Седрик

Девятихвостый демон. Часть 3

Девятихвостый демон. Том 3.

Два с лишним года спустя. Где-то в Стране Рек.

– Обычная шваль, – высокий брюнет с аристократическими чертами лица, сразившими не одну девушку, легонько толкнул носком ботинка свежий труп, переворачивая его на спину, – не стоило даже обращать внимание.

– Как сказать, – ответил ему светловолосый парень, вполне способный поспорить с собеседником на ниве опасности для женских сердец. Те же, кто знали его чуть лучше, знали также и то, что в плане амурных похождений брюнету до блондина было очень далеко. – Если бы это и впрямь оказались замаскированные шпионы Конохи или Акацуки, то позволять им и дальше идти в сторону убежища было бы чревато.

Брюнет молча пожал плечами и, развернувшись, отправился убирать следы, оставленные в лесу группой так неудачно подставившихся бандитов. Блондин тоже не стал продолжать разговор, вместо этого ещё раз проверил тела несколькими дзюцу для обнаружения сюрпризов, после чего достал запечатывающий свиток и в, свою очередь, приступил к заметанию следов.

– Как думаешь, когда стоит отправиться за Итачи? – уже на пути к базе спросил Учиха.

– Орочимару считает, что мы ещё не готовы.

– Орочимару вообще частенько забывает о внешнем мире и готов пойти на многое, лишь бы его оставили в покое вместе с его новыми игрушками, – допустив в голос толику недовольства, возразил Саске. – И это, между прочим, полностью твоя вина.

– Технология клонирования, доработанная нами – это не «игрушки», а очень перспективное направление, в том числе и с точки зрения возрождения наших кланов.

– Тебя и с теневыми клонами слишком много, – даже передёрнул плечами брюнет, – ещё больше Узумаки Наруто мир может и не пережить…

– Вот ещё! – фыркнул блондин, сцепляя руки на затылке. – Если я и буду кого-то клонировать, то это будут Узумаки Мито и мои родители. Между прочим, если удастся реализовать идею с доработкой Эдо Тенсей на призыв духа в живое тело, без последующих изменений последнего, то в связке с полноценным биологическим клонированием мы сможем вернуть к жизни кого и сколько захотим! Ты только представь перспективы! Да я как подумаю – сам не знаю, чего я тут с тобой шляюсь по каким-то лесам, вместо того, чтобы сидеть в лаборатории и заниматься действительно полезной работой!

– Полтора года назад ты говорил то же самое… Ничего не изменилось.

– Мы близки к откровению! – оскорблённо заявил Узумаки.

– И это ты тоже говорил… Много раз за эти полтора года.

– Ещё немного, и будет прорыв!

– Ну-ну, – хмыкнул брюнет. Тем временем собеседники пришли в огромную пещеру, своды которой терялись во мраке. Тренировочные полигоны на базах змеиного саннина всегда отличались изрядным размером. – Как обычно?

– Нет, я тут разработал одну идею, нужно попробовать, так что давай сразу на полную, – не успел блондин договорить, как ему пришлось срочно пригибаться и откатываться в сторону, а на место, где он был мгновение назад, обрушился удар искрящихся от электрических разрядов парных клинков. Его собеседник, пребывающий в ипостаси серокожего крылатого демона, клыкасто ухмыльнулся.

– Как пожелаешь.

– А ведь я даже не успел сказать «начали», – укоризненно заявил парень одновременно с хлопком распечатывания огромного двуручного меча, известного во всём мире как «Обезглавливатель». Впрочем, использование одного из Великих Мечей Тумана нельзя было назвать жульничеством, ведь в руках брюнета искрились его родные братья – Мечи Грома.

Следующие четыре минуты (что являлось просто бездной времени для демонстрируемых поединщиками скоростей) зал сотрясался от сталкивающихся техник огня, молнии и ветра. Звон стали отражался от стен, гулял эхом в коридорах… и сплетался в мотив иллюзий, что играючи разрывал один противник и совершенно игнорировал второй. Но всё заканчивается. Новая сшибка, и объятый всполохами молний меч в руках брюнета устремляется в атаку, которая натыкается на жёсткий блок широкого клинка двуручника. Но именно этого и ожидал воин с пылающим алым огнём глазами – крошечный шаг в сторону, следом за отбитым клинком, разворот, и… второй меч входит аккурат в сердце блондина.

– Что-то ты сегодня тормозишь, – хмыкнул Учиха, деактивируя Проклятую Печать и возвращая оружие на пояс.

Скоростной бой пусть и не истощил его полностью, но немного отдохнуть бы не помешало. Держать «боевую форму» при этом было не обязательно. Вот только в ответ он не услышал привычной шутки про то, где и при каких обстоятельствах требуется торопливость, что совсем не походило на поведение его друга.

– Наруто? – парень бросил взгляд на лицо товарища и подавился вопросом, увидев, как стекленеют глаза его лучшего друга.

Рана и не думала регенерировать! Это было невозможно! И так невероятно живучий Узумаки после всех экспериментов и улучшений, проведённых вместе с Белым Змеем, мог свободно отращивать утерянные конечности прямо в бою! А если тело совсем уж приходило в негодность, то и полностью его обновлять техникой Змеиного Перерождения. Но… ничего этого не происходило. Хуже того – ясно различимый шаринганом очаг чакры в животе друга начал стремительно угасать.

Прошло не более секунды с момента, как Учиха заметил опасность, а тело блондина уже осело на прогретый огненными техниками пол. В следующий миг Саске рванул к пострадавшему и принялся вливать в него медицинскую чакру. Пусть ему было далеко в ирьёнинских навыках до Сакуры или Карин, не говоря уже о Кабуто, но тем не менее… Вот только ничего не помогало. Его друг был безнадёжно мёртв. Не теневой клон. Не стихийный. Настоящий Узумаки Наруто из плоти и крови... Убит им на тренировке. Внезапно и глупо. Кровь жгла руки, кровь стояла в глазах, внезапно резанувших острой болью…

– Нет… Кай! – он прервал ток чакры, но… ничего не изменилось. Носителя шарингана невозможно обмануть иллюзией. А тем более носителя мангёко шарингана… Купленного убийством лучшего и единственного друга. Стоящий на коленях перед медленно остывающим телом шиноби схватился за голову и взвыл.

– Наруто… что… Что я скажу Анко и остальным? Как… же так… – брюнет утирал струящиеся из глаз кровавые слёзы.

– Скажешь, что всё прошло превосходно, – ответил ему знакомый голос от входа, – обе разработки показали себя замечательно. Ты всё зафиксировал, сенсей?

– Разумеется, Наруто-кун, – довольно прошипел длинноволосый бледный мужчина с вертикальными змеиными зрачками. – Хотя твой клон с Саске-куном изрядно постарались, разнося полигон. Но тройной слой печатей всё же выдержал.

– Что происходит? – пребывающий в шоке и ступоре Учиха переводил ошарашенный взгляд с остывающего тела своего друга Узумаки Наруто на вполне живого и здорового Узумаки Наруто. И оба не имели ничего общего с теневыми клонами! На них даже следов минимального Хенге не было!

– Понимаешь, Саске, – хмуро и предельно серьёзно отозвался блондин у входа, – исследования показали, что для активации следующей ступени шарингана пользователю требуется определённый ряд условий: достаточно мощная чакросистема, выносливое тело, а также довольно специфический набор гормонов и чакры в области мозга. И если с первым и вторым пунктом проблем никогда не возникает, то вот оставшиеся… Смесь ярости и отчаяния. При этом процесс пробуждения глаз настолько тонкий, что искусственно его провести невозможно – психотропные вещества остаются в крови и мешают протеканию нужных реакций, а гендзюцу мало того что трудно применимо на Учиху само по себе, так ещё и является, по сути, примесью посторонней чакры, что, опять же, блокирует процесс пробуждения. Теоретически, нужного накала гормонов и чакры возможно достичь в бою, но любой шиноби, переросший планку зелёного генина и достигший нужного уровня развития чакросистемы, уже достаточно устойчив психически, и его просто так не проймёшь. Гибель кого-то близкого на глазах того, кто способен пробудить мангёко – уже ближе, но тут зависит от уровня устойчивости и закалки психики. Потому, наиболее действенный вариант – собственноручно проведённое убийство друга или девушки. Но Карин с Сакурой ты бы нам не простил, а так – набьёшь мне морду и остынешь.

– А это тогда кто? – на остатках спокойствия поинтересовался «счастливый» до подрагивания пальцев обладатель чудо-глаз.

– Первый удачный прототип моего клона. Управлялся посредством слегка модернизированной Печати Восьми Триграмм, в которой помещался мой теневой клон. Эта подделка ощущалась как я, двигалась как я, даже думала как я! Правда, из-за невозможности в лабораторных условиях полностью воссоздать мои физические кондиции, достигнутые годами тренировок, слегка тормозила, несмотря на все боевые стимуляторы и полный доступ к моим запасам чакры через теневого клона…

– Понятно, – Учиха медленно поднялся на ноги, буквально пересиливая совершенно задеревеневшие от нервного напряжения мышцы. – Три вещи. Первая – спасибо. Вторая – с Сакурой объяснишься сам. И третья – не попадайтесь в ближайшее время мне на глаза… Если хотите жить.

***

Саске не разговаривал со мной две недели. Сакура тоже… А у Кабуто неведомым образом пропало почти пять литров медицинского спирта. Карин со мной… разговаривала, но делала это так неохотно и буравила таким укоряющим взглядом, что лучше бы молчала. Да чего там, даже Анко, моя верная милая и добрая Анко, злобно шипела почти три дня и на пальцах показывала, где она видела такие эксперименты над друзьями. И плевать, что это сделало Пучеглаза куда сильнее, а значит, наши шансы на выживание ещё подросли, я – свинья, и точка.

Орочи, в свою очередь, нагло заперся в лаборатории и ушёл в изучение полученных с диагностических печатей полигона данных, подозреваю, что пока не научится штамповать мангёко в промышленных масштабах – не успокоится. Короче, поговорить стало совсем не с кем, хоть иди Гурен из её «лёжки» выкуривать. С некоторых пор любительница кристаллов от наших убежищ не отлипала (вернее сказать, не отлипала она от географических координат обожаемого Орочимару-сама), отчаянно надеясь, что когда Белому Змею придёт время менять тело, он всё-таки выберет её. Мания тем более странная, что последний год Орочи и на Саске-то поглядывать в этом плане перестал, полностью уйдя в доработку подсказанного мной процесса клонирования. Я сам хоть и не великий генетик, но уж про то, что клоны делаются путём помещения клетки донора в женскую яйцеклетку, знает любой мало-мальски образованный человек моего родного мира, а вот для саннина этот факт стал откровением, полностью перевернувшим его планы. Ну а Гурен с истинно женским упрямством отказывалась признавать объективную реальность и надеялась непонятно на что, искренне считая (или, что вернее, очень успешно убеждая себя), что если наставник отберёт её тело и поглотит душу, то это и будет высшее проявление счастья и успешности бытия. Выбить эту установку из девушки не получалось даже у Орочимару, а он пытался (на отвали и всего пару раз – по моей просьбе, но всё-таки), меня же эта юная копия Анко (хотя из-за привычки постоянно хмуриться уже выглядящая ровесницей) и вовсе на дух не переносила. Собственно, в связи с последним пунктом её и пришлось бы выкуривать. Открыто наезжать на меня она бы не стала – уже отучена уязвлённым самомнением, но тотальный (и очень упрямый) игнор в исполнении обиженной женщины – тоже тот ещё крепкий орешек.

Нет, конечно, у меня ещё были варианты Котохиме, Сасаме, Кагеро, Таюи, Кин и прочих подчинённых (уже не столь завлекательной внешности), но… Подчинённые есть подчинённые, даже если они согревают тебе постель по ночам. Особенно если они согревают тебе постель по ночам!

С тоски даже начал немного сожалеть, что прикончил Кьюби в печати. Ну психованный лис со скверным характером и разрушительной мощностью небольшой ядерной бомбочки. У всех есть свои недостатки, в конце концов, он ничем не хуже бессмертного вивисектора-энтузиаста, воплощения Пафоса и Готичности и прочего паноптикума, умудрившегося собраться в сём змеином логове. А так бы было с кем поговорить…

Впрочем, это было скорее философским размышлением, нежели реальным сожалением, маленькая минутка слабости, тем не менее наведшая меня на определённую мысль. Сам «заключённый» уже благополучно переварился, но вот его «камера» осталась целой и свободной, поместить же туда можно было много интересного. Правда, чтобы нормально открыть сдерживающую печать, требовался специальный ключ, но… я всё же не в потолок плевал у Орочимару, а прилежно учился, к тому же если действовать из внутреннего мира, то задача значительно упрощается. Другое дело, что раньше у меня как-то не доходили до этого руки...

Прикрыв глаза, погружаюсь в глубины сознания. Убогая затопленная канализация давно сменилась привычными тьмой и тишиной. Любой менталист, имевший глупость войти в неё, рисковал уже никогда не выйти, но не окружающая Тьма меня интересовала, а единственная неизменная с прошлых моих визитов деталь интерьера – комната заточения Лиса. Клетка была пусть и пуста, но всё ещё закрыта и с фуин-печатью, скрывающей замок, на расстоянии в несколько человеческих ростов над полом. Ну что же, для начала снимем её.

– Я не стал бы этого делать, Наруто, – не успел я взлететь до нужной высоты и коснуться рукой уголка печати, как моё запястье перехватил… хм, Четвёртый? Нет, души не чувствуется, значит, как я и предполагал, всего лишь теневой клон, изящно запечатанный под первым слоем защиты клетки и прикрытый её эманациями.

– Почему нет? – не меняя позы, заглядываю в глаза Намикадзе. Такие же синие, как и у меня… Моего доброго образа. – Там всё равно уже ничего не осталось.

– Что? – клон переводит взгляд с меня на пустую клетку, и его глаза расширяются. – Как?

– Я убил Лиса и забрал его силу, – спокойно сообщаю собеседнику, внимательно следя за реакцией. Должен признать, ошарашенный Герой Конохогакуре выглядел довольно забавно.

– Но как это возможно?

– Разве ты никогда не слышал поговорку: «чтобы убить демона… нужно лишь быть большим демоном»?

