсенале очень мерзкие заклинания, его дебафф Трупное окоченение доконал Убивашку, когда мы уже оторвались от погони и думали, что спаслись. Эту дрянь ничем было не снять, да и зелье здоровья не справилось. Короче, Зуб. Ты её спасешь и дашь нам убежище, хотя бы временное, только на таких условиях я выдам местоположение «Серого ветра».

– И с чего вдруг такое доверие именно мне, Майло, да ещё после всех наших… разногласий?

– Логика и наблюдение, Зуб. Логика и наблюдение. Для «Серого ветра» давно не секрет, что ты с Хоркой на короткой ноге. Так что именно ты для нас с Убивашкой сейчас годишься в идеальные посредники. Кто знает, как Хорка отреагирует, если я сунусь к нему с предложением сам, вдруг его ненависть к нам слишком сильна… А через тебя – другое дело. Будешь гарантией, благодаря которой нас не казнят сразу. Да и выбора у меня нет, откровенно говоря. Не попадись твой Команч на пути, и спасать было бы некого.

Я невольно усмехаюсь. Все тайное рано или поздно всегда становится явным, не так ли? Предосторожности Хорки с клятвой о неразглашении работали недолго, но этого и следовало ожидать. Складывать дважды два умею не только я, наблюдательных и думающих в локации хватает. И это, кстати, само по себе является полезной информацией – что для «Серого ветра» наш союз с Хоркой не является тайной.

– Что-то слишком мудрено, Майло, – задумчиво ворчу я. – Сам понимаешь, веры к тебе нет, причем благодаря твоей же дерьмовой репутации. Логика и наблюдение? Чушь собачья. Пальцем в небо. Идиотом буду, если поверю в байку о твоём выходе из «Серого ветра». И чем сейчас занят Антракс? Неужели вот так просто и без последствий стерпел смену власти?

– Хватит болтовни, Зуб, – Майло буквально шипит, как рассерженный кот. – Ты поможешь или нет? Счетчик тикает. Учти, если Убивашка умрёт окончательной смертью, причем из-за твоей медлительности, ты снова станешь моим врагом. Личным врагом. Я сделаю все, чтобы усложнить жизнь как тебе, так и твоим любимчикам. А про «Серый ветер» ни ты, ни Хорка никогда не узнаете главного. Сколько он уже ищет нашу базу? Года два? Вот то-то же. И ещё столько будет искать. А может, и вечность.

Не соглашайся, – вклинивается в чат Ранилак. – Пусть катится ко всем чертям. Если Убивашка умрёт – для нас одним врагом станет меньше. Она и правда та ещё… особь, приходилось сталкиваться. А Майло, если он действительно остался без поддержки клана, мы и сами найдем, на своих условиях.

И как ты информацию из него планируешь выбивать? Пытками? Что-то я сомневаюсь, что ты на это пойдешь. На мой взгляд, лучше все сделать прямо сейчас, пока на Майло есть рычаги воздействия, чем искать его потом, когда аргументы станут неактуальны и ему уже незачем будет делиться инфой.

А Марана на что? – напоминает Ранилак. – Внушит ему любовь, она это умеет, и Майло сам расскажет все, что нам нужно, как миленький.

Она не всесильна.

На самом деле, я принял решение сразу, как только услышал об обещании Майло рассекретить базу «Серого ветра». С каждым выполненным для Хорки этапом Тайной службы я приближаюсь к исполнению собственной мечты – вернуть клан. Я не отступлю от этой мечты. Многое говорило о том, что она осуществима. Очень многое. Марана своим возрождением принесла знание о создании стационарного портала – как раз такого, который и необходим для перехода между мирами, существующими в разных временных потоках. И именно знания суккубы подтвердили мои догадки и предположения об истинном порядке вещей. Обычный астральный портал для моих целей не годился. Как Хорка и предсказывал, развернуть такой портал на планете не удалось, я пробовал. И дело не только в нехватке ранга Ключника. Астральный портал – всего лишь неустойчивый прокол в мировой ткани бытия. Для настоящих манипуляций со временем годится лишь стационарный туннель перехода, намного мощнее астрального. Только такие порталы и связывают накрепко далекие миры-планеты. Сейчас я уже не сомневался, что как только такой портал удастся развернуть, временные потоки синхронизируются. Несмотря на то, что я расстался с ними почти два месяца назад. И все суры с Лунной Радуги целыми и невредимыми вольются в новый мир. Двенадцать десятков из них, включая погибших и ждущих жертвенного возрождения – мой клан. Обещание будет выполнено, а позиции «Охотников за удачей» разом укрепятся выше всяких ожиданий, мы станем одной из самых серьёзных сил в этой локации. И после этого всякие «Серые ветры» станут нам не страшны. А значит, любой риск, приближающий этот момент, оправдан.

Ты не понимаешь, – продолжает упрямиться Ранилак. – Если за этим действительно стоит Горад, а не Антракс… Тот был по-своему человеком чести, но Горад…

Всего лишь человек. Не забывай, кто повелевает порталами. У нас всегда есть путь для отступления. И нам позарез нужна информация от Майло, чем раньше, тем лучше.

– Чего ты тянешь, Зубоскал?

Выдержка убийце изменяет все заметнее, мнимый налет превосходства с него слетает словно змеиная кожа после сезонной линьки. Сейчас в его глазах горит чистая ярость безысходности. По-человечески я его понимаю. Он пошел ва-банк, потратив драгоценное время на переговоры, и других вариантов для спасения подруги у него попросту не остается. Но я ему не нянька, а сам он далеко не ангел. Если бы заранее задумывался о последствиях разжигаемых конфликтов, тогда и люди охотнее откликались бы на призыв о помощи.

– Слушай внимательно, Майло. Никаких убежищ. Переправлю обоих порталом на остров подальше от Черепа Властелина, чтобы сбить со следа возможных преследователей, затем реанимирую Убивашку, и точка. После этого выложишь все как на духу. Если информация мне понравится, и эту информацию будет легко проверить, тогда будет для вас и другая помощь.

– Да чёрт с тобой! Нет времени торговаться! Что дальше?!

Схема взаимодействия на местности, отработанная для операции с Древом, годилась и для новой задачи, по сути изменилась лишь цель. Корректировки вношу на ходу, пока быстрым шагом добираюсь до астрального маяка на Огрызке. Ночь стоит ясная, высушенная зоной отчуждения поверхность острова слабо пылит под ногами, сухо потрескивают мертвые ветки кустов, попадая под подошвы кожаных сапог.

Как же жаль, что доставшийся с такими трудностями кораблик приходится бросить у причала, а щенков – отправить в Цитадель. Отрабатывать маневры на «перышке» в ночную пору, без присмотра старших, ни к чему, а для серьёзных схваток они пока не готовы. Не столько физически, по уровню, сколько морально – мало у них боевого опыта, безопаснее пока лапу на зверье набивать. Зато у Мараны с Джаруком боевого опыта хоть отбавляй, больше чем у Зика, Там Ины и Ранилака вместе взятых, и это несмотря на низкий уровень. В Лунной Радуге им пришлось просидеть очень долго. Весьма кстати, что им обоим уже удалось собрать по запасному сейву на нос. Парочка клановых заданий по вторжению пустотников, посещение Черепа Властелина ради Жёлтого в крапинку, несколько новых уровней – то есть все то, что даёт очки сейва, и вуаля. Тем не менее, будем действовать осмотрительно и на крайний случай есть универсальное средство – скачок через астральный маяк в Цитадель.

Вот и маяк Огрызка. Чужаки его не видят, трехметровая окружность зоны переноса подсвечивается лишь для владельца и для тех, у кого есть доступ к астральной сети Цитадели. Первыми на Череп Властелина уходят Зик с Там Иной. Им куда проще, у них с запасными сейвами проблем нет, поэтому они всегда на острие ножа любой операции.

В ожидании сигнала разбиваю виртуальную вкладку миникарты на два окна, включаю автоцентровку изображения по зеленым меткам участвующих сторон. Отсчитываю двадцать томительных секунд, наблюдая, как метки разведчиков стремительно расходятся от маяка широким углом, для большего охвата территории, а навстречу им движется метка Команча. Естественно, Майло пока не в группе, незачем ему знать о наших маневрах и численности игроков на подстраховке. В режиме рывка дрелан с дриадой способны за несколько секунд преодолевать стометровку, но их задача сейчас разведка, а не спринт, поэтому они движутся с небольшим ускорением и за отведенное время уходят лишь на пару сотен метров. Несмотря на ношу, Команч в сопровождении Майло чешет ненамного медленнее разведчиков. Несложный мысленный расчёт позволяет убедиться, что успеваем с приличным запасом, на реанимацию Убивашки остается минуты три-четыре. Дальше ждать незачем. Раз разведчики не заметили ничего подозрительного, кроме парочки спящих в кронах зонтичных деревьев вилохвостов и семейства корнегрызов в близкой к поверхности норе, значит, скорее всего ничего подозрительного и нет.

Пора.

В момент переноса окружающий мир на секунду вспыхивает радужными всполохами, затем картинка очищается, и я вижу, что Марана и Джарук, синхронно прыгнув из Цитадели, уже ждут меня на Черепе Властелина.

Мы в одной группе, поэтому в ночи для своих система выделяет наши силуэты светлой каймой. Джарук с нескрываемым удовольствием делает глубокий вдох, полной грудью втягивая запахи острова. Марана от него не отстаёт, на её лице проступает неземное блаженство, горящие красными огоньками глаза вспыхивают ярче. Все бывшие обитатели Лунной Радуги – мира, скованного вечной зимой, буквально влюблены в зелень островов Небесного Архипелага. Из-за близости к зоне отчуждения Огрызок буйными зарослями похвастаться не мог, там все чахлое и увядающее, пыль и тлен, зато здесь, на Черепе Властелина, есть где разгуляться.

Не дожидаясь команды, оба моих спутника срываются с места и уносятся в ночь. Бегу следом, и не думая отставать. Благодаря предшествующей в течение многих дней беготне по островам, связанной с заданием Заядлый путешественник, мой навык Бегун вот-вот станет четвертого ранга.

Чувствую, как за спиной на острове появляются опоздавшие – Фурия с Крохой. Они нагоняют нас быстрее, чем я успеваю их заметить. Дикоша бесшумной молнией проносится мимо и исчезает в темноте, направляемая фейри к указанным на карте координатам.

Единственное железное условие Майло по месту встречи: мы должны сойтись один на один. Он опасается засады «Охотников» не меньше, чем я – западни «Серого ветра». Вполне резонно, у нас нет причин доверять друг другу, и ему нужны пути отхода, даже если на реанимации Убивашки придется поставить крест. Ни с кем другим Майло разговаривать не станет, только со мной. Так что спутникам в конечной точке придется немного отстать, но чуть что, и они вмешаются. К тому же выбирать место – мне, и я уже знаю, как поступлю.

Мы все больше забираем вправо, отклоняясь от условной прямой, соединяющей обе наши группы. Несколько минут спустя, преодолев около пяти километров, добираемся до края острова.

Фурия уже здесь. Лежит на пузе и зевает с таким видом, словно проспала здесь всю ночь. Выразительный намек на нашу медлительность. Кроха на её загривке светится теплым янтарным огоньком. Что характерно – молча. Таинственность операции по спасению подруги Майло захватывает фейри всей душой. Нравятся моей Крохе душещипательные истории по воссоединению и спасению, даже если эти истории о потенциальных врагах, фейри – очень чувствительная натура и не может устоять от проявления сочувствия. К счастью, сам я не настолько чувствителен.

Команч с Майло уже где-то рядом, в минуте бега.

Отдаю по чату распоряжение, в ответ слышу ругань, но Майло все же следует указанию. На возражения у него просто нет времени, как я и рассчитываю. Бросаю последний взгляд на Марану с Джаруком, в молчаливом ожидании замерших поблизости. Вопросов у них нет, все обсудили по дороге. Треплю по лохматому лбу довольную вниманием Фурию, ей тоже придется пока остаться здесь. Делаю вид, что сейчас то же самое будет с Крохой, но егоза с тихим писком ускользает от моей ладони, не особо-то и возмущаясь. Игра ей нравится.

Намечаю взглядом наиболее удобные островки для короткого маршрута. Возле края Черепа Властелина нулевок поменьше, чем возле Огрызка, но вполне достаточно для предстоящей задачи. Разбегаюсь, прыгаю. Привычно поет «свисток», сопровождая полет над бездной. Ощущения от прыжков во тьме ещё острее, чем днем, внутри все привычно замирает от сладкого ужаса. Приземление, нулевка дрожит от чувствительного толчка и пытается уйти из-под ног, но меня ужей на ней нет. Со второго острова вижу силуэт Майло, он следует к координатам. Его прыжки выглядят довольно тяжеловесно – под перегрузом затрачивается вдвое больше энергии, но пока справляется, опыта ему не занимать.

Третий островок шагов сорок в диаметре, по форме почти идеальная окружность, весь заросший травой и кустами – в этом районе даже нулевки сплошь покрыты зеленью. Здесь мы, наконец, примерно в двухстах метрах от края Черепа, встречаемся лицом к лицу.

Пружинистый удар пятками в травянистую почву, быстро иду вперед и останавливаюсь в трех шагах перед беглецами. Майло с Убивашкой на руках смотрит на меня тяжелым неприязненным взглядом. Даже под призрачным светом звезд, а может быть именно поэтому, девушка выглядит жутко. Не знаю, чем там её накрыл Горад, но одним Трупным окоченением дело не обошлось. От былой красоты девушки не осталось и следа, все лицо в устрашающих кровяных язвах, язвы даже на кистях рук, и, видимо, по всему телу, просто не видно под одеждой и легкими кожаными доспехами.

– Клади на землю, Майло, чего тянешь, – ворчу я, вынимая из подсумка фиал реанимации души. – Сам, кстати, не боишься от неё заразиться?

– Не заразно, – сухо бросает пират, опускаясь на колени и довольно грубым движением укладывая девушку на спину, чуть ли не бросая. Меня это немного коробит, хотя отлично понимаю, что она сейчас ничего не чувствует. – Дебафф уже сошел.

Опускаюсь на корточки, прекращая следить за Майло. Надо быть последним кретином, чтобы нападать в такой момент, когда спаситель занят его пассией. Кладу кристалл реаниматора на грудь Убивашки, очищаю сознание от лишних мыслей, как при медитации. Окружающие звуки привычно затихают.

Активировать фиал реанимации души?

Подтверждение запускает процесс. Сквозь граненые дымчатые поверхности кристалла пробивается неяркое свечение…

Нападение происходит беззвучно.

Что-то тёмным облаком с яростной силой взрывается у меня прямо под руками, волна страшной вони бьёт в лицо. Адской болью вспыхивает Знак Алана на лице, сжигая кожу в пепел, но предупреждение уже запоздало. Окружающий мир словно выключается. Не вижу системных сообщений, едва понимаю, что происходит. Не могу пошевелиться. В затуманенном сознании мелькает лишь одна мысль: «все-таки попался»…

Затем проваливаюсь куда-то в абсолютный мрак.

Когда свет возвращается, с нарастающей паникой осознаю, что все выглядит по-другому. Я уже не на острове. Под спиной дрожит и вибрирует палуба. Судя по оснастке и площади хлопающих надо мной парусов, это «крыло», среднее по подъёмной силе судно на Архипелаге. Надо мной возвышается смутная фигура. Низкорослый, массивный тип с широкими плечами и крупным мясистым лицом, в сером кожаной балахоне, стоит рядом и рассматривает меня как коллекционного жука под витринным стеклом.

Инстинктивно дёргаюсь, но не могу пошевелиться.

Горад! Собственной персоной. Я видел его всего раз, в ту самую злополучную встречу на Черепе Властелина! Этот остров определенно для меня проклят. Дважды! В тот раз к магу некогда было присматриваться, хотя его облик уже тогда показался довольно неприятным. Сейчас же, вблизи, внешность Горада кажется ещё более отталкивающей. Лицо обтягивает бледная рыхлая кожа, водянистые, почти бесцветные глаза смотрят из глубоких впадин, толстые вывернутые губы сложены в презрительную усмешку. На скулах красуются черные татуировки, на левой – скрещённые берцовые кости, на правой – человеческий череп. Оригинал, мать его.

Горад – пятидесятник, поэтому мне не видно ничего, кроме имени. Но знаю, что по классу он – маг-угнетатель. Что за зверь такой, мало кому известно, а кому известно, те молчат. Нет второго обладателя такого класса в локации. Но судя по принудительной смене клан-лидера в «Сером ветре», возможности у Горада не из последних.

Похоже, он только что закончил меня обыскивать: в его руках вижу охапку из моих вещей – меч, щит, подсумок, пояс… Вот сволота, даже пояс забрал, с астральным расходником. Накрылся мой путь отхода. Собственного оружия у мага не вижу. Да и зачем, если я всё равно не могу пошевелиться? Более того, любые способности блокированы Мёртвой тишиной – впервые встречаюсь с таким дебаффом. Эта дрянь не наносит урона. Просто в определённой области полностью лишает всех присутствующих магических способностей. Я отрезан даже от божественных. Даже Знак Алана молчит! Глухо, ничего не могу применить. Абсолютное бессилие. Мне словно отсекли обе руки с головой в придачу.

– Не понимаешь, что происходит, верно? – тихо роняет Горад. Голос у него совершенно обычный, невыразительный, не высокий и не низкий. – Не забивай голову, всё уже решено. Ты умрёшь. Не сейчас, чуть позже. И скорее всего, навсегда. Смирись. Этого уже не избежать. Антракс тоже полагал, что у него иммунитет от смерти, и где он сейчас? Там же, где будешь и ты. Одной занозой в заднице станет меньше.

Сочтя монолог исчерпывающим, Горад неспешно удаляется из поля зрения, в сторону носовой части «крыла».

Вспышка ярости после этого откровения немного проясняет сознание.

Я не из тех, кто привык сдаваться, не исчерпав все возможности.

Верчу головой, разглядывая все вокруг, только шея и свободна. Это единственное, что удаётся. Руки и ноги намертво прикручены прочными верёвками к стальным скобам, вбитым в настил палубы определённо для этой цели и повидавшими уже не одного такого пленника, как я.

Итак, я лежу на спине, на палубе пиратского «Крыла», в шаге от фальшборта. Команда состоит целиком из гхэллов: двое бдят на скамьях на корме, глядя за борт, один стоит за катапультой какой-то особенной конструкции, ещё двое заняты управлением судна – когтистые лапы цепко удерживают центральное и вспомогательное «вёсла». Где-то впереди по курсу довольно громко хлопают крылья варны, помогающей ветру тянуть «крыло». У двух из пяти гхэллов морды знакомые. Заметив мой взгляд, Ворукс издевательски скалит все свои многочисленные зубы, ему весело. Операция по захвату вышла на славу. Гвихдо рядом с ним не отстаёт, приветственно машет мне когтистой лапой, прежде чем снова взяться за рулевое «весло».

Поворачиваю голову направо и бросаю взгляд сквозь щели в низком фальшборте. Далеко внизу среди серой взвеси облаков яркими пятнами пылают острова-нулёвки. Горит не меньше десятка, цепью вдоль края Черепа Властелина, отрезая пути для возможных преследователей – моих соклановцев. Вот один островок, теряя необходимую для удержания в воздухе массу и подъёмную силу расплавленного левимета, начинает быстро погружаться в облачную пучину, оставляя за собой густой столб из чёрного клубящегося дыма. Затем ещё один, и ещё. Словно подбитые бомбардировщики, падающие в океан.

Тот остров, где состоялась наша встреча, тоже горит. Вот он заколебался, накренился… и плавно начал уходить в Белую Мглу, оставляя за собой чёрный шлейф. Проклятье. Чего стоит все эти хваленые предосторожности, если «Серый ветер» поймал нас даже без драки…

Без драки? Но я ведь ничего не видел. Что, если драка была? Боюсь даже представить, как все это выглядело и чего стоило моим друзьям… Вот как, чёрт побери, как они сумели подкрасться так незаметно и так своевременно? Следовали за Майло хвостом, поставив на него метку?!

Спохватываюсь, мысленным усилием листаю Список Мёртвых. Отлегает от сердца, новых имен там нет, кроме имени Убивашки. Значит, она и впрямь осталась на горящем острове. Да и логи это подтверждают. Прошло всего несколько минут с момента моего захвата.

Снова поворачиваю голову налево, к Майло. Заметил его ещё при первом осмотре. Он жив и находится рядом. Растянут на спине и обездвижен, как и я. Выходит, его предало даже близкое окружение. Его верные помощники, Ворукс и Гвихдо, с которыми он наделал немало тёмных дел, те, с кем я дважды дрался на Потерянных душах, примкнули теперь к Гораду. Заполнили вакантные места и стали капитанами нового клан-лидера, хотя какие из этих отбросов капитаны…

Я давно подозревал, что в прошлую встречу с «Серым ветром» нам не просто повезло. Да, Теневое клеймо, превращающее любого врага в неофита Алана Темного, послушного воле первожреца в течении 24 часов, – штука мощная, но у Антракса вполне хватало возможностей навредить. У любого высокоуровневого игрока всегда есть что-нибудь в запасе. Антракс не стал препятствовать сознательно. Отпустил нас. То ли прислушался к моему предложению о сотрудничестве, то ли что-то ещё. Наверное, именно этот инцидент вызвал разлад в самом клане между Антраксом и его заместителем Горадом. Впрочем, не это сейчас должно меня заботить. Нужно найти способ выскользнуть из цепких лап Горада, пока он не осуществил озвученные намерения по умерщвлению меня, любимого. Как-то подобная перспектива совсем не радует.

Но как легко он с нами справился! Ни Живая броня в серьге, ни Десятина в кольце искателя не сработали, так как урон не был нанесен. Применить Абсолют вообще возможности не представилось. В момент атаки хитрый дебафф Горада просто вогнал меня в оцепенение, помутил сознание – Трупное окоченение, судя по логам. И сам же потом снял, видимо, чтобы не доконать раньше времени, как Убивашку. Теперь, когда я надежно связан, для контроля ситуации вполне хватает Мёртвой тишины, похоже, этим заклинанием обработан сам корабль.

Вынужден признать, что в одном Майло точно не солгал – в преследовании Горадом. Сейчас он такой же пленник, как и я. А значит, самое время проявить чуточку доверия для общей пользы. Мерзкое же у нас положение. Я полностью здоров, на мне ни царапины. И именно поэтому эта жуткая, абсолютная беспомощность обескураживает. Вгоняет в ярость. Вызывает панику. Нужно срочно чем-то занять ум, и я уже придумал, чем именно.

На приглашение в группу Майло отвечает не сразу, когда уже почти истекает двадцатисекундный интервал, отведенный системой для подтверждения. Но всё же принимает. И молча ждёт продолжения. В его глазах клубится такой мрак пополам с безумием, что слова для разговора стоит подбирать как никогда тщательно. В такой отчаянной ситуации в качестве союзника сгодится даже Майло.

Майло? Ты знаешь, куда Горад нас везет?

Убийца молчит. Но вопрос он слышит, чат в зоне действия Тишины работает, лишь до клана не получается достучаться. Вдруг замечаю, как ярость в глазах Майло гаснет, сменяясь смертной тоской, словно до него только сейчас доходит, что произошло. И мне становится ясно, что путь корабля ему известен. Мне позарез нужна эта информация, так как не сомневаюсь, что рано или поздно найду способ связаться с «Охотниками», они должны знать, куда направить свои силы на выручку. И ещё чувствую, несмотря на глухую скорлупу заклинания Горада, что Фурия с Крохой где-то рядом. Достаточно далеко, чтобы их не засёк маг, и достаточно близко, чтобы при удачном стечении обстоятельств прийти на помощь. Остаётся надеяться, что мои питомцы проявят благоразумие и не полезут на рожон без шансов на благополучный исход. На этот счёт я их обоих уже неоднократно инструктировал.

Майло. Послушай, ещё не всё потеряно. Нам нужно лишь освободиться.

Пират отворачивает лицо, теряя интерес к разговору, принимает расслабленный вид. Для него наш временный союз уже утратил ценность. Убивашки больше нет. Рассыпалась прахом. Окончательной смертью. Не будь бездыханной девушки у него на руках, он и не подумал бы заключить этот союз. И всё же не верю, что теперь ему наплевать даже на собственную жизнь. Может, он просто знает нечто такое, что убивает всякую надежду на благополучный исход? Мне тоже нужно это знать. Придётся рискнуть и немного раскрыть карты.

Майло. Для Убивашки тоже ещё не всё потеряно.

Отстань, – вяло откликается Майло. – Достал уже своей болтовней.

Но группу он не разрывает, и это хороший знак. Ждет, что скажу дальше.

Я смогу вернуть Убивашку, как только мы выберемся из этой переделки.

Ты что, божеством себя возомнил? – усмехается разбойник. – Не дёргайся. Капитаны Антракса тоже… дёргались. Пока Горад выводил их под корень.

Что ты знаешь про базу моего клана, Майло?

Что вас хрен найдешь. Впрочем, как и нас.

Вот именно. На своей базе я обладаю уникальными возможностями, как и вы на своей. Я не шучу, когда заявляю, что смогу вернуть Убивашку даже после потери всех сейвов. Не могу сказать большего, но тебе стоит поверить мне на слово. Наш договор всё ещё в силе. Я спасаю Убивашку, ты делишься информацией о «Сером ветре». Но сперва нам нужно отсюда выбраться. Так куда мы летим?

Сможешь вернуть?! Да неужели? А может ты от страха придумываешь небылицы?

Майло, время работает против нас. Соберись уже, хватит себя жалеть! Куда, чёрт тебя дери, мы….

Горад собирается прикончить нас там, где запасные сейвы не имеют значения, – зло перебивает Майло. – Он нашёл отличный рецепт раз и навсегда справляться со своими врагами. Со стопроцентной гарантией.

И где же это? Хватит уже темнить! Постой-ка… Неужто ты имеешь в виду…

Вижу, что и сам уже сообразил, Зубоскал? – издевательски цедит разбойник, не может сдержать своих манер даже сейчас. – Поздравляю, твоя смекалка на невиданной высоте. Да. Мы направляемся в то самое место, которое служит камнем преткновения между «Серым ветром» и «Фортом Бдительным»…

Чёртов Горад, – зубы против воли сжимаются, на скулах набухают желваки. Злость и тревога расцветают ещё более пышным цветом. Теперь я понимаю, что чувствует мой сообщник поневоле. – Так вот о чём он вещал сразу после поимки. Остров Мертвецов. Мы направляемся на Остров Мертвецов.

Майло мрачно кивает, и его следующие слова словно заколачивают последний гвоздь в крышку гроба:

Как только мы там умрём, то станем частью этого острова. Навсегда.

Глава 7. Вынужденная пауза

На какое-то время в чате воцаряется молчание.

Погружаюсь в мрачные раздумья. Понятия не имею, что делать и какие у меня вообще шансы вырваться, учитывая, что я связан, а к магии, чтобы пережечь путы, доступа нет. Заклинание, которым Горад меня вырубил, то ли из арсенала магии Разума, то ли из ветки Некромантии, то ли смесь этих двоих, что скорее всего. Я и раньше слышал, что этот загадочный маг ох как непрост, а теперь убедился в этом на горьком опыте.

Морально чувствую себя, как при ударе с разбегу о невидимую стену. Подбит влёт. Обескуражен и подавлен. Только что все было хорошо и шло по плану, и вдруг в одно мгновенье все летит к чертям. От столь резкого перехода немудрено растеряться.

А ведь уже привык, что о серьёзной опасности Алан Темный заранее предупреждает жжением Знака, но сейчас почему-то вышла промашка-опоздашка. Впрочем, это как раз понятно. Молодой божок тоже набирается опыта и его божественной чуйки хватает не всегда. Самому нужно мозг включать не забывать, не надеясь на одну лишь удачу. Правильно говорится, что не ошибается лишь тот, кто ничего не делает… Но ошибки ошибкам рознь. Ведь вся эта история с Убивашкой и Майло изначально выглядела подозрительно. Я это понимал, и всё равно допустил встречу, соблазнившись до зарезу необходимой информацией.

Легко же меня просчитали, зная, на какую наживку ловить.

Теперь, немного придя в себя и проанализировав ситуацию ещё раз, я уже не уверен, что Майло даже сейчас не ведет двойную игру, хотя его бешенство, а затем овладевшее им мрачное уныние выглядят вполне натурально. Возможно, я поторопился с предложением о воскрешении Убивашки, но хватило ума хотя бы не выдавать секрет полностью. Сейчас никому не стоит верить. Тем более – Майло.

Остаётся лишь делать вид, что мне всё ещё нужен компаньон для побега. Ведь на самом деле это так и есть. Нужно использовать любую возможность, чтобы освободиться самостоятельно, на соклановцев сейчас рассчитывать не стоит. Слишком мало у моих друзей возможностей для оперативного преследования.

Фурии в одиночку тоже недостаточно, чтобы атаковать корабль с пятидесятником на борту и командой отмороженных гхэллов, она просто погибнет без всякой пользы. А своего корабля для нападения у клана нет, да и был бы – нужно время, чтобы организовать погоню, чтобы догнать… Прыгать по маякам куда проще, чем вести между островами судно, на это требуется куда больше времени. Разве что Команч или Ранилак (они оба являются моими связными на экстренный случай) сумеют передать сообщение Хорке, и что-то предпримет он?

Нет, не успеть.

От Черепа Властелина до Острова Мертвецов около тридцати километров, с такой скоростью, какую развивает «крыло», это расстояние преодолевается минут за двадцать, а флагман Хорки должен сейчас находиться возле форта. С другой стороны, корабль не обязателен, если провести подкрепление через астральные маяки…

Нет.

Право предоставлять доступ к сети порталов дано только мне, а я сейчас от неё отрезан. Летучие стражники? Ни одного, как назло. В общем, у ребят лишь бег и прыжки со «свистками». К тому же не все расстояния можно преодолеть по прямой, между крупными островами всегда есть широкие провалы воздушных течений, которые приходится огибать окольными путями.

Плохо, что руки прикручены слишком сильно, начинают затекать. Скоро совсем перестану их чувствовать. Вон и ослабляющий дебафф уже повис – частичное онемение конечностей.

Перечитываю описание Счастливчика как мантру: любая проблема – это ещё не исследованная возможность. Зачастую залогом успеха является не столько удачное стечение обстоятельств, сколько умение верно распорядиться этими обстоятельствами. При самом неудачном развитии событий имеется высокий шанс выйти из передряги с минимальными потерями, а то и обернуть дело в свою пользу…

Вот так и следует думать даже в самой паршивой ситуации – позитивно. Так как уныние подтачивает силы и убивает даже сильных духом, стоит лишь ему поддаться. В мирах ВИКС мне уже приходилось выпутываться из куда более скверных ситуаций, чем нынешняя, справлюсь и на этот раз. Нужно верить – в своих друзей, в божественного покровителя, в собственные силы, в системные допуски, да во что угодно, но верить.

Майло? – Нарушаю молчание первым. – Нам нужно выбираться. Есть какие-нибудь идеи?

Все никак не угомонишься?

Пока жив – нет. И тебе советую.

Ты мешаешь. Когда настанет удобный момент для побега, счёт пойдёт на доли секунды. Просто будь готов, что освободишься.

Как?! Не будь идиотом! Если у тебя есть план, то им следует поделиться заранее, чтобы эти самые секунды не терять напрасно!

За идиота ответишь… Ладно. Но если ты выдашь меня Гораду, то умрёшь первым. Сейчас ты связан, да ещё под Мертвой тишиной, так что тебя никакие фокусы не спасут, даже тот, что ты выкинул со мной на Потерянных душах.

Сам виноват. На тот момент твоё приглашение на беседу к Гораду было совсем не к месту, своих проблем хватало. Стоп. Ты думаешь, что я могу сдать тебя Гораду? Сейчас? По себе, что ли, судишь, Майло? Думаю, для Горада как глава «Охотников» я куда ценнее, чем ты, так что меня он постарается убить в первую очередь. Не переоценивай свою значимость. Лучше думай о том, как вырваться, а счёты всегда свести успеем.

Слишком много слов, Зубоскал.

Вынуждаешь. Больше конкретики, Майло. Тогда будет меньше вопросов.

Да иди ты к чёрту! Короче… Могу освободиться в любой момент, но пока нельзя. Путы под заклятьем, Горад это сразу почует. Да и гхэллы наблюдают. Глянь на эти рожи – кто-то один всегда смотрит на нас, порядок такой заведён. Пока Горад на борту, без оружия и боевых умений нам не справиться ни с его командой, ни с ним самим, я хорошо знаю эту паскуду. Но этого и не нужно. Спасаться будем бегством. Островов вокруг до самого острова Мертвецов нет, «свистки» наши забрали, так что сам прикинь оставшиеся возможности.

Единственный шанс появится, когда будем причаливать к Острову Мертвецов?

Точняк. А пока лучше лежать тихо, Гораду нет смысла убивать нас раньше времени. Только смерть на Острове Мертвецов даёт гарантию, что мы больше не возникнем на его пути.

Звучит разумно. Но как именно ты освободишься, Майло?

Никто не знает всех уловок убийц, и Горад в том числе. Тебе тоже открывать не собираюсь.

Ладно, проехали. Майло, как получилось, что Горад оказался на расстоянии удара в момент нашей встречи?

Как, как… Проклятые гхэллы могут выслеживать по запаху с двух километров, но они, конечно, держались ближе, так, чтобы лишь на глаза не попадаться. В Белой Мгле находиться вне пределов видимости не так уж сложно.

Чёрт… Зря не взял на операцию своих щенков. Они бы точно учуяли «родственников». Но ответ Майло неполон, что-то он темнит.

Для любого воздействия существует конкретная дистанция, и если бы суры Горада были слишком далеко, то мои соклановцы успели бы добраться до меня раньше них…

Я облажался, это ты хотел услышать? Доволен? Горад подсадил заклинание-ловушку прямо в тело Убивашки, оно её и доконало, именно поэтому зелья не спасли. Я этого не понял сразу. Протупил. Никогда раньше с таким не сталкивался, что-то новенькое.

Ну что ж, очко в твою пользу, Майло. Не стал юлить и подтвердил мои собственные догадки.

Нам просто не повезло, – так же мрачно добавил убийца. – Таймер сработал именно тогда, когда мы встретились на нулевке. Изначально ты не был целью.

А вот на этот счёт у меня имеются веские сомнения. Не верю в такие совпадения.

Скажи-ка, Майло, а какого чёрта Горад вообще это творит? Он что, решил уничтожить всех, кто хоть раз перешел ему дорогу? У него гордость выше верхушки Древа Смерти?

Плевать ему на гордость. Он жаждет власти над локацией. И любой, кто может стать потенциальной угрозой на пути его мечты, будет уничтожен.

Это что, реально? Системно допустимо? Чтобы чужак захватил власть в локации, где правит гхэлл под жёстким контролем из столицы?

Горад убеждён, что это возможно. Для него такого аргумента достаточно, чтобы пуститься во все тяжкие. Идею ему подал Антракс, на свою голову.

По-моему, он пытается откусить больше, чем сможет проглотить. Зубы обломает. Не об меня, так об Хорку… Что на самом деле произошло с Антраксом? Неужто он в самом деле на Острове Мертвецов?

Знаю лишь, что Антракс пропал. А затем один за другим исчезли все капитаны Антракса.

Так может, они живы, и выжидают удобного момента, чтобы взяться за мятежного мага как следует?

Помолчи, Зубоскал. Задолбал вопросами. Вспомни что-нибудь приятное, что ли. Только от меня сейчас отвяжись.

Странно слышать такой совет от Майло, но все же он неплох.

Задумываюсь о насущном. Если действительно возникнет необходимость возрождать Убивашку, то как это сделать, не рассекречивая информацию о самом возрождении? Кто будет донором? Своих я точно в жертву приносить не стану. Майло? А пойдёт ли он на это, насколько ему мила погибшая девушка? И где это делать? Выбрать какой-нибудь отдаленный остров, предварительно убедившись, что чужаков на нем нет? Да, но даже будучи донором, Майло узнает слишком многое. Чёрт… И что получается, групповой жертвенный расходник, рассчитанный на шестерых, придется потратить на одного? Использовать одиночный жертвенник – это слишком сильный удар по мозгам, да и три своих сейва дарить такой странной личности, как Убивашка – идиотизм…

Мда. Все это предстоит хорошенько обдумать. Честно говоря, я ещё с последствиями прошлого группового возрождения до конца не разобрался. Но это были хорошие хлопоты, правильные, на пользу всем нам, клану и Цитадели. И надо хорошенько подумать, как быть с Майло и Убивашкой. Стоит мое необдуманное обещание такого риска?

И вообще, будет ли это «потом»?

А ведь день начинался совершенно буднично, и я никак не предполагал, что нарвусь на такие беспросветные неприятности…

Лучше и впрямь подумать о чём-то более… позитивном. Например о том, как Кроха дней десять назад едва не загубила подарок Мараны, но, к счастью, системные законы сгладили ошибку и катастрофы удалось избежать…

Может, и сейчас всё разрешится само собой?

День начинается как обычно – судя по грохоту за пологом на входе, там что-то случилось. В Цитадели теперь каждый день что-нибудь происходит, в основном по мелочам. Иногда ностальгирую по прежней тишине, царившей здесь, когда я был полновластным хозяином осколка реальности. Но это не всерьёз, конечно. Вместе всё равно веселее. И безопаснее.

Спрыгиваю с кровати, встряхиваю головой, чтобы прогнать остатки сна, быстро облачаюсь в одежду, поверху натягиваю доспехи, затягиваю пояс с оружием и амуницией, отправляю за спину Пламень. Сегодня предстоит сделать много важных дел.

Третий этаж башни по здравому предложению Ранилака временно поделён перегородками из качественно выделанных кожаных шкур на семь карманных комнатушек, словно соты – шесть по окружности, одно в центре, где находится ремесленный алтарь. Кабинет-спальня, личная оружейка, совмещенная с хранилищем для расходников, комнаты для Крохи и Фурии. Да-да, им тоже требуется уединение, загорелись примером хозяина, раз представилась возможность пофорсить. Ничего, как глава клана могу себе это позволить и не собираюсь из ложной скромности отказываться от преимуществ высокого положения. Да, ещё одна комната закреплена за Мараной, как за особо приближенной ко мне особой, но она там практически не появляется. Демонесса постоянно придумывает себе целую кучу интересных занятий на островах Архипелага и не видит смысла торчать в замкнутом пространстве. Этим она сыта ещё по Лунной Радуге, где ей приходилось обитать в тесном и замкнутом пространстве темного логова. Да и прихорашиваться Маране, как обычной девчонке, незачем – суккуба всегда в лучшем виде и желанна для всех почти без исключения.

Третий этаж второй башни точно так же поделен перегородками на соты и временно превращен в общежитие для Алии, Там Ины, Зика, Ранилака, Джарука, Пятнышка и Шустрика. Бывают они в этих комнатушках не так уж и часто, но всегда ведь приятно осознавать, что тебя по завершению ратных дел ждет личное гнездышко, где можно расслабиться и сбросить лишнее имущество.

Наши коби – Карь, Маул и Глип, работают и живут в мастерской на втором этаже той же башни. Когда их станет больше, все же придется наводить порядок и расселять, а пока разрешаю им эти вольности с проживанием где придётся. Все трое оказались скорняками, поэтому и пришлось ставить изготовление кожаных изделий на поток: подсумки, куртки, штаны, поясные ремни. Берём качеством, пользуемся у местных спросом, не говоря уже о том, что полностью удовлетворяем нужды собственного клана.

Когда заканчиваю утренний марафет, снаружи раздаётся деликатное покашливание. Ранилак почему-то постоянно тушуется, когда представляет нас с Мараной вместе. Человек с суккубой – и что в этом такого особенного, а? А ещё ему всё время мерещится, что она находится в моей комнате безвылазно. Он ошибается, на моей постели Мараны, естественно, уже нет, но память о ночных развлечениях заставляет губы растянуться в довольной ухмылке. Её всегда нет, когда я просыпаюсь. Ни разу не видел её спящей. Впрочем, и засыпающей – тоже. Демонесса заверяет, что мало нуждается во сне, но сдаётся мне, не нуждается вообще, расовая фишка.

Привычно проверяю питомцев. Судя по метке на мини-карте, Кроха сейчас находится на втором алтаре, занята делом. Фурия носится во дворе, развлекается в поочерёдные догонялки со стражами. Каким-то образом дикоша сумела научить их этой нехитрой игре. Надо бы ещё разок сделать выговор, чтобы не отрывала стражей от работы, у них этой работы край непочатый, как и обязанностей по охране осколка.

Откидываю полог, выхожу. Несмотря на перегородки комнатушек, окружающие пятачок с алтарем, света здесь достаточно: он льется из отверстия в потолке, что выводит на крышу к ячейкам энергоисточника. Да и алтарь, когда в нём протекают созидательные процессы, переливается ёлочной гирляндой, а работает он практически без перерыва. Поэтому ширмы и нужны – помогают хотя бы на время сна избавиться от беспокойной иллюминации.

Ранилак стоит спиной ко мне, возле ремесленного алтаря и делает вид, что жутко увлечен процессом, хотя ничего особенного там не происходит. Хотя нет, вру. Кое-что интересное всё-таки имеется. Оба ремесленных алтаря ни минуты не простаивают без дела уже почти четыре десятка дней и давно достигли третьего ранга развития, а сие событие ознаменовалось системными подарками.

Алтарь № 1: Починка:

Вне рангов

Ремесленное умение

Теперь в моей башне можно восстановить прочность бижутерии и заряды встроенных в них способностей. На восстановление одного заряда уходит один кристалл сущности, ранг кристалла должен соответствовать или быть выше уровня восстанавливаемой вещи. Каждый ранг криса выше уровня вещи добавляет 10% к эффективности ремонта/восстановлению зарядов. За один цикл зарядки можно восстановить шесть зарядов, по числу слотов для расходников в алтаре.

– Привет, Ранилак. Что за шум? Твой свин опять что-то перевернул?

– Стойку с доспехами в твоей оружейке, – чуть смущенно улыбается маг. – Я уже навел порядок. Не знаю, почему ему так нравится разный хлам.

В отличие от кожаной амуниции, трофейного оружия и приличных доспехов для общего пользования у нас пока мало, поэтому я держу излишки поблизости и лично выдаю тем, кому это особенно необходимо. Зато подсумков, которые коби клепают по моему личному рецепту, у нас теперь завались, это непременный элемент экипировки каждого соклановца. Благодаря покровительству и личному примеру Хорки Умного, который теперь носит один из лично изготовленных для него подсумков, из лучшей кожи, с богатой отделкой местных кузнеца и ювелира, основная масса изделий уходит на экспорт в форт Бдительный. Казалось бы, такое простое изобретение просто не могло не появиться раньше. Собственно, они и встречались, но непременным атрибутом местной жизни не являлись. Ох уж эти условности. Пока Хорка по моему наущению не провел рекламную компанию и не ввел новую моду, игроки по давно укоренившейся привычке по большей части таскали за спиной вещмешки. Теперь вещмешки, если они пустые, носят в подсумках, как и я, вынимая лишь по необходимости. А клану капают стимулы. На мой счёт, естественно. Ну ладно, ладно – на общий, клановый.

Строго смотрю на поросёнка, Ранилак держит его под мышкой. Тот сразу перестает возмущённо вырываться, смирнеет, и делает честные-пречестные глаза-пуговки. Я для него непререкаемый авторитет, так как командую его хозяином, да и некоторая душевная связь между нами осталась после возрождения.

Вот же забот у Ранилака с этим свином. Как это и бывает, хотел как лучше, а получилось… вот это существо и получилось, которое ежедневно доставляет ему хлопот. После того, как у нас появились реаниматоры, маг решился возродить в Питомнике форта своего Мохнатика. Но бесславно потерял питомца в первой же стычке при выполнении кланового задания по отражению волны пустотников. Ранилак не признаётся, но я уверен, что маг «не досмотрел» за петом сознательно. Всё ради того, чтобы кабанчик оказался в моем Списке Забвения и можно было провести операцию по перерождению. Благо мой пример с Фурией, для которой жертвой послужила варна, мозолил ему глаза и не давал покоя. В общем, когда Мохнатик откинул копытца, и для спасения достаточно было применить фиал реанимации… Ран вдруг категорически передумал. Ему пришла в голову идея привить своему питомцу что-нибудь полезное от недобитого пустотника, попавшегося в тот момент на его глаза. Например, Звездную пыль. С чего он вбил в голову, что питомец непременно получит эту способность, понятия не имею, ну да не в том суть. Просто ему уж очень приспичило усилить своего компаньона.

Не будь рядом Мараны, возможно, ничего бы и не получилось, но она эту тварь просто заворожила, а когда начался процесс перерождения, пустотник уже и без её услуг не смог бы вырваться при всем желании.

Вот теперь Ранилак и расхлебывал последствия. То ли жертва оказалась неподходящей, то ли что-то ещё, но возрождение прошло, мягко говоря… странно. Вместо крупного бойцового кабана 34 уровня, каким был пет до перерождения, маг получил нелепую и смешную зверюшку, похожую на кабана лишь отдаленно. Скорее – на крупную крысу килограмм под пять весом, с копытами, пятачком и хвостом-штопором, как у себя прежнего, и с короткой густой шерстью кричащего зеленовато-пурпурного окраса. Этакий волосатый хрюкающий огурец.

Что самое плачевное, зверёныш откатился до первого уровня. И маг теперь вынужден прокачивать его заново. Название вида питомца сменилось с панцирного кабана на астрального норогрыза, специализация с защитника на провокатора, статус редкий на уникальный. Лишь нрав питомца, по словам мага, остался таким же непоседливым. Может, поэтому он его и держал в Питомнике? Жаль, что пока ничего уникального, кроме смешного вида и неугомонного характера, мы в нём так и не разглядели.

Самое забавное – на спине норогрыза ещё и крылышки выросли, но совсем не те, о каких Ранилак мечтал: кожистые, шелковистые, как у детеныша летучей мыши, и… и такого же размера. То есть каждое с детскую ладошку. То ли на вырост, то ли неудавшаяся тупиковая мутация. Питомец даже прокачивается теперь странно, опыта от хозяина ему недостаточно, он копится, но не усваивается, пока кабанчик не нажрется специальной травы, встречающейся на островах Архипелага крайне редко. Что, естественно, является в клане предметом неиссякаемых шуток.

Ранилак чуть не поседел, пока искал способы решения этой проблемы, не знал, что уже и делать. Я даже предлагал провести возрождение ещё раз, с жертвенным зверем иного вида, той же варной, например, но маг зарекся рисковать снова. Боялся потерять пета окончательно. Да и не хотел больше над ним так издеваться, первого раза для его совести оказалось достаточно, ещё и привязался к новому облику зверька. Да все мы привязались к этому непоседе, вечно норовившему что-нибудь отчудить. «Паренёк» получился сообразительный, шалит лишь когда нет угрожающей обстановки, а в случае угрозы… прячется за спину хозяина. Да и понятно, что такой кроха сможет сделать?

Кстати, в ходе эксперимента с Мохнатиком выяснилась важная штука: при воскрешении чужого питомца рядом обязательно должен находиться реальный хозяин, иначе процесс просто не запускается. Защита системы от читерства со стороны недобросовестного Ключника.

Честно говоря, я с таким же любопытством, как и Ранилак, жду, когда норогрызику стукнет тридцатый уровень. Есть мысль отдать Ранилаку один из накопителей с опытом, который поступит с новичков, тогда он сможет часть перелить свинтусу и поднять его уровни ещё немного. Сейчас у Мохнатика уже 28, первые два десятка уровней на Архипелаге набираются со свистом, потом опыт идёт тяжелее. По отзывам опытных игроков, именно на тридцатом уровне обычно проявляются эксклюзивные способности уникальных петов. Моя фейри не в счёт, благодаря причудливому стечению множества экстремальных факторов её способности проявились куда раньше, а вот выйдет ли толк из псевдо-кабана, только системе ведомо. Пока лишь прежний стандартный набор: Визг, Наскок, Ярость, Маневрирование. При таком размере пета – всё это просто курам на смех.

– Сразу двинем в форт, или у тебя ещё какие-то дела остались? – интересуется Ранилак.

Мохнатик под его рукой нетерпеливо дёргается всем тельцем, морщит розовый пятачок. Малыш страстно, до свинячьего визга, жаждет движения и свободы, но замечает, как я свожу брови к переносице и снова превращается в послушную плюшевую игрушку.

Сегодня у нас по плану отбор кандидатов в форте, Ранилак и Марана назначены сопровождающими. На встрече будет также присутствовать Команч, собственно, он новичков и приведет. Для вербовки нам понадобятся новые расходники, которые, судя по инфе, уже созрели на втором алтаре, под неусыпным присмотром Крохи.

Выдергиваю кольцо из центрального слота алтаря № 1 и надеваю на палец:

Моя прелесть

Без ограничения по уровню

Кольцо

Тип – редкий

Материал – серебро

Прочность: 100/100

Встроенное умение Привязка:

Позволяет привязать любой предмет снаряжения или оружия к душе игрока сроком на 30 игровых суток

Затраты энергии: нет

Заряд: 10/10

Откат: сутки

Так что вопрос с зарядами окончательно решён, все мои важные вещи привязаны к душе, и в случае утраты или разрушения всегда можно будет восстановить исходник. Суточный откат умения, конечно, неприятное ограничение, но привязка окупается с лихвой, так что на мой перстень не переводятся желающие, а потому заряжать его приходится регулярно.

Ах да, я не рассказал про второй алтарь. Выданное ему системой умение сложно переоценить.

Алтарь № 2: Рецептура:

Вне рангов

Ремесленное умение

Теперь с помощью этого алтаря можно разложить незнакомый расходник на составляющие и вывести аналог рецепта для его изготовления. Если ранги изучаемого расходника и алтаря равны, то шанс получения рецепта составляет 10%. Это весьма высокий шанс. Также методом практики выведено, что шансы на изучение падают или увеличиваются вдвое, если ранг расходника выше или ниже ранга алтаря. Само собой, расходник в процессе изучения необратимо разрушается, а рецепт может получиться не совсем тем, что ожидаешь.

Именно так мы и стали обладателями рецепта-аналога для создания накопителя опыта. Идея пришла в голову непоседливой Крохе. Кристаллы души в клане всегда в дефиците, мы не специализируемся на убийстве существ разумных, это не наш путь, но без таких расходников иной раз не обойтись. Зная наверняка, что я поостерегусь портить дефицитный расходник, Кроха не стала спрашивать разрешение. Просто стащила уже готовый накопитель из слота пояса, пока я дрыхнул, и разрушила на алтаре Рецептурой. Ранг накопителя был пятый, ранг алтаря – третий, то есть шансы упали на два ранга и составили всего два с половиной процента. Но на её счастье, рецепт мы получили, так что сильно ругаться не пришлось:

Рецепт: Упрощенный накопитель опыта:

Артефакт

Позволяет накапливать опыт игрока

Первый ранг расходника способен вместить два миллиона единиц опыта, каждый последующий на 10% больше от предыдущего

Ингредиенты для изготовления: 6 кристаллов сущности одного ранга

Время изготовления: 1 час за каждый ранг

Результат: 1 накопитель опыта

Приятно, что опыт за создание этого рецепта капнул в копилку моей профессии Изобретатель. Вполне возможно, что без неё мы бы сейчас не имели и Рецептуру на алтаре. Реакция системы всегда рассчитывается исходя из текущих возможностей и запросов индивидуума.

Ещё один любопытный момент. На первый взгляд такой расходник, из кристаллов сущности, выходит значительно слабее, чем полученный из кристалла души (три с половиной миллиона за ранг против двух с процентами). Но кристаллы сущности достать намного легче, и это уже неоспоримое преимущество. А по ёмкости, если экстраполировать по имеющейся формуле, к 10 рангу оба накопителя почти сравняются. Просто придётся набраться терпения, чтобы дожить до таких ранговых высот.

На последнем совете клана мы решили их использовать в качестве стимула для предварительной вербовки. Пришлось специально потрясти Хорку насчёт запасов трехранговых крисов, чтобы было из чего штамповать дешевые накопители. Условия простые. Заинтересованному во вступление в клан кандидату выдаётся накопитель. Безвозмездно. Что с ним делать дальше – его выбор. Если прикарманивает, то второго предложения о вступлении в клан не будет, добро пожаловать в черный список. А утрата такого кристалла по благосостоянию клана не ударит совершенно, изготовляются они быстро, сырье бросовое, практически не имеющее спроса. Если кандидат возвращает кристалл с тремя миллионами опыта, то начинается второй этап вербовки: клятва у Хорки о нераспространении секретной информации и предложение отдать сейв на жертвенном алтаре.

Сегодня как раз наметилась первая тройка желающих продолжить сотрудничество с «Охотниками», ответственный день. Я даже слегка волнуюсь. Надеюсь, всё пройдет удачно. Пока не соберем запас добровольцев, нового возрождения нам не видать, и мои обязательства так и останутся лишь обязательствами. Хорка так и не отменил своего предложения в приказном порядке выделить для жертв своих «когтей», но я предпочитаю возрождать клан на собственных условиях. Да и гхэллы – не слишком подходящий материал для возрождения существ разумных из иных рас.

Быстрым шагом спускаюсь по лестнице на второй этаж, в Центр Управления. Мохнатый чертёнок следующего за мной Ранилака со сдержанным возмущением похрюкивает мне в спину. Бросаю мимолетный взгляд на плавающее в центре зала в метре над полом миниатюрное радужное солнце, с лихвой заменяющее здесь освещение. Астральный портал давно обновлен, первый из-за слабых ингредиентов проработал 18 суток, текущий рассчитан на 30. Скоро и его менять.

В остальном изменений почти нет. Разве что зал теперь регулярно вылизывается стражами до стерильной чистоты, ни грязи, ни пыли.

Возле массивного каменного стола – сервисного центра Цитадели, кроме кресла, которое про себя по привычке величаю креслом Феникса Крика, стоят ещё несколько кресел попроще, прибарахлились на днях в форте. Цитадель развивается, медленно, но неустанно. Когда поверхность столешницы начала превращаться в интерактивную карту, очень похожую на аналог карты в каюте на флагмане Хорки Умного, проводить здесь совещания стало удобно. И наглядно. Хорошо видно, на каких островах мы ещё не побывали, так как детально прорисовываются только посещённые и разведанные кланом.

– Не понимаю, как это у вас получается, – Ранилак вновь закидывает удочку на заезженную тему, в клане это такой же предмет шуток, как и декоративные крылышки Мохнатика. – Все эти шипы и чешуя…

Да, да, всем это непременно хочется понять.

– Много будешь знать, быстро состаришься и откинешь копыта. Причем раньше своего питомца, а я, так и быть, его усыновлю, – я привычно отшучиваюсь, по-прежнему не собираясь просвещать его насчёт тонкостей наших с Мараной взаимоотношений. – Знаешь что, Ран. А дуй-ка ты в форт, там и встретимся, минут через десять. Расходники заберу сам.

– Тогда я лучше заскочу на Весёлый, по-быстрому выгуляю Мохнатика.

– Не увлекайся там. Иначе на встречу придется брать только Марану, а её демонический облик не для слабонервных.

– Вот я и не понимаю, как это у вас получается, – ухмыляется Ранилак и испаряется вместе с петом прежде, чем я успеваю послать его тёмным лесом.

Марана, да.

Это действительно слишком личное и всегда останется личным. К тому же лидер должен сохранять ореол загадочной личности, это добавляет очков престижа при высоком статусе. Незачем им знать, что когда Марана приходит ко мне ночью – то это совсем другая суккуба, мало чего имеющая общего с дневной. Как два разных существа, заключенных в одном сосуде, и меняющие облик по желанию. Кстати, Ранилаку знать о ночном образе Мараны тем более не стоит, так как суккуба всегда является в образе Алии, а та всё ещё остается его близкой подругой. Такие знания будут его лишь напрасно нервировать. Последствия, так или иначе, коснулись всех участников жертвенного возрождения, но не всегда это становится заметно сразу. В случае с Мараной облик Алии стал для нее второй натурой. Человеческой частью.

Нельзя исключать, что в ночные часы меняется не Марана, а мое личное восприятие суккубы, учитывая её мощное природное обаяние и расовые особенности. Но я предпочитаю об этом не задумываться. Глупо непрошенными вопросами и ненужными сомнениями разрушать то, что между нами есть сейчас, и что меня полностью устраивает. Не испытываю ни малейшего желания подвергать эту сторону моей жизни логическому анализу. Ведь именно Марана дала мне то, что необходимо для душевного комфорта любому разумному существу – чувство, что я больше не одинок. Что теперь могу поделиться самыми сокровенными мыслями с тем, кто сумеет сохранить все в тайне.

Ладно, долой лирику.

Падаю в кресло. Бегло просматривая текущую информацию по рабочим процессам Цитадели: строительство жилой части, степень расхода энергии и износ накопителей Источников, текущий показатель опыта сверх 21 уровня самой Цитадели и так далее. Мысленно планирую дальнейший день после посещения форта. Пожалуй, если вербовка пройдет удачно, потащу новичков на Заядлого путешественника. Благодаря уникальным возможностям моей астральной сети это задание становится реально выполнимым в сжатые сроки. Заодно эта совместная акция станет хорошим закреплением знакомства новичков с кланом.

Собственно, это задание доступно всем прибывающим на Архипелаг. И у него целых три этапа.

Заядлый путешественник-1

Посетить 100 островов 1-го ранга (1% опыта за каждый остров)

Награда: +50% опыта текущего уровня

Заядлый путешественник-2

Посетить 100 островов 2 ранга (2% опыта за каждый остров)

Награда: 1 сейв или случайный уникальное навык

Заядлый путешественник-3

Посетить 100 островов 3-го ранга (5% опыта за каждый остров)

Награда: 3 сейва + случайное уникальное умение…

Два последних уровня я так и поднял. Первый этап – обскакать сотню островов первого ранга, самый простой. Для этого даже не нужна большая территория, таких островов очень много. Быстрый и дармовой опыт. Впрочем, ушло на это с перерывами на дела и отдых больше десяти дней. Но оно того стоило, быстрее поднять уровень на архипелаге обычными способами невозможно, так что все поначалу так прыгают, просто я об этом не сразу узнал.

Сейчас мы с Мараной, Джаруком, Шустриком и Пятнышком на втором этапе, причем уже недалеко от завершения – посещено восемьдесят восемь островов. Наши коби таких похождений чураются, им опыт льется рекой за работу, хлебом не корми, дай что-нибудь смастерить. Зато Зик, Там Ина, Ранилак и Алия, хотя это задание прошли ещё до моего появления на Архипелаге, с удовольствием присоединились к общему движению. Две причины: охрана новичкам не помешает, разное может случиться. Второе: очки умений. Это насущная проблема для всех без исключения. Я ставлю астральные маяки экономно, только на тех островах, где обитают звери, подпадающие под задание контроль популяции. Благодаря нашим маякам теперь возможно оперативное перемещение с острова на остров, а это значительно сокращает временные затраты при поисках.

Так и повелось. Если кто-то замечает подходящий для задания объект, то новость сразу летит в клан-чат, и мы слетаемся через ближайший маяк, как мухи на… нет, лучше как пчелы на нектар. Группой выполнять такие задания выгодней всего, счётчик трофеев крутится у каждого, не взирая на уровень и степень участия. Попутно собираем ресурсы – шкуры, кристаллы, мясо, если на это есть заказ местных, прокачиваем свои профессии. Сплошная выгода.

Именно таким образом сообща удалось закрыть с десяток контролей, получив заслуженную награду, и начать ещё пару десятков других. Вообще, контроль популяции – одно из немногих заданий, за которые тикают очки умений, а я твёрдо задался целью все-таки накопить сотню очков, чтобы двинуть Душелова на следующий ранг и получить царскую награду. Вдохновился примером Команча, только не собираюсь как он вливать весь бонус в одну характеристику.

Кстати, ходят слухи и о четвёртом этапе Заядлого путешественника, но…

Остров четвертого ранга – это Всевидящее Око, столица сектора Великой Стаи, которая находится где-то очень далеко за пределами нашей локации. Он такой единственный в своем роде. Не в том смысле, что на целой планете нет больше островов таких размеров. Сотня наверняка наберется. Или тысяча. Или… Да какая разница! Но это уже совсем другие расстояния, и совсем другие цели.

Да и кто вообще станет убивать жизнь на такие задания? Обычно игрок вырывается из заповедных локаций вроде Форта Бдительного в столичный сектор лишь для того, чтобы уйти в следующий мир, редко кого устраивает судьба аборигенов – копить опыт впрок, остановившись в развитии. Да что о четвёртом говорить, когда и третий этап уже невыполним, мифическое уникальное умение в награду так и остаётся лишь в мечтах. Почему мифическое? Давайте прикинем. В локации Форт Бдительный островов третьего ранга… ага. Аж целых семь штук. Причём в счёт идут лишь острова, которые посещаешь уже после того, как взял задание в Форте. Ну вот эти острова народ и посещает, снимая сливки в 35% опыта от уровня. А для меня Форт и Череп Властелина из задания выпадают, я уже на них побывал. Как только закончу Путешественника-2, четыре из оставшихся обязательно навещу, 20% на дороге не валяются, а вот нужно ли соваться на Остров Мертвецов – не уверен, чую, что овчинка выделки не стоит, опасный островок, риск для сейва велик.

Но все это цветочки. Заядлый путешественник – ерунда в сравнении с действительно важным заданием, которое не даёт мне покоя с того самого дня, когда в мир живых вернулась Марана. Именно этому заданию посвящены все мои мысли и надежды изо дня в день.

В благодарность за возвращение к жизни Демонесса преподнесла мне уникальный подарок. Одна из нескольких вещей, привязанных к её душе и воссозданных системой при возрождении, оказалась с сюрпризом – та самая магическая сфера. В Лунной Радуге эта вещь была утеряна, поэтому Марана обходилась без её помощи, но здесь всё восстановилось. В слоте магического шара и оказался кристалл стационарного портала. Я пытался у неё выяснить, как вообще получилось, что кристалл появился как по заказу, почему именно такой кристалл, но Марана лишь загадочно улыбалась и отмалчивалась. Какая-то тайна стоит за этим совпадением. Но сейчас мне важнее другое, а дареному коню, как говорится…

И да, как только этот кристалл оказался в моих руках, сработала системная закладка, активировав скрытое задание и тем самым подтвердив, что решение проблемы, над которой я и так постоянно ломаю голову, действительно существует! Я говорю отнюдь не о Тайной службе Хорки Умного, хотя эти задания неразрывно связаны.

Вины моей в падении Лунной Радуги не было, я по-прежнему в этом убеждён на все сто. Системные закладки на глобальные события, рано или поздно, но срабатывают всегда. Я лишь оказался катализатором этих событий. Но вину всё равно чувствую, и система, зараза такая, это учла, присвоив новому заданию красноречивое название:

Новое задание: Долг платежом красен

Тип задания: эпический

Цель: установка Радужного портала

Описание: для возвращения в мир живых членов клана «Охотники за удачей», которые сгинули в безвременье разрушенного мира, на Небесном Архипелаге необходимо найти безымянный остров не менее третьего ранга, подходящий по окружению под название Лазурные водопады

Важно: портал может установить лишь Ключник!

Награда: 500% опыта от текущего уровня, +5 сейвов, + уникальное умение, + уникальная вещь из сета Властелин Астральной Паутины

Вот такие пироги. Мне позарез нужен остров. Причем безымянный. Третьего ранга. А их тут всего семь и все давно поименованы. Думаю, дальнейшее уже понятно. Нужен чистый остров, который можно заполучить только взамен погибшего или уничтоженного. И вот на этом моменте наши с Хоркой планы, возможно, расходятся… Собственно, есть ещё тайные острова, что погружены в Белую Мглу, но не погибли окончательно, но их ещё нужно найти.

Встряхнув головой, прерываю размышления и пружинистым движением покидаю кресло.

Следующий по плану пункт для посещения – святилище Алана Тёмного. Вот туда и отправляюсь, сбегая сперва на первый этаж, где находится помещение для перезарядки стражей, а потом ещё ниже – в святилище своего божественного покровителя.

Вместо туманного сгустка в центре цилиндрического помещения давным-давно окончательно сформировалась статуя. Янтарь с клубящейся внутри тьмой. Лицо и знакомое, и незнакомое одновременно, немного похож на меня, только постарше лет этак на двадцать. Хорошо хоть черты Папаши исчезли полностью. Видимо, Алану я нравлюсь куда больше бывшего первожреца. Я ещё гадал, что случится, когда алтарь будет закончен, и случится ли что-то вообще. Так вот, ознаменовалось сие великое событие… практически, ничем не ознаменовалось. Грома и молнии не было. Появилась лишь новая системная вкладка Сила божественного покровительства со свободными слотами для приема неофитов. Шустрик и Пятнышко с большой радостью стали первыми почитателями божества. Первыми, само собой, после меня – первожреца. Марана и Джарук тоже не раздумывали.

Ладно, не буду кривить душой, кое-что новое все же появилось. Просто я подсознательно ожидал чего-то большего, вот и принижаю значимость полученного. Наверное, зря. В общем, дело обстоит так. С завершением статуи, а произошло это как раз в процессе жертвенного возрождения, система ввела два вида новых очков умений – астральные и божественные.

Астральные очки умений выдаются только за клановые задания по отражению пустотников, божественные – бонус за достижения третьего ранга в любой способности от Алана Темного. Получается, я лишь получил задним числом то, что мне и так полагалось за Плеть боли. Быстро выяснилось, что при вложении в стандартные умения астральное ОУ заменяет 5 обычных очков, а божественное закрывает сразу 25! Нет, пока я их не потратил, но если возникнет необходимость… Именно благодаря этим плюшкам мои намерения изменились, и я все-таки решил целенаправленно копить на следующий ранг Душелова, избегая прочих растрат. И на сегодняшний день, с учётом двух астральных и одного божественного, плюс прогресс четвертого ранга Душелова в 6 очков (множество заданий по контролю популяции пока в процессе), уже имею в сумме 86 очков умений. До приза осталось не так уж и много.

Ах да, сила божественного покровительства тоже нуждается в прокачке, за счёт действий неофитов, само собой, и сейчас добралась до второго ранга. С каждым рангом силы количество возможных приверженцев утраивается, а эффективность умений приверженца (любых, а не только божественных) возрастает на 5% – увеличение урона, снижение затрат энергии и времени отката. То есть в данный момент Алан Темный способен принять и поддерживать 30 суров, а бонус влияния составлял 10%. Весьма существенная прибавка.

Подмигнув Алану (на что он вполне естественно, не реагирует), прохожу мимо статуи и заглядываю в новый проем, проделанный стражами в стене зала за спиной божественного покровителя. Дело двигается. Вижу сразу трёх стражей, работающих не покладая энергетических протуберанцев. Точат и плавят камень, медленно, но упорно.

Как уже говорил, мои соклановцы размещены во второй башне временно. Стражи уже вовсю сооружают подземный комплекс жилых помещений прямо под внутренним двором Цитадели, он будет сообщаться коридорами с Колыбелью и Алтарем Алана Тёмного, чтобы можно было оперативно добираться до любой точки Цитадели. Здесь между комнатами будут уже настоящие стены, каменные, с нормальной звукоизоляцией. И нормальные двери, а не кожаные пологи.

Осколок реальности уже может себе это позволить: чем больше здесь обитает существ разумных, тем больше льется опыта за клановые задания по отражению пустотников, и, соответственно, больше опыта перепадает самому осколку. А это вызывает его материальный прирост. За последнее время полоса каменистой земли за стенами Цитадели увеличилась с двух исходных метров до тридцати. Это очень и очень существенный прирост. И даже появились первые растения, семена которых, видимо, были занесены нами через порталы.

Откуда берётся вещество? Да чёрт его знает. Есть мнение, что оно, как пылесосом, затягивается из окружающей космической пустоты самой астральной оболочкой. Или преобразуется из праха уничтоженных пустотников. Вопросом, откуда здесь берётся воздух и как восполняется, я давно не морочу себе голову, а вот увеличение территории меня весьма занимает.

Жилой этаж рассчитан на тридцать мест, когда они заполнятся, стражи возьмутся за сооружение следующего подземного этажа. На всех хватит. Почти на всех. Из возрождённых в Цитадели нет только Чупы. На этой мысли на меня неизменно накатывает грусть. С ней получилось… сложно. Она дольше всех приходила в себя после воскрешения. Или дольше всех делала вид, что приходит в себя, пытаясь определить своё место в нашем клане и в этом мире.

Хотя доверие к себе низуши основательно подорвали своими действиями против меня и человеческой диаспоры в Лунной Радуге, я не держал зла лично на Чупу, она-то как раз самая безобидная личность из той хитрозадой компании. Мила, улыбчива, добродушна, немногословна. По крайней мере такой она была в Лунной Радуге. Старая пословица, что друзей нужно держать близко, а врагов ещё ближе, к ней не относилась. Нет, Чупа не враг. Но и другом её называть пока нет веских причин. Тем более что, оставшись без своих, Чупа словно потерялась и держалась отчужденно.

Щекотливую ситуацию разрешил Хорка Умный. Узнав о том, что расовый бонус низуши – сверхострое зрение, круче, чем у эльфа Михонариума, Видящий принял девушку с распростертыми лапами и назначил впередсмотрящим на свой флагман.

Возможно, я ошибся и Чупу стоило приблизить к клану. Сейчас на неё не оказывает дурное влияние её прошлая компания, а сама по себе она вполне порядочная личность. Но увы, дело сделано. Чупа приняла мой выбор молча, ни слова возражения, но не могу забыть взгляд, который она кинула на меня при уходе. На Архипелаге все, кого она знает по прошлому, оставались в «Охотниках». Всё равно что выгнать из семьи. Предать. За чужую провинность. Теперь вот страдаю из-за этого поступка, не могу избавиться от угрызений совести.

А, чёрт, опять расстроился, вот зачем было ворошить это в памяти!

Так, пора помедитировать и отправляться в форт…

Оборачиваюсь и вижу Алию, девушка сидит на ступеньках винтовой каменной лестницы с таким видом, словно находится здесь уже веки-вечные. Легка на помине. Пробралась как мышка. Я всегда рад её видеть, и не только потому, что Марана в её образе…

Усилием воли обрываю мысль и заставляю себя выглядеть скромнее, нет причин улыбаться до ушей, это всё-таки не суккуба, а подруга Ранилака. Признаться, иной раз в повседневной суете среди дел и забот я забываюсь с настоящей Алией, заговариваю с ней как с Мараной, на наши общие темы, понятные только нам двоим, но спохватываюсь и свожу всё в шутку. Однако, всё чаще ловлю на себе её недоумённый и задумчивый взгляд.

– Привет, Алия. Решилась? Могу приобщить к вере прямо сейчас. – Киваю на статую Алана Тёмного, который со своей трёхметровой высоты испытующе смотрит в её сторону. Давно оттягивал этот разговор, но Алия уже слишком долго мается в осколке как неприкаянная, изредка выбираясь во внешний мир в составе группы лишь на контроль популяции. Может, посвящение в неофиты Алана Темного её встряхнет?

– Почти, – кивает девушка со слабой улыбкой.

– И что тебя останавливает? Преимущества налицо, а если ты все же усомнишься в своём выборе, то после 50 уровня божество можно выбрать иное.

– Да знаю я, знаю не хуже тебя, – с легкой досадой отмахивается девушка. – Но Джива, образ которой всё ещё витает над этим алтарем, по описанию и облику нравится мне куда больше. Кто знает, может Кроха, как неофитка, когда-нибудь всё-таки призовет свою богиню? Сам ведь понимаешь, выбор божества – дело серьёзное. На мой взгляд, возможность смены покровителя не упрощает, а усложняет задачу. Ведь все прежние достижения с брошенным божеством будут утеряны. А я не люблю напрасного труда, и не люблю разочаровывать кого бы то ни было. Тем более – божественную сущность. Это может плохо отразиться на моём будущем.

– Так тебя смущает, что Алан – тёмное божество?

– Нет, это как раз не смущает. Никакой он не тёмный. Пусть его способности, которые он тебе даёт, и привязаны к боли и теням, но это ещё ничего не значит. Несмотря на всё это, ты ведь тёмным не являешься, твои поступки говорят за тебя лучше любых слов и заверений… Я, собственно, зачем пришла. Скажи-ка, Зуб, ты уже беседовал с Хоркой о Радужном портале?

Тьфу ты. Попытка вызвать Алию на откровенный разговор возвращается ко мне бумерангом. Улыбаться мне уже не хочется, так как эту тему я пока поднимать не хочу.

– Пока нет, – неохотно признаю я. – Не знаю, как он к этому отнесётся. Позволит ли установить такой портал, даже если я добуду семена Древа Смерти и уничтожу Остров Мертвецов. Новый остров, который появится из Мглы на смену прежнего, нужен Хорке самому, он это специально подчеркнул при нашем последнем разговоре. Ему необходимо обновить местоположение форта, так как старый, благодаря диверсиям «Серого ветра», давно уже не считается надёжным.

– Мой тебе совет – поговори с ним, – проникновенным тоном убеждает Алия. – Я верю, что у тебя получится добраться до Древа. Твои возможности выходят за рамки возможностей обычных игроков. Но это не означает, что ты должен идти наперекор намерениям Хорки Умного. Он всё ещё главный в этой локации, и именно он протянул руку помощи тебе в самом начале. Некрасиво скрывать от него эту информацию. Ты найдёшь способ заполучить новый остров, рано или поздно, и без всех этих окольных манипуляций.

– Поздно меня не устраивает, – улыбка окончательно комкается, настроение снова падает. – Ты даже не представляешь, как я устал ждать. Какой это груз на душе… Я вот что решил. Если своими силами мы не сможем добраться до Древа Смерти, то придется пойти по стопам Горада и захватить зомби на Острове Мертвецов. Вполне возможно, что для этой задачи хватит одной Мараны. А если нет, то можно попробовать Теневое клеймо, глядишь, Алан справится с мертвяком, как и в прошлый раз.

– В прошлый раз ты едва не погиб из-за отката, – с тревогой напоминает Алия, и мне приятно, что она так беспокоиться обо мне.

– Верно. Но не из-за зомби, а из-за капитанов Антракса. У зомби нет божественного покровителя. Они – нежить, не помнящая своего прошлого, не осознающая себя, как личность. Я специально уточнял этот вопрос у Архивариуса. Такие пропащие души не нужны ни одному местному божеству, от них нет отдачи. Нет личности – нет веры.

– Ты что-то путаешь. Горэл ведь навесил на тебя девять стаков Гнева, по числу присутствующих из «Серого ветра», и Шабл в это число входил.

Я хмыкаю.

– Замечание верное, да не совсем. Когда игрок подчиняет зомби, тот становится его инструментом, его проекцией. И эта проекция следует вере в того же божественного покровителя, чьим приверженцем является игрок.

– То есть, Шабл скопировал веру Горада? Странно звучит.

– Так и есть. Думаю, что Хорка, скорее всего, будет против использования зомби. Но это ведь не ради личной выгоды, а ради общей пользы. А потом, когда все получится… Победителей не судят. Или судят не так строго, как проигравших…

Зуб, у нас ЧП, – в чате вновь возникает иконка Ранилака, в окошке которой также розовеет любопытный пятачок Мохнатика, маг всё ещё держит его на руках, от греха подальше.

Ты же вроде должен сейчас находится в форте?

Не слышишь, что ли? Чрезвычайное! Происшествие! Бери ноги в руки, и дуй во вторую башню к алтарю! Кроха опять выкинула фортель с… да сам увидишь. Чур, не пытать гонца, принесшего плохие вести, и ничего ему не ломать.

Переглядываюсь с Алией. Канал чата общий, поэтому сообщение Ранилака достается и ей.

Забыв о медитации и ежедневном единении со своим покровителем, бегу вверх по лестнице на второй этаж, проскакиваю мост, вихрем проношусь по лестнице в мастерской, краем глаза отмечая увлеченно работающих возле скорняцких столов коби, среди груд разбросанных шкур и инструментов, взлетаю на третий этаж.

Ранилак с хмурым и почему-то виноватым видом кивает на алтарь, когда я появляюсь в поле его зрения. Можно подумать, это его работа, а не Крохи, которая присутствует здесь же – сидит верхом на алтаре, как наседка в гнезде. У малышки-фейри такая же мрачная и виноватая физиономия, как и у Ранилака, она словно его копирует. Да ещё и щеки дует, как хомяк, делающий зерновые запасы на зиму. Очень хорошо чувствую её настроение, она прекрасно понимает, что только что натворила, но устоять перед соблазном ей оказалось не под силу.

Я молчу. Слов нет. Просто растерянно смотрю на алтарь. Почему-то кружится голова и тянет сблевать. Подсчитываю шансы. Хотя, чего тут подсчитывать. У расходника третий ранг, как и у алтаря. Шанс получить рецепт – 10%. Выдергивать из центрального слота алтаря его уже поздно, процесс подходит к концу – кристалл сплошь покрылся трещинами и щербинками, словно от долгого воздействия ураганного ветра. Кажется, что он в любую секунду может рассыпаться не только от прикосновения, но и от взгляда.

Ведь специально держал его в своей комнате, необходимости таскать с собой не видел. Берег как зеницу ока, боялся потерять из-за какой-нибудь дурацкой случайности. Второго такого в этом мире нет. По крайней мере, нет у меня. У нас. Но фейри, моей проказливой засранке фейри, взбрело в сумасбродную головёнку использовать его так же, как и до этого кристалл накопителя, словно мало ей было прошлого выговора. Видимо, слишком мягко обошелся ввиду удачного исхода, вот и не прониклась.

Раздаётся звук, словно лопнула ножка хрустального бокала, кристалл рассыпается в пыль. А у меня чуть не останавливается сердце. Не знаю, что именно повлияло на удачный исход, причем второй раз подряд при мизерных шансах – скрытые фишки самой фейри, моё достижение Счастливчик, высокий прогресс смекалки, божественное покровительство Алана Темного, какие-то недокументированные свойства самого уникального расходника… Или все вместе.

Но вот оно, спасительное:

Новый рецепт: Радужный портал

Артефакт

Позволяет развернуть стационарный портал с автономной поддержкой в любом базовом мире

Время установки и количество доступных порталу связей с мирами, а также дополнительные бонусы расходника зависит от ранга Ключника, ранга расходника и качества использованных ингредиентов

Ингредиенты для изготовления: 6 кристаллов сущности великих существ

Время изготовления: сутки за каждый ранг

Примечание: процесс создания портала нельзя ускорить личными или клановыми проф-коэффициентами

Текущее задание Долг платежом красен заблокировано

Новое задание: Охота на титанов

Тип задания: уникальный

Цель: сбор ингредиентов для восстановления расходника Радужный портал.

Глава 8. Остров Мертвецов

Эта проклятая ночь никогда не закончится.

Палуба подо мной дрожит и слегка раскачивается от толкающих паруса порывов ветра. Корабль плывет в ночи словно громадное привидение, протяжный скрип такелажа звучит как сетования невольника на тяжелую рабскую долю. Я давно готов к действию, собран и напряжён, но ожидание слишком затянулось, и вслед за всплеском активности появляются первые признаки усталости. Гнев и страх затихают, остается голый прагматизм. Так даже лучше.

Крылатые стражники Хорки так и не появились в небе, но я уверен, что информацию он уже получил через моих соклановцев. На прыжок в форт через маяк много времени не требуется. Значит, какие-то меры уже предпринимаются, нужно лишь дожить до того момента, когда придет помощь. Из моих спасителей быстрее всего добраться до меня сможет лишь Фурия, других крылатых у нас нет. Надеюсь, сообразят отправить с дикошей расходник астрального маяка. Два расходника в моих апартаментах в Цитадели точно имеется. Только сперва для этого кому-то за расходником придется сгонять, потом отозвать Фурию, навьючить груз и послать заново. Тоже потери времени.

План Майло предельно прост на словах, но так ли все просто окажется на деле?

Убийца бывал на острове неоднократно, но всегда в составе группы из соклановцев, в одиночку там лучше не появляться даже пятидесятнику. Зомби – крепкие орешки. Болью их не проймешь, таких существ останавливают только тяжёлые повреждения, разрушающие их тела и снижающие их функциональность.

Карту острова Майло скинул на мою виртуалку, так что я хорошо представляю, о чём он говорит. Судя по курсу, которого придерживается корабль Горада, мы подойдём к острову с северо-запада, к мысу, где расположен комплекс из заброшенных причалов. Их там целая череда: далеко выступающие надстройки пристаней торчат из края острова, как зубья громадной деревянной расчёски для шевелюры исполина. Когда-то остров был таким же оживленным местом, как и Форт Бдительный. По сведениям Майло, Горад припаркует «крыло» к дальнему причалу, тот сохранился лучше других. А значит, на то, чтобы спрыгнуть раньше, у нас будет всего несколько секунд. Спрыгнуть, не промахнуться, уйти от дистанционных ударов, оторваться от преследования, затеряться на острове.

Сложная задачка. Заранее нервирует.

Но бороться с Горадом и его командой на корабле, защищенном от магии – самоубийство. Тут Майло прав. Мелькнула сумасбродная мысль просто сигануть в Белую Мглу, лишь бы избежать шанса погибнуть на острове, но я её тут же отверг. Слишком большой риск схлопотать окончательную смерть. Да и сдаваться без борьбы, не использовав малейший шанс на удачный исход, это не мой путь. Без оружия на острове я буду гораздо слабее, но все же не беспомощен, лишь бы вернулись способности.

И у меня уже оформилась неплохая идея, как раздобыть оружие с минимальными затратами сил и времени. Вопреки совету Майло, я не собираюсь бегать от мертвецов. Напротив, я постараюсь найти их как можно быстрее. Теневое клеймо превратит мертвецов в союзников, их оружие и запасы станут моими. Получив кристалл сущности, я не пожалею сейв на Горада, если он всё ещё будет пытаться меня поймать. Месть Камикадзе станет его последним воспоминанием для этого острова. Я достаточно мирный человек, но такую агрессию в отношении себя никому спускать не намерен.

Майло не слишком разговорчив, но кое-какую любопытную информацию для размышления все же подкинул. Горад – единственный из живых, кто сумел создать привязку к искаженному порталу на Острове Мертвецов, остальные авантюристы из «Серого ветра» используют более безопасные порталы. Именно эта привязка и изменила мага, исказила его человеческую сущность, дала новые возможности. Даже в «Сером ветре» никому эти возможности не известны досконально, Горад – весьма скрытная личность, но кое-что из его арсенала Майло описал. И пока ясно лишь одно – действовать нужно предельно осторожно, любая ошибка, переоценка своих сил, приведет к моему поражению, а не наоборот.

