Антон Текшин

GoodGame

Вступление

С тяжелым уханьем я сбросил в тёмные воды речки-вонючки последний пакет. В гробу видал такие выходные.

Больше всего угнетало то, что их всё равно достанут настырные следователи с детекторами. В нынешнее высокотехнологичное время довольно тяжело спрятать улики, сколько ни старайся. Только у одних ребят этот фокус из раза в раз проходит незамеченным. Впору уже в магию поверить.

Спину тянуло так, будто в неё загнали раскалённую спицу и теперь вовсю там ею шурудили. Военный стимулятор потихонечку подходил к концу, возвращая меня в первоначальное пенсионерское состояние, усугублённое химическим похмельем. Вдобавок от порывистого ледяного дождя, в котором приходилось возиться, тело едва не окоченело. Мне бы сейчас в ванну, отмокнуть полчасика, а потом в постельку, до самого утра… Которое, кстати, уже не за горами.

А не вот это всё.

Я осмотрелся, и отправил за парапет сумку с окровавленным инструментом, стараясь, чтобы её сильно не унесло в сторону течением. Наконец-то!

Мой сизифов труд имел свою вескую причину – если не сможешь что-то скрыть, сделай так, чтобы нашли всё это в выгодном тебе свете. Старый приём, зато проверенный временем.

За время охоты за всякими ловкими тварями рода человеческого мне пришлось стать самым хитрым и опасным среди них. А заодно, ещё и дотошным детективом, днями и ночами разбирая, где ложная улика, а где – нет. И частенько этот опыт запутывания следов я применял уже на них самих. Кто-то чихнул неосторожно и оказался затянут в собственную модернизированную для убийств пилораму, кто-то случайно травился своими же ядами, а кого-то и вовсе упавшей сосулькой к порогу своего логова пригвоздило. Карма-с…

Поэтому искать меня начали много позже, чем следовало. И не возникни на моём пути маньяк-извращенец по кличке Кукловод с Юлией Рассохиной в придачу, может, ещё с полгодика покуролесил бы…

От размышлений отвлекла младшая сестра спасённой девочки, успевшая вырасти в невысокую спортивную девушку-социопатку. Тоже жертва тяжёлой судьбы и жестоких обстоятельств. Не позаботься о ней старый приятель её отца, она уже давно путешествовала бы по психушкам, на радость своей не слишком заботливой мамаше. Либо же сама отправилась бы изучать речное дно. Расфасованная по пакетикам.

– Едут, – прошептала девчонка, потянув меня за рукав.

– Хорошо, – я захромал прочь от канала, опираясь на её узкое плечо.

Увы, но верной тростью пришлось пожертвовать – ничего другого, наносящее такие характерные раны, найти за короткие сроки было нереально. Уже за одно это я готов был вновь взяться за ножовку и распилить кое-кого по второму кругу.

До узкой асфальтовой дороги, начинающейся у ворот заброшенного ангара, было совсем ничего. И всё же мы потратили добрых пять минут, добираясь к остановившейся рядышком машине с потушенными фарами и поддельными регистрационными знаками. К сожалению, в нашем случае воспользоваться обычным такси не представлялось возможным, так что пришлось снова идти на поклон к бабе Нюре. Да и без того ей нашлось, чем ещё нам помочь.

Пожилая женщина со стальным характером внимательно выслушала нашу историю и согласилась подсобить в таком нелёгком деле. Естественно, не за бесплатно. Себе в качестве «компенсации» за беспокойство она взяла второй, более дорогой и навороченный автомобиль киллеров, документы и ключи к которому мы обнаружили при детальном осмотре. Троица использовала его как основной транспорт, тогда как на вместительном внедорожнике они отправлялись исключительно «на дело». Стоила тачка довольно дорого, так что мы не оказались в ситуации нищих просителей. Договорились без особых проблем, к обоюдному удовлетворению.

За рулём неприметной машинки оказался молодой вихрастый парнишка, попросивший нас устроиться на заднем сиденье. Там, прямо в обшивке салона, располагались специальные экраны, делающие нас с Эльвирой невидимыми для любого внешнего сканирования. Самый настоящий киберпанк, без кавычек. Можно хоть по центру города так колесить, лишь бы на людей не нарваться.

Кстати, во внедорожнике троицы находилась точно такая же начинка. Без неё современным преступникам и шагу ступить теперь нельзя.

Данные с наших чипов, как я и опасался, считывались большинством приборов слежения, напичканных повсюду, но до полноценной тотальной слежки в отсутствие спутников, как таковых, такой сети всё же очень далеко. Даже в самом городе имеется множество «слепых зон», вроде этого ангара у окраин промзоны, а уж за его пределами, так и вовсе – практически никакого контроля. Съехал с магистрали – и пропал. В общем, Большой Брат пусть и следил, но лишь вполглаза. Сквозь прищур.

Этим мы и воспользовались, формируя отчётливый облик грядущего преступления.

Будь я не очень дотошным следователем, для меня картина происшествия выглядела бы следующим образом: гражданка Александра Коганович (в прошлом – Рассохина), по предварительному сговору нанимает троих отморозков из соседней области, чтобы устранить своего несовершеннолетнего ребёнка от прежнего брака – Эльвиру Рассохину. С корыстными целями, дабы воспользоваться, после её исчезновения, всем движимым и недвижимым имуществом по своему разумению. Голову собственной дочери гражданка оценила в семь миллионов рублей, выплатив исполнителям аванс в размере десяти процентов. Распечатка перевода прилагается.

Но подозреваемые, узнав, что будущая жертва живёт в охраняемом доме посреди элитного района, решили повысить гонорар, угрожая и фактически шантажируя гражданку Коганович. Та, боясь разоблачения, соглашается с требованиями и переводит всю оговоренную сумму на их счёт, обещая перечислить ещё столько же после окончания заказа. Распечатка номер два.

Во время общения гражданка Коганович, раздосадованная потерей, опрометчиво отзывается о подозреваемых в довольно оскорбительной форме, чем подписывает себе смертный приговор. Агрессивно настроенные подельники в тот же вечер похищают её саму и увозят на заранее заготовленное место преступления. План-схема ангара в масштабе один к ста.

Предварительно выпытав у похищенной пароль от её личного счёта, преступники переводят себе все оставшиеся деньги, а затем совершают с женщиной ровно то, что собирались сделать с её несовершеннолетней дочерью. После чего, запаковав останки в пакеты, избавляются от них в ближайшей реке. Отчёт водолазов-поисковиков – приложение номер пять. Им досталось больше всех работы.

Однако, огромная сумма, полученная за одну ночь, вносит смуту и раздор в ряды преступников. Один из них решает избавиться от подельников, напав на них со шпагой, замаскированной под трость. Не самое удобное оружие, зато не такое очевидное, как пистолет в руках. Ему удаётся смертельно ранить обоих, но он сам получает роковую инъекцию снотворного из пневматического пистолета от едва живого коллеги и сгорает живьём при пожаре. Фактически. Заключение судмедэкспертизы, как всегда, на нескольких листах.

Откуда взялся огонь? Всё просто – преступник с тростью хотел избавиться от улик, залив всё вокруг бензином, включая автомобиль со спецоборудованием, на которой была доставлена гражданка Коганович. Но попав под действие препарата, он валится прямиком на упавшую канистру с зажжённой зажигалкой в руках. Отчёт пожарно-технической экспертизы на последней странице.

Занавес.

В целом, получается ещё то шоу Бенни Хилла, но уж больно дело резонансное получается. Журналисты, начиная от простых стрингеров и заканчивая серьёзными организациями, такие кровавые балаганы ой как любят, просто до умопомрачения. В отличие от начальства. Уж оно потребует скорейшего раскрытия и закрытия, что скажется на качестве расследования не лучшим образом.

Может, у кого и закрадётся сомнение, но ему быстро заткнут рот неопровержимым фактом – если киллеров убил кто-то ещё, то почему он не взял ни копейки денег, переведя их куда-нибудь на теневой счёт? Там же миллионы!

И такая операция вполне возможна, при наличии коммуникатора преступников и талантливого программиста. Даже группе специалистов было бы тяжело отследить скачущие по разным адресам деньги, не имея на руках исходных данных.

Кстати, гаджет, пусть и пострадавший в огне, исправно числится в списке прочих улик. Совсем про него забыл…

Стоило нам тронутся с места, как новоиспечённая сиротка крепко прижалась ко мне. Девчонку била крупная дрожь, и это несмотря на то, что кровью и убийствами её было сложно напугать. Ну уж больно много всего свалилось на её хрупкую психику сегодня.

– Спасибо…

Она легонько и как-то неумело поцеловала меня в щёку.

– «Пожалуйста», с тебя хватит?

– Прости меня, прошу…

– Да ладно тебе, мне не привыкать, – криво усмехнулся я, борясь с терзающей тело болью. – Ты тоже молодец, без тебя бы я ни за что не справился.

– Да я не про это! – Элли чуть отстранилась. – За то, что не верила в тебя. Разочаровалась. А ты…

– Только не говори, что опять будешь носиться по городу, кромсая несчастных извращенцев в мою честь. Иначе прямо здесь тебя высажу.

– Нет-нет, что ты! Я не буду делать глупостей! Только то, что ты прикажешь… Хочешь, из капсулы совсем не буду выходить?

– Ага – размечталась. А кто порядок у нас наводить будет?

– Что ж, убираться, так убираться, – со вздохом великомученицы согласилась она.

– А вот сейчас уже страшно стало. – признался я. – Верни мне, пожалуйста, прежнюю Эльвиру, саркастичную и упрямую.

– Я в порядке. Просто… Теперь каждый мой вздох, что бы я ни сделала, плохого или хорошего – это всё благодаря тебе, – она порывисто вздохнула. – Я должна была сегодня умереть. Новый день начался бы уже без меня! Разве ты этого не понимаешь?!

– Не зацикливайся над этим. Просто живи дальше.

– Не могу!

– А ты попробуй, – посоветовал я. – Считай это моим первым приказом.

– Хорошо, – девчонка снова прижалась ко мне. – Я постараюсь.

Её дрожь понемногу принялась стихать. Я взглянул на виртуальные часы, зависшие над приборной панелью и едва не выругался – мы катастрофически опаздывали. Через двадцать с лишним минут «Твоя бабушка» должна была прибыть в систему Талвро-19. И если без непутёвой юной мечницы экипаж вполне мог обойтись, то без капитана он немедленно превращался в неуправляемое стадо, где каждый действует в зависимости от того, какая именно жидкость ему в голову ударит. И это ещё не считая небольших, но приятных бонусов к характеристикам звездолёта.

– Уважаемый, а нельзя ли побыстрей? – обратился я к пареньку.

Тот вёл сам, игнорируя автопилот, дабы тот не зарулил куда-нибудь на просвечиваемое место. За окном мелькали какие-то трущобы и скудно освещённые жилые массивы. Некоторые выглядели так, будто их уже начали сносить, но оставили это дело до утра. Вполне возможно, что это так и было.

– Сейчас на трассу запрыгнем, – заверил нас подручный бабы Нюры. – А там пойдём в общем потоке, как остальные. Эта ласточка очень резвая, не беспокойтесь.

И действительно, вскоре мы оказались у винтового въезда на одну из эстакад, вырулив к ему из глухой на первый взгляд подворотни. Короткий подъём окончился ровным широким полотном, окружённым высокими прозрачными щитами с бетонным основанием. Двигатель машины солидно взревел, и нас отчётливо стало вжимать в кресла. Огни за стёклами превратились в разноцветные короткие росчерки, а дорога впереди сузилась, будто пытаясь раздавить автомобиль бортами. Парнишка отпустил руль, взявшись за коммуникатор, и принялся строчить донесение. Что ни говори, а у бабы Нюры с дисциплиной очень строго.

Домчались мы довольно быстро, оказавшись неподалёку от сквера, где начались наши совместные приключения, занявшие практически всю ночь. Всё-таки выманить кандидатку на «Мамку года-2031» оказалось делом нелёгким, и тут я без ловкой помощницы точно бы не справился. Сначала пришлось немного её пошантажировать от имени киллеров, а потом договориться о встрече. Правда, при этом мы здорово подставили посредника, через которого передавался заказ, но жалости я к нему не испытывал ни малейшей. Как и опасений, что этот хмырь может навести следствие на верный след.

Даже если полиции удастся его обнаружить, вряд ли ему поверят, что он не сливал киллерам данные покойной Александры Коганович-Рассохиной. От кого, как не от него, они смогли всё это узнать? У несостоявшейся жертвы, что ли, спросили? Даже не смешно.

Элли, конечно, допросят для порядка, но поводов подозревать её ни у кого не возникнет совершенно. Это ж ангелочек во плоти.

Тем более, пока творилась вся эта вакханалия, девочка находилась дома. Причём, не просто спала, а в игре с ночи торчала, не подозревая, что где-то на другом краю города загорелся ангар с мёртвыми (и не очень) убийцами её матери. Да и в виртуальность она не одна погружалась, а вместе с сожителем. Кхе-кхе…

Ну, куда деваться – меня давно уже видели все, начиная с дворников (самых настоящих, которые активно сопротивлялись замене их на роботов), и заканчивая службой безопасности апартаментов. Исчезать вот прям сегодня очень глупо и подозрительно, тем более Эльвира давно уже достигла возраста согласия и была вольна жить со взрослыми мужиками. Ну и что же тут криминального, как сказала бы неувядающая Ирина Аллегрова.

Мда-а-а, докатился я, однако…

Того и гляди, придёт Лидия и начнёт укорять меня во снах. Хотя нет. Зная её характер, я был уверен, что она бы обрадовалась, узнав, что у меня появилось хоть какое-то подобие отношений. Не важно с кем. Пусть даже с крокодилом.

Не став подъезжать вплотную к дому, вы вышли на улицу неподалёку от сквера и преодолели оставшееся расстояние пешком, благо дождь соизволил закончиться. Машина же, автоматически сменив номера, тихо растворилась в ночной мгле, будто её и не было.

Но расслабляться было рано. Для нас наступила самая ответственная часть нашего плана – незаметное проникновение в квартиру. Здесь, как никогда, пригодились тёмные пристрастия Эльвиры. Во время её безумных вылазок по ночам она частенько пользовалась пожарным выходом, раздобыв дубликат электронного ключа у знакомого охранника. Я не стал уточнять, за какие такие заслуги тот пошёл ради неё на должностное преступление, но сейчас эта отмычка пришлась очень кстати.

Эвакуационных выходов в немаленьком здании имелось аж три штуки, закрытых в обычное время надёжными противоударными дверьми. При наличии пропуска, ими мог воспользоваться любой безопасник, а вот жильцы вынуждены были попадать внутрь либо через парадную дверь, либо с подземной парковки, после сканирования ключа и личного имплантата. Что неизбежно оседало в базе данных службы безопасности.

Понятное дело, нам этот путь был заказан. К счастью, для того, чтобы выйти таких строгих мер не требовалось, поэтому мы оба накануне покинули здание через парковку, не засветившись на входных сканерах. Элли – по привычке, а я не хотел показываться лишний раз на глаза безопасникам на посту, наверняка уже прозвавшим меня гнусным педофилом. В ином случае можно было смело брать огнестрел из тайника и ехать валить Александру Коганович-Рассохину самым грязным способом. А потом бежать из города без оглядки.

Распахнув толстенную створку, мы оказались на полутёмной лестнице. Из-за того, что дежурное освещение здесь присутствовало лишь эпизодически, временами приходилось брести наощупь. Хорошо, что, неугомонная Эльвира бродила здесь регулярно, поэтому она спокойно провела меня за ручку через все пролёты, словно поводырь.

Выход на лестницу бдительно охраняла стандартная камера наружного наблюдения, которая легко вырубалась компактным постановщиком помех, умещающимся в кармане. На записи это всё равно оставляло свой небольшой след, но здесь уже пришлось идти напролом. Тем более, для такого пристального внимания к бедной сиротке не имелось никаких оснований.

За порог мы ввалились в обнимку, как заправская парочка влюблённых, отмахиваясь от настырных голографических бабочек, радостно кинувшихся нам навстречу. Просто у меня очень невовремя отказали ноги, отчего их попеременно сводило короткими судорогами. Таймер показывал всего три минуты до выхода на стартовую позицию. Наше состояние вряд ли бы можно было описать простым словосочетанием «крайняя усталость», так что мы оба спешно залились по самые брови лёгкими энергетиками, найденными в холодильнике, и приготовились к погружению.

Элли помогла мне снять промокшую насквозь верхнюю одежду, спрятав её куда подальше, но подниматься к себе в комнату не спешила, а продолжала мяться возле моей капсулы, будто не решаясь что-то спросить.

– Стриптиза не будет, тебя обманули, – я лёг на погрузочную платформу, готовясь окончательно раздеться. – Ладно, думается мне, ты хочешь узнать – правильно ли мы поступили? Тут однозначного мнения нет и не будет. С точки зрения закона мы с тобой – преступники, и место нам за решёткой. А вот с более логичной стороны, иного выхода у нас не было. Либо ты, либо она.

– Да нет, я всё понимаю, – юная девушка склонила голову. – Просто… Как ты думаешь, почему она сказала, что я – не её дочь?

– Серьёзно?! – я аж привстал от удивления. – Она много чего нелицеприятного напоследок успела наговорить, а тебя волнует именно это? Не то, что ты проститутка, или, к примеру, чокнутая психопатка?

– Да.

– Это просто защитная реакция, – отмахнулся я. – Ей проще было считать тебя подкидышем, как и Юлю, которая несёт угрозу её потомству от второго брака. Не ищи там какого-то иного смысла. Я с первого взгляда понял, что вы – сёстры, без всякой генетической экспертизы.

Я неловко провел подрагивающим указательным пальцем по вытянутому «рассохинскому» носу девушки, легонько щёлкнув по нему напоследок.

– Ты достойная дочь, твой отец гордился бы тобой. Сначала выпорол бы, конечно, но всё же…

Эльвира тепло улыбнулась, разгладив морщинки сомнений на лице.

– Не бери в голову всякую ерунду, а не то она когда-нибудь лопнет, – закрепил я короткую лекцию о семейных взаимоотношениях. – Это тоже приказ, кстати.

– Так точно, командир! – она полушутливо отдала воинское приветсвие и умчалась наверх, на ходу снимая с себя одежду.

– Дитё…

Я покачал тяжелеющей головой и отдал команду на погружение. Вот бы все проблемы решались за одну ночь, при помощи ножовки, находчивости и такой-то матери. Как в родном две тысячи седьмом…

Хотя, тогда бы меня точно не разморозили.

Глава 47

В рубке за время нашего отсутствия ничего не изменилось. За штурвалом по-прежнему сидела Diadfl5fgkg, а в простонародье – Диана, в соблазнительно обтягивающем комбинезоне, которая со скучающим видом тестировала системы перед выходом в обычное космическое пространство. Наша черногривая красавица средиземноморского разлива тоже вернулась в игру совсем недавно, отправив своего сменщика отдыхать. И теперь вовсю маялась бездельем.

Помимо второго пилота в реал отправился ещё один член экипажа – низкоуровневый воин, составлявший вместе с ним дежурную смену. Не такая серьёзная потеря для экипажа, учитывая, что в сражение я впервые отправлялся без своей верной напарницы, отчего чувствовал себя особенно неуютно.

Шандайн взяла отгул по семейным обстоятельствам, отправив мне голосовое сообщение, полное тоски и разочарования. Воинственная девушка рвалась в бой, как никто другой, но внезапно заболевший ребёнок перечеркнул все наши планы. Я кое-как её успокоил, пообещав, что это далеко не последняя наша битва и для неё ещё найдётся множество фрагов. У самого же на душе скребли даже не кошки, а саблезубые тигры.

Таким образом, на момент нашего выхода из подпространства в строю находилось всего одиннадцать членов экипажа – три инженера, артиллерист Свенн, учёный-медик Маха, пилот Диана и пятеро воинов. Собственно, я сам – мечник Куладун, моя воспитанница Элли, выбравшая такую же непопулярную специальность, защитник-рептилоид Крокот, его приятель – человек-пехотинец Нечай и стрелок Криман. По паспорту вроде как тоже человек, но по факту – ГМО. То есть представитель людской расы, прошедший некие генные улучшения.

Одна положительная мутация была по умолчанию положена лишь владельцам дорогого премиум-аккаунта, а на последующие уже приходилось зарабатывать самостоятельно. Парень, проживающий где-то на границе Германии и Австрии, предпочёл «прокачать» себе зрение, дабы повысить эффективность стрельбы.

Шани, к слову, тоже оказалась модифицированной. Будучи разведчицей, она выбрала для себя повышенную скорость, ничуть не уступая в ней шустрым раллекам. Игроки-инопланетяне тоже могли обратиться к генным инженерам, но ограниченное число раз – всего трижды. Вдобавок, у каждой расы какие-то ветки развития оказывались намертво заблокированы. Один лишь человек, подобно податливой глине, мог стать кем угодно.

Что лишний раз доказывало, какие мы приспосабливаемые твари.

Прикинув наши возможности, я раскидал экипаж по отсекам. Инженеров – в жизненно необходимые, то есть в двигатель, щит и энергоядро. Маху – в центральный грузовой, чтобы та могла оперативно прийти на помощь пострадавшим, если таковые сразу не отправятся на перерождение. Артиллерист стал оператором ЛФЗ, а воины поровну распределились между вторым оружейным, отвечавшим за успешный пуск ракет, и центром управления дронами. Стоило игрокам занять свои места, как большинство параметров корвета тут же подскочили, от стандартных двух с половиной, до фантастических десяти процентов. «Твоя бабушка» была полностью готова жарить, парить и отбивать чьи-нибудь котлетки.

Осталось только упасть в кресло второго пилота и скомандовать боевую готовность. Долгий прыжок через целый космический сектор подходил к своему концу.

– Ну что, раскачаем этот клоповник? – белозубо улыбнулась Диана.

– Врубай музычку!

Девушка включила что-то забористое из иностранного рока, и под бодрые бас-гитарные запилы мы вынырнули неподалёку от аванпоста, окружённого разноцветными вспышками и росчерками выстрелов, а также многочисленными обломками сражающихся неподалёку звездолётов. Тактический экран тут же ошарашенно мигнул и принялся постепенно краснеть, выдавая всё новых и новых противников. Гораздо быстрее сработала система безопасности боевой станции, мигом опознав нас и включив «Твою бабушку» в список защитников. Коих с каждой минутой становилось всё меньше и меньше.

Из трёх звеньев пограничников Союза, состоявших преимущественно из тяжёлых фрегатов, в строю на данный момент остался лишь один. Кораблей игроков – клановцев и просто доброхотов, пролетавших неподалёку – оказалось куда больше, но я даже приблизительно не представлял, сколько их имелось в начале обороны.

Основная часть обороняющихся сосредоточилась вокруг «Талвро-19», и лишь считанные единицы крутились вне зоны поражения оборонительных систем аванпоста. В основном, либо юркие разведывательные катера, либо защищённые толстокожие корветы, вроде нас.

Среди атакующих, выглядевших немногим лучше покойного «Святого Пермадеда», подавляющее большинство являлись катерами и фрегатами, различной степени потрёпанности. Серьёзные экземпляры можно было пересчитать по пальцам. Причём – одной руки. Главным среди них бесспорно являлся массивный крейсер прорыва, ощетинившийся пушками по всему корпусу. Даже будучи лишь копией, он был способен стереть в пыль несколько кораблей одним своим залпом, однако, рваться на передовую не спешил. Кроме того, в наличии имелись два линейных эсминца, которые проявляли большую активность, чем их флагман.

Пусть наши противники и разваливались больше сами по себе, чем от огня орудийных систем, их было чуть ли не в десятки раз больше, чем обороняющихся. С таким преимуществом какая-то особая тактика им не требовалась. Сателлиты просто пёрли вперёд, на верную гибель, зачастую даже не успевая острелять весь боезапас. Или хотя бы половину.

В нашем радиусе боевых действий, измерявшийся одной световой секундой, бортовой компьютер насчитал восемьдесят девять объектов. И это мы ещё оказались на задворках грандиозной заварушки – дальше плотность вражеских звездолётов только нарастала. Спешить туда не было никакого смысла, поэтому я сосредоточился на доступных целях, заодно врубив режим трансляции. Надо же становиться современным игроком, который и шагу ни ступит, не запечатлев себя на видео.

Особо поднять волну интереса к нашим персонам я не собирался – сражений в виртуальном космосе хватает в избытке, никого этим не удивишь. Просто инстинктивно захотелось, чтобы у нас на руках имелось железобетонное алиби. Ведь примерно в это время уже должен вспыхнуть огонь в том самом ангаре…

Счётчик тут же высветил пару десятков зрителей. Интересно, чем они во время просмотра занимаются – работают, едят или же находятся в пути? В то, что некоторые просиживают всё своё время у мониторов, мне верилось с трудом. Хотя, в той же игре, во время долгого подпространственного прыжка корабля, заниматься решительно нечем.

Надеюсь, мы не разочаруем свою немногочисленную, но всё же – аудиторию. Настало время выяснить, чему я смог научиться, просматривая бесконечные учебные пособия по космическому бою. Большую часть видеотеки подкинул Амвей, а остальное пришлось разыскивать самому. Повышение квалификации напрашивалось уже давно, ведь статистика была совсем не на моей стороне.

И огромное количество противников тонко намекало, что я её сегодня вряд ли улучшу.

Наше неожиданное появление большинство кораблей попросту проигнорировало, не в силу пофигизма, скорее – из-за собственной близорукости. Но бортовой компьютер всё же предупредил, что началось вражеское сканирование. И кто тут у нас такой глазастенький?

Как оказалось, нас прощупывали на предмет поиска уязвимостей два вполне боевых фрегата и один собрат-корвет, по размерам ничуть не уступавший «Твоей бабушке». Судя по каталогу, прототипом ему выступал агрегат производства рептилоидов Ра, четвёртого поколения. Довольно неплохая, крепкая машинка, нам бы такая точно во флоте пригодилась. Но увы, для десанта обстановка была не самой подходящей.

– Давайте для начала вежливо поздороваемся, – предложил я, выделяя цель. – ЛФЗ, огонь!

Наш «аннигилятор» тут же выпустил по вражескому звездолёту пучок заряженных частиц, засиявших ярче местного тусклого светила. Бедолагу, умудрившегося где-то растерять большую часть заряда щита, осталось только перекрестить напоследок, что я немедленно и сделал. Аминь, тебе, приятель. Полный.

Удачное попадание прямо в реакторный отсек не оставило кораблю ни малейшего шанса – он вспух ярко-оранжевым шаром, просадив в ноль щиты у трёх соседних катеров, и значительно уменьшив его заряд у ещё десятка других кораблей. Ультимативное у нас оружие, ничего не скажешь.

Всё, теперь на ближайшие десять минут об этом чуде можно смело забыть. И это ещё не самый худший расклад – без артиллериста в оружейном отсеке, а рядом с Ядром – инженера, ожидать перезарядки пришлось бы ещё дольше. Не до конца боя, конечно, но что-то около того.

Вот теперь настало время целей попроще, для которых годились обычные ракеты.

Пусть такие снаряды, летящие к цели довольно долгое время, и казались архаичными в эпоху звёздных перелётов, их эффективность не стоило недооценивать. Во-первых, ими тяжело было промазать из-за системы самонаведения, а во-вторых, они практически полностью игнорировали энергетический щит и били по широкой площади корпуса. После модернизации оружейного модуля на станции, нам стали доступны более серьёзные модели, с очень взрывоопасной начинкой. Её вполне хватало, чтобы с двух-трёх удачных попаданий полностью разрушить любой из катеров.

Но расходовать крайне ограниченный боезапас исключительно на уничтожение вражеских юнитов я не стал. Поэтому каждая ракета из первой кассеты пошла к своей собственной цели, метя в оружейные отсеки, имеющиеся у основной массы мелких звездолётов в единственном экземпляре. Таким образом, залп вывел из строя сразу шестерых, причем одного – уже наглухо, и лишь два снаряда не смогли нанести фатальных повреждений. Но всё равно их разрушительной мощи хватило, чтобы увести прочность модулей в красную зону, снизив их эффективность на порядок.

В ближайшее время кораблики не представляли никакой угрозы, пока их экипажу не удастся вставить на место выбитые зубы. Но такой возможности недобиткам я давать не собирался, отправив к ним звено боевых дронов, вооружённых простенькими лазерными пушками. Более навороченные модели мы не смогли себе позволить, так что приходилось их беречь и отправлять только к неопасным объектам.

Контроль над простенькими беспилотниками взяли на себя Криман и Элли, самые молодые и горячие члены экипажа. Если накосячат – ничего страшного, такие аппараты без особых проблем собирались прямо внутри корвета, из различного мусора и стандартных минералов, буквально на коленке. К тому же, Диана, при всём её напускном пофигизме, оказалась девушкой хозяйственной, и успела наклепать целых три звена за время нашего путешествия на Пандору и обратно.

Хотя, это не отменяло того, что мне в скором времени нужно будет очень плотно заняться нашим бравым пилотом. Пусть она действительно недавно попала в заварушку, несколько её оговорок никак не вязались с образом обычной современной визажистки. Я и раньше подозревал, что знойная красавица с грудным голосом ведёт свою собственную игру, но теперь полностью в этом уверился. Осталось лишь выяснить, в чью пользу она работает больше – в мою, или чужую.

Между тем шустрые дроны с лазерными дыроколами разобрали выбывших из строя примерно за минуту, пока происходила перезарядка новой кассеты с ракетами. К тому времени два более-менее пристойных фрегата закончили сканирование и открыли по нам огонь. Один, находящийся ближе, принялся поливать «Твою бабушку» дешёвыми кинетическими снарядами из счетверённых скорострельных пушек, которые были нам, что слону – дробина. Ну, уж такая оказалась у него модель – чистая «антимелочь», направленная на борьбу с юркими, легкобронированными целями, вроде катеров, спутников или дронов.

А вот его напарник задействовал довольно мощные лазерные установки, бившие попеременно в одну и ту же точку. Щит попадания выдержал, но сразу просел процентов на тридцать. Досталось и корпусу, но совсем немного. Плохо было то, что остальные противники тоже без дела не сидели – кое-кто уже успел присоединиться к обстрелу, или открыть охоту на наших беспилотников. На регенерацию заряда теперь рассчитывать не стоило – прирост мощности «съедался» очередным попаданием.

В дело включилась Диана, принявшаяся закладывать крутые виражи, дабы сбить прицел сателлитам. Особым умом они не блистали, поэтому задумка удалась, хотя в наш радиус боя принялись понемногу подтягиваться другие участники осады.

Следующие ракеты я выпустил исключительно по фрегату с лазерами и вывел-таки одну установку из строя. Стало чуть полегче, но катастрофически не хватало поддержки, которая бы вела хоть какой-то огонь во время перезарядки.

Будто услышав мои мысли, на связь вышел наш креативный клан-лидер.

– Здарова, стример! Явился, не запылился…

– Прибыли, как смогли, и так пришлось рисковать, срезая через неразведанные территории.

– Молодцы, иначе вы бы нашли тут одни наши ошмётки. Как видишь, нас тут вовсю жарят, без знакомства с родителями и предварительных ласк…

Я вычислил среди остальных обороняющихся злосчастный фрегат, и занёс его в реестр приоритетных союзников. Он имел вытянутую ланцевидную форму, напоминая гигантское космическое каноэ, и являлся представителем самого распространённого – пятого тира, орторионской постройки. Серьёзным вооружением кораблик похвастаться не мог, зато имел довольно серьёзную энергоустановку, и как следствие – прочный щит. Его бы к нам под левый борт…

Но самое странное, что система выявила моего говорливого собеседника не на борту «Флюгегехаймена», а внутри самого аванпоста.

– А ты чего не на передовой? – удивился я.

– Не поверишь – администрация станции предложила мне возглавить ячейку местного ополчения, из игроков и неписей, что здесь застряли.

– А на кой чёрт? Чем вы там обороне поможете?

– Просто все прекрасно понимают, что нашими силами мы уродцев никак не задержим, – весело ответил Хреноватор. – Многие сразу драпанули, когда увидели СКОЛЬКО сюда летит кораблей. «Системщицы» почти полностью слились, но их перехватили перед самым прыжком. Уйти мало кому удалось.

– Получается, мы зря прилетели? – нахмурился я.

Прыгнуть отсюда нам уже вряд ли дадут, это факт. И чего мы, спрашивается, сюда сунулись…

– Не дрейфь, Союз обещал компенсировать все затраты. Полностью.

– Подожди, они что – вернут нам потерянные корабли?!

– В полной комплектации! – подтвердил мою догадку Болеслав. – Так что сожми ягодицы покрепче и постарайся забрать как можно больше говнюков, пока не подоспеют регулярные части. Если хорошо себя покажем, о ваших воровских долгах можно будет забыть. Да и о кредитах тоже.

От такой новости я едва не пропустил окончание очередного кулдауна у ракетной системы. Теперь уже распыляться на несколько противников не имело большого смысла, поэтому все заряды снова понеслись к потрёпанному фрегату, практически доконав его корпус. Звездолёт попробовал было улететь восвояси, подальше в тыл, но по дороге наткнулся на шальной трассирующий обломок, прошивший его насквозь. После чего ещё на одного атакующего стало меньше.

– Сколько нам ждать? – решил я уточнить, выбирая новые цели, из самых опасных катеров.

– Часов шесть, не меньше, – остудил меня клан-лидер. – Но вы до этого счастья точно не доживёте, так как их флагман и его свита раскатает всех намного раньше. Единственная возможность сдержать наступление – остановить их на самой станции. К чему я и готовлюсь…

Значит, штурма аванпоста не избежать. Вряд ли сателлиты будут пытаться захватить такую махину, скорее – попробуют взорвать её изнутри, дестабилизировав один из реакторов. Если у них нет своей мощной и компактной бомбы, что вряд ли, учитывая уровень их технического развития. Собственными разработками Скульпторы могут похвастаться лишь на поприще генетики.

Ядро любого из кораблей так просто не демонтируешь, не говоря уже о транспортировке его в недра станции. А обычный взрыв корабля в доках, даже сопоставимого по габаритам с нашим корветом, не выведет её из строя. Поэтому основная ставка сделана на десант. Ох, и жара там будет…

– К вам мне точно не прорваться, – прикинул я диспозицию. – Буду оттягивать их силы на себя.

– Добро, держитесь, сколько получится, – напутствовал меня Хреноватор. – Родина вас не забудет!

После чего отключился. Я невольно бросил взгляд на счётчик трансляции – убедиться, что от нас не отвалились последние зрители, и с удивлением увидел, что их число перевалило за сотню. Видимо, люди жаждали посмотреть на обречённую на провал оборону. Другого объяснения, у меня попросту не было.

В то, что объединённым силам удастся отбить хотя бы одну волну нападавших, мне и раньше верилось с большим трудом, а взглянув на реальный расклад сил – так и подавно. Но теперь нам, хотя бы, не нужно было переживать о страховых затратах на возвращение звездолётов в строй, не говоря уже об их последующей прокачке заново. Для нашей казны эта ноша однозначно оказалась бы непосильной. И так одной ногой в банкротстве застряли…

Залп! Ещё четверо подбитых катеров, трусливо поджав сопла, понеслись прочь, но были настигнуты такими же шустрыми дронами. Счёт понемногу рос, но свежие силы подтягивались к нам куда быстрей, чем корвет мог их эффективно перерабатывать. Щит уже опустился почти до половины, и это при трёх живых инженерах и нескольких ведроидах-ремонтниках.

На исходе девятой минуты нами было уничтожено уже за четыре десятка разномастных посудин и гораздо больше – повреждено. Перезарядка фазового луча подходила к концу, и я уже потихоньку подбирал новую кандидатуру на аннигиляцию, когда за нас взялись всерьёз.

На подмогу избиваемой мелочи пожаловали сразу с десяток фрегатов под предводительством аж двух корветов. Первый был слизан со вполне стандартной человеческой постройки, отчего отдалённо напоминал футуристический шаттл из комиксов, какими их любили рисовать годах в восьмидесятых, а вот второй… С ним всё было гораздо хуже.

С виду звездолёт походил на какую-то вытянутую цилиндрическую конструкцию, которую просто забыли достроить с одного конца, отчего там зияла огромная дыра. Пожалуй, в неё мог влететь средних размеров катер, не касаясь стенок. Ворвавшись к нам в сферу сражения, звездолёт притормозил, а в его недрах стало нарастать холодное сияние, просачивающееся наружу через отверстия в конструкции. Остальные корабли, ведомые «спейс-шаттлом», продолжали сближаться, беря «Твою бабушку» в полукольцо.

Терзаемый нехорошими предчувствиями, я заглянул в каталог и обомлел. По нашу душу пожаловала реплика элитного артиллерийского корвета «Су-Тахи-Ка», седьмого тира. Уже по одному названию и нарочито угловатому дизайну азарходонская прописка становилась очевидна. В русскоязычной игровой среде у него имелось собственное прозвище – «Рассухариватель», которое было введено в обход админского запрета матерных слов. Чуть реже применялось «Шайтан-труба», но это слово являлось собирательным наименованием всех посудин подобного типа.

По сути, весь корабль представлял из себя гигантскую плазменную пушку, подпитываемую сразу несколькими реакторами. Стреляла она пучком разогретого до газообразного состояния вещества (чаще всего – какого-нибудь металла), запущенного электромагнитным ускорителем частиц. По принципу действия такой «снаряд» находился ближе всего к кумулятивной струе, прожигая насквозь всё, что не успело убраться с пути.

Из-за величины заряда, выстреливаемого «Рассухаривателем», от него не спасал щит ниже эсминского типа, даже будучи на пике заряда. Но имелись и существенные минусы – довольно медленная, по сравнению с лазером, скорость полёта – всего в четверть световой, а также ограниченный радиус действия. Плазма со временем рассеивалась в пространстве и теряла мощность.

Ничем другим, кроме своей бабахалки, корвет похвастаться не мог – его кокон был способен лишь выдерживать удары мелких астероидов, да обстрел из чего-нибудь мелкокалиберного. Дополнительного вооружения на нём не имелось, а многочисленные реакторы едва справлялись с подачей энергии к ускорителям частиц, обделяя двигатели и прочие системы. Поэтому скорость и манёвренность тоже не являлись его коньком. Даже грузовые челноки без проблем уделывали корвет на любой дистанции.

Так что без серьёзного прикрытия в чистом космосе «Рассухариватель» сам представлял из себя прекрасную мишень. Как, впрочем, и любая другая самоходная артиллерия.

– Вот кого надо было «Флюгегехайменом» называть, – пробормотал я, лихорадочно ища выход из сложившейся ситуации.

Обложили нас очень серьёзно. Выйдя на дистанцию гарантированного поражения, вражеские корыта дружно ударили изо всех стволов, окончательно уведя щит в красную зону. Попаданий по корпусу вышло больше десятка, благо, что по разным модулям. Серьёзно пострадали производственный отсек, трюм, и модуль варп-сетки. Не страшно – ничего из этого нам уже точно не понадобиться.

В воздухе отчётливо запахло жаренным.

Пусть наши противники и не могли развалить крепкий фрегат с наскока, но они делали свою часть работы, лишая нас пространства для манёвра. Тем более, к ним присоединились недобитые катера, внеся свою лепту в общее дело. Мы огрызались, но без серьёзного успеха.

Всё чаще выстрелы приходились в отсеки с двигателями, снижая их работоспособность. Уже сейчас стало совершенно ясно, что такими тепами мы не сможем увернуться от раскалённого гостинца, когда плазменная установка «Рассухаривателя» наберёт достаточный заряд.

Имелся, конечно ещё потенциальный выстрел из ЛФЗ, но особой погоды он не делал. Даже если получится пробить стопроцентный щит артиллерийского корвета, и вывести корабль из строя, справиться с таким большим количеством противников было нереально. Какими бы развалюхами они ни были, их количество с лихвой компенсировало сомнительное качество.

Нужно было как-то хлопнуть дверью напоследок, но что мы могли, не имея ни малейшего союзника за спиной?

Единственный союзный фрегат, вертящийся неподалёку, предпочёл убраться подальше, когда увидел, какие силы стянулись в нашей стороне. Переброска звездолётов не прошла незамеченной и для обороняющихся – уже добрых две минуты там обходилось без потерь.

Похоже, десант ненадолго откладывался. По крайней мере, приблизившихся к аванпосту линейных эсминцев – главную ударную силу Скульпторов, не считая их флагамана – удавалось пока сдерживать общими усилиями. Сам крейсер застыл в глубоком тылу собственных войск, пока что отыгрывая платформу поддержки в противовес станции Союза. Иначе потери среди простых звездолётов сателлитов стали бы колоссальными.

Кстати о десанте. На «Твоей бабушке» как раз скучало несколько воинов, которые не прочь были размяться в битве стенка на стенку, а не просиживая всё сражение за аппаратурой наведения. Пожалуй, лучше времени, чтобы сломать пару-другую инопланетных морд уже не будет.

– Диана, ты за старшую.

Я вкинул накапавшие за последнее время очки развития во владение мечом, достигнув заветных семидесяти пяти пунктов, которых требовал азархадонский листовидный клинок. Он валялся в инвентаре ещё со времён приключений на Шебукае, но воспользоваться им никак не получалось. Поднявшись на ноги, я с удовлетворением призвал его из подпространства, ощутив в ладони приятную тяжесть боевого меча. Крутанул пару раз, едва не оставив кресло без подлокотника, после чего направился прочь из тесной рубки.

Делать здесь мне было больше решительно нечего.

– Ты куда?! – всполошилась девушка, оторвавшись от дисплеев.

– Пойду ребят соберу. Как пройдёт КД на «фазу» – лупи им по корвету. А пока всеми ракетами фокус по его щиту, постарайся просадить заряд по максимуму. И про дронов не забывай, выпускай все, что есть.

– Десантироваться собираешься? – догадалась она. – А куда?

– Вот на этого красавца.

Я указал на изображение «Рассухаривателя», спроецированное на отдельную поверхность. Наш старший пилот перевела на него взгляд и удивлённо присвистнула:

– А ты точно хорошо подумал? Это же не катер какой…

– Не смотри, что он огромный, – успокоил я её – У него даже десантного отсека нет. Лишь бы долететь без приключений.

– Ну, это ты уж размечтался, – она саркастично улыбнулась, кивнув на выстроившиеся напротив нас корабли. – Они только обрадуются, увидев вас на радаре.

– А ты их отвлеки, – предложил я, переступая через порог. – Зря, что ли, болванки штамповали?

Ещё перед выходом в реал мы с ней обсудили различные исходы боя, в том числе и десант на вражеское судно. Проблема в доставке абордажной команды имелась лишь одна – катапультированных бойцов без труда засекал любой нормальный сканер. А уж отстрелить их, при наличии высокоточного лазерного вооружения, не составляло никакого труда. Поэтому на захват обычно шли после полного подавления оборонных систем, дабы избежать колоссальных потерь среди личного состава ещё до стыковки с бортом.

Но увы, это был совсем не наш вариант. Нас самих, того и гляди, подавят окончательно.

Хоть артиллерийский корвет и не имел возможности защититься от вторжения извне, в этом деле ему вполне могли помочь несколько лёгких разведывательных катеров, кружащих вокруг него, словно мухи над флегматичной коровой. Не зря их частенько «москитами» называют. Устранить их всех мы не могли при всём желании – фрегаты к тому времени и сами бы доковыряли броню «Твоей бабушки», без помощи плазмогана. Слишком большой перевес в орудиях, пусть и не самых мощных.

Оставался лишь один способ проскочить сквозь их строй – отвлечь «москитов» ложными целями. Поэтому задолго до объявления общего сбора десантный отсек принялся отстреливать многочисленные болванки из самых дешёвых материалов, скопившихся в закромах корабля. На сканерах они ничем не отличались от настоящих десантников, до того времени, пока те не врубят реактивные ранцы.

Всё-таки расстояние, на котором от нас застыла «Шайтан-Труба», исчислялось полутора сотнями тысяч километров. С таким пробегом подержанные автомобили берут уже очень неохотно, так как чаще всего им требуется конкретный ремонт. Но ближе нам уже было не подобраться, из-за вцепившихся намертво преследователей. Диана ещё пыталась маневрировать, но особого успеха это не приносило. Корпус «Твоей бабушки» то и дело содрогался от попаданий, а воздух был насыщен целым букетом разнообразной гари. Свет периодически вырубался, отчего приходилось пользоваться услугами нейроинтерфейса, подсвечивая дорогу.

И всё же я не удержался, проходя через жилой отсек, и остановился возле мирно спящей Шандайн, спеленатой эластичным одеялом-коконом. Внушительная грудь, обтянутая тонкой тканью, мерно вздымалась, губы были чуть приоткрыты, а веки трепетали, будто она вот-вот проснётся. Очень не хотелось бросать её здесь в таком беззащитном виде, хоть разумом и понимал, что это – пустая оболочка, а её «душа» сейчас далеко, в полной безопасности. Я невольно поправил ей сбившийся набок светлый локон и с огромным трудом зашагал дальше, до хруста в пальцах сжав изогнутый меч. Как никогда, захотелось крови.

Новая напарница догнала меня у самого десантного модуля, облачённая в лёгкий доспех и с титановым «хопешом» за спиной. Элли едва достигла двадцатого уровня, и что-то более серьёзное взять с собой не могла. Серпообразный клинок воинственных рептилоидов являлся для неё лучшим вариантом, сочетая в себе хороший урон и приемлемую прочность. Сам, в своё время, с подобным орудием бегал, и даже дроидов им успешно крошил, не говоря уже об обычных противниках в броне.

Пусковая установка как раз отстрелила очередную партию болванчиков, освободив нам место в шлюзовых камерах, напоминавших торпедные отсеки. Мы с юной мечницей заняли два крайних, а в остальные пузатые роботы-погрузчики принялись пихать новые заряды. Чтобы увеличить шансы, стартовали мы не все вместе, а попарно. Поэтому остальным бойцам пришлось выстраиваться в небольшую очередь.

Ускорение слегка придавило грудную клетку и вот я уже лечу в межзвёздной пустоте, подсвеченной яркими всполохами бушующего сражения. В ушах послышался восторженный писк Элли, отправившейся в полёт вслед за мной. Дитё, оно и в космосе дитё. Расправив руки, девушка счастливо неслась навстречу «Рассухаривателю», не заботясь о том, что её полёт мог в любую секунду оборваться.

От беспощадного вакуума, помимо защитного костюма, нас спасала ещё и энергетическая оболочка, но, стоит нашему курсу пересечётся с любым материальным объектом, даже она окажется не в силах помочь. А всякой дряни вокруг носилось в избытке – на радость будущим стервятникам, пылесосящим места крупных сражений. Можно будет засекать, через сколько сюда массово налетят игроки и даже персонажи в поисках наживы.

При условии, конечно, что атаку на аванпост Союза Антропоморфов получится отбить, оставив за собой этот сектор космоса. Ведь Скульпторам тоже ничего не мешает перебросить сюда подкрепление…

Одно сейчас можно было сказать точно – Талвро-19 окончательно перестал считаться тихим и безлюдным местом на задворках галактики.

Глава 48

К нам со всех сторон тут же потянулись лазерные росчерки, но целей, с учётом уже выпущенных, было слишком много для нескольких кораблей. То и дело рядом вспыхивала очередная болванка, но по нам пока не прилетало. К тому же Диана знатно навела шороху очередным ракетным залпом, пришедшемся во вражеский корвет, вынудив его отойти назад, под прикрытие младших собратьев. На тех, в свою очередь, насели наши последние дроны. Серьёзного урона они не наносили, зато отлично вызывали огонь на себя.

С минутной задержкой за нами отправилась вторая пара, тоже в окружении обманных мишеней. Нам же делать пока было особо нечего, поэтому я позволил себе немного отвлечься от битвы и заглянуть в нейроинтерфейс. Оказывается, за нашей трансляцией следили уже полторы тысячи человек, и число участников продолжало непрерывно расти. Видимо, десант под плотным обстрелом – дело нечастое, да ещё, когда твоему основному кораблю осталось жить считанные минуты.

Но Диана проводила их максимально весело.

Мы с довольной Эльвирой преодолели примерно треть пути, несясь вперёд живыми ракетами, когда «Твоя бабушка» выстрелила по корвету из ЛФЗ. Со стороны это смотрелось ещё красивее – на краткий миг два звездолёта соединил яркий поток света, который назвать обычным лучом язык не поворачивался, после чего поделка Скульпторов ненадолго превратилась в маленькое солнышко, развеевшееся затем в неоновое облако горячего газа. Видимо, сдетонировали реакторы, принявшие на себя основной удар. Волной раскалённых осколков, сиявших один пуще другого, щедро прошило соседние фрегаты, один из которых продолжил лететь по инерции уже безжизненным куском металла, которым никто не управляет.

Очередной «одноклассник» в нашу пользу, не считая остальных звездолётов, классом поменьше. Количество зрителей сразу же увеличилось втрое.

Но торжествовать маленькую победу пришлось совсем недолго. Гигантский «плазмаган» набрал-таки заряд и жахнул в сторону «Твоей бабушки» ярко-белым сгустком, оставляющий за собой заметный инверсионный след. Пусть он и пронёсся от нас на почтительном расстоянии, мой персональный щит едва не вырубился от перегрузки.

Диана, приближаясь к артиллеристу для успешного десантирования, подписала себе смертный приговор. Пусть ей и удалось увести секирообразный корвет в сторону от основного потока, малейшего касания его сияющей короны хватило, чтобы прожечь броню на несколько метров вглубь, вдоль всего корпуса. Одного этого вполне хватало, чтобы поставить на боевом корабеле жирный крест, но оставшиеся в строю фрегаты не успокоились и дружными залпами превратили гордость нашего клана в груду бесформенных обломков. Крохотные иконки союзников в интерфейсе разом посерели, оставив нас в одиночестве.

А чёртово орудие, ехидно подмигивая маневровыми дюзами, принялось лениво разворачиваться. Направление, куда оно направится теперь, предугадать было нетрудно. Обратно на передовую, куда ж ещё. По огневой мощи звездолёт вполне сопоставим с эсминцем, и его возвращение в строй должно было окончательно склонить чашу весов в пользу Скульпторов.

– Отряд, жми на полную! – скомандовал я, активируя ранец.

Скрываться больше не имело никакого смысла – либо мы успеем нагнать неповоротливый звездолёт, либо останемся болтаться в чистом космосе, пока не сядет заряд энергоячеек или настигнет чей-нибудь меткий выстрел. Картинка перед глазами значительно ускорилась, да и только. Космический ветер в ушах свистеть отказывался, считая нашу скорость смехотворной. Хорошо, что остальные вражеские корабли слишком оттянулись на защиту псевдо-земного корвета, и теперь, после его гибели, приходили в себя с большим трудом. Выстрелы по нам хоть и продолжались, но уже не такие точные, как прежде. Налицо серьёзная дестабилизация систем наведения.

Основная опасность поджидала впереди – если не погасить вовремя гигантскую скорость, можно остаться жирной кляксой на корпусе. Или сгореть, словно попавший в самое пламя мотылёк, если защитное поле среагирует на нас, как на мелкие астероиды.

Благо, с помощью подсказок нейроинтерфейса это не выглядело сверхсложной задачей. К тому же силуэт массивного «Рассухаривателя» был куда шире, чем любой стандартный корабль и навестись на него не составляло никакого труда.

Через несколько минут я благополучно примагнитился к борту, где уже вовсю шарила Элли. Резвая девчонка прибыла куда быстрей меня и успела немного пробежаться, выискивая удобные места для проникновения. Самым перспективным выглядел небольшой технический шлюз, предназначенный для выхода наружу ремонтных ведроидов. Естественно, он оказался заперт, но и мы сюда не в гости прилетели. Ломик был с собой.

Я приконнектил специальную электронную отмычку к панели управления, и принялся ждать остальных. Вторыми на борт пожаловала неразлучная парочка – Нечай и Крокот, причём последний едва не убился об обшивку, став жертвой своей впечатляющей массы. Всё-таки, вместе с тяжёлой силовой бронёй, напоминающей высокотехнологичные рыцарские доспехи, и вооружением с боеприпасами до кучи, он весил под тонну.

– Да не стони ты, – пехотинец подтащил пострадавшего напарника ближе и закрепил его прямо на обшивке дополнительными магнитными захватами. – Подумаешь – ноги переломал! Ты же ящерица, или кто? Давай, командир тебе их тебе мечом аккуратно ампутирует, скорее новые отрастут…

– Не слушайте этого идиота, босс! – хрипло пророкотал защитник. – Я не переживу такую операцию в открытом космосе!

– Не волнуйся, – успокоил я занервничавшего бойца. – Никаких ампутаций. Если только язык кое-кому…

Пехотинец с невозмутимой миной спрятался за спиной прыснувшей от смеха мечницы. Благо та в игре выглядела взрослой стройной девушкой, слегка инопланетной наружности. В реальности её бы понадобилось минимум две штуки, чтобы прикрыть пусть и худощавого, но всё же мужика.

Следующим этапом прибыла жизнерадостная Маха, которая принялась хлопотать над раненным. Но, к сожалению, без снятия энергетического щита, помочь пока ему могла лишь собственная регенерация, над которой издевался приятель. Аптечка, встроенная в бронекостюм, обезболила конечности, но для того, чтобы полноценно вернуть бойца в строй, её одной было слишком мало.

Спутником нашей учёной являлся Криман, но он пал жертвой плотного зенитного обстрела. Остальные наши товарищи отправились в лучший мир вместе с героической «Твоей бабушкой».

Состав абордажной группы был пусть и малочисленный, но вполне боевой. Все были злы, как тысяча чертей и жаждали отмщения. Так что, стоило узкому шлюзу впустить нас внутрь, как в него тут же набились все, включая медика и переломанного защитника. Оставаться под холодным светом звёзд никто не пожелал.

Пятёркой отчаянных пиратов мы вывалились уже с другой стороны, посреди технического коридора, увитого кабелями и прочими коммуникациями. Нашлись здесь и паукообразные роботы-ремонтники, в деактивированном состоянии.

Маха занялась ногами Крокота уже всерьёз, частично разобрав мешавшую броню, а я вместе со своим юным падаваном отправился на разведку. Очень не хватало Шани, с её незаметными дронами-ищейками, но те подчинялись лишь своей хозяйке, являясь частью её экипировки.

Проследовав до ближайшей перемычки, ведущей вглубь корабля, мы вновь установили отмычку. Ждать подбора ключа было довольно гнетущим занятием, но толковый хакер, способный откупорить любую дверь в считанные секунды, находился сейчас слишком далеко. Пришлось обходиться чем есть.

Пока приборчик пыхтел над замком, мы успели накидаться стимуляторами по самые брови и немного поднять свои характеристики. А также удивиться, что прямо на стриме народ активно делает ставки, получится ли у нас захватить корвет или же нет. Большинство зрителей были настроены скептически, из-за крайне малого количества десантников. От нечего делать я закинул личные десять тысяч кредитов на тотализатор. Раз уж финансовый крах нам больше не грозил.

И всё равно створки разблокировались задолго до того, чем залатанный рептилоид нацепил броню обратно и смог дотопать до нас своим ходом. Но вперёд мы эту неповоротливую тушу, вооружённую мощной пушкой с многообещающим названием «Стенобой» не пустили. Мечники тоже вполне неплохо чувствуют себя на передовой, а если самочувствие всё же ухудшится, вот тогда широкая спина защитника будет весьма кстати.

За переборкой обнаружился новый коридор, куда шире и просторнее. Через каждый десяток метров он ужимался прямоугольными арками гермозатворов, к счастью – открытых. Я прикинул по схеме наше местоположение и проложил кратчайший маршрут до рубки корвета, который тут же высветился на ребристом полу. Зачистка всего корабля, с планомерным обшариванием каждого уголка, являлась для нас слишком затратным времяпровождением. Кто захочет пободаться рогами, сам придёт.

Насчёт рогов это ни разу не метафора – у трёх существ, выкатившихся нам навстречу, они имелись на любой вкус и цвет. Не в каждом зоопарке столько сразу увидишь.

Лучше всего они описывались ёмким словом – химеры. Искорёженные тела, покрытые то роговыми пластинами, то шипами, а то и вполне обычной на вид кожей, казались искорёженной пародией на инопланетян. Будто кто-то набрал биологических запчастей от разных организмов и кое-как состыковал их в единое целое в случайном порядке, не заморачиваясь ни симметрией, ни жизнеспособностью своих творений. Из-за разной длины конечностей передвигались они, сворачиваясь омерзительным клубочком, словно мокрицы, а в нужный момент расплетались обратно.

Чем-то они напомнили мне старину доминионца, хотя тот выглядел куда отвратнее и угрожающе. Не удивлюсь, если окажется, что Скульпторы и у них тоже стырили методику, как можно по дешёвке клепать себе солдат. Тогда их вполне можно в Плагиатчики переименовывать.

Помимо «естественного» вооружения, включавшего рога, шипы и различные хватательные конечности, сателлиты сжимали в лапах вполне работоспособные огнестрельные винтовки и дробовики. Причём, по нескольку единиц сразу – кому как с лапами повезло. Из экипировки на них висели лишь простенькие разгрузки, кустарного производства.

Стоило многоножкам встать в полный рост, как они открыли беспорядочный огонь, щедро засыпая пол гильзами. При этом вопя что-то воинственное голосом безнадёжно больных туберкулёзом чаек. Ей богу, лучше бы их создали молчаливыми клонами.

Мы с Эльвирой разом активировали портативные щиты и пошли на сближение, высекая искры многочисленными рикошетами. Пули были обычными – кинетическими, без всяких наворотов, и отбивались без труда. Всё трое уродов не превышали сорокового уровня, так что серьёзную опасность они представляли, разве что, для девушек, окажись они против них вдвоём.

Первую жертву генетики, держащую сразу две винтовки и один пистолет-пулемёт, мы довольно быстро нашинковали с двух сторон. Причём, мне пришлось сильно сдерживаться, чтобы моя ученица смогла нанести побольше урона и завершить дело финальным ударом. Позади нас, прямо посреди коридора, застыл Крокот, изредка грохоча своей ручной пушкой, а остальные благоразумно спрятались за выступающие рёбра переборки.

В ближнем бою сателлиты оказались не столь беспомощны, как в перестрелке. Пусть классов, как таковых у них не имелось, этих ребят я бы отнёс именно к «милишникам». Приходилось постоянно вертеться волчком, чтобы не получить по щам, и всё равно в меня разок прилетело гибкое щупальце, повесив небольшое оглушение. Десяти процентов жизни как не бывало, но коварную конечность уже подсекала Элли, порхавшая вокруг двух многоножек маленькой злой осой. Всё-таки её гимнастическая подготовка, помноженная на расовый буст раллеков, давала о себе знать. Я не стал ей мешать, тем более, огонь остальных соратников стремительно отгрызал мутантам хиты, не позволяя схватке затянуться.

Через несколько минут запыханная, но довольная собой девушка издала звонкий победный крик, отхватив приплюснутую голову последнему противнику. По итогам боя она получила сразу два уровня, хотя большая часть опыта размазалась по остальным сопартийцам. Мне так вообще – чистые крохи перепали.

Ничего интересного сателлиты больше предложить нам не смогли. Весь огнестрел, как и ожидал, оказался того же дрянного качества, как и большинство поделок их создателей. Нашему вооружению оно и в подмётки не годилось, не говоря уже о самопальных разгрузках.

– Мерзость какая, – Нечаянный пнул ногой останки одной из многоножек. – Я до этого думал, что башка вместо задницы – это метафора…

– Не знаю, где ты такие задницы видел, – ехидно ввернула Эльвира. – И знать не хочу.

– Сколько здесь может быть таких ублюдков? – поинтересовался у меня Крокот.

– Не думаю, что много, – пожал я плечами. – По штату на борту должно располагаться не больше тридцати трёх гуманоидов. Минимум – десяток.

– Только вот как считать эти организмы? – Маха заинтересованно склонилась над погибшими. – Из каждого можно несколько существ поменьше сделать. Чистый биологический конструктор…

– Чем больше нарубим, тем больше дадут, – пожала плечами моя воинственная ученица.

За коридором располагался отсек, отвечавший за работу одного из расщепителей материи, в котором нас поджидало ещё четверо мутантов. Не таких массивных, как их покойные собратья, зато более резвых и опасных. Укрывшись за массивным оборудованием, они поливали нас пулями, постоянно перемещаясь и держа дистанцию. Исход схватки могли запросто решить несколько гранат, но портить технику мне очень не хотелось.

Пришлось нам с Элли хорошенько пробежаться, вылавливая юрких бесенят по углам и закоулкам. Без ранений не обошлось, но со всеми спокойно справилась Маха, пока электронная отмычка неспешно открывала проход на следующий уровень.

Он тоже представлял из себя безликий коридор, с частыми рёбрами переборок, но куда шире, чем предыдущий. Проход являлся основной артерией, соединяющей управляющий центр с технологическими контурами, отвечающими за успешное накопление и выпуск плазмы на волю. Здесь можно было при желании гонять на грузовых карах наперегонки, сыграть в мини-футбол или устроить массовую зарубу. Сателлиты, конечно же, решили выбрать третий вариант.

На этот раз нам навстречу выкатилось полтора десятка мутантов, которые в сумме продемонстрировали такую огневую мощь, что нам всем, включая защитника, пришлось укрыться за выступами шлюзов. Воодушевлённые нашим тактическми отступлением, несколько химер поцокали вперёд, под прикрытием товарищей.

– Гранаты на взвод! – скомандовал я, вынимая из ячеек костюма опасные гостинцы. – Элли, мы потом выходим под флэшки.

– Поняла, – кивнула девушка, блеснув нечеловеческими глазами.

Как только противники подползли на расстояние броска, в них полетели прорезиненные прыгуны, рикошетящие от стен. Чтобы их бросить в нужную сторону, нам не пришлось даже высовываться. Россыпь взрывов вызвала новые крики туберкулёзных чаек, но их заглушили хлопки светошумовых, брошенные следом.

Мы с юной мечницей выскочили спустя мгновение, врубившись в раненных и дезориентированных мутантов двумя кровавыми вентиляторами. Правда, кровь у них оказалось сплошь оранжевая, но кого это волнут? Здесь уж я не стал сдерживаться и вкладывал в каждый удар максимум сил. Отчего частенько вылетали криты.

Взмах, и конечность с загнутыми крючковидными отростками упала на пол. Свободное пространство чуть расширилось. Я тут же воспользовался этим и ввинтился в него, приблизившись к чудовищу вплотную. Тот походил на сегментированного S-образного червя с клешнями, густо покрытого острыми колючками. Лезвие с молекулярной заточкой без труда пробило инопланетный хитин и выпустило наружу веер оранжевых брызг. Полоса жизни многоножки ушла в красную зону и его играючи добила Элли, исполнив элегантную «восьмёрку» с подкрутом. Такую огромную крестообразную рану вряд ли способно пережить какое-то существо в галактике, и сателлит не стал исключением, грузно завалившись навзничь. Острые иглы с хрустом сломались об твёрдый металл. А я уже кромсал его искорёженного соседа, отсекая хоботообразные тентакли, в которых он умудрялся держать простенькое оружие.

Оставшаяся чуть позади группа прикрытия продолжала вести огонь, но щиты пока держали, хоть и теряли заряд с катастрофической быстрой. Помочь нам оказалось некому, так как с противоположного конца коридора на группу неожиданно напали ещё несколько мутантов, под предводительством кошмарного существа на суставчатых лапах. Напоминал он помесь паука и змеи, лишённую головы как таковой, зато утыканную гибкими конечностями, каждую из которых венчала собственная зубастая пасть.

Мы оказались зажаты с двух сторон, не имея возможности помочь друг другу. Битва превратилась в свалку, где события менялись с каждой секундой. Крокот схватился с огромным монстром, Нечай палил из винтовки без перерыва, а во время коротких перезарядок его подменяла Маха, вооружённая одним лишь пистолетом. Мы же с рыжей инопланетянкой, покончив с авангардом, вынуждены были броситься дальше, прямо под пули. Иначе выстрелы пришлись бы нам уже в спину.

Щит на запястье приказал долго жить, ещё до того, как мы достигли ближайшего сателлита аж с тремя ружьями в лапах. Зелёный окрас и пирамидальное строение конечностей делали его похожим на уродливую ёлку. Я, не сбавляя скорости, бросился на пол и проскользил между тонкими ногами-ходулями, оказавшись у него за спиной.

Приятель, тебе же не нужен позвоночник, или что у тебя там опорную функцию выполняет? Вот и я так думаю.

– Срубили нашу ёлочку, под самый корешок…

Критический удар заставил существо завертеться юлой, разом выбив из него треть хитов. Но уже спустя несколько секунд ходульки подломились и Элли осталось лишь добить лишённого возможности передвигаться противника.

Следующий саттелит чем-то напомнил типичных обитателей Шебукая, предпочитая драться врукопашную, игнорируя другое оружие. Схватка с ним стоила мне энергетического кокона, лопнувшего словно мыльная плёнка. Оставшиеся три чудища время не теряли и продолжали без перерыва поливать нас кинетикой, будто водой из шланга. С самым низкоуровневым из них азартно схватилась Эльвира, а остальным пришлось испробовать на вкус изделие азархадонских мастеров. Не сказать, что им понравилось, но выбора у них особого и не было.