– Что? – вновь начал ронять челюсть бывший Хокаге.

– А что в этом такого? Гнобимый всеми полунищий сирота, готовый вкалывать ради доброго слова, рано или поздно доходит до ручки, – всё-таки убираю руку от печати и, развернувшись, начинаю неторопливо спускаться по воздуху к полу. – Сформировывается такая подленькая мыслишка: «А не пошли бы все они на?..» Поверь, когда человек понимает, что терять ему нечего, в нём происходят воистину интереснейшие метаморфозы, – касаюсь ступнями каменных плит и, заложив руки в карманы плаща из змеиной кожи, поднимаю взгляд на оставшегося наверху блондина.

– Что? – а не закоротило ли этого клона? Всё же полтора десятка лет в печати, да рядом с Лисом, а потом ещё и в эманациях его агонии. Уже в третий раз только одно и то же слово повторяет. – Как это «гнобимый сирота»? – Минато переместился на один уровень со мной. – Ты должен был стать героем… Куда смотрел Учитель?! Где были Учихи?

– Джирайя сначала поверил потоку чуши про необходимость секретности и политическую нестабильность, что вылили на него Сарутоби с советниками, а потом ушёл шляться по кабакам и борделям. Учихам же было не до сироты – своих проблем сначала хватало, а потом их и вовсе вырезали.

– К-кто? – на бедного Намикадзе было уже жалко смотреть.

– Данзо и Корень при молчаливом согласии Сарутоби, конечно. С учётом нападения Лиса, ухода Орочимару и прочих сюрпризов последних пятнадцати лет, деревне это здорово аукнулось, но, думаю, стариканы и сейчас искренне верят, что тогда поступили правильно. Как и разобрав твоё тело на ингредиенты ещё до того, как оно успело остыть… Да и тело Кушины Узумаки, если уж начистоту. Имущество присвоили немногим позже, а единственного сына отправили в сиротский приют, прилепили кличку «демон» и выкинули из жизни.

Разумеется, я несколько преувеличивал, но именно что несколько. Полностью разбирать тела героев никто не осмелился, тем более на фоне такой трагедии, но тщательно исследовать и взять образцы тканей ребята не постеснялись. Информация Орочимару об этом вопросе была донельзя конкретной...

– Не верю… Какаши…

– Получил комплекс вины с фобией на близкие отношения и появился в моей жизни только как джонин-наставник, когда пришло время. И единственный его «урок» – едва ли не силой выбитая техника хождения по деревьям, да ещё определение стихии чакры, когда его припёрли к стенке. Впрочем, на фоне остальных деревенских он был ещё неплохим вариантом и, как я знаю, приглядывал за мной по мере сил. Вот такая вот краткая история сына двух «Великих Героев» Конохи, наследника Четвёртого Хокаге. Жить на нищенское пособие, не знать имён отца и матери и, в конечном итоге, полагаю, сдохнуть за интересы тех, кто нажился на твоей смерти.

– Наруто… – Четвёртый просто осел на колени… – я… Прости.

– Да не переживай ты так, – слегка повожу головой, давая понять, что картина сидящего на коленях мужчины мне не слишком приятна. – Да, это, конечно, неприятные новости, тем более в момент, который ты явно представлял себе немного иначе, но я вполне себе жив и даже психически здоров… Ну, более-менее.

Видимо, я сказал что-то не так, потому как сработало это аки последняя капля. Пусть передо мной был всего лишь клон, но этот клон являлся точным слепком личности Четвёртого Хокаге на момент его смерти. Сколько ему было, двадцать? Двадцать три? Совсем ещё молодой парень, по сути-то. Полный надежд, мечтаний, веры в лучшее и светлое. Он искренне любил свою жену и сына и желал для них лучшей участи, а в итоге… Жена мертва, все, кого он считал друзьями, едва ли не роднёй – предали, стоило ему умереть, а жизнь сына превратилась в маленький Ад. И вот теневой клон одного из величайших шиноби прошлого стоит передо мной на коленях, беззвучно орошая плиты пола совсем не иллюзорными слезами.

– Эй, Минато… – дав ему дойти до кондиций, окликаю шиноби. – Пойми меня правильно, мы не виделись пятнадцать лет, и мне физически сложно воспринимать тебя близким человеком, но… Плачущие мужики – это не круто! И я серьёзно – завязывай. У меня не настолько всё плохо, чтобы надо мной рыдать.

– Я не смог дать тебе лучшей жизни, я…

– Да всё хорошо у меня с жизнью! – раздражённо вспыхнул я. Почему-то вид самоуничижения в исполнении этого, по сути, хорошего и достойного человека, пожертвовавшего всем ради сына, вызывал у меня острую неприязнь.

– Мне… недолго осталось. Я так много хотел сказать… Столько спросить. Но во всём этом просто не осталось смысла. И я не хочу...

– А как насчёт помочь мне стать сильнее, чтобы с моей семьёй не произошло того, что случилось с твоей?

– У тебя есть семья? – с неверием поднял на меня глаза Хокаге.

– Да, точнее, небольшой гарем из куноичи, мы живём у Орочимару-сенсея и потихоньку строим свою деревню… – хм… пометка – шоковая терапия прекрасно работает и на клонах, вон как глаза выпучил и подумывать о мыле и верёвке перестал. – Приютское воспитание не ведёт к образованию слишком уж высокой нравственности… – как бы извиняясь, пожал я плечами.

– … Похоже, я очень много пропустил, – после долгой паузы нарушил молчание Намикадзе. – Разве Орочимару не предатель и маньяк? Он бросил умирать свою ученицу и ставил эксперименты над жителями Конохи, как можно ему доверять?

– У нас сложные отношения, – пожимаю плечами. – Да и история, которую ты описал, тоже не из простых, как в случае Анко, так и с жителями деревни. Главное, я понимаю его мотивы, и мы полезны друг другу. К тому же его совершенно не интересуют власть и политика – деревней, которую он создал, чтобы удовлетворить давнее желание побыть Каге, уже года два управляю исключительно я, а сам он, хорошенько распробовав этого дела, совершенно утратил к нему интерес. Другими словами, ради политической необходимости и всяких дипломатических соображений он меня точно не кинет, а это уже большой плюс в нашем мире.

– А что случилось с Конохой? Почему ты ушёл? – мужчина вроде бы окончательно успокоился и встал на ноги.

– С Конохой случился Данзо. У старика окончательно переклинило в мозгу на почве паранойи, и он решил, что я собираюсь сбежать из деревни, а значит, Лиса нужно срочно перезапечатать в новый сосуд. Желательно – лояльный лично ему. В результате мне действительно пришлось сбежать из деревни. По мне, это было бы даже довольно забавно, если бы не весь сопутствующий геморрой.

– А сам ты не хотел сбежать? Ты же говорил о послать всех...

– Не буду врать, что подобные мысли меня не посещали, но на тот момент меня всё устраивало. Я только получил ранг чунина, нашёл родственницу из клана Узумаки, бывшую, как и я, сиротой, стал брать уроки у Джирайи, да и с новым Хокаге, Цунаде Сенжу, установил вполне нормальные отношения. В принципе, лет через несколько у меня были все шансы самому выйти в Тени Огня, сил на это более чем хватало, но… Старческий маразм есть старческий маразм, и видит он только то, что хочет видеть. Впрочем, – вновь пожимаю плечами, – что ни делается, то к лучшему. Хокаге мне уже не стать, но зато теперь не надо думать о соблюдении морального облика в глазах окружающих. Да и деревня, которую создал сам, имеет ряд заметных преимуществ в сравнении с той, где политические расклады и традиции уже давно устоялись и стали обязательной нормой. Так что скажешь по поводу обучения?

– Я бы с радостью, всё же я всегда мечтал обучать собственного сына, ещё когда Куши… – начал было клон, но тут же осёкся. – Но не получится. Запас моей чакры подходит к концу. Ещё пара-тройка часов, и я просто развеюсь.

– Это не проблема, – небольшое волевое усилие, и…

– Что ты?.. Как?.. – мужчина обескураженно поднёс руку к животу, прислушиваясь к ощущениям. – Такое чувство, словно мой резерв теперь не имеет границ.

– Мы в моём внутреннем мире, а ты – его часть. Если уж мне хватило силы сожрать демона, пусть и скованного, то уж поддержать слепок пусть и выдающегося, но смертного – и вовсе не проблема.

– А… ещё один слепок ты поддержать сможешь?

– Ты имеешь в виду Кушину? – Минато слегка дёрнулся. – Смогу. Но ей я планировал заняться чуть позже. Всё же я никогда не поселял добровольно в свой внутренний мир посторонних личностей, и для начала стоит понять, как ты один повлияешь на меня и не сойду ли я с ума. А там посмотрим, – разумеется, с ума бы меня это не свело, но Кушина – это куда сложнее, чем Минато. Женщины всегда эмоциональнее, а сейчас терять время и нервы на женские истерики у меня просто не было желания. Да и пресловутое «материнское сердце». Пусть «общалась» Кушина с Наруто минут двадцать максимум, но всё же.

Нет, понятно, что в принципе никто из них настоящего Наруто не знал и узнать не мог, потому и замена одной души на другую для них должна быть и не заменой вовсе – первую-то они всё равно не видели. Только несмотря на формальную верность данного тезиса, фактически он был целиком ложен. Я сожрал их сына и занял его тело. Пусть его душа и стала частью меня, но частью не большей, чем тарелка каши на обед становится частью человеческого организма. Совершенно не важно, что оригинальный Наруто был быдловатым кретином с непомерно раздутым самомнением, не имеет значения, что лично я испытываю к ним лично и какие цели преследую, для них он – настоящий сын, а я – мерзость, коварно его убившая. Так было, есть и будет. Ибо это – факт.

Но точно так же фактом является и то, что пока они не знают правды, именно я буду для них родным сыном. И этим я собираюсь в полной мере воспользоваться. Возможно, кто-то посчитает это жестокостью и лицемерием... Скорее всего, он даже будет прав. Но когда кого-то интересовало чужое мнение? Особенно мнение, где дают моральную оценку твоей личности и поступкам? Так что пусть и дальше пребывает в неведении для его же блага, к тому же вполне возможно, что в будущем я смогу весьма щедро расплатиться с ним и Кушиной за переданные знания. Но это дела будущего, ну а пока…

– Итак, – материализую два кресла для себя и собеседника, – чем ты владеешь и что можешь показать?..

Месяц спустя.

– Значит, ты всё-таки решился? – мрачного вида брюнет окинул своего блондинистого товарища тяжёлым взглядом.

– Да, расчёты давно проведены, проверены и перепроверены. Даже испытания на клонах провели, – при упоминании последних степень мрачности брюнета возросла ещё больше, хотя, казалось бы, куда же дальше?

– Но это ведь не единственная причина, не так ли?

– Разумеется, – кивнул блондин. – И даже не основная. В отличие от твоих глаз.

– Каждый раз, когда ты говоришь об этом, у меня вновь появляется желание тебе врезать.

– Эй, я уже извинился за тот случай, – шутливо вскинул руки собеседник брюнета. – Но… – вся весёлость резко закончилась, – лучше в лаборатории и со специально выращенным для этого клоном, чем на поле боя, если не хватит сил защ…

– Я понял, – прервал его Учиха, – и согласен, и даже благодарен. Но вот всё это принять… сложно. Но что там по поводу глаз? – вернулся к оставленной теме Учиха.

– Ты уже приспособился к новым возможностям и даже встроил в свою систему боя. И теперь мне не придётся беспокоиться, что наш уважаемый сенсей в тот момент, пока я буду получать новую Печать, а значит, беззащитно лежать на операционном столе, захочет сделать что-нибудь… предосудительное.

– Я думал, Орочимару не заинтересован в твоём теле, а моё после… тех ваших исследований его тоже не сильно привлекает.

– Да, но кто нас, сумасшедших учёных, знает, – хмыкнул собеседник предпоследнего Учихи, застенчивым жестом запуская руку в свою пышную шевелюру на затылке. – Подопытного материала много не бывает, да и просто провести несколько модификаций, раз уж ученик всё равно надёжно зафиксирован… – блондин задумчиво воззрился в небеса, точнее, в каменный потолок, оные небеса закрывающий, – большое искушение… Я вот за себя бы не ручался, – парень мечтательно облизнулся.

– … Знаешь, если бы я точно не знал, кто твои родители, подумал бы, что ты сын Орочимару.

– Слушай, а ведь Четвёртый был сиротой и не знал своих родителей, так что если добавить немного конспирологии…

– Вы обнаружили бы генетическое сходство ещё два года назад, – лаконично припечатал брюнет.

– Ну уж и помечтать нельзя, – показательно надулся Узумаки. – Ладно-ладно, мы просто мирные энтузиасты-исследователи, которых никто не понимает. Вот и сложился такой тандем.

– М-да… – брюнет устало прикрыл глаза. – И как я не спятил за столько лет в такой компании?

– Полагаю, благодарить за это стоит Карин и Сакуру, – помрачнел блондин, убирая руки в карманы кожаного плаща, что начал носить около года назад, и который во многом был сшит по образу униформы дознавателей Конохи. – По крайней мере, я без их присутствия наверняка бы сорвался в… не самый приятный для окружающих образ.

– А как же Анко и остальные? – покосился на него Учиха, мгновенно уловив смену настроения.

– Они без труда приняли бы меня любым, хоть полной копией Орочимару, да и ты тоже, если уж честно, – голубые глаза встретились с чёрными и на краткие секунды позволили себе отразить обычно тщательно укрытую тяжесть.

Это был не вызов и не злость, просто краткий миг слабости, когда истинное лицо друга выглянуло наружу из-за приросшей к коже маски. Впрочем, брюнету не требовалось подобного объяснять, и он промолчал, не видя смысла спорить с верным выводом.

– А для Сакуры и Карин, – с лёгким вздохом вернул себе прежний беспечный вид Узумаки, отворачиваясь от собеседника, – мне приходится сдерживаться. Просто чтобы не пугать. Дело вроде бы совершенно мелкое и как бы даже не обязательное, но как же оно дисциплинирует…

– И всё же, – обронил Саске, – сейчас тебя в Деревне Звука боятся больше, чем Орочимару.

– Это же совсем другое, и ты это понимаешь.