Наведена Аура истощения:

Восстановление здоровья и энергии снижено на 70%, скорость реакции на 50%, эффективность умений на 30%

Вот же зараза…

Отсчёт пошел, – бросает в чат Майло сразу после системного сообщения и разрывает группу, лишая нас связи.

Об аналоге Ауры смертного истощения, окружающем остров, Майло предупредил заранее, так что пока все идет по рожденному в спешке плану. Если, конечно, этот экспромт вообще можно назвать планом. Неприятная аура. Связь с Фурией и Крохой сейчас слаба, как никогда, тоже из-за этой чёртовой ауры. С таким дебаффом любая рана толком не затянется, пока не покинешь остров. А это означает, что неприятностей следует избегать с двойной осторожностью. Майло разорвал группу тоже не просто так. По его заверениям, Гораду достаточно навесить некую Черную метку на любого из нас, чтобы отследить любого члена группы.

Корпус корабля пронизывает сильная дрожь, скорость заметно снижается. Мы словно попадаем в воздушное течение, плотное, как кисель. Доносящийся с носа корабля шум крыльев варны тоже становится тягучим, низким, зверь будто машет крыльями через силу. Отчасти это замедление даже на руку – легче будет спрыгнуть.

Знаете, что самое паршивое? Не оставляет стойкое ощущение, что все происходящее – изощренный розыгрыш. Что Майло с Горадом на самом деле в сговоре. И почему-то им нужно, чтобы я попал на остров по своей воле. Вот как бывшие соратники-гхэллы, которые знают его как облупленного, могли при обыске что-то упустить? И он же предложил отвлечь внимание команды Горада на себя. Как-то не вяжется это предложение с эгоистичной натурой такого типа, как Майло.

Но, возможно, я отношусь к нему с излишним предубеждением, учитывая наши непростые отношения. Ведь если отбросить эмоции, то Майло лучше знает возможности своих бывших союзников, а значит, шансы отвлечь их внимание и устроить саботаж у него выше. Можно предположить, что его «альтруизм» проистекает из нежелания «нянчиться» со мной, только и всего. А это сразу ставит всё на свои места. Все мы в чем-то эгоисты. Итак, моя задача предельно проста – выпрыгнуть первым, чтобы не мешаться под ногами и дать невольному союзнику возможность последовать за мной.

Меня это устраивает. Я доверяю ему не больше, чем он мне, и сейчас важно лишь одно – лжет он, или нет. Хочется верить, что не лжет.

И вот, началось.

Только что Майло лежал накрепко прикрученным к палубе, а в следующую секунду надо мной мелькает его тень, мои путы рвутся со странным звоном, словно лопаются туго натянутые гитарные струны, и я обретаю свободу.

– Побег! – рык гхэлла-надсмотрщика оглушительно рвёт тишину всего в трех шагах.

Он мгновенно затыкается и хрипит, когда тень убийцы проносится рядом и Майло наносит удар.

На то, чтобы высматривать, где находятся и что делают остальные, у меня нет ни единой лишней секунды. Действую, как договаривались. Перекатываюсь ничком, вскакиваю, бросаю за борт корабля взгляд. Выхватываю и считываю необходимую информацию в долю мгновения. И тут же прыгаю в темноту бездны. Позади слышен звук лопающихся строп, треск ломающегося такелажа. Не знаю, что именно там Майло успел учудить за такое короткое время, да это и неважно. Уже лечу вперед и вниз, нацелившись ногами на темнеющую среди белесого океана облаков исчезающе тонкую полоску причала. С такой высоты она выглядит как ненадежная, опасно колеблющаяся на ветру нить. Нить, мимо которой так легко промахнуться. Особенно когда справа в плечо и скулу бьёт неожиданный порыв ветра, и дух захватывает от всплеска адреналина.

Слава Алану, я не промахиваюсь.

Подошвы сапог звучно бьют в настил помоста, тот опасно проседает под ударом. И сразу пропадает давление Мёртвой тишины, власть дебаффа осталась на корабле. Под ногами раздается вымораживающий кровь треск и настил начинает разваливаться на куски. Но я уже несусь вперед, вложив в скорость все, на что способен. В том числе и Теневое преимущество. Надо же хоть как-то компенсировать замедляющий эффект Ауры истощения, который никуда не делся. Оглядываться нельзя. Справа и слева вдоль помоста плывет и колышется внимательно наблюдающая за мной бездна. До края острова остаётся всего каких-то тридцать метров.

Что-то с гулом проносится над головой, огненный взрыв прямо передо мной вспухает гигантским желто-красным цветком. Он в мгновенье ока стирает несколько метров причала, словно ластик – карандашную линию. Пылающие обломки досок и бревен с грохотом летят во все стороны. Взрывная волна толкает в грудь, но я уже в затяжном прыжке. Умудряюсь перелететь через провал и зацепиться за уцелевший край буквально мысками сапог.

Ловкие мерзавцы, ничего не скажешь, успели прицелиться и разрядить катапульту. Это означает, что Майло или уже сбежал, или с ним покончили.

Рывок! Изо всех сил несусь дальше, преодолеваю последние метры, врезаюсь в поглотившие причал заросли на берегу. Проламываюсь и влетаю в спасительный лес. Деревья здесь странно искривленные, низкорослые. Зато их кроны из зеленовато-бурых листьев достаточно густые, чтобы скрыть направление моего движения от взгляда с мостика корабля. На бегу сбиваю ладонью огонь с дымящегося левого рукава, все-таки подцепил. Тик горения гаснет, и я снова ускоряюсь до предела. Теперь, когда под ногами нет зыбкой опоры причала, моя уверенность в собственных силах возрастает. Беру левее, проношусь сотню метров, резко меняю направление вправо. Спохватываюсь, когда доходит, что все это зря – гхэллы легко выследят и по следам, и по запаху. Прекращаю бесполезные маневры. Дальше несусь вперед как стрела, огибая лишь препятствия, которые нельзя преодолеть сходу.

Голова занята не только мыслями о бегстве, мозг работает в активном режиме, перебирает любые возможности. Рассчитывает любые шансы. Сейчас почти не сомневаюсь, что просчитали не столько меня, сколько Команча. Он сам рассказал, что у него на Черепе Властелина масса тайников, но он же не единственный следопыт в локации. Его именно поэтому и не трогали – следили, собирали инфу о его привычных маршрутах. Как часто и где бывает. Запоминали, планировали. Подготовка была настолько тщательной и аккуратной, с перспективой выловить дичь вроде главы «Охотников», что Команч ничего не заподозрил. Лихо, ничего не скажешь. Неужто для Горада я стою всех этих усилий? Возможно, я себя действительно недооцениваю и мне давно пора пересмотреть значимость своего клана и своих способностей.

Решено. Как только выберусь с этого чёртового острова, всю мелочевку и бытовуху оставлю для новичков. Займусь вплотную Древом Смерти и Островом Мертвецов, и пока не решу эти задачки, ни на что другое отвлекаться не стану. А я обязательно выберусь, не позволю себе сомневаться в этом ни на секунду.

Корабль вроде «крыла» перевернуть не так просто, даже если повредить управление, особенно учитывая то, что его тащит варна. Но сбить с курса всё же можно. По всей видимости, Майло это сделать удалось и нужно использовать заминку Горада сполна. Пока снасти починят, пока подрулят к острову снова… Конечно, кого-то могут послать в погоню с помощью «свистка», не дожидаясь причаливания, но вряд ли. Пока повреждения не исправлены, на корабле нужны все рабочие лапы и руки. Да и куда я денусь с этого острова? Вот пусть так и думают.

Большая часть мертвецов обитает в заброшенном форте, на окраинах острова они почти не попадаются. Ведь именно на окраинах их чаще всего и «щиплют», сбивая сейвы в ноль. В форте так безобразничать куда опаснее, слишком их там много ещё осталось. Если прикончить мертвеца, то после возрождения в Колыбели тот просто возвращается туда, где обитал ещё при жизни. Говорят, эти мертвецы даже пытаются заниматься прежними делами. Майло советовал избегать заброшенного форта, но именно туда, в форт, по идее, мне и нужно. Надеюсь, я доберусь до него раньше, чем погоня настигнет меня самого.

Судя по карте, осталось преодолеть всего каких-то двенадцать километров. Тридцать, ну пусть сорок минут бега, учитывая непростой рельеф местности.

Несколько минут спустя лес становится ещё неприятнее. Деревья заметно мельчают и подступают друг к другу ближе. Да ещё выпускают вокруг стволов сотни побегов: жестких, как иглы дикобраза, с листьями, режущими одежду и кожу, стоит лишь неосторожно задеть на бегу. Чертыхаюсь, замечая, что обе кисти в крови от десятка мелких порезов. В горячке бега даже не заметил, как это произошло. Надо бы поберечься.

Путь пересекает каменистая расселина, она разрубает лес, словно удар гигантского меча. Провал слишком широк, чтобы перепрыгнуть. И слишком глубок, чтобы просто сигануть вниз, а потом снова забраться наверх. Не хотелось бы подвернуть ногу, тем более – сломать. Вдобавок, внизу клубится подозрительный сизый туман, надежно скрывая дно ущелья и тех, кто там может обитать. Знаю, проходили. В такие места без разведки можно сунуться лишь сдуру, а на разведку нет времени. Довольно странно, что этой расселины нет на карте, сброшенной Майло. Возможно, он здесь просто не бывал, а значит, я выбрал не самый прямой путь до форта. Дорог на карте тоже нет, ни единой, все давно заросло лесом.

Приходится взять правее и нестись вдоль края, пока не найду возможность спуститься, так как форт где-то по ту сторону. Заодно теперь приближаюсь к южному краю острова, и во мне загорается огонек надежды, что Фурия найдет меня именно сейчас. Увы, теперь вместо Мёртвой тишины любые сигналы надёжно глушит Аура истощения. Попытки связи по клан-чату безрезультатны. Ведь аура не только окружает остров, но и в полной мере действует на нём самом. Я в полной заднице. А значит, пора поберечь силы. Чувствую непривычно быстро подступающую усталость – бар энергии и тонуса тратится с устрашающей скоростью. Восстановления почти нет. А значит, нужно переходить на экономный режим, и я сбавляю темп. Преследователи столкнутся с теми же проблемами, но это слабое утешение.

Замечаю на пути поваленное дерево, непривычно большое для этого леса. Поросший седым мхом ствол, который не обхватить и втроем, валяется среди соседей словно великан среди лилипутов. Не исключено, когда-то здесь все деревья были именно такими, а потом по каким-то причинам измельчали. В серой траве вокруг валяется множество переломанных в падении веток. Выбираю подходящий обломок, метра полтора длиной. Кора с него давно слезла, высохшая до каменного состояния серо-желтая древесина выглядит словно отполированная. Взмахиваю новоприобретенным оружием – на вес килограмм семь. В коротком замахе бью по стволу, чтобы проявились системные параметры.

Палец великана

38 уровень

Полуторная дубинка

Тип предмета – обычный

Материал – древесина каменитового дерева

Прочность 75/140

Базовый урон 150-165 (дробящий)

Ловко, предмет подогнался под мой текущий уровень. Урон, конечно, не впечатляет, втрое меньше, чем у Пламеня. Но это значительно лучше, чем ничего. Сгодится в качестве временной базы для расчёта коэффициентов при применении способностей.

Перехватив дубинку посередке на манер копья, бегу дальше. Бег, надо заметить, даётся все хуже. Тут и без экономии энергии скорость не захочешь, да снизишь. Сплошной бурелом, переплетение кустов и веток, трухлявые пни. Приходится на каждом шагу внимательно смотреть под ноги, не хочется их переломать. Иногда промежутки между деревьями полностью затянуты подозрительно большими полотнами серебристо-серой паутины, она усыпаны лиственным мусором и как живая подрагивает на ветру. Нарастает нехорошее ощущение, что из мелькающих по сторонам зарослей за мной наблюдает множество недобро настроенных глаз. Не поддаюсь желанию остановиться и осмотреться, бегу дальше. Классика жанра – чем более заброшенным выглядит лес, тем более упитанная обитает в нем нечисть.

Мне жутко не нравится, что паутины вокруг становится все больше. Все труднее выбирать просветы, где её нет. Проскакиваю между двух облезлых древесных остовов, кора которых ободрана так, словно их полосовала когтями и клыками стая вилохвостов. Сдаётся, я выбрал неверный путь. Повернуть? А если команда гхэллов уже несется по пятам? Нет уж, буду переть дальше.

Выскакиваю на странную просеку, которая тянется дальше параллельно краю расселины. Такое впечатление, словно по лесу прошелся гигантский бульдозер, свалив и перемешав деревья в кучу. Но присмотревшись, замечаю некий порядок в этом хаосе, наводящий на неприятные мысли. Стволы не просто свалены в кучу, они уложены, как противотанковые ежи и щетинятся изломами стволов во все стороны. Изломы старые, кто бы здесь не шалил, это было давно. Тем не менее, эта художественная самодеятельность меня настораживает. Впереди, за просекой, путь кажется свободным, но туда ещё предстоит добраться.

Осторожно двигаюсь дальше.

Вздрагиваю от неприлично громкого хруста под подошвой сапога. Замираю и опускаю взгляд. Оказывается, наступил на шипастый кончик чьей-то конечности, выглядывающей из кустов. Последнее сочленение этой лапы выглядит как лезвие копья из шершавого серого хитина. Если бы тварь была живой, на этом наше знакомство, возможно, могло закончиться. Но тварь мертва.

Труп матерого камнееда

50-й уровень

Жизнь 0/43000

Существо Природы

Аккуратно и тихо раздвигаю ветки, чтобы лучше понять, с чем столкнулся. Чёртова конечность все тянется и тянется, сегмент за сегментом. Пока не заканчивается у основания округлого бурого панциря полутораметрового диаметра. Упаси меня Алан от встречи с родственниками этого монстра. Надеюсь, они не притаились где-то рядом. Таких существ видеть ещё не доводилось, что-то вроде черепахи, скрещённой с пауком. Самым пугающим выглядит зияющий в панцире пролом размером с мою голову. Толщина панциря в проломе составляет сантиметров пять. Кошусь на конец своей импровизированной дубинки и испытываю сильное сомнение, что мне удалось бы нанести такой убийственный удар. Лучше мне не встречаться с тем, кто прикончил этого монстра…

Минутку. А ведь труп до сих пор не развеялся, и на это вижу только две причины. Первая – этот труп является частью игрового антуража, присущего данной зоне. Вторая – с момента смерти этой твари минуло меньше часа, и убил её, скорее всего, не игрок. А значит… Это много что значит.

Отдаю системе команду развеять труп. О как, срабатывает. Это подтверждает догадку, что монстр убит не игроком, иначе системное право на добычу не позволило бы присвоить чужой лут. Пока останки осыпаются прахом, присаживаюсь на корточки, внимательно всматриваюсь в окружающий лес. Решаю – поворачивать, или двигаться дальше. Нервы натянуты струной. Минуту спустя на траве остаётся элитный кристалл сущности, а положить некуда, ни привычного подсумка, ни карманов. Но такой шикарный расходник для Душелова оставлять нельзя, так что запихиваю его за стальную пластину нагрудного щитка. Всё ещё не тороплюсь подниматься на ноги, продолжаю сидеть неподвижно и прислушиваюсь к звуковому фону леса. Усилия вскоре вознаграждаются – начинаю различать звуки, которые ранее скрадывались шумом шагов. Слышу тихий множественный шелест, он доносится из-за бурелома, и это вовсе не отзвуки ветра. Словно некие создания изо всех сил стараются не шуметь, чтобы себя не выдать, но количество и размер этих существ просто не позволяют им оставаться полностью бесшумными.

Пожалуй, поворачивать уже поздновато.

Потому что за спиной этих подозрительно неприятных звуков ещё больше.

Тихо поднимаюсь и крадущимся шагом двигаюсь вперёд. Чую инстинктивно, что если сейчас побегу, то спровоцирую нападение. Кто бы там не засел за буреломом, пока они лишь оценивают, насколько я представляю для них угрозу.

Через минуту попадается ещё один панцирь камнееда, чуть поменьше первого. Именно панцирь, не труп. Пустая скорлупа, из которой давно выскребли содержимое. Ещё через минуту натыкаюсь на целую россыпь таких панцирей. Сегментами лап усыпаны все окрестности. Поднимаю шип, оторванный от конечности, прикидываю длину – сантиметров тридцать. Жаль, нечем примотать к дубинке, а то получилось бы подобие копья. Но лишних ремней нет, выдирать их из доспехов глупо, иначе останусь без элементарной брони. Да и место неподходящее для экспериментов.

Отрываю взгляд от россыпи останков, смотрю вперёд, и по губам пробегает нервная ухмылка. Всего в двадцати шагах, вывороченным комлем ко мне, через расселину перекинут ствол замшелого древесного великана. Близнец того, что повстречался раньше. Ширина расселины здесь метров пятнадцать, и слава Алану, теперь не придется проверять свою прыгучесть, чтобы оказаться на той стороне. На первый взгляд дерево так упало совершенно случайно… Но я на это не ведусь. Приседаю на краю обрыва, снова замираю, прислушиваясь. Скольжу взглядом по окружающим зарослям, смотрю вниз в колышущийся внизу туман. До сих пор я так и не смог заметить ни единой живой твари, готовой покуситься на мое здоровье, но нутром чую, что здесь дело нечисто.

Проклятье! Кажется, шелест за спиной стал чуть громче. Почему они не нападают? Чего ждут? Как жаль, что Теневое преимущество ещё сорок минут в откате. Но увы, нет времени засиживаться, придётся рискнуть.

Запрыгиваю на комель дерева, снова напряжённо замираю на пару секунд. Лёгкое сотрясение ствола вызывает целый обвал – ошметки прогнившей коры сыплются вниз и бесследно исчезают в тумане. Сердце уходит в пятки, но всё ещё не видно ни малейшего движения.

Кажется, пронесло…

Да пошло оно все в задницу!

Срываюсь с места и несусь по стволу во всю прыть, огибая обломки торчащих как указующие персты ветвей. Один из метровых сучьев торчит из ствола точно посередине, никак не обогнуть – ствол сужается к макушке, сужая простор для маневра. Приходится с силой толкнуть себя вверх и пролететь над ним..

Именно это и спасает.

Туман на дне десятиметрового провала словно вскипает. Вверх шумно выстреливают тёмные копья щупалец. Толстые жгуты из мертвенной белой плоти, каждое толщиной с мою ногу, мгновенно обвивают ствол мёртвой хваткой. И сжимаются с такой яростной силой, что из-под щупалец как шрапнель брызжут щепки. Огрызок ветки прямо подо мной в момент прыжка взрывается гранатой, тоже разлетаясь в щепу.

Матерый пастух камнеедов

50-й уровень

Жизнь 192000

Существо Природы

Бью с левой руки Копьем ветра в основание этого щупальца, чтобы задеть его владельца, всё ещё скрытого в тумане. Даже не пытаюсь выяснить, попал или нет, главное чтобы заклинание сработало и на пару секунд парализовало неведомого монстра. Приземляюсь, подошвы взбивают пыль на древесной коре, несусь вперед, от паники не чувствуя ног.

До края расселины остаётся всего несколько метров, можно уже и самому допрыгнуть…

Но инстинкт снова заставляет прыгнуть не вперёд, а как можно выше вверх. Едва успеваю поджать ноги, как щупальца с оглушающим грохотом взрывают поверхность ствола веером древесных обломков. Прямо там, где я только что бежал. Промахнувшись, щупальца тут же подхватывают это многотонное дерево за макушку, легко отрывают от края расселины и сдвигают в провал.

И я с ужасом вижу, что приземляться некуда.

Потому что лечу мимо бревна прямиком в огромную зубастую пасть, вынырнувшую из тумана на дне ущелья.

Глава 9. Счастливчик

Когда падаешь прямиком в пасть хищника и остается лишь мгновенье до того, как чудовищные зубы сомкнуться на твоём теле и разорвут в клочья… Нет, время как по волшебству ни черта не замедляется. А Теневое преимущество, выручавшее уже не раз в схожих ситуациях, сейчас весело скалится по ту сторону отката и издевательски машет ручкой. В такие моменты спасают лишь инстинкты, отшлифованные практикой, и ничего более.

Плеть боли выстреливает из левой ладони и с отчетливым щелчком дотягивается полупрозрачным хлыстом до самой глотки твари, по строению зубов подозрительно похожего на закопанного в землю кращера из данжа Губителя. Рядом с иконкой монстра возникает Метка еретика и Теневой прокол срабатывает за миг до того, как зубы смыкаются на моих лодыжках.

Мгновенный перенос вниз и на три метра левее.

Подошвы сапог разбрызгивают вонючую грязь рядом с монстром. Дубинка с размаху влипает в основание одного из щупалец. Глушить нечем, Копье ветра и Плеть боли в откате, поэтому бью Обжигающей вспышкой. Лишь ради того, чтобы не пропал удвоенный прок после использования Теневого прокола.

Тут же разворачиваюсь и несусь прочь, не тратя драгоценные секунды на бесполезные раздумья. Да какие там раздумья, ужас несется по пятам, хватая за пятки! Нереально одолеть элитку, которая раскалывает панцири пятидесятых камнеедов, как орехи! Монстр слишком велик и силен, я не знаю его уязвимых мест, да ни черта я о нём не знаю! Вдобавок из-за коэффициента разницы в уровнях мой и без того ослабленный урон при схватке с таким противником уменьшен на 24%. А урон монстра по мне, соответственно, настолько же выше.

Но все эти расчёты – хрень собачья.

Нет сомнений, что пастух просто размажет меня первым же ударом в лепёшку, а умирать на этом острове мне категорически нельзя. Так что в задницу любые эксперименты. Единственное, что мне остается – бегство.

Всего через два десятка шагов ущелье превращается в форменную западню.

Края расселины широко расходятся лишь наверху, а здесь, на дне, меня сразу сдавили отвесные стены. Пронизанные корнями и поросшие мхом, они сжимаются так тесно, что я на бегу то и дело задеваю их плечами. Нужно срочно карабкаться вверх, иначе не удрать. Скидываю Лживую шкуру, сто единиц энергии в час на поддержание умения – сущая ерунда, когда приток энергии идет нормально. Но не сейчас, когда каждая капля энергии на счету и предстоит очень много беготни. Чёрт уже с ней, с маскировкой. Ага, вот то, что я искал – вижу впереди более-менее подходящее для подъема переплетение корней. Уже собираюсь вцепиться в них, как грохот обвала за спиной заставляет резко обернуться.

Увиденная картина отражается нервной усмешкой на губах. Оказывается, я отбежал всего метров на сорок, когда комбинация ударов привела к поразительным результатам, причем совершенно неожиданным.

Мысленно отматываю цепочку событий назад.

Копье ветра заставляет высокоуровневую тварь «призадуматься» – раз. Плеть боли вгоняет в депрессию садомазохистских ощущений – два. Обжигающая вспышка удачно навешивает тик Горения, превращая одно из щупалец на пять секунд в воспламенившийся шашлычок – три. Поправка: одно из тех самых щупалец, которые поддерживали вон то здоровенное бревно, по которому я хотел перебраться на ту сторону. Неудивительно, что тяжеленный древесный ствол выскользнул из ослабевшей хватки и рухнул вниз. Более того, этот ствол воткнулся толстенным комлем точно в глотку монстра. Причем сила удара и глубина проникновения вышли столь впечатляющими, что фрейм здоровья чудища упал до красного сектора.

Прямо так и хочется сказать – за что боролся, на то и напоролся.

Жаль только, что подыхать пастух пока не собирается, слишком большим здоровьем одарила эту тварь сила Природы.

Из грязевого месива, шумно кипящего от движения, частично высовывается серо-бурое тело величиной с избушку. По морщинистой коже с громким плеском и журчанием срываются потоки вонючей жижи. Множество щупалец длиной от метра до полутора десятков извиваются клубками змей. Влажно хлюпают сотни присосок, скрежеща друг по другу костяными крючьями. Башка оглушенной ударом твари пригвождена стволом древесного великана ко дну распадка словно копьем. И все же тварь уже оправляется, ворочается. Упорно старается зацепиться самыми длинными и мощными щупальцами за стены расселины для дополнительных точек опоры. Чудовищный монстр явно намерен выбраться из ловушки, в которую сам себя и загнал.

Моя усмешка гаснет, я снова хватаюсь за корни. Возможно, этот хищник не умеет гоняться за своими жертвами, поэтому и обитает на дне ущелья. Терпеливо ждёт удобного случая, когда можно кого-нибудь просто схватить. Но тогда кто прикончил всю ту прорву камнеедов на краю обрыва?

А если тварь все-таки издохнет…

То больше некому будет сдерживать камнеедов, которые всё ещё выжидают наверху.

Хрен редьки не слаще, мне в любом случае нужно срочно уносить ноги.

Странный звук заставляет отпрыгнуть в сторону. Налетаю спиной на противоположную стену расселины, резко разворачиваюсь, одновременно вскидывая дубинку для удара…

Замираю с мгновенно заледеневшим сердцем.

Словно в прострации думаю, почему я раньше не заметил этих нор, которыми склоны усеяны, как головка сыра – червоточинами. Наверное, потому что секунду назад в них не было движения, а теперь этого движения там в избытке?

Шорох слышится прямо над головой.

Снова шарахаюсь, не зная, что предпринять. Обложен со всех сторон. Накатывает паника, не вижу выхода из ситуации, лицо прошибает пот. Этих нор сотни и из каждой сейчас лезут жуткие клешни и лапы. Бежать некуда. Сражаться бессмысленно, много одной палкой не навоюешь… Но я всё ещё упрямо не желаю верить, что моё путешествие по Острову Мертвецов закончилось.

С криком ярости замахиваясь дубинкой на прыгнувшего в мою сторону камнееда… и в самый последний момент отшатываюсь, увожу удар в сторону. Потому что вдруг понимаю, что несётся он не ко мне. Камнеед пробегает мимо, громко и угрожающе щёлкая сочленениям, обдавая запахом земли и гнили. За ним спешат ещё несколько. Из нор выпрыгивают всё новые и новые, с каждой секундой их становится все больше. Вскоре ущелье кишит от панцирных членистоногих, и самые мелкие из них оказываются размером с упитанного пони.

Стою ни жив, ни мертв, тесно прижавшись спиной к стене. Не дай Алан зацепил бы первого. Обитающие в стаях твари всегда предельно социальны, стоит тронуть одну, и сразу накинутся на обидчика скопом. И тогда уцелеть невозможно.

Как же мне невероятно повезло, что камнеедов интересует только пастух.

Похоже, этот монстр является их естественным природным врагом. Именно поэтому он тут и поселился, прямо среди колонии всей этой «мелочи». Так он может каждый день, не сходя с места, услаждаться завтраком, обедом и ужином. И теперь обитатели колонии мстят, воспользовавшись представившейся возможностью. Но даже ослабленный, пастух отнюдь не беззащитен. Шум свалки стоит просто оглушающий. Щупальца хлещут во все стороны, обдирая мох со стен ущелья до каменного основания, разрушая сам камень и разбивая панцири отчаянно атакующих камнеедов. Да, они достают пастуха, рвут его сверхпрочную кожу, наносят десятки глубоких ран, из которых хлещет водянистая мутноватая жижа, мало похожая на кровь. Но и сами гибнут десятками.

Фрейм жизни пастуха продолжает сокращаться, темнея от алого до бордового, но так медленно, что прямо не верю своим глазам. Неужто отобьется?! Жизненная сила этой твари просто невероятна, ведь её противники через одного – тоже матерые элитники.

Верхний конец древесного ствола, всё ещё прижимающего монстра ко дну, от всех этих судорог и дерганий с протяжным скрипом смещается на пару метров ниже от края ущелья. По пути ствол с грохотом обрушивает целую гору камней. Ещё немного, и он завалится плашмя, позволив монстру высвободиться. И я лихорадочно думаю, как мне быть. Может, помочь камнеедам? Инстинкт неуверенно шепчет, что моя бренная плоть их не интересует, поэтому и не тронули. В мирах ВИКС названия монстров нередко оказываются говорящими. Это, конечно, ещё не значит, что они действительно жрут камни. Скорее всего, такие мягкотелые как я, им просто не по вкусу. Но и вмешиваться опасно, они там просто кишмя кишат. Проще простого кого-нибудь задеть, если влепить, к примеру, Копьем пламени…

И тогда я для всех камнеедов мгновенно стану врагом.

В арсенале моих умений есть одна-единственная штука, которой я могу гарантированно пробить такую тушу. Но слишком жирно тратить на монстра сейв, учитывая суточный откат Мести камикадзе и более зловещую цель впереди – Горада. К тому же применение и откат выжрут слишком много энергии, а она здесь и без того паршиво пополняется. Точно. Энергия! Вот она-то мне очень даже нужна, и прямо сейчас. Бег вычерпал немало сил, снизив заодно и тонус, и все это восстанавливаться не спешит.

Решившись, матерюсь сквозь зубы под нос, делаю шаг вперед и активирую Хватку лича, использовав единственный трофейный кристалл. Это даже хорошо, что кристалл элитный, на такую цель не жаль и потратить, повышенный урон обеспечен.

С негромким хлопком призрачный кинжал из чистой энергии легко преодолевает расстояние до монстра и вонзается где-то в основании пасти. Пастух вздрагивает всем громадным телом. Его зубы клацают, глубже впиваясь в поверхность ненавистного бревна, по-прежнему торчащего из глотки. Неожиданно ниже пасти среди складок склизкой кожи распахиваются мутные зелёные шары глаз, каждое размером с суповую тарелку. К счастью, монстр явно не замечает своего нового обидчика, я слишком далеко. Да и угол обзора оставляет желать лучшего. Благодаря Хватке лича и возникшей между нами связи, я чувствую его боль. Чувствую укус каждого камнееда, остервенело впивающегося в его плоть и впрыскивающего яд. Чувствую, как пульсируюет в такт вражескому сердцебиению призрачная нить, перекачивая энергию и жизнь врага в мои личные запасы.

Знак Алана запоздало растекается по лицу легким жжением, словно просыпаясь. Будто мне удаётся пробить некий барьер, отсекающий меня от божественного покровителя на этом проклятом острове. Верно, так и есть! Приток энергии обостряет чувствительность настолько, что я вновь начинаю ощущать Родство душ с моими питомцами! На мини-карте, примерно в восемнадцати километрах, появляются зелёные точки их местоположения. Улавливается даже не мысль, а некие отголоски мыслей и образов, из которых складывается недостающая картинка.

Так вот почему Фурии с Крохой нет здесь до сих пор!

Впрочем, я примерно так и думал. Они не смогли преодолеть проклятый Аурой истощения двухкилометровый барьер воздушного пространства между островами. Фурия попыталась пробиться, но Кроха заставила её повернуть обратно, чтобы дикоша из-за своей преданности не погубила себя…

И теперь мои друзья ищут способы добраться до острова без перелета. Надеюсь, им повезет и они перехватят какого-нибудь торговца-сборщика на «крыле»… Чёрт. Ситуация ни на йоту не изменилась, по-прежнему нужно рассчитывать лишь на свои силы.

Но удача все-таки улыбается мне вновь.

В сознании звучит тихий хрустальный звон и, отмотав положенные тридцать секунд, Хватка лича вырывает из монстра остаток жизни. Следующие двадцать минут мне будет доступен лишь Душелов, но это уже сущие мелочи на фоне такой нежданной победы:

Пастух камнеедов (50) уничтожен!

Получен опыт: 576000

Получен новый уровень: 39!

Текущее значение опыта: 300355/3475210

Добавлена запись в бестиарий: Пастух камнеедов

Задание выполнено: Контроль популяции: матерый пастух камнеедов

Прогресс: 1/1

Награда: 20% опыта от текущего уровня, 5 очков умений

Новое достижение: И один в поле – воин:

Инициатива, мудрое распределение сил и возможностей помогает слабому одолеть более сильного противника

Награда за победу над могущественным противником:

1. Беспощадность

Ранг 1 (0%; 0/1 ОУ)

Умение поддержки

Каждая третья атака усиленными атаками ближнего боя наносит Беспощадный удар, увеличивая урон текущего умения на 30%

Затраты: 300 ед. энергии

Имеется 10% шанс наложить на цель Дезориентацию:

Замедление скорости реакции врага на 30% на 3 сек

2. Новое задание: Повторение пройденного:

Необходимо в течение суток одержать победу над титаном, не уступающем по могуществу Матерому пастуху камнеедов

Награда каждому игроку в группе (до 5 игроков): + 50% к опыту от текущего уровня, +5 очков умений, +0,2 сейва

Примечание: смерть активировавшего задание игрока приведет к сбросу этого задания, а также к утрате 50% опыта от текущего уровня

Офигенно! Судя по единичной цели в контроле популяции и 5 очках умений в награду мне только что удалось завалить мини-босса, не получив ни единой царапины! Причём я дополнительно заработал новое умение и побочное задание!

Впрочем, без ложки дёгтя не обошлось и здесь. Теперь вижу, что ошибся, когда настроил подобные случайные задания на автоматический приём. Я предполагал, что в пылу битвы, когда обдумывать некогда, такая закладка пригодится. Проще ведь отменить не понравившееся задание позже, в спокойной обстановке, чем досадовать, что оно пролетело мимо. Увы, я подзабыл, что некоторые задания бывают из разряда не отменяемых, довелось познакомиться в Лунной Радуге. И судя по формулировке, это задание как раз из таких.

Какой уж там второй титан…

Мне бы просто выжить и свалить с острова. Ладно, об этом буду думать позже, когда представится возможность раскинуть мозгами без спешки.

Сразу после окончания битвы, серьёзно прорядившей численность колонии, камнееды разбегаются по своим норам. Как я и надеялся, плоть монстра в качестве пищи их совершенно не заинтересовала. Но полностью прятаться они пока не спешили. Высовывая из нор кончики лап и бусинки крабьих глаз, камнееды с любопытством, и даже, кажется, с некоторой благодарностью, наблюдают за мной. Неужто я стал чувствовать эмоции других животных, а не только своих питомцев?

Впрочем, это ощущение быстро рассеивается, вместе с затухающим эффектом энергетической подпитки от Хватки лича. Энергия – 94%, тонус на 89%. Ощущаю себя так, словно заново родился. Жизнь кажется уже не такой паршивой, как раньше, всё вокруг заиграло более яркими красками.

Всё ещё настороженно поглядывая на камнеедов, возвращаюсь к останкам пастуха.

Тишина после всех этих трескучих ударов наступила просто оглушительная.

Жижа на дне ущелья с каждым шагом чавкает так громко, что кажется, будто эти звуки разносятся на весь окружающий лес, привлекая ненужное внимание. Гигантская туша мини-босса в окружении бахромы щупалец, среди вновь сгущающегося низинного тумана, выглядит как раздавленная сапогом медуза в киселе. С «зубочисткой» в центре – от древесного ствола тварь так и не сумела избавиться. Крепко засело, до самого желудка, хрен переваришь. Несколько самых могучих щупалец у основания почти метр в обхвате. Жуть. Такое даже моим любимым Пламенем не перерубить.

Качаю головой, чувствуя запоздалую нервную дрожь в мышцах после оттока адреналина. Вблизи вонь от трупа становится нестерпимой, спазмами скручивает легкие и выворачивает наизнанку. Разит так, будто монстр сдох ещё месяц назад – даже вешается дебафф отравление. Но мне нужны трофеи, так что придется терпеть. Зажимаю нос, щурюсь, смахивая влагу со слезящихся глаз, запускаю процесс превращения в прах. Заодно обхожу трупы камнеедов, и тоже даю команду системе их развеять.

Попутно заглядываю в бестиарий. Возможности такого врага как пастух следует знать получше. На будущее.

Взрывной молот

Удары боевыми щупальцами

Да, видел, как такие удары дробили панцири камнеедов, как яичную скорлупу. Заодно и стены ущелья дробились покруче чем от бетонолома, предназначенного для разрушения зданий.

Подчиняющая воля

Взгляд пастуха притягивает жертву на дистанцию поражения боевыми щупальцами

Повезло. Пока бревно торчало в его глотке, ему явно было не до «кокетливых» переглядываний.

Ядовитое дыхание

Выброс ядовитого облака, парализующего и отравляющего все цели вокруг на дистанции поражения боевыми щупальцами…

Печать Алана вдруг ошпаривает лицо словно кипятком.

Но я уже и сам, не дочитав, срываюсь с места и улепетываю прочь. Пробежав вдоль ущелья до знакомого места, оглядываюсь.

Не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы вовремя сообразить.

Над тающей тушей монстра клубится ядовито-зеленое облако. «Приятный» такой цвет. Останься я там ещё на секундочку, и сам бы позеленел как лягушка. Процесс обращения в прах добрался до органов, вырабатывающих и хранящих ядовитый газ, вот тварь и испортила воздух. Даже норки камнеедов пустеют – попрятались внутрь, ядовитая вонь и им приходится не по вкусу. Хех, не будь этого бревна, заткнувшего глотку пастуху, как пробка бутылочное горлышко… И всё было бы иначе. В самом начале схватки я превратился бы в смердящий труп от одного только этого яда. Чем дольше думаю, тем больше осознаю, как же мне повезло.

Совершенно дикое стечение удачных обстоятельств.

Минут пять терпеливо жду, пока эта зеленая дрянь рассеется. Все это время думаю о возможной погоне, но не могу уйти без крисов, оставшихся на месте сражения. Затем осторожно возвращаюсь. Гнилостный запах никуда не делся, но Печать Алана почти спокойна. Жжет себе потихоньку, просто напоминая о потенциально враждебном окружении.

Присаживаюсь на корточки, чтобы рассмотреть добычу. Перебираю руками вымазанные в грязи и слизи предметы, прогнав брезгливость подальше. Однако, живем! Пара кинжалов обычного типа – 38 и 43 уровней, без дополнительных свойств, изъеденный желудочной кислотой нагрудный панцирь (41), ветхий на вид кожаный пояс (42) с подозрительно знакомым подсумком…

Подбираю подсумок и, разглядев клеймо изготовителя – Цитадель Феникса Крика, хмыкаю. Бывают же совпадения. Мода на наши изделия действительно распространилась широко. Какой-то несчастный, купивший это изделие в форте, погиб здесь недавно, раз вещи пока более-менее целые.

Опоясываюсь ремнем с подсумком, затем осматриваю остальное.

Дырявая фляга из-под зелья здоровья, простой деревянный лук с полусгнившими остатками тетивы… Твою ж мать. Подбираю тускло блеснувший кристалл. Накопитель опыта! И тоже из цитадели! Этот сур был кандидатом в соклановцы. И что теперь? Где-то бродит неподалеку в виде мертвяка? Хотя я и не знал этого бедолагу, мне его жаль. И не только, как несостоявшегося соратника. Чисто по-человечески. Причем кристалл наполнен – три миллиона опыта с хвостиком, сур явно старался ради того, чтобы попасть в мой клан. А я даже не могу теперь узнать его имени, так как его просто-напросто сожрал и переварил монстр.

Но при виде последнего трофея грусть отступает и губы непроизвольно складываются в улыбку.

Ядовитое дыхание

Ранг 5

Уникальный кристалл сущности

При размещении в функциональный слот оружия или брони становится доступным эффект Ядовитое дыхание, поражающий цели при физическом контакте сильнодействующим ядом

Прогресс задания: Охота на титанов:

1/6 (сбор расходников для изготовления Радужного портала)

Так вот что означает словечко «титаны» в данном конкретном случае!

Ими являются существа, с которых можно выбить уникальные элитные кристаллы со встроенными способностями! Получается, Мгла тоже годится в качестве ингредиента для Радужного портала? Странно, но система не отреагировала на него, как на расходник… Потому что он уже используется? Мысль интересная. Если по какой-то причине будет поджимать время и некогда будет искать последний расходник для портала, то придется воспользоваться Мглой. Хотя, конечно, опасно оставлять Цитадель без дополнительной защиты.

Затем забираю все, кроме бесполезных панциря и лука.

Панцирь у меня и свой не хуже, а тетиву как по волшебству не нарисуешь. Да и навыка стрельбы нет, развивать – не самая подходящая обстановка. Лучше рассчитывать на привычную ротацию, на то, что точно не подведет. Быстрым шагом обхожу поле битвы, собираю два десятка кристаллов сущности. Камнеедов погибло гораздо больше, но кристаллы выпадают далеко не с каждого. Зато каждый второй из найденных – элитный! Теперь я знаю хорошее местечко для фарма элитных кристаллов, ведь для изготовления уникальных расходников они нужны постоянно.

Наконец прощально помахав рукой снова выглядывающим из нор камнеедам, устремляюсь легкой трусцой по дну ущелья. Энергия сейчас в норме, но среди тесно подступающих бугристых каменных стен пока не разгонишься, лучше поберечься.

В целом с трофеями всё-таки не густо. Ведь такого монстра удалось одолеть! Но и победу нельзя полностью отнести на мой счёт. Это всего лишь стечение обстоятельств, плюс масса помощников, не щадивших своих жизней. Так что справедливо. Тем более что теперь у меня приличный запас кристаллов сущности, грех жаловаться.

Надо признаться, что последнее время мои неприятности частенько компенсируются повышенным везением. Счастливчик – весьма своеобразный навык, в который раз не разочаровывает. Достижение Хитрец тоже не стоит сбрасывать со счетов, оно отчасти перекликается со Счастливчиком. Не исключено, что они ещё и усиливают друг друга. Вот бы в эти неприятности вовсе не попадать…

Увы. Герой обязан находить приключения на свою беспокойную задницу, иначе откуда брать опыт, как жизненный, так и игровой. Я уже привык относиться к таким спонтанным проблемам почти с философским спокойствием.

Наконец вижу подходящий для подъема участок склона.

Подхожу ближе, цепляюсь за переплетения древесных корней, словно специально проросших здесь своеобразной лесенкой, и начинаю взбираться. Здесь не так уж и высоко, всего метров десять. Несколько секунд, и я окажусь наверху…

– Так какой у тебя уровень на самом деле, Зуб?

Замираю под самым краем расселины, вцепившись обеими руками в корни. В шаге от обрыва на корточках сидит Майло и, задумчиво глядя на меня, поигрывает кривым кинжалом в правой руке.

Глава 10. Передышка

При виде убийцы, который занял выгодную для удара позицию, в уме стремительно мелькают варианты развития событий: разжать руки и сверзиться обратно в расщелину, сделать рывок для упреждающего нападения, попытаться поговорить и решить дело миром…

Но тут до меня доходит, что Майло не пытается угрожать, и я сразу успокаиваюсь.

Он просто рисуется в своей вызывающей манере, давно ставшей неотъемлемой частью его натуры. Иначе ударил бы в спину во время боя, воспользовавшись тем, что мое внимание направлено на Пастуха. И проблема взаимной неприязни решена. Но он этого не сделал. Впрочем, помогать он тоже не стал.

Горад ободрал его на корабле так же, как и меня, без знаменитой шляпы и маски Майло выглядел непривычно. Короткая соломенная шевелюра растрепана, на лице поблескивают капли пота – знатно пришлось побегать, чтобы меня обогнать. Худощавое лицо с правильными и совершенно не примечательными чертами. На такого человека вряд ли обратишь внимание, если не ведешь с ним дел. Сейчас Майло больше похож на взъерошенного воробья, чем на убийцу. Загадка внешности пропала. Вот что значит стиль и умело подобранный образ, который создаёт нужное впечатление о противнике ещё до начала разговора. Но и сейчас он по прежнему опасен, способностей не отнимет даже Горад.

Одним рывком преодолеваю последний участок подъема и забираюсь на край расселины. Майло почти неуловимым движением смещается на пару шагов в сторону, сохраняя дистанцию. До Команча ему далеко, но тоже ловок, засранец.

– Предполагай самое худшее. Например, что у меня 50-й уровень. Тогда может лишний раз подумаешь, когда…

– Мы сейчас, образно говоря, в одной лодке, Зуб, – Майло напряжённо усмехается, кривя тонкие губы. – Я знаю остров, а у тебя есть союзники, которые, надеюсь, помогут выбраться отсюда нам обоим.

Он привычным жестом собирается вложить кинжал в ножны, для демонстрации мирных намерений, но нет ни ножен, ни пояса, вкладывать некуда. Он знает, что я это заметил, и даже такая малость прибавляет злости в его глазах. Мелочные и самовлюбленные сущности всегда с пиететом относятся к тому, как их видят окружающие. А он позволил себе забыться, проявить слабость. Не понимает, что мне на такую чушь совершенно наплевать.

– Давай-ка отойдем, камнееды слишком близко и всё ещё взбудоражены после драки, – нехотя бросает Майло. – Нужно обсудить, что делать дальше.

Разумное предложение, прямо с языка снял.

Не сговариваясь, берём от края левее и несколько минут молча удаляемся прочь, петляя среди низкорослых деревьев и поросших мхом камней. Вскоре лес редеет, расступается, открывая взгляду усыпанную каменными обломками равнину – серые вкрапления на зеленом поле густой травы. Здесь будто порезвился великан, расколошмативший гигантским молотом ради развлечения окружающие скалы и щедро разбросавший каменные обломки вокруг на протяжении нескольких километров. Вдали, за этой странной равниной, снова виднеются чахлые деревца. Нам туда. Если по прямой, то путь пролегает как раз среди этих обломков.

Не нравится мне эта местность. Плохой обзор. Хватает достаточно крупных каменных глыб, за которыми вполне можно спрятать целый отряд. Но действительно пора поговорить, и Майло это отлично понимает. Он присаживается на более-менее гладком булыжнике и приглашающе показывает взглядом на камень рядом.

Я тоже присаживаюсь, стараясь не показывать облегчения.

Получение нового уровня всегда вызывает определенную подстройку организма и обычно это происходит почти незаметно для общего самочувствия. В идеале в такие моменты лучше всего находиться возле алтаря Алана в состоянии медитации, чтобы закрепление параметров происходило максимально быстро и безболезненно. Вдобавок погружение сознания в астрал даёт 10% шанс, что при закреплении одна из характеристик навсегда увеличится на 10% от прироста, и я это стараюсь не забывать.

Увы, недооценив серьёзный дефицит восстановления энергии на этом чёртовом острове, я по пути вдогонку к двадцати автоматически распределённым системой параметрам влил ещё двадцать в мудрость. Всё ради той же энергии. И неожиданно почувствовал обескураживающую слабость. Так что вовремя мы присели передохнуть, ещё немного и я начал бы спотыкаться. Не думал, что такая малость так сильно собьёт тонус. Мысль усвоить опыт из найденного накопителя и подняться ещё на уровень пришлось отложить до более подходящего момента. Например, это можно попробовать сделать во время боя, под воздействием Душелова, чтобы нивелировать проблемы с энергией. Нужна простая схватка с одиночным и не слишком опасным мобом. Но есть ли такие мобы на острове, где в основном обитают пятидесятки, да ещё и элитные?

– Оружие у кого позаимствовал? – вопросительно смотрю на его кинжал.

– У Ворукса, – мстительно улыбается Майло, воспоминание явно доставляет ему удовольствие. Он наконец находит занятие своему кинжалу – перехватывает за лезвие и принимается чистить кончиком грязь под ногтями. – Мерзкий предатель. Столько его дрессировал, и всё равно против меня повернулся, стоило только Гораду пухлым пальцем поманить. Ходит слушок, что Горад послал своего прежнего божка лесом и каким-то образом заполучил нового покровителя из Тёмных, причём совсем недавно. Местные без особого пиетета относятся к своим божествам, сила у тех небольшая, дальше этой локации местные божества влияния не имеют. Неудивительно, что всё новое вызывает у гхэллов нездоровое любопытство. А Горад рад стараться, с помощью тёмной харизмы от нового божества привлекает гхэллов на свою сторону пачками. – Разбойник умолкает, хмурится, видимо, посчитав, что говорит лишнее, и возвращает разговор к началу. – Вижу, ты тоже разжился железками. Дерьмовые, но лучше, чем ничего.

А может, Майло, нужно было не дрессировать, а нормальные отношения развивать? Как я старался со своими щенками? Тогда бы гхэллы, скорее всего, остались на твоей стороне. Вслух я свои мысли озвучивать не стал, незачем обострять и без того щекотливую ситуацию. Майло слишком легко заводится, а я и сам сейчас взвинчен и готов сорваться по любому поводу. Но информация мелькнула интересная. У Горада новый божественный покровитель? Не отсюда ли дует ветер перемен, сподвигнувший его на переворот в собственном клане?

– Представляю, в какой ярости сейчас Горад после нашего побега, – усмехаюсь я.

– Ещё бы, – с такой же усмешкой согласился Майло. – Дорого бы отдал, чтобы увидеть выражение на его физиономии в тот момент. Но я его не видел. Может, Горад дрых в каюте, или медитировал, копил силы, готовясь к посещению острова. Это и к лучшему. Я действовал быстро, некогда было разглядывать нюансы. Перерезал тяжи на «весле», испортил морду Воруксу, он теперь временно одноглазый, позаимствовал его ножик и дунул вслед за тобой. Как раз кораблик пролетал мимо следующей пристани, расчёт был идеальный. Задержись я ещё на секунду, и Горад не дал бы уйти, мне с ним не тягаться.

– Может поделишься, как ты освободился?

– А вот это уже не твоё дело, – бурчит Майло. – Благодаря мне, ты всё ещё жив, вот и будь доволен.

– Благодаря тебе я попал на этот остров, – резонно напоминаю я. – И мне не даёт покоя вопрос, почему же ты передумал работать на Горада?

– Неужто трудно поверить в мой чистый и незамутненный альтруизм?! – деланно удивляется Майло.

– Шутник ты, однако. – Киваю, поневоле возвращая Майло такую же кривую ухмылку. Альтруизм, ага. Разве что шкурный. – Как оторвался от погони?

– На этот счёт можешь не волноваться, – Майло пренебрежительно фыркает, всем своим видом показывая, где он эту погоню видал и в каких позах. – Горад хоть и пятидесятник, но в догонялки играть не станет. На этом острове праздные прогулки могут плохо закончиться для любого, даже для него. Он хоть и набрал силу, но ещё не тот у него калибр, чтобы тягаться на равных с местными обитателями. Горад гораздо хитрее, если ты ещё не понял. Он обязательно найдет способ лишить нас шанса отсюда выбраться без лишнего риска для себя. Поэтому надо постоянно держать ушки на макушке.

Что ж, хоть одна хорошая новость: погони нет. Теперь нет необходимости нестись дальше сломя голову, можно обдумать следующие шаги уже без спешки. И всё же отчетливо понимаю, что рановато пока расслабляться. Всё может быть совсем не так, как говорит Майло. Он специалист по лжи, и Горад может подбираться ко мне прямо сейчас, пока убийца отвлекает разговорами. По хорошему его бы прикончить и разбираться с проблемами самостоятельно, но мне претит убийство ради убийства. Да и неизвестно, чем закончится наша схватка, условия крайне невыгодные. Пока буду считать, что разбойник всё ещё остаётся ценным источником информации об Острове Мертвецов. Так легче терпеть его присутствие рядом с собой.

– В одной лодке говоришь… Почему тогда не помог с Пастухом?

– Шутишь? – вопрос и правда заставляет его удивиться, смотрит на меня, как на недоумка. Так и хочется засветить в глаз, чтобы морду попроще сделал. – В прошлый раз мы этого монстра здесь рейдом валили, так двое наших танков от яда в несколько секунд сгорели. Пришлось бить с дистанции, и то… Неважно.

– Рейдом? Майло, ты скинул мне неполную карту? Эта расселина и обиталище Пастуха были тёмным пятном.

– Ишь чего захотел, – не стал отпираться пират, ухмыляясь во всю рожу. – Любая информация имеет свою цену. Я скинул то, что счёл нужным. Но раз ты выбрал именно это направление… Короче, мы здесь в основном камнеедов фармили, а от пастуха держались подальше. Слишком опасная тварь, результат не стоит усилий. Ты здесь впервые, так что камнееды к тебе нейтрально относятся. А меня порвали бы в клочья, вздумай я сунуться к тебе на выручку… Меня лишь инвиз и спас. Что-то полезное с пастуха выпало, кроме этого барахла, что на тебе? – Майло кивает на мой пояс с подсумком.

– Ничего такого, чем мне хотелось бы поделиться с тобой, – ворчу в ответ я. Умеют же некоторые испортить лишний раз и без того паршивое настроение. – Собрал пачку кристаллов сущности, но тебе они вряд ли сейчас понадобятся. Кстати, у тебя ведь имеется доступ к искаженному порталу? – задаю давно вертевшийся на языке вопрос.

– А толку? Забудь. Я же говорил – туда не суйся.

– Если действительно хочешь объединить усилия, то хорош уже скрытничать по любому поводу. Или ты не собираешься отсюда выбираться?

– Да не в этом дело, – досадливо морщится Майло. – Искажённый портал может привести только к другому искажённому порталу. Половина клана хоть и разбежалась, но бойцов в «Сером ветре» для охраны ключевых точек ещё хватает. И что-то мне неохота им попадаться так глупо. К тому же возле местного портала ещё и толпа мертвяков постоянно тусуется. Да и не пропустит он тебя, настройкой на портал тоже Горад занимается, с каждым индивидуально. Понял? Нам обоим ловить там нечего.

После слов Майло вдруг понимаю, что будто избавился от наваждения. Ведь действительно нет никаких гарантий, что мне удастся заставить этот портал работать так, как мне нужно. Мой навык Ключника всё ещё загадка для меня самого. Опять же, мертвяки. При большом желании я смогу нейтрализовать только девятерых. Что, по сути, ничего не даёт, кроме небольшой отсрочки смерти. Нет, мне точно не нужно в заброшенный форт. Сейчас от меня лишь требуется держаться как можно дальше от Горада и оставаться в живых, пока не придет помощь или пока не найдется способ выбраться отсюда самостоятельно.

– Так удалось тебе связаться со своими, или нет? – вопросительно вскинув бровь, как бы невзначай уточняет Майло.

А ведь Майло напуган до чёртиков, вдруг понимаю я. И предварительный обмен репликами вёл именно к этому вопросу, хотя разбойник и старается делать вид, что ему на всё наплевать. Но вся эта бравада напускная, вроде защитной реакции – нежелание показывать свою слабость кому бы то ни было. Могу понять. В бегах от собственного клана, да ещё на Острове Мертвецов, где умереть так просто… Похоже, ему действительно нужен сейчас союзник, и даже больше, чем мне. У меня-то с тылом всё в порядке, а вот куда податься Майло, если он всё-таки выберется отсюда живым… Давлю в себе непрошенное сочувствие в зародыше. Не время и не место. Да и не тот Майло тип, к кому сочувствие стоит испытывать в принципе. С другой стороны – а чем тогда я буду отличаться от него, если буду вести себя также, как и он? Хороший вопрос.

– Удалось, но лишь отчасти, – отвечаю уклончиво, не собираясь вдаваться в детали. – Мне нужно попасть на северный край острова. Полтора десятка километров. Сможешь показать наиболее безопасный маршрут?

– Возможно. А ты понимаешь, что Горад уже наверняка починил корабль, и сейчас курсирует вдоль берегов?

– Есть встречное предложение? Нет? Тогда проблемы будем решать по мере поступления. Давай уже, шевели ногами, отрабатывай роль проводника.

– Командовать в своем клане будешь, Зуб, – ворчит Майло, не двигаясь с места, но кидает мне приглашение в группу. – Показывай на карте, куда примерно нужно добраться. И почему ты так уверен, что помощь придёт?

– Мой клан не оставляет своих в беде, – делаю пометку на его карте.

– А может, тебя уже бросили, списали?

– Не стоит обо всех судить по себе, Майло.

– Какой тонкий намёк на толстые обстоятельства, Зуб.

– Так ты знаешь безопасную дорогу, или просто зубы заговариваешь?

– Знаю. И тебе моя помощь ох как пригодится, – заверяет Майло с самодовольным видом. – Честно говоря, я удивлён, что ты всё ещё жив. Мертвяки – это лишь малая часть проблем Острова Мертвецов. Агрозоны, где водятся опасные монстры, здесь натыканы, как мины на минном поле. А из нас двоих лишь я знаю, как их обойти.

– Да, да, твою ценность я уже уяснил, можешь не продолжать петь дифирамбы о себе любимом, – небрежно бросаю я, сбивая ему самодовольную мину. – Кстати, а почему на проклятом острове прокляты не все? И камнееды, и пастух относятся к тварям Природы, а я ожидал, что…

– Ожидал что? Здесь прокляты только разумные существа. Чего ж тут непонятного?

– Вот как. То есть природа острова не изменилась…

– Не совсем так, – Майло чертыхается, заехав кончиком кинжала под ноготь глубже, чем хотелось. Секунду разглядывает проступившую кровавую каемку, и как ни в чем не бывало принимается чистить другой. – Аура истощения действует на все живое без исключения. Сражаться здесь весьма непросто, но и у тварей такие же ограничения по энергетике. К тому же многих зверей аура изменила физически, не забывай, этот остров проклят давно. Если встретишь знакомых существ, не совершай ошибку, полагая, что знаешь их способности.

Рассвет за разговором подкрадывается незаметно.

И только когда где-то там, за лесом по ту сторону равнины, начинает выглядывать пока ещё робко сияющий край солнца, вдруг понимаю, что ночь уже подошла к концу. Вот же странно ведет себя время на этом острове. Мне почему-то казалось, что я здесь не больше часа. Да и местная ночь сама по себе довольно странная – очень светлая, словно остров находится в другой реальности. Вот и не замечаешь темноты, потому что её по сути нет. Светлый сумрак, почти неотличимый от пасмурного дня. С восходом солнца размытые тени вокруг сразу становятся отчетливыми, и Майло тоже обращает внимание на проблески света за спиной, коротко оглядывается.

– И вряд ли тебе ещё раз так подфартит, как с Пастухом, – многообещающим тоном заверяет Майло, никак не прокомментировав рассвет. – Да и тухляки здесь тоже разные, к твоему сведению. Есть медленные, а есть очень быстрые. Очень. Опасные, как… Надеюсь, сам понимаешь, почему?

– Разные классы.

– Догадливый, – он хмыкает с некоторым разочарованием. – Самосознание они после смерти утратили, но способности никуда не делись. А мёртвые самим своим существованием заточены на поиск и уничтожение живых, в первую очередь для пополнения своих рядов. Подкрадется вот такой бывший убийца к тебе в инвизе, чиркнет лезвием по горлу, и пропишешься на острове навсегда. Кстати, по пути, если не отклоняться от твоего направления, нам как раз встретится поселок, в котором обитает примерно десятка три мёртвых рыл. Если бы ты попёрся без меня, то там бы путешествие и закончилось. А обходить стороной может выйти ещё дороже – говорю же, здесь кругом опасные агрозоны, знать нужно, куда прёшь.

– И ты, конечно, сможешь провести мимо поселка так, что нас никто не заметит?

– Зря иронизируешь. – Майло уже обработал все ногти, и не знал, чем ещё заняться. Не найдя ничего лучшего, рисует кончиком кинжала на земле извилистую линию и ставит по обе стороны от неё несколько крестиков, отмечая опасные места. – Вот, смотри. Придётся петлять, чтобы с гарантией обойти все препятствия. Но у меня есть другое предложение.

– Выкладывай. Интересно послушать.

Майло поднимает взгляд, изучающе смотрит в упор, и с все той же паскудной ухмылкой, от которой меня уже тошнит, огорашивает заявлением:

– Если ты здесь и сейчас умрёшь от моей руки, то планы Горада насчёт тебя точно вылетят в трубу. Да не хватайся за ножик, я не нападаю, лишь предлагаю.

Несколько секунд молчу, сдерживая злость. Я и впрямь машинально потянулся к кинжалу за поясом, но затем понимаю, что вряд ли Майло сказал это всерьёз.

– Тебя в детстве головой вниз случайно не роняли? А то шуточка больно уж дурацкая.

– Нет. А тебя? А может, ты с золотой ложкой в заднице родился?

– Да о чем ты вообще?!

– Ты появился на Архипелаге, имея больше, чем любой игрок до тебя. Уникальные способности. Свой клан. Таинственная база, которую хрен найдешь. Предполагаю, это нечто автономное, не имеющее отношения к локации. Я слышал, в твоём клане собрался поразительный зверинец, кого только нет. Вроде даже демона кто-то видел. Вранье, скорее всего, но заставляет задуматься, что же ты такое, Зубоскал. За что тебе всё это свалилось на голову…

– Ты даже не представляешь, как мне надоело это слышать от тебе подобных, Майло. Как достала эта тупая зависть… Ты даже не допускаешь мысли, что я всё это заслужил, да? Ты уверен, что мне всё досталось даром, а тебя, такого милого и пушистого, незаслуженно обделили плюшками?

– И чем же, позволь спросить, ты это заслужил? – испытывающе щурится пират, и несмотря на его кажущееся спокойствие, в глубине его взгляда я чувствую скрытую злость, граничащую с ненавистью.

– Чем? – на минутку умолкаю, чтобы подобрать нужные слова. Никогда не мог похвастаться красноречием, а сейчас это нужно, как воздух. – Может быть, тем, что никого не бросал, не предавал, не подставлял? Всегда делал всё возможное, чтобы помочь своим друзьям? Мы здесь все не просто так, Майло, а с какой-то определённой целью. Так может мой путь вернее, чем избранный тобой? Не думал об этом в таком ключе? Или просто не привык думать о завтрашнем дне вообще, о последствиях своих поступков?

– Слышь, моралист недоделанный, да плевать мне на твои заслуги с высокой колокольни, – Майло с деланным равнодушием пожимает плечами. – Я всего лишь предлагаю простой выход, а ты тут расчирикался о том, какой ты хороший, аж штамп ставить некуда.

– Простой выход? Какое отношение моя смерть имеет к простому выходу?!

– Да всё элементарно, чего тупишь-то?! Это мне самоубиваться нельзя, я привязан к Колыбели искаженного портала на… Неважно. Меня прихватят сразу, как только я воскресну. А тебе – можно. У тебя же легальная точка возрождения!

– Я чего-то определённо не понимаю, – я озадаченно хмурюсь, только сейчас сообразив, что мы говорим о разных вещах. – Разве смерть на Острове Мертвецов не создаёт привязку к искажённому порталу?

– Ах вот что тебя беспокоит, – у Майло вырывается нервный смешок, он сразу расслабляется, поняв, в чем проблема нашего взаимного непонимания. Доволен, засранец, что сумел заморочить мне голову. – Нет, в этом плане остров не так опасен, как принято считать.

– Знаешь, Майло, и без того уже от твоих загадок голова кругом идет. Может, тебя пнуть для пользы дела, чтобы яснее говорить начал?

– Странно, что Хорка не поделился с тобой этой информацией…

– Сейчас на самом деле пну.

– Ладно, ладно… Физиономия у тебя сейчас забавная, не мог удержаться. Долго такой грозный взгляд перед зеркалом тренировал? Короче, для прописки на острове недостаточно просто умереть. Ты пропишешься здесь навсегда только в том случае, если погибнешь от руки мертвеца. Это обязательное условие. Так что если бы не запрет Видящего и преувеличенные слухи об опасности, то инициативные ребята давно бы уже вырезали всех обитателей этого острова под корень.

Вот теперь до меня доходит.

– Ты абсолютно в этом уверен? А может быть, ты просто ошибаешься?

– Я уже умирал здесь, – хмыкает Майло. – Как видишь, я всё ещё жив и здоров, Зубик, и пахну как нормальный человек, а не как тухляк.

– Твой снисходительный тон вызывает умиление, – собеседник провоцирует на язвительный тон, и я не могу удержаться. – Поверь, это очень банально – вести себя уничижительно по отношению к противнику, чтобы казаться сильнее, чем ты есть на самом деле.

– Твои потуги изображать мозгоправа не менее забавны, – с язвительной усмешкой парирует Майло.

Похоже, его вообще ничем не прошибешь, а значит, все эти препирания бесполезны, и нужно просто заняться делом, игнорируя его манеру вести диалог.

– Что ж, благодарю за информацию. Значит, от руки мертвяка…

Задумываюсь. Да, теперь кое-что проясняется. Горад украл у меня расходник портала наверняка для того, чтобы поэкспериментировать с моей астральной сетью. Тоже захотелось активировать астральный маяк на древе Смерти для беспрепятственного доступа к добыче Семян? Ведь Хорка теперь не даёт ему подступиться к Древу, вот маг и ищет другие способы. Но расходник могу использовать только я, и Горад это уже наверняка понял. А значит, он действительно будет меня искать, чтобы закончить начатое. Если он превратит меня в мертвеца и подчинит, то кто знает, может, его задумка и выгорит… Извратил мою собственную идею. Откуда только такие моральные уроды берутся, готовые пуститься во все тяжкие, чтобы дорваться до власти… Никогда этого не понимал. А иногда немного амбиций не помешало бы для пользы дела и мне самому. Кстати, а ведь тот невезунчик, с кого я снял накопитель, получается, жив. Возродился нормальным способом, если не закончились сейвы. Скорее всего, это кто-то из кандидатов, которых я должен был встретить в форте. Чёрт, вот так и срываются планы.

– Так как тебе мое предложение? – прерывает мои раздумья Майло. – Потеряешь сейв, зато улизнешь с острова. А я уж здесь как-нибудь продержусь, пока помощь не пришлешь. Ты же у нас весь из себя такой обязательный, слово держишь. Мне без тебя будет проще, не придется водить за руку, чтобы не вляпался… Не люблю я этого.

– Исключено, – твёрдо отмёл я его предложение. – Я не привык сдаваться, пока не исчерпаны все возможности для решения проблемы. И тебе придётся это принять, если всё ещё желаешь, чтобы я вернул Убивашку.

– Да и чёрт с ней, с этой сукой, – Майло кривит тонкие губы в злой усмешке. – Всегда задирала нос, строила из себя избранную. Достала своим высокомерием. Я всё равно никогда бы не добился её расположения.

– И почему же я не удивлён… – я качаю головой. – А грозился, что если Убивашка умрёт окончательной смертью, то станешь моим личным врагом.

– Нужно же было придумать уважительный предлог для договора, – в который раз пожимает плечами пират.

Да уж, заявление Майло заставляет меня слегка опешить. У этого типа вообще есть душа? Хотя… Судя по отзывам Ранилака и Команча, эти двое – два сапога пара. Получается, я лишь полагал, что имею дополнительный инструмент воздействия. Теперь речь идет всего лишь о судьбе самого Майло.

– Скажи, ты хотя бы иногда думаешь, какое впечатление производишь своими откровениями на окружающих? Может, поэтому у тебя и нет друзей?

– Друзей? – Майло вдруг срывается на хохот, тут же спохватывается и обрывает себя, так как слишком громкие звуки могут привлечь ненужное внимание. Ухмылка неудержимо расползается по его худощавому лицу. Его страшно позабавило моё предположение. – Повторю, Зубик. Мне плевать на твою прилизанную мораль. Я убийца. Полагаешь, этот класс достается случайно? Я руководствуюсь лишь целесообразностью. Сейчас тебя целесообразнее иметь в союзниках. Даже, пожалуй, принять твою сторону, поддержать, помочь выжить. Но в целом нам не по пути. Я не приживусь в твоём одомашненном курятнике, где ты собираешь себе подобных. Я помогу тебе, а ты замолвишь за меня словечко перед Хоркой. Договорились? Честно говоря, меня уже достало прятаться от всех в этой проклятой локации. Поначалу, пока в клане верховодил Антракс, это было прикольно – нагибать слабаков, заставлять платить отступные, грабить лодки и поселения. Впрочем, Антраксу это не особо нравилось, вечно меня пытался стреножить, ограничить. У него, видишь ли, тоже дурацкие принципы, вроде твоих. Не любит лишнего насилия, не умеет развлекаться, как я, без оглядки на бессмысленную этику и мораль. Но после переворота, который устроил Горад, что-то стало совсем невесело. После разрешения Хорки на свободную охоту за членами «Серого ветра» и объявленной награды, за нами теперь охотятся все, кому не лень. Не только стражники и прочие игроки, но даже другие кланы пиратов, паскуды. «Вольных пташек» и «Мудрых змеев» нам пришлось вырезать под корень, чтобы отбить охоту с нами связываться. Но есть ещё с пяток других, у кого сил уже сейчас больше, чем у нас. Вот и спрашивается – на хрена мне сдалась такая жизнь? Хочу избавиться от чёрной метки и начать все заново.

Моя рука тянется к трофейной фляге, спохватываюсь. Дико хочется утолить жажду, взбодриться, но фляга пуста. Интересно, Майло сам-то себя сейчас слышит? Не видит закономерности в последствиях своего образа жизни? Не понимает, что командная работа, основанная на взаимном доверии, даёт гораздо больше профита, чем путь независимого ни от кого одиночки? Мы словно разговариваем на разных языках. Я не могу понять, как можно быть таким законченным эгоистом, а он искренне недоумевает, почему я трачу время и усилия на других. Прощение Хорки, даже если это произойдет, такому как он, не поможет. Он тут же пойдет по такой же кривой дорожке.

– А не обманываешь ли ты себя, Майло? Характер, это не грязная тарелка, помыл, и снова чистенькая, – задумчиво роняю, уже понимая, что зря сотрясаю воздух. Бессмысленный разговор. Да и кто я такой, чтобы учить других жизни? Лучше сосредоточиться на собственных проблемах и не тратить силы на то, что невозможно исправить.

– Это ты о чём? А, понял. – Майло кивает, не прекращая ухмыляться. – Так я и не говорю, что стану добреньким до тошноты. Просто перестану лезть на рожон… без крайней необходимости. Попрошу у Хорки лицензию на отлов других пиратов, на рудниках всегда не хватает рабочих рук. Такую работу тоже ведь кому-то нужно делать. А она как раз по мне. Заодно и месть свершится. Все будут довольны, и власти, и я… Кроме тех, кого поймаю, конечно, но это уже их проблемы.

– Ты прав, это их проблемы, – нехотя встаю с прогретого камня. Чувствую смутное беспокойство. Почему-то крепнет уверенность, что здесь больше не стоит оставаться. И судьба питомцев не даёт покоя – как бы не выкинули новый номер, пытаясь пробиться на остров. Не хочу их терять. – Пора уже двигаться, время идет.

– Как скажешь. Видишь эту каменистую равнину? – Майло тоже встает и тычет пальцем за плечо. – Одно из тех самых мест, о которых я говорил. Но огибать не будем. Просто следуй за мной и с моей скоростью, и всё получится.

– С твоей скоростью? – настороженно уточняю я.

– Надеюсь, ты умеешь бегать не хуже меня, – многообещающе скалится Майло.

– Погоди, что…

– Погнали!

Пират срывается с места.

Его фигура словно размывается на бегу, лавируя среди каменных нагромождений.

Я тут же бросаюсь за ним, так как ругаться и спорить уже бессмысленно, И почти сразу замечаю угрожающие изменения, которые начинают происходить вокруг. Некоторые каменные кучи оживают – дрожат и шевелятся, будто из-под них что-то пытается выбраться. По всей равнине разносятся скрип, скрежет и грохот камней, от этих зловещих звуков по нервам бьёт озноб.

Похоже, этот адреналиновый придурок тащит меня прямо в центр одной из тех самых агрозон, о которых только что распинался! Но останавливаться или поворачивать обратно теперь куда опаснее, чем следовать за проводником.

Надеюсь, Майло понимает, что делает!

Глава 11. Нежданчик

Почти сразу начинаю отставать, хотя несусь в режиме рывка, сжигая драгоценную энергию. И за это ещё выскажу спутнику пару ласковых. С каждой секундой между нами растет разрыв, а значит, бег у Майло развит до четвёртого ранга. Чёртов болван не стесняется использовать его на всю катушку, не думая о том, что я могу за ним не успеть.

Увы, злиться просто некогда. Спина разбойника мелькает среди каменных глыб, и я стараюсь не потерять его взглядом, не сбиться с маршрута. Так как, судя по нарастающему вокруг шуму, равнина вся целиком пришла в опасное движение. Непросто лавировать, когда перескакиваешь через камни, которые сами катятся под ноги, норовят сбить, замедлить, заставить споткнуться. Никогда не слышал об одушевленных камнях, и это определенно не просто камни, а часть чего-то более могучего. Но и оглядываться по сторонам тоже нет возможности, чтобы выяснить, что же происходит на самом деле. Совершенно точно, что ничего хорошего. Это красноречиво подтверждает низкий угрожающий гул, раскатывающийся по равнине физически ощутимыми волнами.

До отката Теневого преимущества ещё минут десять, но все равно не собираюсь использовать способность без крайней необходимости. На этом острове я в полной мере прочувствовал, что все серьёзные способности безбожно жрут энергию и долго перезаряжаются. Так что использовать их стоит только в самом крайнем случае. Простой пример – если бы Теневой прокол висел в откате, когда я угодил в щупальца Пастуха, то гарантированно улетел бы на возрождение в Колыбель Цитадели.

Пару километров проносимся минуты за три. За границей заколдованного поля уже отчётливо вижу кромку леса – линию зарослей из невысоких лиственных деревьев и заполняющих пространство между ними кустов. Майло к этому моменту отрывается метров на пятьдесят, поэтому добирается до границы первым. Тут же разворачивается и издевательски машет рукой, типа – прощай, Зубик?

Хрен тебе, а не прощай.

Припускаю ещё сильнее, откуда только силы берутся. Лечу над землей, почти не чувствуя ног. Согнутые в локтях руки работают как поршни хорошо смазанного механизма, легкие сокращаются как кузнечные мехи, мощно выталкивая отработанный воздух. Странное ощущение, словно перешел на некий новый уровень навыка, но нет, я всё ещё на третьем ранге бега (68%), тут что-то другое. Возможно, изменилась физика окружающего пространства, но думать некогда, внимание поглощено сумасшедшим бегом.

Непрерывно тлеющий Знак Алана вдруг вспыхивает пожаром, охватывающим все лицо, шею и плечи. Это ещё не боль, нет, это предупреждение о нарастающей, накатывающей сзади опасности и рекомендация шевелить мослами ещё быстрее. Но я и так на пределе.

Мощный подземный удар сотрясает землю, высоко подбрасывая вокруг мелкие камни. Земля бьет в пятки не хуже лягающейся лошади. Сюрреалистичная картина, со стороны кажется, что на равнине вдруг наступает невесомость и мир словно замирает. Подброшенный, я на миг зависаю в воздухе, а вокруг причудливой россыпью застывают камни самых разных размеров – от мелкой щебёнки до крупных булыганов в половину моего роста. Звуки размываются, теряются на фоне тяжелого грозного рокота. Дебафф частичного оглушения отгрызает солидную порцию от и без того порезанных Аурой Истощения показателей скорости и реакции.

Миг проходит, время снова срывается с цепи, все это дико сбивает с толку и мне не удаётся удержаться на ногах. Лечу кубарем, набивая шишки и обдирая кожу о скачущие вокруг, словно град небесный, камни.

– Левее возьми! – доносится сквозь пелену пронизывающего всё вокруг гула вопль Майло, разбойник орёт так, будто сел задницей на костёр, что-то явно увидел за моей спиной. Его предостережение дублируется в чат, только в чат сейчас смотреть некогда.

Не успев вскочить, рывком перекатываюсь в сторону.

По поверхности земли в считанных сантиметрах от меня проходит ветвящаяся, словно молния, трещина. Попавшиеся на её пути каменные обломки хлесткими щелчками буквально взрываются, превращаясь в облачка пыли. В последний момент успеваю увеличить дистанцию ещё одним перекатом. В следующую секунду уже несусь дальше, к спасительной границе агрозоны, за которой стоит Майло, продолжая отчаянно жестикулировать и что-то орать. Его голос неразборчив из-за нарастающего рокота, который уже больше смахивает на рёв урагана.

До него остаётся преодолеть не больше тридцати метров.

В двух метрах справа каменистая почва оглушительно взрывается новой земляной молнией, заставив шарахнуться ещё левее. Каменные обломки со свистом брызжут шрапнелью, звонко лупят по панцирю на спине, по стальным наплечникам, секут скулу и шею. От хлесткого удара шатаюсь словно пьяный, но тут же выравниваюсь и бегу дальше.

Десять метров…

Ухожу перекатом вправо, уклоняюсь ещё от одного удара прямо под собой, с треском проламываюсь сквозь кусты, вскакиваю, и…

И оказываюсь рядом с Майло.

Грохочущие раскаты обрываются, словно опускается невидимый звукопоглощающий барьер. Падаю на колени, пытаясь отдышаться, давно я себя так не загонял бегом. Сердце ошалелыми частыми толчками отдаётся в висках, выпрыгивает из груди, губы пересохли. Страшно хочется пить. Замечаю на кистях кровь, касаюсь лица и пальцы тоже окрашиваются красным. Чёртов щебень. Чёртов Майло. Чёртов… Резко оглядываюсь, изучая то, чего удалось избежать. И лишь усилием воли в последний момент сдерживаюсь от ругани. И от инстинктивного, ломающего волю, бегства. Не доставлю такого удовольствия Майло.

Большая часть каменных обломков на равнине словно испарилась. На самом деле это не так. Они собрались в центре, стянулись, словно мусор мощным пылесосом, трансформировавшись в поистине исполинское существо. Так вот кто хозяин этой агрозоны – голем. Точнее – ГОЛЕМ. Этот великан вздыбился метров на тридцать в высоту, попирая макушкой небо, и по очертаниям похож на поставленное вертикально веретено. Сотни, а скорее тысячи разнокалиберных камней, создающих его форму, постоянно находятся в хаотичном движении. Внутри, образуя сердцевину тела, тяжеловесно шевелятся и с треском трутся друг о друга огромные глыбы, каждая с небольшой холм. Снаружи в змеящихся голубоватыми молниями потоках энергии плавают мелкие обломки, образуя «кожу». Десятки щупалец-плетей из все той же перевитой молниями и насыщенной каменными обломками «плоти» беспокойно шевелятся вокруг основного тела, ощупывая равнину метров на пятьдесят вокруг чудовища.

Осознаю, что, не сходя с места, эта тварь едва не достала меня на самом краю агрозоны и снова усилием воли перехватываю желание попятиться. Но далеко не все глубинные реакции можно контролировать – по коже бегут мурашки, волосы встают дыбом. Дело не только в ужасающем впечатлении, которое производит этот монстр – вся равнина наэлектризована буйством изливающейся от него энергии.

До монстра сейчас метров двести, но он так велик, что даже отсюда, с моей точки наблюдения, видна системная информация:

Каменный Смотритель

50-й уровень

Жизнь 432000

Существо Хаоса

Потеряв цель, монстр уже успокаивался, движения его ищущих щупалец становились более замедленными, а веретенообразное тело постепенно, метр за метром, оседало, грузнело, расплывалось, собираясь в скором времени снова развалиться в россыпь неодушевленных камней.

Майло встает рядом и с выжидательной ухмылкой посматривает на меня.

– В такие моменты больше ценишь жизнь, да, Зубик? Теперь понял, о чем я говорил? Наглядная демонстрация. Так что цену я себе не набивал…

– Да понял я, понял, Смайлик, – скриплю пересохшим горлом в ответ.

– Как ты сказал?

– Как слышал. Это тоже титан? – спрашиваю как можно спокойнее, но шея, когда кошусь на спутника, кажется деревянной от напряжения. Очень уж хочется врезать ему в челюсть за такие шуточки, да момент неподходящий, чтобы потакать сиюминутным желаниям.

Лицо разбойника разочарованно вытягивается, всего лишь на миг, и тут же принимает прежнее развязно-пренебрежительное выражение. Но по взгляду вижу, что мою реакцию, вернее, отсутствие оной, он оценил, что прибавило в его глазах чуток уважения ко мне. Я правильно угадал причину этой неоправданной пробежки – желание лишний раз самоутвердиться за чужой счёт. В таком риске совершенно не было никакой необходимости. Видимо, других способов Майло не знает, или не приемлет.

– Точно. Титан. – Майло тоже решает не нагнетать обстановку. – И не из тех, с кем есть смысл связываться.

– То же самое ты говорил о Пастухе.

– Смотрителю твой Пастух на один щелчок. Уверен, ты и сам видишь разницу, так что не глупи. Это скорее супер-титан. Один из трёх боссов острова.

– Один из трёх?

– Есть ещё Ледяной Мастер в восточной части, та ещё пакость. И Могильщик в северной. Смотритель из них самый примитивный, можно сказать, самый безобидный. Ты его не трогаешь, а он не трогает тебя, сидит себе мирно в своей зоне. А те двое, если учуют живых, будут преследовать, пока не прикончат, или пока не покинешь остров. И скорее всего, случится первое, а не второе.

– Личный опыт, или пересказ с чужих слов?

Ого, как его задевает мой вопрос, Майло прямо передергивается. Ай-яй-яй, я усомнился в боевых возможностях его клана, хоть и бывшего. Но злость тут же гаснет, прячется под кривую усмешку:

– «Серый ветер» пытался проверить на прочность всех троих. Бесполезно, не наш уровень. Большинство заклинаний и умений полноценно срабатывают не дальше чем с пятидесяти метров. А зона тотальной смерти вокруг Смотрителя – полторы сотни метров. Стрелы, копья, мечи, то есть чистая физика – ничто из этого его не берёт, это же сплошной камень. Причем зачарованный. Так что и магия на нём пасует. Заданий на него нет, так как остров запретный. Попытки активировать системную закладку нападением на Смотрителя, ничего не дают, кроме гарантированной смерти атакующих. Короче, это просто стихийная сила, созданная системой для антуража, это как дегустаторы, обитающие в Белой Мгле. Никто и никогда их не убивал, считается, что это невозможно. С Ледяным Мастером и Могильщиком ещё хуже. Эти двое, убивая игроков, привязывают их к острову в качестве мертвецов. Хватило случайных стычек, когда только ещё открывали их существование, чтобы понять – трогать их не стоит ни под каким соусом. Потеряли несколько игроков. Совсем, как ты понимаешь. Наверное, Горада именно после этих смертей переклинило на Острове Мертвецов, с разрешения Антракса он начал искать способы возврата мертвяков в мир живых. А кончилось сам знаешь, чем.

– Контролировать он всё-таки научился. А затем взялся за уничтожение собственного клана, – я задумчиво киваю, прикидывая план действий на будущее. Если для рецепта портала годятся кристаллы сущности титанов, то сгодятся и кристаллы от супер-титанов. Это, конечно, если с поиском титанов вне Острова Мертвецов возникнут проблемы. Пока же я не настолько безумен, чтобы самостоятельно разбивать лоб о Голема. – Как думаешь, у Хорки Умного хватит сил прикончить, к примеру, Смотрителя?