Как никогда мне пригодился запредельный показатель Удачи, выбивающий иногда какое-то совсем неприличное количество урона. Да и атаки мутантов зачастую либо поглощались полностью средней броней, либо вовсе проходили мимо. Стрелки из них вышли отвратительные, зато гораздо большую опасность они представляли в ближнем бою, в который мы постоянно ввязывались, не умея сражаться по-другому. Но окажись у них в лапах хоть одна боевая единица со спецбоеприпасом, мы бы легли там с гарантией, а так отделались лишь большей частью здоровья.

А вот у остальных бойцов дела шли не так радужно. Пусть против них вышло всего пятеро, но огромный мутант семьдесят шестого уровня даже в одиночку являлся слишком серьёзным противником. Не считая его свиты.

Сражение вышло яростным, но драматичным. К моменту, когда мы покончили со своей частью нападавших, в живых остался только Нечай, который схоронился в узком закутке между гермозатвором и стеной, а также предводитель сателлитов. Потрёпанный, но всё такой же грозный. Он раз за разом пытался выковырять упрямого пехотинца с помощью нескольких зубчатых лап-копий и зубастых щупалец, но тот огрызался скупыми очередями и на перерождение отправляться не желал.

– Что делать будем? – тяжело дыша спросила Элли, активируя последнюю аптечку.

– Фарш, – злобно оскалился я, принимая очередной стимулятор. – Ты отхилься сначала, не лезь вперёд.

Мой план был прост, как состав советского хозяйственного мыла. Отвлечь гиганта, дав возможность Нечаянному прийти в себя и перезарядится, а потом насесть на выродка с трёх сторон. Но как всегда хорошие тактические задумки полетели к чертям за медным тазом.

Проклятый змеепаук, которому надоела вся эта беготня, неожиданно надулся и выпустил в сторону игрока целый фонтан янтарной жидкости, заставив того заорать не своим голосом. Стоило отдать пехотинцу должное – на максимально допустимых ощущениях мало кто играет, хотя такие настройки здорово повышают эффективность бойца. Сам выставлял их, в своё время, о чём пару раз пришлось крепко пожалеть.

Плевок знатно разъел сам гермозатвор и переборку, находящуюся за ним, будто там разлили бочку забористой кислоты. Броня от неё не спасала, и спустя пару секунд мы остались вдвоём. Сателлит победно потряс конечностями, зубам которых позавидовала бы любая циркулярная пила, и громогласно проревел что-то на своём, мутантском. Для нас это слышалось, как будто слону с прищепкой на хоботе делали кастрацию без анестезии.

Кстати, неплохая идея. Знать бы, где у него заветные колокольчики расположены…

Я неспешно пошёл к довольному порождению Скульпторов, низко опустив азархадонский клинок, так, чтобы он с искрами оставлял царапину на полу. Противный звук привлёк внимание старшего сателлита, и он озадаченно замер, оценивая меня с точки зрения угрозы. Габаритами генно-модифицированный монстр превосходил меня в несколько раз, и то – если не брать в расчёт его конечности, каждая из которых была толщиной с талию Элли. Однако, маленький человечек с острой ковырялкой продолжал целеустремлённо приближаться, чем немного рвал шаблон мутанту.

Издав воинственный рык, вроде как для собственного успокоения, змеепаук с тентаклями решительно попёр ко мне навстречу, перебирая суставчатыми лапами. Смотрелся он довольно грозно, но холодной ярости, распиравшей мою грудь, было на это глубоко плевать.

Первую же зубастую пасть, решившую попробовать меня на вкус, я отрубил наотмашь, резким взмахом листовидного клинка. Из отсечённого обрубка хлынула оранжевая кровь, к счастью – не кислотная, как у типичных ксеноморфов из кино. Сателлит возмущённо завыл и попытался накрыть меня другими отростками, но богатый опыт войны на Шебукае не прошёл даром – я перекатом ушёл в сторону и снова нанёс максимально быстрый удар. Конечность, увенчанную острым шипом, перерубить полностью не удалось, но Минздрав пользоваться ей уже бы не рекомендовал, чтобы та не отвалилась окончательно.

Монстру стало больно и обидно, вот только в его распоряжении имелось ещё десятка два разнообразных лап и щупалец, не считая опорных, и это нужно было срочно исправлять.

Изогнутая лапа, пытавшаяся достать меня серповидными когтями, ампутировалась куда проще, чем остальные. Хлипковата. Какое-то время получившая автономию ладонь сжималась в кулак и обратно, будто пыталась доползти до меня самостоятельно. Но потом распрямилась и затихла.

– Ой, касатик, а линия-то жизни у тебя сокращается… – голосом заправского хироманта поведал я ревущему монстру, пробегая мимо неё.

Следующими на очереди шли суставчатые лапы, поросшие жёстким, угольно-чёрным ворсом. Рубились они крайне неохотно, поэтому пришлось просто подсекать их в местах сгибов. Увы, но вместе с массой и бронёй к сателлиту намертво прицепилась крайняя неповоротливость, помноженная на общую неказистость тела. Центр тяжести то и дело смещался, заставляя его постоянно перебирать опорными конечностями, будто он накануне немного перебрал. И пока у меня в закромах оставалась ещё выносливость, выродок катастрофически за мной не успевал.

Ещё минус пасть. На этот раз пришлось изваляться в крови, но в ином случае мутант просто бы подмял меня под себя тяжеленной тушей. И, раз уж он решил улечься отдохнуть, лёгкий укол ему в филейную часть, для пущего бодрячка. По крайней мере, мне показалось, что это именно тыл, так как туловище сателлита напоминало безголовую бугристую сардельку. А, чтобы, не дай боже, тот не подхватил столбняк, я без всяких затей сунул в рану активированную гранату.

– Счастья, здоровья…

Взрыв с фонтаном оранжевых брызг вырвал знатный кусок инопланетного мяса, вместе с четвертью оставшихся хитпоинтов. От вопля предводителя сателлитов, кажется, завибрировали металлические стены коридора, перекрыв гул накопителей частиц. Чтобы хоть как-то отвлечь бедолагу от боли в гипотетической заднице, я избавил его ещё от парочки голодных щупалец. Ибо нефиг клацать мне перед лицом, брызгая липкими слюнями.

Да, неприятно, зато ему теперь зубки больше чистить не нужно.

Единственной плохой новостью было то, что действие стимулятора подходило к концу, замедляя меня с каждой секундой. Детоксикация организма, без участия медика, занимала приблизительно от получаса до сорока минут, поэтому принять новую дозу «Ускорина» я не мог. Оставалось лишь максимально напакостить за оставшееся время.

Следующий крит удачно пришёлся в вытянутое туловище, вспоров его не хуже лазерного выстрела в упор. Но тут размашистый удар ближайшей конечности меня всё-таки достал, отправив кувыркаться аж до противоположной стены. Толком полежать и прийти в себя мне дали последние четыре оставшиеся в строю пасти, двум из которых удалось медвежьими капканами впиться в ногу и левую руку. Конечности пронзила резкая боль, но это были цветочки по сравнению с тем, что их ждало уже в ближайшем будущем.

Броня кое-как, но держала, не давая клыкам проникнуть слишком глубоко. Извернувшись угрём, один зубастый хобот мне всё же удалось отсечь, но его сменили два промахнувшихся, намертво прижав меня к стене. Раненый сателлит удовлетворённо заурчал и принялся надуваться, накачиваясь для финального плевка. Отпрыгался я, похоже…

Но в пылу нашей стремительной и жаркой схватки мы оба дружно кое о ком позабыли. А зря.

Элли успела восстановиться лишь наполовину, из-за всё той же неоконченной детоксикации, и всё равно без тени сомнения девушка ринулась в бой, пусть на моём фоне она казалась перепившей тормозной жидкости. Но даже такой черепашьей скорости ей хватило, чтобы оказаться между мной и туловищем, подставив себя под струю сильнейшей кислоты. Короткий вскрик, и от стройной девушки в лёгкой броне осталась лишь грязная бесформенная лужа, да вогнанный по самую рукоять титановый «хопеш» в одно из щупалец. В образовавшуюся рану тоже попала кислота, и пасть вынуждена была ослабить хватку, по причине стремительного разъедания удерживающего её отростка. Меня тоже окатило, но, в основном, мелкими брызгами, точечно перфорировавшими бронепластины.

Я зарычал ничуть не тише монстра и взмахнул освободившейся рукой, в которой по-прежнему был сжат клинок. Крит, и снова приходится искупаться в крови, хотя после кислоты это уже чистая фигня. В следующий момент пришлось пригнуться, пропуская над собой вонзившийся в стену шип, и откромсать последнюю пасть.

– Мы ещё не закончили!

Сателлит дёрнул шипастой конечностью, но та плотно застряла в обшивке, привязав его на суставчатый поводок и сократив мобильность практически до нуля. В распоряжении мутанта оставалось ещё несколько мощных лап, но они все были слишком коротки, чтобы меня достать.

Я на остатках сил зашёл с мёртвой зоны, где защищаться ему было уже нечем и с упоением принялся нарезать его на инопланетный карпаччо. Противник и до этого сражался на последнем издыхании, а получив ещё с несколько глубоких ран он уже через минуту покинул этот бренный мир, наградив меня сразу целым уровнем. Но облегчения мне это не принесло. Тело горело в десятке мест, а душа жаждала продолжения кровавого банкета.

В ушах звенел последний крик Эльвиры, и сколько бы я себя не убеждал, что с ней всё в порядке, хотелось воскресить гиганта и нашинковать его ещё раз. Но гораздо медленнее, чтобы тот успел хорошенько осознать, как нехорошо он поступил.

Закинув оплавленный серп рептилоидов в подпространственный инвентарь, я похромал дальше, стараясь не смотреть на останки товарищей, которые стали потихоньку истаивать, как мороженное под летними солнечными лучами. Жизни у меня оставалось не больше девяти процентов, и регенерировала она крайне неохотно. Будто не верила, что мне удалось-таки выжить. Другой, может, решил бы отсидеться здесь немного, но мне такая тактика была не по нутру. Рисковать, так рисковать.

Если на борту схоронился ещё кто-то, то пусть лучше мне на глаза не попадаются. А сидеть на попе ровно нельзя было ещё и потому, что долго игнорировать факт абордажа союзные суда не будут. Его точно засекли, ведь мы с болванками вызвали знатный ажиотаж. Их как раз должны уже перестрелять…

Не получив доклада от экипажа, павшего смертью храбрых, руководство флота Скульпторов может отреагировать так, что мне вряд ли понравится. Например, вышлют небольшое подкрепление на челноках. Или решат, что дело табак и без долгих раздумий расстреляют корвет. Изо всех стволов.

Было бы неплохо лишить атакующих такой грозной боевой единицы, но не для этого мы шли на убой, под выстрелы и клыки. Слишком легко они тогда отделаются, твари.

Я протопал по пустынному осевому коридору до самого конца, прислушиваясь к монотонному гудению техники, но посторонних звуков вроде бы не уловил. До рубки оставалось всего одна переборка.

Очередной конструктивный просчёт Скульпторов – на оригинальном корабле азархадонского производства туда так просто не доберёшься. Ведь, если реакторную можно назвать сердцем звездолёта, то мостик бесспорно является его мозгом. А без него, как известно, даже зомби двигаться не могут. Однако, у реплики напрочь отсутствовали дублирующие укреплённые створки, а также две защитные турели, призванные охранять покой пилотов. В кои-то веки мне пригодилась их инженерная криворукость.

Я воткнул поизносившуюся электронную отмычку в панель управления, но та показала какое-то уж слишком неприличное время. То ли защита здесь оказалась лучше (сглазил!), либо приборчик выработал свой ресурс – кто его знает. Всё что я мог с ним сделать – это выключить-включить, в надежде, что он одумается. И, вроде как, всё.

Но не помогло. Явно не советская техника.

Оставалось либо набраться истинно джедайского терпения, либо…

– Эй, хозяева! – я гулко постучал бронированным «сабатоном» по створке. – Сантехника вызывали?!

Против ожидания, вход с шипением распахнулся и наружу высунулся закатанный в оранжевый хитин небольшой сателлит, отдалённо напоминающий рыжего таракана. Он удивлённо проскрежетал, увидев напротив себя грязного до невозможности и злого как дьявол мечника, но было уже поздно. Клинок пробил его грудную клетку и накрепко пригвоздил мутанта к одной из панелей на стене. Я не стал вынимать меч, отпустив рукоять, и прошёл мимо гигантского энтомологического экспоната, свиристящего на все лады и отчаянно дёргающего лапками. Помирать пилот вроде как не собирался, но и освободиться сил у него явно не хватало. Не боец он, как и наша Диана.

Других ксеноморфиков в узкой рубке не обнаружилось.

– Не верещи, товарищ, – погрозил я сателлиту пальцем. – У меня заказ на прочистку труб. Как засор пробью, так и уйду…

Помимо врагов здесь отсутствовали ещё и кресла, отчего приходилось стоять перед тактическими экранами навытяжку, словно в старом фантастическом кино. Можно было руки для пущей важности мрачно скрестить за спиной, если бы не управление кораблём. К сожалению, верхних конечностей у меня всего одна пара.

Мостик был утоплен внутри корпуса, но панорамные дисплеи по периметру компенсировали нехватку иллюминаторов. Нейроинтерфейс прощупал слабо защищённый бортовой компьютер и довольно быстро нарёк меня командиром сего корыта. Опять же, будь судно настоящим, без опытного хакера мне бы оставалось лишь глазеть на дисплеи и скоблить похабные рисунки на стенах так и не ставшего моим звездолёта. А управление, в связи с кончиной экипажа, временно взвалил бы на себя автопилот.

Первым делом я огляделся, используя многочисленные сенсоры корвета.

За время наших бравых похождений по недрам самоходной артиллерии, «Рассухариватель» почти успел нагнать основную ударную группу. Потенциальных мишеней не экране было примерно с полтысячи – по тактическому экрану будто красную краску щедро разлили. Глаза не то что разъезжались, они просто не могли охватить всю картину в целом. Союзные корабли за этим роем даже не проглядывали. Лишь аванпост виднелся, да и то фрагментарно.

Так, а что у нас с зарядом? Как оказалось, корвет даром времени не терял и накопил девяносто один процент мощности. В недрах ускорителя уже отчётливо сияло маленькое холодное солнышко, заставляя соседние звёзды испуганно тускнеть на его фоне. Моя ж ты прелесть…

Я нехорошо улыбнулся.

Куда бы его запульнуть? Руки прямо зачесались отправить плазму в самую гущу, чтобы разрушения получились максимальными. Десяток кораблей гарантированно получится распылить даже при самом худшем раскладе, а сколько ещё пострадает – одному только артиллерийскому калькулятору ведомо, но запускать его совершенно не было времени. Глазастых кораблей во флоте Скульпторов хватало, и они могли в любой момент узнать, что Царь-пушка окончательно вышла из-под контроля.

Десяток-другой звездолётов это, конечно, круто, но всё равно как-то мелковато. А вот массивная корма одного из эсминцев, отошедшего на перезарядку основных орудий и реген щитов, так и притягивала мой взгляд. Жирная цель, однако…

– Как думаешь, – спросил я попритихшего таракана. – Как у него там с бронированием сзади, а?

Рыжий издал протяжный скрип металлической вилки по стеклу.

– Вот и я тоже думаю, что с таким калибром это уже его проблема, а не наша…

Целеуказание набрасывать пока не стал, по такой мишени легче попасть, чем промахнуться. Тем более тяжёлый звездолёт сам величественно приближался к нам, закрывая своей тушей всё больше обзора. Шли мы на встречных курсах, намереваясь, видимо, затем ударить разом по тем, кто ещё остался.

Накопление заряда в отсутствие экипажа текло раздражающе медленно, и когда бортовой компьютер корвета отрапортовал о вражеском сканировании, плазма была готова лишь на девяносто семь процентов. Казалось бы – пустяк, но в «недокрученном» состоянии выпускать её было нельзя – слишком велик риск дестабилизации и разрушения оболочки корабля. В таком случае, никто кроме нескольких ближайших «москитов» не пострадает.

Одним словом – пшик вместо бабаха.

Теперь счёт пошёл уже даже не на минуты. Спохватившись, я перевёл всю мощность реакторов в ускорители частиц, наплевав на двигатели и прочие потерявшие актуальность системы. Крайняя усталость давала о себе знать – тело отзывалось крайне неохотно, а мозг тупил. Не находись я в навороченной медицинской версии капсулы виртуального погружения, система попросила бы меня из игры ещё во время абордажа.

Дело пошло чуть бодрее, хотя воздух стал ощутимо свежеть. Энергетического кокона вокруг меня больше не было, а изодранный бронекостюм от внешней среды защищал лишь частично. Благо, что дыхательная маска была исправна. А вот Анатолию Борисовичу – как я про себя прозвал висящего на стене рыжего таракана – нарастающая прохлада пришлась не по душе, и он продолжил яростные попытки соскочить с клинка. Пока что, безуспешные.

«Внимание! Звездолёт взят в целеуказание!»

– Недолго песенка играла, недолго мечник танцевал… – задумчиво пробормотал я, активируя орудие.

Девяносто девять процентов, казалось, будут держаться вечность, пока нас не размажут тонким слоем по всей звёздной системе. Но вот, наконец, две красные цифры сменились тремя зелёными, и я с огромным облегчением отдал команду на отстрел плазменного сгустка. Гудение, пробивавшееся даже через толстые стены, достигло своего апогея, а обзорные экраны на миг превратили рубку в залитый светом солярий. Меня ослепило даже сквозь плотно зажмуренные веки.

Да тут впору сварочные очки пилотам выдавать!

– И как ты тут не ослеп? – спросил я завывающего сателлита, протирая слезящиеся глаза.

Хотя пенять надо было на самого себя – не откалибровал толком оборудование, а уже жалуюсь. Надо было светофильтры проверить…

Кстати, о настройках – я же чуть не забыл судно переименовать! Хотя… Жить ему всё равно оставалось считанные секунды, а реплики, как известно, восстановлению не подлежат. Компенсацию от Союза получу, и то хлеб.

Так что – к чёрту название. Лучше посмотрю, что там с кормой эсминца твориться. Пробили засор, али нет?

Как показал тактический экран – пробили, да ещё как! Гигантский корабль, способный вмещать себя несколько сотен существ, дрожал, будто мелкая собачка от холода, а на месте внушительных маневровых дюз сияло такое мощное пламя, что его оказался не в силах затушить даже беспощадный вакуум.

– Анатолий Борисович, смотри-ка, что творится! – весело сообщил я рыжему сателлиту. – Видать, попали мы куда-то…

К сожалению, досмотреть грандиозный фейерверк до конца нам не дали. Ближайшие корабли развернули орудия в нашу сторону, но гораздо раньше в нас прилетели выстрелы тех, кто позаботился о прицеливании заранее. Настала наша очередь содрогнуться всем корпусом.

Последнее, что я успел сделать перед тем, как под пронзительный визг моего невольного второго пилота рубку объяло пламенем, это направить умирающий звездолет наперерез ближайшему кораблю. Треугольный фрегат, являвшийся свитой артиллерийского судна, шёл к нам слишком близко и отвернуть в сторону не смог бы при всём желании. Поделом. Не стоило ему «Твою бабушку» обижать…

Счётчик просмотров, про который я напрочь позабыл, уже показывал пятьдесят три тысячи охреневших зрителей.

Глава 49

«Вы умерли. Активных точек привязки – 1.

Возрождение на сохранённой точке будет доступно через 29 минут 58 секунд.

Желаете возродиться в случайном месте?».

Нет уж, спасибо! Мне в прошлый раз хватило, прямо с головой. Лучше повишу пока в межпространственной пустоте бесплотным духом. Благо, что интерфейсом пользоваться здесь никто не запрещал. А вот выходить в реал на такое короткое время не имеет смысла – даже толком ополоснуться и перекусить не успею, не говоря уже об отдыхе.

О нём нынче можно лишь мечтать…

Первым делом я ещё раз заглянул на трансляцию, закончившуюся моей героической смертью. И тут же получил около полутора синткоинов – ставочка сыграла. Комментариев было столько, что все их я бы и до завтрашнего дня не прочитал. Но большинство лишь выражали свой восторг в различной форме. Поэтому нет ничего удивительного в том, что прямо там мне дилинькнуло автоматическое сообщение, предлагавшее стать коммерческим пользователем. Со всеми вытекающими. Другими словами, я мог получать деньги за то, что другие люди просто наблюдают за моей игрой. Мама, смотри, я в телевизоре…

Ещё недавно меня бы удар от такой новости хватил, но с тех пор и не с такой дикостью пришлось столкнуться. Хотя само предложение всё равно получилось неожиданным.

Внимательно прочитав условия, я выбрал самый необременительный и малооплачиваемый из вариантов, предполагавший что-то вроде «свободного плаванья». Без графиков включений, фиксированной общей продолжительности трансляций за неделю и прочих обязательств. Хочешь – снимай, хочешь – не снимай. Единственное условие – не меньше пяти включений в месяц, но и оно спокойно обходилось, если суммарное количество просмотров превышало сто тысяч.

А что? Лишний доход никак не помешает, как и пиар «Мясорубцев». Любой уважающий себя клан имеет своего стримера, а то и нескольких. Это здорово поднимает общий рейтинг.

Осталось только выяснить, откуда все эти люди взялись изначально, ведь даже рекламы никакой мы с Эльвирой не давали. Хотя кое-какие подозрения у меня всё же имелись. Для их подтверждения я открыл входящие письма и практически не удивился, увидев там знакомое имя во главе списка.

«Привет! Отличный стрим, всем понравилось. Я репостнул его в своей группе, и сам неожиданно залип. Не бросай это дело, у тебя талант. Будут вопросы – спрашивай, подскажу.

P. S. Я поставил на тебя».

За припиской шёл анимированный смайлик, изображавший довольного человечка в солнцезащитных очках, который купается в дожде из золотых монет. Красивый. Не то, что в моё время – скобочка, двоеточие с дефисом, да кавычки.

Улыбаясь несуществующими губами, я поблагодарил Амвея, в который раз решившего мне помочь. Что тут говорить – без этого профессионального игрока «Мясорубцев», как таковых, и не существовало бы. Вряд ли мне в одиночку удалось бы создать что-то сколь-нибудь жизнеспособное, ведь количество вопросов, возникающих каждый день, просто зашкаливало. Болеслав консультировался со мной по ключевым моментам, но большую часть рутины безропотно тянул сам. Я лишь несколько раз попытался вникнуть в эту текучку, но едва не заработал себе критический перегрев мозга.

Сейчас «Мясорубцы» болтались во второй тысяче рейтинга «кому ещё нет пятидесяти», что уже само по себе неплохое достижение. Многие о таком лишь мечтают. А после штурма наше положение должно было лишь улучшиться. Как и, собственно, сам ранг, достигший шестого уровня. Его дали после присвоения себе первой системы, расширения флота до двух единиц и победы в одной из дисциплин «Общего сбора».

С такими позитивными мыслями я бегло просмотрел остальную почту, но больше ничего достойного внимания там не нашлось. Только заявки на вступление, реклама и прочая чепуха. Не было и ставшего ритуальным письма от Шельмы-Мишель, чтоб ей там, в своей штаб-квартире, икнулось. Очень хотелось бросить всё к чертям и посмотреть, что же там на флешке, врученой этой иностранной шпионкой, но срочные дела вцепились в меня мёртвой хваткой и разжимать зубы не собирались.

Ведь, как бы не грела душу наша удачная вылазка, ничего ещё не закончилось. И надпись, проявившаяся поверх остальных окон, как нельзя лучше это демонстрировала.

«Возрождение на сохранённой точке будет доступно через 38 минут 42 секунды».

Какого чёрта? Я же во-вот должен был очнуться в капсуле репликации!

Ответ нашёлся достаточно быстро – в клановом чате висело закреплённое предупреждение, что в связи с нападением на станцию респаун персонажей может откладываться. Значит, энергии там уже не хватает.

Решив, что если таймер ещё хоть раз дёрнется, то выхожу в реал, я занялся распределением полученных очков. Большую часть, как всегда, закинул во владение мечом, остальное размазал между предчувствием, восприятием, ставшим понемногу подсвечивать уязвимые места противников, живучестью и средней бронёй.

Пусть по скорости я сильно уступал даже низкоуровневой Элли, боец из меня всё равно вырисовывался серьёзный. Главное – он не складывался от первого же пропущенного удара.

Мой аватар достиг уже семьдесят третьего уровня, и это – учитывая пока что «личные» заслуги, за уничтоженных противников и прочие заслуги перед системой. Остальное же должно прилететь уже после боя, а там обещалось быть куда больше. Судя по присвоенному мне необычному достижение «Победитель великанов», эсминец сателлитов всё-таки дал дубу. Вряд ли такое бы выдали за убийство пусть и необычного, но всё-таки сателлита.

На космическую составляющую награды намекало и описание. «Ачивка», помимо красивого значка в личном профиле, на пару пунктов увеличивала командирские бонусы за нахождение на капитанском мостике. Вроде бы мелочь, но даже первый мой крупный космический бой показал, как порой бывает важен один-единственный процент.

За подробностями свершения пришлось лезть в оперативную сводку, представлявшую из себя огромный бессистемный массив информации, как полезной, так и нет. Нам срочно требовался толковый аналитик, а лучше – сразу два.

Выловить оттуда нужные данные оказалось делом нелёгким, но я всё же справился, составив примерную картину происходящего.

Эсминцу действительно приключился кирдык. Повреждения от плазменного удара оказались слишком серьёзными и туповатым сателлитам не удалось их локализовать. Спастись из многочисленного экипажа и абордажной команды удалось лишь тем, кто успел добраться до спасательных капсул. Да и тех знатно постреляли из маломощных лазерных установок.

Правда, этот момент оказался единственным светлым пятном на чёрной простыне потерь и ликвидаций союзников. Всё остальное, попадающееся мне на глаза, свидетельствовало о полном и безоговорочном разгроме объединённых сил. Разозлённые сателлиты раскалывали звездолёты одни за другим, как гнилые орехи. Даже крепкий «Флюгегехаймен» не избежал подобной участи. Из разрозненных отчётов не было до конца ясно, остались ещё какие-нибудь боеспособные корабли в строю или нет, но повлиять на исход сражения они уже точно не могли. Пример «Твоей бабушки» наглядно показал, что в космосе в одиночку делать нечего.

Самые свежие донесения утверждали, что в данный момент производится массированная высадка под прикрытием всех имеющихся в наличии реплик. Расстрелять все десантные капсулы ещё на подлёте защитные орудия станции были уже не в силах.

Вполне могло получиться и так, что моё возрождение отложится на неопределённый срок. А то и вовсе – не случится. Но минуты на таймере понемногу истекали и прибавляться вроде бы не собирались.

Нет ничего хуже, чем ждать, и мне эти слова пришлось прочувствовать на своей шкуре.

Поэтому, когда я открыл свежеотпечатанные глаза, ещё недавно залитые питательным раствором, моей радости не было предела. И распахнутая пасть, напоминавшая зубастый цветочный бутон, которая агрессивно скалилась на меня по ту сторону стекла, не могла её омрачить. За странным ротовым отверстием обнаружился ассиметричный негуманоид, держащий в четырёх искорёженных разных лапах пару штурмовых дробовиков. Надо же, а ведь почти успел…

Из всего тела мне пока подчинялось только лишь дыхание и глаза, а значит – до выхода из кокона ещё добрая минута, а то и полторы. Даже питательная жидкость ещё до конца не слилась.

Сателлит столько ждать явно не собирался. Захлопнув устрашающую хлеборезку, он направил оба ствола в мою сторону с недвусмысленными намерениями, и что-то злорадно проскрежетал. Наверняка, какую-то шутку, потому что его перекрученное тело вдруг странно задёргалось, будто от смеха.

Вот только от него жизнь, как известно, продлевается, а этот начинающий стендапер внезапно повалился на пол бесформенным мешком с удобрениями. Системная надпись, именуемая в простонародье фреймом погасла, а из спины принялся отчётливо виться дымок. Вот это отжёг, так отжёг, ничего не скажешь.

Воздух над безжизненным телом слегка задрожал и стал искажаться, приобретая очертания человеческой фигуры. Нейроинтерфейс немедленно высветил его статус, но я и без его подсказок уже догадался, кто передо мной стоит.

Велион скинул капюшон маскировочного костюма и приветливо помахал рукой, одновременно бросив мне приглашение объединиться в тактическую группу.

У меня получилось слегка улыбнуться ему в ответ – мышцы понемногу приходили в порядок. Игрок поколдовал над панелью управления моей капсулы, включив полуминутный таймер готовности, и снова ушёл в скрытный режим, растворившись прямо на глазах. Его предосторожность оказалась нелишней – мимо как раз прошаркала ещё одна генетическая поделка Скульпторов, неся какой-то массивный предмет в лапах. Не иначе, как пулемёт, но мне из-за стекла было не разглядеть подробностей. Своего дохлого собрата химера к счастью не заметила, привлечённая чем-то в другой стороне зала.

Стоило цифрам перед глазами обнулиться, как фиксаторы на руках и ногах ослабли, а крышка саркофага стала с характерным шипением понемногу отходить в сторону. Внутрь сразу же проникли запахи гари и какой-то едкой химии, от которой немедленно заскребло в горле. Неподалёку виднелась одна из стен зала, в которой алела раскалённым металлом широкая проплавленная дыра.

Судя по всему, распечатали меня не в основном зале, охватить взглядом, который было попросту невозможно, а в одном из дополнительных помещений, размерами всего в несколько тысяч квадратных метров.

Выбравшись наружу, я понял, что дело уже даже не табак, а скорее – махорка. Температура стояла явно ниже привычной, и несколько очагов огня, пылавших неподалёку, теплоты в местную похоронную атмосферу не прибавляли. То и дело слышалась беспорядочная стрельба, в основном – из примитивного кинетического оружия. Однако, чтобы раскрошить хрупкие капсулы и практически голых гуманоидов, его хватало с лихвой. Если здесь и стояла какая-то охрана, она давно уже отправилась баиньки.

О том, чтобы добраться до терминала, через который обычно игроки получали оружие и экипировку, не могло быть и речи. Там наверняка дежурила целая группа, не давая возрождённым организовать нормальное сопротивление. Единственное, что мне предлагалось прямо на старте – облачиться в простенький комбинезон, украшенный символикой клана – стальной мясорубкой на фоне щита. Защиты такое одеяние давало ровно никакой, кроме психологической, разве что стало не так зябко.

А тут, будто насмехаясь надо мной, ещё и освещение стало периодически пропадать.

– Велион, что за бардак?

– Я тоже очень рад тебя видеть, – тихо произнёс шпион, не выходя из маскировки. – Но у нас мало времени.

– Как всегда, – проворчал я, копаясь в инвентаре.

Как назло, большую часть полезного пришлось израсходовать во время абордажа «Рассухаривателя». Из оружия имелся лишь огрызок титанового «хопеша» рептилоидов – прошлый меч сгинул вместе с Анатолием Борисовичем. По тому же адресу отправилась и броня, от которой остался лишь разряженный портативный щит, напоминающий средневековый наруч. Негусто, одним словом…

Воевать с таким набором не получилось бы и в качестве простого пушечного мяса.

– Держи, это от клан-лидера, – полушёпотом продолжил осторожный игрок. – Сказал, ты поймёшь.

Передо мной брякнулся на пол вытянутый металлический футляр, отдалённо походящий на те, в котором носят музыкальные или хирургические инструменты. Красная окантовка кейса свидетельствовала о том, что корпус усилен вставками из диллирия. Серьёзная защита, ломиком такую не возьмешь. Интригу подогревала крохотная панель, размером со спичечный коробок, слабо светившаяся в полумраке пиктограммой красного амбарного замка. Ещё и заперто, какая прелесть!

Никакого ключа, естественно, при мне не было. Но Болеслав, при всей своей экстравагантности, никогда бы не стал передавать мне вещь, которой у меня не получится воспользоваться. Не враг же он своему, и без того некрепкому, здоровью…

Хотя, зная его причуды, там могло быть всё, что угодно. Кроме действительно нужных мне вещей. Особенно на этот факт указывал скромный размер посылки. Ни экипировка, ни даже самое простенькое оружие там бы при всём желании не поместилось. Пистолет, разве что… Но на кой он мне чёрт? Застрелиться?

Даже полудохлого сателлита вряд ли получится добить такой мелкой пукалкой.

– И всё?

– Есть ещё гарнитура, – предложил Велион. – Сам знаешь – мой инвентарь далеко не резиновый…

Здесь он был чертовски прав. Помимо запрета на серьёзное автоматическое вооружение, шпионы располагали самым скудным подпространственным карманом из всех остальных классов. С другой стороны – добраться ко мне через волны атакующих мутантов у них бы точно не получилось. А шпион смог.

Гарнитура, это уже неплохо, но Хреноватор на вызов так и не ответил – занят сильно. Десантникам, наверно, вежливо двери открывает. Как заправский швейцар.

За неимением других идей, пришлось задействовать восприятие, пристально вглядываясь в непонятную вещицу. Несколько секунд ничего не происходило, в затем над панелью постепенно проявилась системная надпись: «дактилоскопический сканер». Так вот оно что!

Стоило мне приложить большой палец к прохладной поверхности, как пиктограмма замочка мигом позеленела. Крышка футляра плавно подалась вверх, открывая взору содержимое, утопленное в специальный вспененный материал неизвестного происхождения. И это самое содержимое заставило нас удивлённо присвистнуть.

– Круто, – оценил увиденное Велион. – Не зря его тащил…

Я осторожно, будто хрупкую драгоценность, вынул из футляра чуть вытянутый эфес меча с изогнутой крестовиной и массивным навершием. Правда, отверстия для самого лезвия здесь не имелось, но оно и не требовалось. Вместо углубления на внутренней стороне гарды были утоплены полупрозрачные кристаллы, пускающие разноцветные солнечные зайчики, стоило на них упасть лучу света. Именно на нём данное оружие и работало, вместо привычного металла.

Мой первый лучевой меч, обалдеть можно! На мгновение я даже забыл, где нахожусь, с упоением разглядывая обновку. Рукоять была немного неказистая на вид, эргономичной её точно не назовёшь, но всё минусы перебивал её редкий статус «экспериментальная модель». Такие штуки стоили очень недёшево, и Болеслава стоило однозначно потрясти на предмет, откуда он это чудо выкопал при нашем-то отрицательном бюджете.

Модель оказалась раллекийской сборки, облегчённого типа. Она наносила куда меньший урон, чем обычные образцы, за счёт небольшого потребления мощности, а также обладала весьма скромным запасом прочности. Не в пример металлическим клинкам. Зато её можно было свободно использовать уже после отметки в восемьдесят единиц владения мечом, а не в сто-сто двадцать, как обычно.

Другими словами, стать настоящим джедаем мне предлагалось прямо вот сейчас, не откладывая дорогой презент в долгий ящик. Грех от такой возможности отказываться, даже стоя посреди полуразгромленного зала репликации, без брони и прочей экипировки.

Активация протокола…

Синхронизация…

Привязка завершена.

Ещё одна хорошая новость – вещица будет автоматически попадать ко мне в инвентарь после смерти. Правда, шанс не стопроцентный, но это всё же лучше, чем гарантированная потеря, как случилось с листовидным азархадонским мечом. Не то, чтобы я успел привыкнуть к нему, просто собирался отдать этот раритет Элли, как подрастёт. По наследству, так сказать.

Я сжал пальцы на рукояти, активируя первый запуск, и вогнутая крестовина послушно выпустила несколько ослепительно-белых лучей, объединившихся в единый широкий клинок, около метра в длину. Заметно короче тех, с кем я привык работать, но для начала – вполне сойдёт. От джедайского светового меча, внешним обликом напоминающего элегантную катану, он отличался довольно сильно, походя скорее на европейские образцы позднего средневековья. Ну, это и понятно – иски о нарушении авторских прав ещё никто не отменял.

Помимо увеличенного урона, в сравнении с металлическими собратьями, лучевой меч имел ряд дополнительных особенностей – удар в незащищённую часть тела мог привести к сильному ожогу или полной ампутации. Броня спасала от этой напасти, но лишь частично, зато пробить простейший энергетический кокон такой клинок был уже не в силах – лишь снижал заряд.

Поэтому, особенно уровня до двухсотого, многие мечники предпочитают носить с собой сразу два клинка – один против мобов и легкобронированных противников, а другой металлический, желательно с мощным разрядником. Для любителей высоких технологий.

Я с удовольствием бы полюбовался широким слепящим лезвием ещё немного, но в нашу сторону отчётливо затопали чьи-то шаги. Шпион тут же высветил силуэт горбатого сателлита с единственной винтовкой, методично крушащего пустые и не очень капсулы, за пару рядов от нас. Непорядок.

– Хреноватор тебе ещё какие-то инструкции давал? – быстро спросил я.

– Только найти тебя, а дальше уже действовать по ситуации, – судя по интонациям, невидимый игрок пожал плечами. – Он сейчас на шесть уровней выше нас, держит оборону соседнего сектора. Прорваться туда вдвоём будет проблематично…

– А кто сказал, что мы вдвоём? – я указал на длинную шеренгу капсул.

После чего временно потушил яркий клинок и пошёл навстречу развлекающемуся мутанту.

Глава 50

Незаметно подобраться к сателлиту получилось без особого труда. Отсутствующая броня не сковывала движений, а плотные ряды разномастных капсул до поры скрывали меня от взгляда его многочисленных глаз на длинных стебельках. Чисто улитка с кожистым панцирем, только на ножках и с винтовкой.

Чтобы не выдать себя раньше времени, я притаился за самым крупным из ближайших агрегатов. Судя по солидным габаритам – принадлежавшим представителю Ра, и дождался, пока мутант сам подойдёт на расстояние рывка.

Лучевой меч зажёг уже на бегу. Вытянутый треугольный клинок, чем-то напоминающий итальянский «чинкуэда», легонько загудел и заставил окружающие предметы пугливо отбросить тени. Неповоротливый десантник только лишь принялся поворачиваться ко мне, когда я нанёс первый удар. Едва не ставший для меня последним, ибо удержать рукоять в руке получилось с большим трудом.

По привычке я напряг ладонь, но лазерное лезвие с одинаковой лёгкостью рассекло прохладный воздух и инопланетную плоть, не встретив ни малейшего сопротивления. Экипировка на чудовище полностью отсутствовала, кроме двух ремней-подсумков с дополнительными магазинами, идущими крест на крест через его впалую грудь, словно пулемётные ленты у матроса-красноармейца. Так что уже вторым ударом я окончательно его прикончил, оставив корчится на полу две отдельные половинки. Надеюсь, я ему так не размножиться помог.

Меч погасил треугольное лезвие и снова превратился в безобидный эфес, годящийся, разве что, для колки орехов.

Впечатляет, однако! Заряда ушло всего ничего, а уже минус один.

Ещё бы броню, уж какую-нибудь, лишь бы не голые тряпки. Хоть кастрюлями обвешивайся…

– И что дальше? – послышался в ушах голос невидимого Велиона. – Их три десятка здесь примерно. Любой тебя первой же очередью снесёт.

– Будем партизанское ополчение набирать, – ответил я, подбирая простенькую винтовку. – Готовые игроки есть поблизости?

– Сейчас… – шпион взял небольшую паузу. – Да, трое.

Нужные капсулы, до которых ещё не успел добраться горбатый вандал, тут же подсветились зелёным. Уже кое-что.

– И ещё наших отдельно посмотри, они примерно со мной должны были зайти.

– Вообще-то, из-за перегруженности центрального, всех растасовали по запасным хранилищам, – остудил мой пыл скрытник. – Здесь вас по накладной должно быть всего четверо, двое – уже в решето, вместе с оборудованием. Третий… Третья пока бегает. В прятки с догонялками играет.

– Элли? – доверился я встрепенувшейся интуиции.

– Да, Эллита.

– Давай её сюда, а я пока этими займусь.

Шпион что-то тихо проворчал себе под нос и бесшумно меня покинул. Я же поспешил к нужным агрегатам, прислушиваясь к гремящей повсюду стрельбе. Пока в нашей стороне никого не наблюдалось, но это явление временное. Скоро даже до тупых сателлитов дойдёт, что два их товарища больше не отзываются, и они попрут сюда целой группой. Желательно к тому времени организовать им тёплую встречу.

Две капсулы, стоящие друг напротив друга, как раз заканчивали распечатку новых тел, третья – чуть поодаль, стояла уже пустой. Игрок понял, что дело пахнет керосином, и свалил куда подальше. Жаль, не успел его перехватить. Вряд ли ему дадут уйти – выходы наверняка плотно охраняются.

В первой капсуле обнаружился невысокий ушастый даториец, являвшийся пилотом одного из павших кораблей. Моё предложение вступить в группу он с ехидной улыбкой отвергнул. Что ж, не больно-то и хотелось, особенно учитывая, что он являлся выходцем из самого отмороженного клана «Pro-SOS». Я пожал плечами и без всякого сожаления рубанул слепящим острием меча по кабелю питания. Капсула тут же обесточилась, так и не закончив восстановление тела из питательного бульона. Игрок выпучил на меня глаза с вертикальным зрачком, что-то беззвучно крича за герметичным стеклом, но я уже отвернулся. Тратить на него энергию, с каждой минутой иссякавшую, было слишком расточительно.

Обитатель второго репликационного аппарата наблюдал за происходящим, приоткрыв от удивления рот. Это был худощавый светловолосый парень с необычной кожей песочного цвета, будто он несколько раз подряд переболел желтухой. Ник, сиявший над его головой, в латинской транскрипции читался вроде как Анкель, класс – воин, пехотинец шестьдесят второго уровня. Предложение он принял, не раздумывая, и уже вскоре без проблем покинул технологическую колыбель. Судя по всплывшей информации, игрок относился к тем самым «системщикам», большая часть которых попыталась сбежать ещё до начала основных боевых действий. Так себе сопартиец, но куда лучше, чем запертый в плексигласовом гробу «прососовец».

– Спасибо, – пехотинец выбрался из капсулы и немедленно облачился в желто-оранжевый комбинезон. – А то я уже в третий раз подряд умираю.

– Всё так плохо?

– Нет, просто такое неудачное стечение обстоятельств, – туманно ответил он. – Что мы делаем?

– Нужно найти ещё выживших и выбить отсюда сателлитов, для начала, – прикинул я.

– Звучит как план.

Врученной винтовке игрок удивился, но выпрашивать себе другое оружие не стал, чем уже заработал пару пунктов репутации в моих глазах. Пощёлкал затвором, придирчиво осмотрел магазины, после чего зарядил оружие обратно, примерился к простенькому прицелу и удовлетворённо заключил:

– Полное дерьмо. Я готов.

– Сейчас к нам ещё бойцы подойдут, а пока давай посмотрим, есть ли ещё здесь живые.

Анкель кивнул и спокойно прошёл мимо недоделанного «прососовца», изображающего выброшенную на берег рыбу, не обратив на него никакого внимания. Мы с пехотинцем прогулялись вдоль рядов до самого конца, остановившись возле внутренней стены, но смогли обнаружить лишь одну работающую капсулу, которая только начинала процесс возрождения игрока. Здесь нас нагнали Элли с Велионом, которым удалось временно обмануть преследователей.

Юная мечница успела растерять половину здоровья, обзаведясь двумя пулевыми ранениями в районе правого плеча, которые она наспех обработала из простенькой аптечки. Из одежды на ней имелся лишь весьма скромный купальник, значительно уступавший обычному женскому белью в плане эффектности. Носить что-то более вызывающее ей было ещё нельзя, но пехотинец всё равно на неё ненадолго залип.

– Аллесс, еле ушли! – выпалила девушка, устало присев прямо на холодный пол.

– Я могу помочь, – предложил Анкель, достав из инвентаря довольно неплохую нано-аптечку.

– Давай, – согласился я, стараясь не смотреть на раненую ученицу.

Иначе сорвусь и пойду чистить морды прямо сейчас, безо всякой подготовки и планирования. Мне и прошлой её смерти за глаза хватило.

– Нам удалось минуснуть ещё одного, но теперь я пустой, – мрачно заметил шпион, выходя из маскировочного режима.

– Ничего страшного, ты нам нужен, прежде всего, как наводчик и целеуказатель, – успокоил я его.

Пехотинец довольно быстро привёл пострадавшую девушку в порядок, и мы вчетвером пошли обратно, выбрав ряды поближе к выходу. Здесь игроки встречались чаще, а один так и вовсе выскочил к нам самостоятельно, преследуемый сразу двумя сателлитами. Я снова предпочёл не лезть вперёд, а коварно напал со спины, когда те протопали мимо. Лучевой клинок в ближнем бою оказался серьёзным оружием, умудрившись перерубить даже ствол пистолета-пулемёта вместе с его хозяином. Вдобавок, Анкель здорово поддержал меня огнём, положив большую часть пуль в район бестолковой головы второго мутанта.

Таким образом, оружия четырём новичкам хватило вдоволь, пусть и плохонького качества. Даже Велион подобрал себе не автоматический пистолет взамен обесточенного разрядника. Лишь для Элли ничего подходящего не нашлось, так что она покуда бегала с огрызком своего титанового «хопеша», превратившегося из меча в кинжал. Но моя напарница не унывала, взяв на себя рекрутирование новых членов ополчения. К слову, получалось у неё это гораздо лучше, чем у меня, а для того, чтобы перерубить кабель питания для несогласных, вполне хватало и её укороченного обломка.

Сателлиты уже почуяли неладное, но собраться в одну большую группу у них не хватило соображалки. С одним-двумя наш разрастающийся отряд справлялся без особых проблем, потеряв за всё время лишь троих. Да и то, скорее по глупости последних. Когда инопланетные десантники, наконец, сообразили, что нужно окапываться у выходов и терминалов, наша численность уже достигла двух десятков.

Были здесь и стрелки, и дуэлянты, но хватало и мирных профессий – инженеров и учёных. Польза от них тоже имелась немалая – «яйцеголовые» вполне успешно лечили подстреленных стандартными аптечками, технари латали повреждённые капсулы, а у одного изыскателя так и вовсе – при себе оказалось полным-полно геологических зарядов. Которые, при небольшой доработке напильником, ничем не отличались от простеньких ручных гранат.

Но тут неожиданно лампы над нашими головами, мигнув напоследок, погасли окончательно. А вместе с ними прекратила работу и большая часть другого оборудования, включая сами капсулы. В строю остались лишь редкие дежурные светильники, но окончательно разогнать сгустившийся мрак они уже не могли. Температура сразу же опустилась до той отметки, когда у всех живых существ при дыхании стал выделяться пар.

Решив, что больше смысла скрываться нет, я повёл всю эту пёструю компанию в атаку. Соотношение у нас было приблизительно один к одному, что в обычной ситуации сулило безоговорочную победу. Вот только, если монстры спокойно переносили пару десятков попаданий, то игроки складывались обычно с четырёх-пяти выстрелов.

Не будь у нас самодельных гранат, затея вряд ли бы выгорела.

От многочисленных вспышек перед моими глазами уже плясали целые стаи зайчиков, но сателлиты не собирались сдаваться. Швырнув последний заряд в сторону засевших за искорёженным оборудованием химер, я не придумал ничего лучше, чем пойти в рукопашную. Благо поблизости имелось множество укрытий, чтобы не становиться лёгкой мишенью.

Со мной увязалась упрямая Элли, лично прикончившая одного из слуг скульпторов своим мелким ковыряльником. Наш манёвр получился очень своевременным, так как с боку группу в полумраке обходили сразу трое небольших мутантов. Мы столкнулись с ними нос к носу, как два засадных полка в одной рощице, такие же удивлённые встречей, как и они. Вот только соображали десантники куда медленней, встрепенувшись, когда я уже четвертовал одного из них.

– Сзади! – звонко крикнула юная напарница, рассерженной канарейкой вьясь возле другого.

Я успел откатиться в сторону, разминувшись с длинной пулемётной очередью всего на какие-то сантиметры. Но пули лишь обдали маня волной тёплого воздуха, бессмысленно уйдя в стену и пол. Оказывается, сателлитов было четверо, просто последний, таща солидного размера «миниган», отстал от основной группы. Поняв, что не поспевает за мной, он прекратил стрельбу и принялся нашаривать меня стволом, который в режиме молчания поворачивался куда быстрее. Но больше ему нажать на гашетку было не суждено – за его спиной из воздуха материализовался Велион со вскинутым пистолетом. Точный выстрел в основание приплюснутого черепа хоть и не смог завалить генетического выродка, но знатно просадил его здоровье, а главное – ненадолго оглушил.

Пока он пытался повернуться, чтобы наказать шпиона, я успел подскочить к нему и одним взмахом укоротить его на целую голову. Правда, потом пришлось снова выделывать акробатические трюки, дабы сбить прицел оставшемуся не у дел десантнику с тремя дробовиками, стреляющими попеременно. Правда, большая часть пуль и картечи ушла в незадачливого пулемётчика, но тот уже особо и не протестовал. Велион же благоразумно предпочёл скрыться в густых тенях.

Плюнув на нас, сателлит повернулся к своему товарищу, которого юркая Элли планомерно превращала в начинку для шаурмы и даже успел несколько раз выстрелить в её сторону из одного дробовика. Двумя другими он продолжал прикрывать свободное пространство в междурядье, на случай, если я решу ломануться на него в лоб. Вот только мне в голову пришла мысль получше – взобраться прямо на капсулы. Вышло это далеко не так легко, как предполагалось, зато потом я стал передвигаться куда быстрей, перескакивая с одной крышки на другую, как заправский сайгак.

Нападения сверху мутант никак не ждал, так что мне удалось пробороздить его от самой макушки до гипотетического паха. Крит при этом вышел такой, что хватило бы и его гигантскому сородичу, что возглавлял экипаж на «Рассухаривателе». Четвёртого же всё-таки догрызла измазанная своей и чужой кровью Эльвира, нанеся ему не меньше полусотни ударов. Самая настоящая мясорубка, хоть и симпатичная.

– Вот это круто! – выдохнула она и повалилась без сил, закатив глаза.

Помимо старых ран, у девушки добавились и свежие, постепенно сводя шкалу её жизни на нет. У меня самого кровоточили две незапланированные матушкой Природой дырки, но большой опасности они не представляли.

– Велион!

– Понял, займусь ей, – отозвался шпион, возникая рядом. – А ты доведи дело до конца.

На тактическом экране полыхали ещё четыре красные отметки, поэтому я без лишних слов поспешил к ним на встречу. Тем более, что вид истекающей кровью девушки никак не способствовал душевному спокойствию.

Последние оставшиеся в живых сателлиты устроились у самого выхода. Поначалу я подумал, что они поджидают своих, но затем разглядел, что стрельбу ведёт лишь один, а остальные спешно монтируют на полу какой-то странный агрегат, похожий на старый циклевальный аппарат для паркета, ещё бородатых советских времён. Перемещался он на шаровидных колёсиках, и навскидку весил довольно прилично.

Моего появления у них в тылу никто не ждал. Первым я срубил стрелка, прямо на ходу, а потом занялся и его товарищами, не успевшими толком и разогнуться. Хотя, один успел всё-таки вкинуть ствол и прострелить грудь в двух местах, но это лишь оттого, что резко встрепенувшаяся чуйка категорически не позволила зацепить лучевым лезвием странный прибор. Поэтому пришлось совершить два-три лишних движения, танцуя вокруг него, словно это рождественская ёлочка с хрупкими игрушками.

Рана вышла мало того, что весьма болезненная, да ещё и двигать рукой теперь получалось с большим трудом. Хотя, это ещё очень хорошо – в реальности после подобного попадания я только лишь кровавые пузыри мог пускать. Хотя калибр у того снайпера был, всё же, посерьёзней. Покончив с резвым мутантом на остатках выносливости, я добрёл до двери и последним усилием смог заблокировать её, попросту расплавив панель доступа.

К тому моменту все шкалы овычерпались практически до самого дна.

Выжившие игроки нашли меня, привалившимся к холодной створке, в луже собственной крови. Аптечек в инвентаре больше не осталось, поэтому я мысленно готовился к выходу в реал. К счастью, торговые и почтовые терминалы имели альтернативное питание, и их удалось зарядить имеющимися у ребят энергоячейками, получив доступ к складам и магазинам.

Бойцы немедленно облачились в доспехи и нормально вооружились, а единственный оставшийся в живых учёный вызвал для себя серьёзный реанимационный набор. Им он меня и вернул практически с того света, а затем занялся Эльвирой, так же застрявшей на границе между жизнью и смертью.

Не считая «Мясорубцев», кровавую бойню пережили всего лишь пятеро, включая пехотинца Анкеля. Вполне достаточно, чтобы некоторое время держать здесь оборону, вот только какой в этом смысл, без подачи энергии к капсулам? Охранять копеечное оборудование? Похвалу командования так точно не заслужишь.

А вообще, перебои с питанием – это очень плохой знак. Так и до потери реактора недалеко.

Вдвинуться, что ли, к нему поближе? Но для прорыва нас маловато, да и без оперативной информации можно легко вляпаться. Станция, безусловно, уже кишит сателлитами, и так просто протравить всех этих паразитов не получится…

Задумчиво вертя в голове последнюю мысль и так, и этак, я снова набрал Хреноватора. Всё-таки он должен быть в курсе текущей обстановки.

– На связи, – после небольшой паузы ответил он, и тут же повысил голос на кого-то. – Куда прёшь?! Вот сюда суй! Вот так, молодец… Дуй за следующей.

– Что у вас там? – не удержался я от вопроса.

– Баррикады минируем, выбьют нас отсюда скоро, – пояснил клан-лидер. – Как у тебя дела, подарочек дошёл?

– Спасибо, без него мы бы не справились.

Я кратенько описал схватку с мутантами и освобождение зала репликации, но Болеслав ближе к концу меня перебил:

– Так, а сколько у тебя людей?

– Шестеро. Четыре бойца, шпион и медик.

– Тогда просто займите место поближе к вашему реактору и отстреливайте тех, кто сунется. Глядишь, подарите станции несколько лишних минут…

– Всё так плохо?

– Да, нас уверенно натягивают, – не стал смягчать горькую правду Хреноватор. – Корабли слишком быстро слились, да и абордажников прорвалось куда больше, чем мы рассчитывали. Похоже, наша компенсация немного откладывается…

– В смысле?!

– А я разве не говорил? – задумчиво пробормотал глава клана. – Союз заплатит лишь в том случае, если у нас получится удержать эту систему.

– Вообще-то – нет, бляха-муха!

– Да не злись, они там совсем недавно всё переиграли. Сами в шоке.

– Разве такое возможно? Это же чистое кидалово!

– Ну, с одной стороны да, а с другой – наш договор изначально составлялся с возможностью внесения поправок. Вот они и поправили… Один моментик. Компенсацию мы, безусловно, получим, но самую базовую и далеко не сразу, а после окончания операции по освобождению системы и постройки нового аванпоста. Сам понимаешь, дело это небыстрое…

Я едва сдержался, чтобы не зарычать. Столько усилий, и всё зря!

– Сколько до прилёта регулярников?

– Два с лишним часа, – вздохнул Болеслав. – Так что давай, грызи их до последнего.

Вам предлагается стать координатором обороны Талвро-19.

Внимание, в случае провала отношение к вам Союза Антропоморфов ухудшится!

Принять?

Да/Нет

Горит сарай, гори и хата! Хуже уже вряд ли будет…

Стоило мне нажать заветную зелёную кнопочку, как в нейроинтерфейсе добавилась новая закладка «Моя оборона». Весело и со вкусом.

Там можно было отслеживать примерное перемещение противника, мониторить оставшиеся в строю войска и делать много ещё чего полезного. Даже приказы отдавать. Прям мини-стратегия какая-то, в реальном времени.

Первым делом я посмотрел, что творится в нашем секторе, с порядковым номером «три». Командовал обороной там некий Азазель, окопавшийся неподалёку от реактора вместе с полусотней игроков и двумя сотнями персонажей. Благо станция была сугубо военная и гражданских там имелся самый минимум, большую часть которых удалось эвакуировать. Еще несколько десятков игроков прятались по закоулкам, либо понемногу партизанили, но они все были слишком разрозненны, чтобы как-то повлиять на общий расклад.

Противостояла нам настоящая орда, оценивающаяся примерно в полторы тысячи рыл. Пока их сдерживала узость переходов и защитные системы, но они уверенно продвигались вперёд, понемногу продавливая оборону. И подобная ситуация повторялась на семи остальных участках. Тут и без калькулятора становилось ясно, что уже через час половина реакторов падёт, а этого вполне хватит, чтобы в местной системе ненадолго возникло ещё одно яркое солнышко. Это не наш вариант, меня тогда точно жаба ночью задушит.

Самая напрашивающаяся стратегия выглядела следующим образом – собрать побольше бойцов и попытаться прорваться к этому самому Азазелю, из «ПыхНадзора». Попутно наводя шороху у десантников в тылу и распыляя их силы. Такой манёвр мог принести несколько лишних минут, а то и больше. Сугубо в нашем секторе. Но мне всё больше надоедало рубиться с бессмертной Гидрой, которая отращивала две новые головы, взамен отрубленной. Хотелось решить проблему хотя бы если не навсегда, то всерьёз и надолго.

Тем более того, что система капсулы не выкинет меня в реальность до конца осады, никто не обещал. У организма есть свой предел, а последние сутки моей жизни вряд ли можно было назвать спокойными. Того и гляди – отдыхать принудительно отправлюсь.

Порешить бы всех разом…

Недавнее сравнение сателлитов с надоедливыми паразитами никак не давало мне покоя. Что-то зрело в голове, но прорастать в конкретную идею пока не собиралось.

Действительно протравить их, что ли, как тараканов?

Задумка хорошая, вот только мутанты, при всей их неказистости, имели отличные показатели сопротивления отравляющим веществам и болезням, не хуже, чем пресловутые азархадонцы. Специально ради этого в справку полез, уточнил. Так что распылённый по системе вентиляции токсин будет серьёзно мешать жить лишь обороняющимся, у кого нет защитных коконов или, хотя бы, простейшей дыхательной маски.

Прожечь отсеки, как тогда вывели всех шандарийских парадоксусов, тоже не выйдет – горючих газов здесь хоть и немало, но объёмный взрыв такой силы разорвёт корпус станции на клочки. Даже если дать пламени выход, открыв часть шлюзов, разрушения будут катастрофическими. Каркас, может, и выдержит, но оборудованию настанет гарантированный кирдык, что приравняет станцию к захваченной.

Так, а если обойтись совсем без газа? Ведь генетические болванчики, в силу экономии своих хозяев, полностью игнорировали какую-либо экипировку, кроме примитивных патронташей. Ничего другого им было не нужно – мутанты высаживались со стандартных десантных капсул, попадая на борт через стыковочные шлюзы, и сразу шли в бой. Эвакуировать их обратно на транспортные корабли уже не предполагалось. Типичные смертники.

Интересно, а этот просчёт скульпторов можно будет повернуть себе на пользу?

Я выбрал в новом меню связь с начальником станции, но был немедленно спущен с небес на землю – данный персонаж уже покинул наш несовершенный мир, передав полномочия своему преемнику. Тот тоже меня не обрадовал – сбросил меня с линии, перенаправив меня на обычного офицера-связиста. Теряя терпение, я объяснил тому свой план в подробностях, но персонаж заявил, что такое невозможно в принципе, и пригрозил заблокировать мой статус координатора, если продолжу донимать его всякой ерундой.

Плюнув на ограниченный искусственный интеллект, я обратился к проверенным кадрам.

– Змей, приём.

– О, и ты здесь! – обрадовался Змееросток. – Знатно ты там, в космосе, бабахнул! Даже у нас здесь видно было. Ты по делу или…

– По делу, – тут же подтвердил я. – Подскажи такую вещь – ты можешь открыть ВСЕ двери на станции? Включая внешние шлюзы.

– Вряд ли, там серьёзная защита, – после небольшой паузы ответил он. – Да и нафига?

Я хотел уже было спросить, смотрел ли он незабвенного «Чужого», но вовремя вспомнил, какой сейчас на дворе год.

– Хочу большую продувку сделать.

– Спятил?! Нас же всех тоже вынесет в космос!

– Ну, во-первых, только тех, кто встроенные магниты не активирует, – возразил я. – А во-вторых, сейчас же практически все в энергетических коконах, а в нём вакуум и прочие неудобства до лампочки. Временно.

– А если у кого он сел?

– Значит, не его день.

– Фуф, ну ты конечно… – хакер шумно выдохнул. – Это же чистая диверсия!

– Ага, – не стал я отпираться. – Так ты в деле?

– Конечно! Только сразу предупреждаю – пока работает центральный компьютерный модуль, такое провернуть точно не получится.

– Как сильно он должен перестать функционировать? – уточнил я на всякий случай.

– Совсем.

– Ладно, на один отсек больше, на один меньше, – прикинул я. – Во время осады чего только не случается…

Вернувшись к трёхмерной проекции станции, я без труда нашёл нужный узел, отвечающий за бесперебойную работу автоматических систем. В том числе, и защитных турелей, которые продолжали держать большую часть армады Скульпторов на порядочном расстоянии. Вот чёрт.

А не принесём ли мы больше вреда, чем пользы? Сомнениями я поделился со Змееростком, но тот поспешил меня успокоить:

– Если с модулем что-нибудь случится, контроль перейдёт к дублирующим системам. Только в этот момент и можно будет вклиниться, больше никак. Мне ещё координаторский доступ нужен будет, но с ним Хреноватор сможет помочь.

– Не надо, я сам тебе его дам. Не будем его втягивать, пока что.

– Как скажешь, – согласился Змееросток. – Маякни, как будешь готов, я пока оборудованием займусь.

Наш повзрослевший на глазах хакер отключился, а я вновь вернулся к центральному компьютеру. Располагался он ближе к центру станции, под надёжной защитой охранных систем. Пройти туда, пробившись через сателлитов, было вполне возможно, только вставал один неразрешимый вопрос – что я с ним делать потом буду? Внутрь меня точно не пустят, это закрытая для посещений зона. И как тогда разрушить блоки?

Я в задумчивости остановился возле второго выхода, заблокированного куда более изящно, чем удар лучевым мечом – при помощи специальной команды. По ту сторону в створки уже кто-то настырно долбился, вызывая раздражение и отвлекая от раздумий. Эльвира, приодевшаяся и вооружённая новым «хопешом», замерла напротив в угрожающей боевой стойке, хотя этим мутировавшим дятлам пришлось бы тарабанить полгода, чтобы прорваться внутрь.

– Задолбали, – вздохнул я, подходя к перемычке. – Элли, открой-ка двери на пару секунд.

Падаван без лишних вопросов метнулась к панели управления, а я активировал несколько ручных гранат, связанных вместе обычным мотком проволоки. Граф Огурцоф точно бы одобрил.

Створки живо разъехались в сторону, явив нашему взору несколько высоких сателлитов, с выдратой где-то металлической опорной балкой в лапах. Пусть весила она немало, но таким примитивным тараном можно было, разве что, межкомнатную перемычку продавить. Ещё трое целились в проём из разнокалиберного оружия, но для них у меня имелся активированный щит на запястье.

– Чё стучите?! – нагло спросил я у замерших от неожиданности врагов. – Занято!

Двери тут же снова сомкнулись, не дав толком по мне пострелять, но смертоносная гирлянда уже оказалась за порогом. Гулко бубухнула россыпь взрывов, и беснующиеся штурмовики вроде бы подуспокоились. Но тут нарисовался новый отвлекающий фактор в лице неугомонной ученицы.

– Может, сходим, добъём их? – азартно предложила она.

– Не мешай, я думаю.

– О чём?

По её недоуменному инопланетному личику стало ясно, что это не праздный интерес. Ну да, когда буквально за стеной бродит толпа противников, которая вот-вот отправит нас всех в полёт на термоядерной тяге, сложно думать о чём-то, кроме сражения.

– Нам нужно вывести из строя один модуль на станции, но он слишком хорошо охраняется, – нехотя пояснил я. – Внутрь не попасть никак.

– А если просто взорвать?

Девушка кивнула в сторону прожжённой стены, где дежурила остальная часть моего небольшого партизанского отряда. Изредка кто-нибудь совал туда свой любопытный хобот, но ребята быстренько его отсекали.

– Не вариант, – покачал я головой. – Стоит нам только поцарапать хоть одну створку, как на нас ополчится вся система безопасности. Она там особенно лютая.

– А если очень-очень большой взрыв? – не сдавалась кровожадная мечница.

– Хм…

В её словах имелось рациональное зерно. Тем более, к модулю можно было подобраться через технические отсеки на расстояние одного межуровневого перекрытия. Вот только где взять столько взрывчатки, чтобы проломить его с гарантией? Инженеров, которые смастерят взрывное устройство из проводов и страусиного помёта, среди нас больше не имелось. Это только если к Азазелю пробиться, но обратной дороги оттуда уже не будет.

