Тихая песнь Аю

Евгений Александрович Бухаров

Моей жене — Марине посвящается

Лишь тот достоин счастья и свободы,

Кто каждый день идет за них на бой!

И. В. Гете

И вечный бой!

Покой нам только снится!

А. Блок

Все в этой жизни не случайно. Нам только кажется, что жизнь плавно течет, неся свои потоки извилистыми путями среди камней и перепадов. Со своими водопадами и перекатами.

Но все в этой жизни имеет свой смысл. Каждый поворот судьбы предначертан где-то «сверху». И только Господь знает, для чего, во имя какой цели пришел в этот мир человек. Какое у него предназначение…

И любой поворот в судьбе человека может круто изменить всю его жизнь. И потом уже ничего нельзя изменить.

Не исповедимы пути твои, Господи…

© Евгений Александрович Бухаров, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава I

Майкл из Джерси-Сити[1] с Робертом из Эдинбурга[2] познакомились совершенно случайно. И хотя отец Роберта часто прилетал в Нью-Йорк по делам фирмы, да и с семьей Маккини они давно были знакомы, десятилетнего Роберта в Америку он тогда захватил с собой впервые.

И, встретившись, они познакомились.

Они оказались ровесниками. И все свое свободное время стали проводить вместе.

Хотя их знакомство длилось недолго, всего какую-то неделю, Майкл и Роберт успели подружиться. А расставшись, стали писать друг другу письма.

Да, тогда, в те времена, люди еще писали друг другу письма.

Шли годы. Переписка продолжалась. В письмах они делились своими радостями и неудачами. Рассказывали о своей первой любви, закончившейся у обоих крахом, о тяжелых переживаниях из-за этого.

В письмах много можно сказать такого, о чем никогда и никому не скажешь вслух. Порой даже казалось, что все, жизнь кончилась.

Но время шло, приходила новая любовь. Опять неудача. И, снова, новая любовь. Так пролетело их детство. Быстро и незаметно.

После школы Роберт решил поступить в Гарвардский Университет[3].

Да, у них университеты не хуже. Но ведь это Америка! Кто не мечтал найти себе «место под солнцем» в Америке?

Туда же поступил и Майкл. Они снова были вместе.

Вместе учились, вместе проводили свободное время, вместе на дискотеках и вместе к девчонкам.

Однажды даже влюбились в одну и ту же девчонку!

Но она выбрала другого.

А они… Особо и не расстроились. Подумаешь, на наш век хватит!

Время пролетело быстро. Вот уже и Университет остался за плечами. Начинается новая неизведанная еще жизнь!

И хотя Роберту предлагали довольно неплохое место в Америке, он все же решил вернуться в милую сердцу Шотландию.

А годы шли. Майкл и Роберт поженились. У обоих появились дети.

Но они, по-прежнему, поддерживали связь между собой.

Теперь не надо было писать письма. Появились компьютеры, интернет, скайпы, сотовые телефоны. Можно в любой момент связаться и поговорить!

И они общались. И не только по телефону.

За прошедшее время они несколько раз встречались. То в Альпах, то в долине Гиза[4], в Париже и на Мертвом море. Семьями и поодиночке. Когда как получалось.

На этот раз они решили провести свой следующий отпуск на озере Байкал.

Кто первый из них предложил это, они и сами не помнили. Как-то пришло в голову обоим одновременно.

Решено — сделано! Пора собираться в дорогу!

Встретиться решили через год в Иркутске.

Семьи, на этот раз, брать с собой не решились: все-таки никому не известная Сибирь. Ничего доброго о ней они не слышали. Сибирь — это что-то! Дикий, неизведанный край! Там, как говорят, до сих пор по улицам бродят медведи.

Нет, про медведей на улицах они, конечно же, не верили. Но семьи, все-таки, решили не брать.

Кто знает, может, просто решили отдохнуть одни, без семей. А про медведей… Так это чтобы жены не возмущались, что остаются дома.

Взялись за изучение русского языка. Даже поступили на специальные курсы.

Как смеялись друзья: «Язык врагов надо знать отлично!»

Вот с этого момента и начинается наша история.

Кто бы мог подумать, что река их жизни уже сделала крутой поворот. Что домой они вернутся уже совсем другими людьми. С другими ценностями. Что их — «прежних» не будет уже никогда. Уже НИКОГДА…

Глава II

Как и договаривались, встретились они в Иркутске.

Устроившись в гостинице на набережной Ангары, они долго бродили по городу.

Их поразил контраст: прямо в центре города рядом с высотными суперсовременными зданиями стояли старые деревянные, нередко полуразвалившиеся, дома, окна которых находились ниже тротуара.

Гуляя по набережной, они спросили у молодых веселых парней, по-видимому, студентов:

— Как удобнее отсюда попасть на Байкал?

— О! Это очень просто! — Ответили улыбающиеся студенты, — вот так и идете вдоль Ангары против течения!

Еще раз посмотрев приобретенную карту, желания идти пешком до Байкала у Роберта и Майкла не появилось. На такой подвиг они были явно не готовы.

В гостинице им посоветовали побывать на острове Ольхон, — одном из красивейших мест на Байкале. С уникальной природой. Объяснили, и как туда добраться.

На следующий день, прямо с утра, наши друзья взялись за подготовку.

Для начала было необходимо приобрести спортивное снаряжение.

Они довольно быстро отыскали такой магазинчик.

Улыбающаяся девушка-продавец сразу же предложила им прекрасную, очень удобную немецкую палатку, к тому же и не дорогую. Правда, позднее, уже на Байкале, выяснилось, что на ней почему-то написано: « China», и вход почему-то сбоку. Но тогда деваться уже было некуда.

Приобрели и пару спальных мешков. Говорят, что ночи на Байкале холодные, без них никак нельзя.

После магазина, до самого вечера они снова бродили по городу. Во второй день Иркутск им понравился больше. Может, просто стали привыкать к его необычности. Нравилось им и то, что здесь много молодых людей, красивых девушек, почти всегда улыбающихся. Много в городе и красивых храмов. Нет, это, безусловно, прекрасный город!

Роберт всегда держал в кармане блокнот и ручку. Он как-то прочитал, что

Цицерон[5] никогда не готовил свои речи заранее. Он просто шел по Риму и, проходя мимо очередной статуи, отмечал в голове то, о чем думал в этот момент. А затем в Сенате, во время речи, просто как бы вспоминал про каждую, пройденную им, статую и свои мысли. У Роберта была неплохая память, но все же он предпочитал записывать в блокнот места, которые ему особенно нравились, будь это красивые исторические здания, сооружения, скульптуры, памятники, соборы или еще что-то очень интересное.

А сделанные им фото, дополняли эти записи.

Утром они встали в 8.00.

После завтрака в ресторане, сдав вещи в багажную камеру, они отправились на автовокзал.

Как посоветовали в гостинице, им, иностранцам, с автовокзала будет удобнее.

Добравшись до автовокзала, им показали на автобус.

Они разместились и стали ждать отъезда.

Погода стала портиться, а с ней и настроение наших друзей. Ехать в такую даль, чтобы просидеть под дождем! Да, это не входило в их планы.

Их тут же успокоили, что погода должна улучшиться!

Но пока вместо этого заморосил мелкий дождь. А, вскоре, погода и совсем испортилась, дождь усилился и начался ливень.

В 10.00 они, наконец-то, выехали.

Как сказали, ехать им около 6 часов.

Водитель включил видео.

Они обратили внимание на окружающих их русских. Кое-кто уже что-то жевал, молодые парни что-то распивали со стаканчиков. А кто-то уже тихонько посапывал. Видео, как им показалось, не смотрел никто.

Роберту же с Майклом все было интересно! Они смотрели по сторонам через окно автобуса. Там была невиданная Сибирь. Раньше сюда, кажется, на каторгу ссылали.

Вдоль дороги, в основном, стояла тайга. Так вот она какая — сибирская тайга! Им казалось, что вот-вот сейчас из леса выскочит медведь и помашет им лапой! Но… Медведь никак не хотел выходить.

«Наверное, тоже от дождя прячется», — подумал Роберт, а вслух добавил: — А еще говорят, что медведи у них прямо по улицам бродят, их в лесу-то не видно!

Майкл в ответ только рассмеялся.

По дороге они проехали несколько поселков.

Вскоре показалось солнце. Настроение улучшилось. Этот автобус нес их навстречу еще невиданному миру!

Проехав 3 часа, автобус остановился у придорожного ресторанчика. Как сказали, на отдых.

Все сразу столпились у стойки.

Перекусив, через полчаса, автобус, вновь, трогается.

За окном начинают появляться горы. Красота вокруг — невозможно описать!

Роберт с Майклом достают свои «Canon».

— Да! — Говорит Роберт, — только ради этого уже стоило побывать здесь хотя бы однажды!

Но затем хорошая дорога кончилась. Началась грунтовая. В окна полетела пыль, началась тряска. Русские, по соседству, что-то говорят, что такая дорога теперь до конца будет.

Вскоре, показался Байкал.

«Так вот оно какое! Как пишут, что самое глубокое и самое чистое озеро в мире!» — Подумали наши друзья. Наконец-то сбылась их мечта побывать на Байкале!

Примерно через полчаса автобус подъехал к паромной переправе. Там была огромная очередь из автомобилей. Друзьям даже показалось, что около сотни.

Им подсказали, что машины здесь порой стоят часами, ожидая своей очереди. А место это называется «Ольхонские ворота». Название поселка, в котором остановились, они не запомнили.

Да, русский язык они уже изучили неплохо. Но такого слова они не знали. Что-то связано с юртой[6].

Переправа была перекрыта из-за непогоды.

Как сказали, пока не утихнет шторм.

Друзья спросили, где здесь можно остановиться? На что им тут же ответили, что остановиться можно на местной базе отдыха, а если есть палатка, то можно и на берегу Байкала.

Конечно же, наши друзья предпочли переночевать на берегу. Не для того они ехали так издалека! А так, даже просто потом сказать в кругу друзей, вроде как между прочим, что я ночевал на берегу Байкала, в палатке! Это круто!

В поселке по — полной бурлила торговля рыбой и разными поделками, сувенирами.

Наши друзья выбрали себе небольшие сувениры, купили рыбу, которая называется омуль, и который, как говорят, водится только в Байкале. После чего отправились в лесок, находящийся недалеко.

Их успокоили, что здесь «более-менее» тихо.

Что значит это «более-менее» — они не совсем поняли, но выбора у них не было.

Место они выбрали на небольшой опушке, недалеко от берега.

При этом из-за этого непонятного русского «более-менее», предпочли подальше отойти от других туристов. Быстро раскинули палатку. Здесь-то и выяснилось ее «немецкое» происхождение с выходом сбоку. Разожгли примус и наскоро приготовили перекусить.

— Да, кстати, я читал, что у нас, в США, древних прибайкальцев считают предками североамериканских индейцев![7] — Сказал Майкл.

Им захотелось искупаться.

Вопреки тому, что они читали, что в Байкале вода не нагревается выше 12 градусов, вода, на удивление, оказалась теплой.

— Друзья не поверят, когда я им скажу, что купался в русском Байкале! — Сказал Майкл.

И они тут же решили сфотографировать друг друга на память в доказательство своего купания.

— Нет! Жизнь прекрасна! — Снова сказал Майкл, разваливаясь на траве, и любуясь окружающими неповторимыми пейзажами.

— Приключения начинаются! — Поддержал его Роберт.

Глава III

Да, их приключения только начинались…

Тишина длилась недолго. Вскоре подъехали три машины, из которых тут же выскочили человек пятнадцать мужчин и женщин.

Мужчины тут же полезли в Байкал. На наших друзей они даже внимания не обратили, как будто их тут и не было.

— Им, этим русским мужикам, в Сибири, что места не хватило, что надо было остановиться именно здесь? Или Байкал мгновенно сузился до этой полянки? — Пробормотал Роберт.

Искупавшись, русские вылезли из воды, и сразу же выпили по полстакана водки, не закусывая.

— После первой не закусываем! — Словно ответив на их немой вопрос, сказал один из русских.

— Между первой и второй перерывчик небольшой! — поддержал его другой русский.

Для наших друзей это было по истине необычно.

— Да, необычна эта русская душа! Мать ее… — Чуть не выругнулся по-русски Майкл.

Но русские его не услышали. Им было не до них.

Настроение у Майкла с Робертом заметно ухудшалось. Но не менять же теперь место из-за этих русских. Хотя, кто знает, что можно от них ожидать. Тем более что они, как говорят, потомки каторжан.

«Насколько я знаю, — подумал Майкл, — русские не очень уважительно относятся к американцам. — Все! Начало отдыха было уже испорчено. А дальше? А дальше — не известно! — От этих русских всего ожидать можно!»

Русские, между тем, по-прежнему, не обращали на них никакого внимания.

Расположившись и приготовив свой ланч, или как это называется у русских, они снова начали есть и пить.

Роберт с Майклом припомнили, что им говорили, что русские пьют «по-черному!» Сейчас они начали в этом убеждаться.

Затем снова купание, снова «стаканчики», и все по новой!

А потом все русские дружно, как по команде, улеглись спать.

Все это было так не обычно!

Да, удивительна эта «русская душа»!

При этом перед Робертом и Майклом невольно встал вопрос: «А что же они, эти русские, выспавшись днем, будут делать ночью? Снова купаться и пить?! О, ужас! Ведь это значит, что и ночью от них не будет никакого покоя? А перебираться на новое место… Так уже кругом не этими, так другими русскими занято, это и отсюда видно! Нет, отдых, а, возможно, и отпуск испорчен до предела! Умеют эти русские испортить настроение. Нет, кажется, завтра с утра надо будет все-таки подыскивать другое место, иначе… Как это по-русски? — Труба…»

Начало вечереть.

В это время, выспавшиеся русские начали вылезать из палаток.

Тут же, выпив по русской «стопке», — как сказал один из них, начали готовить ужин.

— Концерт продолжается, — невесело пошутил Майкл, — акт второй!

На Майкла с Робертом, по-прежнему, почти не обращали внимания. Так, изредка брошенный взгляд, и все.

Роберт с Майклом и не догадывались, что эти самые русские, услышав их английскую речь, тоже немного были заинтригованы. Не часто приходится сидеть с ними бок обок. Но они часто приезжали сюда, и считали эту полянку почти «своей»! Да и познакомиться с этими иностранцами было бы неплохо. Все-таки интересно, как там люди живут «за бугром»? И услышать это не от «наших» туристов, а, так сказать, «из первых уст». Но сделать первый шаг пока никто не решался. Как говорится: «Еще не вечер!»

Приготовив ужин, русские снова сели за стол.

Снова, по словам одного из них, «приняли на грудь!»

Но, при всем этом, что больше всего удивило Роберта и Майкла, русские, выпив уже столько за день, не выглядели пьяными.

Невольно встал вопрос:

— Куда в них, этих русских, столько «влазит»?

Приняв очередную порцию «по стопочке», один из русских подошел к ним и спросил:

— Do you speak Russian? — это было не многое из того, что он еще помнил по-английски.

Что оставалось нашим друзьям? Да, у них не было особого желания знакомиться с этими шумными русскими, ничего доброго от этого они не ожидали, но что делать? Отказать? А как русские к этому отнесутся? Они были на их территории. Правила игры устанавливали не они. Выбора не было.

— Да, мы говорим по-русски, — с некоторым акцентом сказал Роберт.

— Ну, вот и отлично! Раз уж мы оказались на одной поляне, делать нечего! Соседи должны жить дружно! Давайте, от вашего стола к нашему столу! Заодно познакомимся! Да вы не беспокойтесь, вас никто не обидит! Хоть про нас и говорят, наверное, всякое, но не такие уж мы плохие парни! Меня, кстати, зовут Руслан.

Да, у Роберта с Майклом выбора не было. Хоть и гласит английская поговорка, в отличие от русской, что: «из двух зол не выбирай ни одного»[8]. Здесь третьего выбора не было. Пришлось, для приличия достав бутылку шотландского виски, присоединиться к русским.

Увидев шотландские виски, Руслан тут же сказал:

— «White horse»![9] Когда-то мои любимые виски!

— Ты часто пьешь шотландские виски? — Спросил Роберт.

— Нет. Просто когда-то я брал их в «Березке»[10]. Это магазин у нас так один назывался. Я даже помню, что на ней было написано — 1742 года. А так, мы, в принципе, вообще не пьем. Хотя вы, глядя на нас, наверное, думаете иначе. Просто выбравшись на природу, мы стараемся немного расслабиться. Чтоб вам понятно было, просто напиться, чтобы забыть обо всех своих проблемах и другом. Здесь ведь, словно попадаешь в другой мир. И «того мира», в котором мы живем, вроде как, и не существует. А так мы, действительно, не пьем.

— Ну что? Хватит болтать! Давайте по стопке чаю! — Сказал кто-то из русских, — и вообще, пора познакомиться! Меня зовут Александр!

Затем стали называть свои имена и другие.

— Роберт! Из Шотландии.

— Из Шотландии? — Удивился Руслан. — Да ведь это Родина Роберта Бёрнса![11]

— Ты знаешь Бёрнса? — удивился Роберт.

— Да Бёрнс, вместе с Сергеем Есениным — это мои любимые поэты! И хотя со мной, возможно, многие не согласятся, мне кажется, что они чем-то схожи между собой! В своей поэзии!

— А как же ваш Пушкин? — Спросил Роберт.

— Нет, Пушкина я тоже люблю. Но Есенин и Роберт Бёрнс! А, кроме того, у вас, в Шотландии, есть еще и такие как Конан Дойль[12], Стивенсон[13], Вальтер Скотт[14], королева Мария Стюарт[15], которая, я считаю, стала настоящей королевой даже ни тогда, когда была ею, а когда поднималась на эшафот, где ей уже готовились отрубить голову. Гордая, и ни капли страха! В этом с ней может поспорить разве что французская королева Мария-Антуанетта[16], которая также взошла на помост и своей гордой осанкой заставила ужаснуться тех, кто всего минуту назад заливался смехом над предстоящей казнью королевы.

От услышанного у Роберта бальзам разливался по сердцу. Здесь, в Сибири, не только знали его Родину, ее культуру и историю, но еще и любили тех, кто у любого шотландца всегда в сердце! А Роберт Бёрнс, к тому же, и его любимый поэт. Томик его стихов всегда лежит на углу его рабочего стола в кабинете. Нет, этот Руслан, безусловно, начинал ему нравиться. Да и русские были уже не настолько страшны!

— Ну! А тебя как зовут? — спросили Майкла.

— Майкл. Нью-Джерси. США.

— Да! В США тоже много великих людей! — Опять сказал Руслан. — Не считая множество знаменитых спортсменов, музыкантов, актеров, достаточно назвать Марка Твена[17], Фенимора Купера![18] А Джек Лондон[19] и О. Генри[20] — это вообще мои любимые писатели! Вместе с Диккенсом[21], Джеромом К. Джеромом[22], Александром Дюма[23] и, конечно же, Чеховым[24] и Булгаковым![25] А Роквелл Кент[26] и его уникальные северные пейзажи! Они словно дополняют рассказы Джека Лондона!

— Ты много знаешь об Америке, — сказал Майкл.

— Хм. Не только я. Да и всех, кого я только что перечислил, в России не просто знают! Их книгами зачитываются! Их, наверное, вообще любят во всем мире!

Да, Майкл много слышал о России, о русском КЭ-ГЭ-БЭ и о русской Лубянке, про которую ему даже анекдот рассказывали, что это самое высокое здание в России, — из нее даже русский Магадан видно, который находится где-то на севере. И много-много другого. Но сейчас перед ним открывалась новая Россия. И эти русские парни совсем не страшные. Даже против его воли, они уже начинали ему нравиться. Они были так не похожи на тех русских, которых он встречал в американских магазинах и ресторанах, да и не только в американских. Он часто бывал за границей и русских повидал немало. А эти были просто дома. И женщины у них какие-то особенные! Простые! Без всякого грима и напыщенности! Теперь понятно, почему в мире растет спрос именно на русских женщин.

Между тем, продолжалось русское застолье. Продолжали пить и разговаривать. Политики не касались.

— Ну что? Еще по стопке чаю? — В очередной раз спросил один русский, имени которого Роберт с Майклом не запомнили.

— Ага! И картошки — дров поджарить! — Ответил ему другой.

Да, хоть Майкл с Робертом и изучали русский язык целый год, но, все же, они не всегда понимали, что говорят русские.

«Надо будет как-нибудь, потом, записать эти русские выражения!» — Подумал

Роберт, а вслух спросил:

— Как это картошки дров поджарить? Русские в ответ рассмеялись.

Но это не был «злой» смех. Майкл даже вспомнил, что где-то, когда-то слышал, что только русские умеют так заразительно, задорно смеяться.

И, глядя на этих русских, Роберт с Майклом не выдержали, и тоже засмеялись.

Да, русские умеют заражать своим смехом!

И, вскоре, смех перешел в хохот.

После этого Роберту и Майклу сразу стало легко среди этих русских парней. Уже не было страха, что будет потом. Им даже казалось, что они давно их уже знают. Что сейчас они находятся среди своих старых друзей.

Трудно сказать, что здесь сыграло большую роль: выпитое ли, или открытые души и искренний веселый смех русских. Сейчас они были просто людьми, без всяких границ и национальностей.

Русские продолжали болтать обо всем. О чем конкретно? Да кто его знает, обо всем и ни о чем!

Вспоминали анекдоты.

Правда, Роберту с Майклом они не всегда казались смешными.

И все же Майклу понравился один анекдот про финна, который напившись русской водки, чуть не сдох, а когда его назавтра спросили, как он себя чувствует, то ответил, что лучше бы сдох вчера!

Так и проходил вечер. Ели, пили, разговаривали.

Уже давно было темно. Но спать никому не хотелось, в том числе и Роберту с Майклом.

Столько наслышавшись про этих русских, сейчас они открывали их для себя. И это было так не похоже на тех русских, которых они слышали и видели в разных странах. Все это было так не обычно!

А затем русские попросили Руслана спеть. Он взял гитару и запел.

Что здесь больше повлияло на Роберта и Майкла: то ли Байкал, костер, звезды и выпитое, то ли еще что-то, но им казалось, что Руслан поет, действительно, здорово!

Его песни трогали не только русских, но сейчас и их!

Роберт подумал, что если он потом, дома, расскажет об этой ночи, то друзья ему просто не поверят. Ну и пусть! Все равно, это здорово!

И Роберт спросил:

— Руслан, ты говорил про Есенина. Я никогда его не слышал, хотя знал, что у вас есть такой поэт. А ты сможешь спеть его песни? И Руслан запел Есенина.

О! Для Роберта были хороши те песни, что он слышал от Руслана до этого. Но то, что он услышал сейчас! Перевернуло всю его душу! И про журавлей, и про клен, и про маму и еще много-много другого! Он уже любил этих русских парней. Они стали для него как родные!

Затем женщины ушли спать в палатки. А они все сидели, слушали песни, продолжая выпивать между делом. А потом снова разговаривать.

Наверное, в такую звездную, волшебную ночь, нельзя не коснуться и мистики.

Заговорили и о Космосе, инопланетных кораблях, других цивилизациях, параллельных мирах. И многом-многом другом.

Хотя была уже середина ночи, спать по-прежнему никто не шел.

Затем, русские спросили Роберта про озеро Лох-Несс[27] и про Несси[28]. Коснулись и призраков[29] старинных замков.

Роберт, что знал, рассказал.

«Да, а нам сильно и рассказать нечего, — подумал Руслан, — разве что про наших алкашей, которые бродят, как ежик в тумане…»[30]

Но здесь пришли на помощь другие:

— А вы знаете, Майкл и Роберт, что Ольхон и окрестности острова — это центр шаманизма?[31] Кстати, и сегодня ночь полнолуния. Шабаш, можно сказать!

И что они только не рассказали про местных шаманов. Что здесь — аномальные зоны.[32] Дальше — больше!

Руслан, прекрасно зная своих друзей, видел, как они, словно соперничая друг с другом, трепятся по принципу: кто кого переплюнет, стараясь друг друга переврать, что все это навроде спектакля для зарубежных гостей. Даже невольно вспомнился один из героев Василия Шукшина,[33] который спросил: «А я вчера, по-пьянке, не рассказывал, что я — герой Советского Союза?»[34]

А они уже не могли остановиться!

Самое интересное, что наши друзья-иностранцы уже настолько поверили всему, что говорят русские, что слушают, раскрыв рот. Ведь русские утверждают, что сами не один раз все это видели! Да, похоже, и изрядно выпитое спиртное давало себя знать. Это было только начало.

Затем, про виртуальные искривления пространства-времени, телепортации и другое. Что и сегодня можно встретить случайно воинов Чингисхана, блуждающих в лесах, и которые никак не могут вернуться в свое время!

Что и самому можно оказаться в телепортационном туннеле и затеряться во времени…

Чтобы хоть как-то успокоить своих друзей, Руслан перешел на другую тему, которая оказалась не менее интересной всем. Это про Вечность. Невольно коснулись и Библии.

— А вы знаете, что Библия — это своеобразная программа человечества? — Спросил Руслан, — И все, что в ней сказано, фактически слово в слово — правда! Я специально этим интересовался!

— Ага! Особенно, что первый человек, Адам, сделан из земли, а Ева из его ребра! — Тут уже рассмеялись его друзья.

— Вы напрасно смеетесь! — И Руслан сейчас же, в течение каких-то пяти минут, доказал им все это. Хотя начал издалека:

— Если я не ошибаюсь, то еще Пифагор придумал задачу с девятью точками и четырьмя прямыми. 80% людей скажут, что это невозможно! И, в какой-то мере, они будут правы! И только 15—20% спросят себя: «А как? Каким образом?» И будут искать ответ! И, вскоре, сами удивятся, как это просто![35] Так и во всем! Ведь, кстати, нигде не сказано, что у Адама вырвали ребро и сделали Еву!

— Как это? Ведь она — из ребра Адама?

— Да! Но не из вырванного! — И далее он в нескольких словах, строго на научной основе, высказал свою теорию[36]. После которой уже никто не сомневался, что Адам сделан из земли, в буквальном смысле, а Ева из его ребра!

И ничего удивительного и фантастического! Все было так убедительно и так просто, что теперь уже любой из них, даже самый неверующий, мог, слегка передернув плечами, сказать:

— А что тут сложного? Да мы их как колбасу каждый день на заводе штампуем пачками! Адама из земли, а Еву из его ребер!

— Запомните: в мире НИЧЕГО НЕВОЗМОЖНОГО НЕТ! — Продолжал Руслан, — надо просто правильно поставить вопрос: «Как? Каким образом?»

Тут же Руслан объяснил, и каким образом в «итоге» человечества, как говорят, мы увидим умерших. И, отнюдь, не «вылезших» из могил!

И все тоже оказалось банально просто! Строго научно!

Роберт и Майкл были ошарашены! Что угодно они ожидали, но такого! И действительно, никакой фантастики! Никаких фокусов и волшебства! Все очень просто!

Подобное они слышали впервые.

А Руслан продолжал:

— Также и животные убегают отнюдь не из-за наводнений, землетрясений и цунами! — Возможно, что они убегают от ультразвуков, издаваемых задолго до начала природных катастроф, которые неизбежны при движении тектонических плит и при возникновении огромного высокого давления при их сближении. Подобно скрежету железа по стеклу. Просто этот звук не входит в диапазон нашей слышимости, а у животных слух более развит!

В это время небо опять стало затягивать тучами!

Похоже, скоро опять начнется дождь! — Сказал кто-то. — Пора на покой!

— Так, вам одним, Роберт и Майкл, в лес лучше не ходить! Вы уже сами поняли, какие у нас здесь места глухие и аномальные! Где потом вас искать? — Опять пошутил кто-то.

Но Роберт и Майкл восприняли это в полный серьез! Они уже вообще ни в чем не сомневались. И им было даже немного жутко!

Поэтому их поддержал Руслан, который для них вообще был «на высоте»! А он всего лишь иногда задавал себе «глупые, ненужные» вопросы. И поговаривал, что книги нужно не только почитАть, но и почИтывать!

Пошли втроем.

По пути в лес, Роберт решил на минуту заскочить в свою палатку и захватить еще одну бутылку виски, хотя сам был уже изрядно пьян. Но он уже полюбил этих русских парней, и ему очень хотелось хоть как-то отблагодарить их!

Спустившись в распадок, они отошли подальше…

Затем пошли обратно. Звезд уже не было видно.

Но, то ли они перепутали направление, а их всего два: вперед и назад, то ли еще что-то, но им показалось, что они идут уже долго, а берега Байкала не видно.

Они решили присесть, перекурить, а уже потом поискать дорогу.

Роберт вспомнил, что у него в кармане бутылка, и он предложил выпить.

И хотя, как мы уже говорили, он, да и не только он, но и Майкл с Русланом были уже изрядно не трезвые, и пить никому не хотелось, отказаться никто не решился.

Первым сделал глоток Майкл.

Что было дальше, он не помнил…

Когда Майкл открыл глаза, то увидел, что его друзья спят рядом.

Было уже утро.

По земле стелился густой туман. Такой сильный, что в двух шагах ничего не было видно. И, как показалось Майклу, даже какой-то необычный: не белый, а с синевой[37].

Голова… Ох уж эта голова… Она не просто болела, а раскалывалась от вчерашнего выпитого!

— Да… Лучше бы я вчера сдох! — вспомнил он вчерашний анекдот про финна…

Рядом валялась бутылка из-под виски. Но она оказалась пустой.

— Неужели мы еще и ее вчера выпили? — подумал Майкл.

Захотелось курить.

Майкл достал пачку сигарет. В пачке оставалось три штуки. Он достал одну из них и закурил.

Почувствовав дымок, зашевелился и Руслан. Ему тоже захотелось закурить.

Пошарив по карманам, он вытащил пустую пачку. Сигарет не было, и он спросил у Майкла.

Майкл дал ему сигарету.

Руслан закурил.

— Да… Война в Крыму, все — в дыму, и ничего не видно! Мрак — как у… — Здесь Руслан прервал себя и, поглядев на новых друзей, добавил: — Не видно не зги!

Услышав разговор, проснулся и Роберт.

— Ох! — Только простонал он. — Есть закурить? — Свои у него тоже закончились.

Майкл достал последнюю сигарету.

Туман вскоре начал рассеиваться.

Руслан часто бывал в этих местах. Но эту местность он что-то плохо узнавал.

— Куда это мы забрели вчера ночью? — Сказал он. И, глядя на берег, добавил: — да и берег что-то больно не знакомый. Какие-то скалы вокруг…

Все трое невольно посмотрели наверх.

То, что они увидели, потрясло их!

Там, наверху, примерно на высоте двенадцати метров, росли деревья, которые не могли произрастать в Сибири!

И они все трое с ужасом начали понимать, что это не «незнакомый» берег. Это… Чужой берег…

Глава IV

Творилось что-то невероятное.

Что случилось? Где они? Как они здесь оказались — на этом неизвестном берегу? Тысяча вопросов.

Никто из них не мог ничего понять, чтобы найти хоть какое-нибудь объяснение происходящему.

Но то, что произошло дальше, уже вообще выходило за рамки их воображения! Неожиданно, откуда-то со скалы, вылетели несколько черных туземцев с копьями. Вся их одежда состояла из тряпки, повязанной в виде пояса и спускавшейся спереди.

У колен и на руках, чуть повыше локтя, перевязи, своеобразные браслеты из сухой плетеной травы. На левой руке за перевязь был заткнут нож из гладко обточенного куска кости[38]. Все они были хорошо сложены, с достаточно развитой мускулатурой.

Волосы у них были окрашены в разные цвета: то совершенно черные, то выкрашенные красной глиной. Прически тоже были различные: у кого-то волосы коротко обстрижены, а у кого-то стояли шапкой на голове, которые опускались до плеч. В волосах торчали два бамбуковых гребня[39], на одном из которых, воткнутым на затылке, красовались несколько черных и белых перьев в виде веера[40].

В ушах были продеты большие серьги из панциря черепахи. В носовые перегородки некоторых туземцев вставлена бамбуковая палочка с нарезанным на ней узором. На шее висело ожерелье из зубов животных и раковин[41].

На шее, кроме ожерелья, висела небольшая сумочка, а на левом плече — мешок, спускавшийся до пояса[42].

У двоих на плече висел каменный топор, а двое держали в руках огромный лук, почти в рост человека, и стрелу более метра длиной.

Туземцы окружили их, наставив копья.

Затем, не давая придти в себя, связали им руки за спиной.

Заметив у Руслана торчащий на поясе охотничий нож, его тут же отняли, вытащив из ножен.

Туземец долго его рассматривал, а затем попробовал остроту ножа и тут же отдернул руку. У него из пальца брызнула кровь.

— Он что, тупой? — Прошептал Руслан, — еще бы на язык попробовал!

— Ты еще можешь шутить? — Спросил услышавший его Майкл.

Руслан ничего не ответил.

Необходимо добавить, что, так как Руслан все-таки плохо говорил по-английски, друзья, не сговариваясь, говорили на русском языке.

Туземцы тем временем продолжали осматривать нож и наших друзей, лопоча при этом что-то на своем непонятном языке.

Каждому из них хотелось потрогать и нож, и их одежду, как будто они никогда этого не видели.

Закончив осмотр, туземцы повели их по крутой, извилистой расщелине между скал в гору.

Расщелина была настолько узкая, что на тропе в ряд вмещалось только два человека.

Руслан шел рядом с Майклом, Роберт чуть позади. Спереди и сзади шли туземцы.

Поднявшись наверх, они вступили в лесную полосу, состоящую из банановых и кокосовых пальм.

Вскоре, между деревьями, показались сначала крыши, а затем и сама деревня.

У края деревни их встретила толпа туземцев, одетых так же, как и те, что их сюда привели. Среди них женщины и дети.

У женщин одежда отличалась тем, что вместо пояса спереди и сзади на них болтался фартук.

При виде наших друзей, некоторые туземцы засунули себе один палец в рот[43].

— Да, похоже, джинсы здесь не в моде! — Сказал Руслан.

— Может, хватит шутить! — сказал Майкл. Ему было явно не до шуток.

Деревня имела очень опрятный вид.

Она состояла из двух рядов хижин.

Середина деревни была хорошо утоптана землей, а вокруг этой своеобразной площадки возвышались пальмы, которые давали тень и прохладу.

Высокий лес окружал деревню с трех сторон, ограждая от ветра.

С последней, четвертой стороны, пробегала неширокая, всего метров десять, река.

Хижины были сделаны из бамбука с высокими покатыми крышами из листьев пальмы, опускавшимися почти до земли. Двери в хижину находились на высоте 60—70 сантиметров от земли. Окон видно не было. Перед хижинами — колья, на кольях человеческие черепа.

— Может кто-нибудь все же объяснить, что вообще происходит, и где мы находимся? — Спросил Роберт.

— Я бы подумал, что где-нибудь в Индонезии, причем, в районе Папуа-Новой Гвинеи, — ответил Майкл, — и, судя по тому, как они рассматривали твой нож, похоже, что с железом они мало знакомы, если знакомы вообще.

— Да, такая кинА мне не нравится! — Только и смог добавить Руслан.

Их подвели к самой высокой хижине, расположенной в середине деревни. Вход в нее был пошире и побольше по сравнению с другими хижинами.

У входа стоял молодой высокий, статный юноша, так же с хорошо развитой мускулатурой. На вид ему было лет семнадцать. Одет он был так же, как и другие туземцы. На голове так же несколько перьев. У него была гордая осанка и такой же гордый взгляд.

— Наверное, это их вождь! — Сказал Роберт.

— Похоже! — Ответил Майкл.

В этот момент из хижины появился седой старик. Сколько ему лет?

«Лет двести, наверное!» — Подумал про себя Руслан.

Старик долго молча рассматривал их.

Казалось, что ничего не ускользает от его острого взгляда. Он словно пронзает всех насквозь.

В отличие от окружавших их туземцев-папуасов, он был светлым и больше напоминал индийца.

«Местный брахман, или как это у них называется: шаман, жрец, колдун? — Снова подумал Руслан. — Или все-таки это и есть вождь, потому что молодой папуас сразу уступил ему дорогу? Но он настолько стар, руки его слабы, это видно не вооруженным глазом. На голове нет перьев. При этом у него острый, но не колючий взгляд. Скорее оценивающий. В его глазах нет удивления, словно он только того и ждал, когда же их приведут. Он внимательно осмотрел нас, нашу одежду. И опять ни капли удивления. Это говорит о том, что с одеждой он знаком, но, похоже, что подобную одежду он видит все же впервые». — Все это почти мгновенно пронеслось в голове у Руслана.

А старик продолжал их внимательно рассматривать.

И в это время из хижины вышла молодая, лет шестнадцати, девушка.

У нее были светлые, длинные, до пояса, волосы, светлые глаза и… Сама она тоже была белая[44].

Девушка так же внимательно, таким же острым, как у старика, взглядом, осмотрела их.

Ничто не дрогнуло в ее лице, ни один мускул, ни капли какого либо удивления. Взгляд ее был даже немного надменным.

Все это говорило о ее высоком сане, по крайней мере, из числа окружающих их папуасов[45].

При ее выходе все папуасы разом замолчали и как бы даже замерли.