– Вряд ли. Лично мне кажется, что магов, достаточно сильных, чтобы причинить ему существенный вред, в локации нет. Кроме ударов щупальцами досконально известны лишь две способности босса – Подземный удар, и Каменное одухотворение. Ему этого вполне достаточно, чтобы стирать в порошок все, что оказывается поблизости, поэтому больше ничего и неизвестно. Впрочем, возможности Хорки ты лучше знаешь, вы давно друг с другом спелись, и не пытайся отрицать. Вот сам и скажи – справится Видящий, или нет.

Пожимаю плечами. Хорку Умного в битве видеть доводилось, его мощь впечатляла до глубины души, но справится ли он с таким монстром – понятия не имею. По крайней мере дегустатор Хорке точно не по зубам, а этот голем всего лишь рангом слабее.

– Здесь есть где-нибудь поблизости источник воды? Нужно восстановить силы.

– Есть. Давай за мной.

Оставляем за спиной мирно распадающегося исполина и быстрым шагом углубляемся в лес. Майло и сам изрядно истощил энергию после такой пробежки, и сейчас двигается с приемлемой для меня скоростью, уверенно маневрируя среди серо-зеленых зарослей кустов и черных стволов низкорослых деревьев. Лес пахнет влажной почвой и прелыми листьями, но ручьёв не видать. А жажда с каждым шагом становится все мучительнее, организм настойчиво напоминает о пределах своих резервов. В который раз мысленно сожалею, что не умею усваивать энергию из кристаллов напрямую, как Кроха. Кристаллов – полный подсумок, а толку от них сейчас – ноль.

Некоторое время двигаемся молча, а потом, бросив взгляд на горящие световой каймой кроны деревьев, я замечаю очередную странность. Такое ощущение, что солнце передумало восходить и застряло на одном месте.

– Слушай, а что здесь за проблемы со временем?

– О чём ты?

Майло перепрыгивает неглубокой овраг, бросает на меня короткий непонимающий взгляд. Снова отворачивается и движется дальше, проскальзывая среди ветвей с такой ловкостью, что лес после его проходки остается без движения. Ветви и листья качает лишь легкий утренний ветерок. Я даже не пытаюсь соревноваться, не на это заточены мои параметры, просто продираюсь сквозь заросли как медведь.

– Когда мы попали на остров, ночь была в разгаре, – поясняю я, догоняя его. – Но прошло совсем немного времени, как наступило утро, а ночь подевалась неизвестно куда. Да и с таймером творится непонятно что. То он показывает, что мы здесь меньше часа, то вдруг больше двух. Вот я и спрашиваю – у тебя такой же системный сбой, или это только мне посчастливилось?

– Вообще-то, по моим прикидкам, я здесь не меньше трех часов и для меня всё ещё стоит ночь, – отвечая, Майло не задерживается, продолжает прокладывать путь в лесу.

– Прикалываешься? – хмыкаю я. – Не смешно. Ты оглянулся вместе со мной, когда взошло солнце. Значит, заметил.

– Не всё является тем, чем кажется. – Перепрыгнув ещё один овраг глубиной всего до колена, Майло сворачивает чуть правее, выводя на относительно прогалину среди растительности, но не останавливается и здесь. – Я оглянулся, чтобы проследить направление твоего взгляда, пытался понять, что привлекло твоё внимание. Теперь понятно. Так для тебя уже наступил день? Время здесь ведет себя порой весьма занятно и для каждого наблюдателя изменения воспринимаются индивидуально. Для кого время ускоряется, или замедляется относительно времени на Архипелаге, а иногда просто происходит смещение временного потока. Так что на таймер ориентироваться бессмысленно, лишь запутаешься ещё больше.

Вот чёрт. Теперь ясно, почему напрочь заглох клан-чат. Выкрутасы со временем просто рвут связь, как гнилую нить, нарушая физику пространства. Но что любопытно, своих питомцев я все же ощущаю. Очень слабо, почти на грани исчезновения, но ощущаю. Духовная связь оказалась покрепче чата, и пасовала перед разрывами в пространстве-времени не полностью. Чёрт, теперь мне уж точно придется рассчитывать лишь на себя. А ещё нужно срочно устроить схватку с применением Душелова, чтобы эту связь укрепить и попытаться передать сообщение. И кстати, не могу не заметить, что когда Майло перестает придуриваться, то вполне внятно может объяснить все что угодно. Образ отвязного авантюриста, похоже, лишь маска, а что на самом деле таится в его душе, предстоит ещё выяснить. Думаю, не в последнюю очередь на моего временного союзника повлияла и харизма, не зря же я её прокачиваю. Довольно высокий шанс удачи в переговорах медленно, но верно делает свое дело. Как это уже произошло с Команчем, когда я переманивал его для работы в клане. Чем дольше Майло находится рядом со мной, тем убедительнее будут становится для него мои доводы.

– Мог и раньше сказать, – ворчу я, спускаясь за ним по пологому взгорку в очередной неглубокий овраг, которыми лесная почва испещрена словно старческое лицо морщинами.

– И что бы это изменило?

– Информация никогда не бывает лишней, Майло. Чтобы строить планы по спасению, нужно…

Шелестящий звук, переходящий в ультразвук, перебивает мою реплику. Лес словно испуганно замирает. Стихает даже ветерок, прекращая раскачивать листья, вокруг разливается тревожная тишина. Запах сырой земли становится сильнее.

Майло застывает столбом, коротко оглядывается, и я замечаю в его глазах неподдельное беспокойство. Приложив палец к губам в знак молчания, он передаёт по групповому чату:

А вот теперь ходу, Зуб! Если успеем добраться до укрытия, прежде чем…

В следующий миг я уже несусь за ним, понимая, что это не очередная шуточка пройдохи, все серьёзно. Темные стволы деревьев мелькают по сторонам, сливаясь в сплошную размытую полосу. Сбитые движением тела листья шлейфом взмывают в воздух за плечами.

Свистящий вопль догоняет в спину ощутимо тугой волной, заставляя в последнее мгновенье инстинктивно шарахнуться в сторону. Ствол дерева, мимо которого пробегаю, с отчётливым хрустом покрывается тонкой ледяной коркой. Она стремительно ползёт вверх по ветвям, мгновенно убивая листья и зелёные побеги, заставляя их почернеть. Спотыкаюсь, пытаюсь наверстать темп, но мешает повисший дебафф – Шепот призрачной тишины, снижающий скорость движения на 10%. Майло тоже достаётся лишь краем, и только поэтому мы не превращаемся в ледяные статуи. Но он даже не оглядывается, упрямо рвётся вперед.

Взбегаем на очередной холм, скатываемся вниз, и у подножия выхватываю взглядом какие-то древние постройки, полуразвалившиеся от времени и запустения.

Сюда!

Он первым влетает под каменную арку, исчерканную каким-то птичьим орнаментом – сплошь пересекающиеся чёрточки, словно следы от когтей. Ныряет в темный проход, и тут же резко тормозит меня, когда заскакиваю следом.

Дай любой крис, быстро! Жди здесь!

Получив требуемое, Майло выскакивает обратно, падает на колени перед входом, спиной ко мне, поэтому не вижу, что он там делает.

Тащи хворост! У тебя за спиной!

Оборачиваюсь. Точно. Подхватываю заботливо приготовленную кем-то кучу аккуратно нарубленных веток разной толщины. Майло выхватывает её у меня из рук, рассыпает там, где священнодействовал, затем бесцеремонно заталкивает меня обратно. Укрывшись в таинственном туннеле, ведущем вглубь холма, замираем по его сигналу.

Будь готов применить всё, чем владеешь. Я про магию. Есть хоть что-то, связанное с огнём?

Найдется. Кто наш противник?

Свистящий крик прокатывается по холму над нашими макушками, свод пронизывает ощутимая вибрация. Состояние фреймов тонуса и энергии можно уже назвать катастрофическим: 62% и 44% соответственно. Усталость одолевает все сильнее, вместе с энергией теряю объективность и самообладание. Хочется ринуться в драку, лишь бы покончить с неопределённостью. Но поведение Майло говорит о том, что делать этого не стоит, враг сильнее нас обоих. А в таких случаях спасает лишь хитрость, смекалка и выдержка.

Вместо ответа Майло скидывает информацию в мой бестиарий, не отрывая напряжённого взгляда от светлеющего прямоугольника входа. Быстро просматриваю строчки информации, выхватывая главное. Название у преследователя говорящее – Матерый призрак зимы, существо фракции Смерти. Его основные способности наводят на безрадостные мысли. Теперь понимаю, почему Майло настолько сильно обеспокоен. Мне повезло, что он здесь уже бывал, и эта информация оказалась в его бестиарии. По мощи тварь гораздо слабее Пастуха, но из-за проклятия острова, кастрировавшего нам обоим приток энергии, намного опаснее. Парадокс.

Что ты сделал возле входа?

Установил мину-ловушку. Если повезет, она отпугнет призрака, и у нас будет время сделать ещё кое-что. А пока не шевелись, тварь охотится на звук.

Рейдовая особь?

Что? Нет! Максимум групповая. Если экипироваться как следует, а не как сейчас, то… Но ни оружия, ни расходников, энергия в заднице… Горад, мразь… Мой Упырь так и остался на его корабле, с ним я бы рискнул схлестнуться с призраком даже один на один, и скорее всего, одолел бы.

Упырь? Именной кинжал?

Точняк. С вампиризмом. Отлично работает против неупокоенных. Проблема у нас сейчас лишь одна – нельзя дать себя убить этой твари. Сечешь? Тихо!

Я и без того не шевелюсь, даже дыхание затаил. Нас сейчас может выдать лишь звук сердцебиения или излучение тепла наших тел, но с этим ничего нельзя поделать. Замечаю, как Майло с выражением злости на лице накидывает на себя боевые ауры – Спешка: ускорение движения, атаки и сотворения чар, Грация – увеличение параметра уклонения. Мысленно усмехаюсь – экономить нужно было раньше, когда вздумал развлекаться во владениях Смотрителя, но оставляю этот комментарий при себе. Мое Дыхание ветра пока в порядке, обновил перед рывком через равнину, иначе бы не поспел за засранцем, поэтому в преддверии боя навешиваю лишь вторую ауру – Клинок бури, просаживая и без того жалкие остатки энергии ещё на тысячу.

Сгустившаяся тишина уже такой плотности, что можно резать кинжалом на ломти. Откуда-то сверху падает одинокий камушек, и звук заставляет вздрогнуть всем телом, настолько натянуты нервы. Вроде бы призрак должен быть бесплотным, но это не совсем так, существо состоит из некротической плазмы. Чья-то душа, заблудившаяся между двумя мирами – живых и мертвых, ищет жертву для удовлетворения своего вечного исступленного голода, и выбор пал на нас. По описанию из бестиария, у этого призрака нет определенного места обитания, тварь бродячая и может оказаться в любой части острова. Чем и опасна. У призрака нет зрения, но слух отменный, и я уверен, что его привлек шум, который мы устроили, потревожив хозяина каменистой равнины. Но сколько можно проклинать Майло за необдуманный поступок? Что сделано, то сделано.

Внимание!

Тёмные глаза Майло лихорадочно блестят в рассеянном свете, падающем снаружи в проход. Костяшки стиснутых пальцев белеют на рукоятке кинжала, который он держит перед собой в боевой стойке. Ему страшно не хочется умирать, куда только подевалась вся его напускная бравада. Впрочем, мне тоже не хочется превращаться в мертвяка, а любому существу фракции Смерти вполне под силу оставить нас на этом проклятом острове навсегда. Как всё дивно меняется, когда количество сейвов вдруг перестает иметь значение, и опасность по-настоящему скалится в лицо.

Смутная тень мелькает в проеме.

Наваленная возле входа куча хвороста вдруг гулко взрывается мощной огненной вспышкой. Едва успеваю прикрыть ладонью глаза, как по плечам барабанят горящие ветви. В глазах плавают световые пятна. Вспыхнувший от пламени призрак – огромное бесформенное нечто в огненном ореоле, вопит так, что на голову и плечи сыплются мелкие камни с гудящих от вибрации стен.

Хватай горящие сучья и дуй за мной! – бросает в чат Майло.

Короткий коридор приводит в небольшой круглый зал с установленным посередине алтарем в форме пирамиды из тёмно-зелёного малахита. Вокруг неё расположено несколько каменных чаш-треножников высотой по пояс, предназначенных для освещения. Мы с Майло быстро воспламеняем их содержимое – какой-то горючий жидкий состав, и дрожащий свет, разгораясь, разгоняет тьму внутри зала и растворяет мечущиеся тени.

Святилище принадлежит Йеноху, – поясняет разбойник, заметно расслабляясь. – Заброшенное, но всё ещё рабочее. Пока горит священный огонь, призрак сюда не сунется. Проблема лишь одна – чаш хватает только на час, а восстанавливается горючесть для следующего использования аж целые сутки. Если призрак за час не уберется восвояси, нам всё-таки придется иметь с ним дело.

Йеноху – твой покровитель?

Да вот ещё, мне только зверобога в покровители не хватало для полного счастья. Нет. На острове десятка два таких святилищ, многие отмечены на моей карте. Когда-то остров входил во владения Йеноху, пока он не схлестнулся за власть со своим соперником за души гхэллов – Горэлом. Битва ослабила обоих, и Владыка Древа Смерти как-то сумел этим воспользоваться, проклял остров. По крайней мере так звучит легенда. Все, отдыхаем. Пить хочу так, что сейчас сдохну.

Призрак точно сюда не сунется? Или мы просто тянем время?

Тварь быстро теряет интерес вблизи святилища, здесь ей неуютно, это же стихийно враждебный объект.

Весёлый остров, – мрачно бросаю я в чат. – На каждом шагу отвязные приключения. Ты обещал отвести к воде, я так понимаю, об этом теперь можно забыть?

Майло обещал, Майло сделал. Присмотрись.

Но я уже и сам замечаю выступающую из дальней от входа стены ещё одну чашу, побольше, в ней поблескивает жидкость. Она тонкой струйкой стекает через выемку на краю и исчезает в углублении в каменных плитах пола.

Майло первым зачерпывает воду ладонями, жадно пьет, зачерпывает ещё раз. Наконец уступает место. Вода ледяная, но такая вкусная, что мне плевать на ломоту в зубах. Напившись, ополаскиваю лицо, смывая пыль и кровь. Ключевая вода даёт бафф на восстановление энергии, слабенький, но это лучше, чем ничего. Оборачиваюсь на Майло. Тот уже нашёл что-то вроде спального места – несколько наваленных друг на друга полуистлевших шкур, уселся на них и погрузился в медитацию. Взгляд разбойника погружается в себя. То ли он рассчитывает, что охраной нас обоих сейчас займусь я, то ли совершенно уверен в безопасности. Хорошая, кстати, мысль с медитацией, тоже не помешает заняться, но сперва нужно сделать кое-что не менее полезное.

Снимаю с пояса пустую флягу, прихваченную среди оставшихся от Пастуха трофеев, присматриваюсь к повреждениям. На выпуклом боку из тонкого металла – два небольших отверстия, словно след от змеиных зубов. Подбираю потухшую ветку, вырезаю кинжалом пару деревянных затычек, подгоняю их к отверстиям. Затем отрезаю от шкуры, на которой сидит Майло, полоску, обматываю поверх фляги, чтобы надежно прижать затычки. Наполняю флягу водой. Убедившись, что затычки встали отлично, вешаю флягу на пояс, и только после этого усаживаюсь на каменный пол, чтобы помедитировать. Прохожусь взглядом по стенам, просвечивая их навыком оценщика. Пусто, что неудивительно, это ведь не горная порода, а обработанный камень. Сюда бы Кроху, чтобы поискать тайники…

Трудновато сосредоточиться на медитации, когда за порогом, нервируя, топчется призрак. Светильники плохо разгоняют тьму в коридоре, призрака отсюда не видно, но он там – со стороны входа сочится леденящий холод и слышится тихий шелест. Мертвяки плохо поддаются контролю разума, но в прошлый раз с минотавром Шаблом мне это удалось, божественный контроль – мощная штука. Так может, попробовать приручить эту тварь, чтобы не терять времени?

Сомнительное решение, но сейчас стоит обдумывать любые варианты. Всё равно заперты в Храме, как в западне.

Проблема лишь в дефиците энергии. В загашнике сейчас чуть больше 11000 единиц, а на активацию Теневого клейма заранее берется 4500 энергии (по 500 на каждый из девяти приручаемых объектов). И если обращение не сработает, а энергия уже будет потрачена, то на бой остается совсем немного. Машинально пробегаю взглядом цифры основных параметров, заметно упавших после экспроприации моего имущества Горадом:

Сила – 355

Ловкость – 186

Разум – 196

Выносливость – 231

Мудрость – 265

Из той тысячи параметров, которые планирую в ближайшем будущем получить в награду за пятый ранг Душелова, придется выделить куда больше очков в мудрость, чем намеревался. Неприятно быть настолько беспомощным из-за ослабленной Аурой истощения регенерации (округляя, сейчас получаю лишь 8 единичек в секунду вместо 26), и хороший запас в сложившейся ситуации очень бы не помешал. В режиме отдыха тысяча энергии раньше восстанавливалась чуть больше тридцати секунд, сейчас – больше двух минут. Да и низкий тонус тоже замедляет восстановление, а на него влияет куча факторов – усталость, плохое настроение, голод, жажда… Да много чего. В бою же не выкроишь лишнюю минутку на отдых, так как в счёт идет каждая секунда.

На самом деле, если биться на одной физике, без применения способностей, то даже имеющейся энергии хватит надолго. Но в том-то и дело, что с таким противником как Призрак зимы режим экономии бесполезен.

По описанию на это существо, состоящее из некротической энергии, благодаря свойству бесплотность вообще не действуют обычные физические удары, причем, что самое поганое, оно способно проходить сквозь препятствия. Для его поражения нужна магия, или удары, заряженные магией. Атаку существо начинает с Шепота тишины, снижающего скорость движения, или с Волны ужаса, сбивающей параметры жертв. Малейшее прикосновение призрака вызывает Хладный паралич, вплоть до Оледенения, зависит от силы контакта и величины нанесенного урона. А любой урон, нанесенный жертве, выпивает её энергию Иссушением и пропорционально усиливает тварь. Если призрака не уничтожить быстро, то при достижении определенной концентрации его мощи срабатывает Множество… И тварь может даже раздвоиться прямо во время битвы.

Зато боевую магию это существо боится, как огня…

Собственно, самое сильное средство и является огнем. Но все мои способности так или иначе связанные с магией, быстро пожирают запасы энергии. Взять, к примеру, мою привычную ауру:

Клинок бури

Удары оружием с вероятностью 35% наносят дополнительный урон силой Воздуха, равный базовому магическому урону

Затраты: 1000 ед. энергии на активацию и 300 ед. энергии за каждое срабатывание вероятности

А теперь ещё и свеженькая Беспощадность добавилась, гарантированно срабатывающая каждый третий удар усиленными атаками и так же гарантированно жрущая 300 энергии. Казалось бы, что такое 300 единиц? Несколько секунд, и все восстановилось. Но только не сейчас. Не на Острове Мертвецов.

Жаль, нет слота ни в одном из кинжалов. Впрочем, вряд ли на Призрака подействует Ядовитое дыхание, так что трофейный кристалл с Пастуха в данном случае тоже бесполезен.

Отбросив беспокойные мысли и выставив таймер на пять минут – на большее не решаюсь, всё-таки заставляю себя погрузиться в медитацию…

Чувство опасности прерывает процесс.

Сразу замечаю, что дрожащие языки пламени в чашах уменьшились вдвое и продолжают быстро съеживаться.

Майло? Очнись, у нас проблемы.

Какого хрена… – Но недовольство быстро сменяется пониманием. – Твою ж мать, какой-то утырок побывал здесь незадолго до нас, чаши не успели восстановиться! Да что ж так не везет-то…

Не вижу смысла ждать. Нас двое. Силы мы чуток вернули. Нужно пробиваться.

Ты прав. И знаешь, что… Та штука, который ты меня убил на острове Потерянных Душ…

Понимаю, чего ему стоило это неприятное воспоминание, и киваю, поднимаясь на ноги и доставая из-за пояса кинжал.

Если не будет выхода – пущу в ход. Сможешь установить ещё одну мину? Умение откатилось?

Энергии маловато…, – недовольно хмурится Майло.

Делай. Следующий ход за мной.

Из-за мины агро будет на мне, – напоминает Майло, и я снова киваю, прекрасно это понимая. – Так что не тормози.

Он не спорит, окончательно принимая мое главенство. Ловит кристалл, который выуживаю из своего подсумка, одобрительно хмыкает, обнаружив, что я даю ему элитный. Удивленно смотрит на протянутый следом кинжал 43 уровня, но не спорит, берёт молча. Кинжалы – это его профиль, а не мой, мне хватит и одного, 38-го. А Майло дополнительное оружие пригодится для парных ударов, наверняка убийца владеет такими боевыми связками.

Скользящим бесшумным шагом Майло перемещается ко входу, опускается на колено. Замечаю слабые проблески, сочащиеся из-под его ладоней, когда он из кристалла магически формирует Огненную мину. Полезная способность, особенно сейчас. Когда Майло убирает ладони, мина исчезает, становится невидимой.

Главное, сам не суйся, мина не разбирает, где враг, а где союзник.

Сколько продержится?

30 минут. Нам хватит… Одолжи ещё парочку крисов, нужно для спец-умений. Благодарю. Назад!

Чаши гаснут одновременно, словно их задувает сильный порыв ветра, все вокруг мгновенно тонет в сгустившимся сумраке, мы отступаем к дальней стене, прикрываясь алтарем Йеноху.

Замри!

И сразу с леденящем душу свистом волна пронизывающего холода разбивается об алтарь, покрывая его коркой изморози.

Наведено проклятие Волна ужаса:

Каждую секунду здоровье и энергия убывают на 100 единиц

Что-то заслоняет вход, окончательно лишая святилище даже призрачного света. Словно нечто заткнуло горлышко бутылки пробкой. Тьма наваливается настолько густая, что не спасают способности к сумеречному зрению, не вижу ни черта, даже собственного тела. Чувствую лишь затрудненное дыхание, учащенный стук сердца, подступающую слабость и капли ледяного пота, холодящего лицо…

И каким-то образом чувствую самого Призрака – как он неторопливо движется по короткому проходу в святилище, и как ему не нравится здесь находиться, но голод намного сильнее его недовольства…

Вдруг вижу его.

Бесформенный силуэт высотой в два человеческих роста проступает из кромешной тьмы едва заметным мертвенно-зеленоватым ореолом. Чувствую изучающее внимание существа, зрения у него нет, но пространственная ориентация и чутье на живых развиты прекрасно. Так что «видит» он нас отлично.

Призрак замирает перед миной.

Секунда, другая, третья…

Ну же!

Вдруг он исчезает, так и не наступив на ловушку.

Прыгаю в сторону, уже понимая, что сейчас произойдет. Но призрак просачивается сквозь стены прямо за спиной Майло, злопамятная тварь не простила ему и первого горячего «приветствия». Майло оказывается на высоте, демонстрируя отличную реакцию. Он ловко уворачивается от размашистого удара призрачных рук и применяет какой-то хитрый финт, видимо, присущий его классу. Тут же совершает длинный прыжок над алтарем и приземляется за ним, а на его месте остается… призрачный двойник.

Полуметровые когти Призрака прошивают силуэт обманки, заставляя её исчезнуть, и по инерции вполне вещественно врубаются в алтарь, шумно выбивая фонтан каменного крошева. Обнаружив, что его снова развели, призрак приходит в ярость – зеленоватое мерцание его силуэта наливается флюоресцирующим сиянием, разгоняя окружающий мрак.

Отлично, теперь легче целиться.

Плеть боли перетягивает силуэт твари… и бессильно проходит насквозь, не причинив ни малейшего вреда. Лишь помечает цель бесполезной сейчас Меткой еретика, так как Теневой прокол ещё в откате. Не обратив на меня внимания, призрак бросается вслед за Майло, просачивается прямо сквозь алтарь… И вдруг вопит, отброшенный от пирамиды невидимой силой. Освященный камень приходится ему не по вкусу и явно наносит вред.

Вопль призрака бьёт по ушам, словно ультразвуковая граната.

Встряхиваю головой, пытаясь сбросить ошеломление… Да чем он там может исторгать такой силы звуки, если у него нет никаких органов?!

Медлить нельзя – вырвавшееся из ладони Копье пламени вспыхивает с такой силой, что тьма на пару секунд будто выгорает дотла, обнажая мельчайшие трещины и выщербины окружающих стен. Сформированный пикой поток огня бьёт прямо в середину силуэта призрачной твари. Но врага там уже нет, и пламя бессильно расплёскивается о стену. Твою ж… Бросаюсь на пол, уворачиваясь от вытянувшихся сбоку из тьмы когтей. Намеченная ротация летит к чертям с самого начала схватки! Я планировал застанить врага Плетью и подпалить Копьём, но Плеть не сработала и призрак играючи увернулся от Копья, оставив меня без важной дистанционки на 30 секунд. К чёрту экономию, мне нужен стан и точный удар, иначе следующий выпад может просто не состояться!

Врубаю Теневое преимущество, разгоняя свои параметры, вскидываю для удара озаряющуюся голубоватыми молниями кисть…

Майло сейчас сам как призрак – выныривает из тьмы в паре метров от врага, набрасывает Метку убийцы, снижающую параметры уклонения жертвы. Затем его клинок со свистом чертит в воздухе двойной светящийся росчерк. Несмотря на вроде бы недостижимую для удара дистанцию, магический выпад настигает тварь. Снова звучит пронзительный вопль, Призрак на долю секунды замирает. Крайне удачный момент использую сполна. Ветвящееся молниями Копьё ветра пробивает в теле монстра, состоящем из некротической плазмы, здоровенную дыру. И почти на треть просаживает фрейм его жизни – удачно сработал Великий уравнитель, хвала Алану!

Хватка лича летит следом…

Но срабатывает лишь в пустоту, бросая умение в откат. Вот же мразь!!!

Призрак исчезает, но с ним не покончено, нет системного сообщения.

Ухожу перекатом в сторону, металл наплечников и панциря тяжеловесно гремит по каменным плитам. Там, где я только что стоял, из пола выскакивает костлявая лапа с чудовищными когтями, бессильно хватает воздух. Нет, не бессильно. Вторая конечность выскакивает из пола рядом с плечом – чувствую, как острые лезвия пробивают левый стальной наплечник, рассекают мышцы и с омерзительным скрипом скребут по кости.

В ярости дотягиваюсь кинжалом с Обжигающей вспышкой из положения лежа. Крит! Успев лишь наполовину высунуться из камня, тварь ярко вспыхивает, оглушительно вопит, выскакивает полностью и начинает крутиться вокруг оси, все быстрее и быстрее. Плазма горит жарче бензина, захлёстывая всё вокруг огненными языками. От жизни призрака остается лишь жалкая треть, да и сам он серьёзно уменьшается в размерах. Откатываюсь в сторону и пытаюсь встать на колени, но тело непослушно ведёт. Обжигающее нестерпимым холодом прикосновение Хладного паралича распространяется от плеча все шире, захватывая предплечье и часть груди, невидимая ледяная хватка сжимает сердце. Как же сейчас катастрофически не хватает Крохи с её Астральной чистотой, легко сбрасывающей как раз такие проклятья…

Перед глазами все плывёт как в тумане, но вижу, как Майло подхватывает атаку, наскакивает Заряжённым рывком. Кинжалы в его руках снова шьют по призраку крест-накрест, вычерчивая светящиеся дуги. Увы, призрак его обманывает своей кажущейся уязвимостью, тварь куда хитрее и умнее, чем можно вообразить. Несмотря на раны и огонь, враг не утрачивает сообразительности и ловкости. За миг до удара клинков костлявая кисть выстреливает навстречу убийце и вонзается ему в грудь прямо напротив сердца, прошивает кожаный доспех, как бумагу. Фрейм жизни Призрака рывком восстанавливается на несколько процентов, а Майло замирает и падает ничком как подрубленный, ударяясь об пол с глухим звуком ледяной статуи. Он и есть ледяная статуя, жизнь в нём едва теплится, и это ненадолго.

Ярость и страх накатывают удушливой волной. Уже понимая, что обречён, вижу, как призрак снова исчезает, просачивается в толщу каменного пола, чтобы сбросить огненный тик. Мы оба попали, я и Майло. Нужно было сразу бить Местью камикадзе или пробовать Теневое клеймо, эти божественные умения не промахиваются, а теперь откат после Хватки лича превращает меня в беспомощного инвалида, я не успеваю применить Месть. Мы недооценили мощь противника, и теперь расплачиваемся за это своими жизнями. Как самонадеянно и глупо…

Ярость все же не даёт утратить самоконтроль полностью.

Замечаю, что после всех перемещений так и не сработавшая мина оказывается совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки – вижу её силуэт, подсвеченный остаточными эманациями энергии ударов. Призрак тоже её отлично видит, и уже не наступит. Падаю рядом с миной на бок, чувствуя, как всё сильнее немеет тело, левая рука и ноги уже не действуют. Последний шанс хотя бы свести схватку вничью, но драгоценные секунды бесполезно утекают в никуда. Где же этот проклятый Призрак… Наслаждается моей беспомощностью, предвкушает победу, или просто осторожничает, раскусив нехитрый замысел?

Слева возникает близкое движение и накатывает ощущение ледяного холода. Рывком сдвигаю руку. Острие так и не выпущенного из онемевшей кисти кинжала вонзается в ловушку Майло.

Всполох огненного удара захлестывает святилище, на долю секунды превращая ночь в нестерпимо яркий день. Взрывом меня отбрасывает на алтарь, слышу треск собственных костей, заглушенный вспышкой нестерпимой боли. Вижу тускнеющим взглядом, как распадающийся клочьями горящей некроплазмы Призрак, с едва тлеющим фреймом жизни, возникает рядом. Заносит костлявую лапу надо мной и с силой бьёт прямо в лицо.

Мир вспыхивает множественными разноцветными вспышками и сознание ускользает в предательскую тьму.

Глава 12. Привал

Беспамятство длится недолго.

Сужу не по глючащему системному таймеру, а по собственным ощущениям. Ноют ребра, ломит спину, обожжённые взрывом пальцы правой руки горят огнем. Инстинктивное желание глянуть, оценить полученные повреждения приходится подавить. И вовсе не потому, что это занятие бессмысленно из-за окружающей тьмы, нет. Меня останавливает звук крадущихся шагов. Осознаю, что именно ощущение новой опасности и привело в чувство.

Упал, можно сказать, удачно. Лежу на боку, острая грань алтаря больно врезается в поясницу, но зато лицо повернуто в нужную сторону, и мне нет необходимости шевелиться и выдавать себя движением.

На фоне светлеющего прямоугольника входа святилища вижу приземистую тень, размером примерно с крупную собаку. Деталей пока разглядеть не удаётся, вижу лишь подсветку системы:

Клювоголов

42-й уровень

Жизнь 19320

Существо Природы

Падальщик, который в поисках поживы приперся на шум схватки с Призраком. Замер, изучает обстановку. Майло не вижу, он остался где-то по ту сторону алтаря. По крайней мере, судя по мигающим в красной зоне показателям, пират ещё жив, лишь без сознания.

Придется разобраться самому.

Бегло оцениваю свое состояние. Все не так плохо, как могло быть. Клановая Жажда крови буквально вытянула с того света, добавив 25% здоровья за 10 секунд к имеющимся крохам и не позволив превратиться в одного из многих живых мертвецов проклятого острова. При одной мысли об этом холодеет внутри, но рефлексировать не место и не время. Очень кстати, что оцепенение от Призрака тоже прошло, осталась лишь общая слабость. Тонус, здоровье, энергия… все эти показатели дальше восстанавливаться не спешат, и это вовсе не удивительно, учитывая Ауру острова.

Существо осторожничает, явно не из смелых. К тому же его уровень маловат для острова – боится, как бы самого не схарчили. Правильно боится. Почти уверен, что смогу его отпугнуть, просто прикрикнув. Но мне нужно вовсе не это. В принципе, Душеловом уже могу достать, но не хотелось бы гоняться за гостем, если сорвется с крючка. Понятия не имею, где мой кинжал. Удар без оружия выйдет намного слабее, но и этого должно хватить, противник невелик.

Ну, давай же. Вот он я, на блюдечке с голубой каемочкой.

Голод твари все же побеждает её осторожность.

Существо делает шаг, другой, на секунду опять замирает. Затем уже более уверенно семенит ко мне, отчетливо цокая когтями по каменным плитам. Снова останавливается. Теперь удаётся разглядеть, что клювоголов похож на крупную птицу с недоразвитыми крыльями. Размер клюва, давшего названию виду, впечатляет – почти половина длины от тела, словно к голове существа приставили наконечник от здоровенной пики. У меня возникают вполне определенные нехорошие подозрения на его счёт, и как только он делает новый шажок, вскидываю правую руку и вонзаю в существо призрачный клинок Душелова. Бесшумный удар сбивает клювоголова с лап. Он корчится от боли, его крик похож на скрип несмазанной ступицы от колеса телеги, заполошно и шумно бьёт крыльями, стучит по каменным плитам головой с отчётливым лязгом, словно его клюв состоит из металла.

Энергия вливается в меня мощной тонизирующей волной.

Замираю. Вдруг возникает отчетливая связь с Крохой. Именно с Крохой, ощущение Фурии по-прежнему призрачное, как слабое дуновение воздуха. Я потрясён. Кроха на острове! Прямо на этом чёртовом острове, где и я! Нить Духовной связи с малышкой-фейри так слаба, что едва тлеет, её энергия близка к нулю, она не откликается на мой призыв. Но главное – она жива! И нуждается в моей помощи. Вот же гадство, я не могу немедленно броситься к ней на выручку, сперва нужно самому восстановить силы! Иначе толку от меня будет мало. Да и Майло пока выглядит неважно. Совместный бой показал, что в драке на него вполне можно рассчитывать, а одному по острову лучше не шляться. Крохе придется ещё немного подождать. Насколько успел понять, смерть питомцев на Острове Мертвецов не грозит перерождением, так что мне с Майло здесь находиться куда опаснее, чем Фурии или Крохе.

Странная идея, возникающая в сознании, оказывается крайне навязчивой и побуждает к действию. Особые условия требуют особенных решений. Сдергиваю пояс, вмиг оказываюсь рядом с клювоголовом, связываю его лапы. Затем хватаю за шею и тащу по каменным плитам судорожно брыкающуюся тварь за собой. Попутно свободной рукой подбираю кинжал, пригодится для страховки, если птица сумеет прервать действие Душелова и попытается удрать или напасть.

Опускаюсь на колени рядом с Майло, кладу кинжал на пол, и, не выпуская шеи клювоголова из правой руки, прижимаю левую ладонь к левому плечу убийцы. Ну же! Это должно сработать! Потому что я так желаю! Потому что у меня нет лишнего времени на отдых и меня ждет Кроха! Ключник я, в конце концов, или просто погулять вышел?! Хотелось бы наконец получить какое-то подтверждение, соответствующее столь громкому статусу. Мне уже маловато подачек системы, я сам желаю менять условия игры…

Не знаю, что именно помогло – весь этот мысленный бред, или дикая упрямая злость, нарастающая в душе, злость на всё, что творится со мной не по моей воле…

Но что-то сработало. Прорвав незримый барьер, энергия течёт от клювоголова через меня прямиком в тело Майло. Он почти сразу приходит в себя, что-то бормочет, инстинктивно пытается отстраниться.

– Заткнись! Лежи смирно! – Зло цежу сквозь зубы.

До Майло доходит, что именно происходит, и он перестает сопротивляться.

Изменение характеристики смекалка: +1 (16)

Бонус: опыт + 20% от текущего уровня, разум + 4

Давненько эта характеристика не радовала меня ощутимым прогрессом, накапливаясь капля за каплей, сотыми единичками. Хоть что-то приятное.

Клювоголов постепенно затихает, впадая в кому – Душелов откачал из него уже две трети жизни. Как только истекает время действия умения, добиваю существо ударом кинжала, чтобы избавить от мучений. И получаю в награду очередной «контроль популяции: клювоголов (1/100)». Развязываю лапы бедной твари и забираю пояс, протягиваю флягу с водой Майло. Тот молча прикладывается, возвращает. Вот уж не думал, что отремонтированная фляга пригодится так скоро.

– Хватит отлёживаться. Нужно развести костёр и освежевать клювоголова. Подкрепиться не помешает.

– Если хочешь отравиться – жри смело…

Я хмыкаю. Почти не сомневался, что падальщик окажется несъедобен.

– Тонкой ты души человек, Майло, твоя вежливость и чуткость не знают границ. Тогда так – через двадцать минут мы отсюда уберёмся. А пока копи силы.

Убийца не отвечает, закрывает глаза. Возле иконки его аватары возникает значок Медитации. Послушный мальчик. Что ж, опасности рядом я больше не чувствую, значит, мне тоже пора заняться собой.

Командую системе развеять тушку клювоголова, возвращаюсь к алтарю и усаживаюсь лицом ко входу. Наклонная грань пирамиды удобно ложится под спину. Вытягиваю ноги, расслабляюсь.

Отразившаяся в бестиарии информация подтверждает догадку о способностях клювоголова. Для игрока он опасен на открытых дистанциях, где есть возможность разогнаться. Лишь тогда сила его удара может пробить стальные доспехи. И он действительно падальщик, нападает только на подранков. Теперь пора разобраться с остальными логами, понять, что произошло, оценить последствия.

Контроль популяции: нежить

Прогресс: 1/20

Награда: 20% опыта от текущего уровня, 2 очка умений, 10% сейва

Любопытно. Редкое явление, когда подобное задание персонифицировано не по виду существ, а по фракции. Награда подозрительно высока, значит, в одиночку осилить это задание сложно. И кстати, теперь виден ещё один аргумент для фарма острова «Серым ветром».

Замечаю в логах эффект от Зеркала воздаяния, вернувшее Призраку 5% от финального удара – награда за третий ранг пассивки Болевой порог работает исправно. Но прикончил тварь другой, куда более мощный эффект. Первый раз он проявился при отражении пустотников во время жертвенного возрождения. Тогда я схлопотал от врага прямо по лицу… И выжил, даже повреждений не получил. Позже описание эффекта возникло на вкладке божественных умений:

Возмездие

Ранг 1 (3%)

Пассивный навык от покровителя

Зона с Печатью Алана Темного имеет 25% шанс поглотить направленный в неё урон и отразить 25% от этого урона нападающему

Навык возник по завершению формирования статуи Алана Тёмного и проявился при первом же совпадении необходимых условий. Сейчас он спас меня снова. Призрак находился на издыхании, когда наносил финальный удар, и четверти отражённого урона ему хватило за глаза. Жаль, что трофеев от этой некротической твари не осталось, рассеялась бесследно.

Наконец осматриваю правую кисть и зло цыкаю сквозь зубы.

Сжимаю и разжимаю пальцы. Почти хорошо. Могу держать оружие без особого дискомфорта, хотя и не в полную силу. Даже в сумрачном освещении вижу, что пальцы и тыльная часть кисти обезображены язвами свежих шрамов. Ожог после взрыва был довольно серьёзным, я едва не лишился руки. Снова. И только благодаря клановой Жажде крови, которую запустила смерть Призрака, и реактивному восстановлению жизни на четверть, кисть более-менее зажила. Наруч закопчен, рукав куртки выше него до локтя почти прогорел, держится на честном слове. Здесь рука тоже вся в багровых пятнах зажившей кожи. Отчаянная ситуация потребовала отчаянного поступка. Вообще-то, я рассчитывал погибнуть от этой чёртовой мины, чтобы улететь на возрождение в Цитадель до того, как меня прикончит Призрак. Не вышло, сила взрыва оказалась недостаточной. Значит, ещё побарахтаемся.

Тяжёлые повреждения, вроде потери конечности, заживают по своим, куда более неспешным алгоритмам. Видимо, чтобы игроки не теряли инстинкта самосохранения. К счастью, без этого обошлось. А в обычном режиме игроку хватает 20-30 минут, чтобы восстановить здоровье и энергию до оптимальных показателей. Всего-то и нужно – просто спокойно посидеть в тихом и укромном местечке, не ввязываясь в новые неприятности. Даже мне, с учётом чёртового достижения Губитель, в мирах ВИКС не так уж проблематично выжить без помощи профильных целителей. Наверное, именно поэтому этих целителей встречается так мало.

Средства из самых простых – свежая вода и обычная пища. Процентов пять к естественному восстановлению они прибавляют, хоть и ненадолго. Медитация тоже ускоряет естественное восстановление, как и сон. Но когда обстановка не располагает к отдыху, то в качестве экстренного средства в первую очередь применяется зелье здоровья. До того, как Горад спёр мое имущество, фляга была наполнена средним зельем здоровья, глоток которого здесь, на Архипелаге, даёт 1250 здоровья сразу и столько же восстанавливает в течение 30 сек. В случае острой нужды можно сделать второй глоток, не дожидаясь отката (две с половиной минуты), но тогда эффект зелья уменьшиться вдвое, а третий глоток без отката и вовсе станет отравой. Зато, если бой уже закончен, то можно действовать без спешки, выдерживая положенные паузы между приёмами. Тогда за счёт зелья довольно быстро восстанавливается даже убитое в хлам здоровье. Особенно если этим же зельем поверхностно обработать раны. Главное, не злоупотреблять зельем слишком часто, иначе можно словить довольно продолжительный неприятный дебафф Интоксикация. Как жаль, что рядом нет Крохи – её Источник жизни, несмотря на большой откат, мигом поставил бы меня на ноги всего за две с половиной минуты…

Но все это лирика.

Ведь кроме жизни и энергии есть ещё такая штука, как тонус, а с тонусом дело обстоит куда сложнее. При активной жизнедеятельности тонус тратится довольно медленно, не больше пары процентов в час в режиме быстрой ходьбы, но восстанавливается он ещё более неторопливо, так что усталость накапливается неизбежно. Каждый недостающий процент тонуса срезает полпроцента от скорости общего восстановления энергии и здоровья, вот почему важно стремиться поддерживать этот параметр максимально близким к ста процентам. Обычный отдых – самое простое и малоэффективно средство, даёт лишь 5% восстановления тонуса в час. Медитация за час возвращает 10%, а больше всего даёт обычный здоровый сон – 20%. Вот только спать мне нельзя, присмотреть за нами с Майло, кроме нас самих, некому. Так что сижу я с жизнью на…

О как, двадцати минут времени как не бывало. Жизнь и энергия почти в норме, тонус… даже цифру называть не хочется, тонус всё ещё в полной заднице. То есть все восстановления значительно замедлены и без Ауры Истощения, которая, само собой, тоже никуда не делась. Так что выше этого потолка я уже не прыгну, а малышка фейри где-то там меня ждёт.

Я решительно поднимаюсь и иду поплескаться к роднику, а заодно снова наполнить флягу. Попутно отмечаю, что от клювоголова осталось лишь пустое место, что вполне ожидаемо. Не с каждой твари выпадает кристалл сущности. Майло все также лежит на спине, медитирует. В сумраке святилища его неподвижная фигура весьма смахивает на труп, но цвет лица уже не такой бледный, как двадцать минут назад. Да и тонус немного выше, чем у меня. Ну и молодец.

– Майло?

– Отвали, – не сразу отзывается убийца хриплым, будто прокуренным голосом. – Дай ещё минут десять…

– Подъём, засранец. Желаешь остаться один – дело твоё. Но я ухожу прямо сейчас. Ждать не буду.

Угроза действует, и пару минут спустя мы покидаем спасительную тьму святилища Йеноху вместе, отправляясь навстречу неизбежным неприятностям острова.

– Займись шкурой, притащу дровишек.

Бросив тушу ночного торопыги на землю, Майло исчезает в проходе среди каменных нагромождений, откуда мы только что явились.

Проводив его задумчивым взглядом, я оставляю следы на золе старого кострища – свидетельство, что мы здесь отнюдь не первые, и останавливаюсь под прикрытием каменного зуба на краю обрыва. Как пират и обещал, это место действительно подходит для безопасной передышки. С трех сторон нас окружают скалы, защищая от постороннего взгляда, а прямо передо мной – отвесный обрыв глубиной метров в двадцать. По сути мы сейчас находимся на краю гигантской ступеньки, протяженностью в несколько километров. Выглядит эта складка местности так, будто остров когда-то решил разломиться надвое, но на полпути передумал, и теперь часть острова выше, часть – ниже.

Хороший обзор, затрудненный доступ, удобный пятачок метров десять в диаметре, несколько отдельных валунов, подходящих, чтобы с относительным комфортом дать отдых ногам. Подтаскиваю тушку нашей жертвы к самому краю, не хочу пачкать землю возле кострища. Ночной торопыга – травоядный зверек, напоминает земную морскую свинку, только размером с хорошего пса. Короткая гладкая шёрстка, бело-рыжий окрас, забавная мордочка с заметно выступающими передними резцами. Такие создания водятся почти на всех островах Архипелага, контроль популяции я по ним давно выполнил.

Инвиз – крайне затратный для острова режим, но пирату он не понадобился, хватило знаний о повадках животного. Приметив нору, где зверёк обычно отсиживается днем, Майло принялся кидать в неё мелкие камешки. Как только мохнатыш высунулся, чтобы понять, кто его беспокоит, в ход пошли Ледяные ножи. Магически обездвижив жертву, Майло довершил дело простым ударом кинжала. Вот и вся охота. Лично я не знал о таком простом и действенном способе выманивания. Обычно этих зверьков добывали на обед с дальних дистанций лучники, так как если торопыга удерёт в нору, то пиши пропало. А вот если зверь изначально не напуган, а всего лишь озадачен, то его губит собственное любопытство.

Собственно, разделкой мог заняться и Майло, с навыком кухаря третьего ранга это занятие – плёвое дело. Но я кое-что ему пообещал, как шкуродер и изобретатель, потому пришлось снимать шкуру полностью. Пока работаю кинжалом, посматриваю с обрыва вниз, оценивая дальнейший путь.

Там все то же самое, что и наверху: приземистые серо-зеленые лесные заросли, каменистые холмы и луговые проплешины. Чем дальше, тем сильнее местность теряется в туманной дымке. Я точно знаю, что край острова уже недалеко, на этот раз копию своей виртуальной карты Майло сбросил максимально точную. За спасение от Призрака он благодарить не стал, не в его характере проявлять подобную «слабость». Зато поделился информацией, пометив все примечательные места, в особенности – агрозоны. Надо признать, за время нашего путешествия я уже успел оценить и прочувствовать, насколько обманчивы здесь расстояния. Я ведь рассчитывал закончить это путешествие ещё час назад – выйти к точке, где последний раз чувствовал Кроху. Наивный. Неудобный рельеф местности и необходимость постоянно отклоняться в сторону от проложенной по карте линии маршрута пожирали время десятикратно.

Кстати, с этой высоты отчасти виден и посёлок мертвецов.

До него километров пять, поэтому видно всё очень смутно, очертания построек теряются в туманной дымке. Но это определённо россыпь бывших жилищ, о чём подтверждает и метка на карте. Маршрут мы давно обговорили. После привала двинемся вдоль края обрыва на север, где-то там через пару километров есть спуск вниз. Так как агрозоны чем дальше, тем опаснее, мы решили устроить привал сейчас, пока есть возможность. Пройдем аккурат между кладбищем костей по левую сторону (по описаниям Майло, антуражное до дрожи местечко, где Могильщик коллекционирует останки своих жертв), и мимо посёлка мертвецов по правую. Надеюсь, всё у нас получится именно так, как задумано – проскользнем, как тени, никого не потревожив.

Закончив сдирать шкуру, вырезаю из неё длинную широкую полосу. Затем принимаюсь соскабливать с полосы остатки мяса и подкожного жира. Боевой кинжал плохо годится для таких манипуляций, нужен специальный резак шкуродера, но всё претензии к небрежной работе отсылаю Гораду, пусть ему икается там, где бы он не находился.

Стайка клювоголовов преследовала нас от святилища Йеноху довольно долго. Существа оказались весьма социальными, и убийство сородича им не понравилось. Но так и не решившись напасть, они в конце концов от нас отстали. Дальнейший путь проходил без происшествий. Предупрежден – значит, вооружен, и Майло безошибочно выбирал безопасную дорогу. Как бы он ко мне не относился, себе-то он точно не враг. Два десятка святилищ Йеноху тоже были помечены на его карте, и что подозрительно, одно из них оказалось как раз там, откуда приходил отклик от Крохи. Вот там следующую передышку и сделаем, пополним запасы воды и выясним, почему Кроха молчит, как закоренелая партизанка. Точно знаю, что она всё ещё жива. И это самое главное. В общем, настроил себя сдерживаться, гасить желание нестись сломя голову на выручку, не переживать раньше времени. Всё-таки, надо признать, Духовная связь – мощный стимулятор желаний, так и гонит вперёд. Но в опасных и неоднозначных ситуациях эмоции хороши лишь тогда, когда не застилают разум. Да, иной раз сложно им не поддаваться, в минуты гнева или сильного волнения, но жизнь вообще штука непростая.

Возвращается Майло, сваливает солидную пачку хвороста возле кострища. Толком контролировать пламя ни он, ни я не умеем, зажигалок нет (и снова спасибо Гораду, чтоб ты икал не переставая). Поэтому поступаю просто – жахаю кинжалом с Обжигающей вспышкой по подставленной палке, та воспламеняется, и Майло сует её в подготовленную кучку веток. Пока вожусь с заготовкой, он нарезает мясо с ляжек торопыги, нанизывает на заранее подготовленные прутики, и начинает прожаривать над слабыми языками пламени. Костерок небольшой, практически бездымный, только для готовки, вряд ли кто заметит со стороны. Разве что запах… но сырое мясо ни мне, ни Майло не по нутру, а подкрепить силы давно уже пора.

Вскоре я тоже присоединяюсь к Майло, опускаюсь на корточки возле костра и обрабатываю заготовку пламенем. Майло следит с заметным любопытством, не забывая прокручивать над огнём прутья с мясом. Заканчиваем почти одновременно. Майло протягивает мне свой «шашлык», а я ему – практически готовый ремень.

– Пряжки нет, уж не обессудь.

– Да и я готовил без соли и специй, – усмехается Майло, связывая узлом концы ремня на талии и с явным удовлетворением запихивая за него кинжалы. – Так что в расчёте.

Даже не думал, что настолько проголодался, когда вонзаю зубы в мясо и тут же захлебываюсь слюной. Чёрт, а ведь реально вкусно. Разве что суховато получилось.

– Знаешь, Зуб, – пират верен себе и несмотря на голод, жует с деланной ленцой, словно может спокойно обходиться без еды несколько месяцев, как полярный земной медведь. Или как клоун со стажем. – А найми меня в свой клан следопытом. Как нанял Команча. Толку от меня будет больше. Команч только и делает, что шныряет по Черепу Властелина и его окрестностям, я же могу добывать информацию там, где он никогда не бывает. Так мы точно не будем с тобой врагами, и Хорка меня не тронет.

Предложение застает немного врасплох, но причину понять несложно.

– Боишься Хорку? – добрый глоток из фляги помогает протолкнуть в глотку застрявший кусок, молча передаю флягу пирату.

– Нечего так ухмыляться, – ворчит Майло. – Будь ты на моём месте…

– Не сам ли ты поставил себя в такие условия? Есть замечательная поговорка – если делаешь то, что делаешь всегда, то и получаешь то, что получаешь всегда.

– Слышь, философ, а шёл бы ты… горячо любимой народной тропой. Неужто так сложно просто подумать?

– Я уже и так дал тебе кучу обещаний, Майло. Мы оба не доверяем друг другу, так что заканчивай кривляться. Впрочем, обещаю ещё раз, что пока мы на этом острове, в спину тебя не ударю, а дальше… будем посмотреть.

– Не ударишь в спину? Вот это действительно смешно. Ты знаешь далеко не все мои возможности. Тогда, на острове Потерянных Душ, ты сумел застать меня врасплох. Но сейчас – вряд ли, я уже хорошо к тебе присмотрелся, Зубик.

– Ох уж эта демонстрация крутости, – забираю у Майло флягу. – Никогда не надоедает, да? Ты слишком боишься показаться слабым, но в этом нет ничего зазорного. Рано или поздно для любого сура неизбежно наступает момент слабости. Это не катастрофа, а всего лишь момент, он пройдет, и дальше все пойдёт своим чередом. Мы не роботы, а живые существа, со всеми присущими нам достоинствами и недостатками.

– Слабый человек достоин лишь жалости и презрения, – с ожидаемой насмешкой парирует Майло. – Презрение я готов стерпеть, жалость же – нет. Именно поэтому не могу позволить себе выглядеть слабаком, как ты. Говоришь, неправильно себя веду? Но по мне, это у тебя проблемы. Если и дальше будешь вести себя как простак, то твоё невероятное везение исчерпает себя, ведь ничто не длится бесконечно.

Майло хватает зубами следующий кусок мясо, пренебрежительная гримаса не сходит с его худощавого и заметно осунувшегося после встречи с Призраком лица. Он всё же не может полностью скрыть, что мои слова его чем-то цепляют, заставляют задуматься. Не зря же я, в конце концов, прокачиваю харизму.

Я тоже не тороплюсь продолжать диалог. Жалость и презрение, говоришь? Прости, Майло, но ты не выглядишь для меня загадкой. Ты отвергаешь все отношения, кроме враждебных, лишь бы избежать ответственности в любой форме. Избежать моральных потерь. Что ещё это может вызывать, кроме жалости и презрения? Ты убедил себя, что жить гораздо легче, когда все эти ненужные вещи – совесть, мораль, сопереживание, отметаешь как шелуху. Но вот вопрос: что от тебя остаётся, если выбираешь такой путь? Жизнь, лишенная глубинного смысла, подчиненная лишь животному началу, удовлетворению лишь простых низменных инстинктов… Сдаётся мне, лишь шелуха от души и остается. И это точно не мой путь.

– Если тебя послушать, то выходит, что Пастуха завалил слабак, – напоминаю я. – А крутые перцы из «Серого ветра» приходили на него только полюбоваться. Издалека. Не парадокс ли?

– Не, не парадокс, – привычно возражает Майло, по-другому он просто не может. – Всего лишь везение.

– То есть везение к сильным сторонам ты не относишь?

– Предпочитаю рассчитывать на себя, а не на везение.

– Забавно, но в этом мы схожи. Я вовсе не пытаюсь выглядеть белым и пушистым, Майло, как тебе могло показаться, – я пожимаю плечами. – Но если хочешь знать моё мнение…

– Оставь его при себе.

– Я всё же закончу. На мой взгляд, нет ничего хуже ошибок, совершённых из боязни показаться слабым. Не ошибись так со мной. Я могу быть врагом не хуже Горада. Но могу стать союзником куда надежнее, чем он. Это не угроза, всего лишь констатация факта.

Насытившись, Майло выбирает взглядом местечко поровнее, где трава погуще, перемещается туда и укладывается на спину. И только после этого отвечает, впервые без привычной усмешки:

– Когда ты оступишься всерьёз, Зубик, то только тогда по-настоящему узнаешь цену своих людей. Своих суров. Вот будет номер, если они тебя не поддержат, не примут последствий, а осудят и отвернутся, да?

– Хотел бы я знать, что такого случилось в твоей жизни, раз ты видишь весь мир в черном цвете. Не поделишься? Всё равно передышка, время есть.

– Так, ты реально достал. Хватит уже. Больше никакого морализаторства слышать не желаю.

– Договорились. Выдвигаемся через десять минут.

Я тоже падаю на облюбованный участок, расслабленно вытягиваюсь во весь рост и погружаюсь в раздумья. Хочется закурить, но трубкой сейчас наслаждается враг. И мой уник тоже у него. Как и остальные предметы, необходимые мне здесь позарез. Хреновое ощущение, когда лишаешься привычного снаряжения. Чувствуешь себя голым. Хочу обратно все свои вещи. Для этого нужно лишь… Нет, не умереть. Все гораздо проще. Нужно лишь добраться до Колыбели Цитадели.

Всё уже досконально выяснено и проверено. Если хозяин персональной вещи погибает окончательной смертью, то предмет теряет привязку и достаётся в полное владение тому, в чьих руках оказывается. Если же игрок возрождается, то вещь рассыпается в прах в руках временного владельца и возвращается к законному. Так что Горад вполне может прямо сейчас дымить из моей Молчаливой подруги – но в таких условиях привязанная к душе вещь работает как предмет обычного класса, без встроенных бонусов. Чтобы лишить Горада этого незаслуженного удовольствия, мне вовсе не обязательно проходить через возрождение, есть способ попроще. Достаточно вернуться в Цитадель, заплатить несколько крисов системе, и вуаля – вещи восстановятся прямо на Колыбели.

А раз проблема решаема, пусть и не сейчас, то я переключился на другую.

На двадцатом уровне клана открылись новые ранги развития для многих клановых умений, а накоплений хватало, чтобы поднять до 4 ранга лишь два умения, вложив в каждое по 25 очков. И после этого пришлось бы долго, как говорится, «сосать лапу». Так как на Архипелаге, в отличие от Лунной Радуги, пока не выпадало заданий с щедрыми наградами в клановую копилку. Развиваются клановые умения, конечно, и сами по себе – частотой использования, но активный состав клана пока невелик, и прогресс удручающе неощутим. На последнем совете клана многие склонялись, чтобы поднять Жажду крови – отличная экстренная спасалка, но потом всё же было решено придержать очки умений, копить дальше, дождаться двадцать пятого. Должно открыться новое умение, и оно может оказаться «вкуснее» имеющихся… Сразу в него, конечно, всё равно нельзя будет вложиться, лишь в перспективе.

В общем, последние несколько километров мысли о Жажде крови не выходили из головы. Душелов, конечно, куда мощнее по воздействию: частично парализует жертву, втрое эффективнее Жажды, да и спамить его можно в бою каждую минуту. Лишь бы имелись в подсумке кристаллы. А Жажда срабатывает раз в час…

Но именно Жажда меня и спасла, влив несколько тысяч единиц здоровья в критический важный момент, когда я уже не владел ситуацией…

Отбрасываю последние сомнения и вливаю очки умений:

Жажда крови

Ранг 4 (0/100)

Убийство врага исцеляет применившего способность на 30% от максимального здоровья за 10 сек

Восстановление: 1 час

Уверен, сокланы меня поймут. В конце концов, мой голос в клане по-прежнему решающий, а обстоятельства можно считать особыми.

– Дорога зовет, Майло.

Резво поднимаюсь, действительно чувствую себя отдохнувшим, и обнаруживаю, что Майло уже ждет меня в проходе между скал, ухмыляясь до ушей. Вот же клоун, и не надоедает соревноваться по пустякам. Но клоун полезный, не могу не признать, что поодиночке Призрак нас бы растёр в пыль. Может, и впрямь после окончания этих приключений подобрать для него работу на благо клана на контрактной основе? Если, конечно, подозрения в двойной игре на его счёт не подтвердятся.

Через пару километров мы спускаемся с возвышения в низину, где влачат жалкое существование низкорослые, искривленные словно от неведомой болезни деревья с частично почерневшими стволами и листвой. От вида этой местности веет бедой. С каждым пройденным шагом из пожухлой травы все сильнее проступает подозрительный белёсый туман, густой, как кисель.

Вскоре туман поднимается выше и почти полностью скрывает траву. Он плещется и волнуется возле ног, как живой, обдавая холодом даже сквозь голенища сапог. Хмуро припоминаю, что уже видел подобную местность, ещё в песочнице Дивносада. Когда некая бедовая дама, прикинувшись союзником, завела меня в ловушку и пыталась схарчить мою бренную тушку засевшему в логове монстру. Воспоминание не из приятных, но не думаю, что история повторяется.

Просто мы вплотную подобрались к территории Могильщика. Вступили на самый её краешек. Другой дороги здесь просто нет. И теперь нужно как можно быстрее преодолеть опасный участок длиной в несколько сотен метров и убраться подальше, до того, как босс этой зоны нас почует.

Глава 13. Ловушка

Как обычно в таких проклятых местах, внезапно опускается гнетущая тишина. Вязкая, как сироп. Она разливается вокруг, оплетает мир невидимым удушливым одеялом, глушит окружающие звуки. Я почти не слышу ни звука собственных шагов, ни дыхания. Уверенно прокладывающий дорогу Майло оглядывается и делает знак, что всё в порядке, так и должно быть.

След в след, Зубик. Ошибешься – обоим трындец. Проникнись.

Опять набивает цену, не угомонится. Какой уж тут «след в след», если собственных ног не видно.

Понял, Смайлик. Проникаюсь из всех сил.

Не хочешь быть Зубиком, значит, – наконец доходит до пирата. Моя интерпретация его имени приходится ему не по вкусу, как и осознание того, что в эту игру с насмешками можно играть вдвоём. – Ладно, учту на будущее.

При движении сквозь чёртов туман охватывают всё более гнетущие ощущения.

Дело не в страхе и напряжении, хотя и это есть. Само место такое, что-то вроде не регистрируемого системой, но вполне психологически ощутимого дебаффа. Кое-где из тумана, словно кости мертвецов, выглядывают обломанные концы древесных стволов. А может это и в самом деле кости неведомых существ, очень уж странные на вид изломы. Стараюсь и в самом деле копировать каждый шаг Майло, как-то же он находит дорогу безошибочно, ни разу не споткнулся. Хотя со стороны идет вслепую, как и я.

Вдруг замечаю какое-то движение – нечто живое, невидимое для взгляда, тревожа по мере следования белесую взвесь тумана, направляется прямо к нам. Гонит легкую рябь по поверхности. Явно какая-то ползучая нечисть. Майло замирает, и я тоже по его знаку превращаюсь в одушевленное изваяние.

Не шевелись.

Что за хрень?

Понятия не имею. Просто не шевелись, Зуби… Стой смирно, короче.

Приблизившись, это нечто неторопливо нарезает вокруг меня пару кругов и, почему-то потеряв интерес, удаляется прочь. Беспокоит то, что я не вижу никаких системных подсказок. Возможно, потому что так и не увидел существо воочию. С облегчением возвращаю кинжал за пояс, стараясь не делать резких движений. Как же мне надоело это недоделанное оружие с его куцей дистанцией поражения! Без привычной длины Пламеня я чувствую себя калекой. Зато Майло с кинжалом, как рыба в воде: тёмный неподвижный силуэт, застывший спиной ко мне с поблескивающим коротким клинком в правой руке. Ниже колен его ноги скрывает туман, создавая неприятное впечатление, что Майло засасывает ненасытное болото. И движение в этом тумане вокруг пирата более оживленное, чем вокруг меня, ведь он прокладывает дорогу первым, агрит.

Но все обходится.

Невидимые твари спустя минуту оставляют и Майло, извилистыми змейкам утекают прочь.

Постояв на всякий случай ещё немного, движемся дальше в прежнем порядке. Пока добираемся до границы зоны тумана, останавливаться приходится ещё дважды. Когда опасная зона остается позади, а туман отступает, Майло сворачивает левее и ведет вдоль кромки воспрянувшего леса. С каждым шагом с кустов и деревьев все заметнее сходит чернота, возвращая робкую зелень. Стук собственного сердца после неестественной тишины гиблого места кажется слишком громким, но постепенно звуковой фон выравнивается.

Ты говорил про кладбище костей. Это его мы только что прошли?.

Нет. Радуйся, что эту гадость так и не увидел. Туман здесь не всегда, и когда он есть, обитающие здесь твари как бы становятся сонными и почти не агрессивными. Будь у нас свежие раны, это бы не помогло – запах крови переполошил бы всю округу. Тогда бы и узнали, кто здесь обитает на сей раз. Реально – никогда не угадаешь, что выползет. Каждый раз что-то новое, но всегда – скверное.

А раньше предупредить?

Зачем? Ты же не истекаешь кровью? В общем, снова везет, не иначе, как опять благодаря тебе.

Если бы действительно везло, я бы не оказался на Острове Мертвецов вообще. Кажется, я это уже говорил.

– Вон ту отдельную рощицу видишь? – шепчет Майло уже вслух, когда мы взбираемся на очередной пригорок и останавливаемся возле группы низкорослых деревьев, чтобы осмотреться. – Там, за ней, если еще немного пройти, находится посёлок мертвяков. А нам левее, к святилищу. Идея вполне себе стоящая, я бы и сам предложил. Самое безопасное место для отдыха.

– Точно. Ручаюсь личным опытом, – невольно усмехаюсь я. – Отлично посидели в предыдущем.

– Зубоскалишь… Зуб. Но ведь и сам понимаешь – не угадаешь, на что нарвешься. Обычно в святилищах безопасно.

– Ладно. Должен тебя предупредить – в этом святилище нам тоже не медом намазано.

– Что так? – мигом настораживается Майло, резко оборачиваясь и впиваясь мне в лицо вопросительно-требовательным взглядом.

Хотя мы и выживали последние пару часов вместе, я всё же по-прежнему ему не доверяю. Но в отличие от Майло я предпочитаю, чтобы напарник, какой бы он ни был, знал об опасности заранее. Да и нет уже смысла замалчивать, до святилища рукой подать, лучше предупредить сейчас и посмотреть на реакцию.

– Там моя питомица. Я её чувствую, но не могу связаться. Ну и как по-твоему, что это значит?

– Ловушка! – не задумываясь, выносит вердикт Майло, и его взгляд становится заметно злее. – Какого хрена раньше молчал?!

– Вот и я так думаю, что ловушка, – усмехаюсь я, сдерживая колкое замечание насчёт двойных стандартов.

– А я тебе говорил – Горад нас просто так не оставит. Как он твоего пета вообще поймал? Неважно, меняем маршрут…

После ответа Майло сомнения в его намерениях частично отступают. Это к лучшему.

– Маршрут не меняем, – твёрдо отметаю его предложение. – Лишь немного отклонимся, чтобы подготовиться к встрече.

– Ты спятил? Какой ещё встрече? Это же Горад! И он будет не один!

– Питомец, Майло, – настойчиво твержу я.

– Да чёрт с ним! Рисковать из-за какого-то пета?! Ну помрёт лишний раз, воскресишь в форте, делов-то!

– Ты не понимаешь. Я почти уверен, что фейри – это мой билет с острова. Наш билет, если уж на то пошло.

– Фейри? – недоверчиво уточняет Майло. – Я слышал, что у тебя есть какая-то пигалица…

– Не называй её так. Кроха этого не любит.

Я скидываю в групповой чат картинку-скриншот фейри из своего бестиария, убрав описания её способностей. Пусть знает, кого идём спасать, чтобы случайно не прибил.

– Ну и ну, – Майло презрительно фыркает. – И вот из-за этой фигни… И как она нам поможет?

– Поможешь – узнаешь, – цежу сквозь зубы, его реакция на Кроху мне не нравится, задевает за живое. – Для начала наведаемся к посёлку, мне нужны рекруты.

– Рекруты? Ты что, решил пойти по стопам Горада? – Майло поражённо замирает, но тут в его глазах мелькает некое озарение, говорящее о его сообразительности. – Погоди. Дошло. Хочешь подчинить мертвяков? Я слышал об этом фокусе, в клане это многие обсуждали после вашей стычки на Черепе Властелина. Хороший фокус. Горад может подчинить только одного мертвяка за раз, а сколько сможешь ты? Тогда наших на Черепе Властелина было девять. Это предел?

– Если опасаешься, я тебя пойму, – уклоняюсь от прямого ответа, Майло слишком любопытен, и это мне тоже не нравится. Хотя я и сам такой, всегда стараюсь выведать всю возможную информацию. – Тогда просто подожди здесь. Если со мной что-то случится, то успеешь свалить и спасти свою драгоценную жизнь.

– Ты меня на слабо не бери, – Майло смотрит на меня недовольно суженными глазами. – Разведку я проведу. Но не забывай, что мертвяков инвизом не обманешь. У перерожденных чуйка на живых, специальное умение. Я должен точно знать, что ты задумал, иначе делай все сам.

– Справедливо, – нехотя соглашаюсь я. – Думаю, для начала нам хватит парочки марионеток. Отправим их к святилищу в качестве пушечного мяса и посмотрим, что получится. Если будет чисто – святилище наше. Если нет, то мертвяков потерять не жаль, а у нас будет возможность для отступления.

– Годится, – задумчиво кивает Майло. – Но само дельце по приручению мертвяков – опасное. Как я уже говорил, в посёлке их обитает около трёх десятков. Они, конечно, не в одном месте сидят, но есть большой шанс сагрить сразу нескольких. Например, намного больше девяти.

Вот же настойчивый… перец. Всё-то ему знать нужно.

– Что ж, тогда те, кого успею подчинить, остановят лишних.

– А если их будет слишком много?

– Тогда брошу марионеток на прикрытие, а сами постараемся оторваться.

– А если оторваться не выйдет? Выйдем к святилищу с кучей мертвяков на хвосте? Забыл, что едва справились с одним призраком? Если там ещё и Горад окажется, то как раз влипнем между двух огней!

Возвращаю ему одну из тех усмешек, которыми он потчевал меня всю дорогу:

– Ты слишком много беспокоишься, Майло. Давай, двигай уже.

– А ты не так прост, как может показаться. – Майло понимающе усмехается. – Ладно. Знаю недалеко подходящее для наблюдения место.

Пират устремляется вперёд.

Вижу, что мое предложение крепко заставляет его задуматься, просчитывая на ходу варианты и последствия. Вскоре выходим на едва заметную тропинку, ведущую в сторону посёлка. Очередная странность. Я полагал, что все тропинки давно поглощены лесом, местным жителям больше нет необходимости выходить из посёлка по хозяйственным делам. Им не о ком заботиться, не нужна пища и вода… Или они всё ещё живут неким подобием прежней жизни? Есть и другой вариант – тропинку протоптали живые игроки. Например, любители поживы из «Серого ветра».

Сходим с тропинки, взбегаем по пологому склону и на макушке очередного холма среди щербатых серых валунов находим ещё одно кострище. Причём на первый взгляд пепел остыл не так давно: ветер ещё не успел его разметать. Что наводит на определённые мысли. Подозреваю, что Горад именно отсюда предпочитает отлавливать своих мертвяков для экспериментов с Древом Смерти. Признаться, задуманное мне и самому не слишком нравится, но другие варианты ещё более сомнительны. Вдвоём против Горада у нас шансов маловато, если они вообще есть. Реально нужны марионетки, которых не жаль пустить в расход. Надеюсь, Хорка учтёт сложное стечение обстоятельств и его эти жертвы не разозлят. Абсолютно уверен, что как Ключник я для него куда ценнее старых приятелей, которые, в конце концов, если и погибнут из-за моего вмешательства, всё равно не пропадут, так как пропишутся в Списке Мертвых.

– На пепел не наступай, – предостерегает Майло, обходя кострище стороной. – Не стоит оставлять знаки присутствия живых так близко от посёлка.

– Дай минутку, – бросаю я, присаживаясь на ближайший камень. – Нужно кое-что сделать. Присмотри пока за округой.

– Я не против, вот только на шею мне не садись, Зуб. Не выйдет.

Я его уже не слушаю. Хватит уже откладывать, мне нужны сейчас любые преимущества. И ещё один уровень лишним не будет, уровни всегда меняют баланс в лучшую сторону. Запускаю руку в подсумок, стискиваю накопитель, мысленно подтверждаю использование. Опыт вливается щедрым потоком, ощутимой живительной струей, горяча запустившейся корректировкой кровь и мышцы.

Получен новый уровень: 40!

Текущее значение опыта: 4355/3822000

Получен новый слот для умения

Вкидываю свободные очки снова в мудрость, несколько минут сижу, медитирую и привыкаю к изменениям в организме, восстанавливаюсь. И думаю насчёт нового приобретения. Как интересно. Раньше такого не было. На сороковом обычно игроки получают новое умение, соответствующее классу. Потом его ещё необходимо закрепить у наставника нужной классовой специализации, хотя до сорокового этого раньше не требовалось. Иначе умение будет работать лишь частично, или вовсе не будет. Что ж, с повышением уровней игровые требования закономерно усложняются. А вот мне против ожидания вместо умения достался всего лишь слот под умение. Это определённо издержки свободного класса. И как его заполнить? Снова искать наставника в форте, хотя все до единого уже отказались меня чему-либо учить? Так как с такими, как я, ещё не сталкивались и просто не знали, что делать? Или…

Самое время снова потренировать смекалку.

Нащупываю пальцами ещё один расходник, концентрирую внимание на желании…

Использовать элитный кристалл сущности для усвоения умения Ядовитое дыхание?

Внимание, кристалл будет безвозвратно разрушен!

Да/нет?

Вот оно как!

Надо подумать. Против мертвецов Ядовитое дыхание вряд ли поможет, они нередко иммунны к яду. Да и элитный расходник глупо так тратить, на сомнительное умение. Но ответ я получил вполне ясный, теперь знаю, как развернуться. Нужно перетрясти весь форт, в первую очередь загашники самого Хорки, а если у него не найдется ничего подходящего, выбить что-нибудь полезное с монстров. Чем попало такой слот заполнять не стоит, вряд ли усвоенное таким образом умение можно будет легко заменить. Особенно если возьмусь за его прокачку и будет элементарно жаль терять накопленный прогресс. И ещё подозреваю, что хотя шанс на неудачу при усвоении умения из кристалла не озвучен, он всё-таки есть. Всегда имеются подводные камни, именно так здесь всё и устроено.

Открываю глаза и наталкиваюсь на изучающий взгляд Майло. Немудрено понять, о чем он сейчас думает. Со стороны, если не знать подоплеки, расту как на дрожжах. Аж самому завидно. Шутка.

– Не устаешь удивлять. И как ты это сделал? Ты что, опыт умеешь откладывать на потом, как очки умений? А почему тогда сразу не… – Майло прерывается, задумчиво морщит лоб. – Ах вот оно что. В добыче от Пастуха нашелся кристалл опыта? А говорил, что ничего интересного не было…

Майло вдруг замирает, делает рукой знак пригнуться. Затем мгновенно перемещается под прикрытие ближайшего валуна, сливаясь с его шершавым боком. Мигом пристраиваюсь за соседним камнем в шаге от Майло. Заметив мою попытку выглянуть, Майло шипит в чат об осторожности. Но мне это ясно и без него – Знак Алана оживает, сообщая о близкой опасности, лицо словно трогают невидимые острые коготки.

Ты реально везунчик, Зуб. Вижу кандидатов для твоего эксперимента. Как раз идут мимо нашего наблюдательного пункта.

Приподнимаюсь ровно настолько чтобы бросить взгляд поверх каменного укрытия, и озадаченно хмурюсь. Мертвецов трое, и направляются они в сторону посёлка. До них метров пятьдесят. Первым размашисто шагает здоровенный гхэлл с ником Строг Бездумный: пожалуй, он раза в полтора мощнее любого из «когтей» из боевой свиты Видящего, а у него слабаки не служат. Если этот тип – пережиток прежних времен, то выходит, что нынешнее поколение гхэллов измельчало. Могучий торс обтягивает панцирь из плотно пригнанных стальных щитков, глухо позвякивающих при каждом движении. Правая лапа Строга сжимает древко взваленной на плечо двуручной обоюдоострой секиры, стальной наплечник, испещрённый вмятинами и следами секущих ударов, не даёт оружию съезжать. Шерсть на морде и лапах гхэлла, там, где они не прикрыты доспехами из кожи и стали, черна как смоль. Вытянутые челюсти псоглавого слегка приоткрыты, демонстрируя мощные желтые клыки. И этот тип, что удивительно, единственный, кто мне не знаком из троицы.

Чуть позади и левее топает… Пожалуй, этого сура можно назвать орком. Чуть ниже ростом чем гхэлл, но тоже крупный, мускулистый. Почему орк? Мёртвые глаза смотрят на мир бельмами из-под тяжелого низкого лба, массивное лицо с грубыми, рублёными чертами обрамляют чёрные волосы, заплетенные во множество косичек. Плоский нос проколот длинной костяной иглой, серые, вывернутые губы пробиты серебряными кольцами, как и выглядывающие из-под них желтовато-коричневые клыки. Вдобавок серо-зелёная кожа раскрашена линиями причудливой татуировки. Судя по неказистым кожаным доспехам, иссечённым и рваным, и торчащей из-за плеча рукоятки меча, это тот самый тип, что толкнул меня на погибшем острове при сражении с пожирателями. Ник – Мор Блеск Молнии. Трехсложное имя встречаю впервые, возможно, такие имена характерны именно для этой расы.

Третий мертвяк, замыкающий шествие – Шабл. Человекообразный сур выше двух метров ростом, с бычьей головой и бугрящимися чудовищными мускулами руками. Правой он придерживает рукоять двуручного молота, которая на широченном плече выглядит как тростинка, а на самом деле я вряд ли сумел бы нормально обхватить эту рукоять своими пальцами. Бревно, а не древко. Прямоугольный брус боевой части молота высечен из зеленоватого камня, а размер его таков, что вполне можно забивать сваи под фундамент для многоэтажных зданий. В прошлый раз на минотавре доспехов было побольше, видимо, с каждой смертью он утрачивает амуницию часть за частью, и теперь на нем остался лишь изъеденный ржавчиной панцирь, рваные кожаные штаны и наголенники. Мертвенный взгляд блеклых бычьих глаз равнодушно смотрит перед собой, массивные копыта ниже среза наголенников безжалостно вминают траву в почву.

Все трое, само собой, пятидесятники.

Легкий ветерок тянет в сторону нашего холма отчётливый запах мертвечины, не оставляя сомнений, что мы видим именно мертвецов. А так легко со стороны принять их за живых, нормальных суров. Не завидую такой судьбе. И понимаю стремление Хорки всё исправить. Никто не заслуживает такой участи.

И кстати, я больше не сомневаюсь, что Горад охотился именно здесь. Слишком много говорящих совпадений.

Про патруль ты не говорил, Майло.

Да какой там патруль! Зуб даю, что эти трое недавно возродились в Колыбели разрушенного форта и возвращаются к месту прописки. Колыбель на острове одна, вникаешь?

Так вот почему тропинка не зарастает. Благодаря таким деятелям, как Горад, уничтожающих местных… обитателей.

Последний раз, когда я видел Шабла, им управлял Горад, – делюсь с Майло своей тревогой.

Намек понял, но тревога ложная, – пожимает плечами пират. – Постоянных рабов у Горада нет, они у него надолго не задерживаются. Как только марионетка погибает, то возвращается на остров. Гораду приходится отлавливать экземпляр заново, и не всегда попадается тот же самый. К тому же Горад может подчинить только одного, а раз эти топают втроем, то сейчас они не подконтрольны. Ну и? Ты что-то собираешься делать, или пусть дальше идут? Если они учуют нас первыми, нам трындец. Мы и с одним-то не справимся, а тут элита.

Он прав. Пора решаться. Но почему-то именно сейчас собственный план кажется мне всё более безумным. Если не сработает… То эти мертвяки присоединят нас к населению острова. И когда смотрю сейчас на этих монстров 50 уровня, то чувствую, что погорячился в своей задумке. Не лучше ли попробовать обойтись своими силами?

Но пораженческая мысль вызывает упрямую злость. Я уже нечто подобное делал, верно? К тому же чутьё меня уже раз сильно подвело, когда я отказался от плана на Огрызке и попёрся на выручку Майло. Так какого чёрта! С энергией более-менее порядок, на ритуал хватает, и остается на скоротечный бой, но бой допускать нельзя…

Майло, на всякий случай спустись с холма и будь готов дать дёру, если у меня что-то пойдёт не так.

Не премину воспользоваться твоей трогательной заботой, Зуб, – Майло ухмыляется, разворачивается, делает шаг в сторону и… делает то, от чего сам же и предостерегал. Наступает на пепел кострища. Всего лишь случайность, одна из небольших ошибок, от которых никто не застрахован.

Знак Алана горячей болезненной вспышкой растекается по лицу.

И все наши планы летят к чертям.

Старое кострище словно взрывается.

Хлопья пепла с шипением взлетают в воздух под натиском вырвавшегося из почвы снопа тонких полупрозрачных нитей. С хлёстким звуком пробиваемых доспехов концы нитей вонзаются в тело пирата десятками игл и крючков. Единственное, что Майло успевает сделать – отчаянным усилием рухнуть на колени, а не навзничь, но это ничего не меняет. Нити вокруг него мгновенно натягиваются звенящими струнами, пришпиливая тело намертво к камням и почве. Несколько нитей впиваются пирату в подбородок, разрывая кожу и плоть, пробивая челюсть и со страшной силой оттягивая вниз, практически отрывая её. Из открытого в немом крике рта хлещет кровь, язык разорван в клочья. Лицо пирата искажается от неимоверной боли, он обездвижен и ничего не в состоянии сделать. Ему остается лишь умирать.

Бросаюсь к напарнику, рассекаю лезвием кинжала ближайший пучок туго натянутых струн. Они словно нехотя лопаются, их ещё чертовски много, и я ускоряюсь Теневым преимуществом в предчувствии врага, который должен появиться. Врага, хорошо знающего эту территорию и установившего эту ловушку. Лезвие кинжала мелькает молнией, нанося удар за ударом.

Жги! – мысленно кричит Майло, даже при такой боли сумев не утратить самообладания полностью.

Обжигающая вспышка уничтожает сразу десяток нитей, вскидываю ладонь для Копья пламени, но не успеваю.

Смерть приходит с дальней дистанции.

Услышав шипящий гул, едва успеваю отпрыгнуть в сторону. Огромный алый сгусток раскаленной плазмы врезается в распятую, словно на жертвенном алтаре, фигуру Майло, превращая его в пышущий чудовищным жаром фонтан ревущего пламени. Система бесстрастно уведомляет об эффекте Аннигиляция.

Откатываюсь ещё дальше, прочь от настигающего жара, разбивая локти и колени о камни. Бар жизни пирата за долю мгновения скатывается в красную зону, мигает и сереет, групповую иконку перечеркивает эмблема стилизованного черепа. Труп Майло горит жарко, густо чадя чёрным дымом. Кожаные доспехи и одежда распадаются пеплом, обнажая горящую, стремительно чернеющую плоть и обугливающиеся кости.

По характерному почерку несложно догадаться, кто нанес удар.

Не будь у меня в прошлый раз Абсолюта, в такой же труп на Черепе Властелина мгновенно превратился бы я сам. Против такого врага в одиночку я бессилен и нужно любым способом создать хоть какое-то преимущество – чтобы просто выиграть время, выжить.