Так, а сами сателлиты чем будут реакторную подрывать? Не хлопушкой же…

– Вел, нужно срочно найти бомбу. Желательно, чтобы её можно было без проблем отобрать.

– Этого дерьма у них полно, – поведал шпион. – Тебе какую?

– Чем больше, тем лучше.

– Понял, сделаю.

Пиктограмма скрытника чуть побледнела и направилась в сторону вражеских порядков.

Эльвира гордо вскинула свой длинный нос, заставив меня улыбнуться.

– Хватит выпендриваться, готовься к прорыву, – предупредил я её. – Будет жарко.

– Всегда готова! – она изобразила жест, отдалённо напоминающий пионерский.

Вот что с ней делать?

Подумав немного, я всё же решился снова запустить трансляцию. То, что нам предстояло сделать, могло запросто испортить отношения с Союзом, поэтому интерес зрителей был обеспечен. Лишь бы меня потом действительно не предали анафеме…

Заодно переоделся в более крепкую броню, потратив на неё все вырученные деньги.

Шпион отсутствовал в эфире минут десять. Я уже начал беспокоится, что нужный нам девайс окажется слишком далеко, но тут он снова вышел на связь:

– Есть хороший вариант – охраны минимум, штурмовиков в округе мало. Должны прорваться.

– Заряд серьёзный?

– Ахренелительный!

Невидимка прислал скриншот массивной установки, состоящей из нескольких цилиндрических колб с фосфоресцирующим в них жёлтым веществом, которые в свою очередь были закатаны в толстый металлический кожух. Корпус оказался густо увит кабелями различной толщины, идущими к нескольким распределительным панелям. Имелась и центральная, с которой оператор мог запрограммировать условия подрыва. Выглядела установка пусть и топорно, но весьма внушающе.

Кстати, нечто подобное мне уже попадалось на глаза. Вот прям совсем недавно.

Хлопнув себя с досады по лбу бронированной перчаткой, я зашагал к противоположному выходу, где добил последних сателлитов. Они как раз возились с настройкой непонятного устройства, отдалённо напоминающего находку Велиона. Как и предполагал, это тоже оказалась бомба, пусть и не такая мощная. Но всё равно, её бы вполне хватило, чтобы от запасного зала репликации осталась лишь пиктограмма на карте.

Хорошо, что я не зацепил её лучевым мечом…

Мне явно нужно на боковую – отправил человека искать бомбу, хотя сам на ней едва не сидел. Оставлять её здесь было опасно, поэтому пришлось прихватить аппарат с собой, поручив его транспортировку учёному. Тому данное занятие пришлось явно не по душе, но тут не имелось других вариантов. Сам по себе он являлся слишком лёгкой добычей, даже для самого слабого мутанта. А запрячь бойца, значило существенно ослабить нашу огневую мощь.

Игроки, бывшие представителями не самых адекватных кланов, на моё предложение немножко пошалить на станции откликнулись с весёлым задором. Особенно, когда узнали, что вся ответственность будет целиком лежать на мне. Лишь Анкель не присоединился к общему восторгу, но и отрываться от коллектива пехотинец не стал. Так что новых потерь в нашей группе удалось избежать.

Выбравшись наружу через остывший пролом, мы гуськом пошли вперёд. Впереди, как всегда, двигались мы с Эльвирой, за нами – остальные бойцы, а учёный толкал аппарат замыкающим. Я всё больше привыкал к новой напарнице, умудрившейся достичь уже тридцать шестого уровня. Пусть девушка по боевым качествам и уступала Шандайн, но её самоотверженность приносила свои плоды. Там, где хладнокровная разведчица предпочла бы переждать и отсидеться, мечница разъярённой валькирией бросалась в бой, не заботясь о собственном выживании. Кажется, она с полной серьёзностью ухватилась за возможность сражаться со мной бок о бок, и сдавать позиции не собиралась.

Подозреваю, что Шани это, мягко говоря, не понравится…

От размышлений отвлекла небольшая штурмовая группа, встретившаяся нам в одном из переходов. Сателлитов оказалось всего пятеро, и мы с Элли их без труда разобрали, предварительно забросав светошумовыми гранатами. Лучевой меч играючи резал незащищённые тела мутантов, словно раскалённый нож сливочное масло. Бедолаги гибли после одного-двух ударов, в зависимости от того, выпал ли крит сразу, или великий Рандом решил напоследок помучить несчастного.

Штурмовики кончились очень быстро, так и не придя толком в себя. Никому из бойцов, вооруженных дальнобойным оружием, даже не пришлось стрелять. Анкель, кстати, щеголял уже пусть и с простенькой, но лучевой винтовкой, с любовью обвешанной различными приблудами. Она сильно пригодилась нам чуть позже, когда мы схлестнулись с охраной бомбы.

До поры её оставили в одном из захваченных грузовых отсеков, оставив присматривать за ней отборных боевых химер. До уровня командира «Рассухаривателя» они, кончено, не дотягивали, но в команде представляли собой нешуточную силу. Хотя было их всего с десяток.

Имелся здесь даже свой марксман – щуплый мутант с довольно неплохой снайперской винтовкой. А так же несколько «милишников» с острыми как бритва лапами, и бойцов поддержки, вооружённых пулемётами. Вместе они выдавали такой плотный огонь, что просаживали любой щит всего за минуту. Не выдай невидимый лазутчик месторасположение каждого, обеспечив нам преимущество с самого начала боя, погнали бы нас отсюда драной метлой.

Я пусть и выскочил под пули раньше всех, но Велион всё же успел открыть счёт первым, устранив опасного стрелка. После чего рыбкой нырнул за ближайший грузовой контейнер. На рассекретившегося шпиона дружно сагрились оставшиеся сателлиты, принявшись поливать его укрытие изо всех стволов, поэтому встречать нас оказалось некому. Пока они сообразили, что к чему, отряд потерял ещё двоих. Бойцы благополучно рассредоточились по отсеку, а учёный предпочёл переждать заварушку в коридоре.

Не теряя времени, я понёсся на вставших на дыбы «ближников», грозно машущих лапами. Один напоминал кошмарную помесь крокодила и богомола, а его напарник походил уже на зубастого дикобраза, передвигающегося на длинных ходулях-шипах. Несколько из них удалось подрубить одним размашистым ударом, лишив сателлита мобильности, но затем пришлось отпрыгнуть подальше, чтобы взметнувшиеся отростки не сделали из меня фарш. Стоило только разорвать дистанцию, как в щит тут же прилетело несколько десятков пуль, снизив его на четверть. Пришлось опять идти танцевать со страхолюдинами.

Элли кружилась неподалёку, постоянно отвлекая на себя одного из мутантов, пока я рубился с другим. Несколько раз в меня всё же попали, но не фатально. Последнего оставшегося на ногах мы с напарницей зарубили вдвоём, синхронно прыгнув на него с боков.

Схватка обошлась нам в одного бойца, попавшего под перекрёстный огонь, и трёх раненных, включая Велиона, которыми занялся учёный. Зато мы стали обладателями сразу двух бомб, суммарной мощностью в один залп средненького фрегата. Чёрт, теперь хоть требуй миллион кредитов и скоростной катер вместо вертолёта.

Правда, столько мне было точно не нужно, поэтому ту, что послабее я решил оставить, чтобы вернувшиеся сателлиты слишком не расстраивались краже. Заодно немного потренировался перед диверсией, приведя её в боевую готовность. Отныне, стоит только теперь сдвинуть бандурину с места, как она немедленно сдетонирует. Убираться здесь уже не придётся.

– Не благодарите, – пробормотал я, закрывая обратно панель управления защитной пластиной.

Критически осмотрев аппарат, так и не нашёл, к чему придраться. Сам по себе он никуда не уедет, прикреплённый магнитными захватами, а без кода доступа деактивировать его сможет лишь опытный минёр. Вряд ли среди химер есть подобные специалисты. Они совсем недавно втроём не смогли толком на боевой взвод поставить, чего уж о более сложных вещах говорить.

Минус у нового заряда был лишь один – из-за габаритов его приходилось толкать втроём, будто заглохшие «Жигули». Хорошо, что хоть ближайшая шахта лифта находилась относительно недалеко. Возле неё как раз крутились трое сателлитов с щупальцами, крайне подозрительного вида. Такие и лампочку выкрутить могут, и в углу нагадить, так что церемониться с ними мы не стали. Порубили в морской коктейль.

Механизм оказался наглухо заблокирован, но здесь пришёл на выручку статус координатора, вызвав грузовую кабину на наш уровень. Спуститься к техническим отсекам мы могли и по лестнице, но тогда гигантскую бомбу пришлось бы пустить своим ходом. Вниз по шахте. Та вряд ли бы пережила подобную транспортировку и запустила бы нас в полёт до самой армады Скульпторов безо всяких реактивных ранцев, чисто на собственной тяге.

Стоило нам вкатить дестабилизатор на колёсиках внутрь, как на горизонте показались новые штурмовики.

– Извините, мы торопимся! – крикнул я бегущим впереди, швыряя в них последние гранаты.

В кабину пришлось протискиваться боком, так как створки уже практически сомкнулись.

– С нами хотели? – саркастично спросила Эльвира.

– Да им всё равно наверх надо было, – махнул я рукой. – Пусть ждут.

Бойцы расслабленно заулыбались, и лишь Анкель продолжал с серьёзным видом изучать наш дальнейший маршрут. Как и он, я прекрасно понимал, что самое сложное ещё впереди.

Охранялись технические отсеки пусть не так рьяно, как на нижних уровнях, но одни охранные турели, натыканные через каждые несколько сот метров, чего стоили. Любая могла играючи испарить нас за считанные секунды. Именно благодаря им вся эта многотысячная толпа, проникшая на станцию, никак не могла добраться до реакторных. Но, в отличие от сателлитов, мы не могли себе позволить набивать своими трупами каждый отсек под потолок.

Через несколько минут кабина достигла нужного уровня и нам волей-неволей пришлось испытывать мой координаторский пропуск. Под прицелом широкого импульсного дула, расположенного возле выхода, я ввёл выданный нейроинтерфейсом одноразовый пароль. Пиликнув, система послушно отворила перемычку, позволив нам войти внутрь. Все тихонько выдохнули.

Так продолжалось ещё несколько раз, прежде чем проблемы нас всё-таки нагнали. Проходя очередной коридор, вместо стен которого шли бесконечные кабели и трубы, мы нос к носу столкнулись с чумазым техником-орторионцем, выползшим откуда-то из отодвинутой панели на полу.

– Эй, а вы чего тут…

Вспыхнула голубоватая вспышка парализатора, и худощавый гуманоид обмяк, едва не свалившись обратно в технический лаз. Подскочивший Анкель успел подхватить его в последний момент и вытянуть наружу.

– Твою мать, – вздохнул я, подходя ближе. – Вел, ты бы его пристрелил бы ещё, на всякий. Он же не понял ни черта.

– Вот поэтому мы пока что живы, – ответил шпион, ничуть не раскаиваясь. – Но это ненадолго.

Я и сам прекрасно понимал, что факт нападения на сотрудника Талвро-19 уже зафиксирован системой, и санкции не заставят себя ждать.

– Ладно, налегли!

Мы с удвоенной силой покатили агрегат по узкому полу, сменявшемуся люками и прочими неровностями. Впряглись все, даже Эльвира не осталась в стороне. Впереди оставалось ещё три перемычки.

На первой, тоже находящейся под охраной автоматической стрелковой системы, нас пропустили без проблем, а вот с уже со второй возникли проблемы – панель управления категорически отказалась принимать мой пароль. Статус координатора с меня ещё не сняли – видимо, просто не хватало степени доступа. Поблизости как раз шли системы, отвечавшие за подачу воздуха, так что вполне возможно ход туда простым смертным был заказан.

– Всё, приплыли, – хмуро констатировал Велион. – Надо было маленькую бомбу тоже с собой брать…

– Ага, после неё нас бы только со стен соскребали! – откликнулись бойцы.

– Отмычка у кого-нибудь имеется? – поинтересовался Анкель.

– Вроде того, – кивнул я, выпуская лучевой клинок.

Не было у нас столько времени, чтобы ждать окончания подбора пароля. Тем более, защита здесь стояла куда лучше, чем на корытах Скульпторов. Можно было вообще и не дождаться.

Ослепительное треугольное лезвие с трудом, но вошло в побелевшую створку. Если крепкий хитин оно резало, как поддатливое желе, то с бронированными листами всё вышло гораздо сложнее. Налегая всем телом, я повёл его в сторону, оставляя за собой стекающие вниз капли металла.

Всё, точка невозврата пройдена. Если наши действия до этого попадали в худшем случае под «хулиганку», то теперь мы из доблестных защитников мгновенно превращались в злостных нарушителей режима, без пяти минут – диверсантов. Сообщение об аннулировании моего статуса прилетело ещё раньше, чем я смог замкнуть раскалённый контур. Дополнительные опции пропали, будто их и не было, а тактический экран снова принял привычный вид. Прощай, «Моя оборона»…

Вслед за этим мне прилетело первое и последнее предупреждение, которое пришлось проигнорировать. Остальным тоже было не по себе, но дезертировать никто не решился. Всё-таки ребята были в курсе, что именно я виновен в гибели целого эсминца, так что кое-какой лимит доверия у меня всё же имелся.

После того, как потерявшая опору створка шумно повалилось на пол, резко врубилась тревога, пронзительным воем терзающая душу. С этого момента мы высвечивались в статусе врага вообще у всех, находящихся на станции, а не только у сателлитов. Плохо, теперь без Хреноватора нам уже не обойтись. Надеюсь, у него хватит красноречия, чтобы отмазать нас от военного трибунала. Иначе торчать нам на урановых рудниках до самого Турнира…

– Бегом!

Обжигая защитные контуры о раскалённые края, мы кое-как втиснули бомбу внутрь. Та, хвала её создателям, не рванула, но долго радоваться этому факту не получилось – поступил срочный звонок от Болеслава. Накаркал.

– Ты чего творишь, компаньон? – ласково, едва скрывая крайнюю злость, спросил он первым делом.

– Хочу выиграть время для обороняющихся, – сказал я чистую правду.

– Точно? А мне кажется, у тебя кукушка в голове немного ориентацию поменяла. Надеюсь, ты просто принял что-то не то, от радости…

– Так ты в курсе моего плана? – уточнил я.

– Конечно, иначе какой из меня клан-лид, – хмыкнул псионик. – Разрешить я тебе, конечно, такой дикости не могу, так что ты временно изгнан из клана. А Змееросток на очереди.

– Предусмотрительно, – оценил я.

– Не обижаешься?

– Я всё понимаю. Но иного выхода у нас нет.

– Ох, не зря тебя в своё время грохнули… Благими намерениями, сам понимаешь, не один санузел выстлан.

– Не сгущай.

– Надо же и о других иногда думать, – укорил меня Хреноватор, чуть успокаиваясь. – А то ты со своим геройством нас когда-нибудь точно под монастырь подведёшь…

– Ради всех стараюсь, – не согласился я. – Это вы неблагодарные.

– Ага, конечно… Ты давай там поторопись-ка, а то тебе скоро кой-чего оторвут, с корнем. Понял меня?

– Да, спасибо.

– Смотри, не облажайся, херой ты наш…

Болеслав так же стремительно дал отбой, как и появился, занявшись более важными делами. Ему простительно. Лидеру однозначно прилетит потом не меньше нашего, а, может, и побольше.

Пока остальные вовсю изображали бурлаков на Волге, я поспешил вперёд, через несколько перекрёстков, к последней перемычке. На наше счастье, турели там не было предусмотрено, но сама дверь оказалась настолько крохотной, что её пришлось резать впритык к стене, погружая клинок едва ли не по самую рукоять. От близкого жара принялся потихоньку разряжаться персональный щит, вызывая покалывание в пальцах. Но это была самая меньшая из грядущих проблем.

Велиона, поотставшего от основной группы, неожиданно расстреляли в несколько стволов. Хотя он по-прежнему находился в режиме невидимости. Шпион успел лишь высветить троих человекоподобных роботов, прежде чем его пиктограмма посерела. Уровень у всех оказался «сто плюс». Приехали, станция – «Конечная».

Это были явно не безобидные электрочайники.

Нашей диверсионной группе пришлось разделиться. Бойцы заняли оборону в одном из перекрёстков, чтобы выиграть хоть немного времени, а ездовой академик вместе с низкоуровневой Эльвирой продолжили упрямо толкать тяжёлую тележку вперёд. Мне очень хотелось присоединиться к остальным, но дверь сама себе харакири не сделает. Пришлось стиснуть зубы и продолжить резку.

Анкель с товарищами встретили охранников дружным огнём, но те оказались не лыком шиты – потеряв одного андроида, превратившегося в искрящее решето, они забросали игроков специальными шашками, источающими плотный дым. Да ещё вдобавок и очень горячий, чтобы не возникло соблазна воспользоваться тепловизором. Видимость в узких технических коридорах мигом упала до ноля, и позволила остальным роботам без проблем пройти узкое простреливаемое место. Дело могли бы решить несколько электромагнитных гранат, но при себе ни у кого, кроме нас с Элли, их не оказалось. Ещё один минус мне, как командиру – не догадался проверить экипировку остальных. Усталость, дьявол её побери, совсем думать мозгами перестал…

Через пару минут всё было кончено – бойцов завалили одного за другим, без потерь. Взрывоопасная тележка скрипела уже неподалёку от перемычки, но мне оставалось прорезать ещё одну сторону. И Эльвира прекрасно это видела.

– Не бросай, я прикрою! – крикнула она, выхватывая клинок из-за спины.

Мечница оставила учёного пыхтеть одного, и стремительно бросилась навстречу андроидам. Я всей душой хотел рвануть за ней вслед, хотя разумом понимал, что эта троица – лишь авангард, и совсем скоро здесь будет не протолкнуться от охранных механизмов. И пока чёртова дверь стоит на месте, отвлекаться мне нельзя.

Подробностей схватки я не видел, но девушка умудрилась забрать обоих роботов. Судя по синеватым вспышкам – не без помощи гранат. К сожалению, эта вылазка стоила ей жизни – громадная разница в уровнях взяла своё. Поэтому юная мечница умерла гораздо раньше, чем сверкнул последний электромагнитный взрыв. Если в игре есть достижение – «героическая смерть», то она его точно сегодня заслужила. Надо будет мороженное ей купить, или что там любят в её возрасте…

Створка, наконец, сдалась под моим напором. Я от всей души саданул по ней ногой с разворота, и та нехотя завалилась внутрь. Всё, теперь осталось только закатить туда аппарат, а то бедняга учёный грозил свалиться из-за перенапряжения.

Мои мысли оказались пророческими – он действительно упал, но не от нехватки выносливости, а потому что в его беззащитную спину в комбинезоне прилетело несколько выстрелов из кинетического оружия. Я не дошёл до него всего несколько шагов и прекрасно видел, что огонь вёл ещё один крепкий андроид, походивший на того самого Т-800 из «Терминатора».

«Айл би бек», что тут скажешь…

Но логи врать не могли – все трое были безоговорочно мертвы, насколько это понятие применимо к механоидам. Видимо, их всё же было изначально четверо. Велиону тоже незачёт.

Помимо компактного пистолета-пулемёта, робот оказался вооружён ещё и лазерной винтовкой, но применять её вблизи взрывного устройства он поостерёгся. Хитропрошитый какой. Луч мог запросто прошить игрока насквозь и вызвать большой бадабум. Поэтому мне не оставалось ничего другого, как укрыться за бомбой, подпуская человекообразного охранника ближе.

– Сложите оружие и выходите с поднятыми руками! – проскрежетала железяка синтетическим голосом, осторожно приближаясь к препятствию.

– Вертел я тебя, на материнской плате!

Андроид приставным шагом принялся огибать тележку, но я, прекрасно разгадав его нехитрый манёвр, выскочил с другой стороны. Он всё же успел выстрелить дважды, но лучи полностью поглотили щиты. Правда, портативный ещё вдобавок и сгорел от перегрузки, но сейчас его потеря уже ничего не значила. Треугольный клинок света перерубил винтовку напополам, а вот повредить механической кисти не вышло – тело робота покрывала мыльная плёнка силового поля. Лучи лишь чуть ярче вспыхнули, но урона не нанесли.

Робот не успел выхватить одноручное оружие, как оказался повален на пол – я и не собирался тормозить, врезавшись в него на полной скорости. Рухнули мы в обнимку, как соскучившиеся друг по другу любовники. Вот только в партере он заметно растерялся – не приучали его к такому бою. А зря.

– Тебе это… не нужно! – прорычал я, с огромным усилием сворачивая его голову набекрень.

Давалось она тяжело – будто намертво заржавевший вентиль проворачиваешь, без предварительной смазки. Охранник активно сопротивлялся, оставив несколько внушительных вмятин на моей броне, но в какой-то момент его механические позвонки хрустнули, не выдержав дикого напряжения. Красный огонёк во впадинах глазниц постепенно стал затухать, а верхние конечности безвольно шмякнулись в стороны. Всё-таки укреплённая броня мечника заметно увеличивала Силу, являясь, по сути, сильно облегчённым экзоскелетом.

Выносливости считай, что и не осталось, но благодаря загодя принятому стимулятору она активно восстанавливалась. Разлёживаться было некогда – бомба замерла в нескольких десятках метров от цели.

Кряхтя, я поднялся на ноги и продолжил сизифов труд. Тяжелей всего пришлось у самой перемычки, где лежала вырезанная дверь. Когда протискивал тележку внутрь, помянул всех, кого припомнил, и даже не по одному разу. Инженеров, создателей игры, роботов, Скульпторов и Союз Антропоморфов, до кучи.

Схема станции больше не высвечивалась перед глазами, но ошибки быть не могло – это то самое место. С виду – ничем непримечательный отсек, сжатый со всех сторон вытянутыми кожухами охлаждающих приборов и широкими технологическими колодцами. Я собирался было подкатить бомбу к приблизительному центру располагавшегося уровнем ниже центрального компьютерного комплекса, когда в коридоре послышался многочисленный дробный топот. Будто на меня мчался табун подкованных лошадей.

Не успел.

Пришлось снова укрываться за агрегатом, но вот беда – чтобы его активировать, требовался доступ к панели управления, закреплённой с противоположной стороны. Времени мне на это бы точно не хватило – через считанные секунды в вырезанном проёме показались новые роботы, со вскинутыми лазерными и не очень винтовками. Их бы сейчас в осаждённые ярусы, сателлитов гонять…

Руководству станции можно было смело предъявлять нерациональное распределение защитных ресурсов. Переживи они этот день…

– Сложите оружие и выходите с поднятыми руками! – словно заезженная пластинка, затараторили дроиды.

– Вот это? – с усмешкой переспросил я, высоко поднимая зажжённый лучевой меч. – Уже складываю!

И с размаху опустил его прямо на корпус бомбы.

Глава 51

Больше всего на свете, мне хотелось две вещи – хоть немного поспать и прибить прохвостку Мишель, которая выдала мне такую лакомую информацию с ограниченным сроком действия. Жить флешке оставалось меньше двух часов, поэтому пришлось вставить спички в глаза и засесть за просмотр материалов, едва выбравшись из душа.

Благо, больше беспокоиться о результатах вылазки было не нужно. В оперативной сводке уже прошла информация об успешном запуске в космос всех абордажников, вместе с частью работников станции и защитников-игроков. Ну и прочим, кое-каким незакреплённым мусором. Змееросток справился на отлично, хотя и сам попал под раздачу. Обязательно нужно будет замолвить о нём словечко перед Дианой.

Сателлиты потеряли большую часть десантников, так что Талвро-19 теперь уже точно дождётся прилёта ударной группировки. Пусть и не в целости-сохранности.

А там и до положенных «Мясорубцам» преференций рукой подать. Пусть враг был ещё по-прежнему силён и опасен, многие в сети уже стали праздновать победу и готовить потихоньку транспорт для будущего сбора трофеев. Для серьёзных кланов обычное поле битвы не представляло большого интереса, а вот для мелких групп такие удалённые свалки являлись излюбленным лакомством. Правда, из-за большого количества желающих, потасовок не избежать, но такая перспектива только добавляла «перчинки» мероприятию.

Мне же было совсем не до веселья. Союз выкатил такой серьёзный штраф за вредительство и саботаж, что хоть удаляй персонажа и начинай всё заново. Тут уж одними рудниками не отделаешься, придётся конкретно так посидеть в одной из тюрем. Со всеми вытекающими и втекающими. С другой стороны – если я всё же решусь на аннигиляцию Куладуна, дорога в «Новые Горизонты» мне будет навсегда закрыта. Такая вот защита от злостных игровых хулиганов…

Вся надежда теперь возлагалась на Хреноватора, точнее – на его желание продолжать наше сотрудничество. Сейчас, как никогда, пришло время проверить, кто он есть на самом деле – хладнокровный делец или авантюрист, готовый рискнуть и поставить на карту всё. Слить ретивого компаньона сейчас было проще всего, даже без особых репутационных потерь. Костяк клана уже сформирован и банкротство ему вряд ли грозит, особенно в нынешнем положении.

Для многих руководителей это был бы вполне логичный ход, но только не для того человека, который назвал звездолёт «Флюгегехайменом»…

Отринув дурные мысли, я сосредоточился на изучении скинутой информации.

Взглянуть там было на что. Отчёты специалистов, графики покушений, выкладки криминалистов…

Освоить весь этот массив информации мне бы и за неделю не удалось, поэтому я сосредоточился лишь на выжимках, шедших отдельными небольшими файлами. Многое из прочитанного и увиденного подтверждало слова Болеслава о том, что основную часть погибших составили люди, находившиеся в стационарных помещениях. Не важно, под охраной или нет. Ещё общей чертой в жертвах было то, что «Призраки» старались выбирать жертв среди известных в сети игроков, «ноунеймы» интересовали их в последнюю очередь. Исключения составляли лишь «серые кардиналы», рулившие кланами из тени. Но число таких было очень мало.

Аналитики связывали это с несовершенством сети информаторов, а у меня промелькнула мысль, что они намеренно хотят поднять шумиху. Вот только зачем? Чтобы за ними охотилось как можно больше народу, включая правительственные организации? Глупо как-то.

В любом случае, их самоуверенность и беспринципность била через край.

Стало доподлинно известно, что все, кто так или иначе контактировал с этой таинственной группировкой – сливал информацию, или наоборот собирал её, были безжалостно зачищены. Без экзотики. Методы оказались вполне стандартные – расстрел, инсценирование несчастного случая или попытки ограбления, и всё в таком духе. Иногда отдельных исполнителей получалось найти, но они к тому времени уже успевали сильно остыть.

Сразу вспомнились те два олуха, которые должны были «контролить» Георгия. Вряд ли им, после разгрома всей его группы, светила дальнейшая работа…

Поэтому вывод здесь напрашивался вполне очевидный. «Призраки» – это устоявшаяся преступная структура, основанная выходцами из различных спецслужб. Пока была непонятна их основная мотивация, так как обогащение из-за дестабилизации игровой среды прослеживалась весьма смутно. Но, даже если она не видна, это не значит, что её нет. На деятельность такой группировки требуются солидные бабки, и вряд ли они получены от сочувствующих меценатов.

Во всём должна быть экономическая подоплёка. Миром правит капитал.

А бухгалтерии, между тем, в документах имелся самый минимум, что на мой взгляд являлось сильным упущением. На чём следовало заострить внимание, так это на том, какой доход может быть с убийства игроков и последующего развала их кланов. Перепродажа игровых активов? Падение каких-то индексов? Чёрт его знает, слипшиеся мозги уже окончательно перестали что-то соображать.

Напоследок, краем глаза, проглядел отчеты криминалистов. Особенный интерес вызвала небольшая заметка, что орудия убийства каждый раз были уникальными. Вот это поворот…

Но со специалистами не поспоришь. Раны одного типа пусть и немного, но отличались друг от друга. Тем более, некоторые из них не могли быть нанесены, так сказать «вручную», ни при каких обстоятельствах. Другими словами – человек ударить так не способен чисто физически, даже если у него руки будут расти под другим углом. Вот и сваливай это на что хочешь, вплоть до инопланетного вмешательства или пресловутого волшебства.

Все эксперты сошлись лишь в одном – они в глубоком тупике, и не представляют, как такое вообще возможно.

Чудесно, что тут ещё скажешь.

В какой-то момент я поймал себя на мысли, что продолжаю тупо пялиться в пустое пространство, где совсем недавно в воздухе висел рабочий экран. Увы, но время, отпущенное на ознакомление, истекло. И продлить его можно было лишь одним способом – вернуться к роли послушного пушечного мяса. Вряд ли в серьёзной охранной организации так высоко оценили мои скромные возможности. Мишель как раз обмолвилась, что они потеряли немало агентов – вот и затыкают кадровые дыры, как могут. Наверняка и «булаты» согласились на авантюру с размороженными не просто так.

С другой стороны – выбора у меня особо и нет. А там, глядишь, получится зацепить какую-то ниточку.

Додумывал это всё я уже лёжа на матрасе, а в следующее мгновение меня разбудил настырный перезвон, раздававшийся в апартаментах. На ощупь нашарил коммуникатор, но он, как и положено умному прибору, который не хочет быть разбитым об стену, оказался на беззвучном режиме. Тихонько завибрировал под пальцами и тут же затих.

Гадство. Кто ж так жить не хочет?

Едва я продрал глаза, как увидел такую же сонную Эльвиру, запахивающую халатик. Отчаянно зевая, девушка направилась ко входной двери, на ходу поправляя всклокоченные золотисто-рыжие волосы. И судя по примятой второй подушке, что обнаружилась на матрасе рядом с моей, я ночевал явно не один. Ипатьевский монастырь…

Стоило повернуть голову, как глаза тут же зацепились за несколько пустых бутылок вина, стоящих прямо на полу в окружении этикеток от еды и прочего мусора. Ах да, и ещё свечи, до полноты картины. Тоже на дорогом паркете и на барной стойке, несколько. Прям романтическая идиллия какая-то.

Хорошо, что я не пил ни капли, иначе от такой картины точно бы поседел окончательно. Кстати да – упущение. Схватив ближайшую бутылку, я вылил остатки выдохшегося напитка в себя, чтобы не смущать отсутствием амбре дорогих гостей в форме. Те уже топтались на пороге, окружённые порхающими бабочками.

Их оказалось всего двое – молодой участковый, бросавший на юную хозяйку весьма недвусмысленные взгляды, и внушительного вида широкоплечий опер с тёмными от густой щетины щеками и подбородком, резко контрастирующими с бледной кожей. Был у меня один сослуживец с подобным типом волос – скоблил щетину два раза в день, и всё равно выглядел, будто с позавчерашнего дня к бритве не прикасался. А лысеть наоборот, начал рано – уже в двадцать три. Опер густой шевелюрой тоже похвастаться не мог, поэтому стригся очень коротко.

Эльвира, пригласила их внутрь, и представители закона устроились на стульях рядом с обеденной зоной. Я принялся наскоро одеваться дрожащими руками, всей кожей ощущая на себе неодобрительные взгляды. Давненько себя так паршиво не чувствовал.

Полицейские не стали откладывать цель своего визита в долгий ящик и «ошарашили» сиротку тяжёлой новостью. Та к счастью, выдавливать из себя фальшивые эмоции не стала, а вполне правдоподобно захлопала глазами. Лишь после того, как опер повторил, что с её матерью случилась трагедия, она «въехала» и принялась непонимающе озираться, будто пытаясь переварить сказанное. Больше оставаться в стороне было нельзя – я подошёл и обнял её, вроде как утешая.

А не то её растерянность грозила перейти рамки дозволенного. На слёзы же она и вовсе была не способна.

– А вы, собственно, кто будете? – поинтересовался слуга закона, доставая угловатый планшет.

– Кирилл Демченко, – пожал я плечами.

– Ясно, а где вы были вчера в одиннадцать вечера?

– Да тут же, – я кивнул в сторону наших капсул.

Опер черкнул что-то в планшете и спросил тоже самое у моей «сожительницы». После чего последовали стандартные вопросы о её матери, где Эльвира, не кривя душой, поведала чистую правду об их непростых взаимоотношениях. Правда, слова о том, что именно она должна была стать жертвой, вслух так и не прозвучали. Вряд ли из-за того, что выяснить этого они ещё не успели – вся переписка покойной уже давно должна была лежать на столе у следователя. Скорее всего, эту информацию решили пока что не разглашать.

Записав всё в свой электронный блокнот, полицейский с его же помощью распечатал два простеньких протокола опроса, которые мы без проблем подписали. Просто и быстро, а главное – никуда ехать не надо. Хотя я не сомневался, что дело на этом не закончится и как минимум Эльвире всё же предстоит поездка на вдумчивый допрос, когда будут установлены все обстоятельства преступления. Пока что она даже на свидетельницу не тянула.

Получив всё, что хотели, товарищи полицейские вынуждены были откланяться, к неудовольствию участкового. Мы же заказали себе стандартный завтрак и уселись за барную стойку.

– И когда ты это всё успела сделать?

Я хотел было взять огарок, но тот намертво прилип к столешнице, прихватившись многочисленными застывшими каплями. От фитиля шёл отчётливый запах дыма, так что без настоящего огня тут точно не обошлось.

– Ты уже вырубился, – улыбнулась девчонка, сверкнув разноцветными глазами, под которыми залегли тёмные круги. – А мне не спалось как раз. Натурально получилось, правда?

– Только не думай, что это всё горничная будет убирать, – предупредил я её.

– А что такого? – она ещё раз обвела взглядом весь живописный беспорядок.

– Хватит с меня на сегодня позора…

Она недовольно фыркнула и направилась в душ, приводить себя в порядок. Лентяйка. Я же собрал в мусорный пакет все, до чего смог дотянуться, и полез в сеть за новостями. Пусть по ощущениям и не скажешь, прошло уже несколько часов с момента. когда моя голова коснулась подушки.

Интересного в ленте хватало с избытком, но главным событием стало моё восстановление в должности. Хреноватор показал себя с лучшей стороны, подтвердив, что моей интуиции стоит доверять. Правда, отношение Союза ко мне лично всё равно просело очень серьёзно. Да и плевать, лишь бы не признали врагом народа, а всё остальное как-нибудь переживу.

Атака сателлитов была успешно отбита, уйти удалось лишь одному крейсеру, да и то – с дырой в корпусе. Ударная группировка сейчас вела неспешную погоню за ним, надеясь, что бывший флагман выведет их к одной из баз Скульпторов. Станцию спешно восстанавливали, назначив нового начальника, который принялся раздавать всем положенные плюшки. Судя по заметке, выше всех руководство отметило вклад «прососовцев», чья шайка умудрилась продержаться дольше всех, чем немного отстрочила десант. «Системщики» же окончательно потеряли авторитет в регионе и были вынуждены расформировать обанкротившийся клан.

А вот про мой вклад в выдворение всей этой орды обратно в космос не было сказано ни слова. Да, сателлитов выдуло вместе с воздухом за пределы станции, но без непосредственного участия «Мясорубцев». Официальная версия случившегося – ряд технических поломок во время штурма. Во как.

Особенно смешно это звучало для шестидесяти с лишним тысяч зрителей, смотревших наши злоключения в прямом эфире. За мной уже закрепилась кличка «Непризнанный диверсант». А добровольные взносы, кидаемые людьми, в сумме превысили пять синткоинов. Их я получил немедленно, а вот расчёт за трансляции должен был прийти лишь в конце месяца, за которым уже отчётливо маячила зима.

Вот время-то летит…

Деньги, после недолгих раздумий, я всё же конвертировал в рубли, так как последние события выскребли кошелёк до самого дна. А зарплата из доходов клана предполагалась лишь в далёком светлом будущем. Пока же мы с Болеславом лишь без конца вкладывались в предприятие, пуская всю прибыль в оборот. Бизнес и в игре тоже бизнес, никуда от этого не деться.

Партнёр набросал коротенькое поздравительное сообщение, настоятельно попросив не заходить сегодня в игру. Пока я всё ещё являлся «персоной нон грата», и подлежал немедленному аресту. В данный момент псионик выбивал мне помилование и заодно обсуждал дополнительные награды, положенные за участие в обороне. В том числе, и за устранение эсминца.

Восстановленные корабли должны были пригнать уже завтра, а вот на счёт остального приходилось отчаянно торговаться. Союз хотел минимизировать свои потери и предлагал различные бонусы и скидки, а вот на твёрдую валюту оказался неожиданно скуп. Но я не сомневался, что настойчивый до одержимости Хреноватор не отцепится от несчастных персонажей, пока не вытрясет из них всё что можно и даже нельзя.

Вот так неожиданно у меня появился выходной. Большую часть которого я бессовестно проспал, но всё же.

Когда посвежевшая Эльвира вернулась из душа, к нам пожаловал праздничный завтрак, который по времени больше походил на ужин. Мы с девушкой неспешно перекусили, обмениваясь впечатлениями от прошедшей битвы, после чего я решил немного прогуляться. Нужно было зайти к бабе Нюре, выразить благодарность, а в идеале – ещё и встретиться с Шельмой. Всё же, помимо толстого кнута она предлагала вполне вкусный пряник.

– Я с тобой! – немедленно выпалила Эльвира, стоило мне взять в руки коммуникатор.

– Нет уж, – отрезал я. – На тебе уборка, и отдых.

– Ну, аллесс…

– У тебя уже круги под глазами, – укорил я её, видя её кислую физиономию. – А ты мне нужна выспавшаяся и здоровая. Будешь себя хорошо вести, в следующий раз возьму.

– Хорошо, но знай – у меня очень хорошая память! – пригрозила она, с плохо скрываемой радостью.

– Учту.

Маша ответила на моё сообщение сразу, будто дежурила у коммуникатора, и предложила встретиться в том же месте, через полтора часа. Прикинув свой маршрут, я чуть передвинул время, чтобы успеть заскочить на Барахолку. Шпионка не возражала.

Вызвал такси через специальное приложение и уже одеваясь, поймал себя на мысли, насколько уже я освоился в этом мире высоких технологий. Ведь и полгода ещё не прошло…

А вот над посёлком изгоев время было не властно. Всё те же хибары, собранные из говна и палок, всё те же усталые люди, для которых каждый новый день был вызовом системе. Баба Нюра, будто вчера приехавшая из глухой русской деревеньки, идеально вписывалась в здешнюю атмосферу. Женщина приняла меня в своём жилище, снаружи похожим на ветхий сарай, но внутри обставленным с любовью и со вкусом – вполне дорогой мебелью и декором. Преимущественно, из настоящего дерева.

– Ну здравствуй, касатик, – она обняла меня, как родного. – Опять набедокурил?

– Нет, просто «спасибо» заехал сказать, – покачал я головой. – Выручила ты меня, в который уже раз.

На широком столе с резными ножками мигом возник пузатый самовар и не менее пузатая бутыль без этикетки. Так сказать, на выбор. Я предпочёл чай. Он оказался ожидаемо неплох, хоть и отдавал травами.

– Так что делать, милай ты мой, – вздохнула женщина. – Ежели ты влипаешь постоянно…

– Так получается, – развёл я руками.

Баба Нюра хитро прищурилась, прихлёбывая терпкий чай из тонкой фарфоровой чашки.

– Совсем-совсем ничего не надобно?

– Ну, разве что, трость себе новую присмотреть, – признался я. – Ходить неудобно…

– А та тебе чем не угодила? – она нарочито вскинула посеребрённые брови.

– Так сгорела же она. Вроде бы…

– Да ну! А это тогда что?

Женщина едва пошевелила пальцами, и в домик тут же залетел молоденький паренёк, неся знакомую трость-шпагу на вытянутых руках. Это была точно она – я прекрасно помнил рукоять до самой последней царапинки. Осторожно положив орудие преступления на стол, молодой помощник был таков. Телепатически она с ним общается, что ли?

– И как это понимать? – напрягся я.

Без этой улики вся наша, и без того шаткая, постановка разваливалась, словно карточный домик.

– Не переживай, – успокаивающе улыбнулась баба Нюра. – Там другой клинок нашли. Точно такой же, но другой. Этот… Слишком дорог, чтобы вот так полицаям его отдавать.

– Но ты его мне вручила – почти первому встречному… – напомнил я.

– Ну ты-то далеко не первый, – она усмехнулась каким-то своим мыслям. – Да и пускаешь его в ход сугубо по делу, так что носи на здоровье. Кровушку мы удалили, можешь хоть под синими лампами с ним гулять – ничего не засветится.

– Спасибо конечно, – я взял трость со стола и привычно пристроил у ног. – Но зачем такие хлопоты?

– Должок перед нами образовался, – поведала женщина куда серьёзней, поправляя платок. – Дошла и до нас молва об этих нехристях, которые немало невинных душ погубили. В том числе – и дитяток. Мы сами здесь – далеко не агнцы, но такие дела среди нас не приветствуются. Совсем. Ежели бы узнали их в городе, сами бы притопили, без дополнительной оплаты.

– Приятно слышать, но свой «взнос» я требовать назад не собираюсь.

– Я так и думала… Посему смотри внимательно.

Женщина достала из-за пазухи небольшой кожаный кисет, в котором помимо табака оказался сложен маленький листочек бумаги. Вот его она мне и продемонстрировала издали, не вручая в руки. На нём был довольно разборчиво написан чей-то адрес, без пояснений.

– Что это?

– Запомнил, касатик? – вопросом на вопрос ответила она.

Дождавшись моего утвердительного кивка, баба Нюра сноровисто набила выуженную из-под стола деревянную трубку табаком и подпалила её той самой бумажкой. По комнате разнёсся запах дыма с заметным привкусом смородины.

– Приходили намедни люди, вынюхивали про человека, похожего на тебя, – женщина глубоко затянулась. – Вот там-то они и живут. Только смотри – хата эта съёмная, долго они там не задержатся.

– Вот за это низкий тебе поклон, – обрадовался я. – Прям до земли!

– Не надо, – махнула она свободной рукой. – Успеется ещё с ней, родимой, обняться…

Глава 52

На «свидание» опоздали мы оба, но тому была веская причина.

– Дались тебе эти сувлаки… – сокрушённо заметила Шельма, дожёвывая последнюю порцию.

Которую, между прочим, выхватила у меня из рук в последний момент.

– Ага, то-то ты их не меньше меня схомячила!

– Я просто сегодня ещё ничего не ела, – призналась женщина. – Но это не здоровая еда. Нет. В следующий раз меню выбираю я сама.

– Да пожалуйста, только без ваших лягушечьих лапок. Или улиток.

– Фи, что за штампы! – возмутилась она. – Хотя, чего ещё ждать от размороженного полуфабриката вековой давности…

Я не стал её поправлять – хотя был уверен, что в «Секьюрити Крокус Групп» прекрасно знают, с кем именно имеют дело. Одно предложение сотрудничества чего стоило. Кому попало его не делают, а значит – кое-какие данные они там уже успели нарыть.

Наверняка и смерть Георгия они вычислили, судя по одной из её оговорок. Хотя взрыв его «Мерседеса» числился нынче вовсе не терактом, а лишь фатальной неисправностью, иногда имевшей место быть. Оказалось, что с переездом от двигателя внутреннего сгорания на иные топливные элементы опасность возгорания самого автомобиля существенно возросла, но несчастный случай там и близко не стоял. Сам едва не упал, когда прочитал об этом в новостях. Видимо, кто-то очень не хотел огласки и «замял» дело.

Возможно, сам «Б.У.Л.А.Т.», не желающий светить подробности работы своего работника. Не в их интересах, чтобы в этом копались следователи, ибо тогда придётся отвечать на множество неудобных вопросов. В том числе – и о моём происхождении.

Пока что Кирилла Демченко зачислили обратно в штат как «свободного подрядчика», не без активной помощи Мишель, но в любой момент моё положение могло измениться. И хорошо бы, если вектор перемен зависел от наших успехов на поприще борьбы с «Призраками». Или что там у них.

А результаты уже были – до этого живые исполнители «Крокусам» на глаза не попадались. Поэтому мы с новым куратором смаковали греческую кулинарию не за столиком ресторана, а внутри неприметного микроавтобуса, напичканного спецоборудованием по самые брызговики. Хотя большая часть этого добра была умело скрыта, а всё внимание привлекал огромный голографический экран, занимавший всю внутреннюю часть правого борта. Изображение, разбитое на секции, транслировало в реальном времени обстановку на всех ключевых участках многоэтажного дома, вплоть до парковки.

Да, того самого, где квартировались те, кто был так или иначе причастен к устранению группы Георгия. И я готов был поставить на кон любимую левую почку, что оттуда торчали уши «Призраков».

Сработали подчинённые Мишель быстро и без помарок. С помощью мелких шпионских дронов расставили следящие устройства, где только можно, обойдя вниманием только сами внутренние покои. Там вполне могли находиться сканеры, которые без труда засекли бы посторонние приборы, всполошив ребят раньше времени. Поэтому о том, что творится внутри логова, пока можно было лишь догадываться. Но именно что – пока.

Предстояло снять соседние апартаменты, хотя бы для банальной акустической прослушки. И много чего ещё.

Но даже такая первичная рекогносцировка уже принесла серьёзные результаты. Пока мы трапезничали, были установлены личности двух боевиков, вернувшихся из какой-то поездки на частном внедорожнике. Оперативности «Крокусов» можно было только лишь позавидовать – уже через несколько минут у нас на руках имелись вполне сносные досье.

Один оказался комиссованным морпехом из Тихоокеанского флота, другой – бывшим полицейским, не так давно уволенным из-за превышения служебных полномочий. Судя по имеющейся информации, оба на данный момент являлись безработными. Ага, как же – один их транспорт чего стоил, да и снимали они жильё отнюдь не в дешёвом районе на окраине мегаполиса.

Их можно было брать прямо здесь и сейчас, но ничего путного этот шаг нам бы не принёс. Намного соблазнительней выглядела возможность проследить всю цепочку посредников до самого верха. Которая немедленно прервётся, стоит нам потревожить хотя бы одно из звеньев.

Так что мы пока что спокойно ужинали, изредка поглядывая на мониторы, если в поле зрения объективов попадало что-либо интересное. На улице давным-давно стемнело, но современным технологиям темнота больше не приносила больших проблем. Эх, мне бы такие игрушки в своё время…

– Хорошо, можешь считать, что договор с твоим кланом уже заключён, – благосклонно изрекла Мишель, вытирая руки. – Это хорошая работа. Лишь бы они оказались теми, кто нам нужен…

– Никому другому моя персона не интересна, – возразил я. – Кроме, разве что, правительства.

– Поверь, тогда бы твоя история уже давно бы закончилась, – усмехнулась женщина. – Стоит кому-нибудь действительно влиятельному человеку захотеть, и он найдёт тебя в считанные секунды. Но к счастью, все наши шпионские игры для них – просто мелкая возня детей в песочнице.

– А разве убийства игроков не роняют имидж правоохранителей? – удивился я.

– В масштабе даже этой страны – это смех, не говоря уже о мировом.

– А как же сами убийства?

– Есть мнение, что способ уже раскрыт, но не придаётся огласке. Пока страдают обычные граждане, никто и пальцем не пошевелит. Покушения никак не сказывается на количестве людей, каждый день уходящих в виртуал. Значит, и нет поводов для беспокойства. А вот появление поддельных личностей, вроде тебя – угроза куда существенней. Тут власти отреагируют молниеносно, будь уверен.

– Ну, спасибо…

– Пожалуйста, обращайся, – обворожительно улыбнулась она.

– А что на счёт кое-какой дополнительной помощи? – сразу взял я быка за рога.

Точнее – бурёнку. Но Машка оказалась весьма строптивой, и не хотела послушно идти в стойло.

– Кул, не наглей. Мы не работаем на тебя. Я и так пошла навстречу, организовав защиту твоего клана. На большее пока не рассчитывай. Будут результаты, тогда и поговорим.

Спорить было бесполезно, но попробовать выцыганить себе ещё немного ништяков всё же стоило. По крайней мере, теперь я знал, что «дополнительные услуги» вполне возможны. При наличии успехов.

– Хорошо, но раз ты теперь отвечаешь за безопасность «Мясорубцев», то вот тебе информация к размышлению.

Я скинул ей игровой профиль Дианы, а также все данные, которыми она поделилась с нами, вступая в клан.

– Что с ней не так?

– Подозрительная личность, – пояснил я. – Возможно она не та, за кого себя выдаёт.

– Так в чём проблема? Уволь её.

– Если бы так просто всё решалось…

– Что мешает? Запал на неё?

– Упаси бог, – перекрестился я. – Просто она очень хороший пилот, и заменить её кем-нибудь будет очень сложно.

– Не беспокойся, в любом случае будут проверяться все ваши участники, до последнего человека. Так и быть, на этой персоне заострят внимание.

Микроавтобус тронулся с места, увозя нас прочь от гнездовья боевиков. От предложения подбросить меня прямо к дому я снова отказался, выйдя на улицу всего через несколько кварталов. Несмотря на глубокую ночь, общественный транспорт исправно курсировал по городу, так что даже такси брать не пришлось. Заодно немного прогулялся, любуясь неоновыми вывесками и летающими голограммами, казавшимися в темноте почти настоящими. Голову проветрил.

В апартаментах меня встретила хмурая Эльвира, упражняющаяся с деревянным макетом меча. Судя по её блестящей коже и неровному дыханию, продолжалась тренировка уже давно.

– Кушать будешь?

– Нет, я бы поспал, пожалуй.

– От тебя духами пахнет, – девушка хищно потянула носом. – Женскими.

– И что? – не понял я наезда. – Просто представитель безопастников, представь себе – женщина. Зато у нас теперь есть с ними договор.

– Много они помогут, если за нами «Призраки» придут, – скривилась она.

– Помимо них хватает всякого отребья, – возразил я, пристраивая трость на привычное место в прихожей. – А так к нам будут охотнее в клан проситься.

– А это у тебя откуда?!

Девушка удивлённо уставилась на замаскированное оружие.

– Баба Нюра подогнала. Снова.

– А как же…

– В ангар подкинули другой клинок, с похожей геометрией. Сам не в восторге, но ничего уже не изменишь.

– Может, выбросить? – резонно заметила Эльвира. – Вдруг попадёшься на глаза полиции?

– Мы им неинтересны. Тем более я – инвалид со справкой.

– У меня участковый номер взял. Он обязательно придёт.

– Это потому что ты ему просто понравилась, а не из-за того, что вызвала какие-то подозрения. Забей.

– Понравилась? – озадаченно переспросила она.

– Ну да, ты у нас девушка красивая, плюс уже вполне взрослую жизнь ведёшь…

– Правда? – обрадовалась Элли, крутанувшись в сложном пируете.

– А то ты не знаешь, – проворчал я. – За тобой не ухаживали, что ли?

– Почему, ухаживал один, – чуть смущённо ответила она. – Но я ему нос сломала…

– Сказал бы – тяжёлый случай, но какие твои годы. Ещё встретишь своего принца на белом самолёте.

– Нет, – твёрдо заявила она. – Не хочу такого. Все состоятельные парни – мудаки.

– Это потому что им богатство даётся слишком легко, – пояснил я нехитрую истину. – А вот те, кто добился всего сам, куда более достойные люди.

– Но я же сама ещё ничего не добилась!

– Ты меня спасла, а это не так уж и мало.

– Вот поймаем «Призраков», тогда и…

– А вот от этого я бы хотел тебя по возможности избавить. Ты и так в последнее время сильно рисковала.

– Но не по твоей же вине!

– А если я тебя втяну в разборки с «Призраками», это уже будет целиком на моей. Так что не спорь.

– Ну и ладно.

Девушка отвернулась, мотнув убранными в хвост волосами, и со стуком забросила учебный меч в крепления на стене. За время моего отсутствия она смогла привести квартиру в относительный порядок, но, кажется, так и не ложилась спать. А ведь наш спонтанный выходной стремительно подходил к концу, приближая суровые трудовые будни.

Надо было всё же один из инъекторов себе оставить…

– Давай на боковую, – примирительно предложил я. – Завтра нам на станции или повестку вручат, или награду. В любом случае, надо отдохнуть. Возражения есть?

– А-а… – девушка набрала в грудь воздуха и дрожащим голосом спросила. – …Можно мне остаться?

– Где? – не понял я.

Она порывисто вздохнула.

– С тобой.

– Чего?!

Мой разум пару секунд отчаянно пробуксовывал, пока взгляд не наткнулся на вторую подушку, так и лежавшую на матрасе. Ну вот, приплыли.

Сейчас начнётся – мне не нужен принц, и всё в таком духе, мне нужен ты. Потрёпанный жизнью инвалид, с протёкшей крышей и кучей врагов, как в прошлом, так и в настоящем. Жених хоть куда, ничего не скажешь. Мечта.

– Так, давай-ка поговорим серьёзно.

– Х-хорошо.

Я сел за барную стойку, остро жалея об отсутствии чего-нибудь покрепче, и приглашающе пододвинул соседний табурет. Пунцовая девушка осторожно на него присела, опустив худые плечи. Такой мне её ещё видеть не доводилось. Даже когда её заказала собственная мать.

– И что это сейчас было? – нарушил я затянувшееся молчание.

– Просто… – кое-как выдавила она из себя. – Не могу заснуть…

– И ты подумала, что в постели с мужиком тебе будет спокойнее?

– Нет, но…

– Элли, пойми – у нас с тобой ничего не получится. Я был против того, что ты идеализировала мой образ, а сейчас это уже вовсе перебор.

– Почему? – в её глазах заблестели слёзы.

– Я думаю – это вполне очевидно.

– Да мне уже скоро восемнадцать! В моём возрасте уже все…

– Не поэтому, – покачал я головой. – Хотя становиться педофилом тоже не охота.

– Но ты же сам сказал, что я – красивая!

– И сейчас повторю – ты прекрасная девушка. Лучше и не бывает. Твоему мужчине крупно повезёт с тобой, но не мне. Я люблю другую.

– Эту Шандайн?! – со злостью предположила младшая Рассохина, сжав кулачки.

– Дура! – не выдержал я. – Жену свою, Лидию.

В огромных разноцветных глазах, расширившихся от осознанья собственной глупости, можно было утонуть. Элли что-то сдавленно пискнула, зажав себе рот ладонью, и опрометью бросилась прочь.

Я посмотрел на укоризненно качающую головой супругу, стоящую поодаль, и развёл руками.

– Блин, ну ты же знаешь – все эти разговоры не мой конёк…

Лидия резко повернулась ко мне спиной и впервые на моей памяти растаяла, беззвучно хлопнув потусторонними дверьми. Почесав бестолковый затылок, я не придумал ничего лучше, чем завалиться снова спать.

Все дрова были уже наломаны.

На этот раз время в царстве Морфея прошло куда более заметно. Даже снилось что-то, помимо уже порядком приевшихся кошмаров. Изо всей круговерти запомнился лишь Георгий в изодранном костюме, пытающийся мне втолковать какую-то важную мысль. Бывший куратор постоянно тыкал меня носом в свой коммуникатор, но до меня так и не дошёл его посыл. Ведь покойный безопасник имел обыкновение стирать всю информацию в сети, а сам физический носитель был безвозвратно уничтожен взрывом.

Проснулся я строго по будильнику, обнаружив, что Эльвира уже в игре. На душе стало чуть легче – от взбалмошной девчонки можно было ждать чего угодно, что нормальному человеку и в голову не придёт. Всё же вчера я слишком резко обрубил её романтические мечты, но на то была веская причина – мои неуклюжие попытки смягчить жестокую правду могли дать ей ложные надежды. И в итоге всё получилось бы гораздо хуже. Хотя, куда уже…

Нельзя сказать, что мне не нравилось на неё смотреть. Было в ней что-то такое – яркое, притягательное. Может быть, в иной жизни…

Но в тот момент, когда на моих руках скончалась Лидия с нашим ещё не родившимся ребёнком, во мне умерла та самая часть души, которая отвечает за любовь и прочую чепуху. Осталась лишь выжженная оболочка, не способная ни на что, кроме мести. Её я давным-давно исполнил, но зла в нашем мире оставалось ещё слишком много, чтобы вот так просто уходить на покой. Не в мою смену.

Пусть борьба с ним шла задолго до моего рождения, и продолжится после меня – это не повод опускать руки. Даже если зла станет всего на чуточку меньше, уже можно будет смело сказать, что Клим Денисов жил не зря.

Признаю – звучит пафосно, но так оно и есть. А пока моё сердце ещё бьётся, нужно продолжать охоту. Пошла загрузка!

Рано или поздно «Призраки» допустят ошибку. Например, посчитают меня легкой добычей. Обычным геймером, не способным самостоятельно муху на потолке убить…

Вот тогда можно будет считать, что Георгий с Эдуардычем поступили правильно, призвав меня обратно.

Я ожидал, что в игре меня будет встречать сам Болеслав, но вместо него у капсулы дежурили неразлучные Крокот с Нечаянным, компанию которым составила стрелок Миними – обладательница самого убойного оружия во всём клане. И это восвсе не снайперская винтовка.

– Привет, босс! – добродушно прогудел рептилоид. – С возвращением!

– Ага…

На меня свалился такой ворох системной информации, что все остальные приветствия прошли уже мимо ушей. Разбирать всё это пришлось несколько минут, чтобы хотя бы снова обрести возможность нормально видеть. Давно надо в настройках оповещений покопаться. Бардак просто.

Большинство сообщений, пусть и обладавших высшим приоритетом важности, сейчас оказались устаревшей шелухой – Хреноватор с самого утра успел сообщить, что все обвинения с меня сняты. Правда, отношение ко мне так и не восстановилось, так что покупать вещи мне предстояло теперь исключительно через посредников, а о получении квестов можно было и вовсе не заикаться. Благо, это не распространялось на весь клан.

И ради этого «Мясорубцам» пришлось значительно урезать собственные преференции, ограничившиеся лишь восстановленными кораблями, да небольшими бонусами к репутации и ценам на рынке. Не самый плохой расклад, но могло быть и получше – ведь одно уничтожение эсминца сулило нам щедрое вознаграждение. Скупердяи. Видимо, новое руководство станции так и не оценило мой вклад в выдворение всех абордажников в космос. Вот и думай теперь, кто они больше – неблагодарные уроды или хитрозадые жмоты.

Из приятных новостей имелся лишь значительный буст опыта, рухнувший на меня после окончания осады. И, как ни странно, туда же приплюсовалась награда за устранение кучи дроидов и прочих охранных систем, расщепившихся вместе со мной на молекулы. Таким образом, я всеми правдами и неправдами достиг девяносто первого уровня – шутка ли! Остальные лидеры клана едва восьмой десяток разменяли.

Вспомнив о своей суицидной кончине, я, спохватившись, полез в инвентарь, но лучевой меч оказался на месте. Сработала-таки привязка, иначе мой баланс точно бы в минус ушёл. После лазерного клинка брать в руки обычный уже не хотелось.

Покончив с разбором сообщений, я выбрался из капсулы и облачился в протянутый Крокотом комплект средней брони мечника, уже раскрашенный в цвета клана – серебристо-стальной и красный. Небольшой зал, где мы накануне схватились с отрядом сателлитов, спешно приводили в порядок усилиями целой бригады ведроидов, под предводительством нескольких уставших ремонтников. Одни роботы демонтировали разбитые капсулы, другие протягивали новые кабели взамен перебитых, меняя повреждённые технические узлы, а остальные дружно латали пробитую стену.

Глядя на суетящихся рабочих, буквально падающих от усталости, стало немного неловко из-за того, что большая часть разрушений была на моей совести. Вы уж простите, ребята…

Игроки терпеливо дождались, пока я окончательно соберусь, и повели меня в нашу штаб-квартиру. Мне это бы вполне удалось и в одиночку, но статус не позволял. Что клан-лидер, что его зам поодиночке не передвигались даже в условно безопасных зонах. В первую очередь – из-за персонажей, которые могли запросто понизить уважение слишком «приближенному к народу» руководителю, да и нападения вражеских шпионов никто не отменял. А у таких людей обычно в инвентаре попадаются очень дорогие вещицы. Мало ли, что выпадет после смерти.

Если раньше «Мясорубцы» ютились в нескольких отсеках, особо не защищенных от посягательств других игроков, то сейчас под нужды клана выделили целый ярус в четвёртом секторе, который доблестно защищал Хреноватор с ополчением. Это уже больше не был проходной двор – все подходы контролировались охранными турелями и самими игроками. Посторонние могли попасть внутрь только при наличии пропуска и передвигались там исключительно в сопровождении «мясорубцев».

Места теперь было просто завались, отчего сразу вскрылась наша самая болезненная проблема – недостаток людей. Их банально не хватало, чтобы ярус выглядел хотя бы отдалённо обитаемым. Пока мы шли к Болеславу, нам навстречу попалось лишь трое, и то – все оказались членами экипажа «Твоей бабушки».

Пожалуй, если собрать в рейд оба наших звездолёта, то здесь и вовсе станет, хоть шаром покати. На данный момент в клане числилось шестьдесят два человека, но четверть из них ещё находилась на испытательном сроке, а значит – пришли совсем недавно. Придётся выходить с урезанными экипажами. Долго отсиживаться на станции не получится – клану как воздух нужны ресурсы и валюта, без них его быстро задушат конкуренты-сорняки.

И всё это добро находилось на расстоянии нескольких минут лёта от станции.

Можно было не сомневаться – как только от руководства Талвро-19 поступит разрешение на разработку поля боя, туда ринутся все, кому ни лень. В том числе, и наши горячо нелюбимые конкуренты. С двумя кораблями нам придётся очень туго, но я надеялся урвать кусочек с самого края лутовой зоны. Вдруг повезёт наткнуться на обломки чего-то существенного, а не одних лишь реплик, котирующихся лишь в качестве обычного металлолома.

Но для этого следовало основательно подготовиться, чтобы не пополнить недавнее поле боя своими обломками. В этот раз халявного восстановления не будет – придётся платить до половины стоимости звездолёта. И это, ещё учитывая улучшившееся отношение Союза к клану. Дорогое удовольствие – корабли терять.

Всеми этими мыслями я собирался поделиться с Хреноватором, но тот уже в привычной манере с размаху разбил все мои планы вдребезги.

Наш деловитый лидер нашёлся в конференц-зале, оживлённо болтавший с кем-то по видеосвязи. Да, теперь у нас появилось и помещение для собраний, вмещающее до тридцати человек. Со всеми полагающимися атрибутами – длинным столом, многочисленными экранами на стенах и даже собственным автоматическим кафетерием. Растём…

Завидев меня, игрок свернул разговор и картинно распростёр дружеские объятья.

– Привет, герой! Не соскучился ещё по экшону?

– А что, уже объявили время сбора? – напрягся я.

– Забудь о мусоре, – Болеслав махнул рукой, всколыхнув весь свой металлизированный балахон. – У нас есть дела поважнее.

– Важнее того, что у нас под носом целое состояние растащат?

– Ты его, это самое состояние, ещё собери и до базы донеси, – усмехнулся синевато-сиреневый псионик. – А у меня есть наводка на более жирный куш, на который охотников будет куда меньше. Поначалу.

– Излагай, – я устроился в кресле напротив него и заказал себе крепкий кофе.

Какой-никакой, а стимулятор.

– Ты, наверное, в курсе, что здесь помимо стандартного персонала и торговцев, ещё и всяческие делегаты тусуются, – начал издалека Хреноватор. – Так вот один из них, которому мы спасли жизнь во время штурма, обратился к нам с небольшой, но хорошо оплачиваемой просьбой. Он с ней сюда и прилетел, но погранцы его продинамили, и пока не будут разгромлены остатки сателлитов, они точно за это не возьмутся.

– Что ему нужно?

– Этот чувак – посланец раллекийской знати, – ответил клан-лидер. – У них тут, относительно неподалёку, бесследно пропал один из отпрысков на дорогой яхте. Нам нужно узнать, что с ним случилось, и, если он жив – доблестно его спасти.

Тут же пришло оповещение о поступлении нового квеста, который я сразу принял, едва не проворонив подлетевший антигравитационный поднос с кофе.

Из описания к заданию следовало, что молодой аристократ путешествовал не один, а с хорошим сопровождением, состоявшим из одного корвета и трёх фрегатов. Но это ему особо не помогло, так как внезапно корабли перестали выходить на связь. Зона поисков включала в себя три соседствующих друг с другом региона. Повышенной опасности. Довольно обширная территория, учитывая, что разделять звездолёты для большего охвата мы не могли. Слишком опасно.

Но награда определённо стоила того. Только за поиск пропавшего лорда раллеки обещали либо новенький фрегат седьмого тира собственной постройки, либо сумму, эквивалентную его стоимости. Дополнительная награда в случае его спасения оставалась на усмотрение заказчиков, но их щедрость не оставляла ни малейшего сомнения в том, что она будет как минимум не хуже.

– Действительно, круто, – оценил я. – Кто-нибудь ещё в курсе?

– Руководство станции – точно, а на счёт других – дело скорого времени, – поделился соображениями Болеслав. – Но у нас в любом случае будет небольшая фора, тем более, они вряд ли пропустят начало мародёрки. А там, так или иначе, отгребут все.

– Зацепки какие-нибудь есть?