Девушка была одета в короткую юбку из желто-серых волокон от пояса до колен и, в отличие от других женщин, такой же лиф. На ее голове так же несколько перьев, включая голубые и зеленые. На груди свисало ожерелье из трех рубинов и нескольких довольно крупных жемчужин[46], а так же ожерелье из нескольких крупных зубов животных. Она была похожа на амазонку. Гордый, независимый взгляд. Причем ее взгляд был настолько пронзительный, что под взглядом этой молодой девчонки они, трое мужиков, каждому из которых уже под сорок лет, чувствовали себя в роли нашкодивших школяров перед строгой учительницей.

После недолгого осмотра девушка что-то сказала на своем языке высокому молодому юноше, стоявшему у входа в хижину. После этого друзей развернули и отвели в сторону.

Девушка снова что-то сказала, теперь уже женщинам. Женщины и дети немедленно ушли.

Туземцы-мужчины образовали своеобразный круг. На середину круга вышли пять вождей и девушка.

Младшие вожди, так они назывались, как позднее узнали наши друзья, отличались от простых воинов количеством перьев на голове. У Верховного Вождя, т.е. у Аю, а именно так звали девушку, их было еще больше. С ней рядом стоял и седой старик.

Вожди стали произносить длинные речи.

Пленники не понимали ни слова, но догадывались, что говорят о них.

Туземцы сначала молча слушали своих вождей. Но затем стали о чем-то спорить, даже кричать. Некоторые повскакали со своих мест и даже выбежали на середину круга. Но старик угрожающе посмотрел на них, и они стихли.

Вожди тоже спорили между собой.

Друзья даже представить себе не могли, что сейчас на Совете вождей решается их судьба, неизвестно каким образом попавших на остров.

Но они — эти «белые люди», так похожи на врагов! А ведь те еще совсем недавно уже дважды пытались напасть на их деревню. И оба раза неудачно. Но их неудачи были связаны с мудростью их Великого Вождя и их Великого жреца Тонгака[47], который умеет говорить с Богами!

Вожди знали от иногда приплывающих сюда на пирогах торговцах с Большой земли и о том, что Великий Вождь той деревни, что находится на другом конце острова, в последней битве с ними был тяжело ранен, и что скоро Боги призовут его к себе. И на его место станет его сын. Который не простит им ни гибель своего отца, ни гибель многих своих воинов, ни их непокорность! А это значит, что рано или поздно он снова придет сюда со своим более могущественным и многочисленным племенем, чтобы сжечь их хижины, захватить их жен, а самих уничтожить и украсить свои хижины уже их черепами.

Поэтому эти три «белых» человека были для них опасны. Кто они? Как и зачем оказались на их земле?

И только старый мудрый Тонгак, выслушав всех младших вождей, сказал:

— Я долго разговаривал с Богами! И Боги сказали мне, что скоро предстоит последняя схватка. И эта схватка решит участь нашего племени. Эти трое «белых» здесь появились не напрасно! Сами Боги прислали их сюда! И они принесут нам победу! Мы не можем ослушаться воли Богов! Тогда Боги отвернутся от нас! И наши черепа украсят чужие хижины!

Все окончилось речью Верховного Вождя, при этом все стихли. Судьба пленников была решена.

Аю встала и сказала:

— Да свершится воля Богов! Да будет так!

После этого друзей подвели к одной высокой хижине и, остановившись перед ней, им развязали руки и завели внутрь.

В хижине был полумрак. Вход, как выяснилось, был и единственным окном. Кроме того, небольшой свет проникал через щели в стенах. Пол был земляной. На земляном полу — куча сена, из которого можно было сделать постели.

В хижине стояли высокие, около двух метров высотой, полати из сложенных рядами стволов бамбука, служащих для сна с приставленным стволом с зарубками, с помощью которого на них и забирались. Больше ничего в хижине не было.

Друзья сели на землю.

Четверо туземцев, вооруженных копьями, остались сидеть у входа в хижину.

— Наша стража! — сказал Роберт.

Ему никто не ответил. Каждый задавал себе «свой» вопрос, не произнося вслух.

Кто-то думал, что это все проделки русского КЭ-ГЭ-БЭ, значит, и Руслан — это русский шпион…

А Руслан… Он пытался объяснить себе все это чьей-то злой шуткой, розыгрышем, что-то навроде телепередачи «Последний герой».

Но разумного объяснения происходящему так никто и не находил.

Друзья сидели в своей хижине и молчали.

Руслан стал догадываться, о чем сейчас думают его новые друзья. Но что он мог им возразить, что сказать, как пробить их зарождавшееся к нему недоверие?

Поэтому, он просто решил завалиться спать. Тем более что от вчерашнего выпитого еще шумело в голове.

— Сон — лучшее лекарство! — сказал он и взобрался на полати, застеленные соломой.

Глядя на Руслана, учитывая, что у них тоже в голове было далеко не все в порядке, друзья тоже забрались наверх. Там все-таки удобнее, чем на сырой земле.

И хотя на улице солнце уже начинало согревать, здесь, в хижине, из-за полумрака, создавалась прохлада.

Поэтому наши друзья не стали раздеваться, снимать с себя свитера и джинсовые куртки, а завалились спать прямо так.

Но все оказалось не так просто! Вскоре они почувствовали себя так, словно улеглись голыми на муравейник! Казалось, что их здесь тысячи! И друзьям пришлось перетрясать всю солому, а заодно раздеться и перетрясти свою одежду. И только после этого им удалось уснуть[48].

Сколько они проспали, не известно. Когда проснулись, всем захотелось курить. Но курить ни у кого не было.

Майкл взглянул на часы. Они показывали 13.35. Но это Байкальское время[49]. А здесь?

«Надо будет потом отрегулировать их по солнцу», — подумал Майкл.

— Мы что так в плену и будем? — Спросил Роберт.

Ему никто не ответил.

Роберт спустился и попробовал выйти из хижины наружу.

У входа по — прежнему сидели четыре папуаса. Однако Роберта они не задержали. Следом вылезли и Майкл с Русланом.

Солнце близилось к закату.

Друзья скинули куртки и свитера, оставив их в хижине, и решили прогуляться по деревне.

Их никто не задерживал. Стража следовала за ними.

Возле каждой хижины был расположен свой очаг, представляющий собой яму, обложенную камнями.

Женщины, сидевшие у очага, что-то готовили.

Мужчин видно не было.

Только их стража следовала по пятам, да возле самой высокой хижины по-прежнему сидел высокий юноша.

— Похоже, что девчонку так же охраняют, как и нас, — пошутил Руслан.

— Или от нас! — Вставил Майкл, — так как мне уже начинает надоедать этот захват заложников.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, но мне данная ситуация тоже не нравится! И понять я тоже ничего не могу! — Ответил Руслан.

Друзья взглянули на него, но фальши в его лице не увидели.

«Выходит что? Мы все в одинаковых условиях? Или он попал сюда с нами случайно?» — Подумал Майкл, но вслух ничего не сказал.

Кроме хижин туземцев, встречались и другие постройки, для общественных целей, как позднее узнали друзья[50]. Таких строений в деревне было пять.

Стоило им дойти до конца деревни, как папуасы тут же перегородили им дорогу.

— Понятно. — Сказал Майкл. — Прогулки только в пределах деревни. Ну что ж, пока и это неплохо.

Они вернулись к своей хижине и сели возле входа.

Вскоре из хижин стали появляться туземцы-мужчины. И все сели есть.

Друзьям тоже принесли фрукты и рыбу.

Но аппетита после «вчерашнего» пока не было.

Поэтому они съели только фрукты. Видя, что «белые» отказались от рыбы, туземцы, охраняющие их, тут же ее съели. Было видно, что все они находятся в полуголодном состоянии.

— Похоже, что «Макдональдс» здесь еще не открыли! — Пошутил Руслан.

Майкл с Робертом улыбнулись.

— Для полного счастья осталось, чтоб эти голодные папуасы еще нас зажарили и съели! — Снова пошутил Руслан.

Эту шутку никто не поддержал. Глядя на папуасов и их полуголодные лица, сомнений не возникало.

И невольно перед друзьями встал тот же вопрос: «Зачем мы здесь? Ведь эти могут нас заживо сожрать, и никто и помочь не успеет».

В конце концов, Майкл не выдержал и спросил Руслана напрямую:

— Ты можешь объяснить: что происходит? Это что — проделки вашего русского КГБ?

Руслан взглянул на Майкла и ответил:

— Вот ты, Майкл, вроде, грамотный мужик! Я, конечно, понимаю, что вам там всякое про нас говорят. Но неужели ты и вправду думаешь, что ты понадобился нашему ФСБ? Именно так сейчас это называется, а не КГБ. И они отправили тебя за тысячи километров? А судя по тропикам, мы оказались довольно далековато. Как ты сам сказал, что, похоже, в районе Индонезии. Не слишком ли это дорогое удовольствие? Или ты обладаешь какими-нибудь сверхсекретными космическими программами? Что происходит, я и сам ничего не могу понять! Сначала я, было, подумал, что это чей-то розыгрыш. Но для моих друзей — это слишком дорогое удовольствие, чтобы они смогли себе это позволить! Так что, если это и чья-то глупая шутка, то, скорее всего, именно ваших друзей! Но, опять же, им было бы проще послать тебя сюда из США, а не из России!

По мере того, как он говорил, до них стал доходить весь ужас происходящего! Это, действительно, не было похоже на проделки КГБ, или ФСБ, как сказал Руслан, но не похоже и на шутки друзей! А значит… Это что-то более страшное! А черепа возле хижин в полной мере дополняли картину!

Но как они здесь оказались? Что вообще происходит?! Или что — мир перевернулся?!

Ответа не было ни у кого…

— Что будем делать? — Спросил шокированный Роберт.

— А у нас есть выбор? — Ответил Руслан. — Думаю, что здесь правила игры устанавливаем не мы. А пока… Как говорят у нас, в России: «Двум смертям не бывать, а одной не миновать!»

— Я не совсем понимаю, — сказал Майкл, — а как же тогда та девчонка? По виду она — европейка. Но больше европейцев, кроме нее, я не видел, и ничто не напоминает об этом. Старик тоже, явно, не походит на ее отца.

— И при этом она — вождь племени?! Как же так? — Вставил Роберт.

— Вообще, я где-то читал или слышал, что, если не ошибаюсь, на Тибете, выбирают девочку-принцессу, а затем, когда она достигает определенного возраста, ее возвращают в семью, а в принцессы выбирают другую. — Сказал Руслан.

— А кому отдадут эту девочку?

Ответа не было…

— Или ее отдадут в жены молодому папуасу? А, может, того хуже, какому-нибудь старому изможденному вождю?! — Снова спросил Роберт.

— Короче! Надо думать, и бежать! А, заодно, вытащить отсюда и ее! — Сказал Майкл.

— Во-первых, куда бежать? Сначала надо определиться, где мы находимся, а пока что нас не выпускают за пределы деревни. Во-вторых, куда ты потащишь девочку? В США? Даже цветок, вырванный в лесу, совсем не обязательно прорастет в цветочном горшке на подоконнике. А здесь — живой человек! И выращенную здесь, что ее ожидает в нашем мире? Какое будущее? — Ответил Руслан.

Всем стало горько от мысли, что они ничем не могут помочь этой молодой девушке. Но что они, действительно, могли предложить ей в «своем» мире? Да даже не в своем мире, а просто где-нибудь за пределами этой земли?

— Однозначно, что бежать отсюда надо! — Добавил Руслан.

— А у тебя забрали последний нож, и нам даже защитить себя нечем! — Сказал Майкл.

— Ну, раз мы как-то сюда попали, значит, Бог даст, сможем и выбраться! — Ответил Руслан.

И все снова подумали об этой молоденькой девушке, этом сказочном цветке среди кактусов…

Она заметно отличалась от своего окружения. И дело было даже не в цвете ее кожи. Просто в ее поведении, в ее глазах, было что-то особое. Как будто она стала взрослой женщиной намного раньше своего срока. Да, у нее надменный, чуть-чуть самоуверенный взгляд… Но теперь все это выглядело как-то иначе. Как бы с другой стороны. Проглядывалась какая-то внутренняя незащищенность… А они были бессильны чем-либо помочь ей. Они и сами находились на грани жизни и смерти. Но сейчас об этом как-то не думалось. Перед глазами каждого из них сейчас стоял не гордый Великий Вождь племени, а маленькая хрупкая девочка…

А папуасы-мужчины в это время собрались в кружок и что-то пили.

Это был какой-то хмельной напиток, потому что они быстро опьянели. А опьянев, затянули свою заунывную песню[51].

Услышав это завывание, Руслан невольно вспомнил:

— Да, пел ты так, что выли все собаки, а у соседа обвалился потолок! И мне хотелось, без шума и без драки, схватить тебя и шлепнуть об пенек!

Друзья рассмеялись.

— Слушай! Спой что-нибудь, чтобы заглушить этот реквием! — Попросил Роберт. — Заодно посмотрим, как они к этому отнесутся!

У Руслана не было особого желания петь. Особенно от того, что в голове еще стояла эта девочка. Но он решил спеть — назло этим туземцам!

— Знал бы, так хоть гитару с собой захватил! — Сказал Руслан.

— Наверное, у вас, у русских, так принято — с собой в туалет гитару брать? — Уколол его в шутку Роберт.

— Ага! Точно! Раньше с собой гармошку или балалайку брали, а теперь — гитару берем! — Подхватил Руслан.

Друзья снова рассмеялись.

И Руслан запел!

Для начала выбрал звонкую песню с переливами.

И сразу же вокруг наступила тишина.

Папуасы даже не сразу поняли, что это?

Для них это было так непривычно!

Потом постепенно, один за другим, подошли и сели кругом.

А вскоре, наверное, собралась вся деревня.

Никто не понимал, о чем поет этот белый человек. Но иногда, чтобы понять, совсем не обязательно знать язык. Хорошая песня трогает струны души. И песня становится понятной всем!

О чем думали, слушая песни Руслана, эти полудикие, фактически, голые люди? Кто знает. Просто все сидели и молча слушали.

А Руслан, закончив одну, затягивал другую. Он уже не видел и не слышал никого вокруг. Просто пел.

Что быстро пролетело время, никто не заметил.

Первым опомнился сам Руслан:

— Все! Хорош! Пора спать! Бурных аплодисментов не надо!

Роберт с Майклом рассмеялись в очередной раз. Они уже стали привыкать к его шуткам.

Глядя на них, дружно рассмеялись и папуасы, хотя и не поняли, от чего эти белые смеются. Может, так надо?

Так закончился первый день наших друзей на этой неизвестной земле. Но, засыпая, каждый из них думал одно и то же: «Проснуться бы завтра снова на Байкале! Пусть все это будет только кошмарным сном, который рано или поздно заканчивается…»

Глава V

…А поутру они проснулись… Но ничего не изменилось. Их «кошмарный» сон не прервался…

Та же бамбуковая хижина с бамбуковыми полатями. Свет, проникающий только через вход и щели в стенах…

Они спустились вниз и вышли наружу.

Вскоре им принесли фрукты и кокосовый сок.

Наши друзья к этому времени уже успели проголодаться. Поэтому с удовольствием набросились на фрукты. Доедая их, подумали: «Неужели это все? Одними фруктами сыт не будешь!»

Они не знали, что туземцы жили впроголодь. Питались, в основном, фруктами и рисом, выращиваемом на плантациях. Крупных животных на острове не было, зато было множество птиц. Но птиц попадалось не так много, как хотелось. Поэтому они собирали яйца птиц, а так же питались рыбой и крысами, в изобилии водившимися на острове. При этом из-за несовершенства рыбной ловли результат тоже был далек от совершенства.

Когда друзья доели фрукты, им принесли рис, рыбу и мясо.

Друзья с удовольствием продолжили трапезу.

Но Руслан и здесь не сдержался и пошутил в очередной раз:

— Наверное, какого-то малайца зажарили! На обед подадут кого-то из нас!

От его слов у Майкла с Робертом застрял кусок в горле.

«Ну что за народ — эти русские? — Подумал Роберт. — И шутки у них какие-то специфические!»

Тем не менее, очень хотелось есть. Да и белое мясо больше напоминало курицу, только нежнее и вкуснее.

Глядя на Руслана, который продолжал есть, не останавливаясь, Роберт, превозмогая себя, все же взял кусочек, затем еще и еще… Ему было уже все равно, чье бы это мясо ни было!

Посмотрев на них, Майкл, у которого сначала даже аппетит пропал, тоже присоединился к ним. И не успокоился, пока все не было съедено.

Поев, Руслан сделал глоток сока.

— Нектар! Амброзия! Напиток Богов![52] — Сказал он.

— А ты часто пьешь напиток Богов? — Спросил Майкл, все еще злой на Руслана за его шутки.

— Нет. Не часто. Но много о нем читал и слышал!

— Напрасно тебя читать научили! — Вставил Роберт по-английски, так же обозленный на Руслана.

Но Руслан, даже плохо понимающий по-английски, эту фразу перевел довольно легко и тут же подхватил уже на русском:

— Не только читать! За три дня до поездки на Байкал меня еще и писать научили!

Роберт с Майклом не выдержали и засмеялись.

Обиды на Руслана больше не было!

Поев, они решили пройтись по деревне.

Четверо туземцев продолжали следовать за ними.

В деревне было порядка двадцати хижин.

Хижина Вождя, как мы уже отмечали, была самой высокой и находилась посредине деревни.

Народу вокруг было не очень много. В основном — женщины.

Вся одежда женщин, как правило, состояла только из фартука, но иногда встречались и в юбках из желто — серых волокон[53], как у «той» девушки.

Но девушка — Вождь была единственной, кто носил лиф.

У всех висело ожерелье из раковин, а так же серьги из панциря черепахи. Ожерелий с рубинами и жемчугами они не видели больше ни у кого вообще.

Женщины плели корзины из веток, либо веревки из волокон льна[54].

Очаг, на котором готовили пищу, помещался вне хижины, на открытом воздухе.

Причем, возле каждой хижины свой очаг.

Его даже трудно было назвать очагом. Скорее это был просто костер, обложенный камнями.

Кое-где готовили мясо.

А мясо они готовят так: выкапывают большие круглые ямы. В эти ямы набрасывают хворост и поджигают его. На горящий хворост накладывают камни. Когда камни накаливаются до того, что к ним нельзя прикоснуться, на них кладут куски мяса, завернутые в банановые листья. Сверху на них кладут оставшиеся камни и накрывают все травой. После нескольких часов подобной готовки яму разрывают. И приступают к пиру.

Двое туземцев-мужчин работали над исправлением крыши одной хижины и казались очень занятыми.

Несколько молодых девушек и мальчиков плели, сидя на земле, циновки из листьев кокосовой пальмы и подавали их людям, исправляющим крышу.

Трое женщин возились с детьми разного возраста.

У некоторых туземцев одежда состояла из пояса, с которого спереди свешивался просто пучок соломы.

Котека[55] у них не использовалась.

Друзья обратили внимание на то, что у многих женщин на пальцах обеих рук отсутствует верхняя фаланга[56].

У хижины Вождя, или как правильнее будет сказать, Верховного Вождя, по-прежнему сидел юный страж.

Острый наконечник его копья был выпачкан какой-то липкой грязью. Как позднее узнали наши друзья — ядом.

Обратили внимание и на то, что у некоторых воинов племени стрелы были не совсем обычной конструкции.

От обыкновенных они отличались тем, что имели вместо одного острия — несколько: по четыре, пять, а иногда и более. Острие было сделано из твердого дерева и всажено в длинный тонкий тростник.

Отношение туземцев к ним тоже изменилось. При виде друзей они уже не смотрели настороженно.

Кто знает, что сыграло здесь большую роль: то ли то, что их участь уже была решена (не в их пользу, как думали друзья), то ли вчерашний необычный концерт Руслана.

Туземцы подходили к ним и касались кончиками пальцев их брюк ниже пояса.

Друзья еще не знали, что это обозначает у туземцев обычное приветствие при встрече, равносильное нашему рукопожатию. Но и в будущем наши друзья так и не привыкли здороваться таким образом, за что туземцы считали их «некультурными». Впрочем, что с этих «белых» взять…

Невольно в очередной раз заметили и то, что туземцы, глядя на них, порой вкладывают один палец в рот.

— А что они, когда смотрят на нас, палец в рот засовывают? — Спросил Роберт.

— А так им, наверное, легче думается! — Ответил Руслан.

— Ну, у тебя и язык! — Сказал Майкл.

— Точно! Как говорят у нас, в России, — без костей!

— У тебя, наверное, и мозги без костей?

— Да, были бы мозги, давно сбежали бы!

Друзья рассмеялись.

Глядя на них, рассмеялись и окружавшие их туземцы[57].

Пригревало солнце.

Друзья разделись до пояса.

В этот момент из хижины вышла та девушка — Вождь.

Посмотрев в сторону друзей, что-то сказала своему стражу.

Тот подошел к друзьям и жестом руки указал, что Вождь хочет говорить с ними.

Они подошли.

Девушка, имени которой они пока еще не знали, подала Руслану отнятый вчера у него нож.

Руслан решил показать свое уменье.

Взяв нож, он подошел ближе к пальме, не доходя до нее, и метнул его.

Нож воткнулся в ствол.

Туземцы не видели железа. Таких ножей у них не было. И это вызвало у них своеобразный восторг. Но они никогда не показывали свое удивление, так как боялись уронить свое достоинство!

Руслан вытащил нож и протянул его девушке, жестом предлагая ей попробовать то же самое.

Она взяла нож и метнула.

И хотя нож попал в ствол, но не воткнулся.

Аю постаралась скрыть свое недовольство. Ведь она привыкла всегда и во всем быть лучшей!

Но друзья догадались о ее внутреннем состоянии.

Тогда Руслан поднял нож и, попросив Майкла подержать его, сбегал в «свою» хижину и принес ножны.

Вложив нож в ножны, он протянул его Аю.

Аю не сразу поняла Руслана, приняв нож.

А Руслан, чтобы не смущать девушку, позвал своих друзей, и они отошли к своей хижине.

Теперь Аю поняла его.

Утром она решила вернуть нож, а сейчас этот человек подарил его ей!

Для нее это был очень дорогой подарок!

И она немедленно дала себе клятву, что научится метать этот нож не хуже, а лучше его!

Опережая события, можно добавить, что она целую неделю уходила в лес одна, без своего вечного стража, и там метала этот нож.

Сначала у нее никак не получалось! Она даже плакала от обиды! Но никто не видел ее слез. НИКТО И НИКОГДА НЕ ДОЛЖЕН ВИДЕТЬ ЕЕ СЛЕЗ! НИКТО И НИКОГДА!

Спустя неделю она подошла и довольно выразительным движением пальцев руки позвала за собой друзей.

Они встали и пошли за ней, еще не зная, что она хочет.

Не доходя до дерева шагов десять, она быстрым движением руки вытащила нож из ножен, находившихся у нее на поясе, и без всякой подготовки метнула нож. Нож воткнулся в ствол!

Все это было так неожиданно, почти мгновенно, и, естественно, вызвало восторг у наших друзей!

А она, не оборачиваясь на друзей, медленной, спокойной походкой подошла и вытащила нож, всем своим видом показывая, что здесь ничего необычного нет!

Тут же на стволе дерева сделала срез коры размером со спичечный коробок и только потом обернулась к ним.

Она видела, какую произвела на них реакцию. Но в ее лице ничего не изменилось.

Она подошла к ним и, резко обернувшись, опять же без всякой подготовки, снова метнула нож.

Он вонзился точно в центр обозначенной ею цели.

Это был уже предел их восторга!

А она так же спокойно подошла, вытащила нож, положила его в ножны и столь же спокойно, с «каменным» лицом, прошла мимо них и скрылась в своей хижине.

Они и не догадывались, что в эту минуту она приложила все усилия, чтобы скрыть радость этой маленькой победы! Ведь она снова была ПЕРВОЙ!

Но все это было неделю спустя…

А сейчас они просто сидели у хижины.

Рядом возилась ребятня.

Казалось, все как обычно!

Один из мальчишек увидел на руке у Майкла часы.

Он, разумеется, никогда их не видел, и не знал, что это такое.

Очень хотелось посмотреть поближе.

Он, как бы случайно, пробежал рядом, в последний момент, бросив взгляд на часы. Затем, еще раз.

Майкл догадался, что к чему.

Чтобы не напугать мальчишек, он сам подошел к ним и, не снимая часы с рук, показал их.

Дать часы им в руки он не решился, так как знал, что они примут это за подарок, и он больше никогда их не увидит.

Часы оказались интересны не только детям. Подошли и взрослые.

Им тоже было интересно, как там внутри бегает какая-то палочка. Всем хотелось посмотреть и потрогать.

Майклу долго пришлось объяснять, что часы показывают время.

После этого туземцы стали называть их «маленьким солнышком», так как они узнавали время только по солнцу.

Вскоре им принесли так называемый обед: снова фрукты и рыбу с рисом. Мяса не было. Причем фрукты несли все туземцы. Ничего, при этом, не требуя взамен. Просто по их обычаю, у кого что много, тем они и делятся.

— Да, нас сначала откормить надо, прежде чем тащить на убой! А то мы все худые, как я не знаю, кто! — Снова пошутил Руслан. — Только фруктами нас не укормишь, нам мясо подавай!

Друзьям хотелось тоже как-то отблагодарить туземцев. Но как? Им даже подарить было нечего. Разве что ставшие ненужными зажигалки?

И Майкл с Робертом тут же отдали их туземцам, показав им, как надо ими пользоваться.

Это вызвало особый восторг! Двое счастливчиков тут же спрятали их.

В глазах остальных была зависть.

Добыча огня! Так просто!

Они очень берегли свой огонь, не давая ему потухнуть, давая углям тлеть. В крайнем случае, перенося огонь с одного очага к другому, так как требовалось много времени, чтобы разжечь его заново![58] А здесь: раз и все!

Впрочем, эти двое счастливчиков уже назавтра подошли к ним, показывая, что огня больше нет. Газ в зажигалках закончился.

Они, наверное, целый день только и делали, что чиркали.

Майкл объяснил им очень просто.

Он взял палочку и переломил ее, показывая, что зажигалка сломалась как эта палочка.

Ответ не удовлетворил их. И они знаками спросили, как сделать, чтобы огонь был снова?

Майкл снова взял две половинки палочки, приложил их, а затем отпустил одну руку. Свободная палочка упала. И он снова показал, что зажигалку, как и эту палочку, наладить уже нельзя.

Туземцы хоть и были обескуражены, но зажигалки были красивыми. И вскоре они уже висели в ожерелье на груди счастливчиков.

Руслан не стал отдавать свою зажигалку. И не потому, что ему было жаль ее. Просто он решил отдать ее той девушке.

После обеда им захотелось вздремнуть. Но их сну помешал приход того седого старика.

Он сел рядом с ними и, показав на себя рукой, сказал:

— Тонгак!

Затем указал пальцем на Майкла и вопросительно кивнул головой.

Друзья сразу поняли его:

— Майкл!

— Роберт![59]

— Руслан!

Тонгак согласно кивнул головой и, указывая пальцем поочередно, повторил:

— Майкл, Роберт, Руслан!

После этого он стал показывать пальцем на окружающее их и называть:

— Земля, небо, солнце, огонь.

Роберт вспомнил, что у него в куртке имеется блокнот и ручка. Он взял их и стал записывать.

Тонгак взял у него из рук ручку, повертел ее и нарисовал у него в блокноте черту. После чего, по-видимому, разобравшись, вернул обратно.

Друзья отметили, что Тонгак знаком с письменностью. Но при этом ручку он видит впервые!

А Тонгак, видя, что Роберт записывает все в блокнот, давая ему время, называл все новые и новые слова.

Тонгак, по известным только ему причинам, старался, как можно быстрее научить друзей «их» языку. Поэтому он занятия проводил постоянно и подолгу. Сейчас это было самое важное! Никто не знает, когда придет время. Но что оно не далеко, — это Тонгак хорошо «видел»!

Друзья вплотную занялись изучением языка.

Кроме занятий с Тонгаком, они стали знаками спрашивать у туземцев, как называется тот или иной предмет? И ответы записывали в блокнот.

Туземцы поняли, что от них хотят и отвечали охотно.

И скоро у наших друзей составился целый словарик!

Мало — помалу они стали понимать, о чем говорят туземцы между собой, и сами могли кое-как объясняться с ними. С каждым днем они делали новые успехи.

Правда, случались и казусы. Наверное, от старания туземцев помочь им.

Так однажды Роберт, подняв с земли лист, показал его туземцу.

Туземец назвал его.

Роберт записал.

В это время проходил мимо другой туземец. Он взглянул на лист и назвал другое слово.

Роберт растерялся.

Тогда он подошел к третьему туземцу.

Тот, в свою очередь, назвал третье слово. Следующий — четвертое!

Позднее оказалось все просто: первый сказал, что это «лист», второй, что это «дерево», третий — «зеленый», четвертый — «грязный», так как был поднят с земли.

Бывало, узнав название чего-то или какое-то слово, друзья начинали проверять. Показывая на предмет, говорили это слово. Туземец повторял. Друзья были довольны: совпало! Позднее оказывалось, что папуас думал, что друзья говорят на своем языке и старался запомнить, что такая — то вещь на «их» языке называется именно таким словом!

Кроме того им понравилось и то, что туземцы никогда не говорят: «Солнце», «Луна», а говорят: «Звезда — Солнце» и «Звезда-Луна». Но это еще ладно. Когда говорили о птицах, туземцы всегда уточняли: «Птица-мужчина» и «птица-женщина»! Так же употребляли и мой отец: «я-отец», дом моего отца: «я-отец-дом»[60].

Жили наши друзья в общинном мужском доме, в котором, кроме них, жили еще подростки и неженатые мужчины. Спят в хижинах все вместе.

Что удивляло в первое время наших друзей, это то, что туземцы, конечно же, трогали их вещи, рассматривали. Но никогда ничего не пропадало! У них нет привычки воровать, вопреки общепринятому мнению.

Удивляло их и то, что туземцы нисколько не уважают своих богов — безобразных истуканов, высеченных из камня — тотемов. Точнее, они называют их тэлум[61]. Они вертят их из стороны в сторону, бьют ладонями по лицу и даже бросают на пол!

Невольно они обратили внимание и на то, что туземцы почти всю работу свалили на жен, а сами почти ничего не делают.

Женщины разрыхляли деревянными мотыгами (простыми деревянными лопатками) земли на плантациях, расположенных рядом с деревней[62], готовили обед, строили хижины.

А мужчины, в основном, ели, спали и распевали песни.

Только некоторые занятия они считали достойными для себя: охоту на птиц, рыбалку и рубку деревьев.

Но срубив дерево, заставляли женщин оттаскивать его в сторону.

Вообще, женщины постоянно что-нибудь тащили на спинах.

Мешки на спинах они носили так: перевязь мешков охватывала верхнюю часть лба. Когда мешок был полон и тяжел, то они сильно нагибались, чтобы сохранить равновесие. Они были низкорослы и сгорблены.

У некоторых девочек волосы были совсем острижены, у некоторых смазаны золой или известью. Это делалось для осветления волос[63].

Некоторые женщины и девушки выглядели довольно симпатичными[64].

На охоту и рыбную ловлю мужчины ходили каждый день. Деревья в лесу густо оплетены лианами, сквозь которые сложно было пробиться. Однако туземцы в этих лесах чувствовали себя отлично. Казалось, что им было удобнее лазить по деревьям, чем ходить по земле. При этом каменные топоры туземцев были так плохи, что одному человеку удавалось срубить не больше двух-трех деревьев в день. Поэтому, когда нужно было срубить дерево, они прожигали его основание с помощью костра и затем валили его на землю руками. При этом на одно дерево уходило иногда несколько часов.

Каждый в деревне занимался своим делом: кто-то занимался ловлей рыбы, кто-то ловил дичь, кто-то ее готовил, кто-то мастерил луки со стрелами, копья и каменные топоры, кто-то занимался вырубкой деревьев, кто-то работал на плантациях, выращивая рис и овощи, кто-то следил за детьми, кто-то изготовлял горшки из глины[65]. Каждый работал, как может. Но при этом все в равной степени пользовались всеми благами жизни — жилищем, едой, луками и стрелами, копьями и топорами. В деревне все общее[66].

Некоторые папуасы выделялись кроваво-красными ртами. Но это была не кровь, а всего лишь реакция от постоянного жевания бетеля — плода пальмы, вперемежку с особым стручком мастарда, так же растущего на пальмах, и лаймы — белого порошка, полученного путем перетирания определенного ракушечника. Все это дает легкий одурманивающий эффект[67].

Иногда туземцы чернили себе лица, а так же рот, включая язык, зубы, десна и губы веществом, называемым тавань, которое они разжевывают. Но делали это не постоянно, а при особенных случаях.

А друзья, в свободное от «учебы» время, бродили по единственной деревенской улице или лежали на траве и смотрели в небо. Медленно тянется время в неволе.

И хотя к ним относились доброжелательно, за пределы деревни пока не выпускали. Разве что позволили им купаться в реке, глубина которой была им по грудь.

Аю они видели редко.

Ее имя им сказал Тонгак.

Она к ним больше не подходила.

Руслан через Тонгака передал ей свою зажигалку, но при встрече не увидел ее в ожерелье маленькой королевы. И от этого чувствовал себя даже как-то неловко.

Теперь пришла очередь и друзей посмеяться над ним, мол, он девушке целую зажигалку подарил, а она — ноль внимания!

А вечерами…

Туземцы собирались в середине деревни и начинали издавать свои длинные однообразные звуки — свои песни.

У них нет определенной, заранее подготовленной, песни. Они пели все, что им тут же приходило в голову.

Пели песни и про наших друзей:

«К нам с неба пришли белые люди.

У них красивые одежды.

У белых людей много красивых драгоценных диковинок.

У белых людей есть твердая палочка, которая оставляет черный след.

У белых людей есть камень, внутри него вода.

Этот камень дает огонь, вода горит.

У них есть крепкие острые камни, которые крепче скал.

У них есть маленькое солнышко.

Хорошо быть другом белого человека.

Плохо быть врагом белого человека».

Когда нашим друзьям надоедали их песни в форме пронзительного и протяжного воя, Руслан затягивал свои песни.

И все вокруг замолкали.

А затем постепенно все перемещались к их хижине, слушая его песни.

И хотя друзья уже понемногу могли бы объяснить, о чем эти песни, их никто не спрашивал. Эти песни были понятны всем и без слов…

Так проходили день за днем. Быстро и незаметно…

Глава VI

Кто она — Аю? Откуда? Как попала на этот дикий берег? Это навсегда осталось тайной. Еще ни разу ни испанские, ни португальские, ни французские, ни английские корабли не посещали эти земли.

И хотя уже в VII веке нашей эры, еще при королевстве Шривиджайя[68], приморские государства Юго-Восточной Азии через Малаккский пролив вели торговлю с Китаем, Индией, другими государствами сначала Среднего Востока, Африкой, а позднее — вплоть до Геркулесовых столбов[69] и Рима, но до сих пор этот Архипелаг оставался неизвестным.

И это все несмотря на то, что культура здесь была высокоразвитой!

Уже около 400 года местные правители стремились сравняться по мощи и великолепию с индийскими монархами, о которых им было известно от торговцев.

Они даже собирали книги на санскрите, приглашали индийских брахманов. Строились индуистские и Буддийские храмы.

В регионе все принадлежало королевству Шривиджайя. Могущество обеспечивалось военным флотом.

Но уже в XIV веке это королевство было разрушено яванцами.

Теперь уже государство Маджапахит простиралось от Молуккских островов до Малайи.

Но для европейцев все это еще оставалось неизвестным.

И только в начале XVI века в этот полудикий, как считали в Европе, край отправились первые европейские корабли. Лаперуз[70] первым поднялся на эту широту, двигаясь с юга.

Но все это было позднее. А пока… Кто же, все-таки, она — Аю? Как попала на этот остров? Возможно, что кто-то из торговцев купил «белых» рабов в Африке и привез их в эти края. А потом, волею судьбы, у них родилась дочь. Возможно, они, спасаясь бегством, хотели укрыться на одном из небольших островов, но попали в шторм или на рифы, между которыми можно пройти только на маленькой легкой лодке, и недавно рожденную девочку вынесло волной на этот берег… А может, кто-то, спасая, доставил ее сюда. Но если этот маленький комочек волна вынесла на берег, то ее спасителя эта же самая волна унесла обратно в море. И, возможно, уже навсегда. Кто знает… Сами Боги небесные, проложив для нее эту дорогу, стерли все следы ее появления.

Слишком много звеньев (случайностей?), собранных в одну цепочку, привели ее сюда из далеких краев.

Но, так или иначе, девочка оказалась на берегу. Одна. Без чьих либо еще следов пребывания.

И Боги опять не оставили ее!

С восходом солнца туземцы вышли на скалистый берег, чтобы выйти в море.

В этот момент раздался плач ребенка.

Они увидели маленького грудного младенца. Вокруг больше никого не было.

Кто она? Откуда? Здесь, в папуасской деревне? Что это? Создание Богов?

Они взяли этот маленький комочек и понесли к Великому Вождю. Великий Вождь Кариот — умный! Он умеет разговаривать с Богами! Да и рядом с ним всегда Тонгак, который тоже умеет разговаривать с Богами, птицами, зверями и деревьями, ветром и звездами! Когда говорит Тонгак, кажется, вся природа замолкает, слушая его! «Они — мудрые! Они знают, что делать!» — Решили туземцы…

***

Когда-то у Кариота была большая семья. Молодая красивая жена. Пятеро детей. И сам он был молодой и сильный!