Не оглядываясь, перепрыгиваю через кромку камней и скатываюсь вниз по склону к идущим по тропинке мертвякам, едва успевая принять правильное положение и затормозить перед очередным каменным препятствием.

Слышу яростный рёв и отпрыгиваю в сторону.

Чудовищный молот минотавра со свистом проносится над головой и с оглушительным грохотом раскалывает на осколки валун, оказавшийся на его пути. Шабл наступает, шумно дробя копытами щебень, вминая почву. По бокам у него вырастают силуэты его спутников – Строга Бездумного с могучей секирой в лапах и Мора Блеск Молнии со здоровенным двуручным мечом.

Времени на подготовку нет, но тикающее Теневое преимущество все же даёт пару лишних мгновений. Работаю по целям прямо в перекате. Ухожу от секущего удара секирой, врезающегося в почву там, где только что находился я. Узнаваемый сдвиг в сознании, приглушение окружающего звукового фона и красок, гулкое биение сердца. На волю вырывается Теневое клеймо, сила Алана течет через меня, безошибочно поражая троих бывших суров и подчиняя мне их мёртвые разумы на 24 часа. Словно невидимые призрачные руки сжимаются на вместилищах их уснувших мёртвым сном душ. Логи пестрят строчками сопровождения – повышение репутации с покровителем, повышение урона способностей на время действия преимущества, резкая просадка по энергии… Бла-бла-бла.

Рывком поднимаюсь на колено, сжимаю кинжал правой рукой, который удаётся всё-таки не выпустить при всех этих кувырканиях и перекатах.

С мрачным ожесточением смотрю, как трое мертвецов, поменяв цель, разворачиваются и с яростным рычанием взбираются на склон холма. На его вершине замерла отблескивающая ртутью рослая четырехрукая фигура с сияющим трезубцем в верхней правой руке. В боевом режиме тело линарца блестит словно отполированный металл, и по прочности наверняка ему не уступает. Две пары его непроницаемо-чёрных глаз, словно сгустки застывшего битума, неторопливо обводят рвущихся к нему мертвецов, из-под ног которых шумно катятся камни и сыплется вспаханная земля. Хвост линарца живёт независимо от неподвижного тела, каждую секунду несколько раз меняя положение, словно выбирая наиболее подходящую цель своим холодно поблескивающим острием. Линарец выглядит словно демон, только что выскочивший прямиком из ледяного ада.

Рист медлит. Видимо, оценивает ситуацию.

Я тоже выжидаю. Кажется, даже не дышу.

Это противостояние для меня слишком опасно. Я почти твёрдо уверен, что, несмотря на кажущуюся мощь, мертвецы его надолго не задержат. А если он переагрится на меня, то от них и вовсе толку не будет.

Насколько я знаю, Аннигиляция перезаряжается час, но у Риста и без супер-умения более чем хватает возможностей для боя.

Я специально собирал по нему информацию после памятной стычки, на будущее. Нам тогда очень повезло застать его врасплох, и способностей моих спутников едва хватило, чтобы совместными усилиями прикончить его достаточно быстро. Малейшая ошибка, и Рист уничтожил бы всю нашу группу. Именно самоуверенность его тогда и подвела, но вряд ли на это стоит рассчитывать ещё раз, особенно сейчас, когда меня не прикрывает группа, и эффект неожиданности, как и сила, на его стороне.

Одно лишь оружие линарца стоит целого отряда бойцов: Пронзатель, уникальный трезубец, исторгает Аннигиляцию, плазменный удар, способный всё уничтожить на своём пути. А пока умение откатывается, оружие включает Световое лезвие, для которого обычные доспехи, вроде моих, не прочнее бумаги. А значит, единственное попадание станет последним, блокировать нечем, может спасти лишь уворот.

Метатель – уникальный наруч на верхней левой руке, встроенные умения – Ядовитые укус (выстреливает зарядами с парализующим ядом), Призрачный блок (прерывающая атака) и Берсеркер (вкалывает владельцу допинг, увеличивая на короткое время его мощь втрое).

На фоне этих уников мой Пламень выглядит совершенно убого. И я давно задумываюсь над тем, почему так вышло, что мне досталось оружие уникального класса без встроенных способностей. Лишь с возможностью усилить его расходником. А ведь у линарца и кроме оружия куча личных умений. Знаю лишь некоторые: сейчас на Ристе висят ауры Упоений битвой (ускорение атак) и Маятник (ловкость и уклонение), знаю ещё о Надрезе, Разрубании, Отложенном сейве, и только что узнал про Кристаллическую сеть – ловушку, быстро и предельно жестоко погубившую Майло. Уверен, это не все сюрпризы, имеющиеся в боевом арсенале линарца.

Немудрено, что я колеблюсь.

Возможность заклеймить действует в течение суток с момента активации. У меня ещё шесть зарядов для подчинения в запасе, но я так и не выяснил, какому божеству поклоняется Рист. Насколько долго я смогу выдержать его в качестве неофита Алана здесь, на проклятом острове? Если Теневое клеймо все же пройдёт сквозь его защиту и на меня падет гнев божественного покровителя Риста? Вопрос совсем не праздный, и инстинкт самосохранения удерживает меня от опрометчивого порыва после крайне поучительного опыта после столкновения с «Серым ветром» на Черепе Властелина. Да я просто в ужасе, если честно. В прошлый раз Душелов Риста не остановил. Его остановил Зик своим убийственным ударом копья, разворотив линарцу энергетическое ядро, заменяющее этому существу сердце.

Вот только Зика со мной сейчас нет.

Мертвецы уже почти добираются до него, могучий гхэлл первым заскакивает на каменные обломки рядом с линарцем и взмахивает секирой. В последнее мгновение я останавливаю всех троих. Марионетки послушно замирают с занесенным для удара оружием. Я смотрю снизу вверх на Риста, затем поднимаю ладонь, привлекая его внимание. К своему стыду замечаю, что пальцы слегка дрожат. Чертовски не хочется умирать, да еще здесь, на проклятой земле, когда я уже привык к мысли, что выберусь с острова живым.

И Кроха… Она ещё ждет моей помощи.

– Мы не враги, линарец, – голос от волнения садится, усилием воли я возвращаю ему уверенность. – Тебе незачем меня убивать. Хорка Мудрый – мой покровитель, как и твой. Мне не нужна вражда, но мне нужна твоя…

От фигуры Риста вдруг бьёт свет, озаряя всё вокруг ослепительно радужным сиянием. Линарец подпрыгивает в воздух и пикирует ко мне на непонятно как мгновенно выросших за его спиной светящихся крыльях. Он ловко и почти бесшумно приземляется в трёх шагах от меня, и крылья снова исчезают, рассыпаясь светящимися искрами. Энергетические крылья, чёрт побери. Так вот как он путешествует с острова на остров, если нет под рукой корабля!

– …твоя помощь, – ошеломленно заканчиваю я.

– Рист охотится на «Серый ветер», – скрипит линарец, уставившись на меня во все четыре глаза, вблизи больше похожие на полированные овалы из черного агата с точками светящихся вкраплений, чем на органы зрения. – Рист убивает «Серый ветер». Лицензия на преследование. Почему ты с «Серым ветром»? Пленник?

Слава Алану, он принимает диалог. Напряжение немного отпускает, но пока ещё ничего не решено и рано говорить о безопасности. Стараюсь говорить короткими фразами, подражая его манере и вкладывая лишь суть:

– Майло – мой спутник. Он покинул «Серой ветер». Ты ошибся. Ты зря его убил. Он помогал мне выбраться с острова. Нас пытался прикончить Горад со своими подручными.

– Горад, – презрительно скрипит линарец, голос у него убийственный, словно трутся и вибрируют шестерни заклинившего механизма. В нём нет ничего живого, словно говорит робот. От такого голоса кому угодно станет чёртовски не по себе. – Горад сбежал. Он вне острова.

– Сбежал? Значит, он всё-таки здесь был? – осторожно уточняю я.

– Святилище. – Рист делает левой нижней конечностью замысловатый жест, эквивалент человеческого кивка. – Ритуал. Рист его прервал. Спутники Риста погибли, не хватило сил выжить. Ристу хватило. Ристу всегда хватает.

Я даже и не думаю напоминать ему о случае на Черепе Властелина. Не стоит сердить подобными напоминаниями такое существо, как линарец. И только сейчас позволяю себе перевести дух, убедившись, что он не собирается меня убивать сию секунду. Но вот же так нарваться. И это называется везением? Хотя, если посмотреть шире…

– Что за ритуал?

– Ристу неизвестно. Те, кто мог ответить, умерли или сбежали.

– Ты говоришь о святилище, которое находился поблизости?

– Рядом. Рист не оказывает услуги бесплатно. Чем сможешь заплатить?

– Сейчас – ничем, – невольно усмехаюсь. Раз пошёл торг, значит, диалог и впрямь налаживается. – Впрочем, стимулы есть, какая сумма тебя устроит за безопасное сопровождение к святилищу?

– Стимулы – мусор, – презрительно отметает Рист, и его хвост вторит словам хозяина, со свистом рассекая воздух над плечом острым как бритва кончиком.

– Ладно. – Мысленно вздыхаю. Не хочу напоминать в такой щекотливый момент о грустном, но придётся. – Твой кристалл с сейвом всё ещё находится в моей цитадели. Как только выберемся отсюда, я верну его тебе, чтобы уладить то недоразумение… на Черепе Властелина.

– Это не плата, – ещё презрительнее скрипит Рист. – Это долг. Чем можешь заплатить?

– Вот как… – По-прежнему не испытываю ни малейшего желания спорить, ситуация слишком неоднозначна, а сам Рист – очень странное существо с совершенно непонятной мне психологией. – Хорошо, кристалл верну. Если дашь обещание не нападать.

– Ристу нет смысла нападать. Кончились спутники. Спутники удобны для Острова Мертвецов. Всегда есть кого подставить приманкой.

Это он так шутит что ли? По этой блестящей металлом морде, смесь богомольей башки с крысиным черепом, трудно что-либо понять. С другой стороны, а почему бы и нет? Раз это позволит нам сотрудничать, то… По крайней мере выиграю время. Интересно, сколько он здесь уже угробил своих «спутников»?

– Приманка нужна, говоришь? В таком случае, буду твоей приманкой в качестве оплаты за защиту. Это тебя устраивает?

– Рист согласен. Идем к святилищу.

– Не так быстро… напарник. Сперва дай мне десять минут, нужно посмотреть, что стало с Майло.

– Рист…

– Рист умеет ждать, разве не так? – с нажимом говорю я, надеясь на свою харизму. – Ристу придётся придерживаться договора. А Зубоскал выполнит свою часть сделки.

Тьфу, с кем поведешься, от того и наберешься, уже как линарец заговорил.

Отдаю мертвецам приказ спуститься и ждать на тропе, огибаю отвесный склон холма и забираюсь на верхушку.

Картина весьма грустная.

Я знал, что от Майло мало что останется, так и вышло. Такое не восстановить даже расходником воскрешения. Не из чего восстанавливать. Огонь уже погас, оставив расплавленные камни и всё ещё сочащуюся черной копотью кучку недогоревших костей. Оба кинжала превратились в хлам, в бесполезные куски оплывшего металла. Послав щепетильность лесом, ворошу пепел носком сапога. Заметив характерный блеск, опускаюсь на корточки. Удивительно, но выпавший с Майло кристалл души в этом аду уцелел. Беру его пальцами, он прохладный, словно и не был в пламени. Свойство кристаллов, о котором я раньше не знал? Защита от разрушительных стихий, чтобы не пропадала добыча?

А это ещё что такое?

Поворошив, нахожу ещё две вещи. Фиал реанимации души. Какой запасливый этот Майло… ну ладно, если развит навык воровства, то мог прихватить расходник с гхэлла вместе с кинжалом в момент бегства с корабля. Мой расходник, между прочим, который экспроприировал у меня Горад. Но последняя вещь заставляет задуматься. Счищаю пепел пальцами. Серебристо-голубой кулон на тонкой цепочке, в виде ромба величиной в полпальца, с виду совершенно цел:

Поглотитель

43 уровень

Кулон

Тип предмета – уникальный

Материал – адамантин

Прочность 118/120

Встроена способность Ловец умений:

Кулон с некоторым шансом способен скопировать одно из чужих умений, примененных в бою (0/1)

Шанс копирования зависит от уровня и типа противника

Предмет привязан к душе игрока Майло Великолепный

Подозрение, что Майло ведёт двойную игру, не оставляло меня ни на миг. Невозможно утаить от Горада такой кулон. Или он и его умудрился стащить, и тоже «попутно»? Что-то мне сомнительно.

И все же воспринимаю это подтверждение до странности болезненно. Выходит, мне лишь показалось, что мы начали находить общий язык. Не люблю обманываться. Нехороший осадок на душе. Всегда ведь надеешься на лучшее в людях… Хотя бы в людях, не буду говорить о всех расах.

Но все же погиб Майло чересчур жестоко, даже для недруга. Грамотно этот чёртов Рист замаскировал ловушку. Ведь путник, вздумавший сделать привал, воспользуется кострищем на автопилоте. Место удобное, опробованное. И наступать не обязательно – достаточно приблизиться, и, например, положить дровишки, чтобы оказаться в зоне поражения. Ладно, жизнь на этом не заканчивается, и нервную энергию лучше потратить на решение текущих проблем, а не на горечь и пустые сожаления.

Интересно, что именно он собирался скопировать? Теневое преимущество? Нет, это я перегнул палку, божественное умение без покровителя не имеет смысла и вряд ли существует возможность его скопировать. Значит, Месть камикадзе. Именно это умение могло впечатлить Майло, а заодно и его хозяина. В экстремальных условиях я обязан был выложиться по полной, ещё на Призраке. Но я этого не сделал, и кристалл всё ещё пуст. Возникает вопрос – а было ли столкновение с Призраком случайным? Кстати, сильно сомневаюсь, что умение вот так запросто можно похитить. Условия для получения Мести чересчур сложны, кроме того, это умение – производное от Душелова, но откуда Майло и Гораду об этом знать?

Впрочем, неважно. Важен сам факт попытки.

Подхожу к краю склона. Мертвяки внизу на том же месте, ждут. Живые существа в режиме ожидания не остаются без движения – разговоры, переминания, жесты, а эти – как статуи. Не шелохнутся. Прямо не по себе, когда на них смотрю. Тухлая гвардия для моей особы. А вот Рист уже куда-то подевался…

Резко оборачиваюсь и задираю голову.

Линарец сидит на верхушке скального выступа, словно птица на насесте, сгорбившись и уменьшившись после выхода из боевого режима почти вдвое. И внимательно наблюдает за мной. Бесшумен, как сама смерть. Жала трезубца тоже смотрят в мою сторону. Я даже не заметил, как и когда он туда забрался. Опасное существо. Крайне опасное. Но выбирать союзников мне сейчас не приходится.

– Рист, я готов. Идем к святилищу.

Глава 14. Святилище Смерти

Впереди торит путь могучий Шабл, безжалостно сминая копытами почву на едва заметной, почти заглушенной травой тропе. Слева от минотавра, чуть отстав, двигается Строг Бездумный, справа прокладывает дорогу Мор Блеск Молнии. В руках марионеток грозно покачивается оружие, они выполняют мою волю.

Усыпанная камнями и почти лишенная растительности складка местности, пролегающая длинным языком почти два километра, словно мыс, впадающий в море, наконец упирается в границу леса. Цель по моим ощущениям уже близка, и долго сдерживаемое нетерпение подталкивает меня вперёд. И всё же мне хватает выдержки не торопить шаг, не хочу ничего испортить.

Первыми пересекают границу леса не ведающие сомнений мёртвые бойцы. Их спины мелькают среди корявых низкорослых деревьев с чёрными стволами и серебристо-серой, словно седой, листвой, а могучие плечи легко раздвигают кусты и юную древесную поросль. Признаться, это очень странное ощущение – повелевать существами с помощью божественной способности подчинения. Я поддерживаю непрерывное ментальное давление, которое оказываю на этих трёх, и как мне кажется, не последнюю роль в этом играет Духовная связь. Незримые векторы ментальной энергии тянутся к каждому из бойцов, настойчиво подталкивая в спины, то растягиваясь, то сжимаясь словно ленты эспандера, в зависимости от текущего расстояния между нами.

Приотстав шагов на тридцать, я осторожным шагом двигаюсь следом, и через минуту тоже вступаю в тень деревьев. Призрачное солнце сразу тускнеет в густых кронах, прячущих от глаз серое небо. Воздух теряет свежесть, от почвы под ногами тянет чем-то неприятным. И дело не в запахе, который исходит от мертвяков. Что-то гнусное находится впереди. На всякий случай правой ладонью заранее грею рукоять торчащего из-за пояса кинжала. От соблазна позаимствовать меч орка пришлось отказаться. Его оружие слишком велико для меня, слишком непривычен баланс, тренироваться с ним некогда, а ошибка может дорого обойтись. Кинжал сейчас и то сподручнее.

Где-то за моей спиной бесшумно перемещается Рист. Стараюсь лишний раз не оглядываться, я и без того хорошо чувствую его своей Печатью Алана: против обыкновения она не жжёт, а холодит лицо, как свежий бриз. Ещё один невидимый вектор, на этот раз направленный в мою сторону – вектор неотступного чужого внимания.

Ощущение не из приятных, когда знаешь, что работаешь наживкой. Червячок на крючке. Одно утешение – у меня своих «червячков» аж целых три штуки, так что на поклёв в первую очередь реагировать им. Вот если бы они ещё и живыми были, с полноценным разумом и адекватной реакцией, и не шумели бы на весь лес как стадо кентавров, перемалывающих попадающийся под ноги, копыта и сапоги хворост в труху…

Мечтать не вредно.

За спинами трёх могучих суров чувствую себя относительно спокойно, но всё же с каждым шагом внутреннее напряжение растёт. Прекрасно отдаю себе отчет, что раз нужна приманка, значит, Рист кого-то там не добил, возле святилища. Кого-то весьма сильного, раз предпочёл ретироваться. На вопросы и уточнения линарец прямо не отвечает, то ли делает вид, что не понимает меня, то ли в самом деле что-то не понимает. Или ему просто плевать на мои вопросы, и он целиком и полностью живет в своем, выдуманном мире, где он является центром мироздания. Вменяемую информацию из него выжимать тяжелее, чем воду из камня. Приходится выстраивать цепочку предположений по косвенным признакам, подкрепляя их личным опытом.

С каждым шагом ощущение недалёкого присутствия Крохи становится всё сильнее, и мои мысли поневоле крутятся вокруг судьбы фейри. Если Ристу лишь нужно доделать дело и гарантированно зачистить этот участок острова от присутствия «Серого ветра», то мне, в первую очередь, необходимо спасти Кроху.

А вот после спасения можно будет подумать и о справедливой мести.

Не прощу агрессии ни в свой адрес, ни к моим петам, давно ставшими частичками моей души. Ни Гораду, ни кому бы то ни было. Собственно, Гораду я в любом случае не собираюсь прощать эту западню на Острове Мертвецов и попытку умерщвления. Да, Горад – серьезная угроза для моего клана, но оставив эту акцию без ответа, я распишусь в слабости, как своей, так и тех, кого взял под свое покровительство. Последствия утраты только начавшего набирать обороты авторитета могут быть необратимыми. Например, иссякнут желающие вступить в ряды «Охотников». Время вооруженного нейтралитета прошло, пора официально открывать охоту на «Серый ветер». Что с того, что Горад намного могущественнее? И могущественные умирают. Главное, найти верный способ.

Естественно, у мага такого уровня, как Горад, сейв далеко не один. Иначе и быть не может. Но это совершенно не важно. Мне и нужна лишь одна его смерть, пусть и временная. Важно одно: чтобы прикончить его с гарантией, необходимо найти и уничтожить все острова, где находятся искаженные порталы. То есть все места, где он может возродиться. А начать разумнее всего с Острова Мертвецов…

Вот и выходит, что я снова возвращаюсь к Древу Смерти и его Семенам, только они годятся для уничтожения целых островов. А значит, придется ускорить эксперименты с Древом сразу, как только отсюда выберусь. Сейчас я еще больше уверен, что задача со сбором семян Древа Смерти решаема, особенно при должном упорстве и смекалке. Тлеющая злость, отложенная до лучшего момента и готовая при случае вспыхнуть неудержимым гневом, не дает мне усомниться в такой возможности.

Само собой, Горад не станет сидеть спокойно, когда до него дойдёт информация о моих действиях, а она обязательно дойдёт. Собственно, поэтому он и зашевелился, организовав этот захват. Чует, гнида, что припекать стало. Очень не хотелось бы напрасно потерять сейв в попытке прикончить мага такого уровня и мощи, но риска не избежать. Поэтому если смогу попасть на Древо… Не так. Не «если», а «как только» попаду на Древо Смерти, то действовать придется максимально быстро, используя все связи и ресурсы, отложив все второстепенные дела на потом. В этом мне поможет клан, и не беда, что его состав пока невелик. Зато база защищена надежно, всегда есть куда отступить, перегруппироваться и атаковать снова. Ещё у меня есть Хорка Умный: воин-антимаг, да еще и Видящий локации, этот белогривый гхэлл один стоит целого клана. Если он задействует все подвластные ему ресурсы, то дни Горада будут сочтены очень, очень быстро. Странно, что Хорка до сих пор не нашел решения этой проблемы сам, но похоже, он чего-то ждет именно от Ключника.

Чувствую, что впереди меня ждут глобальные задачи, сулящие множество наград и прорву опыта.

Возможно, есть и другие варианты решения проблемы с Горадом, но пока это лишь в стадии теории. Например, очень не помешает добрать очки умений до сотни, чтобы получить истинный пятый ранг Душелова, а затем с помощью перстня Иллюзия совершенства активировать шестой, пока еще тайный для меня ранг. Почему-то мне кажется, что упоминание о Жатве душ, отразившееся в описании Цепной смерти после активации перстня в прошлый раз, – это неспроста. По крайней мере, имеется существенный шанс, что умение окажется весьма и весьма мощным. Я провел в локации достаточно много времени, чтобы уяснить одну простую вещь: всё, что здесь превышает пятый ранг, выходит за рамки местных реалий. Хочу в этом убедиться лично. Ставки уже таковы, что без могучих умений не обойтись, это вопрос выживания, для меня и клана…

Прогулка по лесу заканчивается, когда в просвет между деревьями я наконец вижу очертания святилища. Невольно морщусь: мерзкий трупный запах становится все сильнее. Мысленным приказом останавливаю своих мертвяков на кромке леса и быстро забираюсь на ближайшее сучковатое дерево, продираюсь сквозь поросль веток. И наконец вижу цель своего путешествия с трёхметровой высоты. Не всё отсюда удаётся разглядеть толком, до святилища ещё метров сорок и лес откровенно мешает, но общая картина после минуты внимательного осмотра мне понятна.

Это святилище Йеноху устроено примерно также, как и предыдущее. В холмистой складке местности темнеет вход, обрамленный блоками и колоннами из грубо тесаного камня и увенчанный аркой, разрисованной уже знакомым птичьим орнаментом (откуда-то из потаенных глубин памяти всплывает понятие «клинопись»). Вход затянут полотнищем из серых нитей, словно накрыт пологом из грязного ветхого одеяла. Паутина безжизненно колышется под порывами ленивого ветерка, вызывая ощущение зябкого озноба, марширующего по коже многочисленными мурашками.

Ненавижу пауков и всех любителей плести сети…

Особенно пауков такого размера, а тварь, соткавшая это полотно, не может быть мелкой по законам игровых реалий. Да и по законам подлости тоже.

Ещё большую настороженность вызывает вид «контрольной полосы», опоясывающей святилище вокруг. Деревья на протяжении десятка метров то ли вырублены бывшими служителями молитвенного сооружения, то ли просто не растут, уступая давлению ауры неведомого существа, засевшего внутри. Всё это пространство, поросшее лишь низкорослыми кустами и чахнущей травой, тоже окутано мерзкого вида паутиной, где гуще, где реже.

Взгляд не сразу находит трупы среди колышущихся клубков и нитей, которые скрадывают под собой очертания любых предметов. Но заметив первый, нахожу и остальные. Два тела определенно принадлежат человеческим существам. Вглядываюсь, заставляя систему выдать подсказку:

Тангар

43 уровень

Раса — человек

Класс — защитник

Зелеакс

46 уровень

Раса — темный эльф

Класс — хаотик

Чёрт возьми, это же мои кандидаты в клан, о них я совсем недавно говорил с Команчем! Из этой партии любителей экстремальных приключений не хватает лишь двух – Сидора и Юлианны. И теперь я точно знаю, что накопитель опыта, который я забрал с Пастуха, принадлежал Сидору, только он и не успел сдать взнос. Если и Юлианна где-то здесь, то может, она ещё жива? И вообще, какого дьявола их сюда понесло, на остров Мертвецов?!

Стоп. А не виной ли тому мои требования для вступления? Им нужен был опыт для кристаллов, и они пошли на риск, чтобы набрать этот опыт ускоренным темпом. Похоже, требования действительно придется пересмотреть. Что-нибудь придумаю полегче, но это потом.

Взгляд скользит по полю битвы дальше.

Ворукс

45 уровень

Раса — гхэлл

Класс — грабитель

Титус

43 уровень

Раса — гхэлл

Класс — грабитель

Подручные Горада. Ворукс все-таки допрыгался. Майло не соврал, что оставил на нём свою метку – вместо левого глаза у псоглавого виднеется едва зарубцевавшаяся рана. Стоп. Если Майло не соврал в этом, то может, не врал и в остальном? И наличие предметов, что я забрал с его праха, можно объяснить как-то иначе, а не совместным заговором с Горадом? Жаль, ожерелье, привязанное к душе убийцы, для меня сейчас бесполезно…

Рука машинально тянется в подсумок, достаю кулон, еще раз осматриваю заманчивую по возможностям вещицу… И удивленно замираю. Привязки больше нет. Как так? Это ведь означает, что Майло погиб оккончательно?! Но… И тут до меня доходит, да так, что озноб прокатывает по спине, а на лбу выступает испарина. Делаю себе на память зарубку никогда не попадать под Аннигиляцию Риста. Бог ты мой Алан, а ведь я уже попадал под удар этой хрени, и тогда меня спас лишь щит Абсолюта… И что же получается, это сверх разрушительное умение уничтожает игрока вместе с его сейвами?! Аналог действия Душелова в песочнице? Похоже Рист куда опаснее, чем я полагал, и напав на него на Черепе Властелина, мы провернули сумасбродную авантюру, которая лишь чудом не вышла нам всем боком. Странно лишь, что системе понадобилось столько времени, чтобы признать вещи Майло бесхозными, словно… А может, все-таки был шанс восстановить его тело реаниматором из оставшегося от него праха? Хотя бы до состояния комы…

Ладно, это все потом.

Нервным движением накидываю цепочку на шею, заправляю блестящий адамантином ромбик кулона под панцирь, даю подтверждение системе о привязке, выбрасываю мысли о Майло из головы и возвращаюсь к осмотру местности.

Итак, судя по расположению тел, Ворукса скорее всего прикончил Зелеакс, так как гхэлл валяется всего в двух шагах от темного эльфа, и из спины псоглавого, пробив кожаные доспехи, торчит рукоять кинжала. Сам же Зелеакс не пережил нападения костееда, труп которого громоздится рядом с ним: массивный, увитый могучими мышцами торс, громадная башка с вытянутой мордой, узкая пасть с частоколом острых клыков. Эта жуткая тварь, помесь медведя с волком, чуть ли не обнимает тело темного эльфа страшенными лапами с чудовищными когтями. Даже дохлый, разрубленный сильнейшим ударом от плеча до центра грудной клетки, этот монстр всё ещё вызывает инстинктивный страх. Натуральный привет из «песочницы», только там я таких тварей и встречал. Но эта особь намного крупнее и мощнее на вид, что неудивительно – 48 уровень, тварь Смерти. То есть этот зверь был мертв еще до того, как его лишили некрожизни. Вот откуда эта вонь, пропитавшая всю территорию. И вот почему, несмотря на чудовищную рану, под трупом нет крови, почву под ним пропитывает лишь маслянисто поблескивающая жидкость.

С каждым замеченным телом мне становится всё больше не по себе.

Такой монстр здесь не один. Нахожу взглядом по меньшей мере еще двух его сородичей, чуть дальше, возле трупа Тангара. Парень оборонялся неистово – расщеплённый край его круглого полуметрового щита вогнан в раззявленную пасть костееда, обломав ему клыки и практически оторвав нижнюю челюсть. Меч бойца торчит в грудной клетке второго монстра, погруженный почти по гарду. Но и сам Тангар погиб так, что взглянуть страшно: у него не хватает верхней половины черепа. Разбрызганные куски черепной коробки и ошметки мозгов приклеились к отдельным нитям паутины, бесшумно подрагивая и раскачиваясь от порывов ветра жуткой гирляндой. Глядя на Тангара, я невольно стискиваю зубы до скрипа, и кое-кому очень хочется немедленно дать в блестящую морду. Ублюдочный Рист. Не хочется делать скороспелых выводов, но сейчас ситуация выглядит так, что он привёл ребят на убой, а сам свалил, когда враг оказался не по зубам.

Кроме костеедов на поле брани хватает и других тварей, они валяются вокруг святилища где в одиночку, а где и вповалку. Вижу несколько бродячих зомби: коренастые, рыхлые и облезлые тела с наполовину сгнившей шкурой и свалявшейся шерстью, свисающей клочьями между открытых разлагающихся язв. Гхэллы. То ли окончательно переродившиеся со временем игроки, то ли тела аборигенов, не успевших стать игроками и попавших под убийственное проклятие острова. Нашлось и несколько уже знакомых клювоголовов, среди кучи малы которых затесался даже единственный дурноглаз. Распростертая на земле тварь, размером с автомобильную шину, со множеством разбросанных вокруг хлыстов-щупалец, выглядит как раздавленная гигантским сапогом серо-бурая медуза. Даже мёртвый, дурноглаз злобно щерит зубастую пасть и пялится на окружающий мир гроздьями затянутых жёлтыми бельмами улиточных глаз. На эту тварь у меня взят контроль популяции, где в счётчике жертв светится лишь единица. Всего раз и сталкивался, на одном из островов при фарме задания Заядлый путешественник. Если бы не Марана с её даром внушения, то для нас в тот раз всё могло кончиться плохо, сила внушения у этой твари вряд ли намного меньше, чем у суккубы, а застал нас тогда дурноглаз врасплох.

По характеру чудовищных ран на телах монстров напрашивается вывод, что большую их часть перебил Рист, орудуя своим жутким трехлезвийным копьем. И тем не менее, он почему-то потом смылся, даже не собрав трофеи. Где-то нашла коса на камень. И мне этот факт всё больше не нравится.

Схватка произошла недавно, это легко определить: системный таймер отсчета посмертия на телах показывает в среднем 30 минут, плюс-минус. То есть незалутанным телам игроков и монстров остается меньше получаса до автоматического развеивания. А значит, у меня есть шанс вернуть одного из союзников к жизни, и я сразу загораюсь этой идеей. Прискорбно, что Тангар, игрок с танковым спеком защитник, для реанимации не подходит. По правилам нельзя воскресить игрока, тело которого повреждено более чем на 50%, но в случае с Тангаром именно характер увечья играет первоочередную роль. Отсутствие большей части черепа ставит на его возрождении жирный крест. А вот с магом Зелеаксом можно попробовать, недаром же я вытащил из праха Майло расходник реанимации. Только бы сперва разобраться, какого хрена здесь вообще произошло, чтобы не напороться на тоже самое и не лечь по-идиотски рядом.

– Пора, – едва слышно скрипит где-то внизу линарец, отрывая меня от мрачных размышлений. – Веди мертвых.

– Рист, – я бросаю на линарца, замершего у подножия соседнего дерева, кипящий злобой взгляд. – Мне нужна вся информация об этом бое. Что за тварь засела в святилище? Почему ты вышел из боя, не закончив его?

– Твоя задача привлечь внимание, – шипит линарец, разъясняя мне, словно несмышленому ребенку и словно не слыша моего вопроса. – Задача Риста – атаковать. Это очень просто. На этот раз Рист справится.

Угу, особенно с учетом того, что Аннигиляцию ты потратил, чтобы уничтожить моего спутника, и до отката умения такой силы ещё далеко.

– Рист, – стараюсь говорить проникновенно, чтобы подключить харизму, но сомневаюсь, что применительно к этому существу это возможно. – Если ты в группе, то интересы каждого в группе должны быть взаимны, или, по крайней мере, нужна общая согласованность и поддержка…

– Рист не видит смысла, – линарец делает трезубцем быстрое замысловатое движение, отметая мои доводы, и его гибкий как змея хвост вторит этому жесту. – Важно лишь то, что важно Ристу.

Мда. С такими моральными установками каши с ним явно не сваришь. Но я тоже бываю упрям, особенно когда речь идет о моей жизни:

– Послушай меня, линарец. Хотя бы попытайся. Это настолько элементарно, что я даже не знаю, как тебе вдолбить… Если ты поддерживаешь свою группу также, как и она тебя, то группа дольше сохраняет силу. А значит, одним и тем же составом можно выполнить куда больше заданий, не теряя напрасно время на поиск новых соратников. Понимаешь?

– Время уходит. Атакуй. Или договор будет расторгнут.

Проигнорировав распоряжение линарца, я ещё с минуту стою в развилке дерева, пристально изучаю вход в святилище и территорию возле него, откладывая в сознании малейшие подозрительные детали. Рисковать в первую очередь мне, так что пусть он свои «гениальные» советы и распоряжения засунет в отсвечивающую ртутным блеском задницу, раз не понимает, что это означает – поделиться информацией для обоюдной пользы.

Ничего он мне не сделает, я ему нужен куда больше, чем он старается показать. Сейчас меня меньше всего волнует недовольство линарца, есть проблема поважнее.

Ощущение присутствия Крохи ведет меня прямиком внутрь святилища, тянет в темноту провала, толкает в затылок невидимой рукой, затрагивая в мозгу эмпатический центр. И с каждой секундой промедления эта тяга все сильнее, все заразительнее. Кроха по-прежнему не отвечает, индикаторы ее жизненных показателей пугающе серые, сплошные нули. Не знаю, как это понимать, но она всё ещё жива, иначе уже пришло бы чувство потери. Но я чувствую, как Крохе плохо, настолько, что она не в состоянии не только говорить, но и мыслить. Фейри практически в коме, и я улавливал лишь жалобную нотку её бессловесной бессознательной мольбы, рвущую мне сердце.

И это заставляет меня решиться, несмотря на жгучее предупреждение Знака Алана. Впрочем, ощущение гнетущей опасности, затаившийся возле святилища, я чувствую и без подсказки божественного покровителя.

Я тихо спрыгиваю с дерева, крадущимся шагом выдвигаюсь вперед.

Когда до мертвяков остаётся не больше десяти метров, замираю в тени очередного древесного ствола и отдаю команду марионеткам. Все трое переступают границу леса и тяжелой поступью входят на территорию перед святилищем. Пять шагов. Десять.

И…

И ничего.

По-прежнему никакого движения. Приказываю мертвякам замереть. Или лучше сразу послать их прямо в святилище? Но кто знает, что там случится без моего присмотра, как бы Кроха не погибла из-за какой-нибудь роковой случайности, угодив под шальной удар. Не знаю, грозит ли фейри превращение в нежить, она относится к классу магических существ… Но вспоминаю призрака, который тоже является по сути магическим существом. Призраки ведь тоже возникают не на пустом месте. Черт побери… А вдруг Горад это и делал – проводил ритуал над фейри, чтобы превратить ее в нежить?! Ах ты сучонок… Хочется немедленно порвать эту гниду и обязательно голыми руками, чтобы сполна выместить вдруг вспыхнувшую ярость…

– Твоя очередь, – напоминает Рист, и чувствую, что его терпение заканчивается. – Мертвяки не помогли. Приманка должна быть живой.

Бросаю на Риста неприязненный взгляд.

Впрочем, мое терпение тоже на исходе, мне и самому хочется хоть что-то сделать, вытащить Кроху из этого проклятого места. Все чувства кричат, что это опасная авантюра, но не могу себе позволить бросить всё и сбежать, спасая лишь свою шкуру. Усилием воли приглушив в душе ярость, сейчас мне нужен холодный рассудок, я делаю шаг вперед и осторожно наступаю на ближайшие нити паутины.

И снова никакой видимой и ощутимой реакции. Это вовсе не означает, что мое вторжение не замечено, просто враг осторожен, весьма осторожен. Или, чтобы попасть в зону его агро, нужно подойти еще ближе.

До тела темного эльфа, упокоившегося метрах в пятнадцати слева от входа в святилище, от границы леса всего двадцать шагов. Иду к нему медленно, не спеша, чутко контролируя окружающую обстановку развивающейся с Духовной связью эмпатией, стараюсь отследить малейшие реакции. Чувствую себя так, словно шагаю по минному полю.

Неестественно гулкая тишина. Нарастающая вонь мертвечины. Нарастающее внутри напряжение. За два шага обхожу труп костееда стороной, не нравится мне ощущение, что эта тварь не столько мертва, сколько притворяется мертвой. Но это всего лишь страх, нагнетаемый проклятым местом, ведь существо с такой страшной раной в раскроенной грудной клетке не способно притворяться.

Наконец добираюсь до Зелеакса, вынимаю расходник из подсумка и опускаю ему на грудь.

– Нет! – Едва слышно шипит Рист, пытаясь меня остановить.

Нам нужны союзники, – тут же перевожу разговор в групповой чат, опасаясь громкими звуками накликать затаившуюся где-то рядом опасность. – В конце концов, это же твой напарник. Не понимаю, почему ты против.

Он будет слаб, – Рист тоже переходит на чат. – Нет пользы. Иди в святилище.

И что там меня ждет? Как ты вообще узнал про некий ритуал, который якобы прерван?!

Время уходит. Двигайся!

Признаю с легкой злостью, что в чём-то Рист прав.

Судя по состоянию тела Зелеакса, досталось ему не настолько крепко, как Тангару, а значит реанимация, хотя и не исправит всего, смертельные раны все же залатает. После такого оживления в условиях острова этот парень может надолго стать для нас балластом. Тем не менее, у меня имеются свои соображения по поводу происходящего: моральное и меркантильное. Первое: я не привык проходить мимо, если могу оказать помощь, тем более, одному из своих кандидатов. Второе: даже половина возможностей мага 46 уровня может оказаться той самой соломинкой, что переломит хребет проблеме со святилищем. Ничего нельзя исключать.

И я активирую расходник, проигнорировав нетерпение Риста, также, как он отмахнулся от моих вопросов. Граненые дымчатые поверхности реаниматора охватывает свечение, кристал уже сам, как только убираю пальцы, приподнимается над телом пациента и замирает в воздухе. А затем вместе со свечением начинает таять, отдавая жизненную силу. Теперь, пока Зелеакс возрождается к жизни, самое время наведаться к Тангару и забрать его оружие, оно вполне годится и для меня. А потом можно и святилище пощупать….

Именно в этот миг опасность бьёт по нервам электрическим разрядом.

Словно бесшумный и невидимый удар широкой волной прокатывается от святилища до самого леса. Перед глазами на долю секунды темнеет, а в логах мелькает сообщение о воздействии на окружающую местность Темного зова, но пока ни черта не ясно, что это такое.

Замечаю краем глаза смазанное движение и не раздумывая откатываюсь в сторону. Вскакиваю уже с выхваченным кинжалом и с холодной злостью понимаю, что моя «зуботычина» против такой твари не годится, а энергии слишком мало, чтобы разбрасываться умениями по первой попавшейся цели. Даже если эта цель – смертельно опасный в своей звериной мощи дохлый костеед. Вернее, только что бывший дважды дохлым.

Тело костееда сотрясается от сильнейшей дрожи, словно из вечного сна его вырвал эпилептический припадок. Края его жуткой раны, рассекающей грудную клетку и плечо, сходятся прямо на глазах, срастаются, вспухают уродливым рубцом. Вот он уже подгребает под себя передние конечности, сгибает задние и пытается подняться, шатаясь, как алкоголик в последней стадии опьянения перед тем, как вырубиться.

Но не зря же у меня трое подручных.

Мысленной командой бросаю в атаку Шабла, в надежде, что минотавр прикочит тварь до того, как та окончательно восстанет и порвет Зелеакса, с которым уже нет возможности возиться. Шабл с утробным ревом бьет молотом почти без замаха и страшная сила удара с треском сминает плечо изготовившейся к прыжку твари, на пару метров отбрасывая в сторону.

Резко разворачиваюсь, собираясь под прикрытием двух других марионеток добраться до Тангара, мне позарез необходимо нормальное оружие. И чувствую, как меня бросает в жар от ощущения только что совершенной непоправимой ошибки: в движение приходит вся территория вокруг святилища. Покрывающие траву и кусты неопрятные полотнища паутины шевелятся, как живые. Кажется, что это не трупы, пытаясь подняться, дергают месиво паутины, а наоборот, паутина, словно нити управляющего за кулисами неведомого кукольника, заставляет встать мертвецов, чтобы снова вступить в схватку с живыми. Да чтоб вас!

Святилище! – снова шипит в чат Рист, причем даже не видно, где он там засел среди деревьев, явно не торопится вмешиваться лично. – Быстрее!

Уже понимая, что произойдет дальше, и почему смылся Рист в прошлый раз, срываюсь с места и бегу со всех ног. Как бы не получилось, что я перехитрил сам себя, не последовав его распоряжению сразу и не проверив, кто же там такой засел внутри святилища…

Когда подлетаю к трупу Тангара, до этого лежавшему неподвижно, он вздрагивает. Это по-настоящему жутко, потому что пролом на остатках его изуродованного черепа стремительно затягивает некротическая пленка плоти, скрывая разбрызганные мозги, и мертвые глаза – кровавые белки с черными булавками зрачков, выше которых черепа уже нет, начинают поворачиваться в орбитах в поисках цели.

Первым делом вырываю щит из жуткой пасти содрогающегося в реанимационных конвульсиях костееда. Тут же, поставив на грудь второго ногу, с силой выдергиваю лезвие меча, измазанного черной сукровицей. Оба предмета экипировки, как ни странно, простые, обычное железо, поэтому сейчас не определить, погиб ли Тангар окончательной смертью. Зато сразу обретаю хоть какую-то уверенность в своих силах, чувствуя надежную тяжесть хоть и простого, но привычного оружия в руках. И воздаю благодарность владельцу – системных ограничений на использование таких предметов нет.

Громадная секира Строга Бездумного в широком замахе сверкающей дугой летит на костееда. Тварь с неожиданной ловкостью и силой с металлическим звоном отбивает выпад в сторону когтистой лапой, а второй тут же рвет гхэллу шею, не защищенную броней. Удар, гарантированно отправивший бы живого на перерождение, заставляет псоглавого лишь отшатнутся и издать глухой рык ярости.

Пальцы оставшейся за спиной второй твари, которую я всего на миг выпускаю из виду, вдруг обвивается вокруг моего правого сапога и сжимает голень как в тисках. Маячивший за спиной Мор Блеск Молнии даже мертвый оправдывает свое имя. Не успеваю обернуться, как его меч со свистом рассекает воздух и с хрустом перерубает кости, чувствую освобождающий рывок. Тут же Строг Бездумный с рычанием врезается в торс поднимающегося костееда, сбивает его обратно на землю и снова широко взмахивает жутковатой секирой…

На секунду замираю, так как подчинение легче дается при определенной концентрации. С неведомым кукольником, засевшим в святилище, я могу сыграть по его же правилам. Благо, для этого у меня есть необходимые средства – ещё шесть вакантных мест для Теневого клейма. И мелочиться сейчас не стоит. Вектор внимания входит в Тангара, как нож в привычные ножны, образуя новую ментальную связь, но бессильно соскальзывает с костееда.

Некогда разбираться в причинах осечки, пока этого достаточно.

Уже почти поднявшийся на ноги Тангар вздрагивает, разворачивается к рвущимся ко мне костеедам, которых сдерживают ударами оружия орк и гхэлл, впивается в шею ближайшей твари обеими руками и виснет на ней всей тяжестью тела. Прости, что лишил тебя оружия, приятель.

С новым подопечным на плечи ложится невидимая тяжесть, охватывает голову тугим обручем. Вдруг понимаю, что эта тяжесть была изначально, просто давление нарастает с каждой марионеткой, зачисленной в отряд, подчинение непрерывно тянет из меня внутренние резервы. Хреново, но сейчас главное результат.

Вдруг с угрюмой злостью замечаю в системных сообщениях нечто новенькое:

Наведено негативное воздействие Гнев Некронуса (1):

Каждую секунду здоровье и энергия убывают на 5 единиц

Опять игра с Теневым клеймом выходит мне боком. Некронус, значит, так тебя зовут. Нужно срочно кончать с этой тварью.

Забрав с собой только Строга, разворачиваюсь и быстрым шагом направляюсь ко входу в святилище. Нет ни малейшего смысла вмешиваться в схватку на флангах, пусть их прикрывают мои мертвяки. Даже двигаться стало сложнее – векторы подчинения растягиваются тугой резиной, словно нехотя подстраиваясь под мой шаг. Но торчать на месте по примеру кукловода из святилища нет возможности.

Проклятая паутина так и норовит спутать ноги, приходится перепрыгивать особенно активные плети, жадно рыскающие по земле вслепую. Несмотря на всю эту кучу сражающихся вокруг мертвяков, страха уже нет. В бою словно поворачивается выключатель, убирая его начисто, и давая волю сдерживаемой холодным рассудком боевой ярости.

Вижу как мой минотавр, с заметным усилием отшвырнув своего противника ударом молота, да так, что тот кувыркается через голову, тяжелой поступью направляется ко мне. Отскакивая от очередного паутинного щупальца, даю мысленную команду Шаблу оставаться на месте, держать позицию, но уйти ему и так не дают. На спину рогатого запрыгивает восставший Ворукс, впивается клыками в могучую шею, его лапы с длинными когтями мелькают как ножи мясорубки, разрывая плоть в клочья. Следом и второй гхэлл из бывших подручных Горада всаживает в спину моего защитника кинжал, раз за разом нанося быстрые удары.

Хорошо, что мертвые легче переносят серьезные раны, хотя это палка о двух концах.

Шабл ворочает плечами и трясет рогатой башкой, пытаясь стряхнуть новых врагов. Костеед не упускает момента – легко подскакивает на все четыре, словно и не было никакого удара, едва не раздробившего ему череп, снова бросается к минотавру. Его чудовищной длины когти с глухим звоном пробивают панцирь и впиваются в живот, причем с такой легкостью, словно вместо железа проходят сквозь воздух.

Рецепт противодействия мне уже знаком, но что-то не горю желанием это повторять. И все же, выбрав участок земли почище, снова замираю на секунду. Сердце бьется частыми сильными толчками, и волнение непросто вдруг усмирить. Болезненно остро чувствую, как вектор божественного внимания касается всех трех противников по очереди, как укореняется в сознании Ворукса и Титуса, но снова бессильно соскальзывает с костееда.

Наведено негативное воздействие Гнев Некронуса (3):

Каждую секунду здоровье и энергия убывают на 15 единиц

Теперь догадка превращается в уверенность – клеймо Алана способно подчинять лишь тех, кто разумен, или был разумным до превращения в мертвеца. Но и тяжесть на плечах становится заметно ощутимее, да и обруч давления еще плотнее стискивает череп, и почему-то становится сложнее дышать. Единственный сомнительный плюс от всего этого – я вижу сообщения системы о том, что завладел неофитом Некронуса. А значит, могу рассчитать последствия в отличие от прошлого раза, когда переподчинил приверженцев Горэла на Черепе Властелина и словил божественный дебаф вдвое мощнее нынешнего. Но Некронус – не божество, а просто сильная тварь, засевшая в святилище.

Уже втроем, минотавр и оба гхэлла, наседают на костееда, сопровождая атаку ревом и рычанием. Тварь тоскливо воет, пятясь под градом ударов, рассекающих плоть и ломающих кости, но упорно отмахивается лапами.

Инстинктивно чувствую как уходит время и срываюсь на бег, лишь краем сознания отметив, что реаниматор еще не завершил работу с Зелеаксом.

Дерьмовая ситуация – в посмертии все игроки оказались уязвимы для воскрешения в виде мертвецов. И раз темный эльф до сих пор не восстал из мёртвых, как остальные, то этой реанимацией я его на какое-то время спас. Спас от более худшей участи, чем просто потерять сейв. Надеюсь, он сумеет о себе позаботиться, когда поймет, что происходит, и усилия не пропадут втуне.

До святилища остается всего три шага, уже вижу колышущуюся внутри тьму, заполняющую проход по колено, осязаемую, жуткую, не имеющую к настоящей ночной темноте никакого отношения, но излучающую эманации стихии Смерти в чистом виде. Нет никакого желания туда вступать, но там Кроха, и нужно что-то срочно придумать, чтобы преодолеть это препятствие и не сдохнуть самому…

Не успеваю послать впереди Строга в качестве минного тральщика, как стайка клювоголовов выныривает словно из ниоткуда, несется наперерез, чтобы перекрыть вход. И тут мой гхэлл демонстрирует, что еще в силах применять какие-то способности, несмотря на свою мертвую душу. Мне даже кажется, что в его глазах мелькает некий живой блеск, словно мимолетное воспоминание о прошлой жизни. Он вырывается вперед, чтобы прикрыть меня своим корпусом, издает оглушительный Вибрирующий рык, прыгает прямо в гущу замедлившихся словно при сильном ветре клювоголовов и описывает стремительную дугу из сверкающей стали вокруг себя, выполняя Крутящий удар. Разрубленные тушки птичек отлетают в стороны, лапы, крылья, головы сыпятся омерзительным градом на пораженную шевелящейся паутиной почву.

Расправившись с птицами, Строг тут же шумно сшибается с одним из нескольких зомбированных сородичей. Обманчиво неуклюжие на вид, они сокращают расстояние с завидной прытью, поспевая сразу за клювоголовами. Некогда выяснять, как они прошли мимо орка и Тангара, нежить уже рядом. Двое набрасываются на Строга и норовят разорвать кривыми когтями все, что не защищено броней, еще трое быстро огибают защитника и рваными прыжками несутся ко мне. Возможно, этих я тоже смогу подчинить, когда-то они были сурами, но колебание длится лишь долю секунды и три клейма я решаю оставить про запас, для более серьезных целей.

Из активных божественных умений у меня в запасе только Теневой прокол и Плеть боли, ни то ни другое не годятся по ситуации: мертвяки не чувствуют боль, а тратить удвоенный удар на обычный ходячий труп нет смысла. Да и энергии маловато… Энергию может дать Душелов, но даже минутный откат в такой мутной ситуации может стать роковым, если в этот момент на поле боя пожалует тварь из святилища, для которой это умение и стоит приберечь.

Выхватываю кристалл из подсумка, броском на землю перед собой активирую Знамя защиты, и тела моих союзников окутываются почти невидимым сиянием, повышающим на 15% нашу защиту в течение 30 секунд. Этого чертовски мало для затяжной свалки, но что есть, то есть.

Резко отклоняюсь от когтистой лапы первого достигшего меня зомби, в который раз остро пожалев, что у меня до сих пор нет массовых дистанционных ударов, иначе не пожалел бы энергии и накрыл всех еще на подходе. Псоглавый беззвучно разевает пасть и скалит почерневшие от гнили клыки, делая попытку вцепиться мне в горло. Но для этого он слишком неуклюж.

Шаг в сторону, пропускаю его мимо, оказываюсь за спиной и без всяких затей бью со всей силы простым железом. Каким-то образом зомби успевает отклониться, словно у него глаза на затылке, но делает это недостаточно резво. Тяжелое лезвие с неожиданной легкостью сносит ему конечность по самое плечо, словно плоть и связки твари давно сгнили и превратились в желе. Пытаюсь достать его сзади еще раз, но проклятый зомби снова успевает отшатнуться. Меч чиркает лишь кончиком по сухожилиям, тем не менее и это заставляет мертвяка рухнуть на колени, так как ноги перестают его слушаться.

Добивать его некогда, сзади наваливаются еще двое. Быстро разворачиваюсь к новому противнику и на пару шагов отбрасываю его сильным ударом щита, звук, словно от удара битой по мешку с песком. Тут же подныриваю под замах когтистой лапы третьего, снова рокировка и тычковым ударом меч вонзается сзади в загривок твари, с чавкающим звуком перебивая позвоночник. Из зомби словно вырывают стержень, безвольной куклой он валится на землю. Но я знаю, что это ненадолго: тикающий Мертвый зов по прежнему висит в логах, отравляя местность.

Второй зомбяк снова рычит рядом, настойчиво тянет корявые лапы, от смердящей вони его тела уже начинает выворачивать. С яростью врубаю ему краем щита в челюсть, слышу хруст костей, зомби отшатывается, задирая морду и открывая горло. Удар выходит на диво хорош – псиная башка отлетает в брызгах вонючей жижи. Как жаль, что простые, не усиленные умениями удары не накапливают очки атаки для Ледяного шквала. Резко поворачиваю голову, оценивая обстановку.

Строг добивает к этому моменту своих противников, разваливая последнему ударом секиры плечо до середины груди, разворачивается и делает тяжелый шаг в мою сторону. Хотел бы я иметь в клане таких воинов на постоянной основе, как эти трое моих мертвецов…

Неожиданно один из трупов возле моих ног взрывается зеленым туманом. Ядовитые даже на вид испарения омерзительной волной растекаются во все стороны на десяток метров, и я не успеваю отпрыгнуть, как эта дрянь захлестывает меня по пояс. В первую секунду ничего не чувствую, но затем ноги охватывает слабое жжение, которое быстро усиливается, а система сообщает о дебаффе Трупного яда. Твари оказались с посмертным сюрпризом!

– В сторону! – доносится негромкий крик сзади. – Быстрее!

Тихий прерывающийся голос незнаком, но этот голос принадлежит живому существу, а в такой ситуации любой живой – потенциальный союзник, поэтому не раздумывая ухожу из облака яда перекатом. Неудачно прижатый к корпусу щит вырывается ударом о землю, но меч, когда снова оказываюсь на ногах, остается в руке. Едва успеваю обернуться, как туман сзади жарко вспыхивает, словно бочка разлитого бензина. Огонь жадно и быстро пожирает ядовитую взвесь вместе с паутиной, обнажая черную, очищенную от мерзости почву, и распространяя волны иссушающего жара. Недобитый однорукий зомби, упрямо ковыляющий в мою сторону на подгибающихся лапах, попадает под огонь и ярко вспыхивает вместе с туманом, горит ярко, словно стог соломы. Вместе с ним также беспощадно горит и пара его «приятелеей». Надеюсь, им уже не восстать, для плоти повреждения от огня катастрофические.

Позволив себе на секунду оглянуться, нахожу взглядом Зелеакса. Темный эльф стоит на четвереньках метрах в двадцати от меня, покачиваясь от слабости, и пытается подняться. Так я и думал, пришел наконец в себя, сумел быстро разобраться в ситуации и выбрать сторону. Шабл, Ворукс и Титус окружили эльфа защитной коробочкой, отражая натиск окруживших их группу стаи зомби и клювоголовов. Слышен частый перестук ударов, рёв и вой. Не понимаю, откуда Некронус их притащил, такого количества трупов на поляне не было до начала схватки. Явно приберег где-то в лесу.

Кидаю эльфу приглашение в клан и группу.

Я пуст, – тут сообщает в чат Зелеакс, мигом принимая оба приглашения. – Сильно на меня не рассчитывай.

Еще бы, для этого и пригласил в клан без дальнейших раздумий. Молча швыряю в его сторону крисс из своих запасов, с припиской в чате, чтобы использовал Жажду крови, как только представиться возможность. Мне бы и самому не помешало, кроме здоровья жажда пополняет и энергию, но я пока относительно цел, рано.

Двигаться всё тяжелее, на лбу проступает пот, клеймо вместе с дебаффом Некронуса выжирают силы. Я прекрасно знаю, что нужно делать, чтобы всё это прекратить, но не так-то просто добраться до проклятого светилища. Рассчитывать на Риста бесполезно, свою позицию он обозначил четко, ублюдочный линарец даже не почешется, пока я не заагрю кукольника.

Справа замечаю ковыряющего ко мне Мора Блеск Молнии.

Вид орка оставляет желать лучшего – правой рукой он все еще крепко сжимает свой жутковатый меч, но от левой ниже локтя остался лишь огрызок плоти, в которой белеет излом кости. Мышцы обеих ног превратились в сочащиеся сукровицей лохмотья, сквозь которую проглядываю кости – он словно побывал в мясорубке. Бросаю взгляд за его спину. Распростертый на земле труп костееда, с которым он справился несколько секунд назад, снова сотрясается конвульсивной дрожью посмертного воскрешения, его разрубленное до позвонков горло стремительно срастается. Тангар стоит возле него на коленях, не в силах подняться, его панцирь на груди вскрыт и разворочен клыками и когтями, как консервная банка взбесившейся открывашкой, перебитые руки с торчащими сквозь плоть и разорванные рукава обломками костей свисают плетьми. Как только имитация жизни его покинет и вектор клейма оборвется, засевший в святилище кукольник вновь запустит процесс мертвой реанимации и боец обратится против меня. Это крайне плохо.

Да и куски разрубленных птичек возле входа в святилище начинают подозрительное шевеление, невидимая сила их стягивает и сплавляет, медленно, но упорно восстанавливая целостность каждой тушки. Пока жив хозяин, бой будет длиться вечно, или до тех пор, пока не погибнут все непрошенные гости. И это еще хреновее.

Чувствую попытку одурманивания, но печать Алана на страже, вспыхивает жарко, впиваясь в лицо, и боль выжигает чужое влияние, как пламя выжигает любую гниль.

Быстрый взгляд в направлении воздействия обнаруживает метрах в тридцати, возле границы леса, низко парящего над землей, почти задевая ее многочисленными извивающимися щупальцами, дурноглаза. Долго же он поднимался, или Некронус приберег его в качестве козыря. Я уже просек, чего бояться эти мертвяки больше всего: они до странности хорошо горят, словно их гниющая влажная плоть пропитана горючими веществами. И тоже кое-что приберег: прикинув дистанцию, вскидываю руку и разряжаю Копье пламени. Дурноглаз ярко вспыхивает весь, целиком, до кончиков щупалец, жаркие волны огня гуляют по нему словно по тряпке, пропитанной соляркой. Тот самый случай, когда результат стоит затраченной энергии, несмотря на стремительно растущий дефицит.

Но дальше так продолжаться не может, мне срочно нужны добровольно-принудительные «торпеды»!

Бросаю беглый взгляд на обоих бойцов, которые сейчас находятся рядом, оценивая их текущий боевой потенциал. У Строга Бездумного меньше всего повреждений и лучшая броня, а Мор Блеск Молнии едва шевелится, он серьезно покалечен и долго не протянет. Я не могу подлечивать своих мертвецов, как Некронус, и выбор очевиден. Подчиняясь мысленному приказу, древний орк, так и не доковыляв до меня, сворачивает и, ускоряясь, бросается в темный проход.

Почувствовав близкое движение, Тьма мгновенно вздувается громадным пузырем и чернильной волной выплескивается навстречу, по пояс захлестывает орка и несется дальше, вырываясь из прохода на простор излучающим эманации смертельного ужаса потоком. Знак Алана реагирует вспышкой горячей боли, отпрыгиваю в сторону, спотыкаюсь, валюсь на землю, перекатываюсь на другой и бок и вижу, как истончающаяся кромка потока проходит рядом, в полуметре.

Машинально подхватываю оказавшийся поблизости щит, поднимаю взгляд в сторону входа. Упавшее навзничь тело орка еще ворочается внутри жадно пожирающей его Тьмы, тая, как кусок сахара в воде. Смотреть на это жутковато. Прости, приятель. Ты бился отважно, и мой Список Мертвых тебя сохранит.

Но не зря я колебался бросаться первым самому, инстинкт не подвел. Мой личный счет к линарцу только что увеличился в многократном размере, он мог меня предупредить об этой пакости. Но не стал. Сунься я сразу, как он приказывал, и еще на одну «приманку» стало бы меньше. Рист совершенно не умеет распоряжаться ресурсами, из него никогда не выйдет толкового рейд-лидера. Да и чёрт с ним.

Главное, я увидел для себя шанс – чернильная тьма плещется в проходе теперь лишь по щиколотку, вдвое упав в объеме. Похоже, потратилась на орка. Мне вдруг вспомнился бег на закорках гхэлла, когда мы удирали от разрушающего остров дегустатора во время набега пожирателей. Отчетливо понимая, что не смогу бесконечно перехватывать управление мертвецами из-за ограниченного количества попыток клейма и последствий от этих перехватов, я решаюсь на безумный экспромт.

Больше не раздумывая, взлетаю на спину послушно замершего Строга Бездумного, хватаюсь за его плечи, стараясь не выронить ни щит, ни меч, обхватываю ногами пояс.

Строг разгоняется с места, как чистокровный конь. Проскакиваем мимо тянущих лапы зомби, опять взявшихся невесть откуда, влетаем в туннель. Черный как битум и подвижный как дым слой Тьмы снова вспухает, но уже значительно ниже, захлестывает ноги моего «насеста» почти до коленей, в логах отражается впечатляющие цифры урона и название этой пакости: Едкий выброс. Когти на лапах гхэлла отчетливо цокают по невидимым под слоем Тьмы каменным плитам. Его плоть на голенях шипит, растворяясь с каждым шагом. Расплескивая Тьму, Строг несется дальше, но движения его начинают замедляться, его мышцы сдают.

Еще немного, и мы выскакиваем в зал.

Здесь чертовски темно, но Теневой взор позволяет разглядеть, что всё вокруг оплетено такой же, как и снаружи, мерзкой паутиной – она шевелящимся одеялом покрывает стены, свисает толстыми неопрятными прядями между каменными чашами светильников вкруг алтаря, накрывает серым пологом сам алтарь – пирамиду из тёмно-зелёного малахита с усеченной верхушкой. Босса не вижу, он прячется в густой как патока тьме, которую сам и создает, зато взгляд сразу упирается в Кроху. Обмотанное с ног до головы коконом паутины, её крошечное тельце свисает на отдельной пряди со свода, точно над алтарем Йеноху. И над ней система подсвечивает шкалу прогресса преобразования в нежить: 26%.

Твою же мать!!!

В дикой ярости снова бросаю Строга вперед.

Всего в метре от алтаря он начинает шататься, затем его ноги подламываются. Слабо взрыкнув, он тяжело оседает сперва на одно колено, затем на другое, с силой упирается перед собой в пол древком секиры вместо костыля, могучие мышцы вздуваются на руках под черной шкурой. Из колышущейся над полом тьмы вместо его голеней проглядывают обнаженные кости, плоть содрана почти начисто, и остается лишь удивляться, что гхэлл протянул так долго.

Строг все-таки сдает окончательно и начинает заваливаться лицом вперед, но я уже взбираюсь по нему еще выше, отбрасываю щит, чтобы освободить левую руку и прыгаю с его плеч на алтарь. Срез малахитовой верхушки меньше моих стоп, но этого хватает, чтобы не свалиться вниз. Одной рукой хватаю тельце Крохи и рассекаю мечом тугой, как проволока жгут паутины, удерживающий ее над алтарем. Краем глаза замечаю, как слева тьма приходит в движение, обозначая присутствие босса, недовольного моим вмешательством, но не останавливаюсь. Нельзя останавливаться, ибо тогда погибнем оба. Бросаю меч за спину, разрываю паутину на тельце фейри пальцами, рассекая кожу словно лезвиями в кровь, но не обращая на это внимания. Выхваченный одним движением элитный кристалл из подсумка прижимается к груди освобожденной, но все еще пребывающей в коме фейри. Давай, милая, просыпайся! Давай же!

Темная волна проносится по сознанию, рождая системное сообщение: магические умения заблокированы Оковами магии. Можно даже не проверять, теперь не работают ни активные, ни пассивные умения, все погасло, как огонек свечи под порывом ураганного ветра, рассыпались даже усиливающие ауры.

Из тьмы рядом более отчетливо проступают очертания тела неспешно приближающейся твари. Меня теперь можно брать голыми руками. Пол святилища по прежнему смертельно опасен, вниз нельзя, я стою на пирамиде, неустойчиво балансируя чуть ли не на одной ноге, руки заняты кристаллом и Крохой.

В трех шагах уже могу рассмотреть Некронуса как следует, и оптимизма мне это не прибавляет. Тварь оказывается не такой уж и большой, пожалуй макушка этого существа дойдет мне лишь до груди, если мне взбредет дурная идея сейчас спрыгнуть на пол, прямо в его приветливые объятия. Мы с этим монстром уже встречались в одной из прошлых жизней. Правда, тогда он назывался Драуком, а тот был раза в два поменьше. Человеческий торс и почти человеческое лицо, вытянутые уши и острые черты, несмотря на чудовищные преобразования, все еще выдают, что в прошлом существо было тёмным эльфом. Вздёрнутые в угрожающем жесте руки выше локтей заканчиваются полуметровыми клешнями, а ниже талии тело существа раздается паучьей тушей на восьми суставчатых лапах. От столь близкого соседства аура этой твари леденит кровь, несмотря на бушующий в венах адреналин.

Некронус

50-й уровень

Жизнь – 96000

Существо Тьмы

Неудивительно, что это создание прячется в святилище, вдали от света.

Кроха, давай, милая, открывай уже свои ясные синие глаза, или мы сгинем здесь оба!

Я совершенно уверен, что подчинение на Некронусе не сработает, боссы любых рангов этому неподвластны, поэтому даже не трачу время на попытку. Но моя горячая молитва все-таки доходит, я чувствую невидимое прикосновение своего божественного покровителя к сознанию Крохи, мягкое, настойчивое, вливающее в нее толику сил. И веки фейри начинают дрожать. Крошечные пальчики моей малышки прижимаются к дымчатым граням кристалла сущности, в нём начинает все ярче разгораться внутренний огонек …

И вспыхивает Свет.

Тельце Крохи целиком тонет в сверкающих лучах, свет взрывается неистовой солнечной вспышкой, мгновенно уничтожая окружающую тьму, с невероятной четкостью обнажая стены, чаши, алтарь, и выжигая всю паутину, словно очищающим огнем.

Так и не добравшийся до меня Некронус издает оглушительный вопль, полный мучительной боли, срывается и уносится из святилища прочь, наружу, подгоняемый в облезающую слоями спину беспощадным светом.

Кроха продолжает сиять, но интенсивность плавно падает с каждой секундой, перетекая в режим Светлячка, хотя и этого уже более чем достаточно. Я тяжело перевожу дыхание, чувствуя, что от нервного перенапряжения словно постарел лет на десять. Не так уж и сложно было угадать – твари, обожающие тьму, всеми фибрами души ненавидят свет. Особенно – яркий, целительный. Беспощадный. На это я и рассчитывал, решившись на эту безумную атаку. Но ведь могло и не получиться. Риск был слишком велик, и все-таки я на него пошел, вопреки доводам разума, кричавшего, что нужно просто сваливать отсюда, что опасность неоправданно велика для моей жизни. Но разве можно уйти без фейри?

Теперь дело за Ристом.

Снаружи почти сразу доносится шум, слышно нарастающее шипение магической схватки, тяжелые удары. Я не трогаюсь с места, свою роль я уже выполнил, риска с меня достаточно.

Вдруг обнаруживаю, что силы начинают быстро возвращаться, а все негативные эффекты снесло напрочь. Замечаю, что на мне висит аура Астральной чистоты. Нет даже проклятой ауры острова! Сработало! Бороться с аурой Древа Смерти Крохе оказалось не под силу, но с проклятьем Острова Мертвецов мы общими усилиями справились, и это чертовски радует! Теперь, когда я в полной силе, мои возможности значительно возрастают. Бросив взгляд на пол и убедившись, что всю плескавшуюся там гибельную черноту тоже выжгло начисто, спрыгиваю вниз.

– Кроха? – ласково шепчу я фейри, которая продолжает жмуриться, притворяясь беспомощной. И ведь прекрасно понимает, малявка, что свои эмоции скрыть от меня не в силах, Духовная связь не позволит. Но всё равно хитрит. Ей просто нравится лежать на моих ладонях, наслаждаясь теплотой хозяина, как физической, так и духовной. – Кроха, я тоже рад тебя видеть, но наши дела здесь еще не закончены.

– Правда? – тихо пищит фейри, зажмурившись еще крепче.

– Что – правда?

– Что рад меня видеть?

Я и без того улыбаюсь, окрыленный её спасением, но после этого вопроса улыбка, по ощущению, растягивается чуть ли не до ушей. Как и каждой женщине, даже такой маленькой, фейри приятно услышать комплимент лишний раз, не может устоять, коварная манипуляторша.

– Кроха, – с легким укором говорю я, – кто-кто, а ты не можешь в этом сомневаться. Давай уже, приводи в боевую готовность свои крылышки. Нам еще нужно выбираться с этого чертового острова. По пути и расскажешь, как ты сюда добралась и где наша подруга Фурия.

– Есть, босс! Будет сделано, Босс! – продолжая лежать, Кроха отдает мне честь, и только потом взмывает, как комета на метр выше моей головы, откуда и сообщает: – Сейчас все будет в лучшем виде, босс!

Не успеваю задать вопрос, что именно она имеет в виду, как происходит нечто невероятное.

Раздается тихий хлопок.

Прямо напротив фейри возникает некий волосатый хрюкающий огурец с бешено молотящими воздух крошечными кожистыми крыльями. Что-то вроде миниатюрного кабанчика под пять кило весом, с короткой густой шерстью кричащего зеленовато-пурпурного окраса. Мохнатик собственной персоной. Хвостато-пятачковое чудо, несмотря на отчаянное мельтешение крыльями, медленно, но верно опускается вниз, отчаянно глядя то на фейри, то на меня черными глазами-пуговками. Причина не только в слишком маленьких крыльях или слишком большом весе. С шеи свина свешивается на шнурке небольшой кожаный мешочек, он тоже тянет его вниз, перевешивая голову, астральный норогрыз того и гляди уйдет в пике и воткнется мордочкой в пол.

Ловлю его в ладони, свин сразу успокаивается и требовательно смотрит на меня.

Опускаюсь на корточки, ставлю это чудо на надежную твердь и вынимаю из мешочка… Малый астральный маяк. Впрочем, я почти не удивлен. Кажется, я уже догадываюсь, откуда растут крылышки этого нежданного появления. У свина 30 уровень, а значит, он обзавелся какой-то новой, эксклюзивной способностью, которой Ранилак тут же нашел полезное применение.

Не раздумывая, тут же активирую расходник на полу в метре от алтаря. Не могу удержаться от злорадной усмешки. Имею право, черт побери. Рист мне больше не нужен, и пусть убирается в тартарары вместе со своими способами ведения войны и своим специфическим «сотрудничеством». Для окончательной зачистки территории у меня есть клан, и самое время моим ребятишкам появиться на сцене и поставить жирную заключительную точку в этом затянувшемся до отвращения квесте.

Глава 15. Зачистка

– Кроха, а как наш друг Мохнатик это сумел? – не могу сдержать любопытства, воодушевленный приливом сил.

– А у него теперь астральная нора появилась, – охотно пищит фейри, от избытка положительных эмоций нарезая в воздухе перед глазами сияющие круги. – Может раз в час перемещаться на приличное расстояние, и плевать на любые препятствия. Правда, местность в точке «прикопычивания» должна быть знакомой или находиться под контролем дружественного персонажа, а самому кабанчику нужно накопить для нырка офигенный заряд энергии. Но это все решаемо, босс! Глазами для Мохнатика поработала я, а энергии в него Ранилак столько влил… То есть, травку нужную нашел прямо на месте и кормил так, что тот чуть не треснул, все равно заняться на тех нулевках было нечем. Да еще хозяин свой опыт ему слил, сколько смог, да еще и клановый накопитель пожертвовал… ой, а этого я не говорила!

Кроха хлопает ладошкой по губам и с деланным испугом округляет глаза.

Но мои мысли уже переключаются на более насущные проблемы: на виртуальной карте разворачивается астральная сетка порталов.

– Погоди-ка, малая, нужно срочно заняться делами, – мягким жестом отстраняю фейри чуть в сторонку, прекрасно понимая ее радостное состояние. Но от её светильника уже рябит в глазах.

Быстро выясняю, что часть боевого ядра клана сейчас находится в Цитадели – Алия, Марана и Джарук, с ними трое новичков – Гуц, Люкас, Тикки Тара. Ребята сделали ставку на Кроху, и это имело смысл. Раз не удалось найти транспортное средство, то лучше всего просто ждать наготове возле одного из маяков в преддверии эксперимента с астральной норой. Само собой, я бы тоже при таких условиях выбрал Цитадель, как наиболее безопасное для клана место, чтобы в нужный момент сразу стартовать в точку появления нового портала, прихватив все полезные расходники из тех, что успеют изготовиться к этому моменту.

Еще пару секунд спустя нахожу зеленые метки остальных соклановцев на виртуальной карте недалеко от Острова Мертвецов. Без лишних вопросов понятно, что именно они там забыли. Чтобы запустить Мохнатика на Остров Мертвецов, Ранилаку пришлось дежурить на самых близких к нему островах-нулевках, у питомца дистанция прыжка наверняка невелика, при первом-то ранге только что полученной способности. Не сомневаюсь, что Кроху запускали тоже оттуда, в одиночку и налегке, раз с Фурией не удалось. Поразительно, что столь легкая пигалица сумела добраться, а Фурия – нет. Зато ничуть не удивляюсь, что Зик и Там Ина, старые друзья Ранилака, охотно составили ему компанию, прихватив заодно и обоих наших щенков, в одиночку шляться возле опасного острова неразумно. Представляю, сколько им там пришлось куковать, пока эта затея сработала.

Там же засекаю и зеленую точку Фурии.

И уже вижу, как она, почуяв мгновенно восстановившуюся между нами эмоциональную связь, несется к ближайшему маяку, где прыгая с острова на остров, а где перелетая провалы Белой Мглы на крыльях. Ее радость и нетерпение подобны теплой волне, дружескому объятию, и я испытываю к дикоше те же самые чувства. Увы, до ближайшего астрального маяка Фурии предстоит одолеть неблизкий путь – километров пятьдесят, так что дождусь ее не скоро, как и компанию Ранилака, тоже рванувшую к маяку всем составом. Парадоксально, что между нулевкой, где они дежурили, и краем Острова Мертвецов протяженность бездны составляет всего километра два, а приходиться делать такую здоровенную петлю. Полноценный портал в сорока километрах от группы Ранилака, тот, что находится на острове Храма Йеноху, тоже им не подходит. Потому что сорок – это по прямой, Храм же находится с другой стороны весьма не маленького по площади Острова Мертвецов, и окружной путь до этого портала выйдет еще длиннее, чем до нашего маяка.

Неважно, мне хватит и остальных бойцов.

Звуки боя за пределами святилища всё никак не утихают, а индикатор жизни Риста на групповой иконке сбился уже до половины, а значит, нужно спешить, иначе его поражение может выйти нам с Крохой боком. И дело не только в линарце – Зелеакс, молодчина, тоже всё ещё жив, и даже, судя по индикатору, поправил здоровье, а бросать новичка на произвол судьбы я точно не намерен. Кроме того, я задним числом сообразил, что элитный кристалл сущности с Некронуса по мощи вполне может потянуть на титана. А значит, он мне нужен позарез.

Вместе с приглашением в группу отправляю в клан-чат команду бойцам в Цитадели на прыжок по новым координатам. Бросаю печальный взгляд на останки Строга Бездумного возле алтаря. В несколько шагов выскакиваю из святилища, сопровождаемый шмелиным гудением Крохи, пристроившейся за спиной, и частым цоканьем по каменному полу мелкокопытного Мохнатика. По пути отмечаю, что от орка в коридорчике и вовсе остался лишь оплавленный меч, а плоть и даже кости растворились в жгучей, как плавиковая кислота, тьме Едкого выброса. Слава Крохе, от самой тьмы не осталось и следа. Спохватившись, приказываю Мохнатику сидеть в коридоре, негоже рисковать чужим питомцем в отсутствие хозяина.

И наконец выскакиваю наружу.

На оценку ситуации хватает пары секунд.

Некронус принял схватку в десятке метров от входа, как только свет Крохи перестал поджаривать ему задницу и перед ним нарисовался противник, которому он мог отомстить за испытанные в святилище страдания.

Я застаю босса как раз в тот момент, когда он застывает неподвижно, окутавшись аурой Кокона – магического щита, а вокруг, чтобы сбить боссу прицел, когда тот очнётся, заранее быстрыми короткими перебежками со светящимся трезубцем в руках носится бликующая ртутным блеском фигура Риста, замирая при каждой остановке лишь на долю секунды.

Порадовало, что вид у Некронуса более плачевный, чем у линарца. Отсеченная по плечо левая клешня валяется на земле у его ног, культя и длинные рубленые раны на спине паучьей половины тела, явно оставленные Световым лезвием, сочатся мерзкой ядовито-зеленой жидкостью. Да и молот Шабла по нему знатно погулял, размозжив пару бессильно болтающихся на ошметках плоти паучьих лап.

Кстати говоря, из «моих» мертвецов лишь Шабл и выжил – левый рог обломан и плоть на бычьей голове с этой же стороны содрана до черепа, доспехи превратились в чудом висящие на израненном теле клочья металла и кожи, но свой молот минотавр держит в могучих руках пока достаточно крепко. Все трое – Рист, Шабл и Зелеакс, расположившийся на солидном расстоянии от схватки, выжидают, пока исчезнет щит. Догадываюсь, почему: бой с Драуком в песочнице я все еще помню, у игроков вообще память прекрасная, ничего не забываем.

Не вмешивайся, Зуб, – бросает в чат Зелеакс, словно прочитав мои мысли, – Кокон Некронуса полностью отражает урон!

О чем я и говорю. Еще раз быстро окидываю взглядом поле боя, пользуясь моментом.

Остальные мертвяки, в том числе и марионетки Некронуса, в живописных позах раскиданы вокруг святилища, где по одному, а где и кучами. Заставив босса выйти из укрытия, мы сбили ему условия, необходимые для непрерывного каста и поддержания Тёмного зова, так что тварь теперь обороняется в гордом одиночестве, а от её жизни на индикаторе остался куцый и все быстрее краснеющий огрызок. Неудивительно, что Некронус «закуклился», пытаясь хоть как-то восстановиться и оттянуть неизбежный момент своей гибели. Рист очередной раз доказал, что боец он жесткий, но не стоит забывать, кто начал эту схватку, связал Некронуса боем, а потом вызвал на себя удар Оковами магии. Именно этого линарец, засранец этакий, и опасался, не желая оставаться лишь с железякой в лапах, без мощных атакующих умений. И именно это заставило его проиграть прошлую схватку. Половину работы сделал я со своими помощниками.

Не знаю, каков откат у оков, но нужно спешить…

Чувствую позади вспышки возмущения астрального портала, одну за другой: прибыла подмога, и это шикарно, когда есть кому прикрыть спину.

Спустя пару секунд слева возникает Марана.

Как всегда, в боевой форме она выглядит великолепно даже без всякого воздействия на разум: гладкая чешуя на бедрах, локтях и предплечьях прямо на глазах прорастает острыми черными иглами, львиная кисточка возбужденно извивающегося хвоста превращается в миниатюрныйкостяной шестопер. Рея над её правым плечом и пылая красным пламенем, магическая сфера бросает багровые отсветы на её лицо, искаженное нешуточной яростью. Темные волосы развеваются над плечами пышной гривой, словно ожившая тьма, по наэлектризованным черным рожкам проскакивают синеватые искры. Она не может себе простить, что так долго не могла пробиться ко мне на помощь. Но мне-то её прощать не за что, нередко обстоятельства сильнее нас.

Справа, добежав, пружинисто останавливается Джарук, походя разрывая паутину на земле когтями тигриных лап. Ракшас глухо урчит, его полосатый хвост хлещет по ногам – «шерстяной парень» буквально извелся от томительного ожидания и теперь рвется в бой, в качестве разминки рассекая воздух хищного вида клинками во всех четырех лапах-руках. Ему совершенно наплевать, что Некронус почти вдвое выше его по уровням, и урон по нему выйдет мизерным. Тигроиду хотя бы поцарапать – уже в радость.

Трое новичков тоже быстро распределяются вокруг Некронуса, выбирая дистанцию для боя согласно своей специализации. Ближе всех встает Люкас, с увесистым двуручным топором в руках, чуть дальше замирает дрелан Гуц, он такой же бионик, как и Зик, только пока слабее в уровнях и возможностях, и его копье уже разгорается синеватым сиянием готовящегося выстрела. Дальше всех, почти к Зелеаксу, отбегает наша перспективная дриада Тикки Тара, она начинает колдовать сразу, еще на бегу, ее лесная магия требует времени на подготовку, чтобы превратить подходящее сырье в боевых миньонов.Несколько деревьев на краю леса почти сразу начинают громко потрескивать после запуска трансформации. Не вижу лишь Алию, и это разумно – всегда кто-то должен оставаться для охраны осколка, это её прямая обязанность.

После всех приключений на острове я так рад видеть демонессу, что едва не пропускаю момент, когда спадает чертов Кокон и поле боя вскипает от ударов боевой магии. Босса лупят все и всем, что есть самое сильное в арсенале, благо экономить уже нет смысла. Так что сразу много всего происходит одновременно.

Мгновенно отпрыгиваю на несколько метров в сторону, как только под ногами разливается зеленоватая дымка Гиблого родника – магически отравленного участка почвы диаметром метра в три. Таких отравленных зон возникает не меньше десятка, под каждым из игроков, Некронусу терять нечего и он пускает в ход массовые умения.

Отскочив, перетягиваю босса Плетью боли и тут же вбиваю Копье пламени. Боль заставляет монстра лишь едва заметно вздрогнуть, а пламя бессильно гаснет на его торсе, языки огня словно втягиваются в тело и индикатор жизни едва заметно, на долю процента, но прибавляет в прогрессе. Какого хрена?!

Ракшас, напротив, сигает из родника вперед, налетая на крайнюю заднюю ногу Некронусаи с хрустом впиваясь в верхний сустав вихрем кинжалов. Удивительно, но он пробивает хитиновую броню, Некронус шипит от боли и пытается развернуться к новому обидчику. Люкас тут же подлетает на помощь ракшасу, лезвие топора смачно врубается в измочаленный кинжалами сустав, но подсечь не удается, всего лишь чуть больше повредить. Люкасу тоже еще долго расти, противник не его уровня, но парень не пасует и не отсиживается в сторонке, значит, молодец.