– Делегат грешит на жадных корсаров, захвативших отпрыска ради выкупа, но мы-то с тобой знаем, кто хозяйничает в тех местах.

Псионик весело мне подмигнул. Его намёк был более чем понятен – автоматические сторожевики, нападающие на всех, кто летает в свободном космосе, граничащим с владениями Антаресцев-механоидов. Зачем и почему – ещё предстояло выяснить, но это расследование было куда глобальней и не сулило выгоды прямо здесь и сейчас. А вот поиски аристократа могли в любой момент превратиться в смертельные гонки. Мало кто устоит перед соблазном заполучить себе продвинутый звездолёт практически даром.

Кстати, пропавший вполне мог попасть под горячую лапу и сателлитам, направлявшимся громить аванпост. Тоже вполне себе версия…

– Поэтому увы и ах, но рассиживаться тебе, друг мой, некогда, – развёл руками лидер. – Ставь нашу флотилию на крыло, бери всех, кого посчитаешь нужным и выдвигайся. С вами в нагрузку пойдёт лишь представитель заказчика. И моё отческое благословение.

– Прямо всех? – уточнил я.

– Ну-у… – задумчиво протянул Болеслав. – Миними не трожь. Она мой личный телохран, мне рядом с ней как-то спокойней…

Вспомнив впечатляющие формы девушки, бросающие вызов самой гравитации, я понятливо усмехнулся. Правда, в подкорке тут же заскреблась напрягшаяся интуиция, намекая о каком-то важном моменте в словах, сказанных лидером. Но расспросить его подробнее не удалось – к нему в приват снова кто-то постучался, и он со вздохом подрубил видеосвязь. На том конце нарисовался внушительный рептилоид в форме капитана Союза Антропоморфов, и я поспешил покинуть помещение, чтобы не портить своим присутствием переговоры. Мне всё ещё здесь были не рады – персонажи-служащие, встретившиеся нам по пути, едва сдерживались, чтобы не броситься в драку.

Пожалуй, с отлётом затягивать действительно не стоило. А там, глядишь – недовольство рассосётся само собой.

Я объявил общий сбор в ангаре, предоставленном нам под восстановленные корабли и на ходу стал прикидывать экипажи.

В «Твою бабушку» при большом желании можно было набить до тридцати человек, используя свободное пространство в грузовом отсеке под дополнительные капсулы репликации. Будет тесно, но часть людей вполне реально разместить в десантном отсеке. В тесноте, да не в обиде, с нашими-то девочками. Это не обычный рейд, здесь каждый боец будет на счету. Что бы там ни случилось с аристократом, нам наверняка придётся вовсю повоевать, как в космосе, так и вне его влияния.

С прости господи «Флюгегехайменом» дело обстояло куда хуже. Хорошо, если получится втрамбовать туда полтора десятка душ, на большее рассчитывать не приходилось. Крепкий середнячок поддержки, рассчитанный скорее на исследовательские экспедиции, он не мог похвастать серьёзным вооружением. Ну, какой уж есть. Я уже навоевался в одиночку – такое себе удовольствие.

Получалось, что клан терял приблизительно две трети участников. Вполне терпимо, учитывая скорую мясорубку в пределах местной звёздной системы, которая оттянет на себя большую часть народа. Все будут одинаково обескровленными. Да и выбить нас со станции силовыми методами теперь нельзя.

Сосредоточившись на кандидатах в экипажи, я незаметно для себя добрался до огромного внутреннего ангара, в котором плавали на антигравитационных захватах новенькие звездолёты, на которых ещё белая заводская краска толком не обсохла. В подобном виде их редко увидишь, особенно в таком количестве. Разве что, на станции-магазине, но там мне бывать ещё не доводилось.

Обычно игроки были вынуждены пристыковываться снаружи, но для нас власти сделали поблажку, дав вдоволь полюбоваться вернувшейся в строй техникой.

Многие командиры, да и простые игроки, зачарованно застыли на обзорном пандусе, не в силах оторвать взгляд от величественных построек разных рас. Хищные очертания Ра чередовались с угловатым азархадоским дизайном, который в свою очередь сменялся плавными раллекийскими формами или сегментированными корпусами орторионцев. Человеческие корабли составляли примерно половину от общего числа, но и в них не было единства – одни будто сошли со страниц футуристичных комиксов восьмидесятых, напоминая фигуры птиц с распростёртыми крыльями, другие выглядели более современно, но к сожалению – не так эффектно.

И вся эта красота раскинулась в стороны, насколько хватало зрения. Будто на выставке оказался.

Открывшаяся картина приморозила к месту и меня, но восхищением здесь и не пахло. Чувствуя, как против воли задёргалась моя щека, я снова пересчитал иконки НАШИХ звездолётов, подсветившихся услужливым нейроинтерфейсом. После чего умылся холодным потом, несмотря на активный климат-контроль брони.

Кораблей было три.

Глава 53

Наша маленькая эскадра не успела совершить и десяток прыжков в первом регионе, когда стало ясно – за нами всё же кто-то увязался. Новое оборудование, установленное на «Твоей бабушке», способное фиксировать гравитационные возмущения в звёздных системах, где были расположены специальные маячки, не могло ошибаться. Пусть каждый детектор стоил по десять тысяч кредитов, я не поскупился раскидать их на всём нашем пути. Как оказалось, не зря – прыжок за прыжком приборы регистрировали всё новые и новые аномалии.

Нас постепенно брали в кольцо.

Увы. Расчёт на то, что большая часть конкурентов будет занята грызнёй за халявные ресурсы не оправдался. Мы и раньше были бельмом на глазу, а теперь, после финальной раздачи слонов, и подавно.

Я с грустью посмотрел на предмет зависти всех без исключенья игроков, из-за которого нам всем приходилось плестись со скоростью беременной черепахи. Вот уж Хреноватор удружил, так удружил…

Артиллерийский корвет «Су-Таки-На» был ближайшим сертифицированным аналогом того самого «Рассухаривателя», аналог которого мы в свою очередь смогли захватить и с его помощью завалили целый эсминец. Точнее, тоже лишь его аналог, но аванпост он расхреначивал совсем как настоящий.

Проигнорировать этот героический факт руководство Союза никак не могло, в отличие от моей затеи с продувкой станции, но реплика, как известно, восстановлению не подлежит. Новый же элитный звездолёт стоил баснословно дорого – несколько миллионов не игровых, а живых денег. Так что они с нашим клан-лидером после долгих и мучительных переговоров пришли вот к такому варианту. Корабль нам всё же вручили, но тиром пониже, и без элитного статуса.

Внешне он очень напоминал своего старшего собрата – такое же огромное сегментированное дуло с массивными соплами позади, хотя срез у него зачем-то был сделан под углом, делая его короче процентов этак на двадцать. Отсюда и вытекало, что накапливаемый заряд плазмы был не столь могуч, летел не так далеко и имел не настолько впечатляющую пробивную способность, как выстрел из элитной модели. Да и цвет активного вещества у него оказался бледно-зелёным, на зависть врагам. Изменить спектор излучения тоже стоило денег, так что нам пришлось оставить заводской.

Единственное, что являлось более-менее сопоставимым из характеристик, так это время перезарядки. Хотя уж этому я точно не обрадовался. Поэтому командиром на звездолёте предсказуемо стал наш артиллерист Свонн, чтобы эта неповоротливая дура могла выстрелить во время боя больше одного раза.

Именно наличие дополнительного юнита тогда в ангаре заставило волосы на моей голове зашевелиться. Ведь название ему наверняка выбирал сам Хреноватор, который уже успел продемонстрировать свою извращённую фантазию. Говоря Эльвире, что боюсь очередного «Анал_Дестроера» больше нападения «Призраков», я ничуточки не приврал. А тут, тем более, такая недвусмысленная форма зелёного боевого фаллоимитатора, будто специально.

К счастью, мои опасения подтвердились лишь наполовину – Болеслав, видимо, вспомнил о моих угрозах приехать к нему в гости и решил представить на суд соклановцам сразу несколько вариантов названия, один веселей другого. Пока я выслеживал идущих по моему следу боевиков в реальности, «Мясорубцы» провели голосование и выбрали наименее эпатажный вариант из всех. Как смогли.

И теперь компанию «Твоей бабушке» и «Флюгегехаймену» составила «Трубка мира», позволив считаться хоть и несбалансированным, но всё-таки звеном.

Неожиданному подарку не обрадовался не только я – остальные игроки с захватом судов не заморачивались и остались сугубо при своих корытах. Да, плюшек с баранками им тоже отвалили с горкой, но тише гореть у них чуть пониже спины от этого не стало. В том, что нас попытаются хорошенько проучить, я не сомневался, поэтому загодя позаботился о том, чтобы для нас это не стало неожиданностью. Как только пришёл в себя от просмотра шорт-листа названий.

Сейчас нам лишь оставалось выбрать поле боя поудобней и надеяться, что по нашу душу не отправились сразу все силы обоих кланов. Тогда уже без вариантов, но с другой стороны мы выступили после начала сбора лута, и отсутствие большей части соискателей сразу бы стало явным. А Хреноватор хранил многозначительное молчание.

Подходящая звёздная система обнаружилась уже через пару прыжков. Планет здесь оказалось всего три, все газообразного типа. Сближение с такими ничем хорошим для звездолёта окончиться не могло, но главную опасность, конечно же, представляло само сверхтяжёлое светило, испускавшее такие мощные электромагнитные волны, что техника временами начинала чудить.

Сканирование здесь было изрядно затруднено, а корабельные щиты стабильно работали на добрую треть хуже, но на то был и расчёт.

Отдав приказ артиллеристу готовить зелёный плазменный гостинец, я активировал вооружение и развернулся на встречу спешащим за нами звездолётам. Продолговатая тушка «Флюгегехаймена», где командование вновь принял некто Вейдал, с которым познакомиться удалось лишь перед самым отлётом, в точности повторила мой манёвр. Как я понял, именем капитана стал жаргонизм, обозначающий еду, состоящую исключительно из бутербродов. Несмотря на небольшой языковой барьер, он отлично понимал все тонкости русского матерного, на котором изъяснялись во время боя большинство игроков, что говорило о немалом игровом опыте. Вейдал отыгрывал непростую роль инженера-орторионца, немало преуспев в роботехнике и дроноведеньи. Находясь на капитанском мостике, он значительно поднимал защитные характеристики звездолёта, а также ускорял время ремонта и восстановления щита.

Наш единственный фрегат не являлся особо боевым, но благодаря звену кусачих дронов, мог запросто надавать по щекам любому, кто пренебрёг защитой от «москитов». Мы тоже пополнили запас юрких машинок, так что могли в любой момент подкинуть ему дополнительные силы.

Преследователей не пришлось долго ждать. Первым в оборонительное построение вмазался лёгкий разведывательный фрегат «Сабару», с которого из-за гравитационного воздействия близкой нейтронной звезды махом слетел режим невидимости. Мы с Вейдалом дали один общий залп и хлипкий на броню шпион мигом расцвёл огненным цветком. Причём, мне не пришлось даже применять ЛФЗ – ограничился одними ракетами, раздолбавшими корпус в клочья. «Флюгегехаймен» отработал лазерной установкой, но выстрел почти без остатка впитал в себя неплохой щит корабля-шпиона.

Всё это время «Трубка мира» продолжала копить заряд, чтобы максимально удивить нападавших. Имелась, конечно, вероятность того, что они отступят после гибели разведчика, но особым благоразумием игроки конкурирующих кланов никогда не отличались. И через несколько минут сканер истерично запищал от множества объектов, грубо вторгнувшихся в местное космическое пространство.

Пересчитав противников, у меня от сердца немного отлегло. Восемь фрегатов, два корвета – всего лишь одна из рейдовых групп. Принадлежали они все печально знаменитому клану «Pro-SOS», так что о совместном нападении речи не шло.

Всё-таки жадность победила глупость.

Звездолёты являли собой такую же сборную солянку, какую представляли мы сами. Были здесь и толстые крепыши, и лёгкие уронщики-исстребители и поисковые модели, средние по всем параметрам, кроме скорости и манёвренности. Корветы же оказались человеческого и даторийского производства. Не самые выдающиеся модели, прямо скажем. Единственно, что инопланетный звездолёт превосходил коллегу на целый тир, поэтому именно его я выбрал первой мишенью.

– Фокус на корвет!

Здесь уже скромничать не имело смысла – вдарили изо всех стволов. Разрушительный фазовый луч, к сожалению, отразился ослабевшим энергетическим щитом, а вот лазерный выстрел знатно проплавил бронепластины над маршевым двигателем корабля, заметно снизив его мощность. От ракет уйти у него не хватило сил. Все восемь снарядов поразили цели, и звездолёт пусть и временно, но вышел из строя, не способный больше сражаться. Его экипажу можно было лишь посочувствовать.

Ответ не заставил себя ждать, но часть выстрелов перетянул на себя крепкий «Флюгегехаймен». До нашего корпуса дошли только лишь четыре заряда, пробив его только в одном месте – в отделе производства, заставив Диану злобно рассмеяться такому досадному промаху. Девушка уже окончательно прописалась в команде «Твоей бабушки», вынудив тоже опального Змееростка покинуть станцию и полететь с нами. Иначе на этой неделе они могли и не увидеться. Хакер устроился в центре по контролю за дронами, и теперь успешно портил жизнь фрегатам.

Между беспилотной мелочёвкой, выставленной со всех сторон, завязалось своё собственное сражение. Взрывы там происходили куда чаще, но на смену одним дронам приходили другие, не давая заканчиваться всей этой цветной карусели. Если бы не опасность хапнуть свежего вакуума из разбитой рубки, с удовольствием бы полюбовался на такое зрелище.

В отличие от послушных машин, у людей решимости биться до конца оказалось гораздо меньше. И когда бледно-зелёный плевок «Трубки мира» оставил от земного корвета лишь пухлое облако раскалённого газа, поразив заодно ещё и ближайший фрегат, остальные корабли стали спешно покидать поле боя. Хотя вполне могли продолжить перестрелку и попытаться нас обойти. Преследовать их мы не стали – у самих щиты уже держались на честном матерном слове, да и оставлять артиллериста одного было опасно.

Нас и такой расклад вполне устраивал. Тем более, что всем «Мясорубцам», находившимся на боевом посту во время короткого сражения, прилетел дополнительный опыт. Кто-то даже уровень поднял.

Считай, что размялись.

Через минуту от нападавших клановцев остались только разрозненные обломки, которые не было смысла даже пылесосить. Только время терять, да и опасно было здесь долго находиться из-за риска внезапного отказа систем.

Я выпустил за борт ещё один маячок, на всякий случай, и отдал команду двигаться дальше.

Пока мы прочёсывали регион вдоль и поперёк, успели наткнуться на пару интересных планет. Одна вполне годилась для заселения, напоминая жаркий тропический курорт, а другая пусть и была безжизненной, зато имела в себе довольно редкие ресурсы. Находись они чуть поближе к Шебукаю, обязательно бы их присоединил к нашей маленькой империи. А так лишь пометил в журнале как перспективные места.

Попадались и обломки судов, которые приходилось прогонять через новый анализатор, чтобы понять, какому именно судну они принадлежали. Всё-таки район был неспокойным – чуть дальше начиналось обширное приграничье с Антаресцами, наводнённое хищными автоматическими аппаратами, а здесь с одинаковой вероятностью можно было наткнуться на пиратов или сателлитов, а то и вовсе – не пойми на кого.

И за каким чёртом сюда понесло молодого аристократа?

Но на этот животрепещущий вопрос представитель заказчика отвечать категорически отказывался, ссылаясь на собственную неосведомлённость. Им, кстати, оказался пожилой раллек в роскошной помеси комбинезона и мундира – этакий умудрённый опытом космический волк в отставке. Особую экзотику ему придавал хитиновый покров головы, отдалённо напоминающий дреды Хищника образца восемьдесят седьмого года. Эти пластичные гуманоиды вообще мало похожи друг на друга и их не зря частенько принимают за разные виды.

Например, моя пылкая юная поклонница предпочла сменить стандартные рожки на нечто похожее на человеческие волосы медного отлива, оставив минимум хитиновых отметин на лице, являющихся среди раллеков чем-то вроде ритуальной раскраски. Да и клыки укоротила. Очеловечивание пошло мечнице на пользу – теперь за ней ухлёстывали не меньше, чем за остальными нашими красавицами. И я очень надеялся, что такое внимание хоть немного поднимет ей пошатнувшуюся накануне самооценку.

Перед отлётом мы успели переброситься с ней буквально парой фраз. Смущённая девушка, против моего ожидания, и намёком не выдала затаённую обиду или разочарование, лишь извинилась за своё поведение. Я ожидал чего угодно, вплоть до отпиливания кабеля питания моей капсулы и её вывоза на ближайшую свалку, но только не просьбы забыть её слова, будто их и не было. Вот и пойми теперь загадочную женскую душу.

Впрочем, меня такой вариант более чем устраивал. Никаких истерик.

Первый сектор мы прошли полностью за три с лишним часа, и сразу же прыгнули в соседний. Пока совершался долгий межпространственный прыжок, мы с Элли успели выйти в реал и плотно перекусить. Многие игроки последовали нашему примеру, прекрасно понимая, что рейд может неприлично затянуться. На месте осталась лишь небольшая дежурная группа и квестовый персонаж. Куда ж он денется с подводной лодки.

Трапеза вышла вполне обычной – без натужного молчания и неловких взглядов. Эльвира рассказала, что скачала для себя видеоуроки работы с мечом, которые не помешали бы и мне самому. Пусть я и упражнялся с тростью, нужно было срочно осваивать совершенно незнакомую технику боя с лучевым оружием. Она заметно отличалась от традиционной, ведь высокотемпературный клинок редко встречал сопротивление. Если только не попадал по силовому полю.

– Я тоже хочу себе такой… – со вздохом поделилась Элли, просматривая характеристики подарка Хреноватора.

– Нос не дорос, – улыбнулся я.

– Если бы так, – она грустно шмыгнула. – Укорочу его, наверное.

– Кого?

– Нос же. Длинный слишком.

– Тогда станешь такой же, как и все, – пригрозил я ей. – Не запоминающейся.

– Выделяться можно и другим.

– Зачем, если ты и так заметная девушка?

– Ню-ню…

Она молниеносным движением деревянных палочек схватила из подноса последний ролл, и отправила его себе за щёки, довольно щурясь от маленькой победы. Сегодня мы остановились на японской кухне, из которой я в прошлой жизни знал только острую морковь, да и та на поверку оказалась корейской. Помимо различной сырой рыбы, которую брать не стали, там нашлось много чего интересного. С моими дрожащими пальцами орудовать традиционными столовыми приборами не получилось, поэтому я без особого стесненья накалывал понравившиеся куски православной вилкой.

Закинув калории с восточным привкусом в топку организма, мы снова разошлись по капсулам. Впереди нас ждал второй сектор.

Звёзд там оказалось больше на несколько десятков, но располагались они куда компактнее, чем у соседа. Тупиковых маршрутов, где приходилось возвращаться по своим же следам, практически не было. Снова стали попадаться всякие интересные вещицы, а один раз мы и вовсе нос к носу столкнулись с одиноким исследовательским фрегатом. Но тот предпочёл сразу же уйти в варп-прыжок, подальше от нас. Задерживать его никто не стал, хотя у меня так и чесались руки выпустить сеть и хорошенько поговорить с путешественниками.

Но мою и так запятнанную репутацию подобный акт агрессии вообще бы скинул в самую бездну. Мне только награды за собственную голову не хватало ещё для полного счастья. А то маловато народу за мной охотится…

Встречались нам и останки павших кораблей, сканирование которых занимало больше времени, чем сам поиск или прыжки в соседние звёздные системы. Но с этим ничего поделать было нельзя – только кропотливый труд мог отделить зёрна от плевел. Никаких квестовых маркеров здесь не имелось, и приходилось проверять каждое скопление обломков, чтобы не проворонить нужное место.

Корабли вполне могли покинуть данную область и самостоятельно, выключив всё оборудование для связи. Так что, если наши добросовестные поиски ни к чему не приведут – имелся вариант компенсацией. А расследование перейдёт в руки профессионалов на специальных поисковых звездолётах. Среди нас имелся один искатель, но он был ещё зелёный новичок, едва достигший двадцатого уровня. Подавляющим большинством оборудования парень пользоваться не мог, лишь немного ускорял сканирование.

Я был полностью уверен, что по закону подлости именно так и будет – ничего до самого конца. Уж слишком жирно выглядела награда в целый звездолёт, но игра в который раз преподнесла мне сюрприз. В одной из последних непроверенных систем мы обнаружили солидное скопление искорёженных обломков на обширной территории, и вдобавок ещё несколько сильно повреждённых частей корабельных корпусов. Судя по всему, полегло здесь немало народу.

Мне до последнего момента не верилось, что это именно те, кого мы ищем, но вышедший на связь пожилой раллек, который безвылазно сидел вместе с искателем в операторской, и радостно завопил в общий голосовой чат:

– «Сатари»! Это он!

– Ну слава радару, наконец-то, – язвительно отозвалась Диана, отключив гарнитуру. – А то меня все эти прыжки уже достали…

Она закинула стройные ноги на панель управления и чуть опустила кресло, готовясь немного отдохнуть пока будут длиться поиски. Сменщика теперь у неё не было, и ей пришлось безвылазно торчать здесь всю игровую сессию, даже во время долгого перехода между секторами.

Я бегло просмотрел файлы, прилагавшиеся к заданию, и тут же нашёл то самое название, которое упоминал представитель. Это был корвет из сопровождения, очертаниями напоминающий гигантскую летучую рыбу, раскрашенную в привычные кислотные цвета раллеков. Именно его сильно обглоданный корпус болтался сейчас в вакууме, нащупанный приборами. Знать бы ещё, что за космические пираньи его так отделали…

Ответ на этот вопрос могло дать лишь тщательное сканирование. И пока приборы на всех кораблях методично прощупывали каждый обломок в округе, я отправил скучающих воинов на осмотр останков корвета и особо крупных ошмётков. Вдруг найдут чего ценного.

Персонаж вроде бы не протестовал, лишь попросил предоставить ему изображения всех находок. Так что перед тем, чтобы оправить что-то в грузовые отсеки, игроки сначала скриншотили и отправляли снимки искателю. Дело нескольких секунд, поэтому мародёрка особо не стопорилась.

Понемногу нашлись и другие сопровождающие, а вот от самой яхты не попалось ни кусочка. Хотя, этот факт меня ничуть не удивил – слишком легко всё получалось. Нам только бы и осталось, что выловить все останки экипажей и найти среди них принца, или кто он там в иерархической лестнице. Но приз так запросто идти к в руки не собирался.

Не нашлось пока и следов таинственных нападавших. Либо они тщательно почистили за собой, либо оказались настолько сильны, что расправились с целым боевым звеном без единой потери. Странно.

Чтобы хоть как-то скоротать время ожидания, я принялся копаться в путеводителе по галактике в поиске информации о жизненном укладе раллеков. Надо же понять, кого же мы здесь ищем.

В отличие от большинства рас, они сохранили у себя что-то вроде монархического строя, с поправкой на космическую империю, в которую они входили. Народом правил совет двенадцати кланов, которые назывались ветвями. Любой из их лидеров мог стать взаправдашним королём, который этим самым советом рулил строго определённый срок. Не особо большой. Затем полномочия подхватывал следующий, и так по кругу. Как в сказке про двенадцать месяцев.

Дальше шли собственно листья – исполнительная и судебная власть, а также ствол – различные государственные аппараты. Корнями, как несложно догадаться, являлся простой электорат.

Как оказалось, с принцем я интуитивно оказался прав – мы искали младшего дариокса – гипотетического наследника главы одной из ветвей. Девятой, кажется. Не суть важно, ибо для нас они не представляли какой-то существенной разницы. Не понимал я только одно – почему такого ценного объекта ищет мелкая шайка каких-то наёмников вроде нас, а не регулярные силы. И пусть пограничники Союза послали делегата, у них же у самих есть собственные эскадры!

Прилети они сюда, возможно, общими силами нам удалось бы отбросить сателлитов не дожидаясь регулярников. Что-то здесь было явно не так…

Спустя три часа система была прощупана вдоль и поперёк, включая четыре безжизненные планеты, вращающиеся на орбитах. Для чего пришлось подвешивать дорогостоящие спутники для каждой. И пусть мелкие звездолёты были неспособны приземляться на планетоиды, теоретически такая возможность у них имелась. Но только строго один раз.

Увы, яхты не нашлось и там.

Значить это могло лишь одно – дорогой кораблик так или иначе покинул систему. Вряд ли принц по собственной воле оставил собственный эскорт на произвол судьбы, скорее всего имел место захват судна. Если так, то самая правдоподобная версия – нападение автоматических стражей – отваливалась как нежизнеспособная. Но проверить соседние системы всё же стоило, благо большая часть уже была нами изучена. Вдруг аристократ пытался панике упрыгать. На подготовку к долгому межпространственному прыжку ему бы точно не хватило времени, да и варп-сеток никто не отменял, а вот куда поближе он вполне мог скакануть.

С другой стороны, удайся ему действительно оставить преследователей с носом и уйти, нас бы здесь точно не было.

Я скомандовал сбор всех групп собирателей, хотя тем работы имелось ещё минимум на пару дней, и растолкал придремавшую Диану.

– Ну чё тебе ещё? – пробурчала она недовольно, ворочаясь в кресле. – Мы же нашли их!

– Здесь не все, – покачал я головой. – Одного не хватает.

– Да как так-то! – она в сердцах выругалась. – Тут же целая свалка!

– Яхты нет. Это лишь остатки эскорта…

Я запнулся на полуслове, поражённый такой простой мыслью, высказанной сонной девушкой. А ведь и верно – обломков имелось в избытке, хотя большая часть корабля при взрыве либо аннигилируется вместе с Ядром, либо разлетается чёрти-куда. Подозрительно.

– Вывести данные погибших звездолётов!

Бортовой компьютер послушно исполнил приказ, нарисовав на экране небольшой список. «Сатари», «Кайлекс» и «Капори» – те же модели были заявлены и в задании. На первый взгляд посторонние отсутствовали, но как мудро заявила первая красавица «Твоей бабушки», слишком уж их ошмётков там дохрена летало. Целое кладбище.

Смоделировать из разрозненных остатков корабли обратно было не под силу и суперкомпьютеру, поэтому пришлось немного пораскинуть мозгами. Что имеется на корабле в единственном числе, кроме капитана? Собственно, сама рубка, а ещё диспетчерская, отдел производства или расщепитель, если они есть. Их можно было попытаться поискать, но они ничем особым от остальных расколошмаченных отсеков не отличались. У нас на руках имелись лишь отдельные осколки, из которых целую чашку уже не соберёшь. Даже приблизительно.

Мы могли прикинуть лишь цвет, да запах… Так, а кто у нас пахнет ядрёней всех?

– Нечай, на связь! – вызвал я старшего по мародёрке, выбранного за свою изрядную ушлость.

– Здеся, босс!

– Скажи-ка, от медицинского отсека остаётся что-то?

– Запах на одежде, босс! – радостно отрапортовал балагур.

Это я и без него знал – именно поэтому там задерживаться больше положенного никто не любит. Отхилился, и бегом на выход.

– После того, как корабль станцует «Бамбалейло», что от модуля остаётся? – переформулировал я вопрос.

– Так наноботы же, – немного озадаченно ответил тот. – Мы их засекаем и пылесосим. А что?

– Отметь все находки на карте.

– Ну бо-о-ос…

– Может, мне новый глава собирателей нужен? – с угрозой в голосе предложил я. – Там вот Крокот всё рвался…

– Уже-уже! Один момент!

Через несколько секунд на тактическом экране принялись один за другим загораться голубоватые огоньки. Обратившись к справке я с огромной радостью узнал, что медицинские наноботы после взрыва размазывались по космическому пространству, оставляя после себя вполне заметный для сканера след. Их можно было собрать специальным автоматическим устройством и дозаправить отсек на собственном корабле. Или продать.

Таких вот явных отметин нашлось не менее семи штук, что явно указывало на присутствие «лишних». Просто они летали точно на таких же моделях, как и защитники принца. Хитро.

Это тот самый случай, когда один ответ порождает ещё больше вопросов. Разобраться с ними отсюда было нельзя.

– Диана, ты умничка! – похвалил я девушку, поднимаясь на ноги. – С меня шоколадка.

– Мама мне всегда это говорила, – довольно улыбнулась та. – А ты куда?

– Пойду квест сдавать.

– Мы же кого надо не нашли?

– Это уже не важно.

Гермозатвор с шипением сомкнулся за моей спиной. Пройдя вытянутую жилую зону, я направился в сторону операторской, занявшей последнюю свободную «пустышку» на корвете. Теперь «Буревестник» был нафарширован по последнему слову техники, превратившись из гадкого шебукайского гадкого утёнка в опасного боевого лебедя. Настоящий флагман, хотя по боевой мощи он сильно уступал «Трубке мира». В теории.

По пути встретилось несколько «Мясорубцев», не занятых мародёркой, но никого отвлекать от вынужденного безделья я не стал. Разговор намечался крайне деликатный и посвящать в него других не хотелось. По той же причине я попросил на выход молодого искателя, делившего с персонажем отсек на двоих. Болеслав бы понял, но он сейчас находился слишком далеко.

Раллек вопросительно уставился на меня своими демоническими зрачками. Звали его Волотоксимири, но он с самого начала предложил укоротить его имя просто до Ксимири. Никто не протестовал.

– Вы нашли что-то интересное? – спросил он, стоило мне устроиться в кресле искателя, окружённом перемигивающимися приборами.

– Да, и эта находка вынуждает меня пересмотреть наше сотрудничество.

Если помощник лорда и оказался удивлён, он не выдал это ни единым мускулом.

– В чём же дело?

– Мы не нанимались встревать в разборки между вашими кланами, – просто ответил я.

– А причём здесь они? Вы согласились помочь с поисками младшего дариокса и только.

– Вот только атаковали его вовсе не пираты или сателлиты, – развёл я руками. – Нападавшие тоже были на раллекийских кораблях.

– Их довольно много в космосе, – не собирался сдаваться Ксимири. – Это простое совпадение.

– Вам посчитать вероятность того, что какие-то гипотетические пираты пересекутся в том же модельном составе, что и эскорт? – предложил я. – Причём, в количестве явно большем чем одно звено.

– Не нужно, – персонаж продемонстрировал пустые ладони, словно сдаваясь. – Согласен, правда в ваших словах есть. Мы больше всего опасались того, что нападение было спланировано кем-то из наших соплеменников. И вот…

– Прежде, чем мы продолжим, я хотел бы пересмотреть условия сделки. И не говорите, что вы не уполномочены.

– Что вы хотите? – устало спросил представитель.

– Фрегат, – рубанул я словами. – Вне зависимости от результата. И ещё один при благополучном исходе.

– Может, сразу флагман?!

– Иначе мы умываем руки, – безжалостно продолжил я. – А у других просто не хватит времени, чтобы найти вашего похищенного дариокса по горячим следам. Если только давно остывшим и не представляющим для династии интереса…

Если бы словами можно было ранить, то пожилой раллек скончался бы на месте. Так его проняло. Сморщившись, и сжав острые зубы, он едва слышно процедил:

– Если только вы продолжите поиски до самого конца и найдёте младшего дариокса. Но дополнительную награду вы получите, если доставите его живым к старшему. В противном случае вы потеряете всё разом и станете нашими кровными врагами. Навсегда!

Лихо, но звездолёты вот так просто никто и не дарит. Такой презент нужно заслужить.

– Идёт.

Мы переподписали договор и клан «Мясорубцы» стал счастливым обладателем новенького фрегата, который должны были пригнать со следующим торговым конвоем. Правда, пользоваться им мы не могли до окончания действия текущего контракта. Только ходить около, да слюни пускать.

Главное потом – успеть быстро вернуться на аванпост, чтобы хоть раз поучаствовать в крещении судна. Ведь та же пресловутая «Трубка мира» вполне могла стать «Насморком», выпускающим зеленоватые плазменные сопли по врагам, или чем-либо похуже. Увидев в перечне вариантов «Фаллос Халка», я закрыл его от греха, пообещав себе никогда больше к нему не прикасаться. А то так и до инсульта недалеко.

Осталось засечь время, через сколько мой излишне креативный партнёр заспамит мне личку.

– А теперь поговорим о подозреваемых, – я свернул окна, чтобы те не отвлекали меня от важного разговора. – Кому эта акция выгодна и зачем?

– Я думаю, это могла быть любая из трёх ветвей, с которыми мы сейчас ведём спор о приграничных территориях, – предположил Ксимири. – Для вас это не имеет большого значения.

– Это мне решать.

– Их силы примерно равны и хотят они одного и того же – иметь рычаг давления. У нашего старшего дариокса всего два наследника, и потеря хотя бы одного из них несёт угрозу всей ветви.

– То есть, он им нужен в качестве заложника?

– Да. Но вести его на территорию союза они точно не будут. На такое никто в своём уме не пойдет. Он где-то здесь, в свободных системах…

– А чего вам не задействовать свои собственные корабли? – задал я давно волнующий меня вопрос.

– Увы, все наши силы сейчас задействованы в приграничном конфликте. Мы не можем их так просто перебросить, это будет означать наше безоговорочное поражение. Ветвь на такое не пойдёт.

– Чего же вы тогда наследничка отпустили, чёрт знает куда?

– Это было… Скажем так, его собственным решением.

– Он что-то здесь искал? – догадался я.

– Я не могу ответить на этот вопрос, он вне моей компетенции. Да и к делу не относится.

Значит, точно искал. Но дальше копать в этом направлении было пока слишком рано. Это даже не шкура неубитого медведя, а лишь её схематичный рисунок.

Найти аристократа ещё только полдела. Нужно будет ещё как-то отбить его у похитителей. Пусть они и потрёпаны схваткой с эскортом, их должно оставаться ещё немало. Подкрепление бы нам не помешало, но надеяться нам не на кого, кроме себя. Другие кланы, услышав о проблеме, первым делом постараются вывести нас из игры. А пограничники слишком заняты разборками с надоевшими сателлитами.

– У вас трое суток, – очертил персонаж новые временные рамки. – По истечению этого времени жизнь младшего дариокса перестанет представлять собой такую ценность, чтобы рисковать ради неё немилостью всего Союза.

– Тогда прошу прощенья, но мне пора идти.

Я откланялся и впустил искателя обратно.

– Удачи вам…

Стоило мне врубить обратно нейроинтерфейс, как на меня обрушился целый поток сообщений от ошалевшего Хреноватора. И если первые были довольно радостными, когда ему только-только пришла информация о пополнении парка звездолётов, то ближе к концу послания явно принимали угрожающий характер. Большую часть слов тщательно затирал автоцензурщик, которого я всё забывал отключить. А ведь Болеслав только-только отошёл от моей выходки с гермозатворами, того и гляди – подумает, что я его довести пытаюсь.

Ну да, война с целым кланом раллеков в случае нашего фиаско то ещё удовольствие. Хотя… Ведь, и при удачном раскладе мы вряд ли останемся добрыми друзьями с ветвью похитителей. Получается, конфликт уже никак не избежать. Упс.

Как бы его там удар не хватил, бедолагу…

«Чего, ####, молчишь???», – прислал он мне, спустя небольшую паузу, когда я пытался осознать, какую кашу я только что заварил.

Ладно, разберёмся как-нибудь, не впервой. Если что – на худой конец переквалифицируемся в пираты… Кстати, хорошая мысль.

«Не успеваю читать всё, что ты обо мне думаешь», – написал я, нисколько не лукавя.

«Ты ###### полный! Мог бы, ###, хоть посоветоваться сначала! Без наследника даже не возвращайся ##### – против раллеков нам в три корабля только в колено-локтевую становиться. Нас ###### и высушат».

«Я работаю над этим».

«Да уж постарайся, ###. Помощь какая нужна?» – перешёл он, наконец, на более конструктивный лад.

«Нужна. Найди всю информацию о ближайших пиратских станциях».

«Свалить решил?».

«Похитители не могли пролететь через аванпост. А им нужна дозаправка и ремонт».

«И что ты будешь с пиратами делать?».

«Поговорю».

Я с кривой усмешкой отправил вслед скриншот собственной статистики репутации. Не смотря на все мои подвиги, благодаря действующему «Великому угонщику звездолётов» отношение ко мне сохранялось враждебно-нейтральным. Уже не вольный корсар, но ещё и не ярый законник. Рухнувшие отношения с Союзом пришлись как нельзя кстати.

А значит, меня сначала выслушают, а уж потом будут стрелять.

Глава 54

Пиратская станция в нашем захолустном регионе имелась всего одна, словно в противовес аванпосту Союза. Так что ломать голову над тем, куда именно лететь, нам не пришлось. Именовалась она «Гвоздь-4» и была вполне способна отбить нападение как тех же сателлитов, так и законников. Хотя, последние вряд ли бы сунулись сюда без острой нужды.

Рисковать кораблями я не стал, поэтому уже два с лишним часа мы тряслись в душной спасательной капсуле, которую пришлось использовать на манер пассажирского челнока. И ползла она как беременная улитка, от самых задворок системы. Но ближе подбираться было нельзя – если персонажи ещё хоть как-то смотрели на репутацию, то игрокам на неё глубоко плевать. Большинство из них беспорядочно крошили всех, кто не мог похвастаться серьёзной охраной или покровительством звездных корсаров. Да и тех могли прижать в отсутствии лишних свидетелей. А уж простым наёмникам, вроде нас, они бы обрадовались, как неожиданному подарку на новый год.

И шанс нарваться на орду таких беспредельщиков вблизи космической Тортуги был очень высок. Мы и так рисковали, даже мимолётно показавшись на окраине.

Как ни странно, лететь со мной были готовы практически все, но большинство добровольцев категорически не подходили для визита в преступное гнездо. Руководство Союза от широты души наградило всех защитников аванпоста специальными виртуальными медалями, приравнивающимися к обычному достижению. Который не поднимал ничего, кроме отношения звёздной империи. Подобную лояльность космические отщепенцы точно бы не оценили.

Поощрения избежали лишь мои соучастники по спасительной диверсии, поэтому нет ничего удивительного, что четырёхместную капсулу со мной делили Элли, Змееросток и Велион. Старая гвардия мужественно переносила скуку, а вот юная раллекийка была готова выйти в космос и толкать наше корыто голыми руками, лишь бы то летело хоть чуточку быстрее. Темперамент ей сейчас только мешал.

Лишь на исходе третьего часа пираты нас, наконец, заметили и притянули к себе гравитационным лучом. Но не саму станцию, а к одному из небольших патрульных звездолётов, кружащих неподалёку. Мало ли – вдруг мы диверсанты какие.

Внешний выдвижной шлюз соединил оба корпуса тонкой, но прочной пуповиной, окончательно зафиксировав нас в пространстве. Я с удовольствием поднялся на ноги и пошёл знакомится с нашими невольными «спасителями». Для них у нас имелась заготовленная заранее драматичная история, чтобы они не удивлялись нашему аварийному транспорту. Конечно же, во всех бедах мы собирались винить армаду сателлитов. Их передвижения в регионе пираты не могли не засечь, так что легенда выглядела вполне правдоподобной, и одновременно не вызывала желание слетать и проверить её на месте.

За распахнувшимися створками гермозатвора обнаружилось пятеро разномастных бойцов, уровней «сто-плюс». Пусть каждый представлял свою собственную расу, не всегда даже гуманоидную, объединяла их страсть к синтетическим конечностям и органам. У кого-то руки были механические, у кого-то в глазницах светились огоньки диодов, а один и вовсе щеголял металлическим панцирем вместо туловища, напоминая скорее боевого дроида, чем живое существо. Одним словом – ярые киборги.

Все были вооружены штурмовыми лазерными винтовками, но явной агрессии пока не проявляли. Вперёд общего строя вышел человек, из которого вышел бы неплохой робот-полицейский, если бы не его нарочито бандитский прикид. Голову, втистую в стальной череп, укрывала широкополая шляпа, сегментированную шею украшало ожерелье из разнокалиберных клыков и зубов, а за плечами развевался короткий плащ из металлизированной ткани, напомнившей мне балахон Хреноватора. На бедре космического гангстера расположилась кобура с массивным пистолетом, напоминающим барабанную ракетницу. Завершал образ перекинутый через бронированный торс патронташ со светящимися энергоячейками для винтовки.

Имя: Ник Бейн.

Уровень: 124.

Свободный охотник.

– Ну что, будем платить или вы совсем на мели? – он хищно улыбнулся, продемонстрировав металлическую челюсть.

Вот это я понимаю – деловой подход. Но летели мы сюда не за тем, чтоб нас первый встречный на бабки разводил.

– Не припомню, что бы мы у тебя занимали, – отрицательно покачал я головой.

– Вам же нужно попасть на станцию, так? – немного удивился киборг. – Без кодовой проверки вас просто расстреляют ещё на подлёте, и до свидания. Хоть каждый день прилетайте.

Похоже, ничего кроме выгоды его не волновало – можно было и не заморачиваться с легендой.

– Код, получается, нужно взять у тебя? – проявил я догадливость.

– Разумеется!

– Сколько?

– Обычная такса – десятка Таммия, но с вас пятёру так и быть на первый раз возьмём, – расщедрился криминальный таможенник. – И прямо до терминала отбуксируем, в лучшем виде. Но на будущее – лучше заведите себе простенький катер, если страхово сюда на своём корабле соваться.

Я основательно подготовился ко встрече, и местные денежные единицы не стали для меня неожиданностью. Пираты мало ценили кредиты и прочую электронную валюту, предпочитая расплачиваться редкими изотопами. Которые можно пощупать руками.

Однако, пять единиц Таммия-9 стоили полновесный синткоин, и за такие деньги мы вполне могли зафрахтовать целый фрегат на сутки. Вход столько явно не стоил.

– Уважаемый, а вы не оговорились часом? – уточнил я, положив руку на эфес лучевого меча, закреплённого на поясе. – Может, пятёрку Плутония?

– Смешно, – оценил вымогатель, игнорируя мой жест. – На первый раз прощаю, но в следующий – будешь должен десять, иначе станции тебе не видать в ближайшую тысячу лет.

– Да хоть две, – не сдавался я. – Мы не покупаем твой корабль, а просто получаем пропуск.

– Если нет денег, можете отдать девчонку, – киборг кивнул на покрасневшую Элли. – Раллекийки всегда в цене…

– Она член моего экипажа, – с угрозой в голосе предупредил я.

– Было вашим, стало нашим! – пират беспечно пожал плечами. – Но так и быть, из уважения к твоей храбрости – три таммия. Цена окончательная, иначе дальше полетите уже без челнока. Своим ходом.

– Мне за такую цену проще вас перебить и заплатить штраф по прилёту, – честно признался я. – Если о твоих запросах узнают на «Гвозде», претензий ко мне не возникнет ни малейших.

– А не надорвёшься?!

Киборг обвел нас изучающим взглядом электронных визоров, будто хотел просветить насквозь.

– С тобой лишь инженеришка и слабая девчонка, так что не в твоих интересах идти с нами на конфликт. Либо плати, либо мы сами возьмём своё!

– В том-то и дело, что нас четверо… – я с улыбкой сжал пальцы на рукояти.

Один короткий взмах, и от его винтовки остался лишь жалкий огрызок. Элли опоздала всего лишь на мгновение, но её новенькому орторионскому мечу из сверхпрочных сплавов было плевать на энергетическую оболочку, покрывавшему каждого из киборгов. Какими бы они живучими ни были, с отсечённой головой они вели себя точно так же, как и остальные. Преспокойно дохли.

В итоге стрельбу успели открыть всего двое пиратов, так как третий оказался настолько поражён неожиданно появившемся у него за спиной шпионом, что оказался не в состоянии даже дышать. Под лазерными вспышками наши с Элли щиты продержались лишь несколько секунд, но этого времени вполне хватило, чтобы сначала поочерёдно обезоружить инопланетян, а потом и отправить их на покой. Всё же страшней противников в стеснённом замкнутом пространстве, чем мечники, не существует. Дай стрелкам хоть какое-то расстояние, у нас не было бы ни шанса.

Через несколько секунд в живых остался лишь сам Бейн, которому моя ученица основательно повредила руку, когда он попытался выхватить свой внушительный пистолет. Киборг отшвырнул девушку ударом латного кулака, но ей удалось главное – сильно разрядить его личный энергетический кокон. А без него пират стал лёгкой добычей для лучевого клинка, сплавившего броню и внутренности в единое целое. Я не нанёс лишь колющий удар, но и его хватило, чтобы полоса жизни противника улетела в красную зону.

Выпавшим оружием сразу же заинтересовался Велион, классово предрасположенный ко всяким неавтоматическим револьверам. Заодно проконтролил одного из патрульных, который упорно не желал умирать. Выстрел в упор разворотил тому черепушку, наградив нас всех новой порцией опыта.

Бейн, инстинктивно зажимая рану, сполз по стене шлюза. Вся спесь с раненого киборга слетела, будто по мановению волшебной палочки, стоило мне поднести пылающее чистым светом лезвие лучевого меча к его груди.

– Не убивайте! Я заплачу, сколько скажете!

– И заплатишь, и заплачешь, – пообещал я. – Но сначала код.

Запинаясь, таможенник продиктовал нужную последовательность букв и цифр. Змееросток, прятавшийся во время перестрелки за хлипкими креслами, тут же отправил эту комбинацию в эфир и получил добро на посещение «Гвоздя-4». Пират не обманул, хотя в противном случае его бы взорвали вместе с нами. А свою собственную жизнь он ценил весьма высоко. Намного дороже, чем она по факту стоила.

Мы вполне могли бы заплатить ему требуемую сумму, но тогда на станции за нами точно бы закрепилось несмываемое клеймо лохов. А серьёзные дела с такими не ведут. По итогу мы бы оставили на «Гвозде-4» кучу денег, так ничего и не выяснив.

Стоило нам всем вздохнуть с облегчением, как образовалась другая проблема – выстрелы винтовок серьёзно повредили тонкий корпус капсулы, и вся конструкция грозила развалиться в любую секунду. Воздух бодро вылетал наружу фонтаном искрящихся снежинок, а по обшивке между рёбер жёсткости начинали змеиться чёрные трещины. В самую пору кричать: «Полундра!».

– Бейн, ты, кажется, обещал подкинуть нас до терминала? – напомнил я.

– Катись в пекло!

– Нет уж, спасибо. Мне там в прошлый раз не очень понравилось.

Я поднял тяжёлую биотехнологичную тушу и подтащил её к противоположному концу шлюза. Расстроенный пират разблокировал гермозатвор и вся наша компания ввалилась внутрь патрульного звездолёта, сомкнув за спинами створки. Очень вовремя, так как повреждённую капсулу резко вмяло внутрь себя, превратив её в нетранспортабельный кусок железа.

– На борту есть ещё кто-нибудь? – спросил я, отпуская киборга.

– Нет, – прохрипел он, баюкая повреждённую конечность. – Я могу задать курс, и мы будем на станции через несколько минут.

– Отлично! Как выйдем, мы в расчё…

Договорить я не успел, так как чёртов киборг резво отстегнул собственную кисть на уцелевшей руке, за которой обнаружилось крупное дуло, утопленное в предплечье. Выстрел с такого расстояния наверняка проделал бы во мне порядочную дыру, не смотря на активный доспех, но Элли снова продемонстрировала фантастическую реакцию. Извернувшись под немыслимым углом, она кончиком меча успела зацепить замаскированную пушку, сбив прицел немного в сторону. Ослепительный огненный шар пронёсся вскользь, проломив одну из внутренних переборок, словно она из картона. И всё равно – четверти прочности моего костюма как не бывало, а на серебристо-красных бронепластинах остался проплавленный след. Будто гигантским паяльником приложили.

Расслабился, однако. Надо будет запомнить, что безопасный киборг – тот, что уже не сможет в тебя целиться хотя бы пальцем.

Выходка стоила пленнику жизни – когда я поднялся на ноги, свет его визоров уже угасал. Причём никто из ошарашенных «Мясорубцев» не имел к этому ни малейшего отношения. Видимо, запредельная мощность выстрела выпила и без того истощённые ресурсы организма досуха. Он точно не притворялся, так как система спустя мгновение поздравила нас с ещё одним поверженным противником. Того и гляди, грозой пиратов станем.

– Велион, давай на разведку.

Пусть мы и нашумели изрядно на борту, осторожность нам точно не помешала бы. Шпион снова растаял в воздухе и направился вперёд, выискивая спрятавшихся врагов. В тесных закоулках корабля достаточно было одной удачно брошенной гранаты, чтобы отправить весь наш сквад на перерождение.

– Спасибо, Элли, – искренне поблагодарил я девушку. – В который раз уже выручаешь.

– Не за что, командир! – она мимолётно мне подмигнула. – Моя жизнь принадлежит вам!

Змееросток громко фыркнул, покачав головой. Как мне показалась – с завистью.

– В рубке чисто, я пошёл дальше, – отрапортовал Велион.

Ну хоть в чём-то покойный Бейн не врал. Мы быстрым шагом добрались до крохотного одноместного отсека управления, который был прикрыт полукруглым прозрачным колпаком, как кабина истребителя.

– Может, на себя перепишем? – предложил хакер, стоило мне усесться в кресло пилота.

Возможность разжиться патрульным катером выглядела заманчиво, но такой шаг ставил однозначный крест на наших взаимоотношениях с пиратами.

– Нельзя, – вздохнул я. – Нам и так за нападение на патрульных придётся отвечать…

В отличие от станций Союза Антропоморфов, диспетчер «Гвоздя-4» оказался живым существом. Удивился он не меньше моего, но сама наша история не показалась ему чем-то неправдоподобным. Убедившись, что мы не собираемся захватывать судно, и готовы обсудить случившееся, он предоставил нам посадочное место на внешней пристани и переключился на другого абонента. Мы же осторожно приблизились к пиратскому оплоту, пытаясь рассмотреть как можно больше.

Станция выглядела… Странно. Словно какой-то масштабный макет «Лего», который собирали из разных конструкторов, но до ума так и не довели. Этакий сбывшийся кошмар инженера.

Единого монолитного корпуса, как такового, и не существовало – вместо него имелось множество непохожих друг на друга построек, причудливо скрепленных меж собой чем попало. Одни напоминали остатки гигантских кораблей или спутников, другие походили на сваренные из подручного металлолома убежища, переливающиеся разноцветными огоньками. Повсюду торчали непонятные инженерные сооружения, напоминающие помесь строительных лесов и аппарата Илизарова. Видимо, чтоб все эти несовместимые конструкции не разлетались в разные стороны.

Верфь вообще представляла собой увеличенную копию уличной ТВ-антенны, на которой сушёными рыбками висели космические корабли.

– Крипово, – оценил увиденное Змееросток.

– Сюда на экскурсии возить можно, – поддакнула Элли.

Мы пристыковались в положенном месте, пусть и не с первого раза. Никаких направляющих лучей и автопарковщика здесь и в помине не было, а мои навыки находились очень далеко от Дианы и прочих пилотов. Хорошо, что они не видели этого позорища. Что тут скажешь – рубить противников оказалось гораздо проще, чем попасть едва выступающим шлюзом в небольшой магнитный захват. Но с четвёртой попытки у меня всё же получилось, и даже не снёс ничего вокруг.

Внутри, против ожидания, никто нас не ждал. Мы спокойно погрузились в вытянутую кабину пневматического лифта и поехали уже непосредственно внутрь самой станции. Сильной перегрузки не ощущалось, хотя неслась она со скоростью гоночного болида. При этом тряслась, будто вот-вот развалится.

Спустя полминуты мы оказались перед терминалом «Е», выполненном в стиле хаос-декор. Повсюду торчали угловатые приборы непонятного назначения, вперемешку с разнокалиберными автоматами – от торговых, до игровых, а центр помещения занимала круговая барная стойка, внутри которой обслуживал редких посетителей многорукий шарообразный робот. В воздухе пахло машинным маслом, горелой проводкой и крепким алкоголем.

Шлемы пришлось снять, так как над самым порогом висел нарисованный вручную плакат, где эта часть гардероба астронавта была категорически перечёркнута крест-накрест. Все верно – в приличное заведение с головным убором не ходят. То же касалось и оружия – либо в ножны, либо в кобуру. Ходить со стволами здесь могли лишь охранники, да авторитеты.

Несмотря на то, что наше появление здесь вряд ли можно было назвать мирным, встречал нас один-единственный представитель станции. Хотя сразу двухсотого уровня, который мог просто затоптать нас безо всякого оружия. Тоже киборг, как и большинство пиратов, вот только он в прошлой жизни был вовсе не гуманоидом, а каким-то арахнидом. Родной хитин на большей части тела сменили металлические сегменты, но кастрюлеобразная голова, усеянная множеством немигающих глаз по периметру, никак не могла принадлежать роботу. Имя инопланетянина по своей бессмысленности могло вполне поспорить с никнеймом Дианы, поэтому про себя я прозвал его просто Паучком.

Дождавшись, когда мы подойдём к нему, существо что-то раскатисто проклокотало на своём родном наречии, но автоматический переводчик тут же расшифровал непонятные звуки:

– Вы обвиняетесь в нападении на патрульных и захвату их корабля! Что можете сказать в своё оправдание?

– Катер пришвартован к станции в целости и сохранности, – пожал я плечами. – смена командира не проводилась. Всё оружие и трофеи – на борту.

Себе на память я взял лишь необычный головной убор старшего пирата, но вряд ли из-за него нас сильно ополчатся местные. Это ведь даже не экипировка.

– Значит, факт нападения вы не отрицаете? – встрепенулся Паучок.

– Нет, но это была вынужденная мера.

– Хотите сказать, что защищались?

– Имело место вымогательство с угрозой физической расправы.

Киборг недовольно защёлкал, переступив всеми четырьмя парами конечностей.

– И сколько же требовал с вас Бейн?

– Пять единиц таммия. Потом скинул до трёх.

Пират протяжно засвистел, будто закипевший чайник. Вроде как с недоверием.

– Могу предъявить запись, – безмятежно добавил я.

– Не нужно, – слишком поспешно прощёлкал арахнид. – Обвинения снимаются. Инцидент исчерпан. Добро пожаловать на свободную станцию «Гвоздь-4»!

Неуклюже поклонившись, он засеменил прочь, и вскоре скрылся из виду. Мы остались совершенно одни, предоставленные сами себе.

– Что это сейчас было? – ни к кому конкретно не обращаясь, спросил Змееросток.

– Я думала, на нас сразу набросятся, – немного разочарованно поделилась Элли.

– Просто они были в сговоре, – поделился я умозаключениями. – Но Бейна одолела жадность, и он решил повысить ставку, чтобы большую часть оставить себе. Алчность его и сгубила, а вовсе не мы.

– И что нам теперь делать? – задал более насущный вопрос Велион.

Мы приблизились к обширной карте-схеме станции, которая занимала одну из стен терминала. Что-то на ней было напечатано, но большую часть пояснений рисовали вручную. В том числе и пресловутую отметку: «Вы здесь».

– Нужно найти информаторов и наладить с ними контакт, – обозначил я задание. – Делимся на двойки и прочёсываем всё сверху донизу.

– Чур, мы берём на себя бары и казино! – выпалил хакер. – Где им, как не там, ещё сидеть?

– Не беспокойся, я пригляжу за ним, – улыбнулся Велион.

– Только без кутежа, – сразу предупредил я обоих. – Мы тут строго по делу. Понравится – в увольнительную потом отпущу.

– А если очень понравится?

– Мы это уже обсуждали, – вздохнул я. – Не выйдет из нас хороших пиратов.

– Как знать…

Мои старые соратники направились в одну сторону, а мы с Элли – в другую. На нас остались арены, букмекерские лавки, и обширный рынок, располагавшийся в самом центре «Гвоздя-4». Имелись здесь ещё и различные бордели, но ходить туда я не обирался, особенно в такой компании. А то насмотрится там всякого…

Ставки стояли у космических флибустьеров по популярности на почётном третьем месте, после торговли и употребления психотропных веществ, так что я решил начать именно с них.

Сражались за деньги не только наёмные бойцы, но и пленники из захваченных судов, и даже дикие монстры с роботами, для любителей экзотики. Всяких дельцов там было пруд пруди, но с нами никто откровенничать не стал, даже за деньги. Катастрофически не хватало репутации, но заниматься обхаживанием персонажей не было времени – первые сутки отпущенного времени близились к концу. Совсем скоро нам всем придётся идти отдыхать, если не добровольно, то принудительно.

Парочка воротил оставили свои контакты, но ничего ценного из них вытрясти так и не удалось. Пришлось двигаться дальше.

Рынок, напоминающий хаотичное переплетение полуоткрытых отсеков, связанных шаткими пандусами, поразил меня куда больше. Здесь можно было купить буквально всё – от украшений интерьера до целого звездолёта. Цены на которых, кстати, оказались весьма приятными, да и торговцы были не прочь поторговаться. Сказывалась специфика их добычи – большинство было захвачено в открытом космосе, а серийные номера – перебиты, как на «Буревестнике», который превратился в «Твою бабушку». Не удивительно, что здесь довольно часто встречались ушлые игроки, как одиночки, так и клановцы, желающие разжиться дополнительными боевыми единицами.

В какой-то момент я поймал себя на том, что совершенно позабыл про основное задание и самозабвенно сравниваю стоимость новых юнитов для будущего флота, который был совсем не за горами. Нам бы ещё третий корвет для наступательных действий…

Элли надолго залипла в оружейных, где услужливые продавцы чуть ли не хороводы вокруг неё не водили. В результате она всё же не выдержала и прикупила себе облегчённый лучевой меч с кастетным хватом, потратив все свои карманные деньги до копейки. И даже у меня заняла немного. Но модель явно того стоила – редкий товар, выпускавшийся вымершими ныне мастерами К'Вонгов. И пусть девушка ещё долго не могла пользоваться этим девайсом, она прыгала на месте от счастья.

Я же прикупил себе мощный портативный щит, раскладывающийся в силовой шестиугольник. Можно было присмотреть и хороший лазерный клинок в придачу, благо характеристики существенно выросли, но только после изъятия части казённых денег. Иначе никак. Так что пришлось загнать хотелки куда поглубже, пока новорождённый клан не встал прочно хотя бы на четвереньки. Подарок Хреноватора пусть и не являлся ультимативным оружием, вполне справлялся с противниками. А большинство коллег на моём уровне продолжают бегать с остро наточенными железками…

Попутно прицениваясь к звездолётам, чьи проекции можно было рассмотреть плоть до самой мелкой заклёпки, я не забывал теперь расспрашивать о раллеках, и в конце концов это принесло свои плоды. Очередной торгаш-орторионец, за скромное вознаграждение подсказал контакт своего знакомого, который имел доступ к интересующей нас информации. Но наводчик честно предупредил, что ценник у того кусается очень больно.

Время поджимало, но всё равно я для начала решил связаться с ребятами, чтобы узнать, каких успехов удалось добиться им. Но на вызов не ответил ни один, ни другой. А спустя несколько секунд от Велиона пришло короткое сообщение.

«Бегите».

– Ага, сейчас, – проворчал я, беря эфес в руки. – Только сабатоны зашнурую…

– Вляпались?

Элли оторвалась от экрана прилавка, на котором переливались косметические украшения для брони, и встала в боевую стойку.

– Только после моей команды, – предупредил я напряжённую напарницу. – Не будем усугублять.

К нам уже со всех сторон целеустремлённо проталкивались вооружённые бойцы. Не слишком много, но в заварушке наверняка пострадают прохожие, да и самому рынку достанется. Не с того я хотел начинать переговоры…

Между тем в сознании пронеслось что-то чужеродное, будто случайно поймал залётную радиоволну. Подобное ощущение мне было уже знакомо, поэтому я без труда снова уловил её след и сконцентрировался на нём. Едва слышимое бульканье превратилось в тихий шёпот, на самой границе слышимости:

«Не сопротивляйтесь, прошу».

– Элли, отставить!

Мечница уже была готова ринуться на пиратов с шашкой наголо, но мой приказ заставил её недовольно вернуть оружие в ножны. А передо мной возник угольно-чёрный сайрекс, ловко пронёсшийся меж удивлённых покупателей, словно живая капелька ртути. Не обладай я повышенным восприятием, подумал бы, что он материализовался прямо из воздуха. В передних лапах он сжимал ни много, ни мало – боевой бластер. От выстрела такой дуры не спасут и оба щита, не рассчитанные на подобную мощь, что может играючи прожигать несколько переборок подряд.

Да и без бластера шустрый инопланетянин играючи завязал бы меня в узелок и покатил перед собой, будто-жук-скарабей приглянувшуюся какашку.

Звали ксеноморфа коротко – Сай, и он единственный оказался ко мне нейтрально-дружелюбен. Остальные поотставшие бойцы были настроены более чем враждебно. Видимо, сказывалось моё давнее знакомство с этой интересной расой, которое со временем не забылось. Эх, Шёпот, что же с тобой стало…

«Сейчас вас задержат», – предупредил сайрекс. – «Не провоцируйте никого, у вас ещё есть шанс».

– Спасибо… – прошептал я едва слышно.

«Поговорите с Чёрным Механиком, он может помочь».

В радиусе нескольких десятков метров не осталось ни одного праздношатающегося, а ближайшие лавки мигом закрылись прочными бронелистами. Да так слаженно, будто норматив каждый вечер сдавали. Может, так оно и было.

Нас постепенно окружили восемь пиратов, не считая Сая, вооружённых куда скромнее – лазерными и гаусс-винтовками. На оплавленной груди бронекостюма заплясали прицельные точки.

– Куладун, твои люди совершили тяжкое преступление, – проговорил один из бойцов, держа в руках силовые наручники. – Вся ваша команда подлежит аресту. Будете дёргаться – порешим прямо здесь!

– Хорошо, если вы настаиваете, – я от греха закинул меч в инвентарь, чтобы его не отобрали с концами. – Только мне сначала нужно поговорить с Чёрным Механиком.

Пираты удивлённо переглянулись, а сайрекс одобрительно повёл усиками.

– Ты не из наших, ты не можешь…

– Могу, – перебил я неуверенно замямлившего киборга с наручниками.

– То, что ты захватил мелкое судёнышко на станции, ещё не делает тебя настоящим пиратом, – возразил другой, что посмелее.

Видимо, он был старшим группы, потому как остальные с явным облегчением закивали.

– Ну, кое-кто тоже так думал…

Я достал из инвентаря стильный головной убор патрульного и лёгким движением кисти отправил его в полёт. Вот и пригодилась проклёвывающаяся клептомания. Пираты напряглись, но пальбу открывать не стали.

Смелый боец без труда перехватил шляпу в воздухе, и неверяще уставился на неё.

– Бейн?!

– Он самый, – подтвердил я. – И, как видишь, никто мне претензий за его воспитание не выкатил, виноватым признали его. Вы же не по этому поводу пришли?

– Нет, – вынужден был признаться боец.

– Так что не спешил бы ты с выводами в мой адрес… Как некоторые.

– Хорошо, ты встретишься с Механиком, – решил старший. – Но остальные отправятся в казематы.

– Надеюсь, вы там им организуете культпрограмму, чтобы не заскучали? – спросил я, обнадёживающе похлопав Элли по плечу.

– Непременно, – пират недобро усмехнулся.

На нас надели наручники, заблокировавшие и подпространственный инвентарь в придачу, после чего развели в стороны. Девушку сопровождали всей толпой, а вот со мной отправилось всего двое – старший группы и сам сайрекс, хотя вполне хватило бы и одного ксеноморфа. Под любопытными взглядами покупателей мы покинули притихший рынок и погрузились на небольшую антигравитационную платформу, являющуюся на станции чем-то вроде внутреннего транспорта. Только курсировала она не строго по специальным шахтам, а везде, куда позволяли втиснуться её габариты.

Меня усадили в одно из кресел под присмотром инопланетянина, а киборг встал у штурвала. Платформа поднялась в воздух и с гудением понеслась вперёд, только переборки за бортом засверкали. Пират вёл аппарат довольно ловко, без труда ориентируясь в хитросплетениях переходов, но всё равно умудрился сбить какое-то крупное шестилапое существо, перебегавшее один из коридоров по диагонали. Кардинальное изменение всех векторов разом оставило от бедолаги одно мокрое место. Буквально. Кресло мягко наподдало, будто мы наехали на кочку, но никто на этот инцидент внимания не обратил. Видимо, такое было здесь не в новинку.

«Мелкий паразит», – прошуршала в голове недовольная мысль Сая, уловившего моё удивление. – «Много их развелось».

– Хрена-се, – оценил я, прикинув размер монстра. – Да на нём верхом ездить можно!

«Нельзя, сожрёт», – простодушно ответил прямолинейный сайрекс.

Да уж, местным дезинфекторам оставалось только посочувствовать. Хорошо, что мы двигались достаточно быстро, чтобы не представлять интереса для зверушек.

Спустя десять минут и ещё два кровавых блина, мы прибыли в закрытую для посещения часть станции, расположенную за прочными противовзрывными дверьми. Турели здесь отсутствовали, но вооружённая до зубов охрана стояла на каждом шагу. Двое верзил-киборгов проверили нас портативным сканером и приняли меня у провожатых, словно переходящее знамя.