Но пришла беда в его хижину. Прогневил он чем-то Богов.

И призвали они к себе троих, один за одним, его сыновей, наслав на них страшную болезнь.

Даже старый мудрый Тонгак не смог помочь ему. Нелегко было Кариоту. Но он — Великий Вождь Великого племени не имел права на слабость. Никто не должен видеть его горя! Он всегда должен быть сильным! Только наедине с Тонгаком он мог пожаловаться на свою судьбу. Уже давно старый и мудрый Тонгак стал для него опорой и поддержкой. И хотя разница в возрасте давала себя знать, Кариот относился к нему как старшему брату, который знает все на свете.

И воины его племени никогда не видели маску горя на лице Кариота. Для них он всегда оставался гордым и сильным! Но судьба уже готовила ему новый удар! Через три года внезапно заболел и умер еще один сын. И снова старый и мудрый Тонгак не смог помочь ему. Много трав и отваров перепробовал Тонгак. Много раз разговаривал с Богами. Но все оказалось напрасным… А следом за сыном Боги призвали к себе и его красавицу-жену… Еще, казалось бы, недавно у Кариота была большая семья, но где она теперь?

В течение каких-то семи лет душа оставила их тела… И остались они со старшим сыном вдвоем… И сказал тогда Тонгак Кариоту:

— Много я разговаривал с Богами. И Боги сказали мне, что нелегкий путь будет у твоего племени. Много лет пройдет, прежде чем расправят они свои крылья. Пройдет совсем немного времени, и Боги придут и за твоим последним сыном, и уведут его с собой. Но не напрасны будут все эти жертвы. Они очистят тропу для той, которая придет и прославит твой народ и твою землю! Такова есть воля Богов!

Нерадостной была для Кариота эта воля Богов. Но спорить с Богами, гневить их!? Разве он посмеет?

Прошел год… И душа его последнего сына тоже оставила тело.

Ничто больше не радовало Кариота. Потускнели дни его.

И только старый Тонгак всегда оставался с ним, по-прежнему был его опорой и правой рукой.

— Не гневи Богов! Такова их воля! — Говорил ему Тонгак. — Придет время! И придет та, которая вновь заставит тебя смеяться! Снова для тебя запоют птицы! Солнце снова войдет в твою хижину! И ничто больше не омрачит твою старость! А когда придет время, и душа оставит твое тело, Боги встретят тебя! И не оставят уже никогда!

Шло время.

Кариот все ждал, когда же, наконец, придет та, которая заставит птиц петь для него, которая приведет в его хижину солнце?

— Еще не пришло твое время! — Отвечал ему Тонгак. — Только Богам известно все! Кариот, который всегда верил Тонгаку, начал уже сомневаться, что придет такое время.

Но… Однажды утром прибежал гонец и сказал:

— На берегу нашли ребенка, девочку. Но она не из нашего племени! Ее лицо белее Луны! И сейчас ее несут в твою хижину!

Кариот взглянул на Тонгака, задав ему немой вопрос.

Тонгак понял его взгляд.

— Мне нужно говорить с Богами! — Сказал он. И вышел.

Никто не знает, что сказали ему Боги.

Вернулся Тонгак, когда солнце уже опускалось за море.

Он зашел в хижину и, заметив лежащую девочку, даже не взглянул на нее.

Ни слова не сказал Тонгак. Прошел и молча сел на циновку, низко опустив свою седую голову. Сидел и молчал.

Еще никогда Кариот не видел Тонгака таким. С опущенной головой и поникшими плечами.

«Неужели Боги покинули нас? И в мою хижину пришло новое горе, а к воинам моего племени новая беда? — подумал Кариот. — Даже если Тонгак, никогда не опускавший голову, даже если беда приходила в их хижины, сейчас сидит молча, и слеза катится по щеке его?»

Кариот сидел и молча ждал…

Девочку унесли в другую хижину.

Наступила ночь. А за ней, на востоке, показался проблеск утренней зари.

Еще немного времени, и начнут раздаваться крики козодоев, жалобные звуки дроздов и своеобразные крики различных птиц и зверей.

А Тонгак по-прежнему, сидел и молчал, низко опустив свою голову.

Начало светать.

И вдруг, Тонгак поднял голову, резко встал и сказал:

— Боги сказали мне, что пришло твое время, Кариот! И пришла та, которую ты так долго ждал! В ней сила твоя! В ней величие твоего народа! И дали Боги имя ей: — Аю — светлоокая, светлоликая!

— Так и быть! — Сказал Кариот.

И в этот момент — о чудо! — лучи солнца вошли в хижину Кариота! И запели птицы! Как будто все разом!

Сомнений не было! Это она! Аю!

Все воины племени, женщины и дети собрались у хижины Кариота. И, когда вышел Великий Вождь Великого племени — Кариот, все сразу заметили, что все изменилось! Вновь Кариот расправил свои плечи, морщины словно исчезли с лица его, а в глазах светилось счастье! Давно никто не видел таким Кариота!

— Боги сказали мне, что эта девочка — дар Богов! Чтобы воспрял дух наших предков! Чтобы вновь возродилось наше племя! И сила и могущество его! И не ступят больше чужие воины на землю нашу! И не украсят наши черепа чужие хижины! И теперь — это дочь моя! И имя ей — Аю!

Громкие возгласы превзошли пенье птиц! И старые — опытные, и молодые — сильные воины — все стояли и плакали. Плакали женщины и дети. Боги снова с ними! Они не оставили их! И ничто больше не омрачит дни их!

И с тех пор, словно Боги спустились на их землю!

Несколько раз воины чужого племени и их Великий Вождь Улаун пытались уничтожить их народ.

Но сколько раз они приходили, столько же раз Кариот поднимал своих воинов! И в страхе бежали чужие воины! И много чужих черепов украсили их хижины! И уже давно ни у кого не возникало сомнения, что во главе всех побед стоит та, которую послали им Боги!

Глава VII

А Аю? Аю росла. Но росла необычным ребенком. Целыми днями она возилась с мальчишками и сторонилась девчонок. С ними ей было неинтересно! Зато, совсем другое дело с мальчишками!

Плавать она научилась очень рано[71]. И вскоре с ней никто из мальчишек не мог сравниться! Никто из них не мог столько времени провести под водой, сколько она!

Она быстрее всех бегала и лазила по деревьям!

Она попросила отца — Кариота, чтобы ей сделали лук, т.к. лук туземцев для нее был еще слишком велик. Ей сделали. А вскоре она стала стрелять из лука лучше всех мальчишек. И здесь с ней никто не мог сравниться! Ни в чем ей не было равных!

Кроме одного… Копье лучше всех метал мальчишка по имени Таор.

Да, он был старше ее на целый год. Но еще — он был мальчишка.

Он был выше и крепче всех мальчишек. Никто и никогда из мальчишек не связывался с ним!

А у нее в хрупких детских руках не хватало силы.

Аю не устраивало такое положение! Она хотела во всем быть первой! Никогда и никому не уступать! Ведь она — дочь Верховного Вождя! Великого вождя Великого племени!

Она снова попросила отца-Кариота, чтобы ей сделали копье поменьше.

Да, именно отца-Кариота! Потому что, она сама не знала, кого считать больше своим отцом: Кариота или Тонгака! Они оба стали для нее отцами!

Ей сделали копье поменьше.

Но копье — есть копье! Для ее слабых ручонок все равно не хватало силы метать копье.

Она ненавидела себя за слабость, а этого проклятого Таора за его силу!

И она уходила в лес, где снова и снова поднимала и подолгу метала копье, натирая руки до крови.

И наступил день, когда она смогла вызвать Таора на состязание.

Таор, зная, что равных ему в метании копья нет, спокойно принял этот вызов. Сейчас он в очередной раз утрет нос этой заносчивой девчонке!

Состязание началось. Но… Выиграла его Аю.

Таор не поверил своим глазам и счел это случайностью. Он потребовал повторить состязание!

Теперь уже Аю с улыбкой приняла вызов. И снова ее победа!

Таор не понимал, что происходит.

Еще дважды он вызывал ее на состязание! И оба раза победа снова была за ней! Таор был посрамлен.

Он — Таор — проиграл?! И кому?! Этой мелкой противной девчонке?! Как такое возможно?!

Теперь уже он ненавидел это маленькое чудовище!

А для Аю это был самый счастливый день! Ее радости не было предела! Теперь она была первая во всем! И нет ей равных!

Мальчишки же ничуть не удивились, что ты хочешь, — она дочь самих Богов…

Старый Кариот не мог нарадоваться, глядя, как растет его дочь.

Да, она растет угловатой девчонкой. Но она заменила ему сыновей! И из нее вырастит настоящий воин, как сказал ему мудрый Тонгак.

А разным премудростям ее учил старый Тонгак. Он стал ей вторым отцом.

Тонгак научил ее понимать пенье птиц, разговаривать с животными, которые, словно, понимали ее! И многому — многому другому!

Много, много лет уже прожил на свете старый Тонгак. Много он видел стран и народов. И хотел научить ее всему, что он знал и видел. Одному он только не хотел учить ее: тайнам бытия… И всякий раз отказывал ей в этом. Потому как тяжел этот путь.

К нему часто приходили «Видения». И многие события он видел задолго до того, как они наступят. Ее появление он тоже видел. Видел и всю ее жизнь…

Зная, что язык туземцев очень скуден, он научил ее живому языку. Он научил ее разговаривать с цветами, деревьями. И каждый день спрашивал ее: о чем сегодня рассказали ей цветы, о чем разговаривают между собой птицы…

Иногда он задавал себе вопрос: «А зачем это ей? Может, лучше бы она не знала ничего этого. Просто жила бы среди туземцев. Пришло бы время, и кто-то из туземцев взял ее в жены. Она нарожала бы ему детей. И прожила бы всю свою жизнь тихо и спокойно… Как обычная папуасская женщина».

Но нет! Не для того Боги прислали ее сюда! Судьбы пишутся на небесах…

***

Так прошли годы. Быстро и незаметно.

Чужие воины не решались приближаться к их землям. Хотя все понимали, что битвы еще будут.

Улаун — Великий Вождь Великого Племени, жил в деревне на другом конце острова. Это был опытный и сильный воин. Никто не мог устоять перед его силой! Он завоевал почти весь остров! Две деревни, ранее находящиеся на этом острове, были сожжены, их воины уничтожены, а дети и женщины захвачены! Немало славных воинов украсили своими черепами хижины воинов Великого Вождя Улауна!

Только Великий Вождь Кариот никак не хотел признавать его силы.

Кариот и его племя владели небольшой частью острова. Но какая это была часть! Прекрасный залив, где водилось много рыбы, и где без особого труда можно было достать жемчуг. Река. Лес, который давал много фруктов, и в котором водилось множество птиц. Близость залива и пресной воды в реке, а также сравнительная малочисленность племени, значит, и меньшая потребность племени, давали птицам возможность чувствовать себя здесь более спокойно! Богатые плантации приносили богатый урожай!

И все это принадлежало Кариоту и его племени!

Это не давало Великому Вождю Улауну покоя!

Несколько раз он пытался завоевать эти земли. Но на его пути в очередной раз вставал этот проклятый Кариот! Да еще и этот колдун — Тонгак. Даже мудрый шаман Великого племени Улауна оказывался бессилен перед заклинаниями колдуна[72] Тонгака, призывавшего злых духов.

Много раз Улаун просил приплывающих с других островов рыбаков[73] и тех, кто приплывал сюда, чтобы выбрать себе жену, рассказать ему о том, как живет Кариот и его племя, про тайные тропы и другое.

Но ничего они не могли рассказать ему. Воины племени Кариота всегда встречали их на берегу и под охраной провожали в деревню. А затем, точно также, обратно. Кариот и его племя умели хранить свои тайны!

Много раз воины Великого Вождя Великого Племени Улауна кружили на лодках вблизи берегов того проклятого племени. Но ничего не могли рассказать и они. Кругом высокие крутые берега и узкие крутые тропы между скал. Пяти воинов достаточно, чтобы остановить на этом пути целую армию, завалив ее трупами. И никакие щиты при этом не укроют воинов от погибели.

Только два пути было на эти земли: один — между рекой и обрывом, а другой — через густой лес.

Но вновь и вновь вставал на его пути Кариот.

И много воинов Великого Вождя Великого племени — Улауна украсили своими черепами чужие хижины…

Это не могло долго продолжаться. Улаун — Великий воин! И никто не устоит перед его силой. Еще немного и соберет он свои новые силы! И уже ничто и никто не остановит его!

***

Аю исполнилось 14 лет.

Она любила одна бродить по лесу, спускаться к заливу.

Но ее излюбленным местом был водопад.

Однажды Аю, как обычно, ушла к водопаду и пробыла там до вечера.

Возвращалась, когда солнце уже опускалось за море.

Еще издали увидел Аю ее извечный соперник Таор.

Среди лучей заходящего солнца Аю выглядела как бы прозрачной. Даже какой-то божественной.

Она вошла в деревню.

Таор, знавший ее столько лет, сейчас словно впервые увидел ее!

Где та угловатая девчонка, которую он терпеть не мог и почти ненавидел, пытаясь опередить ее хоть в чем-нибудь!?

Перед ним стояла прекрасная высокая девушка. Ее длинные светлые волосы развевались на ветру. Ее глаза! Он никогда не видел таких прекрасных светлых глаз! Они словно испускали какой-то особый внеземной блеск!

Он был ошеломлен и раздавлен!

Увидев его в таком виде, Аю невольно рассмеялась.

И… Это в конец сгубило его. Такого лучистого смеха он тоже не видел и не слышал никогда! Он понял, что погиб…

Таор сам был высокий, сильный, стройный, красивый. Из него должен был выйти настоящий великий воин племени!

Еще немного и любая туземская девушка готова будет отдать ему свою любовь и сердце!

Но ему теперь не нужна была другая!

Отныне его сердце и вся его жизнь принадлежали ей одной! Отныне и навсегда! Казалось бы, сама природа шепчет: «Любите!»

Но у судьбы свои дороги…

Таор понимал, что Аю никогда не станет его женой. Они люди одного племени, и, значит, считаются родственниками[74]…

Воля Богов была другой… И ее отблески уже появлялись на горизонте…

Глава VIII

Далее все происходило, словно в страшном сне…

После нескольких лет затишья в воздухе вновь запахло грозой…

Рыбаки часто приплывали к ним. Здесь было много их родственников. Нередко здесь выбирали жен. Да и с этой деревни часто плавали на соседние острова, чтобы выбирать жен для воинов своего племени.

Слава о Тонгаке тоже давно переступила границы острова. И часто рыбаки привозили сюда своих больных детей. И часто Тонгак совершал чудо! И дети рыбаков снова становились здоровыми!

Улаун не просто считался Великим воином. Он был им! Имея такую силу, он не опасался рыбаков. И рыбаки знали все, что творится у Улауна. Он даже поддерживал это, так как они превозносили его мощь по островам! На многих островах знали про Великого Вождя Великого Племени — Улауна!

От рыбаков все узнавали и Кариот с Тонгаком. В том числе и о том, что Улаун вновь собирает силы на новый поход.

Все уже ждали начало новой битвы…

И, вскоре, она состоялась[75].

Как и задумывал Улаун, собрав свои силы, он двинулся, чтобы пройти между рекой и обрывом, а затем, переправившись через мелкую реку, начать бой!

Но Кариот понимал, что так далеко его пускать нельзя! И он встретил воинов во главе с Улауном еще на подходе к этому перешейку.

В отличие от Улауна, он прекрасно знал эту местность, и, воспользовавшись этим, он вновь выиграл битву! И даже численное превосходство не помогло Улауну и его воинам. Они, в очередной раз, были посрамлены.

Но битва была не на жизнь, а на смерть. Все понимали, что от исхода битвы зависит для кого-то многое, а для кого-то — все!

Много воинов обоих племен осталось лежать здесь навсегда. Много душ оставили здесь свои тела…

Тяжело ранен был и Великий Вождь Кариот.

Все понимали, что скоро Боги придут за ним…

А что дальше? Где же Боги? Ведь они предвещали им победу! Да, сейчас они ее одержали, но все понимали, что Улаун взбешен! И он не простит им! А это значит, что собрав все силы, он снова скоро придет сюда! Придет, чтобы отомстить! Чтобы залить кровью их землю… И украсить их черепами свои хижины. Раньше был Великий Вождь Кариот! А теперь… Кто займет его место? Кто сможет защитить их землю от ненасытного Улауна?

Великий Вождь Кариот тоже понимал, что приходит его время. Скоро Боги придут за ним. И душа его оставит тело.

Прежде чем собирать Совет, он хотел поговорить с Тонгаком.

В этот момент Тонгак вошел сам. И снова молча сел на циновку.

Снова он долго сидел, низко опустив свою голову и плечи. А по щекам его снова текли слезы.

Второй раз в жизни Кариот видел его таким. И это было страшно. Страшно видеть, как плачет мудрый человек, все повидавший на этом свете и не боявшийся уже ничего…

«Неужели все кончено?» — Подумал Кариот. Но промолчал. Он знал, что придет время, и Тонгак сам скажет ему волю Богов.

И Тонгак заговорил:

— Уходит время твое, Кариот. Скоро Боги придут за тобой. Сейчас же их воля такова: завтра ты соберешь Совет и объявишь дочь свою Верховным Вождем Великого племени!

— Что!? — Вскричал Кариот. Что угодно ожидал он, но такого… — Аю!? Вождем!? Женщину!? И это в то время, когда все ожидают возвращения Улауна!? Как Боги могли повелеть такое? Я — сам старый воин, и знаю, что ни один воин племени не согласится с таким решением! Они не допустят этого![76]

— Ты — Верховный Вождь! Люди слушаются тебя! И ты можешь Вождем сделать любого! Кого пожелаешь! Такова есть воля Богов!

— Да, я очень люблю дочь свою, милую Аю! Она радость моих последних дней! Но даже я не могу принять это!

— Такова есть воля Богов! И ты сделаешь это! Боги сказали, что пришло ее время! Это не будет длиться долго. Потом, пройдет совсем немного времени, и Великим Вождем Великого Племени станет другой достойный воин! Но сейчас — ее время! Именно для того пришла она в этот мир! Именно для этого Боги послали ее к нам! Такова есть воля Богов!

Никто не знает, сколько еще длился их разговор. Что еще сказал Тонгак Кариоту. Но Тонгак умел разговаривать с Богами! И он знал, что ожидает воинов их племени! Он видел все! Даже то, что сокрыто мирозданием!

Утром, уже не в силах передвигаться, Кариот попросил, чтобы его вынесли на свежий воздух. Здесь он собрал Совет вождей.

Все племя собралось выслушать последнюю волю Великого Вождя.

Приподнявшись, Кариот сказал:

— Совсем скоро придут за мной Боги! И душа оставит мое тело. Я долго разговаривал с Богами. И они спросили меня: «Кто лучше всех знает обычаи и легенды твоего народа? Кто отличается своим умом и ловкостью, лучше всех пускает стрелы?» Что я мог им ответить?

— Аю! — Раздались голоса.

— Я ничего не ответил. Но Боги сами все видят и все знают! И их воля такова: Верховным Вождем станет Аю!

По толпе прошел недовольный ропот: «Аю — вождем!?»

— Такова есть воля Богов! И горе тому, кто ослушается этой воли! Тогда Боги навсегда покинут нас! И не будет тогда у нас хижин и земли нашей! И черепа наши украсят чужие хижины!

Кариот замолчал.

Все, в ужасе, тоже молчали.

Тогда Кариот из последних сил сказал:

— Да будет так! — И уронил свою голову.

Нет, его время еще не пришло. Его занесли в хижину, и он долго еще лежал молча. Он все сказал. Его земной путь закончился. Добавить было нечего.

Молча рядом сидел и Тонгак. Что он мог еще сказать теперь уже не вождю, а человеку, ставшего ему братом.

Молчала и Аю. Она тоже не знала, что можно сказать отцу на прощание.

Из деревни раздавался вой: плакали старые-опытные и молодые-сильные воины племени, плакали женщины и дети, не зная, что теперь их ждет…

Аю не умела плакать. А ее слезы, когда она была маленькой и проигрывала Таору, никто не видел. Сейчас душа ее разрывалась на части. На глазах умирал один из самых дорогих для нее людей. Но слез не было…

Так три человека, у которых души давно слились в одно целое, коротали весь день и всю ночь…

А рано утром, когда первые лучи солнца вошли в хижину, через Кариота словно прошла волна. И он умолк… Теперь уже навсегда…

Когда Боги пришли за ним, Кариот встретил их с широко открытыми глазами.

Тонгак молча опустил ему веки…

Что было потом? Аю помнила плохо. Нет, она что-то делала, вместе с другими воинами племени ходила на охоту…

Но никто так и не увидел ее слез.

Теперь она была Верховным Вождем Великого племени! И она должна быть сильной! Никто и никогда не должен видеть ее слабости! Никто и никогда! А когда придет ее время, и Боги придут за ней, она, так же как и отец, встретит их с широко открытыми глазами! Так должно быть! И так будет!

И только наедине с Тонгаком она, порой, снова становилась маленькой девочкой. Но Тонгак — ее второй отец! Он — ее последняя опора! Он — как внеземной человек, знающий все на свете!

И к нему она обращалась всякий раз за советом.

Как-то она сказала ему:

— Научи, как жить дальше? Какова есть воля Богов?

И вновь Тонгак опустил свою седую голову и плечи. Он много лет прожил на этом свете. Сколько сейчас ему лет, он, пожалуй, и сам уже не знал. Да разве это важно? Он давно разучился плакать. И давно бы попросил Богов прийти и за ним! Но, сначала, его удерживал Кариот, который был для него не Вождем, а братом, а затем Аю.

Эта еще крохотная девчонка уже тогда стала для него дороже всего на свете! Он умел разговаривать с Богами и читать звезды.

И уже тогда, задолго до появления Аю, он уже знал ВСЕ. Все… И всю ее судьбу… Весь, предначертанный ей, путь. И уже тогда, задолго до ее появления, он навсегда полюбил ее, ставшую ему дочерью…

Да… Он давно разучился плакать. Но Кариот дважды вызывал его слезы. Что он мог тогда ответить ему? Только маленькую часть того, что знал. На большее он не имел права! И тогда, сидя и подбирая слова, он оплакивал именно ее! Девочку, крохотную девочку, которая станет ему дочерью. И без которой вся его жизнь — ничто! Просто — прах… Вот и сейчас, стоя перед Аю, ожидавшую от него ответа, он вновь не выдержал, и горькие слезы вытекли из его глаз. Но он — старый человек. Аю простит ему эти слезы. Но он понял, время пришло! Пора сказать все. Или почти все! И он начал свой рассказ… Он рассказал, как ее совсем крохотную обнаружили тогда на берегу и принесли к Кариоту. Вспомнил ее детство. До сегодняшнего момента.

— А дальше? — Спросила Аю.

— Дальше… — Он прервался. Но надо продолжать. И он продолжил, — Начинается последняя схватка. Скоро сюда придут те, кто захочет уничтожить этот народ, затоптать эти земли. Именно для того прислали тебя Боги! Они научили тебя владеть оружием, стать сильным воином. Женщина — воин! Да, это непривычно! Но это именно так! Именно женщина спасет мир! Именно ты спасешь этот народ, ставший твоим народом! Дважды перед этим будут приходить сюда воины чужого племени. И оба раза они уйдут с поникшими головами! Но будет третий раз! И это будет последняя схватка! И только ты сможешь остановить их! Я все тебе сказал…

— Но я не понимаю, ведь любая женщина, когда приходит время, становится чьей-то женой. Как тогда я буду женой и вождем? Как смогу вести воинов на битву?

— Пройдет совсем немного времени, и ты увидишь того, кому навсегда отдашь свое сердце. Но встреча не будет долгой. Его тоже приведут сюда Боги, чтобы помочь тебе одолеть врагов твоих. А потом он уйдет. И вы никогда больше не встретитесь в «этом» мире.

Аю была в растерянности… — Как? И я больше уже никогда его не увижу?

— Вы встретитесь. Намного позднее. Но уже совсем в другом мире.

— В каком мире?

— В том, что обитают Боги. Этот мир — Вечность!

— А как же я? Что будет со мной?

— Там, в Вечности, ты будешь ждать его.

— И он придет?

— Да! Но очень нескоро.

Они надолго замолчали.

Затем Аю попросила рассказать, какой будет тот, кому она отдаст свое сердце? Наверное, он будет сильным воином? Смелым, храбрым, и, конечно, красивым?

Тонгак усмехнулся.

— Нет. Он не будет воином в твоем понимании. Но у него такой же цвет кожи, как у тебя.

— Что!? Я полюблю какого-то иноземца!? И причем здесь цвет кожи, если у него сердце женщины?

Тонгак рассмеялся.

— Не все воины, как воины твоего племени. Он не умеет ничего, что умеешь ты. Но у него горячее сердце. Он умеет любить. И… Такова воля Богов! Это они все решают за нас. Мы только выполняем. Судьбы пишутся на небесах!

Они опять замолчали.

Аю как бы переосмысливала то, что ей сказал Тонгак.

Затем спросила:

— Значит, я буду несчастливой? Так навсегда и останусь одна?

На лицо Тонгака набежала тень. Он помрачнел. А сделав паузу, ответил:

— Он будет достойным тебя. Да, вы расстанетесь. Но что значит жизнь здесь, на Земле? Она быстротечна. Едва успеешь родиться, как Боги уже призывают тебя к себе. Там, в другом мире, вы воссоединитесь навечно! И уже ничто не разлучит вас! А ты… Тот, кто любит, не может быть несчастлив. Потому что сами Боги держат его на руках!

Уже всходило солнце. Начинался новый день. А они все продолжали разговаривать. И Аю уже словно видела того, кто скоро придет к ней. И с которым ей потом предназначено встретиться в Вечности.

На Востоке взрослеют рано. И сердце ее жаждало любви. Аю, еще не встретив «того», уже почти любила его!

А еще она поняла, что детство кончилось… Она — Верховный Вождь! И именно от нее теперь зависит будущее этого племени! И скоро начнется новая схватка! Та схватка, ради которой она пришла в этот мир…

Глава IХ

Улаун — Верховный Великий Вождь Великого Племени был в ярости!

В очередной раз на его пути встал этот самый проклятый Кариот! И, в очередной раз, одержал победу.

Теперь Улауну снова требовалось время, чтобы восстановить и собрать новые силы. Сколько времени на это потребуется: полгода? Год?

Но он соберет эти силы! Во что бы то ни стало! И вновь пойдет на юг!

И наступит день, когда он кровью зальет эту проклятую землю! Тесно двум Верховным Вождям на одном острове!

И, вскоре, настал день, когда рыбаки принесли ему радостную весть: в последнем бою, состоявшемся полгода назад, Кариот был ранен! И Боги призвали его к себе! И душа его оставила тело!

Больше не было его извечного врага! Путь был открыт!

Улаун только жалел, что такая прекрасная весть шла до него слишком долго!

Кто стал новым Верховным вождем племени, рыбаки не знали. Он, всякий раз, оказывался на охоте.

Но кто бы он ни был, он никогда не сравнится с Кариотом!

Да! Кариот был Великий Воин! Это признавал и Улаун.

Но теперь путь открыт! Пришла пора вести своих воинов на юг! Теперь он вырвет победу! Месть будет жестокой!

И вновь забили барабаны! Бродили толпы вооруженных воинов! По ночам жгли костер, плясали военные пляски. Скоро, скоро падет это проклятое племя! Ведь их Верховный Вождь — Великий Вождь! Улаун — Великий Воин! И нет силы, которая остановит его!

Все рассчитал Улаун!

Кроме одного…

Аю не напрасно была дочерью поистине Великого Вождя Кариота! Она быстро освоила военную тактику, а ее природный ум и наблюдательность помогали ей ориентироваться в обстановке и принимать верные решения. Да и старый, мудрый Тонгак — ее второй отец — всегда был рядом!

Улаун со своим племенем быстро продвигался вперед! Вот он уже вошел в перешеек! Осталось совсем немного, и там, за рекой, конец леса, а там… Там все! Начнется бой! И уже никто не устоит перед Великим Улауном! Нет такой силы, которая остановила бы его! Тем более что в том бою, полгода назад, немало полегло воинов этого племени! И если Улаун — Великий Воин собрал силы, то им собирать неоткуда!

Да, старый Вождь Кариот никогда бы не пропустил его в перешеек! Потому что отсюда прямая дорога через мелкую реку прямо на деревню! И Улауна потом невозможно остановить! Поэтому Кариот всегда встречал его на подходе к перешейку, не давая возможности войти в него. А здесь… Этот их Верховный Вождь — глупый вождь… И воины его все попрятались, как трусливые зайцы!

Улаун уже почти праздновал победу! Так долго он ее ждал!

Что произошло дальше, он даже не сразу понял…

Сначала из густого леса, сразу за рекой, в его воинов полетели тысячи стрел и копий.

Это было не страшно!

Они тут же прикрылись своими круглыми щитами.

Но это было только начало…

Из-за обрыва в воинов его племени тоже полетели тысячи стрел и копий… Но откуда они взялись? Ведь там пусть не отвесный, но довольно крутой обрыв! Улаун не знал, что там находятся пещеры, в которых и укрылись, ожидая сигнала, воины.

С моря этих пещер, прикрытых заросшими кустарниками, не видно. А рассмотреть берег лучше в этом месте, не позволяло расстояние. Ведь там был залив, который тщательно охранялся воинами этого племени. И «чужих» в него не пускали. Приплывающих рыбаков тоже.

Перешеек был довольно узким. И его воины все оказались под ударом…

И все это было так стремительно и неожиданно, подобно шквалу, налетевшему невесть откуда!

И воины Улауна, попавшие под этот шквал, в ужасе побросали свои щиты, копья и луки и бросились бежать, по дороге затаптывая упавших воинов.

Те, кто падал, уже не поднимался…

Это было не просто поражение! Это было непонятно что!?

Улаун смотрел и не верил! Где его сильные и могущественные воины!?

Чтобы избежать полного поражения, пришлось снова возвращаться…

Битва была проиграна полностью… Это проклятое племя по-прежнему стояло на его пути…

Такого сокрушительного удара Улаун не ожидал… Это не удавалось даже Кариоту… Да, были поражения, но чтобы столько воинов навсегда осталось лежать на «их» земле!? Такого еще не было… Это невозможно!?

Чем больше думал об этом Улаун, тем больше в его душе зрела ненависть и жажда мести!

Почти год потребовалось Улауну, чтобы восстановить силы своего племени. Слишком большие были потери.

Но вот этот момент наступил! И вновь забили барабаны! Снова толпы вооруженных воинов сотрясали копьями, а по ночам жгли костры и плясали военные пляски!

На этот раз он решил идти через лес. Лес одинаков для всех воинов: и его племени и воинов того племени. Но тех воинов мало! А у него большое племя! И теперь его уже не остановить! И уже ничто не спасет вождя того племени!

Улауну так ничего и не удалось узнать про вождя того племени.

Во время посещения рыбаков, он, по-прежнему, непременно оказывался на охоте.

Но Улауна не напрасно зовут «Великим» воином! И ничто и никто не посмеет его остановить! Горе тому, кто встал на его пути!

А череп того неизвестного вождя украсит его хижину! Он повесит его

на самый высокий кол!

И вот все! Снова он повел своих воинов на битву!

Но границу земли своего племени сторожат более тщательно, чем внутри деревни! Аю прекрасно понимала, что если Улаун пойдет той же тропой, что и год назад, его не остановить.

В прошлый раз она использовала неожиданность! И только это помогло одержать ей победу! Она много знала про Улауна. И понимала, что не напрасно его зовут не только «Верховным» Вождем, но и «Великим»! Это, действительно, был Великий воин! Который всегда шел впереди! Не боялся смерти! Был мудрым и смелым! Именно мудрым и смелым! И, пойдя по перешейку, Улаун больше не допустит поражения. Здесь его уже не обманешь! И численное превосходство тоже на его стороне. Судьба ее народа будет решена…

Да, воины ее племени предпочтут смерть рабству и позору! И будут биться до самой смерти! Пока вся кровь не вытечет из их тел! Но… Поражение неизбежно… К Улауну придет победа, которую он так долго ждал… Столько лет он боролся с нашим маленьким народом… А если… Нет… Этого не должно быть… Третьего пути они не должны знать… А если они его знают!? Тогда… Ей вдруг стало страшно… Тогда их просто уничтожат… Значит… Значит есть только один путь, по которому он должен пойти! И сделать так, чтобы его воины оказались не рядом с ним! Иначе Великий Улаун всегда сможет остановить их и нарушить все, что задумала Аю. Она не должна позволить ему сделать это! Только в этом случае можно спасти свой маленький народ! Великий Вождь Кариот назвал ее своей дочерью и дал ей имя! Этот народ вскормил ее, чуждую им девочку! Сделал ее сначала воином, а потом и своим Верховным Вождем! Этот народ верит ей! И она не может предать этой веры! Надо воинов Улауна затащить в лес! В этом, и только в этом, единственная возможность спасти честь и жизнь (что для них одно и то же!) воинов ее племени! Другого пути нет…

…Улауна и воинов его племени увидели издалека.

Они быстро приближались.

Их было много. Скоро они будут совсем близко.

Улаун смело продвигался вперед! Настал час его мести! О! Она будет жестокой! Он не пощадит никого! Как не пощадили воинов его племени! Сколько женщин в его деревне остались без своих мужей! Сколько детей потеряли отцов своих! Улаун кровью зальет эту землю!

Но что это? Несколько десятков воинов встали на его пути!? Это против его многочисленного племени!? Или это все, что у них осталось, кроме женщин, стариков и детей!? Может их «новый» вождь и их старый колдун лишились ума!?

…Прикрытые щитами и скрываясь за валунами, воины стали метать в них копья и пускать стрелы…

Улаун и его воины, прикрывшись щитами, смело продвигались вперед, окружая безумцев!

И тогда эти безумцы, поняв, что это конец, бросились в лес. Как трусливые зайцы! Побросав свои щиты и луки!

Это была еще не победа! Но они уже стояли у ее порога! Близок, близок конец этого проклятого племени!

Улаун и его воины, почуяв запах крови и победы, смело бросились за ними!

Да, тем, убегавшим, без оружия, было легче продвигаться по густому лесу. Им не мешали деревья, лианы и множество кустарников.

Улауну и его воинам было сложнее. Щиты, копья и луки со стрелами постоянно цеплялись.

Тогда многие побросали щиты, чтобы передвигаться быстрее!

Пусть не так быстро, но они продвигались вперед! Скоро середина леса, а там… Там скоро деревня и победа!

При беге они невольно сбились в кучу. Молодые и здоровые намного опередили старых воинов. У старых воинов не было столько сил, как у молодых, чтобы бежать с ними вровень.

Именно на это и рассчитывала Аю!

Как и в прошлый раз, Улаун не сразу понял, что произошло…

Он был стар, и тоже не поспевал за молодыми…

Сначала он услышал крики ужаса! Затем увидел неожиданно возникшую панику! И только здесь понял, что это ловушка…

Со всех сторон: слева, справа, спереди и с деревьев на них летели тысячи стрел и копий…

Казалось, что воины того проклятого племени — везде…

Многие из его воинов остались без щитов… Укрыться было нечем… Почти все копья и стрелы попадали в воинов, сбившихся в кучу и незащищенных…

«Это не поражение… Это конец… — Подумал Улаун… — Тот неизвестный вождь снова обманул его…»

Оставалось только быстрее отступить со своими воинами, пока не свершился полный разгром… Отойти, чтобы собрать силы и вновь вернуться сюда! Если он сейчас не отойдет, то его племя просто перестанет существовать. Тогда они все останутся здесь… Уже навсегда…

Он крикнул сигнал отхода…

Его воины, словно, только и ждали этого! Они в ужасе бросились из леса… Поражение было сокрушительным… Потребуется не менее года, чтобы вновь собрать свои силы! Но он, если выживет, обязательно вернется! И та схватка будет последней! Он клянется в этом! Он зальет кровью эту проклятую землю!

При отступлении, Улаун был тяжело ранен… В родную деревню его принесли.

Это, по крайней мере, спасло его от проклятий, позора и бесчестья. Да, такого унизительного поражения он не испытывал никогда в жизни…

***

Вскоре Боги пришли за ним и увели с собой.

Так Верховный Вождь, Великий Вождь — Улаун, всего на полтора года пережил своего извечного противника — Кариота.

Что они «там», в Вечности, сказали друг другу при встрече? Это известно только Богу…

Верховным вождем племени стал Краон, сын Улауна…

***

А Аю… Воины ее племени уже не сомневались в ее мудрости! Ведь эти две победы подряд принесла она! И, практически, без потерь!

Такого не помнили даже самые старые воины!

Даже Великому Вождю Кариоту не удавалось такое!

Да, она, действительно, дочь Богов! И, значит, Боги с нами! И они не оставят нас!

Глава Х

После этого наступило затишье. Но надолго ли?

Все понимали, что следующая битва будет последней. А то, что она состоится, не сомневался никто!

В воздухе по-прежнему пахло грозой!

Такого сокрушительного поражения Империи, им, явно, не простят!

Но для того, чтобы восстановить свои потери, им потребуется не менее года! Если не больше! Слишком большой урон они понесли!

Хотя численность населения у них гораздо больше. И они, все же, восстановят свои силы. А где брать силы Аю и ее племени?