Марана, даже и не думая трогаться с места, с презрительной миной делает движение рукой, словно ударяя по земле под ногами открытой ладонью, и вокруг демонессы ярко вспыхивает пламя, выжигая яд, но не причиняя хозяйке ни малейшего вреда. Усиленное магической сферой следующее заклинание, подчиняясь изящному движению когтистой кисти, обрушивается на Некронуса. Забыв о ракшасе, тот с металлическим звоном отбивает оставшейся клешней стремительный выпад танцующего вокруг Риста, который также не обращает на яд под лапами ни малейшего внимания.

Наведенная Мараной Тьма разума накрывает босса с головой облаком дрожащего марева, искажая перспективу, как в мыльном пузыре. Увы, коронный удар суккубы, вместо того, чтобы перенести воображение противника на несколько секунд в искусственно созданную картину мира, а Марана любит пугать врагов огненным адом, выходит осечкой. Облако втягивается в тело Некронуса, а индикатор жизни прибавляет полпроцента. Некронус жрет магию, восстанавливая за ее счет жизнь!

Я тут же делюсь своим наблюдением в клан-чате, предлагая по возможности прибегать кфизическому урону. Зелеакс подтверждает мою догадку. Именно это мерзкое свойство Некронуса не позволяет ему провести большую часть умений из своего арсенала мага-хаотика, а не истощение энергии.

Грозный трезубец линарца вновь вспыхивает Световым лезвием, но со стальным звоном отлетает в сторону от очередного блока, быстрый как молния удар снова отражен благодаря невероятной реакции. Рист тут же применяет Призрачный блок, выбрасывая вперед верхнюю левую руку с мгновенно раскрывшимся вокруг запястья сегментированным щитом и угощая босса силовым ударом, прерывающим следующую атаку клешней. Оглушенный на секунду Некронус приседает на все оставшиеся четыре лапы, встряхивается всем телом как пес от дождя…

И тут же получает громадным молотом Шабла прямо по черепу. Раздается отчетливый треск, но голова Некронуса, против всех ожиданий, от такого могучего удара не сминается как яйцо, а лишь отскакивает как мячик, гуманоидный торс резко наклоняется, почти ложится на паучью часть туловища, индикатор жизни резко проседает в красную зону. Но босс все еще жив, и так же стремительно распрямляется и атакует в ответ.

Чернильная волна некротической тьмы узким мощным потоком вырывается из-под суставчатых лап Некронуса. Рист легко уворачивается, отпрыгнув на пару метров, но медлительный Шабл отреагировать не успевает. Волна захлестывает его копыта и щиколотки, мгновенно сдирая плоть до костей. Минотавр кренится как подрубленное дерево, падает лицом в едкую дрянь, и его могучее тело несколько раз содрогается в предсмертных судорогах, быстро затихая.

Я чувствую дикий прилив злости, когда погибает моя последняя марионетка, даже не так – мой последний подневольный соратник, но сдерживаюсь. Очки атаки для завершающего удара накоплены, мне лишь нужен подходящий момент. Кроха тоже что-то возмущенно жужжит рядом с ухом, чувствуя мой гнев. Ей страшно хочется вмешаться, и чем-нибудь наподдать боссу, но увы, атакующих умений у Крохи практически нет. Разве что… Уловив мое намерение, Кроха едва не срывается с места, но я успеваю ее придержать мысленным приказом. Рано.

Волна тьмы уходит в сторону леса, расширяясь истончающимся слоем и задевает краем группу небольших, мне по пояс, древесных миньонов, которые уже спешат к месту схватки, неуклюже перемещаясь на только что трансформированных конечностях и размахивая корявыми руками-сучьями. Двоих моментально сносит, и они тают в некротической мерзости, как масло на сковородке, но три оставшихся древня резко ускоряются, прыгают и тяжелыми гирями повисают на лапах Некронуса, каждый на своей. Ноги магических созданий стремительно удлиняются, укореняются в земле мощными узловатыми корнями, и Некронус шипит в бессильной ярости, пригвожденный к участку.

Гуц считает этот момент подходящим, быстро опускается в стойку на колено иразряжает биотическое копье Разрывателем сути. Вырвавшийся из копья светящийся синим наконечник с тугим звуком бьет Некронуса в грудь… И бессильно отскакивает, втягиваясь на невидимой силовой нити обратно. Дрелану из-за низких уровней просто не хватает урона, чтобы пробить боссу шкуру.

Я все еще медлю. Пусть ребятишки хоть немного развлекутся, разрядят злость и нервное ожидание на этом паучке, мне нужен лишь один-единственный удар, зато наверняка.

Но Маране и Ристу, похоже, все это надоедает, и когда у босса остаётся жизни меньше трех тысяч, они атакуют одновременно, словно сговорившись. Суккуба делает вперед шаг, ее тело стремительно закручивается вокруг оси, хвост с шипением рассекает воздух расплывшейся от скорости дугой. На миг мне кажется, что Марана промахнулась, до Некронуса слишком далеко, но невидимый удар Хлыста продолжает линию хвоста еще на несколько метров и с неожиданной легкостью перерубает твари сразу две лапы, стреноженные древнями, попутно легко снося и миньонов.

За спиной линарца вспыхивают световые крылья, его сверкающая серебром фигура высоко взмывает над боссом, а трезубец вновь разгорается силой Светового лезвия.

Я чувствую его свирепое недовольство вмешательством моих соклановцев в схватку, но мне плевать на его желания, раз он не учитывает моих. Больше медлить нельзя, если я намерен поставить точку в этом сражении и обеспечить свой клан правом на лут.

Кроха пулей срывается с плеча, зависает над Некронусом и снова вспыхивает ослепительно ярким светом. Под ударом враждебной стихии и без того изувеченный монстр вминается в почву как под натиском невидимого многотонного пресса, обрушившегося сверху. Я прыгаю вперед Теневым проколом и заряженный Ледяным шквалом меч критует, влетая боссу в бочину. Некронус испускает дух, система сообщает о победе, и, словно опомнившись, щедрой рукой накидывает пачку достижений.

Прочесть не успеваю, Рист приземляется рядом и угрожающе шипит что-то там о своем праве. Разгуляться его гневу не дает Марана. Моя демонесса возникает возле Риста, заставив его умолкнуть одним своим появлением в непосредственной близости, и, глядя на него с живейшим интересом своими горящими красноватым огнем демоническими глазами, ласково воркует низким влекущим голосом:

– Каков же ты красавчик, Рист. Как приятно тебя здесь повстречать, такого сильного, могучего, несокрушимого. Милый, ты же уступишь мне это жалкое существо, вздумавшее соперничать с тобой силой? – Марана небрежно пинает копытом труп Некронуса. – Ведь для тебя это ничего не значит, верно? А мне будет приятно.

На линарца нападает столбняк. Я тоже ошарашен. Никак не думал, что чары суккубы подействуют на такого, как Рист. Невероятно, но факт.

– Д-да, – завороженно шипит линарец, послушно кивая своей богомольей башкой. – Ничего не значит. Приятно. Д-да…

– А еще мне кажется, – увлеченно продолжает суккуба, с отчетливым скрипом проводя острым коготком по ртутной коже под его нижней челюстью, что видимо, означает нежный знак внимания, так как Рист слегка прикрывает все четыре глаза и ниже наклоняет голову, отдаваясь внезапной ласке. – Мне кажется, что ты очень хочешь осмотреть окрестности, да? Нужно же убедиться, что рядом не осталось врагов, которые могут внезапно помешать нашему отдыху, а то и навредить мне… или тебе. Я права, красавчик?

– Права. Нужно. Ристу нужно убедиться…

– Не торопись возвращаться, пока все хорошенько не проверишь, – еще более интимно воркует Марана. – Ну беги же, грозный воин, беги, выполняй свой долг.

И Рист, выпрямившись пружиной, широкими шагами исчезает среди лесных деревьев.

Пару секунд возле святилища царит звенящая тишина, а затем ее разрывает хохот. Ржу как конь ретивый. Выходка довольно улыбающейся Мараны никого не оставила равнодушным. Ржет Люкас, опустив более не нужный топор, нервно смеется Зелеакс, подходя поближе, фыркает Джарук, вкладывая кинжалы в ножны на перекрещенных на груди ремнях, обтягивающих его торс поверх лохматой, все еще немного вздыбленной шкуры, разрисованной причудливым рисунком из серых, синих и голубых полос. Улыбаются даже сдержанные на эмоции дрелан с дриадой.

Плюхнувшись мне на плечо, Кроха тоненько, но весьма отчетливо хихикает прямо в ухо, а то вдруг не расслышу. Без Мохнатика тоже не обошлось, ну как же без него – он вертится под ногами соклановцев и оживленно похрюкивает, пытаясь своим крохотным мозгом понять, что происходит и почему всем так весело.

– Неужто у этих существ имеются самки? – хмыкает Люкас. У него немного смешная внешность – круглое конопатое лицо, рыжие волосы, нос картошкой. И он устойчиво и непроходимо наивен во многих вопросах бытия. – Даже боюсь представить, как они выглядят.

– У всех они есть, – небрежно отмахивается от его вопроса Марана с самым авторитетным видом. – На самом деле, Рист – очень простое существо, даже странно, что у вас с ним такое недопонимание. Я же чувствую, как его перемкнуло от одиночества.

– Так ты его натурально облагодетельствовала, что ли? – Не успокаивается Люкас, ухмыляясь так, словно он как раз на очереди после Риста и ждет этой очереди как манны небесной.

– Вот так и думай, малыш, – усмехается демонесса. – Стойкая ассоциация самки с моим видом уже не отпустит линарца надолго. Морально на какое-то время ему станет полегче. Сам представь, Люкас, что торчишь в мире один-одинешенек, и нет ни одной девушки твоего вида на всём обозримом пространстве, причем гарантированно не предвидится в отдаленном будущем.

– Вот чёрт, – улыбка Люкаса сразу увядает, у него живое воображение. – А ведь действительно хреново.

Ловлю на секунду потемневший взгляд ракшаса. А ведь он тоже одинок, вся его родня по-прежнему в ловушке Лунной Радуги, но он никогда не жалуется на судьбу, терпеливо ждет, когда я выполню свои обещания. Ладно, смех смехом, а задерживаться здесь не стоит, пора собирать трофеи. Покосившись на веселящуюся Кроху, предлагаю:

– Малая, будь добра, сгоняй и осмотри святилище. Вдруг…

– Да нет там никаких «вдруг», – Кроха пикирует вниз, с видом лихой наездницы усаживается на загривок Мохнатика и оба начинают как угорелые носиться вокруг нашей группы, поддавшись общему настроению. – Там ничего полезного нет, босс, никаких тайников! Я сразу глянула, как только там оказалась!

Философски киваю, нет так нет, присаживаюсь рядом с телом Некронуса и запускаю команду на развеивание.

– Кстати, а откуда эта тварь вообще здесь взялась, на Острове Мертвецов? – недоуменно вопрошает неугомонный Люкас.

Он явно здесь еще не бывал и не вкурсе, что, вопреки сложившимся заблуждениям, на Острове Мертвецов водятся всякие твари, а не только имеющие отношение к стихии Смерти.

– Один из бродящих мини-боссов, которых в локации не так уж и мало, – пожимает плечами более умудренный опытом Зелеакс. – Тьма и Смерть частенько рука об руку хороводят, так что здесь Некронусу, на Острове Мертвецов, словно медом намазано. Другое дело – как Горад его подчинил и заставил работать на себя? Я не думал, что он стал настолько силен.

Спасибо, Зубоскал, – бросает Зелеакс мне в личный чат. Несмотря на смех, в глубине светло-желтых глаз темного эльфа все еще таится пережитый ужас от едва не состоявшегося посмертного перерождения. – Жаль, что погиб Тангар, он был мне хорошим другом, но за свое спасение я тебе дико благодарен. Поверь, я такого не забуду.

Охотники своих не бросают, – также отвечаю ему в личку. – И с Тангаром ещё не все потеряно.

Что?! – Зелеакс смотрит на меня с изумлением. – Но он же пал от руки мертвяка…

Потом объясню.

– А может, мы всё не так понимаем? – тихим мелодичным голосом вступает в беседу Тики Тара. – И это Горад работал на Некронуса, а не наоборот? Сам прикинь, Горад так и не научился подчинять больше одного мертвяка, что нехарактерно для приверженца стихии Смерти. Значит, он изменен стихией Тьмы, и тогда присутствие этой твари здесь, в святилище, объяснить проще.

– Что-то не верится, – негромко урчит Джарук, обычно избегающий многословных бесед. – Может ты и прав, что Горад – адепт Тьмы, а не Смерти, но Некронус слишком мелок и недостаточно разумен для наставника. Нет, я всё же думаю, что Некронус подчинялся Гораду.

– Вы все в чем-то правы, – Марана насмешливо скалит острые зубки, окидывая спорщиков своим демоническим взглядом, но уже без всяких чар.

– О чем ты говоришь? – Гуц едва заметно поднимает бровь, на обтянутом вараньей чешуей лице дрелана эмоции отражаются слабо, а отливающие синевой глаза с вертикальным зрачком, как и у его родственника Зика, привычно смотрят на окружающих с безмятежностью безбрежного океана.

– Горад может быть адептом обеих стихий, – снисходительно поясняет Марана. – Но из-за дисбаланса в развитии ему просто не хватает времени или очков умений поднять некромантию на должный уровень. А может, он просто копит очки для чего-то более важного. Ведь каждый из нас занят такими накоплениями.

Я задумчиво киваю и поднимаю с земли оставшийся от рассыпавшегося в прах босса кристалл души. А ведь Марана права. Например, я коплю очки умений для Душелова…Горад действительно может быть куда более серьезной силой, чем нам казалось. Кстати, я не верю, что искаженный портал Острова Мертвецов настолько изменяет суть игрока, если у того нет определенной предрасположенности к таким силам. Просто семя упало на благодатную почву…

Дальнейший разговор пропускаю мимо ушей, слегка обескураженный тем, что система не засчитала мне второй этап задания Повторение пройденного. Честно говоря, я на это надеялся, хотя и понимал, что шансы невелики. Ведь ясно же, что Некронус, хоть и именной босс, но значительно слабее Пастуха. Того монстра таким малым рейдом мы бы не запинали. К тому же, этот босс вроде как одушевленный, разумный, в отличие от обитающего в расселине монстра. Не исключено, что титаны относятся исключительно к безмозглым созданиям, и задание еще впереди, если я его вообще выполню.

Задумчиво глядя на кристалл на ладони, не сразу понимаю, что именно вижу. Затем губы растягиваются в довольной усмешке. С повторением не вышло, зато другое задание прогрессирует:

Оковы магии

Ранг 5

Уникальный кристалл души

При размещении в функциональном слоте оружия или брони становится доступным эффект Оковы магии, блокирующий магические способности цели

Прогресс задания: Охота на титанов:

2/6 (сбор расходников для изготовления Радужного портала)

Все-таки эта прогулка вышла не зря. Горада благодарить за пережитые приключения не стану, перебьется. А вот Ристу отчасти признателен, он прервал ритуал перерождения фейри и тем самым её спас, пусть и не намеренно. Да и титаник явно не лишний. Жаль, что босс слабее пастуха, да не каждый день коту масленица.

И только сейчас обнаруживаю, что и амулет Майло тоже не сплоховал! Он захватил Призрачный блок, умение Риста! Читаю бегло описание: для активации необходим щит в руке. Энергетический удар толкает врага на расстоянии до 3 метров, сбивая с ног или прерывая каст способности. Наносит 10% от базового урона, с 10% шансом наложить кратковременный шок. Откат 20 сек…

Но радость тут же меркнет, когда задумываюсь о практичности. Вот же незадача. Целых два умения, и с обоими проблемы для использования. Для меня щит – лишь временная мера, не хочу себя связывать этим умением, разве что запас вот на такие случаи, как сейчас, при драке с Некронусом. Но слот-то под умение всего один! Лучше бы амулет захватил Оковы магии! Куда более полезное заклинание. Прекрасно помню свою беспомощность, когда был пленником на корабле Горада, под колпаком его Мертвой тишины. Оковы магии действуют похожим образом, но не по площади, а по конкретной цели… Да, хорошее умение, мне бы в арсенале пригодилось. Но хотелось бы еще понять, каков шанс изучения умения при подобном способе, ведь кристалл будет разрушен однозначно, а каждый титаник нужен сейчас позарез. По крайней мере, смогу использовать его в слоте Пламеня, когда восстановлю оружие в Колыбели.

Еще один интереснейший момент:

Контроль популяции: Именные создания Тьмы

Прогресс: 1/10

Награда: 40% опыта от текущего уровня, 5 очков умений, 1 астральное очко умений

Контроль популяции: нежить

Прогресс: 16/20

Награда: 20% опыта от текущего уровня, 2 очка умений, 10% сейва

Не правда ли, любопытно? Я ведь прекрасно помню, что за месяц фарма на обычных островах нам пару раз приходилось сталкиваться с довольно серьезными элитками, вроде Некронуса, и за них наград в виде очков умений или эксклюзивного контроля популяции не выдавалось, лишь опыт и кое-какой лут. Выходит, всё дело именно в Острове Мертвецов? Поневоле забрезжила интересная идея, но её тут же пришлось отбросить, как невыполнимую. Где их тут искать, боссов по силам, и при этом не нарваться на Могильщика или Ледяного Мастера, с которыми справиться, по отзывам Майло, невозможно даже хорошо подготовленному рейду? Да и сам остров – препоганое место, с высоким шансом превратиться в живого мертвеца.

Чесслово, не понимаю, как мои соклановцы, до моего появления в локации, умудрялись подниматься так медленно. На меня этот опыт валится как из рога изобилия. Остается им лишь посочувствовать…

Развить мысль мне не позволяет слабое покалывание знака Алана, и подняв голову в нужном направлении, я первым замечаю появление нового гостя. Хорошо, что гость, а точнее, хозяин этой локации, нам всем знаком, а то рановато мы все расслабились.

С северной стороны из-за деревьев появилась могучая фигура Хорки Умного в блестящих стальных доспехах. Пришел он не один, а вместе со свитой – с десятком «когтей» из своей личной стражи, почти таких же мощных и бронированных, как и командующий.

Я порывисто поднялся на ноги, бросая в чат предупреждение.

Поздновато прибыла помощь, но, как известно, начальство не опаздывает, а лишь задерживается. Видимо, Хорка только сейчас смог подогнать свой корабль к краю острова, преодолев остальной путь пешком.

Возле светилища сразу наступает тишина, мои соклановцы встречают гостей настороженными и любопытными взглядами. Хорка не спеша вступает из-за деревьев на поляну, крутит псиной головой с белоснежной гривой, а взгляд черных проницательных глаз живо скользит по трупам на поле боя, ничего не упуская. Приближаясь, он поочерёдно осматривает нас всех, словно диковинных зверей на выставке. Наконец, останавливается в паре шагов от нашей группы, поворачивает белоснежную морду ко мне и удовлетворенно скалит острые клыки:

– Ты жив, Зубоскал. Это хорошо. Нам нужно поговорить. Прямо сейчас. Отойдем в сторонку, этот разговор не для любых ушей.

– Есть вариант получше, – я киваю, ничуть не возражая против общения тет-а-тет. – Мне нужно прибарахлиться после потерь на острове, да и восстановить силы точно не помешает. А выгоднее всего тратить на это время в Цитадели.

И без особых сомнений в правильности решения кидаю Видящему одноразовое приглашение в астральный осколок реальности. Затем успокаивающе улыбаюсь своим:

– Развлекайтесь, народ. Мы отойдем на несколько минут.

Глава 16. Высокие ставки

Цитадель встречает меня как родная, потому что по сути так и есть.

Как только ступаю из маяка в Центр Управления, на меня буквально обрушивается волна свежести и тепла, и ползунок индикатора энергии заметно быстрее движется в сторону наполнения. Прекрасные ощущения. Здесь даже дышится легче, и не только потому, что содержание кислорода в атмосфере осколка немного выше, чем на Архипелаге. Кроха, само собой, привычно вьется рядом, жужжит над ухом. И даже Мохнатик умудряется пробраться в осколок вместе с нами – непоседливая зверюшка, похрюкивая, с легким цокотом копыт неутомимо нарезает восьмерки вокруг наших с Хоркой ног. Всё правильно, пока Ранилак не доберется до Цитадели, за Мохнатика отвечаю я. Угостить бы кабанчика чем-нибудь особенным, отблагодарить за его астральный прыжок с доставкой расходника, но лучше дождаться хозяина, у того в котомке наверняка имеются необходимые припасы.

Оборачиваюсь к командующему локацией и жестом гостеприимного хозяина обвожу зал рукой, испытывая прилив гордости за свое владение:

– Будь как дома, Видящий.

– Но не забывай, что в гостях, – насмешливо скалит белые клыки Хорка Умный, выходя из зоны действия маяка и с живейшим любопытством осматриваясь вокруг. – Так ведь вы говорите, человеки?

Оглянувшись, Хорка бросает взгляд на миниатюрное радужное светило астрального портала и расположенную за ним дверь, ведущую на мост между башнями. Отсветы маяка красиво и грозно переливаются по его закованной в сталь доспехов мощной фигуре. Когти белогривого гхэлла отчетливо клацают по красному граниту под ногами, а взгляд желтых звериных глаз скользит дальше: по стрельчатым витражным бойницам, сквозь которые льется мягкий свет окружающей осколок астральной оболочки, по пустым (увы, все еще пустым) стеллажам вдоль стен, которые когда-то заполняли свитки и книги Феникса Крика. Затем взгляд Видящего устремляется в дальнюю часть зала и останавливается на массивном каменном столе в окружении кресел, безошибочно выбрав самый важный элемент обстановки.

– Так вот он какой, твой астральный осколок, – наконец изрекает Видящий, при этом у него настолько довольный вид, словно только что исполнилась заветная мечта всей его жизни. Это несколько подозрительно, но я не позволяю сомнениям в правильности своего поступка пустить корни, слишком мало информации для выводов.

– Вино, – едва слышно пищит мне на ухо Кроха. – Ему это понравится!

Мысленно благодарю фейри за отличную идею, быстро пересекаю зал. Бросаю на пол добытое на острове оружие – меч и кинжал, больше они мне не понадобятся. Достаю из стоящего рядом со столом шкафчика узкогорлый кувшин с парой бокалов из обожженной глины, вся посуда ярко расписана местными орнаментами, ставлю на стол и наполняю красной как кровь, слегка пенящейся жидкостью. Хорошее настроение этого гхэлла мне сейчас очень кстати, так как чую, что разговор предстоит непростой. Надеюсь что вино действительно понравится, обычно Хорка пробавляется кислином, жутким по вкусу и крепким по градусам пойлом, привычным для аборигенов.

– И не обращай внимания на охрану, – на всякий случай предупреждаю я.

– Какую охрану? – с легким недоумением переспрашивает Хорка и замирает, уставившись на три шаровые молнии, зависшие над верхней ступенькой лестницы, ведущей из зала стражи. – Ах, эту охрану. Это даже интересно. Никогда не видел таких помощников. Впрочем, осколок реальности я тоже вижу впервые.

– Это я уже понял. Еще у нас, человеков, говорится, что за пустой стол гостей не сажают, прошу отведать наш напиток. И мне нужна минутка, чтобы отдать кое-какие распоряжения, после чего мое внимание всецело будет принадлежать тебе, Видящий.

– Хорошо, действуй.

Бросаю оценивающий взгляд на свой внешний вид. Кожаные штаны и куртка выглядят плачевно: дыры, рваные царапины, следы запекшейся крови, копоть на прогоревшем до локтя правом рукаве. Грязь, в конце концов, которую собирал на себя по всему острову. Да и пованиваю соответствующе: здесь, в чистом воздухе осколка, от доспехов отчетливо несёт запахом мертвечины. Правда, эту вонь почти забивает исходящий от Видящего острый запах псины. В общем, выгляжу как зомби с Острова Мертвецов, но хотя бы части из металла более-менее целы. Панцирь, наручи и поножи нужно лишь почистить, или, если по быстрому, сменить на другой комплект, их у меня несколько, предусмотрительно закупился на рынке форта. Но негоже оставлять гостя сразу же, как только здесь появился, так что переодеться еще успею. Да и вряд ли Хорку, воина и властителя, смутит непрезентабельный вид собеседника. Залпом опустошаю свой бокал и с удовольствием ощущаю, как живительная влага смачивает пересохшее горло и прокатывается по пищеводу. Падаю в центральное кресло и мысленно открыв настройки сервис-центра, ставлю галочки напротив позиций утраченного имущества:

Пламень

Полуторный меч

Барьер

Средний воинский щит

Бремя лидера

Пояс

Молчаливая подруга

Курительная трубка

Слеза Дживы

Серьга

Стезя стойкости

Перстень

Коготь Змея

Кинжал

Снова мелькает мысль, что кинжал пора заменить, но ничего подходящего в форте до сих пор не находил, без слота толковых кинжалов – сколько угодно, со слотом – фигушки. Редкие вещи на то и редкие, что появляются нечасто. Команч пообещал проверять рынок ежедневно, но пока глухо. Лишний раз просить Хорку об услуге не хотелось, но видимо, придется. Хорошо хоть затариться доспехами по своему уровню не проблема. Они тоже без слотов для усиления, но пока не страшно. Специально выбирал добротные, но неказистые на вид, чтобы меньше привлекать внимание окружающих. Впрочем, это уже неактуально, сороковой уровень, как-никак. Очередная важная планка развития взята. Можно теперь выбрать что-нибудь поприличнее и по характеристикам, и по дизайну.

Жаль, что сами мы пока изготавливать тяжелые доспехи не можем, нет у нас мастера соответствующей профессии. Возможно, гном-новичок сдвинет решение этой проблемы с мертвой точки, но вряд ли стоит ждать быстрых результатов – в Цитадели нет кузнечной базы, все это еще предстоит создать с нуля. Зато с кожаными доспехами, для «легких» классов, проблем нет – коби наштамповали по моим рецептам. Долго пришлось возиться, совершенствуя дизайн и качество, но результат того стоит. Причем сам я лишь чертил, коби мастерили по эскизам, а я затем вносил правки. Хорошо сработались: качнул изобретательство и обеспечил запасами соклановцев. Пока, конечно, все изделия не выше уровня мастеров, но это дело со временем поправимое.

Представив, как все вещи из списка сейчас рассыпаются в пыль на глазах Горада, невольно ухмыляюсь. Попользовался, гадёныш, и хватит.

Спохватившись, ставлю галочки и на сете искателя: знак, толкатель, сумка, кольцо. На графике просаживается почти полностью исчерпанный лимит энергии, отведенной в Колыбели для таких операций, в ближайшие несколько часов после меня никто восстановить привязанные вещи не сможет. Колыбель тоже развивается вместе с Цитаделью, и в будущем запасы будут куда приличнее, а пока приходится довольствоваться тем, что есть. Ведь львиная доля энергии в первую очередь уходит на поддержание астрального барьера и на функционирование стражей.

Из ценного имущества не требуют восстановления лишь две вещи, я не брал их на переговоры с Майло: перстни Иллюзия совершенства и Моя прелесть. Подсумок привязывать тоже смысла нет – при его потере содержимое все равно утрачивается. Так же обстоит дело с кисетом для табака и флягой для зелья здоровья. Фляг мы накупили на всех с хорошим запасом, на стимулы клана, а кожаные вещи, опять же настрогали наши трудолюбивые малыши-коби, не успеваем сбывать в форте лишнее.

Попутно отмечаю, что прогресс постройки подземных жилищ не стоит на месте, но почему-то прибавилось всего пара процентов. Маловероятно, чтобы стражи сачковали, им такое понятие неведомо. Перевожу взгляд на системный хронометр и изумленно замираю. Время откатилось на несколько часов. Сбой? Или это такой результат синхронизации с местным временем после выхода с острова?

– Кроха, хорош вертеться, все уши прожужжала, – все еще озадаченно бормочу я. – Лучше скажи-ка, сколько времени я проторчал на Острове Мертвецов? По твоим ощущениям?

– Не больше четырех часов, – уверенно отвечает вместо фейри Хорка Умный. Насмотревшись на обстановку зала и даже выглянув в дверь на мост, он наконец подходит к столу, подхватывает мощной когтистой лапой бокал, подозрительно принюхивается к содержимому и наконец пробует. Удивленно хмыкает и выпивает полностью. Тут же наливает из кувшина по новой, но уже цедит по глотку, смакуя.

– Правда-правда, – звонким голоском подтверждает его слова Кроха, передразнивая манеру речи Машты, и зависает напротив моего лица на расстоянии вытянутой руки. Ну да, конечно, раз нельзя жужжать в уши, будет мельтешить перед глазами. Вот же егоза, так и норовит что-нибудь сделать наперекор. От большой любви, конечно. – Жуть как успела соскучиться, босс! Да и Фурия вся извелась!

Напоминание о Маште и сгинувших в Лунной Радуге сурах привычно проникает в душу легкой ноющей занозой, но сейчас меня заботит совсем другое. Четыре часа?! Столько беготни, драк и потерь и приобретений – за четыре часа?! Просто уму непостижимо. Не могу поверить, но Майло говорил мне про игры времени из-за ауры истощения, так что приходится принять сей факт за аксиому и двигаться дальше.

Задумавшись, не сразу замечаю, что с Крохой что-то не то. Нечто непривычное в её образе царапает взгляд. Присматриваюсь внимательнее. Несмотря на недавнюю подпитку, тельце и крылышки фейри сияют как-то неравномерно. На её крошечной груди и правой ножке какие-то тёмные разводы, словно тень, или клякса от неудавшейся татуировки.

Малышка, похоже тебе нужно окунуться в нашем фонтанчике во дворе. Хотя странно, грязь к тебе раньше не приставала, ты же у нас эфирное создание.

Специально говорю с ней мысленно, чтобы не смущать перед Хоркой, и всё-таки смущаю. Возмущенно пискнув, фейри яркой кометой уносится прочь и исчезает за ведущей на мост дверью. Мохнатик, до этого усердно крутившийся возле ног, тоже срывается и чешет за фейри, не желая оставлять подругу в беде. Его копыта звонко лупят по граниту пулеметной очередью, звук отчасти стихает лишь когда он влетает во вторую башню. Досадуя на себя, так же мысленно прошу прощения, но Кроха не отвечает. Духовная связь доносит странную смесь смущения, печали и страха, но не понимаю причины и решаю разобраться сразу после разговора.

– Вино Астральное, значит. Неплохо, Зуб, весьма неплохо. – Видящий наливает уже третий бокал. – Немного сладковато, но думаю, понравится не только мне. Заплачу за рецепт прибылью со своих харчевен, скажем, 15%? Договорились?

– Извини, я сейчас не в настроении для торговых переговоров, – пожимаю плечами. – Теперь за них отвечает Ранилак, и он обязательно позже обсудит с тобой это предложение.

– Ты прав, – легко соглашается гхэлл. – Каждый должен заниматься своим делом. Вернемся к делам насущным. Рассказывай. Хочу знать обо всем, что было с тобой на острове.

Он снимает со спины здоровенный двуручный меч, который таскает также, как и я, с помощью энергетического зацепа, ставит возле стены и усаживается на соседнее кресло, которое тут же громко жалуется пронзительным скрипом на тяжесть массивного тела. Если развалится, будет конфуз, у нас-то таких могучих соклановцев пока нет, а брали мебель для себя.

Я не заставляю себя ждать и вкратце рисую «картину маслом», опуская лишние подробности. В таком сокращенном пересказе выходит не так уж и много событий. Захват нас с Майло Горадом, путешествие до острова на его корабле, побег, нечаянная схватка с Пастухом и выданное системой задание Повторение пройденного, пробежка по территории Смотрителя, святилище Йеноху, едва не ставшее нашим последним пристанищем из-за сагрившегося Призрака, гибель Майло из-за ловушки линарца, приручение трех суров-мертвяков, массовая драка возле оскверненного святилища с Некронусом и его марионетками, где Горад тоже пытался устроить ловушку, да обломался, потеряв своих подручных, ставших мертвяками…

Хотя нет, даже вкратце получается многовато для одной ночи. В распалённом событиями сознании все еще мелькают картинки наиболее острых моментов, мне еще долго остывать после всей этой хрени, обдумывать, что сделал правильно, а где ошибся, и какие выводы из всего этого следует сделать.

Хорка не перебивает, слушает внимательно, потягивая астральное мелкими глотками. И все это время так же внимательно рассматривает поверхность столешницы, демонстрирующую карту открытых островов по аналогии с интерактивной картой в каюте на флагманском корабле Быстроглазый. Правда, есть два существенных отличия. Первое – на карте Хорки рельеф местности объёмный, у нас же просто проступающий на поверхности красочный рисунок. Второе – у Видящего все острова открыты по умолчанию, ему по статусу положено знать обо всем, что происходит в его локации, а на нашей карте четко очерчены только те острова, где побывал кто-либо из клана, все остальное в легком тумане. Что ж, теперь он в курсе, насколько продвинулось территориальное развитие клана «Охотники за удачей», но Хорка важный союзник, так что это даже к лучшему. Меньше вопросов.

Заговаривает Видящий лишь когда я подхожу к логическому концу своего рассказа.

– Бурная ночка, да Зубоскал? – с многозначительным видом усмехается всей зубастой пастью Хорка. – Теперь куда глубже осознаешь, почему я так ополчился на Горада и «Серый ветер», верно? Однако то, что Антракс больше не при делах в этом пиратском клане, для меня является новостью. Но сперва обсудим кое-что другое. Помнится, мы твердо договаривались, что я твой осколок посещать не буду. И раз ты сам изменяешь правила, то вынужден предположить, что…

– Приглашение в Цитадель – своего рода компенсация за небольшое утаивание информации, – не стал я тянуть кота за хвост.

– Небольшое, значит, – понимающе кивает Хорка Умный, и его взгляд становится жестче. – И в чем же это утаивание заключается?

– Пока прогуливался на Острове Мертвецов, о многом успел пораскинуть мозгами и на многое взглянуть по-новому. До сих пор ты ни словом, ни делом не подвел меня ни разу, так что я пришел к выводу, что честность в нашем союзе будет лучшим решением с моей стороны. Но того же жду и от тебя, Видящий.

– Многообещающее вступление. Итак? Чего же ты желаешь, Ключник?

– Именно, что ключник, – вздохнул я. – Мне нужен остров третьего ранга для установки портала, Видящий. Не больше, и не меньше.

– Это для меня не новость. Но так как ты прекрасно знаешь, что лишних островов в локации нет, то это означает, что ты требуешь новый остров, который появится после уничтожения Острова Мертвецов? И ты, надеюсь, не забыл, что я и сам точу на него зуб, мне пора переносить форт на новое место.

– Не забыл. Но форт еще на плаву, и думаю, продержится достаточно долго, чтобы потом перенести его на следующий новый остров, уже после Острова Мертвецов?

– Вот как, – Хорка кивает косматой головой, явно смекнув сразу, к чему я веду, как только я заговорил о портале. – Насколько ты приблизился к решению проблемы? Говори.

Пришлось выкладывать и свои этапы подготовки для вояжа на Древо Смерти. Причем пока рассказываю, вдруг понимаю, что и это для него не секрет. А значит, раз от глаз разведчиков форта не укрылись наши приготовления, то затягивать с рассказом тем более не стоит. Доверие – штука хрупкая. Легко потерять и трудно вернуть снова. Впрочем, я не удивлен. Ещё когда Хорка сосватал наставника Тарпа Старого для моего щенка, уже тогда можно было предположить, чем это может обернуться лично для меня. Недаром у него второе имя – Умный. А может вообще все мои тайны для него – как на открытой ладони? Прямо не по себе от такой мысли.

– Так-так, – тянет задумчиво белогривый, как только умолкаю. – Признаю, ты придумал способ, не лишенный шанса на успех. Но только Ключнику мог прийти на ум такой способ. Астральный маяк, установленный на самой легкой из лодок… Не знал, что это возможно.

– Случайно вышло, – я слабо усмехаюсь. Несмотря на прилив энергии, начинаю чувствовать, как накатывает моральная усталость. Придется держаться силой воли, отдыхать еще рано.

– Попеременные прыжки в Цитадель для отхила прямо во время движения лодки… Действительно интересное решение. Установка маяка на ветке Древа… Да еще и Воздушную балансировку выучил.

– Я всего лишь воспользовался твоим намеком на такую возможность.

– Для тебя, чужака, шансы на изучение были исчезающе малы. Но тебя такие мелочи, похоже не останавливают. Допустим. Допустим, у тебя это действительно получится. Я даже тебе помогу, здесь наши интересы взаимны. Обеспечу охрану стартовой точки, дам лучший кораблик из тех, что имеются в моем флоте, выдам расходники ускорения, которых у тебя нет… Ты захватишь на Древе Смерти семена и мы наконец отправим Остров Мертвецов в бездну. Но я также отлично помню, как уже тебе объяснял, что для связи с другим миром обычного астрального портала недостаточно. Вряд ли ты таким образом пытаешься выпросить у меня расходник стационарного портала, который всегда есть в запасе, хотя и в единственном числе, у всех Видящих в любых локациях. Изготавливаются эти порталы лишь в Столице. Единственное, хотя и весьма существенное отличие между ним и твоим астральным в том, что мой стационар создает Колыбель. А твой – всего лишь точку для перемещения. Я сильно сомневаюсь, что ты забыл все мои объяснения. И мы плавно подходим к твоему заявлению об информации, которую ты почему-то от меня утаил. Итак?

Что ж, Хорка действительно не упускает ни одного существенного момента. Его острый ум не ведется на рассказ о задуманной без его ведома операции с Древом, отлично понимая, что утаил я вовсе не это. Даже крыть нечем. Поэтому я просто скидываю ему в личный канал описание рецепта Радужного портала. Начистоту, так начистоту. Описание рецепта предоставит Видящему лишь неопровержимое доказательство, что такой рецепт существует, но изготовить и установить его могу лишь я, Ключник.

На несколько секунд на Хорку буквально находит столбняк. Он сидит, открыв пасть и вытаращив глаза, но взгляд устремлен куда-то мимо меня. У меня даже начинает закрадываться нехорошая мысль, что я делаю что-то не то. Но тут Видящий приходит в себя. Подозреваю, такую растерянность белогривого, учитывая его обычное железное самообладание, я вижу первый и последний раз. Он порывисто поднимается, мощным движением едва не развалив кресло, и принимается с задумчивым видом вышагивать по залу взад-вперед, заложив руки за спину. Недолго думая, я пересаживаюсь из центрального кресла в крайнее возле стены, так как весьма неудобно наблюдать за тем, кто расхаживает у тебя за спиной. Как раз с этого края столешницы стоит намертво приклеенный к ней «подсвечник», сияя прямо в лицо синими огнями кристаллов астральных ключей. Приходится развернуть кресло к столу боком.

Узнаю любимую привычку Видящего, так же он себя вел в каюте Быстроглазого, когда требовалось хорошенько обдумать возникшую проблему. Доспехи его скрипят кожаными ремнями и позвякивали стальными сочленениями на каждом шагу. На очередном шаге он вдруг резко останавливается и его взгляд словно пригвождает меня к креслу. Затем делает странное движение рукой, словно стряхивает воду с кисти, и возле стен зала возникает радужная пленка Купола уединения, отрезая нас от остального пространства цитадели. Мы словно оказываемся в гигантском мыльном пузыре, не пропускающем ни взгляда, ни звука. Еще одна способность Видящего, о которой узнаю впервые.

– Теперь никто не помешает нашему разговору, – бросает Хорка. – Чат заблокирован.

Повышение репутации с администрацией Форта Бдительный: + 5000 (доверие, 12500/40000)

Солидно. Но не только чат обрезает – чувствую, как прерываются даже теплые ручейки связи с питомцами, как тогда, на Острове. Неприятно. Этот Купол – штука мощная, нельзя не признать. И чую, что это действительно так необходимо, как он полагает. Потому и репутации отсыпал не какие-то жалкие сотни, а сразу несколько полновесных тысяч.

– Сколько кристаллов ты уже собрал? – резким тоном задает вопрос Видящий.

– Два из шести. Уверен, что эту проблему можно решить быстрее, если…

– Это вовсе не проблема, – бесцеремонно обрывает меня Хорка, прекрасно уловив мою мысль. – Не стоит тянуть время. Пошлю «когтя» в форт за остальными кристаллами, зарядишь свой ремесленный алтарь сразу, как получишь все необходимое. Но должен тебя предупредить – нет никаких гарантий, что ты получишь именно то, что ожидаешь, с первой же попытки. Ты говорил, что портал из Лунной Радуги вел в Лазурные Водопады. Вокруг Острова Мертвецов нет ничего похожего. Понимаешь? Более того, большого острова вообще может не случиться. А, например, всплывет множество средних, или куча мелких. Такое бывает.

– Понимаю. Тем не менее, пока не попробуем – не узнаем. Главное для меня сейчас, что ты согласился отдать остров.

– Подозрительно легко уступил, хочешь сказать? Ты прав. Просто так ничего не бывает. Остров твой, но и ты не останешься в долгу. Троих мертвецов приручил, говоришь? И все трое погибли в схватке с Некронусом? Проверь Список. Кто из этих троих в него попал?

С некоторым недоумением выполняю его требование. И озадаченно хмурюсь.

– Я был уверен, что в Список попали все. Но вижу, что в нем лишь Шабл и Мор Блеск Молнии. А Строга Бездумного нет, и это более чем странно, раньше осечек не случалось. Я не знаю, как это объяснить, но, судя по твоему запросу, это знаешь ты?

– Всего лишь подозрения, которые ты только что подтвердил. Я уже говорил тебе, что когда сейвы заканчиваются, воин-мертвец исчезает навсегда и соответственно пропадает возможность вернуть его в мир живых. Забыл лишь добавить, что на проклятом острове он все же продолжает возрождаться и после утраты сейвов, но уже как тварь неразумная. Чаще всего после этого такие бедолаги трансформируются в полноценную нежить.

«Поэтому в Список Мертвых попадут далеко не все из убитых «в пределах видимости», – закончил я его мысль про себя. – И таких, игроков-мобов, соответственно, возродить уже нельзя». Черт!

– Но я же сумел его подчинить! – я озадаченно хмурю брови. – А сила Алана подчиняет только тех, кто обладает, или обладал разумом раньше…

– Именно. Система не делает различий, – веско роняет Хорка.

Ощущаю всплеск угрюмой злости в его душе. Внешне эмоции на псиной морде мне по-прежнему различать непросто, но развивающаяся эмпатия начинает все чаще помогать с чужаками, а не только с питомцами. Хорке страшно не нравится вся эта ситуация с Островом Мертвецов, оплотом Смерти в его подведомственной локации. Не нравится, что происходит с посмертием проклятых игроков, за которых он тоже отвечает в той или иной мере. Да что там – он в ярости, что кто-то смеет убивать их вопреки его прямому приказу. Остается лишь порадоваться, что на меня этот гнев пока не распространяется. Я их не убивал. Более того, я их, условно говоря, спас. Жаль, что только двоих.

– Дальше поступим так, – деловито говорит Хорка. – Возвращаемся на остров, отлавливаем еще несколько мертвецов и доводим их число в Списке до шести, чтобы зря не тратить расходник, затем проводим жертвенное воскрешение. Хочу убедиться, что Список Мертвых гарантированно возвращает измененных игроков в мир живых. И если это так, то перед разрушением Острова Мертвецов придется провести рейд силами всего форта, чтобы как можно больше сохранить проклятых суров в памяти Списка.

«Выходит, что я мог подчинить и Призрака, – мелькает несвоевременная сейчас мысль, – если в прошлом он был игроком». Впрочем, сейчас разговор не об этом. Я помню наш разговор перед первым жертвенным воскрешением, и тогда Хорка утверждал несколько иное.

– То есть, если я правильно тебя понимаю, то сейчас ты уже не уверен, что после разрушения портала на Острове Мертвецов произойдет автоматическая привязка мертвых душ к действующему?

– Это был всего лишь оптимистичный прогноз, – кивает лохматой головой белогривый. – Если этого не произойдет, то все проклятые игроки, сотни игроков, сгинут в забвении. Именно поэтому и нужен рейд по отлову душ в Список. На всякий случай.

Новость, конечно, ошеломляет. Как и масштаб грозившей развернуться трагедии. Тянет на глобальное событие, вне всяких сомнений. А что бывает после таких событий, я отлично знаю. Впрочем, не самый удачный момент думать о не полученных наградах. Не замечал за собой такой примитивной меркантильности раньше. Реально же – трагедия. Чёрт.

– С трудом верится, что на всем Небесном Архипелаге нет достоверной информации о подобных случаях, – бормочу я, продолжая находиться под впечатлениями от грядущих последствий. – Может не стоит тогда трогать Остров Мертвецов? Есть же еще и искаженные острова, мне известны названия пяти из них, а тебе наверняка известно больше.

– А разные недоноски, не выполняющие моих распоряжений, будут и дальше уничтожать души мертвецов?! – рычит Хорка, мгновенно приходя в ярость. – Я этого не допущу!

Похоже, своим предложением я наступаю на его больную мозоль. Зато теперь предельно ясно, что Хорка не отступится от Острова, как от первоочередной цели.

– По поводу информации, – продолжает Видящий уже с прежним спокойствием. – Она есть. Но мой статус для нее недостаточно высок, так что приходится исходить из логических умозаключений. Если же начну отправлять в Столицу запросы, то там не смогут не заинтересоваться, зачем мне это понадобилось, и это может разрушить все мои планы на будущее. Итак, сейчас возвращаемся на остров и проводим испытание – при каких условиях и на каких расстояниях мертвецы попадают в твой Список.

– Ты ведь понимаешь, что я не в силах воскресить такую армию существ даже с помощью жертвенного воскрешения?

– Всех и не требуется. Сейчас нужно сохранить души хотя бы в потенциале. Когда-нибудь ты дорастешь до больших возможностей, как Ключник. И тогда у тебя действительно будет армия, как ты только что правильно заметил. Наша армия.

– В таком случае я хочу знать больше, чем ты говоришь, Видящий, – твердо заявляю я. – О твоих планах, которые ты в своих устремлениях видишь «нашими». Помнится, ты как-то сказал, что многого не можешь открыть, не изменив свою судьбу. Может, самое время это сделать? А заодно выполнить обещание и поделиться информацией о предназначении Ключника?

– Да. Теперь, когда ты добыл рецепт портала, причем совершенно неважно, как тебе это удалось, и в самом деле пора открыть карты. Я не буду брать с тебя клятвы о молчании. Мы просто поговорим, и всё, что ты сейчас услышишь, останется между нами.

– Ценю твое доверие. Но мне не сложно дать обещание молчать, нас никто сейчас не слышит.

– Что ж…. Приступим, – Хорка кивает. – Прежде всего ты должен понять, что мои возможности и мои знания ограничены пятидесятым уровнем этого мира. Но я прожил очень долго, последние двадцать лет являясь Видящим в этой локации, и поэтому кое-что знаю о Ключниках. Пусть на уровне слухов, зато из надежных источников, хотя это и звучит весьма иронично, даже парадоксально. Тем не менее, этой информации мне оказалось достаточно, чтобы выстроить план… Я ведь не просто от нечего делать столько тянул с проверкой твоих способностей. Прежде чем вкладываться в игрока, рискуя навлечь гнев Столицы, стоит тщательно проверить его потенциал. Ошибка такому как я может дорого обойтись. Чрезвычайно дорого.

– Гнев Столицы? – настороженно переспрашиваю я. – И по какому поводу?

– Дело вот в чём. Ключники бесценны, хотя бы потому, что начинающие из них попадают в этот мир крайне редко. Я обязан был сообщить о тебе еще в момент, когда ты только появился в локации. И тогда бы тебя забрали сразу, без утомительной и примитивной прокачки, для ритуала «приручения». Послушный Ключник – залог процветания, наверху всегда есть кандидаты, ждущие своей очереди приобщиться к создателям миров, подняться благодаря связям с ними до статуса богов, а то и выше.

– Погоди, погоди… Создателям миров? Статуса богов?

Впрочем, признаться, я не особенно-то и удивлен такому заявлению. Давно уже морально готов к чему-то подобному. Ведь описание Ключника никуда не делось со страниц умений и навыков, а изучал я его неоднократно, размышляя, что все это может означать для меня в будущем. Так что уже не глядя на вкладки описаний, могу легко зачитать по памяти: «Время и пространство не властно над тем, кто становится Ключником. Созидание новых миров с помощью осколков реальностей дает могущество, которого лишены иные боги, а возможность в любой момент перемещаться между привязанными мирами делает его самой непредсказуемой и неуловимой фигурой на игровом поле».

Но наконец у меня появляется шанс услышать более развернутое определение, и я все же подаюсь вперед, заинтригованный моментом. Я этого чертовски долго жду.

– Ключники – элемент саморегуляции Системы, – задумчиво продолжает Хорка, снова принимаясь вышагивать по залу. – Именно Ключники на основе осколков реальности создают новые миры… У каждого мира свой Ключник. В перспективе, увы, пока еще далекой для тебя, Ключник – это высшее божество, отвечающее не только за конкретный мир, но и, далее, за цепь миров. Небесный Архипелаг тоже находится под покровительством своего Ключника. Неизвестна ни его внешность, ни его имя, ни его резиденция. Эта информация недоступна даже героям и младшим божествам мира. Но Ключник нашего мира, по всему, слишком стар, и давно не принимает участия в том, что здесь происходит. Мир довольно запущен и в нем полно сорняков, пьющих из него жизнь. Древо Смерти как раз из такой дряни, причем эта дрянь за столетия существования успела стать неотъемлемой частью местной экономики. Да, чуть не забыл. Я помню твое удивление, когда ты узнал, что в нашем мире нет Усыпальницы. На самом деле я неточно выразился. Усыпальница есть. Но только Ключник имеет к ней полный доступ.

– Твою же… Дошло. Вот теперь до меня дошло, – порывисто смахиваю со лба вдруг проступившую испарину, замечаю, что от внезапного волнения дрожат пальцы. Температура в зале не изменилась ни на градус, но мне становится жарко, как в доменной печи. – Все сходится. Список Мертвых! Это и есть будущая Усыпальница в самом начале своего развития?

– И более того, – гхэлл многозначительно усмехается. – Понимаешь, какой это потенциал? Теперь мы накрепко связаны общей тайной, Зубоскал, и общими целями, по крайней мере, пока ты не поднимешься слишком высоко. Ты уже сейчас, даже без моей помощи, поднимаешься быстрее других, и не мог этого не заметить, верно? Сколько опыта ты получил за Некронуса?

– Некронуса? – Немного сбитый с толку вопросом, я заглядываю в журнал достижений. – Чуть меньше сотни тысяч.

– Так я и думал. Это намного больше положенного. И всё лишь потому, что ты Ключник. Иная система наград. Так что ты неизбежно уйдешь по своему пути дальше, оставив мне за помощь и сотрудничество достойную награду.

– И что ты подразумеваешь под достойной наградой?

– Как ты уже понимаешь, мне нужен не просто обновленный форт, Зубоскал. Эта задача слишком приземленная для моих далеко идущих целей. Моя ставка гораздо крупнее. Мне необходим выход в иные миры, сразу повышающий статус локации форта Бдительного от захудалого сектора до столичного. Поясню проще. Осколок реальности – это будущий мир-песочница. Привязанный к Небесному архипелагу, твой осколок превратится со временем в вечного поставщика новичков, а древо развития миров для них будет определять куратор такого мира, имеющий полную и абсолютную власть, стоящий выше, чем будущие божества, которые обязательно появятся с развитием осколка.

– Куратор мира-песочницы… Так вот кем ты вознамерился стать…

И я невольно вспоминаю куратора Эско в Дивносаде, с его мощью и непререкаемым авторитетом. Вспоминаю его помощников – смотрителя репликатора Ушастого, заведующего гостиницей Туркана, смотрителя стойл Хабара. Так вот до каких высот они поднимутся. Интересно, что пришлось сделать этой четверке, чтобы заслужить награду от своего Ключника?

А ещё всё это вместе взятое означает, что Алан Темный – это не отдельное божество, как мне уже намекали раньше, а всего лишь моя вторая ипостась. Репутация с ним – просто-напросто степень синхронизации с этой ипостасью…

Куда только усталость подевалась от таких супер новостей. Вставило не на шутку, аж дрожь пробирает от открывающихся перспектив. Надо срочно успокоиться, а то натворю дел, переволновавшись. Теперь предельно ясно, почему Хорка так легко уступил мне будущий остров. Я должен развиваться дальше, как Ключник, а это напрямую связано с порталами. Если понадобится, он уступит мне все острова, причем с той же легкостью. Как искаженные, так и обычные. Не пожалеет даже форт, если в итоге окажется в выигрыше. Для начала ему всего лишь требуется навести порядок в самой локации, восстановить стабильность, избавившись от встревающих в планы со своими не слишком умными наскоками на форт пиратов и от Острова Мертвецов, где его давно дожидается будущая армия верных приверженцев.

– Выходит, Видящий, ты решил обойти всех высокородных из столицы и пролезть вне очереди, – не могу удержаться от усмешки, но хорошо его понимаю. – Не пожелал плыть по течению.

– Можно и так сказать, – позвякивая доспехами, Хорка снова подходит к столу, заглядывает в кувшин. Намек понятен, не дожидаясь просьбы, я достаю из шкафчика следующую емкость, для продолжения банкета. Нам и впрямь есть что отметить. Вылив в пасть очередной бокал, Хорка удовлетворенно взрыкивает, вытирает губы мохнатым запястьем.

– Обычным способом мне не подняться, – уже совсем благодушно поясняет белогривый, явно под влиянием вина. – Мой род не знатен, никто из моих родичей никогда не попадет в тот заветный список избранных. И мне думается, это несправедливая система, что дает мне моральное право решать самостоятельно, каким именно станет мое будущее.

– А если бы я так и не появился? Не думал оставить пост Видящего и уйти в мир рангом повыше, чтобы развиваться дальше? Или у вас на это существует какой-то запрет?

– Нет никаких запретов. Но если я уйду на общих основаниях, то потеряю власть и возможности, которые имею сейчас. Столица назначит сюда другого Видящего, а я стану просто Хоркой Не Слишком Умным. Нет. Я намерен изменить свой статус на собственных условиях, с твоей помощью, с помощью Ключника, сохранив этот мир как базу.

Да, да, я тебя отлично понял, можно не повторяться.

– Есть у меня небольшая просьба, Видящий…

– Наедине – просто Хорка. Мы уже договаривались об этом. Выкладывай просьбу.

– Раз мы все равно возвращаемся на этот проклятый остров, хотя, видит Алан, как мне этого не хочется, а мне позарез нужно добить десяток очков умений для следующего ранга Душелова, то не возражаешь, если…

– Я тебя понял, – прерывает Видящий. – Ни к чему ходить вокруг да около. На самом деле за этот остров за мной должок. Мои стражи следили за тобой, чтобы обеспечить поддержку при необходимости, но все же прохлопали твое похищение. Ночь – не лучшее время для варн, да и зрение у нас, гхэллов, всё равно что вечное бревно поперек ровной дороге по сравнению с другими расами. Но вину я с себя не снимаю и знаю, как компенсировать этот промах. Сразу после экспериментов с мертвецами займемся твоим заданием. Думаю, Смотритель в качестве трофея вполне подойдет.

Я удовлетворенно ухмыляюсь. Хитрец и Счастливчик, две мои удачи, по прежнему неплохо рулят. Но все же осторожничаю:

– Не представляю, какой должен быть рейд, и какие воины в нем нужны, чтобы завалить такое сверх могучее существо как Смотритель.

– Это уже мои заботы, – небрежным жестом когтистой лапы отмахивается Хорка. – В отличие от других боссов острова, Ледяного Мастера и Могильщика, он могуч, но предельно прост. Предупреди своих бойцов, можешь взять всех, кто состоит в клане, за их сохранность отвечаю головой. Добавим им опыта. Кстати, пора уже одеть тебя поприличнее, выдам тебе нормальные доспехи. Пока вооружайся и бери нужные расходники, через полчаса жду возле маяка.

Посчитав наш разговор законченным, Видящий закидывает за спину меч, подхватывает со стола кувшин и не совсем верной походкой направляется к астральному порталу. Кажется, его слегка развезло. Это меня удивило. Кислин вроде крепче, а так заметно не действует. Может, тоже переволновался, как и я? Все-таки события намечаются не из рядовых. Гхэлл зачем-то пытается сцапать свободной лапой сияющее над гранитом «солнышко», хмыкает, а затем пропадает в призрачной вспышке перехода, а с ним пропадает и купол.

А я, наконец, открываю вкладку полученных после битвы с Некронусом достижений, и отправляюсь к мосту, на ходу изучая строки. Пора навестить мастерские коби, а затем забрать свое восстановленное имущество возле Колыбели. Да и Алия, как вижу, давно уже настойчиво стучится в личный канал чата, надо успокоить и объяснить, что происходит.

Мда. Придется для своих придумать значительно сокращенную версию нашего разговора с Хоркой. И побыстрее. Многое из сказанного им точно знать ни к чему, ведь чего не знаешь – о том не проговоришься. Ставки предельно высоки.

Глава 17. Рейд

Непрерывный шепот воздушных потоков, неспешно несущих Быстроглазого вдоль острова на расстоянии пары сотен метров от прерывистой линии края, лишь подчеркивает царящую на палубе тишину. Гудят на ветру, как высоковольтные провода, вертикальные и горизонтальные паруса, косо режут встречный ветер, словно гигантские бело-голубые ножи. В походном положении большой плоскодонный корабль Хорки Умного похож на невиданную многокрылую птицу, величаво парящую над бездной.

Сижу на корме, лицом к носовой части, полуприкрыв глаза и расслабленно откинувшись на внешнюю стенку капитанской каюты. Отдыхаю, пользуясь моментом. Восемнадцать «когтей», на скамьях вдоль бортов вперемешку с моими соклановцами, заняты делом – «слушают» воздух с помощью своего сверхострого слуха. Если где-то среди облаков Белой Мглы или за островами-нулевками притаится враг, его обнаружат. Время от времени над макушками мачт тёмными беззвучными тенями проносятся стражи на боевых варнах, тоже контролируя окружающее пространство. Да и впередсмотрящая Чупа не отлынивает и зорко высматривает опасность с вышки – специального возвышения на носу судна, выполняя свои прямые обязанности в рейде Хорки Умного. Не видел ее больше месяца, если честно. С того дня, когда принял решение передать девушку-низуши Хорке, она старается не попадаться мне на глаза. Я и сам избегаю встречаться с ней взглядом, до сих пор чувствуя вину за то непростое решение.

Свои неизменные алебарды гхэллы по заведенному распорядку при походном положении расставляют в оружейных стойках вокруг оснований трех осевых мачт, оставшись лишь при кинжалах. Честно говоря, меня отчасти все еще озадачивает вооружение «когтей», ведь на кораблях полно всяких препятствий и помех в виде канатов и тросов, не знаю, как их тут правильно называют, и прочего такелажа, не сильно то и размахнешься столь громоздким оружием. Видимо, просто дань некой сложившейся традиции. Впрочем, за борт спихивать врагов оружием с длинным древком довольно удобно, лично наблюдал за этим увлекательным занятием еще при первом отражении пожирателей.

Я и раньше отмечал железную дисциплину в рейде Хорки.

Никаких разговоров и лишних движений. Мне моих сокланов стоило куда больших трудов угомонить, что не мудрено, ведь на Острове Мертвецов многие из них побывали впервые, и сразу же пришлось участвовать в опасных схватках, которые устроил Хорка для тестирования Списка Мертвых. Видящий основательно подошел к делу, мне не приходило в голову проводить такие эксперименты, не было необходимости. Но Хорке нужно было абсолютно точно знать, как и при каких условиях Список срабатывает, захватывая в свои тенета души погибших. Чтобы это выяснить досконально, пришлось вырезать весь посёлок мертвецов под корень, три десятка пропащих душ. Сагренные, мертвецы не отступали и не прекращали преследования, но в данной ситуации Хорку это вполне устроило. Самый важный момент – оказалось, мне не обязательно видеть погибающего. Список работал как радар, сканируя и захватывая все окружающее пространство в пределах пятисот метров. Главное, чтобы между мной и целью в момент её захвата не было преград – складки местности, деревья, здания, скалы. Вот это и означает «в пределах видимости». Достаточно хорошо уяснив закономерности развития умений и особенностей в мирах ВИКС, я не сомневался, что с развитием ранга Списка будет увеличиваться и расстояние захвата душ. Ведь реальные Усыпальницы собирали души со всего мира. Прокачивается Список элементарно – возрождениями. В копилке воскрешенных сейчас зафиксировано лишь семь душ из необходимых ста для перехода на второй ранг, так что всё это отдаленные перспективы, разве что в ближайшее время появятся более удобные способы массового воскрешения, как и предполагал Хорка.

Корабль медленно и плавно поворачивает вслед за изгибом острова, подставляя солнцу нос, и я все больше жмурюсь, спасая глаза от бьющих из-за горизонта оранжевых лучей местного светила. Пересаживаться в более удобное место лень, но и совсем уж закрывать глаза не стоит. Обстановка может измениться в любой момент. Хорка Умный, кстати, отдыхает в своей каюте, ему по статусу положено, а мне куда милее расслабляться на свежем воздухе.

В отличие от «когтей», мои суры с оружием не расстаются, оно и понятно – они здесь гости, а значит, всё своё приходится носить с собой. Народа для рейда удалось собрать даже больше, чем я рассчитывал. Кроме «старого» состава – Марана, Джарук, Алия, Там Ина, Тикки Тара, Зик, Гуц, Пятнышко, Шустрик, Люкас – в схватках в поселке участвовали и новички. Искру, Снафу Кусаку и Роника мне удалось застать в харчевне «Когти и зубы» лично. Все договорные сроки прошли, но похитители учебного «перышка» всё равно дождались, дополнительно просидев несколько часов. Видимо, впечатлились встречей на той нулевке с Мараной. И это хорошо, что искать не пришлось, после разговора с Хоркой в Цитадели на все сборы и так ушло почти два часа. Юлианну встретил на обратном пути, когда вел остальных через рынок форта к порталу для переправки. Она единственная не участвовала в походе своих друзей на Остров Мертвецов, вернее, парни не взяли, опасаясь за её жизнь. Что, естественно девушку очень расстроило. А совсем уж её убило известие о том, что Тангар, её парень, и вовсе стал мертвяком. Сидору повезло больше, он погиб от Пастуха и просто улетел в Колыбель. К счастью, успокаивал её не я, этим занялся единственный выживший из компании сорвиголов – Зелеакс. Эта парочка и сейчас о чём-то тихо шепталась, иногда выжидательно поглядывая в мою сторону. Видимо, обсуждали мое обещание вырвать их друга из тисков смертельного перерождения, которое ждет Тангара, если не провести воскрешение через Список.

Хотел взять также троих коби, но в последний момент передумал. Слишком опасен для этих малявок поход на Остров Мертвецов. Впрочем, дело даже не в этом – они не воины. Да и разумнее начинать с малого и единичных целей. Пока же они даже пустотников в осколке избегают, предпочитая прятаться за спинами игроков и стражей. Но и коби-ремесленников тоже рано или поздно придется прокачивать в боевых условиях, сражаться должны уметь все. Вообще, приятно видеть столько народа разом в составе клана. Само собой, новички пока остаются на испытательном сроке, буду определяться с ними после похода на Смотрителя. Пока же, в схватках с мертвяками в поселке, все показали себя с хорошей стороны, что не может не радовать.

Честно говоря, щурюсь я не только из-за солнца. Когда в твою сторону устремлены взгляды такого количества народа, как гхэллов, так и соклановцев, как-то слегка не по себе. Вот и делаю вид, что меня одолевает дрема. После таких приключений на острове это немудрено, толком отдохнуть пока так и не получилось. Зато Фурия не притворялась, ей это незачем. Зверюга лежала на палубе в двух шагах от моих ног, положив массивную голову на могучие лапы и накрывшись, как одеялом, крыльями. Она действительно спала, умаявшись бегать и сражаться. Запах и вид живых мертвецов вызывал у нее особенную ярость, немало их отправилось на перерождение после ударов её могучих лап и острых как бритва когтей.

В новой броне я выгляжу совсем иначе и чувствую себя иначе. Хорка Умный реально порадовал своим подарком за выполнение Тайной службы-2. Суры тоже посматривают теперь на меня по-другому. В основном уважительно, но с разными оттенками – кто немного с завистью, кто с восхищением, а кто и просто с одобрением. Все-таки как главный представитель клана я так и должен выглядеть, а не как бомж, одетый во что придется. С другой стороны, психологически мне куда комфортнее не привлекать столько внимания, сколько привлекаю сейчас, так и тянет переодеться обратно.

Но основная причина всех этих взглядов – вовсе не мои новые доспехи. Хотя они действительно весьма хороши. Почти полный сет: кираса, наплечники, шлем, набедренные щитки, усиленные стальными элементами сапоги. Даже полуперчатки теперь есть – кожаные, усиленные стальными сегментами на костяшках пальцев, с обрезанными кончиками для удобства хвата. Лишь пояс Бремя лидера остался прежним, от уникальной вещи взамен обычного, хотя и сетового пояса я отказываться не вижу причин. Тем более, что дополнительных бонусов от сета почему-то не имеется, так что от уникального больше проку. Судя по виду доспехов, все элементы которых сияют полированным серебром и украшены причудливой гравировкой из каких-то листочков и цветочков, Хорке пришлось раздеть какого-то именитого эльфа, чтобы подарить эти доспехи мне. Ведь у самих гхэллов доспехи куда грубее и массивнее. Вот эти цветочки – единственное, что меня смущает. Но в целом броня выглядит стильно, и ладно. Слотов для усилителей, увы, не оказалось и в этих доспехах, но все элементы в сумме позволили подрасти на сто двадцать статов, что довольно существенно, не говоря уже о защитных свойствах самой брони. В бою обновка показала себя отлично, движений не стесняла, и несколько раз спасала от пропущенных ударов, о чем свидетельствуют свежие засечки на металле.

Само собой, все необходимое в Цитадели я забрал с собой. Хотелось подымить трубкой, но ауры от Молчаливой подруги пока не требуют обновления, так что воздерживаюсь. Легко избегать дурных привычек, если от них не бывает зависимости. Коготь змея привычно зарядил на +45 к ловкости, в слот пояса вставил астральный маяк. В ухе поблескивает Слеза Дживы, на пальцах левой руки красуются перстни Стезя стойкости и Иллюзия совершенства. В рукоять Пламеня вставлен кристалл с Оковами магии, кулон Майло всё ещё заряжен Призрачным блоком. Для задуманного эксперимента может потребоваться всё. Проверено: обоими свежеприобретенными умениями могу пользоваться точно так же, как и любым своим, лишь их прогресс не растет. Была мысль забрать Мглу бездны и вставить в Коготь змея, но ничего лучше неё для защиты осколка пока в арсенале нет. Да и Оковы магии я счел для сражения со Смотрителем более подходящим средством. Теперь лишь бой покажет, чего стоит моя проницательность. Всегда приходится что-то выбирать.

Меч висит за спиной, так и сижу, прижимая его броней кирасы к стенке каюты. Благодаря энергетическому закрепу, между ним и броней всегда остается промежуток, так что я словно прижимаюсь к упругой подушке, совершенно не чувствуя металла. С Пламенем вышло интереснее всего. Достигнув 40 уровня, меч изменил форму и больше не напоминает палаш с односторонней заточкой. Теперь его лезвие выглядит классически: прямое и обоюдоострое. И совсем уж неожиданно для меня клинок приобрел дополнительные параметры:

Пламень

40 уровень

Полуторный меч

Тип предмета – уникальный

Материал – зачарованная сталь

Прочность 199/200

Базовый урон 525-540

Сила +40

Разум +40

Шанс парирования +5%

Шанс пробития брони любого типа +5%

Слоты для модификации: 1

Предмет привязан к душе игрока Зубоскал

Что называется, клинок «раскрылся». Наконец-то. Подозреваю, это ещё не последнее превращение моей любимой железяки. И прибавка к разуму тоже не просто так. Да уж, чем дальше, тем любопытнее.

Кроме фляг с зельем здоровья и водой, я прихватил также два подсумка, приладив их сзади к поясу. Более вместительные, чем обычные, они доверху наполнены кристаллами сущности, солидная часть которых – элитные, сорок из ста. Каждый кристалл весит грамм десять, поэтому сотня тянет всего на килограмм и вес совершенно не обременяет, лишь объем, да и то незначительно. Пришлось забрать из Цитадели почти весь запас ингредиентов, важных для изготовления расходников, но это вынужденная мера. Энергетическая емкость элитных кристаллов куда выше, чем у обычных, а для задуманного эксперимента со Смотрителем это имеет решающее значение.

Изначально план был простой. Хорка заверил, что Смотрителя еще никто не побеждал. Самому Хорке это было не нужно, при его пятидесятом уровне и должности командующего локацией у него хватало действительно серьезных забот, а рейды на боссов, по его словам – развлечения для обычных игроков. Лишь для меня он решил сделать исключение и завалить Смотрителя лично. Но я уговорил его кое-что сделать по-своему. Хочу попробовать собственные силы. Когда еще выпадет такая возможность – испытать весь потенциал умения Месть камикадзе с подстраховкой столь могучего покровителя, как Видящий?

К чему, собственно, веду.

Я прекрасно помню, как применил Месть камикадзе впервые, в Лунной Радуге, и результат был потрясающим. Мне удалось завалить могущественного демона – элитного защитника первородного пламени, получив за него ценное достижение, как за впервые уничтоженного монстра. С тех пор я использовал умение лишь раз, на Майло. Мелочевка, не стоящая сейва, просто так сложилась ситуация, что пришлось потратиться. Ещё я запомнил, как при уничтожении защитника сгорели все мои запасы кристаллов сущности в подсумке. При убийстве Майло такого не случилось, и это я тоже запомнил. Сперва я полагал, что это произошло благодаря сработавшей вероятности не потратить сейв при использовании способности, поэтому и пренеприятного отката не было. Но позже, возвращаясь мыслью к этим двум случаям снова и снова, я пришел к более интересным выводам. Например, что истина кроется в размерах и могуществе противника. Использовать такую способность как месть против обычного игрока – все равно что стрелять из пушки по воробьям. Именно поэтому не было ни физически неприятного отката, ни сгоревших кристаллов. Чем не теория? Но если потратить сейв на действительно серьезного противника? И получить за это все полагающиеся плюшки – опыт, ингредиенты, вещи, достижения и прочие бонусы? Совсем другой расклад, не так ли?

Для проверки на практике Смотритель мне видится идеальной целью. Понятия не имею, хватит ли на него запаса из ста кристаллов. Но, по крайней мере, выясню, сколько нужно – больше или меньше. Только методом проб и ошибок можно вычислить формулу для уничтожения боссов разного ранга. И если все получится, то у меня появится способ в случае острой необходимости набирать очки умения как для себя, так и для клана, ведь за достижение Битва за гранью система выдает их немало. После этого останется лишь найти способ так же быстро зарабатывать сейвы. И что-то мне подсказывает, что он найдется.

Раз уж заговорил о достижениях, то стоит упомянуть и о том, что получил недавно.

После разговора с Хоркой в цитадели на единицу поднялась харизма (17). Несложно быть убедительным, когда интересы настолько совпадают, но всё равно приятно. Подросла и смекалка, опять, что само по себе удивительно, ведь прогресс этой характеристики обычно накапливается весьма неспешно. Но экстремальные события, заставляющие действовать на пределе сил и возможностей, её определенно стимулируют. Прогулка по Острову Мертвецов, при всех негативных моментах, в целом пошла на пользу моему развитию, о чем красноречиво свидетельствуют целых три достижения. Первое, И один в поле – воин, полученное еще за Пастуха, подарило умение поддержки Беспощадность и задание Повторение пройденного. Следующие два система вручила за Некронуса:

Одиночка во Тьме (2)

Смелость и упорство ведут к победе!

Награда:

Теневой взор: чувствительность и острота зрения в темноте усилена на 40% (+15%)

Очки умений: +5 (96)

Хитрец (2)

Шанс найти нестандартное решение на проторенных путях ВИКС не минует того, кто верит в свои силы и использует разум (безобидное умение питомца оказалось решающим в битве с боссом логова Некронусом)

Награда:

Личные очки умений: +2 (98)

Клановые очки умений: + 2 (29)

Изменение характеристики смекалка: +2 (19)

Бонус: опыт + 40% от текущего уровня, разум + 8 (208)

Текущее значение опыта: 1533155/3822000

До сотни осталось всего два очка умений! Два!!! Прямо не верится, ведь столько времени ушло на накопление. Не исключено, что задание за Смотрителя тоже принесет несколько очков. А если нет, то придется срочно выполнить парочку наиболее продвинутых по прогрессу контролей популяции из списка в журнале заданий, и моя личная мощь возрастет на тысячу статов! А это почти столько же, сколько есть у меня сейчас, ведь без прибавок вещей и расходников у меня примерно 1300 статов на всё. Это настолько важный момент, что сразу после Смотрителя именно этим и займусь, всё остальное подождет. Личное могущество не бывает лишним, особенно в борьбе с такими врагами как Горад. Да и возможности выживания осколка реальности тоже подрастут с ростом Ключника. Всё и всегда взаимосвязано.

Смотрим дальше:

Игрок Зубоскал привлек внимание Йеноху (очищение алтаря)!

Репутация: интерес (900/1000)

Честно говоря, вот от этого поощрения ни холодно, ни жарко. Архипелаг для меня – временное пристанище, и репутация с местечковыми божками мало что значит. Тем более, что скоро я эту репутацию опущу ниже плинтуса, когда уничтожу остров вместе со всеми святилищами Йеноху. По-другому никак.

К этим достижениям не могу не упомянуть о парочке приятных бонусов, которые получила Кроха, намучившись в плену у Некронуса. Нельзя над моей фейри издеваться безнаказанно:

Свойства Светлячка изменены:

При максимальной интенсивности излучения умение наносит урон созданиям Тьмы (1%/сек от урона Владельца на текущий момент), повергая их в панику.

Изучен новый режим Духовной связи:

Астральный накопитель

Духовная связь больше не нуждается в подзарядке кристаллами сущности

Питомица Кроха отныне способна усваивать энергию из окружающего пространства

Также в журнале заданий прописалось новое задание:

Тайная служба-3

Заказчик: Хорка Умный

Тип задания: уникальное, многоэтапное

Описание: теперь, когда способ добычи Семян Древа Смерти определён, необходимо провести подготовительные этапы перед уничтожением Острова Мертвецов – определить границы Списка Мертвых, добыть 9 Семян Древа смерти, заложить на Острове Мертвецов в ключевых точках для подрыва

Награда: на усмотрение Хорки Умного.

По сути, первый этап задания уже выполнен и мы направляемся за наградой, которой является помощь в выполнение задания Повторение пройденного.

К слову говоря, Кроха поднялась до 40 уровня вместе со мной, и её накопленных очков умений хватило, чтобы повысить до четвертого ранга Тайное знание. Пока это ничего не дало, но ранг ведомых специализаций не может быть выше ранга Тайного знания, так что пришлось в первую очередь подтягивать базу. Куда потратить следующие 25 очков, вопрос уже решен. Почти решен. Артефактор предметов, Артефактор душ и Артефактор измерений… Нужно всё, чёрт побери, но увы, не разорваться. И как Ключнику, в первую очередь, похоже, мне придется поднимать Артефактор измерений. Надеюсь, рано или поздно найдется способ добывать дополнительные очки умений и для питомцев, ведь следующие десять уровней дадут ей лишь 15. Это уже катастрофически мало для развития, с учетом всего, что я планирую.

После происшествия в святилище Кроха стала неразговорчивой. Очень непривычно. Ещё и сопровождать меня отказалась. Я не настаивал, хотя мог просто приказать. Но хорошо чувствую, что Крохе сейчас не до приключений, эта попытка превращения ее в невесть что морально подорвала боевой дух моей малышки. Ей нужно побыть одной. Привычное мирное занятие по изготовлению расходников на ремесленном алтаре – отличный способ для восстановления душевного спокойствия. Но вот эта метка Стихии Смерти, которая отпечаталась на ней физически, пятная ее тельце, словно глубоко въевшаяся в янтарную кожу грязь…

Эта метка словно дамоклов меч.

Никто не знает, какую беду это может принести. В любой момент с фейри может пойти что-нибудь не так. Она может или погибнуть, или измениться так, что лучше бы погибла… И я пока не знаю, как это исправить. А может, как раз смерть и исправит? И воплотившись заново, Кроха станет прежней? Хорка ничем помочь не смог, не в его компетенции. Никому из моих соклановцев тоже об этом ничего не известно. Даже Марана, существо весьма мудрое, не слышала о такой проблеме. И это меня сильно тревожит. Но так как поделать пока ничего не могу, то приходится делать то, что в моих силах – завершить задание.

Задумавшись, снова скольжу взглядом по своим соклановцам.

Как я уже говорил, на самом деле вся эта глазастая орава пялится не на меня. Марана сидит на скамье рядом со мной, прогревая мои доспехи на левом боку жаром демонического тела. Вот на нее и устремлены взгляды всех присутствующих. Словно для почти четырех десятков суров, как мужского, так и женского пола, нет ничего интереснее, чем наблюдать, как суккуба полирует коготки о грубую, как наждак, поверхность моего щита, специально заимствованного для этого «пикантного» занятия. Такое влияние демонессы на умы окружающих начинает тревожить. И ведь она даже не прилагает усилий специально, все происходит само собой.

Между прочим, даже линарец здесь, на корабле. Новоявленный почитатель Мараны засел где-то на самой корме, за каютой Хорки, вне зоны видимости. Охраняет тень Мараны. Все время опасаюсь, что линарец сорвется с поводка в самый неподходящий момент, вскипит, как перегретый чайник. Но Марану это совершенно не заботит, на мои осторожные расспросы в чат она лишь загадочно улыбается. Скорее всего, мои тревоги напрасны. Но по моему мнению разумнее обходиться без помощников с подавленной свободой воли.

В нашу сторону не смотрит лишь Алия. Она расположилась недалеко от Чупы, на девушке добротная кожаная броня с металлическими вставками, в правой руке – короткое копье, широкое листовидное жало оружия блестит любовно отполированным металлом. Я не вижу лица Алии, но кажется, что даже её спина выражает неодобрение. Я хорошо чувствую ее гнев… и страх. И также хорошо понимаю, откуда у этого страха ноги растут. Несмотря на частые атаки пустотников, осколок она привыкла воспринимать как островок незыблемого постоянства в ее лишенной стабильности игровой жизни, его она готова защищать не щадя жизни. А вот мир Архипелага с летающими над бездной островами ее попросту пугает. Казалось бы, осколок – тоже своего рода островок реальности среди бездны, просто другого типа, но вот так сложилось. И залогом своего личного благополучия она считает меня, что вполне естественно. Ведь осколок зависит напрямую от судьбы Ключника.

Да, она сумела меня поразить. Когда после разговора с Хоркой я столкнулся с ней на мосту, Алия на меня накричала, не сдерживая эмоций. Никогда не видел эту тихую и спокойную девушку в таком гневе. Да чёрт побери, она даже ногой топала, а в глазах едва ли не пламя горело. В тот момент она была чем-то неуловимо похожа на Марану. Издержки донорства при жертвенном воскрешении? Чур меня. Мне и одной демонессы более чем достаточно.

Все её претензии сводились к одному – я не должен, не имею права так рисковать собой, как это произошло с последней вылазкой, в результате чего глава клана оказался на Острове Мертвецов и несколько часов соклановцы гадали о его судьбе, предполагая самое худшее и надеясь, что всё обойдется. Конечно, всё обошлось, но осадочек остался.

Еще и Ранилак масла в огонь подлил. После пробежки по островам до ближайшего астрального маяка он ввалился в Цитадель с Зиком, Там Иной, щенками и Фурией, но из всей компании только он и поддержал Алию.

«Тебе не обязательно выполнять все самому», «вот зачем ты поперся на встречу с Майло, если подозревал, что это было ловушкой», «а я тебе говорил, но ты меня не послушал»… И так далее в том же духе.

Понятное, дело, что Алия – его подруга, он обязан был это сделать. Но пришлось обоих ставить на место. То-то они удивились, когда я в свою очередь рявкнул на них. Ничего, пусть привыкают. Я им не добрый дядюшка, готовый прогнуться под любые требования, какими бы они разумными не казались. Слишком уж все расслабились от моей чрезмерной доброжелательности, но так продолжаться вечно не может. Они ведь тоже должны понимать, сколько забот висит на моих в плечах. Постоянные думы о развитии и защите о Цитадели. О сурах, которых принял в клан, а ведь их все больше. О решениях, которые приходится ежедневно принимать, и не все этими решениями довольны. Никогда так и не будет, чтобы устраивало всех, это нормально. Но советы советами, а как лидер я обязан быть жестче остальных и моё мнение должно быть определяющим, иначе грош цена моему лидерству.

Никому не позволю сбивать себя с намеченного пути, иначе этот долг меня просто сожрет. Когда вытащу весь народ, шагнувший в портал Лунной Радуги и застрявший в пустоте безвременья, обязательно устрою себе самоволку. Свалю куда-нибудь на очень долгий срок, оставив Цитадель на попечение заместителя, и пусть сами решают все проблемы хотя бы какое-то время. Думаю, прихвачу только своих питомцев и, пожалуй, Марану. Более чем достаточно для теплой и необременительной компании.

В общем, Алия крепко на меня обиделась, но ничего, переживет. Вместо нее за старшего в Цитадели пришлось оставить Ранилака, а саму Алию – забрать в рейд. Своего рода наказание за неприятный разговор, который мне устроили эти двое. Алия чересчур засиделась в осколке. Стала забывать, каков реальный мир на вкус, со всеми его интересностями и опасностями, поэтому и стала позволять себе больше, чем следовало. Развиваться должны все, без исключений. Вот и я не могу отсиживаться в осколке, как бы им этого не хотелось. А еще риск – это разрядка. Он мне необходим как воздух – также, как и развитие. Чем сильнее я становлюсь, тем больше шансов у меня уцелеть. После Острова Мертвецов я реально стал сильнее. Да к черту, не хватало еще самого себя убеждать в том, что прав! В конце концов, я владею Цитаделью по праву и мне отдавать приказы, какие сочту нужными…

Всё верно, я просто слегка нервничаю. Ну ладно, не слегка. Последнее время ни один план не удаётся реализовать так, как задумано. Всё так или иначе срывается. Удача с невезением постоянно идут рука об руку, и это заранее беспокоит. До сих пор неизвестно, где Горад. Может, прячется на самом острове, может, крадется совсем недалеко среди нулевок по ту сторону течения на своем корабле, наблюдая за нами из тумана бездны и выжидая подходящего момента, чтобы сделать очередную пакость. Он же ненормальный, так почему нет? А может, и вовсе свалил куда подальше, чтобы придумать новый план, ведь срываются задумки и намерения не только у него. Но где бы он ни был, он по-прежнему остается «темной лошадкой», тем негативным фактором, который может вмешаться в планы в самый неподходящий момент. И это стоит учитывать.