Дальше пришлось снова идти пешком, но совсем недалеко – уже через несколько перемычек мы оказались в богато украшенном зале, напоминающем внутренние покои какого-нибудь безумного богача. С поправкой на космический антураж. Стены и потолок были выполнены из драгоценных металлов, где произведения искусства сменялись разнокалиберным оружием и головами неведомых существ. Вместо люстры под сводом парили небольшие светящиеся кристаллы, а пол оказался выстлан сотнями паркетин из древесины с разных планет. Смотрелось всё это экзотичней некуда.

От такой диковиной обстановки глаза буквально разбегались в стороны. Когда-то очень давно, в одной исторической книге, мне попалось странное словосочетание: «варварская роскошь», вызвавшая большие вопросы. Теперь-то я точно знал, как она выглядит на самом деле.

А вот хозяин сей обители, наоборот, оказался совершенно непримечательной личностью. В полном смысле этого слова. Разглядеть его толком не удавалось из-за бесформенного тёмного одеяния, в которое он замотался с головой. Полы ткани постоянно колыхались, словно от сильного ветра, хотя в помещении даже сквозняки напрочь отсутствовали. А под клювообразным капюшоном, который повернулся к нам, сгустилась такая непроницаемая тьма, будто ничего кроме неё внутри и не находилось. Назгулы аплодируют стоя.

Мордовороты тут же ретировались, оставив меня одного на растерзание непонятной сущности. Та плавно приблизилась, обдав космическим холодом.

– Зачем ты хотел встретиться со мной?

Голос у Чёрного Механика оказался подстать внешности – грубый, потрескавшийся и совершенно безэмоциональный. Либо властелин любил ежедневно прикладываться к бутылке, либо он вообще ни разу не гуманоид.

– Меня и моих людей задержали, – напомнил я на всякий случай. – Хотелось бы знать – из-за чего.

– Твои подчинённые нарушили Кодекс. Здесь нельзя вести себя подобным образом. Ответственность ляжет на всех вас.

Насколько я помнил, правил на станции было всего три – не убий, не укради и не лезь, куда не следует. Видимо, в попытках найти информатора ребята зашли слишком далеко…

– А поконкретней можно?

– Они спровоцировали драку в одном из заведений, чтобы отвлечь внимание охраны. После чего убили прославленного вольного корсара.

– Не похоже на моих, – честно признался я. – Мы здесь совершенно по другому вопросу…

– Как же, знаю, – в хриплом голосе послышалось подобие насмешки. – Именно поэтому я ещё разговариваю с тобой. В противном случае вас всех давно бы вышвырнули со станции. Без права когда-либо вернуться вновь.

А это уже серьёзно. Смерть для нас не самый печальный исход, а вот ухудшение отношений с пиратами ставило под вопрос весь последующий поиск раллекийцев.

– И как мы можем доказать свою непричастность?

– Поединком, – коротко проскрипел авторитет.

– Ну, да, логичненько… – пробормотал я. – А как же улики, следствие, и всё такое?

– Оставим всю эту чепуху законникам. Если вы действительно невиновны – удача будет на вашей стороне. Если нет, значит – так тому и быть.

– Охренеть, как всё просто, – вздохнул я. – И с кем же нам драться?

– Со всеми, кто этого захочет.

Существо зашлось в частом скрежете, и только спустя пару мгновений я догадался, что это его смех.

Глава 55

– Ну и как вас угораздило?

Велион, которого только что привели два дюжих киборга, смущённо развёл руками:

– Подставили, как детей…

– Об этом я уже догадался. Давай с подробностями.

– В общем, мы нашли одного подходящего чувака, но не успели ещё толком его раскачать на инфу, как в заведение ввалились «прососы», – шпион недовольно поморщился. – Я сразу ушел в скрыт, а вот Змей не успел среагировать. Увидели его.

– Где он, кстати?

Ответить боец не успел, так как следом в нашу коморку наведалась новая парочка пиратов, толкая перед собой тележку с лежащим на ней хакером. Мирно спящим, будто невинный младенец. Всё ясно – его уже выбросило из игры, и в ближайшие шесть часов рассчитывать на него не стоит. Вопрос снят.

Но самое смешное заключалось том, что в бой нам предстояло отправиться вместе с ним. Местным было глубоко ультрафиолетово, в каком ты сейчас состоянии. Хочешь искупления – дерись. Или хотя бы присутствуй в драке.

Мы с Эльвирой не сговариваясь откатили тележку ближе к выходу на арену, чтобы потом не терять драгоценного времени. Если кто останется в этом помещении, когда двери снова закроются, он автоматически станет преступником. Девушка так и замерла возле нее, взяв на себя заботу о спящем.

– А дальше что? – продолжил я допрос проштрафившегося игрока.

– Завязалась драка, – нехотя ответил Велион. – Оружия никто не применял, сам понимаешь. Я успел на одного стул уронить, Змей тоже не отставал… Дело шло просто к небольшому штрафу. Охрана прибежала очень быстро, но к тому времени перс, с которым мы общались, был уже мёртв.

– Чем его так?

– Одноразовый нейробластер. Ему выжгло всю нервную систему, вместе с проводкой.

– Значит – шпион, – заключил я. – Ты видел кого?

– Нет, – игрок покачал головой. – Когда помещение просветили визорами, в скрыте оказался я один. Дальше ты знаешь…

– Действительно, подстава, – согласился я. – Станция огромна, и то, что вы с «прососами» столкнулись лбами, не может быть простым совпадением.

– Если только они тоже не ищут раллекийского принца, – пожал плечами Велион.

– Маловероятно. Это надо сначала найти место боя и вдобавок догадаться, что нападали именно свои.

– Твою же мать, – вздохнул шпион. – Теперь мы так и не узнаем, куда они направились потом…

– Тот наводчик был не единственным, – обнадёжил я его. – Мне тоже удалось найти выход на кого-то, обладающего нужной информацией. Так что, если местные присяжные нас оправдают – мы ничего не потеряем.

– Кроме времени и нервов, – проворчал шпион. – Что нас там ждёт вообще?

– Как я понял – несколько волн врагов, от самых простых, до очень сложных. Будут нападать строго по очереди. Задача простая – вынести всех.

– Да уж – проще и некуда…

Тут, где-то за толщами стен, величественно затрубило нечто, напоминающее по звуку горн. Лампы освещения вспыхнули ярче, а створки выхода принялись медленно расходиться в стороны. Представление началось.

Наружу я выглянул первым, не забыв активировать оба щита. Но предосторожность оказалась лишней – нас явно решили выпустить первыми, дав оценить размеры той задницы, в которой мы оказались. И она впечатляла.

Сражаться нам предстояло в самом настоящем амфитеатре с куполообразной крышей, на трибунах которого яблоку негде было упасть от любопытных зрителей. Разглядеть их толком не получалось из-за всполохов мощного силового поля, накрывавшего саму арену. Поле боя оказалось метров сто в диаметре, на котором бессистемно была раскидана всякая космическая рухлядь, выполняющая роль небольших укрытий. Вместо песка пол был вымощен шестиугольными плитами из крепчайших сплавов, призванных не дать сражающимся в пылу битвы провалиться на уровень ниже.

По периметру толстых внешних стен арены располагалось ещё пять ворот, пока что закрытых. Откуда, по идее, и будут появляться наши противники.

– Давай, закатывай его сюда!

Я указал Элли на груду металла возле самого края, стараясь держать все выходы в поле зрения. Никакой нумерации на них не присутствовало, так что враги могли выскочить с любой стороны. Девушка дотолкла тележку за укрытие и спустила тело хакера на пол. Всё, теперь он официально участвует в защите нашего доброго имени. Пусть и пассивно.

Стоило нам закончить с нехитрыми приготовлениями, как горн проревел снова, уже значительно громче, вызвав многоголосый рёв среди зрителей. Оно и понятно – одни из дальних створок разъехались, выпуская нагружу первых желающих заполучить наши скальпы. Их тоже оказалось четверо, вот только спящих царевн среди них не наблюдалось.

Мы всё равно были в меньшинстве.

– Понеслось говно по трубам… – пробормотал я, вглядываясь во всплывающие подсказки.

То, что это такие же игроки, как и мы, стало ясно с первой секунды. У них даже фреймы отличались по цвету. А вот то, как они быстро рассредоточились по полю, наводило на мысли, что их заранее приводили сюда на экскурсию. Несправедливо как-то.

С опознанием тоже не возникло никаких проблем – оранжево-синие цвета брони явно указывали на «Pro-SOS». Возможно, это те самые, с кем не поделили питейное заведение Змееросток с Велионом. Но это сейчас было не так важно, как то, какие классы они представляли в игре.

Ещё со времён «Королевской битвы» я вызубрил все мыслимые и не очень сочетания сквадов, и мог с уверенностью сказать, что разминочным раундом здесь и не пахло. Расклад выходил явно не в нашу пользу – два стрелка, пехотинец и дуэлянт, уровня от семидесятого и ниже. Вряд ли наших конкурентов на станции всего четверо, так что им точно было, из кого выбирать. Прекрасно зная, с кем имеют дело, они выставили трёх специалистов дальнего боя и лишь одного «ближника». Расчёт простой – воспользоваться преимуществом расстояния и преспокойно нас расстрелять.

Как никогда, сейчас бы нам пригодилась быстроногая Шани…

– Велион, давай свет!

Я быстро спрятался за ближайший остов небольшого челнока, перфорированный до состояния мантоварки. Элли сразу последовала за мной, но в неё уже едва не попали. Игроки использовали серьёзные бронебойные патроны, а один из стрелков и вовсе палил из Гаусс-пушки, способной при удачном раскладе пробить кокон с первого раза. Каждое такое попадание в старенький корпус оставляло после себя солидную дырень. Благо, что высокой скорострельностью такое оружие не отличалось, относясь скорее к карабинам.

За металлоломом мы оказались в относительной безопасности, но ненадолго. Пока двое планомерно обстреливали нашу позицию, остальные обходили с боков, беря в клещи. Рано или поздно мы гарантированно попадали в чей-нибудь прицел. Вот только против нас были не хладнокровные чемпионы, а игровое отребье, собранное с миру по нитке. Так что шанс прорваться всё же был.

Бойцы забыли одну простую вещь – мы за укрытием тоже не в крестики-нолики играли, а занимались делом. Стоило обходившим с флангов «прососам» приблизиться метров на сорок, как в их сторону полетели гранаты. Да не простые, а дымовые.

Зрители возмущённо заулюлюкали, но часть арены стремительно заволокло непроглядной горячей взвесью. Противники, в полной уверенности, что мы под прикрытием дыма попытаемся прорваться хоть к кому-то, оставили обстрел и принялись закидывать ту область гранатами. Нам только это было и нужно. Выждав ещё немного, мы рванули вперёд на обходившего нас пехотинца, который ушёл слишком далеко в сторону и оторвался от своих. Остальные прийти на помощь ему не смогли – двух стрелков «сфотографировал» светошумовой гранатой Велион, а дуэлянт был слишком далеко, да к тому же ему сильно мешал дым.

Шпион, воспользовавшись временной слепотой игроков, снова стал невидимым, а мы с Элли без труда расправились с одиночкой и продолжили сокращать дистанцию.

Игроки осознали свою ошибку слишком поздно. Они совершенно зря разделились и теперь катастрофически не успевали помочь друг другу.

Стрелков мы обошли с двух сторон. Сначала Велион снова проявился, будто вновь хотел провернуть фокус с ослеплением. Игроки прикрылись светофильтрами, но брошенные им гранаты оказались обычными обманками, искажающими тактический экран. А вот наши мечи были самыми настоящими. Снайперы не обладали серьёзной бронёй, и на каждого ушло не больше трёх-четырёх быстрых ударов. Действовали мы по отработанной схеме – сначала Элли просаживала разрядником энергетический щит в ноль, а затем в дело шёл уже лучевой меч, с лёгкостью прожигающий тела насквозь.

Любо-дорого поглядеть, прямо джедаем себя ощущаешь.

К тому времени, когда до вскрытой позиции добрался дуэлянт со штурмовым дробовиком, он остался уже в гордом одиночестве. Боец успел выстрелить по нашим портативным щитам трижды, прежде чем ушёл вслед за остальными горе-вояками. Причём последнюю точку на этот раз поставил Велион, снова воспользовавшись мощным револьвером Бейна.

У нас обошлось без сильных потерь, лишь силовые щиты требовали немного времени на подзарядку. Которого никто давать, естественно, не собирался.

Стоило дуэлянту отправиться на перерождение, как открылись следующие ворота. На этот раз это оказались какие-то экзотические животные, опознать которые не получилось даже с использованием восприятия. Тоже строго четыре штуки, уровни – до восьмидесятого.

Напоминали зверушки старых добрых динозавров, которые немного мутировали, невесть от чего, и сейчас щеголяли в шкурах кислотных цветов. Кто-то отрастил себе перепончатые крылья, кто-то – лишнюю пасть на кончике хвоста. Один едва передвигал ноги от веса собственного панциря, а другой носился со скоростью ужаленного в ляжку страуса. Именно он добрался до нас первым, но в бой вступать не спешил, лишь нарезал круги вокруг, противно вереща и действуя на нервы.

Тоже мне, Ёжик Соник.

– Спидера я на себя беру, – предупредила Эльвира, оглядываясь. – Ты за ним не успеешь.

– А мне и не надо.

Опытный охотник не бегает за добычей. Нужно будет – сама в котёл прискачет. Я нырнул ненадолго в инвентарь и выудил приобретённый на станции набор юного инженера. То есть – неопытного.

Чем-то посложнее я воспользоваться не мог, но базовые инструменты были доступны всем, даже не определившимся с классом. Выбор мой остановился на мотке крепёжной проволоки, прочной и гибкой. Пока остальные динозавры окружали нас со всех сторон, я успел натянуть с помощью специальных карабинов несколько отрезков между ближайшими укрытиями. Попробовал пальцем натяжение – растяжка загудела, как струна на бас-гитаре. Отлично, Огурцоф бы точно оценил.

Вот кого ещё для полного фарша не хватает…

Первым на нас набросился мощный хищник с ярким гребнем на спине и зубастой пастью-булавой на хвосте. Его когти не уступали по остроте и размерам иным кинжалам, а толстая кожа трещала от распиравших её узловатых мышц. Монстр распластался в могучем прыжке и приземлился на то самое место, где только что находились мы с ученицей. Аж пол загудел.

Но мечников такими фокусами не впечатлишь. Элли ушла от атаки перекатом, а я просто шагнул в сторону с активированным лучевым резаком. Высокотемпературный клин распорол пятнистую шкуру и оставил глубокую рану с кипящей в ней бирюзовой кровью. Но широко располосовать выродка не получилось – изогнувшийся хвост едва не откусил мне голову вместе со шлемом. Чудом увернулся.

А тут и остальные подоспели. На девушку резко спикировала гигантская бабочка, увидев которую, наш земной птеродактиль вымер бы задолго до глобального похолодания. Конечностей у неё оказалось ещё три пары, не считая четырёх цветных крылышек, и все – с загнутыми когтями-шпорами. А вместо пасти у неё имелся выдвижной полый шип, всем комарам на зависть.

Элли явно не хотела становиться беззащитным бутоном, из которого высосут весь сок, поэтому снова закружилась стальным волчком. Во все стороны полетели обрывки крыльев и прочие ошмётки, но дальше мне стало не до наблюдений, так как в дело вступил бронированный тихоход, который смачно харкнул в меня кислотным сгустком. Концентрация у него оказалась куда слабее, чем у главного сателлита «Рассухаривателя», но, попади он в меня, о броне можно было смело забыть.

Тут ещё совсем некстати на горизонте возник скоростной зверь, за которым до поры приглядывал Велион, но его тактика нападения с тыла оказалась слишком предсказуемой. Он со всего размаха налетел на проволоку, которая едва не оставила его без головы. Шпион мигом исправил этот недочёт, и на одну головную боль у нас стало меньше.

Пока броненосец накапливал слюну для очередного плевка, я схлестнулся с раненым хищником, который от боли совсем растерял остатки осторожности. Сначала его навсегда покинул зубастый хвост, а потом и основная пасть оказалась отделена от могучего туловища. Зацепить меня ему удалось лишь раз, оставив глубокую борозду на одной из бронепластин, но это так – кузовная царапина, не более. Элли приходилось гораздо сложней, но она пока справлялась, потеряв лишь четверть хитов.

А у меня остался неразгрызанным последний крепкий орешек, который вот-вот был готов к следующему залпу. Я по широкой дуге оббежал неповоротливого монстра, намереваясь быстро нашинковать его, но лучевой клинок неожиданно оказался бессилен против шипастого панциря. Впервые, не считая силовых полей.

На месте удара по броне полетели яркие искры, будто от сварки, но всё, чего мне удалось добиться – неглубокой борозды на стыке шестигранных пластин. А в следующее мгновение броненосец вильнул тазом и меня едва не снесло бревнообразным хвостом. Едва успел отпрыгнуть.

Да из чего он сделан такого?!

Увы, среди нас ксенобиологов не водилось, так что пришлось спешно перекраивать тактику. Вот только что мы могли против него теперь поставить? Вряд ли обычный клинок способен его хотя бы поцарапать. А из всего огнестрела имелась лишь несколько выстрелов из револьвера, да и всё. Возможно, карабин Змееростка мог бы помочь, но хакер сейчас находился вне зоны доступа. Надеюсь, его и во сне Диана продинамит.

Ситуация складывалась патовая. Пусть мастодонт не мог нас догнать, но и мы причинить ему вред были не в силах. А вот он – вполне.

Видя, как у него снова надуваются толстые щёки, я на интуиции потянулся к поясу, где среди прочего были закреплены гранаты. Спасибо Шани, научила ими правильно пользоваться. Многие их вообще за оружие не считают, предпочитая взять лишний боезапас.

– Аппорт!

Я размахнулся, как заправский бейсболист, и запустил активированный снаряд точно в раскрывшуюся для плевка пасть. Взрывной гостинец с глухим буханьем разворотил броненосцу половину морды, заставив того взреветь не своим голосом. Здоровья он потерял не так много, зато собственная кислота здорово проедала раны, отнимая всё новые и новые хитпоинты.

Ослеплённый яростью, здоровяк понёсся на меня, роняя на пол хлопья кровавой пены. Стоявший между нами кусок металлолома он смял, будто тот был из фольги, но порядочную скорость набрать так и не смог. Убраться с дороги не составило большого труда, но прежде я подбросил в воздух ещё одну гранату. Раз первая так замечательно зашла, то зачем менять тактику?

– Кушай на здоровье, у меня ещё есть, если что.

Очередной взрыв принёс много новых ран, а главное – зацепил органы зрения, которые мне так и не удалось разглядеть. Потерявший ориентацию в пространстве монстр попёр вперёд, не разбирая дороги, до самого внешнего бортика. Я бросил взгляд на Элли, но та уже расправилась со своим противником и теперь пыталась привести себя в порядок. Девушка-рыцарь сейчас напоминала чучело, которое обдали бирюзовой липкой жижей и изваляли в разноцветном пуху.

Но, к сожалению, душ у нас пока в расписании не стоял. Как только разъедаемый кислотой броненосец испустил дух, в местном Колизее распахнулись новые двери и на арену слаженно выкатился сквад роботов. В защитном состоянии они напоминали свернувшихся стальных мокриц, но стоило им распрямиться, как в нашу сторону оказались обращены счетверённые лазерные линзы.

– Мне это начинает надоедать, – проворчал Велион. – Они там решили через нас прогнать весь свой ассортимент, что ли?

– Если совсем скучно, то можешь помочь!

Нам с Элли пришлось снова изображать испуганных бомжей – прятаться за всякую рухлядь. К пущему неудовольствию зрителей, засвистевших на все лады. Но выбора особо не было – в лобовом столкновении мы бы и минуты против них не продержались. Пусть хотя бы чуть ближе подойдут.

Боевые мехи не растерялись и деловито покатились вперёд, окружая нас со всех сторон. Знакомая тактика, и не сказать, что плохая.

Судя по мыльным пузырям, вокруг каждого силуэта, помимо брони их укрывало ещё и силовое поле. Плохо. Я без ЭМИ-гранат уже давно в корабль не садился, но те эффективны лишь против голого корпуса, а вот энергетический кокон они пробить не в силах. Тут две-три нужно будет потратить только для того, чтобы обнулить накопитель, и вряд ли роботы выдадут нам столько времени на бомбометание.

Но шанс победить их всё же имелся. Энергетический щит не являлся жёстким каркасом, иначе носить его было бы невозможно. Он автоматически уплотнялся, если в него попадало что-либо на высокой скорости, и становился снова пластичным, как только внешнее давление исчезало. Поэтому брошенная граната с высокой долей вероятности отскочила бы от него, как от стенки. Весь фокус состоял в том, чтобы тихонечко подкатить её в нужный момент под энергетический полог.

И здесь без точного позиционирования делать нечего.

Велион, ставший нашим всевидящим оком, тщательно отслеживал передвижение каждого противника. Сам он устроился максимально далеко – на другом конце арены, чтобы не попасть в зону охвата чувствительных сенсоров. Дождавшись подходящего момента, я активировал гранату и под прикрытием портативного щита высунулся наружу. Дальше пошёл экстремальный боулинг – за секунду, которая понадобилась на то, чтобы пустить кругляш катиться по полу в нужном направлении, в меня выстрелили несколько раз, едва не пробив мой собственный кокон.

Но дело того стоило. Яркая синяя вспышка сверкнула точно под нижними манипуляторами робота, на мгновение отбросив в стороны резкие тени. Мех разом сник, опустив стволы, и густо задымился, словно микроволновка, в которую дети засунули греться металлическую посуду.

Элли с другой стороны баррикады в точности повторила мой удачный опыт. С глазомером у девушки никаких проблем не имелось, но вот её щиты были куда слабей моих. В неё попали дважды, снеся ученице едва ли не половину шкалы жизни. Она с шипением спряталась обратно, а подсвеченный красным горбатый силуэт дроида моргнул и потух. Два-ноль в нашу пользу.

Оставшаяся парочка резко передумала идти к нам навстречу. Один из роботов убрал все лазерные стволы и достал из своих недр одну-единственную пушку. Зато какую…

– У него миномёт!

Мы с Элли резво бросились врассыпную, словно тараканы из-под тапка. Первый же выстрел разнёс ржавую кучу к чёртовой матери, заставив зрителей заорать так, что станция наверняка съехала с орбиты. Под восторженные вопли второй робот принялся обстреливать бегущую девушку, лишь немного не поспевая за ней.

Видя, что про меня забыли, я заложил резкий крюк и бросился к агрессивным железякам наперерез. Стрелок среагировал на мой манёвр слишком поздно, а бомбардир и вовсе не успел ещё перезарядиться. Каждому досталось по парочке ёлочных шариков, чтобы наверняка. С новым годом, пошли нафиг!

От близких взрывов электромагнитных зарядов интерфейс перед глазами пошёл рябью, но роботам пришлось гораздо хуже. Один перегорел сразу, а другой бессистемно засучил манипуляторами по полу. Добивать его никто из нас не спешил, но распорядители решили, что с этой волной уже покончено окончательно и выпустили на арену новую партию.

– Да сколько ж можно…

На этот раз противниками оказались пираты, с улюлюканьем принявшиеся поливать нас изо всех стволов. Общий прикид явно намекал, что все они из одной шайки. Возможно, той самой, главаря которой устранил загадочный шпион. Чтоб ему икалось ближайшие полгода.

Вот только и мы уже не первый год замужем – успели загодя сместиться в сторону нераскрытых ворот, и толком воспользоваться преимуществом дистанции у бойцов не вышло. Пусть наши с Элли щиты работали через раз, клинки нисколько не затупились. А желание убивать только усилилось, подогреваемое стимуляторами.

Сквад киборгов налетел на нас, словно беспечный домашний попугай на вентилятор. Только пух в стороны полетел. Элли, не сбавляя скорости, пробежала по внешней стене и оказалась за спинами бойцов. Первый так и не успел обернуться, оставшись без щита. А значит – без единственной в мире защиты, что могла его спасти от моего пламенного меча. Не считая панциря подохшего кислоплюя.

Я в длинном выпаде снёс ему дурную голову с плеч и с разворота зафутболил её навстречу третьему пирату, целившемуся в юркую мечницу из длинной винтовки. Импровизированный мяч врезался тому в грудь, и выстрел пришёлся гораздо выше и правее. Это даже не молоко, а вообще мимо стенда.

Элли тем временем отчаянно пыталась достать другого киборга, вместо лица у которого была одна лишь россыпь визоров. Тот тоже оказался довольно прытким, но и короткоствольное оружие его особой мощью похвастаться не могло. Пока они скакали по открытому пятачку арены, как два молодых козлика, вырвавшихся из тесного загона, я вплотную занялся снайпером. Тот понял, что дело для него пахнет солидолом, и попытался спрятаться за обломок спутника. Но немного не добежал.

Первым делом в утиль отправилась его винтовка, которая напоследок успела пробить мне щит и забрать с собой добрую четверть хитов. Слонобой, что тут скажешь.

Сам стрелок продержался чуть дольше, но исключительно благодаря энергетическому кокону. Пока просаживал его, чуть не стал жертвой четвёртого пирата с мощным штурмовым ружьём, коварно подкравшегося со спины. Спас меня Велион, которому пришлось раскрыться. Шпион пару раз успел шмальнуть из револьвера, отвлекая его на себя, но затем последовала немедленная расплата – несколько выстрелов подряд из ружья в ответ, слившихся в одну очередь, и нас осталось всего двое.

Змееростка затоптали ещё во время атаки зверушек, но смерть отдельных членов сквада ещё ничего не значила. Достаточно было выжить хотя бы одному, чтобы нам всем засчитали победу. Командный зачёт, так сказать.

– Никуда не уходи!

С сожалением я оставил в покое недобитого стрелка и побежал мстить за павшего шпиона. «Ближник» для нас являлся одним из самых неудобных классов, и он вполне мог поодиночке вывести нас из строя.

Знал эту нехитрую истину и он сам, поэтому даже стрелять не стал в набегающего на него мечника. Патроны берёг для финальной очереди. Ага. Но я не собирался слепо идти в атаку, а вместо этого выхватил светошумовую и отправил её в недолгий полёт прямиком в харю пирату. Тот не успел активировать светофильтры, и оказался временно дезориентирован яркой вспышкой. Фото на память получилось – просто на загляденье.

Я бросился на пол, пропуская над собой титановую картечь и прочую убойную начинку, пока ослеплённый киборг палил перед собой в белый свет, как в копеечку. Дальше передвигаться пришлось не слишком героично, зато безопасно.

Только вот оружие у «ближника» было со встроенными защитными экранами, оказавшимися не по зубам облегчённому лучевому мечу, поэтому я безо всяких затей на всей скорости боднул противника шлемом, сбив того с ног. А уже там принялся методично выбивать из него пыль, словно из свёрнутого в рулон ковра. Занятие получилось крайне утомительное, и за это время я несколько раз успел поклясться самому себе, что обязательно прикуплю себе хороший металлический клинок с разрядником.

Пират пытался было отстреливаться, но позиция у него оказалась не самая удобная. А из лежачего положения выйти у него никак не получалось. Спустя несколько десятков ударов его персональный щит, наконец, лопнул, и я с большим удовольствием накромсал целую горку кибернетических запчастей, хоть сейчас на рынок беги. Лучевой меч от такого издевательства потерял целых тридцать процентов прочности – того и гляди, воевать скоро с одной лишь гардой буду.

Элли продолжала носиться бешеной белкой, но дела у неё шли хуже некуда – недобитый снайпер достал пистолет и упорно пытался подстрелить девушку, чтобы той занялся скоростной киборг, за которым я едва поспевал взглядом. Тот явно являлся аналогом Шани, выбрав для себя компактный пистолет-пулемёт. Большая часть очередей проходила мимо, но отдельные пульки то и дело цокали по лёгкой броне.

Стрелок так увлёкся выцеливанием мечницы, что начисто проворонил моё возвращение. А так прожил бы на полминуты дольше.

Я снова обезоружил его, оставив в руках лишь оплавленную половинку пистолета, и довёл работу до логического конца, краем взгляда отслеживая перемещения разведчика. И не зря – он всё же решил воспользоваться моей занятостью, и выпустить несколько безнаказанных очередей мне в спину. Но вместо этого оказался отброшен в сторону ударом ноги в прыжке. Рукопашку здесь редко кто применял, и такой поворот случился для него полной неожиданностью. Урона практически никакого, зато тактическое преимущество полностью осталось за мной.

Потеряв скорость от столкновения, пират оказался лёгкой добычей. Щита у него почти не осталось благодаря контратакам Эльвиры, и лучевой меч без особого труда пригвоздил его к одной из баррикад. Там он и отъехал в лучший мир, вслед за стрелком, которого прикончила моя напарница.

Радостный вой зрителей, получивших долгожданное зрелище, заглушил трубный рёв горна. Таким только мамонтов в стойло загонять.

– Всё? – тяжело дыша, спросила Элли.

– Не уверен, – честно ответил я.

Из распахнувшихся последних ворот величественно выплыл сам Чёрный Механик в своём фирменном балахоне, заставив болельщиков разом смолкнуть. И у меня возникло крупное сомнение, что он явился сюда для торжественного поздравления нас с победой. Запоздало мелькнула мысль, что я так и не поинтересовался, кто он такой и чем занимается на станции. А стоило бы.

Пиратский авторитет беззвучно замер в нескольких десятках метров от нас, будто неупокоенный призрак, чей склеп мы неосторожно потревожили. Повисшую в амфитеатре тишину можно было резать ножом на дольки. Я машинально проверил своё снаряжение – две наступательные гранаты, один особо токсичный усилитель и меч, с половиной прочности. Броня чувствовала себя чуть лучше, а вот щиты так и не восстановились. Скверно.

Гляделки продолжались секунд пять, после чего чёрное одеяние резко соскользнуло вниз, будто кто-то дёрнул её за невидимые ниточки. По рядам прокатился многоголосый вздох, похожий на шум океанского прибоя.

Под тряпками обнаружился худощавый киборг, закованный в сегментированный экзоскелет, за которым едва проглядывали небольшие участки родной зелёной кожи. Туловище резко обрывалось где-то в районе таза, уходя в небольшую антигравитационную платформу. Вот почему он передвигался так плавно и бесшумно. Вытянутую морду киборга прикрывала маска-забрало, напоминающая стальной намордник для крокодила, но самой экзотической чертой его внешности являлись руки, коих насчитывалось целых четыре штуки.

Я торопливо вкатил себе стимулятор, наплевав на побочные эффекты. Грядущий токсикоз сейчас был наименьшей моей проблемой. Элли последовала примеру, но она предпочла ускоритель регенерации. С её куцей полоской жизни это было как нельзя кстати.

Механик, явно красуясь, вытянул из-за пояса каждой рукой по продолговатому предмету. А через мгновение в его ладонях зажглись четыре полноценных лучевых меча, без всяких приставок типа «облегченный» и всё в таком духе. Вот и коллега нарисовался, наконец-то. Но совсем не так я себе представлял первую полноценную битву на мечах…

Пожалуй, теперь с его прозвищем никаких вопросов больше не осталось – он просто разбирает противников на запчасти. Надо будет сайрексу потом большое спасибо сказать – услужил, так услужил.

– Ты готов, Куладун? – громко проскрипел Механик.

– Пожалуй, нет, – сказал я чистую правду.

– Тогда умрёшь неготовым!

Он уверенно попёр в нашу сторону, словно атомный ледокол по Антарктике.

Я лихорадочно пытался придумать, чем бы его пронять, но ничего, кроме гранат в голову так и не пришло. Правда, снаряды оказались крайне неэффективны – от взрывов левитирующий киборг легко уходил, а осколки бессильно рикошетили от его брони.

А дальше думать стало некогда – водоворот сражения затянул меня с головой. Техника боя Механика оказалась пусть и примитивна – без всяких ложных выпадов и закрученных ударов – но её с лихвой компенсировало количество мечей. При каждом столкновении наших клинков возникала вспышка не хуже сварочной, рассыпая искры на несколько метров, но вели они себя вполне как материальные объекты. И то хлеб, иначе даже не знаю, как дальше дрался бы.

Светофильтры шлема никак не могли посветлеть от нескончаемой цветомузыки перед глазами. Я едва успевал отбивать выпады этого лазерного комбайна, даже не помышляя о контратаке. Нижняя пара ударов, затем верхняя, после – снова нижняя, и так до бесконечности. Иногда в дело вступал мой подзарядившийся портативный щит на запястье, но надолго его не хватало. Поэтому приходилось постоянно пятиться, чтобы хоть как-то давать рукам передышку.

Вечно это продолжаться не могло – прочность подарка Хреноватора стала постепенно снижаться, да и усталость постепенно брала своё. Элли попробовала прийти на помощь, но после первого же выпада она едва не осталась без меча и руки. Лучевой клинок выпил разрядник досуха, оставив в её руках лишь остро заточенную полосу металла. Пусть уровень Механика был скрыт, как у многих ключевых персонажей, я не сомневался, что он трёхзначный. Меня пока спасали собственное мастерство, уж какое есть, и поднятые стимулятором характеристики.

Не гладиаторская битва, а какие-то Олимпийские игры. То бег с препятствиями, то бейсбол с боулингом, а теперь ещё и фехтование до кучи. Жаль, медалей нам так и не вручат.

– Может, перестанешь бегать и примешь поражение достойно? – предложил киборг, приостанавливаясь.

Ага, значит, силы и у него не бесконечные. Вот только у раллекийского меча осталось меньше десяти процентов – минута, максимум полторы, и всё. На измор взять его точно не выйдет.

– Клим, держи!

Слова, которые я хотел высказать забывшейся девчонке, застряли у меня в горле. Потому что в мою сторону с огромной скоростью летел какой-то овальный предмет. Не выстави я руку, он бы точно заставил бы меня пошатнуться. А в таком бое любая ошибка будет сродни поражению. Метательница дисков, тоже мне.

Снарядом оказалась кастетообразная рукоять лазерного клинка К’Вонгов. И как я только про него не вспомнил?

Надо не забыть купить себе таблетки от склероза…

Хотя, печальной картины этот артефакт всё равно не исправлял. Оружие пусть и не уступало механиковским, оно было одно. А у него их четыре, падла, штуки!

Я активировал высокотемпературное лезвие, оказавшееся голубовато-фиолетового цвета, и немного неуклюже парировал очередные выпады пиратского авторитета. Хват был непривычный, как и длина клинка, но в сочетании со вторым мечом стало гораздо легче. Можно было даже не отступать, но об ответной атаке по-прежнему не могло быть и речи. Банально не хватало рук.

Вот бы остальные конечности киборга чем-то занять… Или кем-то.

Так, а вот это может и выгореть.

– Элли, есть «эмки»?

– Только одна!

– Как скажу, бросай прямо под него. А затем, когда мы с ним сцепимся, разбивай ему лицо. Поняла?

– Что значит – «сцепимся»?

– Увидишь.

Пригнувшись, я отбил очередные выпады, пропустив последний взмах меча над головой.

– Давай!

Электромагнитный импульс, окутавший нас с головы до ног, заставил ненадолго зачихать антигравитационный двигатель. Киборг зашатался на неустойчивой платформе, потеряв опору, и я резко распрямился в леопардовом прыжке. Опытный Механик ожидал атаку, поэтому принял мое тело на два клинка из четырёх. Но это уже было неважно – он всё равно проиграл, хотя ещё не успел этого осознать.

Грудь и живот пронзило, будто раскаленными спицами, опустошая запас жизни до самого дна. Дикий жар резво сменился цепенеющим холодом – предвестником скорой смерти.

Но мои руки тоже не были пусты. Оба клинка так же увязли в плечах киборга, парализовав его верхние конечности, а нижние оказались прижаты моей тушкой в массивной средней броне. Так мы и замерли на доли секунды в смертельных объятьях, проткнутые насквозь, пока в дело не вмешалась Эльвира. Девушка рывком набрала максимальную скорость и с яростным криком полоснула лезвием по пиратскому горлу. Да так, что во все стороны брызнули металлические осколки.

Снести голову у неё не вышло, но клинок всё равно оставил после себя чудовищную рану. На меня хлынул поток голубоватой крови, смешанный с чем-то, напоминающим машинное масло. Киборг захрипел, будто старый советский радиоприёмник, который вместо радиоточки воткнули в обычную розетку, и стал заваливаться на бок.

Но чем окончилось дело, я так и не досмотрел – жизнь подошла к концу, и перед потемневшим взором всплыла самая ненавистная для игрока надпись:

«Вы умерли. Активных точек привязки…».

Дочитывать я не стал, улыбнувшись про себя несуществующими губами. Как бы ни окончилась схватка, малышке Элли собой жертвовать не пришлось. А зная её вспыльчивость и темперамент, киборгу теперь оставалось только посочувствовать. Разлетится по всей арене, как пить дать.

Пожалуй, «Гвоздь-4» получит сегодня своего нового Механика.

Глава 56

Мишель всё-таки исполнила своё обещание, и теперь мы вкушали нечто, под кодовым названием «ризотто» в небольшом, уютном ресторанчике на пересечении Маркса и Энгельса. Улицы так и остались со своими старыми названиями, но вот их внешний вид сейчас никак не намекал о победе коммунизма. Скорее, наоборот.

Повсюду мелькали яркие голограммы, наперебой рекламирующие капиталистическую продукцию, дома больше не напоминали дружные человеческие муравейники, а по дорогам колесили дорогие автомобили. Большая часть которых была приобретена под процент. Да и вообще, жизни «взаймы» никто уже давно не удивлялся. Если в моё время кредитная карта являлась большой редкостью, сразу привлекающей внимание, то сейчас она стала привычной обыденностью.

Докатились…

Пусть мой новый куратор не фанател от «сбалансированной» еды, напоминавшей взбитой миксером бурду, вкусы у неё оказались весьма специфическими. Выглядели блюда интересно, но вот на поверку оказывались либо замаскированной банальщиной, либо вообще несъедобной фигнёй. Положа руку на сердце, кое-что было действительно вкусным, но вот порции… Птиц они, что ли, кормят?

– Полагаю, ты меня вызвала не просто для компании? – поинтересовался я, добив экзотическую кашу с грибами.

– Конечно же нет, – она задумчиво покачала вино в бокале. – У нас наметились определённые успехи, так что руководство дало добро на поощрение твоей работы.

– Так быстро? – удивился я.

– А ты сомневаешься в нашей компетенции, Климент Денисов? – недобро прищурилась безопасница.

Я поморщился от полной версии собственного имени. Сколько лет прошло, а до сих пор его терпеть не могу. Ох уж эти родители, со своими церковными календарями…

Хотя уже давным-давно все мои претензии им глубоко до лампочки.

– Больше нет, убедила.

– То-то же! – она выдала примирительную улыбку. – Но не напрягайся, все наши договорённости остаются в силе. Так что можешь выбирать себе бонус.

– А можно про сам успех поподробней?

– Через связного мы вышли на посредника. Им оказалась очень любопытная личность, все его связи в данный момент утончаются. Больше рассказать пока не могу, извини.

– А что с боевиками?

– С ними… Сложнее. Они вышли на одного из твоих «коллег», после чего тихо его устранили.

Значит, ещё на одного размороженного стало меньше. Но отчего «Призраки» продолжают нас преследовать? Чем мы им так не угодили?

Последний вопрос я задал вслух.

– Не знаю, – пожала женщина худыми плечами. – Но это реальный шанс до них добраться. Другого может и не случиться. Поэтому исполнителей пока решено не трогать, до того, как они перестанут представлять ценность для нанимателей. Надеюсь, у нас с тобой из-за этого не возникнет проблем?

– Если только они сами ко мне в дверь не постучатся.

Жаль, конечно, что тем гнидам нельзя перекрыть кислород, но я прекрасно понимал, почему этого делать не стоит. И это ещё больше бесило.

– Этого не случится, – пообещала Шельма. – Твой дом возьмут под постоянное наблюдение.

– Радость-то какая…

– Ты сам решил выступать наживкой, – напомнила мне она не терпящим возражений тоном. – Если тебя устранят, как и обычных игроков, у нас хотя бы появится новая информация.

– Я не собираюсь умирать.

– А кто этого хочет? Мы лишь страхуемся.

– Тогда мне нужно новое жильё, – прикинул я. – Что-нибудь недорогое, но поближе к центру. Вот за ним и будете наблюдать, сколько душе угодно.

– Хорошо, – кивнула Мишель. – Я подготовлю несколько вариантов, на выбор. Спасибо, что идёшь навстречу.

– Спасибо в инвентарь, вообще-то, не положишь!

– Конечно-конечно, твой бонус в силе, – успокоила меня собеседница. – Ты ведь, кажется, хотел кого-то найти?

– Да, Роберт Викторович, фамилию не знаю, – я скинул ей на коммуникатор все имеющиеся данные Робофотта. – В игру заходил больше месяца назад, беспокоюсь – как бы чего с ним не случилось.

– Я скину тебе адрес завтра с утра, – пообещала Шельма. – И да, по твоей прошлой просьбе – та девица далеко не ангел, но ничего особо криминального замечено за ней не было. Крутилась в модельном бизнесе, оказывала экскорт-услуги в прошлом, сейчас работает визажистом. Единственный заметный эпизод – серьёзная авария в прошлом году.

– Да ладно! – рассмеялся я. – А в коме она не лежала?

– Нет, но полгода была прикована к постели… – женщина запнулась, догадавшись, к чему я клоню. – Думаешь, она тоже из твоих?

– Не думаю – уже уверен.

– Тогда не проще ли от неё избавиться? Пилота я тебе уж как-нибудь найду.

– Нет, она тоже может оказаться зацепкой, – не согласился я. – Или человеком, который просто старается начать жизнь с чистого листа.

– В любом случае, я возьму её в разработку, – резюмировала Шельма, делая какие-то пометки в коммуникаторе.

– Не вопрос. А на счёт подкрепления – ты это серьёзно?

– Вполне, только на профи не рассчитывай – это будет слишком подозрительно. Высокоуровневые игроки на твой клан и внимания не обратят. Кто тебе нужен?

– Искатель.

– Это связанно с твоей текущей экспедицией? – проявила недюжинную осведомлённость моя кураторша.

– На самом деле нет, – признался я. – Нам нужно найти подпространственную анамалию. Ключ уже есть, так что дело за малым.

– Так вот зачем вы тогда сунулись на «Королевскую битву»! – Она одобрительно цокнула языком. – И что там?

– Что-то из наследия К’Вонгов, – не покривив душой, ответил я.

– А ты умеешь удивлять…

Женщина молчала примерно с минуту, окончательно опустошив очередной бокал. Я не стал вмешиваться в мыслительный процесс и сосредоточился на очередном кулинарном «шедевре», размазанном по всей тарелке. Надеюсь, это так было и задумано, а не повар туда врезался лицом.

– Хорошо, будет тебе искатель, – наконец, произнесла она. – Но его работу придётся оплатить по фулл-прайсу. Такая находка автоматически подбросит вас в рейтинге, и если администрация решит, что она добыта неигровым способом…

– Нас её лишат?

– Нет, но за попытку мошенничества клан могут расформировать.

Чего-то подобного я и ожидал. Способов обогатиться в игре предостаточно, но все они завязаны на специальные механики. Захочешь выйти за их пределы – сразу же получишь по шапке. Особенно строго это касается кланов, которым строжайше запрещено вести нечестную игру. Иначе новички-протеже ТОПов оккупировали бы всю рейтинговую вершину, отправив весь баланс к чёрту на рога. А так гипотетический шанс раскрутиться был у каждой группировки.

Высокоуровневые кланы могли помогать своим отпрыскам лишь косвенно, чтобы не схлопотать обвинение в нечестной игре. Отправить своих терминаторов разруливать проблемы в песочнице они были не в праве, как и подарить малышам какое-нибудь сверхценное имущество. Те, конечно, могли вливать донатные деньги, но в разумных пределах. Иначе ими могла всерьёз заинтересоваться налоговая. И не игровая, а самая что ни на есть настоящая.

Поэтому, если не будет факта оплаты услуг искателя, находку могут признать добытой с нарушениями. Тут или взращивай своего собственного специалиста, или слюнявь шекели. И плевать, что сам квест мы добыли самостоятельно, без всякой помощи и читерства. А ключ вообще с потом и кровью выгрызли у конкурентов.

Вот только в нашем случае далеко не факт, что с поиском справится игрок «сто-плюс». Как бы мы после всех расчётов совсем без штанов не остались…

– Когда твой спец может прибыть на аванпост?

– Надо уточнить, но думаю, в течение нескольких дней, – прикинула Шельма. – Ты ещё долго будешь в Приграничье болтаться?

– Нет, завтра должны вернуться. Так или иначе.

На поиски младшего дариокса оставалось ещё сорок часов, но их местоположение уже выяснила новая звезда пиратской арены – Эльвира Рассохина. Мечница мало того, что защитила честь клана, так ещё стала почётным гостьей четвёртого «Гвоздя». Договориться с информатором при её высокой харизме не составило больших хлопот.

Как выяснилось, раллекийцы действительно наведывались на станцию. Всего одним звеном фрегатов, но отсутствие яхты и обширная закупка ремкомплектов наводили на мысль, что это далеко не все оставшиеся в строю корабли.

Само собой, похитители оставили на рынке кучу кредитов, чем невольно привлекли к себе внимание. Преследовать их никто не рискнул, так как эта ветвь уже давно активно сотрудничала с космическими флибустьерами, и за такую инициативу можно было серьёзно схлопотать по шапке от начальства. Но и отпускать таких жирных карасей обратно в омут было выше пиратских сил.

Поэтому вместе с запчастями и боеприпасами на борт одного из фрегатов погрузили ещё и следящий маячок. Мало ли, вдруг ребята склеят дюзы где-нибудь посреди ничейного космоса, или ещё какая напасть с ними случится…

Открыто напасть на экспедицию пираты не могли – Кодекс не позволял. Но их ушлость всё равно принесла им дивиденды – нам в который раз пришлось вычерпать казну до самого дна, чтобы получить частоту маячка. В ход пошла вся имеющаяся наличность, а также материалы и компоненты, добытые во время рейда. Сейчас как раз должны были заканчивать разгрузку.

После оглушительной победы «Мясорубцев» на ринге, наши звездолёты теперь могли беспрепятственно бороздить космическое пространство, принадлежащее корсарам. Отчего немного просело отношение Союза, но мне на это было решительно плевать.

Главное – цель была достигнута. Раллекийцы уже несколько дней неподвижно стояли в шести регионах от пиратской станции. Неясным пока оставалось лишь их количество, но Хреноватор, прикинув размер и количество покупок, дал добро на атаку. У конкурентов заказчика и раньше имелась далеко не армада, а после жёсткой стычки с конвоем их должно остаться ещё меньше. Да и выбора у нас особо не было – отступим сейчас, и в следующий раз будем сражаться уже с подготовившемся противником. И дополнительный корабль будет слабым подспорьем. Вряд ли дариокс, потерявший власть, а то и собственного сына, простит нам такое малодушие.

И по законам Союза он будет в полном праве надрать задницу зарвавшимся наёмникам…

– Хорошо посидели, но мне пора, – откланялась Мишель, оставив меня наедине со счётом за ужин. – Я тебе напишу.

– Жду, не дождусь, – проворчал я.

Хорошо, что теперь мне на счёт регулярно капала пусть и маленькая, но всё же денежка за сотрудничество с охранной фирмой. Иначе из ресторанчика я бы вышел с пустыми карманами.

На полный оклад «Крокусы» не могли посадить меня по понятным причинам, так что предпочитали расплачиваться «натурой» – услугой за услугу. Зато финансово ко мне никак не подкопаешься. Поэтому и на новую съемную квартиру придётся раскошеливаться самому. Но куда больше дополнительных трат меня расстраивал тот факт, что я снова останусь один. Привык уже как-то к нашим вечерним посиделкам с Эльвирой, но жить со мной под одной крышей ей будет слишком опасно.

Пока я встречался с куратором, девчонка успела сбегать на обязательную тренировку и даже смастерила нехитрый ужин. По просторной квартире тянуло ароматами чего-то подгоревшего, а сама юная кулинарка, в шортиках и короткой майке, спешно приводила плиту в порядок. Передник ей подарить, что ли …

– Ты поспала хотя бы? – задал я уже традиционный вопрос с порога.

– Ага, два часа, – вздохнула младшая Рассохина, выкидывая тряпку в урну.

Ну, не так уж и плохо. Не знаю, что там творилось в её голове, но долго отдыхать она не могла даже под снотворным.

Элли устало вытерла лоб и водрузила в центр узкой столешницы небольшую кастрюльку с закопчённым краем. Ничего, раньше она бы её просто дотла спалила. Растёт, хозяюшка.

– Что это? – я указал на пригоревшую ёмкость.

– Сначала хотела рагу, но теперь это скорее запеканка, – она виновато улыбнулась.

Я открыл крышку и принюхался. Вроде съедобно, хотя и с отчётливым дымком. Между тем чемпионка подпольных боёв достала одноразовые тарелки и разлила по стаканам порошковый сок из пачки. Прям обычный семейный ужин.

Ресторанная еда походила больше на закуску, поэтому я без проблем продегустировал новый кулинарный эксперимент моей воспитанницы. И пусть технология приготовления была нарушена везде, где только можно, мне неуклюжее блюдо понравилось больше, чем то, что я пробовал накануне. С душой получилось.

– Как всё прошло? – спросила Эльвира, как всегда с набитым ртом.

– Замечательно, – признался я. – Нам подгонят толкового искателя.

– Бесплатно?

– Ага, держи карман шире.

– Так за бабки мы и сами его найти могли! – возмутилась она.

– Это долго, а значит – дорого, – возразил я. – Нам нужен профи, который вычислит местонахождение аномалии за считанные часы, иначе всем и каждому станет ясно, что мы ищем. Тогда уже воспользоваться ключом нам точно не дадут.

– Ясно. А что по «Призракам»?

– Пока вышли на посредника. Но это уже успех, так что мне скоро выдадут поощрение.

– Деньгами? – хитро улыбнулась девчонка.

– Есть вещи поважнее. К примеру – информация…

– Ой, у меня для тебя тоже кое-что есть! – выпалила Элли, едва не поперхнувшись.

– Про раллеков?

– Нет, ко мне на станции игрок подошёл. Не из «прососов». Безклановый.

– Что хотел? – сразу же напрягся я.

– Диадему подарил, безвкусную. За бой похвалил.

– И всё?

– Это был шпион сто десятого уровня, – продолжила моя ученица, заставив закашляться уже меня самого. – А знаешь, как его звали? Азазель. Ничего не напоминает?

Раздумывал я недолго. Оборона станции закончилась не так давно, и все события ещё не успели померкнуть в памяти. Как и ники тех, кто так или иначе попадался нам на пути.

– Он командовал обороной нашего сектора, – ответил я. – Но какого чёрта он позабыл у пиратов?

– Сам у него спроси, – предложила Элли. – Он встретится хочет. С тобой.

Глава 57

Пока наша поисковая эскадра подбиралась к притаившимся раллекийцам, большая часть игроков успела отдохнуть и подготовиться к бою. По пути нам попалась лишь несколько звеньев мелких автоматических сторожевиков, но с ними мы расправились без особого труда. Перехлопали одного за другим, как в тире. Даже опыта за них не капнуло.

А ведь раньше такие противники являлись для нас серьёзной проблемой. Но к счастью, экстремальные полёты на ржавой лохани безвозвратно канули в прошлое. Не буду врать, что по ним скучаю.

Теперешние звездолёты напоминали голодных хищников, стремящихся поскорей найти себе жертву помясистей. Вот только названия у них, будто под наркотой придумывались. Боевой корвет «Твоя бабушка», похожий на вытянувшего шею лебедя, сигарообразный фрегат «Флюгегехаймен» и артиллерийская самоходка «Насморк». Да, я не ошибся.

Счастье длилось недолго – взбешённый неизбежным конфликтом с раллекийцами, клан-лидер воспользовался возможностью сменить имя корабля в первые три дня после ввода в эксплуатацию. Да и над наречением нового призового фрегата он тоже обещал хорошенько помозговать. Такая вот у него оказалась эмоциональная отдушина.

Но не считая причудливой фантазии, Болеслав являлся лучшим партнёром, какого я только мог себе пожелать. Другой от моих бесконечных выходок или разорвал бы отношения, или вовсе застрелился. Так что с искромётными позывными пришлось мириться. Как с наименьшим злом.

Я привычно устроился в тесной рубке нашего флагмана, по левую руку от главного пилота, а по совместительству – интриганки и мошенницы Дианы. Средиземноморская красавица как всегда выглядела потрясающе, однако при всей своей вызывающей внешности она ещё умудрялась управлять здоровенным звездолётом лучше всех в клане. Тёмная магия, не иначе.

Вот и сейчас девушка среагировала быстрее остальных, когда в соседней с похитителями системе сканер засёк одинокий разведывательный катер. Он предусмотрительно стоял «под парами», но вовремя наброшенная Дианой варп-сетка не позволила ему ускользнуть к своим. Следом в часового прилетел дружный залп, оставив от него только рой мелких раскалённых осколков. Даже собирать нечего.

– Как думаешь, он успел их предупредить? – высказал я вслух почти риторический вопрос.

– А ты хочешь, чтобы они нас в колено-локтевой позе ожидали? – ядовито усмехнулась Диана.

Вот за это я её ценил куда больше, чем за лётные качества или приятные глазу формы. В любой ситуации она находила повод съязвить.

– Старина Ксимири предупредил, что принца могут убить, если дело примет скверный оборот, – пояснил я.

– А наше доблестное появление будет для них скверным?

– Не уверен.

– Тогда лишние полминуты вряд ли его спасут.

При всей своей колючести, девушка была совершенно права. Бой безусловно предстоял серьёзный, и у надзирателей будет полным-полно времени, чтобы расправиться с заложником. Хорошо, что хоть нам не нужно было гадать, в каком из звездолётов его заперли. Пожилой раллекиец уверенно заявил, что молодого дариокса могут держать лишь в специальных покоях, соответствующих его высокому рангу. Иначе это трактуется как кровное оскорбление и приводит к последующей тотальной войне до полного уничтожения. Так что проще его убить сразу, чем хранить где-нибудь в пыльной подсобке – итог всё равно будет один.

Нелогично, но вот такие у них строгие порядки.

Соответствующие хоромы имелись лишь на яхте, которая как раз и предназначалась для транспортировки аристократических особ подобного ранга. Поэтому во всё остальное мы могли стрелять смело. Если только похитители предусмотрительно не захватили с собой ещё одну, чего я в тайне опасался до самого начала сражения. Даже больше того, что мы с ними можем банально не справиться.

И только увидев на тактическом экране окончательный расклад сил, я немного подуспокоился. Яхта оказалась всего одна, и находилась она под присмотром целого звена боевых катеров, имевших в отличие от неё, по одной единице вооружения на борту. От греха я пометил звездолётик как неприкасаемый, чтобы в него ненароком не прилетел шальной выстрел.

Но на этом хорошие новости и заканчивались. Против нас оказалось три корвета типа «Сатари», шестого тира, а также четыре фрегата «Кайлекс», являвшихся чисто боевыми, и три «Капори», относившихся больше к разведывательному типу. Именно их звено прилетало на пиратскую станцию за материалами и запчастями. Поколения у звездолётов, несмотря на схожие модификации, располагались в районе четвёртого-пятого уровня. Середнячки, одним словом. Но вот их общее количество…

Немного радовало лишь то, что большая часть звездолётов оказалась в довольно потрёпанном состоянии, с прочностью корпусов от девяноста до сорока пяти процентов. Крепко им досталось от эскорта принца, да и местный район спокойным курортом никак не назовёшь.

В одного из самых слабых противников – помятый корвет с половиной прочности – я и решил ударить первым. Весь косяк ракет влетел ему в район отсека, отвечавшего за поддержку щита, отчего тот просел на добрых три четверти разом. Фазовый луч довершил разгром, превратив «Сатари» во вспухший ярко-оранжевый шар. Что ж, начало положено.

Раллеки успели загодя перестроится, поэтому от взрыва корвета больше никто не пострадал. Теперь уже в нашу сторону полетели многочисленные ракеты, кинетические снаряды и лазерные росчерки.

Щиты вздрогнули и стали стремительно проседать, а корпус мелко задрожал от частых попаданий. Нечто подобное с нами случилось, когда «Твою бабушку» растерзала туча небольших кораблей. Пусть раллекийцев было гораздо меньше, чем сателлитов, летали они отнюдь не на корытах.

«Флюгегехаймен» активировал щиты по максимуму и выпустил тучу шустрых дронов, прикрывая до поры беспомощный «Насморк». Тот потихоньку копил зеленоватый заряд, но ему требовалось ещё полторы минуты. К сожалению, с полным накопителем межзвёздный прыжок для любого артиллериста категорически запрещён – иначе единственным кораблём, который подорвётся на плазме, будет он сам.

Мы тоже запустили дронов, но отдалять их от корабля не стали. Как бы ни проходил бой, проблему с пленным нужно было решать прямо сейчас. Ведь до его конца он мог и не дожить. Защитить принца можно было только одним способом – уничтожить его надзирателей и прочий вражеский элемент, засевший на яхте. Так что снова пришлось мне отправляться в десантный отсек, оставляя Диану в одиночестве.

Ничего, ей не привыкать. А поязвить вдоволь и по голосовой связи можно.

На этот раз воинов в отсеке было куда больше, чем при захвате «Рассухаривателя», но и задача у нас стояла куда сложнее. Обманок в наличии почти не имелось, поэтому раллекийцы могли спокойно вести по нам прицельный огонь. Лететь на одной тяге реактивных ранцев было сродни изощрённому самоубийству, не говоря уже о тихоходных десантных капсулах, которые заметно уступали им в скорости. Но я всё равно остановился на последнем варианте, решив немного доработать напильником методику.

Десантный бот представлял из себя небольшой саркофаг с прозрачной крышкой и с моторчиком от малолитражки, в котором без особого комфорта могли устроиться двое-трое бойцов. Предназначался он только для того, чтобы высадить максимальное количество боевых сил разом, на не очень большом расстоянии. Мы закупили эти штукенции оптом за сущие копейки, так как на освобождённом от сателлитов «Талвро-19» их теперь было просто некуда девать.

Вот только долететь до яхты на собственном ходу сквозь строй боевых кораблей для этого ведра было задачей из разряда чистой фантастики. Тут и обычные ракеты, скорее всего, собьют. Даже первоначальный пинок пневматической установки десантного модуля не давал им нужной скорости, чтобы максимально усложнить прицеливание. Но что, если поставить туда дополнительный движок? Конструкция, конечно, такого не предусматривала, но я не собирался закапываться в хрупкое нутро бота, вместо этого приделав дополнительную тягу снаружи.

Одна из модификаций дронов, которые были доступны для производства на нашем пятом тире, как раз имела минимальное вооружение, в компенсацию к высокой скорости полёта. Применялась она в основном для разведки и диверсий, так что вполне годилась в качестве ездовой силы. К тому же, у этих беспилотников имелись готовые заводские крепления для транспортировки мелких бомб.

Да, их тоже вполне реально сбить, но с куда меньшей вероятностью.

Пока мы рассаживались по пусковым капсулам, Диана с помощью Вейдала отпинали очередной корабль противника – на этот раз фрегат. Положение наше было довольно тяжёлым, но до катастрофы оно пока что не дотягивало. Вся надежда сейчас возлагалась на артиллериста, который должен был переломить ход сражения. В противном случае наши корабли заклюют со всех сторон, вне зависимости от успеха десанта.

Компанию в тесном боте мне составила Элли, отчего взгляды почти всех подчинённых стали завистливыми. Девушек-бойцов в клане имелось катастрофически мало – Шандайн долечивала своего младшего, некстати подхватившего ротовирус, а богиня стрелков Миними предпочла остаться с клан-лидером в качестве телохранителя. Ага. Прям без контрснайперского огня ему по станции передвигаться опасно.

Поэтому из-за голубоволосой учёной Махи, отправившейся с нами в качестве полевого медика, едва не развязалась весёлая потасовка. Несчастная девушка сунулась было к нам, но Эльвира рассерженно зашипела на неё, будто матёрая кобра на молодого мангуста. Да и места у нас в капсуле из-за моего внушительного бронекостюма особо и не было. Так что пришлось ей выбирать, с кем лететь спасать заточённого принца. В конце концов хилерша остановилась на кандидатуре Кримана, с которым ей уже довелось бороздить космическое пространство.

Под смешки остальных бойцов, парочка скрылась в недрах десантного бота. Я строго прикрикнул на шутников, пригрозив пустить последнего усевшегося в капсулу своим ходом. Обещание подействовало как нельзя лучше – через несколько секунд в отсеке на своих ногах остался лишь инженер, ответственный за наш успешный запуск.

Вылетели мы практически одновременно с раскалённой соплёй, которую «Насморк» выпустил по кружащим перед нами противникам. Получилось эффектней некуда. Зеленоватый заряд, оставляя за собой чёткий инверсионный след, успешно протаранил самый крепкий из корветов, наплевав на его полные щиты и толстую броню корпуса. Ещё минус один.

Парочке его соседей основательно просадило силовое поле, чем сразу же воспользовалась Диана. Плотным осенним косяком полетели ракеты, и ещё один фрегат вынуждены был отступить ближе к звезде, чтобы не развалиться окончательно.

Оставшиеся в строю враги всё ещё превосходили нас в силе, но исход сражения склонялся явно не в их пользу. Последний корвет стал подтягивать союзные фрегаты ближе к себе, формируя ударный кулак, но дальше наблюдать за его действиями стало не с руки – наши капсулы уже неслись по открытому космосу, где их ловко подхватывали дроны-извозчики, словно озёрные стрекозы свою добычу.

Прижав ценный груз к днищу при помощи цепких захватов, они шустро понеслись навстречу яхте. Та отдалённо напоминала яркую аквариумную рыбку с высоким поперечным гребнём и четырьмя плавниками-крыльями по бокам. Корпус был раскрашен в любимой раллекийцами безумной стилистике, от которой немного рябило в глазах. Такое ощущение, что на корпус с перепоя стошнило радугой волшебную единорожку. Размерами безоружный кораблик не превышал того же «Мародёра», так что там могло разместиться не больше десятка противников.

По нам всё же открыли огонь, но с заметным опозданием. Всё же от дронов прежде всего ожидаешь какой-никакой атаки, а не того, что они со свистом пролетят мимо. Понятное дело, что бедолаги-раллекийцы немного обалдели.

Но сказать по правде, мы особого кайфа тоже не испытывали. Не удивлюсь, если многие молились, чтобы долететь до яхты одним куском, а не по частям. Хуже всего в этой ситуации была моя полная беспомощность. И мало того, что в любую секунду нас могли распылить, так ещё Элли, практически сидевшая у меня на коленях, ерзала туда-сюда от каждой близкой вспышки. Не иначе как специально, так как особой боязнью выстрелов она никогда не отличалась. Пусть мы и были закованы в броню, но сути контакта это не меняло, и молодое игровое тело Демченко понемногу стало заводиться. Оставалось лишь молча терпеть и ждать момента стыковки.

Наконец, с громким лязгом металла обшивки, и наших зубов в придачу, мы примагнитились к корпусу. Прозрачный колпак капсулы откинулся в сторону, и моя ученица нехотя выбралась наружу с мечом наперевес. Я едва подавил в себе порыв придать ей дополнительного ускорения ногой. В следующий раз один полечу, воспользовавшись командирским блатом.

Пусть диверсионные дроны и неслись как сумасшедшие, похитители совсем уж кривыми стрелками не были. До яхты добралось всего четыре экипажа – неразлучные Нечай с Крокотом, дуэлянт Давыдофф в компании ещё одного пехотинца по кличке Мановар, а также старина Велион вместе с двумя новичками-стрелками – Змотом и Кеньши. Не знаю, как они там втроём поместились. Остальные, включая Маху и Кримана, ушли на преждевременное перерождение. Похоже, девушка выбрала себе не того попутчика – не ладилось у него что-то с десантированием. Придётся нам в этот раз обходиться без ходячей аптечки.

Дроны, оставив капсулы в покое, принялись кружить неподалёку, отвлекая на себя сторожевые катера. Мы протопали до ближайшего шлюза и запустили привычную процедуру взлома с помощью электронной отмычки. Была мысль взять с собой для этого дела Змееростка, но уж больно он был хорош в центре управления беспилотниками. Без его бонусов мы могли и вовсе не долететь.

Шлюз взломался без особых проблем, пусть и не так быстро, как хотелось. Первой партией зашли мы с Элли под прикрытием щитов и широкой туши Крокота, вооружённого любимым «стенобоем». Решение было почти правильное, так как за внутренней переборкой нас уже ждали.

Стоило отсеку наполниться воздухом, как через распахнувшийся гермозатвор в нас дружно полетели гранаты по всем гренадёрским заветам.