– Понимаю… Тебя ведь всё равно бесполезно отговаривать?

– Именно, я шёл к этому больше двух лет, потратил массу времени и усилий, останавливаться или поворачивать на финишной прямой? Не в моём стиле. Тем более из всех нас я один остался без неё.

– Хорошо, но если ты помрёшь, я подниму тебя Эдо Тенсей и выскажу, какой же ты идиот!

– Договорились, – хмыкнул блондин. – Я даже догадываюсь, чью тушку ты используешь в качестве жертвы. Бедный Орочи…

Так, переговариваясь и скидывая некоторый мандраж, друзья добрались до заранее подготовленной лаборатории.

– Вы опоздали, – холодно поприветствовала их девушка с тёмно-розовыми волосами. Пусть голос звучал и строго, но полностью скрыть своё беспокойство Карин не смогла, нервно подёргивая кончиками пальцев края лабораторного халата – всё же мандраж пробирал и её.

– Ты так говоришь, будто без них могло что-то начаться, – по-доброму ухмыльнулся стоявший тут же теневой клон главы клана Узумаки и, не дожидаясь ответа, развеялся, передавая воспоминания о ходе подготовке оригиналу.

Девушка же досадливо поджала нижнюю губу, слегка ссутулив плечи. А вслед за этим проявлением неловкости дверь в лабораторию резко распахнулась, выпустив в коридор ещё одну куноичи с розовыми волосами.

– Карин, куда ты… А, вы уже тут, – Сакура с толикой удивления от неожиданности осмотрела друзей, но быстро спохватилась. – Хорошо, мы как раз...

– Все на месте? – будто специально караулил, выглянул в коридор уже Кабуто. – Отлично, у нас нет времени прохлаждаться, Орочимару-сама ждёт!

– Да-да, и тебе привет, – махнул рукой блондин и последовал за медиком.

«Операционная» была разделена на две части, собственно рабочая и так называемый наблюдательный участок, на котором уже столпилось прилично народу – Анко, Котохиме, Сасаме, Кин, Таюя, Кагеро… в общем, все заинтересованные. Впрочем, сейчас они были не важны. Сейчас вообще ничего было не важно, кроме покрытого стройными рядами фуин стола и приветливо скалящегося бледнокожего человека рядом с ним.

– Привет, Наруто, – ухмыльнулся Белый Змей, а стоящий рядом с ним Кабуто недовольно сверкнул очками. То, что Орочимару перестал применять суффикс, да и вообще общается с джинчурики как с равным, жутко бесило молодого медика. – Готов?

– Разумеется. А как у тебя, сенсей?

– Состав подготовлен, схему ты сам предоставил, так что можно начинать… Если ты, конечно, не хочешь добавить чего-нибудь ещё...

– Лучше действовать последовательно и давать организму привыкнуть к изменениям. Если всё пройдёт хорошо, то о дальнейших изменениях можно будет задуматься года через четыре.

– Думаешь? С учётом параметров твоего тела, геном клана Кагуя очень неплохо смотрелся бы, – Орочимару облизнулся, вновь возвращаясь к уже не раз обсуждённому вопросу.

– Проблема физических кондиций меня волнует мало, а вот армированная чакросистема на джуинфуине – куда более актуальный вопрос.

– Да, – довольно сощурился Белый Змей, явно уходя в один из приступов своего благодушия. В таком состоянии он любил поговорить и немного поностальгировать... – пришлось постараться. Всё же чакра Девятихвостого – на редкость едкая субстанция, и создать чакроканалы, способные выдержать этот яд, было… интересно. А те клонированные клетки Первого и скрещивание их с мутагеном Джуго! Кто бы мог подумать, что банальная защита от воздействия мощи Кьюби способна повысить КПД адаптации природной энергии едва ли не втрое?.. – ещё одна мечтательная улыбка. – Но вот шансы на пробуждение мокутона меньше трёх процентов, геном Кагуя мог бы поднять этот показатель как минимум до десяти…

– И увеличить шанс полного отторжения на сорок… – вновь урезонил блондин экспериментатора-энтузиаста.

– Ладно, – вздохнул маньяк-учёный. – Хотя и жаль. Ну что же, приступим…

Пациент лёг на стол, а один из легендарных саннинов Конохи под несколькими очень внимательными взглядами активировал технику. Фуин со стола «переползли» на тело подоп… модернизируемого шиноби. Секунда, вторая – и прошлая печать исчезает с кожи. Учёный склоняется над бессознательным пациентом, начиная водить над телом сияющими от медицинской чакры ладонями.

– Первый этап завершён, печать удалена, состояние стабильное. Начинаю интеграцию первого уровня новой печати, – в руках медика появился шприц со зловещего вида тёмно-зелёной субстанцией, укол в основание шеи и новая последовательность ручных печатей. На последней комбинации лицо Орочимару закаменело от напряжения, ведь технику приходилось буквально продавливать собственной чакрой. И пусть змеиный саннин по праву считался одним из сильнейших шиноби мира, но и «продавливать» ему приходилось не кого-нибудь, а носителя всей силы Девятихвостого Демона-Лиса. К тому же… тело самого Орочимару уже начало показывать первые признаки отмирания, так и не сумев приспособиться под уровень его силы. По расчётам Змея, относительно комфортное существование он мог бы поддерживать ещё около двух месяцев, это если сегодняшнее напряжение не превысит ожидаемых пределов, а дальше процесс примет лавинообразную форму, и ждать «отката» техники переселения души ему придётся в заживо гниющем трупе.

Между тем, всё ещё «ползающие» по телу лежащего на столе парня фуин-символы стремительно стеклись к месту укола и слились воедино, формируя новый символ с тремя томоэ.

– Первый уровень интегрирован, – генетик оскалился, не замечая выступивший на лбу пот, – активирую развёртку, – новый шприц, впрочем, слегка светящийся фиолетовый состав выглядел едва ли не более устрашающе, чем предыдущий. Новый укол прямо в сформировавшуюся «татуировку», и тело парня выгибает дугой, но ассистенты наготове и просто вдавливают блондина обратно в стол. Спустя десяток минут судороги прекратились, а татуировка на теле Узумаки расползлась набором «пятен» по всей коже. – Дополнительная чакросистема развёрнута. Отклонений нет, стабильность…. соблюдается. Второй этап завершён. Первый уровень установлен и развёрнут. Перехожу к третьему этапу. Кабуто, Карин, Сакура! – взбодрил помощников Змей.

– Есть, – хором ответили молодые медики и достали заранее подготовленные шприцы с антрацитово-чёрным содержимым. Третий мутаген, должный закрепить результаты и придать телу способность поглощать природную энергию без побочных эффектов в виде окаменения. Четыре одновременных укола от медиков, четыре серии ручных печатей – и вновь начавшее выгибаться тело накрывает мощный барьер.

– Теперь остаётся только ждать, – устало произнес учёный. – Три дня, и можно будет посмотреть, что в итоге вышло из Наруто… Может, пока он спит, всё же привьём ему ещё что-нибудь интересного? – в голосе маньяка-учёного сквозил нездоровый энтузиазм.

– Нет, сенсей, пусть сначала оклемается от смеси вашего мутагена с клетками Хаширамы Сенджу, а там сами посмотрите, – сверкнул шаринганом Учиха.

– Скучный ты, Саске-кун, нет в тебе искры настоящего учёного, вот Наруто меня бы понял, – улыбнулся Орочимару.

– Он и понял, и даже не против, но не сразу, – Саске оставался невозмутимым.

– И он это говорил прямым текстом, – покосилась на своего первого учителя Анко.

– Ладно, не будем ничего прививать, – с некоторым недовольством ответил саннин. – Тогда я направлюсь в свой кабинет, нужно записать столь интересный опыт. О состоянии Наурто-куна сообщайте мне каждые шесть часов, если начнутся резкие изменения – вызывайте немедленно.

– Да, сенсей, – хором ответили все три медика. Саске молча активировал шаринган и внимательно воззрился на лежащего под барьером друга. Можно было не сомневаться в том, что все трое суток он не отведёт взгляда… как и в том, что потом будет яростно отрицать любое своё участие. Всё же «маску» в их компании носил не только блондин.

***

– Так вот ты какая, природная энергия… – я прикрыл глаза, концентрируясь на новых ощущениях.

Сила, вливающаяся в организм через Проклятую Печать, имела мало общего с жизненной и духовной энергиями, магией она также не являлась, как и, кхм, божественным проявлением. Больше всего это нечто походило на ба-хионь – энергию веры, которой питаются боги, но мои знания об этой субстанции были слишком посредственны, чтобы утверждать что-то наверняка. Впрочем…

Я перевёл внимание на восприятие окружающего мира. Несмотря на все тренировки, мне было бесконечно далеко до сенсорных талантов Карин, не беря во внимание эмпатию, конечно же, и сейчас картина мало изменилась. Я всё ещё не мог ощутить чакру на многие километры вокруг, хотя радиус восприятия и правда возрос, вот только… Глубина и суть имеющегося восприятия не шли ни в какое сравнение с тем, что я чувствовал раньше. Не столько даже чужая чакра, сколько сама материальная реальность расцвела перед внутренним взором десятками новых красок и оттенков. Камни стен, толща земли над головой, корни деревьев, нависающие над комплексом убежища…

Я плохо знаком с традицией друидизма. Не с внешними атрибутами, само собой, а с сущностью их симбиоза с растительным миром. Общие тезисы о том, что они поклоняются Природе как таковой, а та отвечает им, подобно классическому божеству, мне известны, но на этом практически всё. Однако некоторые способности друидов, о которых мне приходилось слышать, очень уж похожи на то, что я сам сейчас ощущал. Это пресловутое видение всего мира единой и гармоничной структурой, где каждый камень и росток являются частью целого и неделимого природного естества. Очень любопытно… Может ли так случиться, что название «природная энергия» содержит намного больше конкретики, чем кажется?

– Н-Наруто, – неуверенный голос Сакуры рывком вырвал меня из размышлений и самоанализа.

– М?.. Что-то случилось? – спросил и тут же понял, «что». Голос был не моим. Вернее, моим, но… Не этого тела. Не тела Узумаки Наруто. Неестественный, дребезжащий, с металлическими нотками, словно пропущенный через искажающий редактор на компьютере… Это был голос, который я последние три года мог слышать только в своих воспоминаниях.

– Ничего особенного, – пожал плечами Учиха, поведя головой в сторону женского коллектива, – просто девушкам нравятся плохие парни с рельефными мышцами, кожистыми крыльями за спиной, экзотическим оттенком кожи, шикарной шевелюрой и пухлыми, чувственными губами.

Проследив за его взглядом, ловлю на себе блестящие каким-то нездоровым энтузиазмом глаза Анко. Рядом с ней слегка пожёвывала нижнюю губку Котохиме, водя по мне предвкушающим взглядом. Тут же стояла и Кин, подпирая высокую грудь сложенными под ней руками, и просто улыбалась. Кагеро смотрела на меня с невозмутимым спокойствием, но очень внимательно. Сасаме полыхала щеками, то и дело смущённо отводя взгляд от моего голого торса. Даже Таюя таращилась с видимым интересом. Ну и Сакура с Карин, кхм… любовались эстетикой, так сказать.

– Эм… – что-то мне это напоминает… Постойте-ка. Мельком оглядываю своё тело и перевожу взгляд на Учиху. – Ты два года ждал, когда сможешь мне это сказать?

– Что-то в этом роде, – усмехнулся брюнет. Причём в эмоциях его ясно читались оттенки облегчения и подступающую усталость. Похоже, Саске просидел надо мной с момента начала трансформации, и сейчас его отпускало. – Как себя чувствуешь?

– Очень необычно, – сжимаю и разжимаю пальцы на правой руке. Кожа заметно побледнела, став почти серой, ногти приобрели очертания прочных когтей, хотя совсем не мешали сжимать кулак, спадающие с плеча волосы окрасились в чёрный, и крылья… Расправляю их за спиной до приятного натяжения и складываю на манер плаща. А ведь я по ним соскучился, даже немного отвык от управления. – Сколько я тут валяюсь? – нужно уточнить.

– Почти неделю, – ответила Карин, уже приступившая к осмотру моего организма. Первое эстетическое удовольствие от лицезрения очередной «кракозябры» прошло, и в ней заговорил медик, что и не такого повидал – всё же учёба у Кабуто и посещение «мастер-классов» от самого Орочи психику закаляют крепко.

– Случалось что-нибудь интересное?

– Нет, – в разговор вступила Анко, продолжающая, совершенно никого не стесняясь, проходиться по моему телу изучающим взглядом, – всё тихо и спокойно. Ну что там, Карин? – поторопила младшую подругу Митараши.

– Первичные показатели даже выше прогнозируемых, приживлённые чакроканалы полностью активны, дефектов нет. Хм… Нужно взять несколько образцов на анализ, плотность стенок каналов выше расчётной почти в полтора раза…

– А можно на нормальном? – вежливо поинтересовалась Таюя.

– У Наруто более крепкие чакроканалы, чем должны быть по расчётам, – «расшифровала» Сакура.

– Ну так это же хорошо? Или нет? – неуверенно склонила голову на плечо Сасаме.

– С одной стороны – безусловно, – к нашей беседе присоединился лично Белый Змей, входя в дверной проём. За его плечом виднелся Кабуто. – Однако если было одно несоответствие с расчётами, то могло быть и другое. Куда как менее полезное. Возможно… – учёный начал погружаться в размышления, но всё же смог вовремя себя остановить и вернуться в «настоящее». – Как ты себя чувствуешь, Наруто?

– Превосходно, – я ещё раз сжал и разжал кулак. Когти на кончиках пальцев чуть покалывали ладонь, но не мешали. Всё как я привык уже давно.

– Ну и голос. Проблемы со связками? – Кабуто привычно сверкнул очками.

– Нет, – саннин задумчиво оскалился. Да, он так умеет, – слишком «металлический» голос, даже изменённые связки человеческого существа вряд ли такое способны выдать. Тем более так естественно. Любопытно… очень любопытно… – Змей облизнулся. – И уплотнение каналов…

– У вас есть идеи, Орочимару-сенсей? – спросила Карин.

– Пока только предположения, для точного заключения нужны образцы… – взгляд маньяка-вивисектора стал туманно-мечтательным.