Все реже и реже воины ее племени выбирали себе жен на других островах и близлежащих землях. Все меньше и меньше подрастающего поколения. Старые воины уходят к Богам, а новые… А новых все меньше и меньше…

Но Аю не сдавалась! Пока у нее есть силы, она сделает все, чтобы никто чужой не ступил на их землю, не разрушил их хижины и не уничтожил ее маленький народ!

Но сейчас, пусть ненадолго, наступило затишье!

И Аю часто с другими воинами своего племени ходила на охоту.

Хотя, как уже отмечалось, охота не приносила большого дохода. Крупных зверей на острове не было. Разве что несколько племен небольших обезьян, расселенных в районе залива и в лесу, за пределами земли племени Аю. А охота на птиц тоже ограничивалась. Нельзя допустить, чтобы птицы сменили места обитания!

Поэтому мясо они ели редко.

Но ходить на охоту было необходимо! Так как каждый человек племени должен что-то делать, принося пользу, кто что может. Все, включая и Вождя. А что могла Аю? Как другие женщины работать на плантациях? Плести корзины, циновки, веревки и другое? Но ведь она — Верховный Вождь! И она не могла позволить себе уронить свою честь и достоинство! Поэтому она и выбрала охоту. Это достойно любого воина!

Вместе с ней на охоту ходил и ее верный, вечный страж Таор.

Да, свой вклад в племя он приносил тоже именно охотой. Никто не обязывал его быть стражем Вождя. Он сам взял на себя это обязательство с тех пор, как не стало ее отца — Кариота.

Несмотря ни на что, он считал ее маленькой хрупкой девушкой. И разорвал бы любого, кто встал на ее пути! И еще… Благодаря этому, он всегда был рядом с ней! А это было единственное, что он мог себе позволить.

Таор, несмотря на молодость, считался одним из самых лучших воинов своего племени! Он лучше и точнее всех метал копья и стрелял из лука. Ничуть не хуже Аю.

Да, тогда, в детстве, он проиграл ей состязание. Победа Аю действительно была заслуженной! Но такое положение не устраивало уже Таора! Как такое может быть!? Он — будущий воин — проиграл какой-то девчонке!? И теперь уже он, в свою очередь, убегал в лес, метал копья и стрелял из лука. Пока не достиг совершенства!

Но… Аю привыкла быть ПЕРВОЙ! Она не потерпела бы быть «второй»! И возненавидела бы Таора! Так считал Таор.

Поэтому, во время охоты Таор частенько «промахивался» копьем или при стрельбе из лука. Правда, все эти промахи были, только если ОНА находилась рядом. Стоило ей немного отдалиться, и все «промахи» исчезали!

А в свободное от охоты время, Аю часто уходила в свой любимый «тихий» уголок.

Хотя «тихим» его можно было назвать только чисто условно. По-настоящему тихим он не был никогда!

Но здесь никого не было вокруг. И можно было спокойно посидеть или развалиться на траве, наблюдая за полетом птиц, да даже просто помечтать, смотря ввысь.

Где-то там — Вечность! И там она всегда будет с тем, кто ей уже сейчас был дороже всего на свете! Хотя она еще никогда ЕГО не видела… И знала о нем только со слов Тонгака. Да, находясь здесь, она переставала быть Верховным Вождем и превращалась в обычную девушку. С умиротворенным лицом.

Здесь ей так легко дышалось и мечталось!

И только Таор был единственным немым свидетелем всего этого, оставаясь ее вечным стражем, который всегда следовал за ней на некотором расстоянии.

Аю, разумеется, видела его и знала, что он всегда рядом. Но она настолько привыкла к этой немой тени за те полтора года, что нет отца — Кариота, что уже, практически, не замечала его. И она просто сидела и мечтала «о нем»!

***

Прошло два месяца после «последнего» боя, когда прибежал гонец и сообщил, что на берегу увидели трех «белых» и сейчас их ведут сюда. Скоро они уже будут здесь!

Аю бросила взгляд на Тонгака.

Тонгак опустил глаза.

Но не напрасно он воспитывал ее уже шестнадцать лет! Они умели «читать» глаза друг друга! В ее глазах был знак вопроса. В его глазах: «Да!»

После этого Аю и Тонгак скрылись в хижине. Они не должны ждать и встречать не прошеных гостей.

Из хижины Аю вышла после Тонгака.

Руслан стоял посредине.

Кто знает, может по этой причине первый взгляд Аю бросила именно на него. И тут же перевела глаза на его друзей.

Но этого мимолетного взгляда хватило, чтобы понять: это «он»!

Что особенного было в Руслане? Да ничего абсолютно! Обычного, не высокого роста. Ничего особенного в лице. На улице мимо него могли пройти тысячи людей и не обратить никакого внимания. Простой, обычный человек. Но, то ли то, что ее первый взгляд достался именно ему, то ли потому, что она уже давно ждала кого-то «его», и укажи ей Тонгак на любого и скажи, что это «он», Аю тут же отдала бы ему душу и сердце! Тем более что она уже давно любила «его», еще не видя и не зная о «нем» ничего. Просто Руслан был первым, кого она увидела. Значит, это он!

Дальше? А дальше она постоянно следила за ними, знала каждый их шаг. А «его» почти не выпускала из виду. Даже тогда, когда не видела их.

Она сразу же полюбила песни Руслана. Хотя и не понимала слов. Но разве всегда нужны слова?

В его песнях она чувствовала то, о чем думала там — в ее любимом «тихом» месте, на берегу.

Когда Руслан красиво метнул нож, она была в восторге! У воинов ее племени не было таких ножей. И, соответственно, никто так не умел! В том числе и она. И она тут же дала себе клятву, что тоже научится!

А когда Руслан этот нож подарил ей..! Это был дорогой подарок! И не потому, что это — прекрасный нож! А потому, что подарил «он»!

Потом, через Тонгака, он подарил ей то, что извергает огонь! Она даже не знала, как это назвать. И она спрятала эту вещь. Она была дорога ей![77] И, опять же, не потому, что она давала огонь, а потому, что это подарил ей Руслан!

Несколько раз она порывалась пойти к ним, например, с Тонгаком, когда он учил их «языку». Но… Она — Верховный Вождь! А не простая папуасская девушка. Чтобы молча сидеть рядом с ними. А они пока не знали «языка», и общаться между собой, естественно, не могли. Не на пальцах же ей — вождю разговаривать с ними!

И она с нетерпением ждала, когда же они, наконец, выучат их «язык»!

Много раз она видела (или слышала), что Руслан (ее Руслан!) что-то говорит своим друзьям, и они начинают смеяться!

И это тоже не могло не нравиться ей! Все это было еще одним, дополнительным, поводом того, что приводило ее в душевный трепет! Ведь ее (именно ее!) Руслан был такой умный, что друзья слушали его! Он — как вождь среди них!

Так, по крайней мере, думала Аю.

Когда мы любим, мы видим только то, что хотим видеть!

Так летело время…

И тогда она, впервые, задала себе вопрос: «А как она вообще жила без них?»

Эти трое белых людей были так не похожи на воинов ее племени. Они внесли что-то новое и в жизнь племени и в ее личную жизнь!

Она понимала, точнее, знала от Тонгака, что они здесь не навсегда. Что придет время, и они уйдут. Как она будет потом? Ей даже страшно было об этом подумать! Но все это будет «потом»! А сейчас они здесь! И она хочет быть рядом с ними! Разговаривать, смеяться! Ах, да… Она ведь не должна смеяться, — она — Вождь! И должна быть гордой и строгой! А то, что она, находясь в своей хижине и слыша их звонкий, заразительный смех, невольно сама начинала смеяться, так ведь этого никто не видит и не слышит!

А потом… Потом будет Вечность! И, как говорил Тонгак (ее старый, мудрый, милый Тонгак), «Там» они встретятся вновь! Чтобы не расставаться уже никогда!

Глава ХI

Прошло четыре месяца, как наши друзья находились на острове.

Тонгак, по-прежнему, ежедневно занимался с ними изучением языка.

Необходимо отметить, что язык, на котором говорили папуасы, — «Асмат» — довольно скуден. Поэтому Тонгак, много повидавший на свете, обучал их более обширному языку. Как ранее выучил и Аю[78].

Теперь наши друзья, если еще не совсем свободно, то, по крайней мере, вполне достаточно владели языком для общения.

Аю давно хотелось познакомиться с ними поближе, но она выжидала время, когда они смогут вполне понимать друг друга.

Надо сказать, что она знала от Тонгака, как зовут друзей и как кого именно.

В отличие от Аю, друзья знали о ней только ее имя. И все. Даже видели ее очень редко. И то, как правило, издалека.

Теперь время пришло.

И однажды утром Тонгак сказал им, что Аю хочет говорить с ними.

Они вышли.

Аю встретила их возле своей хижины. Ничего в ней не изменилось. Тот же уверенный, немного надменный взгляд. Та же, словно каменная, маска на лице.

И у друзей снова возник тот же вопрос: кто она? Откуда? Как появилась здесь? Среди темных туземцев она выглядела, как сказочная фея, как лесная королева!

Аю умела «читать» лица. Этому и еще многому другому научил ее отец — Тонгак. Она увидела невольное восхищение на лицах этих трех белых людей. Она чуть-чуть улыбнулась, так, еле заметно, краешками губ. Но при этом все ее лицо словно преобразилось! Оно засветилось каким-то особенным внеземным светом! И будь она постарше, а они помоложе, они, наверное, немедленно отдали бы ей душу и сердце! Но для них она была еще ребенок. А у них, у всех, дома дочери примерно ее возраста…

Аю «прочитала» и это… Улыбка сошла с ее губ.

И снова перед ними стояла гордая принцесса этого туземского царства.

— Ты красиво поешь свои песни, Руслан! — Сказала Аю. — Даже птицы замолкают, слушая тебя!

Да… Таких комплиментов Руслану точно никто никогда не говорил…

Голос ее звучал нежно, был подобен журчанью ручья: неторопливый, спокойный…

При этом с чувством уверенной в себе женщины, но без лишней надменности.

— Ты знаешь, как меня зовут?

— Я знаю о вас больше, чем вы думаете! Да, я не знаю вашего прошлого, но я знаю ваше будущее!

«Да, это уж точно, — кто бы сомневался…» — Подумали друзья…

— Мне нравятся твои песни!

— И ты знаешь, о чем они? — Спросил не без иронии Руслан.

— Чтобы услышать их, достаточно иметь уши! Чтобы узнать, о чем они, не надо знать язык твоего народа! (Да, она сказала именно — народа, а не племени! — что немедленно отметили про себя друзья).

А Аю продолжала:

— Ты поешь не о том, как выводишь воинов на войну, не о том, как охотишься на птиц и зверей. И, конечно же, не о том, как выращиваешь рис. Твои песни о любви к твоей женщине, о том, как ты разговариваешь со звездами, птицами, деревьями и цветами!

В очередной раз эта девчонка, воспитанная среди диких, почти голых папуасов, приводила их в шок! Это был язык и мысли здравой, умной женщины! Быть может, не совсем современной, но женщиной, способной рассуждать и здраво излагать свои мысли! Но здесь, в глуши!? И это в шестнадцать лет!? Но это невозможно! Это выше их понимания!

— Так, если ты все знаешь, может, объяснишь нам тогда, зачем мы здесь? — Спросил Майкл.

— Вы здесь по воле Богов! Это все, что вам пока нужно знать. Придет время, и вы узнаете все! У каждого своя судьба! Свой путь по жизни, который нужно пройти до конца! Пока ваше время еще не пришло. Но оно уже не за горами! И свершится воля Богов!

И это все говорит ребенок!?

— Вы не пленники! — Продолжала Аю. — И можете передвигаться куда хотите! Но за пределами деревни много врагов! Там вас ждет смерть! А здесь вас никто не тронет! И еще! Завтра, как обычно, мы идем на охоту. Вы можете пойти с нами! Вам дадут лук, стрелы и копье.

Она замолчала, ожидая ответа.

— Конечно, пойдем! — Сказал Майкл. — Это все же интереснее, чем целыми днями сидеть на одном месте!

— И, как у Синьора Робинзона[79], смотреть один и тот же фильм: «Что? Опять о море?» — Добавил Руслан по-русски.

Друзья невольно рассмеялись.

Аю, хоть и не поняла, что он сказал, но догадалась, что смеются не над ней, а именно над тем, что сказал Руслан.

В отличие от них, она не имела права и на смех…

— Значит, завтра на охоту! — Сказала Аю. — А сегодня я хочу слушать твои песни!

Глава ХII

С утра они пошли на охоту в лес… Ох, лучше бы они не ходили…

Друзья были довольны, что теперь они смогут зарабатывать, что называется «себе на хлеб»!

Но… Птицы были такие маленькие, а лук такой большой, стрелы длинные, да, к тому же, сделаны из легкого тростника, и любое дуновение ветра уносило стрелу далеко в сторону от птиц…

Тем самым, друзья не только не помогали, но и мешали туземцам, так как все птицы разлетались от их выстрелов…

А у туземцев все получалось лихо! Стрелы летели именно туда, куда нужно!

Ходить тихо у друзей тоже не получалось… Лук и стрелы постоянно за что-нибудь цеплялись, и треск раздавался по всему лесу!

Решили попробовать охотиться копьем…

Друзья видели, с какой ловкостью туземцы владеют копьем! Они попадали даже с расстояния двадцати-двадцати пяти метров![80] Казалось, все так легко!

Но не у наших друзей…

Вы пробовали попасть копьем в воробья с расстояния двадцати метров? А вы попробуйте!

Копья, правда, кидали в птиц размером побольше воробья, и расстояние было, наверное, чуть поменьше, но выглядело примерно так же…

Хорошо хоть в туземцев не попали…

Аю видела их обескураженные лица. Ей было даже немного жаль их. Но чем она могла помочь?

Когда возвращались с охоты, Аю, чтобы хоть как-то немного их успокоить, предложила:

— Вы можете построить себе отдельную хижину (они по-прежнему жили в одной хижине с туземцами). Место выберете сами. Если хотите, хижину можете сделать такой, какая у вас была там, дома. Только она не должна быть выше моей. Хижина Вождя должна быть самой высокой! Люди моего племени помогут вам! Они срубят деревья и все остальное, что вы им скажете!

Невольно вспоминается фраза: «Что нам стоит дом построить? Нарисуем, будем жить!»

Наверное, дом построить не так уж сложно. Но… У наших друзей сегодня был «черный» день, хоть и не пятница…

Они представили, сколько времени туземцам потребуется, чтобы срубить им деревья. А дальше? Ну ладно, были бы бревна, доски, гвозди, молотки, топор и пила, они бы что-нибудь соорудили. Туземцы бы все равно ничего не поняли, может так и надо? А так? Ну и что они будут делать, когда туземцы им половину бора перерубят? Неделю пережигать эти деревья на бревна по определенным размерам, делая при этом «умные» лица? А потом что?

Аю взглянула на них и все поняла.

«Да, хижины строить они тоже не умеют… Но что-то же они должны уметь делать!? Как они, вообще, раньше жили!?» — Подумала она. А вслух сказала:

— Нет! Ваша хижина не должна отличаться от других хижин в деревне! Мои воины сами ее построят вам![81]

Фиаско было полным…

— Представляю, что сейчас думают о нас туземцы! — Сказал Руслан. — Ну, эти «белые» — туп-пые…

Но друзьям было не до смеха… На душе было паршиво… Туземцы их кормили, поили… А они?

Возвратившись, с так называемой охоты, друзья ушли в свою хижину и сразу забрались наверх, на полати.

Нет, спать, разумеется, не хотелось. Но и разговаривать тоже.

По ним бегали тысячи муравьев. Но сейчас друзьям, словно, было все равно…

Им принесли поесть. Но из хижины никто не вышел.

Ближе к вечеру им снова принесли поесть. Из хижины, по-прежнему, никто не выходил.

Когда молчать стало невозможно, Майкл сказал:

— Нет, надо бежать отсюда! И, как можно, быстрее! Убьют по дороге, — пусть! Попадем к каннибалам?[82] — Пусть! Это все же лучше, чем такой позор… Быть нахлебником у папуасов!? Такого ужаса я даже в самом страшном сне не мог представить!

Друзьям нечего было ответить. Они думали тоже самое…

Аю тоже не знала, что делать. Она так долго ждала этого сближения и… Разом все рухнуло.

Тогда она все рассказала Тонгаку.

И старый, мудрый Тонгак ответил ей:

— Не все в мире охотники! Не все умеют стрелять из лука и метать копья! Я тоже не умею это делать! Из меня плохой воин потому, что я не умею воевать! Они не умеют строить хижины. Но я тоже не умею их строить! Разве ты хуже относишься ко мне из-за этого? Они пришли из другого мира. Не все в том мире воюют, метают копья, стреляют из лука. Не все ходят на охоту и строят хижины. Это значит, что им не надо было это делать! Посмотри в их глаза и лица! Они рождены свободными! В них нет страха! А ведь они столько уже времени находятся у нас и считают себя пленниками! Именно пленниками, но не рабами! Их глаза говорят, что они не потерпят рабства![83] Да, их можно сделать рабами, но это ненадолго! Они восстанут! И горе тому, кто встанет на их пути! Потому, что не за жизнь они будут сражаться, а за честь! Рабству они предпочтут смерть! Ты бы тоже выбрала смерть! Но не рабство! Именно так я тебя всегда учил!

Ты говоришь, что они ничего не могут. Ты можешь все: ты лучше всех стреляешь из лука, метаешь копье, охотишься! Умеешь работать на плантации, плести веревки, циновки, корзины! Знаешь, как строить хижины! Но если ты попадешь в их мир, что ты будешь делать? Кому нужны там все твои умения? А больше ты ничего делать не умеешь! Они умеют многое, что не умеем мы!

Им сейчас тяжело. Сейчас они чувствуют себя никому не нужными. Много лет мне потребовалось, чтобы понять: страшно быть никому не нужным. Но теперь я знаю, что это такое!

Подожди немного, и они воспрянут! Расправят свои плечи!

И ты поможешь им! Только ты можешь это сделать! Только тебе они поверят! Больше никому! Даже мне!

— И тогда они останутся навсегда?

— Нет. Придет время, и они уйдут! И ты сама их отпустишь! Птица не может сидеть в клетке! Ей нужна свобода! Им нужно будет уйти…

А друзья…

— Что будем делать? — Спросил Майкл.

— Петь песни! — Сказал Роберт.

Они посмотрели на Роберта…

— Да! Петь песни! А завтра… Я придумал! Но это будет наш последний шанс. Если и там ничего не получится, тогда я уже не знаю…

— Что ты придумал? — В голос вскричали Майкл с Русланом.

— Дело в том, что когда я еще учился в школе, на каникулах я часто ездил к своему деду. Он старый рыбак. И часто брал меня с собой на рыбалку. Мы закидывали сети. Улов был неплохой! А вы сами видели, как туземцы ловят рыбу[84]. У них улов небольшой. На сети они не ловят. И это наш шанс. Надо только у Аю попросить веревки. Веревок у них много. И связать сети. Когда-то я умел это делать. Придется вспомнить.

У них появилась надежда показать, что они хоть что-то могут! А если не получится!? Страшно подумать! И не потому, что их могут убить, мол, все равно от них никакого толку! Просто, как они сами будут чувствовать себя!? Нет! Здесь они сделают все, чтобы получилось! Даже, если потребуется, сами под водой будут запихивать эту рыбу в сети! … Аю ждала вечера…

«Выйдут они сегодня петь свои песни или нет?»

Они вышли. Сели у хижины, и Руслан запел. Но как?

— Ну, что я тебе говорил? — Сказал Аю с улыбкой Тонгак. — Они поют песни, как будто собрались на войну! Значит, что-то они уже придумали!

Утром они не могли дождаться, когда из своей хижины покажется Аю. Ее вечный немой страж, как обычно, находился на своем посту. Создавалось впечатление, что он вообще не спит!

Наконец показалась Аю.

Они сразу же подошли к ней.

Роберт объяснил, что им нужно и сколько.

Аю не знала, для чего им понадобилось столько веревки, но, тем не менее, в свою очередь, сказала об этом Таору.

Таор, так же молча, встал и пошел к женщинам.

Вскоре женщины принесли им веревки, тоже не понимая, зачем и для чего им понадобилось так много.

Друзья взяли веревку и сели возле своей хижины.

Роберт объяснил друзьям, что и как надо делать, заодно вспоминая и сам.

Туземцев заинтересовало это. Они подошли и посмотрели. Но никто так ничего и не понял.

О чем говорят эти «белые», им тоже было не понятно, ведь они говорили на своем языке.

Аю тоже было интересно. И она спросила об этом Тонгака.

Тонгак взглянул и все понял. Но Аю объяснять ничего не стал, просто с улыбкой ответил:

— Увидишь!

Впрочем, Аю такого объяснения было вполне достаточно. Раз Тонгак так сказал, значит так надо!

Работа заняла несколько дней.

Друзья вновь обратились к Аю, объяснив, что сегодня вечером им понадобится пирога[85].

Аю стала догадываться, что это связано с рыбалкой. Но как? Так у них никто не ловил рыбу!

Туземцы тоже с интересом поглядывали, но, по-прежнему, никто ничего не понимал.

К вечеру друзья приготовили две метровые палки, связав их между собой в виде крестовины. Затем соединили крестовину с сетью веревкой. С другого конца тоже привязали веревку. Все было готово!

Вечером они спустились к заливу и вышли в море.

В помощь с ними были два туземца. Один управлял пирогой, а другой жег факела и освещал поверхность воды.

Немного удалившись от берега, опустили за борт крестовину и постепенно, по мере удаления крестовины, стали опускать сеть.

Крестовина продолжала удаляться, натягивая сеть. И вскоре вся сеть была в море.

После этого друзья поплыли вдоль берега.

Часа через полтора они решили вытащить сеть и оценить улов.

Сказать, что они волновались, это равносильно тому, что ничего не сказать! Сейчас они чувствовали себя на грани жизни и смерти! От этого улова зависела их честь! Каким богам они сейчас только не молились!

Уже с первых минут, как стали вытягивать сеть, они поняли: все! Победа! Улов был хороший!

В течение ночи они еще несколько раз повторили подобную операцию.

С восходом солнца, наверное, полдеревни собралось на берегу из любопытства: что у них получилось?

Аю тоже не терпелось узнать результат. И тоже хотелось бежать к заливу. Но она — Верховный Вождь, и не могла себе позволить подобное. Поэтому она тихо сидела в хижине и ждала.

И только услышав, что рыбаки приближаются, она вышла из хижины, по-прежнему такая же гордая и неприступная, и ожидала их подхода.

Впереди туземцы несли три корзины, наполненные рыбой. Такого улова за один раз туземцы не помнили за всю свою жизнь.

Следом шли три белых друга: ленивой походкой, вразвалочку, словно, показывая, что ничего необычного не произошло. Лица у них были словно каменные (у Аю, скоты, научились!)

Так они и подошли к Аю, встав в ряд, словно три мушкетера[86].

Майкл, который стоял посредине, сказал:

— Первый улов — Великому Вождю Великого Племени!

После чего друзья развернулись и, такой же медленной, ленивой походкой, направились в свою хижину.

Здесь даже Аю, которая всегда умела держать себя в руках, не выдержала и звонко рассмеялась!

За ней рассмеялись и туземцы.

Это была победа!

А друзья поспешили спрятаться в хижине, чтобы дать волю своей радости! Наконец-то они смогут зарабатывать себе «на хлеб»!

Кто бы мог подумать еще совсем недавно, что они будут так радоваться тому, что стали полноправными членами племени папуасов…

Глава ХIII

Тонгак понимал, что друзей не устраивает такое положение. И рано или поздно они задумают совершить побег с деревни, а возможно, и с острова! Но «их» время еще не пришло! А значит, нельзя допустить этого! И удержать их могут… Они могут только сами! Выход оставался только один…

И Тонгак решил рассказать им все. Или почти все.

И однажды, когда они и Тонгак остались одни, он начал свой рассказ…

Судьба Тонгака немногим уступала приключениям Марко Поло[87] и Синдбада-морехода[88].

Детства своего Тонгак не помнил. Родителей он не знал.

С раннего детства, которое мог вспомнить, он с такими же мальчишками, как и он, жили, где могли и питались чем только можно.

А в свободное время бегали в порт.

Там стояли большие торговые суда, которые приходили и уходили в неведомые страны.

И, конечно же, всем мальчишкам хотелось оказаться на таком корабле, научиться управлять парусами и нестись, разрезая огромные волны!

Все мальчишки верили, что когда вырастут, то обязательно поплывут к неизведанным берегам!

Тем более что здесь, в этой жизни, им не было места…

Однажды, недалеко от порта, его и встретил старый брахман[89]. Точнее даже будет сказать: «подобрал». И забрал его с собой.

Чем уж он ему приглянулся, известно одному Богу.

Так началась его «новая» жизнь.

Старый брахман занялся его воспитанием.

Благодаря ему Тонгак выучил санскрит[90]. Затем Рамаяну[91], Учение Хеваджры[92], Нор па и Шарпу[93], практику Чод[94].

Через него Тонгак познавал мир.

А вечерами Тонгак, по-прежнему, бегал в порт. Слушал рассказы о разных странах и народах.

Учитель, наверное, хотел сделать из Тонгака достойного преемника, но вскоре был вынужден отказаться от этого, понимая, что у судьбы мальчишки своя дорога.

Так у Тонгака прошло детство, а затем и юность.

Когда ему исполнилось двадцать три года, он ушел из дома и нанялся на корабль. И вскоре он уже нес его по бушующим волнам в неведомые страны.

Начинался новый период его жизни.

Почти год длилось их плавание. Много стран и народов повидал Тонгак.

Однажды, пройдя Геркулесовы столбы, бросили они якорь в большом порту, который назывался Рим.

Тонгак много слышал об этом городе. Но то, что он увидел, поразило его! Город превзошел все его ожидания!

И он, покинув корабль, решил остаться в этом городе.

Худо ли, бедно, прожил он здесь семь лет.

За это время он познал трактаты Пифагора[95] и Платона![96] Волшебные песни Гомера![97] «Буколики» Вергилия![98] И, конечно же, «Комедию» Великого Данте![99]

Здесь же, в Риме, он услышал и про Великие Египетские пирамиды, в которых спят дети Богов! И что их сон охраняет недремлющий Сфинкс. И еще, что в этих пирамидах сокрыты тайны Бытия.

И Тонгак снова собрался в путь! Теперь уже в Египет.

Пирамиды ошеломили его своим величием! Великая тайна сокрыта в них!

Не напрасно в пирамидах существует надпись: «Все боится времени! Время боится пирамид!»

Тонгаку приходилось работать и в каменоломнях и на алмазных копях.

А в свободное время он познавал культуру Египта, историю, тайны Бытия, такие произведения, как «Речение Ипувера»[100], «Пророчество Нефертити»[101], «Беседа разочарованного со своим духом»[102] и, конечно же, «Книгу мертвых»[103].

Несколько лет провел в Александрии[104], в которой, утверждают, до сих пор где-то хранится стеклянный гроб Александра Македонского.[105]

Но Египет не любит раскрывать свои тайны.

И, пробыв там в общей сложности десять лет, Тонгак решил вернуться в Индию.

Работая на копях, он припрятал несколько довольно крупных алмазов. И теперь с их помощью он попал сначала на корабль, а затем и в Индию.

Он снова был дома!

Но старая истина гласит: «Можно в те же вернуться места, но вернуться „назад“ — невозможно!»[106]

Старого брахмана уже не было «в живых». Самого Тонгака никто не помнил.

К тому же, его сильно избили, забрав при этом последние алмазы, да так сильно, что подобравшему его брахману потребовалось полгода, чтобы поставить Тонгака «на ноги».

И здесь выяснилось, что уроки старого брахмана, воспитавшего его, не прошли даром. Во сне к Тонгаку стали приходить «видения»[107]. Он стал видеть будущее, предсказывать события и судьбы людей. Кроме того, умел «читать» звезды, глаза. Разговаривать с растениями и с их помощью лечить людей. Всему этому научил его старый Учитель. Но все это, словно, ждало своего часа.

И однажды во сне он увидел, как пришли к нему Боги и сказали:

— У тебя своя дорога. Она ждет тебя! Иди на Восток!

И тогда Тонгак, пробыв в Индии один год, покинул ее и перебрался сначала в Малайю, а затем в Сурабайю[108].

В Сурабайе было много индуистских и буддийских храмов, хотя наиболее массовой религией среди жителей уже был ислам.

Благодаря вновь открывшимся способностям, он обосновался в деревне и стал лечить разные болезни.

Вскоре слава о его чудодейственных способностях разнеслась по округе. Часто он использовал и «Золотой корень», или как его еще называют «Корень жизни»[109].

Но не всем по нраву была его слава. Появились завистники, которые стали нашептывать, что он, якобы, проповедует против Правителя.

Это не могло не дойти до дворца.

Тонгака схватили и привели во дворец.

Как мог, Тонгак объяснил, что он никогда не проповедует против людей! Зачем это ему, уже почти старику? У него своя дорога! Боги научили его многому, но главные правила всего, это: «Спеши творить добро! Иди и делай!» и «Не навреди!» И Тонгак занимается только этим! А судить людей — ему не дано Богами! Это доступно только «Им»! Но не ему.

Тогда Правитель, наслышавшийся о его славе и мудрости, решил проверить его:

— Рассказывают, что ты — мудрый человек, умеешь разговаривать со звездами, читать судьбы людей, предсказывать будущее. Так скажи мне: сколько осталось жить тебе самому?

Что мог ответить Тонгак? Скажи: «Завтра!» — И ему тут же отрубят голову! Скажи: «Сейчас!» — Его закроют в темницу!

Он подошел к открытому окну, долго смотрел на звезды, а затем сказал:

— Я спросил у звезд, и они сказали мне, что Боги заберут меня к себе ровно за месяц до того, как они спустятся с горы Гунунг Агунг и уведут с собой тебя, Правитель!

— И я стану Богом?

— На этот вопрос тебе могут ответить только сами Боги! Но звезды говорят, что ты лучше меня знаешь ответ на свой вопрос!

Правитель был смелый и сильный человек! Но сейчас он испугался этого немощного человека. И… Отпустил его…

Но Тонгак понял, что здесь ему жизни уже не будет.

Он собрал свои небольшие пожитки, в том числе и несколько рубинов и

жемчугов[110] («Так вот откуда у Аю ее ожерелье!» — Поняли друзья), и покинул Сурабайю, прожив здесь полтора года.

Следующая его остановка была — остров Анбери[111].

Обосновавшись теперь здесь, он снова стал лечить людей. Он спас жизни многим.

Но и здесь судьба не дала ему задержаться надолго.

Вскоре в местной деревне появилась лихорадка. Она «косила» людей.

И Тонгак, несмотря на все свои познания, не всем оказался в состоянии помочь.

Тогда родственники умерших объявили его колдуном, обвинив в том, что он знается с «черными» силами, и что это он наслал на их деревню эту страшную болезнь!

Его дом сожгли, а сам он едва избежал смерти. И то благодаря тому, что его спрятал у себя один рыбак. Ведь незадолго до этого Тонгак спас его семью.

Но здесь было оставаться опасно!

И ночью рыбак переправил его на этот, новый для него остров.

У рыбака здесь жили родственники.

Он рассказал про Тонгака все, что знал Вождю племени и шаману. Хотя, что он мог знать? Только то, что видел и слышал за эти два года, которые Тонгак провел в их деревне.

Шаман племени был старый человек. Все чаще он ошибался. И понимал, что вскоре может наступить момент, когда Вождь племени съест его мозг[112]. А этот Тонгак много знает и умеет! И они могут помочь друг другу!

Так Тонгака оставили в племени. А шаман словно помолодел!

Десять лет еще прожил на свете старый шаман. Но потом Боги пришли за ним и увели с собой.

Умения Тонгака не остались без внимания! И новым шаманом племени стал он.

А вскоре слава об этом шамане разнеслась по всему острову и прилежащим островам! Даже рыбаки с других островов привозили сюда своих больных близких.

И Тонгак совершал чудеса! Словно сами Боги помогали ему!

Но Тонгак видел, что туземцы не признают никаких богов, кроме своих языческих идолов. Они мумифицируют своих вождей и разговаривают с мумией в дни самых тяжких испытаний.

Такое положение не устраивало Тонгака. Но ему потребовалось много лет для того, чтобы заставить их поверить в то, что там, высоко в горах, живут истинные Боги! Это Боги создали этот мир! Это Они создали и людей! Эти острова принадлежали древним Богам! И лишь с их позволения стали доступны людям![113]

Это Боги дают хороший улов и охоту! Это Они посылают хороший урожай!

Это благодаря Богам их племя до сих пор существует! И неподвластно чуждому им племени!

Много, много лет прошло с тех пор. Несколько Верховных вождей сменилось за это время.

А Тонгак по-прежнему оставался Великим шаманом. И через него Великий Вождь «много-много» разговаривал с Богами![114]

Глава ХIV

Тонгак закончил свой рассказ…

— А когда ты был в Риме? — Спросил Майкл.

— Я покинул Рим в тот год, когда франками правил король Карл VII, он разбил англичан и узаконил свое правление[115]. И это признали многие правители и население других стран.

— Но это невозможно! Этого не может быть! — Сказал Руслан. — Ведь это было почти шестьсот лет назад. А из твоего рассказа получается всего лет шестьдесят-семьдесят!?

Тонгак взглянул на них. Но кроме удивления на их лицах не увидел ничего! Значит, они не лгут! Значит, они говорят правду! Но кто тогда они? Откуда? Как оказались здесь?

— Мне нужно говорить с Богами! — Сказал Тонгак и вышел…

***

Под вечер Тонгак вернулся. Он подошел к друзьям и сказал:

— Я долго говорил с Богами! И они сказали мне, что вы говорите правду: вы, действительно, пришли из «другого» мира! Из мира, которого еще нет! Но и я сказал вам правду! Это Боги научили меня сказать вам все! Вы — вольные птицы, и всегда можете покинуть деревню и остров! Но тогда вы навсегда останетесь в «этом» мире!

Придет время, и Боги отпустят вас «обратно»! Но для этого у вас будет только один шанс! Только — один! Другого не будет! Если вы «не уйдете» тогда, то дверь закроется для вас навсегда! И только вам выбирать: уйти или остаться!

А сейчас, если хотите уйти с острова, — идите! Мы дадим вам лодки, — плывите! Не мы вас держим! Это Боги прислали вас сюда! Значит, сейчас ваше место здесь!

— Но зачем мы здесь? Как здесь оказались? — Спросил Роберт.

— Ответы на все вопросы знают только Боги!

— Но ведь ты — мудрец! Ты знаешь все!

— Все знает только дурак! Мудрец всегда и во всем сомневается. — Ответил Тонгак.

— А когда Боги отпустят нас? — Снова спросил Роберт.

— Ваше время еще не пришло! Но оно уже не далеко.

— Но мы все-таки вернемся?

— Боги сказали: «Вставай рано на рассвете, ибо закат приходит тогда, когда его совсем не ждешь! Живи долго, ибо смерть всегда приходит вовремя!»[116]

Теперь друзьям все стало понятно. Вот почему они за те пять месяцев, что находятся здесь, ни разу не видели в море даже подобия корабля или хотя бы паруса. Они считали, что эта земля находится в стороне от морских путей. А оказывается, что морские пути сюда еще не проложены! И первые европейские корабли в этот район пойдут только лет через двадцать…

В это не хотелось верить! Это невозможно! Но, перебирая в памяти все, они вынуждены были признать действительность.

Теперь понятно, почему туземцы не знакомы с железом и с зажигалками, которые не удивляют уже даже самые отдаленные уголки планеты.

Они поняли, что рухнула их последняя надежда… И спешить больше некуда… Неизвестно, когда придет «их» время, это известно только Богу!

— А как же Аю? — Первым нарушил затянувшееся молчание Роберт. — Как она здесь оказалась?

— Это уже другая история… — Ответил Тонгак. И начал «новую» историю…

— Вся моя жизнь пролетела как один день. Проснувшись однажды, я увидел, что превратился в немощного старика. И только Великий Вождь Кариот удерживал меня. Я еще нужен был ему! А значит, это нужно Богам! Значит, не пришло еще мое время…

Как я говорил, меня часто посещают «видения». Однажды я увидел, как иду по цветущему саду. Цветы были столь прекрасны и ярки, таких оттенков, которых я никогда не видел на земле! И я понял, что сейчас нахожусь в царстве Богов!

И увидел я, что встретить меня вышли все пять сыновей Кариота. А с ними и их мать. Они все были вместе! Они шли и улыбались! Там, в царстве Богов, им было хорошо! Их лица излучали особый внеземной свет!

И они сказали мне:

— Иди, Тонгак! Твое время еще не пришло!

И словно вихрь подхватил и понес меня. И, вскоре, увидел я, что пролетаю над этим островом. А на берегу я увидел маленькую, совсем крохотную, девочку.

— Кто ты и откуда? — Спросил я, опустившись с небес на землю.

Она была слишком маленькая, но здесь словно выросла на глазах. Она рассмеялась и сказала:

— Зовут меня Аю! Запомни: Аю! Нет у Кариота больше детей… А потому скажи ему: пусть назовет он меня дочерью своей! И я принесу в его хижину свет! Солнце вновь войдет в его хижину! Вновь запоют для него птицы! И Боги всегда будут рядом с ним! И не оставят его! Они будут нести его на руках своих! — И… Она растаяла и исчезла…

Так узнал я, что у Кариота скоро уйдет и его последний сын. А потом придет ОНА — девочка с именем Аю!