Мы с Элли резво прыгнули вперёд, невольно подставляясь под выстрелы, а вот неповоротливому рептилоиду деваться было некуда. Россыпь взрывов лишила-таки нас защитника, при этом основательно раскурочив шлюзовой отсек. Дорогущий звездолёт захватчики точно не жалели.

Остальная часть десантной группы оказалась отрезанным ломтем, оставшимся снаружи, и должна была пробивать себе дорогу уже в другом месте.

Нас поджидали пятеро стройных раллекийцев сотого уровня, двое из которых вдобавок оказались ещё и мечниками-гвардейцами. Прямо коллеги за коллегами, не зря фехтование подтягивал. Благо, что они были вооружены пусть и отличными, но всё же не лучевыми клинками, иначе бы наша вылазка окончилась в репликационной капсуле.

А так прошлись по самому краешку, едва не лопухнувшись на ровном месте.

Я не стал церемониться и сразу активировал ультимативный меч К’Вонгов. Эльвирина покупка уже зарекомендовала себя с наилучшей стороны, хоть орудовать ей было и непривычно, а вот экспериментальная модель, подаренная Хреноватором, ещё в прошлом бою едва не развалилась на куски. Восстановление образца являлось делом весьма затратным, так что я дал себе слово по возвращению на аванпост прикупить полноценное оружие. Или даже два, на разные случаи.

Портативный щит замерцал от многочисленных лазерных попаданий, но со стрелками пришлось повременить, сосредоточившись прежде всего на гвардейцах. Их мечи имели мощные разрядники, и могли доставить куда больше хлопот, чем любая штурмовая винтовка. Стоит лишиться силового поля, и можно смело готовиться к перерождению.

С первым коллегой я схлестнулся у самого порога. Раллекиец ловко орудовал чуть изогнутой рапирой, но технологическое отставание сыграло свою роль – мощный лучевой клинок пробил его защиту, нанеся серьёзную рану. Следующий мой выпад стал для него уже последним. Только вскрикнуть успел напоследок. Жаль парня, конечно, но никто его не заставлял идти на похищение. Карма-с.

Я давно уже относился к персонажам, как к полноценным личностям, что было не так уж и далеко от истины. Времена запрограммированных болванчиков давно канули в лету.

Теперь очередь дошла и до сладкого – хлипких стрелков, которые на расстоянии вытянутой руки являлись для меня лакомой добычей. Правда, оба щита ребята успели мне излохматить в лоскуты, но это стало бы проблемой для затяжного сражения. А так сойдёт.

Элли же азартно схватилась с другим меченосцем, но всё, на что её хватало – это не дать себя зарубить. Разница в тридцать с лишним уровней не могла не сказаться, как бы она не лезла из кожи вон. Прыгала, выкручивалась, парировала, но гвардеец продолжал понемногу её дамажить, серьёзно просаживая щит. Не вмешайся я в поединок, её поражение было бы неизбежно, как похмелье после затяжных возлияний. Ну ничего, теперь появится лишняя мотивация расти над собой.

Покончив с последним противником, я мельком взглянул на тактическую схему сражающихся звездолётов. На первый взгляд все хорошо – не хватало ещё двух фрегатов противника, но состояние наших кораблей тоже оставляло желать лучшего. Больше всех досталось «Насморку», очередного выстрела которого враги боялись больше, чем наступления конца света. В чём-то их можно было понять, но терять сейчас нашу главную ударную силу очень не хотелось.

Мои бравые десантнички тоже времени даром не теряли, и вовсю окучивали другой шлюз, на противоположной стороне размалёваного корпуса. Пожелав им удачи, мы двинулись прямиком к рубке. Чёрт их знает, какие у похитителей инструкции на этот счёт. А ну как направит звездолёт прямо на полыхающую оранжевую звезду, и поминай принца, как звали. Вместе с нашей репутацией.

К счастью, сторожевые катера оказались под плотным обстрелом дронов, и не представляли сейчас большой угрозы. Другие тоже были очень заняты и не могли перенести массовый огонь на заложника без риска разлететься на запчасти. А отдельных редких залпов бояться не стоило. Чего-чего, а щит на яхте стоял не хуже, чем на ином корвете. Тот же выстрел из могучего фазового луча «Твоей бабушки» он бы отклонил со стопроцентной вероятностью. Явно эксклюзивная модель, надо будет обязательно попытаться её открутить незаметненько…

Рубка взламывалась очень потно, но к моему удивлению живые внутри отсутствовали напрочь. Кораблик торчал под автопилотом, который я немедленно отключил, переведя бразды управления на себя. Осталось только разыскать нашего пленника и лететь навстречу своим.

С первым пунктом простого, как доска, плана не возникло ни единой проблемы. Мы заперли рубку и направились в отсек, именуемый ни много ни мало – «личными покоями». Теперь шлюзы послушно распахивались перед нами, значительно облегчая передвижение по кораблю. Совсем другое дело.

Как ни странно, никто больше не пытался нас остановить, даже у покоев стража отсутствовала как таковая.

Обиталище пленённого аристократа, помимо нарочитой роскоши, пестрило странными символами, нанесёнными буквально на каждый квадратный метр, включая пол. Убранство было отделано драгоценными металлами и редкими минералами с разных экзотических планет. Кое-какие материалы даже не поддавалось идентификации, сколько бы я в них не вглядывался, что многое говорило об их стоимости.

Юный дариокс скучающе устроился поперёк массивного кресла, больше смахивающего на трон, расположенного в геометрическом центре отсека. Кровати здесь не было. Наверное, поэтому молодой раллек закинул ноги за подлокотник, инкрустированный кристаллами, а сам откинулся на другой, заложив руки за голову. Пусть выглядел паренёк совсем как взрослый, но что-то почти детское в его внешности всё же проскальзывало. Доверься я интуиции, заключил бы, что они с Элли чуть ли не ровесники. Но, в отличие от неё, парень куда больше напоминал инопланетянина. На голове красовались высокие роговые отростки, напоминающие алую корону, кожа была цвета застоявшейся крови, а длинным когтям на пальцах позавидовали бы многие хищники.

Звали его Сотакадолир, но я мысленно сократил его до Сотки.

– Кто вы такие? – безо всякой надменности поинтересовался аристократ, перестав болтать ногой в воздухе.

– Нас послал твой отец, – обрадовал я его, внимательно просматривая каждый уголок хором.

Мало ли, вдруг здесь где-нибудь шпион сидит, на самый крайний случай. Но подозрительных шевелений вроде не наблюдалось.

– Чтобы меня убить? – В голосе юноши послышались печальные нотки.

– Вообще-то, спасти, – успокоил его я. – Так что лучше не дёргайся и слушай, что скажем.

– Странно, – немного оживился раллекиец. – А мой братец жив?

– Насколько я знаю – да. Остальные вопросы прибереги для Ксимири, он тебе обо всём расскажет. При встрече.

– Кто-кто? – недоумевающе переспросил наследник, убирая ноги с подлокотника.

– Твою же мать, – я со вздохом заглянул в логи, чтобы не ошибиться на пару-тройку слогов. – Волотоксимири. Знаешь такого?

Принц явно знал, так как из тёмно-красного гуманоида он стремительно побледнел до светло-алого. Элли немедленно встала в боевую стойку, раскручивая в руке клинок, а я невольно оглянулся.

– Что ж, я это заслужил, – вздохнул недавний пленник, шмыгнув носом.

– Ну что ещё тебе не так?

– В-волотоксимири, – Сотка шумно сглотнул ком, подступивший к горлу. – Это один из верховных палачей нашей ветви. Таких как он, на спасение не отправляют. Как раз наоборот.

– Ипатьевский ваш монастырь…

Я невольно дёрнул латной перчаткой чтобы почесать в затылке, совершенно забыв, что я в глухом шлеме. М-да, вечер совершенно перестал быть томным.

– Но зачем они тогда нас нанимали? – озадаченно спросила Элли, обернувшись ко мне.

– Не знаю, – раздражённо пожал я плечами. – Может, боялись, что он от конкурентов сам сбежит. Хотя, скорее всего, нас просто хотели подставить. Как всегда.

Наши размышления вслух прервал Нечай, временно принявший на себя командование остатками группы. Ребята пробились внутрь и даже смогли разыскать ещё четверых противников, с которыми смогли справиться, потеряв лишь одного из молодых стрелков. По итогу получалось, что сторожил принца даже не десяток, а какой-то жалкий «девяток» бойцов. Слишком легко.

На душе, и так терзаемой сомнениями, правильно ли мы поступили, впрягшись в чужую разборку, стали скрести кошки. Я привык доверять своим ощущениям, поэтому безо всяких раздумий поспешил обратно к раскуроченному шлюзу. Нужно было срочно делать отсюда ноги.

– Нечай, уходи обратно на капсулы! Элли, на тебе принц!

– Всю жизнь мечтала…

Девушка схватила понурого аристократа за руку и потянула за собой. Тот удивлённо округлил глаза, но покорно пошёл следом, косясь на меч в её руках.

Стандартные спасательные капсулы я отмёл сразу. Кто бы ни устраивал охрану принца, дураком он не был по определению. Поэтому покинуть яхту нужно было только проверенным способом – через внешний гермозатвор. До работающей версии пришлось бы пересечь весь звездолёт по диагонали, что мне категорически не хотелось. А вот наш поломанный был буквально под боком.

Шлюз, где мы схватились с гвардейцами, автоматически запечатался, чтобы избежать утечки домашней атмосферы звездолёта. Внутренние створки оказались в полном порядке, а вот внешним сильно досталось от гранат, но сейчас мне это было только на руку. Стоило нам войти, как воздух со свистом стал засасываться в небольшие пробоины, покрытые инеем. Пройдя мимо остатков рептилоида, я активировал лучевой меч и воткнул сияющее лезвие в одну из самых крупных трещин, пытаясь как можно скорее прожечь выход наружу.

– Что вы делаете?! – забеспокоился Сотка, хватаясь за покорёженные поручни, идущие вдоль стен.

Сквозняк в шлюзе стал понемногу нарастать, так что пришлось до поры прикрыть внутренние створки.

– Спасаю тебя, конечно же.

– Но я умру в открытом космосе!

– Блин, тебе не угодишь…

С одной стороны, наш юный дариокс был совершенно прав – на нём кроме нарядной одежды ничего и не было. А расшитый камзол, при всей своей дороговизне, никак бы не спас своего владельца от беспощадного вакуума. Поэтому ему достался мой изгрызенный персональный щит, который немедленно покрыл его стройную фигуру мыльной плёнкой силового поля. На первое время пойдет, а там его наши подхватят. Наверное.

– Так лучше?

– Вы только продлеваете мои мученья… – он поник рогатой головой.

– Хочешь умереть – попроси Элли, она всё устроит в лучшем виде, – предложил я ему. – Вжик, и никаких проблем. Для тебя, конечно. Ну так как?

Сотка с ужасом посмотрел на мою улыбающуюся во все сорок четыре зуба ученицу и невольно отстранился от неё, насколько хватало поручня. Та, наслаждаясь произведённым эффектом, громко клацнула клыками.

– Н-нет…

– Значит, не хочешь умереть?

– Не хочу!

– Тогда слушайся меня, и всё будет хорошо.

Пусть аристократ и походил на пацана, но чем-то он меня всё-таки расположил. Наверное, своей детской наивностью.

Тем временем я уже пропилил значительный кусок створки, прикидывая, где именно будет коробить металл разницей давлений. Полный контур замыкать было не обязательно, достаточно лишь прорезать большую часть, и он сам загнётся, как крышка консервы. Правда, меня самого поначалу утягивало головой вперёд в пробоину, но магнитные захваты вполне справлялись. Да и воздух в шлюзе был далеко не бесконечен.

– Кул! У нас тут сюрприз! – снова раздался в ушах голос Нечаянного.

– Вы ещё внутри?

– Да вот, решили кое-что отколупать на память…

– Ну и как?

– Тут штуковина непонятная на Ядре закреплена. Не определяется.

– Хочешь скажу, что это такое? – с весёлой яростью спросил я.

– Наверное, уже нет.

– Ну так бегите!

Системы корабля уже мозоль на глазах сделали многочисленными сообщениями о критическом повреждении шлюза, но я старался не обращать на них внимания. Выход наружу был практически готов, вот только внутренняя чуйка вдруг буквально завопила от нарастающей опасности.

– Элли, обнимашки!

Я с размаху врезал сабатоном по недопиленному выходу, вкладывая в удар всю свою немаленькую массу тела. Вроде поддалось. Теперь осталось лишь открыть внутренние створки и молиться, чтобы разрез оказался достаточный.

Воздух с ураганным свистом ринулся в пробоину, заставляя металл выгибаться всё сильнее. Вдобавок, я ещё раз помог ему новым ударом, от которого даже просела прочность брони. Это стало для обрезка последней каплей – не выдержав такого надругательства, он вывернулся наружу. Эльвира тут же безо всяких дополнительных указаний отодрала вцепившегося в поручень аристократа и вместе с ним они смываемыми в унитаз рыбками нырнули в пролом, в объятья бескрайнего космоса. Только пятки сверкнули. Надеюсь, начального ускорения им хватит, чтобы отлететь от заминированной яхты достаточно далеко…

Додумать эту мысль я уже не успел, так как заряд, установленный ушлыми раллекийцами прямо на реакторе, сдетонировал. Ослепительная вспышка затмила собой даже вездесущий нейроинтерфейс, испепелив меня за доли секунды вместе с яхтой.

К счастью, минёры не стали делать мгновенный подрыв, оставив бомбу на таймере. Видимо, опасались ложного срабатывания во время боя. Всё-таки в их планы не входило устранение Сотки, в отличие от его дорогих родственничков. Вот для них он дохлым был куда желанней, чем живым и здоровым.

Эти нехитрые умозаключения я строил, дожидаясь распечатки нового тела на борту «Твоей бабушки». Пиктограмма Элли продолжала исправно гореть в меню отряда, так что девушка определённо была жива. Стало быть, и принц тоже. А вот остальные, располагая вполне исправным шлюзом, умудрились распылиться вместе со мной. Вот что жадность с людьми, и прочими гуманоидами, делает.

Но читать им нотации сейчас не хотелось. Кто не дурак, сам осознает, а дураки нам не нужны.

Впереди у меня отчётливо маячил тяжелый разговор с представителем заказчика, оказавшимся по совместительству душегубом на окладе. С этим фруктом откладывать разговор было нельзя, так как бой по факту подходил к концу. А там и вылавливание молодёжи не за горами. Лишь бы у паренька воздуха хватило, иначе бедняжке Элли придётся ему дыхание рот в рот делать. Силовое поле спокойно пропускает различные газы, лишь бы не раскалённые, так что особых проблем я в процедуре не видел. Если только егоза запасной кислородный стержень с собой не прихватила.

Может, попросить Диану, чтобы сильно не торопились?

Пока меня собирали заново «Насморк» удачно высморкался в последний корвет, от свиты которого осталась лишь парочка недобитых фрегатов, штурмовать которые у меня не было никакого желания. Скорее всего, они тоже те ещё «дамочки с сюрпризом», и подорвутся, как только мы отправим туда десантников. Ну их, к дьяволовой бабушке.

Оказывается, мы тоже понесли потери – старина «Флюгегехаймен», принявший на себя большую часть залпов по артиллеристу, потерял целостность кузова и разошёлся по швам, будто несчастные лосины на заднице стокилограммовой дюймовочки. Большая часть экипажа смогла спастись и теперь расселялась по корветам. А у меня на один головной спазм стало больше – минус пятнадцать синткоинов на восстановление, не считая ремонта. Наша казна напоминала чёрную дыру – сколько бы денег туда не закидывал, всё равно оставался должен.

Так что на встречу с семейным палачом я шёл в самом скверном расположении духа.

Волотоксимири, да продлятся его годы до самой тепловой смерти Вселенной, находился на привычном месте в операторской. А вот молодой искатель отсутствовал – отсыпался после дежурной смены. В бою от него, откровенно говоря, было мало толку, поэтому на него легла не самая популярная обязанность приглядывать за кораблём, пока остальные отдыхали в реале.

Надо отдать пожилому инопланетянину должное – он всё прекрасно понял, увидев меня, облачённого в полный боевой доспех среднего класса. Я не стал надевать лишь шлем, чтобы не терять с собеседником зрительного контакта. Вполне возможно, что эти самые глаза с вертикальным зрачком навсегда потухнут после нашего с ним разговора, поэтому общаться через кастрюлю на голове было как минимум невежливо.

– Полагаю, вы нашли наследника, – заключил Ксимири спокойным голосом.

– Да, и он скоро прибудет на борт, – я уселся напротив, положив эфес меча на колени. – А вот у нас снова созрело несколько острых тем для беседы. И желательно бы обсудить их до того, как вы встретитесь.

– Замечательное оружие, – проигнорировал мои слова раллекиец, разглядывая пустующую до поры рукоять.

– Будете продолжать строить из себя дурачка, познакомитесь с ним поближе.

– Даже так? – чуть удивлённо нахмурился он.

– Я очень пунктуальный человек, – пришлось признаться мне. – Но как назло, в тексте моего задания ни словечка про лично вашу сохранность. Вот про отпрыска уважаемого дариокса – сколь угодно, вплоть до правил его транспортировки. И будьте уверены, все условия договора будут мной строго соблюдены. Я доставлю его на аванпост, чего бы это ни стоило. Даже если мы кое-кого не досчитаемся по прилёту…

– Я вас понял.

– Замечательно! Так мы с вами продолжаем сотрудничество или мне нужно искать другого представителя вашей ветви?

– Думаю, в новых участниках вашего задания нет нужды. Я не собираюсь совершать никаких противоправных действий. Вы доставляете нас на «Талвро-19», получаете расчёт, после чего мы с младшим дариоксом двигаемся дальше.

– Хотите сказать, что у вас там такой острый дефицит кадров, что на поиски наследника отправили сразу нескольких палачей? Вы же не будете отрицать, что на станции находятся ваши коллеги?

Вот тут-то невозмутимого с виду инопланетянина, наконец, проняло. На секунду он потерял контроль над собственным лицом, и я с удовольствием разглядел проступившее замешательство. Болеслав как-то обмолвился, что раллеков прилетела целая делегация, из которой с нами отправился лишь один. Остальное я додумал уже логически и оказался прав на все сто.

Не получись у нас выследить похитителей, по нашим следам отправились бы другие соискатели. Вплоть до хоть какого-нибудь результата. Вот только для самого пленника это не стало бы поводом для радости. Даже если бы его удалось вызволить.

Помолчав, представитель заказчика нехотя выдавил из себя:

– А вы проницательны…

– Что есть, то есть, – развёл я руками. – Так что там с нашим спасённым? За что его так?

– Он подвёл всю нашу ветвь своими безрассудными действиями и должен понести наказание! – сказал палач, как отрезал.

– А можно чуть поподробней?

– Это сугубо семейное дело.

– Может, мне тогда у него самого спросить? Думаю, увидев вашу голову отдельно от тела, он не станет что-либо утаивать.

– А вы не боитесь настроить против себя сразу две могущественные ветви?!

– Не-а.

Собеседник раздражённо фыркнул, возмущённый моим пофигизмом. Но возражать мне ничего не стал, будучи прекрасно в курсе того, как тепло нас приняли на «Гвозде-4». Если на территории Союза раллекийское древо могло настрогать опилок из любого Буратино, то посреди пиратской Вольницы они были лишь очередной бандой, не имеющей ровным счётом никаких прав. И конечно, персонаж никак не мог знать о наших с Хреноватором планах участвовать в Турнире, а рассказывать ему об этом я не собирался.

– Хорошо, – сдавшись, произнёс он. – Сотакадолир возомнил себя настоящим дариоксом и совершил страшную глупость. Посреди грядущего конфликта он взял несколько кораблей из оцепления и отправился в свой идиотский поход, поставив свои интересы выше семейных. Его выходка оголила наши позиции в самый неподходящий момент, а последующее пленение поставило под угрозу саму честь ветви. Прежде сурово наказывали и за куда меньшее преступление, так что старший дариокс принял решение отсечь этот захиревший побег.

– Не знаю, кто там из вас больше захирел, но мне кажется, что это ваш главный…

– Немедленно извинись!

Раллек попытался было вскочить, но ему помешало голубоватое лезвие, вспыхнувшее у самого его горла. Продолжи он вставать, точно остался бы без головы.

– Знаете, я ведь тоже своего рода палач, – честно признался я, отводя клинок. – Но от моей руки пали только достойные смерти. Даже когда мне приказывали это сделать, я всегда сначала думал, потом действовал. Не скажу, что это пошло мне на пользу, но зато те времена не стыдно сейчас вспоминать.

– Понимаю, но Сотакадолир сам подписал себе приговор своими поступками.

– А мне этот молодой человек не показался бездумным прожигателем жизни, – возразил я. – Более того, он осознаёт, что заслужил кару. Неужели одного этого мало?

– Решение дариокса не оспоряется!

– Фанатичненько, – оценил я. – Но парень же явно совершил проступок не просто так. В его возрасте большая часть косяков имеет под собой вполне благовидные причины. Чего он здесь забыл?

– Это сугубо семейное дело!

– Мне кажется, или мы сейчас на второй круг заходим? – покачал я головой. – Почему бы просто не ответить на мой вопрос и не заставлять меня вытягивать каждое слово клещами?

– Я не имею права разглашать такую информацию, – заявил палач. – Иначе составлю Сотакадолиру компанию.

– А никто и не узнает, – весело пообещал я. – Если что, вы всегда можете свернуть всю вину на юного дариокса. Я же не из праздного любопытства спрашиваю.

– Вот именно поэтому…

– Да не собираюсь я наживаться на ваших секретах! Мне просто нужно понять, как разрулить всю эту неприятную ситуацию с минимумом жертв и разрушений.

– Но вам-то зачем раллекиец, которого вы впервые в жизни увидели? Богатства у него особого нет, одни лишь долги перед ветвью.

– Ученицу за него хочу выдать, – мечтательно ухмыльнулся я. – Видели бы вы, как он на неё смотрел…

– Дева хороша, – Ксимири тоже позволил себе скупую улыбку. – Вот только не позволит ему никто сочетаться с обычной грязнокровкой. На нём и так грехов немало, да плюс такое.

Надо же, неужели им суждено стать современными Ромео и Джульетой? Было бы занятно.

– Кстати, так что там с грехами?

– Будь по-вашему, – вздохнул Ксимири. – Он отправился искать древнюю семейную реликвию, которая была утрачена где-то здесь много сотен циклов назад. Довольны?

Слова давались пожилому раллекийцу тяжело, но жить ему, видимо, хотелось сильнее. Что-то такое я и предполагал с самого начала. Сюда в эротический круиз не летают, только по крайней финансовой нужде.

– Что за драгоценность?

– Раз вы всё равно узнаете… Это был некий артефакт К’Вонгов.

Я невольно поглядел на рукоять меча, в котором угасло ослепительное сияние лучевого клинка. Игрушка, бесспорно, дорогая и статусная, вот только не того масштаба, чтобы отправляться за ней очертя голову в самый разгар массового бодания рогами. Есть, конечно, экземпляры и покруче – не только мечи, но и прочее оружие, а также броня. Опять же – мелко. Вот если бы целый звездолёт…

Они, бесспорно, в игре присутствовали, хоть и стоили целое состояние. Даже если его разобрать и продать запчасти, можно неплохо так навариться. До сих пор не могу простить себе того, что крестообразный звездолёт, который мы нашли первыми, прибрал к рукам кто-то другой.

Вот только аристократ летел в облегчённом составе, преимущественно с боевыми кораблями. Ни одного тягача или хотя бы большегруза. Либо его цель была в рабочем состоянии, что крайне маловероятно, либо она не такая уж и большая. Тем более, потерянный звездолёт вряд ли бы назвали простым «артефактом».

Тогда что? Инфо-шар, или чего покруче? А что может быть круче-то? Разве…

И тут меня, как частенько бывает, резко накрыло осознанием. Происходящее из разрозненных фрагментов со щелчком состыковалось в единое полотно, где всё просто и понятно. Люблю такие моменты.

– А тот артефакт, случайно, не является ключом от подпространственного кармашка? – невинно поинтересовался я.

Раллекиец вроде бы ничего не пил, но всё равно умудрился поперхнуться.

– Откуда?!

– От верблюда, – лаконично ответил я.

Так вот что у них там за конфликт такой. Территориальный, ага. То-то Ксимири так туманно о нём отзывался, хотя прямые боестолкновения на подконтрольных Союзу землях вроде как запрещены. Мне ещё тогда это подозрительным показалось.

Получается, борьба идет не за абстрактное звёздное скопление, а за одну-единственную систему, в которой может быть скрыто настоящее сокровище. И тот, кто этот волшебный ларец первым откупорит, окажется на коне. Раз Сотка решился на судорожные поиски открывашки исчезнувшей расы, значит, у его ветви подобный девайс отсутствовал, и её в любой момент могли запросто задвинуть в сторону.

Скорее всего, клан заказчика лишь контролирует область, где засекли подпространственную аномалию, но сам он как собака на сене – и сам не куснёт, и другим не даст. А у других явно есть, что туда полезного присунуть, и они всеми правдами и неправдами выдавливают оттуда конкурента. Пока тот не приобрёл ключ за валюту.

И похоже, что та соломинка, что прихватил с собой юный авантюрист, переломила хребет хрупкому балансу сил. Иначе бы его папаша не стал с психу заказывать собственного отпрыска. Коих не так уж и много.

Интересно, чего это его предки здесь забыли с дорогущей технологией в багажнике? Хотя, ответ может быть куда проще, чем кажется на первый взгляд. Как минимум, один перспективный кармашек в здешних краях имеется. Эта ниточка вполне может вести к тому самому месту, где закисли в своё время К’Вонги на своей непонятной посудине. Любопытно.

– Что ещё за «верблюд»? – нахмурился палач.

– Древнее чудовище, – отмахнулся я, пытаясь прикинуть дальнейшие действия. – Посидите пока молча, мне нужно кое-кому написать. Решим мы ваш спорный вопрос, не волнуйтесь.

– Увы, но казнь может отменить лишь сам дариокс, а он не общается с простыми наёмниками.

– Да я не про этот пустяк, а про глобальную проблему с другими ветвями. Из-за которой всё и завертелось.

– Да как вы её решите-то?! – окончательно потерял самообладание Ксимири.

– Дорого, мой друг, очень дорого.

Убедившись на тактическом экране, что противники успешно разгромлены, а мои бравые командиры вовсю пылесосят трофеи, я углубился в нейроинтерфейс и принялся торопливо набирать текст послания по галактической сети:

«Дорогой Болеслав!

Спешу сообщить, что задание по освобождению заложника прошла почти успешно. Отчего у меня для тебя целых две новости, причем хорошей среди них нет. Выбирай сам, с какой начинать…».

Глава 58

– Плотненько же нас окружили… – задумчиво произнесла Диана своим фирменным хриплым голосом, глядя в тактический экран.

На нём мерцали уже четыре красные отметки, изображавшие вражеские корабли. Три фрегата, возглавляемые корветом. Остальные чуть запаздывали, из-за несогласованного старта. На наше счастье, преследователи снова просчитались и выскочили из варпа слишком далеко, чтобы связать нас боем и не дать уйти. Реакторы звездолётов уже полностью накачали двигатели энергией, оставалось лишь выбрать следующую систему из соседних. Да помахать рукой неудачникам, в который раз оставшихся с носом.

Я практически не удивился, когда раскиданные по всему региону гравитационные детекторы засекли крайне нездоровое шевеление. Да такое массовое, что о простой случайности не могло быть и речи. С раллекийцами уже было покончено, так что это могли быть только одни существа в галактике – пираты.

Пусть мы с ними кое-как наладили отношения, но до крепкой дружбы нам было ещё очень далеко. Что позволяло им немного нас пощипать на нейтральной территории. Мы были бы совсем не против скрестить лазерные струи, не виси на нас задание мёртвым грузом. Да и в недавней схватке нас всё же крепко потрепало.

Но, кажется, выбора уже не было. Хорошо хоть, что серьёзная драка не обрушивала нашу репутацию, а даже наоборот. Порядки у пиратов царили странноватые – чем больше ты их отправишь на тот свет, тем сильней растёт уважение к тебе. Конечно же, если ты делаешь это не во славу Союза и сил правопорядка. Тех тоже уважают, но ненавидят куда больше.

Догонялки продолжались уже около часа, и вариантов для отступления становилось всё меньше. Мы неминуемо приближались к окраине региона, где межзвёздное пространство было таким огромным, что обычным подпространственным прыжком его никак не покроешь. А готовиться к длинному скачку нужно гораздо дольше. За это время звездолёты даже на педальной тяге успеют с нами сблизиться с другого конца звёздной системы.

– После прыжка примем их, – решил я. – Хватит бегать.

– На всех нас точно не хватит, – покачала головой Диана. – Захарькают толпой.

– Думаю, мы их достаточно растянули, чтобы попробовать.

Девушка раздражённо пожала плечами и принялась готовить очередной прыжок.

– Если боя не избежать, мы должны драться, как в последний раз! – раздалось за нашими спинами.

Высокопарная фраза принадлежала нашему самому ценному пассажиру – Сотакадолиру, которого для краткости я прозвал Соткой. В тесной рубке корвета для него не нашлось сидения, поэтому принц гордо путешествовал стоя. Увы, расселить его в более удобном помещении не представлялось возможным из-за дурацкого этикета. Раллекийский аристократ мог находиться либо в специальных покоях, отвечавших всем стандартам роскоши, либо на капитанском мостике. И так как его комфортабельная яхта разлетелась по всей солнечной системе, других вариантов просто не осталось.

Дабы он не скучал, компанию ему, помимо нас, составляла Эльвира. Собственной персоной. Та не скрывала своего недовольства, но зато при ней смущённый принц вёл себя тише травы. И меньше проявлял свой авантюрный характер. Причина его смущения была проста – девушке всё же пришлось делиться с ним драгоценным кислородом, так сказать, орально. В лучших традициях «Спасателей Малибу». И сказать, что молодого дариокса это потрясло до глубины души, будет попыткой сильно смягчить факты. Поэтому молодая мечница до конца путешествия намертво закрепилась в его свите, вынужденная всегда находится подле аристократа.

От такой оказанной чести девушка разве что молниями не искрила, а если бы взглядом можно было убить, раллекиец уже давно распылился бы на атомы. Или ещё на что-нибудь нежизнеспособное.

Но что не получалось у моей ученицы, вполне было по силам пиратским кораблям, вцепившимся в нас бульдожьей хваткой. Они чувствовали нашу слабость и неудержимо пёрли вперёд. Пресловутый Кодекс их не сдерживал – в отличие от раллекийцев-похитителей, мы пребывали на этой территории в качестве обычных наёмников. Никто из авторитетов за нами не стоял, а на Хреноватора они и вовсе плевать хотели.

Я предупредил Свонна о предстоящем манёвре и активировал переход. Звезды вытянулись в яркие чёрточки, заскользившие куда-то мимо корабля. Две с половиной минуты, и нас выплюнет в новой системе.

Щиты уже успели полностью восстановиться, а вот состояние корпусов не вселяло оптимизм – семьдесят процентов у нас, и чуть больше половины у «Насморка». С такими показателями обычно стараются быстрее отправится в тихую гавань, а не воевать с превосходящими силами противника. Но нашего мнения здесь никто не спрашивал.

Следующая звезда оказалась внушительным красным гигантом, приближаться к которому не рекомендовалось даже крепким исследовательским судам. Немногочисленные планеты и спутники представляли собой либо безжизненные камни, либо раскалённый газ.

Стоило нам развернуться в сторону предполагаемого появления пиратов, как артиллерист принялся спешно накапливать заряд плазмы. Я врубил боевую тревогу и выпустил на волю оставшихся в строю дронов под присмотром Змееростка. Безоружные диверсанты подхватили лапами маломощные заряды, а у остальных первостепенной задачей было не подпускать к нам вредную мелочь.

Первые корабли появились на радаре через три с лишним минуты. Всё те же три фрегата и корвет земной постройки серии «Кречет». На этот раз им удалось попасть в боевую сферу, диаметром в одну световую секунду, но большой удачей для них я бы это не назвал.

Диверсанты, курсировавшие неподалёку, сработали как положено – четверым удалось доставить опасные гостинцы прямо на обшивку двух лёгких пиратских кораблей. Беззвучные взрывы махом сняли переливающийся ареол силового поля вокруг них, превратив звездолёты в лёгкую добычу.

– Хоп-хей, ла-ла-лей!

Фазовый луч пробил оборону одного из беззащитных фрегатов и оставил от него оплавленный кусок бесполезного металла. Секундой позже ракеты по одной стали покидать кассету, направляясь к его товарищу по несчастью. Бил я в основном в оружейный отсек, который после двух успешных попаданий так же вышел из строя, как и щитовая. Теперь с недееспособным корытом мог справится даже одинокий дрон.

Вражеский корвет при поддержке последнего лёгкого соратника жахнул по нам в ответ из скорострельной пушки и счетверённой лазерной установки. Щит поглотил большую часть урона, но досталось и корпусу, отъев у него чуть меньше десяти процентов. Всё-таки пиратский флагман превосходил нас на целое поколение и активно пользовался прикрытием уцелевшего юнита младшего класса. При таком раскладе мы неизбежно этой парочке проигрывали, если не считать светящегося чуть позади нас артиллерийской самоходки.

Заряд был практически готов, но я решил повременить с нашим козырем и оказался прав. Пока мы обменивались оплеухами с «Кречетом», в космическое пространство позади него вторглось ещё пятеро – звено фрегатов, возглавляемое грозным корветом седьмого тира, орторионской постройки. Этот красавец, напоминавший собранную из угловатых кубиков «ЛЕГО» подлодку с небольшими крыльями, в играючи насадить нас на ствол, без всякой поддержки. Пираты явно перестраховались, сведя наши шансы к абсолютному нулю.

Но увы, их расчёты не оправдались. Плазменный сгусток, который большинство командиров не задумываясь запустило бы в земной корвет, отправился навстречу более грозной цели. Свонн в который раз оправдал звание талантливого пушкаря, выстрелив с опережением, и размазал главную пиратскую надежду по всей системе. От могучей вспышки ненадолго поймало меланхолию всё наше следящее оборудование, уйдя на вынужденную перезагрузку.

– Потрясающе! – выдохнул Сотка.

– Рано радуешься, – вернула его с небес на землю Диана. – Всё только начинается. Сейчас за нас всерьёз возьмутся.

Стоило только технике «прозреть», как наш многострадальный корпус снова содрогнулся от множества ударов. Кинетические снаряды плохо останавливались просаженным щитом, в отличие от лазерных лучей, поэтому они безнаказанно молотили по обшивке злым градом. Ответить мы особо не могли – перезарядку ЛФЗ нужно было ещё ждать добрую минуту, а плазму «Насморка» все пять.

В этот критический момент уцелевшие пираты умудрились-таки поступить нестандартно. Вместо того, чтобы продолжать обстрел изо всех стволов, они выпустили в нашу сторону целый рой десантных ботов. Причём все направлялись именно в сторону «Твоей бабушки». Теперь у меня не осталось сомнений, что вовсе не корабли привлекли их нездоровое внимание. Ведь и в огневом, и в финансовом плане артиллерист являлся более ценной мишенью, а захватить его было гораздо проще. Мне ли не знать.

Однако, десантные гробики целеустремлённо приближались именно к нам. Сбить их все было нереально, да особо и нечем – дронов почти не осталось, а высокоточное скорострельное орудие у нас отсутствовало. Оставалось лишь надеяться, что большая часть капсул окажется пустыми обманками. Иначе всем желающим зайти к нам в гости просто не хватит места на борту.

– Диана, принимай первый номер.

Я освободил кресло и направился готовиться к обороне.

Либо пираты как-то пронюхали про принца, что маловероятно, либо просто предположили, что мы отбили у раллекийцев нечто ценное. Но в любом случае, разваливать нас в их планы не входит. И это новость – хуже некуда.

Если мы вдобавок и наш флагман потеряем в случае успешного абордажа, то Болеслав меня, не дожидаясь «Призраков», сам придушит насмерть. Наплевав на собственную инвалидность.

Эльвира собралась было идти вслед за мной, но я остановил её у порога.

– А ты куда? На тебе принц.

– Опять? – оторопела она. – Да что с ним здесь случится?!

– Проследишь, чтобы он на подвиги ненароком не умчался.

– Да я его сама туда отправлю! Пинком!

– Если он умрёт, все наши усилия отправятся псу под хвост. Мало того, нас раллекийцы потом на такой счётчик посадят, что мало не покажется.

Девушка обречённо кивнула, с досады саданув кулаком по стене, а обрадованный младший дариокс быстренько устроился в моём кресле.

– Удачи вам, командир!

– Она всегда со мной, – проворчал я, выходя в жилой отсек. – Целых семь пунктов.

Там сейчас отдыхало всего трое – остальные либо сидели по своим отсекам, либо занимались ремонтом.

Имеющихся в наличии бойцов я разделил на две группы. Первая, более многочисленная, должна была удерживать ключевые участки от захвата. Вторая являлась оперативной, в неё попали лишь самые мобильные бойцы – Давыдофф, Велион и Полтос (разведчик из экипажа «Флюгегехаймена»), а также Маха в качестве передвижной аптечки. Отряд вышел не самый впечатляющий по урону, зато очень быстрый, чтобы в короткие сроки прийти на помощь любой группе защитников.

Через несколько минут гулкие удары по корпусу оповестили, что незваные гости уже прибыли, и вот-вот попадут на борт. Я не возлагал особых надежд на систему безопасности – мы особо её не прокачивали, так что надолго задержать десантников она точно не сможет.

Технологических отверстий у «Твоей бабушки» имелось целых три штуки – один грузовой шлюз и два стыковочных, по бортам звездолёта. Пираты, как истинные негодяи, полезли сразу во все щели. Моя догадка на счёт пустых капсул подтвердилась – нападавших оказалось не так уж и много. Всего три с лишним десятка. Но каждый из них преодолел стоуровневый порог, а элитные корсары и вовсе щеголяли сто пятидесятыми. Поэтому сражаться с ними было крайне неприятно даже с численным преимуществом.

Через минуту мы уже знали, куда прежде всего спешить на помощь. Левый борт, где устроились Нечай с Крокотом пока держался, правый под присмотром Вейдала и его стрелковых турелей понемногу продавливался, а вот в практически пустом грузовом отсеке уже вовсю хозяйничали враги. Там за оборону отвечали ребята Кримана – в основном стрелки и пехотинцы. Самая многочисленная группировка не смогла сдержать натиска атакующих, и киборги прорвались внутрь.

Когда мы ворвались в грузовой, в строю, кроме самого Кримана, оставались лишь Змот, Кеньши и Мановар, засевшие за стальными контейнерами. А вот абордажников имелось целых одиннадцать штук. Сказать, что оперативная группа появилась вовремя – не сказать ничего. Тем более, большая часть противников, пытаясь задавить последних выживших, слишком далеко продвинулась по отсеку. Боковые выходы они не контролировали, в том числе и тот, из которого мы выскочили. За что немедленно поплатились.

– А ну пошли на хрен с моего корабля! – прорычал я, всадив клинок в спину первого попавшегося киборга.

Стрелки успели основательно просадить ему силовое поле, и лучевой клинок без труда пробил закованное в металл тело насквозь, оставив в его груди огромную прожжённую дыру. Каким бы внушительным запасом хитов пират не обладал, такое повреждение не оставило ему никаких шансов. На пол он оседал уже безжизненной марионеткой.

Остальные тоже зря времени не теряли. Велион безнаказанно всадил заряд парализатора в штурмовика с мощной лазерной винтовкой, а Давыдофф с Полтосом плотно нафаршировали пулями разведчика в лёгкой броне.

Но даже потеряв разом троих, абордажники не растерялись и перевели лазерный огонь ещё и на нас. Быстроногим разведчику и дуэлянту пришлось оперативно делать ноги, а я оказался прижат к дальней стене, у которой были сложены наши немногочисленные трофеи. Останки кораблей покуда защищали от выстрелов, плача расплавленным металлом от попаданий, а приближаться ко мне вплотную киборги по понятным причинам не желали. Поэтому тактично принялись выкуривать меня из укрытия гранатами.

Первые два взрыва безобидно прогрохотали вдалеке, но следующий кругляш едва не прилетел мне в лицо. Пришлось немного высунуться и отбить гостинец в сторону. На этом мои приключения и закончились бы, ведь пираты смогли меня засечь, но тут в дело вступил Змееросток. Оставшийся не у дел хакер взял на себя управление грузовыми манипуляторами, которые в мирное время перемещали крупногабаритное добро внутри отсека.

Массивный контейнер, висящий где-то под сводом, был воспринят персонажами как предмет интерьера. Да и я бы за него взглядом не зацепился. И когда тот целенаправленно полетел в их сторону, бойцы среагировали слишком поздно.

Ящик, в котором находились порезанные на пластины обломки раллекийского звездолёта, весил где-то в районе трёх тонн. И помимо ужасного грохота он оставил после себя заметную вмятину в укреплённом полу. Такую в автосервисе не исправишь.

А вот от четверых пиратов, включая их полевого командира, не осталось ровным счётом ничего, не считая грязных потёков. Физика – страшная штука и плевать ей, какого ты там уровня. Техника безопасности одна для всех.

– Потому что каски надо в рабочем помещении носить! – злорадно рассмеялся я.

И подкинул корсарам лично от себя несколько штурмовых гранат, в качестве «алаверды».

Змееросток тоже на достигнутом останавливаться не собирался. Следом в нападавших полетели предметы куда меньше, зато многочисленней. Киборгам стало резко не до нас, и они принялись с остервенением крушить беззащитные манипуляторы, попутно уворачиваясь от импровизированных снарядов.

Хакеру удалось серьёзно зацепить ещё одного, впечатав его окованным боксом прямо в стену. Сила удара оказалась такова, что от пирата остался заметный трафарет. Остальные абордажники отделались лишь незначительными повреждениями. А вот погрузчиков они истребили всех на корню.

Но и мои ребята тоже не зевали. Воспользовавшись временным замешательством врагов, коих оставалось всего пятеро, бойцы снова открыли огонь. Пришлось осмелеть и мне, покромсав одинокого корсара, отбившегося от общей группы. Пока танцевал вокруг него, товарищи пираты решили благоразумно отступить обратно к шлюзу для перегруппировки. Очень зря, так как потерявший все манипуляторы Змееросток скучать не собирался. И решил поторопить припозднившихся гостей, перехватив взломанное управление обратно.

– Поберегись! – раздался в ушах его задорный голос.

Под красные тревожные вспышки протяжно завыла сирена, заставив скрестись на душе не то что кошек, а настоящих саблезубых тигров.

– Ипатьевский твой…

Договорить я не успел, так как вместе с воздухом ринулся прочь из отсека. Оба гермозатвора, в нарушение всех мыслимых инструкций, распахнулись разом, выпуская всё незакреплённое за борт. И нас с пиратами в том числе.

Меня спасла какая-то кривая скоба, торчащая из ближайшей кучи неотсортированного металлолома, в свою очередь примагниченного к грузовой платформе. Зацепился за неё рукой уже в полёте, немного выдернув её наружу. От рывка едва не вывихнул себе плечо, но выручил бронекостюм, принявший на себя большую часть импульса. Затягивало так сильно, что не было возможности опустить ноги к полу, чтобы получить ещё одну точку опоры. Мимо прокувыркался ещё кто-то, не догадавшийся вовремя активировать магниты в подошвах, и стремительно скрылся в проёме. Так сказать, со свистом.

– Змей, твою мать Паскалевскую!

– О, соряныч, ща поправлю…

Гермозатвор бесшумно сомкнулся, отсекая нас от жадного вакуума. Но анализатор костюма всё равно показывал, что атмосфера в отсеке скорее отсутствует, чем наоборот. Спасибо глухому шлему, иначе дышать пришлось бы выбегать в коридор.

– Предупреждать же надо!

– Так я вроде…

– Конкретней излагай свои планы, – проворчал я, осматривая учинённый погром. – Иначе расскажу Диане, что ты хентай свой неправославный смотришь.

– П-хе, п-хе… – поперхнулся бедолага. – Чего-о?

– Я вообще-то тоже здесь, – ядовитым тоном напомнила о себе наш бравый первый пилот.

– Упс, неловко получилось, – не слишком натурально «расстроился» я. – Вот что бывает, когда сначала делаешь, потом уже думаешь. Ди, ты займёшься депортированными с корабля?

– Уже расщепителем их расстреляла, – доложила девушка. – А нашего минуснули наблюдатели на обшивке. Ползают там, как лобковая вошь, никак стряхнуть их не могу.

«Мясорубцем», отправившимся в принудительный полёт, оказался сам Криман. Не ладится у него с космосом, хоть ты тресни. От его группы остался лишь слегка раненый пехотинец Мановар и тяжелораненый стрелок Змот, которые отправились на поруки Махе. Учёная-медик весь бой отсиживалась в ближайшем коридоре, но как только он прекратился, ринулась на выручку. И едва сама не вылетела в аэротрубу. Уверен, что она и в реальной жизни мимо котёнка с поджатой лапкой не пройдёт.

Эту троицу я с чистой совестью оставил присматривать за грузовым отсеком, как бойцы они пока не представляли большой ценности.

Моя оперативная группа тоже понесла потери – не стало Полтоса. Но куда хуже было то, что проклятые пираты постарались разгромить каждую капсулу репликации, которая попалась им на глаза. В результате такого вандализма мы лишились большей части возобновляемого подкрепления. Теперь погибшие на борту «Твоей бабушки» игроки будут вынуждены возрождаться уже на «Талвро-19».

Очень захотелось выйти в открытый космос и объяснить киборгам, как они неправы. Например, бионические руки с ногами местами поменять, или затрамбовать их, куда поглубже. Но тут корпус корвета содрогнулся от очередного прямого попадания. На этот раз выбило центр управления дронами. Змееростку удалось выжить, но его хиты просели в район красной зоны.

Чёрт с ними, с наблюдателями. Внутри противников тоже хватало с головой.

Нечай с Крокотом пока ещё умудрялись сдерживать натиск абордажников, а вот Вейдал растерял практически все свои турели и бойцов, отчего отдельным пиратам удалось просочиться во внутренние отсеки звездолёта. На первого из таких мы неожиданно наткнулись неподалёку от левого ружейного отсека. Поганец прилаживал мощную взрывчатку к переборке, за которой скрывалось оборудование для наведения, собираясь оставить нас без фазового луча.

Шедший в авангарде Велион вывалился из инвиза за спиной диверсанта и задействовал мощный разрядник, напоминающий дубинку-шокер. Не ожидавший такой подставы корсар хотел было расстрелять шпиона из лазерного дробовика (и такие здесь бывают), но наткнулся на ослепительное лезвие меча К’Вонгов, проткнувшее его, как шампур кусок мяса. Шашлык из него получился так себе. С сильной примесью металла.

Ребята забрали взрывчатку себе, и мы понеслись дальше. Вейдал закупорил выход в центральный коридор, установив там две последние турели, но пираты пытались обойти его через вспомогательные проходы. Благо, что передвигались они разрозненно, и чаще всего наша группа ликвидаторов оказывалась в большинстве.

Но решающим моментом в штурме корабля стал очередной выстрел едва живого «Насморка», который перечеркнул последний вражеский корвет. Отлетался «Кречет». Мы это событие бессовестно прохлопали, так как сражались в узких технических помещениях сразу с двумя высокоуровневыми киборгами.

Я уже раздобыл по пути отличную абордажную саблю, и вовсю рубился в две руки, чередуя крепкий металл с лучевым клинком. Но уж слишком сильные нам в этот раз попались противники.

Велион вновь вынужден был пожертвовать собой, укрывая меня от выстрела в спину. Давыдофф отправился вслед за ним, успев перфорировать одного из пиратов так сильно, что его броня стала походить на барабан от стиральной машины. Несмотря на такие повреждения, корсар готов был продолжать веселье, но проворонил мой выпад и остался без головы.

Последний противник продержался чуть дольше товарища, но его винтовка оказалась перерублена, а лазерный пистолет выдавал слишком слабый урон.

– Вы всё равно обречены! – успел он выкрикнуть, перед тем, как отправился на вечный покой.

– Тоже мне, предсказатель…

Но на всякий случай я вывел тактический экран перед глазами, игнорируя две открытые раны, исправно отгрызающие мои хиты. Щитов не осталось совсем, а броня была пробита в нескольких местах, становясь всё краснее. Зато эта маленькая, но тяжёлая победа позволила шагнуть за стоуровневый рубеж. Очки уже давно распределялись автоматически, превращая меня в не слишком умную машину для убийства с отменным чутьём. Нетронутой оставалось лишь драгоценное очко характеристик, выпавшее с юбилейного лелелапа. Потом подумаю, куда его воткнуть.

На главном фронте всё складывалось как нельзя лучше – фрегаты спешно отступали, оставив абордажников без прикрытия. Те, не будь дураками, покидали судно на уцелевших капсулах, чтобы нагнать своих перед прыжком. А ведь им не хватило совсем немного, чтобы захватить «Твою бабушку», на волоске держались. Но о том, что защитников почти не осталось, пираты банально не догадывались, поэтому решили не рисковать. Тем более, что двух из трёх направлений атаку удалось отбить, а наша группа знатно потрепала прорвавшихся.

В голосовом чате выжившие наперебой поздравляли друг друга и хвастались поднятыми уровнями и фрагами. В этой кутерьме я совсем позабыл про свою ученицу, которая всё же успела повоевать, судя по её состоянию. От полоски её жизни осталась едва ли пятая часть, зато мечница получила внеочередной левелап.

– Элли, что с принцем? – задал я самый важный вопрос.

То, что рубку не захватили, ещё ничего не значит. Девчонка просто могла ринуться в бой, с шашкой наголо.

– В порядке, – устало ответила она. – Нас тут взломать хотели, я не дала.

– Маха, дуй в рубку, – приказал я. – Диана, готовься к прыжку. Нужно уходить отсюда.

– Я бы не стала так торопиться…

В подтверждение своих слов мошенница скинула мне показания гравитационных датчиков. Всплески возмущений теперь не раздавались по всему сектору, вместо этого сосредоточившись всего на трёх системах. Вот только они были единственными откуда мы могли стартовать в сторону «Талвро-19». В противном случае нам оставалось двигаться либо навстречу к механоидам Антареса, либо всё больше углубляться в ничейные территории, где хозяйничали Скульпторы. Обложили…

Ни один из вариантов нам не подходил. Потрёпаные звездолёты легко догнать, но с другой стороны – прорваться через новую орду противников у нас точно не выйдет. Откуда же их столько здесь?

В тяжёлых раздумьях я обошёл оставшиеся отсеки, но заблудившихся абордажников нигде не обнаружил. Видимо, задерживаться здесь на сверхурочные никто не захотел. Подлечившийся Змееросток дистанционно закупорил шлюзы и запустил процедуру ремонта, выведя на тропу войны с поломками весь наличный состав ремонтных ведроидов. Вейдал оставил любимые турели и отправился ему помогать.

На входе в жилые помещения валялся изрубленный пиратский труп, который деловито обшаривал Нечаянный под присмотром рептилоида-защитника.

– Молодцы, хорошо справились, – похвалил я пехотинца.

– Этот не наш, – честно ответил он, не прерывая мародёрку.

– Да уж вижу… Всё равно орлы, что не дали прорваться.

– Спасибо, босс, – прогудел Крокот. – Нас всего четверо осталось, когда они стали драпать. Мы победили?

– Пока что – да. Но скоро будет второй раунд, и уж тогда нам точно дадут п… Прикурить.

Боевая двойка от таких новостей если и приуныла, то не слишком сильно. Без хорошей драки они быстро начинали скучать и страдать дурью, так что новая битва, пусть и безнадёжная, их не пугала. Скорее, наоборот.

Дальше – больше. Посреди жилого отсека Маха сноровисто латала полураздетую Элли при помощи походной медаптечки, напоминающей баллончик с автомобильной краской. Медичка осторожно водила небольшой шипящей струёй по ранам, и те послушно покрывались белоснежной плёнкой из наноботов. Пара минут – и они справятся с любым повреждением, после чего отвалятся сами собой, как отсыревшая штукатурка.

Младший дариокс обнаружился тут же, на соседней койке, с крайне озабоченным видом. Во всех смыслах. Ну, кто бы сомневался.

– Ваше… Хм, величество, вашу ж мать, – я запоздало понял, что забыл поинтересоваться у Ксимири, как именно к нему обращаться. – Что ж вы творите…

– Прошу прощения, просто я не могу остаться в стороне, когда опасность стучится в двери! Трус Волотоксимири, полагаю, отсиживается в безопасном месте?

– Да, – не стал я отрицать, тактично беря юношу под локоток и уводя за собой.

– А вы знаете, что в прошлом он – прославленный воин?

– Догадываюсь. Но у него другая миссия.

– Какая же?

– Доставить вас в безопасное место.

– Много бы ему это помогло, – фыркнул юноша, входя вслед за мной в рубку. – Нас бы непременно убили, и моя репутация осталась бы незапятнанной. Погибнуть в бою – честь для любого раллека.

Вернув квестового персонажа на место, я позволил себе выдохнуть. К счастью, выскочил он недавно, и система не стала засчитывать его кратковременное отсутствие, как нарушение правил транспортировки. Нет уж, теперь я Элли прямо к полу приварю, если получится. Чтобы она до самого конца путешествия с места сдвинуться не могла…

– Пираты не стали бы вас трогать, не разобравшись, – возразил я, усаживаясь обратно в кресло. – Уверен, что старший палач вашей ветви смог бы с ними договориться о транспортировке на «Гвоздь-4». Ему точно есть, что им предложить. А уже там, в полной безопасности, он спокойно казнил бы вас по всем правилам этикета.

Младший дариокс заметно сник, и больше не доставал меня надоедливыми расспросами. Зато напомнила о себе Диана, уточнившая, что выжившие фрегаты так же отправились дежурить нас у одной из стартовых систем. Они явно жаждали реванша, и в следующий раз десант предполагался гораздо массивнее. Уж с подавлением нашего вооружения у громадной пиратской эскадры не возникнет никаких проблем. Им бы такими силами пограничников с сателлитами гонять, а не нас, несчастных.

– Что делать будем? – спросила девушка, став ещё смуглее в свете красного гиганта.

– Пока зализываем раны, а там думать нужно.

– Если задержимся здесь, они могут сами прийти.

– Знаю. Выманить бы их…

– Вряд ли выгорит – набросят сетку, и будут нас драть в своё удовольствие. Да и не ломанутся они все разом.

Шанс разминуться с пиратами всё же был, но в том, что нужные нам системы они не оставят без присмотра, можно было не сомневаться. А заградотряду достаточно лишь связать нас боем, чтобы не дать уйти в подпространство. И тогда в нашу сторону бросятся все разом, чтобы закончить подзатянувшуюся охоту. Тогда уже точно операции по освобождению настанет кирдык.

Сюда они не стали выдвигаться лишь потому, что уверены – мы сразу прыгнем дальше. А вот с дальней системы деваться нам будет уже некуда…

– Они расставили сети и ждут, – в тон моим мыслям проронила Диана. – Уходим дальше?

– Куда, к механоидам? – покачал я головой. – Нам эти психи точно не обрадуются. Нарушителей границ там обычно аннигилируют без лишних вопросов.

– Любое другое направление ещё сильней загонит нас в ловушку. Мы пока ещё можем маневриврировать…

– Ключевое слово – «пока», – скривился я.

Ситуация складывалась хуже некуда. И на спасательную капсулу принца не посадишь – ушлые пираты наверняка обшарят весь сектор, когда захватят нас и не найдут того, что мы отбили у раллекийцев. Жаль, что парня нельзя просто взять и засунуть прямо в инвентарь, как я когда-то сделал с шедарийским парадоксусом. Тогда мы бы показали пулумехам напоследок, где космические раки зимуют…

В рубку вернулась приодевшаяся Эльвира, успевшая сменить потрёпанный облегчённый бронекостюм. Сотка перестал хмуриться и расцвёл, будто цветочек под ласковыми весенними лучами. Этому для счастья совсем немного надо.

– Ну что, ждём новую волну? – поинтересовалась мечница, заняв привычное место у стены.

– Нет, мы латаемся и сваливаем к механоидам, – ответила ей Диана.

– А что мы у железяк забыли?

– Другие пути перекрыты, нам не прорваться. Пиратов слишком много.

– А если всё же попробовать? – не сдавалась Элли.

– Нас даже взрывать не станут, девочка, – саркастично улыбнулась первый пилот. – Просто на абордаж возьмут. И на этот раз у них точно получится. Останемся мы без кораблей и принца…

– Кто такой этот ваш «принц»? – не выдержал Сотка.

Девушки уже хотели просветить юного аристократа, но я жестом прервал словоблудие. Слова Дианы, попавшие в благодатную почву моего воспалённого сознания, проклюнулись в интересную, но немного безумную мысль.

– Свонн, на связь.

– Я здесь, – устало отозвался артиллерист. – Состояние корвета – критическое. Большинство конденсаторов сбоят. Ускорители частиц также серьёзно пострадали. Необходим ремонт хотя бы в течении двадцати минут, а лучше – получаса.

– Не дадут нам столько, – отрезал я. – Слушай-ка сюда…

После чего кратко обрисовал созревшую идею, заставившую лица присутствующих удивлённо вытянуться. Командир «Насморка» немного подумал, и выдал вердикт:

– Бред, конечно, но может сработать. За пятнадцать минут мы всё подготовим.

– Вот это уже ближе к истине, – кивнул я. – Но лучше бы за десять.

– Ох, мой бог, конец связи…

С озабоченным вздохом игрок отключился.

– Если всё получится, Хреноватор тебя точно пристукнет, – выдала нехитрый прогноз Диана.

Молодёжь потрясённо помалкивала, переваривая мою идею.

– Поверь мне, про такую мелочь он забудет, – махнул я рукой.

Девушка не успела спросить – почему, так как детекторы снова всполошились, выдавая передвижение пиратских кораблей. Устав нас ждать, они тремя группами решили проверить наиболее вероятные наши маршруты, которые должны были сойтись здесь, у красного гиганта.

Чтобы наблюдение за противником не было таким гнетущим, я врубил на весь корабль заглавную тему из кинофильма «Рокки», которая про «взгляд тигра». Без музыки даже на похоронах не обходятся, а у нас мероприятие куда веселее. Диана демонстративно закатила глаза, а вот Элли с принцем древняя композиция неожиданно понравилось.

Под забористую мелодию наша куцая команда принялась спешно приводить корвет в порядок. Игроки устраняли мелкие поломки и неисправности, насколько хватало навыков, заряжали кассеты свежеотпечатанными ракетами, а самые бесполезные (читай – воины) работали простыми грузчиками, таская нужные запчасти и материалы. Никто не отлынивал, прекрасно понимая, что стоит на кону.

Пираты скакали от звезды к звезде, особо не задерживаясь. Видимо, подумали, что мы всё же решились уходить в сторону агрессивных механических скорпионов. И, скорее всего, уже догадались, что мы отслеживаем их перемещения. Прошлая песня давно закончилась, но её сменили бессмертные AC/DC, которые больше пришлись по нраву нашему пилоту-самозванке.

Ребята Свонна, которым приходилось гораздо тяжелее, справились за девять с половиной минут. Все накопители были возвращены к жизни, маршевые движки откалиброваны, а реакторы обмотаны синей изолентой, чтобы не рассыпались от перегрузок. Мы вроде бы тоже теперь не разваливались на ходу, поэтому Вейдал, имевший самый высокий среди инженеров ранг, авторитетно заявил, что лучше ремонта за такое короткое время сделать нельзя. Так что придётся лететь как есть, допиливая самые проблемные участки уже на ходу.

– Точно всё закончили? – недоверчиво спросила Диана, готовясь к старту.

– Ну хочешь, ещё на стойку шасси помочусь? – в сердцах предложил старший инженер. – Только ради тебя…

– Спасибо, вы и так порядочно корабль засрали, – язвительно отказалась девушка. – У вас там, на «Флюгегехаймене», так с поломками и борются?

– Нет, мы просто разбиваем его вдребезги, а потом получаем со стапелей уже отремонтированный. Так это и работает.

– Ладно, пофлудили и будет, – прервал я дружескую перепалку. – Погнали отсюда.

Теперь всё зависело от мастерства Дианы, говорить которой под руку было чревато. Острая на язык мошенница выбрала одну из доступных звёзд и запустила подпространственный прыжок. Три группы пиратов судя по данным накапливали заряд в соседних системах, и наши корабли разминулись с ними в какие-то полминуты.

Правда, это было лишь самой лёгкой частью плана. Вокруг хватало разведчиков на юрких поисковых катерах, хаотично скачущих от звезды к звезде. Стоило нарваться хоть на одного из них, как о нашем передвижении сразу же станет известно, и петля преследования затянется намертво. Но размороженная шпионка ювелирно провела нас мимо всех соглядаев, каждый раз угадывая свободные направления. Датчики были раскиданы далеко не везде, так что пришлось полностью положиться на её интуицию. И она действительно впечатляла. Иногда мы врывались в систему, где ещё бродили гравитационные возмущения от недавно стартовавшего звездолёта.

А ведь Шельма на полном серьёзе предлагала её слить – такой ценный кадр!

Звёздная чехарда, напоминающая догонялки вслепую, закончилась в одной из крайних систем сектора, где дежурили шесть разномастных фрегатов под предводительством целого эсминца, пусть и низкого третьего тира. «Весёлые Роджеры» настолько удивились нашему неожиданному появлению, что не успели открыть огонь первыми. Эта оплошность стоила им одного из лёгких кораблей, в которого без остатка ушла вся огневая мощь «Твоей бабушки». До конца расколошматить его не получилось, но в сражении он уже точно участвовать не мог.

Остальные мигом ушли под защиту полутяжёлого звездолёта, набросившего на нас прокачанную варп-сетку, с удерживающим эффектом силового луча. Он вполне мог нас раскатать в одну каску, но предпочёл лишь нарастить щиты и выпустить целый рой десантных ботов. Нас он не боялся совершенно, особенно без грозного артиллерийского корвета, который опаздывал к сражению. Ракеты, даже если не удастся перехватить, вреда его корпусу особого не нанесут, а фазовый луч не просадит мощное силовое поле и наполовину.

На эту уверенность в собственных силах мы и рассчитывали.

– Передаю координаты, – сообщила Диана, не отвлекаясь от пилотирования.

Раллекийская молодёжь едва держалась на ногах. Нас так сильно швыряло из стороны в сторону, что даже гравикомпенсаторы корабля не справлялись. Но без этого «Твоя бабушка» быстро превратилась бы в ведро, отрихтованное ломом до блинообразного состояния.

В отличие от старшего собрата, фрегаты не стеснялись вести по нам огонь. В основном, по двигателям и оружейным отсекам. Благодаря восстановившемуся щиту и неожиданным манёврам Дианы, толком нас продамажить у них пока не выходило, но это было лишь делом времени.

Змееросток и Вейдал старались, как могли, оперативно подлатывая отсеки. Но всё равно прочность корпуса пошла вниз, вместе с работоспособностью важнейших модулей. В какой-то момент инженерам пришлось забить болт на оружейные, в которых по очереди страдали от попаданий бойцы, и целиком сосредоточиться на целостности реактора и движков.

А между тем к нам неотвратимо приближалась целая орда капсул. Даже если из них «с начинкой» окажется лишь треть – на корпусе яблоку будет негде упасть. А уйти от них с накинутым силовым лучом мы физически не могли, из-за разности масс. Лишь дёргались, будто непослушный Тузик на коротком поводке.

Серьёзно за нас взялись товарищи пираты, ничего не скажешь…

И в тот самый момент, когда киборги наверняка уже начали в мыслях торжествовать победу, нас наконец догнала самоходная артиллерия. При обычном раскладе появление второго корвета не слишком сильно склонило бы чашу весов в нашу пользу. Особенно, учитывая его чудовищно долгую перезарядку, помноженную на серьёзные повреждения. Но не в этот раз.

«Насморк» вынырнул из подпространства аккурат в притирку к пиратам. Ближе некуда – физика подпространственных прыжков не давала телепортироваться в занятое другим предметом пространство. В случае совпадения координат тот объект, что полегче, просто отталкивался в сторону волной гравитационного возмущения. Иначе бы шальные астероиды и прочий мусор иногда оказывались бы внутри выпрыгнувшего корабля. Не говоря уже о телах покрупнее.

– Айл би бэк, бич! – успел весело проорать Свонн на всех доступных эфирных волнах.

После чего превратился в облачко раскалённой дозелена дестабилизированной плазмы. Вместе со всем остальным звездолётом.

Весь путь мы шли синхронно, но перед финальным стартом в крайнюю систему артиллерийский корвет галантно пропустил нас вперёд, а сам принялся накапливать заряд. Стрелять с неисправными ускорителями частиц он толком уже не мог, но от него этого уже и не требовалось. Достаточно было прыгнуть по конкретным координатам.

От подпространственного перемещения плазма очень сильно расстраивалась, и вспоминала о законе сохранения энергии. Поэтому на выходе она к чертям сносила все силовые контуры и вырвалась на свободу. И этот раз не стал исключением.