– А можно узнать эти предположения? – подключилась Сакура, прекрасно знающая, что в таком состоянии Орочи может уйти в себя на неделю, если не на месяц, зато если словить в подходящий момент – запросто поделится тем, что в иных обстоятельствах из него не вытащить было бы и клещами.

– Как предположение… – Змей ещё раз задумался, подбирая слова. – Могла иметь место синергия чакры Девятихвостого с геномом Хаширамы, возможно, «отфильтрованная» через мокутон, она оказала более мощное укрепляющее воздействие. Всё же наработки мы проверяли на материале, неприспособленном к самой ядовитой чакре в мире, и, как итог, более мощный организм дал большее усиление... Либо есть ещё один фактор… – Орочимару внимательно посмотрел на меня. – Дополнительная энергия…

– Но откуда она могла взяться? – нахмурилась Карин.

– Кто знает, – опять эта ухмылка. – В конце концов, это просто предположение. В любом случае, нужно провести дополнительные исследования и изучить изменённый организм как можно лучше…

– Ладно, думаю, тут и без меня найдутся желающие с тобой пообщаться, – сообщил Саске и направился к выходу. Скорее всего, пошёл отсыпаться.

– Тогда приступим, – учёный прошёл к рабочему столу и «зазвенел» инструментами. – Не отменяй второй уровень Печати, сперва возьмём пробы в этой форме, потом в обычной и ещё раз после осознанной активации. Вопросы?

– Может быть, для начала его покормим? – не могла не подпортить малину бывшему учителю Анко. – Думаю, Наруто неплохо проголодался за неделю под барьером.

– Под данным барьером все «не разрешённые» процессы в организме полностью прекращаются, даже кровотечение мгновенно останавливается, он не мог, – без тени раздражения разъяснил «прописные истины» Белый Змей, поворачиваясь ко мне с пустым шприцем в руках. – Присаживайся, Наруто, – ответственно заявляю, что уколов я не боюсь, но первой моей мыслью при виде улыбки наставника стало: «А не слишком ли большой он взял шприц?»

В итоге, из лабораторий я вылез примерно через сутки, полностью здоровый, но морально сильно уставший. Нет, сами исследования были интересны и премного любопытны, но «дорвавшийся» Орочи вытянул из меня в общей сложности литров десять крови, нисколько не смущаясь, что столько в нормальном человеке просто не бывает. Не знал бы, что он точно «Змей», готов был бы спорить, что «Комар» или ещё кто из лучших друзей клана Абураме.

Впрочем, результаты того стоили. Приживление действительно прошло успешно, проблем с пропускной способностью чакроканалов не предвидится, а общая прочность и выносливость организма суммарно возросли едва ли не на порядок. Расенган или Чидори на грудь принимать всё ещё не стоит, но вот удар обычного куная напитанное чакрой тело выдержит без проблем. Правда, с учётом скоростей, реально задеть меня сможет только джонин, а у них и в «обычных кунаях» есть свои секреты, и напитка простой чакрой или яды – не самые сложные из них.

Месяц спустя. Деревня Звука.

– Ну что же, неплохо, – откладываю последний свиток с финансовым отчётом по делам селения. – Я доволен твоей работой, Араши.

– Благодарю вас, Узумаки-сама, – поклонился молодой мужчина со светло-фиолетовым оттенком волос. – Однако от меня не требовалось ничего особенного, ваши клоны отсутствовали не так долго.

В ответ я пожал плечами. Обкатка и калибровка моих способностей после операции заняла несколько больше времени, чем планировалось, так что, с учётом времени, проведённого в анабиозе, Селение Звука оказалось предоставлено само себе почти на полтора месяца. Должен признать, способное выдержать всю мощь Девятихвостого тело, да ещё и с возможностью «приправить» заряд собственной чакрой и природной энергией, вызывало восхищение и окупало любые потери, которые могла бы понести в моё отсутствие деревня, но всегда лучше, когда таких потерь нет, а подчинённые оправдывают возложенное на них доверие. В очередной раз выросшая выносливость, конечно, доставляла некоторые проблемы девочкам, но вряд ли они были недовольны подобным фактом.

– Тем не менее это не первый случай, а эти списки, – я положил руку на свиток с другим отчётом, – наглядно показывают, что ты не просто сидел на всём готовом, – имея в виду две группы беглых шиноби из Селения, Скрытого Дождём, общим числом в двенадцать человек, пойманных на сопредельных территориях спецотрядами Звука, сообщил я.

– Наши агенты давно ищут любых нукенинов, мне просто повезло, что эти нашлись так близко, – опять проявил скромность мой заместитель по административной работе с наследством Орочимару. – Но… если позволите?

– Говори.

– В отчёте есть информация по техникам, которые знают беглецы, но мы также допросили их о ситуации в их деревне, и с этим есть странности. Причины для побега, на первый взгляд, обычные, но моё личное мнение – это только предлог. По словам пленных, в Дожде ходят слухи о том, что Ханзо Саламандра мёртв, а вместе с ним пропало и много сторонников. Они не знают, кто сейчас правит Селением, но почти все решили бежать, когда не смогли лично связаться с покровителями, а от имени Ханзо начали проводиться непонятные реформы.

– И ты посчитал необходимым заострить на этом внимание, – отбиваю пальцами короткую дробь по столешнице.

– Именно так, Узумаки-сама, – ещё раз обозначил поклон лидер клана Фума. – К тому же есть ещё кое-что, – дождавшись, пока я вопросительно подниму бровь, тем самым разрешая говорить, Араши продолжил: – От наших шпионов в Стране Ветра поступают сведения, что в Суне зреет заговор против Казекаге. Уже было покушение. Одно или два, тут слухи разнятся.

– Как я и сказал, я тобой доволен, – после небольшой паузы нарушаю тишину. – У тебя есть ещё что-то?

– Небольшой курьёз, – не очень уверенно ответил мужчина и полез в подсумок, откуда и достал свиток официального вида. – Из Конохи пришло приглашение на очередной экзамен чунинов.

– Разве мы подписывали договор? – признаться, этот курьёз меня и правда удивил.

– Нет, но после того инцидента, когда Орочимару-сама убил Третьего Хокаге, война так и не началась, и… не была официально объявлена. Скорее всего, в канцелярии Хокаге просто ошиблись.

– Может быть… – возможно ли, что это совпадение? Или малышка Цунаде пытается таким образом завуалированно предложить выход из неоднозначной ситуации, в которой оказались обе деревни?

С одной стороны, Великая Деревня, да ещё претендующая на титул сильнейшей из всех, не может так просто взять и простить какой-то мелкой скороспелой деревеньке столь звонкую пощёчину, которую она получила два с лишним года назад, но с другой – время уже упущено. Давить Звук надо было сразу, но тогда не было Хокаге, зато была третья сторона конфликта – Суна. Начинать же полномасштабную войну в состоянии, когда твоя армия обезглавлена, а воевать предстоит на два фронта (и это если случится чудо и никто больше не вмешается) – идея так себе. Потом они наверняка ожидали, что без Орочимару его деревня быстренько загнётся и развалится, и вновь упустили время, а теперь… А, собственно, теперь у них есть ровно три варианта. Первый – начать войну, с изрядной форой перекрыв любые адекватные сроки реакции на «казус белли», чем выставить себя в крайне глупом свете. Второй – заключить с нами мир, как с Суной, но тем самым потерять лицо, в силу разницы как статусов Великой Деревни, Скрытой в Песках и скороспелого мелкого образования, «Скрытого в Звуке», так и ответственности за нападение. И третий вариант – сделать вид, что ничего не было. Правда, третий возможен только при обоюдном согласии...

– Оставь свиток, я почитаю, – моргнув, встречаюсь взглядом с бесцветно-зелёными глазами Араши. – Можешь быть свободен.

В ответ шиноби молча отвесил полагающийся поклон и вышел за дверь. Дождавшись, когда внешний контур защитных печатей кабинета будет восстановлен, я щёлкнул пальцем по последнему свитку и повернулся к скрытому тенями углу, где под гендзюцу стоял Саске.

– Что думаешь?

– А ты сам? – брюнет вышел из тени и смерил взглядом послание из Конохи.

– Думаю, что в Дожде начали действовать Акацуки, если помнишь, Орочимару говорил, что эта организация зародилась именно там, да и про сложные отношения их лидера с Ханзо ты знаешь.

– Годами они были нелегальной организацией элитных наёмников, а теперь решили получить официальный статус?.. Не слишком верится, – Учиха прикрыл глаза. – Больше похоже на прикрытие.

– И захват ресурсов, которые можно направить на поиски джинчурики, – согласился я.

– Но я не вижу смысла в риске на два направления, пусть даже они и рядом.

– Меня это тоже смущает, – складываю руки домиком перед лицом. – Знаешь, я больше склоняюсь к тому, что события в Аме и происходящее в Суне между собой не связаны. Согласись, восхождение Гаары на вершину власти не могло пройти спокойно.

– В любом случае, нас это не касается, – отрезал брюнет. – В отличие от Акацуки, которые, если ты прав, обустраиваются в Дожде.

– В Аме явно действует не Итачи, скорее, их лидер со старой гвардией родом из Страны Дождей, – спешу остудить пыл друга. – А вот насчёт Суны ты не прав. Во-первых, они всё ещё должны мне кучу техник, и плевать, что тогда мы не смогли забрать их из-за одного старого маразматика, проценты-то капают, так что нас это касается самым прямым образом. Ну а во-вторых, его симпатичная сестрёнка-блондинка огорчится, если её братика убьют и их клан отодвинут от власти, а я очень не люблю, когда симпатичные девушки огорчаются… – в ответ Саске смерил меня очень скептическим взглядом. – А ещё если Гаару убьют, то как ты предлагаешь требовать с них долг? – быстро завершил я спич, невинно хлопая ресницами.

– Ты правда думаешь, что Темари сможет рассказать тебе нечто новое по стихии ветра?

– Их страна не просто так называется Страной Ветра, – пожимаю плечами. – Разработки в области этой стихии там продвинулись дальше, чем где бы то ни было, к тому же мы говорим про клановые секреты семьи Казекаге. Я, безусловно, высокого мнения о нашем сенсее, но сомневаюсь, что Орочимару стал бы столь одержим шаринганом, действительно зная все техники на свете.

– Это всё не то, – поморщился Учиха. – Нам пора начинать раздавать долги, а не скатываться в собирательство. Теперь, когда ты владеешь вторым уровнем Проклятой Печати, а я… – парень на какую-то долю секунды запнулся, но быстро справился с собой, – получил мангёко, пора браться за Итачи.

– Ты не хуже меня знаешь, что мы понятия не имеем, где его искать, – теперь настала моя очередь недовольно морщиться. – Ни мои шпионы, ни агентура Орочимару ничего дельного не приносят… – смотрю на потемневшее лицо Саске и говорю не совсем то, что изначально хотел: – Но зато мы можем навестить нашего друга Шимуру.

– Неплохо, – после раздумий кивнул Учиха, – для начала.

– Я в тебе не сомневался, – выпускаю на лицо довольную улыбку.

– Я знаю, что сейчас пожалею о заданном вопросе. Но всё же… как пойдём?

– Хмм… – мой взгляд как-то сам собой опустился на свиток с приглашением от Цунаде. – Есть одна идейка...

Чёрные глаза Учихи сузились. Мне кажется или этот взгляд говорит, что меня подозревают в чём-то очень предосудительном?

– Нет, мы не будем вламываться в деревню, забираться под Башню Хокаге и искать в подземельях Данзо, – судя по скептическому виду юного ниндзя, мне не поверили. – Я серьёзно! Есть вариант гораздо лучше, смотри, – поднимаю свиток и лёгким движением кисти ставлю его на ребро, заставив крутиться на пальце.

В первый момент Саске ничего не понял, но потом на его лице проступили черты одной смелой догадки.

– Нет, ты же не хочешь… Это слишком безумно даже для тебя!

– О чём ты? – я улыбнулся. – Ты же сам слышал — минуло уже два года, и экзамен на чунинов вновь проводится в Конохе, а наш сенсей зародил очень интересную традицию… Разумеется, полностью мы её повторять не будем, – поспешил я успокоить парня, – Цу-тян просто некомпетентна, да и не было у неё особо людей в то время, так что убивать её не зачем, но всё остальное можно повторить. Итак, представь, мы как джонины-наставники будем сопровождать наши команды на экзамен в Скрытый Лист… О, я уже представляю эти лица!

– Тебя запалит первый попавшийся Хьюга, идиота ты кусок! – разошёлся не на шутку брюнет. – Ты хоть представляешь, как выглядишь для людей, способных видеть чакру?!

– Да, я очень подробно расспрашивал Карин, и мы даже ставили опыт по наложению визуально-информативного гендзюцу…

– Тогда объясни мне причину своей тупости!

– Но я же могу скрыть лишнюю чакру в печати, а не давать ей циркулировать по телу... Да и маскировка, разработанная Орочимару, позволяет прикинуться совершенно новыми людьми, даже чакру маскировать, впрочем, с учётом всех изменений, через которые мы прошли, по чакре и моторике нас и так не узнают. А изменить черты лица, имея столько замечательных ирьёнинов – вообще дело десяти минут. К тому же…

– Ладно. Хорошо, – брюнет успокоился так же быстро, как и вспылил. – А теперь объясни, зачем нам тратить кучу времени на игры в театр, когда можно просто обойти барьеры, охраняющие деревню от диверсантов, и по-тихому убить Данзо?

– Убить Данзо – это половина дела. В идеале, нам пора забрать к себе часть тех самых Хьюг, во главе с Нейджи и Хинатой, и при этом не спровоцировать Четвёртую Мировую Войну очередным крупным унижением Конохи. А для этого нужно время, чтобы осмотреться на местности и всё подготовить, а время полуночников-диверсантов куда ограниченней, чем время инструкторов-сопровождающих.

– Не хочу это признать, но… допустим, – вздохнул брюнет. – Поскольку отговаривать тебя всё равно бесполезно, а отправлять одного – опасно, давай подробнее, кого ты хочешь втравить в свою авантюру и что конкретно собрался делать. И детали плана прорабатываю я!

– Само собой, дружище. Само собой...

Конохагакуре но Сато. Резиденция Хокаге.