Что было дальше? Боги всегда говорят правду! Надо только уметь услышать ее!

И Тонгак рассказал, как появилась в их хижине Аю. Как прошло ее детство. Как однажды в бою был тяжело ранен Кариот. И что всем стало ясно, что скоро Боги придут за ним.

И спросил я тогда Богов:

— Что теперь будет с Аю? Туземцы — переменчивы. И ложась спокойно спать, можно так больше никогда и не проснуться!

Аю превратилась в прекрасную девушку! Многие захотят сделать ее своею женой. Да, в одном племени все считаются родственниками. Но это значит, что Аю заберут отсюда навсегда на другой остров! И он уже никогда не увидит ее! И кто будет тот, кто сделает ее своей женой? Будет ли он беречь ее? И никто ни Аю, ни Тонгака спрашивать не будет!

Много лет прожил на свете старый Тонгак. Но эта девочка, которую он вместе с Кариотом назвал своей дочерью, было самое дорогое, что у него есть! Отрада его последних дней! Она — как глоток воды в пустыне!

И Боги сказали мне:

— Кариот воспитал ее воином! А ты дал ей разум! Пусть Кариот сделает ее Верховным Вождем! И она выполнит то, что предначертано ей на небесах!

И Тонгак рассказал ее дальнейшую жизнь до сегодняшнего дня.

— А что с ней будет дальше? — Вновь спросил Роберт. — Ведь рано или поздно, ей все равно придется стать чьей-то женой?

— Судьбы пишутся на небесах! Боги сказали мне, что еще не родился тот, который назовет ее своею женой.

— То есть, она будет всю жизнь одна?

— Жизнь на Земле коротка! Но есть жизнь вечная! Жажду утолит любой ручей, сердце утоляет только сердце!

И еще Боги сказали мне, что не напрасно все мы оказались здесь в одно время. Да, я много прожил на свете лет. Но вся моя предыдущая жизнь была для того, чтобы оказаться здесь и сейчас! Аю? Она пришла в этот мир, чтобы оказаться здесь и сейчас! Вы? Вы оказались здесь по воле Богов! Здесь и сейчас! Кто знает, может вся ваша прошлая и будущая жизнь — это только отголоски. А в мир земной вы пришли для того, чтобы оказаться здесь и сейчас! Истина гласит: «Чтобы увидеть звезды, надо открыть глаза!»[117] Но все мы здесь не напрасно! Только Боги знают все! Что, зачем и почему?

Теперь вы знаете все! Я все сказал!

— Но ведь ты можешь предсказывать будущее! — Снова заговорил Роберт. — Нам ты сказал, что придет время, и мы вернемся домой! А что будет с Аю?

— И ее, и моя, и ваши судьбы уже написаны! И их нельзя изменить! Это подвластно только Богам! Боги не оставят Аю!

***

Да, Тонгака часто посещали «Видения». Он задолго до появления Аю, «видел», что она придет! Видел всю ее жизнь! «Видел», что придут «белые» люди. Знал, что Руслан и его друзья придут только для того, чтобы ее любовь к нему придала ей дополнительные силы духа, и это сделает ее «сильной»! А потом… Потом они уйдут. Уйдет и Аю… А он — Тонгак? Аю может быть спокойна! Тонгак всегда будет рядом! И здесь, на Земле, и «там» — в Вечности! Он всегда будет вместе со своей дочерью!

***

Иногда Тонгак жалел, что так много дал ей! Наверное, было бы лучше, если бы она воспитывалась, все же, как обычная туземская девушка. Рожала и растила детей. Так и прожила бы всю жизнь среди туземцев, не зная ничего и не задумываясь ни о чем, пока душа ее не оставила бы тело.

Но судьбы пишутся на небесах! Сколько раз он говорил себе это! И он знал, не для того Боги послали ее в этот мир! Ничто не бывает случайным и напрасным! Даже если мы не всегда понимаем это.

Аю не предназначена для спокойной жизни! У ее судьбы своя дорога!

Ее отец Великий Вождь Кариот воспитал ее воином! А Тонгак дал ей разум!

Он учил ее «хинди»[118], но она не говорит на «хинди». Он учил ее итальянскому, латыни, арабскому. Но она не говорит ни на одном из этих языков. Потому, что она говорит на всех этих языках сразу, одновременно, перемешивая слова.

Тонгак учил ее «живому» языку! Чтобы она могла выразить все: звуки природы, пенье птиц, свои мысли и чувства!

Зная ее «дорогу жизни» он воспитал ее в духе Таис[119] и Клеопатры![120]

И опять сомнения, сомнения… Да, много мудрости — много печали…

Глава ХV

С Аю теперь друзья встречались постоянно.

Они вместе с Аю, Таором и другими воинами племени ходили на охоту.

Нет, не за тем, чтобы охотиться, — здесь они были бессильны.

Просто в Аю они видели не Великого Вождя племени, а маленькую хрупкую девочку. Особенно после того, как все про нее рассказал Тонгак.

И им казалось, что их девочку непременно может кто-то обидеть!

Вечерами устраивали «концерт», и Руслан пел свои песни. А ночью они отправлялись на рыбалку.

Но теперь уже Аю провожала их до обрыва, а затем еще долго наблюдала за ними сверху — по горящему на пироге факелу.

Разумеется, что в это время с ней всегда был ее вечный немой страж Таор.

Как-то рано утром к ним зашел Тонгак.

— Аю хочет показать вам свой остров! — сказал он.

— Это что еще за остров? — Спросил Роберт.

— Сейчас вам принесут поесть, и вы пойдете…

Они вышли из деревни.

Сначала Аю вела их вдоль реки. Затем зашли в лес.

На все вопросы, куда она их ведет, Аю только тихо улыбалась. Она заранее знала, что им понравится. Не может не понравиться!

Издалека раздавался шум падающей воды.

…Аю долго вела их по тропе.

Как-то получилось, что Руслан оказался рядом с ней, а следом, на некотором расстоянии, ее вечный страж Таор. Он никогда не отдалялся от нее далеко, всегда готовый броситься ей на помощь!

Замыкающими шли Майкл и Роберт.

Вскоре начался спуск. А когда спустились и вышли из-за поворота, перед ними открылась чудная, сказочная картина!

И Руслан, и Майкл с Робертом невольно остановились.

Они были ошеломлены от этой внеземной дикой красоты!

Еще никогда они не видели ничего подобного! Если существует Рай на земле, то это непременно здесь!

Со скалы, метров с двадцати, тонкой струей падала вода, образуя внизу сказочное озеро, окруженное с трех сторон скалами.

Вокруг росли прекрасные деревья. На них пели райские птицы[121], кричали попугаи — всех цветов и размеров, где-то поблизости слышался визг обезьян.

— Это невозможно! — Воскликнул Роберт. — Такую красоту, наверное, только во сне увидеть можно!

— Внеземной Рай! — Подхватил Майкл.

Руслан стоял, как завороженный!

Аю увидела их восторг и, не выдержав, звонко рассмеялась!

Да, там, в деревне, среди людей своего племени, она всегда была надменна. Но здесь, и среди этих людей, — она все больше чувствовала себя простой обычной девушкой. Она не была их вождем, а они воинами ее племени. К присутствию Таора она давно привыкла и не замечала его.

А они стояли и не могли налюбоваться этой сказочной красотой!

Аю и сама очень любила это «тихое» место.

Теперь ей непременно захотелось привести сюда и ее новых друзей и, конечно же, Руслана!

И, видя их взволнованные от восторга лица, она снова рассмеялась! В эту минуту она была абсолютно счастлива! Она твердо знала, что бы ни произошло дальше, что бы ни случилось, но они — ее новые друзья — никогда не забудут это место! И всегда будут помнить, что это чудо подарила им она!

Сбросив одежду, Аю окунулась в воду.

Она прекрасно плавала. И это было так заворожительно, что наши друзья тоже решили искупаться.

Только немой страж — Таор остался на берегу, по-прежнему охраняя свою королеву.

Он всегда был на своем боевом посту.

Друзья вскоре вылезли, а Аю еще продолжала плавать.

А когда она, все же, решилась выйти из воды, они оказались не в силах оторвать от нее глаз! Это была настоящая русалка! С длинными, распущенными до пояса, волосами!

— Теперь я нисколько не сомневаюсь, что глядя на русалок, никто не может устоять, и готов идти за ними на дно морское! — Сказал Руслан.

Остальные просто сидели и молчали, наслаждаясь внеземной красотой этой молодой девушки!

Аю вышла и присела на траву, поджав колени и положив на них свою голову.

И хотя она ничем себя не выдала, она прекрасно видела, какой взгляд был у ее Руслана! В нем одновременно сливались и восторг, и какая-то грусть, и еще что-то такое, что она раньше никогда не видела!

«Пусть я никогда не буду ЕГО, но сейчас он — МОЙ! — Подумала Аю. — Что мне для счастья еще надо!»

Обратно они возвращались медленно. Словно, никто не хотел покидать это прекрасное место.

Разговаривать тоже никому не хотелось.

Вся эта красота и Аю вызвали такой восторг нахлынувших чувств, что слов просто не было.

Молча шла и Аю. Она была счастлива!

Глава ХVI

Друзья и Аю теперь уже почти не расставались. Вместе — на охоту, вместе с ними Аю часто плавала на рыбалку.

Таор, естественно, тоже был рядом. Это даже не обсуждалось. Шла она, следом — Таор.

Как известно, все вопросы в племени решаются сообща — на Совете Вождей.

Из-за частых дождей Совет нередко проходил в хижине Аю.

Друзья тоже присутствовали на Совете. Правда, только присутствовали. Они сидели в стороне, в углу хижины, не вмешиваясь.

Хижина Вождя представляла собой следующее. Такие же высокие нары из бамбука, на земле — циновки. Кроме того, на полу несколько камней, между которыми тлел огонь. Камни служили опорой для стоявшего на них глиняного горшка. На стенах висели связки раковин и перьев, а под крышей, почерневший от копоти, человеческий череп. То есть все, как и в других хижинах.

Но, кроме того, в хижине Вождя по углам расположены четыре деревянных фигурки вождей. Это священные изображения предков племени. Сделаны они были довольно искусно и с такими страшными рожами, что при взгляде на них, невольно испытываешь трепет[122].

Иногда ходили к водопаду, спускались к заливу.

Развлечений на острове немного. И друзьям приходилось придумывать их самим.

Порой Руслан пародировал окружающих. Это было так похоже, и так смешно, что все вокруг начинали смеяться.

Вместе со всеми смеялась и Аю.

Но ведь ей нельзя смеяться! Она — Вождь!

И она закрывала лицо ладошками и опускала голову, чтобы никто не видел! Только плечики вздрагивали.

Это было так смешно и так по-детски!

Нет, конечно же, Вождю не запрещалось смеяться! Но Аю всегда хотелось выглядеть строгой и серьезной! Хотя разве можно оставаться серьезной рядом с этими «белыми», необычными людьми, которые ведут себя, порой, как «взрослые дети»!

Аю уже не представляла, как раньше обходилась без них, и как будет дальше. Но старалась не задумываться об этом.

Тонгак видел все это. И понимал, что вскоре придется «резать по живому»! Но если кто-то при этом может «сломаться», то Аю, он точно это знал, выстоит! И непросто выстоит! А станет еще сильнее!

Вечерами Руслан устраивал концерты. Это уже стало как традицией. Сначала пели туземцы, затем свои песни заводил Руслан. И все другие «переезжали» к «их» хижине.

Слушая песни Руслана, туземцы выражали свое изумление и одобрение легким свистом и покачиванием из стороны в сторону.

При этом у папуасов не было какой-либо любимой позы. Они часто меняли свое положение: то сидели на корточках, то, опускаясь на колени, сидели на своих икрах, то, почти не изменяя положения, раздвигали ноги так, что их ступни приходились по разным сторонам. Иногда ложились, подпирая подбородок рукою…

Аю тоже сидела рядом и молча слушала. Его песни уносили ее далеко-далеко, в тот мир, который называется «Вечность», и где они всегда будут вместе! И она видела чудесные сады, цветы, слышала щебет порхающих птиц! Там нет этих никому ненужных войн, и не надо бороться за жизнь с копьем в руке…

Вечереет здесь довольно быстро.

Стоит солнцу только закатиться, как сразу же заметно темнеет. Но некоторое, непродолжительное, время темнота почти не увеличивается. Затем очень быстро начинает темнеть, а, вскоре, после захода солнца, царит уже почти полная ночь.

И на небе зажигаются звезды.

Как прекрасно это тропическое звездное небо!

Большое созвездие «Ориона» проходит через зенит. Немного севернее — созвездие «Тельца» с любимой многими «Плеядой», которую на Руси называли: «Стожары». На южном небе высвечивается «Корабль Арго» со своими: «Килем», «Кормой» и «Парусами», чуть западнее которого — «Южный Крест» — мечта, наверное, всех моряков! Низко над северным горизонтом висит «Большая Медведица».

Как-то Руслан, показывая на «Сириус», который, как известно, легко находится по «поясу» «Ориона», сказал:

— Вот это — «Сириус»! Самая яркая звезда, которую мы видим! Причем, «Сириус» — это двойная звезда!

— Да? — Переспросила Аю. — А Тонгак сказал, что это тройная звезда![123] И еще… — Продолжила Аю, — это, действительно, ярчайшая и мудрейшая звезда неба! Там живет Рехуа. Рехуа — это священное существо, которое живет на небе и на самом высшем небе — десятом небе! Поскольку Рехуа живет на самом высоком небе, ему не грозит смерть, Рехуа может оживить мертвых и излечить любую болезнь. Рехуа — это мудрейшее из существ, которое только существует!

Затем, указав на созвездие «Пояс Ориона», Аю назвала его: — «Даманг». А указав на «Плеяду»: — «Барасси».

Расставались они только на время сна, чтобы утром встретиться снова.

Как-то друзья спросили у Аю:

— Почему мы никогда не видели, чтобы туземцы мылись?

— Меня, конечно, Тонгак приучил иначе, — сказала Аю, — а они моются не чаще двух раз в год. Так как считается, что мытье приносит вред коже. Причем, в одной воде моется не только вся семья, но и их родственники, а иногда и гости[124].

Необходимо добавить, что воду папуасы почти никогда не пили. У них нет воды для питья. Немного воды они держат в больших бамбуках.

Так же необходимо отметить, что почти за все время нахождения друзей на острове, Аю ни разу, ни словом, ни взглядом, не выказала своего отношения к Руслану. Она — Верховный Вождь! И не может уронить свое достоинство! Даже на любовь она не имела права…

И только Таор (не считая Тонгака), который не спускал с Аю глаз, иногда видел брошенные Аю на Руслана взгляды. Но он давно свыкся с ролью немого стража.

Разумеется, что вздумай Руслан обидеть Аю, и Таор здесь же убил бы его на месте!

Так бежали час за часом, день за днем…

Глава ХVII

Шло время… Они уже давно свыклись с этой «новой», непривычной для них жизнью, стали ее частью.

Жизнь папуасов, их хорошие и вежливые отношения между собой, дружелюбное отношение с женами и детьми — создавали впечатление, что эти люди вполне довольны своей судьбой, самими собой и всем окружающим!

Ни разу, за все это время, друзья не видели ни одной грубой ссоры или драки между туземцами, ни разу не слышали ни об одной краже или убийстве между жителями деревни.

Здесь не было ни бедных, ни богатых, ни зависти, ни воровства, ни насилия!

Выражения злобы, ожесточения, досады — здесь не было этому места! Они умели искренне радоваться и печалиться.

Будучи изолированными от остального мира, а значит менее подверженными различным изменениям, они оставались подобны детям: всегда с открытой душой и сердцем люди!

При каждой неудаче, потере, смерти, — обязанностью женщин было кричать, выть, плакать, — выказывая печаль. А мужчины просто ходили молча, насупясь.

Причем, нередко, это делалось, именно «по обязанности». Потому, что отрываясь от этого, могли тут же «забыть» обо всем!

Не совсем обычными для друзей были и привычки папуасов. Например, кроме указывания рукой или кивком головы по какому-нибудь направлению, туземцы иногда заменяли эти жесты высовыванием кончика языка то налево, то направо, в зависимости от местонахождения указываемого предмета.

Существовал и обычай передачи имен, что у друзей, особенно в первое время, вызывало путаницу.

Большинство неженатых туземцев своих хижин не имели. И они жили в общинном мужском доме, куда женщинам вход строго запрещен!

Мальчишки-туземцы считались детьми до тех пор, пока не пройдут «Мулум», который считается секретным и важнейшим обрядом!

Его проходила вся мужская часть населения туземцев!

Это обряд посвящения, состоящий из целого ряда сложных действий и обучений, в результате которого молодые люди становились полноправными членами мужчин!

До этого мальчишкам, так же как и женщинам, доступ на площадку, где пируют мужчины, — запрещен!

Женщины участия в папуасских пиршествах не принимали. Они едят отдельно, и служат только при чистке съестных припасов.

Праздники и пиры устраивались обычно в полнолуние, в честь восхода Луны.

Наших друзей туземцы тоже считали пришельцами с Луны. Ведь согласно легендам туземцев, «белизна кожи» — была признаком далеких предков, — тех, кто когда-то пришел с Луны, или кто после смерти пребывал в мире, недоступном живым людям.

Считали, что «белые» могут одним взглядом исцелить больных и, наоборот, наслать болезнь, могут установить хорошую и плохую погоду, дать хорошую охоту и улов рыбы, могут поджечь воду, а значит и море! А это все доступно только Богам или тем, кого Боги послали к ним! Ведь сами Боги, когда спускаются на Землю, обычно останавливаются на высоких «священных» горах!

К пирам туземцы готовятся тщательно! Ходят более разукрашенными. Причем, лица разрисовываются так, что их не просто узнать, — до такой степени обыкновенное выражение и черты лица изменены цветными фигурами.

В честь праздника, выкрашиваются белой и красной красками щиты.

Щиты туземцев сделаны из одного куска дерева, круглые, до одного метра в диаметре.

На передней стороне около края вырезано два концентрических круга. В середине щита — фигура, представляющая значительные разнообразия.

Щиты закрывали голову и грудь, и могли порядочно защитить от стрел и копий!

Пиры, обычно, начинаются с вечера и длятся всю ночь, иногда — вплоть до обеда.

Во время пиршества скатертью им служат банановые листья, посудою, то есть чашками и тарелками, — скорлупа кокосовых орехов, вилками — обточенные бамбуковые палочки, заостренные кости, а многие пускали в ход даже свои гребни, ложками служат выгнутые раковины.

Наевшись, и напившись кэу, туземцы начинают свою «музыкальную» часть!

Для этого несколько папуасов, подняв высоко над головой свои бамбуковые трубы, более двух метров длиной, начинают даже не дуть, а кричать в них, издавая пронзительные, протяжные звуки. Другие, дуя в продолговатый, просверленный сверху и сбоку орех, производят резкие свисткообразные звуки, которые варьируются в зависимости от открывания и закрывания бокового отверстия пальцем, а также от величины кокосового ореха.

Были и другие музыкальные инструменты. Например, состоящий из трубки, к которой прикреплялось множество своеобразных шнурков с нанизанными на них скорлупками. Потрясая таким инструментом, туземцы производили такие звуки, как будто кто-то трясет большими деревянными четками!

При всем этом, кругом к стволам деревьев были прислонены копья, а из кустов торчали луки и стрелы.

Затем начинали бить барабаны, и на середину выходил молодой воин с копьем в руке. Громко и дерзко он начинал вызывать желающих вступить с ним в поединок.

Охотник тотчас же находился! И закипал бой!

Они налетали друг на друга, нанося и отражая удары. Все поддерживали и подбадривали их протяжным воем. Но было видно, что это только игра, что каждый старается не ранить нечаянно противника.

Наконец один слегка касался острием копья груди другого и признавался победителем!

После начинаются танцы. В танцах принимают участие уже все!

Во время танца женщины двигаются медленно, делая маленькие шаги, выдвигая зад, которым вертят из стороны в сторону. Так как туловище наклонено вперед, то груди при этом болтаются. Это, вероятно, утомительно, так как время от времени женщины подпирают свои груди ладонями, но продолжают так же вертеться!

При пляске мужчин в основном двигается средняя часть туловища, колени согнуты, руки заняты, держа барабан, и ударами в который они аккомпанируют танец.

Движения постоянно усиливаются, а под конец темп делается совсем неистовым и вдруг резко прерывается.

При этом женщины плясали в центре круга, а мужчины, окружая их, двигались вокруг один за другим все быстрее и быстрее.

Плясали девушки с белыми цветами в черных волосах, почтенные матери семейств, юноши, взрослые воины и седоволосые вожди. Все они были ловки и неутомимы!

Праздник продолжался до утренней зари.

Глава ХVIII

Уже десять с лишним месяцев пролетело, как друзья находились на острове, когда Аю донесли, что к берегу приближаются рыбаки. Скоро они будут в деревне.

Рыбаков встретили и провели в деревню.

Они часто приезжали сюда. Родственников среди различных племен много.

Им принесли кокосы. Они быстро разделали их.

А делается это так: сначала топором, а затем своим костяным ножом отделяется зеленая кора ореха. После этого берется пустое блюдо из скорлупы ореха. Ударив по ореху, туземцы разламывают его на две равные части, и жидкость из ореха выливается в пустое блюдо.

Затем достают из своих мешков крепкую раковину и, взяв половину кокоса, выскребают из него мякоть ореха, а, натертую таким образом, массу опускают в кокосовую жидкость. Вскоре блюдо из скорлупы наполняется натертой кашицей, которая, будучи разбавленной сладкой кокосовой жидкостью, дает вкусное блюдо.

Начисто выскобленные куски скорлупы используются как посуда, а довольно большая выгнутая раковина используется как ложка.

Одного кокоса может хватить на достаточную порцию для четырех туземцев. Съесть одному весь орех было бы затруднительно.

После того, как папуасы съели свои порции, один из них, держа одной рукой барабан, сделанный из выдолбленного пня, другой стал ударять по краям натянутой шкуры ящерицы. При этом он очень ловко делал прыжки, сгибая колени, а затем снова выпрямляя их.

Затянутую им песню подхватили хором остальные и попарно последовали за «первым», который со своим барабаном представлял главное лицо танца.

Наплясавшись, они закончили.

От гостей Тонгак узнал, что теперь уже новый Великий Вождь Краон, сын Улауна, собирает силы, чтобы отомстить неразумному племени!

Это значило, что в воздухе вновь запахло грозой…

Вскоре гости собрались уходить.

Прощаясь, туземцы пожимали руку повыше локтя. А отойдя на несколько шагов и полуобернувшись, они сгибали руку в локте и, сжимая ее в кулак, разгибали ее. Это их своеобразный прощальный привет, после которого они уходят.

Их проводили на берег. И они уплыли.

А Тонгак поспешил в хижину, чтобы рассказать Аю о «последних новостях», происходящих на соседних островах и у Краона.

Аю не обрадовали эти новости.

Она, конечно же, понимала, что рано или поздно Краон соберет силы и придет. Но она помнила и другое, то, что однажды сказал Тонгак, что два раза будут приходить воины «того» племени, и два раза будут уходить с поникшими головами. Но, что потом будет третий раз. И эта схватка будет последней…

Два раза она разбила воинов отца Краона — Улауна. Теперь — Краон. И это Великий Воин! Хитрый и сильный! Обладающий огромной силой своего племени. Такого победить непросто! Ловушки, устроенные Аю его отцу, не помогут. Краон сам участвовал в этих битвах и хорошо знаком с ними. Теперь, Аю это хорошо понимала, ей могут помочь только Боги!

Она собрала Совет. Но ничего ей не могли сказать младшие вожди. Они сильные, опытные, смелые, старые воины. Но они знали и понимали силу Краона и воинов его племени. Выход оставался один: принять смерть в бою! Но что потом будет со стариками, женщинами и детьми?

Тогда она обратилась к друзьям, может, они что-нибудь скажут?

Майкл подробно расспросил обо всех прошедших битвах в подробностях.

Они были не утешительны. Краон не допустит подобных ошибок!

Спросил о тайных тропах на берегу острова.

Ему объяснили, что это невозможно! Краон знает, что достаточно пяти воинов, чтобы перекрыть тропу и остановить на ней любое количество его воинов.

Выхода не было…

— Но неужели нельзя ничего придумать!? — Вскричал Роберт. — Ведь должен же быть какой-то выход!

— А что бы ты сделала, Аю, на месте Краона? Каким путем пошла бы ты? — Спросил Руслан.

И словно искра проскочила на лице Аю. Почти мгновенно, но друзья успели ее заметить.

Аю, опустив глаза, молчала.

— Что же ты молчишь, Аю? — Снова спросил Руслан.

— Я пошла бы третьим путем… — Ответила она. — Но тогда… Спасения уже нет…

— Это что за «третий» путь? — Спросил Майкл.

— Там, где у нас не будет никаких возможностей остановить Краона и его воинов… Это ущелье… Оно безопасно для прохода его воинов. Наши воины не смогут остановить их там, и они выйдут к самой деревне… У нас слишком мало воинов против их многочисленного племени…

— А что оно из себя представляет?

— Пологий спуск и подъем. А с обеих сторон сыпучие камни. И ни подняться по ним нельзя, ни спуститься, так как это может вызвать камнепад. При этом высота ущелья делает бесполезными наши стрелы и копья, укрывшись щитами идти можно спокойно. Все это делает путь Краона безопасным.

— Надо осмотреть это ущелье! — Сказал Майкл. — Сколько у нас времени?

— Это знают только Боги! Рыбаки сказали, что Краон готовится напасть. Но когда — не известно. Но не сегодня.

— Значит завтра надо все осмотреть!

— Да будет так! — Сказала Аю. Совет был окончен.

***

Назавтра Аю и друзья, а, естественно, как всегда и Таор, весь день занимались осмотром ущелья.

И это оказалось не напрасным! У Аю появилась надежда, что ее народ будет спасен! Необходимо было только время!

С обеих сторон, действительно, много сыпучих камней. И если с одной стороны ущелья приготовить огромные валуны, коих здесь в достатке, а со стороны леса — срубленные деревья, то сбросив их «вовремя», можно вызвать камнепад, и воины Краона навсегда останутся под этими камнями! Только немногие смогут вырваться из этого «каменного мешка», побросав щиты и все свое оружие! И только единицы сохранят его, чтобы умереть достойно!

Необходимо также перекрыть выход «обратно». Для этого необходимо использовать то, что на дне ущелья много высокой сухой травы! И если ее поджечь, пропустив вперед Краона и его воинов, то это вызовет огромный пылающий костер. Назад пути уже не будет! И это заставит их бежать вперед, где их уже будет ждать в скором времени «каменный мешок»!

А там, на выходе из ущелья, у деревни, их встретят воины Аю. Теперь сила будет уже на стороне Аю.

Это было вынесено на Совете Вождей.

— Да будет так! — Сказала Аю.

***

…С восходом солнца закипела работа. Ее было много! Никто не знал, когда придет Краон. Успеют ли они? И не окажутся ли все их усилия напрасными?

Рыбаки тоже не появлялись, чтобы можно было узнать, что там у Краона.

Аю осунулась, похудела. Сейчас решалась судьба ее народа. Тех, кто сделал ее своей дочерью, вскормил и воспитал!

Когда-то Тонгак сказал, что только она сможет спасти свой народ! Это была тяжелая ноша для семнадцатилетней девушки.

Две недели длилась подготовка. Наконец, все закончено!

Но Краон ничего не знал об этом ущелье. А значит, у него, по-прежнему, было два пути: через лес и через перешеек. Но там его остановить уже невозможно!

Снова был собран Совет.

— Что делать? Как Краон может узнать об ущелье? Через рыбаков? — Невозможно! Он не поверит. Он знает, что мы умеем хранить тайны! Значит, это — ловушка!

— Надо сделать, чтобы узнал и поверил!

— Для этого есть только одна возможность! — Сказала Аю, — мы никогда не изгоняли из племени тех, кто не желает что-либо делать[125], опасаясь, что они откроют все наши тайны. Сейчас мы можем это сделать!

— Но все знают и про «каменный мешок»! — Сказал Майкл. — А тогда узнает и Краон! Значит, изгнанный должен сказать только то, что надо сказать! Это может сделать только тот, кому ты, действительно, веришь!

Таор стоял в углу хижины и все слышал. Он уже знал, что делать… Сейчас от него зависела жизнь его племени и Аю! Аю, за которую он готов отдать свою жизнь! Все, что он делал, было для НЕЕ! Или ради НЕЕ!

— Но кто это сделает? — Спросила Аю.

— Я! — Ответил Таор!

«Только не ты!» — Подумала Аю. Она словно впервые увидела его! И поняла, как он, оказывается, дорог для нее! Никто не любил ее так, как любил Таор… Это была слишком большая потеря… А вслух сказала:

— Он не поверит тебе!

— Поверит! Я знаю, что сказать! Но поверит он только тогда, если я уйду с рыбаками…

Друзья не верили своим глазам: за одиннадцать месяцев, что они находятся на острове, они впервые услышали, как заговорил Таор!

А еще все видели, что сейчас совершается трагедия… Но другого выхода не было…

Теперь все с нетерпением ожидали рыбаков. А их все не было…

Глава ХIХ

Краон долго ждал своего часа. И этот час настал! Теперь он собрал «свои» силы, чтобы отмстить этому проклятому племени!

Сколько раз его отец — Улаун водил туда своих воинов! Сколько воинов осталось навсегда лежать в той проклятой земле!

Краон понимал, что это должна быть последняя битва! Битва, которая решит все! И ему, Краону, нельзя проиграть ее! Его воины верят ему и жаждут мести! Они не простят, если он проиграет! Поэтому он должен сделать все, чтобы не совершить ошибки отца, не попасть в очередную ловушку того, неизвестного, вождя!

Нужны были рыбаки, которые могли хоть что-нибудь сказать о племени и их вожде. Но рыбаки, как назло, не появлялись.

Он даже не догадывался, что своим ожиданием, дал Аю это драгоценное время.

И вот, однажды утром, ему сказали, что на горизонте появились рыбаки!

О! Как долго он их ждал!

***

Аю сообщили, что к берегу приближаются рыбаки!

О! Как долго она их ждала!

***

Рыбаков, как обычно, встретили на берегу и повели в деревню.

Среди рыбаков шел и неприметный папуас. Он ничем не выделялся среди других. Такой же обычный, улыбающийся рыбак.

Рыбаков окружали веселые улыбающиеся лица.

— Я огнем и копьем сотру ваши улыбки! — Думал Краон (а это был именно он), продолжая улыбаться в ответ.

Рыбаки, в очередной раз, не смогли ничего сказать ему ни о племени, ни о его вожде. Тот по-прежнему оказывался «на охоте».

И тогда Краон, оставив у себя в племени несколько рыбаков, как заложников, сам поехал с остальными под видом простого рыбака.

Он не смотрел по сторонам, старался даже не поднимать голову. Но его острый, мгновенно брошенный взгляд, примечал все!

Их подвели к самой высокой хижине, хижине вождя.

«Неужели я сейчас увижу вождя!? — Подумал Краон. — Неужели в первый раз за время прибытия рыбаков он оказался не „на охоте“!?»

Давно Краон жаждал увидеть своего кровного врага! Ох, как он его ненавидел! С каким удовольствием он вцепился бы в его горло и вырвал все ему из глотки! А его череп он повесит на самый высокий кол возле своей хижины! Пусть все видят и знают: нет такой силы, которая остановит Краона! Недолго осталось ждать этому вождю дикого племени прихода Великого Вождя Краона! И тогда горе тебе и всему твоему племени!

Но это потом! А сейчас он — простой рыбак. Улыбающийся всем.

Рыбаков окружило почти все население деревни. Гости всегда привозят с собой новости!

Первым из хижины показался Тонгак. Он подошел к гостям и внимательно осмотрел их.

Все, как обычно.

Но Тонгака нельзя обмануть!

Он сразу приметил рыбака с колючим взглядом! И понял, кто перед ним! Но время еще не пришло…

Краон тоже был мудрый человек. Он понял, что этот колдун сразу же выделил его из рыбаков и догадался, кто он, хотя и ничем не выказал этого.

Все стояли и с нетерпением ожидали выхода вождя…

В этот момент из хижины показалась Аю. Да, немного похудевшая, но по-прежнему такая же прекрасная! Ее глаза небесного цвета испускали какой-то внеземной свет!

Если бы сейчас у ног Краона сверкнула молния, и грянул гром, он бы этого не заметил! Земля словно выскользнула из-под его ног!

Что угодно мог представить себе Краон, но такого!

Словно богиня, спустившаяся на Землю, стояла перед ним Аю!

Краон был не просто удивлен, а потрясен и подавлен!

И это та, которая уничтожила столько воинов его племени, а его самого заставила бежать с позором, как трусливого зайца!?

Да, он, конечно же, слышал, что у Кариота была дочь с лицом белее Луны. Такие вести быстро распространяются. Но что с ней стало потом, не знал никто!

А то, что она станет вождем племени!? Это даже смешно было подумать!

Так вот почему она не хотела, чтобы ее видели рыбаки! Никто не должен был про нее знать!

И… Она дважды разбила его отца…

Сейчас Краон понял, что об этом можно было догадаться давно! Мужчина-воин всегда в бой идет открыто! Кариот никогда не стал бы прятаться! Он всегда шел впереди и вел за собой воинов! В открытую!

А здесь две победы этого племени, и обе за счет обмана! На такое способна только женщина!

Все остальные рыбаки тоже были потрясены этой внеземной красотой!

Аю не могла не заметить, какое впечатление произвела на них.

На нее смотрели широко открытые глаза, полуоткрытые рты, после внезапно оборванной фразы… Все словно застыли…

Но ни один мускул не дрогнул на лице Аю!

Она молча окинула всех взглядом.

Краон хотел опустить глаза, но ничто не слушалось его. Он понимал, что сейчас выдает себя, что она поймет, кто он. Но… Ничего не мог с собой поделать… Он проиграл очередную схватку… Здесь… Сейчас…

«Если бы я мог сделать эту женщину своей женой! С моими силами и ее умом — мне было бы ничего не страшно! — Подумал он. — Я даже готов был бы простить ей все! Даже этому колдуну, ради нее, я сохранил бы жизнь! И подарил ей его! Если бы только сделать ее женой!»

Аю сразу поняла, кто он!

Он понял, что Аю догадалась, кто он!

Но никто из них не подал виду!

Их первая схватка началась!

Как обычно, гостям принесли угощение. Казалось, что все рады приезду гостей!

Но только три человека понимали, что происходит сейчас в действительности! Это: Тонгак, Аю и Краон.

В разговоре, естественно, не могли не коснуться и племени Краона.

Аю сама завела разговор на эту тему, спросив, что слышно про «то» племя, что там у них делается? Может быть, этот рыбак знает? Краон ответил уклончиво.

Он прекрасно понимал, что Аю знает, что готовится «новая» схватка. И ответил осторожно, что они, кажется, к чему-то готовятся. Но когда это будет, разве ему — простому рыбаку, тем более с другого острова, известно?

— Да, Краон — Великий Вождь и Великий Воин! — Сказала Аю. — Но он — не мудрый вождь! Сколько раз его отец, Великий Вождь Улаун, пытался завоевать эту землю! Но мой отец, Великий Вождь Великого Племени, Кариот, всегда вставал на его пути! Когда Боги пришли за моим отцом, и душа его оставила тело, Улаун два раза приходил завоевать землю моего племени! И два раза уходил с поникшей головой! И Боги пришли за ним! И душа его оставила тело! Великим Вождем стал сын его — Краон! Но он не мудрее своего отца Улауна! Сколько воинов Улауна навсегда остались на земле моего племени? Сколько жен потеряли своих мужей? Сколько детей потеряли отцов своих? Но Краону нужна новая кровь! Он хочет еще много своих воинов оставить здесь навсегда! В моем племени много молодых красивых женщин! Воины Краона могли бы сделать их своими женами! И им не надо было бы искать себе жен на других островах! Они родили бы им сильных и смелых воинов! Сколько молодых женщин у Краона? Мои воины сделали бы их своими женами! Но Краон — не мудрый воин! Он хочет войны! Пусть приходит! У него два пути: через лес и через перешеек! Мои воины встретят его! И он и его племя навсегда останутся на нашей земле! И их души оставят их тела! Боги не допустят, чтобы воины чужого племени ступили на священную землю моего народа!

Что мог ответить ей Краон? Сейчас он был простой рыбак.

А что мог ответить ей Вождь Краон?

Он понимал, что проиграл эту битву… Нет, не ту, предстоящую, схватку и спор о могуществе его племени! Он проиграл другую битву… Эта женщина поразила его сердце…

— Да будет так! — Сказала Аю. И скрылась в своей хижине.

Негоже ей, Верховному Вождю, сидеть с чужими рыбаками.

Там, в ее хижине, ждали друзья.

Стоило Аю уйти, и свет словно померк в глазах Краона…

Тонгак, слышавший весь разговор, понимал, что Краон пришел не напрасно! Он пришел, чтобы отнять самое дорогое, что есть у Тонгака! Его дочь! И понимал, что сейчас вынужден отпустить его… Отпустить, зная, что потом тот снова придет сюда, неся с собой смерть!

Тонгак больше не в силах был видеть его, ненавистного ему человека! И тоже ушел в хижину.