Раздумья прерывает поднявшаяся на палубе суета. Нет, никакой тревоги, просто мы наконец прибываем в нужное место. Несколько «когтей» принимаются за работу с такелажем, чтобы уменьшить площадь парусов и снизить скорость. Корпус корабля несколько раз сильно вздрагивает, словно живой, нос сильнее разворачивается к суше. В этом есть некая ирония, когда оказывается, что самый короткий путь к Смотрителю – тот, что я проделал после побега с корабля Горада. Большеглазый точно так же подплывает к мысу в северо-западной части острова, где из края над бездной выступает комплекс из заброшенных причалов.

Важный момент: несмотря на отсутствие Крохи, нас больше не тревожит Аура истощения. Хорка её полностью блокирует своими возможностями антимага, защищая весь рейд. Его могущество не устает изумлять, и мне интересно, где же у него предел, если он без тени сомнения уверен, что Смотритель для него – легкая задачка?

Нахлобучиваю шлем. Он оставляет лицо открытым, защищая переносицу лишь стреловидным наносником. К нижнему срезу крепятся пластины, прикрывая шею с боков и сзади. Начинаю уже к нему привыкать, хотя до сих пор как-то обходился. Затем поднимаюсь, подхватываю щит, подхожу к борту и нахожу взглядом знакомую пристань. Вернее, оставшийся от неё после взрыва огненного заклинания огрызок, выступающий из тверди всего метра на три. Для причала такого большого корабля как Большеглазый он не годится, этот хлам снесет инерцией и весом, мы наверняка будем высаживаться дальше, где виднеются причалы поприличнее.

Но мои мысли сразу же опровергает Хорка Умный.

– Подъем! – рявкает за спиной Видящий, появляясь из каюты, и четыре десятка существ разумных на палубе приходят в движение, проверяя снаряжение и оружие, готовясь к высадке. – Проверить «свистки»! Причаливать не будем, прыгаем на ходу! Живее, сонные увальни! Плетей на вас нет!

Летучие стражники, курсирующие вокруг корабля на варнах, теперь разлетаются вдоль линии берега, словно осенние листья под порывом ветра. Они тоже не собираются приземляться. На острове им делать нечего, спешившись, они потеряют преимущество, так что просто проводят дополнительную разведку с воздуха, а затем останутся охранять корабль вместе с парой назначенных «когтей».

Когда оборачиваюсь, Хорка подмигивает мне и первым перемахивает через борт. Несмотря на закованную в доспехи тяжеловесную фигуру, длинный двадцатиметровый прыжок белогривого гхэлла выглядит почти изящно, а может, просто у него «свисток» получше, чем у остальных. Наметив подходящий участок на берегу, я резко разгоняюсь в два шага и сигаю следом, а за мной начинают прыгать «когти» и соклановцы.

Надеюсь, хоть на этот раз у нас всё получится, как надо.

К ущелью, где обитает колония камнеедов, мы подходим куда быстрее, чем я добирался в прошлый раз. Вполне объяснимо. Тогда я мчался сломя голову, отчаянно петляя, спасаясь от возможной погони и от летящих в спину заклинаний. Зато сейчас, когда спешить незачем, узнаю каждый клочок местности, каждый камень и дерево по пути, словно старых друзей. Память любого игрока идеальна.

«Когти» выбирают дорогу уверенно, оставляя в стороне сложные участки вроде крутых оврагов, каменных залежей, или древесных завалов. При мне сильных бурь в локации пока не было, но буреломы говорили о другом – что подобное здесь случается. Видимо, в тот самый Сезон Бурь, о котором мне уже приходилось слышать – явление нечастое, но обычно катастрофическое по последствиям. Несколько разведчиков Видящего рыскают где-то впереди, за стеной корявого низкорослого леса, заранее проверяют дорогу. Самих их не вижу, но могу отслеживать зеленые метки по виртуальной карте. Еще десяток «когтей» движется впереди рейда бронированной подковой, а тройка опытных вояк следует позади нас с Хоркой, шагающих в центре построения, прикрывая тыл. Видящий обещал полную безопасность для моих суров, и тщательно следит за выполнением своих обещаний.

Впрочем, это не помешало ему предоставить руководство моими соклановцами мне, а мне, в свою очередь, переложить заботы на Джарука. Хорка ворчит, что я сам должен учиться управлять таким количеством бойцов, опыт полезный, и обязательно пригодится в будущем. Я и не спорю. Но толком не отдохнув после предыдущих приключений, чувствую себя странно, внимание слишком рассеянное, тяжело сконцентрироваться на новых проблемах, да и думы о Крохе не выходят из головы. Так что лучше пусть за нами своими зоркими тигриными глазами присматривает четырехрукий Джарук, не хочу напортачить из-за невнимательности. А опыт у Джарука есть, когда-то мы вместе по серпантину штурмовали Цитадель Крика в Лунной Радуге.

Бой начинается издалека, задолго до того, как рейд достигает территории камнеедов. Первыми под раздачу попадают их разведчики, двойки и тройки. Крупные шестилапые панцирники с треском выскакивают из искусственно навороченных завалов, атакуют копьями лап и жвалами. Я больше для них не случайный союзник, такая удача выпадает лишь раз, да и то для одиночек. Сорок рыл, идущих в сторону родовых пещер – это несомненная опасность, на которую камнееды бросаются без раздумий. Хорка выбирает этот маршрут намеренно, он знает, что мне необходимы очки умений, к тому же гнездовье этих созданий – отличное место для зарабатывания опыта, как боевого, так и игрового.

И теперь эта шестилапая помесь черепах с пауками атакует нас со всех сторон. Раскидывая завалы из веток и камней, маскирующих их укрытия, они непрерывно лезут бурыми шевелящимися потоками из нор, которыми усеяны не только внутренние склоны ущелья, но и местность в лесу. Длинные алебарды «когтей» легко останавливают их наскоки, заставляя пятиться и угрожающе задирать многометровые лапы. На самом деле я понимаю, что это лишь выглядит легко, боевая выучка гхэллов из свиты Хорки Умного вызывает искреннее восхищение. Тяжелое оружие вращается в лапах псоглавых суров невесомыми тростинками, с исключительной точностью перебивая сочленения вражеских конечностей. Так же ловко они отражали нападение пожирателей, когда те высаживали десант на палубу Быстроглазого.

Когда камнееды в нашу прошлую встречу рвали на куски Пастуха, я не заметил у них каких-то особых умений, не вижу их и сейчас. А проверив бестиарий, убеждаюсь, что их атаки сплошь физические – удары лап, оканчивающихся могучими серпами полуметровых когтей, выпады ядовитых и острых как бритва жвал, наскоки панцирем, чтобы подмять врага тяжелым телом и растоптать. Им мало что удается, «когти» – слишком опытные противники и не позволяют себя достать. Но даже будь у камнеедов магические сюрпризы, им бы это не помогло – Хорка глушит чужую магию, и противнику остается лишь рукопашная.

Почти не замедлившись с начала атаки, бойцы нашего рейда продвигаются вдоль ущелья, уничтожая и тесня камнеедов. Гхэллы выдерживают четкую десятиметровую дистанцию от края – это предельное расстояние для выпрыгивающих время от времени из провала тварей, которые пытаются налететь на бойцов и сбить их с ног, но в результате приземляются под выверенные удары их хищно сверкающих на солнце алебард. Алия и Джарук тоже в первых рядах, лишь немного отстают от гхэллов, и в основном занимаются подранками, что им вполне по силам с учетом уровней и вооружения.

Я шагаю рядом с Хоркой в середине рейда, лишь изредка вмешиваясь в бой дистанционно, и только умениями с быстрыми откатами – плетью боли, душеловом, или копьями стихий. Экономлю силы. Когда доберемся до Смотрителя, у меня будет задачка посерьезнее, так что заранее набираюсь решимости и продумываю каждый шаг, который сделаю, когда вступлю на территорию каменного титана. Сейчас же у меня отличная возможность еще разок присмотреться к кандидатам в свой клан, оценить их боевые качества, характер, владение оружием и сообразительность.

Марана держится поблизости от нас с Видящим, ее реющая над плечом магическая сфера вспыхивает то багровым, то желтым светом, посылая что-нибудь убойное, лишь когда кто-нибудь из противников оказывается слишком близко на ее взгляд. Она присматривает за моей безопасностью, словно самого Хорки для этого недостаточно, демонесса не доверит это занятие никому, кроме себя. Зато Фурия отрывается на полную катушку. Ее крылатое серое тело мелькает в гуще схватки, частенько опережая даже «когтей». Я за нее не беспокоюсь, Фурия быстрее наших противников. Жаль лишь, что с нами нет Крохи, привык, что они развлекаются вместе.

Мне нравятся, как работают мои дриады с дреланами. Защитные ауры у всех активированы и переливаются едва заметными бликами на их гибких телах. Обе пары действуют вроде бы сами по себе, но в тоже время постоянно страхуют друг друга, где бы не находились. Не первый раз прихожу к мысли, что у этих двух рас взаимодействие налажено на инстинктивном уровне. Но если Зик и Гуц выглядят словно две горошины из стручка – одинаковая внешность, перламутровые доспехи, бионические копья, одинаковые боевые приемы, то дриады по боевым возможностям, пусть и не слишком сильно, но разнятся, как и их оружие. Обе постоянно перемещаются, лавируя среди участников сражения и выбирая наиболее удобные позиции в быстро меняющейся ситуации, движение – залог выживания для дистанционных бойцов, не обладающих большой защитой. За ними трудно уследить. Но я все же время от времени выхватываю взглядом, как Там Ина, страж леса, экономно и предельно точно всаживает стрелы из своего фигурного лука в глазные углубления на панцирях камнеедов, а затем добивает их завершающим энергетическим выстрелом, высвобождая накопленные очки атаки. Тикки Тара – хранитель природы, это худощавое стройное создание с зеленоватой кожей орудует изящным полутораметровым посохом, навершие которого горит ядовитой зеленью магической ауры. Она не может призывать Росянку или могучего Древня, как ее подруга. Зато умеет создавать целый пак из шести древесных миньонов, каждый из которых слабее Древня, но в сумме это приличная сила, и живут эти миньоны несколько часов, а не минуты, как создания Там Ины.

Как раз наблюдаю, как шестеро помощников бросаются на прорвавшегося сквозь строй камнееда, хватают его за лапы и стремительно укореняются, буквально пришпиливая монстра к каменистой земле. Тот бессильно щелкает жвалами, на которых блестят прозрачные капли яда, а в следующий миг наконечник бионического копья Гуца, прилетев откуда-то из-за мельтешащих тел, проламывает хитин на голове твари. Еще у Тикки Тара есть Повиновение, которое подчиняет существо, если его ведущая характеристика не превышает величину разума заклинателя. Я уже видел, как она заставила одного из камнеедов развернуться и броситься на своих. Длительность умения зависит от силы подчиненного существа, и продолжается обычно всего несколько секунд, но даже за эти секунды вреда от него немало.

Щенки тут как тут: метательный топорик Пятнышка с хрустом вонзается в головогрудь подбитого дриадами камнееда, юный гхэлл проносится мимо, на ходу выдергивая оружие, и в намеченную лезвием топора рану тут же входит арбалетный болт Шустрика.

Риста не видно, но по карте я вижу, что он рядом – прочесывает местность в поисках новых врагов, пока мы разбираемся с камнеедами. Иногда сквозь листву и ветви даже прорываются вспышки от Светового лезвия, когда он находит врагов. Поводок Мараны все еще не ослаб, и похоже, уже не ослабнет, она сумела зацепить что-то глубоко в душе линарца, и помогает он уже скорее не по принуждению, а по собственному желанию, по крайней мере такое создается впечатление.

Яростный рев, удары оружием, вспышки заклинаний. Рейд проходит сквозь противников, как нож сквозь масло, оставляя после себя десятки трупов. Дорога расчищается быстрее, чем можно описать эту бойню. Отрубленные и оторванные хитиновые конечности валятся вокруг словно колосья под серпом жнеца, их так много, что они хрустят под ногами на каждом шагу. После двух десятков трупов система сообщает, что задание по популяции камнеедов выполнено, я получаю 20% от текущего уровня (опыт: 2297555/3822000), и 2 очка умений. Все, сотня очков собрана! Само собой, я дико рад, но не позволяю себе поспешных действий. Подниму ранг Душелова, когда выпадет момент поспокойнее. А уж закреплять такое количество статов разумно исключительно возле Колыбели, так что сперва придется вернуться в Цитадель. Пока же бой продолжается.

Обращает на себя внимания троица новичков. Они держатся позади строя «когтей», как и положено тем, у кого уровни поменьше, но Роник и Снафу Кусака не остаются без дела, камнееды частенько прорываются сквозь строй более опытных воинов, или иногда «когти» разрывают этот строй, позволяя нанести удар меньшим товарищам, и те не упускают случая. Сноровисто отбивая щитом длинную изогнутую конечность противника, которая едва не нанизывает его, словно на копье, Роник пыхтит как перегретый чайник, уклоняется от следующего удара и его обоюдоострый топор, скорее – укороченная секира, со всего размаху врубается в сочленение. Звук, как от удара по бревну, летят осколки хитина и брызги маслянистой крови. Лохматый Снафу Кусака азартно рычит, мигом подлетает к поврежденной конечности, с невероятной скоростью мелькают его кинжалы, и лапа разваливается надвое. Камнеед припадает на брюхо, шипит и щелкает жвалами, но тут до него добирается Искра – в красивом прыжке пиромантка пружинисто взлетает с пригорка в воздух, чтобы вернее направить удар, и с помощью пылающего жезла посылает один за другим сразу три огненных шара прямо в распахнутую глотку монстра. Тот давится дымом и огнем, индикатор жизни улетает в красную зону и обнуляется, а Роник и Снафу Кусака уже бегут дальше, азартно рыча и потрясая оружием. Эта троица все еще по привычке держится прежней группой, но это скоро пройдет, когда сработаются с новым окружением. Для этого и нужны совместные походы.

Усиления, наведенные на рейд Хоркой, даже без баффов Михонариума позволяют низкоуровневым бойцам действовать более уверенно и наносить существенный урон более могучим, чем они сами, противникам. На вопрос, где этот чертов бард шляется, Видящий лишь ухмыляется и заверяет, что дело у него достойное, и когда в нем действительно возникнет необходимость, он появится. Но не в этом рейде.

Зелеакс – красава. Стройный и элегантный, темный эльф придерживается относительно безопасной дистанции позади бойцов ближнего боя, работает спокойно и сосредоточенно, на совесть. Когда есть кому танковать, он в полной мере может раскрыть свои способности без помех. У него свой алгоритм, присущий его редкому классу хаотика, или демонолога. Уже знаю, что он умеет куда больше, чем показывает, но пока в основном вижу часто повторяющуюся ротацию, которой ему вполне достаточно для уничтожения противника соло: Первая кровь (урон по отмеченной цели любыми ударами усиливается на 30-50%), Пронзающий взгляд (ментальный удар, ошеломляющий противника), Вязкий туман (выброс облака магического тумана вокруг цели, снижение точности врага и замедление его реакции), Обжигающий жар (воспламенение участка местности благодаря туману) и добивающий Стиратель (растворение пораженной все тем же туманом плоти врага).

Стиратель Зелеакса – весьма опасное умение. Как только он выбирает цель и начинает свой «танец», союзники предусмотрительно отступают в сторону, чтобы самим не словить последствия. От Стирателя панцирная броня камнееда растворяется как сахар в кипятке.

Зелеакс, кстати, предусмотрительно держится возле Юлианны, охраняет подругу своего погибшего приятеля Тангара, он куда сильнее ее, ведь девушка – обычный стрелок. И по его взглядам, которые он бросает на нее, понимаю, что он и сам не прочь занять место возле этой девушки. Их отношения меня не касаются, но нельзя не отметить, что Юлианна у нас – истинная красотка.

Наши девушки все по своему симпатичные, но Юлианна – особый случай. К примеру, дриады по человеческим меркам внешне очень специфические – мелкие черты, узкие лица, зеленоватая кожа, хрупкое телосложение. Белобрысая Искра довольно привлекательна, но грубовата, отчасти смахивает на мальчишку, как чертами, так и манерами. У неё даже походка мужская, да и за словом в карман не лезет, плевать ей на приличия и вежливость, как думает, так и говорит. Алия миловидна, и фигурка у нее стройная, но ничего особенного, сильно взгляд не цепляет (с другой стороны, именно этим она мне и нравится – спокойной, неброской красотой). Демонесса вне категорий, ей красота не обязательна, окружающие и так от нее без ума.

А вот Юлианна…

Изящные черты лица, большие выразительные карие глаза, обрамленные пушистыми ресницами, чувственные губы, черные как вороново крыло волосы, стройная фигура с крутыми бедрами, тонкой талией и высокой грудью. Простая, но хорошо подогнанная кожаная одежда выгодно подчеркивающая все достоинства ее роскошной фигуры, девушка ступает по полю боя, как королева в окружении подданных. После вести о смерти Тангара она уже успела оттаять, на ее губах иногда мелькает улыбка. Но кое-что настораживает: иногда выхватываю моменты, как она смотрит на кого-нибудь с непонятным высокомерием, словно на грязь. Например, на гхэллов или дреланов. Да и дриады у нее заметного дружелюбия не вызывают. Расовая нетерпимость? Или что-то не слишком хорошее было в прошлом, связанное именно с этими расами? Как говорится, пожуем – увидим, а пока мне куда ближе Алия и Там Ина, их я знаю дольше всех. Впрочем, Искра тоже вызывает положительный отклик, именно своей грубоватой простотой и искренностью.

Гхэллам человеческая красота до фонаря, как и дреланам, им дриад вполне хватает, не даром они всегда ходят парами. Но кроме Зелеакса, на Юлианну посматривают и Люкас с Роником (хоть и гном, а все же). Само собой, раз я это вижу, то и сам посматриваю. Впрочем, работа у меня такая, присматривать за всеми своими в рейде, не стоит совсем уж спихивать руководство на Джарука. Ракшас справляется уверенно, но все же расклад здесь, на Архипелаге, совсем иной. Ведь под нашим началом бойцы самых разных рас, а не только привычные сородичи Джарука. Классы и спеки тоже более разнообразные, сложнее учитывать, чтобы использовать все сильные стороны и не забывать о слабых. К тому же в азарте мелкие уровни постоянно норовят оказаться впереди и Джарук порыкивает, осаживая авантюристов и проводя рокировку бойцов в соответствии с меняющейся обстановкой. Чаще всего достается Люкасу и щенкам, они самые непоседливые в рейде. А вот когда его рык не помогает, неслухов приходится утихомиривать мне.

Ломая линию атаки, на открытое место с шумом вылетает здоровенный камнеед. От ударов гигантских лап камни и почва летят вокруг фонтаном. Размеры монстра поражают – он вдвое крупнее остальных. Интересно, где он отсиживался, когда его сородичей терроризировал Пастух? Или это системная замена, пока обитавший на дне ущелья босс возрождается?

Матерый вожак камнеедов

50-й уровень

Жизнь 96000

Существо Природы

Джарук с рыком командует разойтись всем в стороны, но Хорка сводит его попытку защитить рейд на нет, так как сам вступает в бой. И сразу ставит жирную точку. Короткий и мощный разбег возносит Видящего прямо на спину камнееду, он пролетает прямо над бессильно щелкающими жвалами, каждое размером с нож бульдозера. Сверкает гигантский меч и с громовым ударом, в облаке сверкающих синеватых молний, широкое лезвие почти целиком входит в бурую верхушку окаменевшего панциря. Чудовище рушится на брюхо как скала, сотрясая ударом массивного тела землю, а белогривый предводитель спокойно спрыгивает вниз и снова закидывает свой жуткий меч за спину. Я, конечно, в курсе, насколько могуч наш Видящий, недаром он на равных бился с Ревуном, магом Смерти, во время набега пожирателей, но все равно очередное свидетельство его мощи впечатляет до глубины души, особенно когда это происходит на твоих глазах совсем рядом. Ему хватило единственного удара!

После победы над предводителем камнеедов бой мгновенно стихает. Уцелевшие торопливо отступают и прячутся в норах, они больше не представляют опасности. По распоряжению Хорки несколько минут уходит на сбор кристаллов, «когти» без лишних разговоров делят добычу и часть отдают моему клану. Жаль, на титана мини-босс не потянул, с него дропается элитный кристалл без умения, зато аж 6 ранга – явление крайне редкое для нашей локации. Хорка отдает его мне лично, а я вручаю его Джаруку. Для энергоисточника Цитадели такой трофей подойдет в самый раз, его энергоемкость на порядок выше, чем у кристаллов пятого ранга, стоит его поберечь. У ракшаса тоже два подсумка на ремне за мохнатой спиной, берет с меня пример, так что часть элитных кристаллов из новых трофеев тоже отдаю ему, мои подсумки и так полны. В общем-то, подсумки есть у всех, это неизменная часть снаряжения любого бойца, нет их лишь у Мараны, которая по-прежнему не носит ничего, кроме своей кожи, бижутерии и магической сферы. Фурия после боя крутится рядом, всем своим видом выпрашивая одобрения, да я и сам с большим удовольствием треплю её по холке. У дикоши тоже есть подсумок, он занят специальным снаряжением – крепления и тросы для полетов между островами. Это всегда может пригодиться, поэтому незачем забивать подсумок чем-то еще, что могут нести другие.

Затем мы используем «свистки», чтобы перескочить через расселину, они отлично подходят для преодоления таких препятствий, и вскоре все оказываемся на той стороне. На дне ущелья клубится лишь туман и ничего больше, монстры такой категории как Пастух возрождается с очень большими перерывами, поэтому нам никто не препятствует.

Еще несколько минут спустя после короткой пробежки четыре десятка бойцов останавливаются перед каменистой равниной, возле самой границы, где начинаются владения Смотрителя.

– Твой черед, – рокочущим басом роняет Хорка Умный, делая знак своим «когтям» оставаться на месте, и я выхожу вперед.

Глава 18. Территория Смотрителя

– Опасное место, – ворчит линарец, словно поблескивающий ртутью призрак появляясь в двух шагах слева и чуть позади. – Зачем мы здесь?

Рист – единственный из рейда, кто не знает, что мы здесь забыли. Его это просто не интересует, ему достаточно того, что он находится рядом с Мараной и ловит ее благожелательный взгляд. Приревновать, что ли? Нет, пусть пока развлекаются. К обоюдной пользе. Благодаря суккубе Рист, возможно, наконец научится ценить хорошую компанию, а клану пригодится такой как он боец. У меня на его счет далеко идущие планы.

– Собираюсь атаковать Смотрителя, – я усмехаюсь, понимая, как это самонадеянно звучит, если произнести вслух.

– Рист не будет этого делать, – линарец делает шаг назад, его и без того беспокойный хвост начинает двигаться вдвое быстрее, в четырех черных как смоляные пятна глазах отражается смятение. Второй раз за день вижу, что Риста способно что-то поразить до глубины души, или что там у него вместо души имеется. Первый раз его поразила Марана. Он даже свой жуткий трезубец сильнее стиснул сразу тремя лапами из четырех хватательных.

– Конечно, – я пожимаю плечами. – Я сделаю это сам.

– Один?!

Он делает еще шаг назад, и этим тут же пользуется Фурия. Могучее дымчато-серое тело небрежно оттесняет линарца в сторону, дикоша фыркает мне в ухо и осторожно, чтобы ненароком не сбить с ног, толкает широким покатым лбом в плечо. Здоровая же она стала… Отпихиваю пальцами ее влажный нос, размером с мою ладонь, которым она норовит ткнуться мне в лицо, с нежностью в душе треплю по холке, задрав руку выше плеча. Дикоша чувствует мои сомнения и тоже начинает волноваться, ее крылья подрагивают, словно ей не терпится взлететь и ринуться в атаку. Командую оставаться на месте, с Мараной. Даже не так – прошу. Это важно.

– Будь осторожен. Потеря сейва – это все-таки потеря, – чувствую прикосновение горячей ладони демонессы к правому плечу, красноватые отблески в её внимательно смотрящих на меня глазах становится сильнее. – Сколько у тебя осталось?

На самом деле, Марана прекрасно знает, сколько у меня сейвов, но у нас это превратилось в своеобразный ритуал. Все-таки демонесса – не обычная женщина, проявлять заботу прилюдно не в ее характере. Но мы хорошо понимаем друг друга и без лишних слов.

– Больше, чем у тебя. Все, я пошел.

Невольно хмыкаю, узнавая место, где мы с Майло делали привал после ущелья Пастуха. Граница безопасной зоны. Подхожу ближе. От прогретых солнечными лучами и поблескивающих слюдяными вкраплениями камней несет сухим теплом. Присаживаюсь на тот же камень, на котором сидел в прошлый раз, окидываю задумчивым взглядом равнину. Не оставляет странное ощущение, что я в прошлый раз был здесь очень давно, хотя не прошло и суток. Я много чего Майло наобещал, хотя пока ничего не выполнил. Надо будет этим заняться сразу после Смотрителя. Хорка наверняка будет недоволен, но я уже принял решение.

Протяженность каменистой равнины, посреди которой обитает это исполинское существо – около двух километров. Это означает, что нужно преодолеть всего километр, ведь босс возникает в центре равнины. Угу, километр. Всего. Бегом. Плёвое дело.

Известны три умения Смотрителя, Хорка дополнил информацию Майло. Подземный удар – выброс энергии в толще земли в направлении противника на расстоянии до километра, то есть практически до самой границы агрозоны. Я прекрасно помню, как почва змеилась трещинами под ногами, как хлестко взрывались камни, разлетаясь шрапнелью. До сих пор считаю, что тогда легко отделался, и все еще не по себе при этом воспоминании. Чудовищное буйство энергий, царствовавшее тогда вокруг босса, буквально меняющее физику пространства, не может не внушить должного почтения.

Стоп, чувства в сторону, ближе к делу. Более опасное умение Смотрителя – Каменный хлыст: удар каменными щупальцами на расстоянии до ста пятидесяти метров. По заверению Майло – зона тотальной смерти. Ведь большинство заклинаний и умений игроков полноценно срабатывают не дальше, чем с пятидесяти метров, Месть камикадзе – не исключение. При этом у босса есть еще умение Каменное одухотворение, с помощью которого он призывает помощников-големов. В действии я его не видел, по рассказу Хорки лишние камни просто собираются в мелких аддов и атакуют врагов на границе агрозоны. Вряд ли до этого умения дело дойдет и на этот раз, так что в расчет не беру.

На самом деле не всё так плохо.

В прошлый раз при нашей пробежке с убийцей Смотрителю понадобилось не меньше трех минут, чтобы собрать свою тушу из окружающих камней и атаковать. Именно эта медлительность и позволила не склеить ласты на подконтрольной ему территории. Физические удары по нему пасуют, это же десятки, а может и сотни тонн сплошного камня, да еще и зачарованного. С магией тоже все непросто. Но магия магии рознь. Майло называл Смотрителя не просто титаном, а супер-титаном. Считал, что это просто стихийная сила, созданная системой для антуража – как дегустаторы, обитающие в Белой Мгле, которых никто и никогда не убивал. Но Хорка без тени сомнения уверен, что Смотритель ему по силам. Хочется верить, что так и есть, иначе риск слишком велик. Вся надежда на то, что Месть камикадзе – особенное умение, и в связке с Великим уравнителем должна сработать как панацея.

Задумчиво глядя на равнину, я вкладываю сто очков умений в Душелова и получаю ожидаемый результат.

Душелов

Ранг 5 (0/1000 ОУ)

Уникальное умение

Единовременно наносит астральный урон, равный шестикратному ФУ, и такой же урон в течение 30 секунд, восстанавливая хозяину 160% здоровья и энергии от нанесенного урона

Игнорирует любую защиту, как физическую, так и магическую

Активируется при наличии кристалла сущности

Восстановление: 1 минута

Приятная неожиданность, хотя подозрения, что именно так и будет, имелись. Когда я поднимал ранг умения до пятого Иллюзией совершенства, то описание выглядело скромнее. Сопряженные умения Месть камикадзе и Хватка лича по свойствам не изменились, лишь добавилась Цепная смерть на постоянной основе:

Цепная смерть

Пассив

Душелов, Хватка лича или Жатва душ могут дополнительно поразить до трех врагов рядом с первоначальной целью (объекты с Меткой еретика получают на 50% урона больше)

Награда за достижение 5 ранга (на выбор):

1. 1000 единиц параметров

2. 1000% опыта от текущего уровня

Расклад я прикидывал заранее, так что сейчас нет необходимости вдаваться в расчеты. 1000% опыта от текущего уровня – это подъем до 47 уровня. Нехило, верно? Эти уровни дадут в сумме 350 статов (автоматические + свободные), также прибавят 11 очков умений, не говоря уже о том, что сам 47 уровень изменит все коэффициенты, в том числе атаки и защиты, в лучшую сторону. С другой стороны, я могу эти уровни поднять естественным ходом, получив эти же самые плюшки. А если возьму сейчас опыт, то 1000 статов упущу навсегда. Да-да, и не надо мне напоминать, что была ситуация в Лунной Радуге, когда пришлось брать именно опытом. Сейчас расклад совсем другой, так что однозначно выбираю статы.

Внимание!

Попытка усвоить 1000 единиц параметров единовременно без контроля Колыбели может обернуться разрушением аватары и потерей сейва

Знаю, Команч рассказывал о таком предупреждении, но я и не собираюсь этого делать, у меня сейчас на уме другой эксперимент. Активирую Иллюзию совершенства и искусственно поднимаю Душелов еще на ранг. Базовое описание, само собой, не изменяется, зато в сопряженных умениях наконец возникает то самое, что давно жажду увидеть:

Жатва душ

Умение полностью уничтожает как свои, так и вражеские сейвы, обрекая врага в случае гибели на окончательную смерть

Имеется 10% шанс, что часть уничтоженных сейвов, как своих, так и чужих, будет возвращена/передана атакующему сразу после использования умения

При использовании инициатор получает проклятие Великое изнурение:

Регенерация здоровья и энергии, а также все параметры уменьшаются вдвое на следующие сутки

Каждое применение Жатвы душ до спада проклятия вдвое усиливает негативный эффект

Тихо и обескураженно смеюсь. Вот так умение, из разряда «Сам погибай, но врага нагибай?!» Что я недавно говорил? Что рано или поздно найдется способ быстро зарабатывать сейвы? Ага, получите и распишитесь. Правда, больше вижу шанс их потерять. Тем не менее, я не нахожу в описании отката. А значит, можно предположить, что в данном случае имеем минутный откат базового умения – Душелова. Поэтому и дано предупреждение про Изнурение. Черт. Стоит такое умение ста очков? Не знаю. Нужно разбираться. Но не сейчас, Жатва мне пока не понадобится, к Смотрителю она не применима, это всего лишь босс, хоть и супер. Моя цель не прикончить его окончательной смертью, вряд ли это вообще возможно, а просто победить. Хотя бы разок.

Повторяю мысленно, как мантру, простую последовательность предстоящих шагов: добежать до Смотрителя на дистанцию поражения, установить астральный маяк, активировать Месть камикадзе. Хорка, кстати, подсказал, что раз умение досталось с босса, то Оковы вполне могут сработать на существе более-менее равного статуса, поэтому делаю в уме пометку. Всё это нужно проделать до того, как босс успеет нанести удар, так как этот удар будет для меня первым и последним. Если случится совсем что-то непредвиденное, то у меня есть 5 секунд непробиваемой защиты – сфера Абсолюта. Если с местью вообще ни черта не выйдет – уйду в портал, и Смотрителем займется лично Хорка.

Бросаю последний взгляд за спину, на рейд.

Впереди молчаливой цепью стоят кряжистые, псоглавые воины, в проклепанных металлом кожаных доспехах, воткнув древки алебард в землю перед собой. Мейх Остроухий, старый знакомец, хитро подмигивает в ответ на мой взгляд. Его приятель Корх Меткач просто насмешливо скалится. Они всегда рядом, эта сладкая парочка. Стараются подбодрить? Шестнадцать «когтей», двое остались на корабле. Если все пойдет как надо, они уже не понадобятся. Если нет… Они все равно не смогут помочь. Позади них мои соклановцы. Взгляды тревожные, любопытные, непонимающие. Больше всего беспокоятся щенки, Пятнышко и Шустрик с трудом заставляют себя стоять на месте, в подражание взрослым. Получается у них не очень. Они все еще слишком непоседливы, как дети. Дети и есть. Кое-что соклановцам известно о моих намерениях, но всё я не выкладывал, так как сам еще не знаю, как дело пойдет. Чуть больше знает лишь Хорка и Марана, с ними я и составлял план.

Замечаю Чупу. Она стоит чуть позади Хорки, практически прячась за его широкой спиной. Девчушка метр двадцать ростом смотрит на меня мрачным, тоскливым взглядом, чувствую пожирающее ее душу одиночество, хотя вокруг полно народа. В драке с камнеедами она все время держалась в тени, но ее снаряды из пращи неизменно находили своих жертв. Работая на Хорку, девушка поднялась до 37 уровня – очень приличный результат, учитывая, что времени прошло немного, а бонус роста, как мне – Ключнику, ей не положен. Явно помог с опытом сам Видящий.

Удачи, повелитель, – шепчет в чат Марана, когда я поднимаюсь на ноги. Хорка просто кивает белой башкой, встряхивая лохматой гривой. Фурия бьёт хвостом по своим ребрам, звук как от удара по боксерской груше, угрожающе вздымает крылья. Дикоше страшно не хочется снова оставлять меня одного, но ничего не поделаешь.

Смотрю вперед, в центр равнины, где находится самое заметное нагромождение камней, целый курган из разнокалиберных кусков – от щебня с кулак величиной до скал высотой с одноэтажный дом. Все-таки я ненормальный. О чем только думал, когда решил, что смогу это сделать…

Все, хватит мандражировать, и без меня есть кому волноваться.

Делаю первый шаг, машинально проверяя последний раз, всё ли на месте. Щит, меч, кинжал. Вряд ли оружие мне вообще понадобится, но все же. Астральный маяк в слоте пояса. Еще один – в левом подсумке.

Бег начинаю еще до перехода границы агрозоны, поэтому, когда её пересекаю, то уже несусь на приличной скорости, разгоняясь с каждым шагом. И сразу с нарастающим холодком в сердце замечаю, как что-то идет явно вопреки ожиданиям. Равнина приходит в опасное движение сразу, без замедления. Слишком мало времени прошло с прошлого раза, когда мы с Майло потревожили Смотрителя? Это мы с Хоркой не учли, но давать отбой уже поздно. Низкий угрожающий гул раскатывается над поверхностью каменистой земли тяжелыми, физически ощутимыми волнами.

Знак Алана предупреждающе обжигает лицо, и я ускоряюсь до максимума. Камни летят под ноги, словно живые, да так оно и есть. Сперва меня пытаются сбить булыжники помельче, хлестко лупят по сапогам и коленям, звенят по металлическим вставкам. Но затем и крупные начинают срываться с места, внезапно перекатываются под ноги в последний момент, и, чтобы не перепрыгивать каждый раз с риском полететь кубарем, заранее начинаю брать в сторону, огибая и лавируя среди шевелящихся нагромождений. Все это выглядит жутковато, но некогда предаваться страхам.

Расстояние до кургана в центре равнины сокращаю быстро, но и интенсивность движения вокруг нарастает, заставляя рваться вперед еще сильнее. Уже вижу, как все больше камней устремляются в сторону кургана, катятся по равнине, безжалостно вспахивая и без того развороченный дерн, с треском бьются друг о друга, образуя сперва ручейки, а затем и жутковатые потоки, где более крупные обломки перемалывают и стирают в пыль те, что помельче. Угрожающий гул усиливается, от него начинают болезненно вибрировать кости и мышцы, наэлектризованный воздух все ощутимее пахнет озоном.

А затем начинает шевелиться сам курган, когда до него еще остается целых две сотни метров, и я понимаю, что уже не успеваю. Проклятье, не хотел применять раньше времени, но деваться некуда!

Теневое преимущество бросает вперед, словно из катапульты, ведь я и так мчусь на пределе возможностей, а божественное умение удваивает скорость. Это едва не играет дурную шутку, не успеваю толком оценить изменившиеся параметры и чуть было не врубаюсь в ближайшую кучу камней, перегородившую путь. Отчаянный прыжок, камни проносятся под ногами, подошвы бьют в сухую землю, несусь дальше – вдоль текущего к кургану каменного потока. Скрежет и грохот трущихся и сталкивающихся камней заглушает не только бешеное биение сердца, но и шум шагов. Громыхающий фон настолько силен, что я вдруг почти глохну, и дальше бегу в странной, ревущей тишине. Ноющая боль в костях от вибрации становится обжигающей. Дебафф частичного оглушения размывает картинку перед глазами, словно резко падает разрешение и четкость экрана. Накатывает дурнота. В прошлый раз такого не было, а сейчас бегу почти ослепший, на грани потери сознания. Черт! Помоги мне Алан…

Сто метров. Курган все ближе, его рост угрожающе ускоряется – груда камней, в которую впадает несколько десятков громыхающих потоков, вытягивается вширь метров на пятьдесят, и метров на двадцать ввысь. Они уже полностью заслоняют горизонт, ощущаю себя пигмеем на фоне исполина, зерном на мельничных жерновах, песчинкой. Как я собирался ЭТО победить?! Я точно ненормальный….

Мощный подземный удар сотрясает землю. Теперь даже те камни, что не подавали признаков жизни, причудливыми гроздьями взлетают в воздух, ухудшая и без того паршивую видимость. Словно на несколько мгновений пропадает гравитация. Скорость слишком большая, видимость отвратная, не успеваю уклониться и несколько камней размером с кулак отскакивают от нагрудника. Грохота не слышу, лишь чувствую удары от столкновения. А затем эти чертовы камни принимаются врезаться в меня, как управляемые ракеты, один за другим, прилетая со всевозможных направлений. Взмывают с земли, вырываются из шевелящихся куч, отделяются от грохочущего слева каменного потока. Толчки становятся все безжалостнее, все сильнее, сбивая скорость и направление, затрудняя ориентацию. Меня мотает, как лист на ветру, несмотря на теневое преимущество, скорость снова падает до обычной. Пробиваюсь словно сквозь стену из каменного града. Поток слева вдруг резко отклоняется, выгибается дугой в мою сторону, но не успеваю шарахнуться прочь, как он взмывает вверх гигантской извивающейся змеёй. Могучие каменные жгуты толщиной в несколько метров и длиной за сотню, затмевают небо перекрещивающимися, выбивающими друг из друга искры, дугами. Их десятки. Твою ж мать, эти потоки, стелившиеся по земле – и есть щупальца Смотрителя!

Исполинское существо формируется все стремительнее, наливаясь смертельной угрозой – вращающееся вокруг оси тридцатиметровое веретено из тысяч создающих его форму разнокалиберных камней. И когда по его телу и конечностям начинают течь сверкающие голубоватые молнии, вспухая и скручиваясь словно чудовищные мышцы из чистой энергии, я понимаю, что мое время вышло.

Семьдесят метров.

Каменный Смотритель

50-й уровень

Жизнь 432000

Существо Хаоса

Сильнейший удар в шлем едва не опрокидывает навзничь, успеваю рухнуть на колено и удержать равновесие, череп гудит, как колокол, перед глазами двоится. Остался бы без башки, если бы не шлем, и как раньше обходился без него… Ловлю следующий каменный снаряд выхваченным из-за спины щитом, едва успеваю отразить в сторону. Окончательно глохну, грохот вокруг стоит чудовищный, но я ничего не слышу, лишь вибрация пронизывает воздух, пронизывает тело, разрывает плоть. Лицо в крови, кожа рассечена осколками, капает с подбородка, стекает за ворот панциря. Вскакиваю, и снова падаю на колени от обжигающего удара в бедро, кости хрустят, а нестерпимая боль пробивается сквозь фон горящей на коже печати Алана. Ну же, будь оно все проклято, еще немного! Отчаянным рывком вздергиваю себя на ноги и преодолеваю последние метры, правая нога почти не слушается, чувствую, как кровь пропитывает штанину, но осматривать некогда.

Пятьдесят метров!

С разгона падаю на левое колено. Выхватываю расходник астрального маяка, вбиваю в змеящуюся трещинами почву. Есть контакт! Теперь могу уйти в любой момент, но главное еще не сделано…

Вскидываю руку, чтобы прицелиться Местью, поднимаю взгляд, пытаясь найти в плавающей перед лицом мути центр приложения сил. Да как тут можно хоть что-то разглядеть!! Кругом вижу лишь чертовы камни, летающие вокруг, как рой чудовищных пчел! Растерянно поднимаю взгляд еще выше, мне нужно центральное ядро Смотрителя, его сверкающее голубыми молниями «сердце», поддерживающее всю эту оглушительную и зубодробительную свистопляску. Твою же… я окончательно потерял направление, не могу найти, где же эта тварь, передо мной, или уже за спиной. Когда вокруг такое творится и тебя каждую секунду толкает и швыряет, словно щепку в урагане, а перед глазами рябит и мелькает всякая хрень, немудрено сбиться с пути и пропустить смертельный удар, который это чудовище уже наверняка готовит…

А затем все, абсолютно все идет наперекосяк. Буквально за секунду-другую происходит сразу несколько событий.

Очередной удар в плечо заставляет хрустнуть кости, вспышка острой боли затмевает зрение, я отшатываюсь, и перед глазами вдруг возникает Кроха. Светящийся силуэт фейри на миг ослепляет, и я понимаю, насколько потемнело вокруг от сонма несущихся в воздухе камней, казалось, сама аура исполина затмевает дневной свет, превращая день в сумерки. Кроха явилась на боль, почувствовала сразу, как только установил портал, сорвалась не раздумывая. Хочу крикнуть, отослать ее обратно, но уже поздно: в ту же секунду, почти одновременно с её появлением, на земле под легким крылатым силуэтом вдруг разворачивается наполненное абсолютной тьмой пятно портала Стихии Смерти. Я сразу вспоминаю, когда и где уже видел такой, и прихожу в ужас, чувствуя, как ситуация становится непоправимо катастрофической. Хорка оказался прав, и эта правда наполняет меня яростью и страхом одновременно. Страхом за фейри. Пока фейри находилась в осколке, метка смерти на ее тельце молчала, но стоило ей вернуться на Архипелаг, и враг тут же ее почувствовал. Почувствовал и явился.

Черное пятно портала мгновенно увеличивается до двух метров в диаметре и в его центре появляется Горад. Едва узнаю этого ушлепка, настолько изменился: прежним выглядит лишь одеяние из серого балахона до пят, но это уже не низкорослый грузный тип с мясистым лицом и водянистыми глазами, с которым я сталкивался на его корабле. Рост мага увеличился вдвое, лицо словно высохло, бледная кожа обтягивает череп, казалось, почти лишившийся плоти. Когда его глаза останавливаются на мне, вижу, что радужку полностью залила тьма, и это по-настоящему жутко. Он открывает рот, показывая пожелтевшие и заострившиеся зубы, черные татуировки на его щеках – скрещенные берцовые кости и человеческий череп – вспыхивают ядовито-зеленым светом.

Время словно замедляется. Костлявая рука Горада в просторном рукаве плавно взмахивает коротким жезлом, который и сам напоминает руку мертвеца, над плечом разгорается заклинанием багровый магический шар. Горад не замедлен и не оглушен, он действует быстрее, всего лишь на долю секунды, но этого оказывается достаточно, и его Мёртвая тишина падает на мои плечи невидимым куполом. Месть гаснет, так и не разродившись, словно огонь под наброшенным сверху влажным одеялом. Рыча от ярости, как гхэлл, я тут же вскидываю пальцы к выглядывающей из-за плеча рукояти Пламеня, но не успеваю проткнуть его железом.

Горад явился по следу метки, рассчитывая, что застанет меня врасплох, чтобы прикончить, подчинить и забрать с собой, но кое-чего он не учел. Например, чудовищного Смотрителя за спиной. Рев босса и буйство стихии вокруг невозможно проигнорировать, от наэлектризованного воздуха вставшие дыбом волосы темного мага приподнимают капюшон, и его хитрожопые планы тоже летят к чертям, как и мои. Почуяв неладное, Горад резко оглядывается через плечо, поднимает пропитанный тьмой взгляд. И видит, как с неба на нас стремительно рушится сверкающая прожилками голубых молний чудовищная конечность Смотрителя, собираясь прихлопнуть обоих, как назойливых мух.

Реакция мерзавца мгновенная. Он хватает костлявыми пальцами замершую у него перед глазами, ошалевшую и совершенно дезориентированную Кроху, и исчезает с ней в портале. Не колеблюсь ни секунду, уже плохо что соображая от рева, грохота и нарастающей, ломающей кости вибрации, зато отчетливо понимая, что из-за Горада и его Мертвой тишины мой план окончательно улетел к чертям. Но ухожу не в астральный портал. Сейчас мне плевать, что на территории Горада слишком много неизвестных величин, я не отдам ему Кроху. Плевать, что это намеренная провокация, внутри вспыхивает бешенство, жжет душу. Так бывает, когда обстоятельства важнее последствий и похищение фейри требует немедленного отмщения. Это чувство настолько сильно и всепоглощающе, что разум отходит на задний план.

За мгновение до удара щупальца Смотрителя прыгаю вперед, в тёмное пятно схлопывающегося портала, и буйство стихий, как бритвой, отрезает тьма перехода.

Глава 19. Ритуал

Ленивое течение мыслей. Тишина. Благостная, спокойная. Никаких тревог. Знакомое состояние…

Стоп.

Резко открываю глаза, и спокойствие разлетается на осколки. Сижу в позе медитации на портальной плите, вокруг – облицованные янтарем стены цилиндрического зала Колыбели. Вот это новость. Я все-таки погиб?! Как?! Почему последнее, что помню, это как прыгаю в черный портал, а потом прихожу в себя… здесь, в Колыбели. Кроха! А что с ней?! В безотчетном порыве пытаюсь встать и едва не падаю, тело не успевает за разумом. Чьи-то сильные руки цепко подхватывают и удерживают под локоть.

– Тише, повелитель.

– Хватит уже с этим повелителем, я же просил.

– Как скажешь, по…

– Марана!

Она умолкает, уловив вспыхнувшее во мне раздражение, но я хорошо чувствую ее молчаливый сарказм, который окатывает меня как ведро холодной воды. Демонесса плавно выходит из-за спины, цокая копытами по каменному полу, останавливается напротив, пытливо заглядывая в мои глаза своими, светящимися красным внутренним огнем. Наши лица близки, чувствую ее горячее, словно у спящего дракона дыхание. Я успокаиваюсь. Кроха здесь, в Цитадели, я ее чувствую. Пока этого достаточно. Фурия тоже жива, хотя и не в Цитадели. Ищу, где именно, и нахожу отклик недалеко от маяка на острове Огрызок. Какого хрена она там делает? Опа. Да там почти весь клан, судя по меткам…

– Не думай о памяти, – с бархатной хрипотцой мурлычет Марана. – Придержи вопросы. Ты всё вспомнишь. А сейчас нам нужно немного поторопиться. За тридцать часов, пока мы ждали твоего возрождения, Хорка многое успел сделать. И кое-что приготовил, что невозможно начать без тебя.

Хмурюсь, но принимаю правила игры. Марана плохого не предложит. Надо, значит, надо. Все привязанные вещи разложены вокруг, как и при прошлом возрождении. Начинаю облачаться. Марана помогает. Когти на её пальцах ничуть не мешают ловким движениям. Сет Серебряной листвы не привязан к душе, откат на привязку каждой вещи составляет сутки, элементарно не успел. Но раз броня здесь, значит, принесли заранее. Забрали с места гибели, где бы это ни случилось. Напяливаю элементы сета поверх кожаной одежды производства Цитадели, споро затягиваем в четыре руки ремешки, застегиваем крючки креплений. Вскоре снова сияю с ног до головы полированным серебром с причудливой гравировкой из листочков и цветочков. Затем креплю к поясу фляги с зельем здоровья и водой, сзади – два подсумка с кристаллами. Закидываю за спину щит и Пламень. Проверяю подсумки, все кристаллы на месте. Черт. Черт, черт! Выходит, завалить Смотрителя не удалось. Последними натягиваю перчатки и замираю на минутку, закрепляя статы от сета в текущей комплектации.

Поднимаемся по лестнице из Колыбели в оружейку, затем еще выше, проходим через мастерские, где пыхтящие за работой коби одновременно отрываются от дел, поднимают свои носатые мордахи и с молчаливым любопытством провожают нас с Мараной взглядами. Демонесса шагает по мосту впереди, непринужденно играя идеальной формы бедрами, кончик её хвоста плавно покачивается от пятки до пятки, добавляя некоей пикантности её походке. Черная грива волос живописно колышется водопадом тьмы при каждом шаге на обтянутых красной чешуйчатой кожей плечах и спине, на устремленных в легком наклоне по ходу движения черных рожках посверкивают редкие синеватые искры. Она прекрасно знает, какое впечатление производит, и никогда не упускает случая это впечатление закрепить. Я и не против. Любуюсь. Хорошо отвлекает от негатива.

Марана ведет прямиком к сияющему шару астрального портала в Центре Управления, словно сам я найти не смогу. Здесь нас уже поджидает Кроха, и больше никого нет. У нее почему-то испуганно-виноватый вид. Фейри нерешительно приближается, работая золотистыми крылышками, замирает в метре на уровне плеча, и я с любопытством рассматриваю её новый наряд. Вернее, первый наряд в её жизни, так как раньше она обходилась без одежки. Наверняка постарались коби: тельце фейри обтягивает топик и короткая юбка из тончайшей светло-коричневой замши. Я понимаю, зачем ей это понадобилось, Крохе неприятно, что на её тельце темнеют пятна от метки Смерти, так что одежка оказалась лучшим вариантом для маскировки от нескромных взглядов. Выглядит в одежке фейри весьма симпатично, даже пикантно, но ничего не говорю, она и так чувствует мои эмоции, а лишнее слово может только навредить её чувствительной натуре. Для меня важно лишь одно – Кроха жива. Гораду она не досталась. Значит, смерть оказалась не напрасной. Но теперь, пока мы не найдем, как убрать метку, ей придется оставаться в Цитадели, посвятив свое время работе с ремесленными алтарями. Однозначно. И Кроха это тоже прекрасно понимает.

– Босс? Я правда не хотела все испортить…

– Ты ничего не испортила, малявка, – небрежно фыркает Марана. – Потом поговорите по душам.

Марана плавным жестом когтистой лапки указывает на портал, снова предлагая поторопиться, затем исчезает в радужной вспышке. Шагаю следом и оказываюсь на острове. Узнаю его почти сразу, скорее по ощущению, чем по виду: Огрызок. Стартовая точка для несостоявшегося эксперимента с Древом Смерти. Недаром я засёк здесь остальных соклановцев.

Яркое солнце светит в прищуренные глаза, по ощущениям полдень. Пропитанный невесомой пылью ветерок сушит лицо. Шагаем дальше, Марана уверенно ведет за собой. Живой растительности здесь давно нет, куда ни бросишь взгляд – все высохло, вымерло, истлело. На севере, если хорошенько присмотреться, видна разделительная полоса между краем острова и бездной. А если поднять взгляд еще выше, то он упирается в чудовищной величины силуэт Древа Смерти, который прекрасно видно за многие и многие километры. Обращаю внимание на шкалу опыта. Странно. По всем срокам Повторение пройденного провалено, но нет, задание все еще висит в журнале, словно законсервированное. Так что штраф меня пока не настиг и 50% опыта текущего уровня не потеряно. Даже немного приобрел. Логи боя хранятся не больше часа, но характерных деталей, по которым можно понять многое, всегда предостаточно. Кого-то я определенно прикончил. Просматриваю Список Мертвых, но увы, имени Горада там нет.

Досадно. Слегка.

С эмоциями у меня черт знает что. Словно обложены ватой. Реакция на всё вялая: ни злости, ни гнева, ни возмущения. Радость такая же – бледное подобие того, что должен испытывать, узнав, что Кроха спасена. Сильной тревоги по своему состоянию тоже не ощущаю. Уверен, что все в скором времени придет в норму, а пока шагаю как сомнамбула.

Тихо позвякивают доспехи, сапоги с легким хрустом сминают в пыль ломкую траву. Долетающие сюда эманации Ауры Смертного Истощения продолжают грызть остров незримо и неутомимо. По сути, Огрызок уже мертв и скоро опустится в пучину, забрав с собой следы предстоящего действа. Редкие деревья выглядят не лучше травы – высохшие останки с безжизненно раскоряченными ломкими ветвями. Я знаю, куда меня ведет Марана, и силуэт одного из «когтей», замеченный впереди за одним из таких сухостоев, подтверждает догадку. Гхэлл с алебардой в лапе косится на меня молча, фыркает вместо приветствия, обдаёт густым запахом псины, когда прохожу мимо. Справа и слева от него метрах в сорока замечаю такие же рослые косматые фигуры. Оцепление.

Еще через минуту подходим к терпеливо ожидающей нас группе суров, среди которых, само собой, больше всего могучей фигурой выделяется Хорка и тройка его «когтей». Из новичков вижу Искру, Юлианну, Зелеакса, Роника и Снафу Кусаку. Больше, чем необходимо. Все так рвутся в клан, что не сумели договориться, чья очередь? Выборкой наверняка занималась Марана, она моя негласная тень по большинству вопросов, требующих решений в мое отсутствие. Выбор одобряю. Юлианна здесь ради Тангара, готова отдать сейв ради своего парня. Похвально и достойно уважения. Искра и Роник – интересные классы, чем быстрее пройдут проверку донорством, тем быстрее войдут в полноценный состав клана. Зелеакс… он недавно едва не погиб, но ничего, переживет еще раз. Дело благое. Хорошо, что Марана предпочла взять народ с запасом, есть из кого выбирать.

Хорка не просто так предпочел безлюдный остров с маяком на отшибе, практически рядом с Древом Смерти, где случайных путешественников практически не бывает. А если кто и появится, оцепление перехватит. Наверняка вокруг острова и стражники на варнах рассекают, бдят окрестности. Где-то здесь и мои сокланы. Их не видно, но нахожу метки на виртуальной карте. Потому и пусто в Цитадели.

Я бы и сам так предложил.

Нечего лишним чужакам делать в Цитадели. Особенно Майло и Убивашке, им самое место на этом пыльном клочке летающей земли. Да и мертвяки для кандидатов в союзники пока сомнительны. Если и впрямь воскреснут в прежнем статусе, живыми – замечательно, но это еще не означает, что они автоматически воспылают ко мне благодарностью и станут друзьями. Если же эксперимент пойдет лесом, то проще будет здесь их и прикончить, тихо и быстро.

Хорка выдвигается навстречу, когда до него остается десяток шагов, мы останавливаемся друг против друга. Тяжелая ладонь опускается на мой левый стальной наплечник. Жест дружеский.

– Рад, что ты вернулся. Ты уже понял, что я задумал. Сколько мест тебе нужно? Тех двоих предлагаю не возвращать.

– Прости, но с меня достаточно долгов, висящих над душой, – говорю ровным, безразличным тоном, абсолютно уверенный в своем решении. – Я обещал Майло возродить Убивашку. Лично мне она ничего плохого не сделала и может послужить залогом доброй воли при разговоре с Майло. С ним ведь далеко не все однозначно. Возможно, он работал на Горада, а может, это только так, кажется, и он преследовал свои цели. Надо разобраться. В любом случае, он может нам пригодиться, вернее, его информация о координатах базы «Серого ветра». Так что мне нужны три места. Добровольцы с моей стороны…

Я еще раз бросаю оценивающий взгляд на новичков. Пожалуй, будет лучше, если Юлианна вместо жертвенной смерти получит своего Тангара прямо сейчас, в любящие объятия, так что её в расчет не берем.

– Дело твое, – перебивает Хорка. – Своих доноров я уже выбрал.

Если бы Хорка продолжил настаивать на своих условиях и рекомендациях, тут бы я и задумался, настолько ли хорош мой будущий партнер, насколько мне показалось. Но он не стал препятствовать. Плюс в копилку к репутации, не системной, а моей к нему лично.

Подходим к группе суров, сообщаю свой выбор новичкам, а Хорка отдает команды своим.

– А можно в следующий раз? – в легком смятении спрашивает Искра. – Я не против, но у меня осталось лишь два сейва. Еще немного, и будет третий. Вот тогда…

Точно. Моя оплошность. Уточняю, сколько сейвов у остальных.

– Три, – нехотя признается коренастый и низкорослый Роник, нещадно скрипя пальцами по жесткой щетине на подбородке, словно решил срочно побриться без бритвы. Беспокойно всем и у каждого беспокойство выражается по-своему.

– Четыре, – ухмыляется Снафу Кусака с таким видом, словно сейчас бросится в бой.

– Пять, – после небольшой паузы роняет слегка побледневшая Юлианна, понимая, что шансы для жертвы у неё резко возрастают.

– Два, – флегматично пожимает плечами Зелеакс, как бы говоря, что ничего против не имеет, несмотря на два сейва.

Прикосновение к локтю заставляет меня обернуться, по привычке смотрю прямо перед собой, затем немного опускаю взгляд. Чупа. Девушка-низуши. Не заметил, когда и откуда она тут появилась. Впрочем, где Хорка, там и Чупа, она ведь его вперёдсмотрящая. Стоит, смотрит на меня снизу вверх умоляющим взглядом больших карих глаз на обрамленной кудряшками круглой мордашке.

– Возьми меня, – просит Чупа. – Вместо Юлианны. Я хочу вернуться в твой клан. Мне… Я устала… гхэллы… Я…

Она умолкает, не находя подходящих слов, чтобы выразить то, что испытывает. К тому же гхэллы стоят рядом, мешая ей высказаться откровенно. А про чат она, конечно, забыла. Переволновалась. Неожиданный момент. Но быстро нахожу, как отбояриться:

– Ты служишь Видящему. Сперва стоит спросить его. Если он не против, то…

– Забирай, – кивает Хорка Умный, благосклонно глядя на Чупу, совсем маленькую на фоне его могучей фигуры. И скалится своей характерной зубастой усмешкой: – Мои суры – твои суры. Скоро у нас многое будет общим, так или иначе. Начнем?

– Хорошо, Чупа, – вздыхаю я. – Я уважу твою просьбу.

– Спасибо, – голос девчонки срывается от волнения на писк, и я отвожу взгляд, скрывая собственное смущение. – Ты не пожалеешь! Я обещаю!

– Не сомневаюсь, Чупа, – ворчу я. – Не сомневаюсь. А теперь…

Я уже сообразил, что раз Марана была в курсе, когда снаряжала меня возле Колыбели, то все необходимое должно быть со мной. Без тени сомнения запускаю руку в подсумок и выуживаю жертвенный расходник. Выстраиваю доноров в круг двухметрового диаметра, приседаю в центре на корточки и опускаю кристалл острым концом в землю.

– Так, народ. Процесс проверен. Бояться не стоит. Боли не будет, очнетесь в Колыбели, каждый в соответствии со своим интервалом по репликации. Все ясно?

Нестройный хор голосов в ответ, даже гхэллы что-то согласно порыкивают. Уже не слушаю, активирую фиал. Кристалл вспыхивает ярким желтым светом, невидимая сила мягко отталкивает ладонь. Зависнув в нескольких сантиметрах над каменистой почвой, он начинает вращаться вокруг оси, разбрасывая блики по нашим телам.

Поспешно выхожу за круг доноров и останавливаюсь между Мараной и Хоркой.

Выбраны пары:

Убивашка (50) – Чупа (37)

Майло (43) – Роник (38)

Тангар (43) – Зелеакс (46)

Шабл (50) – Снафу Кусака (36)

Мор Блеск Молнии (50) – Вокерс Смешливый (50)

Кронос (50) – Торг Усатый (50)

Соответствие доноров и реципиентов подтверждено

Внимание!

Процесс жертвенного размена душ разрушителен для доноров и необратим после активации!

Попытка отмены приведет к гибели доноров!

Активировать процесс: да/нет?

Да, и Алан нас сохрани!

Кстати, насчет Алана. На острове нет его алтаря, так что божество сейчас представляю я лично, как его первожрец, и ответственности на мне куда больше, чем в Цитадели. К счастью, особых изменений пока не чувствую, все начинается также, как и в прошлый раз.

Свет от кристалла тянется к донорам, обволакивает их тела тонкой струящейся пленкой, искажает до неузнаваемости черты. Фигуры начинают быстро меняться, плавиться, словно восковые. А затем меня пронизывает до костей внутренний удар, окружающие звуки замирают, даже свет, кажется, останавливается. Процесс длится несколько минут, и все это время ощущаю на плечах чудовищную тяжесть божественного внимания. Я словно сам, невидимыми руками, леплю из своих соклановцев и «когтей» новые личности. Ощущение странное, пугающее. И волнующее. Вот оно, почти божественное могущество. Силуэты доноров обрастают призрачными контурами сияющих серебром шестигранников, серебро сгущается, полностью скрывает тела. От кристаллических оболочек по земле снаружи круга вытягиваются глубокие тени, плавят почву, превращая тени в шесть овальных лож.

Давящая тяжесть исчезает. Только сейчас чувствую, как меня с двух сторон поддерживают Хорка и Марана. Вымотан так, что хочется рухнуть. Инстинктивно пытаюсь выпрямить спину, вздохнуть поглубже, и это усилие оказывается последней каплей – сознание уплывает в багровую черноту.

Прихожу в себя уже в Цитадели, на своей койке на третьем этаже, в закутке, огороженном ширмами. Сразу слышу цокот шагов Мараны, почуявшей мое пробуждение. Через секунду она возникает рядом, присаживается на край, берет горячими пальцами за левую кисть, коготки царапают кожу.

– Всё прошло отлично, – отвечает демонесса на невысказанный вопрос, протягивает мне флягу. – Мертвецы вернулись в мир живых. Хорка в экстазе. Рвется в бой.

Поднимаюсь в положение сидя, спускаю ноги с койки, глоток зелья освежает горло, вливает заряд бодрости в тело. Так гораздо лучше.

– И многое они помнят о своей прошлой жизни?

– Все. Они помнят все. Как до проклятья, так и после.

– Хреново, наверное, – я качаю головой.

– Как сказать. Впрочем, нас это не касается. Нужно обсудить несколько важных вопросов. Помнишь, как Хорка говорил, что Майло нам не нужен?

– Я не помню лишь эпизода с собственной смертью, а всё остальное…

– Ему известно местонахождение «Серого ветра», – перебивает Марана. – Он после мне сказал, когда ты снова отключился. Без Алана твоих сил едва хватило. В следующий раз ритуал стоит проводить в зоне действия маяка, чтобы Алан смог тебя поддержать как следует. Местонахождение гнезда пиратов выяснил Михонариум. Мы думали, он давно покинул локацию, Хорка не опровергал и не подтверждал эти слухи, но, как выяснилось, так было надо. Всё это время эльф занимался поисками, зато его никто не искал.

Несколько секунд сижу как пень. Оцениваю информацию.

– И давно Михонариум это выяснил?

– Еще до того, как Хорка дал тебе задание, – понимающе усмехается Марана. – Ты должен был найти базу сам. По мнению Видящего, чтобы развиваться, нужно прилагать собственные усилия. Но обстоятельства изменились. Хорка утверждает, что раз у Горада появился такой портал, то он стал эмиссаром Древа Смерти и теперь полностью находится под властью Владыки. А значит, проблемы у нас гораздо серьезнее, чем мы надеялись, и нет смысла тянуть.

– И где же находится эта база «Серого ветра»? Почему она еще не уничтожена? На месте Хорки я бросил бы на нее силы всего форта…

– А вот этого он не сказал. Обещал, что покажет тебе лично. Говорит, там есть на что посмотреть.

– Узнаю псоглавого. Тот еще… любитель загадок.

– В общем, так. Ритуал подтвердил, что воскрешение мертвяков возможно, поэтому Хорка готов приступить к последнему этапу Тайной службы-3, – деловито продолжает Марана.

– К последнему этапу? – некое озарение начинает брезжить в сознании, пробиваясь сквозь недоумение. Кусочки пазла складываются в уверенность.

– Да. Но сперва придется дождаться, пока на ремесленном алтаре завершится создание Радужного портала.

– Хорка все-таки дал расходники?!

– Он сделал больше. Он дал шесть титаников с бросовыми свойствами, так что твои два остались нетронутыми. На втором алтаре Кроха штампует астральные маяки, уже есть два запасных. Через четверо суток, когда портал будет готов, запас астральников станет весьма приличным. Чем больше, тем лучше.

– Два запасных? – быстрый подсчет в уме выдает цифру – То есть, Кроха работает минимум сутки. И это означает только одно… Так Кроха не погибала?!

– Она сумела выскользнуть из хватки Горада, – черные губы Мараны снова растягиваются в улыбке, хорошо еще, что сочувствия в ней больше, чем насмешки. – Шустрая малявка. Горад ушел в портал не солоно хлебавши. Не получил ни тебя, ни Кроху.

Так вот почему фейри пыталась извиниться.

– То есть я прыгнул зря?!

– Я бы так не сказала, – хмыкает демонесса. – Семена Древа Смерти – отличная добыча. Не пришлось ставить эксперимент с лодкой. Очень удачно вышло.

– Ты точно не шутишь? Я побывал на Древе Смерти? Как?!

– Видимо, поэтому ты ничего и не помнишь, – кивает демонесса, вычерчивая кончиками рогов в сумраке комнаты светящиеся дуги. – Пока не помнишь. Уверена, память вернется. «Когти» Видящего, когда вывалились из портала после рейда на Древо Смерти, тоже долго были не в себе, Аура Истощения – мерзкая штука. Тебя-то она и вовсе прибила. Чудом успел прыгнуть в портал на последних процентах жизни, но дебафф сразу не исчез, он тебя и добил.

– Погоди, давай с самого начала, а то как-то сумбурно…

– Иди-ка за мной, проще показать.

Натягиваю сапоги, иду за Мараной в соседний отсек, где храню свое оружие и личные расходники. И второй раз впадаю в столбняк. Марана дает мне минутку полюбоваться, ничего не говоря. Проникнуться моментом. На небольшом столике лежит десяток крупных предметов, похожих на черные чешуйчатые ананасы, каждый размером с футбольный мяч. Осторожно прикасаюсь к ближнему, система подсвечивает его как «Семя Древа Смерти, состояние: стазис». Едва ощутимая искра проскакивает между пальцами и кожурой ананаса, обтянутого какой-то прозрачной, жесткой оболочкой, не позволяющей прикоснуться к поверхности.

– И это всё успел добыть я?! Десять семян?!

– Нет. Ты принес только одно. Горад был уверен, что Древо тебя убьет раньше, чем ты успеешь сообразить, как спастись, так что портал был ловушкой, отправившей тебя на ветку Древа. Возможно, рассчитывал, что у тебя не окажется под рукой лишнего расходника. Что ж, это едва не сработало. Но ты вырвался. Я понимаю, что в тот момент ты не отдавал отчет в последствиях. Представь, что могло случиться, если бы семя активировалось прямо здесь.

– Осколку бы очень быстро пришел конец. – Мне и в самом деле становится дурно, я отдергиваю руки от семени. – Это все равно что десять ядерных бомб с тикающим таймером.

– Ядерных бомб? – переспрашивает Марана.

– Неважно. Это Хорка их заключил в стазис?

– Нет. Осколок – это другой план реальности, когда произошел разрыв связи с Архипелагом, семена заблокировались сами.

– Класс. В природе такой механизм известен. Враждебное окружение. Семена или живые организмы впадают в спячку, закукливаются, пока снова не наступят благоприятные условия. Значит, теперь у нас есть возможность…

– Увы, – хмыкает Марана, опережая мою мысль. – Этого маяка уже нет, пожиратели уничтожили место, где он находился. Вычислили. Именно поэтому Хорка и не стал медлить, догадывался, что так и будет. Сразу после твоего возвращения, вернее, после появления в Цитадели твоего трупа, мы получили сообщения от Ранилака. И рванули на осколок. Пришлось очень быстро соображать. Я дала «когтям» временный доступ для прыжка через сеть на Древо. Сам Хорка не участвовал, его присутствие на Древе – всё равно что набат для Владыки, быстро бы обнаружили. Впрочем, на них и так напали сразу, выжили все, но едва-едва. Главное то, что Хорка теперь может заложить Семена Смерти на Острове Мертвецов в ключевых точках для подрыва. И провести массированный рейд для зачистки форта и пополнения Списка Мертвых.

– Ну, все-таки хорошие новости. Прогресс налицо. А когда понадобятся еще семена, что-нибудь придумаем. Почему, кстати, меня просто не подняли фиалом реанимации? Ранилак завредничал, что ли? За то, что оставил его на дежурстве в осколке?

– Нечего было восстанавливать, – отметает мои подозрения Марана. – Непонятно, как вообще ты сумел перенестись в таком состоянии.

– Неужто я слышу восхищение в твоем голосе? – не могу удержаться от сарказма.

– Ты прекрасно знаешь, что я всегда тобой восхищаюсь, повелитель, – той же монетой отвечает суккуба. – Особенно твоим безрассудством, которое неизменно приводит к интересным и непредсказуемым результатам.

– Ну, спасибо на добром слове.

– За это семя ты заплатил жизнью.

– Сейвом.

– Жизнью, – с нажимом повторяет демонесса, сверкнув красным огнем в глазах. Явный признак, что сердить ее сейчас лишний раз не стоит. – Ты мог и не вернуться. Поэтому отнесись серьезнее. Твоя гибель разрушила бы наши планы. И многие судьбы. Не уверена, что осколок остался бы доступен после смерти Ключника.

– Твоя правда, – нехотя соглашаюсь я. – Но в той ситуации у меня просто не было выхода.

– Был. Нужно было просто перенестись в Цитадель, без всякого геройства. Кроха смогла бы выжить без твоей сумасбродной выходки. Ладно. Разговаривать можно бесконечно, но тебе пора закрепить статы за пятый ранг. Хорка советует закреплять по сотне статов за раз, так безопаснее для самочувствия.

– Я так и собирался. Погружение сознания в астрал дает 10% шанс, что при закреплении одна из характеристик навсегда увеличится на 10% от прироста.

– Уже продумал, сколько и в какую характеристику зальешь?

– Само собой. Но с тобой делиться не буду, – я хмыкаю. – У каждого на этот счет свой взгляд и свое мнение, а у меня сейчас нет желания спорить.

– Да и времени нет, – неожиданно легко соглашается демонесса. – Что ж, тогда шевелись, повелитель.

– Очень смешно. Не находишь, что кое-что не стыкуются? Повелителям не приказывают. И ты вроде сказала, что время есть, а теперь мы снова куда-то торопимся?

– Загляни в журнал заданий, – вместо ответа предлагает Марана.

– Ты насчет Повторения пройденного? Вообще-то, я заметил еще на Огрызке…

– Хорка объяснил, в чем дело. Задание ты получил на Острове Мертвецов, а там свои временные потоки. Таймер задания срабатывает лишь пока ты на острове, а когда покидаешь его, то…

– Понял, дошло. – Я разворачиваюсь и топаю в сторону лестницы, чтобы спуститься на второй этаж к порталу. – Ты права, пора закончить со Смотрителем.

– Хорка так и думал, что ты не откажешься, – бросает уже в спину Марана. – Он ждет тебя внизу. Догадайся, чем он занят, пока ты тут со мной развлекаешься разговорами.

– Твою же за ногу… Там хоть немного вина осталось?!

Глава 20. Заядлые путешественники

Незримая сила бьет наотмашь, выбивая воздух из легких и твердь из-под ног.

В резко наступившей тишине лечу кубарем, гремя доспехами и сбивая локти и колени даже сквозь броню. Внезапный удар в спину останавливает вращение, пронизывая позвоночник острой вспышкой боли. Вскидываюсь на локте и бросаю по сторонам взгляд, пытаясь сообразить, где оказался. Хватаюсь за ствол дерева, на который и налетел спиной, вскакиваю. Тяжелый запах скользящего под пятками перегноя удушливо бьет в ноздри. Печать Алана стекает нарастающим жжением с лица на плечи, распространяясь по телу, это своего рода крик о смертельной опасности.

И вдруг понимаю, что я действительно в полной и гарантированной заднице.

Небо не падало мне на плечи. Мне тяжело дышать, потому что на меня навалилась Аура Великого Истощения, сжирая по проценту жизни, энергии и тонуса каждую секунду. Я на Древе Смерти, мать его за ногу! На одной из этих чудовищных многокилометровых лучевых веток, причем где-то недалеко от ее макушки, так как ширина здесь, где я нахожусь, составляет всего метров двадцать, и в обе стороны сквозь заросли я вижу покатый обрыв в бездну.

Быстрый разворот, охват взглядом окружающей обстановки. Я словно попал в изуродованный радиацией лес. С расстояния в несколько километров, с острова или палубы корабля, кора ствола Древа Смерти выглядит молочно-белой, но здесь, под ногами, она черна от перегноя, покрывающего ее толстым слоем. Здесь особый, свой мир с уникальной экологией. Вокруг целые рощи из каких-то корявых образований, они будто толстые уродливые шишки торчат из перегноя вертикально, метров на пять-шесть, выпуская на макушках огромные черные листья размером с палубу Быстроглазого. Нихрена себе «веточки»… И каждая такая шишка усеяна черными чешуйчатыми почками величиной с ананас.

Не вижу ни Кроху, ни Горада. Виртуальная карта тоже молчит, на ней погасли все метки, кроме моей собственной. Аура начисто отрезала внешний мир. Возможно, их здесь и не было, и это просто какая-то хитроумная ловушка. А значит, Кроху мне уже не спасти. Сдерживаю ярость, вспыхнувшую от этой мысли с новой силой. Отставить эмоции. Сосредоточиться. Ситуация уникальная в своем роде.

От портала, который меня перенес, не осталось и следа. От щита – тоже, вырвало ударом на равнине. А значит, и о Призрачном блоке, завязанном на щит, придется забыть. Зато с порталом дело поправимо. Выбираю свободный от «шишек» участок, падаю на колено и активирую астральный маяк. Есть! Опасения не сбылись – сработало. Теперь могу уйти с Древа в любой момент, и на душе сразу становится легче. Светлее. Хотя Аура даже без противников вгонит меня в кому за минуту, эту минуту стоит использовать сполна, ведь второго такого шанса может и не быть.

Нам с Хоркой нужны Семена, так? Так вот же они, кругом – сотни, тысячи «ананасов» на «шишках», они и являются Семенами Древа Смерти. Пока не активированы, это просто Семена. После активации становятся актисами, разбухая до двух метров в длину и до метра в диаметре – бомбы взрывного по росту действия. Но мне они нужны именно такими, как сейчас.

Охраны не видно, никого из пожирателей – ни трубочников, ни шатунов, ни утилизаторов, царящую вокруг мертвую тишину нарушает лишь тяжелый шелест моего дыхания. Здесь даже воздух – мертвый, он сушит горло, заставляет сжиматься легкие, протестующие против этой отравы. И каждый тик Ауры бьет по сознанию погребальным набатом, порождая вспышки нарастающей слабости.

Хрипя и кашляя, выхватываю кинжал и бросаюсь к ближайшей «шишке». Хватаюсь одной рукой за «ананас», тяну со всей дури, вонзаю острие в твердую, словно камень древесину возле основания. Снова и снова. Кора брызжет мелкими осколками, но Семя остается торчать словно монолит, не поддаваясь ни на миллиметр. Секунды тикают, отъедая жизнь, пятнадцати процентов как не бывало, зрение начинает застилать красноватый туман, все тело, даже там, где прикрыто доспехами, словно облито жгучей кислотой, и жжение усиливается. Пища для Болевого порога. Окончательно разозлившись, подкрепляю удар Обжигающей вспышкой и едва успеваю отшатнуться во вспышке взрыва. Семя разлетается и падает на шипящую почву горящими ошметками. Проклятье, придется начинать сначала!

Дерево с неудачно уничтоженным семенем вдруг вздрагивает и по его поверхности проходят волны. Кора оглушительно трескается и расступается толстыми жгутами и полосами, а у меня перехватывает дух. То, что шевелится внутри ствола, на секунду замирает, глядя на меня глазами без радужки, светящимися зеленоватыми гнилушками. Затем существо рвется наружу еще с большей силой и я быстро отступаю, меняя кинжал на меч. Теперь понятно, откуда на Древе берутся пожиратели. Они рождаются прямо из его плоти, как этот шатун.

Тварь выдирается из тисков родильного ствола и сразу нападет. Антропоморфное нечто с плотью, скроенной из узловатой серо-зеленой древесины. Наросты на теле выглядят как доспехи, правая лапа сжимает метровый отросток, имитирующий палицу. Наклонив безглазую башку с торчащими сучьями-рогами, монстр замахивается оружием и прыгает на меня. Копье ветра сбивает шатуна в прыжке, пронизывая тело голубоватыми вспышками. Он отлетает на несколько шагов, но тут же вскакивает на лапы, и снова бросается в атаку, игнорируя попытку замедлить. Хреново. Попробуем по другому, время тикает… Плеть боли перетягивает древесную тушу, снова сшибает с ног. Тут же бросаюсь вперед, перехватываю рукоять меча обратным хватом и с криком ярости всаживаю лезвие в тело. Неудачная попытка, клинок входит лишь на палец, упирается в плоть, словно в камень. Раздавшийся вокруг множественный треск заставляет опасливо отскочить от недобитого монстра. Вот же засада, а с Плетью нехорошо вышло. Сработавший шанс поражения соседних целей зацепил еще пару «шишек»… Да что за гадство, куда больше, чем две! Явно сработал некий критический параметр, и весь лес вокруг пришел в движение!

Уходить?

А как же Семя? Вот же они вокруг, лишь руку протянуть…

Отклоняюсь от просвистевшей возле уха палицы, шатун пыхтит и скрипит, проскакивая мимо, а затем с треском валится ничком от удачной подножки. Взгляд впивается в ствол, из которого он выбрался. Тот топорщится щепой и лоскутами, как раскроенная изнутри пластиковая бутылка, и на этой щепе вижу несколько семян с ослабленным основанием. О как! Плеть боли подвесила Метку еретика на сам ствол, умение восприняло этот сучок-переросток как живое существо! Вот он, последний шанс!

Больше не раздумывая, выстреливаю своим телом под Теневым проколом. Мгновенно перемещаюсь на несколько метров вперед и наношу удвоенный урон Ледяным шквалом. Жаль, что успел накопить только два очка атаки, но и так вбиваю больше шести тысяч урона. Срубленное Семя взмывает в воздух на куске древесины… и улетает прочь на несколько метров. Бросаюсь следом, не обращая внимания на окружающих со всех сторон монстров, рвущихся к нарушителю. Сбиваю кого-то плечом, уклоняюсь от удара, припадаю на колено и проскальзываю под следующи замахом, протягиваю руку к Семени, почти хватаю его…

Слой перегноя вдруг вспучивается прямо передо мной огромным горбом, проклятое во всех смыслах Семя скатывается в противоположную сторону. Горб почти мгновенно вырастает метра на три в высоту, а затем с оглушающим треском лопается. Куски коры и грязь распахиваются словно гигантский цветок, разрывая плоть лучевой ветви и выпуская наружу огромное существо. Сперва высовывается покатая как валун морда – ни глаз, ни жвал, просто утыканный короткими обонятельными шипами таран вместо башки. В следующую секунду громадный жучище расталкивает древесные ошметки широким панцирем, ворочаясь, словно танк, попавший в воронку от взрыва. Да он и есть танк, в прямом и переносном смысле, размер и возможности соответствующие. Как же ты некстати, чертов утилизатор…

Жук вскидывает передние боевые лапы, усеянные длинными и острыми как бритва шипами. Такого удара мне не пережить, инстинкты срабатывают раньше разума и я в прыжке откатываюсь в сторону, краем глаза успевая заметить, как чудовищные лапы сминают неудачно попавшего под удар шатуна, просто складывая того в кучу древесных обломков.

Подхватываюсь, снова отскок, но палица опасно приблизившегося шатуна успевает зацепить шлем. От сотрясения теряю равновесие, голова гудит, но как-то умудряюсь сделать перекат в падении. Как раз в ту сторону, где последний раз видел Семя. Как только пытаюсь вскочить, тяжелый удар сминает наплечник и снова швыряет наземь. Боль пронзает бедро, обжигает шею, чувствую горячую кровь, брызнувшую из рваных ран. Шатуны уже окружили, не дадут вырваться. Плевать. Мне нужно лишь Семя. Рыскаю взглядом по перепаханной почве, игнорируя удары, которые сыплются как из рога изобилия на спину, раздалбывая кирасу и наплечники, уродуя шлем. Да где же ты, черт тебя задери! Помоги мне, Алан!

Уходить в Абсолют бесполезно, проклятые твари никуда не денутся, наоборот, их только станет больше. Душелов – слишком долго, на это нет времени. Копье пламени – слишком опасно, вспыхнуть может все, не говоря уже о Семени, которое просто взорвется. Подлечиться Жаждой крови тоже не выйдет, прочность шкуры этих тварей в родном обиталище зашкаливает, прикончить не удается, да я даже пробить их шкуру не могу, лишь оставляю насечки!

Разворачиваясь вокруг оси мордой в мою сторону, утилизатор откидывает вал земли и древесины как нож бульдозера, и сносит еще двоих шатунов, оказавшихся слишком близко. Затем рывком выдергивает массивное тело из ямы и бросается в атаку. И тут вижу, как одна из его лап попутно пинает то самое злополучное Семя. Оно взлетает в воздух и я прыгаю к нему, вырываясь из хватки шатунов и вытягивая руки. Впиваюсь пальцами в шершавую оболочку «ананаса», словно баскетболист, поймавший мяч, и уже падая, отдаю команду на перенос по астральному маяку.