На всех обзорных экранах, включая укреплённые иллюминаторы, ненадолго зажглось яркое молодое солнышко. У меня аж кожу на лице немного стянуло.

Щиты эсминца не продержались и мгновенья, отдав массивный корабль на съедение разбушевавшейся чистой энергии. Фрегаты полопались как пережаренные семечки и того раньше, а у нас спеклась большая часть оборудования, вместе со следящими системами. Пусть «Твоя бабушка» находилась на порядочном расстоянии от эпицентра взрыва, щит едва не лопнул проткнутым мыльным пузырём. Остановился он на отметке в жалкие три процента заряда.

Диана врубила «полный назад», вовсю пользуясь тем, что тянущий нас луч исчез вместе с пиратским флагманом, и увела звездолёт подальше от раскалённой короны нового светила. Сиять которому, увы, суждено было совсем недолго.

А вот необычная «ачивка», выданная системой храброму артиллеристу, останется с ним навсегда. Мне, как командиру эскадры, немедленно пришло оповещение о присвоении экипажу «Насморка» виртуального достижения «Несгибаемый». Плюс пять ко всем умениям, улучшающим работоспособность корабля. Тем же, кто находился на «Твоей бабушке», просто приподняли репутацию – как и с Союзом Антропоморфов, так и с самим пиратским сообществом, как ни странно. Видимо, смелых и сильных уважают везде.

Пока девушка спасала нас от запекания в собственных же бронекостюмах, я перекинул энергию со всех ненужных систем на варп-движок. Теперь предстояло самое сложное – ждать.

Остальные космические корсары уже наверняка были в курсе гибели собратьев, но вряд ли они поняли, что именно стало причиной крушения эсминца и его свиты. Скорее всего, они сначала соберутся в один ударный кулак, и только потом уже отправятся сюда. Мало ли, вдруг к нам на выручку союзный крейсер прилетел, или целый флот.

Без работающего вооружения, производства и даже систем жизнеобеспечения, «прогрев» прыжкового двигателя протекал гораздо быстрее, чем обычно. Но всё равно эти семь с небольших минут стали для меня одними из самых тяжёлых в игре. Достаточно было появиться на горизонте одному слабенькому катерку, чтобы наш побег пошёл прахом.

Но обошлось. Двигатель набрал положенную мощность и отправил нас в долгий полёт в окрестности аванпоста «Талвро-19». От общего облегчённого выдоха рассыпающаяся обшивка корабля не пошла трещинами только потому, что находилась в ином измерении. Здесь не было ни света, ни направления. Только переливающаяся всеми оттенками чёрного Мгла.

– Пронесло, – констатировал я, обмякнув в кресле.

– До последнего не верила…

Наш первый пилот вытерла пот с высокого лба, сдув непослушную прядь, упавшую на лицо. До этого она себе таких вольностей не позволяла, вцепившись в штурвал мёртвой хваткой. А Элли с Соткой так и вовсе плюхнулись на пол от избытка чувств.

– Кстати, – спохватилась Диана. – А чего ты так уверен, что Хреноватор забудет о потери целого артилерийского корвета? Это же нам в такую копеечку влетит, что будем до следующего года горбатиться на побегушках! И то, если повезёт. Что ты такого ему скажешь?

– Ничего особенного, – пожал я плечами. – Просто предложу ему отдать ключ К’Вонгов. Сотакадолиру он нужнее.

Девушка немного помолчала, задумчиво глядя на ошарашенного младшего дариокса, который был не в силах произнести ни звука, после чего горько посетовала:

– Лучше бы нас пираты захватили…

Глава 59

Шельма не подвела – стоило вынырнуть из виртуальности, как на моей почте уже лежал интересующий меня адрес и краткая информационная выжимка. После прочтения письмо тут же стёрлось без следа благодаря шпионскому софту, полагающемуся тайному сотруднику «CSG». Не знаю, насколько такой способ передачи информации надёжен, но это не моя проблема – пусть у безопасницы голова болит.

Мне достаточно было забот в игре, которая каждый божий день подкидывала всё новые сюрпризы.

Помимо сообщений и звонков программа добросовестно подчищала мои поисковые запросы. Дабы у стороннего взломщика, если он проникнет через стандартную защиту, не должно было возникнуть даже тени подозрения, что я на кого-то работаю. А у «Призраков» такие ребята в штате наверняка должны быть, иначе как они вычисляют своих жертв? Не методом же «тыка».

Оставался неясным лишь один вопрос – как преступная организация поступит конкретно в моём случае. Пришлёт одноразовых упырей или решит снова задействовать своё секретное оружие?

Они ведь наверняка знают, что я – размороженный. Но внимание ко мне будет приковано, прежде всего, как к игроку перспективного молодого клана. А к ним совершенно иной подход. Из таких, вспыхнувших сверхновой звездой новичков, убрали уже троих только за прошлую неделю, так что шансы имелись ненулевые.

Нужно только подготовить новую квартиру, обставив её по уму, да набрать побольше рейтинга. Лишь бы только у Хреноватора терпение не кончилось…

Бедолага Болеслав пока пребывал в прострации, остро переживая потерю самого ценного предмета в сокровищнице. Чтобы убедить его в собственной правоте, мне понадобилось всё своё красноречие. Переговоры продолжались около трёх часов, после чего раллеки, под предводительством довольного Сотки, покинули аванпост, увезя с собой вновь обретённую «семейную реликвию». Нельзя сказать, что палачи были такому повороту особо рады, но их мнения никто не спрашивал.

В результате такого жеста доброй воли мы стали закадычными друзьями Фиолетовой ветви и заклятыми врагами Оранжевой. Вышел вроде как паритет – стоит последним развернуть против нас боевые действия, как другие тут же выступят на нашей стороне. Так что территорию Союза мы могли бороздить вполне смело, а вот космос за Приграничьем – уже с большой осторожностью.

Ещё из плюшек нельзя не отметить два призовых фрегата шестого тира – «Санатори». Юркие, быстрые и очень кусачие. Такие модели любят все – от наёмников до пиратов. На каждом была установлена скорострельная лазерная пушка, способная выдавать впечатляющий урон в минуту, а также очень мощный форсированный движок. Благодаря им новички превосходили в скорости все остальные звездолёты нашей маленькой флотилии. Я с содроганием ждал, как смертник – приговора, что же для них придумает клан-лидер.

С названиями Болеслав пока не определился, но я в творческий процесс не лез, оставив ему эту эмоциональную отдушину. Благо, что за восстановление потерянных кораблей нам не пришлось лезть в долги – благодарные раллекийцы взяли расходы на себя. В ближайшие двое суток, пока проходила отстройка, мне можно было отдохнуть от игры и заняться личными делами. Дабы не шляться по станции и не нагнетать обстановку. Да и Хреноватору нужно было дать прогореть.

К тому времени на аванпост как раз должен был прибыть искатель от «CSG», которому теперь, помимо местоположения аномалии, предстояло ещё обнаружить потерянный раллекийский звездолёт. Тот самый, который прохлопали предки Сотки, выискивая в дальнем космосе следы К’Вонгов. Данных по его местоположению у ветви имелось очень мало, так что оставалось уповать лишь на профессионализм игрока.

Нежданно-негаданно свалившиеся на меня выходные я решил использовать для небольшого путешествия. Надоело до смерти торчать в четырёх стенах, медленно покрываясь плесенью. Хотелось уже хоть одним глазком посмотреть, во что превратилась моя страна за четверть века. Тем более, такой весомый повод появился.

Конечно же, в поездку со мной напросилась Эльвира, состроив самую трогательную в мире гримасу. Тут и айсберг бы растаял, не то что размороженный ликвидатор из прошлого. Я не стал возражать – в компании всяко веселей, да и на том же «Талвро-19» ей не слишком рады.

Правда, пришлось её немного подождать – Элли внезапно вызвали на разговор к следователю. Дело о похищении и убийстве её матери оказалось практически закрыто, так что много времени это не заняло. Я всё же ошибся в своих прогнозах – девочке так и не рассказали, что именно она была объектом заказа, ограничившись лишь уточнением несущественных деталей. Судя по отсутствию в прессе особо деликатных подробностей убийства, огласке это происшествие решили не предавать. Бог им судья, нам так даже проще.

К вечеру Эльвира была уже дома. Девчонка в целом была в порядке, если не считать подрагивающих уголков губ. Поплакав немного в своей комнате, она с удовольствием поколотила манекен и помогла мне с покупкой билетов. Прямо через сеть.

Ехать на вокзал за ними теперь было совершенно не нужно. А на месте достаточно пройти считывание электронного чипа, чтобы попасть на борт. Просто прелесть, до чего удобно, если при этом не задумываться, как легко теперь стало отслеживать перемещение населения. Мы все, будто стадо коров в загоне – почти всегда на виду. Останься в живых спутники – людей находили бы за считанные секунды в любой точке планеты.

Отправится в поездку мы решили пусть не на самом быстроходном, зато вполне безопасном транспорте – железной дорогой. Торопиться нам было некуда, тем более, что из иллюминатора самолёта многого не увидишь. А тут практически та же экскурсия, только без гида.

Новенькая скоростная электричка, пусть и не монорельсовая, должна была нас доставить в пункт назначения всего за семь с лишним часов. А наличие односторонне прозрачных бортов вагона давало шикарный панорамный обзор. Вроде как в аквариуме едешь, только заглянуть в него снаружи ни у кого не выйдет.

Народу практически не было, поэтому все с комфортом расселись по шестиместным секциям, огороженным тоненькими переборками. Сказался будний день и не самое удобное время отправления – половина четвертого утра. Мы с Эльвирой оказались в своей секции вдвоём, предоставленные сами себе. Для перекуса или работы здесь имелся небольшой вытянутый столик по центру, а удобству кресел позавидовали бы гоночные автомобили. Усевшись в них, вставать уже не хотелось.

Трость, с которой я нагло прошёл все рамки, отправилась на специальный крючок для зонтов. Подарок бабы Нюры оказался полон сюрпризов – его не брал даже ручной сканер, не говоря уже о более сложных просвечивающих приборах. Хорошо, что она предупредила об этом заранее, продемонстрировав при мне возможности скрытого оружия, иначе ни в жизнь бы не поверил. Лишь металлодетектор на него исправно пищал, но это не являлось проблемой из-за витиеватой металлической окантовки трости до самой рукояти. Начинка там оказалась не слабее, чем у иного коммуникатора. А с виду – обычный антиквариат, пусть и слегка тяжёлый.

Первая половина пути, проделанная в предутренние часы, ничего интересного не принесла. Лишь дала возможность полюбоваться вечным звездопадом в незагазованном открытом небе. То и дело небосклон озаряла новая яркая чёрточка, напоминающая искру от большого пионерского костра. Спустя несколько секунд она либо гасла, либо улетала из зоны видимости. Зрелище завораживало, если забыть на секунду о причинах такого астрономического явления.

Потом у нас на пути взошла звезда по имени Солнце, прогнав всех своих менее ярких конкуренток. Вокруг, насколько хватало глаз, тянулись засыпанные снегом поля и посеребрённые деревья. Здесь уже зима полностью вступила в свои права, до весны укрыв землю белоснежным саваном. Иногда мимо проносились мелкие деревушки и небольшие городки, но большей частью они казались вымершими. Лишь на нескольких станциях в крупных населённых пунктах я всё же увидел людей.

Всеобщая безлюдность немного напрягала. Понятное дело, что в такую погоду особых народных гуляний ожидать наивно, но уж слишком немногочисленными выглядели прохожие, попадающиеся на глаза. На работу спешило не так уж и много.

То, о чём я прежде лишь читал, развернулось передо мной не в самом приглядном свете – всеобщая безработица, порождённая всеобщим засильем техники, вынуждала всё больше людей лезть в капсулы. Совсем не для развлечения – заработать хотя бы себе на пропитание. И если в крупных городах это было не так заметно, то в более мелких нехватка жителей всё больше бросалась в глаза.

Казалось бы – деревни цивилизация всегда обходила стороной. Но кем ты там будешь работать, если на полях пашут автоматические комбайны, лес возят самопогрузчики без помощи оператора, а за животными на фермах приглядывает один лишь компьютер? Тут либо уходить обратно на полное самообеспечение, как у староверов, либо как-то приспосабливаться.

И у нас в стране обстановка ещё была не такая критическая, как у некоторых. Земли-то всегда было навалом. А в том же Китае или Индии погружение в виртуальность стало обязательной нормой для гражданина. Иначе жители просто выплёскивались бы из мегаполисов, не в силах там уместиться. Будь у их правителей такая возможность, большую часть населения там и оставили бы навсегда, в капсулах. Но увы, некроз синапсов никто не отменял – без полноценного отдыха в реальности, человек быстро становился безвольным овощем с атрофированным мозгом. А добровольно превращаться в бревно никто и под дулом автомата не захочет.

Понятное дело, что такой путь до добра не доведёт, но альтернативы были ещё хуже. Когда космос закрылся на два поколения вперёд, люди впервые за много лет ощутили себя, будто запертыми в остановившемся лифте. Не удивительно, что «Новые Горизонты» пользуются такой бешеной популярностью.

Идеальным саундтреком к нашему путешествию стала совместная песня групп «Ленинград» и «Кипелов». Очень уж хорошо она накладывалась на безжизненные пейзажи, проносившийся за окном.

В небольшой уездный городок мы приехали в начале двенадцатого, со смешанными чувствами покинув уютный, тёплый вагон. Населённый пункт, над которым нависали хмурые тучи, встретил нас неприветливым пронизывающим ветром и колючим снегом прямо в лицо. Где-то неподалёку от станции заунывно выли собаки, будто стая волков, вышедшая на охоту. Вокруг теснились серые, безликие дома без намёка на архитектуру. Хорошо хоть, что сугробы были совсем небольшие, видимо, периодически таяли.

– Эпическая дыра, – проронила Эльвира, плотнее запахивая куртку. – Давай в следующий раз на юг поедем?

– Хорошо, – согласился я. – Всю жизнь мечтал туда сгонять.

Прикрывая лица руками, мы добрели до ближайшего супермаркета, который располагался через дорогу от вокзала. Там немного закупились витаминками и прочими гостинцами, после чего вызвали себе такси. Гулять по такой погоде не было никакого желания.

Наша машина оказалась немолодым, но всё ещё крепким корейским седаном, с таким же немолодым водителем за рулём. Садясь внутрь, я невольно бросил взгляд на резину, но здесь всё было в полном порядке – зимняя, как и положено. Представитель очередной вымирающей профессии вежливо поинтересовался, слушаем ли мы музыку в дороге, и резво погнал в нужную сторону.

– Может, стоит позвонить твоему приятелю? – в который раз уже спросила Элли, ёрзая в кресле.

– Да ну, – отмахнулся я. – Иначе какой это сюрприз?

– Для него даже твой звонок уже будет неожиданностью.

– Он просил меня о личной встрече. Вряд ли хотел просто пива в баре попить.

– Это было почти два месяца назад.

– Сама понимаешь – с моим графиком просто чудо, что я вообще в этом году смог вырваться…

– Мы почти сутками в этих капсулах торчим, – заметила девчонка с явным укором. – Удивительно, что ты ещё успеваешь на свидания ездить.

– Деловые встречи, – поправил я её.

– Тогда возьми меня в следующий раз с собой.

– Не могу. Для всех мы просто живём вместе, не более. Съехались – разъехались. Никто не должен знать, что я тебя на поруки взял.

– Ну да, конечно…

Она отвернулась к окну.

Городок, который будто впал в зимнюю спячку, выглядел непрезентабельно. Жилые бетонные коробки сменялись промышленными, без намёков на парковую растительность или хотя бы увеселительные заведения. Туристы сюда вряд ли когда поедут. Даже вездесущих голограмм здесь почти не наблюдалось. Да и кому они нужны в такую метель?

Водитель мимоходом рассказал несколько фактов про местные достопримечательности, коих оказалось не так много, и ненавязчиво поинтересовался, надолго ли мы приехали.

– Да всего на денёк, вечером уедем, – ответил я. – Но если хотите, можете оставить визитку.

Мужик коротко рассмеялся, будто хорошей шутке, и просто скинул свой номер в мой коммуникатор. Мне нужно было лишь дать добро на внесение его в список контактов. И всё, теперь я мог вызвать его хоть себе в город, при желании.

Да уж, времена картонных прямоугольников безвозвратно прошли, вместе с видеокассетами и охотой на мамонта. А скоро и живых водителей окончательно сменят электронные, пополнив ими и так многочисленные ряды безработных. Человек все больше становится ненужным на собственной земле. Смешно.

Наглядным примером тому стал Роберт Викторович Тёсов, он же – Робофотт. Когда-то Робик владел пусть и небольшой, но крепкой фирмочкой, а сейчас вынужден был отыгрывать в игре роль исследователя-орторионца, чтобы прокормить свою семью. Правда, с последним у него возникли серьёзные проблемы – он умудрился вляпаться в нелепую аварию и надолго загреметь на больничную койку. А так как его капсула являлась стандартной, а не медицинской модификации, в виртуальность ему пока дорога была закрыта.

Травматологическое отделение, где сейчас зарабатывал пролежни Робофотт, находилось на четвёртом этаже угловатого угрюмого здания. Без вывески и не поймёшь, что это не морг. Припарковаться рядом у таксиста не вышло, так что пришлось ещё немного побегать на свежем воздухе, благо ледяной ветер дул нам теперь в спину. На входе нас снова просветили насквозь, но ничего противоправного не нашли. Я специально уточнил список разрешённых к проносу продуктов, к большому неудовольствию охранников, привыкших собирать «мзду» с посетителей. На пухлые пакеты в наших руках они смотрели с таким сожалением, словно мартовские коты на ухоженную кошечку за соседским окном.

Маневрируя мимо старушек и прочих типичных обитателей медицинских учреждений, мы добрались до лифта и вскоре оказались напротив входа в палату. С травмами в заснеженном городке был полный порядок, поэтому все четыре места оказались заняты.

Пусть я и видел фотографию Робика в досье, опознать бравого охотника на парадоксусов удалось далеко не сразу. Вместо улыбчивого круглолицего мужчины в кровати лежал измученный субъект, постаревший разом лет на десять. Русые волосы, засаленные и неухоженные, изрядно посеребрила седина, а под глазами залегли тёмные круги, будто у тёмного императора из Звёздных Войн. Щёки впали, скрывшись за щетиной, а курносый нос до неприличия заострился. И это, не считая туго перебинтованной головы с руками и левой ноги, по колено закатанной в гипс.

В общем, выглядел он так себе, на троечку. По десятибальной.

– Роберт Викторович, вы с КАМАЗом, что ли, дорогу не поделили?!

На мой громкий возглас обернулась вся палата, включая ещё одного посетителя – крепкого мужика в дублёнке с едким, колючим взглядом. И, судя по тому, где он стоял, пришёл этот хмурый тип именно к моему приятелю. Вот только руки его были совершенно пусты.

Эх, ну кто ж так навещает?

– М-мы знакомы? – просипел Робофотт, приподнявшись на локтях.

– Это я, Куладун! Навестить вот тебя приехал, жёлтых шариков привёз для настроения…

Мужик-посетитель неодобрительно посмотрел на пакет с фруктами, которым я потряс в воздухе. Остальные больные предпочли отвести от нас взгляд, спрятавшись в свои гипсовые скорлупки, как испуганные улитки в раковинки. Явно нездоровая атмосфера у них тут в палате.

– Эт чё, друган твой? – глотая звуки, пробасил крепыш.

Обращался он к Робику, но я успел его опередить, пока тот только собирался отрицательно мотать головой.

– Ну конечно! Стал бы я за столько вёрст к нему переться, не связывай нас многолетняя крепкая дружба?

– Кул, да что ты такое…

– Эй, друган, пошли побазарим, – мужик решительно направился к нам, сжав мозолистые кулаки.

– Пошли конечно, – весело ответил я. – Уже две недели ни с кем не базарил, соскучился до смерти…

Мрачный посетитель нахмурился так, что у него на лбу пролегла глубокая морщина, но намерений своих не изменил. Элли незаметно для постороннего глаза перенесла вес на опорную ногу, но я просто толкнул её дальше в палату, всучив свой пакет в руки.

– Робика пока развлеки, видишь – заскучал совсем человек.

Бывший коммерсант стал уже светлее штукатурки на стенах, пытаясь всеми мыслимыми и немыслимыми способами мне показать, что ходить вместе с его гостем не стоит. А лучше бы вовсе бежать отсюда без оглядки до самого дома. Голос от волнения ему отказал – из раскрытого рта вырывался лишь сдавленный сип. Крепко его приложило, однако.

Под неодобрительный взгляд Эльвиры, мы вышли наружу. Чуть дальше по коридору шли две медсестры, тихо переговариваясь между собой, а с противоположного конца к нам на костылях приближался худощавый типчик в пижаме. Не самое лучшее место для задушевного разговора. Крепыш заозирался, а вот я запомнил обстановку заранее, поэтому без промедлений поковылял в сторону эвакуационного выхода, припадая на трость.

– Ты чё, тоже, того? – нагнав меня, поинтересовался мужик.

– Ага, и того, и этого…

Я не стал пропускать его вперёд, пройдя первым на узкую лестничную площадку. Осмотрелся – камер нет, а вот в коридоре парочка на глаза попалась. Вот они, плоды тотальной экономии. Да и освещение оставляло желать лучшего – по одной тусклой лампочке на площадку.

Из-за того, что провинциальная больничка располагалась в старом здании, здешние пролёты были такие, что этаж за два обычных шёл. Но, судя по состоянию ступеней, ходили по ним не так часто, предпочитая передвигаться на лифтах или по обычной лестнице, ведущей к выходу. А запасной был наглухо закрыт и отмыкался только во время пожара или другого какого ЧП. Попасть отсюда можно было лишь с этажа на этаж, да и только. Идеальное место для задушевного разговора.

Так же подумал и мужик, радостно оскалившись во все тридцать четыре лошадиных зуба. Он без всяких предисловий схватил меня за грудки и припечатал к стене, да так, что мои ребра заныли. Всё-таки дури у него было не занимать.

– Слыш, друг херов! – дыша мне прямо в лицо, прорычал он. – Бери шкуру свою, и уё…

Но договорить свою угрожающую тираду у него не получилось. Обычная трость, которую крепыш начисто проигнорировал, в такой ситуации мало бы мне помогла – не размахнуться из-за тесноты. Но моей это было и не нужно. Я просто чуть довернул кисть и нажал на специальную выемку, высвобождающую пружинные ножны. Окованная металлом деревяшка сочно ударила в голень крепыша, вызвав у него невольный болезненный вскрик. Скорость-то у неё приличная. Руками хрен удержишь – само по себе оружие.

Наверное, что-то подобное чувствуют футболисты, когда соперник в подкате вместо мяча попадает по ноге. Вот только щитков у бедолаги не было.

Воспользовавшись тем, что хватка на мгновение ослабла, я добавил берцем уже по второй ноге. От всей души. Правильная обувь позволяла и не такое, главное – знать, как ударить.

Получилось совсем не так ловко, как пору бурной молодости, но и этого оказалось более, чем достаточно. Боец окончательно потерял опору и грузно завалился на бок. Вот только из-за узости площадки он выпал за её пределы и бодро покатился вниз по ступенькам, едва не утянув и меня за компанию. Но я вовремя сбил захват, ударив по запястью. Мне и наверху неплохо.

Крепыш закувыркался – любо-дорого посмотреть. Это тебе не больных да покалеченных пугать…

Такой «базар» мне нравился гораздо больше, вот только мужик, докатившись до самого низа, с размаху врезался в стену головой. Каскадёр из него вышел, прямо скажем, одноразовый. С его массой он развил неплохую скорость, но крепкий череп смог выдержать удар. Чего не скажешь о несчастной шее, на которую навалилась вся тяжесть разогнавшегося туловища, свернув позвонки набекрень. Когда я спустился вниз с рапирой наперевес, мужик уже не дышал и вёл себя крайне тихо.

– Да что ж вы все стеклянные такие! – я с досадой пнул тело.

Возможно, его ещё можно было спасти, но желания вызывать ему рембригаду у меня не возникло. Чертыхаясь, я поднялся обратно и нашёл отлетевшие ножны. Негоже по госучреждению с обнажённым клинком расхаживать. Не поймут.

В палате царила прямо-таки семейная идиллия. Больные старательно делали вид, что потеряли сознание, и здесь присутствуют лишь их бренные тушки. Эльвира, присев на пластиковый стульчик, спокойно чистила апельсин, а Робик ломал себе пальцы, не сводя покрасневших глаз с двери. Стоило мне показаться на пороге, как он тут же громко зашептал:

– Немедленно уходите! Вы не понимаете…

– Робик, не нуди, – попросил я его, присаживаясь на краешек кровати. – Мы ж только приехали, гостеприимный ты наш.

– Вам здесь очень опасно!

– Пожалуй, ты прав – у вас тут такая холодрыга, что окоченеть можно. В следующий раз приглашай в гости летом.

– А что с тем любителем поболтать? – спросила Эльвира, протягивая очищенный плод Робику.

– Да у него словарный запас как-то быстро кончился, – посетовал я. – Полетел к предкам, пополнять.

– Поня-я-ятно… – разочарованно протянула девчонка.

– Но я знаю, где нам взять ещё.

Роберт истошно закашлял, выронив из рук апельсин. Элли ловко поймала его на лету и отложила на тумбу, покачав головой.

– Ты его…

– Он же сам хотел побазарить, – весело напомнил я. – А на деле неразговорчивым оказался. Так и не понял, чего ему от нас было надо.

– Чтобы вы развернулись и уехали, – сокрушённо ответил экзобилог в гипсе. – Но теперь от вас так просто не отстанут.

– У-у-у… Прям мороз по коже. Давай рассказывай, во что ты там вляпался, – уже серьёзней продолжил я. – У нас не так много времени.

– Ты ничего не сможешь…

– Робик, – строго пригрозил я пальцем. – Ты сначала поделись проблемой, а потом уже я тебе отвечу, серьёзная она, или так, на пять минут делов.

Тот ещё пару минут повздыхал, но потом всё же принялся рассказывать, то и дело сбиваясь на испуганный шёпот. Соседи продолжали изображать из себя гипсовые статуи, особенно после того, как я громко пожелал им приятного дневного сна. Все всё поняли, и отдельно петь для кого-то колыбельную не пришлось.

Робик уложился примерно в пять минут. Пусть рассказ его пока изобиловал белыми пятнами, общая картина произошедшего уже вполне себе нарисовалась. А нюансы можно уточнить и позже, в более спокойной обстановке. Сама же история оказалась весьма показательной, в который раз доказав, что большое везение может в любой момент обернуться ещё большей проблемой.

После моего героического отлёта на «Мародёре», мой бывший компаньон тоже задерживаться на «Глории-14» не стал. Подкопив уровни на мелких заданиях, он нанялся на мелкое исследовательское судно. На нём учёный успел сходить ровно в один неудачный рейс, после чего переметнулся к более сообразительным ребятам сотого уровня, располагавших несколькими звеньями фрегатов.

Те раскопали на одной из безжизненных ныне планет окаменелые останки каких-то древних существ и собирались сбыть их коллекционерам за хорошие деньги. Не самый популярный способ заработка, но никак не экзотический. При наличии хорошего искателя обнаружить ценную штуковину под слоем грунта не так уж и сложно. А он у них был, и даже не один.

Трудность заключалась в другом. Без опознания и систематизации найденных материалов, они продолжали оставаться бесполезной каменкой, которая годится лишь для постройки туалета на поверхности планеты, но никак для продажи. Поэтому, им позарез необходим был экзобиолог. Пусть даже начинающий.

Благо, с такой редкой профессией соискателей оказалось совсем немного, так что о смене профессии Робик не пожалел. Вместе с прокачкой мастерства ему на полном серьёзе стали платить зарплату. И семье хватало, и с долгами понемногу стал разбираться.

Жаль, что такая сказка длилась недолго. Сканируя почти целую черепную коробку, откопанную шахтёрскими ботами, наш специалист пришёл к выводу, что принадлежала она вполне себе разумному существу. Роберт прогнал останки через все доступные ему тесты, но результат оказался тот же. Тогда он, не веря в свою удачу, запросил оборудование следующего поколения.

Его наниматели вежливо поинтересовались, чем его не устраивает текущее, и он продемонстрировал им результаты. Ребята впечатлились, и немедленно заказали требуемое, а пока шла доставка, спешно прокачивали экзобиолога всеми доступными способами.

Таким образом, пока я летал верхом на огнетушителе вокруг Проклятой станции, он уже успел поднять семидесятый уровень. Других же изменений с его ростом не произошло – новые приборы по-прежнему утверждали, что в черепушке плескался отнюдь не кисель.

Сам факт обнаружения новых представителей разумной жизни в галактике – не есть что-то из ряда вон выходящее. Помимо игровых и не очень инопланетян имелись так называемые «туземцы», проживающие на своих родных планетах. Уровень их развития в основном оставлял желать лучшего, и никто без собой нужды к ним не летал. Если только не хотел попробовать себя в роли игрока в «Цивилизацию». Представителей нескольких таких экзотических рас, выведенных в космос упорными игроками, можно теперь встретить на любой космической станции, но чаще всего такие попытки терпят полное фиаско.

Другое дело, что разумность вымерших существ значительно удорожала находки, так что все, включая самого Робика, нарадоваться не могли.

А потом случилось непоправимое.

Желая нарыть как можно больше останков, игроки высадили в том месте целый шахтёрский десант, перелопативший грунт вглубь на добрый километр. Костей было добыто вдоволь, но вместе с ними дроиды обнаружили замаскированный вход в громадный подземный комплекс, который в упор не видела никакая сканирующая техника.

От такой удачи голова у ребят натурально пошла кругом – ведь постройка вполне могла принадлежать легендарным Предтечам, которые в незапамятные времена пытались населить галактику разумными существами. Их деятельностью, в том числе, и объясняется, как это несколько рас одновременно достигли примерно равного уровня развития технологий. А не с разницей в несколько миллионов лет. Даже крайности, в виде исповедующих технократию Антаресцев, и ударившихся в генетику Скульпторов и Доминионцев, вполне укладывались в эту гипотезу. Силы у всех рас если не равны, то примерно сопоставимы, не позволяя в одну каску захватить всю галактику.

Ложкой дёгтя в этой ситуации было то, что самостоятельно попасть в комплекс могли только опытные игроки, разменявшие вторую полутысячу уровней. Не предназначался он для таких «малышей», а то, что они на него вообще наткнулись – счастливая случайность. Выигрыш в лотерею, где каждый день участвуют миллионы игроков.

У чёрных археологов имелось два варианта – либо оставить комплекс на пару лет, пока их уровни не достигнут приемлемого значения, либо продать информацию о его местоположении кому-нибудь из топовых кланов. Прикинув риски, они благоразумно остановились на втором варианте. Сколько не подписывай договоры о неразглашении, а информация рано или поздно всё же просочится на сторону. Я бы сам так и поступил.

Ребята осторожно прощупали почву и вскоре нашли щедрого покупателя. Всё бы хорошо, вот только тому были категорически не нужны нахлебники в лице нескольких дополнительных игроков, получивших квест на исследование комплекса. В число которых, понятное дело, вошёл и Робофотт. Дело в том, что при входе в эту локацию всем носителям задания автоматически присваивается редкое достижение. А клан-покупатель желал, чтобы оно имелось лишь у избранных личностей.

Такое условие шло не только для престижа, но и ради серьёзных бонусов, идущих в комплекте. Чем ближе достижение к уникальному (то есть – единственному), тем выше награда. Комплекс вполне мог оказаться с собственным именем и предысторией, так что на его осмотр отправилась бы совсем небольшая элитная рейд-группа.

Но отречься от квеста такого масштаба не так просто – ни исключение из клана, ни обнуление вкладок заданий здесь не поможет. С нашим поиском обители К’Вонгов ситуация та же, пусть и запросы там существенно ниже. Это сделано нарочно, чтобы не возникало соблазна заставить неугодного игрока отказаться от выгодного мероприятия.

Стопроцентный способ был лишь один – полностью удалить персонажа. Со всем его списком заданий и прочим барахлом.

Большинство археологов скрепя сердцем и скрипя зубами согласились на обнуление. Ради будущей компенсации и прочих плюшек. Сложнее всего пришлось именно Робофотту, который даже в их клане не состоял, а числился обычным наёмным рабочим. Набирать уровни для учёного сущая морока, и расставаться с полюбившимся персонажем у Робика не было ни малейшего желания. Для него начинать с нуля, значило на несколько месяцев снова повиснуть мёртвым грузом на семейном бюджете.

Здесь ушлые ребята проявили неоправданную жадность – вместо того, чтобы осыпать экзобиолога деньгами и пообещать ему членство в клане и компенсационную прокачку, они принялись давить и угрожать. Видимо, решили, что такой узкий специалист сам будет рад аннигилироваться. За сущие копейки.

В общем, переговоры ни к чему ни привели. Робофотт вместе с очередной партией археологических ценностей втихаря покинул систему, желая затеряться на просторах бескрайней галактики. Кидать нанимателей он не собирался, но и терять своего персонажа – тоже. Решил, что в конце концов покупатель смирится с дополнительным носителем квеста или же найдётся новый. А он это время тихонько отсидится в реале, вместе с семьёй. Расчёт был, в принципе, верный, если бы Робик сам соблюдал меры предосторожности.

Сблизившись с несколькими инженерами-роботехниками во время работы, он проболтался им о своём имени и родном городе, чего категорически делать не стоило. Он и со мной особой осторожностью не отличался, иначе хрен бы я сейчас с ним разговаривал.

Вычислить его для запаниковавших нанимателей тоже не составило большого труда. И буквально через пару дней с ним на улице пересеклись местные братки, взявшие контракт на вразумление. Прояви они чуть больше благоразумия – перепуганный Робик мигом бы обнулился, наплевав на все траты и расходы. Но мордовороты слегка перестарались, пытаясь показать серьёзность своих намерений, и мой товарищ загремел на больничную койку.

Несколько дней он и вовсе не приходил в сознание, но потом всё же смог всплыть из бездонных пучин комы. Его оформили, как пострадавшего в ДТП, но дать ему спокойно выздороветь никто не собирался – у заказчика давно прогорели все сроки. Залезть в собственную капсулу Робик теперь не мог при всём желании – та просто бы не подключилась к травмированному человеку, поэтому братва отыскала где-то медицинскую модификацию и собиралась отвезти «клиента» туда на аннигиляцию.

Но он категорически отказывался, здраво полагая, что обратно его вряд ли уже кто привезёт. Больница хоть плохенько, но всё же охранялась, и тихо выкрасть лежачего пациента у братков не вышло бы. Поэтому они, после небольшого мозгового штурма, занялись семьёй Робика, уже давно перешедшей на осадное положение. И совсем недавно оборона дала сбой – им удалось проникнуть в квартиру и взять родных в заложники. После этого Роберт Викторович был готов скакать на обнуление хоть на одной ноге.

Тот крепыш, который сейчас остывал на лестничной клетке, как раз собирался организовать транспортировку. Робику завтра нужно было подписать документы о добровольной выписке и под бдительной опекой покинуть больничные стены. После чего мафиози клятвенно обещали оставить его в покое. Наверняка, в вечном.

Вовремя я приехал, по-другому и не скажешь. Промедли ещё пару дней – и не застал бы его в живых.

– Один вопрос, последний, – пообещал я, когда пострадавший умолк. – Не думал, что когда-нибудь произнесу эти слова, но… Почему ты не обратился в ми… Тьфу, в полицию, то есть?

– Она ничем не поможет, – вздохнул Робик. – Там у них всё подмазано, а те, что ко мне приходили, так и вовсе из бывших сотрудников. Я пытался достучаться до кого-нибудь из вышестоящих, но потом мне очень доходчиво всё объяснили. Никто из-за меня шум не будет поднимать.

– Интересно тут у вас… – покачал я головой. – Ну, в чём-то они и правы. Пока ты одинокий игрок без клана, твои проблемы никому не интересны.

– Да причём здесь это!

– Не скажи, – заговорщицки улыбнулся я. – Мне тоже первое время было тяжело с таким положением смириться… А теперь ничего, привык даже. И твой случай тому подтверждение.

– К чему ты ведёшь? – непонимающе захлопал глазами Робик.

– Скажем так, мне бы пригодились услуги хорошего ксенобиолога, да ещё и с ценным квестом на прицепе. Пойдёшь в клан?

– Кирилл, ты не понимаешь, что ли?! У меня там семья, а ты…

Он осёкся, зайдясь в булькающем кашле, инстинктивно схватившись за намятые бока.

– Я всё понимаю. И в случае согласия твоя семья станет нашей. Как и прочие твои проблемы.

– Но они обещали…

– И ты им веришь? – продолжал я давить.

– Нет, но это слишком большой риск.

– Твои и так уже в заложниках – куда хуже-то? – пожал я плечами. – Думаешь, их просто отпустят потом, помахав на прощанье ручкой? Тем, кто видел их в лицо, и может, при желании, их потом опознать? Вряд ли они перед ними аккуратно в масочках ходят.

У Робика на глазах выступили слёзы. Всё он прекрасно понимал, только отказывался это принимать. Словно продолжающий кукарекать петух, над шеей которого уже завис топор мясника.

– Хорошо, я всё сделаю, только помоги им!

– Меня пока вполне устроит твоё вступление в ряды «Мясорубцев». Высокую зарплату пока не обещаю, но в накладе точно не останешься.

– Господи, да какие вопросы! Считай, что уже вступил…

– Вот видишь, – я успокаивающе потрепал его по плечу. – Теперь это не твои проблемы, а мои. Сегодня же всё решится, в лучшем виде. Элли, поможешь нашему новичку с формальностями?

– А ты?

– Мне срочно позвонить надо. Буду внизу.

– Хорошо, – девчонка активировала коммуникатор на запястье. – Маха наверняка обрадуется – учёных у нас не так много, воины одни.

– Поверь, больше всех будет счастлив Болеслав.

– Здорово, – она лукаво улыбнулась. – А то он в последнее время какой-то приунывший ходит…

– Ну да, мне тоже так показалось.

– Кирилл… – Робик схватил меня за руку, стоило мне подняться на ноги. – Спасибо тебе. Я даже не знаю, что ещё сказать…

– Пока ещё не за что, дружище. Кушай апельсинки и поправляйся.

Оставив напарницу составлять заявку на вступление в клан, я спустился вниз и набрал Шельму. Ветер, будто почувствовав моё настроение, немного поутих, а сквозь низкие свинцовые тучи стали понемногу пробиваться солнечные лучи. Погода налаживалась, как и наши дела в целом.

Как бы мне не хотелось тревожить нового куратора, но без неё эту ситуацию было не разрулить. Увы, я уже далеко не в той форме, и времена нынче не те…

– Да? – раздалось в ухе практически сразу.

– Привет, Мишель, а я к тебе с просьбой.

– Слушаю, – без особого энтузиазма в голосе ответила она.

– У моего новичка возникли проблемы. Естественно, связанные с его игровой деятельностью.

– Насколько большие?

– Не особо, но мне нужна будет группа зачистки. Срочно.

– А может тебе ещё танковый полк пригнать? – ледяным тоном предложила безопасница. – У кого именно и где?

– Зовут его Робофотт, ты скидывала мне его данные.

– Его нет в вашем клане, – отрезала она.

– Над этим вопросом мы уже работаем.

– Тогда выдаю тебе рекомендацию просто избавится от этого новичка, раз он такой проблемный. Личные привязанности ещё не повод рисковать нашими людьми. Не прислушаешься к рекомендации – твои проблемы. Думаю, лидер клана со мной согласится.

– Он очень перспективный игрок, – признался я. – Настолько, что позволит без проблем оплатить работу искателя, без всяких подозрений. Да так, что тот нам ещё должен останется.

– Ты серьёзно?

– Более чем. Именно из-за этого у человека и проблемы…

У меня на пересказ печальной истории Робика ушло вдвое меньше времени. Причём, ничего существенного из неё не вывалилось. За это время Мишель ни разу меня не перебила, и продолжила загадочно молчать, даже после того, как я уже закончил.

– Ты здесь?

– Конечно, – она тяжело вздохнула. – Твой друг – идиот, каких мало.

– Не спорю, ну а с группой-то что?

– Будут через два с половиной часа. Раньше никак. Командир наберёт тебя, как прибудет в это захолустье, дальше работайте сами. Но завтра ты должен быть в игре, без опозданий. Искатель долго ждать не будет.

– Спасибо тебе огромное!

– Будешь должен, – поставила в известность прагматичная иностранка. – Твой счёт пока только растёт.

– Отработаю!

Фыркнув, кураторша отключилась.

Я вздохнул свежий воздух полной грудью и улыбнулся, выпустив облако пара. Слева уже тихонько пристроилась не менее довольная Эльвира, сверкая разноцветными зрачками. Ветерок задорно трепал её золотисто-рыжие волосы, не попавшие в изогнутую скандинавскую косичку на правой стороне головы. Популярно так нынче, у молодёжи.

– Каюсь – была не права, – призналась она, дурашливо клацнув зубками. – Городок просто аллесс какой интересный.

– Шапку надень, модница. Уши отморозишь, а нам ещё целый день здесь бегать…

Глава 60

Что отличает любителя от профессионала?

Кто-то считает, что мастерство. Или же отсутствие большого опыта. Отчасти, это правда, но далеко не всегда. Рабочий навык может быть примерно равен и у тех, и у других. Благо, талантливой молодёжи у нас всегда хватало.

Но что действительно их разнит, так это внимание к деталям. Профи никогда не допустит халтуры даже в мелочах, пусть ради такого перфекционизма ему нужно будет потратить лишнее время. Какое бы драгоценное оно у него ни было.

Потому что он отвечает за работу. Своим именем.

К моему крайнему удивлению, братва не стала заморачиваться с перевозкой похищенных на новое место, и держала их прямо в собственной квартире. Робик без труда это понял по единственному их разговору, который организовал тот самый мужик, которого я неудачно спустил с лестницы. На заднем фоне за плачущей женой отчётливо слышалось стрекотание её любимых голографических птичек. Да и сами бандиты этого особо не скрывали, пригрозив за малейшую попытку обратиться за помощью – убийством всей семьи, прямо в родовом гнезде.

Наверняка, любой звонок в местную дежурку тщательно ими отслеживался, как и приезд любых силовых ведомств в городок.

И всё равно, решение остаться прямо в квартире Робика было для меня верхом оптимизма. Или, скорее, идиотизма. Но работу этим они нам облегчили серьёзно, тут уж не поспоришь. Надо будет не забыть им потом спасибо сказать.

Пока сюда мчалась полулегальная группа быстрого реагирования, являющаяся по сути той же организованной преступностью, мы решили немного разведать обстановку. Погибшего связного могли хватиться в любой момент, и время было буквально на вес золота. Пусть у нас отсутствовало специальное оборудование, но хотя бы глаза нам никто не выкалывал. И ампутацию мозга не проводил.

А иногда и этого набора вполне себе хватает.

Семья Тёсовых проживала в крепкой кирпичной многоэтажке, имевшей собственную парковку и детскую площадку на придомовой территории. Здание строили не по типовому проекту, поэтому квартиры здесь были очень просторные – всего по две на каждый лестничный пролёт. Конечно, до апартаментов Рассохина, с частной охраной на первом этаже, ему было ещё очень далеко, но средний горожанин такое жильё себе точно позволить не мог. Правда, эта квартира – практически всё, что осталось у Робика от его прежней вольготной жизни успешного коммерсанта. Не считая вирт-капсулы, конечно.

На парочку молодых людей, неспешно прогуливающуюся по расчищенной улице, никто не обратил никакого внимания. Для пущего антуража мы тащили по магазинному пакету, набитому всяким барахлом. Эльвира галантно взяла меня за руку и прижалась так крепко, что даже вездесущий ветер не смог проскользнуть между нами. Разве что не лезла целоваться каждые пять метров, как делают большинство её сверстниц. Хотя пару попыток всё же сделала, видимо, вспомнив наставления незабвенного Станиславского.

Мы спокойно продефилировали через весь двор и скрылись в широком подъезде, запертом на электронный замок. Код на открытие двери нам подсказал Робик, так как его ключи предусмотрительно экспроприировали бандиты, пока он валялся в отключке. Правда, это всё равно не объясняло того, как они умудрились проникнуть в саму квартиру. Ведь его супруга наверняка была в курсе, что суженого совсем не грузовик переехал, и запиралась на дополнительные запоры, имеющиеся с внутренней стороны двери. Одним ключом их точно не открыть.

Значит, бессменно караулили на лестничной клетке несколько недель кряду? Точно нет. Тогда как, просто в дверь постучались, с криком: «Откройте, мы сотрудники Орифлейм»? Ха-ха, три раза.

Нестыковочка на лицо, а всякое непонятное априори опасно. И увиденное во дворе лишь подтвердило мои худшие опасения.

– А они не так просты, как хотят казаться… – заключил я, стоило входной двери за нами закрыться.

– Что-то не так? – насторожилась моя юная напарница.

– Всё не так. У них наблюдатель снаружи сидит. Хорошо бы, если один.

– Где?!

– Белый «Лексус», на парковке.

– Не помню, – хмуро призналась Эльвира. – Там много машин.

– Он у самого края, хотя мест ближе к выезду полно, – добавил я. – Оттуда прекрасно видно и подъезд, и дорогу. Мимо никак не проскочишь.

– И ты поэтому понял, что там наблюдатель?

– Нет конечно. Во-первых, хорошая тонировка на стёклах – салон снаружи даже в упор не просматривается. Во-вторых, судя по снегу, который здесь то тает, то снова наметается, машина не трогалась с места пару дней точно. Зато вокруг полно отпечатков ног – кто-то регулярно чистил окна и остальной кузов, чтобы не терять обзор. В-третьих, к машине протоптана целая тропинка – наблюдатели мало того, что сменяются, так вдобавок ещё частенько выбегают по нужде или за жратвой. Не удивлюсь, что они там пивко от скуки попивают, в нарушение устава.

– Круто!

Имейся при себе у Элли блокнот – она уже начала бы вовсю конспектировать. Смотрела она на меня во все разноцветные глаза, ловя каждое слово. Прилежная ученица, блин.

– Ничего особенного, – скромно покачал я головой. – Просто глаз уже набитый. А теперь скажи мне – зачем им там сидеть?

– Ну, как… Предупредить своих.

– Для чего? Подумай сама – вот подруливают к дому броневики с условным спецназом. Или условные федералы приезжают на джипах. Не важно. Что дальше-то?

Тут моя подопечная задумалась уже всерьёз.

Задачка действительно оказалась с подвохом – даже если быть вовремя предупреждённым, незаметно свалить из высотки всё равно не выйдет. Помимо вполне очевидного подъезда, который при любом раскладе заблокируют первым, отсюда можно выйти, разве что, с балкона. Но от полёта с восьмого этажа, где располагалась квартира Робика, не спасёт даже самый глубокий сугроб. Прыгнешь – земля тебе бетоном, и веночек под крестом.

Вариант со спешным убийством семьи Тёсовых даже рассматривать не стоит – это бесполезное действие лишь накинет срок похитителям. Куда вероятнее воспользоваться заложниками, как предметом торга или вовсе в качестве живого щита. Хотя дивиденды и при таком раскладе вырисовывались весьма смутные – никто так просто уйти им не даст, и вертолёт на крышу не посадит. Времена не те.

– Они придумали, как уйти, – уверенно заключила Элли.

– Согласен. Побудь пока здесь, а я наверх быстренько сгоняю.

– Зачем?

– Нужно кое-что проверить.

– А если сюда кто-нибудь зайдёт?

– Сделай вид, что просто греешься. Если не прокатит – вырубай.

С этими словами я торжественно вручил ей гражданский шокер, который мы приобрели в магазине самообороны. Не бог весть какое оружие, зато его можно свободно носить с собой хоть в театр, не боясь привлечь к себе внимание правоохранительных служб. У Кирилла Демченко как раз остался допуск к нелетальным средствам обороны, чем мы и воспользовались. Правда, Эльвире, в силу её возраста, запрещено было даже прикасаться к нему, но сейчас соблюдение законов волновало меня меньше всего.

Имейся возможность спасти семью Тёсовых не нарушая ни один из кодексов, так бы и поступил. Но закон, как ни странно, сейчас на их стороне лишь формально. Имея связи в органах, доказать свою невиновность легко, какие бы доказательства не выступали против. Мне ли не знать…

Да и с другой стороны – ни Робика, ни его родных от ножа в тёмной подворотне не защитит ни один суд. Даже если они его выиграют. Боюсь, даже переезд в другой город здесь не поможет. Сейчас по чипу найти кого-то проще простого, имея на руках исходные данные и спецоборудование.

Так что эту проблему нужно решать лишь с позиции силы. Чем кардинальней, тем лучше. Такие, как местные бандюганы, другого языка просто не понимают.

Я не стал пользоваться лифтом, предпочтя подниматься по лестнице. Пусть не так быстро, зато больше успею заметить. Ноги слушались меня уже вполне сносно, так что такой забег не казался чем-то заоблачно тяжёлым. Особенно, учитывая наличие перил и трости для опоры.

На нужном этаже я притормозил, заметив у себя «развязавшийся» шнурок на зимнем ботинке. Присел, зашнуровал его потуже, и заодно бегло осмотрел входную дверь. Нехорошая догадка подтвердилась – у дверного порога и на половом коврике скопилось порядочно пыли, что определённо указывало на отсутствие гостей за последние дни. Со времени звонка Робику прошло уже трое суток – бандиты не сразу нарисовались на горизонте с предложением о выписке, а дали клиенту дойти до кондиции. Заодно, похитители приглядывали за действиями убитого горем коммерсанта. Кому позвонит, к кому побежит.

Не такие уж они и тупые, как хотят казаться.

В квартире родных Робика больше не было – теперь уже точно. Похитители нарочно совершили прокол с узнаваемым фоном, чтобы направить возможных освободителей по ложному следу. Я сам едва не попался на их уловку, вызвав прямо к дому группу немедленного реагирования. Которая будет на месте уже через сорок минут, к слову. Нужно бы их предупредить, а не то последствия могут быть самыми печальными.

Разгибаясь, я будто ненароком скользнул взглядом по противоположному углу площадки, над соседской дверью. Штукатурка под потолком там оказалась немного светлее, чем в других местах. Будто откололся кусочек, или наоборот – жвачку кто-то наклеил. Может, раньше бы и не обратил на эту мелочь внимания, но после наблюдения за спецами «CSG» у меня не осталось сомнений, что там замаскирована миниатюрная камера. В моё время таких крошечных не было, если только у каких-нибудь агентов «ноль-ноль-семь».

Как ни в чём ни бывало, я побрёл дальше, помахивая пакетом. Оператор наверняка будет предупреждён о движении на лестничной клетке, и тщательно рассмотрит каждое моё движение. Вид у меня не особо грозный, а скорее – наоборот, да и задерживаться взглядом больше положенного я себе не позволял. Вряд ли там сидит грамотный специалист. Скорее всего – какой-нибудь уволенный из «наружки», а то и вовсе, ещё сидящий на окладе.

Ну прошёл мужик с пакетом – что тут такого? Вот если бы я к двери полез, или осматриваться начал…

Но вряд ли это единственная камера в подъезде. Внизу тоже наверняка стоит, чтобы видеть всех, кто входит и выходит отсюда. Там мне вроде бы самый обычный типовой «глазок» на глаза попался, за который у жильцов из квартплаты вычитают. Но работает ли он?

Я активировал гарнитуру в ухе и вызвал напарницу.

– Элли, дуй оттуда. Встречаемся на той стороне улицы.

– Да я уже… – тихо ответила она.

– Что значит, уже?

– Иду.

– Твою мать, ты-то куда?!

Шорох ветра, раздававшийся через динамик, подтверждал её слова, но мне легче от этого не стало. На душе снова поселилось мерзкое чувство грядущих неприятностей, нарастающее с каждой секундой.

– Элли, никакой самодеятельности, иначе выпорю так, что сидеть не сможешь!

Но юная оторва лишь негромко фыркнула. Точно уши надеру, будет как слонёнок Дамбо по апартаментам летать!

Выглянуть из подъезда на улицу я не мог, поэтому, наплевав на конспирацию, швырнул пакет в мусоропровод и вызвал лифт. Шахта здесь была одна, и порой жителям легче было пробежаться пешком, чем дождаться кабину, но мне повезло, в кои-то веки.

Стоило мне войти внутрь, как в гарнитуре раздался чей-то чужой кашель.

– Эй, не угостишь? – спросила Эльвира кого-то, нарочито весёлым голоском.

– На, – раздалось в ответ.

Мужской голос, немного хриплый.

– О, спасибо! А то у меня кончились…

– Да не за что.

Я с силой ударил по створке ни в чём не повинной кабины, так, что заныли костяшки пальцев. Дура! Ну не сидится ей на одном месте…

– Не холодно тебе? – спросил наблюдатель, после короткой паузы.

Ну, а у кого ещё могла стрельнуть сигаретку некурящая Эльвира? Видимо, девчонка увидела, что тот решил подымить, опустив стекло, и внаглую подошла к машине. Лишь бы он оказался там один, а не с компанией…

– Да, есть немного, – охотно ответила Элли. – Пустишь погреться?

– Залезай.

Отчётливо щёлкнул замок на двери, и завывание ветра тут же стало потише. Лифт уже почти добрался до первого этажа, но я пока совершенно не представлял, что делать дальше.

– Хорошая у тебя машина… – одобрительно цокнула языком девчонка. – Дорогая.

– Ну так, – довольно крякнул наблюдатель. – Могу себе позволить. Меня Димой зовут, а тебя?

– Вика.

– Ха, а скажи-ка мне, Вика, что ты делаешь на морозе в такой лёгкой одежде?

– Подышать вышла.

– А куда твой парень делся? Ты же вроде бы с ним пришла.

Не смотря на полушутливый тон, спрашивал наблюдатель вполне серьёзно, и от правдоподобности ответа зависело сейчас очень многое.

– Так он дома остался, с тёткой своей чай пить. По акции.

– Что, по акции? – недоуменно переспросил мужик.

– Ну, чай же. Дешёвый. Достало меня всё это – так жить, будто взаймы. Тошнит уже.

Я вышел из лифта и увидел куртку, которую взбалмошная дочка Рассохина скрутила в валик и оставила в тёмном углу, вместе со своим пакетом. Решение пришло тут же. Схватив верхнюю одежду, я выскочил на крыльцо, нервно озираясь по сторонам.

– А вот и он, нарисовался… – сокрушённо вздохнула в ухе Элли. – Сейчас звонить начнёт. Но я его уже заблочила.

Не увидев своей «любимой», я вернулся в подъезд, понуро опустив плечи. Нестись сейчас опрометью к машине, значило подвергнуть жизнь девчонки ещё большей опасности. Вместо этого я принялся делать вид, что действительно собираюсь кого-то набрать, шаря в коммуникаторе.

– Обиделась на него? – с усмешкой поинтересовался наблюдатель.

– Говорю же – достало. Туда – нельзя, сюда – нельзя, а сам по скидке цветочки покупает. А мне ходить не в чем! Вон у подруги молодой человек шубу ей подарил. Натуральную.

– Ух ты! Тоже себе хочешь?

– Я много чего хочу…

– Но ты же понимаешь, что подарки просто так не дарят?

– Да. Я сообразительная.

– Это же замечательно! Люблю я таких… Сообразительных.

Дальше пошёл неразличимый шорох, но я и так прекрасно понимал, что творится в машине. Распалённый мужик полез исследовать тело юной наивной дурочки, попутно покрывая её лицо и шею поцелуями. Та особо не сопротивлялась, хихикая от щекотки. Мата Хари доморощенная…

Чтобы не выскочить на улицу с клинком наперевес, мне пришлось задействовать всё своё самообладание, без остатка. К счастью, истязание моих нервов длилось не так долго, как казалось.

– Давай на заднее, а?

Без всяких возражений захлопали дверцы, но продолжать кайфовать у наблюдателя не вышло. В ушах пронзительно зазудело, намекая, что мне пора снова выходить из укрытия. Мужик протяжно застонал, но явно не от сладострастия. Хотя он не потерял сознания даже на мгновение – мощность не та.

Подхватив пакет, я со всей возможной скоростью помчался на помощь своей импульсивной напарнице. Да, мы сейчас сильно рисковали, но переиграть что-то было уже нельзя. Только двигаться вперёд. Выпороть за самодеятельность всегда успею.

Парочка несостоявшихся любовников обнаружилась на широком заднем сиденье «Лексуса». Пунцовая от прилившей к щекам крови Эльвира сжимала в руках полуразряженный шокер, а рядышком вяло трепыхался невысокий тёмноволосый мужчина, пытаясь ей помешать. Выходило у него пока слабо, но всё могло поменяться в любое мгновение.

– Ну что, родной, доигрался? – весело поинтересовался я, распахнув дверцу.

Он с ужасом уставился на меня, тщетно пытаясь что-то сказать в своё оправдание. Увы, пока собственное тело слушалось его с большим трудом. Я не стал дожидаться, пока он придёт в себя, и коротким ударом навершием металлической рукояти отправил наблюдателя отдыхать. Всё равно он не собирался в ближайшее время приступать к своим служебным обязанностям.

– Ещё раз такое выкинешь – и можешь про меня забыть навсегда, – строго прошипел я, вынимая из пакета моток скотча.

– Но я хотела…

– А если бы их здесь было двое? Групповушку им бы предложила, что ли?! Как он вообще на тебя подкинулся, не понимаю…

Девчонка дёрнулась, будто ей влепили пощёчину. Губы мелко задрожали, а глаза даже в полумраке салона заблестели от слёз. Ну вот, опять задел за живое. Могу, умею, практикую.

– Сам же говорил, что я – красивая!

– Ну да, брякнул на свою голову…

– Вообще-то многие сейчас так зарабатывают, если с деньгами напряг, – хлюпнула носом Элли. – Тебя бы он ни за что близко к себе не подпустил! У него пистолет спрятан в двери.

– Ладно-ладно, молодец ты. Но больше так не делай.

– Хорошо…

Закусив губу, она помогла обмотать обмякшее тело наблюдателя, превращая его этакую в мумию из скотча. Наручников у нас при себе не было, так что приходилось обходиться подручными средствами. Заодно я тщательно обыскал пленного, избавив его от коммуникатора и замаскированного ножа в пряжке. Пистолет действительно нашёлся в выемке водительской двери. Им оказался старый добрый «Грач», заменивший в своё время легендарный «Макарыч». У любителя молодого девичьего тела имелся при себе запасной магазин к нему, который я тоже экспроприировал. Мужику он всё равно уже не понадобится.

Прицельно стрелять с подрагивающими руками то ещё извращение, но как средство самообороны на близкой дистанции вполне себе сойдёт.

Куда любопытнее оказалась приборная панель внедорожника, где был свёрнут широкий экран, немногим уступавший домашнему кинотеатру. На него выводились картинки с замаскированных камер, превращая салон «Лексуса» в настоящую передвижную операторскую. Такую вычислить куда сложнее, чем стационарную, даже если обнаружил миниатюрные следящие устройства. А если техника внезапно засбоит или ещё как закапризничает, то пользоваться собственными глазами наблюдателю никто не запрещал. Соблюдай ребята конспирацию чуть строже, обнаружить этот пост стало бы практически невозможно.

Получилось же как всегда – задумка отличная, а вот реализация подкачала.

Всего камер оказалось около десятка. А вот «официальные» домовые были повально отключены, и возвращать их в строй отчего-то никто не торопился. Большинство следящих устройств были установлены внутри дома, но и двор похитители не обделили вниманием – его просматривали сразу с трёх точек, включая ближайшую улицу. Плотненько, но не без слепых зон.

Незаметно припарковаться можно было без особых проблем, а вот с остальным без допроса взятого «языка» никак не разобраться.

Судя по количеству, на первый взгляд, «лишних» камер, расставленных на этажах, семью Тёсовых держат в этом же здании, просто в другой квартире. Чтобы можно было, в случае развития самого неприятного сценария, спокойно пропустить группу захвата мимо. Увозить куда-то далеко заложников братки не захотели, решив, что уловки с подменой квартир будет вполне достаточно. Но я не сомневался, что после контрольного разговора с Робиком, перед его «выпиской», их вернут в родные пенаты и уже там устранят. Свидетели им совершенно ни к чему.

При желании, я мог бы вычислить искомую жилплощадь, просмотрев объявления о сдачи в аренду, но это было лишней тратой времени. Которого у нас и так осталось не больше получаса.

Можно же просто спросить. Благо, теперь есть у кого.

Пленник, превращённый в толстую, глянцево лоснящуюся гусеницу, что-то мычал через скотч и бешено вращал выпученными глазами. Чтобы он не уползал, мы дополнительно зафиксировали его сразу двумя ремнями безопасности, а пока я обыскивал салон, проказница Элли тайком разрисовала ему невесть откуда взятым фломастером всё лицо. За что получила от меня по заднице, под возмущённый писк. Детский сад «Козюлька», ясельная группа.

Смотрелся теперь мужик уморительно, но вряд ли был в состоянии это оценить.

Стоило мне достать его же нож из пряжки ремня, как он сходил в туалет, не вставая с кресла. Чтобы там кто не говорил, а человек инстинктивно боится холодняка куда больше, чем огнестрела. «Язык» из наблюдателя получился образцово-показательным, любым разведчикам на зависть.

Через двадцать минут мы знали все интересующие нас подробности, включая график смен и количество боевиков, охранявших пленных. И даже резать сильно не пришлось. Периодически мужик пытался заорать, пытаясь привлечь внимание прохожих на парковке, но Элли вовремя затыкала ему рот. В конце концов, ей это надоело, и на смену тряпке снова пришёл шокер, прямо в шею, от чего бедолага едва не скопытился.

– Ты аккуратнее с ним, Дима нам живой нужен, – пожурил я её.

– Да всё нормально, он уже сел почти, – она демонстративно включила приборчик, но тот выдал лишь слабенькую искорку.

Однако пленный инстинктивно снова замычал, плача не хуже иного крокодила.

– Как думаешь, от прикуривателя его можно будет зарядить?

– Ипатьевский монастырь, взял с собой маньячку…

От серьёзной порки девчонку спас запиликавший ухе динамик. Звонившим оказался командир группы немедленного реагирования, которого я загодя предупредил о слежке и указал подходящее место для стоянки.

– Мы на месте.

– Сейчас подойду, – я раскрыл дверь и строго пригрозил Эльвире пальцем. – Сиди тихо, пленного не мучай.

– Хорошо, постараюсь.

Блин, где ж я так нагрешил, что мне в наказание такое чудо в перьях досталось?

Наблюдатель что-то протестующе промычал, но мне его мнение было глубоко до фонаря. Хлопнув дверцей, я покинул машину и захрустел снегом в направлении ближайшей слепой зоны. Там остывал серо-стальной неприметный минивэн, безо всяких крутых наворотов, на которых обычно колесят те, кому повезло иметь большую семью.

Но в этой машине устроились отнюдь не добропорядочные граждане с детьми.

Группа состояла всего из пятерых решительных мужчин, включая водителя. Все подтянутые, в удобных бесформенных куртках, в которых можно запросто прятать негабаритное оружие. Главным среди них оказался скуластый азиат с косым шрамом под левым глазом. Переодеть бы его в доспехи, да выдать катану подлинее – вылитый бы самурай получился.

Считается, что у представителей данной расы эмоции читаются сложнее всего, но я отчётливо чувствовал недовольство, плотной аурой окружающее его силуэт. Он терпеливо дождался, пока я неуклюже усядусь на свободном сиденье и протянул мне мозолистую крепкую ладонь.

– Цой.

– Кул, – представился я в ответ.

Хватка оказалась у него, как у столярных тисков. Остальные бойцы предпочли хранить гробовое молчание, ловя каждое наше слово.

– Местоположение цели установили?

– Да, они здесь, двумя этажами ниже первоначальной квартиры.

– Сколько их там?

– Трое бойцов и столько же заложников – мать и двое детей. Четвёртый похититель у нас. Меняться ему ещё через два с лишним часа, но столько времени у нас нет. Скоро они хватятся своего переговорщика и начнут спешно обрубать концы.

– Так, а что по обстановке?

Я сжато пересказал полученную от наблюдателя информацию, наблюдая за тем, как командир хмурится всё сильнее. Задача у него вырисовывалась действительно сложная – за считанные секунды обезвредить троих бандитов в крайне стеснённых условиях. Но главная сложность заключалась в другом – попасть в квартиру можно было лишь через входную дверь.

Спускаться по тросам для нас недоступное удовольствие.

Свой рассказ я подкрепил подробным планом и фотографиями комнат с сайта съёмного жилья. Ребята шустро скачали себе копии и принялись подробно изучать место будущих боевых действий.

– Можно вынести створку взрывом, но получится слишком шумно, – принялся рассуждать вслух Цой. – В идеале, они сами должны открыть дверь. Может, лучше подождать смены караульного?

– Риск слишком большой – труп в больнице вот-вот найдут, там его прятать негде было.