– Суна заявила, что отправит столько же команд, сколько и в прошлый раз. В общем, двадцать семь шиноби. Деревня, скрытая в Дожде – пятнадцать. Трава – шесть. Неожиданно ответил Звук, обещая прислать две команды…

– И мы их примем? – выразил общее удивление Асума, перебив доклад Шизуне.

– Приглашение было выслано, пусть мы не ожидали, что они ответят, но уже поздно поворачивать назад, – смущённо пожала плечами личная ученица Пятой.

– Да, наглости этим парням не занимать, – Майто Гай сложил руки на груди, задумавшись о чём-то своём.

– Последние два года положение Отогакуре было очень шатким, – произнесла со своего места Цунаде Сенджу. – Они смогли пережить уход Орочимару и даже укрепить своё влияние в Стране Звука, но их статус замер в состоянии полулегального. Экзамен на звание чунина для них – хороший шанс выправить ситуацию. Сомневаюсь, что от них будут проблемы, но на всякий случай их команды следует взять под усиленное наблюдение. Какаши!

– Я этим займусь, – согласно кивнул беловолосый ниндзя в форме АНБУ, временно снявший с лица собачью маску.

– Дальше! – скомандовала ученице Хокаге.

– Да! – встрепенулась та. – Скрытый Водопад послал всего три человека. Скрытый Туман из Страны Воды прислал вежливый отказ. Такой же пришёл из Страны Земли и Страны Молний.

– Другими словами, из Великих Селений с нами только Песок, – констатировал очевидное Асума.

– Очевидно, остальные не желают раскрывать свой военный потенциал, – слегка довернул голову к другу Какаши, - либо подозревают нас в сговоре с Песком, с целью совместными усилиями побить их команды на экзамене и тем самым опозорить перед всеми Великими Странами.

– С чего бы им так думать? – обернулась к мужчине Куренай.

– Сейчас очередь на проведение экзамена у Песка, – негромко, однако так, что его слышали все собравшиеся, ответил Копирующий Ниндзя, – но из-за тяжёлого положения, в которое попала Суна после смерти четвёртого Казекаге, им пришлось уступить право открытия экзамена нам. И даже второй этап будет проведён не в самой Суне, а на дальнем полигоне – «Демонической Пустыне», куда сложно пригласить почётных гостей. Все феодалы и представители торговых компаний приедут к нам, а большая часть затрат на безопасность участников ляжет на Песок. Полагаю, другим Каге просто сложно поверить, что на такой расклад кто-то пойдёт добровольно, без скрытых мотивов.

– Разве это была не идея Казекаге?

– Да, но у Гаары есть свои мотивы, – вместо Хатаке ответила Сенджу. – Несмотря на его силу и поддержку семьи, его избрание лидером деревни нельзя назвать гладким. Экзамен нужен ему прежде всего как политическое событие для внутреннего потребления, экономические соображения тут далеко вторичны.

– Обеспечив безопасность участников на втором этапе, он покажет свою способность решать сложные задачи по части организации и управления, – поддержала наставницу Шизуне. – Именно то, в чём больше всего сомневаются его противники, видящие в нём только сильного боевого шиноби. Но на самом деле нам едва удалось договориться на разделение обязанностей – переговоры шли очень тяжело.

– Хотите сказать, вы банально выкрутили парню руки, – мрачно буркнул Генма, перекинув сенбон из одного уголка губ в другой. – Думаете, после этого ему можно доверять?

– Мы предложили Казекаге хорошие условия, – не терпящим возражения тоном отрезала Хокаге. – Часть контрактов, их представителей в Конохе во время приёма гостей и военный союз. Суна получила не меньше, чем могла бы, проведи экзамен сама, но не так очевидно. И не так, как это видят остальные Каге. На этом закроем тему! – рука женщины веско легла на столешницу. – Как принимающая деревня мы будем действовать как и на последнем экзамене. Я хочу, чтобы вы рекомендовали всех генинов, которых сочтёте готовыми. Но есть два условия…

– Условия, Хокаге-сама? – переспросил Сарутоби Асума.

– Во-первых, я хочу, чтобы мы выставили не меньше команд, чем Суна! – твёрдо глядя на собравшихся, ответила Пятая. – Мы не можем позволить, чтобы у кого-то сейчас возникли сомнения в силе и будущем Конохи! А во-вторых, при отборе команд вам необходимо учитывать, что этап экзамена на выживание в этот раз пройдёт на чужой территории и в непривычных для наших шиноби условиях. Помните это при рекомендации своих учеников – они не должны опозорить деревню и, что намного более важно, они не должны погибнуть в Демонической Пустыне!..

Отогакуре но Сато. Восточный подземный полигон.

– Йо, Кидомару! – из бокового коридора в зал вошёл худощавый юноша с белыми волосами и двумя мечами на поясе, закреплёнными на самурайский манер.

– Ты опоздал, Суйгецу, – повернув голову к новоприбывшему, отозвался шестирукий смуглый мужчина в форме джонина Звука.

– Ой, не становись похожим на эту перчёную занозу в заднице, – скривился уроженец Страны Воды, скользнув взглядом фиолетовых глаз по остальным собравшимся в зале, но не успел он закончить движение, как вокруг его шеи материализовалась желтоватая цепь из чакры.

– Ты на кого это намекаешь, медуза-переросток? – не предвещающим парню ничего хорошего тоном поинтересовалась девушка с тёмно-розовым оттенком волос и источающими красное свечение глазами.

– Не на тебя, Карин! – тщетно пытаясь скинуть с шеи чакроподавляющую технику, возопил шиноби. – На Таюю! Это у неё волосы под цвет перцев! Хотя все вы, розовые, хороши, – уже шёпотом проворчал сквозь зубы Хозуки, из последних сил пытаясь оторвать от горла цепь.

– Болван! Ты должен быть благодарен, что тебя вообще выпустили из колбы! – Сакура коснулась руки подруги, и та моментально отменила технику, позволив невезучему парню свободно вздохнуть.

– Я благодарен! – едва получив свободу, подпрыгнул на месте беловолосый. – Но это не значит, что я должен терпеть придирки этой дурной бестии!

– Придирки?! – под полные женской солидарности взгляды остальных присутствующих куноичи возмутилась Харуно. – Да ты залез к ней в ванную в своей водной форме!

– Эй! Я же тогда ещё не знал, что она занята! – экспрессивно пустился в оправдания Суйгецу. – И почему Наруто можно, а мне нет?

– Потому что Наруто – лидер Деревни, – слегка смутилась Сакура, сбавляя обороты и отворачиваясь от мечника, – а ты просто болван с ужасным прикусом. Брал бы пример с Исари́би, и у тебя не было бы никаких проблем.

Скромно стоявшая в сторонке девушка с тёмно-фиолетовыми, почти чёрными волосами слегка вжала голову в плечи и постаралась сделать вид, что её здесь нет.

– Нормальный у меня прикус! – не обращая никакого внимания на слова про уроженку Страны Моря, вспетушился Суйгецу. – Это особенность калана Хозуки, я же ничего не говорю про твой лоб!

– Что ты сказал про мой лоб? – мрачный прищур зелёных глаз упёрся в лицо незадачливого парня, а на помещение опустилось вязкое Ки, в котором так и сквозило обещание множества очень болезненных, но «необходимых медицинских процедур».

– Ксо… – поняв, что перегнул палку, мечник сделал шажок назад. – Где этот Саске, когда он так нужен?

– Я здесь, – из теней на небольшом балконе, предназначенном для наблюдателей, следящих за ходом тренировок, соткалась фигура Учихи. Брюнет стоял, привалившись одним боком к стене и сложив руки на груди, искоса наблюдая за людьми внизу.

– О, Саске! – обрадовался Суйгецу. – Ты видел да?! Эти безумные ирьёнины меня чуть не убили! – для убедительности шиноби эмоционально потыкал пальцем в сторону подруг-медиков.

– Если не научишься держать язык за зубами, то когда-нибудь так и случится, – равнодушно ответил уроженец Страны Огня, а беловолосый ощутил, как у него начинает припекать затылок от двух «участливых» взглядов.

На его счастье, Кидомару было не особо интересно наблюдать за очередной перепалкой потомка одного из кланов Кровавого Тумана с женским коллективом, так что, обнаружив присутствие начальства, он предпочёл узнать более важную информацию.

– Зачем нас вызвали, Саске-сама?

– Узнаете, когда все соберутся, – бесцветно отозвался брюнет.

– А кого мы ждём? – подал голос Дзиробо, с толикой опаски глядя на одного из учеников Белого Змея.

– Наруто, Анко, Таюю и Джуго.

– Этот псих тоже будет здесь? – в очередной раз показал основную причину своих проблем Суйгецу.

– Его должна привести Анко, – подтвердил Учиха.

– Интересно, зачем? – тихонько шепнула безмолвно замершей Кагеро рыжеволосая девушка.

– Скоро узнаем, – вместо неё ответила стоявшая по другую руку от младшей дочери клана Фуума Котохиме...

Тем временем где-то в коридоре.

– Мы… опаздываем… – сквозь плотно зажатые зубы выдохнула девушка дрожащим от напряжения голосом.

– Без нас всё равно не начнут, – промурлыкал я ей в шею, медленно скользя правой рукой по затянутому в тонкие шортики бедру.

– Т… с-с-с… – послышалось из губ Таюи почти змеиное шипение. За прошедшие два года эта ершистая бандитка стала ещё краше, хоть и всеми силами маскировала это под мешковатой одеждой и жилетом джонина. Впрочем, последний на ней сейчас отсутствовал, изрядно облегчая мне задачу.

– Ты ведь знаешь, как заводишь меня, изображая недовольство? – чуть прикусываю ушко куноичи, нежно сжав левой рукой её грудь под майкой.

– Я не изображаю… – отчаянно отворачиваясь в сторону, прошипела моя пленница.

– Твои эмоции говорят о другом, – прохожусь кончиком языка по дрожащей сонной артерии, одновременно лаская правой рукой попку девушки.

– Это всё… проклятая печать, ты… влияешь через неё, – уже дрожа от возбуждения и желания, чтобы я стал более грубым, на остатках силы воли продолжила играть свою любимую роль куноичи.

– Врать нехорошо, – вновь прикусываю ушко. – Ты знаешь, что печать сейчас ни при чём. А что полагается делать с плохими девочками, которые врут своему господину?

– А… а… о… – ей очень… очень хотелось ответить, но упрямство в следовании выбранному образу не позволяло. А ещё игра в непреклонность и протест возбуждала её даже больше, чем меня.

– О? – подбадриваю куноичи, провокационно замедляя движение рук как раз вокруг тех мест, где ей больше всего нравилось.

– Я… не вру, – и на этих словах Таюя решительно закусила губу, до боли в ладонях сжав кулаки.

– Плохих девочек необходимо наказывать, – спускаю руку к ней между ног, чтобы тут же ощутить, как те с недюжинной силой сжались вокруг неё, но отнюдь не выталкивая, а, скорее, наоборот… – И твоим наказанием будет… – наши губы встретились, и в этот раз аловласая красавица уж точно не выказывала сопротивления.

Прижав куноичи к стене всем телом, я с удовольствием ощутил как доселе неприступно вытянутые вдоль боков руки Таюи скользнули мне под пальто из змеиной кожи, начав с энтузиазмом пробираться под одежду. На секунду отстранившись, я провёл языком по кончикам её губ, наслаждаясь горячим дыханием и прямым жгуче-агрессивным взглядом карих глаз, за которыми пылал плотный клубок требовательного желания.

Её вкус и запах будоражили кровь, а эмоции лишь усиливали влечение. Опустив руки ниже талии, я резко подхватил её за тугую попку, заставив обхватить себя ногами, и вновь отдал должное тонким, презирающим любую помаду, но всё равно очень вкусным губам. Язычок Таюи устремился навстречу моему, а гулкие удары сердца и учащённо вздымающаяся грудь только подчёркивали, что всё это нравится ей не меньше моего.

Коготки девушки только коснулись моей кожи под майкой, а моя левая рука уже задрала её одежду, открывая вид на высокую девичью грудь с возбуждённо набухшими вишенками сосков. Жаркий поцелуй был прерван, и под громкое сопение девушки моё лицо устремилось ниже, желая уделить внимания её женским прелестям…

– Так и знала, что найду вас тут... – сухо и предельно нейтрально раздался сбоку голос Анко. Движения рук Таюи тут же смазались.

– О, Анко… А где Джуго? – и не думая прекращать мять попку девушки правой рукой, повернул голову я.

– Минуту назад сдала его Саске, – самую малость дёрнув глазом, произнесла куноичи. – И быть может, ты уже объяснишь, что вы тут делаете? Кому-то не хватило ночи?

– У нас практика по улучшению климата в коллективе, – улыбаемся и продолжаем тискать зажавшуюся под взглядом непредусмотренного зрителя подчинённую. – Таюя как раз собиралась принять твоё хенге для игры в «Строгий экзаменатор и робкая юная куноичи», правда, Таюя? – нежно целую шейку девушки, чтобы та прекратила нервничать и расслабилась.

– Будь проклят тот день, когда я поддалась на твои уговоры! – Анко покраснела и, чтобы это скрыть, злобненько оскалилась, демонстративно хрустнув костяшками пальцев.

– Ну что ты как маленькая? – ощущая, что Митараши сейчас отнюдь не настроена на игры и вообще испытывает некоторый дискомфорт от озвучивания вслух одной из наших маленьких шалостей, я всё же отстранился от аловласой куноичи, позволяя той встать на ноги. – Могла бы и подождать, пока мы закончим.

– А ты мог бы послать вместо себя клона, – надулась Анко.

– Ну ладно, ладно, – напоследок ещё раз прижав к себе девушку, целую Таюю в губы и всё-таки отпускаю, позволяя привести в порядок одежду.

– Не смотри на меня так, – спрятав оголённую грудь и начав поправлять растрепавшиеся волосы, агрессивно оскалилась аловласая, – я была против и сопротивлялась.

– Ну конечно, – капнула ядом старшая ученица Орочимару. – А этот девятихвостый кролик и рад.

– Эй! – недовольно зыркаю на Анко, заправляя рубашку в штаны. – Может, уже хватит повторять эту глупую шутку?!

– Шутку? – в один голос переспросили девушки, причём умудрившись синхронно изобразить изумление на мордашках.