В последний момент вижу, как оказавшийся прямо передо мной шатун делает выпад и ловит меня в падении на грубо заостренный конец деревянного копья. Он целится в шею, и я ничего не успеваю сделать. Грубая древесина рвет и сминает гортань, разрывает позвоночник. Вспышка ослепляющей боли… и все затягивает мрак.

Уютно поскрипывают паруса.

Встряхиваю головой, прогоняя настырное наваждение со сценой на Древе Смерти, убираю от лица трубку, поднимаюсь со скамейки и выдыхаю колечки сизого дыма. Прохладный ветер тут же подхватывает их, уносит вдоль палубы. Одна из немногих вынужденных пауз ничегонеделанья на корабле Видящего по пути следования. Не спеша вышагиваю вдоль борта, делая вид, что не подозреваю о вражеских наблюдателях, засевших в кустах на ближайшем острове, мимо которого плывет корабль.

Нас всего четверо на борту. Рулевым веслом заняты Мэйх Остроухий и Корх Меткач. Благодаря лживой шкуре они выглядят как форменные пираты, в потрепанной броне, с именами без приставок – то есть те, кто проштрафился перед законом Архипелага. Я изображаю потерявшего нюх предводителя, командую этой парочкой, а Команча, засевшего в скрыте возле носовой надстройки, и вовсе не видно. Определяю его местоположение лишь по метке на мини-карте, и то лишь потому, что он в нашей группе. Силен, засранец. Хотя я и сам усилился неплохо. Чувствую себя совсем иначе после вливания в аватару тысячи с лишним статов. Довольно долго пришлось привыкать к новой динамике движений, к новой силе и скорости. Точнее, все еще привыкаю. Но делу это не мешает.

Нас всего четверо, потому что мы – приманка. Гарантированная. Даже Фурию убрал с глаз долой, чтобы не спугнуть «рыбёшку». Пираты не делятся новостями с такими же изгоями, как они сами. Поголовно эгоистичные натуры. Образ жизни определяет поведение. Ну как же, ведь другие кланы – это конкуренты за зоны влияния. И это уже сработало трижды. Три нападения за трое суток.

Разведчиков из клана «Смельчаков» Команч засек еще час назад. Все это время они решались: нападать, или поостеречься. Точно так же реагировали до них «Быстрые тени», а до тех – «Сыны анархии». Но в конце концов жажда наживы берет свое. Видя нашу удручающе малую численность, сорви-головы приходят к выводу, что мы и сами каким-то невероятным чудом угнали корабль у Видящего. А такой трофей не грех заполучить клану ловких и предприимчивых изгоев, которые найдут как им распорядиться с куда большей пользой, чем мы, четверо неудачников.

Они даже не подозревают, насколько ошибаются. Маяк на борту – отличный способ воевать одним кораблем, когда в любой момент можешь получить подкрепление в любом количестве, лишь бы корабль выдержал. Кстати, возле Острова Мертвецов в данный момент крутилось наготове несколько судов с порталами на борту, готовые к переброске по сигналу воинов из форта. Новая тактика для Архипелага, возможная лишь благодаря ключнику. Я начинаю понимать, почему Хорка сделал ставку именно на меня. Ведь мои возможности со временем будут лишь расти. Что же касается пиратов… Для масс-рейда потребуются все силы. Если захваченные кланы покажут себя хорошо – будет им полная амнистия. Есть ради чего стараться.

Ну вот, началось.

Интуиция, помноженная на предупреждающую вспышку жжения Печати Алана, бросает в сторону. Ничком падаю под прикрытие метровой высоты фальш-борта. Над головой свистят стрелы, впиваясь в палубу, мачты, пронзая паруса. Свист усиливается, но это уже не стрелы, это абордаж. Полтора десятка суров, возникнув словно из ниоткуда, с помощью магических толкателей проносятся над бездной, перепрыгивая с острова на палубу. Не успеваем ничего сделать, как я, Мейх и Корх оказываемся в кольце мечей и кинжалов. Драка бесполезна, но мы и не собираемся драться. Среди окруживших нас суров по большей части вижу черногривых гхэллов, но замечаю и парочку людей, и даже связку из дрелана с дриадой. Пираты насмешливо скалятся, обмениваясь банальными шуточками на наш счет, угрожающе трясут оружием. Но пока не нападают.

Кольцо вояк расступается, пропуская предводителя «Смельчаков»:

Гийом

50 уровень

Раса — человек

Класс — следопыт

Высокий, атлетически сложенный парень в богатого вида кожаных доспехах и в самой настоящей треуголке на макушке, останавливается передом мной, безошибочно выбрав старшего. Пижон. У него рыжие волосы, короткая бородка и усы, а взгляд его бледно-голубых глаз насмешлив и высокомерен. Он не сомневается в превосходстве своей команды над нами. Да и правда, с чего бы ему сомневаться, если перевес сил явно на его стороне?

– Господа, это ограбление, – с деланным радушием улыбается Гийом, положив ладони на рукояти кинжалов в лакированных ножнах, явно не из простых. За его спиной виднеется плечо роскошного лука. – Нам нужно ваше судно. Нас намного больше, так что предлагаю не сопротивляться, и никого не придется скидывать в бездну. Мы дадим вам уйти на остров. Само собой, имущество придется оставить, иначе это не ограбление, а не пойми что. Надеюсь, я доступно изъясняюсь? Скидываем оружие, доспехи, расходники, в общем, все ценное. Считаю до трех. Раз…

– Три, – я безмятежно улыбаюсь в ответ.

И тут по выражению на моей физиономии до пирата доходит, что он влип, хотя и не знает, как именно. Но реакция мгновенная, недаром он предводитель. Наплевав на собственную команду, он рывком расталкивает суров и пытается прыгнуть за борт, но не успевает. Возникший позади щеголя словно из воздуха Видящий ловит его могучей дланью за шкирку, как нашкодившего котенка. А вокруг всей пиратской братии как по волшебству вырастает плотное кольцо из «когтей», тут же берущих нарушителей в зубастый оскал из сияющих алебард.

Парочка пиратов все же успевает прорваться к борту, прыгают… и с душераздирающими воплями камнем уходят в бездну. Поняв, что произошло, остальные бросают оружие, не дожидаясь приказа белогривого гхэлла. Все их умения заблокированы, а сражаться голым оружием, не имея возможности к отступлению – верная потеря сейва. А то и хуже, если падение в бездну подарит окончательную смерть. Шутки кончились, господа пираты.

В небе над мачтами проносится несколько быстрых силуэтов варн со стражниками на загривках, как завершающий победный штрих. Надеюсь, между мной и Хоркой никогда не будет вражды и мне не придется драться с ним лично. Есть серьезные опасения, что даже сравнявшись с ним в уровне, я проиграю. Причем с треском. Гийом ведь тоже пятидесятник, и не из последних, раз лидер клана, а против Хорки – словно ребенок. Впрочем, не стоит забывать, что я – ключник. А это совсем, совсем другой расклад.

– Давно не виделись, старый пират, – Хорка ставит Гийома на палубу и, насмешливо скалясь, хлопает его по плечу, да так, что тот приседает. – Красиво я тебя сделал, согласен? Долго же ты от меня бегал, но сколько хвостом не виляй, а рано или поздно обрубят, да?

– Так и думал, что это подстава, – морщится с кислой миной рейд-лидер изгоев, но все еще пытается сохранить лицо. – А я ведь с самыми честными намерениями собрался отбить корабль у проходимцев, чтобы вернуть в форт, за амнистию.

– Будет тебе амнистия, – многообещающе ухмыляется Хорка Умный. – Если, конечно, все еще мечтаешь выбраться из этой локации в место постарше, где обитают настоящие игроки.

– И с чего такая щедрость? – настороженно морщит лоб рыжий пират.

– Пришло время забыть старые обиды. Пойдем, поговорим.

Обняв Гийома за плечи, Хорка уводит его в каюту. «Когти» по прежнему бдительно держат помрачневших пиратов в кольце стали и с заметным удовольствием отпускают издевательские шуточки на их счет. Могу их понять – они годами гоняются за подобными нарушителями, редко удается сцапать вот так, бескровно. После такого захвата изгоев обычно ждет рудник на Горбатом Великане. Отработают, в зависимости от преступлений, каждый свой срок, и на свободу с чистой совестью. Но сейчас все будет иначе.

В любом случае от меня больше ничего не зависит. Возвращаюсь на свою любимую скамейку возле каюты, втыкаю в зубы мундштук трубки, с которой так и не расставался во время нападения, и снова предаюсь раздумьям.

Иной раз стоит лишь закрыть глаза, и вижу одно из двух: или как меня убивали на Древе Смерти, или как я убивал Смотрителя. В первом случае пришлось откинуть копыта, во втором выбил из противника дух, но в дрожь бросает почти одинаково. Сильные впечатления. Куча потраченных нервных клеток. Смерть прошла рядом, не прибрав к своим загребущим рукам, но многообещающе заглянув прямо в душу.

Но это лирика.

В целом, в ожидании, пока изготавливается Радужный портал, трое суток проводим с максимальной пользой, путешествуя на корабле Видящего по заранее утвержденному им маршруту. Хорка дал на карте метки тех островов, которые по его мнению стоило бы посетить. Так как времени пока в достатке, мы не торопимся. Выполняем контроль популяции, если попадается подходящий противник, отдыхаем, помогаем с различными заданиями мирным гхэллам, которые обитают как раз на таких островах на отшибе. Маяк на корабле – это идеальная схема. Не приходится тратить расходники на сами острова. Как только находится подходящий для посещения клочок летающей суши, в чат летит команда и сокланы через маяк на борту прыгают на остров прямо из Цитадели. Или от ближайшего маяка с других островов. Иногда, ради разнообразия, и ночь проводим под открытым небом. Травим байки у костра, притираемся, знакомимся ближе с новичками. Мне даже нравится такая жизнь. В таком рейде всё просто. Знай свое место, изучай возможности, используй каждую схватку для тренировки умений. Если возникает ситуация, требующая дополнительной поддержки, чат всегда к услугам, а дополнительный расходник маяка – наготове.

Кроме стычек с пиратами, я надеялся и на встречу с Горадом.

Под страховкой Хорки Умного трижды вызывал Кроху, для приманки. Но Горад так и не явился. Вот же осторожный мудила. Хватило один раз обжечься. И хранитель форта Форэк Мудрый, и архивариус Даргарх Знающий высказались однозначно, что метку Смерти умениями не снять. Или Горад должен сдохнуть, или фейри погибнуть, больше никак. Но не убивать же Кроху собственноручно из-за этой поганой метки?! Вот и она и висит над нами, как смердящая туча, которая в любой момент может пролиться дерьмом на наши головы. С другой стороны, возмездие подождет, сейчас нужно решать проблему с Островом Мертвецов, и мне не с руки откидываться в Колыбель еще на тридцать с лишним часов, пуская клан на самотек. Ведь стычка с Горадом может закончиться и не в мою пользу, несмотря на поддержку Видящего, клана и «когтей». Все возможности лидера «Серого ветра» нам неизвестны, и это большой минус при планировании.

Немудрено, что несмотря на все плюсы положения, за эти трое суток становлюсь угрюмым и раздражительным, все чаще без особого повода рычу на своих. Тревожит меня предстоящий масс-рейд. Почему-то уверен, что без серьезных потерь не обойтись, уровень самого события как бы предполагает. Везение не бесконечно, тем более, мое везение не распространяется на тех, кого «приручил» – моих соклановцев. Потому и рычу. Защитная реакция. Не хочу никого терять, и заранее порчу отношения. Но как-то это не по-взрослому, надо бы взять себя в руки и начинать исправляться.

Пользу от этого путешествия трудно переоценить.

Например, все мои сокланы, да и я в том числе, уже выполнили Заядлого путешественника-2. Только за посещение незнакомых островов второго ранга удалось добрать 24% опыта от текущего уровня, а из двух возможных наград, сейв или уникальный навык, предпочел выбрать последний. И не прогадал, получив Щит льда. Отличная пассивка. Срабатывает в бою, перехватывая вражеский удар возникающим прямо в воздухе куском льда. Причем работает до тех пор, пока не поглотит урон в десять тысяч единиц, затем уходит на перезарядку в пять минут. И это на первом ранге! Правда, такая величина поглощения не в последнюю очередь из-за почти вдвое возросших статов, но жизнь и впрямь налаживается.

Со Смотрителем получилось… волнительно. Чуть копыта не отбросил. Перенесся на равнину, где он обитал, вместе с Хоркой. Реакция по сбору камней в кучу-малу пошла еще быстрее, чем раньше, но бежать к тушке босса уже не было необходимости, так что ситуация на этот раз находилась под нашим полным и безоговорочным контролем. Дождался, когда засверкает молниями энергетическое ядро монстра и врезал Местью камикадзе. Фейерверк был еще тот. После битвы дебаф на оглушение и частичную контузию не спадал почти сутки, да и башка от боли трещала столько же.

В общем, море незабываемых впечатлений.

Но своего мы все-таки добились, а это главное. Спалил все кристаллы в подсумках напрочь, уничтожив запасы Цитадели – мелочи, дело наживное. Снес 69% жизни, не без помощи синхронно сработавшего с Местью камикадзе Великого уравнителя. Я его почти прикончил, что уже было поводом для гордости. А Смотритель почти успел ответить. Но «почти» не считается в обоих случаях, и добил его всё-таки лично Хорка Умный. Как обычно в его стиле – одним ударом. Мгновенно принял малую божественную форму, использовав заемную силу своего покровителя. Мощь… Когда-нибудь такая мощь будет и у меня, если доживу до этого прекрасного момента. Мощь Видящего под божественной дланью Горэла прогибала само пространство. Его могучая фигура выросла минимум втрое, а меч и вовсе превратился в оружие великанов. Зммеящуюся молниями каменную сердцевину Смотрителя этот меч прорезал, словно гигантская плазменная горелка. От разлетевшихся во все стороны раскаленных каменных обломков багровым пламенем вспыхнула вся равнина… Картина апокалипсиса.

Перезарядка умений такого ранга происходит долго, я это понимаю. И также понимаю, что такие умения берегут для особых случаев. Для сражения с рейд-лидером пожирателей, например. То есть из-за меня Хорка лишился серьезного преимущества, хотя и обронил, что есть способ ускоренной перезарядки, не из простых, но к большому рейду на Остров Мертвецов он будет готов. Отчасти именно поэтому мы путешествовали к Великому Вихрю без особой спешки.

Павший Смотритель одарил меня кристаллом сущности 5 ранга со встроенным умением Каменный хлыст и опытом в количестве чуть больше четырехсот тысяч единиц. Пользы от умения пока не увидел, нужно экспериментировать, так что в слоте меча оставил Оковы. Зато достижения бесспорно оказались полезными:

Битва за гранью IV

Вашей группой впервые в локации Форт Бдительный уничтожен Смотритель, до сих пор считавшийся неистребимым существом. Достижение запечатлено в Великой Книге Бытия и станет известно на всех мирах Вселенной ИКС

Награда: 40 очков личных умений, 40 очков умений клана, 2.0 сейва

Риск – благородное дело

Награда: способность Месть камикадзе имеет 40% шанс не потратить сейв при использовании

Кстати, кое-что досталось и после посещения Древа Смерти – из разряда антидостижений:

Вор

Аура Смертного Истощения преследует похитителя Семени 20 часов за пределами охраняемой зоны

Вот эта хрень меня и добила уже в Цитадели.

Ну, хотя бы сопротивление Стихии Смерти поднял до второго ранга (6%), пока длилась схватка, и то хлеб. Впрочем, не хочу прибедняться, там же, на Древе, бывший амулет Майло захватил новое умение:

Концентрация сути

Ранг 1 (0%)

Умение поддержки

Вдвое сокращает время перезарядки и продолжительность действия умения, сохраняя его эффективность

Затраты: 300 ед. энергии

Прирост за ранг: + 1 к множителю концентрации

Подтвердить захват умения: да/нет?

Внимание!

Новое умение вытесняет захваченное ранее!

Естественно, я подтвердил замену, распылив менее значимый Призрачный блок. Пассивка реально шикарная. Пожалуй, за такую стоило заплатить сейвом. Как же жаль, что пока умение находится в амулете, развиваться оно не будет. Хорка дал подсказку, что если все же попытаюсь изучить, то стоит это сделать возле Колыбели, шансы изучения возрастают. Даже на первом ранге, привязанное к Душелову, умение поддержки сокращало время тиков до 15 секунд, сохраняя убойную силу в двадцать тысяч урона и уменьшая откат до 30 секунд. И так как Душелов – это база для Хватки лича, то и это умение тоже ускорялось. Множитель усиления концентрации привязан к собственному рангу, то есть на третьем ранге умение усилит Душелов втрое, на четвертом – вчетверо, и так далее. Мечтать не вредно. Думаю, я все-таки рискну его выучить… После масс-рейда. Не хочется лишаться такой убойной штуки перед серьезным забегом, если все же произойдет осечка и умение пропадет из арсенала.

После всех этих плюшек и попутном фарме на островах по пути к Великому Вихрю я добрался до 42 уровня. Что называется – поперло. Деньги идут к деньгам, опыт – к опыту, очки умений – к очкам. Много потратил – получил компенсацию. Теперь на всякий случай трясу с Хорки информацию, где еще в локации водятся существа, которых пока никто не побеждал, при условии, что мне они окажутся по силам. Как говорится, аппетит приходит во время еды. Жаль, что поход на других боссов Острова Мертвецов Хорка решительно отмел, заверяя, что слишком велик риск. По его словам, даже во время масс-рейда этих боссов придется избегать, иначе завалят все дело. Слишком могущественны. Сильнее, чем ревун, рейд-лидер пожирателей во время набега. Как мне кажется, Хорка все же что-то не договаривает. То ли это связано с боссами, то ли с ним лично. Кстати, именно для этой цели он и вербует пиратов. Пока мы будем прорываться в форт мертвецов, бывшие изгои будут отвлекать боссов острова. Чтобы жизнь медом не казалась, амнистию еще нужно заслужить.

С распределением статов пришлось основательно поломать голову.

Слишком много параметров и нюансов нужно было учитывать. Хотя класс у меня и свободный, но моя изначальная специализация – воин стихий, то есть все-таки воин, пусть и при поддержке магии. При этом я не танк и не боец на первой линии атаки. Меня вполне устраивает эта роль. Душеловом можно в критической ситуации восстановить энергию и жизнь, но не всегда под рукой может оказаться подходящая тушка для битья, а вне боя не поспамишь боевой абилкой. Слишком долго отдыхать, чтобы восстановить затраты естественным путем, тоже не всегда комильфо. Да и явление вроде Острова Мертвецов, со своими заскоками, наверняка не первое и последнее в моей игровой жизни. Вот и выходит, что запас мудрости и интеллекта тоже не помешает, да и магическую защиту стоит подтянуть. Но про физическую тем более нельзя забывать. Бой – штука непредсказуемая, не всегда выйдет отсидеться в задних рядах, постреливая дистанционками. И тогда начинает играть роль ловкость. Было уже несколько критичных моментов, когда ее явно не хватало. Я тогда даже немного позавидовал Команчу, но все-таки я не должен забывать про собственную базу. Мне столько профита, как следопыту, ловкость никогда не даст, так что увлекаться этим параметром слишком не стоит. Скорость и реакция важны, но те самые зависящие от физического урона Плеть боли и Душелов получают от параметра силы чуть ли не вдвое больший выхлоп, нежели от ловкости.

В конце концов я кинул по 150 статов в выносливость, разум и мудрость, 250 в ловкость и 300 в силу. Интересный момент: я закреплял параметры после вливания в каждую характеристику, но прок от медитации сработал только по наибольшим пачкам, добавив еще 10% к силе и ловкости. В итоге, с учетом позднее полученного 42 уровня, сейчас имею следующее:

Выносливость: 380

Мудрость: 409

Разум: 342

Сила: 660

Ловкость: 435

Ах да, еще за первое воскрешение зомби прилетело достижение с громким названием Смертный займ, за каждого из них теперь буду получать десятую часть сейва в свою копилку и 10% шанс ассимилировать 1% всех сопротивлений бывших мертвяков. Стимул рвать пупок неплохой, согласитесь. Вот так ключники и становятся бессмертными.

Кстати, с Убивашкой и Майло тоже вышло… интересно. Девушка оказалась натуральной фурией, не в обиду дикоше сказано. Тут вот какая штука: если уровень донора выше уровня возрожденного, то последний сохранит все свои достижения без изменений. Если уровень донора ниже – возрожденный упадет до его планки. Похожая ситуация была в Лунной Радуге с Колыбелью. Поэтому когда я ставил Чупу в пару к Убивашке, а Роника к Майло, то уже догадывался, что так и будет, но выбора особого не видел. Да и сама мысль понравилась, опустить этим деятелям гонор. Одного не учел – ключник набирает уровни быстрее, чем обычные игроки. А значит, этой парочке пришлось пролить немало пота и крови, чтобы добраться до своих высот. Убивашка, ставшая после возрождения 37, все эти дни пребывала в бешенстве и со мной не разговаривала. Да ни с кем не общалась, слонялась по кораблю молчаливой неприязненной тенью, что-то шипела под нос и прожигала всех встречных взглядом. Игнорировала даже Майло, хотя тот тоже пострадал, скатившись до 38. Но в драку не лезла, терпела свое положение. Хорка ее предупредил в своей каюте, что любая выходка, выходящая за грань разумного – и девушка тут же отправиться на рудники Горбатого Великана.

Хорка согласился взять их на поруки после моей просьбы и прикрепил обоих к нашему рейду, чтобы понаблюдать, как они себя поведут. После чего мы провели возрождение еще дважды, больше не вышло. Со всеми временными скидками каждый расходник жертвенника получался раз в тридцать часов. Видящий решил, что возрожденные воины ему понадобятся для рейда на Остров Мертвецов, поэтому убедил занять один из ремесленных алтарей именно этими расходниками. Само собой, на возрождение Хорка приводил элиту из «когтей» – пятидесятников. Несмотря на эти жертвы, пятидесятников пока не убывало, в форте хватало запасных, ведь 18 – это лишь привычная численность команды для корабля.

Бывшие мертвяки сейчас находятся в форте под наблюдением хранителя. Можно сказать – проходят реабилитацию. Форэк Мудрый изучает их моральное состояние и текущие возможности, чтобы определить, годятся они для предстоящего масс-рейда, или разумнее дать им побольше времени освоиться среди живых. Все их прежние друзья давно ушли в старшие миры, все связи и репутация обнулены. Мир для них изменился, им придется привыкать к реальности заново. Но уже благодаря уровню эти бойцы – не пустое место.

Что ж, я проверил теорию на практике и получил отличный инструмент воздействия на строптивых врагов. Ловишь, убиваешь и пока враг на респе, проводишь собственное воскрешение со сливом уровней. Наверняка пригодится в ближайшем будущем. Между прочим, больше никто в локации на такое не способен. Соблазн велик, но большая власть – большая ответственность, не стоит прибегать к таким мерам без самой крайней необходимости. А злость Убивашки как-нибудь переживу, тем более пока она под контролем Видящего. Майло я должок выплатил сполна. Вытащил из тенет смерти не только его подружку, но и его самого. А уровни… наберут. С разрешения Хорки они участвуют во всех высадках на острова, набивают компенсацию за потери. Убивашка уже взяла два уровня, Майло – один. Все мои соклановцы тоже взяли по два-три уровня. Полезная поездка. Хорка обеспечивал фарм под своим личным присмотром, опасался оставлять меня одного, пока изготовляется расходник Радужного Портала. А то вдруг выкину еще что-нибудь сумасбродное. Ну и показать мне кое-что интересное обещал в конце пути, куда мы уже трое суток и пилили.

Судя по карте, мы уже почти добрались до Великого Вихря, и как только Видящий выяснит, что необходимо, корабль пойдет обратно. На полной скорости, без остановок, доберемся до Острова Мертвецов меньше чем за сутки…

Если по справедливости, то помощь белогривого гхэлла моему клану – читерство чистой воды. Видящий не имеет права так помогать игрокам. Но у Хорки имеется свой план, а так как равный ему по могуществу в локации разве что только Владыка Древа Смерти, то кто ему укажет на эти нарушения? Столица далеко. Локация перекрыта. Если среди игроков и были шпионы из верхушки, то остались в локации и связаться с нанимателями не смогут. Последний корабль, курсирующий между локацией и столицей, покинул форт Бдительный пару дней назад, следующий будет через месяц, за это время все должно решиться. А все белогривые Форта Бдительного лояльны Хорке Умному, потому что тоже все из захудалых стай, а значит, терять уже нечего.

И все же нарушение зафиксировано системой.

Когда о нем узнают в Столице Стай – лишь вопрос времени, и поэтому меня не оставляет чувство, что у нас уже земля горит под ногами. Но чертовы условности не позволяют действовать немедленно – Радужный портал, перезарядка умений Хорки…

– Повелитель, на это стоит глянуть, – негромкий голос Мараны по личному каналу отвлекает от раздумий.

Надо же, я и не заметил, как моя чертовка переправилась на судно. Под такой плотной опекой не мудрено потерять бдительность. Поднимаюсь и двигаюсь на нос, где краснокожая фигура демонессы заметно выделяется сбоку от носовой надстройки. Прохожу мимо пиратов, которые все еще стоят, сбившись в кучу под присмотром «когтей» и бросая вокруг мрачные взгляды. Попутно посматриваю за борт и хмыкаю. Теперь им не удрать, даже если Хорка снимет блокировку магии. Островов за бортом больше нет. Сплошь облака. Целый океан облачной бездны. Непрерывно текущие бело-серые потоки из воздуха и тумана переплетаются причудливыми прядями, рождая неповторимые композиции.

Марана смотрит вперед, по ходу движения корабля, и я не задаю лишних вопросов, просто пристраиваюсь рядом. На это действительно стоило посмотреть. Увидеть своими глазами то, о чем рассказывал белогривый. Потому что никакие рассказы и сравнения не передают истинных масштабов этого величественного явления – Великий Вихрь. Я вижу гигантскую воронку, из облаков и течений. До самого горизонта. Какой-то неведомый процесс выталкивает могучие потоки воздуха из бездны, медленно и величаво закручивая их по расходящейся вширь спирали, они расталкивают острова на десятки километров вокруг, создавая плато, очищенное от любых клочков летающей суши. Бог мой Алан, как же это красиво. Неповторимо. И немыслимо жутко при таких масштабах. Торжество непознанной, неукротимой природной стихии.

– Видишь? – тихо роняет Марана вслух, поднимая руку и указывая пальцем с острым черным коготком. – Чуть правее.

– Дегустатор, – я щурюсь, но отвечаю уверенно.

Недалеко от центра гигантской воронки что-то бесшумно скользит под верхним слоем облаков, некий темный треугольный лоскут. И если даже отсюда с расстояния в несколько километров я это замечаю, то размер объекта соответствует масштабам Вихря – не меньше километра в длину. Сложно вообще представить себе существо такой величины. И вряд ли хоть что-то в этом мире способно уничтожить такого гиганта.

– Говорят, что дегустатор – это сама бездна, ее материализованное воплощение, – негромкий рык Хорки Умного раздается справа, заставляя вздрогнуть от неожиданности. – Если при падении в Белую Мглу шансы выжить с помощью Колыбели имеются, то дегустатор шансов на возрождение не оставляет. Не дай ему себя сожрать, Зубоскал. Ну как, насмотрелся?

– Величественное зрелище. Что это вообще за явление такое?

– Именно то, о чем ты наверняка уже подумал. Природное явление. Окно в мир призраков, в мир ушедших душ. Также считается, что планета дышит через такие вихри. Выбирай любой вариант. Кстати, именно здесь, где-то в этих облаках, находится база «Серого ветра». Мэйх, разворачивай, – Хорка бросает через плечо команду, слегка повышая голос, затем снова поворачивает морду ко мне. – Дальше нельзя. Дегустаторы не позволяют двигаться к центру Великого Вихря.

Я ошеломленно обдумываю информацию о «Сером ветре».

– Но как же тогда… Стоп. Искаженные порталы?

– Верно, – одобрительно усмехается зубастой пастью Видящий. – Темная Звезда. Один из умирающих островов. Именно он сейчас находится где-то в глубине Вихря, на плаву его поддерживает лишь бьющий снизу воздушный поток. Чтобы попасть на него, пираты Горада используют искаженный портал на Острове Мертвецов. Связавшись с темными силами, Горад по своей воле попал под влияние Владыки с Древа Смерти, стал его эмиссаром. Это означает, что у Владыки все больше власти на моих островах, все больше возможностей влиять на то, что здесь происходит. А у нас все меньше времени хоть как-то исправить ситуацию. Да, вот еще что. Майло раскололся. – Белогривый хлопает меня по плечу, и я спокойно выдерживаю этот хлопок, не дрогнув. Мощь распределенных статов сказывается во всем. – Оказывается, он и впрямь работает на Антракса, а не на Горада, как мы опасались.

– То есть Антракс еще жив? – я удивленно вскидываю бровь.

– Большой хитрец этот Антракс, – кивает Хорка. – Не знаю как, но он сумел заполучить Лживую шкуру и передать умение всем своим сторонникам. Они изменили имена, уровни, даже внешность. Нашли хиреющий клан, перекупили права и затаились.

– Так значит и Убивашка…

– Да. Она тоже все еще работает на Антракса. Хе-хе. Думаю, никогда тебе не простит того, как ты ее подвинул в уровнях.

– Даже то, что я ей жизнь спас?

– Да неужто? Сейв у нее был не последний, Майло ввел тебя в заблуждение. Им нужно было подобраться к тебе поближе, завязать контакт и склонить к сотрудничеству любым способом. Им это удалось.

– Он сказал, откуда у него этот амулет?

– Антракс выдал на время задания. Майло должен был передать его тебе в качестве платы за помощь, так что не переживай, обратно не потребует. Ладно, сейчас у нас проблемы посерьезнее. Я шел к Великому Вихрю не потому, что мне в голову блажь ударила. Три дня назад наш Хранитель, Форэк Мудрый, почувствовал изменения, которые обычно возникают незадолго до Сезона Бурь. О чем не замедлил мне сообщить. Нужно было проверить, взглянуть лично.

– И?

– Видишь эти темные полосы в течениях? Это и есть изменения. Я надеялся, что у нас в запасе по меньшей мере дней тридцать. Но я жестоко ошибся. Теперь вижу, что нет даже лишних суток. Корабль придется оставить на пиратов, доставят к Острову Мертвецов уже без нас. С Гийомом я договорился, теперь его клан наш с потрохами. Сами уйдем через портал. Начинаем атаку на Остров прямо сейчас.

– Расходник Радужного портала еще не готов, – я хмурюсь. – Ты обещал, что…

– Спокойно, Зуб. Пока наш рейд доберется до центра Острова Мертвецов, расходник как раз испечется. К тому же еще нужно будет дождаться, когда появится новый остров взамен уничтоженного, а это не происходит мгновенно.

– Я тебя понял. Но почему следует спешить? Что такого страшного должно произойти?

– Остров Мертвецов должен быть разрушен до начала Сезона Бурь, – в мрачной задумчивости поясняет Видящий, – иначе мы надолго потеряем преимущество, а потом уже может быть поздно для чего бы то ни было. Тень от Древа Смерти растет, моя локация на грани коллапса. Нам придется торопиться и очень надеюсь, что мы еще не опоздали.

Глава 21. Поход

Царапнув наконечником по верхушке шлема, черная как сажа стрела с хрустом вонзается в искривленный ствол дерева за моей спиной. Мертвяк целится в лицо, но интуитивно успеваю уклониться. Быстрый разворот, резкий выпад рукой и Копье пламени жарким столбом вырывается из ладони, мгновенно преодолевает пару десятков метров и жахает по верхней части торса безмозглого лучника. Его изъеденные ржавчиной и плесенью доспехи вспыхивают желтыми языками огня, особенно ярко пылает голова, исторгая клубы черного дыма.

Трое пятидесятников из «черепов» тут же закрывают меня шеренгой бронированных тел, еще несколько бросаются к паку противников, восставших прямо из развороченной земли, рядом с проходящим рейдом. Шабл досадливо взрыкивает и его громадный молот со всего размаха сминает череп рослого скелета-воина. Минотавр невероятно могуч и не привык экономить силу, а эти бесконечные паки ему начинают надоедать.

Честно говоря, они всех уже достали.

От мощного удара осколки костей брызгают во все стороны шрапнелью, молот пробивает ржавый доспех как яичную скорлупу и разносит грудину, разбрасывая звенья позвоночника. На край свежей ямы, из которой выползли эти недобитки, сыплется куча раздробленных костей. Последнего скелета разваливает надвое широкое лезвие меча еще одного из подоспевших к схватке «черепов» — Мор Блеск Молнии после возрождения неразлучен с Шаблом, они теперь смертные братья. От удара кости врага разлетаются в голубоватых разрядах молний. Орк подмигивает мне желтым, как у филина глазом и возвращается в строй, заплетенные во множество косичек черные волосы от резкого разворота разлетаются веером на мощном загривке, с грубого серо-зеленого лица с тяжелым подбородком не сходит клыкастая ухмылка, несколько серебряных колец, нанизанных на нижнюю губу, позвякивают друг о дружку и об выступающие изо рта желтовато-коричневые клыки. Колоритный тип.

Жгучее желание загнать мертвяков в Список Мертвых, чтобы я смог когда-нибудь им помочь, как и прожившим не один десяток лет в виде зомби «черепам», словно удесятеряет их силу в бою против бывших «собратьев». Поэтому у скелетов, несмотря на то, что они тоже пятидесятники, нет шансов устоять против живых. Чтобы понять чувства «черепов», нужно побывать в их шкуре, никакие умозрительные предположения не приблизят к действительности без личного опыта. Я не тешу себя иллюзиями о том, что знаю — каково это. Могу лишь догадываться и сочувствовать. Понимать. Жаль только, что помочь можно не всем. Многие давно уже переродились в мертвяков окончательно, возрождаясь призрачными тенями прошлого вновь и вновь, они стали неотъемлемой частью проклятого острова и сгинут лишь вместе с ним.

После короткой стычки рейд без лишних команд выстраивается привычным порядком и продолжает движение среди леса из уродливых деревьев с черными искривленными стволами и бледно-зеленой листвой на корявых сучьях. Прискакавшая Фурия разочарованно рычит, не успев к драке. Сильным ударом когтистой лапы зверюга разбрасывает кости почившего мертвяка, презрительно фыркает и длинными прыжками уносится вперед рейда. Не может она постоянно крутиться рядом, хотя и понимает, что чаще всего стычки вспыхивают поблизости от хозяина. Но дикоше нужно движение, она вошла в раж. Впрочем, особо тревожиться за меня у кошки нет причин, учитывая, что моя личная охрана состоит из пятнадцати воскрешенных. Несмотря на то, что им пришлось пережить, они восстановились полноценными личностями, не чурающимися черного юмора, отсюда и кличка, которую бойцы дали своему отряду – «черепа».

Фурию больше не берегу. Риск будет всегда, но он станет существенно ниже, если позволить дикоше прокачаться как следует. Пусть выпускает природную агрессивность по назначению. Восстановить её всегда смогу, без серьезного ущерба для прогресса развития, так что хватит уже осторожничать. С Крохой ситуация сложнее. Сейчас нам серьезных задач хватает и без возможных сюрпризов от Горада, так что пусть малышка еще чуток посидит в Цитадели. К тому же на хрупких плечах фейри по-прежнему лежит задача по ускоренному изготовлению расходников.

Не сбиваясь с шага, оглядываюсь на Марану, которая двигается чуть левее и позади, страхуя мой тыл. Реющая над её плечом магическая сфера размером с голову сочится багровым светом, удерживая подготовленное заклинание быстрого реагирования.

Мертвяков в который раз прикончили так быстро, что суккубе снова дела не нашлось, но её это вполне устраивает. Чтобы контролировать ситуацию, вовсе не обязательно лично участвовать в стычках. Напротив, так можно пропустить важный момент, когда реально может понадобиться её помощь. Мне тоже надо брать с демонессы пример и не пытаться всё решать лично.

Кстати, Марана единственная из клана, кто остался со мной несмотря на рекомендацию Хорки исключить всех «охотников» из предстоящей задачи, так как из-за недостаточной прокачки нянчиться на этот раз с ними некому. Хорка предпочитает, чтобы после рейда, если возникнет такая необходимость, я проводил через возрождение его гхэллов, сокланы и так никуда не денутся. Резонно. Я тоже не горю желанием ими рисковать. Но Марана просто проигнорировала советы белогривого, не собираясь оставлять меня без присмотра. Ни авторитет Хорки, ни его харизма и статус не оказывают на неё ни малейшего влияния, что вовсе неудивительно, учитывая харизму самой суккубы.

Еще из безклановых в нашем рейде Рист и Команч, оба — особый случай. Отличные разведчики и непревзойденные ловкачи, лишними они не стали. Команч не выбирается из инвиза, страхует восточное направление справа от рейда, слежу за его подвижной меткой по виртуальной карте. Рист тоже неплохо маскируется, когда это необходимо, он контролирует подходы слева. Неожиданностей по мере продвижения хватает, и немало из них разведчики уже сумели предупредить. У каждого из них здесь свой интерес. Рист прикипел душой к Маране, с ним более-менее ясно, а Команча интересует новый опыт, который этот рейд принесет лично ему. Я почему-то уверен, что после этого путешествия он наконец подаст заявку на вступление в клан. Похоже, одиночество окончательно и бесповоротно ему опротивело, а клан даст ему новые возможности, защиту и поддержку на новом уровне. Особенно под протекцией самого Хорки Умного.

Возглавляет «черепов» Шабл. Минотавр суров и пользуется у своих воинов заметным авторитетом. Подозреваю, не только потому, что одним из первых был воскрешен, но еще и отмечен Теневым клеймом Алана, а для многих сейчас это выглядит как перст судьбы. Особый избранник. Возможно, система дала им за это воскрешение какое-то достижение. Спрашивал, молчат как партизаны. Видимо, это не из тех вещей, о которых можно говорить. А еще все «черепа» без тени сомнений приняли мое предложение стать неофитами Алана Темного, чему я ничуть не удивлен. Ведь именно мой союз с Аланом вырвал их из мертвого бытия, заочно превратив в верных сторонников. Все метки их прежних покровителей стерты, как и прошлая жизнь. Так что ядро приверженцев пантеона Алана Темного заложено и силы моего покровителя заметно возросли.

Я отлично понимаю, что «черепам» потребовалась отчаянная смелость, чтобы вновь вернуться сюда, на Остров Мертвецов, уже погубивший их однажды. И уважаю их силу духа. Теперь им ничего не остается, как делать вид, будто им сам черт не страшен. Или, в переложении на местный лад — сам Владыка Древа Смерти, фигура мифическая, которого никто никогда не видел, и тем не менее, ни у кого нет сомнений в его существовании. Такое Древо ведь не одно на планете, их сотни, этих зон, изолированных магией. И на каждом Древе обитает свой босс, то ли вырастивший это Древо, то ли выращенный им. Из разряда — что раньше появилось — курица или яйцо?

Михонариум навел меня на кое-какие мысли на этот счет. По всему выходит, что некогда на планету собакоголовых произошел прорыв из планара Стихии Смерти. Примерно также, как это случилось в Лунной Радуге с вторжением демонов из планара Хаоса. Да уж, «повезло» мне побывать сразу в двух мирах, где была предпринята попытка их захвата. Если это и есть путь Ключника – решать судьбу миров, инфицированных враждебными божественными силами, то в будущем мне предстоит еще много таких встреч. Фениксу Крику удалось закапсулировать зону вторжения Сферой Стикса, что не помогло сохранить мир, а лишь отсрочило его гибель. Но здесь, на Архипелаге, столичные маги оказались сильнее, и не только изолировали зоны вторжения, но и контролировали их изнутри, превратив в зоны карантина.

Присматривающие за локациями маги чувствовали, что последствия вторжения полностью не угасли, но никаких видимых изменений не было так долго, что подумывали уже карантин снять, так как поддержание барьеров требовало много внимания, сил и времени. Ведь поверхность планеты недоступна из-за Белой Мглы, а значит, проконтролировать то, что там может происходить, невозможно. А затем начали появляться Древа Смерти, и все стало куда серьезнее. Росткам понадобилось несколько сотен лет, чтобы пробиться от поверхности земли к облачному слою и растолкать острова, но когда они стали заметны, а влияние их аур — ощутимым, рост пошел взрывообразно. И сразу стало ясно, что попытка их уничтожить обречена на провал, они уже набрали мощь, уже создали пожирателей для защиты и нападения. Так что вторжение планару Смерти всё-таки удалось, пусть и не тем завоевателям, кто его начинал, а лишь их потомкам.

Теперь же поддержание зон карантина — устоявшийся в веках порядок вещей. Угнетающий масштаб, когда представишь, сколько этой хрени натыкано по планете. Она словно заживо поражена грибковыми спорами, и болезнь зашла слишком далеко, чтобы говорить о выздоровлении. И если местный Ключник до сих пор не смог исправить ситуацию, то это, скорее всего, уже невозможно, и мир обречен, даже если продержится еще несколько сотен лет.

Вслед за идущими впереди «черепами» энергичным прыжком перескакиваю через небольшой овраг. Рядом приземляется Марана. Ее копыта почти без звука вминают пожухлую траву в сырую землю. Суккуба чертовски ловка, и даже такое простое действие, как перескок, выходит у нее грациозно. Перехватив мой взгляд, демонесса ободряюще улыбается, острые белые зубы сверкают среди черных чувственных губ. Кончик хвоста постукивает по лодыжкам то справа, то слева. По черным рожкам бегают синеватые искры.

Невольно хмыкаю в ответ, с некоторым усилием отвожу взгляд и шагаю дальше. Настолько привык к её присутствию, что когда демонессы нет рядом, мне становится не по себе. Как-то Ранилак пытался меня предостеречь насчет демонической природы Мараны, еще в самом начале, после её возрождения. Ведь принято считать, что демоны по сути своей лживы и вероломны. Пришлось послать мага лесом. Тёмным. И посоветовать, пока еще по-дружески, не лезть не в свое дело. Лично для себя я давно решил доверять Маране без всяких задних мыслей. Кому-то ведь для душевного равновесия все равно доверять нужно, питомцев для этого явно недостаточно. Именно я своей волей и своими действиями подарил Маране новую жизнь в новом измерении, и это перерождение, где донором послужила человеческая сущность Алии, её безоговорочно изменило. Настолько, что за всё время, проведенное рядом с демонессой, я не уловил ни малейшей фальши в ее поведении, в ее поступках и словах. Нет сомнений в её преданности. Нет причин ей не доверять.

Типичная двадцатка на Архипелаге — это восемнадцать бойцов различной специализации, плюс рейд-лидер и хилер. Двадцатым в моем отряде «черепов» стал хитрюга Михонариум, назначенный к нам хилером лично Хоркой. Белогривый пошёл навстречу, зная, что я испытываю к эльфу немалую симпатию. Заодно я оказался под присмотром его верного сура. Все довольны. Обычно словоохотливый, Миха вскоре наговорился, рассказав и объяснив по пути все, что мне следовало знать, и сейчас следовал в арьергарде, под защитой воинов, на законном месте хилера.

Но вот этих «захоронок» не предвидел никто.

Справа снова возникает шум схватки — звон железа, яростный рев воинов, хруст рассекаемых костей. Деревья и спины «черепов» скрывают картину, но я не тороплюсь узнать, что там происходит, и так ясно. Шум быстро затихает, порядок движения на этот раз не нарушается. От очередного пака, когда спустя несколько секунд прохожу мимо, остаются лишь раздробленные костяки. Снова скелеты.

За час пути таких стычек было уже… Да в общем-то давно сбился со счета. По ощущению, если не проверять логи – каждую минуту. Нам сильно везло с Майло, когда мы путешествовали по острову вместе, ведь мы нарвались на единственного призрака, да и тот едва не похоронил нас обоих. Сейчас же активировалось что-то вроде охранной системы поразившего остров древнего проклятья и стычки следовали одна за другой. Миха высказал мысль, что масса суров, двигавшихся к центру, вызывает подобную реакцию самим своим присутствием. Похоже, он прав. Нас здесь действительно немало.

Мы уже начинаем привыкать, что мертвяки в любой момент могут вылезти из разных укромных мест, учуяв поблизости эманацию душ живых – из ям, оврагов, из-под холмов, а то и прямо на ровном месте. Земля просто начинает шевелиться, и наружу прут костяные воины. Паки не блещут оригинальностью – или скелеты, или зомби. Изредка -- призраки. Скелеты обычно вооружены дряхлыми луками и ржавыми мечами, зомби орудуют дубинами, а призраки чаще обходятся зловещего вида когтями, сочащимися некротическим ядом. Рейд выносит любую нежить на раз, но проблема в том, что они всегда появляются неожиданно, и всегда бьют в одну цель. В меня. Проделки Горада, повесившего на меня очередную, но на этот раз невидимую никому метку? Вряд ли. Уверен, что Хорка не допустил бы постороннего влияния, давно бы вычислил источник и растер в порошок.

Так что с нами забавляется сам остров. Что-то вроде системной закладки на Ключника в преддверии решающего события, чтобы усложнить предстоящую задачу. Причем такие ловушки-захоронки заранее вычистить невозможно. Они могут проявиться где угодно, в том числе и там, где ведущий отряд уже прошел. Полностью безопасных зон здесь просто не существует. В общем, остается лишь одно – держать ухо востро, соблюдать предельную осторожность и не забывать ни на секунду, что новая опасность может возникнуть в любой момент.

Масс-рейд двигается многолучевой звездой. В центре – мой отряд «черепов», впереди, по сторонам и в тылу – еще восемь, по 20 бойцов в каждом. Хорка, само собой, прокладывает дорогу первым, его отряд вырезает всё враждебное, что встречается на пути, а встречается ему много всякой нечисти. Элитки, малые боссы без уникального имени, паки бывших игроков, давно ставших мертвым воинством острова. Иногда попадались очень приличные паки, в три-четыре десятка рыл. Но рейд Хорки сносит все, как необузданная стихийная сила, и кажется, что ничто не сможет остановить Видящего в его яростном стремлении достичь цели. Остальные уверенно расширяют зону зачистки, чтобы проложить относительно безопасную дорогу «черепам». По рейдам распределена почти вся белогривая элита форта – с нами хранитель Форэк Мудрый, архивариус Даргарх Знающий, главный дрессировщик Ворг Вялый, главный шкуродер Роклах Зоркий. Даже хранитель острова Рваное Ухо, воспитатель новичков Гарм Мудрый, не усидел в стороне. Их присутствие подчеркивает важность предстоящей операции. Хорка и в самом деле не преувеличивал, когда заверял, что вся местная верхушка предана ему душой.

К тому моменту, когда мы портанулись через маяк с корабля к святилищу Йеноху на Остров Мертвецов, почти весь масс-рейд уже ждал. Вот тогда я и увидел воочию, сколько «когтей» Видящий может собрать при необходимости в одном месте, и это наверняка не предел, ведь кто-то должен еще и форт охранять. Во время отражения нашествия пожирателей, на том самом острове, что уничтожили дегустаторы, тоже суров хватало, но состав не был таким монолитным, как сейчас. Целая толпа из псоглавых, скованных железной дисциплиной. Разительный контраст по сравнению с улицами густонаселенного форта, где царит такой бардак и шум, что своего голоса не услышишь. А тут – почти тишина, если не считать скрипа и позвякивания снаряжения, да негромкого порыкивания, когда гхэллы перебрасываются короткими фразами. В основном их лапы сжимают любимые алебарды, но не только – у части гхэллов-корабельщиков обнаружились мощные арбалеты. И в каждом отряде обязательно есть два-три «танка» – бойцы с могучей комплекцией, усиленной броней и ростовыми щитами. То, что Хорка своей расе доверяет куда больше, чем чужакам, вполне естественно, с учетом того, насколько непростая сложилась ситуация в локации на данный момент. Интриги, сложности, недосказанности…

Всё, что я так отчаянно не люблю.

Два пиратских рейда, возглавляемые Антраксом и Гийомом, догнали нас позже. Антракс высадился на остров со своего корабля, ожидавшего отмашки вблизи острова, а наспех собранная команда Гийома переправилась с помощью астрального портала вслед за нами благодаря выданному мной одноразовому пропуску. Иначе бы не поспели.

Честно говоря, настроение не ахти. Едва начав поход, уже хотелось поскорее со всем этим покончить. Хреново с таким настроением решать серьезные дела. Но что-то мне и в самом деле все надоело. Мне лишь казалось, что я успел отдохнуть, пока путешествовал на корабле Хорки к Вихрю. Едва начался рейд, и усталость вернулась, цепко завладела разумом, рождая пораженческие мысли. Не физическая. Моральная усталость. Вся эта беготня, превозмогания, необходимости. Я всё время чего-то и кому-то должен… В том числе и самому себе. Но если начистоту, то выполнить долг по отношению к сурам из Лунной Радуги – это не столько мое желание, сколько, по большей части – стечение обстоятельств и навязанная ими обязанность.

Чего же я хочу на самом деле? Надо подумать. Хорошенько подумать. Я так долго отбрасывал мысли о собственных желаниях, что практически похоронил их под ворохом текущих проблем. И теперь нужно прилагать усилие, чтоб подумать как-то иначе. Отпустить мысли и желания на волю. Возможно, самому мне нужно не так уж и много – просто тишина и спокойствие? Возможность пожить в свое удовольствие, а не носиться как загнанный лось по островам? Не знаю. Но обязательно задумаюсь об этом после рейда. Хорошенько задумаюсь.

Сейчас же нужно встряхнуться и вернуть боевой настрой, он мне пригодится. Поход на Остров действительно необходим, причем мне – в первую очередь. Еще один шаг на пути к моей цели. К созданию Радужного Портала.

Вот еще бы запах мертвечины отбить, достал уже вконец. Причем виноват не остров, разве что косвенно. Попахивает мое сопровождение. Эльф это, кстати, тоже заметил, и мы немного потрепались на эту тему в чате. Запах слабый, если брать от каждого «черепа», но все вместе фонят весьма изрядно, нельзя не почувствовать. Что само по себе странно, ведь они воскрешены и переведены в ранг живых. Михонариум высказал предположение, что этот неожиданный пост-эффект как-то взаимосвязан с повышенным чутьем воскрешенных на бывших «собратьев». Немало захоронок они вскрывали до того, как мертвецы успевали сагриться на меня. Просто заранее чуяли, где станет горячо.

Как я уже говорил, Щит льда – отличная пассивка, но не обошлось без парочки небольших изъянов. Первый – откат. Для жаркой и скоротечной схватки пять минут отката – очень много, особенно здесь, на мертвом острове, где стычки следуют одна за другой. Когда нападение происходит в момент таких пауз, от стрел приходится уворачиваться самостоятельно. Второй изъян – чтобы щит активировался, я должен вступить в бой, увидеть противника. То есть первый и самый опасный удар могу пропустить, а потом уже может быть поздновато. К счастью, пока обходилось. Повышенная ловкость дивно меняет динамику движений, скорость реакций, глубину предчувствия. Это и спасает. И всё же плюсы щита перекрывают незначительные минусы. С ним гораздо спокойнее. Да и постоянная охрана вокруг меня недаром. «Черепа» принимают на себя если и не первые удары, то уж следующие точно. Странное чувство, когда находишься под такой плотной опекой. Непривычно. Шагу не дают ступить без непрерывного наблюдения. Я постоянно чувствую на себе эти внимательные, берегущие меня взгляды. Словно вязкая обволакивающая скорлупа. Но понимаю, что это необходимо. Мне нужно добраться до форта целым и невредимым, на второй заход шанса уже может и не быть.

Итак, наша главная цель – прорваться в форт. Прорваться и забрать в Список Мертвых старого друга Хорки Умного, его бывшего наставника – Акарха Терпеливого. Учитывая, какой мощью обладает Хорка, справиться с тем, кто его тренировал, может оказаться непросто. Очень непросто. Даже после перерождения его в мертвяка. А может быть, как раз именно поэтому, ведь неизвестно, насколько изменились способности Акарха. Но это и не моя задача, а самого Видящего. В этом рейде я просто статист со Списком. Ходячая флэшка с активным режимом записи. На остальных мертвецов… нет, Хорке не наплевать, но тут уж как получится. Всех не спасешь, ведь на то, чтобы полностью зачистить остров, нужно недели две или больше. Это если не учитывать, что остров будет возрождать свое воинство снова и снова. Хорка твердит, что нужно соизмерять силы и возможности. И здесь я с ним полностью согласен. К тому же его интуиции стоит доверять, она значительно выше моей благодаря огромному жизненному опыту.

В общем, Видящий и его суры присматривают за мной, как за лучшим артефактом в своей коллекции. Что недалеко от истины.

Рейду – стоп. Держать позицию.

Сообщение приходит по рейдовому чату, в общий командный канал. Я не лезу с расспросами к Видящему, останавливаюсь вместе со всеми. Всё, что мне необходимо знать, он всегда сообщит сам. «Черепа» тут же берут нас с Мараной в плотную коробочку, закрывая от опасности со всех сторон.

Зуб, что на этот раз? – вопрос прилетает от Команча по личному каналу, в который также включены Марана, Рист и Михонариум.

И почему все так уверены, что раз я с Видящим на короткой ноге, то он обязательно мне обо всем докладывает? И что я непременно тут же должен со всеми поделиться? Черт бы их подрал. Разбаловал хорошим отношением.

Сигнал к остановке дал Видящий, вот у него и спрашивай.

Угу, конечно. Прямо разбежался и спросил. Лапа у него тяжелая, если ты не в курсе.

Тогда жди общей информации.

Вредина ты, Зуб.

Хей, Команч, спроси меня.

Михонариум выныривает из-за спин воинов откуда-то сбоку. Легок на помине. Он почти такой же ловкий и неуловимый, как Команч, разве что выглядит импозантнее. И ничуть не изменился за ту прорву времени, пока я его не видел. По-прежнему весь в зеленом – куртка, штаны, сапоги. Даже плечо лука, выглядывающее из-за спины, тоже зеленоватое, а длинные светлые волосы забраны в «хвост» и прикрыты зеленой треуголкой, явно позаимствованной у пиратов. Лишь подвешенная к поясу миниатюрная лютня выделяется на фоне «зеленого прикида» светло-желтым пятном, что отчасти смазывает маскировку. Лук за время похода он, кстати, почти не использует, главный недостаток этого оружия – конечный боезапас, стрелы приходится экономить. Тем более, что для рядовых стычек вполне хватает «черепов» и их железок. Зато поддержку в виде бафов от лютни он оказывать не ленится.

Эльф останавливается рядом и не упускает случая дружески хлопнуть пятерней по моему плечу. Всегда хлопает. Ага. Со всей силы. Не надоедает проверять меня на прочность. Но теперь ему не помогают ни высокий уровень, ни более высокий рост. Я тоже подрос, выдерживаю, даже не морщась. И я был прав, предполагая, что Миха скрывает свой уровень Лживой шкурой, что полезно для разведки. Теперь-то он не скрывается. Пятидесятник. Ловлю на себе его острый взгляд прищуренных, будто от сильного ветра, бледно-голубых глаз. Они словно льдинки, но в них совсем нет холода.

– Я тоже не в курсе, так что спрашиваю за всех, – я невольно улыбаюсь в ответ, так как без взаимной симпатии невозможно смотреть на хитрую, лучащуюся этаким дружелюбным самодовольством физиономию эльфа. Улыбка ему идёт, смягчает тонкие и немного резковатые черты его вытянутого худощавого лица.

– Проще простого. Пираты отправились выполнять задачу, ради которой их и брали.

Так я и думал, главному засранцу только что крупно не повезло, – прилетает от Команча ехидная фраза.

Мы с эльфом обмениваемся понимающими ухмылками, маскируя тревогу. Все верно, так и задумывалось. Атака таких монстров, как боссы Острова Мертвецов, разрушит любые планы, и этого допускать нельзя. Слишком непредсказуемые по последствиям величины, нам сейчас не до них. Главное – потеря времени. Нужно держать темп, чтобы всё сложилось как надо. Хорка планировал сагрить боссов уже после зачистки старого форта, при отступлении, когда основная задача будет выполнена. Причем лично он этого делать не собирался, планировал подрядить на опасную работенку специальные отряды из так называемых принудительных добровольцев – бывших пиратов.

Все рейды волей Видящего объединены в один общий войсковой конгломерат, поэтому, когда остров подорвётся, смерть боссов зачтется всем. Теоретически. Есть вероятность, что это достижение масс-рейд получит в любом случае, не тревожа боссов специально, но лучше перебдеть и всё-таки вызвать агрессию боссов намеренно. Ведь такие события происходят далеко не каждый день. Скажу больше – для большинства участвующих в рейде это событие станет важнейшим достижением в игровой жизни, что, соответственно, на волне признательности сплотит суров вокруг нас с Хоркой. Сознательно активные бойцы в преддверии грядущих событий нам понадобятся, чем больше, тем лучше. Я и раньше знал, что Хорка – не только могучий воин, но и хитрый политик, статус обязывает, но после того, как он изложил план, зауважал еще больше.

Но мы также предусмотрели, что если босс сагрится раньше времени, то план придется корректировать на ходу. Что и произошло. Почему именно Антракс первым пошел под раздачу, ежу понятно. Зарабатывает реабилитацию для себя и своих бойцов. Это обязательное условие Хорки. Слишком много неудобств бывший клан Антракса доставил Видящему. Так что если другим пиратским тусовкам досталась работа попроще – охрана границ острова и мест предстоящей закладки Семян Древа от посягательства Горада, то Антракс попал на самое горячее направление. И я ему не завидую. Надеюсь, Антракс справится, и рейд не сорвется из-за ошибок его бойцов. Надеюсь также, они сумеют увести босса за собой и держать достаточно долго в поле зрения, уже погрузившись на маневрирующий вблизи острова корабль, чтобы босс не вернулся раньше, чем мы выполним основную задачу.

И само собой, рейд напоролся на Ледяного Мастера. Зона обитания Могильщика давно осталась в стороне.

– Насколько нас это задержит? – я вопросительно поднимаю бровь.

– Уверена, что не застоимся, – лениво вставляет фразу обычно молчаливая суккуба. – Но если хочешь угостить нас своей трубкой мира, то времени раскурить как раз хватит.

– Отличная мысль, – Эльф ухмыляется с кажущейся беспечностью, демонстрируя ровные белоснежные зубы, но я-то знаю, что он всегда настороже и готов мгновенно отреагировать на любое изменение ситуации. – Поддерживаю твою знойную спутницу.

Я не против. Бафф как раз подходит к концу, последний раз обновлял его еще на корабле Хорки. Рядом удачно подворачивается замшелый ствол давно упавшего дерева, видимо, рухнул еще во время прошлого Сезона Бурь. Присаживаюсь без лишних раздумий, достаю из подсумка и раскуриваю заранее набитую табаком трубку. Сперва передаю трубку Маране, та грациозно опускается на бревно рядом, затем Михонариуму. Эльф опускается на корточки напротив и возвращает трубку с благостной улыбкой. По его признанию, он всё ещё не выбрал божественного покровителя, так что на нём без проблем активируются обе ауры – Умиротворение и Прикосновение божественной силы. Жаль, что Умиротворение не действует на мертвяков, что само по себе говорит об их полной и безоговорочной безмозглости.

Остальные нашей тесной компании не мешают. Выстроившись вокруг нас с Мараной и Михонариумом замкнутой цепью, «черепа» бдят. Желание вытащить с острова своего бывшего предводителя у них ничуть не меньше, чем у Хорки, поэтому дополнительных стимулов и напоминаний о моей безопасности им не требуется. Шабл смотрит на меня тяжелым внимательным взглядом глубоко посаженных глаз. Они все настолько серьезные, что наши с Михой ухмылки кажутся сейчас неуместными в их присутствии, словно мы легкомысленные засранцы, хотя это и не так. Мне очень не хочется подвести их ожидания, хотя долг, по идее, сейчас не за мной, а за ними. И тем не менее задолжавшим я почему-то чувствую именно себя. Наверное, потому что им здесь пришлось многое пережить. Больше, чем мне. Неизмеримо больше.

Колоритная все-таки у человека-быка внешность. Могучая широкоплечая фигура и будучи мертвецкой выглядела внушительно, а после того, как его и остальных «черепов» приодели в приличные доспехи из запасов Видящего, он и вовсе превратился в закованного в сталь монструозного богатыря. Шлем, кстати, специальный понадобился, с внушительными прорезями под короткие, но толстые у основания рога. То ли оружейники постарались, то ли действительно такой шлем нашелся на складе у Хорки. В бою, если вдруг у Шабла выбьют оружие, такими рогами можно запросто прикончить врага.

Так, а это еще что?

Заставив насторожиться, издалека доносятся приглушенные расстоянием громовые раскаты и почти тут же Хорка связывается по личному каналу, соединяющему лишь нас двоих:

– Проверь Список. – Видящий перечисляет имена двух бойцов из своего рейда, и я тут же сверяюсь со Списком Мертвых. – Оба там?

– Да. Что случилось?

Ничего не объяснив, Хорка отключается. Он явно не в духе. Что-то серьезное произошло впереди. Вполне вероятно, что попался слишком сильный пак с мини-боссом во главе.

– Чего ругаешься, повелитель? – интересуется Марана, снова забирая у меня трубку. От внимательного взгляда ее горящих красным огнём глаз не укрывается моя тревога. К тому же, оказывается, выругался я вслух. Но и с ней тоже не все просто. Не могу не заметить, что Марана более обычного молчалива с самого начала рейда. Ее что-то гнетет, но я пока не лезу к ней с вопросами. Сейчас, видимо, не время и не место для разговора о её собственных тревогах. Значит, проблема может подождать до окончания рейда.

Фурия возникает из ниоткуда словно мохнатый вихрь, наполненный до краев нерастраченной энергией. Бесцеремонно оттесняет эльфа на пару шагов в сторону, падает на брюхо возле моих ног и сразу успокаивается. Морда дикоши лучится от полученного удовольствия, вечно жаждущая драки звериная душа, уничтожая паки мертвяков, отрывается в походе по полной. Но, чувствуя мою тревогу, Фурия неодобрительно щурит на меня зеленые глаза – вечно хозяин беспокоится о каких-то непонятных пустяках, вместо того, чтобы просто наслаждаться моментом. Простая душа.

По поводу моих соклановцев Хорка оказался прав. Если уж «когти» под защитой Видящего выбывают из рейда, как задутые ветром свечки, то мои «охотники» продержались бы и того меньше. Да, достижений они не получат, отсиживаясь в осколке. Но жизнь на этом не заканчивается, всё еще впереди. Кроме того, есть мысль как эту ситуацию поправить. С расходником портала под рукой, который в любом случае придется устанавливать, не так уж и сложно десятку-другому лишних бойцов прыгнуть из осколка к месту схватки, чтобы прикончить несколько врагов в составе рейда и тем самым «зацепиться» за событие. В общем, поживем – увидим.

– Мы несем потери, еще не добравшись до Акарха, и мне это не нравится, – наконец отвечаю я эльфу. – У Хорки выбыло двое, и по какой-то причине он не смог их поднять.

– Видимо, Ледяной Мастер все-таки зацепил рейд Хорки, прежде чем его переагрил и увел Антракс, – эльф довольно спокойно пожимает плечами. Сидя на корточках, он покачивается на носках сапог, как в кресле-качалке. – Расходников на воскрешение у нас не так много, так что Хорка просто бережет их для решающей фазы, когда понадобится поднять бойцов, без которых рейд не сможет обойтись. Например, шамана из белогривых.

– Вряд ли. Если Видящий решил не воскрешать погибших, значит, воскрешать там нечего, – задумчиво комментирует Марана. – Я чувствую сильную эманацию смерти даже отсюда. Кому-то просто не повезло, так бывает.

– Точно, – соглашается эльф. За время рейда они с Мараной здорово спелись. Даже подозрительно, что так понравились друг другу. – Это ты у нас такой везунчик, Зуб, что воспринимаешь это как должное. А остальным живется не так сладко.

Едва сдерживаю крепкое словцо, готовое сорваться с языка вместе с вдруг нахлынувшей злостью. Ядреной злостью, какая обычно вспыхивает перед дракой. С удовольствием поменяюсь с эльфом местами, если возникнет такая оказия. Махну ключника на барда, буду бренчать на лютне и почем зря молоть языком – чем не жизнь? А он пусть ломает голову о спасении чужих судеб. Но эта злость – лишь последствия хронической психологической усталости. Нужно просто хорошенько отдохнуть и мир снова заиграет свежими позитивными красками. Хорошо, что сдержался.

– Сдается мне, одного хилера на рейд всё же маловато. Тем более, что Хранители – не самые сильные хилеры. Они все-таки больше воины, чем шаманы.

– И снова согласен, – кивает мне эльф. – Но ты ведь и сам знаешь, что на Архипелаге даже шаманы весьма редки, не говоря уже о хилерах других классов? Здесь и одного найти в рейд – достижение.

– Сейчас особый случай, – ворчу я. – Можно было постараться созвать всех, кого можно.

– И опять не возражаю. Именно это Видящий и сделал. Но как думаешь, почему все белогривые форта вообще оказались в этом походе?

– Потому что преданы Хорке, а их сила в столь важном мероприятии явно не будет лишней? Или я чего-то не знаю?

– Не знаешь, – Михонариум лукаво усмехается. – Вообще-то я не должен был говорить… Но всё немного сложнее, чем кажется.

– Кто бы сомневался, что всё всегда немного сложнее.

– Спокойнее, Зуб, твое плохое настроение заразно, знаешь ли. Как я уже говорил, хилеров на Архипелаге мало. Так вот, прямо перед рейдом выяснилось, что шаманы рангом ниже Знающих вырезаны неизвестными убийцами, а ждать их воскрешения, сам понимаешь, времени не было.

– Вот как, – цежу сквозь зубы, резко мрачнея. – Уверен, что убийц спустил Горад. Интересно, почему такие новости я узнаю только сейчас?

– Ну, наверное потому, что это уже не имеет значения, – хмыкает Марана, успокаивающим жестом касаясь моего плеча. – Ждать было нельзя.

– Именно, – кивает эльф. – И раз с нами вся белогривая элита, то происки Горада нас не остановят.

Ой ли? Благими намерениями, как говорится, вымощена дорога в ад. А с Горадом каждый раз всё идет не так, как планировалось. Да и сам он – весьма странная и непонятная личность, истинные мотивы его действий неизвестны, о них можно лишь гадать, а на гаданиях далеко не уедешь.

Итак, что имеем сейчас.

Восемь кораблей ранга «парус» размещены вокруг острова на равном расстоянии друг от друга, ждут своего часа. На каждом установлен астральный маяк. Девятый маяк нужен, чтобы доставить последнее Семя в центр острова и организовать портал для отхода рейда в безопасную зону. В запасе, на непредвиденные ситуации, остается всего один астральный расходник. Мне упорно кажется, что этого опасно мало, но придется обходиться тем, что есть. Создать необходимое количество расходников к началу похода и так удалось впритык.

Приход Сезона Бурь уже ощущается повсюду – постоянно дует пока еще лёгкий ровный ветер, всё время в одном направлении – от воронки Вихря, разносит прохладу по всей локации. Температура воздуха к этому моменту опустилась на пару градусов. Хорка заверил, что наши действия на Острове Мертвецов никак не связаны с преждевременным наступлением Сезона Бурь, это чистое совпадение, но все равно тревожно. Чем опасен Сезон Бурь, он тоже подробно объяснил. Длится это природное явление в среднем от десяти до двадцати суток. Вроде бы недолго для столь громкого названия. Но на самом пике явления Великий Вихрь превращается в мощно выбрасывающую воздушный поток турбину и возникающие ураганные ветры играючи перекраивают существующую карту островов. Вместо тех, что не выдерживают давления или столкновений друг с другом, разрушаются и погружаются в бездну, поднимаются новые острова.

В общем, масштабное стихийное бедствие, затрудняющее как навигацию для кораблей, так и перемещение между островами для суров. Хорка опасается, что если мы промедлим больше допустимого, то вместо уничтоженного Острова Мертвецов почти гарантированно получим пшик, так как его место могут занять соседние острова, перераспределившись в пространстве из-за действия ветров. Не знаю, что за механика появления у этих чертовых островов, да и никто толком не знает, но одно известно точно – новый остров появляется только при возникновении окна свободного пространства, достаточного для его размера. «Нулевки» – просто мусор, это правило их не касается, речь идет лишь о самых больших островах.

Так что ждать дальше действительно было нельзя. Для нас сейчас существует лишь два варианта развития событий. Первый – достигаем форта, валим Акарха, подрываем остров с помощью Семян Древа и устанавливаем портал на новый клочок суши, который появится из бездны. В завершение операции пробиваем канал к новому миру – тем самым резко поднимая меня как Ключника в ранге и позволяя предпринять дальнейшие шаги по укреплению наших с Хоркой позиций. Второй вариант – просираем наш шанс самостоятельно определить свою судьбу, и когда Сезон Бурь закончится, из столицы прибудут кураторы, чтобы лишить Хорку полномочий и убрать из форта Видящего, как не оправдавшего ожиданий. А за мной начнется уже настоящая охота, договариваться белогривые из столицы не станут, для них я все еще слишком слаб, чтобы со мной считаться.

Еще один момент – одновременный подрыв актисов крайне важен. По информации Хорки, такой мощный всплеск призовет самого сильного дегустатора бездны и тот сожрет остров гарантированно и быстро. Что, в свою очередь, повысит шансы на подъем взамен нового, подходящего для наших целей, острова, ведь нам нужен остров не меньшего ранга, чем существующий.

Само собой, раз мы с Хоркой планируем уничтожить остров, то Горад, прекрасно понимая что мы задумали, каким-то образом должен этого не допустить. Или хотя бы помешать. Так что проблемы будут. И решать их придется на ходу. Надеюсь, этот засранец просто не успеет приготовить опасные сюрпризы, серьезная подготовка требует времени, а время мы ему давать не собираемся. Но существует также опасность еще большая, чем Горад – по мнению Хорки Умного, столь массовые действия на Острове Мертвецов могут привлечь внимание Владыки Древа Смерти. И тогда последствия непредсказуемы… В общем, как не крути, а действовать нужно максимально быстро. И такие заминки, как сейчас, лишь усложняют ситуацию, повышают риск непредвиденных и катастрофических по последствиям событий. Чертовски тревожно на душе, когда думаю об этом, даже трубка не помогает.

– Миха, ты здесь давно, – забираю трубку у эльфа. – Скажи, тебе приходилось общаться с Горадом до того, как он был изменен искаженным порталом? Что можешь сказать о нем по личным впечатлениям? О характере? Уме?

– С чего вдруг ты заговорил о Гораде сейчас? Очередная идея?

– Не совсем. Просто ответь.

– Хех… Что сказать… Я действительно здесь давненько. Знал Горада еще до того, как клан Антракса стал пиратским. Горад всегда был немного странным. Всегда пытался докопаться до сути всего, что происходит вокруг, даже если и так все было ясно. Что у него на уме – никогда было не понять. А каким он стал после изменения – сам видел, тут мне добавить нечего.

– Это понятно. Но ты можешь назвать его идиотом?

– Странный вопрос. К чему бы?

– Он знает мои возможности. Не все, но достаточно, чтобы понимать – Древо могло меня и не обратить. Что и произошло. Тогда зачем устраивать такую ловушку, шитую белыми нитками? После которой мы лишь получили охрененное преимущество?

– Белыми нитками?

– Вечно ты цепляешься к фразам. Оборот такой. Не отвлекайся.

– Если бы еще понять, к чему ты ведёшь, – хмыкает эльф. – То есть, ты считаешь, что его основной целью было не порабощение тебя через обращение в мертвяка? А что тогда?

– Сам пока не понимаю, – я досадливо морщусь. – Что-то во всей этой истории с Древом не чисто.

– Да все в ней, как ты говоришь, не чисто, – пренебрежительно фыркает Михонариум. – Но я по прежнему считаю, что Марана права, и Горад просто не учел твоего везения. Накладки случаются сплошь и рядом, ты сам это прекрасно знаешь. Всегда находятся неучтенные факторы, которые вмешиваются в обстоятельства и рушат любые планы. Именно это и произошло. Горад облажался, а ты набрал рейтинг.

– По моему, ты слишком много думаешь, повелитель, – поддерживает эльфа демонесса. – Уничтожим остров, потом займемся Горадом. Всё просто.

– Точно, – бард трясет светловолосой головой так энергично, что едва не теряет треуголку.– Позитивный настрой никогда не бывает лишним. Веселее, Зуб! Половина пути пройдена, так что скоро надерем Акарху мохнатую задницу. Уточняю – дохлую мохнатую задницу. А если под руку попадется Горад, то и ему перепадет от щедрот наших.

И не думай о Лунной Радуге, – добавляет Марана по личному каналу, доступному только нам двоим. – Мысли о скверном исходе могут накликать беду.

Что?! Как ты… – я обрываю себя и просто киваю. Пора уже привыкнуть к проницательности спутницы. С этим планом по разрушению острова у меня действительно с каждым шагом все больше крепнет уверенность, что все закончится как в Лунной Радуге. Мне чертовски не хочется испытать это на себе снова – падение в бездну с ничтожными шансами на выживание. Да, мы предусмотрели пути отхода, но никогда ни в чем нельзя быть уверенным на все сто. К тому же бездна под островом сейчас совсем иная. Белая Мгла может не просто прикончить, а вовсе стереть из жизни, забрать все сейвы без остатка. И об этом не стоит забывать.

– И все же… Чёрт!

Мы с Фурией чувствуем это одновременно. Прямо под подошвами моих сапог и под брюхом дикоши земля начинает шевелиться. Кошка мгновенным прыжком с яростным шипением и вздыбленной шерстью отскакивает в сторону, я тоже слетаю с бревна и оказываюсь рядом с ней. Марана не отстает, ее реакция еще быстрее, она уже стоит в шаге от меня, развернувшись к источнику опасности, руки вскинуты к плечам, на когтях пальцев пляшут искры готового к бою заклинания, магическая сфера над плечом наливается багровым сиянием. Эльф срывает с плеча лук.

Там, где мы только что находились, земля змеится трещинами, вспухает горбом и тут же опадает, проваливаясь в глубокую яму прямиком под нашей «скамейкой». Костлявая кисть с ошметками гнилого мяса на пальцах высовывается из разверзшейся тьмы, хватается за край ямы. Скелет рывком пытается выбраться наружу, но ржавый шлем глухо бьется в нависающий над провалом ствол, нахлобучивась на желтый череп по самые плечи. И скелет валится обратно, на своих собратьев, лезущих следом. Звон ржавого железа, скрип костей, и хохот Михонариума, довольного забавным происшествием. Нервы у чертового эльфа железные. Магическая сфера Мараны жарко вспыхивает и яма превращается в пышущую адским жаром печь. Огонь рвется вверх, жадно вгрызается в деревянную преграду, быстро растекается по замшелому стволу в обе стороны. Пак бесславно погибает в этом пламени, так и не выбравшись наружу, но досмотреть представление не дает новая команда Хорки:

Рейду – продолжить движение.

Полчаса спустя, продравшись сквозь несколько километров лесных зарослей и десятки мелких докучливых стычек, вспыхивающих в самых неожиданных местах, мы совершенно неожиданно нарываемся на врагов, которых здесь быть не должно.

Зуб, вижу черный портал! – прилетает тревожное сообщение от Команча. – Твою ж мать, меня заметили, отхожу!

Выхватываю взглядом его метку на миникарте, он примерно в сотне метров впереди и чуть левее направления движения рейда.

Команч, кто атакует? Давай подробности! Команч?

Заметив, что иконка Команча вдруг гаснет, накрываясь черепом со скрещенными костями, рычу от злости. Ну как так получилось?! Чтобы этот ловкач попался вот так просто кому бы то ни было?! Но сам факт внезапной смерти опытного и ловкого бойца – предупреждение, которое не стоит недооценивать. А еще нужно как можно быстрее найти его тело, пока есть шанс воскресить. Правда, сперва придется справиться с теми, кто его прикончил.

Шабл реагирует без раздумий, получив ту же информацию, что и я – вскидывает над рогатой головой громадный молот, приказывая «черепам» замедлить шаг и разойтись в стороны шеренгой, чтобы охватить как можно большую зону для защиты. Воины из арьергарда быстро подтягиваются и вливаются в общий строй. Трое могучих гхэллов с ростовыми щитами и полуторными мечами выдвигаются вперед, готовясь встретить натиск первыми.

В бессчетный раз за этот поход крепко сжимаю рукоять Пламеня, стараясь охватить взглядом окружающую картину целиком и ничего не упустить. Посылаю срочное сообщение о нападении Хорке. Даже если отобьемся сами, я обязан это сделать. Окружающий рельеф не балует, слева и справа тянутся извилистые овраги, неглубокие, но затрудняющие маневры. Лес по ту сторону оврагов выглядит плотнее, поэтому и прокладываем путь здесь, где свободнее, но теперь мы оказываемся зажаты с двух сторон подобием природных стен и быстро отступить, не нарушая строя, сможем разве что назад. Зато и нападение наиболее вероятно лишь спереди, если не учитывать, конечно, рандомные паки, которые могут возникнуть где угодно и когда угодно.

Мысленно зову вернуться Фурию, которая снова отвлеклась и носится где-то восточнее рейда. В шаге по левую сторону от меня к бою готовится Марана, её магическая сфера над плечом вспыхивает, причудливо играя багровыми бликами на черно-красном рисунке ее чешуйчатой кожи. Суккуба молчалива и сосредоточена, в глазах горит внутренний огонь, по наэлектризованным рожкам бегают искры. Справа тихой тенью появляется Михонариум с фигурным луком в руках. Когда это необходимо, он умеет быть немногословным и незаметным, а его спокойствие невольно передается и мне. Но то, что он все-таки взялся за лук, подчеркивает серьезность ситуации.

Ждать приходится недолго, всего несколько секунд, хотя кажется, что тревожное ожидание длится гораздо дольше.

Сперва слышен лишь нарастающий шум – треск веток и топот. Затем в просветах между деревьев темнеет и из-за искривленных стволов появляются враги. Тварей так много, что они кажутся ощетинившейся оружием темной волной, выплеснувшейся нам навстречу. Пожиратели. Пожиратели, мать их! Подозрения воплощаются в действительность худшим образом, но этого и следовало ожидать, как только пришло сообщение о черном портале, стоившее Команчу жизни. Загнав поглубже тревогу, скольжу оценивающим взглядом по рослым фигурам стремительно накатывающей толпы шатунов, среди которых мелькают более легкие и гибкие силуэты трубочников. Могучих жуков-утилизаторов пока не видно, но это еще не означает, что они не придут за первой волной.

За секунду до столкновения выхватываю из подсумка кристалл сущности и бросаю под ноги, активировав клановое Знамя защиты. Зона усиления пробегает по земле едва заметной световой волной, охватывая «черепов» и поднимая защитные характеристики на 15% от текущих. А потом становится уже не до разговоров.

Бой вспыхивает сразу, жестко, напористо, бескомпромиссно. «Черепа» атакуют появившихся в поле зрения противников без раздумий и промедления, привычно уплотняя строй и стараясь оттеснить шатунов и трубочников подальше от центра рейда. То есть – от меня. Лязг оружия, рычание и яростные выкрики далеко разлетаются по лесу. И всё же в одном месте, где цепь бойцов не успевает сойтись, несколько шатунов мощным рывком пробиваются вперед и несутся дальше, словно их тянет в мою сторону магнитом. Сразу замечаю, что эти шатуны выглядят куда мощнее тех особей, с которым я сталкивался на Древе. Скверно. Опытные и заматеревшие бойцы куда опаснее едва вылупившегося молодняка, но здесь их хотя бы не поддерживает Аура Смертного Истощения. На моих глазах один из таких уродцев ловко подныривает под алебарду ринувшегося наперерез гхэлла, сбивает его с ног таранным ударом кряжистого плеча, обвешанного кусками деревянной брони, словно тележка старьевщика тряпьем, и тяжеловесно прыгает на меня, вскидывая здоровенную палицу, усеянную шипами.

Большая часть умений после минувшей схватки, оставившей позади дымящиеся кости очередного скелета, к этому моменту успевает перезарядиться. Делаю шаг в сторону и вскидываю меч, готовясь встретить врага ударом Обжигающей вспышки. Но эльф меня опережает. Его свистящие стрелы пробивают голову первого шатуна. Еще шаг вправо, чтобы разорвать дистанцию и отбить удар следующего врага, перепрыгнувшего через рухнувшего ему под ноги сородича, но тут вмешивается Марана. Она проводит Инфернальный обмен, и я вдруг мгновенным перемещением в пространстве оказываюсь за её спиной, хотя только что было наоборот, и суккуба тут же применяет один из своих самых сильных ударов ближнего боя – Хлыст. Её гибкое чешуйчатое тело пращой раскручивается вокруг оси, а метровый хвост резко удлиняется, наращивая силовую магическую часть и превращаясь в нечто, что по твердости не уступает закаленному металлу. Размывшись призрачной окружностью от бешенной скорости, хлыст с отчетливым хрустом подсекает рвущегося к нам шатуна, а заодно и следующего, ломая обоим нижние конечности как тростинки. Шатуны падают как порубленные деревья, с треском и грохотом сминая почву тяжестью своих тел и роняя увесистые шипастые палицы.

С рычанием и руганью Мор Блеск Молнии, отделившись от строя, проносится мимо уже вскочившего гхэлла и в два удара искрящегося электроразрядами меча добивает обоих инвалидов, превращая их в неодушевленную груду твердой как древесина плоти. Мигом возвращается обратно. Строй «черепов» смыкается, закрывая прорыв – не меньше трех десятков уродливых здоровяков, смахивающих на ожившие кряжистые пни с вдавленными между плеч черепами, наседают на бойцов. Несмотря на пятидесятый уровень защитников и их силу, двух гхэллов, опрометчиво оказавшихся впереди линии танков, подминают. Тяжелые палицы крушат доспехи и головы упавших. Среди остальных поднимается яростный рев, пожирателей стараются отбросить, чтобы вытащить пострадавших из-под топчущей их толпы, но словно этого мало и из леса за первой волной выплескивается вторая, больше прежней. Шабл рывком выносится вперед, на моих глазах удар его могучего молота на несколько метров отбрасывает сразу двух тварей, по росту не уступающих минотавру. Следующий взмах – в сопровождении яркой вспышки и громового удара примененного умения, от силы которого, казалось вздрагивает сам воздух, и назад валятся раздробленной грудой уже трое обитателей Древа Смерти.