Вскоре, рыбаки стали собираться в обратную дорогу.

Краон, молча, опустив голову, спускался по тропе вниз…

…Таор сначала поверил, что это простые рыбаки. Но ненадолго! Его любящее сердце подсказало ему об опасности, грозящей Аю. Он понял, что перед ним враг! Страшный жестокий враг!

И теперь Таор знал, что делать! Выбор был сделан!

Он хотел еще раз (может быть, последний) увидеть Аю…

Но даже этого лишили его Боги… Он не решился зайти в ее хижину…

Таор молча пошел провожать рыбаков, бросая прощальные взгляды. Он не знал, сможет ли когда-нибудь еще вернуться сюда…

Он приблизился к Краону, идя по тропе рядом с ним. Затем, тихо сказал:

— Я знаю, что тебе нужно! Я помогу тебе! Я дам тебе то, что ты хочешь! Но ты мне дашь то, что попрошу я!

— И что же тебе нужно? — Спросил Краон. Он уже не удивлялся, что его узнали. Странно было, что его отпускают! Он бы Аю не отпустил!

— Тебе — остров, мне — Аю!

В который уже раз сегодня судьба потрясала Краона! Что угодно ожидал он от этого молодого воина, но такого!

Краон не был особо жестоким. Он был просто воин, закаленный в битвах. Горько оплакивал своих воинов. И сейчас, в первый момент, он даже захотел впиться в горло предателя! Но так было только в первый момент! Краон, кроме всего прочего, был и мудрым воином. А сейчас судьба дарила ему шанс отомстить за все! За всех воинов, за всю пролитую ими кровь, а еще… Если все действительно получится… Неужели этот молодой дикарь думает, что Краон отдаст ему Аю!? Ну что ж, пусть думает! Недолго ему жить осталось! А Краон сделает Аю своей женой! И никогда и никому ее не отдаст! Только ему одному должно принадлежать это божественное создание!

Все это мгновенно промчалось в голове Краона.

— Как ты хочешь помочь мне?

— Сейчас я уйду. А там, за мысом, я приплыву к твоей пироге. И ты возьмешь меня с собой…

…Тонгак вышел на берег. Он видел все…

Аю и друзья тоже вышли из хижины и сели рядом. Гостей уже не было.

Вскоре к ним присоединился Тонгак и сказал:

— Он ушел…

Все поняли, что он имел в виду… Таора с ними больше не было…

Но это было не все. Тонгак понимал, что сейчас он нанесет Аю еще больший удар… Но время пришло… Молчать нельзя… Он должен это сделать…

Повернувшись к друзьям, Тонгак сказал:

— Приходит и ваше время. Вы не случайно оказались здесь! Все в этой жизни не случайно! Скоро исполнится двенадцать лун[126], как вы появились на острове. И именно в ночь полнолуния вы сможете вернуться «назад». Если вы не вернетесь в эту ночь, то не вернетесь уже никогда! НИКОГДА! Такова есть воля Богов!

Друзья оцепенели… Они так долго об этом мечтали! Но сейчас!?

Аю… Она совсем недавно потеряла близкого, как оказалось, очень дорогого для нее человека… А сейчас она теряла все…

Она молча ушла в свою хижину…

— А как же последняя схватка? — Спросил Майкл. Но тут же вспомнил свой домик в Джерси, любимую жену — Клару, которую уже столько не видел… И своих детей… Сил на какой-то выбор уже не было… Неужели скоро он снова будет дома?

Роберт вспомнил милую Шотландию, эти старые улочки Эдинбурга, монумент Вальтеру Скотту, под аркой которого он впервые поцеловался, свой кабинет с камином и томиком любимого Роберта Бёрнса на углу стола, и, конечно же, жену Мэри, которую не оставит больше никогда… Вспомнил и детей: Джона и Кэрролл… «А ведь Кэрролл даже чем-то похожа на Аю», — подумал он… Но тут же отбросил эту мысль…

— Я просто хочу домой… — Промолвил он…

А Руслан… Ему ни о чем не хотелось думать. Но мысли сами лезли в голову… Дома его ждала жена — Людмила, дети, друзья… Он снова хотел быть с ними, в кругу семьи, друзей. В кругу тех, кто для него дороже всего на свете… Но здесь… Эта совсем молодая девушка, несшая на своих маленьких хрупких плечах такой непосильный груз… И этот маленький народ…

Он сейчас впервые понял, как за этот год ему стали дороги и близки эти полудикие, простые, бесхитростные, с открытой душой и сердцем люди… А ведь им не нужны чужие земли, богатство… Ничего не нужно… Они просто хотят жить! Просто жить! Жить и радоваться жизни! О, Господи! Как, оказывается, дорого это стоит…

И сейчас его сердце разрывалось от боли. Остались какие-то считанные дни, всего пятнадцать дней, и все… И все…

А в хижине тихо плакала Аю…

Но никто не видел ее слез! Потому, что никто и никогда не должен видеть ее слез! Никто! И никогда!

Глава ХХ

Время полетело быстро… Пятнадцать дней… Двенадцать… Десять… Восемь…

И однажды гонцы принесли Аю весть, что пять воинов Краона приблизились к границам их земли и воткнули копья свои в землю. Они ждут ответа.

Аю решила встретить их у своей хижины.

Майкла, Руслана и Роберта она оставила в своей хижине.

— К нам пришли пять воинов того племени, которое хочет сжечь нашу деревню, убить всех воинов, а их жен и детей захватить в плен. Эти воины не должны видеть вас. Никто не должен знать о вас. Но вы должны слышать все, что они скажут. Поэтому, вы будете находиться в моей хижине. — Сказала Аю.

Когда эти воины-парламентеры[127] вошли в деревню, их встретило почти все население деревни.

В центре деревни, впереди всех, стояла Аю — Верховный Вождь, за ней пять младших вождей и чуть в стороне колдун Тонгак, — как отметили гости.

По дороге сюда они заметили, что между рекой и обрывом часто мелькали воины этого племени. Значит, они готовы встретить там воинов их Великого племени и снова устроить им ловушку. Но их Великий Вождь — Великий Воин! Он — мудрый воин! Он знает, как разбить все это племя, и никакие ловушки больше не помогут им!

Они подошли к центру.

— Великий Вождь Краон послал нас сюда, чтобы сказать вам его волю! — Сказал один из них.

Необходимо отметить, что жители соседних деревень говорят на разных языках, но понимают друг друга.

Им подали циновки.

Они сели.

Напротив сели младшие вожди.

Последней опустилась Аю.

Таким образом, образовался круг.

Один из воинов гостей встал и начал свою речь:

— Мы пришли сюда по воле Богов и нашего Верховного Вождя — Великого Вождя Великого Племени — Краона. Он долго разговаривал с Богами! И Боги сказали ему: «Иди и скажи им!» И мы пришли, чтобы сказать вам Волю Богов! Наш Великий Вождь Краон — Великий Воин! Никто не может сравниться с мудростью и силой Великого Вождя Краона! Сами Боги помогают ему! И горе тому, кто нарушит волю Богов и встанет на пути Великого Краона!

Много раз воины вашего племени вставали на пути Великого Вождя Улауна. Но душа оставила его тело. И Великим Вождем стал сын Улауна — Краон. Но Краон не только Великий Вождь и Великий Воин! Не напрасно его зовут и мудрым Великим Вождем! У Великого Вождя Краона много-много воинов! Скоро они придут сюда и сожгут вашу деревню, затопчут ваши плантации и зальют кровью всю вашу землю! Воины Великого Вождя захватят в плен ваших жен, женщин и детей! Убьют всех ваших воинов и их черепами украсят свои хижины! То же самое ждет и вашего вождя и его колдуна.

Но Великий Вождь Великого Племени Краон — мудрый воин! Он может сохранить вам жизнь! Ему не нужна ваша кровь! Ему нужны молодые и сильные воины! И он примет их к себе! Он не убьет ваших стариков, женщин и детей! А позволит им жить в любой части острова, если они признают его своим Вождем!

Для этого вы должны:

— Сами сжечь свою деревню!

— Все, что имеете, отдать воинам Великого Вождя Краона!

— Все молодые и незамужние женщины должны прийти к Великому Вождю Краону!

— Ваши вожди с опущенными головами должны прийти к Великому Вождю Великого Племени Краону и привести с собой вашего вождя и колдуна!

Тогда Великий Вождь Великого Племени Краон укажет вам, где вы сможете построить новую деревню! Молодых и незамужних женщин отдаст своим воинам, и они, может быть, сделают их своими женами! Ваших вождей, может быть, Великий Вождь сделает своими воинами! Вашему колдуну Великий Вождь окажет особую честь: он лично убьет его и съест его мозг! А вашего вождя Краон, может быть, сделает своей женой! Я все сказал!

Он замолчал.

Вокруг стояла тишина.

Руслан, Роберт и Майкл сейчас готовы были выскочить и разорвать на части этих гостей!

В круге тоже стояла тишина… Аю встала.

Вслед за ней встали и все остальные.

Она рукой указала гостям ждать, а сама что-то тихо сказала одному из воинов, стоявших поблизости, и зашла в хижину.

Следом за ней в хижину вошли младшие вожди.

Гости сидели на прежнем месте.

Им принесли кокосы.

Они разделали их и приступили к трапезе.

В хижине начался совет.

Вожди и Аю сидели по кругу.

Старый мудрый Тонгак отошел в сторону и стоял, опустив голову.

Наши друзья сидели в другом углу хижины и ждали, что скажут вожди.

Аю встала и обвела всех взглядом.

Все продолжали сидеть и молчать, опустив голову.

Аю молча ждала, что скажут вожди.

Тишина затягивалась. Она длилась полчаса, час, полтора часа…

Все продолжали молчать.

Аю, по-прежнему, стояла и тоже молчала.

Ни один раз друзья присутствовали на Совете Вождей, но такого странного Совета, они не видели еще никогда!

Несколько раз им хотелось вскочить и закричать:

— Что вы молчите? Почему не разорвете этих псов на части?

Но они не были вождями, не были и воинами племени. И, значит, не могли выступать на Совете, пока их не спросят.

Минуло два часа…

И тогда Аю, подняв правую руку и согнув ее в локте, сказала:

— Да будет так!

Совет был окончен.

Все, кроме друзей, вышли из хижины.

Последней вышла Аю и прошла вперед.

Младшие вожди и Тонгак остановились сзади.

Гости встали, ожидая ответа.

— Мы много слышали о вашем Великом Вожде Краоне. — Начала свою речь Аю. — Да, он — великий воин. Но он — не мудрый воин! Воины моего племени примут смерть, но никогда не станут воинами вашего вождя! Вожди моего племени никогда не станут служить вашему вождю! Женщины моего племени никогда не станут женами воинов вашего племени, и никогда не будут рожать им детей! Аю никогда не станет женой грязного животного — Краона! Да отвернутся от вас Боги! Да будет так!

Затем, повернувшись к своим воинам, громко, чтобы слышали все, добавила:

— Уведите их! Пусть они скажут своему грязному животному — Краону наше решение! — И, развернувшись, скрылась в своей хижине.

Сказать, что наши друзья сейчас были в восторге, равносильно, что ничего не сказать!

Эта молодая девушка в очередной раз доказала им, что она, действительно, Великий Вождь!

Друзьям оставалось всего семь дней…

***

Когда Краону сообщили, что сказала Аю, он пришел в ярость. Еще никто и никогда не смел так разговаривать с ним! Он готов был разорвать этих воинов, принесших ему такую весть! Но сейчас каждый воин был нужен! Он прекрасно понимал, что это будет последняя схватка! Жестокая, яростная! Не на жизнь, а на смерть! И… Исход ее известен только Богам…

Краон не был жестоким воином, но он был, по истине, смелый и великий воин! Он не бежал с поля боя там, в лесу, прикрывая до последнего убегающих воинов своего племени. И только голос отца, Улауна, заставил его отступить. Он никогда и ничего не боялся! Никогда! А сейчас… Сейчас у него, впервые в жизни, вкралось сомнение… Два раза его отец — Великий Вождь Улаун — поднимал воинов на войну с этой Аю! И оба раза проиграл… А сам погиб от рук ее воинов. Теперь он должен вести в бой своих воинов. И против кого? Против остатков какого-то племени, возглавляемого молодой женщиной!? В это трудно было поверить! Если бы ему рассказали о вожде другого племени, попавшего в подобную ситуацию, он бы долго смеялся! Подобный позор могла смыть только кровь, или смерть в бою… Но сейчас… Это было не чужое племя, а его…

И Вождь этого племени — он, Краон…

Может, ей помогают сами Боги? Можно воевать с любыми земными воинами, но воевать с Богами!? А тогда… Тогда исход предрешен… Но выбор сделан… Решение принято… И он уже не в силах что-либо изменить… Воины его племени сочтут его за трусливого зайца! А сейчас они верят ему! Верят, что он приведет их к победе!

Не было душе его покоя… Только та, последняя, схватка решит все! Победа или… Или смерть!

***

Однажды утром Тонгак сказал Аю:

— Ночью он приходил. И приводил с собой десять воинов Краона. Он довел их до деревни. А потом увел обратно!

Аю все поняла. Значит, ему удалось!

— Надо сказать им! — Сказала Аю.

— Не надо! Пусть они уйдут спокойно. Они пришли сюда, чтобы придать тебе сил! И они сделали это! А сейчас они должны уйти!

Тонгак знал: небесные часы запущены… И их ход уже не остановить… Судьбы пишутся на небесах…

Друзьям оставалось три дня…

Глава ХХI

…Вот и наступил последний день пребывания на острове…

С утра они поели.

Затем Аю снова позвала друзей в… Теперь уже «их» «тихий» уголок.

Аю с Русланом, по-прежнему, шли впереди. Майкл с Робертом чуть-чуть сзади. Не было только Таора…

Проходя по лесу, они увидели необычное растение. Это была «Трупная лилия» — один из самых больших цветов в мире[128]. Даже природа словно прощалась с ними…

Спустились к водопаду.

Все было также столь прекрасно. Но ничто уже не радовало их.

Не было и звонкого веселого смеха Аю…

И все-таки Аю, в этот последний день, захотелось привести их сюда! Чтобы они навсегда запомнили это место! И ее… Ведь они уже никогда больше не встретятся… Никогда больше…

Говорят, когда ждешь, время летит медленно. Неправда! Здесь оно словно таяло на глазах. Хотелось остановить его хотя бы ненадолго, хотя бы на чуть-чуть… Но оно стремительно продолжало таять…

Скоро уже вечер… Их последний вечер… И все…

***

…Вот наступил и вечер… Скоро закат… Пора прощаться…

Аю не встретила их, как обычно, у хижины.

Не было и ее вечного стража. Проход был открыт…

И они вошли внутрь.

Она стояла по-прежнему такая же гордая, неприступная, с каменной маской на лице.

Что они могли сказать? Все было понятно и без слов. И они, молча, так ничего и не сказав, повернулись к выходу.

Роберт с Майклом вышли.

Хотел выйти и Руслан, но Аю задержала его:

— Руслан! — Сказала она. — Я должна сказать тебе. Никогда не говорила, а сейчас скажу. Ты уйдешь. И мы больше никогда не увидим друг друга. В этом мире. Пройдет много времени, и мы вновь увидимся. Но не здесь! А в другом мире, который называется «Вечность»! Мы встретимся, чтобы не расставаться уже никогда! Так мне сказали Боги! И так будет! Ты должен знать, что там, в Вечности, я буду ждать тебя! А теперь, иди!

Аю опустила голову и тихо добавила:

— Иди… Мне больно видеть тебя…

Руслан впервые видел Аю такой слабой, незащищенной. Но что он мог сделать? Он даже не знал, что можно сказать, чтобы утешить ее, любое слово прозвучало бы чуждо и фальшиво.

Он вышел…

***

Вся деревня вышла проститься с ними.

Все знали, что они уходят навсегда.

А друзья даже не знали, что им можно сказать на прощание.

Вдруг оказалось, что эти дикие, полуголые туземцы стали очень близкими и дорогими для них людьми.

На душе было горько. Но надо было идти. Выбор сделан.

Они, втроем, спустились по тропе на каменистый берег.

Прошел всего один год, как они оказались на этом острове. Всего один год! А казалось, что прошла целая жизнь!

Они поняли, что за этот год и они стали другими. И уже никогда не будут прежними.

Они невольно оглянулись наверх.

Там, у обрыва, они увидели одиноко стоящую Аю.

Она по-прежнему оставалась такой же маленькой и хрупкой в свои семнадцать лет.

Она стояла и смотрела на них сверху вниз.

Нет, в ее глазах не было слез. Она всегда умела владеть собой!

Но и отсюда, снизу, было видно то, что не смогла скрыть даже «сильная» Аю: в ее глазах стояла немая боль прощания… Она прощалась с ними навсегда…

Невольно всплыла фраза: «За меня глаза расскажут»…

Друзья отвернулись. Они не в силах были видеть эту боль.

А когда обернулись еще раз, ее уже не было…

…Там, на Западе, догорал закат.

Он был, по истине, прекрасным: ало-красно-розовый!

Скоро наступит ночь. А с рассветом опустится туман, который унесет их отсюда уже навсегда…

***

…Утром они проснулись.

Их окружал туман синеватого цвета. Такой густой, что в двух метрах ничего не было видно. Но потом он стал светлее, а затем исчез и совсем.

Они сидели в распадке, недалеко от берега.

Здесь и нашли их русские друзья:

— Вы где были? Мы все обыскали! Сутки вас уже ищем! Хотели уже спасателей вызывать! Ну ладно они, а ты-то, Руслан! Как ты-то умудрился заблудиться? Тут и заблудиться-то негде! Твоя Людмила там с ума сходит! Давайте, пошлите! Уже пора домой собираться! Завтра с утра на работу!

Друзья все это время сидели и молчали… Да и что говорить? Они только окинули друг друга взглядом, пытаясь убедиться, что это, может, все было только сон?

Пустой бутылки из-под виски не было. (Но могли забросить в кусты!) У Руслана не было охотничьего ножа и ножен. (Может, ночью хотел подарить его новым друзьям и где-то потерял по дороге?) Не было зажигалок. (Но, может, блуждая в темноте, могли выбросить, когда закончился газ!) Роберт проверил блокнот и ручку. Их не было. (Я что, ночью пытался что-то записать? Да кто его знает…)

Они встали и пошли…

Их уже ждали. Там уже знали, что они, наконец, нашлись!

Майкл и Роберт залезли в свою палатку и завалились. Говорить не хотелось. И они просто лежали с закрытыми глазами, притворяясь (друг от друга?) спящими.

Вскоре они услышали, как их русские друзья кричат им:

— Майкл! Роберт! До свиданья! Удачи вам! Хорошо вам отдохнуть!

Только кто-то один подошел к их палатке, раздвинул полог и, увидев их спящими, вновь опустил его. Затем они услышали, как Руслан сказал по-английски:

— Farewell! And if forever farewell![129]

Вскоре взревели моторы, и русские уехали.

И они остались одни на этой небольшой опушке…

***

…Они не знали, что и как сейчас можно сказать друг другу. Но вечно молчать не будешь.

Первым нарушил молчание Майкл:

— Что-то мне кажется, что я уже устал от этого отдыха!

— Я тоже… — Ответил Роберт.

Они, молча, приготовили завтрак. Так же молча, собрали свои вещи. Палатку и спальные мешки собирать не стали, они все равно уже не нужны!

Молча, собрались и пошли.

Скоро автобус нес их в Иркутск.

Окружающая природа уже не радовала их, и они спали всю дорогу (или делали вид, что спят).

Остановившись в гостинице, зашли в ресторан, перебрасываясь, время от времени, пустыми ненужными фразами.

Но не молчать же все время! Надо что-то и говорить! И они словно заставляли себя это делать!

Вечером, чтобы развеяться, решили прогуляться по ночному Иркутску.

Да! Ночной Иркутск — это зрелищно! Ничего не скажешь!

Но и здесь они «ничего» не видели…

И, побродив, вернулись в гостиницу. И сразу же, пожелав друг другу доброй ночи, легли спать.

Назавтра, прямо с утра, они позвонили насчет авиабилетов.

Майклу забронировали билет на 13.45.

Роберту — до Лондона — только назавтра[130].

Они зашли в ресторан позавтракать и одновременно устроить так называемый «прощальный ужин», делая все словно автоматически.

Ничто их не радовало. Казалось, что они спешат расстаться друг с другом.

— Давай, ты не будешь меня провожать! — Сказал Майкл. — Не люблю прощаний!

— Хорошо! — Ответил Роберт. — У него и самого не было желания, но ведь не скажешь об этом!

***

…Они расстались…

И теперь уже навсегда.

Никогда и ничего они больше не слышали о Руслане.

Сами же, почему-то, как-то постепенно, перестали друг другу звонить, общаться по скайпу, оправдывая себя «нехваткой времени». Первое время они еще посылали друг другу поздравления на Хэллоуин, Рождество и Новый Год[131]. Но постепенно, как-то само собой, прекратилось и это…

Глава ХХII

Прошло время…

Ничего не изменилось в жизни наших героев.

Роберт по-прежнему любит побродить по «старому» Эдинбургу, пройтись по «Королевской миле» и ее тихим улочкам, заглянуть в «Bobby*s Bar»[132], где, уверяют, был «рожден» Гарри Поттер[133]…

А вечером, покачиваясь в кресле-качалке, посидеть у камина, покуривая сигару со стаканчиком эля[134].

На углу его стола по-прежнему лежит уже потрепанный томик его любимого Роберта Бёрнса.

Все, как прежде…

Он по-прежнему любит свою Мэри, которую считает самой лучшей женщиной на свете!

Подрастают дети. Скоро и дочь выйдет замуж, все к тому идет.

Но, иногда глядя на дочь, Роберт ловит себя на мысли, что невольно вспоминает ту маленькую хрупкую девушку…

Ни он, ни его друзья так и не узнали, чем закончилась «та» история…

Что дальше стало с Аю и ее народом?

Роберт старался вычеркнуть все это из своей памяти. Это всего лишь сон! Этого ничего не было!

Но все всплывало снова и снова.

И он снова видел глаза этой девушки. А за ее спиной еще сотни глаз туземцев, которые были устремлены на него!

Нет, в них не было укора.

Но от этого на душе становилось еще горше…

И не было от этого спасения!

И Роберт понял, что только одно может стереть эту память! Это, как говорила Аю: «Время, когда Боги придут и за тобой…»

***

Майкл… Он тоже постарался как можно быстрее вычеркнуть всю эту историю из памяти. Он даже ударился в работу, стараясь «загрузить» себя каждую минуту.

Его Клара и дети — были для него самое святое! Он, может быть, впервые в жизни понял, что для человека семья — это самое главное в жизни! Все, остальное, ушло на «задний план», стало неважно! И он дал себе клятву, что больше никогда не расстанется с Кларой!

Шло время…

Однажды они собрались съездить отдохнуть во Фриско[135].

Да, с Восточного побережья на Западное! Но Фриско — это Фриско! Это почти Рай на земле!

Как-то Клара осталась в номере, а Майкл решил прогуляться по берегу.

Он присел на скамейку, достал и закурил сигарету, невольно залюбовавшись последними лучами заходящего солнца.

Закат был, действительно, прекрасным: ало-красно-розовый!

И вдруг…

Его словно резануло по сердцу…

Ему вспомнился точно такой же закат, когда они втроем сидели на скалистом берегу, ожидая своего часа…

Ему даже показалось, что стоит обернуться, и там, наверху, он снова увидит Аю… И ее глаза… И эту немую боль…

И воспоминания нахлынули разом…

Стало так больно и пусто…

И Майкл понял, что эти глаза будут преследовать его всю оставшуюся жизнь…

***

Руслан… У него тоже все по-прежнему.

Он живет в Иркутске, в своей небольшой двухкомнатной квартире, недалеко от центра.

Летом часто по-прежнему бегает в горы. Ездит с семьей и друзьями на Байкал.

Правда, в основном на южное и восточное побережье.

А с этой, западной, стороны… Ну разве что до Листвянки[136].

Выше — для него — ТАБУ![137]

Рядом с ним по-прежнему его Людмила. Руслан и Людмила снова вместе!

Дети выросли, разбежались. Скоро уже пойдут внуки.

Все, как прежде. Как обычно…

И все бы ничего, но один и тот же сон не дает ему покоя…

Ему снится, что они снова гуляют по берегу этого Райского озера.

А потом Аю, смеясь, убегает от него, а он продолжает стоять на месте.

Один и тот же сон. Несколько раз…

И, просыпаясь, каждый раз Руслан задает себе одни и те же вопросы:

«А правильно ли он тогда принял „решение“? Как бы он поступил сейчас?»

Он снова взвешивает все «за» и «против».

И, в сотый раз, приходит к мысли, что и сегодня поступил бы точно так же! Значит, все ПРА-ВИЛЬ-НО!

Только если все действительно «правильно», то почему же ему снова снится тот же сон, и Руслан в очередной, в сто первый раз, задает себе те же вопросы?

А недавно ему приснилось, что они снова стоят на берегу озера, но Аю уже не смеется. А потом она просто молча уходит. А он по-прежнему остается стоять.

Немного отойдя, Аю оборачивается, и на ее лице появляется грустная улыбка.

И Руслану даже показалось, что он услышал, как она тихо сказала:

— Не торопись… Я подожду! — И… Cловно растаяла…

Проснувшись, Руслан понял, что теперь она ушла навсегда… И не придет больше… Она будет тихо ждать его где-то там… В Вечности…

Эпилог

…Аю долго не ложилась. Спать не хотелось…

Еще вчера вечером они были здесь. Еще прошлой ночью она могла спуститься к ним на берег и этим «испортить» все! Ничего бы не произошло, и они остались бы здесь, на острове! Но она знала, что не могла так сделать! Это их право: уйти или остаться!

***

…Уже скоро начнет светать, а сна все не было.

Сколько ей дано еще дней и ночей? Теперь и она знала ВСЕ… Осталось совсем немного, совсем чуть-чуть. И ее народ станет свободным! На долгие годы!

Ее время подходит к концу… А там… Там — Вечность! И ОН!

В этот момент вошел Тонгак. Ее старый, мудрый, любимый Тонгак. Ее второй отец.

— Он привел их… Они пришли… — Сказал он и вышел…

Теперь он уже все сказал ей… Ничего не осталось… Он открыл ей последнюю дверь…

***

Еще до восхода солнца ее воины заняли свои места. Скоро начнется схватка… Последняя схватка…

***

«Необходимо двадцать воинов послать сверху ущелья, — подумал Краон. — Да, их увидят. И схватка будет недолгой. Но они предупредят об опасности! А значит, ими можно пожертвовать…»

***

С восходом солнца Краон и его воины вошли в ущелье.

Рядом с ним шагал Таор, который понимал, что должен быть впереди! Его могла опередить только Аю!

Он шел и вел за собой врагов, которые несли с собой смерть…

***

Схватка наверху была недолгой…

Ее не могли не слышать там, внизу…

Но они были уверены в своем могуществе! Да и… Они еще не знали, что обратной дороги уже нет…

***

…Таор понимал, что Аю совсем не обязательно кидаться в этот бой! Но он слишком хорошо ее знал! С самого детства! И он твердо знал, что она не только бросится в бой, но и будет в первых рядах! Она не привыкла быть «второй»!

А значит, надо срочно туда, вперед! Чтобы, если потребуется, успеть закрыть ее от стрелы и копья!

И он рвался вперед, расталкивая врагов.

Но не за жизнь он сейчас боролся! Точнее сказать, не за свою жизнь! Там, впереди, была Аю!

И, кто бы что ни говорил, Аю все равно его!

Ему удалось, он вырвался! Сами Боги помогли ему!

И, как он и думал, далеко опережая всех, навстречу бежала Аю.

В своей боевой раскраске она была так прекрасна!

Но не было никого рядом с ней…

И Таор бросился ей навстречу!

Верный страж снова рядом с тобой, Аю!

На какую-то долю пересеклись их взгляды, и каждый успел все прочитать в глазах другого:

— Здравствуй, милая, любимая, Аю! — говорили одни.

— Здравствуй, милый брат! — говорили другие…

Таор только успел добежать и развернуться, как увидел, что уже несколько воинов направили на Аю свои луки.

Таор, оттолкнув, встал на ее пути!

И тут же в него вонзилось несколько стрел.

Таор, как и в детстве, снова опередил ее.

Он упал.

Аю опустилась на колени, приподняв голову Таора. И Таор, впервые в жизни, увидел блеснувшие у Аю слезы.

Он улыбнулся.

Это было последнее, что он успел сделать…

Он был уже далеко отсюда…

Аю встала.

В глазах уже не было слез.

Там, впереди, ее враги, которые пришли сюда и принесли с собой смерть.

Она медленно подняла свое копье и снова ринулась в бой!

Там, впереди, ее ждала Вечность!

И, самое главное, тот, кто ей всего дороже!

И скоро они встретятся вновь, чтобы не расставаться уже никогда!

***

…После боя ее нашли…

Она лежала, широко раскинув руки.

Ее глаза были устремлены ввысь…

Аю сдержала свое слово: когда Боги пришли за ней, она, как и отец, встретила их с широко открытыми глазами…

Говорят, что ее последние слова были:

— Не торопись, я подожду…

***

…А старый, мудрый Тонгак долго стоял у обрыва.

Он не видел боя.

Да ему и не надо было видеть. Биение сердца дочери он чувствовал дыханием своего сердца.

Когда ее сердце остановилось, он шагнул в Вечность…

Чтобы и там оберегать ее…

***

Легенды об Аю быстро разнеслись по островам! Но время стерло и их…

Послесловие

А может, этого никогда не было?

И все это просто сон?

Только почему же тогда, открыв карту мира, и сегодня в «Стране тысячи островов»[138] можно отыскать небольшой Архипелаг, который носит название:

«ОСТРОВА АЮ»[139]…

ОТ АВТОРА

Существовала ли когда-нибудь девушка по имени Аю?

В Индийской и Индонезийской мифологии существовало Божество по имени Аю — мужского рода.

Но Аю — это женское имя.

В Индии, например, жила женщина — Великий Учитель (Гуру) по имени Аю Кхадро — в конце XIX века. Была очень знаменита.

Но и в Индонезии очень давно (когда точно — неизвестно!) жила девушка по имени Аю. Так гласит легенда.

Имя ее уходит в глубину веков. Жила она в Западном Папуа, т.е. среди папуасов.

Имя Аю переводится: светлоликая, светлоокая. Если «светлоликая» говорит о том, что среди черных туземцев она была «белая», то «светлоокая», т.е. со светлыми глазами, — говорит о ее европейском происхождении.

Так кто она?

Память «о белых людях», до того как в этой части океана появились первые европейские корабли [1615 г.), у папуасов была только по Аю! Разве что по их легендам: «Белые люди» — это дети Богов, прилетевшие с Луны!

Именно так они считали![140]

Но имя девушки по имени Аю стало легендой!

В настоящее время в Индонезии и в Папуа нередко встречается это имя, правда, уже потерявшее свое «первоначальное» значение (см. перевод имени).

Ее именем назван Архипелаг, остров, поселение. А в Папуа-Новая Гвинея: река и озеро, — правда, здесь уже имя, скорее всего, связано с духом леса.

Нередко в те времена женщина становилась и Верховным Вождем племени! Это описывал и Джеймс Кук и другие! А в Индонезии, в придачу, женщина во все времена очень почиталась!

Возможно, это связано с тем, что женщин на всех мужчин просто не хватало. И нередко женщины, что называется, «правили балом»!

Появление Аю на острове — так и осталось тайной, покрытой временем. Но, однозначно, она не могла быть родной дочерью Верховного Вождя, а так же жреца Тонггака.

Но, согласно «Легенде», Аю воспитывалась в хижине Вождя. Именно здесь она получила первые навыки владения копьем и луком.

Тонггак… Это тоже, своего рода — загадочная фигура. Кто он? Как попал на этот остров и когда? Однозначно, что папуасом он тоже не был.

Исходя из легенды, он, скорее всего, был выходцем из Индии. Тем более что индийцев в Индонезии в те времена было достаточно. Что означает его имя? Я даже не знаю точно, как правильно пишется его имя: Тонггак, Тонг-Гак или Тонг Гак. Звучанием оно напоминает «Золотой корень жизни» — тонгкат, который по своим качествам приравнивается к женьшеню, и который называют точно также. Возможно, что на каких-то диалектах, тонгкат и звучит, как тонггак. Но, повторяю, что, не зная это наверняка, я даже не стал проводить параллели.

Тонггак обладал уникальными познаниями, занимался магией, знал расположение и названия звезд. И все свои познания, по-крайней мере — основные — он старался передать Аю.

Тонггак, хоть и прожил много лет среди папуасов и, естественно, не мог не полюбить этот народ, но он полюбил и Аю, ставшую ему дочерью, последней радостью, последним глотком воды в пустыне («Без нее жизнь — ничто, просто прах…») … И он не видел достойных его дочери! А она — молодая, приходит время, когда сердце просит любви. Может быть, поэтому (согласно легенде!) он говорил ей, что она встретит своего любимого только в «Вечности».

И вскоре убедился, что ее сердце занято именно «им». А значит, можно быть спокойным: в ее сердце другой уже никогда не найдет дорогу!

Он, конечно же, знал, что ее жизнь не будет долгой. Может, поэтому и поступал именно так.

Аю в 15 лет стала Вождем.

Слишком рано на нее свалился столь тяжелый груз, да еще и в суровое время. Но это был единственный способ спасти ее, и чтобы никто, без ее согласия, не отдал кому-нибудь в жены.

Она была слишком молода, и считала, что всегда должна быть строгой и серьезной!

Она не имеет права ни на смех, ни на любовь, ни на счастье…

Так думала она.

Ведь теперь только от нее зависело будущее ее народа: будет ли оно (племя) просто жить!

И только изредка она уходила в свое «тихое» место, где могла спокойно посидеть и даже полежать на траве, мечтая о чем-либо.

Или, находясь в одиночку в своей хижине, тихо поплакать, зная, что никто не видит ее слез. Потому что никто и никогда не должен видеть ее слез! Никто не должен видеть ее слабой!

На «последнюю» битву Аю — как Верховный Вождь, и являясь дочерью Верховного и Великого Вождя племени, идет впереди! Ей нестрашна смерть! Там — в Вечности — ее ждет настоящее счастье!

Аю погибает…

Но, погибая сама, она приносит победу племени! А значит и вечную свободу!

После этого Аю становится легендой! Ведь она — дочь самих Богов!

Так гласит «Легенда об Аю».

Эту «Легенду» я услышал очень давно и совершенно случайно. Хотя, как говорят, в жизни ничего не бывает случайным!

История девушки не оставила меня равнодушным.

Я пытался хоть что-то найти об Аю. Но… Мне так ничего и не удалось отыскать. Даже легенду. Возможно, что не так или не там искал.

Необходимо также добавить и то, что когда я начал писать повесть, передо мной встали 1000 вопросов: как выглядели хижины «внутри» и «снаружи», как выглядели папуасы, как одевались, как выглядела деревня, их обычаи, традиции, быт, отдых, праздники, орудия труда и охоты, история, флора и фауна, язык общения, словообразование и еще много — много другого!

Пришлось перевернуть «море» различной литературы, фотографий. Причем, как у путешественников, так и научной!

Так что, все описанное про жизнь папуасов — правда. Даже если что-то покажется необычным!

И еще…

Чтобы показать «внутренний» мир Аю, недоступный для других, я и «ввел» в повесть друзей. Как простых статистов. Которые пришли — увидели — ушли… И все! Но с их помощью все увидели, что Аю (оказывается!) умеет смеяться и просто радоваться жизни! Что она, оказывается, живой человек, а не каменное изваяние!

***

Кто-то в моей повести увидит судьбу девушки, ставшей легендой, кто-то — обычную фантастику, — каждый видит то, что он хочет видеть.

***

Такова была короткая жизнь девушки по имени Аю… Короткая и яркая… Как вспышка…

Примечания

1

Джерси-Сити — город в США, на берегу реки Гудзон, штат Нью-Джерси. Основан в 1630 году. Входит в состав Нью-Йоркской агломерации. (При создании данного раздела использованы материалы из Википедии).

2

Эдинбург — столица и второй по величине город Шотландии. Поистине является одним из самых загадочных и харизматичных городов Соединенного Королевства. Много мифов и легенд рассказывают о нем. Выросший на вулкане, Эдинбург становится самым таинственным и мистическим местом на Земле в темное время суток. А под землей находится еще один город, полный призраков и привидений. Одна из красивейших столиц Европы расположена на южном берегу залива Ферт-оф-форт (В переводе: Вечная крепость). Крепость Эйдина (Din Eidyn), от которого произошло название города, находилась на землях древнего бриттского королевства Гододин. В XII веке король Давид-I перевел сюда свой двор, и, окруженный крепостной стеной, город начал развиваться. Теперь это Старый город. Несколько веков спустя сюда хлынули ирландцы, и, в середине XVIII века, к северу от него появился еще один район — Новый город.