– Вот!.. – мой указательный палец замер перед лицом в требующим внимания жесте, уже даже начав наставительно покачиваться, но стоило взглянуть на искренние лица собеседниц, как все нужные слова куда-то исчезли. – И вообще, я что-то не припомню от вас жалоб на эту тему, – веско закончил я, опустив руку.

– Пошли уже, неутомимый лев, – нагло усмехнулась Анко под мрачное молчание внутренне солидарно злорадствующей Таюи. Тот факт, что вмешательство оставило неудовлетворённой и её, нисколько не мешал куноичи получать удовольствие от шпилек в мою сторону. Плохая девочка.

Пару минут спустя. Восточный подземный полигон.

– Итак, вижу, все в сборе, – я вышел из прохода на балкон и осмотрел ожидающих внизу шиноби.

Таюя, до того следовавшая за левым плечом, молча и без остановки обогнула меня и перемахнула через ограждение, приземлившись рядом с Карин и Сакурой. Суйгецу на этот манёвр опасливо поёжился и зыркнул, но промолчал. Анко же предпочла остаться рядом, лишь самую малость отойдя в тень с правой стороны от прохода.

– Зачем меня привели, Наруто-сама? – шагнул вперёд широкоплечий парень с копной непослушных рыжих волос. – Вы же знаете, что мне тяжело себя контролировать.

– Не беспокойся, Джуго, почти все здесь способны остановить буйство твоей второй половины. А привели, – я сделал театральную паузу, поочерёдно встречаясь глазами со всеми внемлющими мне снизу представителями Деревни Звука, – потому как ты участвуешь в экзамене на звание чунина.

– Чего?! – выразила общее мнение Кин, всем видом показывая, что ослышалась.

– Нам прислали приглашение на участие в экзамене, который будет открыт в Конохе через две недели, и мы уже отправили своё согласие.

– Они там совсем рехнулись? – с недоверием нахмурилась девушка, закрутив головой в поисках поддержки на лицах товарищей. – Мы же в прошлый раз убили Каге!

– Это ловушка, зачем нам добровольно совать в неё голову?! – поддержал брюнетку Кидомару.

Собравшиеся обеспокоенно зашумели, обмениваясь мнениями и не в силах сдержать рвущиеся наружу эмоции. Как ни посмотри, но большая их часть была ещё подростками, кто постарше, как Таюя, Кидомару, Джуго и Джиробо, а кто младше, как Сасаме и Исариби, но в ситуациях, когда прямой угрозы не было и начальство позволяло, они вели себя согласно возрасту, а не положению. Даже невозмутимая Кагеро с явным вниманием прислушивалась к голосам товарищей. Мы не вмешивались. Анко просто было забавно наблюдать за переживаниями «детишек», а я и Саске банально ждали, пока чувства схлынут и аудитория созреет для новой порции информации.

– Да, вероятность провокации и ловушки существует, хотя я бы не стал оценивать её высоко, – возобновляю речь, когда народ слегка успокоился. – С точки зрения Великих Селений, Звук сейчас – ничтожная величина. Однако… – выделяю голосом слово. – Говоря начистоту, в сущности, для нас совершенно безразличны мотивы организаторов. Для нас важно лишь то, что первый этап экзамена пройдёт в Конохе, что позволит нам проникнуть внутрь на легальных основаниях. Звук выставит две команды, в первой будут Кагеро, Сасаме и мой замаскированный клон, во вторую войдут Джуго, Суйгецу и Исариби. Меня по чакре и моторике никто не узнает, про существование остальных в Конохе и вовсе не имеют представления. Вашей задачей будет изображать обычных генинов, желающих пройти экзамен, а в случае осложнений – прорваться с боем из деревни. Последняя причина ключевая при выборе вас, а не настоящих генинов Звука, ничего не знающих о реальном руководстве Селения. Терять людей я не намерен, так что постарайтесь не подставляться. Вопросы?

– Наруто-сама… – Кидомару нервно потёр одной из рук шею, – вы хотите уничтожить Коноху?

– Разумеется, нет. Пожелай я подобного, мне не понадобилось бы столько сложностей.

– Тогда… – Джуго оторвал взгляд от бывших телохранителей Орочимару, которые после моих слов очевидно вздохнули с облегчением, – какая у нас цель?

– Наша цель – убить одного человека, – Саске оторвал плечо от стены и подошёл ближе к ограждению. – Но этим мы займёмся сами. Ваша задача – хорошо показать себя на экзамене. Желательно, без конфликтов. Сможете завести знакомства среди ниндзя других селений – хорошо. Возможно, это пригодится нам в будущем.

– А как же ваше «прорываться с боем»? – закусив верхним клыком губу, подал голос Суйгецу.

– В идеале мы должны уйти тихо, и тогда связи, обретённые на экзамене, будут иметь вес. Мы с Наруто примем вид ваших наставников. И смотрите не проболтайтесь – в Листе полно хороших наблюдателей.

– Обижаешь, Саске! Я же нем как рыба! – самодовольно усмехнулся Хозуки.

– Вот поэтому ты будешь в одной команде с Исариби, – не моргнув глазом ответил Учиха и перевёл взгляд на девушку. – Пригляди за ним.

– Да, Саске-сама, – лаконично кивнула куноичи с искусственно выведенным геномом подводного дыхания.

Водяной мечник цикнул что-то невнятное себе под нос, но возмущаться не стал, зато решила заговорить Сакура:

– А как к этому относится Орочимару? Он вообще знает о вашем плане? – в эмоциях девушки сквозила скорее лёгкая досада на то, что её не посвятили раньше и явно не собираются брать с собой, чем реальное беспокойство за реакцию нашего сенсея, но за пару лет в нашей компании она привыкла, что, во-первых, далеко не все знания полезны для крепкого сна, а во-вторых, тыловая работа ничуть не менее важна, нежели битвы на передовой.

И ей действительно было чем гордиться – спасённых жизней на её счету было не меньше, чем убиенных у нас с Саске. К тому же после знакомства с некоторыми «отработанными» экспериментами Орочимару, вроде той же Исариби, девушка, в каком-то смысле, нашла своё призвание. Далеко не всех можно было вылечить и вернуть в нормальное состояние, тем не менее, эта работа серьёзно задела Сакуру за живое, увлекая в лабораторию сама по себе, а не только ради того, чтобы быть полезной любимому человеку.

– Знает, – киваю я. – Но ему это не особенно интересно. К тому же у него вступают в завершающую фазу парочка проектов, так что будет чудом, если он вообще появится за пределами лаборатории в ближайшие недели.

– Однако список того, что ему интересно в Конохе, он выдать не поленился, – дёрнула плечом Анко. – Но не забивайте себе голову, тащить всё равно этим двоим, – в нашу с Учихой сторону пренебрежительно повели подбородком.

– А вы, Анко-сан, пойдёте с нами? – с юношеской непосредственностью хлопнула глазками Сасаме.

– Анко остаётся за главную в наше отсутствие, – вместо девушки ответил я. – Если всё пойдёт по худшему сценарию, она отвечает за эвакуацию деревни по базам в других странах. Ещё вопросы?

– А как же ваши клоны, Наруто-сама? – переспросила Котохиме.

– Я же говорю: если всё пойдёт по худшему сценарию. Худший сценарий – это моя смерть…

Примерно за неделю до этого. Такигакуре но Сато

Жаркое летнее солнце в зените весело прогревало обычно холодные камни скал до состояния, будто они только что вынесены из бани. Редкие кроны деревьев сонно замерли дальше вдоль реки, едва шевеля листьями под непостоянными дуновениями тёплого ветра. Бурный поток водопада создавал возле себя приятную прохладу, но даже она не могла прогнать липкие объятия полуденной лени.

– У-а-а-а-а… – загорелая девушка с короткими бирюзовыми волосами заразительно зевнула и, сладко потянувшись, растянулась на скалистом берегу водного потока. – Как же скучно... – зажмурившись, чтобы не смотреть на припекающее лицо солнце, едва слышно проворчала наблюдательница, в обязанности которой входило следить за подходами к Скрытой Деревне.

Неожиданно в звуки падающей воды вмешался шелест чьей-то одежды и шуршание от мягких прыжков по скальной поверхности. Приближающиеся не прятались, да и звук шёл со стороны Деревни, так что разомлевшая куноичи посчитала, что шевелиться не обязательно. Двое мужчин с протекторами Скрытого Водопада остановились в паре шагов от развалившейся, будто морская звезда на песке, девушки и, мрачно глядя на неё, вздохнули.

– Фуу, Шибуки-сама вызывает тебя, – произнёс левый ниндзя с выцветшими на солнце вьющимися волосами.

Не успели отзвучать слова, как всю сонливость со смуглокожей красавицы сорвало моментально, и с лица подскочившей на месте девушки на посланников в ужасе вылупились два ярко-оранжевых глаза без чётко выраженных зрачков.

– Итить, я же ничего не делала!

– Сегодня утром ты встретила посыльного и приняла у него свиток… – заговорил правый шиноби.

– Ну да! Такой парень в смешной маске. Я отнесла свиток в дом Шибуки! Я его не теряла! – куноичи уже успела вскочить на ноги, экспрессивно помогая себе в оправданиях жестикуляцией, отчего повязанный на тонком предплечье протектор начал сползать.

– А сам посланник? Что ты ему сказала и почему отпустила? – с усталостью глядя на наблюдательницу, спросил кудрявый.

– Я сама могла отнести свиток Шибуки! А этот, он спросил, будем ли мы участвовать, я сказала, что будем, он попытался настаивать на личной встрече, но вы же сами учили меня, что показывать посторонним проход в Деревню нельзя! Если я что-то сделала не так, то зачем вы меня сюда поставили?!

– Ты сама месяц упрашивала поставить тебя в дозор!

– Я же не знала, что здесь так скучно! Я думала, будет повеселее… – недовольно надула губы девушка, подчёркнуто хмуро сцепив руки на груди.

Мужчины мрачно переглянулись.

– Пошли, будешь сама говорить с господином Шибуки…

Несколько минут спустя. Резиденция главы Деревни, скрытой Водопадом.

Мрачный юноша в традиционных одеждах в очередной раз перечитывал послание от Хокаге и Казекаге, когда его отвлёк стук в дверь.

– Шибуки-сама, мы привели Фуу.

Перегородка отъехала в сторону, пропуская внутрь двух доверенных джонинов правителя Селения. Почтительно встав по обе стороны от проёма, те дождались вопросительного взгляда от хозяина кабинета и обернулись наружу.

– Эй, Фуу!

Спустя несколько секунд между ними показалась непривычно тихая и заранее виновато вжимающая голову в плечи девушка с бирюзовыми волосами.

– Лидер, чё такое? – немного отдавая голосом «в нос», начала разговор куноичи.

– О чём ты только думаешь?! – развёрнутый свиток с посланием едва не полетел на пол. – Нам пришло единое приглашение от Хокаге и Казекаге принять участие в экзамене на звание чунина! Как ты могла сказать посланнику, что мы будем участвовать, не спросив меня?!

– А нельзя? – ещё сильнее вжав голову в плечи и держа руки по швам, ушла в оборону девушка.

– Разумеется, нет! У нас сейчас нет свободных генинов!

– Ну так отправьте меня, – сердито нахохлилась куноичи.

– Что?! – Шибуки едва не упал от такого предложения, хотя и сидел на полу. – Если они узнают, что ты джинчурики, то что тогда будешь делать?!

Поморщившись от крика и ещё сильнее вытянув руки вдоль боков для решимости, Фуу зажмурилась и, развернувшись на месте, встала к главе деревни спиной.

– Ну тогда… – выпрямив спину так, словно проглотила палку, и надеясь, что всем своим видом демонстрирует решительность, девушка с негодованием в голосе закончила: – Я вас покину.

– Иэ?.. – юноша подавился на полуслове. – Э-эй, погоди!

– Стой, Фуу! – прибавил к голосу главы Деревни свой окрик один из джонинов.

Куноичи глубоко вздохнула и резко развернулась, хмуро сведя брови к переносице.

– Я хочу увидеть окружающий мир! Вы и так меня никуда не пускаете! Если так пойдёт и дальше, я просто покину деревню!

– Твоя взяла! – примирительно поднял руку Шибуки, внутренне сетуя на беспокойную джинчурики и отсутствие хоть каких-то возможностей её унять. – Раз ты во что-то вцепилась, уже не сдашься, – это было не совсем так, но нужно было срочно подольстить шебутной девчонке.

В следующий момент эта шебутная девчонка уже одним прыжком перемахнула через комнату и бухнулась перед ним на колени, пожирая главу Селения сияющими от счастья глазами.

– Значит, вы разрешаете?!

– Да… – не веря, что говорит подобное, выдохнул парень. – А теперь послушай меня.

– О?.. – оранжевые глаза несколько раз моргнули, но потом девушка опомнилась и быстро перебазировалось на почтительное расстояние – на место, где положено сидеть гостю при разговоре с хозяином, где и изобразила полную трепетного внимания паиньку.

– Экзамен на звание чунина не для простодушных, – с очередным вздохом начал Шибуки. – Это сражение, где ценой твоих ошибок будет смерть и честь Деревни. В прошлом Водопад не мог конкурировать с Листом и Песком, но сейчас всё изменилось, и в нашей деревне есть квалифицированные джонины. Кроме того, хоть мы и не одна из деревень Великих Стран, у нас есть свой собственный биджу, – на последнем слове девушка немного поёрзала. – Экзамен на звание чунина – это прекрасная возможность обратить на нас внимание феодалов, которые нанимают шиноби из других деревень. Это наш шанс восстановить нашу былую славу. Раз уж ты решила участвовать, то сделай Такигакуре но Сато известной!

– Замётано! – от обуревавших её эмоций Фуу подпрыгнула из позы «сейдза» едва ли не до потолка и, коснувшись босыми ногами пола, приняла воинственно-решительную позу. – Постараюсь! Ух, я там отожгу! – и, не прощаясь, на всех парах выскочила за дверь.

– Однако... – голос Шибуки, как и поднятая в останавливающем жесте рука, безнадёжно опоздал, – то, что ты джинчурики… – уже поняв, что фраза бессмысленная, юноша устало понизил голос, – ...никто не должен узнать…

– Ага! – донёсся радостный ответ уже откуда-то с улицы.