Воспользовавшись моментом, бойцы успевают выдернуть одного из раненых из свалки и оттащить в тыл, строй тут же смыкается, но иконка второго все-таки гаснет. С прибытием подкрепления пожирателей натиск усиливается, да так, что и Шабл теперь пятится, возвратившись в общий строй, под прикрытие танков. Те стоят, словно волнорезы, о которых разбивается прилив, но палицы шатунов лупят по их многослойным щитам с такой силой, что те трескаются и разлетаются в местах попаданий щепой.

Орудуя из-за их спин алебардами, гхэллы ожесточенно рубят наступающих, но их не убывает. Твари рвутся ко мне, невзирая на потери, и мне чертовски становится не по себе от такого целенаправленного нечеловеческого упорства. Я вдруг понимаю, что мы не выдержим этой атаки, не поможет ни храбрость, ни умения бойцов. Нас просто элементарно меньше. Наблюдая за боем, бессильно стискивая зубы и рукоять меча, я снова посылаю весточку Хорке, с просьбой поспешить. Черт побери! Ненавижу бездействовать. От меня мало толку, пока я в тылу. Хотя и понимаю, что сейчас это разумная мера предосторожности. Слишком многое зависит от того, уцелею я, или нет. Остро жалею, что до отката Теневого клейма еще несколько суток. Впрочем, не факт, что это умение подчинит пожирателей. К тому же у них чертовски могучий покровитель, а игры в переподчинение вражеских бойцов в первую очередь опасны для меня самого.

Зато эльф находит себе работу и без оружия – отбросив за плечо лук, он подхватывает лютню. И – наконец-то! Замечаю на мини-карте зеленую метку Фурии, она сокращает расстояние со скоростью несущейся в цель реактивной ракеты. Сразу нахожу ей применение, мысленно корректирую вектор её движения и приказываю принять боевую форму. Под звуки боевых аккордов эльфа, на волне рейдового усиления Гимном битвы, Фурия влетает в толпу сражающихся шипастым бронированным болидом. Ситуация мгновенно меняется кардинальным образом. Широко распахнутые крылья яростной бестии режут и раскидывают шатунов, словно лезвия гигантской косы, острое жало на конце хвоста пробивает тела и головы, могучие лапы сминают и отбрасывают оказавшихся на пути врагов, словно бумажные стаканчики, чудовищные челюсти с огромными клыками отрывают конечности. Первые ряды шатунов исчезают под стремительным натиском дикоши как трава под взбесившейся газонокосилкой.

Глядя на эту картину, Михонариум заразительно хохочет. Можно подумать, он увидел самую смешную сцену в своей жизни. Веселый малый наш эльф. Но я и сам невольно перевожу дух и улыбаюсь, испытывая неподдельную гордость за своего питомца. Похоже, всё не так плохо, как могло показаться. Вижу, как и Марана не удерживается от одобрительного кивка.

Будто сговорившись со зверюгой, в гуще сражающихся вдруг ярко вспыхивает трезубец линарца, подоспевшего всего мгновеньем позже Фурии. Скорее всего, так и есть – хитрый Рист воспользовался моментом атаки зверя, чтобы закрепить собственный успех без особого ущерба для себя. Его сияющая ртутным серебром фигура беспрепятственно скользит прямо в гуще врагов под усилениями аур Упоение битвой и Маятник, которые взвинчивают скорость атаки и сотворения чар, а также повышают ловкость и шанс уклонения. Рист двигается словно неуловимый призрак, оставляя после себя дымящиеся трупы, рассеченные световыми вспышками лезвий смертоносного трезубца. От большинства ударов он просто уклоняется, и лишь малую часть выпадов принимает на верхний левый наруч, в момент блока разворачивающийся в стальной щит метрового диаметра.

Воспользовавшись полученным преимуществом, «черепа» с торжествующим ревом бросаются в атаку, вслед за своим рогатым предводителем. В ход идут все умения, придержанные для подходящего момента, ибо он как раз и настал. Прорыв яростен и неудержим, ряды шатунов тают как восковая свеча в пламени факела, оставляя после себя неподвижные и агонизирующие тела.

Шабл, ищите черные порталы! – бросаю вдогонку минотавру. – Горад может быть еще рядом!

Увы, скорость продвижения имеет свои недостатки.

Вскидываю руку и вонзаю Душелова в первую же открывшуюся цель – кряжистого шатуна с разорванным плечом, который с трудом пытается подняться после удара дикоши уже позади наступающего строя. Не все оказались добиты, а значит, для нас с Мараной и Михонариумом, которые не отходят от меня ни на шаг, нашлась законная работа. Призрачная молния Душелова ветвится и перескакивает еще на двоих изувеченных, но пока живых шатунов. Те корчатся, словно от электрошока. Хотя способности Хорки дотягиваются до каждого участника масс-рейда, блокируя воздействие Ауры Истощения, от доброй порции бодрящей энергии настроение заметно поднимается, в крови кипит адреналин, вызывая жгучее желание кого-нибудь прикончить. И не только у меня одного.

Рядом с калеками в два прыжка оказывается эльф, ловким, почти танцующим пируэтом уклоняется от скрюченных пальцев ближайшего шатуна, мгновенно перемещается за его спину и вонзает кинжал во вражеский затылок. Клинок эльфа не прост и входит в череп как по маслу. Огненный шар, вырвавшись из магической сферы неспешно проходящей мимо суккубы, воспламеняет следующего шатуна от пояса до макушки, а небрежный удар хвостом вбивает в почву уже гарантированный труп. Похоже, они решили проделать всю работу без меня, а так не пойдет. В два прыжка догоняю Миху и размашистый удар Пламеня раскраивает последнему подранку твердую, словно скорлупа гигантского ореха, башку, отправляя его в Чертоги Смерти, или куда там отправляются пожиратели после гибели.

Из-за шума свалки едва не пропускаю подозрительный шорох над головой, но Печать Алана реагирует жгучим предупреждением. Инстинктивная реакция заставляет отпрыгнуть в сторону, а уж потом вскинуть взгляд. В кроне ближайшего дерева, чьи ветви нависают над головой, среди мертвенной-зеленой листвы стремительно движутся уродливые тени с телосложением пожиже, чем шатуны. Трубочники! Сумели воспользоваться горячкой боя, когда все внимание приковано к наземным целям, и пробрались к нам по кронам!

Певучая стрела приходит из-за спины, проносится над плечом и пронзает одного из засевших в ветвях трубочников, который как раз собирался выпустить ядовитый дротик из своей духовой трубки.

Снова рывок в сторону, но меткие выстрелы следуют по пятам, сыплются дождем. Спасает Щит льда – несколько исходящих ядовито-зеленым сиянием стрелок в ладонь длиной с хрустальным звоном разбиваются о пятна ледяной скорлупы, возникающей на их пути прямо в воздухе, обломки древесины вместе с осколками льда осыпаются на землю.

Не оставляю такую наглость без ответа.

Сразу после очередного прыжка и разворота перетягиваю ближайшую тварь Плетью боли, умение цепью перепрыгивает на несколько соседних целей. С треском ломая ветви и поднимая тучу сорванной листвы, уродливые создания перезревшими яблоками валятся вниз. Но и те, кого не сбила плеть, тоже спрыгивают на землю, и трубочников оказывается неожиданно много – не меньше полутора десятка. Они меньше шатунов, не так сильны и вдвое легче, но ловки, как черти, да и выглядят также – гибкие костлявые создания, вооруженные костяными кинжалами и духовыми трубками. Они настолько быстры, что взгляд не успевает за их движениями, и Щит льда генерирует десятки скорлупок одновременно, чтобы отразить летящие со всех сторон стрелы. Мысленно выругавшись, врубаю Теневое преимущество, так как не остается ничего другого, как и самому проявить чудеса ловкости.

Дальше все происходит предельно быстро, картина схватки в сознании разбивается на множество рваных, смазанных скоростью сцен. Копье воздуха голубоватой пикой энергии сшибает с ног несколько ближайших трубочников, они еще летят вверх тормашками, нелепо раскорячив худые узловатые конечности и раззявив зубастые рты, а я уклоняюсь от летящей ядовитой стрелки, которая, впрочем, тут же разбивается о возникшую в воздухе ледышку. Падаю на колено и подрубаю очередному врагу ноги простым ударом меча, в рывке сбиваю плечом следующего… и кувырком лечу сам, когда один из трубочников бросается прямо под ноги.

Мир перед глазами вертится, словно мельничное колесо. Мелькает на периферии зрения в смазанном от скорости замахе рука эльфа с зажатым в пальцах кинжалом. Слышу хлесткий удар суккубы, вновь применившей Хлыст. Вспышка света. Хлопанье крыльев и утробное рычание. Наконец удар о землю останавливает меня, я тут же вскакиваю, тяжело дыша, быстро оглядываюсь, вскидывая меч в боевой стойке… и немного растерянно, чуть помедлив, отправляю его за спину, на законное место. Похоже, с использованием Теневого преимущества я поторопился. Потратил зря.

Бой закончен. Вокруг лишь валяются трупы. Жжение Печати Алана Тёмного утихает, опасности больше нет.

Опустившись на мохнатое брюхо, Фурия не спеша дожевывает одного из трубочников, тот еще корчится в агонии, но песенка его спета. Дикоша просто продлевает удовольствие, играя с жертвой, как кошка с мышью. Марана стоит рядом со мной, в двух шагах, вокруг нее валяется минимум пять тел, павших от ее когтей, хвоста и огня магической сферы. Небрежно улыбнувшись в ответ на мой взгляд, она выдергивает одну за другой несколько стрел, торчащих из ее левого предплечья. Даже не морщится, хотя из ранок струится кровь. У демонессы сверхпрочная кожа, состоящая из мелких аккуратных чешуек, словно изящно выкованная высококачественная кольчуга, но предел прочности есть у всего, а стрелки трубочников необычайно остры и явно приправлены магической отравой, помогающей преодолевать препятствия. Пока я катился по земле, она прикрывала меня собой.

Как ты себя чувствуешь? Яд…

Мне он не страшен. Поберегись сам.

Спасибо, Мара.

Опять ты за свое. Не за что благодарить.

Ты ведь знаешь, что я с тобой не согласен.

Это ничего не меняет. Я лишь делаю то, что должна.

Ее невозможно переубедить. Отношения для суккубы важны исключительно через призму эмпатического восприятия, где невозможно солгать, поэтому для неё слова, обозначающие эмоции – пустой шум. Протягиваю ей флягу с зельем здоровья, но суккуба отмахивается. Ранки и так быстро заживают, кровь уже перестает течь.

Эльф тоже занят делом – деловито вырезает кончиком кинжала свои стрелы из тел шатунов и трубочников, само собой – лишь те, что уцелели. Рист закидывает за спину трезубец и бесстрастным взглядом четырех черных, как смоляные омуты, глаз приходится по всей нашей компании. После чего в несколько шагов растворяется в лесных зарослях. Свое дело он уже сделал – пришел на помощь Маране, а заодно и всем нам, а значит, больше незачем мозолить глаза чужакам. Ему привычнее торить путь одиночки, когда его никто не замечает, зато он видит все и всех.

В нашу сторону бегом возвращаются несколько «черепов», среди них вижу коренастую фигуру орка. Мор Блеск Молнии удовлетворенно кивает, убедившись, что со мной все в порядке, его спутники подхватывают тело погибшего собрата, и так же бегом уносят в лес, в ту сторону, куда укатилось сражение с шатунами. И где оно, по всем признакам, уже закончилось нашей победой. Умно. Лучше собрать и воскресить всех в одном месте, под надежной защитой остальных, чем делать это с каждым по отдельности там, где они пали, рискуя нарваться на спонтанные паки или очередной прорыв пожирателей. Схватка осталась за нами, но мы понесли заметные потери – иконки четверых «черепов» стали серыми.

– Зуб, не тормози, – низким и грубым как наждачная бумага голосом окликает орк, поигрывая мечом. – Видящий ждет.

– Черный портал нашли?

– Нет уже портала. Даргарх Знающий разворотил его одним ударом.

– А Горад? – уточняет Михонариум, выдергивая последнюю уцелевшую стрелу из башки шатуна и поднимая вопросительный взгляд. – Его видели?

– Нет там никакого Горада, – ворчит орк. – Только портал. Был. Один.

И тем не менее, я не сомневаюсь, что портал – проделки Горада.

Переглянувшись с Мараной, мы быстрым шагом догоняем орка. Оставив в покое измочаленный труп трубочника, Фурия пристраивается рядом, треплю ее густую и жесткую как сапожная щетка холку, на что в ответ дикоша мурчит как трактор небольшого размера. Мы оба довольны друг другом. Я – ее работой, она – моим признанием ее заслуг. Питомцу не так уж много нужно для счастья, в первую очередь – одобрение хозяина. Так что скупиться не стоит.

Рейд Хорки, поспевший на выручку, снова ушел вперед. Я знаю это из сообщения, полученного по чату лично от Видящего. Ему незачем навещать меня лично, он и так знает, что со мной все в порядке, вся необходимая системная информация всегда у лидера перед глазами. Местность вокруг зачищена, но оставаться долго на одном месте все равно не стоит, впереди будет равнина, где уже собираются все рейды. Происходит что-то серьезное, и схватка с пожирателями была лишь цветочками.

Буквально через сотню метров вижу место прорыва. Земля здесь разворочена, словно после удара крупнокалиберной бомбы, окружающие деревья опалены, сучья сломаны и измочалены. Вокруг воронки, выстроившись полукругом, ждут «черепа» – одиннадцать выживших, а это все еще приличная толпа, и я уже догадываюсь, с чего вдруг почетный караул образовался именно тут.

Наши отношения с Команчем для них не секрет…

Ругаюсь сквозь зубы. Тело Команча, вернее, то, что от него осталось, лежит на краю воронки. А осталось немного. Его буквально разорвало на куски, словно пожиратели пытались его сожрать, да не успели. Чувствую поступающую тошноту, но приступ удается преодолеть. Отворачиваюсь и встряхиваю головой, чтобы отогнать жуткую картину, но она еще долго стоит перед глазами. Прости, дружище Команч. Не уберегли. Одно утешение – в Список ловкач попал, поставлю его в первую группу на воскрешение. После рейда. Ненавижу этот проклятый остров. Ненавижу этот чертов мир. Ненавижу эту мерзкую необходимость постоянно кого-то убивать, чтобы не умереть самому.

Пальцы Мараны, прекрасно чувствующей мое настроение, успокаивающе касаются моей руки ниже стального наплечника. Сжимаются несильно, ровно настолько, чтобы дать почувствовать дружеское участие. Злость улетучивается словно по волшебству.

Еще через минуту наш отряд выходит на равнину, о которой говорил Хорка.

По сути, это просто лишенный деревьев участок каменистой местности протяженностью в полкилометра, примерно такой же, как тот, где хозяйничал Каменный Смотритель. К счастью, здесь такого хозяина нет. Стоило выйти на открытую местность, и я сразу чувствую, как усиливается ветер. В лесу он был почти неотличим от обычного движения воздуха, но здесь заметно веет непривычным холодом и влажностью.

– Дело плохо, – ворчит Михонариум, окидывая открывшуюся картину задумчивым взглядом, и Марана с не менее серьезным видом кивает, вполне согласная с его выводом.

Я тоже понимаю, что именно Видящий задумал, и это добавляет тревоги. Ведь все рейды выстроены широкой окружностью, почти полторы сотни бойцов, в том числе и пиратские. И вовсе не ради того, чтобы воскресить павших, над которыми уже колдуют шаманы. Пользуясь наступившим затишьем, белогривые целители стараются реанимировать бойцов без драгоценных расходников – лишь силой магии. Не сбавляя шага, наша неразлучная тройка направляется к Хорке, который ждет меня в центре окружности в гордом одиночестве. «Черепа» придерживают шаг, видимо, получив команду Видящего по своему каналу, и вскоре отстают, встроившись в общую линию обороны.

– Что происходит, Видящий? – окликаю сразу, как только оказываюсь рядом с белогривым. – Полагаю, тебя беспокоит не только усиливающийся ветер?

– Верно. Антракс не удержал Ледяного Мастера, – тяжело роняет Хорка Умный. Его суженные от гнева глаза пылают внутренним огнем. – Через двадцать минут босс будет здесь. За этот промах я спущу с пирата шкуру, но это будет потом. Сейчас же ясно, что до форта мы не дойдем.

– А как же Акарх? – хмуро уточняю я.

– Шансов изначально было мало. Сейчас важнее сохранить жизнь нашим бойцам и уничтожить остров.

Отлично его понимаю. Надежда вернуть наставника в мир живых угасает из-за непреодолимых обстоятельств. Мне тоже не нравится, как разворачивается ситуация. Нелегко принять поражение, когда успех был так близок. Кивнув, я без дальнейших вопросов достаю из подсумка астральный расходник, опускаюсь на колено и активирую маяк на земле. Как только возникает связь с Цитаделью, бросаю в сеть сообщение:

– Ранилак?

– Наконец-то! – тут же с заметным облегчением отзывается маг. – У вас там все в порядке? Мы тут уже забодались ждать! Начинать?

– Да. Пусть наши доставят Семена Древа на корабли. Девятое тащи сюда сам.

Глава 22. Салки со смертью

— Ранилак? Сейчас же.

— Ээ… минуточку, – с явным сомнением в голосе отзывается маг. — Ты же сам говорил, что все Семена нужно разместить одновременно. Забыл, что ли? Мне-то всего лишь к тебе прыгнуть, а остальным еще нужно добраться от маяков на кораблях до острова, да и по острову не меньше километра…

— Давай без разговоров, — непререкаемым тоном командует Хорка Ранилаку. — Небольшие расхождения во времени уже несущественны. Главное – доставить Семена на остров.

— Давай, Ран, не тормози.

Само собой, для сокланов моё слово здесь последнее. Увы, мне обо всей этой бодяге с пробуждением актиса известно меньше, чем Хорке, так что поддерживаю его, просто чтобы прекратить ненужный спор, и машинально отступаю на несколько шагов от маяка. Хотя это и не нужно — выброска происходит в пределах пятидесяти метров на любое свободное место.

С тихим вздохом расступившегося воздуха в трех метрах от меня появляются двое, сжимая в руках концы ячеистой сети из прочных растительных волокон местного производства. Центр свертка увесисто провисает почти до земли, черный «мяч» Семени прижимается к отчаянно дергающейся там же туше крупного животного со связанными лапами, предназначенного в жертву. Ранилак радостно машет мне свободной рукой, довольный уже тем, что все-таки вписался в операцию лично, но Алия улыбается тревожно, окидывая все вокруг быстрым внимательным взглядом. По ее хмурой гримасе заметно, что мрачный вид местности и виднеющиеся в отдалении молчаливые фигуры окруживших равнину рейдовых бойцов девушку не очень вдохновляют. Зато это именно та работа, которую можно поручить сокланам без чрезмерного риска в сложившихся обстоятельствах.

Именно поэтому Семя предусмотрительно спеленуто сетью, мало ли что произойдет, если оно вдруг активируется непосредственно в руках. Тема малоизученная, никто толком ничего не знает, в Архивах Форта Бдительного мало практической информации. Но в одном Хорка уверен — понадобится жертва. Сама суть Стихии Смерти всегда требует жертв. Одобрительно хмыкаю, заметив, что своего свина Ранилак брать на это задание не стал. Обойдемся денёк без этого вечно мельтешащего под ногами непоседливого недоразумения.

Повинуясь повелительному взмаху когтистой лапы Видящего, мои соклановцы отбегают от маяка в указанном направлении на сотню метров и опускают Семя на почву. Выхваченный кинжал Ранилака мелькает молнией, животное в сети дёргается в агонии, но вырваться бедолаге не суждено, сеть не позволит.

Совершив ритуал, мои соклановцы быстро отступают ко мне с Хоркой и становятся рядом. Ранилак пыхтит, словно пробежал не меньше километра, но постепенно его дыхание выравнивается. С легким недовольством косится на меня, словно исключительно я виноват в том, что ему пришлось поработать кинжалом. Ничего, переживет, и ботанику иной раз приходится замарать руки. Работа простая, но мной на совете при активации решили не рисковать. Алия выглядит так, словно вообще никакой пробежки не было. Результаты ежедневных физических тренировок в осколке не проходят даром, это лишь наш маг слегка ленив, а остальные стараются.

Истекает напряженная минута. Взгляды всех присутствующих устремлены на Семя. Жертвенное животное уже затихло. По размеру корнеед, пойманный Пятнышком, пока рейд прокладывал путь к сердцу острова, примерно с упитанную овцу, то есть довольно крупное существо. Неужто мы ошиблись, и для жертвы его недостаточно?

Сейчас тоже самое происходит на восьми кораблях с маяками.

Заранее пойманные твари приносятся в жертву Семени. Если пробуждение будет слишком резким и ситуация для окружающих станет опасной, кораблями тоже планировалось пожертвовать — с разгона загнать на край острова, после чего команда должна была его спешно покинуть, перебравшись на другие суденышки. Если активация пойдет медленно, то корабли просто причалят к острову, а Семена с помощью сетей отнесут до намеченных в километре от края точек.

Вроде бы все просто.

Проблема в том, что сейчас вообще ничего не происходит.

Ни быстро, ни медленно.

Фурия недовольно ворчит и трётся мохнатым боком о моё плечо, переступая с лапы на лапу, в возбужденном состоянии её шерсть всё больше становится похожа на гибкую стальную проволоку. Растёт зверюга, развивается. Не позволяю ей отходить, хотя она рвётся обскакать всю равнину, лишь бы не стоять на месте. Не сейчас, потерпи.

Ещё минута.

Ничего не происходит. Скорлупа стазиса на чёрном «ананасе» всё также поблескивает отражёнными лучами солнца без малейших изменений и у меня возникает нехорошее чувство, что нас круто обломали. А время неумолимо тикает. Где-то там сейчас на наши позиции прёт Ледяной Мастер, с которым даже сам Хорка не горит желанием связываться лично. После Смотрителя и меня не тянет на новые эксперименты. Дорого обходится для нервных клеток.

– Хех, что-то никакой реакции не вижу, – наконец неуверенно подаёт голос Ранилак, нарушая чересчур затянувшееся молчание, словно каждый из нас ждёт, пока заговорит другой, чтобы не сглазить. Может, так и есть.

– Вижу, - хмурюсь, всё ещё не сводя взгляда с Семени.

Такое крохотное и незначительное на фоне предстоящей задачи с расстояния в сотню метров, буквально чёрная точка, но скрывающее внутри чудовищную силу разрушения. Мне уже приходилось видеть, каким оно может быть буйным, дай только волю.

– Видящий? – негромко окликаю Хорку. – Ты уверял, что ритуал, который проводят пожиратели для активации Семени, не понадобится. А что тогда понадобится, чтобы заставить эту хреновину шевелиться?

Видящий молчит, по-прежнему не отрывая тяжелого взгляда от Семени. Он в мрачном недоумении. Я переглядываюсь с Мараной. Хорка и нерешительность – несовместимые вещи. По-крайней мере, раньше было именно так. Вижу, как взгляд Мараны, которым она смотрит на Хорку, из нейтрального становится осуждающим, и в свою очередь успокаивающим жестом кладу ладонь на её горячее чешуйчатое плечо.

– Видящий? – повторяю я.

– Успокойся, – рявкает белогривый, резко распрямляясь. Хватает лапами воздух, словно хочет что-то раздавить в когтистых пальцах, затем стискивает пояс с оружием, словно спасительную соломинку. – Дай подумать. Ты что, полагаешь, я каждый день это проделываю? Пожиратели всегда доставляют с Древа их уже активированными. Мы действуем, исходя исключительно из теории, и я тебе об этом говорил. Ничего, зато у остальных есть время доставить Семена до намеченных точек. Оно должно пробудиться. Должно. Все ритуалы пожирателей сводятся к жертвам, эта жертва ничем не хуже других.

– А если эта хрень вообще не активируется? – задаю резонный вопрос, который наверняка вертится в сознании сейчас у каждого из присутствующих. – В нашем плане чертовски много слабых мест, ты не находишь?

– Варианты всегда остаются, – упрямо ворчит Хорка.

– Ставки высоки не только для тебя, Видящий. Кстати, что именно говорил на этот счёт Антракс? Ведь его кодла бомбила форт Семенами ещё задолго до нашего знакомства. Должны же они хоть что-то знать.

–Не-не-не, братец Зуб, – вмешивается в разговор Михонариум с чуть смущенной усмешкой, словно он в чём-то виноват. – У них это проделывал Горад. Но что именно он делал – никто не знает.Скрытный засранец. Наверняка тогда уже планировал поиметь свой клан.

– Опять этот несносный Горад! – с кислым выражением на лице вздыхает Алия.

– Точно, – резко кивает Ранилак. – В каждой дырке затычка, едрит его за ногу!

Я не поддерживаю бессмысленный разговор. Народ просто выпускает пар. Взгляд возвращается к проклятому Семени в защитной оболочке. Что-то мне это напоминает. Какая-то подсознательная мысль, которую никак не удается схватить за кончик, заставляет присмотреться к «ананасу» внимательнее. Минуточку… У Хорки – огромный жизненный опыт, и в данном случае это проблема, многие вещи он мог уже просто забыть за давностью. Я же все еще новичок в этом мире по большему счету, а потому, кажется, вижу упущенную аналогию. Даже странно, что главный дрессировщик форта Ворг Вялый тоже пропустил этот момент, хотя каждый день сталкивается с такими вещами при работе в своем Питомнике. Что ж, мы ничего не теряем, если я попробую, а на говорильню времени уже точно нет.

– Так, ждите здесь, есть одна мысль…

Срываюсь и бегу к Семени.

Фурия моментально пристраивается рядом неторопливой трусцой, мягкая поступь её лап почти не слышна. Пробежка немного снижает её раздражение от необходимости торчать на месте.

Для приручения питомцев в начальной локации требовалась кровь, иначе ничего не выходило. Так? Катализатор для необходимой реакции. И не просто кровь, а кровь хозяина. То есть существа разумного. Это значит, что обычного животного для жертвы может оказаться недостаточно. Не знаю, почему сейчас вспомнилось именно это, но, видимо, потому что в критические моменты интуиция обостряется. А сейчас самый что ни на есть критический момент.

Все молчат, только разговорчивый Ранилак вполне ожидаемо не может удержаться:

Ты что творишь, Зуб?

Доверяюсь интуиции. Не отвлекай.

Встаю рядом с Семенем, выхватываю кинжал и чиркаю по левой ладони. Не обращая внимания на боль, вытягиваю брызнувшую кровью руку. Разве это боль – так, ерунда. Печать Алана жжет гораздо сильнее, вот как раз начинает просыпаться, не нравится ей столь близкое соседство с Семенем. Да и кому понравится. Разве что тварям, принадлежащим к Стихии Смерти, всем остальным жизнь дорога. Затихшая и скрюченная агонией тушка корнееда выглядит так, словно обнимает связанными лапами черный «ананас». Кровь, все еще продолжая капать из рассеченного горла зверька, щедро пропитывает всю почву под Семенем, но уже ясно, что толку от этого мало.

Фурия обеспокоенно нарезает широкие круги рядом, утробно ворчит что-то на своём кошачьем языке, не одобряя выходки хозяина. Терпи, лохматая.

Частые алые капли с тихими шлепками падают на скорлупу, образуя густую кляксу с потёками на выпуклой поверхности. Уже начинаю думать, что всё-таки ошибся и придётся несолоно хлебавши возвращаться к своим, как скорлупа начинает растворяться. Как тонкий слой льда под палящими лучами солнца. Есть контакт! Кровь в считанные секунды погружается сквозь скорлупу, достигает чёрной шершавой поверхности самого Семени и чёрное яйцевидное тело вздрагивает, словно живое, жадно впитывая всё до капли. Плотно покрывающие его поверхность чешуйки начинают шевелиться. Чувствую небывалое воодушевление. Я молодец. Да-да, сам себя не похвалишь… Но ведь заслуженно.

Отдаю приказ остальным носителям повторить кровопускание, – деловито сообщает в чат Хорка, не спуская с меня глаз. – Придётся сделать это на бегу, нельзя терять время.

Высадка уже произошла?

Вместо ответа он бросает мне допуск в личный командный канал высшего приоритета и миникарта открывает весь Остров Мертвецов, где точки курьеров горят по краям синими огоньками, а намеченные точки для размещения Семян Древа тлеют жёлтыми. Судя по масштабу, курьеры вот-вот остановятся. Отлично, дело движется.

Но у меня пока свои заботы.

Никогда бы не подумал, что возникнет ситуация, когда регенерация будет работать против меня. Рейдовые усиления – это нечто. Чистое ровное рассечение закрывается слишком быстро, приходится резать ладонь снова. И снова. И снова, чёрт побери. Не слишком приятный процесс, но иногда приходиться примерять на себя шкуру мазохиста. Чешуйки уже топорщатся, тянутся от Семени в сторону капающего источника жизни, словно голодные рты птенцов. Правда, многовато «птенчиков» для любого гнезда, и выглядит это жутковато. А может, жутковато вовсе не от этого, а от просыпающейся ауры Семени, угнетающе действующей на сознание. Любопытно. В логах дебаффа еще нет, но его приближение уже чувствуется. Ага, кажется, Семя немного увеличилось в размерах. Чёрт, слишком медленно!

Поднимаю голову, чтобы глянуть в сторону своих, и вижу, они уже рядом. Справа возникает Ранилак, а чуть левее пристраивается Алия, положив своё ненаглядное копьё на почву, чтобы освободить руки. Они оба без лишних слов достают кинжалы. Ранилак, морщась, проводит лезвием по ладони и выставляет руку. Алия колеблется, но лишь секунду, затем её кинжал тоже впивается в плоть хозяйки. Девушка вздрагивает. За их спинами в трёх шагах виднеется Марана, тоже не оставшаяся в стороне. Присматривает за нашей безопасностью. Её кровь тоже может пригодиться, но пока нам и втроём тут тесновато, а роль охранницы подходит суккубе как нельзя лучше.

Хорка, оставшись на месте с Михонариумом, корректирует приказ в чат, и кто-то сейчас в рейдах, ответственных за доставку Семени, присоединяет свою дань крови к крови курьеров. Хорошо, когда не нужно дублировать каждое действие лишними распоряжениями, есть кому об этом позаботиться и без меня.

С новыми «вливаниями» дело движется быстрее, хотя и ненамного. Но всё же прогресс заметен. Под чёрной поверхностью Семени проходит волна за волной. Хочется отступить еще хотя бы на шаг, подальше от явной опасности, но тогда не достану рукой. Там, где Семя прижимается к мертвой тушке, изменения более заметны. В зазоре между ним и телом возникает знакомый туман и плоть зверя тает, а объем «ананаса» потихоньку растет. Процесс, виденный уже неоднократно при ритуале возрождения. Только там в жертву приносились существа разумные. Целиком, а не только кровь. Может, всё дело именно в этом и нужна жертва посерьезнее, чем животное?

Гоню неприятную мысль прочь, но от неё уже не избавиться.

Слишком медленно, чёрт побери.

Драгоценные минуты утекают, словно вода в песок раскаленной пустыни, одна за другой. Льдисто-голубая метка Ледяного Мастера всё ближе к нашим позициям. Минут через пять он будет здесь, если ничего не предпринять. Впрочем, чую, что даже если что-то предпринять, это могущественное существо всё равно будет здесь. Пиратский рейд Антракса эта тварь просто размазала.

Командный канал масс-рейда позволяет видеть общую картину без лишних вопросов, экономя всем нам время, и я замечаю, когда точки курьеров замирают, завершив доставку. Возле каждого Семени сейчас по два моих соклановца. Если брать весь остров, то здесь почти весь клан, не считая коби. Да уж, не такой уж большой у «Охотников» состав. Бойцов нужно больше, эта задача на очереди.

Мы с Хоркой явно думаем схожим образом.

Вижу, как от цепи масс-рейда отделяется группа и уходит в северном направлении.

Посылаю Гийома задержать Мастера, – будничным тоном сообщает Хорка, словно отправил пиратов на утреннюю прогулку перед завтраком. – Нельзя устраивать битву возле Семени. Его легко уничтожить и запороть всё дело. Готовься к пополнению Списка.

Не устает напомнить, что мой долг возрастает с каждой жертвой. Но портал нужен не только мне, так что этот долг делится между нами обоими поровну, пусть не обольщается. Нечего тут на совесть давить.

Резкое движение кинжалом. Слабая боль, свежая струйка крови. Ладонь уже исполосована заживающими шрамами, а система сообщает об усиливающемся дебаффе кровотечения. Что-то инстинктивно почувствовав, оглядываюсь через плечо и выхватываю как раз тот момент, когда Хорка решает обновить рейдовый бафф. Он хватает когтистой лапой отделанный серебром рог и подносит к пасти. Над землей разносится громкий протяжный звук, то ли пение неведомого существа, то ли его стон.

Длань власти

Рейдовое усиление

Физическая защита каждого члена группы или рейд-отряда повышается на 10%, магическая – на 30%

Шанс прерывания вражеских способностей увеличен на 30%

Эффект длится 1 час

Уход одного рейда почти не заметен на фоне оставшихся сотни с лишним суров. Но всё же окружающая равнину цепь становится пожиже.

Наблюдатели с кораблей сообщают, что засекли дегустаторов, – снова передает Хорка Умный. – Нам это на руку.

Дегустаторов? – я удивленно вскидываю брови. – То есть их там несколько?

Тварей видят с каждого корабля. Такого ещё не было, чтобы столько исполинов собрались в одном месте.

Круто. Словно ждали этого момента и собрались заранее, – напряженно хмыкаю я. – Будем считать это хорошей новостью. Но как-то рановато. Семя ещё не горит. Даже размер нужный не достигнут.

Тем не менее, они уже что-то чувствуют. Мы не знаем всех возможностей этих существ.

А может, уже пора поджигать?

Ты ведь помнишь, как выглядело активированное Семя на острове, который мы не смогли отстоять?

Как монстр, разрывающий землю? Я тебя понял. Не будем рисковать, немного времени ещё есть.

Нужно дождаться полноценного роста. Есть опасение, что иначе Семя снова свернется и закуклится. Или вовсе перегорит изнутри, придет в негодность.

Нравится мне ваш оптимизм, – с ухмылкой на аватаре комментирует Михонариум, встревая в нашу беседу. – Прямо обхохочешься от радостных ожиданий.

Неужто ты нервничаешь, Миха? – возвращаю эльфу насмешку. – Разве у эльфов не стальные нервы?

Стальными бывают только яйца, братец Зуб. У големов. Или у них таких штуковин нет? Забыл. И вообще, зубоскалить тебе не к лицу… Ах да, все время забываю про твой полный ник. Впрочем, немудрено запамятовать, большую часть времени твоя морда серьезнее, чем у упомянутого голема.

Ну, спасибо на добром слове…

У нас проблемы, – перебивает нас Видящий столь мрачным тоном, что у меня холодок пробегает по спине от предчувствия непоправимой беды. Так и оказывается: – «Когти» засекли Могильщика. Он ближе, чем Ледяной Мастер.

На мини-карте вспыхивает новая метка, которую только что нанёс Хорка Умный. Метка совсем рядом. Буквально в сотне метров по ту сторону оцепления. От таких новостей нервы скручиваются в узел. Территория Могильщика осталась чёрт знает где! Как этот босс мог оказаться здесь?! Мы его вообще не учитывали в планах! От злости и растерянности режу ладонь глубже, чем необходимо, и вспышка боли встряхивает, как хороший электроразряд.

За этим направлением не было необходимости следить настолько далеко, – поясняет Видящий, словно читая мои мысли. – Непредвиденный фактор.

Другими словами, за этим направлением следил Команч, но разве его не должны были сменить другие разведчики? Неужто Хорка прохлопал этот момент? Или из гхэллов следопыты хуже, чем из людей? Странно, с их-то нюхом… Уже неважно. Неважно! Два босса. Целых два босса прут в нашу сторону почти одновременно, словно подгадали этот момент намеренно, и при этом мы рассчитывали избежать встречи с обоими, а Акарха Терпеливого так и не увидели. Опять всё идет наперекосяк. Да и как может быть иначе, если сам остров, где мы находимся – Проклятый, и всё здесь творится, образно говоря, через заднее место?!

Представляю, чего Хорке стоило это внешнее спокойствие, с которым он сообщил мне эту паршивую новость. Он хоть и закован в металл, но всё же внутри не железный. Просто должность обязывает держать морду кирпичом, чтобы соратники не теряли веру в вождя.

Пошлешь ещё один рейд навстречу?

Уже бессмысленно распылять силы и дальше, – подчеркнуто равнодушным тоном сообщает Видящий, и мне почему-то кажется, что его внутреннее напряжение достигло пика и непрошенный эмоциональный окрас просто взорвется безумной вспышкой. – На этот раз мне придется поработать самому. Дождись полноценной реакции Семени. Ты поймёшь, когда это случиться. И не забудь про усилитель, если возникнут осложнения.

Как будто осложнений и без того не хватает.

Кинжал рассекает ладонь, снова поворачиваю голову и нахожу Хорку взглядом. Его закованная в сталь фигура с огромным мечом на спине быстрым шагом удаляется в сторону надвигающейся угрозы. Легконогий Михонариум тенью скользит рядом с ним. Вот они доходят до ближайшего рейда, Хорка жестами отдает приказы, и еще несколько соседних рейдов спешат в его сторону. Цепь окончательно разрывается, масс-рейд делится на два войска примерно одинакового размера, чтобы перехватить обоих боссов. Было бы неплохо разобраться сперва с одним, а потом бросить все силы на второго, но боссы явно не собираются подходить в порядке очереди.

Замечаю, как полтора десятка небольших из-за расстояния фигурок отделяется от рейда и спешит обратно, в нашу сторону. Хорка все же счёл нужным вернуть охрану из «черепов», а значит, предвидит очередные проблемы.

Машинально касаюсь пальцами «усилителя», безошибочно определяя его по особой энергетике среди обычных кристаллов сущностей, наполняющих подсумок. Белогривый выдал его мне возле святилища Йеноху. Алхимики форта изготавливают эти расходники из тел пожирателей, на один кристалл уходит огромное количество материала, поэтому элики эти редкие и страшно ценные. Для исключительных ситуаций. Эта штуковина повышает мощь всех способностей на пятьдесят процентов в течении десяти минут. Весьма некисло, не так ли? Боюсь представить, с какими характеристиками Видящий приготовил «усилитель» для себя лично. Для него это единственная альтернатива до отката божественной формы, которую он потратил на Смотрителя, будь он неладен.

– Да когда же это долбаное Семя… – нервно начинает Ранилак и сам себя прерывает. – Мы что-то делаем не так. Мы явно что-то делаем не так!

– Маяк рядом, – машинально бросаю я, думаю о своём. – Успеешь уйти.

– Я не об этом! Мне тоже хочется сделать дело, но мы что-то упускаем!

Знаю, что он не об этом, мне просто хотелось его успокоить, напомнив про возможность отхода. Не вышло.

– Ещё бы мы не упускали, – кивает Алия и с тихим вздохом, маскирующим вскрик, чиркает по ладони лезвием. – Кроме пожирателей, никто на островах не активировал Семена. До сих пор. Ну, разве что Горад…

Прекрасно понимаю их состояние, их мысли и чувства, ведь чувствую тоже самое, пытаясь сохранить внешнее спокойствие. Атмосфера вокруг сгущается грозовым облаком. Невидимые ладони тревоги давят на плечи, словно на равнине изменяется сила гравитации. А ведь и впрямь что-то меняется не в лучшую сторону. Наэлектризованный буйством приближающихся сил, воздух потрескивает, по земле и камням проскакивают голубоватые искры. Напряжение настолько густое, что его можно резать ломтями.

Навязчивая мысль все больше крепнет в сознании. Если бы это помогло, я бы рискнул собой. Но это бессмысленно. Слишком многое сейчас зависит от меня. Именно от меня. Некому будет устанавливать Радужный Портал. И нет гарантий, что я вообще воскресну после такой жертвы. Выходит, нужно просить кого-то из своих, но внутри сразу поднимается резкий протест. Это уже выше моих сил. Убивать, чтобы снова и снова воскрешать? Сыт по горло. Алия? Она и так здесь несчастна, в прошлый раз копьеносица пожертвовала свой сейв, а у неё и так их почти нет. Ранилак, который ей беззаветно предан? А может, Марана? Почти уверен, что суккуба выполнит эту жуткую просьбу без лишних колебаний. Вот только я не хочу снова заставлять её проходить через смерть и забвение. Только не её. Я ведь даже не уверен в результате. Попросить одного из «черепов»? После того, что они испытали? Да нахрен такую жертву…

Смешно. Слабак, которому надоели жертвы именно тогда, когда по всем признакам они жизненно необходимы…

Тяжелый гул достигает нас невидимой но ощутимой волной. На равнине вздрагивают камни. Мы трое одновременно поворачиваем головы, не забывая держать окровавленные ладони в метре над Семенем.

Хорка уже сцепился с Могильщиком.

До них метров четыреста, сложно разобраться в деталях, и всё же даже с такого расстояния от вида босса кровь стынет в жилах. Огромная темная фигура в саване из кромешной тьмы возвышается над окружавшими её бойцами-гхэллами, как великан над лилипутами. Рост Могильщика метров шесть, не меньше. Он медлителен, как все гиганты, своего рода компенсация мощи. Но вот эта мощь разит от него тёмной неудержимой волной и кажется, что накрывает призрачной дланью всю равнину, провоцируя тело предательски вздрагивать без видимых причин.

Могильщик резко взмахивает чудовищной косой, заставляя воинов разбежаться в зоне удара. В прорехи развивающегося полосами черноты савана мелькает тело босса –жёлтые кости без малейших признаков плоти. Огромный меч Хорки перехватывает удар, вспыхивают молнии, доносится приглушенный расстоянием гром. Видящий не уступает боссу. Почти не уступает. Белогривый гхэлл сейчас лишь на голову ниже врага и я с невольным уважением думаю об усилителе в своём подсумке. Мощная штука, если заставила настолько измениться Видящего. Если истрачу свой расходник, надо будет попросить такую штуковину для эксперимента на ремесленном алтаре. Жаль, что белогривый вождь сам не предложил этого раньше, но у всех нас свои секреты, которые мы бережем для особых случаев. Всем нужно преимущество, о котором не знают другие, ведь никогда не знаешь, в какой момент жизнь подкинет подлянку.

Снова слышен звук серебряного рога.

Отсюда не вижу, что именно сотворяет Видящий, но наверняка что-то стоящее – все его войско начинает двигаться заметно быстрее, закручиваясь водоворотом вокруг босса. Да и эльф там вряд ли баклуши бьёт, наверняка накидал пачку полезных аккордов, песен, гимнов и прочей музыкальной хрени. Разумная тактика. Никто не стоит на месте – ни арбалетчики, ни алебардисты. Напоминает косяк рыб, кружащий вокруг акулы. Очередной взмах косы Могильщика и Видящий тяжёлой поступью пятится на несколько шагов, разрывая дистанцию. Снова бросается в бой и перехватывает следующий выпад, который наверняка разрезал бы десяток обычных бойцов на кровавые ломтики. Даже здесь видна вспышка от сшибки оружия, словно рванула бензоколонка, причем немаленькая такая, а чуть позже доносится и грохот, как от столкнувшихся грузовых фур на скоростной автостраде.

Да уж, в этот раз Хорка не сможет закончить бой одним ударом в своей излюбленной манере. Смотритель был лишь титаном, хотя и стихийным, к тому же Месть камикадзе вырвала ему большую часть жизни. С Могильщиком такой номер не пройдет, я в этом не сомневаюсь, он гораздо сильнее, хотя с виду значительно меньше Смотрителя. Не всегда размер определяет мощь. Хорка не счёл нужным посвятить меня в способности босса, так как сталкиваться с ним мы не собирались. Сейчас это уже кажется проколом. С другой стороны, если у кого и есть потенциал справиться с таким монстром, то исключительно у Видящего, мне там делать нечего, рожей… то есть рангом не вышел. Его воины наверняка знают, что делать, не один и не два боя прошли с вождем за годы совместных схваток. И всё же… В таких массовых замесах, чем они и сложны, ситуация может измениться в любую секунду. Руки чешутся сделать хоть что-то, а не тупо стоять и капать кровью на это хреново Семя, делая вид, что всё идет своим чередом. Увы, но это уже не так.

Поймав себя на том, что сжимаю челюсти так, что скулы одеревенели, пытаюсь хоть немного расслабиться, пока не выкрошились зубы. Всё сильнее чувствую себя бесполезным и это одуряющее ощущение бессилия заводит покруче любой драки.

– Горад, сучара… – с лютой злобой ворчит Ранилак, не отрывая, как и все мы, лихорадочного взгляда от схватки Хорки с Могильщиком. – Он его притащил, кто же ещё. Погань мразотная. Ушлёпок конченный. Долбоклюй хреноголовый…

Мага-погодника не узнать. Обычно мягкий и добродушный, Ранилак даже крепкие словечки использует крайне редко. А сейчас его злость зашкаливает, пухлое от природы лицо от прилива крови краснеет как панцирь вареного рака, и ругается он как сапожник. Нервное напряжение всякое творит с людьми в критические моменты, но очень непривычно видеть такие изменения именно в этом парне.

– До его зоны обитания километров тридцать, – на лице Алии, напротив, ни кровинки. Белое, как полотно. И не только от ужаса, который вызывает вид Могильщика и прущая от него аура смерти, поглощающая всё вокруг. У девушки с её небольшим ростом и хрупким телосложением крови меньше, чем у нас с магом, а мы всё ещё отдаем эту драгоценную жидкость. И похоже, не у одного меня нарастает ощущение, что все это бессмысленно.

– Значит, он проделал это заранее, – упрямо дергает головой маг.

– Ран, не дури, – девушка смотрит на своего приятеля так, словно сомневается в его рассудке. – Это же один из трех основных боссов острова. Откуда у Горада такая сила?

– Тренировался! – рявкает Ранилак. – Да откуда я знаю! Задницей чую, что это его проделки. Помнишь Некронуса? Он эту тварь тоже заранее подчинил. Предусмотрительный, гад.

– Там пока неизвестно, кто и кого подчинил, – спокойным тоном вмешивается Марана, она стоит рядом тихо, как мышь, немудрено и вовсе забыть о её существовании. – И кто тогда открыл портал, из-за которого погиб Команч, если Горад всё это время тащил за собой Могильщика?

Ранилак не находится с ответом. Я киваю. И впрямь, даже Гораду не разорваться, чтобы действовать в двух местах сразу. Прямо как сейчас не разорваться Хорке между обоими боссами, Могильщиком и приближающимся Ледяным Мастером. Мы многого не знаем, и вряд ли узнаем.

– Может, чёрный портал сработал также, как эти чёртовы паки, что постоянно лезли из земли, как грибы после дождя, – размышляю я вслух. – Спонтанно?

Перевозбужденная от всего, что происходит вокруг, Фурия мечется среди нас неуправляемой ракетой, того и гляди кого-нибудь собьет ненароком. Иногда останавливается, яростно смотрит на Семя, ясно выражая всем своим видом жгучее желание порвать эту дрянь лапами и клыками, но мой мысленный окрик снова отправляет дикошу на нервную пробежку.

Шабл со свитой наконец добирается до нас, «черепа» молча выстраиваются вокруг редкой цепью. По их недовольному виду, и по тому, как они косятся то на нас, то в сторону схватки Видящего с Могильщиком, несложно догадаться, где бы они сейчас предпочли оказаться, вместо того, чтобы выполнять роль нянек. Я тоже хотел бы там оказаться, но наши желания не всегда соответствуют реальному положению дел. Потерпят.

В следующую секунду нам всем становится не до отвлеченных мыслей.

Могильщик применяет что-то новенькое – по крайней мере, новенькое для меня, ведь раньше мне не приходилось сталкиваться конкретно с этим боссом.

Сначала звук почти неслышен. Тихий шелест стелется над землей, исчезая среди камней и впадин, взлетает невидимыми крыльями над взгорками. А затем скачком превращается в угрожающее шипение, будто тысячи змей одновременно открывают пасть. Шершавый как точильный брусок звук накатывает ощутимо упругой волной, проходит дрожью сквозь наши тела и уносится вдаль.

На наших глазах местность начинает радикально меняться.

Пятна серого как пепел тумана в считанные мгновения проявляются на всей территории равнины, каждое диаметром в два-три десятка метров. Они прорываются словно гнойники на зачумленом теле погибшего титана. В этих пятнах возникает угрожающее шевеление, всё отчетливее мелькают многочисленные когтистые конечности. А затем из них начинают валить мертвяки. Призраки, зомби, скелеты. Привычный набор. Вот только на этот раз их чертовски много. Они прут десятками из каждого пятна, а пятен – сотни. Материализуются, восстают из небытия и ручейками, сливаясь в полноводную реку из желтых костей и гниющей плоти, текут в сторону рейда Хорки Умного, размахивая дубинками, ржавыми мечами и полосуя когтями воздух, моментально отравленный всё более сгущающейся вонью трупного яда.

Любое сражение с боссом делится на несколько последовательных стадий, это аксиома. Видимо, это и есть вторая стадия, когда покоцанный на треть жизни босс на помощь вызывает свое воинство, а значит, Хорка оказался сильнее противника… Увы, сильнее лишь на первом этапе, так что радоваться пока нечему.

Сдерживая поступающую тошноту от забивающей дыхание чудовищной вони, смотрю на эту волну из костей, гниющего мяса и некротической материи, вполне способную похоронить рейд лишь одной своей массой. И не представляю, как её можно остановить. Хорка не выстоит. Его бойцы гибнут. И рейд уже тает. Тает быстрее, чем кажется на взгляд, счетчик Списка Мертвых крутится как сумасшедшая белка в колесе, принимая пополнение.

Резко оборачиваюсь на угрожающий звук, одновременно выхватывая меч, но «черепа» уже ввязались в бой, пока им не требуется моя помощь. Не все мертвяки сагрились на Хорку Видящего. Несколько групп оказались к нам достаточно близко, чтобы заинтересоваться нашей тесной компанией и отправиться выяснять, можно ли нас схарчить.

Как обычно, Шабл не экономит усилий. Впрочем, он никогда и не устает. Лупит гигантским молотом по ближайшему скелету, с хрустом разбрызгивая его кости как стекло, бьёт стальным сапогом в колено следующему зомби, ломая конечность как спичку, хватает за горло вспыхивающей пламенем лапой подвернувшегося призрака и его полупрозрачная шея вспыхивает огнём, отделяя башку от тела. Такое ощущение, что дай минотавру волю, он и сам справится со всей сворой. Но никто не желает оставаться в стороне, когда бой уже рядом. Мор Блеск Молнии не отстает, сверкающий змейками молний меч орка описывает вокруг него замысловатую дугу и куски вражеских тел летят градом, а трупы, теперь уже гарантированные, валятся, как колосья пшеницы под серпом жнеца.

О как, и линарец здесь!

Выхватываю взглядом из гущи сражения, как блестящая ртутью гибкая четырехрукая фигура мелькает возле пышущей огнём суккубы, с каждым взмахом трезубца уничтожая очередную нежить. Рист присматривает за Мараной, но та и сама прекрасна в контролируемом гневе. Длинные волосы развеваются вокруг головы тёмным водопадом, рога сыпят разноцветными искрами, кончики когтей на вскинутых руках тоже начинают искриться. Магическая Сфера над её плечом вспыхивает на долю секунды и два десятка мертвяков с ног до головы охватывает дышащее адским жаром пламя, секунду спустя они опадают жирным пеплом. Этих врагов ей не заворожить, но магия мастера иллюзий способна быть не только разносторонней, но и вполне вещественной как раз для таких случаев.

Среди всего этого бедлама как угорелая носится Фурия, играя в свою любимую игру. Дикоше сложнее, чем «черепам», её уровень всё же низковат для пятидесятников, но она справляется с трудностями по-своему, причём даже без режима Метаморф. Взрывная атака прекрасно дополняется Давилкой, и на моих глазах увернувшись от палицы особенно шустрого зомби, Фурия одним ударом превращает его в разлетающиеся ошметки плоти.

Вот только мертвяков не становится меньше. Напротив, их напор начинает возрастать.

– Защищаем Семя! – кричу Ранилаку с Алией, но они и так уже прервали бессмысленный ритуал, в руках Алии копьё, а Ранилак вскидывает жезл, выпуская на ближайшую толпу любимую Вьюгу. Умение массового поражения взвихряет воздух ледяными струями, прямо на моих глазах несколько зомби покрываются инеем и резко замедляются, а первые в рядах застывают прямо в движении.

У меня свои заботы. Если Хорка справится с Могильщиком, этот поток нежити прекратится, а до тех пор нужно держать позицию… Не глядя нахожу в подсумке «усилитель», впиваюсь пальцами, подтверждаю системный запрос. Сила пронизывает ударом, с ног до головы, заставляя позвоночник выгнуться назад. Закидываю голову, что-то матерно ору, не слыша свой голос…

Фигуры друзей уменьшаются, словно персонажи старой сказки, отведавшие магических зелий. Но нет, напротив, изменения происходят со мной. Печать Алана режет лицо раскаленной проволокой, впивается в глаза, сечёт скулы, пронизывает лоб. Сознание словно отступает во тьму, выпуская наружу голые инстинкты. Меч рвётся из ладони, и я даю ему волю. Наверное, в этот момент происходит какое-то затмение, и я на несколько секунд выпадаю из реальности. За спиной что-то невразумительное вопит Ранилак и безнадежным от отчаяния голосом ругается Алия. Я ничего этого не слышу. Сейчас я – квинтэссенция разрушительного движения. Зомби отлетает от пинка, как соломенное чучело с проломленной грудной клеткой. Череп скелета, летевшего на меня с ржавым мечом в замахе, разлетается брызгами костей, а сам он складывается костяшками домино. Призрак вспыхивает ослепительным факелом от удара Копьем пламени и разлетается зеленоватыми клочьями некротической энергии. Я двигаюсь настолько быстро, уничтожая врагов раньше, чем они успевают сагриться на меня, что даже Щит льда не успевает реагировать на угрозы.

Не знаю, сколько это продолжается, но в какой-то момент, когда вокруг Семени образуется свободная от нежити зона, я останавливаюсь, чтобы оценить ущерб среди своих. Все живы. Ранилак, Алия, Марана, Шабл. Двоих «черепов» отпаивают зельями, они уже поднимаются на ноги, поддерживаемые товарищами. Семя Древа… изменений нет. За всё это время, столько смертей спустя, Семя увеличилось лишь вдвое. И всё ещё не превратилось в актис полноценно. Будь оно проклято.

Пытаюсь понять, что меня остановило, и наконец вижу, где дела обстоят гораздо хуже, чем у нас или у Видящего. Вот почему состав рейда тает куда быстрее, чем это кажется на взгляд, заполняя строчки Списка. Потому что ни хрена это не кажется, а так и есть! Общий контроль над сражением Хоркой утрачен. Вторая часть рейда, вернее то, что от неё осталось, стремглав удирает от Ледяного Мастера, наступающего на равнину с северного направления.

Чёртов босс все-таки добрался до нас и уже успел выкосить большую часть бойцов. Он не ниже Могильщика, но ещё менее материален и похож на летящего над землей человекоподобного духа, с телом, сотканным из голубоватых фрагментов льда и снега. Я вижу, как он взмахивает длинными «руками», гоня перед собой насыщенный снежной крупой ветер, как вздымается за его спиной «накидка» из вьюги. Сотни ледяных фигур, копии хозяина, но поменьше ростом, наступают впереди зимнего монстра широким фронтом. Элементали. Они быстры и крайне подвижны. Волна ледяного холода катится впереди босса неодолимой силой, захлестывая и сковывая льдом не только землю, но и всё, что оказывается во власти этой безжалостной стихии. На моих глазах несколько удирающих в сторону маяка гхэллов попадают под удар морозного копья и превращаются в ледяные изваяния. То, что было секунду назад живыми существами, становится мёртвым льдом. Стайками проносясь мимо, элементали небрежными ударами разбивают тела погибших на сверкающие в лучах солнца осколки.

Что самое ужасное, выглядит это так буднично, так походя небрежно, словно элементали уничтожают не бойцов-пятидесятников, а смахивают с доски оловянных солдатиков из детского набора. Сдаётся мне, что эта тварь, Ледяной Мастер, намного сильнее Могильщика, с которым Хорка до сих пор не справился.

Эти рейды уже потеряны. Разбиты и практически уничтожены.

Какой-то шальной скелет налетает на меня, скаля зубы на гнилых челюстях. Почти не глядя вбиваю в его костяную рожу Копье пламени, пинком в корпус отшвыриваю прочь, где его тут же добивает мелькнувший молнией линарец. Короткая стычка разворачивает меня примерно на девяносто градусов…

Сегодня и в самом деле не наш день.

С востока, со стороны форта Острова Мертвецов, надвигается третья сила.

Огромная фигура черного как ночь гхэлла, когда-то преображенного перерождением, стремительным шагом пересекает равнину, а позади него текут ровные шеренги его воинства из мертвых гхэллов, с привычными этому виду алебардами, в стальных доспехах. Ритмичный шаг нескольких сотен бойцов заставляет дрожать землю.

Акарх Терпеливый собственной персоной, черт бы его побрал. Ну и кто недавно сетовал, что так и не увидел босса из форта?! Типун на язык на всю оставшуюся жизнь, и счастье, что этой жизни, похоже, осталось немного. Наверное, я сейчас должен испытывать по меньшей мере тихий ужас, чувствовать, как шевелятся волосы под шлемом и все такое прочее в том же духе. И всеми силами давить панику в душе. Но ничего подобного. Ум холоден. «Усилитель» – мощная штука. Обрубает весь эмоциональный фон, отсеивает все эти ненужные довески в виде душевных терзаний.

Именно поэтому я быстро соображаю, что цель Акарха – не мы. Его войско по плавной дуге всё сильнее смещается обратно к краю равнины в северном направлении. Акарх переагрился на Ледяного Мастера, как на более существенную цель, излучающую куда большую угрозу, чем жалкая горстка существ возле Семени. Боссы – те ещё сволочи, если уж дело дошло до драки, то им подавай врага из тех, кто реально может претендовать на их ареал обитания.

Не успеваю усмехнуться, как два войска схлёстываются в смертельном противоборстве. Элементалы врубаются в мертвяков с такой силой, что по всей равнине прокатывается гул. Боссы прорезают себе дорогу сквозь ряды воинов, сходятся на дистанцию ближнего боя и первая же сшибка раскидывает и свои и чужие войска, как резкий порыв ветра раскидывает ворох опавших листьев. Элементалы кувыркаются вперемешку с гхэллами-мертвецами. Не знаю, чем там эти монстры угощают друг друга, но воздух над ними полыхает северным сиянием…

И вдруг Акарх погибает.

Выпущенное невероятно удлиннившейся конечностью Ледяного Мастера, мгновенно материализовавшееся в воздухе копьё из голубоватого льда, в два десятка метров длиной, пробивает его тело насквозь, словно на нём доспехи из картона. Вспышка бесшумного взрыва на миг ослепляет. Когда из глаз исчезает рябь, вижу, как Акарх со скатившимся в ноль индикатором жизни падает подрубленным деревом, а Ледяной Мастер начинает разворачиваться в нашу сторону, уже не обращая внимания на элементалей, по-прежнему отчаянно рубящихся с гхэллами без видимого преимущества с обеих сторон.

Странное дело, но в этот момент мне кажется, что мертвящий взгляд Ледяного Мастера устремлен прямо на меня, как на главного виновника всего, что происходит вокруг. Босс не сразу замечает, как тенью возмездия за его спиной восстает только что поверженный противник. Индикатор жизни Акарха Терпеливого снова полон, словно ничего и не было. Огромный меч черногривого командующего сверкает металлом на солнце, обрушиваясь на загривок Ледяного Мастера…

Угумс… И как Хорка собирался одолеть Акарха, если у него несколько жизней?! Не знал? А если, минуточку, он вообще бессмертен, если это его основная особенность, как босса? Да его битва с Ледяным Мастером может стать бесконечной, причем уже после того, как эти двое уничтожат всех, кто находится поблизости!

Голоса за спиной доносятся как сквозь вату. Что-то в этой картине творящегося безумия цепляется за сознание. Что-то, чем я могу воспользоваться. Но что именно? Стоп. Точно. А ведь у нас есть средство, чтобы нарушить этот чёртов баланс.

Уцелевшие в бойне с Ледяным Мастером «когти», жалкая горстка из трёх десятков, пробиваются в сторону маяка, ввязываясь по пути в короткие жаркие схватки с разбредающейся по равнине нежитью. Меня это сейчас абсолютно не интересует. Спокойно обдумываю безумную идею, как сделать хоть что-то, чтобы оправдать этот проклятый рейд. Нужно решаться прямо сейчас, или уже валить отсюда, пока не поздно. Вокруг тотальный разгром: многие из наших бойцов наверняка переродятся нежитью, девять семян загублено зря… Но если кое-что получится, то появится шанс реабилитировать весь поход. Радужные мечты, основанные лишь на догадках и предположениях.

Когда со мной связывается Хорка Умный, решение уже принято.

Уходи и уводи своих, – приходит распоряжение от Видящего. – Дело проиграно. Я отвожу своих к маяку.

Здесь Акарх. Разве не его ты жаждал увидеть?

Расклад не в нашу пользу. Но мы можем воспользоваться тем, что все боссы терпеть не могут друг друга, такова их природа. Уходим.

Он подтверждает мой вывод, но его приказ не вызывает прежнего отклика в душе. Надоело выполнять чужие команды. Я не готов сдаться. После всех этих жертв.

Ранилак, Алия. Мы все знаем, что ритуалы существ смерти основаны на жертвоприношении. И вы уже догадались, какая именно жертва нужна. Решите между собой, кто из вас это сделает. А потом просите у меня все, что пожелаете. Разобьюсь в лепешку, но выполню. У вас десять секунд на решение. Дело нужно закончить. Мне нужен чёртов Радужный Портал на чёртовом новом острове!

В том же духе, уже на бегу, дублирую сообщение в канал кланового чата, тем, кто сейчас находится на остальных точках с Семенами. Отправляю приказ выбрать, кто добровольно станет жертвой. Вряд ли это решение понравится соклановцам, но… плевать. Весь этот эмоциональный мусор – потом. Если «потом» вообще будет.

Меч уже за спиной, перстень с Иллюзией совершенства вновь активирован, повысив Душелова до шестого ранга. Мысленно перебираю весь свой боевой арсенал, но понадобится не так уж много. Уникальная ситуация. Насмешливо скалюсь навстречу ветру, бьющему в лицо. Да уж, уникальная. В хрен знает который раз. Куда ни плюнь – везде что-нибудь уникальное.

Фурия несётся рядом, поднимая облачка пыли ударами лап, а её свирепая радость летит впереди неё, но я уже чувствую подкрадывающуюся к зверюге усталость. Всё это длится слишком долго, все вымотаны. Шабл и трое «черепов» тяжело топают в кильватере, их задача – не дать мне загнуться раньше, чем я выполню задуманное, а затем прикрыть отступление, если потребуется. Задачу объясняю им на ходу, встречных вопросов нет. Отличные ребята, эти «черепа».

И отличный момент проверить, на что годится чертова Жатва душ, подкрепить голую теорию зубодробительной практикой. Больше козырять нечем, Месть камикадзе лишь обломает зубы о босса такого уровня, плавали, знаем. Но Жатва – это нечто иное. Само по себе умение не убивает, зато делает цель уязвимой для убийства.

Марану с собой не беру, у неё будет своя задача. Она должна отойти к маяку, подальше от Семени, а затем совершить Инфернальный обмен. Это и станет моим билетом обратно. Интересная штука, этот Инфернальный обмен. Умение проявилось у суккубы на тридцатом уровне, но я далеко не сразу о нём узнал, и также не сразу ощутил его пользу на практике. Вдобавок частенько в повседневной суете забывал об этом умении напрочь. Прикол в том, что, хотя оно и не боевое, зато срабатывает в пределах видимости. То есть дальше любого умения из нашего кланового арсенала. Если бы Марана засекла меня на Острове Мертвецов в прошлый раз, когда я играл там в прятки с Майло, просто курсируя вдоль берега на корабле, то приключения закончились бы гораздо раньше. Да и финт копытами с Мохнатиком стал бы ненужным. Но складки местности вносят свои коррективы, вдобавок для обмена всегда требуется второе «тело» – то, кем заменится замещенный объект. Враг или друг – подойдет любой. Но всё же, само собой, лучше использовать врага. А с этим возле Семени сейчас проблем нет, выбирай из свалки любого, на кого взгляд упадет. Лишь бы оказался приблизительно той же массы, что и я.

Три сотни метров, и так чертовски далеко. Бегу так, как не бегал даже на Смотрителя. Еще бы – «усилитель» всё еще действует, и эти драгоценные минуты нужно успеть использовать сполна.

Акарх снова погибает и восстает, когда до него остается сотня метров. Замечаю это мельком. Бросаю «черепам» приказ возвращаться, сопровождение оказалось лишним, помощь по пути так и не понадобилась. Сейчас на нас всем плевать – элементалям, мертвецам, скелетам, призракам. Они усиленно набивают агро друг на друге всеми доступными способами, в том числе магией и оружием. Именно поэтому Фурии тоже приходится отстать, с её агро-аурой в этой толпе ей делать нечего, схарчат. Пусть ждёт на обратном пути, если это понадобится.

Почти не сбавляя скорости, вклиниваюсь в порядки воинства обоих боссов, лавирую среди хаотичного месива битвы, стараясь никого не сагрить прямым или косвенным действием. Подошвы сапог звенят по обледенелой земле, усеянной трупами, отрубленными конечностями и кусками тел уничтоженных элементалей, они сверкают на земле, как невиданные драгоценности. На меня пока никто не реагирует,мертвяки и элементалы слишком увлечены междусобойчиком, и мне это на руку. Но вряд ли это будет продолжаться долго.

Упс, надо торопиться. Я ещё прибавляю скорости, хотя сквозь эту толпу пробиваться и так непросто, но как-то умудряюсь наддать. Акарх постепенно сбивает жизнь своему противнику, Ледяному Мастеру, шинкует его здоровенным мечом, рубит ему конечности, похожие на насыщенные снегом порывы ветра, но жизнь самого старого гхэлла тоже в красной зоне – снова. Сейчас самый удобный момент. Возможно, в итоге победит все-таки старый наставник Видящего. Но этого мы, надеюсь, уже не узнаем.

В этот момент иконки Ранилака и Алии гаснут одновременно. Чертовы идиоты! Зачем вдвоем-то?! Влюбленные имбецилы! Ругаюсь отстраненно, без особых эмоций, у меня свои проблемы. Главное, что они это всё-таки сделали. Намеренно не проверяю клановый список, не хочу видеть, насколько он опустел. Все потом.

Уклоняюсь от града сосулек элементаля, которыми тот с металлическим лязгом лупит по нагруднику противника-гхэлла, подныриваю под его взлетевший для замаха меч…

Дистанция в пятьдесят метров достигнута.

Жатва душ вспыхивает на активной панели, сообщая о готовности поразить намеченную цель. Сейчас любое промедление – роскошь, которой у меня нет, и всё же сперва разряжаю Плеть боли, чтобы повесить Метку еретика и повысить урон на 50%. Не знаю, насколько это относится к Жатве, все же это умение условно-боевое и по описание не наносит прямой урон, но Метка, по крайней мере, повышает шанс попадания. Моя цель всё-таки – босс, а не какая-то рядовая хрень, по таким объектам шанс попадания всегда снижен и дополнительная страховка не помешает.

Следом швыряю Жатву. Мигает, подключаясь, иконка Великого уравнителя, условно уравнивая наши возможности на долю секунды.

Время замирает.

И наблюдаю воочию эффект, которого видеть пока не доводилось. Оказывается, удар Жатвы похож на разряд Душелова и Мести камикадзе одновременно. От выброшенной в сторону босса ладони, на все пятьдесят метров расстояния, вытягиваются сотни тонких как волос призрачных нитей, пронизанных голубыми искрами. Словно кто-то мгновенно развешивает невиданные праздничные гирлянды,которыми можно укутать целый посёлок. Я чувствую тяжесть этих нитей, кажущихся невесомыми. Чувствую, как подошвы сапог проламывают корку льда, погружаясь в каменистую землю…

Естественно, моя цель – Акарх Терпеливый.

Не закончив очередного удара, гхэлл-босс замирает со вскинутым над плечом мечом. Нити опутывают его силуэт сверкающим коконом, впиваются в доспехи, погружаются в плоть…

А затем вся эта сверкающая хрень так же стремительно исчезает, и гхэлл снова приходит в движение. С виду Жатва не производит на нём никакого эффекта. Тяжесть исчезает, я отшатываюсь, делаю шаг назад, чтобы удержать равновесие. Взгляд выхватывает нужную строчку в логах сообщений, вызывая слабую усмешку. Не повезло. Жатва сожрала сейвы Акарха, а шанс в десять процентов на экспроприацию части чужих сейвов возвращает мне лишь единственный жалкий сейв.

Внезапно навалившаяся слабость заставляет покачнуться. В глазах пляшут тёмные пятна, зрение резко тускнеет, взгляд сужается до светлого пятна в тёмном колодце. Что ж, я догадывался, на что шёл, только надеялся, что будет не настолько паршиво…

Наведено влияние Великое изнурение

Регенерация здоровья и энергии, а также все параметры уменьшаются вдвое на следующие сутки

Каждое применение Жатвы душ до спада проклятия вдвое усиливает негативный эффект

Не удержавшись на ослабевших ногах, падаю на колено, правая перчатка с лязгом упирается в сковавшую почву ледяную корку. Над головой со свистом проносится лезвие алебарды, буквально чиркая по верхушке шлема, по левому плечу звонко гремит кусок льда от развалившегося за спиной элементаля.

Воспринимаю всё это как в тумане. Нужно что-то сделать, но не понимаю что.

Акарх Терпеливый повержен!

Получен опыт…

Новое достижение: Битва за гранью…

Почва под ногами внезапно содрогается, словно электрошоком встряхивая всё тело от пяток до затылка. Звук, похожий на подземный стон заживо похороненного титана, прокатывается над равниной, заставляя камни высоко взлетать в разом потемневший воздух, словно солнце вдруг передумало светить.

Что-то слишком быстро…

Новый подземный удар каким-то непостижимым образом разворачивает меня вокруг оси почти на девяносто градусов. Как по заказу. И прежде чем с ног сбивает следующий, успеваю выхватить взглядом апокалиптическую картину – шипастый монстр размером с приличный холм ворочается в бушующем пламени там, где недавно было Семя, беснуясь и круша всё вокруг извивающимися отростками, каждое размером со столетний дуб. Гигантский костер исторгает могучий столб черного дыма. Жертва клана пришлась монстру по вкусу, но кто-то успел поджечь едва пробужденный актис, не позволив пуститься в неудержимый рост.

Наведено влияние Объятия смерти

Сопротивляемость к магии Смерти снижена на 25%

Наведено влияние Мерзкое истощение

Показатель здоровья и энергии снижен на 20

Семя пробудилось. Акарх мёртв. Ледяной Мастер совершил то, чего не смог бы сделать я – прикончил лишенного сейвов мертвеца, отправив его в Список, чего мы с Хоркой и добивались. И я всё ещё жив каким-то непонятным чудом…

Тут я вспоминаю, что именно забыл:

Марана, вытаскивай меня отсюда!

Эпилог

Новое достижение: Палач

Получено за разрушение Искаженной Колыбели Острова Мертвецов и окончательную гибель 783 душ разумных существ

Статус достижения — уникальное…

Результат следует мгновенно.

Невидимая рука выдергивает меня из дерущейся толпы, свет мигает, воздух в месте приземления расступается с тихим вздохом, и я оказываюсь… среди другой дерущейся толпы. Падаю на колени, не в силах удержаться на ногах от дикой слабости во всем теле. Кругом снуют скелеты, зомби и призраки, добивая остатки «черепов».

В момент переноса несколько событий перед глазами происходит практически одновременно. Вижу Марану, которая в замедленном потоке времени плавно опускает руки после только что завершенного Инфернального обмена. Вижу, как в шаге за её спиной открывается двухметровое зеркало черного портала. Вижу где-то далеко, в сотне метров позади неё Хорку Умного в мятых и покорёженных доспехах, который с горсткой уцелевших «когтей» рвется к зоне действия астрального маяка. Вижу высокую чёрную фигуру в саване, выходящую из портала и заслоняющую собой Хорку со всем его воинством. Фигура вскидывает руки, в правой зловеще мерцает ядовито-зелёным светом жезл, сотворенный из костей мертвеца. Бледное лицо виднеется под капюшоном, сухая кожа обтягивает череп, знакомые татуировки на щеках пылают так же ядовито, как и жезл. Из глазниц некроманта выглядывает бездонная тьма, останавливается на мне, сухие губы начинают изгибаться в усмешке, и кажется, что это будет вечно.

Его почти не узнать, но это он — Горад. Он повторяет тот же трюк, и снова – успешно. И на этот раз он как-то сумел обойтись без метки, которой инфицировал Кроху.

Не успеваю лишь на долю секунды, подводит слабость и заторможенность. Не успевает и почти мгновенно оказавшийся рядом Рист. Опаздывает также могучий Шабл, который проламывается к нам сквозь ряды мертвяков живым тараном.

Из жезла вырываются щупальца тьмы, тянутся к Маране, впиваются в её спину, и несмотря на исключительную прочность её тела, пробивают насквозь, выскакивая из груди и живота кровавыми остриями. Демонесса успевает лишь вздрогнуть, в глазах вспыхивает яростное пламя и тут же гаснет, когда индикатор её жизни обнуляется, и она безжизненной куклой падает на каменистую землю.

Затем приходит возмездие.

Молот Шабла сминает правое плечо черного мага чуть ли не до подмышки, но не отбрасывает его в сторону. Тот выдерживает удар, и это уже само по себе невероятно, учитывая чудовищную силу минотавра. Вспыхнувший солнечным светом трезубец Риста погружается в поясницу Горада, заставляя мгновенно вскипеть плоть на животе, пламя рвется во все стороны, охватывая его одеяние. И только после всего этого сквозь кожу моего подсумка вырывается свет сгорающих кристаллов. Месть камикадзе окутывает Горада облаком из голубых искорок, бешено несущихся по замысловатым орбитам. Они пробивают его тело в сотне, в тысяче мест, превращая в труху кости, разрывая кожу и мышцы…

Волна страшной вони бьёт в лицо.

Адской болью вспыхивает Знак Алана на лице, и в то же мгновение земля вдруг встает дыбом, бьёт по ногам, отбрасывая меня в сторону, как мешок с песком. По земле рядом бежит трещина, раскалывая остров. Новый удар стихии почти мгновенно превращает трещину в трехметровой ширины пропасть, края расходятся так быстро и так далеко друг от друга, что я теряю из виду противоположный. Пытаясь спасти тело Мараны, линарец хватает её всеми четырьмя лапами, но огромный участок местности прямо под ними рушится в бездну, унося обоих.

Может, мне это показалось?

Нет.

Вижу облака сразу за обрывом, среди них плывут гигантские тени, напоминающие силуэтами спрутов. Всё происходит слишком быстро, или что-то не так со мной, и реальность воспринимается как набор плохо связанных друг с другом кадров. Новый подземный удар швыряет дальше, заставляя катиться прочь от края бездны, куда десятками сыпятся мертвяки.

Когда умудряюсь остановиться и вскидываюсь на руках, прежнего острова уже нет. Встаю как пьяный, ошеломленно оглядываюсь, не веря, что это происходит именно со мной. Не так я рассчитывал всё закончить.

Нет уже ни Семени, ни элементалей, ни мертвяков, ни «когтей», ни «черепов». Хорки тоже рядом больше нет. Никого больше нет рядом. Как так вышло, что я остался один?!

Есть лишь небольшой рваный клочок суши метров пятьдесят в поперечнике, на котором я торчу, как незадачливый рыбак посреди тающей льдины, которую уносит течением в море. И этот чертов осколок суши с заметным ускорением опускается в туман. В ту самую Белую Мглу, куда мне попадать ни в коем случае не следует. Сознание по-прежнему плывет под разрушительным действием наложенных стихиями дебаффов, не могу сосредоточиться, мысли рвутся гнилой соломой, движения заторможенные. Но все же пытаюсь понять, что делать дальше. Нельзя сдаваться.

Жаль, что нейтрализовать эти дебаффы некому, это бы помогло…

В какой-то момент обнаруживаю, что не вижу Хорки в системе. Системе? Да я не вижу самой системы! Вырубились диалоги, погасли окна умений, накрылся сам интерфейс. Творится что-то небывало безумное. Горад успел перед нашей решающей встречей разучить новый трюк, покруче, чем уже знакомая Мёртвая тишина?!

Может, это и к лучшему. Всё равно не смог бы себя заставить проверить Список Мёртвых. Не хочу обнаружить, что там нет знакомых имен. Только не сейчас. Сейчас же нужно выбираться отсюда, пока еще есть возможность, а она есть. Нужно найти участок местности, где действие этой антимагической хрени заканчивается, установить новый астральный маяк взамен разрушенного и перенестись в Цитадель. Хороший план. Очень простой. Легко выполнить. И все же он невыполнимый. Я здесь заперт.

И куда, мать её, подевалась Фурия?!

Обязательно это постараюсь выяснить, как только отсюда выберусь.

Присасываюсь к фляге с зельем здоровья, но облегчения это не приносит. Снова толчок. И без того жалкий клочок суши, вращаясь подо мной вокруг оси, продолжает разрушаться. Проклятые трещины ползут змейками во все стороны, словно по битому стеклу, и я ничего не могу с этим поделать. Выронив флягу, вяло откатываюсь в сторону и кусок земли, где я только что стоял на коленях, исчезает за краем. Остров вертится всё сильнее, видимо, вообразив себя аттракционом. Умопомрачительно кружится голова. Хочется её оторвать и зашвырнуть за край бездны, лишь бы вся эта муть наконец прекратилась. Поднимаюсь, ковыляю к другому краю, до которого уже всего метров двадцать. Увы, и там мёдом не намазано. Всё то же самое. То есть — ни хрена. Вообще-то, таких островков, тонущих в бездне, вокруг полно, просто сразу это не заметно, особенно из-за того, что у меня сейчас творится с головой. И все они далеко, на «свистке» не допрыгнуть. Даже если бы он работал, а это не так. Откат от Жатвы слишком жесток, а кроме него на мне висит еще ворох веселеньких дебаффов, превращающих просто паршивое состояние в убийственно отвратительное. Возможно, Кроха смогла бы снять хоть что-то Астральной чистотой, но связи с ней я сейчас не чувствую. Нужно было взять её с собой. Глупо было её не брать.

Зная, что это бесполезно, достаю из слота пояса расходник маяка и пытаюсь его активировать. Ни малейшего отклика. Наступаю на расходник сапогом, вдавливая в почву и, криво улыбаясь, отстраненно думаю о том, сколько же всяких новых достижений я должен был получить после всех этих гребаных событий. Один Палач чего стоит… Прикончить сотни душ одним махом. Виноват, конечно, вовсе не я, но я был одним из инициаторов, а у системы своё понятие, кому присваивать «заслуги». Жаль, не успел прочитать инфу, там наверняка было много любопытного. Впрочем, уже неважно. В могилу с собой достижения не унесешь. Получается, что Горад выиграл, несмотря на то, что проиграл. Парадокс. К чёрту его.

Чувствую вдруг Фурию. Несмотря на все препоны, каким-то чудом связь с ней не рвется окончательно, более того, эта связь с каждой секундой крепнет, значит, моя зверюга все ближе. Выжила. Молодчина. Но похоже, она уже не успевает.

Почти равнодушно отступаю на шаг назад и кусок почвы в метр шириной и метра четыре длиной отваливается от края и бесшумно уходит в бездну. Пинаю камушек, отправляя его следом. Только сейчас понимаю, что еще и оглох. Мда. Восхитительный букет ощущений. Лучше и не придумаешь, когда остаются считанные минуты до конца жизни.

Так, а это ещё что?

Прищурившись, вижу внизу, в бездне, смутную тень, которая приближается к острову с… да хрен его знает, с какого направления. Неужто дегустатор пожаловал? Решил все-таки, что добро не должно пропадать?

Островок вертится всё быстрее, потому что становится всё меньше, и белесый туман уже наползает на край. Безумная карусель. Где-то вдалеке мелькает тень, до неё метров триста, если не обманывают глаза. Ещё один оборот. Все равно заняться больше нечем, вот и стою, развлекаюсь, выхватывая тень взглядом. Тень? Недоверчиво хмыкаю. Да это же кораблик. «Пёрышко», судя по размеру. И кажется, он спешит в мою сторону. Неустойчивый, особенно сейчас, когда ветер рвет паруса, зато самый быстрый. Неужто Хорка выжил и спешит на помощь? Ай да Видящий. Или кто-то другой?

Остров вновь поворачивается, кораблик уходит с глаз и я замечаю новый силуэт, на этот раз — крылатый по-настоящему. Безотчётно ухмыляюсь сильнее. Дымчато-серый силуэт Фурии несётся во весь опор, интенсивно работая крыльями, а под ней, в самой глубине тумана, скользит исполинская тень дегустатора. Навскидку, до моей родимой дикоши тоже метров триста, как и до корабля. А дегустатора, похоже, я всё-таки не привлекаю — огромный темный силуэт уходит в туманную глубину, куда-то под островок. А может, он просто поднырнул, чтобы разом заглотить меня вместе с этим куском суши. Почему бы и нет? При его гигантских размерах вряд ли это будет проблемой.

Отступаю от края, убирая ногу в последний момент с очередного куска земли, беззвучно рухнувшего вниз.

Интересно… кто из них успеет раньше?

Content

Сергей Зайцев
Палач

Глава 1. Жертвенное воскрешение

Глава 2. Остров Веселый

Глава 3. Погоня

Глава 4. Переговоры

Глава 5. Подготовка к эксперименту

Глава 6. Сделка

Глава 7. Вынужденная пауза

Глава 8. Остров Мертвецов

Глава 9. Счастливчик

Глава 10. Передышка

Глава 11. Нежданчик

Глава 12. Привал

Глава 13. Ловушка

Глава 14. Святилище Смерти

Глава 15. Зачистка

Глава 16. Высокие ставки

Глава 17. Рейд

Глава 18. Территория Смотрителя

Глава 19. Ритуал

Глава 20. Заядлые путешественники

Глава 21. Поход

Глава 22. Салки со смертью

Эпилог