3

Гарвардский Университет — один из самых известных университетов США и всего мира, находится в городе Кембридж (входит в состав Бостона), штат Массачутес (не путать с Кембриджским Университетом — Англия). Гарвард — старейший из университетов США, был основан 8 сентября 1636 года. Назван в честь английского миссионера и благодетеля Джона Гарварда. Университет включает в себя 11 отдельных академических подразделений:10 факультетов и Институт Перспективных Исследований Рэдклиффа. Среди выпускников Университета 8 президентов США, 49 лауреатов Нобелевской премии, а так же знаменитые бизнесмены, политики, деятели науки, кино, телевидения, спорта и музыки и другие… Интересные факты из истории Университета. 1) В Harvard Yard находится статуя сидящего Джона Гарварда, выполненная скульптором Даниэлем Френчем. Табличка под статуей гласит: «Джон Гарвард, основатель, 1638». Студенты университета называют эту скульптуру «Статуей тройной лжи». В действительности, сидящий мужчина — не Джон Гарвард, а студент университета Герман Шор, который был выбран случайным образом и стал моделью для скульптора; Джон Гарвард не был основателем университета, а только вкладчиком, пожертвовав ему свою библиотеку и половину состояния; университет был основан на два года раньше указанной даты — в 1636 году. 2) Отметки на Гарвардском мосту сделаны в малораспространенной единице длины — смутах. В 1958 году студенты MIT решили измерить длину Гарвардского моста, соединяющего Бостон и Кембридж с помощью одного из своей компании — студента по имени Оливер Смут, которого в лежачем положении перемещали дальше и дальше, делая краской отметки. Общая длина моста составила «364.4 smoots plus one ear» (англ. 364,4 смута и еще одно ухо), а сама единица смут равна примерно 170 сантиметрам. После реконструкции моста в 1988 году городские власти стерли все отметки, которые студенты постоянно обновляли. Однако вмешались полицейские, которым было удобно сообщать о происшествиях на мосту, ориентируясь по смутам, и линии восстановили. Сам Оливер Смут позднее стал президентом Американского национального института стандартов, а впоследствии возглавил и Международную организацию по стандартизации. 3) Среди студентов существует поверье, что если потереть носок туфли статуи сидящего Джона Гарварда, то можно с легкостью сдать экзамены. Поэтому носок выпирающей туфли отполирован до блеска. 4) В честь Гарвардского университета назван астероид (736) Гарвард, открытый в 1912 году.

4

Долина Гиза — долина в Египте, где расположены знаменитые пирамиды фараонов. Пирамид здесь около сотни — больших и маленьких, ступенчатых и с гладкими боками, дошедших до нас почти в неизменном виде и больше похожих на бесформенную груду камней. Они расположены вдоль левого, западного берега Нила небольшими группами, недалеко от того места, где в эпоху Древнего царства находилась столица страны — Мемфис. Наиболее известные из пирамид — на окраине Каира, на кромке пустынного плато Гиза, нависшего над зеленой долиной Нила. Здесь, в Гизе, стоят три великие пирамиды — Хеопса, Хефрена и Микерена. Еще в древности пирамиды Гизы считались одним из семи «Чудес света». Но и сегодня они способны поразить кого угодно.

5

Марк Туллий Цицерон (3 января 106 года до н.э., Арпинум — 7 декабря 43 года до н.э., Формия) — древнеримский политик и философ, блестящий оратор.

6

Поселок называется Сахюрта (другое название — МРС, ранее назывался — Сахюртэ). Находится на западном берегу озера Байкал. Слово Сахюрта (в пер. с бурят.) состоит из двух слов: «саха» — открытое место, пустыня, и «юрта» — жилище, т.е. «Сахюрта» — это жилище на открытом месте. Расстояние от Иркутска до Сахюрты составляет около 250 км. Путь пролегает через поселки Хомутово, Усть-Орду, Баяндай и Еланцы. После поворота на Еланцы природа резко меняется. Дорога медленно идет в гору к перевалу Приморский хребет. С обеих сторон — тайга. В этом месте расположен заповедник. Поселок Сахюрта является конечным материковым пунктом дороги Иркутск — Ольхон. Дальше паромная переправа, которая называется «Ольхонские Ворота». Все по-разному задабривают Бурхана и хотят, чтобы он, как можно меньше, беспокоил переправу. Она работает с раннего утра и до позднего вечера. Но если в проливе, который так же называется «Ольхонские Ворота», волнение превышает допустимые показатели, то перевозка автомобилей и их владельцев на остров и обратно останавливается. Этот участок Малого моря напротив долины реки Сармы, пролив «Ольхонские Ворота» и акватория Байкала к востоку от этого пролива считается самым опасным местом на Байкале. В этом месте дует самый сильный ветер, скорость которого достигает 60 м/сек. Этот ураган способен не только причинить неприятности, но и вызвать катастрофы судов. И называется этот ветер — Сарма. Бывает, что погода не устанавливается продолжительное время. Тогда машины со стороны Иркутска начинают разъезжаться вдоль берега по многочисленным живописным бухточкам и заливчикам Малого моря. В это время по обеим сторонам переправы постепенно образуются длинные очереди. В поселке начинает бурлить торговля рыбой и всякими разными поделками и сувенирами. Рыбы в Приольхонье много, и она значительно дешевле, чем в Листвянке (поселок на Байкале — место истока Ангары) и в бухте Песчаной (которая считается Жемчужиной Сибири). В южной части Малого моря расположено несколько мелководных заливов, вода в которых хорошо прогревается.

7

На острове Ольхон советские и американские археологи откопали хорошо сохранившийся скелет аборигена. Ученые США считают древних прибайкальцев предками североамериканских индейцев.

8

Русская поговорка гласит: «Из двух зол выбирай меньшее», а английская: «Из двух зол не выбирай ни одного!»

9

Виски «White horse» — «Белая лошадь» — знаменитые шотландские виски. Одно время считались лучшими в мире. Легендарный шотландский бренд. Само название происходит от белых лошадей, входивших в свиту королевы Марии Стюарт. Позже в честь этих лошадей была названа шотландская таверна, а уже от таверны свое имя получил и напиток. Любопытно, что цифра 1742 на логотипе «White horse» не является датой открытия рецепта виски: в 1742 году была построена таверна. Уникальный купаж виски был разработан под руководством Питера Мэкки на полтора столетия позже, в 1891 году. В состав виски «White horse» входит ровно 40 сортов солодового и зернового виски. Такой купаж создает идеальную гармонию сбалансированного вкуса. Ведущую роль в нем играет Lagavulin — сорт односолодового виски, произрастающий на острове Айла. Сочетание солодового и зернового, материкового и островного виски обеспечивает «White horse» его яркий вкус и аромат. Этот виски — напиток с твердым мужским характером, аромат которого впитал присущие Шотландии запахи меда и залежей торфа. Виски «White horse» входит в высшую лигу, мировую элиту алкогольных напитков. Он известен более чем в 150 странах мира, и в каждой из них покупатели узнают любимый напиток виски по знаменитой бутылке в форме колбы. Чтобы ощутить богатый купаж «White horse», рекомендуется его употреблять неразбавленным. Это лучший способ почувствовать дух Шотландии, проявляющийся в насыщенном вкусе и безупречном аромате. В настоящее время отношение к данному напитку далеко неоднозначное.

10

«Березка» — в СССР — сеть фирменных розничных магазинов, реализовывавших продукты питания и потребительские товары за иностранную валюту (иностранцам) либо за сертификаты, позднее чеки Внешторгбанка и Внешпосылторга (советским загранработникам — дипломатическим, военным и техническим специалистам, в частности специалистам «Зарубежстроя», морякам загран. плавания и членам их семей). Кроме всего прочего, для моряков загран. плавания существовала отдельная сеть специализированных магазинов «Альбатрос», — аналог магазинов «Березка». Но данные магазины, фактически, были малоизвестны. Возможно, что Руслан, называя магазин «Березка», имел в виду именно «Альбатрос».

11

Роберт Бёрнс (1759 — 1796) — британский (шотландский) поэт, фольклорист, автор многочисленных стихотворений и поэм, написанных на так называемом «равнинном шотландском» и английском языках. Роберт Бёрнс родился в семье разорившегося фермера. Его отец, Вильям Бёрнс, с раннего детства объяснял ему: что есть «добро» и «зло», и, главное, что есть долг человека! Роберт Бёрнс пользовался огромной популярностью! Он много писал текстов и песен, при этом отказываясь от гонорара. Вскоре, от него стали отказываться знатные друзья, и многие обиделись на него. Это было связано с тем, что он был бунтарем и поддерживал Великую Французскую Революцию, и называл французского короля Людовика — XVI и королеву Марию-Антуанетту, казненных в Париже: «Болваном — клятвопреступником» и «Бессовестной блудницей»! Вскоре после этого он скончался от тяжелой болезни, длившейся несколько лет, оставив семью без всяких средств. Его жена Джин даже не смогла проводить его до кладбища: в этот час она рожала ему пятого сына. Друзья взяли на себя заботу о ней и ее детях. А через много лет, когда слава Роберта Бёрнса, наконец, нашла дорогу в придворные круги Лондона, король назначил вдове Бёрнса пенсию. И Джин, верная памяти Роберта, от этой пенсии отказалась! О том, как росла слава Роберта Бёрнса, говорят тысячи книг на всех языках мира!

12

Конан Дойль — Сэр Артур Игнатиус Конан Дойль (Дойл) (22 мая 1859, Эдинбург — 7 июля 1930, Кроуборо, Сассекс) — всемирно известный шотландский и английский писатель — автор многих детективных произведений о сыщике Шерлоке Холмсе, приключенческих, а так же научно — фантастических, — о профессоре Челленджере, юмористических — о бригадире Жераре.

13

Роберт Льюис Стивенсон Роберт (13 ноября 1850, Эдинбург — 3 декабря 1894, Уполу, Самоа) — шотландский писатель и поэт, автор всемирно известных приключенческих романов и повестей, крупнейший представитель английского неоромантизма.

14

Сэр Вальтер Скотт (15 августа 1771 года, Эдинбург — 21 сентября 1832 года, Эбботсфорд, похоронен в Драйбурге) — всемирно известный британский писатель, поэт, историк, собиратель древностей, адвокат, по происхождению шотландец. Считается основоположником жанра исторического романа.

15

Королева Мария Стюарт — Мария I (урожденная Мария Стюарт — 8 декабря 1542 — 8 февраля 1587) — королева Шотландии с младенчества, фактически правила с 1561 года до низложения в 1567 г., а также королева Франции в 1559 — 1560 г. (как супруга короля Франциска II) и претендентка на английский престол. Ее трагическая судьба, полная вполне «литературных» по драматизму поворотов и событий, привлекала писателей романтической и последующих эпох.

16

Королева Мария — Антуанетта (урожденная Мария Антония Йозефа Иоганна Габсбургско-Лотарингская, 2 ноября 1755 года, Вена, Австрия — 16 октября 1793 года, Париж, Франция) — королева Франции, младшая дочь императора Франца I и Марии — Терезии. Супруга короля Франции Людовика XVI с 1770. С начала Французской революции вдохновительница контрреволюционных заговоров и интервенции. Осуждена Конвентом и казнена на гильотине. «…На громадной площади мертвая тишина, слышно лишь тяжелое цоканье копыт и скрип колес. Десятки тысяч, только что непринужденно болтавшие и смеявшиеся, потрясены чувством ужаса, охватившего их при виде бледной связанной женщины, не замечающей никого из них. Она знает: осталось одно последнее испытание! Только пять минут смерти, а потом — бессмертие. Телега останавливается у эшафота. Спокойно, без посторонней помощи, „с лицом еще более каменным, чем при выходе из тюрьмы“, отклоняя любую помощь, поднимается королева по деревянным ступеням эшафота, поднимается так же легко и окрылено в своих черных атласных туфлях на высоких каблуках по этим последним ступеням, как некогда по мраморной лестнице Версаля. Еще один невидящий взгляд в небо, поверх отвратительной cутолоки, окружающей ее. Различает ли она там, в осеннем тумане, Тюильри, в котором жила и невыносимо страдала? Вспоминает ли в эту последнюю: в эту самую последнюю минуту день, когда те же самые толпы на площадях, подобных этой, приветствовали ее как престолонаследницу? Неизвестно. Никому не дано знать последних мыслей умирающего. Все кончено…» (Из книги Ст. Цвейга «Мария-Антуанетта»). Марии-Антуанетте было всего 37 лет.

17

Марк Твен (настоящее имя Самюэл Лэнгхорн Клеменс, — 30 ноября 1835, поселок Флорида (штат Миссури) — 21 апреля 1910, Реддинг (штат Коннектикут); похоронен в Элмайре (штат Нью-Йорк)) — американский писатель, журналист и общественный деятель. Его творчество охватывает множество жанров — юмор, сатира, философская фантастика, публицистика и др., и во всех этих жанрах он неизменно занимает позицию гуманиста и демократа. Всемирно известный писатель.

18

Фенимор Купер — Джеймс Фенимор Купер (15 сентября 1789, Бёрлингтон, Нью-Джерси — 14 сентября 1851, Куперстаун) — американский романист. Всемирно известный писатель. Классик приключенческой литературы.

19

Джек Лондон (урожденный Джон Гриффит Чейни, — 12 января 1876 года — 22 ноября 1916 года) — американский всемирно известный писатель, социалист, общественный деятель, наиболее известный как автор приключенческих рассказов и романов.

20

О. Генри (настоящее имя Уильям Сидни Портер, 11 сентября 1862 года, Гринсборо, Северная Каролина — 5 июня 1910 года, Нью-Йорк) — признанный мастер американского рассказа. Всемирно известный писатель. Его новеллам свойственны тонкий юмор и неожиданные развязки.

21

Чарльз Диккенс (1812 — 1870) — английский писатель, романист и очеркист. Самый популярный англоязычный писатель при жизни, он и в наше время имеет репутацию классика мировой литературы, одного из крупнейших прозаиков XIX века. Творчество Диккенса относят к вершинам реализма, но в его романах отразились и сентиментальное, и сказочное начало. Самые знаменитые романы Диккенса (печатались отдельными выпусками с продолжением): «Посмертные записки Пиквикского клуба», «Оливер Твист», «Дэвид Копперфильд», «Большие надежды», «Повесть о двух городах».

22

Джером Клапка Джером (2 мая 1859, Уолсолл, графство Стаффордшир — 14 июня 1927, Нортгемптон) — английский всемирно известный писатель — юморист, постоянный сотрудник сатирического журнала «Панч», редактировал с 1892—1897 годы журналы «Лентяй» и «Сегодня».

23

Александр Дюма (24 июля 1802 года, Вилле — Котре — 5 декабря 1870 года, Пюи) — французский писатель, чьи приключенческие романы сделали его одним из самых читаемых французских авторов в мире. Автор более тысячи произведений, включая романы, повести, рассказы, новеллы, очерки, драмы и стихотворения. Также был драматургом и журналистом. Поскольку его сын также носил имя Александр и также был писателем, для предотвращения путаницы при его упоминании часто добавляют уточнение «отец».

24

Антон Павлович Чехов (17 [29] января 1860, Таганрог, Екатеринославская губерния (сейчас Ростовская область) — 2 [15] июля 1904, Баденвайлер) — выдающийся русский писатель, драматург, по профессии врач. Почетный академик Императорской Академии наук по Разряду изящной словесности (1900 — 1902). Является общепризнанным классиком мировой литературы. Его пьесы, в особенности «Вишневый сад», на протяжении ста лет ставятся во многих театрах мира. Один из самых известных мировых драматургов. За 26 лет творчества Чехов создал около 900 различных произведений (коротких юмористических рассказов, серьезных повестей, пьес), многие из которых стали классикой мировой литературы.

25

Михаил Афанасьевич Булгаков (3 мая [15 мая] 1891 года, Киев, Российская империя — 10 марта 1940 года, Москва, СССР) — русский писатель, драматург, театральный режиссер и актер. Автор повестей, рассказов, фельетонов, пьес, инсценировок, киносценариев и оперных либретто. В том числе, автор таких произведений, как «Мастер и Маргарита», «Белая гвардия» и «Собачье сердце».

26

Рокуэлл Кент (1882 — 1971) — американский художник, писатель, общественный деятель. В творчестве сочетал реалистическую манеру с романтическим символизмом. Свое творчество Рокуэлл Кент посвятил народам Гренландии, Аляски, могучей природе Атлантики. Тяга к суровой, не тронутой цивилизацией природе сочетается в живописи и графике Кента с острым чувством современности. Оно проявляется в его стремлении к лаконизму, к монументальности цветовых отношений, к простоте содержательного образа, в его интересе к актуальным проблемам века.

27

Лох — Несс — большое глубокое пресноводное озеро в Шотландии, растянувшееся на 37 км к юго-западу от Инвернесса. Озеро широко известно в мире благодаря легенде о Лох — Несском чудовище. Существуют многочисленные коммерческие маршруты по озеру для туристов, желающих насладиться живописной природой и, возможно, увидеть мифического монстра.

28

Несси — Лох-Несское чудовище — городская легенда, согласно которой в шотландском озере Лох-Несс обитает большое чудовище.

29

Привидение или призрак — в традиционных представлениях душа или дух умершего человека, проявляющиеся в видимой или другой форме в реальной жизни (от невидимого и неосязаемого присутствия до практически реалистичных наблюдений). Преднамеренные попытки связаться с духом умершего называются спиритическим сеансом или, в более узком смысле, Некромантия. Вообще, привидение — это человек, который после смерти все еще остается привлеченным материальным миром и держится поблизости от него в своем, как считается, эфирном теле. Причины такого состояния различны. Очень часто человек просто отказывается признавать факт собственной смерти (или действительно даже не подозревает об этом — при внезапных смертях) и продолжает жить в обычной для него обстановке, будто бы ничего не случилось. В других случаях он не может свыкнуться с мыслью о расставании с предметом, событиями и привычками, сопровождавшими его при жизни. В редких случаях покойник понимает, что произошло и хочет изменить ситуацию, но совершенно не знает как это сделать, поэтому он решает «подождать» в ожидании чего-то или кого-то.

30

«Ёжик в тумане» — культовый мультипликационный фильм Юрия Норштейна. Выпущен студией «Союзмультфильм» в 1975 году.

31

Шаманизм — одна из наиболее древних религиозных традиций человечества. Сакральным центром шаманов северного мира считают остров Ольхон. Основатель Американского Фонда исследования шаманизма — Майкл Харнер дает следующее определение: «Шаман — это человек, который способен передвигать силу из одной реальности в другую, и это явление называют чудом. Однако это чудо, как показывает опыт работы с шаманскими технологиями, вполне реально. Шаман способен переходить в другое состояние по своей воле и, действуя в скрытой от нас реальности, оказывать людям помощь». По определению К. Кастанеды: «Шаман — это посредник между обычной и необычной реальностью. Шаманы определенно делают что-то такое, что невозможно научно зафиксировать и вообще обсуждать, если ты в здравом уме. Шаманизм — иная система познания».

32

Паранормальные явления, инородные явления или аномальные явления — разного рода феномены, существование которых не имеет научных доказательств, которые не имеют научного объяснения и находятся за пределами современной научной картины мира.

33

Василий Макарович Шукшин (25 июля 1929 года, село Сростки, Сростинский район, Бийский округ, Алтайский край — 2 октября 1974 года станица Клетская, Волгоградская область) — русский советский писатель, кинорежиссер, актер, сценарист.

34

Герой кинофильма В. Шукшина «Печки — лавочки» Иван Сергеевич Расторгуев (его сыграл сам В. Шукшин) вспоминает, что как-то напившись: «…И чего-то мне в бОшку влетело: стал всем доказывать, что я — Герой Социалистического Труда!». Фильм снят на киностудии имени М. Горького, 1972 год.

35

Руслан хотел сказать, что эта задача не показывает: «умный» человек или «неумный». Эта задача говорит о том, что человек сам ставит перед собой определенные ограничения, переступить потом которые оказывается не в силах. А мир намного шире, чем нам кажется, и иногда просто необходимо переступить эти границы.

36

Адам сделан из земли, а Ева из его ребра, — как сказано в Библии… — Теория Руслана основывается на следующем… Организацией появления жизни на планете Земля занимались «пришельцы из Космоса». Не сам Бог непосредственно, а именно «пришельцы», т.е. такие же дети Бога, как и мы, только более развитые. Весь материал для появления всего живого на планете, включая бактерии и все остальное, «приносили» из Космоса метеориты, падающие на Землю. Пришельцам оставалось только собрать из земли «в кучу», так сказать, необходимый материал, чтобы воссоздать структуру ДНК. А затем, «прорастить» ее в специальном своеобразном инкубаторе. Так появился первый человек. Но процесс был долгий и трудоемкий. Поэтому, чтобы упростить свою задачу, для Евы они взяли ДНК у Адама, причем, опять же по известным только им причинам, именно из ребра. Как известно: все кости и волосы (например на теле и голове) у человека имеют разную структуру. Взяли только клетку, а не само ребро! Т.е. обычное клонирование, как «овечка Долли». Так появились Адам — из земли и Ева из Адамова ребра. Между тем, наука подтверждает, что структура клеток ДНК человека, животных и растений — во многом совпадает. Что, кстати, говорит о том, что растения — это живые организмы. Но современной, «неразумной» еще науке удалось «расшифровать» только 6% структуры ДНК. Не исключено, что более развитым «Космическим пришельцам» было известно «немного» более. И «им» удалось воссоздать ДНК на планете Земля. Необходимо добавить, что Руслан не ставит своей целью высказать СВОЮ «Теорию появления человека на Земле» вообще! А только то, что с учетом высказывания Библии, пытается объяснить, как это могло бы быть!

37

Существует поверье, что если оказаться в низине (овраге) во время необычного синеватого тумана, то можно попасть в виртуальное искривление пространства-времени и оказаться как в «прошлом», так и в «будущем» времени. Как правило, это происходит в ночь полнолуния, под утро.

38

Более крепкие ножи туземцев изготавливаются из кости казуара. Кроме того, ножи изготавливаются из костей других животных. Но такие ножи являются более хрупкими по сравнению с ножами из кости птицы казуара. Казуар — крупные нелетающие птицы. Взрослые особи шлемоносного казуара достигают до 1,5 — 1,8 метров высоты (некоторые особи могут достигать двух метров) и весят около 60 килограммов. Имеют вырост на голове, который называется шлемом. Голова, а у двух видов казуаров также и шея — неоперенные. У этих двух видов имеются также свисающие сережки. По числу сережек легко определить вид казуара: у мурука они отсутствуют, одна у оранжевошейного, и две у шлемоносного казуара. Оперение черное, имеет некоторые особенности. Крылья с редуцированными маховыми перьями до 5—6, похожих на иглы, стволов (от 6 до 20 см длиной у взрослых птиц). Эти перья больше всего любят использовать в качестве украшений для носа и обрядовой одежды. На главном пальце крыла имеется коготь — примитивное наследие рептилий. Хвостовые перья у казуаров отсутствуют. Ноги казуара очень сильные, трехпалые, имеют острые когти. Кинжалообразный коготь внутреннего пальца имеет длину около 120 мм. Этот коготь особенно опасен, так как им казуар способен убить одним ударом. Казуары способны развивать скорость до 50 км/ч при беге через густой лес, могут прыгать до 1,5 метров в высоту и очень хорошо плавают. Встречаются случаи нападения казуара на людей, однако это происходит в основном как самозащита или в случае вторжения людей на их территорию, в особенности во время воспитания птенцов, а также в случае опасности. Нападению обычно предшествует поза угрозы, при которых казуар вздымает перья и наклоняет к земле голову, его шея надувается, а тело начинает дрожать. Если за этим следует фактическая атака, казуар бьет одновременно обеими ногами. Кинжалообразные когти могут приводить к тяжелейшим увечьям, включая и фатальные случаи. Иногда используют простые ножи — бамбуковые пластинки. Отщепляя внутренние слои которой, край пластинки снова делается более острым. Эти ножи режут очень хорошо, они — как бритва, и им очень легко порезаться.

39

Гребень на голове, обычно с 5 или 6 зубцами, служил скорее для украшения, чем для придания прическе большой прочности.

40

Обычно используются перья казуара и какаду.

41

«Мода» на ожерелья сохраняется, наверное, со времен сотворения мира. Чего только дикари не носят — от примитивных камушков до других искусно исполненных изделий. Так они защищают себя от чар, несчастий и болезней.

42

Этот мешок туземцы наполняют разными вещами: травой, костями, раковинами и др.

43

При удивлении у туземцев есть привычка вкладывать один палец в рот. При этом туземцы никогда не показывали удивления, так как боялись уронить свое достоинство.

44

Друзей, кроме того, удивило и то, почему она — именно — белая, а не черная от загара? Но, дело в том, что загар в тропиках наступает довольно быстро, но довольно быстро, через неделю-другую, и бесследно проходит. Просто организм «белого» человека постепенно адаптируется, и покраснение кожи уже не происходит даже при значительных дозах облучения. В этом легко убедиться на простом примере моряков загран. плавания.

45

Папуас — в переводе с малайского (от слова папува) обозначает курчавый. У папуасов: темно-смуглая кожа, губы — толстые. Некоторые обладают крепким, плотным атлетическим телосложением, другие — худощавы и слабосильны, третьи — коренастого, отталкивающего вида. У них: плоский лоб, слабо развитый череп, большой рот, маленькие запавшие глаза, выступающие скулы, большой, приплюснутый на конце нос, нависающий над верхней губой, редкая борода, плечи средней ширины, нередко огромный живот и тонкие ноги.

46

В Индонезии издавна добывали жемчуг и рубины. Но здесь, на острове, данным промыслом не занимались. Возможно, по этой причине подобное ожерелье было только у Аю.

47

Тонгак — если точнее, то правильнее будет Тонггак. Но все привыкли его называть с одной «Г». Возможно, что ранее папуасы и называли его Тонггаком, но, с течением времени, его имя упростили. Это не было его «настоящим» именем. Но он уже столько лет прожил на свете с этим именем, что уже едва ли помнил «другое».

48

Муравьи попадаются везде. Их множество в хижинах и других постройках, где они проникают под крышу, на нижней поверхности которой строят свои гнезда, проводят крытые земляные ходы по столбам и всевозможным местам. В лесу они живут на земле, под листьями, на ветвях, под сгнившей корой, а многие виды гнездятся даже в живых растениях, которые тогда изменяются совершенно особенным образом специально для их удобства. Одни муравьи жалят очень чувствительно, другие просто кусают. Одни безвредны, другие являются чрезвычайно опасными вредителями. Они находятся в постоянном движении, снуют по столам, забираются в постель, перебегают через человека. К счастью, это дневные животные. Если с вечера хорошо вымести постель, то ночью можно спать спокойно. Но днем почти всегда чувствуется, как они ползают по телу, а иногда какой-нибудь из них кусается очень сильно, который, как правило, вцепившись челюстями, вонзает свое жало.

49

Имеется ввиду: Иркутское время.

50

Постройки для общественных целей представляют собой большие сараеобразные здания, гораздо больше и выше остальных. Они не имеют передней, задней, а иногда и боковых стен, и состоят тогда из одной крыши, стоящей на столбах. Под этой крышей устроены нары для сидения, хранится посуда для общественных празднеств, оружие и другое. Таких в деревнях, как правило, по пять-шесть построек. Сарай представляет собой род коридора — порядка 5—6 метров ширины, 10 метров длины и 6 метров высоты. Крыша опускается почти до земли, не доходя всего 30 — 40 сантиметров. Крыша поддерживается в середине тремя толстыми столбами и, кроме того, по сторонам вбиваются несколько столбов в 1 метр высотой, которые поддерживают нары, несут на себе также тяжесть крыши. Крыша, выгнутая наружу, обычно, капитально и красиво сделана, представляя изнутри частую аккуратную решетку. Над нарами вывешиваются разное оружие, плоды. Глиняная и деревянная посуда стоит на полках. Здесь же, посреди сарая, встречаются идолы — телумы (иногда до 2, 5 метров). Ставятся обычно возле нар. Встречаются телумы с изображением женских фигур, а также с телами человека, но при этом с головами птиц и зверей. В длину сарая, но укрепленное довольно высоко, вешается бревно, состоящее из целого ряда человекоподобных фигур.

51

Папуасы пьют довольно редко. Поэтому друзья так толком и не узнали, как этот напиток называется. У некоторых папуасских племен данный напиток называется «Кеу» или «Кэу» (из растения кеу). В Новой Зеландии обычно называют «каву». А папуасы этот напиток готовят так: берется чаша из скорлупы большого кокосового ореха; другая, с отверстием посредине и тоже из скорлупы ореха, имеет дно, покрытое слоем тонкой травы. Из третьей чаши наливается «во вторую» — на траву какая-то темно-зеленая густая жидкость, которая фильтруется в нижнюю, т.е. в «первую».

52

Амброзия — в древнегреческой мифологии «пища богов» (нектар — «напиток богов»). У античных лириков оба понятия иногда смешиваются. Согласно мифу, Амброзия и нектар сообщают богам юность и бессмертие.

53

В современной Папуа, практически, ничего не изменилось. Ткани уже почти везде заменили пальмовые листья. Не смотря на то, что внешне жители Папуа выглядят так же, как и в Азии или Африке, мышление папуасов осталось на уровне каменного века. Ведь самое инерционное в мире — это сознание человека. Не может оно так круто измениться. Поэтому, не смотря на свою внешнюю цивилизованность, папуасы продолжают жить общинным укладом.

54

Кроме корзин и веревок, туземцы так же хорошо плетут разные украшения: браслеты, повязки для придерживания волос — из различных растительных волокон. Циновки тоже плетут, но довольно редко, только, так сказать, по потребности.

55

Котека — бамбуковая трубка. Папуасы стали пользоваться ею намного позднее. Обычно таких трубок, минимум, штуки по четыре у каждого: для работы, отдыха, повседневной жизни и для праздников. В зависимости от этого котека различается по размерам (малые, средние, длинные), по форме (прямые и изогнутые), а так же по окраске.

56

Женщины отрезают себе часть пальца (верхнюю фалангу) каждый раз, когда умирает их родственник. У некоторых отрезана фаланга на четырех пальцах (кроме большого) на левой руке и несколько на правой. Отрезать начинают с мизинца.

57

Папуасы очень веселый, добродушный народ. И когда кто-то рядом смеется, они стараются поддержать!

58

Добычи огня у папуасов несколько отличается от того, что существует у австралийских аборигенов или индейцев. В основе его также трение, но полученное не от вращения палочки, а от ее перетирания. Этот процесс был довольно трудоемким и гораздо проще было постоянно поддерживать огонь в очаге.

59

Если Тонгак и, позднее, Аю называли его именно Робертом, то папуасы называли его РобЭрт. Все дело в том, что в «Асмат» — отсутствуют буквы «Е» и «Х» (буквы хоть и существуют в современном языке при написании, но «Х» — не читается, а буква «Е» — «проглатывается»).

60

Позднее, они даже курицу называли: «курица-женщина», а петуха: «курица-мужчина».

61

Тэлум — безобразные истуканы, высеченные из камня или из дерева. В Папуа — Новой Гвинее их называют тЕлум, т.е. через «Е». Здесь — тЭлум.

62

В основном использовалось подсечно-огневое земледелие — это примитивный и малоэффективный способ возделывания огородов. Необходимая площадь леса выжигается практически дотла, а затем несколько лет на этом месте можно сажать все что угодно. После чего истощенный участок забрасывается. Именно так тысячи лет папуасы добывали себе пропитание, выращивая свои основные овощи. Плантации папуасов очень хорошо обработаны и состоят из тщательно измельченной земли. Достигается это с большим трудом. С помощью двух самых примитивных орудий: простого заостренного кола, более двух метров длиной и узкой маленькой лопаткой. Процесс обработки таков: несколько человек становятся в ряд и вместе разом вонзают свои колья, насколько возможно глубже, в землю, потом разом поднимают эту продолговатую глыбу земли, затем идут далее и выворачивают целые ряды таких глыб. Несколько человек, также при помощи кольев, разбивают эти глыбы на более мелкие. За ними следуют женщины, вооруженные узкими маленькими лопатками, которыми они разбивают комья земли, делают клумбы под овощи (таро, ямс, кау-кау и др.) и даже растирают землю руками. Кроме овощей выращивали и рис. Надо сказать, что в современной Папуа ничего не изменилось. Большинство семей точно так же продолжает сажать на выжженном пепелище нехитрые подобия картофеля. Палку-копалку, правда, заменили на лопату.

63

Старухи носят волосы длинными, и локоны, на затылке густо смазанные черной землей, висят вокруг всей головы.

64

У папуасов красавицами считаются женщины с обвислой грудью, болтающейся на уровне пупка. И, чтобы достичь нужного эффекта пораньше, матери постоянно тянут девочек за молочные железы. Но наипервейшей красавицей считается взрослая, замужняя, неоднократно рожавшая женщина. При этом даже самая «некрасивая» женщина могла быть спокойна и, абсолютно, не следить за собой: ее все равно возьмут в жены. Проблемы были у мужчин: женщин на всех не хватало.

65

Папуасы не знали, что такое гончарный круг. Так что глиняные горшки лепились только руками при помощи тяжелых булыжников. Сначала глину разминали, потом придавали ей шарообразную форму и в дальнейшем выстукивали некое подобие кастрюли. После этого ее необходимо было обжечь, чтобы придать прочность и жароустойчивость. Все вылепленные горшки выкладывали на кострище и затем обжигались. Необходимо добавить, что часть их при этом трескалась и лопалась, но в целом процедура была настолько отработана, что во многих местах Папуа посуду продолжают делать так и по сей день.

66

Конечно, при таком укладе жизни всегда найдется человек, который ничего не делает, а пользуется благами наравне со всеми. Не в силах не в чем отказать такому человеку (ведь все — общее), соплеменники продолжают содержать тунеядца. Но рано или поздно, такого человека изгоняют из общины. Детей туземцы тоже рано приучали помогать в хозяйстве. Иногда смешно было видеть, как ребенок в полтора или два года тащит к костру большое полено, а затем бежит к материнской груди.

67

Эффект от жевания одного ореха равен приблизительно эффекту от выпивания полстакана водки, только проходит быстрее. Наркотиком бетель не считается.

68

Шривиджайя — первое древнеиндонезийское государство. Королевство Шривиджайя — было одним из величайших торговых держав Азии. Уже в VII веке, королевство Шривиджайя, центр которого находился на Суматре, распространило свое влияние на приморские государства Юго-Восточной Азии, которые путем подкупа и карательных экспедиций были подчинены им или разгромлены. Теперь Китай мог вести торговлю только с королевством Шривиджайя. Сеть морских торговых путей протянулась из Китая через Юго — Восточную Азию в Индию и далее в страны Среднего Востока. Некоторые торговые маршруты достигали Рима. Через это королевство переправлялись драгоценные камни, благородные металлы, пряности и даже африканские львы, а так же местная продукция — рис и бензойная смола. При этом Шривиджайя оставалась буддийским королевством, религиозное значение которого было столь высоко, что паломники из Китая на пути в Индию задерживались здесь на несколько лет для изучения священных буддийских рукописей и монашеского устава. Уже с IV века нашей эры на побережье правящая династия Кундунги придерживалась индуизма и буддизма. Местные правители стремились сравняться по мощи и великолепию с индийскими монархами, о которых им было известно от торговцев. С принятием индуизма или буддизма местные вожди получали право на совершение торжественных обрядов, превращающих их в богоподобные существа. Приглашали индийских брахманов и даже собирали книги на санскрите, повествовавшие об индийской религии и политике. В XIV веке королевство Шривиджайя было разрушено яванцами.

69

Геркулесовы столбы — пролив Гибралтар. Вообще, Геркулесовы столбы — это название, использовавшееся в Античности для обозначения высот, обрамляющих вход в Гибралтарский пролив. Северная скала (со стороны Европы) — это Гибралтарская скала (расположенная во владении Великобритании Гибралтар), а в качестве южного столба (со стороны Северной Африки) выступает либо гора Джебель-Муса в Марокко, либо гора Абила, расположенная рядом с Сеутой.

70

Жан — Франсуа де Гало, граф де Ла Перуз (традиционное написание: Лаперуз; 23 августа 1741, поместье Го в округе Альби — 1788) — офицер военно-морского флота, великий французский мореплаватель. Погиб со всем составом возглавляемой им морской кругосветной экспедиции у острова Ваникоро группы Санта-Крус. В районе Соломоновых островов.

71

У туземцев высоко развито искусство плавания. В воде они чувствуют себя так же легко, как на суше. Женщины нередко проплывали много километров, держа в руке грудных детей. Порой они останавливались среди бушующих волн и кормили своих детей грудью.

72

В понятиях «шаман» и «колдун» — выражается отношение к данным людям, хотя и обозначает в сущности то же самое.

73

Жители соседних деревень говорят на разных языках, но все же понимают друг друга. Из более дальнего поселения понимают уже хуже.

74

У туземцев все главные вопросы решались сообща. Причем это касается и таких личных вопросов, как замужество. Интересно, что жениться могли только представители разных деревень, поскольку юноша и девушка, жившие в одном месте, считались все равно, что родственниками. Они ели одну пищу и потому на их свадьбу налагался запрет. Впрочем, о чувствах людей речь вообще не шла. Поскольку кто за кого выйдет замуж, решали мужчины деревни на всеобщем совете. Женщин при этом вообще ни о чем не спрашивали. Вход им в мужские дома был категорически запрещен. На этом совете также определялась и сумма выкупа за невесту, которую нужно выплатить ее родителям. Количество раковинных денег, зубов собаки и клыков кабана, а также мяса и овощей могло разниться, но в любом случае, все необходимое собиралось со всех жителей деревни. Точно так же все полученное при уходе девушки в другую семью распределялось поровну между всеми селянами. При этом у них был и еще один интересный обычай. Семейная пара не должна ходить в туалет. Считается, что если жених и невеста выдержат эту пытку, то семейная жизнь им будет не страшна!