– Кегон, Йоро, – глава Деревни перевёл тяжёлый взгляд с дверного проёма на своих доверенных людей. – Скройте свой статус джонинов и защитите Фуу.

– Есть! – в один голос ответили шиноби и ушли в ускорение, спеша догнать подопечную.

Дождавшись, когда за буйной «подчинённой» и её наблюдателями закроется дверь, Шибуки тяжело вздохнул. Джинчурики – это мощный аргумент и последний довод в войне, но... только в том случае, если у тебя есть возможность его контролировать или хотя бы направлять. А с этим проблемы возникали даже у таких могучих Скрытых Деревень, как Суна и Коноха, что уж говорить о них, не способных себе позволить и десятка полноценных джонинов? В итоге вся деревня, включая её правителя, была заложниками взбалмошной девчонки с демоном в животе. Но и отказаться от биджу они не могли – это было бы форменным самоубийством. В итоге, приходилось терпеть и завидовать тем поселениям, что могли найти управу на перегибающих палку джинчурики...

Дорога недалеко от Конохи.

– Навевает воспоминания, не так ли? – провожая взглядом буйство зелени вдоль широкой утрамбованной дороги, по которой легко могли проехать две-три телеги в ряд, обращаюсь к Саске, надевшему личину непримечательного мужичка с грязно-каштановыми волосами и небольшим шрамом на щеке. Если бы не шрам, то его лицо забывалось бы едва ли не быстрее, чем выпадало из поля зрения.

– Не сболтни такое в деревне, а то решат, что ты участвовал в прошлом нападении, – не поворачивая головы, ответил мой напарник.

– О, не сомневайся, это будет первая мысль на наш счёт у любого жителя сей прекрасной деревеньки, – улыбнулся в ответ я.

– И чего мы тащимся так медленно? – развязно заложив руки за голову, начал ныть Суйгецу. – Скукота… Почему нельзя было пробежать весь путь?

Молчание было ему ответом. Одетые с иголочки в серо-пятнистую униформу шиноби Звука «генины» уже давно привыкли фильтровать лишние звуки, издаваемые своим товарищем. А те, кто не имел такой возможности до этой миссии, успели проникнуться на ней.

– Эй! Почему меня все игнорируют?!

– Тебя не игнорируют, – лаконично ответила Кагеро, даже не подумав отрывать свои сиреневые глаза от дороги.

– Тогда почему нельзя было пробежать весь путь?!

– Потому что так сказал Фобос-сенсей, – не меняя тона, констатировала девушка. Хотя, судя по чуть поджатым губам, «водяной» умудрился достать и мою почти непрошибаемую жемчужину клана Фуума.

– Не говоря уже о том, что несущаяся по стране команда иностранных шиноби привлекает слишком много внимания. Тем более – две команды, тем более – из страны Звука, – добавил мой теневой клон, управляющий клоном реальным, созданным по той же технологии, что и образец, позволивший Саске пробудить Мангёко Шаринган. В данное тело, впрочем, ещё на стадии эмбриона были внесены некоторые генетические изменения. В частности, мы с Орочи привили ему ген клана Кагуя и кое-что от Фуума, так что он теперь больше напоминал родного брата той самой Кагеро, что была донором цепочки ДНК, чем оригинального Наруто Узумаки. Бледно-салатовые волосы и сиреневые глаза прилагаются.

– Ну вот, отожгли в прошлый раз вы, а страдать теперь нам… Деймос-кун, – на последнем слове водный мечник оскалился, демонстрируя своё веселье от данной ситуации.

– Фобос-сенсей, – робко позвала Сасаме, всю первую часть дороги только и делавшая, что косившаяся на моего клона, – а что если мы не пройдём первый этап экзамена?

– Ты что, дура? – скривился с насмешкой во взгляде Хозуки. – Это же экзамен для генинов, даже ты там побьёшь всех, как детей.

– Н-ну... Не в смысле, что я не верю в наши силы, – стушевалась от тона отповеди девушка, – но… Я слышала, что первый этап не силовой, а…

– Первый этап – это проверка на прочность нервов и на способность трезво мыслить в меняющейся обстановке, – помог я ей, заметив, что тема интересна и Джуго с Исариби, да даже Суйгецу навострил уши и в кои-то веки закрыл рот. – Основное, что вам нужно помнить – экзамен идёт именно на звание чунина, соответственно, и все поставленные задачи необходимо решать с позиции чунина. А что такое чунин? Чунин – это командир среднего звена с ограниченным личным боевым потенциалом. Такого человека не пошлют на задание, ценой провала которого будет существование страны или гибель Скрытой Деревни. Как правило, цена их успеха – это средних размеров гонорар и не более. Также следует помнить, что деревня-организатор не имеет никакой власти в селениях-участниках, так что как бы вас ни стращали угрозами, вроде «провалите мой тест – навсегда останетесь генинами», всё это брехня, призванная сбить вас с мысли и заставить делать ошибки. Короче, в любой непонятной ситуации просто включайте логику и здравый смысл.

– Хай, сенсей! – понятливо закивала куноичи, став до боли напоминать дрессированную лисичку.

– Может, и в самом деле ускоримся? – предложил мой клон, отчасти всерьёз, отчасти вживаясь в роль генина-подростка. – Хотелось бы встретить новую ночь в гостинице, а не посреди леса.

– Истинный шиноби должен уметь стойко переносить все тяготы и лишения своей службы, – назидательно подняв палец, продекламировал я.

– Пф… – фыркнул идущий рядом Учиха.

– Что-то не так, Абенджи-сан? – со всей любезностью оборачиваюсь к нему.

– Знаешь, твои слова казались бы более правдоподобными, если бы на каждом привале ты не распечатывал едва ли не походный дом.

– Ну так должны же в должности джонина быть свои плюсы? Мы с тобой через всё это уже прошли и теперь можем позволить себе небольшие радости.

– Потягивать чай и наблюдать, как наши ученики горбатятся, сооружая лагерь?

– Это называется «полевая практика», сенсей, – присоединился к беседе Деймос.

– Сразу виден засланец, да? – заговорщически наклонился к Исариби Суйгецу, однако, совершенно не стараясь понизить голос.

Темноволосая куноичи смерила своего «кавалера» тяжёлым взглядом, но промолчала, сделав вид, что никого рядом нет.

– А что, свежий воздух, всякие зверьки и птички, мне нравится, – поддержал разговор Джуго, которому на плечо как раз села мелкая лесная птаха. Живность парня вообще любила.

– Ну да, неплохо. До того, как ты с криком: «Начинаем веселуху! Кому выпустить кишки?!» не пойдёшь всё вокруг разносить, – вполголоса буркнул Хозуки.

– Пока что «разнести» мне хочется только тебя, – зло зыркнул в сторону собеседника здоровяк.

– Джуго, спокойно, – одёргиваю парня.

– Да, Нар… Фобос-сенсей.

– Кстати, почему такое имя? Оно довольно странное… хотя встречал я и похуже, – воспользовавшись тем, что посторонних рядом нет, поинтересовался Саске. – Да и внешность эта… слишком уж заметная.

– А почему нет? – улыбаюсь на два лица. – Мне оно нравится куда больше, чем «рыбный рулет». Что же касается внешности, то с ней-то что не так? Ты же видел меня под вторым уровнем, так что это, можно сказать, моё истинное я.

Да-да, я не отказал себе в слабости надеть свою настоящую внешность. Ту самую, оставшуюся с Основой в далёкой мультивселенной Эо, разве что самую малость косметически подрихтовав, чтобы лицо не выбивалось из местного фенотипа, заметно отличающегося от людей Земли и Торила.

– Хм, – коротко хмыкнул «Абенджи». – Хорошо, сделаю вид, что Хината тут ни при чём, а я не понимаю, что ты хочешь проверить её реакцию на такого себя.

– Кто мне только что пенял на несдержанность языка, м-м-м? – ничем не показав, что друг попал в точку, кошусь на товарища.

– А я сказал это вслух? Какая оплошность с моей стороны…

– Мог бы хоть для приличия сделать вид, что тебе стыдно. Какой пример ты подаёшь нашим ученикам? – замаскированный Учиха смерил преданно внимающие лица «учеников» взглядом, перевёл его на меня и одним движением брови высказал всё, что он думает о плохом примере вообще и применительно к нашим тараканам в частности. – Кстати говоря, – решаю сменить тему, – я понимаю твой выбор, ниндзявость и всё такое, но вот имя? Называться мстителем, хоть чуть и исковеркав слово, и переться в Лист…

– По-другому я не мог, – отвернулся к дороге «Абенджи».

– Ладно, оставим. Так, молодёжь, поднажали, нечего уши развешивать, лучше отдохнём в номерах!

– Хай, сенсей! – дружно отозвалась «молодёжь» и ускорила передвижение, перейдя на «волчий шаг».

***

Неспешный путь до Конохи занял ещё пару дней и его можно было бы назвать даже приятным… ну после того, как задолбавшийся «нытьём» Суйгецу Джуго пообещал составить полный доклад о поведении «чёртовой медузы» и отдать его… Анко. Мечник угрозе внял и заткнулся, не то, чтобы он боялся девушки, но опасался её бурной фантазии и возможности привлечь для радикального решения вопроса весьма серьёзные ресурсы. Кто сказал про боевого кролика? Саске, из-за твоей чёртовой шутки моя репутация полностью разрушена! Я отомщу! Потом забуду и отомщу ещё раз! Кхм, ладно, не суть. В общем, представитель клана Хозуки решил не рисковать и не играть с огнём. Ну или ему просто надоело трындеть, поскольку угроза нашего здоровяка была уж очень расплывчатой и невнятной. Что поделать – не мастер он глаголом жечь сердца. Как бы то ни было, но путь наш пролегал в тишине и покое, останавливались на постоялых дворах, обедали в тавернах, короче говоря, не сильно напрягались. Даже коноховские наблюдатели и дозоры-секреты не причиняли неудобств, всё было очень деликатно и ненавязчиво, вели явно опытные чунины или даже токубецу джонины. Можно, конечно, было бы как-нибудь над ними приколоться, но… откровенно лень. Денёк погожий. Солнце светит, птички поют, едва ли не гнездо на голове Джуго свив (как бы он ни старался, но всё же природной энергией фонит и всякое зверьё это хорошо чует), красота, в общем и на мирный лад настраивает.

И вот, на третий день мы достигли стен Листа, так и не встретив по пути ни одной «конкурсной» команды из других селений. То ли мы время удачно выбрали, то ли организаторы так хитро подсуетились, но результат был на лицо – мы спокойно дошли до поста охраны у входа, поздоровались, протянули приглашение и нам любезно выделили гида, что отвёл нас к средних размеров домику, дежурно отвечая на вопросы. И никаких огалтелых идиотов из Конохи или желающего повыгибать пальцы «коллеги» из меньших поселений.

-А где все? – Деймос с любопытством крутил головой, изучая обстановку. Вообще, этим занимались все, но мой клон просто не делал вид, что ему не интересно, скорее уж наоборот, подчёркивал этот самый интерес.

-До начала экзамена участники распределяются по гостевым домам в северном и западном кварталах, - спокойно ответил темноволомый шиноби в жилете чунина, пожалуй, по части «серой усреднённости» он превосходил даже маскировку Учихи. Если бы не наличие лёгкого раздражения в эмоциях на уровне «как меня всё это достало», подумал бы, что столкнулся с одним из «корешков» - очень уж он был «безликим», - так что на акклиматизацию у вас будет ещё неделя. Вы можете свободно передвигаться по деревне и тренироваться на общедоступных полигонах, информацию о которых возможно получить у любого шиноби с таким же жилетом, как у меня. Заходить в клановые кварталы или места ограниченного доступа не рекомендуется.

-Нас, типа отчислят? – влез Суйгецу, - ну, с экзамена.

-Да, что-то вроде, - кивнул так и не представившийся чунин, в мыслях отчётливо продолжая что-то вроде «путём отрезания слишком тупой головы», во всяком случае, примерно подобный посыл был у него написан на морде лица.

-Я-я-ясно, - рожа водного мечника тоже вопила нечто вроде «посмотрим, как у вас это получится, неудачники».

-Кхм, - пришлось напомнить ему, что мы пришли сюда дело делать, а не доводить окружающих до белого каления… ну… не сразу сходу. И вообще, это моя прерогатива.

-Отдыхайте, - оружейные магазины и рестораны находятся на центральной улице, - увеселительные заведения, - чунин скользнул взглядом по девушкам, - вы и сами найдёте. На этом всё. Через неделю, в десять утра вам надлежит быть в академии шиноби Конохи, первая часть экзамена начнётся там. Если у вас возникнут дополнительные вопросы, обращайтесь к чунинам или в администрацию Хокаге. Удачи, - на этом серый тип ушёл в шуншин.

-«Если у вас возникнут дополнительные вопросы, обращайтесь к чунинам или в администрацию Хокаге», - скривив лицо и шлёпая губами передразнил нашего гида Суйгецу. - Бесит! Грр, вот же чванливый му… - парень на мгновение зыркнул в сторону Исариби, и тут же поправился: - чудак.

-Это просто его работа, - пожала плечами девушка, не обратив внимания на оговорку. - Нам идти обустраиваться, сенсей?

-Разумеется, - киваю, - а после, думаю, осмотреть Коноху вам не помешает. Только не нарывайтесь на неприятности… раньше времени.

-Хааай! – наши подопечные дружно направились в сторону домика.

-Ну а мы чем займёмся? – повернулся ко мне самообозвавшийся Мститель.

-Как на счёт парочки данго? Я слышал, тут есть лавочка, где их превосходно умеют готовить.

-Кто бы сомневался, - закатил глаза мой друг, отыгрывающий моего друга, - кто о чём, а ты либо о девках, либо о собственном желудке. Ладно, пошли, - и мы пошли, старательно «не замечая» одного знакомого беловолосого «пугала» с собачьей маской на лице, что почти сразу же увязался за нами.

Полчаса спустя.

-М-да, неплохо, - снимаю зубами последний покрытый мёдом шарик с последней из пяти палочек и с аппетитом пережёвываю, - очень неплохо. И даже яда нет, всё-таки эта деревенька очень мирная.

-Ты так говоришь, будто у нас в стране тебе могут подсунуть яд в кондитерской… - отозвался Саске, демонстративно не замечая слежки. Ну, с моей точки зрения демонстративно.

-Ну ты сравнил, - щелчком пальца отправляю все пять палочек в урну расположенную на другой стороне улицы метрах в пятнадцати за нашими спинами. - Сам же видел, как потел тот продавец косясь на нашу форму и протекторы.

-Его сложно обвинить в отсутствии причин.

-Да-да, ты прав… - качаю головой, разглядывая лавки вдоль улицы. - Надо было взять остальным... Хотя…

-Деймос и сам справится.

-Да, уж он не упустит случая накормить девчонок сладостями. Моя школа, - мечтательно улыбаюсь.

-Что дальше? Оружейные лавки?

-Да ну их, откуда в Конохе хорошее оружие? - на этом моменте, следующий за нами по крышам Какаши, испытал жёсткий приступ патриотического негодования, хорошо замешанный на негодовании желудочном. Ведь он был на работе и отвлекаться на еду не мог, а я так аппетитно чавкал и хвалил местные данго…

-Думаешь, такого нет? - подыграл Абенджи.

-А ты можешь назвать хоть одного выдающегося мастера кендзюцу из Конохи за последние пятьдесят лет?

-Орочимару.

-Не считается.

-Ладно, что предлагаешь?

-М-м-м… - ответить я не успел, так как именно в тот момент с противоположной стороны улицы раздался душераздирающий писк, отдалённо напоминающий женский голос и между лавками замелькал какой-то оранжево-зелёный вихрь.

-О! Смотрите! Маски! - при ближайшем рассмотрении вихрь оказался девушкой лет пятнадцати с короткими бирюзовыми волосам, в сетчатых шортиках и сетчатой же майке, поверх которых были одеты столь миниатюрные топ и юбка из белой материи. - О! А здесь платки! Ва-а-а, какие узоры! - сверкая загорелыми на солнце коленками неизвестная особа с впечатляющей скоростью переместилась от одной торговой палатки к другой — на противоположную сторону улицы. - Кегон, Йоро! Смотрите-смотрите! Здесь расписные жабы! Вы когда-нибудь таких видели?! - уже от нового ларька огласила площадь девица. - У-у-у!!! Здесь есть подарочные наборы нардов! Можно? Можно!?

-Какая… энергичная девушка, - прокомментировал я, судорожно пытаясь припомнить её лицо, но безуспешно. Несмотря на довольно примечательную внешность, я совершенно не узнавал эту куноичи.

Тем временем по следам шебутной особы спешили два великовозрастных олуха:

-Фуу! Да стой же ты! Куда ты несёшься?! Фуу!

-А карты у вас есть?! - не обращая внимания на крики товарищей, насела на продавца девушка, чуть ли не перевешиваясь через прилавок. - Мне нужно несколько наборов! Друзья ведь играют в карты?!

-Фуу, ты оглохла!? - олухи наконец догнали красавицу-смуглянку и в четыре руки попытались тут же оттащить её от ни в чём неповинных гражданских.

-Эй! Я же только хотела купить нарды и карты! - судя по эмоциям, совершенно искренне не растерялась названная Фуу.

-Мы здесь не за этим! - отрезал кудрявый мужичок с волосами до плеч. - Никаких покупок! Возвращаемся в номер!

-Но мне надо! - начала упираться обладательница бирюзовых волос и, что примечательно, с немалым успехом. По крайней мере двое вполне накачанных шиноби едва удерживали худенькую как тростинка куноичи, рвущуюся к торговым лоткам.

-У них протекторы Водопада, - констатировал, как и я, наблюдающий за происходящим Учиха.

-Странно… - буркнул я, разглядывая всё ещё сражающуюся за своё право на шопинг девчонку. Было в ней что-то странное. Само собой притягивающее взгляд. И я совсем не про оголённый животик и ножки.

-Что? - покосился на меня друг.

-Разве мы не отжали у них половину рынка ещё в прошлом году, благодаря тому, что у них не хватает людей даже на свою страну? - мотнув головой чтобы прочистить мысли, озвучиваю наиболее очевидный момент. - Откуда у них свободные генины для экзамена?

-Экзамен — это реклама. Ради неё могли и снять с заказов кого-то, - выдал предположение Саске.

-Быть может ты и прав… - не отрывая глаз от девушки, поддакиваю другу. И тут её лицо чуть повернулось и я на долю мгновения встретился взглядом с двумя оранжевыми омутами.

И всё понял.

Чоомей… Семихвостый демон жук. Стоило приглядеться более внимательно, как я и сам ощутил его присутствие через связь между всеми биджу. Я не был Курамой ни сознанием, ни происхождением, даже сила его была только частью моей силы, как молоко становится частью напитка, когда его добавляют в чай, потому связь эта ослабела став едва ощутимой, но всё же она была.

-Однако, - на лицо сама собой выползла одна из моих лучших обольстительных улыбок, - думаю, будет правильно если мы поприветствуем соседей.

«Абенджи» не счёл нужным показывать всколыхнувшееся внутри удивление и промолчал, позволяя мне играть первую скрипку. А вот Какаши напрягся, но его опасения меня в данный момент нисколько не заботили.

-Похоже дела у Водопада налаживаются, - обозначаю своё присутствие подойдя ближе к потасовке. - Столько энергии, да и позитив, смотрю, перед экзаменом так и пышет.

-А? - прекратила вырываться девушка непонимающе заморгав в мою сторону. Её спутники не далеко ушли, заметив моё приближение лишь в последний момент и рефлекторно потянувшись за оружием.

-Это шиноби Звука, осторожно, - одними губами шикнул на Фуу кудрявый, стараясь одновременно отодвинуть спутницу за спину.

-Джонины, - вторил ему второй с короткой стрижкой.

Примечательно, что оба внутри настроились чуть ли не умирать, но это чувство было не результатом испуга, а больше напоминало нечто вроде «лягу костьми, но позицию не оставлю!» Последние сомнения развеялись — передо мной была джинчурики.

Занимательно… Эти двое, явно, её охрана — слишком хорошо двигаются чтобы и вправду быть вечными генинами-неудачниками. Движения резковаты, к тому же оба стараются двигаться поменьше чтобы не выдать себя пластикой, кое в чём нарочито смазывают забитые в мышцы рефлексы, но после двух лет общения с Орочимару эти потуги сразу бросаются в глаза. Истинный же уровень где-то в районе Суйгецу, но если у того есть кеккей-генкай, сам по себе делающий его опасным противником для всех ниже S-ранга, то эти — обычные ниндзя со стандартным набором. Скорее всего ходят в звании джонинов, но по меркам Великих селений и Отогакуре, максимум, крепкие чунины. Как же жаль, что мы не встретились по дороге в Коноху! В самом деле, ну кто бы мог подумать, что во время обычной дороги у меня был шанс заполучить в свои руки одного из сильнейших биджу?

-Нам не нужны неприятности! - между тем твёрдо заявил кудрявый, глядя на меня.

-Да! Бои на улицах между конкурентами запрещены! - вторил ему напарник.

-Бои? - делаю вид что слегка удивился и повторно улыбаюсь джинчурики. - О нет, что вы? Я всего-лишь хотел пожелать удачи. На экзамене будет мой ученик, а он иногда перегибает палку.

-Ученик? - уровень энтузиазма девушки вырос едва ли не вдвое и она в одно движение умудрилась выскочить из-за спин своих товарищей, буквально «налетев» на меня. - А чему вы его учите? А он симпатичный? А у него есть друзья? А как считаете, мы подружимся? Я бы хотела завести как можно больше друзей! О, точно! А давайте дружить! Вы любите карты или нарды?

-Эм, - признаться, я несколько опешил от такого напора да и вопросы, с точки зрения "этикета шиноби" были, мягко говоря, бестактными, особенно в ракурсе репутации Звука. Но не это было главным — девчонка не играла, она на полном серьёзе изливала на меня чистейшие эманации надежды, восторга, нетерпения и радости в столь забористой концентрации, что чуть не оглушила меня почище самого мощного гендзюцу.

-Ты что делаешь, Фуу!!? - пока я собирал мысли в кучку, сопровождавшие девушку джонины в четыре руки повисли на подопечной и попытались оттащить ту от меня.

-Ну вы чего?! - не осталась та в долгу вступив в неравную битву за свободу и независимость. - Отцепитесь! Я же ничего такого не сделала! Эй, мистер, ну вы согласны? Станете моим другом?! Мне надо завести сто друзей на этом экзамене!

Мы с Абенджи переглянулись. Это выходило за рамки всего что я, да, судя по эмоциям друга, и он могли ожидать.

-Ну, - я постарался вернуть на лицо обворожительную улыбку, - если меня просит столь милая девушка, то как я могу отказать?

-Правда?!! - джонины улетели в пыль, а девчонка уже прыгала на носочках передо мной, успев цапнуть в захват своих ладошек правую руку. Она начинает меня пугать…

-Разумеется, я всегда рад завести друзей, - так, нужно срочно сменить тему… - Кстати, раз мы теперь друзья, как насчёт обеда? Мы как раз искали место, где можно перекусить с пути.

-А? - оранжевые глазки с воистину чистой непосредственностью сделали «хлоп-хлоп», после чего животик девушки издал громкое «Урррр». Это было настолько абсурдно и в то же время гармонично, что я только великим напряжением воли удержал лицо. - Я за! Давайте искать это место вместе! - и вновь прыг-прыг на носочках…

Кхм… Кажется я только что постиг глубины понятия «электровеник». Из забытья показалась мрачная тень Наруто. Хотя нет, тут просто позитив и энергичность, а не тот флёр из идиотии и откровенного хамства, коим прославился "заводной апельсин". Правда, степень отмороженности Фуу всё равно вызывает невольное восхищение.

-А что ты предпочитаешь?

-Я?.. - джинчурики на мгновение задумалась. - Миса-суп, онигири, такояки, якитори… На самом деле мне всё равно! - полыхнув волной позитива, радостно улыбнулась девушка. - Кстати... - замерла, - а тебя как зовут? - джонины-конвоиры издали дружный стон. Несчастный копиркин, что вынужден был всё это дело лицезреть, чуть было не свалился с места своего заседания. Ну а "Абенджи" продолжал Превозмогать и держать лицо кирпичом.

-Фобос. А этот хмурый тип - мой друг Абенджи, - замаскированный Учиха ожог меня взглядом. Он ведь уже понял, что будет дальше и привлечение внимания к его скромной персоне парня огорчало.

-Рада познакомиться! А я — Фуу, - девчонка переключилась на новую «жертву», пластично крутанувшись на месте, одновременно качнувшись с носка на пятку и замерев под наклоном к Учихе несколько оттопырив пятую точку. - Абенджи-сан, а вы станете моим другом?! Вы тоже хотите пообедать, или, может, принять ванную вместе?

-Пхе... - тут проняло и Саске, что, подвергшись моему тлетворному влиянию, предложение принять вместе ванную от симпатичной девушки теперь воспринимал лишь в одном ключе, а ведь почти в любой гостинице совместная баня — вполне рядовое явление. - Я несколько занят, - нашёл он в себе силы, - но, думаю, Фобос будет не против, - зырк в мою сторону. Бедные джонины с Водопада. Они уже то ли умирать приготовились со стыда, то ли отбивать своё стратегическое оружие у злых и стр-р-р-рашных звуковиков, то ли ещё что.

-Правда?! - как же быстро она меняет фокус внимания…

-Конечно, но сперва обед, - твёрдой рукой пресекаю наметившийся бедлам. - В той стороне мы уже были, - чуть поворачиваюсь в конец улицы, - так что пойдём туда, - уверенно встаю лицом в другую сторону, где, как я знал, через сотню метров будет Ичираку-рамен.

-Ха-а-а-ай! - вскинула руку куноичи и бодро потрусила в указанном направлении, не очень заботясь о том пошли за ней или нет. Впрочем, с последним проблем не было, так как её спутники мигом бросились следом, спеша полушёпотом-полукриком образумить подопечную.

-И зачем ты это устроил? - негромко обратился ко мне Учиха.

-Честно? Не ожидал, что она так отреагирует, но… Это довольно забавно.

-Как знаешь...

Около часа спустя...

-Итадакима-а-ас! - с видом «довольная как слон» Фуу набросилась на пятую тарелку рамена.

-Куда в тебя столько лезет?! - убитым голосом уже без надежды на победу попытался дозваться до неё Йоро. Оба «конвоира» отбивались как могли, но оказались бессильны защитить свою подопечную от дурного общества злобных конкурентов.

-Не слушай его, Фуу, - улыбаясь, подбадриваю девушку, - молодой, растущий организм должен хорошо кушать.

-Угу! - уже с шумом втягивая в себя лапшу с готовностью закивала джинчурики. Они её, что, вообще не кормят? Хотя...

Окидываю взглядом свою тарелку, на которой осталось-то всего на два укуса. И это была уже третья порция. Если бы я не был уверен в обратном, первым бы предположил, что Теучи добавляет в свою стряпню какой-то наркотик, вызывающий зависимость уже с первого потребления.

-Ещё две порции! - обращаюсь я к повару, потом, немного подумав, добавляю: - И одну вон на ту крышу беловолосому шиноби в маске, - откидываюсь на табурете чтобы найти взглядом укрытие Какаши. - Парень, я всё понимаю, работа, но твой голодный взгляд, что периодически скользит по моей зад… спине, напрягает.

Последняя фраза вызвала живейший интерес в собравшемся коллективе. Причём, что показательно, первыми отреагировали прекрасные представительницы оного, с совершенно одинаковым выражением лица высунув головы из под навеса. И если Фуу для этого над было только прерваться в поглощении еды и откинуться назад подобно мне, то Аяме умудрилась выглянуть не выходя из-за стойки. Несчастные водопадовцы, осознав, что они не заметили слежки, за малым не расплакались. Теучи, видимо, был привычен, потому удивление подавил быстро, начав собирать новые порции, и только Саске наградил меня тяжёлым взглядом. Что же касается Какаши, то эта смесь стыда, уважения к сопернику и… алчности? Кхм, направленной на еду, определённо стоили того, чтобы раскрыть свою осведомлённость.

Content

Седрик
Девятихвостый демон. Часть 3