75

Обычно битвы происходили для унижения врага, его ранения или убийства, а не для захвата территории, собственности или уничтожения самого поселения. Но все же случалось и такое. Особенно учитывая небольшие территории, в частности, небольшой остров. В свою очередь, ритуальные войны между деревнями являются культурной традицией, в которую входит приготовление оружия, танцы войны, сама схватка, а также лечение последующих ран и травм. Когда-то племена собирали головы своих врагов, но и сейчас они продолжают соблюдать различные, не менее странные, традиции. Грозные воины раскрашивали себя по одним им ведомым канонам боевого искусства, и одним своим видом, взяв лишь щит и копье на вооружение, вступали в схватку, устрашая противника одним своим внешним видом. Победа оставалась за тем племенем, которое себя «пострашнее» позиционировало. Мужчины охотятся, торгуют и воюют при случае, красят свои тела во все цвета радуги — в зависимости от предстоящего ритуала, и даже делают себе прически: из волос детей, женщин, перьев птиц и меха животных.

76

Жизнью общины (племени) управляет «Большой человек» — Верховный Вождь. Им становится человек, выделявшийся своими личными качествами среди других членов племени, например, физической силой и ловкостью, знанием обычаев и легенд. В отношениях между Вождем и другими членами племени не было ничего похожего на отношения господства и подчинения. Положение вождя не давало никаких привилегий. Он работал наравне со всеми. Как правило, он занимался охотой. Только, в отличие от других, он мог иметь две или три жены. Все остальные по одной. Кроме того, избираются младшие вожди — из числа более влиятельных, отличающихся своим умом или ловкостью. И все слушаются их совета или мнения. Но это не считается приказанием. Право голоса одинаково принадлежит всем взрослым членам племени.

77

Возможно, кто-то сочтет про зажигалку «довольно забавным». Но, рожденные в шестидесятые годы прошлого столетия, наверное, еще помнят, что, в свое время, пользовались зажигалками «отечественного» производства. И зажигалки, привезенные из-за границы, пользовались большим спросом и считались неплохим подарком и сувениром. Так что вы хотите от Аю, которая не знала даже, что такое «спички»?

78

Рассказ папуасов на языке асмат выглядит примерно так: (1) Овпачак, Човутпачак (жили). (2) Их сын был Мивирпич. (3) Они были предки народа Майит (одна из групп, говорящих на языке асмат). (4) Ночью илистые отмели были сухими, было jiwi mu. (5) Ночью, когда илистые отмели были сухими, вся деревня пошла вниз по реке ловить рыбу ser. (6) И Мивирпич, сын Овпачака и Човутпачак, пошел ночью с ними. (7) Ночью он тоже пошел вниз по реке, отмели были сухими, и они пошли на отмели ловить крабов в иле. (8) Все утро они ловили крабов. (9) Пока они ловили крабов, начался прилив. (10) «Теперь кончим, прилив начинает подниматься, пошлем кого — нибудь вверх по реке кликнуть людей, они должны прийти сюда», — закричали они. (11) Они послали человека вверх по реке позвать людей. (12) Там, вверху по течению, они согласились, и все они сели в каноэ. Кроме того, в языке асмат имеется только два числительных: «один» и «два». Далее начинается счет по пальцам рук и ног до 20; число более 20 обозначается как «много». «Десять» обозначается как «две руки». Нередко они считают следующим образом: Один из туземцев считает, говоря: — один! Второй повторяет: — один! — И загибает при этом палец сначала на одной руке, затем на другой. Досчитав до десяти и согнув пальцы обеих рук, опускал оба кулака на колени, проговорив: — Две руки! После этого третий туземец загибал один палец руки. Далее по тому же принципу, т.е. «третий» загибает «второй» палец и т. д. Но Тонгак родился и вырос в Индии, много видел стран и народов. А всему, что знал, старался научить и Аю.

79

«Синьор Робинзон» — кинофильм, комедия, производство Италия, 1976 год.

80

Про владение копьем туземцев — факт!

81

Основным материалом при постройке домов остается дерево, пальмовые листья и трава. Прочный каркас из бамбука или другого подручного материала сооружается буквально за один день. Затем наступает очередь крыши, которая может быть как из травы, так и из листьев. Оба материала прекрасно выдерживают тропические ливни, которые здесь идут с завидным постоянством. Интересно, что все работы выполнялись исключительно каменными инструментами, поскольку массовое применение железа папуасами стало использоваться только в XX веке. И это при том, что в самой Индонезии железом пользовались издавна.

82

Каннибалы из Папуа Новой Гвинеи и Борнео — самые известные в современном мире людоеды. Мало того, — они еще и неразборчивы, едят всех: врагов, туристов, стариков своего племени! Самое жестокое племя среди папуасов — карафаи. Племена же яли и вануату едят людей лишь в торжественных случаях или по необходимости.

83

Разумеется, что у папуасов не существовало рабство. И Аю знала, что это такое только со слов Тонгака.

84

Папуасы ловят рыбу таким образом: на платформе лодки лежит солома, из пучков которой папуас, стоящий впереди пироги, делает большие факелы и освещает поверхность воды. Другой папуас, стоящий на платформе, своим многозубцем, длиной порядка двух с половиной метров, метал в рыбу, почти каждый раз снимая со своего копья по 2—3 рыбины. Третий папуас управлял пирогой, сидя на корме. Нередко папуасы на рыбалку берут с собой женщин. Рыбалка осуществлялась, в основном, ночью. Кроме того, рыбу ловили большими клетками или корзинами продолговатой формы.

85

Лодки папуасов называли по разному: пироги, каноэ. Представляли они собой долбленые лодки порядка восьми метров длины. Пирога — ставшее традиционным название лодок экзотических народов. Происходит из языка карибов и распространилось через испанский. Оно применимо к лодкам самых разных конструкций (долбленым, каркасным, с аутригерами), аналогично словам каноэ и челнок. Гребля обычно производится однолопастными веслами — гребками, без использования уключин. Каноэ — челн; заимствование из языка карибских индейцев — универсальное название для безуключинных маломерных гребных судов (лодок) разных народов. Характерной особенностью является способ гребли — она осуществляется лопатообразным однолопастным или двулопастным веслом, которым также производится и руление путем поворота весла в воде и изменением его траектории в конце гребка. Древнейшее в мире каноэ из Пессе датируется ок. 8000 г. до н. э. и обнаружено на территории Нидерландов.

86

Три мушкетера — герои одноименного романа А. Дюма.

87

Марко Поло (15 сентября 1254, Венеция — 8 января 1324) — итальянский купец и путешественник, представивший историю своего путешествия по Азии в знаменитой «Книге о разнообразии мира». Несмотря на сомнения в достоверности фактов, изложенных в этой книге, высказываемые с момента ее появления до нынешнего времени, она служит ценным источником по географии, этнографии, истории Армении, Ирана, Китая, Монголии, Индии, Индонезии и других стран в средние века. Эта книга оказала значительное влияние на мореплавателей, картографов, писателей XIV—XVI веков. В частности, она была на корабле Христофора Колумба во время его поиска маршрута в Индию; по подсчетам исследователей, Колумб сделал на ней 70 пометок. В честь него в 1888 году была названа бабочка из рода желтушек — Желтушка Марко Поло (Colias marcopolo).

88

Синдбад — мореход — имя легендарного моряка, попадавшего во множество фантастических приключений во время путешествий через моря к востоку от Африки и к югу от Азии. Коллекция историй его путешествий составляет «Семь путешествий Синдбада-морехода» в книге «Тысяча и одна ночь» и основана частью на реальном опыте восточных мореплавателей, частью — на античной поэзии, такой как «Одиссея» Гомера, а частью — на индийских и персидских чудесных рассказах — «мирабилиях». Считается, что прообразом Синдбада был китайский мореплаватель эпохи династии Мин Чжэн Хэ, имевший буддистское прозвище Саньбао — «Три Сокровища» или «Три Драгоценности». Согласно Нидэму, несмотря на несомненно мусульманское происхождение, это прозвище служит напоминанием о «трех драгоценностях». В своих плаваниях Саньбао совершил семь путешествий в Западный океан.

89

Брахман (от слова «расти, нарастать», «отражать, верить, мыслить, разум») — в индийской идеалистической философии (как в ведийской вообще, так и в йоге в частности) — понятие, обозначающее безличный, индифферентный абсолют, «душу мира», первооснову всех вещей и феноменов. Брахману не может быть дано никакое позитивное определение, дать ему характеристику можно только через отрицание: бесконечный, неизменный, неподвижный. В ведийской философии концепция Брахмана (то есть Бога-Абсолюта) тесно связана с личностным восприятием каждым человеком всеобъемлющего Бога-Брахмана в качестве индивидуального Атмана — своего наивысшего запредельного «Я».

90

Санскрит — древний литературный язык Индии со сложной синтетической грамматикой. Само слово «санскрит» означает «обработанный, совершенный». Возраст ранних памятников доходит до 3,5 тыс. лет (середина II тыс. до н. э.).

91

Рамаяна («Путешествие Рамы») — древнеиндийский эпос на санскрите, автором которого в традиции индуизма принято считать легендарного мудреца Валмики, имя которого упоминается еще в ведийской литературе как одного из учителей Тайттирии — Пратишакхьи. Является одним из важнейших священных текстов индуизма канона смрити.

92

Хеваджра — в буддийской мифологии Ваджраяны Хеваджра олицетворяет мудрость и сострадание. Он — первопричина всего бытия. Хеваджру обычно изображают с восемью лицами, шестнадцатью руками и четырьмя ногами. Символизирует отсутствие эгоизма.

93

Нор па и Шарпа — два направления школы Сакья, названные по именам монастырей, в которых они возникли. Сакья — одна из четырех главных школ Тибетского буддизма.

94

Практика Чод — служит для того, чтобы развить и усилить чувство «Я» и пережить сострадание ко всем живым существам. Во время этой практики, после некоторого периода подготовительных упражнений, йогин в созерцании подносит свое тело обитателям трех миров. Как правило, интенсивно практикующий йогин имеет четыре медитационных периода в день: рано утром, до полудня, после полудня и вечером.

95

Пифагор Самосский (570 — 490 гг. до н. э.) — древнегреческий философ, математик и мистик. Создатель религиозно-философской школы пифагорейцев. Историю жизни Пифагора трудно отделить от легенд, представляющих его в качестве совершенного мудреца и великого посвященного во все таинства греков и варваров. Еще Геродот называл Пифагора Самосского «величайшим эллинским мудрецом». По словам античных авторов, Пифагор встретился чуть ли не со всеми известными мудрецами той эпохи, греками, персами, халдеями, египтянами, впитал в себя все накопленное человечеством знание. В юном возрасте Пифагор отправился в Египет, чтобы набраться мудрости и тайных знаний у египетских жрецов. Диоген и Порфирий пишут, что самосский тиран Поликрат снабдил Пифагора рекомендательным письмом к фараону Амасису, благодаря чему он был допущен к обучению и посвящен в таинства, запретные для прочих чужеземцев. Ямвлих пишет, что Пифагор в 18-летнем возрасте покинул родной остров и, объехав мудрецов в разных краях света, добрался до Египта, где пробыл 22 года, пока его не увел в Вавилон в числе пленников персидский царь Камбиз, завоевавший Египет в 525 году до н. э. В Вавилоне Пифагор пробыл еще 12 лет, общаясь с магами, пока, наконец, не смог вернуться на Самос в 56-летнем возрасте, где соотечественники признали его мудрым человеком. Деятельность Пифагора как религиозного новатора VI в. до н. э. заключалась в создании тайного общества, которое не только ставило перед собой политические цели, но, главным образом, освобождение души путем нравственного и физического очищения с помощью тайного учения (мистическое учение о круговороте переселений души). По Пифагору, вечная душа переселяется с небес в бренное тело человека или животного и претерпевает ряд переселений, пока не заслужит права вернуться обратно на небеса.

96

Платон (428 или 427 год до н. э., Афины — 348 или 347 год до н. э.) древнегреческий философ, ученик Сократа, учитель Аристотеля. Согласно Диогену Лаэртскому, настоящее имя Платона — Аристокл — буквально, «наилучшая слава». Платон — прозвище (от греческого слова «plato» — широта), означающее «широкий, широкоплечий». По преданию дал ему его Сократ за его высокий рост, широкие плечи и успехи в борьбе. Платон является одним из основателей идеалистического направления в мировой философии. Во многих сочинениях философа проводится мысль о том, что бытием в подлинном смысле слова можно назвать только абсолютные сущности, сохраняющие свое бытие безотносительно пространства и времени. В философии Платона легко обнаружить признаки дуализма. Платон часто противопоставляет душу и тело как две разнородные сущности. Тело — разложимо и смертно, а душа — вечна. Согласно учению, изложенному в диалоге «Государство», в отличие от тела, которое можно погубить, душе ничто не может помешать существовать вечно. В диалоге «Федр» дана мифологическая иллюстрация, которая изображает существование бессмертной души. Она изначально обитает в сфере «чистого бытия», не причастного ничему временному и меняющемуся, созерцая чистые формы, идеи или эйдосы. Человеческие души иногда имеют даже возможность заглянуть в «занебесное» поле сверхсущностного бытия или «идеи Блага», но это дается с большим трудом, и далеко не все они способны на это. Души людей из-за своего несовершенства часто падают из сферы чистых форм и вынуждены проводить время на Земле, вселившись в то или иное тело. Платон основал собственную школу — Платоновскую Академию. Особую известность в теории познания имеет аллегория Платона «Миф о пещере» (или «Притча о пещере»).

97

Гомер — легендарный древнегреческий поэт-сказитель, которому приписывается создание «Илиады» (вероятно, древнейшей книги западной литературы) и «Одиссеи». Примерно половина найденных древнегреческих литературных папирусов — отрывки из Гомера. Кроме «Илиады» и «Одиссеи», Гомеру приписывается ряд произведений, несомненно, созданных позднее: «Гомеровы гимны» (VII — V вв. до н.э., считаются наряду с Гомером древнейшими образцами греческой поэзии), комическую поэму «Маргит» и др.

98

«Георгики», вторая поэма Вергилия, состоящая из четырех книг. «Георгики» считаются самым совершенным произведением Вергилия по чистоте и поэтической законченности стиха. В них, вместе с тем, глубже всего отразился характер поэта, его взгляд на жизнь и религиозные убеждения; «Георгики» служат также протестом против распространившегося в последнее время республики атеизма; поэт помогает Августу возбуждать в римлянах угасшую веру в богов и сам искренно проникнут убеждением в существовании высшего Промысла, управляющего людьми. Все, касающееся философских систем в «Энеиде» и «Георгиках», прямо заимствовано из разных греческих авторов (как, например, «учение о загробной жизни» в VI п. и др.). Прозван «мантуанским лебедем». Древнеримский поэт Вергилий держал комнатную муху как домашнее животное, и однажды устроил на земле возле своего дома церемонию похорон мухи, со всеми полагающимися атрибутами — гробокопателями и долгими речами. Сделав это, он превратил свою землю в кладбище, а земля кладбищ не облагалась налогом. В сравнении с современными ценами, расходы на похороны мухи оказались примерно равны 1000000 (миллион!) долларов США.

99

Данте Алигьери — полное имя Дуранте дельи Алигьери (крещен 26 мая 1265 — 13 или 14 сентября 1321) — итальянский поэт, один из основоположников литературного итальянского языка. Создатель «Комедии» (позднее получившей эпитет «Божественной», введенный Боккаччо), в которой был дан синтез позднесредневековой культуры. Кроме того Данте создал: «Новая жизнь», «Пир» и трактат «О народном красноречии». «Божественная Комедия» — поэма, написанная Данте Алигьери в период с 1307 по 1321 гг. В этом произведении с наибольшей полнотой отразилось мировоззрение поэта. Данте детализирует представление и описывает устройство загробного мира, с графической определенностью фиксируя все детали его архитектоники. Во вводной песне Данте рассказывает, как он, достигнув середины жизненного пути, однажды заблудился в дремучем лесу, и как поэт Вергилий, избавив его от трех диких зверей, загораживавших ему путь, предложил Данте совершить странствие по загробному миру. Узнав, что Вергилий послан Беатриче, умершей возлюбленной Данте, он без трепета отдается руководству поэта.

100

«Речение Ипувера» (он же «Папирус Ипувера», ранее его имя читали как Ипусер) — документ, хранящийся в Лейденском музее в Голландии. Текст повествует о социальных бедствиях, обрушившихся на Древний Египет в Переходный период его истории. Папирус датируется по палеографическим признакам временем XIX династии. Существуют разные взгляды на время создания и историчность Речения Ипувера. Некоторые исследователи видят в «Речении Ипувера» рассказ о гибели Древнего царства и датируют произведение правлением последнего фараона VIII династии Нефериркара II. По другой точке зрения, описываемые события происходили в эпоху II Переходного периода, незадолго до гиксосского завоевания.

101

«Пророчество Нефертити» — записано на лицевой стороне иератического папируса, созданного, очевидно, в конце эпохи Среднего царства (около середины XVIII века до н.э.)

102

«Спор разочарованного со своим духом» — памятник древнеегипетского литературного наследия. Один из вариантов названия — «Разговор/беседа разочарованного со своим ба», то есть душой в мифологических представлениях жителей Древнего Египта. В аспекте жанрововой отнесенности произведение представляет собой поэтический диалог, который датируется предположительно XXII—XXI веками до нашей эры.

103

«Книга мертвых» в Древнем Египте — сборник египетских гимнов и религиозных текстов, помещаемый в гробницу с целью помочь умершему преодолеть опасности потустороннего мира и обрести благополучие в посмертии. Представляет собой ряд из 160 — 190 (в разных вариациях) несвязанных между собой глав, различного объема, начиная от длинных поэтических гимнов и кончая однострочными магическими формулами. Название «Книга мертвых» дано египтологом Р. Лепсиусом, но правильнее ее было бы назвать «Книгой Воскресения», так как ее египетское название — «Рау ну пэрэт эм хэру» — дословно переводится как «Главы о выходе к свету дня».

104

Александрия — город в дельте Нила, главный морской порт и второй по величине город Египта. Простирается на 32 км вдоль побережья Средиземного моря. Александрия была основана в 332 году до н. э. Александром Македонским.

105

Александр Македонский (Александр III Великий, 20 июля 356 — 10 июня 323 г. до н. э.) — македонский царь с 336 до н. э. из династии Аргеадов, полководец, создатель мировой державы, распавшейся после его смерти. В западной историографии более известен как Александр Великий. Еще в античности за Александром закрепилась слава одного из величайших полководцев в истории. Взойдя на престол в возрасте 20 лет после гибели отца, македонского царя Филиппа II, Александр обезопасил северные рубежи Македонии и завершил подчинение Греции разгромом мятежного города Фивы. Весной 334 года до н. э. Александр начал легендарный поход на Восток, и за семь лет полностью завоевал Персидскую империю. Затем он начал покорение Индии, но по настоянию солдат, утомленных долгим походом, отступил. Основанные Александром города, которые и в наше время являются крупнейшими в нескольких странах, и колонизация греками новых территорий в Азии содействовали распространению греческой культуры на Востоке. Почти достигнув возраста 33 лет, Александр скончался в Вавилоне от тяжелой болезни. Его империя немедленно была разделена македонскими полководцами (диадохами) между собой, и на несколько десятилетий воцарилась череда войн диадохов.

106

Строки из стихотворения Николая Новикова: «Никогда ничего не вернуть, Как на солнце не вытравить пятна, И в обратный отправившись путь, Все равно не вернешься „обратно“! Эта истина очень проста, И она, точно смерть, непреложна: Можно в те же вернуться места, Но вернуться „назад“ невозможно…»

107

Видения — это жанр средневековой (древнерусской, средневековой латинской, мусульманской, гностической, древнееврейской и др.) литературы, который характеризуется, с одной стороны, наличием образа «ясновидца» в центре повествования и загробным, потусторонним, эсхатологическим содержанием самих зрительных образов, явленных ясновидцу, — с другой. Сюжет видения излагается от лица визионера, которому он, якобы, был открыт трансцендентной силой посредством сновидения или галлюцинации.

108

Сурабайя — порт на острове Ява (Индонезия). Сейчас — Сурабая.

109

«Золотой корень» или как его еще называют «корень жизни» — корень Тонгката. Он не напрасно считается «золотым» корнем и «корнем жизни», приравнивается к Женьшеню, который имеет такие же названия. Имеет и другое название: Эврикома длиннолистая (лат. Eurycoma longifolia) — вид кустарниковых растений из семейства Симарубовых (Simaroubaceae) высотой до двух метров. Произрастает на территории Индонезии, Малайзии, во Вьетнаме, Таиланде и Лаосе. Эврикома длиннолистая известна под разными названиями — тонгкат али (по-малайски), пасак буми (по-индонезийски) и другими именами, многие из которых имеют отношение к медицинскому использованию растения, а также его горечи. С давних пор, эврикома длиннолистая использовалась для лечения малярии, язв желудка и двенадцатиперстной кишки, опухолей, а так же для лечения многих других заболеваний. Кроме того, это растение использовалось и как противовоспалительное, жаропонижающее и антибактериальное средство. В последнее время наибольшую популярность эврикома длиннолистая получила как афродизиак для усиления либидо, а также в спорте для набора мышечной массы и увеличения выносливости. Это связано со способностью экстракта корня повышать выработку тестостерона.

110

Рубины и жемчуга издавна добывались в Индонезии.

111

Остров Анбери — имел также название Вайжеу, Вайгью. Сейчас называется Вайгео. Главный город Васаи, находится на западе острова. Остров относится к Архипелагу Раджа — Ашпат, что в переводе с местного обозначает четыре короля. Площадь острова — 3155 кв. км. Длина береговой линии — 691,5 км. С запада на восток — 110 км, с севера на юг — около 50 км. Язык: малайско-полинезийской ветви австронезийских языков. Провинция — Западного Папуа, негроидная раса. На острове развита добыча жемчуга.

112

С целью «ублажить смерть», убивали шамана, и мозг его поедал вождь племени. Т.е. принести его в жертву.

113

Острова принадлежали древним Богам! — Легенда.

114

Учитывая, что Тонгак уже прожил на острове порядка пятидесяти лет, то сейчас ему около ста лет, точнее девяносто шесть.

115

Карл VII Победитель (22 февраля 1403, Париж — 22 июля 1461, Меюн-сюр-Йевр) — король Франции (провозглашен в 1422 году, коронован в 1429 году) из династии Валуа, пятый сын Карла VI Безумного и Изабеллы Баварской. В марте 1429 года, в самый разгар Столетней войны, при дворе французского дофина Карла VII появилась 17-ти летняя пастушка Жанна д*Арк. «Царь Небесный послал меня к Вам, благородный дофин, чтобы сказать, что Вы будете венчаны в городе Реймсе в наместники Царя Небесного, единого Короля Франции!», — сказала она ему. 17 июля 1429 года после освобождения Орлеана и Реймса Карл VII был торжественно коронован в Реймском соборе. Во время церемонии предводительница французской армии Жанна д*Арк держала над ним знамя. Накануне, 16 июля, вступая в город Реймс, Карл был встречен восторженными криками: «Ноэль, ноэль!», что по-французски означает: «радостная весть». Англо-бургундский гарнизон оставил город, так и не приняв боя с французами. Успех похода превзошел самые смелые ожидания: менее чем за три недели армия достигла конечного пункта, не сделав ни одного выстрела, не оставив на своем пути ни одной сожженной деревни, ни одного разграбленного города. Миропомазание и коронация короля прошли согласно принятому церемониалу, хотя подготовка к нему была довольно поспешной. Коронация дофина стала актом провозглашения государственной независимости Франции и знаменовала победу над английскими оккупантами.

116

Это неточная фраза из художественного фильма молдавского кинорежиссера Эмиля Лотяну, снятого на киностудии «Мосфильм» в 1975 г., по ранним рассказам М. Горького, и, в частности по рассказу «Макар Чудра» — «Табор уходит в небо». Более точно это звучит так: «Не люби деньги, — обманут! Не люби женщин, — обманут! Из всех вин самое пьянящее — это воля! Вставай рано на рассвете и запомни, что закат приходит тогда, когда его совсем не ждешь! Живи долго! Ибо придет твоя смерть вовремя!»

117

«Чтобы увидеть звезды, надо открыть глаза!» — Корейская пословица.

118

Хинди — название индоарийского языка, или диалектного континуума языков, распространенных преимущественно в северных и центральных регионах Индии. Традиционное письмо хинди — слоговая азбука деванагари.

119

Таис — известная афинская гетера, пользовавшаяся благосклонностью Александра Македонского, впоследствии вторая жена египетского царя Птолемея I Сотера, от которого у нее были сын Леонтиск и дочь Ирана (Эйрена), вышедшая замуж за Эвноста, правителя кипрского города Солы. По мнению античных источников (Плутарх, Диодор Сицилийский, Квинт Курций Руф), Таис инициировала поджог дворца Ксеркса в завоеванном Александром Персеполисе (330 год до н. э.). По мнению Плутарха, целью Таис была месть Персии за сожжение Ксерксом Афин летом 480 года до н. э. Кв. Курций Руф утверждал, что Таис и Александр сожгли дворец, «будучи во хмелю». Плутарх тоже пишет об этом.

120

Клеопатра VII Филопатор (69 — 30 гг. до н. э.) — последняя царица эллинистического Египта из македонской династии Птолемеев (Лагидо). Прославлена благодаря драматической истории любви к римскому полководцу Марку Антонию. В годы ее правления Египет был покорен Римом, сама Клеопатра покончила жизнь самоубийством, чтобы не стать пленницей первого римского императора Октавиана Августа. Клеопатра стала одним из наиболее популярных античных персонажей в кинофильмах и литературных произведениях. Красота этой женщины была не той, что зовется несравненной и поражает с первого взгляда, зато обращение ее отличалось неотразимой прелестью, и потому ее облик, сочетавшийся с редкой убедительностью речей, с огромным обаянием, сквозившим в каждом слове, в каждом движении, накрепко врезался в душу. Самые звуки ее голоса ласкали и радовали слух, а язык был точно многострунный инструмент, легко настраивающийся на любой лад, на любое наречие… Клеопатра VII правила Египтом 21 год последовательно в соправительстве со своими братьями (они же по традиции формальные мужья) Птолемеем XIII и Птолемеем XIV, затем в фактическом браке с римским полководцем Марком Антонием. Являлась последним независимым правителем Египта до римского завоевания и нередко, хотя не совсем правильно, считается последним фараоном Древнего Египта. Широкую известность приобрела благодаря любовной связи с Юлием Цезарем и Марком Антонием. От Цезаря имела сына, от Антония двух сыновей и дочь. В то время как греки обычно пренебрегали воспитанием дочерей, даже в царских семьях, Клеопатра явно имела хорошее образование, которое, наложившись на ее природный ум, дало превосходные результаты. Клеопатра стала настоящей царицей-полиглотом, владея, помимо родного греческого языка, египетским (первая из своей династии приложила усилия для овладения им, может быть только за исключением Птолемея VII Фискона), арамейским, эфиопским, персидским, ивритом и языком берберов (народа, жившего на юге Ливии). Ее лингвистические способности не обошли и латынь, хотя просвещенные римляне, как, например, Цезарь, сами в совершенстве владели греческим языком.

121

Райские птицы — родственны нашим воронам и величиной бывают от сойки до жаворонка. В настоящее время известно уже более пятидесяти видов этих, действительно, великолепных птиц. Райские птицы распадаются на три подсемейства, из которых первое заключает в себе настоящих райских птиц. Самая известная из принадлежащих сюда птиц, — это безногая райская птица. Ее голова и шея — темно-желтые, лоб и горло — золотисто-зеленые, крылья и хвост — коричнево-бурые, ноги красные. Окраска самки тусклее и беднее. Клюв у птиц сильный, иногда длинный. У всех птиц хвост короткий прямой или длинный ступенчатый. Перья темные, с металлическим блеском, некоторые окрашены в яркие цвета, с преобладанием красного, желтого или синего цвета. У многих на голове, боках или хвосте «украшающие» перья, демонстрируемые при сложных токовых играх.

122

Деревянные фигурки вождей — предков — обычно это находится у Верховного жреца. Но нередко случается, что Верховный Вождь и Верховный жрец — одно лицо.

123

Сириус — также б созвездия Большой Пес — ярчайшая звезда ночного неба. В 1844 году Фридрих Бессель предположил, что Сириус представляет собой двойную звезду. Но все дело в том, что в Междуречье, где ранее находилась высокоразвитая цивилизация шумеров, известных нам по строительству Вавилонской башни, висячими садами Семирамиды и Ноевым Ковчегом во время потопа (и которые, между прочим, изобрели колесо), была обнаружена древняя карта звездного мира. И Сириус на этой карте — ТРОЙНАЯ звезда! Здесь же была обнаружена и карта мира, на которой обозначена Антарктида, открытая, как известно, только в конце января 1820 года русскими мореплавателями Ф. Ф. Беллинсгаузеном и М. П. Лазаревым. Причем, опять же, на данной карте Антарктида состоит из двух больших островов с широким проливом между ними и проходящим через южный полюс. Шумеры, как известно, жили в IV — III тысячелетии до нашей эры. Не хочу в комментарии вставлять про Шумеров, потому, что это целая история, с уникальнейшими изобретениями, уникальнейшими хирургическими операциями, в т.ч. на глаза и другим. Цивилизация шумеров едва ли не выше, чем цивилизация Майя. Что поделать? Мир полон загадок! Далее Аю рассказывает легенду о звезде — Сириус. Вождь, как известно, лучше всех должен знать легенды древних предков и уступать в этом может, разве что, только жрецам.

124

Разумеется, что при мытье, речь о мыле и мочалках вообще не идет!

125

Тунеядцев изгоняют из общины.

126

Лунный календарь — разновидность календаря, в основе которого лежит период смены фаз Луны, то есть синодический месяц. Продолжительность синодического месяца в среднем составляет 29,53059 суток. Таким образом, календарный месяц может состоять или из 29, или из 30 дней, причем месяцы в году чередуются, чтобы дни месяца как можно лучше попадали на одни и те же фазы Луны. В лунных календарях продолжительность года принимается равной 12 месяцам. В соответствии с этим, продолжительность лунного года получается равной 12 X 29,53059 = 354,36708. Значит, в календарном году может быть или 354 дня — простой год, или 355 дней — продолженный (високосный) год.

127

Парламентёр (от фр. — говорить) — лицо, уполномоченное сторонами, находящимися в состоянии войны, вести переговоры о заключении мира, перемирия, прекращения огня, капитуляции и др. У папуасов такого слова, как «парламентер», не было. Но смысл от этого не меняется.

128

«Трупная лилия» — Раффлезия Арнольда цветет одиночными цветками, которые являются одними из наиболее крупных на планете: их диаметр 60 — 100 см, а масса — до 8 кг. Иногда его называют «цветок лотоса».

129

«Farewell! And if forever farewell!» — Знаменитая фраза английского поэта Джона Байрона: «Прощай! И если навсегда, то навсегда прощай!»

130

В принципе, Майкл с Робертом могли лететь вместе. Дело в том, что авиарейсы: Иркутск — Нью-Йорк и Иркутск — Лондон — оба делают пересадки в Москве, в Шереметьево. Но они сослались на то, что выбирают и наиболее удобное для себя время прилета. Согласно их билетам: в Нью-Йорк, в аэропорт Джона Ф. Кеннеди (с учетом пересадки и времени в пути — 21 час 15 минут), прибытие в 18 часов 10 минут — по местному времени, а в Лондон, в Хитроу (время в полете, с учетом пересадки, 14 часов 15 минут), прибытие в 12 часов 15 минут.

131

Праздники: В США: Новый год — 1 января, Хэллоуин — 31 октября, Рождество — 25 декабря; в Шотландии, соответственно, — 2—3 января, 31 октября и 25 декабря. Т.е., практически, в одно время.

132

«Bobby*s Bar» — Бар в Эдинбурге, перед входом которого установлен памятник знаменитой собаке Бобби. Бобби знаменит своей преданностью умершему хозяину (священнику), которого он приходил навещать на кладбище в течении 14 лет после его смерти. Когда Бобби умер сам, жители города поставили ему памятник. История чем-то напоминает похожую историю Токийской собаки. Правда, здесь примешалась коммерция: владельцы бара, расположенного позади этого небольшого памятника, когда-то специально заплатили властям, чтобы памятник развернули спиной к бару. В Эдинбурге, кроме того, существует могила с памятником знаменитому Бобби. И возле нее всегда лежат живые цветы.

133

По мнению владельцев « Bobby*s Bar», данный бар является домом Гарри Поттера. Утверждается, что именно здесь Джоан Роулинг придумывала сказку про ставшего знаменитым волшебника.

134

Эль — вид пива, производимый быстрым верховым брожением при высокой температуре.

135

Сан-Франциско — сокращенно Фриско — город и округ в штате Калифорния, США, названный в честь католического святого Франциска Ассизского. Сан-Франциско расположен на северной оконечности полуострова Сан-Франциско. Бо́льшую часть своей истории он являлся самым населенным и важным городом области залива Сан-Франциско. Сан-Франциско является мировым туристическим центром, известный своими летними холодными туманами, крутыми холмами и сочетанием викторианской и современной архитектуры.

136

Листвянка — поселок городского типа в Иркутском районе Иркутской области. Находится на западном побережье озера Байкал. Здесь Ангара берет свое начало. Это место известно и своим Шаман-Камнем.

137

Табу — это строгий запрет на совершение какого-либо действия, основанный на вере в то, что подобное действие является либо священным, либо несущим проклятие для обывателей, под угрозой сверхъестественного наказания. Термин, заимствован из религиозно — обрядовых установлений Полинезии и ныне принятый в этнографии и социологии для обозначения системы специфических запретов — системы, черты которой под различными названиями найдены у всех народов, стоящих на определенной ступени развития. В переносном смысле табу может означать вообще всякий запрет, нарушение которого обычно рассматривается как угроза обществу.

138

Страна «тысячи островов» — Индонезия. В состав Индонезии входит 17 804 острова, из них: 7 870 — поименованы и 9 634 — безымянные. По последним данным, в состав Индонезии входит уже 18 108 островов. В Индонезии распространен яванский язык, на Молуккских островах: кей, галела, тернате, тидоре и буру; в Папуа и Новой Гвинее: дани, экачи, асмат-каморо, сентани, бонгу, авью-думут, манн-брат, мпур и другие. Индонезия — многонациональная страна. Кроме малайцев и китайцев проживает и много других народностей: банджары (близкие к малайцам), даяки (коренные жители острова Калимантан). На Сулавеси: буги и макасары, племена тораджей. На Молуккских островах — амбонцы.

139

Архипелаг «Острова Аю». В состав Архипелага входит 5 островов, из них 2 — нежилых. Наибольшим считается Pulau Аю. Его площадь составляет: 5, 06 кв. км. (Прим. 3,73 Х 1,5 км). Наивысшая высота: 55, 84 м. Относится к Индонезии, провинции Западное Папуа. Проживают меланезийцы, папуасы, австронезийцы. Pulau Аю, который часто называют Pulau Аю, Айау или просто Ajoe — расположен над северной оконечностью острова Waigeo. Pulau Аю — является частью Раджа Ампат (Р.А. — В переводе с местного —«4 короля»). На острове два крупных населенных пункта: Imbik Куан и Аю. Остров окружен двумя большими рифами. Доступ к острову ограничен небольшими лодками в связи с рифами и небольшими размерами острова. Пулау-Рени и Пулау Kanobe — два других небольших населенных острова к северу от Пулау Аю. Кроме того, в Папуа — Новой Гвинее существует неширокая река Аю, а так же небольшое озеро: Аю -Тенгай. Хотя, справедливости ради, следует отметить, что здесь имя Аю, скорее всего, связано с именем духа леса.

140

Как уже отмечалось, согласно легендам туземцев, «белизна кожи» — была признаком далеких предков, — тех, кто когда-то пришел с Луны, или кто после смерти пребывал в мире, недоступном живым людям. Но, кроме того, папуасы — это очень добродушный и веселый народ. Они любят и «пошутить»! Миклухо-Маклай, проживший несколько лет среди папуасов, вспоминает, что он, живший рядом с деревней папуасов и, соответственно, постоянно с ними общающийся и изучавший их жизнь и быт, нередко просил их сводить его в другие деревни, чтобы изучить и их жизнь, а, соответственно, сравнить жизнь племен. Папуасы не отказывали ему в этом. При подходе к «другой» деревне, они полностью закрывали его со всех сторон, затем подводили к первому попавшему папуасу и резко расходились в сторону. Папуас, который впервые в жизни видел белого человека, приходил в ужас, и дело доходило чуть не до обморока! А приведшие Миклухо-Маклая папуасы были в восторге от своих «шуток»!

Content

Тихая песнь Аю
Евгений Александрович Бухаров

Глава I

Глава II

Глава III

Глава IV

Глава V

Глава VI

Глава VII

Глава VIII

Глава IХ

Глава Х

Глава ХI

Глава ХII

Глава ХIII

Глава ХIV

Глава ХV

Глава ХVI

Глава ХVII

Глава ХVIII

Глава ХIХ

Глава ХХ

Глава ХХI

Глава ХХII

Эпилог

Послесловие

Примечания