– Понятное дело, – кивнул командир. – Значит, нужно постучаться. Вежливо.

– У них внутри тоже есть доступ к камерам, – напомнил я. – Они спокойно вас увидят на лестнице.

– А вот это не проблема. Стриж, займись вопросом.

Водитель в низко надвинутой кепке достал из-под сиденья небольшой чемоданчик и поинтересовался у меня:

– Где та машина?

– На краю парковки, белый «Лексус». Там сидит, моя… помощница. «Языка» сторожит.

– Мне нужно будет минут пятнадцать, чтобы перекинуть сеть на себя, – предупредил оперативник, прежде чем уйти. – После этого хоть на оленях там скачите.

Я на всякий случай написал Элли короткое сообщение, чтобы та не удивлялась гостю. И не мешалась ему, заодно.

– Твой пленный как, в состоянии их выманить? – продолжил искать варианты Цой.

– Боюсь, что нет, – покачал я головой. – Он от страха всё запорет. Даже если не решиться предупредить их, у него на лице всё написано.

– А твоя помощница?

– Это для неё слишком серьёзно, – честно признался я. – Может мне самому?

– Не вариант. У тебя глаза убийцы, – на полном серьёзе заявил азиат. – Без обид, ладно?

– Да чего уж…

– Сам понимаешь, у женщины больше шансов вызвать к себе доверие. Наши морды лишь заставят их за оружие схватиться.

– Она ещё не вполне женщина. В смысле, возраста.

– Когда-то же надо начинать, – философски заметил командир. – Не собирайся ты ей рисковать, она бы сейчас с пленником не сидела. Мы её прикроем, не волнуйся. Иначе о спешке не может быть и речи. Решай.

В последнем его слове он вложил столько скрытого смысла, что я сразу понял – источник его раздражения кроется именно во мне. Шельма оставила право последнего слова за мной, и Цоя это, мягко говоря, не устраивало. И пусть я деликатно не вмешивался в тонкости операции, очерчивая лишь границы дозволенного, такой подход был ему не по душе.

Командира можно было понять – большинство акций таких групп сводилось к банальной зачистке и не требовало какой-то запредельной осторожности. Сейчас же мы планировали освобождение всего за несколько секунд. А это, как не крути, высший пилотаж даже среди спецслужб.

– Хорошо, – вздохнул я.

Такое простое слово далось мне очень нелегко. Но нужно было признаться самому себе, что вечно опекать Эльвиру у меня не получится при всём желании. Нужно выпускать оперившегося птенца из гнезда, чтобы до зимы тот научился сносно летать. Иначе ему не выжить в нашем обледенелом мире.

Само собой, девчонка оказалась совершенно не против снова сыграть роль наживки. И через полчаса она уже стояла на нужной лестничной клетке с пакетом сетевой доставки в руках. Благо, что дроны здесь ещё не вытеснили окончательно курьеров. Переодевать её мы не стали – пёстрый молодёжный прикид сейчас работал лучше всего. Увы, но пришлось обойтись без бронежилета – с её приталенной короткой курткой он никак не сочетался. Единственным специальным девайсом оказался портативный глушитель сигнала чипа, вшитого в каждого добропорядочного гражданина. Прибор удалось впихнуть ей в рюкзачок.

Глядя на беззаботно улыбающуюся Элли, даже мне не верилось, что она способна без колебаний завалить человека. Чего уж говорить о похитителях.

И всё же, открыли ей далеко не сразу, после нескольких минут упорных терзаний дверного звонка. Ребята внутри были отнюдь не глухие, просто они просматривали камеры, одну за другой. Но спец, подключившийся к аппаратуре в «Лексусе» наблюдателя, уже взломал их систему и зациклил картинку. Теперь на всех изображениях присутствовала лишь одна Эльвира, пришедшая к двери заранее. А четверо бойцов на лестнице, вооружённых компактными воронёными «Вихрями», превратились в форменных невидимок. Короткие, но мощные автоматы спецов были снабжены глушителями, которые превращали громкие пострелушки, слышимые на соседней улице, в деликатные хлопки, будто от взорвавшейся банки с огурцами.

Соседи будут явно не в восторге, но в полицию звонить не станут. Скорее всего.

Если всё пойдёт по плану, они и понять не успеют, что там творится на съёмной квартире. Опять же, время ещё не позднее – кто в капсуле, а кто и на обычной работе вкалывает.

Соваться вместе со всеми на штурм я не стал, прекрасно понимая, что буду для группы ржавым гвоздём, вбитым в мастерски отлаженный часовой механизм. Всему своё время, и моё, в качестве обычного бойца, уже безвозвратно прошло. Сейчас всё больше приходилось работать головой.

Поэтому я тихонько устроился в слепой зоне этажом ниже, сжимая «Грач» в кармане куртки. Волновался, будто в первый раз, но с другой стороны – душу переполняло неуместное чувство дурацкой гордости. Воспитатель из меня тот ещё получился, стоит признаться.

Наконец, после очередного звонка, заветная дверь приоткрылась, будто сокровищница Аладдина.

– Чё надо? – загулял эхом недовольный голос.

– Здравствуйте, вам доставка! – с дежурной вежливостью ответила Эльвира.

– Мы не заказывали, – буркнул голос.

– Как так, – немного растерялась она. – Вот смотрите – адрес ваш, оплата онлайн. На имя Дмитрия Рогозина.

– Димон, мудозвон… – голос сокрушённо вздохнул. – Слушай, там на парковке «Лексус»… Хотя не, давай сюда. Хер ему по губам, а не жратву.

Щёлкнула цепочка, после чего в дверь ударили так, что гул пошёл по всему подъезду. Удивлённый полувскрик мужика потонул в россыпи хлопков, затрещавших новогодними петрадами. Я со всей возможной скоростью понёсся наверх, едва успев схватить за плечо Элли, которая хотела засунуть внутрь квартиры свой длинный любопытный нос.

– Стой тут.

Весь штурм, как и полагалось, занял считанные секунды. Расслабившиеся в четырёх стенах братки не смогли дать хоть какой-нибудь отпор. Двоих положили прямо в коридоре, а последнего – на пороге комнаты, где были заперты заложники. Бойцы шустро растеклись по прокуренной квартире, будто шарики ртути из разбитого градусника, но больше никого здесь не было. Лишь тогда я позволил Элли зайти, прикрыв двери от любопытных соседей. А то уже в подъезде стали слышны щелчки замков.

Возле последнего трупа стоял Цой, которого я спокойно опознал даже в маске, и сноровисто шарил в его карманах.

– Держи.

Он протянул мне ключ, а сам пристроился чуть позади, с автоматом на изготовку. Я без труда открыл дверь и дал ему отмашку на «отбой».

– Здравствуйте, товарищи Тёсовы!

В углу комнаты, за широкой двуспальной кроватью, съёжилась взъерошенная женщина в домашнем халате, которая прижимала к себе двух перепуганных детей-первоклашек – мальчика и девочку. По словам Робика ей перевалило слегка за тридцать, но сейчас бедняжка выглядела на все сорок с плюсом. На бледном лице было видно каждую морщинку, острые скулы рвали кожу, а под глазами темнели круги.

– К-кто вы? – едва слышно спросила бывшая пленница.

– Я новый начальник вашего мужа, – весело ответил я, входя в комнату.

– Н-начальник?

– Ага, ваш Роберт больше не фрилансер.

– С ним всё хорошо? – вскинулась женщина.

– Более чем, – поспешил я успокоить её. – Как вернётесь домой, можете ему позвонить. Идти как, можете?

– Да, – она решительно кивнула. – А с этими… Что?

– Кстати о них, чуть не забыл, – улыбнулся я. – Давайте с вашими детишками в игру сыграем? Они закрывают глазки здесь, а открывают уже в родной квартире. Я же волшебник, к слову…

Супруга Роберта всё поняла и быстро втолковала чадам, как нужно себя вести за порогом комнаты, где их заперли плохие дяди. Оба без проблем согласились, вот только несколько дней плена не прошли для матери бесследно, и взять их на руки она оказалась не в состоянии. Сама еле-еле ноги волочила. Пришлось позвать Элли, которая взяла себе второго ребёнка, закрывшего глаза ладошками, а первого я потащил лично.

Вот где ещё таких добрых начальников найдёшь?

Увидев кровь, натёкшую из-под надзирателей, женщина побледнела ещё сильней, хотя, казалось бы, куда уж больше. Но сообразительная Эльвира тактично взяла её под локоток, успокаивающе затараторив:

– Пойдёмте-пойдёмте, здесь нет ничего интересного.

– Да уж… – освобождённая шумно сглотнула комок подступившей тошноты. – А вы сами, кто?

– Секретарша, – буркнул я, опередив открывшую было рот девчонку. – На испытательном сроке сейчас.

– Странная у вас… Организация.

– Уж какая есть.

Под такой незамысловатый разговор мы и покинули квартиру, оставив убитых похитителей на попечение группы зачистки. Им предстояло немного прибраться, скрыв следы пребывания там семьи Тёсовых. Которая уже через минуту оказалась в родном гнезде.

Пожалуй, присутствуй при их освобождении представители Гиннеса, нас бы точно в книгу бы вписали, как самых быстрых. Ну что поделать, если браткам было влом возить несчастных туда-обратно. Или ещё какая причина имелась, непонятная простым смертным.

Я открыл квартиру родными ключами, позаимствованными у застреленных, и вместе с юной помощницей внёс детишек внутрь. Фокус вроде удался. Заодно ненароком просмотрел всё немаленькое жильё, пройдясь по комнатам, но тараканы и прочие нежелательные персоны отсутствовали. Посему я с лёгким сердцем оставил освобождённых приходить в себя, посоветовав не затягивать со звонком, а то их папочка там уже все успокоительные небось в больничке перевёл.

– А дальше что? – схватила меня за рукав женщина у самого порога.

– Рекомендую поплакать и тяпнуть чего-нибудь крепкого. Малышам лучше по мороженке.

– Я имею в виду, не придёт ли к нам ещё кто-нибудь, кому Робик что-то должен?

– Разве что, сосед за дрелью, – пожал я плечами. – Всё остальное мы отныне берём на себя. Что касается ваших вынужденных посиделок – забудьте, как страшный сон. Вас там не было.

– Что ж за работа у вас такая?! – она усилила хватку, едва не сорвавшись в крик. – Во что вы его на этот раз втянули?

– Ничего особенного, успокойтесь, – я остановил жестом напрягшуюся Эльвиру. – Робик будет заниматься тем, что получается у него лучше всего. Систематизировать инопланетные организмы, и всё, что с ними связано.

– В смысле?! – Её глаза едва не выскочили из орбит.

– В игре, само собой, – уточнил я. – РЕН-ТВ, поди, уже закрыли…

– А-а-а…

Больше ничего из себя выдавить ошарашенная женщина уже не смогла. Ну, а на что она рассчитывала услышать? Что я суженого заставлю метамфетамин в подвале варить? Или на кухне бомбы собирать? Наивная простота…

– Увы, у нас ещё куча работы сегодня. Всего доброго. Привет Робику передавайте.

Я как можно мягче освободил рукав и откланялся. Элли последовала за мной, помахав рукой детишкам, жмущимся к косяку детской комнаты. Те даже робко заулыбались в ответ. Особенно, когда девчонка состроила им уморительную рожицу – надула щёки и свела разноцветные глаза к переносице, наклонив голову. Точно, детский сад «Козявка».

Женщина тоже улыбнулась, пусть и вымучено.

– Спасибо вам…

Массивная входная дверь за нами закрылась, защёлкав многочисленными замками. Которые давали недавним пленником пусть иллюзорное, но всё же – чувство безопасности.

Мне же нужно было как следует постараться, чтобы оно не разлетелось на осколки от первого же столкновения с жестокой реальностью. Да и вечно сидеть взаперти они не смогут, что наглядно доказали братки, караулившие их в течение нескольких недель. Делать это при помощи спецтехники, практически из соседней квартиры, для них было не так уж и тяжело. Разгадка оказалась проста.

Мы спустились вниз и вышли на заснеженную парковку. Ветер почти утих, а удлинившиеся тени намекали о близком закате.

– Может, по шавухе? – невинно предложила Элли.

– Успеем ещё, давай сначала ребят дождёмся.

– Вряд ли они с нами будут.

– Я с ними не есть собираюсь, а работу принимать.

Томиться в ожидании пришлось совсем недолго – мы едва успели устроиться в минивэне, как на горизонте появился недовольный Цой с подчинёнными. Бойцы спрятали оружие и аппаратуру в сумки, отчего стали немного походить на спортсменов, направляющихся в любимый зал на тренировку. Очень угрюмых спортсменов.

– Всё готово, но я бы предпочёл устроить в квартире пожар, – заявил командир, устраиваясь на своём месте.

И это меня ещё называют маньяком!

– Не нужно, соседи тоже могут пострадать.

– Как хочешь. Местная группировка всё равно уже всполошилась – названивали зачищенным на все номера.

– Плохо, – я с досады едва не выразился куда крепче. – Теперь они могут залечь на дно.

– Не беспокойся, трубку поднял наш недобиток в «Лексусе», обещал передать всё остальным. И бдительность повысить. Их группе было приказано взять с собой заложников и ехать срочно забирать клиента.

– И как же он справился? – удивился я. – У него же зуб на зуб от страха не попадал!

– Стриж взял на себя переговоры от его лица. Смоделировал голос, и все дела.

– Впечатляет.

– Пустяки. Работаем против ротозеев, у них всё через одно место.

– Пусть и дураки, зато упёртые, – задумчиво проговорила Эльвира. – Так просто не оступятся…

– Поэтому мы и должны вырубить их всех под корень, – закончил я её мысль.

– Всех точно не получится, – скривился Цой. – Хотя бы костяк выбить, и то хорошо. Они будут ждать клиента в условленном месте – старом станкостроительном заводе, на окраине местной промзоны. Там их и накроем, кого сможем, но на этом всё. Мы не подписывались здесь полномасштабные боевые действия вести. Дальше пусть контора работает.

– А не многовато ли народу на одного несчастного менеджера с семьёй? – скептически заметила Эльвира.

– Перестраховываются, – ответил командир чистильщиков. – Они вряд ли поверили в случайность смерти их человека. Но с другой стороны, никакой спецоперации в городе официально не ведётся, иначе заложников сразу пустили бы в расход и разбежались по углам. Уверен, что они сейчас трясут все свои каналы, вплоть до федеральных.

Если раньше азиат допускал себе язвительные нотки в голосе, инструктируя Эльвиру, то сейчас они пропали напрочь. Видимо, оценил её бесстрашие. Ведь бахвалиться могут многие, а как до дела доходит – коленки подгибаются. Знавал я нескольких бравых с виду мужиков, которые в самый ответственный момент вели себя хуже перепуганных детей. А она без всяких кавычек жизнью рисковала.

Подготовка к следующему этапу зачистки не заняла много времени. Мужики скачали всю доступную информацию по конкретному зданию и на их основе накидали несколько рабочих схем. Лезть к ним со своими рацпредложениями я не стал – они и без меня хорошо знали своё дело, подмечая такие нюансы, о которых я бы своим устаревшим мышлением и не додумался.

Например, предварительная разведка при помощи миниатюрных дронов, о которых во времена моей службы можно было лишь мечтать. Или шлемы дополненной реальности, подсвечивающие замеченных врагов, будто в игре. На этот раз скрываться чистильщикам смысла особого не было, поэтому экипировались они по полной программе.

Если прошлую операцию можно было сравнить со знаменитым штурмом самолёта в Уфе, то нынче назревало никак не меньше захвата дворца Амина.

Но это не значило, что от нас с Эльвирой больше не было толку. Нам доверили охранять минивэн, который бойцы оставили неподалёку от здания, на одной из трёх подъездных дорог. Сами они дружно пересели во вражеский «Лексус», не забыв погрузить пленника в багажник. Оставлять его в живых никто не собирался, и я воспринял этот пунктик совершенно спокойно. Как бы худо ни было в стране, нормальный мужик таким заниматься не станет. А ненормальных мне давно не жалко.

«Димон-мудозвон» сам избрал такой путь. Никто его на криминальную дорожку не толкал, это его личное решение. А правильное оно было, или нет, он сам для себя решит, если успеет.

Я давно уже понял, что рано или поздно жизнь серьёзно спросит за каждый твой проступок. И в его случае, этот момент настал прямо сейчас.

Если жилую часть города ещё худо-бедно чистили, то промзона буквально утопала в снегу по колено. Ездить можно было лишь по накатанной колее, проложенной местными дачниками, живущими за официальной окраиной. Горящие фонари попадались здесь довольно редко, и только снег не давал этой местности окончательно утонуть во тьме.

Большинство зданий давно пустовало, и их потихоньку либо сносили, либо перестраивали в торгово-развлекательные центры. Те самые, где можно пропасть на целый день всей семьёй, пока не закончатся силы или деньги на кредитке. Ближайший такой финансовый омут находился буквально в четырёх кварталах отсюда, переливаясь разноцветными огнями, и уж там всё было выметено до мёрзлой корки, в которую превратился прошлый снегопад. Дороги же представляли собой один сплошной слой реагента, от которого покрышки разъедало буквально за сезон. Куда там до него обычной соли, на которую автолюбители раньше так ругались.

Минивэн удалось впихнуть в свободное пространство между двумя сугробами так, чтобы его было почти не видно с дороги. Понятия не имею, зачем понадобилось делать этот тупиковый съезд, упирающийся в глухой бетонный забор, но логику советских строителей всегда было сложно понять. Для этого, нужно думать, как строитель, а столько пить мой организм и раньше был не в состоянии. Чего уж теперь пытаться.

Штурм начался строго по часам, ровно в семь вечера. Сумерки окончательно превратились в ночь, но для чистильщиков это не было большой проблемой. Тем более, бандюки потрудились запитать административную часть здания для обогрева и освещения. Судя по словам наблюдателя Димона, они обосновались здесь уже давно, обжив некоторые помещения для собственных нужд. Получился этакий офис, где можно было спокойно проворачивать незаконные делишки вдалеке от любопытных глаз.

Отдыхали же от трудовых подвигов работники ножа и топора в местных закрытых клубах, а жить старались либо в частных коттеджах, либо в хорошо защищённых многоэтажках. Так что массово их выловить где-то в другом месте не представлялось возможным.

Дроны-разведчики засекли в здании целых двенадцать человек, прибывших на пяти дорогих внедорожниках. Такое количество противников напрягало, но против них на тропу войны вышли настоящие волкодавы, использующие по максимуму эффект неожиданности. Стоило им зарулить на трофейном японце на парковку, как братва тут же понесла первые потери.

Оборудование минивэна осталось полностью в нашем распоряжении, поэтому мы смотрели штурм в реальном времени, буквально глазами бойцов. У каждого в шлем была вмонтирована камера, позволявшая вести наблюдение от первого лица. Не кино, конечно, но всё равно занимательное зрелище. А при желании можно было переключиться на парящих дронов, и тогда перед глазами возникала картинка, схожая уже с тактической стратегией.

Вражеские юниты, подсвеченные красным, гибли один за другим. Группа Цоя грамотно отсекла их от парковки, и теперь зажимала внутри здания, совершенно не стесняясь применять всевозможные гранаты. Новый год был практически уже на носу, и народ вовсю баловался петардами, громыхая на весь город. Но это не значило, что полиция не приедет вскоре проверить, что здесь такое творится. Вполне возможно, что им могли позвонить сами атакованные. Поэтому операцию нужно было заканчивать как можно скорее.

Ни о каком заметании следов сейчас не могло быть и речи, но сильно о конспирации чистильщики не заботились. Наверняка их «Вихри» отправятся потом на дно ближайшего водоёма, тихо ржаветь под слоем ила. Печальная участь для такого хорошего оружия, но ничего не поделаешь.

Пусть у некоторых бандитов, кроме привычных пистолетов, имелись при себе и полноценные автоматы, оказать грамотного сопротивления они не могли. Вырваться из перекрёстного кинжального огня удалось лишь одному, да и то – ценой прыжка с четвёртого этажа прямо на крышу ближайшего цеха.

Бойцы «CSG» за беглецом последовать не могли, отвлечённые перестрелкой с последней кучкой недобитков, поэтому этого Иуду, оставившего одиннадцать своих собратьев, я взял на себя.

Бежать во двор, навстречу сбежавшему бандиту, особого смысла не было. Его путь легко отслеживался безо всяких дронов – на открытую парковку он не сунется, на проходную – тоже. Место очевидное, а значит, там может оказаться засада. Самым перспективным для него направлением было пересечь двор, укрываясь ржавыми ангарами, и выйти к небольшой свалке из всякого хлама, которая располагалась вплотную к высоченному забору. Там беглец мог без проблем перебраться на ту сторону, и скрыться среди рядов типовых гаражей, которые простирались чуть ли не до самого торгового центра. И его не будет видно, и проездная дорога под боком, где можно при удачном раскладе поймать попутку.

Поэтому я безо всякой спешки поковылял прямо по ней, прикинув, где можно будет перехватить прыткого бандита. Элли же пусть и с протестами, но осталась в минивэне. Хватит уже с неё на сегодня геройств. Жаль, конечно, что её там нельзя запереть, для надёжности…

Иуда меня не подвёл, появившись ровно там, где я и рассчитывал. Перемазанный в невесть откуда взявшейся грязи и отчётливо припадающий на левую ногу. Ну, и пыхтел он, как марафонец, пробежавший дистанцию с альпинистским рюкзаком за плечами. Из оружия у него нашёлся небольшой пистолет, который он совершенно неправильно держал на весу, выискивая глазами таящуюся в тенях опасность. Но меня, вжавшегося в стену ближайшего к дороге гаражного ряда, он разглядеть не смог до самого конца.

Стрелять из «Грача» в бегущую фигуру я не стал – в голову точно не попаду, а в тело не стоит и пробовать. У некоторых бандитов имелись под куртками хорошие импортные бронежилеты, способные спокойно держать пистолетную пулю. Другое дело, что «Вихри» чистильщиков били по ним спецбоеприпасом – полуоболочными пулями с сердечником из высокоуглеродистой стали. Из серии «мне похрен, за чем ты там спрятался».

А вот лично мне достаточно будет одной короткой отсечки из любого огнестрела, чтобы снова отправиться на тот свет. Броник не стал одевать, чтобы окончательно в неповоротливого пингвина не превратиться. Поэтому я решил не геройствовать, вызывая беглеца на ковбойскую дуэль, а спокойно дождался, когда он поравняется со мной. В таком состоянии внимание у человека рассеивается, а собственное тяжёлое дыхание вместе со стуком сердца в ушах сильно снижает восприятие. И, если не выдать себя до поры лишним движением, к нему можно подобраться очень близко.

Подсечка тростью вышла на загляденье – мужик инстинктивно всплеснул руками, будто пытаясь взлететь, и повалился мордой в снег. Встать я ему уже не позволил, прижав его сверху к земле. Первым делом, взмахом освобождённого из плена ножен клинка, избавил его от пистолета и парочки пальцев в придачу. А затем от души зарядил рукоятью по коротко стриженному затылку. Она крепкая, ещё немало черепов выдержит.

Бандит перестал трепыхаться, и я уже подумывал вызвать сюда Эльвиру со скотчем, как нашу извалявшуюся в снегу парочку внезапно осветили яркие фары подъехавшего автомобиля. Движение здесь не то, чтобы сильное, но вот именно сейчас кому-то приспичило здесь покататься. И мало того, остановился он аккурат напротив нас.

Проезжавший мимо местный доброхот решил узнать, в чём дело? Что-то смутно верится.

Беглец не добрал до обочины каких-то пятнадцать метров – всего один ряд гаражей, и мы с ним оба были видны, как на ладони. Вряд ли получится соврать, что он поскользнулся, а я хочу помочь бедолаге.

Из-за слепящего света, творящееся за его пределами видно было плохо, поэтому пришлось полностью положиться на слух. Вот заскрипел снег, хлопнула дверца и следом раздался до боли знакомый металлический щелчок.

Времени не осталось даже на ругательства.

Подстёгиваемый завопившим чутьём, я кувырком откатился в сторону от поверженного беглеца. Очень вовремя, так как автомобилист открыл по мне огонь. Вот и верь потом в добрых людей…

Как говаривал наш инструктор по стрелковой подготовке: «Не бойтесь хорошего стрелка, плохой – в разы опаснее, даже если он свой!». И в который уже раз эта истина подтвердилась.

Первые пули пошли туда, где я только что был. То есть, в лежащего навзничь бандита. Раза три он точно в него попал, заставив снег под ним понемногу краснеть. Затем горе-стрелок принялся доворачивать ствол в мою сторону, гоня вслед за мной белёсые фонтанчики. Проклятый снег сковывал движения, поэтому далеко укатиться у меня не вышло. Укрыться за гаражами я катастрофически не успевал, так что оставалось одно – вытащить «Грач» и из положения лёжа выяснить, у кого руки кривее. В отличие от ослеплённого меня, видел стрелок прекрасно, просто слишком торопился и давно не практиковался в тире. Отдача каждый раз уводила его прицел в сторону, позволяя прожить мне чуть дольше. Это в кино оно играючи выходит даже у никогда не держащих в руках барышень. Реальность же куда суровей.

Вот только бестолковой дуэли у нас так и не получилось. Пока мой противник палил в белый снег, как в копеечку, к нему уже подкрадывался страшный пушистый зверёк. Но не белый, как обычно, а рыжий.

Последняя пуля едва разминулась с моим плечом, когда на него смутный силуэт набросилась тёмная стремительная тень, в которую я сам едва не выстрелил. Полуразряженный пистолет, кувыркаясь тусклым бумерангом, улетел в сторону, а стрелок с невольным вскриком припал на подрубленное колено. Но страдания бедолаги продолжались недолго – с отчётливым хрустом его висок познакомился с крепким носком полуботинка, в которых щеголяла Эльвира. Насколько я помню, там шла небольшая металлическая окантовка, пусть и сугубо декоративная, но на такой скорости это уже не имело значения. При мне девчонка была способна в прыжке врезать ногой по летящей бутылке минералки так, что та улетала в другой конец квартиры. Пару раз пробка и вовсе не выдерживала давления от удара, заливая весь пол водой.

Понятное дело, на себе я его испытывать не стал, хотя юная каратистка предлагала.

Голова стрелка мотнулась в сторону, и он бесформенным кулем завалился на обочину. А я так и остался валяться в снегу, сжимая бесполезный пистолет в дрожащей руке. Давненько не чувствовал себя таким дураком. Ну, хоть снега поел, пока катался.

– Клим!

Элли бросилась ко мне, ледоколом продираясь сквозь высокие придорожные сугробы. Но даже этот факт не скрыл того, что моя подопечная заметно охромела.

– Не ори, горло простудишь, – проворчал я, вставая. – В машине был ещё кто-то?

– Нет, только пакеты с магаза.

Получается, он отъезжал за провизией, когда ему позвонил отличник по затяжным прыжкам, и сообщил, что гнездо разорено. Ведь не просто так он тут именно сейчас оказался…

– Что с ногой?

– Я, кажется, палец вывихнула, – радостно заявила она. – Или сломала…

– Зашибись.

– Фуф, если ругаешься, значит точно всё в порядке.

– Да нет, ты умница!

– Правда?

Её глаза засияли ярче чёртовых фар. Я сгрёб девчонку в охапку и крепко обнял, чувствуя, как у неё бешено колотится сердце.

– Правда. Вряд ли твой отец хотел тебе такого будущего, но сейчас он бы тобой точно гордился.

Поцелуй вышел сам собой, хоть и не такой серьёзный, как хотелось бы Эльвире. И всё равно ноги у неё едва не подкосились.

А затем очень вовремя на связь вышел Цой, прервав неловкий момент. Я с облегчением ответил на вызов, отстраняясь от разволновавшейся напарницы.

– Кул, как ты там? – быстро спросил командир группы зачистки. – Слышали стрельбу в твоём направлении.

– Всё в порядке, – я подошёл к застреленному, чтобы проверить его пульс. – Беглец минус, но к нему подмога подъехала. Так что наш счёт уже до двух вырос.

– Помощь не нужна?

– Нет, мы тут немного приберёмся и отходим к минивэну.

– Хорошо. У нас одиннадцать холодных, плюс один в багажнике. Потерь нет.

– Слушай, у меня ещё просьба одна будет, – спохватился я. – Небольшая…

– Что такое?

– Вам там вирт-капсула случайно на глаза не попадалась? Медицинская.

От прозвучавших в ответ матов у меня впервые, за всё время пользования скрытой гарнитурой, заболела барабанная перепонка.

Глава 61

После таких насыщенных выходных заходить в игру было особенно тяжело. Даже новое послушное тело, лишённое все недостатков и увечий, совсем не радовало. Но для меня с самого начала это было ни каким не развлечением, а настоящей работой. Хоть сперва я и не воспринимал её всерьёз.

А работа, как известно, не знает слов таких слов, как: «не хочу, не буду, отпустите».

Робофотт, обрадованный неожиданным избавлением от затянувшегося кошмара, должен был прибыть на «Талвро-19» уже завтра, скоростным пассажирским челноком. Пришлось нам с Болеславом потратиться, но оно того точно стоило. Помимо квеста, которым мы хотели расплатиться с профессиональным искателем, на учёного возлагались большие надежды по продвижению в тех направлениях, где «Мясорубцы» безнадёжно буксовали.

Лапа Антаресца, обнаруженная на разбитой Кристаллидом САФе, до сих пор не давала мне покоя. За этой находкой явно проглядывали какие-то перспективы, но мы никак не могли их нащупать. Вдобавок, среди останков исследовательского фрегата, которые удалось загрузить перед экстренным стартом на защиту аванпоста, удалось разыскать несколько баз данных. К сожалению, это всё, что осталось от бортового компьютера «Бааста», но даже такие крохи информации нуждались в расшифровке и тщательной обработке. А их без высокого Интеллекта не проведёшь, каким бы оборудованием ты не владел. Увы, но этим показателем в нашем клане могли похвастаться лишь считанные единицы, да и те не дотягивали до положенных значений.

Маха чаще всего выполняла роль скорее полевого медика, чем учёного, а геолог Рэнси едва разменял четвёртый десяток уровней. На этом наши умники и заканчивались.

Хреноватор, по вполне понятным причинам, отдавал предпочтение грамотным инженерам и воинам. Теперь, с расширением нашего флота до пяти единиц, людей для экипажей стало отчётливо не хватать. Куда тут до яйцеголовых, которым тоже платить надо.

По кораблям вообще ситуация складывалась – печальней некуда.

Раллеки сдержали своё слово, взяв на себя основную часть расходов с прошлой экспедиции. Восстановленные «Флюгегехаймен» и «Насморк» должны были вот-вот прибыть в док вместе с очередным торговым караваном, которые регулярно облетают периферию Союза в поисках хорошей контрабанды. На укомплектацию кораблей нам отводилось совсем немного времени – искатель тоже был на подходе, а каждая лишняя минута, проведённая в ожидании таким ценным игроком, автоматически превращалась для нашей исхудалой казны в дополнительную прореху.

В данный момент ребята закончили ремонт «Твоей бабушки» и перегнали в наш ангар, выделенный благодарной администрацией «Талвро-19», новенькие призовые фрегаты. Остальные кланы, изрядно потрёпанные в затяжной битве за контроль останков павших звездолётов, разве что зубами не скрежетали. От зависти и остального. Наш флот уверенно рос и матерел, и теперь его без масштабной операции уже не расфигачишь.

Пока мы с Элли изводили провинциальных братков на корню, Велион со Змееростком предотвратили целых три диверсии, направленные против «Мясорубцев». Именно им были вручены полномочия, схожие с работой внутренней безопасности, без которой не обходится ни один серьёзный клан. Четвёртую же подлянку новообразованный отдел полностью прошляпил, поэтому наш головной корвет теперь красовался красочной несмываемой аэрографией на корпусе. Изображавшей, если сильно не прищуриваться, вытянутую рыбку с маленьким хвостом и большими глазами навыкате.

Хулиганы даже в космосе совершенно не желали менять репертуар.

Краска на этом художественном безобразии оказалась с примесью агрессивных нанитов, которые активно кушали новые порции цветного покрытия. Чтобы их извести под корень, необходимо было либо вовсе избавляться от всех нанесённых слоёв аж до голого корпуса, либо совершить несколько новых покрасок подряд. Чтобы эти черти подавились, наконец. Оба варианта стоили немало кредитов, поэтому Хреноватор в назидание ротозеям приказал оставить всё как есть, сообщив, что в этом даже есть какой-то свой символизм.

Таким образом, летать мне с таким «украшением» на борту предстояло всю следующую экспедицию, если по пути не повезёт наткнуться на звезду с мощным нейтронным излучением. Или корвет попросту не взорвут какие-нибудь неприятели. По этому поводу я особо не переживал – похабное граффити рано или поздно всё же смоется, а вот название судна – уже вряд ли. И «Твоя бабушка», как заметили многие, являлась ещё не самым худшим вариантом.

Ибо фантазия Болеслава не знала пощады.

Теперь в списке подчинённых звездолётов у меня числилось два новых пункта: «Аленький сосочек» и «Ебулайзер». Уж не знаю, как администрация игры ЭТО пропустила мимо цензурного бана. Может, самому на них пожаловаться? Трое суток, вроде бы, ещё не прошло…

Тут даже не палец у виска хотел крутиться, а сразу вся рука.

Но вспоминая, сколько стресса я отгрузил в душу клан-лидеру за последнее время, лишать его последней радости рука как-то не поднималась. Хотя, даже у того же «ПыхНадзора», шизанутого по всем фронтам, над несчастными звездолётами не так сильно издевались.

Как ни странно, желающих вступить в экипаж новеньких раллекийских фрегатов оказалось в избытке. Другое дело, что при отлёте нашей развесёлой армады на станции оставалось всего несколько человек. Которых даже не хватит даже для банальной охраны апартаментов, выделенных клану.

Поголовье «Мясорубцев» едва перевалило за первую сотню, когда как у безбашенных конкурентов общая численность давно превышала полутысячу рыл. Чуть раньше положение было ещё хуже, но за время, минувшее со штурма аванпоста, нам удалось разжиться толковыми новичками. Большую их часть составляли бывшие «системщики», оказавшиеся в подвешенном состоянии после расформирования их клана. У многих не осталось при себе ничего, кроме единственной дефолтной капсулы репликации и горстки личных вещей. Всё остальное ушло в счёт списания долгов, которых успели нахватать сестрёнки.

Положа руку на сердце, мы сами находились в шаге от финансового краха, учитывая обязательные выплаты Союзу за всех преступников в штате. Помощь в отражении нападения сателлитов списала часть этого финансового груза, но наши с Велионом и Змееростком задолженности остались неизменными. Видимо, ту диверсию со шлюзами руководство межзвёздной державы так и не смогло по достоинству оценить.

Болеслав обещал решить вопрос с кадровым голодом в ближайшее время. Теперь, когда все члены клана автоматически попадали под защиту серьёзной охранной организации, мы стали вполне привлекательной группировкой. А пока пришлось раскидывать людей по звездолётам, затыкая самые серьёзные дыры в экипажах.

«Крокусы» подтвердили свой профессионализм, разобравшись с проблемой Робика всего за один день. Наша карательная акция, конечно, была необходима, но вопроса она окончательно не закрывала. Как я уже говорил однажды Элли, устранение исполнителя даёт лишь отсрочку. Пока дышит заказчик, покоя тебе не будет никогда.

Не знаю, что конкретно провернули «CSG», но претензии от чёрных археологов растаяли, как утренний туман. Мало того, что клан согласился с дальнейшим существованием Робофотта в игре и Роберта Викторовича в реале, так они ещё выплатили ему щедрую компенсацию, больше смахивающую на отступные. Натерпевшийся игрок пообещал понять и простить, после чего стороны предпочли навсегда забыть друг о друге.

Удивлялся я такой счастливой концовке недолго. Стоило мне войти в игру, как Хреноватор поспешил меня обрадовать, что работа высокоуровневого искателя оплачена на двенадцать часов вперёд. Значить это могло лишь одно – клан специалиста и стал новым покупателем квеста по зачистке комплекса Предтечей, включив в список потенциальных носителей достижения и нашего уездного ксенобиолога. Другого выхода у них не было, так как я в ультимативной форме отказался от предложения Мишель стереть этого персонажа. И тут дело заключалось совсем не в нашей скоротечной дружбе. Моя чуйка буквально кричала, что без Робофотта нам вскорости никак не обойтись, а раскачивать его заново времени не будет.

Название клана-покупателя Болеслав раскрывать пока не стал, напуская непонятную таинственность, но я не сомневался, что им окажется пресловутый «Сопрано». Тот самый, в котором числилась сама Шельма, и куда предположительно она меня приглашала. Группировка у неё была не из последних – на данный момент она замыкала ТОП-30 нашего Европейского кластера.

Мы сами за последнее время существенно подросли в своём рейтинге, попав в первую тысячу «новичков». Если же наш поход увенчается успехом, то можно будет смело мечтать уже о сотне. Мне же – о срочном переезде.

А пока не прибыли восстановленные звездолёты и загадочный искатель, «Мясорубцы» оказались временно предоставлены сами себе. Остальные корабли уже стояли «под парами», и те, кому совсем было нечего делать, безуспешно пытались закрасить похабную «рыбку» на корпусе головного корвета. Остальные же разбрелись по станции, кто куда, занимаясь своими делами или просто наслаждаясь кратковременным отдыхом.

Девочки, во главе с триумфально вернувшейся Шандайн, дружно пошли штурмовать бутики, умудрившись утянуть с собой даже асоциальную Элли. Видимо, пресловутая женская магия сработала, не иначе. Мужики более равномерно рассредоточились от того же рынка, до борделей и прочих развлекательных заведений. Лишь некоторые, особо усердные личности, решили воспользоваться тренировочными комнатами для шлифовки навыков.

Я бы с удовольствием присоединился к последним, не возникни необходимость в одном срочном разговоре. Уж больно собеседник на нём настаивал. Пришлось пойти навстречу, раз появилось немного свободного времени.

Переговорить мы решили в одном небольшом питейном заведении, являвшимся излюбленным местом для наёмников и прочих мутных личностей. Входов-выходов там имелось сразу несколько, что позволяло посетить ресторанчик, не привлекая лишнего внимания, а каждая комнатка вдобавок была укрыта антисканирующим полем. Запись игрового процесса здесь не работала, о чём уведомляли прямо на пороге. И без подписи добровольного согласия внутрь было не попасть.

Собеседник явился первым, а вот меня задержали по дороге двумя дурацкими вопросами, решение которых я с чистой совестью перебросил на Хреноватора. Моё дело – добыть для клана ништяки с наименьшими финансовыми затратами, а со всякими запросами на покупку экипировки или поиск тренера для прокачки пусть занимается лидер. Хотя, зная его нездоровую фантазию, обращались к нему неохотно.

Жаждущим встречи оказался невысокий человек с самым неприметным лицом, которое мне попадалось в виртуальности. Такое захочешь – хрен запомнишь. По одной его специфической экипировке, включавшей в себя облегчённый бронекостюм с капюшоном вместо шлема, безо всякой пояснялки стало ясно, что передо мной шпион. Он заказал себе какой-то экзотический энергетик и лениво посасывал напиток через соломинку, будто никуда не торопился.

Звали игрока Азазель, а его уровень развития пока притормозил на отметке в сто семьдесят девять единиц. Не удивительно, что именно ему поручили возглавить оборону одного из секторов аванпоста во время высадки десанта сателлитов. Мне не удалось тогда воочию оценить результаты его трудов, но одно то, что ему удавалось продолжительное время удерживать реакторную с минимальными силами, говорило о многом.

– Здравствуй, Куладун, – они изобразил лёгкий полупоклон. – Рад, что ты откликнулся на мою просьбу.

– Я сам очень хотел с тобой встретиться, – признался я, присаживаясь напротив. – Особенно, после пиратской станции…

– Да, это моя недоработка, – развёл руками игрок. – Действовал в спешке, и никак не думал, что обвинят именно твоих людей.

– Моего шпиона тебе было трудно не заметить.

– Да видел я его, – он досадливо поморщился. – Но опознать принадлежность не смог. Он довольно неплох у тебя, стоит признать.

– Спасибо, я ему передам.

– Не обижайся, но моей целью были вовсе не вы, а «прососы», – признался шпион. – Просто произошла фатальная случайность.

– Чего это мне обижаться на такое?

– Просто я считаю, что у вас нет будущего на «Талвро». Вы не представляете существенной угрозы. В конце концов, там останется лишь один клан, и это будут точно не «Мясорубцы».

– Ну, это мы ещё посмотрим.

– Мне нравится такой боевой настрой, – Азазель отсалютовал мне бокалом. – Между нами говоря, твои успехи меня впечатлили. Прибыть на станцию с горсткой осуждённых, и уже меньше, чем за пару месяцев развиться до полноценного клана. Такое мало кому удавалось.

– Спасибо, но ты ведь позвал меня сюда не для похвалы?

– Признаюсь, я анализировал твою игру за последнее время, и решил, что ты достоин большего.

– Это чего же? Попасть на доску почёта?

Шпион невольно перешёл на заговорщицкий шёпот:

– Скоро на «Талвро» появится новая сила. Ни «пыхачам», ни «прососам» с ней не справится, не говоря уже о вас. Всем дадут пинка под зад. Но ты можешь остаться, если решишь примкнуть к нам.

– И чего вам всем дался этот аванпост? – покачал я головой. – Лезете сюда, как мухи на…

– А ты сам? – перебил меня игрок. – Что здесь забыл?

– Поверишь, если скажу, что просто случайно пальцем ткнул?

– Нет.

– Ну, тогда мне нет смысла продолжать этот разговор, – пожал я плечами. – Наш клан пробудет здесь столько, сколько нужно, и решать за нас ничего не надо.

– У вас кораблей на одно звено едва набирается, – досадливо поморщился Азазель. – Даже у этих дегенератов сейчас их в четыре раза больше. На что ты надеешься? Что им не хватит ума объединиться против вас?

– Как и всегда – на себя любимого, и свою команду. И ещё немного на «авось».

– Хорошо, можешь продолжать летать на своих недоразумениях, – прошипел игрок. – Но, когда придёт время отсюда выметаться, моё предложение уже потеряет свою силу.

– А моё – нет, – я безмятежно улыбнулся. – «Мясорубцам» пригодился бы такой талантливый шпион. Так что, если надоест страдать ерундой – я готов подумать над твоей кандидатурой. Велиону под командование пойдёшь.

– Это даже не смешно, – Азазель поднялся из-за стола. – Прощай.

– Как знать… – проговорил я ему вслед. – Хорошо смеётся тот, кому осталось, чем смеяться.

Пусть разговор и вышел скомканным, пищи для размышлений всё равно хватало с избытком. Я и раньше удивлялся интересу к обычному аванпосту дочерних выродков крупных кланов, а теперь к гонке за непонятным призом скоро присоединится новый участник. Судя по словам шпиона – крайне серьёзный. Положа руку на сердце, я готов признать, что сейчас нам в открытом противостоянии против конкурентов не выстоять. Обе банды находятся в ТОП-300, что само по себе очень серьёзное достижение, но Азазель обещал вышвырнуть их отсюда за шкирку, как нашкодивших щенят.

Самое поганое, что до появления этой новой угрозы в нашем регионе, узнать о ней мы ничего не сможем. У предусмотрительного игрока никакой приписки к клану не имелось. Пока что. Понятное дело – он здесь лишь разведывает обстановку, да по возможности пакостит конкурентам.

Ясно лишь одно – нужно как можно скорее перебираться со станции. Если не выгорит с К’Вонгами, то придётся обосноваться в окрестностях Шебукая. Может быть, на соседнем планетоиде. Конечно, там серьёзных укреплений нам не возвести, но это всяко лучше, чем жить под постоянным прицелом на аванпосте.

С этими мыслями я тоже покинул переговорную комнату, выйдя через запутанный переход неподалёку от инженерного крыла. Стоило покинуть полог, как на меня тут же посыпались сообщения, из которых я едва вычленил главное – корабли уже прибыли. С укомплектацией справятся и без меня, но оставлять подчинённых без присмотра лучше не стоит. Тем более, старт мог случится в любую минуту. Я активировал командирскую абилку «общий сбор», указав местом встречи посадочную палубу, и сам направился туда же.

Для предстоящего похода у меня было заготовлено два комплекта средней брони с вольфрамовым каркасом и увеличенными энергонакопителями силового щита. Дорогое удовольствие, но экономить на моей экипировке было никак нельзя. От успеха операции зависело слишком многое, особенно в свете последних новостей.

Эти два дня клан всем наличным составом лихорадочно зарабатывал кредиты, где только можно. Большая часть суммы ушла на звездолёты, а на сдачу Хреноватор приобрёл моей маленькой личной гвардии новые игрушки. Кому-то досталась новая броня повышенного класса защиты, кому-то – лазерное оружие взамен устаревшего кинетического, а кто до такой роскоши ещё не дорос, получил апгрейд спецоборудования.

Лично мне клан-лидер приобрёл сразу два новых клинка, взамен едва дышавшей экспериментальной модели. Первый – стандартный лучевой меч человеческого производства, без особых наворотов, не считая пониженного износа. Цвет рабочей части оказался кроваво-красный, делая меня похожим на этакого ситха из Звёздных Войн. Но мне понравилось.

Если изделие раллеков смахивало формой на итальянскую чинкуэду, то к этой модели ближе всего находился знаменитый римский гладиус, из-за короткой полукруглой гарды и более вытянутого лезвия. До полноразмерного полуторника, с которым мне работалось привычнее всего, он немного не дотягивал, но такая модель стоила куда дороже, не говоря уже о двуручнике.

Вторым оружием оказалась изогнутая металлическая сабля, с остро-волнистой обратной кромкой, изготовленная рептилодскими мастерами. При взгляде на неё мне почему-то сразу вспоминались орки из классического фэнтези. Крепчайший сплав клинка, с включением редких элементов, позволял рубить большую часть обычной брони, как консервные банки, а мощный разрядник в рукояти выпивал досуха вражеское силовое поле.

Получив в терминале новые игрушки, мне захотелось тут же опробовать их в действии, хотя я прекрасно понимал, что чем тише пройдёт эта вылазка, тем лучше для нас всех. Повоевать всегда успеем.

Мне оставалось всего пара сотен метров до пневматического лифта, везущего к внутренней посадочной палубе, когда меня неожиданно вызвал Хреноватор.

– Кул, поспеши, – обеспокоенно произнёс псионик. – Искатель уже прибыл.

– Вот блин, что-то он рановато…

Я бросил взгляд на часы. Подготовка должна была закончиться не раньше, чем через двадцать минут. Всё же, восстановленные звездолёты поставлялись в далеко не лучшем состоянии. Их склепали на конвейере по заданным лекалам, особо не парясь за качество сборки. И если погрузку материалов и боеприпасов в пустые трюмы можно ещё как-то ускорить, то отладку бортовых систем и калибровку работы реакторов нужно проводить как можно тщательнее.

Иначе можно и не долететь до места назначения целиком.

– Займи его чем-нибудь, – предложил Болеслав.

– Вообще-то, ты у нас – душа компании, – напомнил я ему.

– Я на аудиенции застрял, чтоб они все там провалились! – чертыхнулся клан-лидер. – Два часа уже здесь торчу, бюрократическим онанизмом занимаюсь. Так что давай, продемонстрируй своё фирменное обаяние. Девушки наши, вон, как к тебе липнут!

– Да при чём здесь это…

– Увидишь. Короче, вся надежа только на тебя, избранный! Не подведи.

– Болик, я сам люблю иногда пошутить, но сейчас явно не тот случай.

– Всё, давай, мне работать надо. Персы ждут, нервничать уже начинают.

Покачав головой, я вошёл в лифт. Наши взаимные подколки со стороны напоминали играющее в одном месте детство, но иначе мы с ним давно бы поубивали друг друга нафиг. То я его к сердечному приступу подталкиваю, то он мне головной боли прибавляет. Вот как сейчас.

Что мне делать с высокоуровневым специалистом, у которого каждая минута на вес золота, пока корабли не подготовят к отлёту? Стишок ему, что ли, на табуретке рассказать?

Да, его работа вроде как оплачена. Но именно что работа, а никак не бездельничанье на борту захудалой станции для низкоуровневых нубов.

В крайне мрачном настроении я вышел на обзорную палубу, представлявшую из себя застеклённый пандус, идущий по периметру всего ангара. Отсюда звездолёты были, как на ладони.

Вот висит на антигравах пузатый «Насморк», возле которого суетятся игроки и несколько летающих дронов техобслуживания. Впритирку к нему стоит на собственных выдвижных шасси «Твоя бабушка», сияя похабным рисунком во всей его красе. Кажется, фосфоресцирующее граффити не смотря на все усилия ребят только ярче стало, того и гляди – обшивку проест.

Остальные наши корабли устроились чуть поодаль, на посадочных площадках поменьше. Одинаковые с виду хищные фрегаты «Ебулайзер» и «Аленький сосочек», прости нас Господи, а также цилиндрический «Флюгегехаймен». Рядом с ними скромно пристроился небольшой подковообразный звездолёт, выкрашенный в агрессивно красный цвет, на котором и прибыл наш поисковик. Странно, я думал, судно будет повнушительнее.

Пусть звездолёт и относился к корветам, по размерам он уступал даже фрегатам. Но никак не по тиру, который числился аж девятого уровня, что для нашей глуши фантастический показатель. Здесь самыми крутыми являются седьмые, выше них никого и нет, даже среди погранцов Союза.

Я смотрел на корабль, с каждой секундой всё больше закипая. Теперь понятно, почему Хреноватор умолчал, КТО будет помогать нам с поиском подпространственной аномалии.

Этот злосчастный звездолёт я узнал бы не то что из тысячи, а даже из миллиона. Поэтому даже не стал читать название, а понёсся бегом вниз, пощупать его собственными руками. Вдруг, глаза мне внезапно отказали?

Однако, чуда не произошло. Это была именно та самая «Блоха», чтоб её в чёрную дыру засосало по самые дюзы. В её тени со скучающим видом стояла Убивашка, собственной персоной, и презрительно курила папиросу, игнорируя кружащего неподалёку дрона-безопасника. Тот ничего не мог поделать с наглой нарушительницей, которая могла аннигилировать его одним лишь взглядом ехидно-зелёных глаз. Только осуждающе гудел на порядочном расстоянии от неё.

Девушка с нашей последней встречи нисколько не изменилась, разве что уровень у неё опустился до шестьсот девяносто восьмого. Видимо у клана «Убийц Красной Звезды», после выбивания части их ключевых игроков, дела пошли под откос.

Стоило только мне увидеть лопоухую мордашку искательницы, как кулаки сжались сами собой. Но прежде чем я сделал очередной шаг к ненавистной девушке, в голове заскрипели НЕ МОИ мысли.

«Приветствую, бывший командир!»

Ко мне, с грацией ласки, которой наступили на хвост, мчалась вытянутая угольно-чёрная инопланетная многоножка. Дробный топот лап инсектоида было слышно на другом конце ангара, заставляя игроков и персонажей шарахаться от него в стороны. Притормозив в последнюю секунду, чтобы не снести меня, сайрекс поднялся на дыбы, почтительно подтянув к туловищу верхние отростки. Его я тоже узнал бы по одному только мысле-сигналу.

– Шопот?!

«Да.»

– Под хвост тебе на! Ты чего здесь делаешь?

«Мы прилетели на станцию по контракту.»

– Так ты с ней, что ли?!

«Новый командир подобрала мою спасательную капсулу, а позже предложила вступить к ней в экипаж».

– Да, вот только она нас и подбила, если ты не забыл, – скрипнув зубами, напомнил я.

«У неё был приказ.»

– Да мне плевать. С Отто что? Он жив?

«К сожалению, его не удалось спасти.»

– Расчудесно. Смотрю, ты подучил наш язык…

«Новый командир занимается со мной.»

Возросшие лингвистические навыки были не единственным достижением инсектоида. Его уровень развития составлял сейчас впечатляющие двести четырнадцать единиц. Много же они противников наколбасили…

Убивашка между тем покинула своё прокуренное место и двинулась к нам, с видом королевы, которая идёт воспитывать своих нерадивых подданных.

Глядя на неё, я внезапно понял, чем можно занять эту дорогую гостью. А то заскучала небось, бедненькая, в нашем-то захолустье.

– Внимание всем, в ангаре обнаружен враг! – проскандировал я в уши каждого «мясорубца», использовав нейроинтерфейс. – К бою!

Глава 62

Вылет пришлось немного задержать, но в целом в график мы худо-бедно укладывались. Другое дело, что за раскуроченный в хлам ангар на «Мясорубцев» наложили увесистый штраф. Поэтому единственным недовольным остался бедолага Болеслав, которому пришлось разгребать всё, что мы успели наворотить на станции. Остальные же участники потасовки летели в отличнейшем расположении духа.

Отношение ко мне клана КРС выросло ещё на десять пунктов, хотя я собственноручно снёс голову одному из её главных игроков. Сдвоенные «ножницы» обоими клинками получились на славу, а на несчастной Убивашке на её беду не оказалось ничего, кроме простенького лётного комбинезона. Правда, это не помешало ей к тому моменту выкосить большую часть накинувшихся на неё бойцов. Силы оказались слишком неравны.

Увы, но торжествовать мне суждено было недолго – практически сразу я оказался разорван на части взбешённым Шёпотом. Бедолага сайрекс, к слову, теперь отлёживался в регенерационной ванне на борту «Блохи», возглавившей поисковую экспедицию.

Начало которой получило самый неожиданный разворот.

К великому удивлению нашего нервного клан-лидера, искательница не стала выдвигать никаких обвинений о нападении, а наоборот – похвалила всех за смелость. Да и скука с её лица ушла безвозвратно. Вот только Болеслав такой перемены в искательнице совсем не оценил, клятвенно пообещав мне закрепить неприличный рисунок диверсантов на корпусе «Твоей бабушки» на веки вечные. В качестве базовой раскраски.

Оставалось лишь надеяться, что нам не попадутся новые корабли для флота, пока он не остынет окончательно. Иначе их командирам не позавидуешь.

Сам поход тоже протекал не сказать, чтобы по всем правилам.

Давненько я не ощущал себя в приграничном космосе так странно. Каждая наша вылазка сюда проходила на грани разумного риска, а то и вовсе выходила за её пределы. Мы сражались, убивали и погибали сами… Каждый выход из гиперпространства мог стать последним. Даже в относительно безопасной зелёной зоне существовал шанс нарваться на тех же конкурентов, поэтому никто не позволял себе расслабиться до самой стыковки со станцией.

Моими главными кошмарами тогда становились не отголоски прошлого, а то, что куцая дежурная смена напорется на какие-нибудь неприятности и не успеет увести корабли.

Но нынче мы оказались в роли детсадовцев, которых воспитательница вывела за ручку погулять в сквере. Места, куда нам до этого и в голову бы не пришло сунуться, преодолевались без каких-либо проблем. Всех встречных противников высокоуровневый корвет раскатывал тонким слоем по космическому пространству, а те, кого не успевал накрыть первый же залп, предпочитали экстренно спасаться бегством. Кого там только не было – дикие пираты, сателлиты, ещё какие-то неопознанные корабли…

Исключением не стали даже автоматические сторожевики антаресцев, прежде не замеченные в адекватных манёврах. Сбежали как миленькие, только их и видели. А я прежде считал, что инстинкт самосохранения у них выключен за ненадобностью.

Единственным минусом такой экскурсии было то, что строгая воспитательница не разрешала нам останавливаться даже для сбора листочков на гербарий. Но я скрупулёзно наносил на личную карту каждую систему, где появлялись чьи-нибудь свеженькие обломки. Позже нужно будет ещё разок пролететь по этому маршруту, прихватив с собой наёмный грузовоз, дабы хоть частично не дать такому добру пропадать зазря. Всё равно наколбасить столько звездолётов нам не удалось бы и за месяц плотных боёв.

Ну, и опыта бы ещё не помешало получить, но все разрушения исправно засчитывались «Блохе». По сути мы шли, будто рыбы-прилипалы за матёрой акулой. Которым только и оставалось, что провожать взглядом проплывающие мимо аппетитные ошмётки добычи. С другой стороны – и вопросов к нам не было никаких.

Ходил слушок, что якобы к «прососам» однажды прилетал эсминец, выкосивший парочку регионов под корень. Но вывезти они ничего так и не успели, получив чувствительную затрещину от администрации игры. После чего состав обоих кланов спешно покинуло несколько игроков, а попытки грубо обогатиться с помощью высокоуровневых покровителей прекратились.

У нас же была сугубо поисковая миссия, о чём имелся соответствующий договор, одобренный следящими системами. Они же и контролировали его выполнение на всех этапах. Создатели «Новых Горизонтов» были далеко не дураки, и большинство контролирующих механик старались не афишировать. Однако, это не значило, что они не работали.

Наконец, мы очутились посреди звёздной системы, располагавшейся на отшибе одного из дальних регионов. Не совсем аппендикс, но близко к этому. Убивашка, несколько раз запускавшая поиск в ведомых одной ей точках, уверенно указала на одну из шести планет, которая могла похвастаться лишь наличием примитивной жизни. Ничего интересного в ней больше не было.

– Это здесь.

Я едва не переспросил, уверена ли она.

Сканеры наших кораблей тоже всё это время не прохлаждались в сторонке, но никаких разбившихся кораблей на поверхности они засечь так и не смогли. Вряд ли здесь успело побывать много звёздных странников, чтобы усеять каждый планетоид останками подбитых звездолётов. В подобном захолустье, хорошо если таких находок окажется больше одной на всю звёздную систему.

– И что дальше?

– Я вниз, а вы висите здесь и лапками ничего не трогайте, – предупредила ушастая нахалка. – Могу взять с собой шестерых леммингов, если они догребут ко мне в течении минуты.

Это прозвище она выдала нам всем после того, как возродилась у себя на борту. Если дословно, то: «Маленькие, забавные, воинственные суицидники, какая прелесть!». Даже клан предложила нам срочно переименовать, едва не доведя бедного Хреноватора до инфаркта.

Что поделать, с её точки зрения мы именно такие и есть. Лемминги.

– Уже выдвигаемся!

Все мои подчинённые находились в полной боевой готовности, и оставалось лишь выбрать из них достойных. Высокоуровневая искательница не стала бы предлагать составить ей компанию от одной лишь скуки. Достойную защиту мы ей тоже организовать не в силах, при всём желании. Значит, она просто хочет нас прокатить так называемым «прицепом», дав возможность получить опыт практически на халяву. Лишь бы нам потом по шапке не прилетело…

За такую популярную услугу наёмники обычно просят деньги, и немаленькие, но действия Убивашки легко объяснялись, если вспомнить, кто именно её сюда направил. Наверняка, есть какая-то лазейка, чтобы нам не выкатили претензию.

Шельме выгодно как можно скорее усилить наш клан, но напрямую она действовать не может, чтобы не вызвать подозрений. Чувствую, что буду должен ей очень много…

Помимо себя любимого, в группу я включил Элли, Велиона, Нечаянного с Крокотом, и, конечно же, Шандайн. Из-за длительного перерыва наша бравая разведчица существенно отставала по уровням от основного костяка клана и нуждалась в «бусте» больше остальных.

Как я и предполагал, мои напарницы не нашли общего языка друг с другом, и теперь между ними напряжение разве что не искрило. Шандайн привыкла за долгое время находиться рядом со мной, но Эльвира не собиралась ей уступать так непросто завоёванное место. Моё обещание сделать из нас боевую тройку особого восторга не снискало у обеих. Но открыто возражать они не стали, прекрасно понимая, что я могу и психануть. В таком случае девушки воевали бы исключительно в паре, а моим напарником вполне мог стать тот же Крокот.

А что? Он немногословен и вдобавок – исполнителен. Что прикажешь, то и сделает. А все эти женские загоны пусть кто-нибудь другой расхлёбывает, в своё удовольствие. Например, его дружок Нечаянный, неровно дышавший ко всем нашим красавицам.

Мне женского общества и в собственной рубке с головой хватает. Диана даже буддийского монаха доведёт до кипения своей фирменной язвительностью, не говоря уже про мою расшатанную психику. Благо, что в бою она собирается, и морально унижает окружающих только по делу.

Оставив её в привычном одиночестве, я ужаленным гепардом понёсся через весь звездолёт.

Чтобы нам всем уложиться в отведённый срок, пришлось задействовать пневматическую установку в десантном отсеке, а затем разгоняться при помощи реактивных ранцев. Убивашка ловко перехватила нас антигравом, чтобы мы не расшиблись об корпус в лепёшку, и запихнула всю группу в трюм. Из-за крайне малых размеров её корабля, свободного пространства на борту не осталось вовсе, но нам было не привыкать к отсутствию комфорта.

В тесной одноместной кабине, кроме самого пилота, мог устроиться разве что гибкий сайрекс, способный обернуться вокруг стойки шасси целых три раза. Но сейчас он приходил в себя и место простаивало. Но я всё равно удивился, когда искательница, создав общую рейд-группу, пригласила меня к себе. Так как она являлась командиром, это было то самое предложение, от которого нельзя отказаться. Лица моих напарниц, оставшихся в грузовом отсеке, нужно было видеть.

– Тебе скучно одной, или ты просто захотела позлить остальных? – спросил я, втискиваясь между одиночным креслом и переборкой.

Положение осложнялось тем, что вдоль левой стены к самому потолку шла какая-то несуразная металлическая стойка, из-за которой у меня не получилось толком разогнуться. Только заметив тускло серый отблеск, я понял, что она сделана из титана. Но зачем? Есть же и более крепкие сплавы. По сути, никакой конструкционной защиты она не несла, да и на свободное место явно предназначалось для дополнительных мониторов. Даже крепления под них остались. Неужели…

– Узнаёшь? – Убивашка не оборачиваясь похлопала по стойке рукой.

– Это моё копьё, что ли? – удивился я. – А что оно здесь делает?

– Торчит, сука, чего ещё ему делать! – прошипела она. – Ты ж его в меня сам запустил!

– Ну, было ведь, за что… Даже не думал, что попаду, если честно.

– Всего пара метров правее, и меня бы прошило, – она снова закурила, переключившись на автопилот. – Этой игре очень редко получалось меня по-настоящему напугать, но вот у тебя вышло. Не каждый день уничтоженный корабль неожиданно передаёт тебе такой вот пламенный привет. Напоследок…

Девушку будто подменили – в её голосе больше не плескалась привычная кислота игрока-профи. Возможно, именно такая она была в обычной жизни, без напускной бравады и прочего. Ирина Устюжева, а не Убивашка_Сорок_Тысяч.

– А почему ты просто не выкинула копьё в первом же ремонтном доке? – не удержался я от вопроса.

– Как напоминание, что расслабляться не стоит никогда, – с клубом ароматного дыма, тихо ответила она. – Каждый раз, как об неё спотыкаюсь, повторяю себе это. Хотела сначала дропнуть среди подписчиков, но потом решила его нанитами залить и оставить здесь. Только торчавшую наружу часть пришлось срезать – она мне аэродинамику всю портила.

– Сама виновата.

– У меня был чёткий приказ. Светка занята была, а другие бы тебя уже не догнали. Так что без обид.

– И кто же его отдал?

– А то, ты не знаешь… Вот дел у нас больше нет, как с тобой носиться каждый раз.

– Понятно, – кивнул я.

Значит, всё-таки Шельма. Не зря она тогда меня так быстро нашла после отлёта с Проклятой станции. Хотя моя скоротечная победа вряд ли входила в её планы…

Вот что значит – очень хотела пообщаться. И заодно понять – жив ли её «бывший» во всех смыслах коллега, или же нет. Уйди я тогда к пиратам, пересечься нам в игре стало бы гораздо сложнее. «Сопрано» – чистые законники, и её персонажа не пустили бы даже на порог самой захудалой пиратской станции. А сообщения и прочие попытки связаться я успешно игнорировал.

Тем временем Убивашка развернулась ко мне вместе с креслом пилота. Очень кстати, так как меня начало уже подбешивать общение с её затылком.

– Но я тебя, на самом-то деле не за этим звала, чтобы ты ЧСВ себе тешил, – она глубоко затянулась. – У меня к тебе просьба будет… Личная.

– И какая же?

– Я знаю, чем вы там с ней занимаетесь, так что… – она вздохнула и перешла почти на крик. – Убей их! Убей их всех! Эти суки не должны дышать с нами одним воздухом, ты понял?! Они… Они… Ненавижу!

Судя по горящим глазам и перекошенному от гнева лицу, она желала этого всерьёз. Я не стал ломать комедию, изображая непонимание, и спокойно ответил:

– Не беспокойся, никто из них не уйдёт. Сам этого хочу, не меньше тебя.

– Вот и договорились…

Девушка со сдавленным смешком, напоминающим всхлип, выбросила ещё тлеющую сигарету на пол и развернулась обратно к штурвалу. Её заметно колотило, но вряд ли от болтанки на борту.

Корвет уже вошёл в плотные слои атмосферы, отчего его корпус стало мелко трясти, а перед обзорными экранами замелькали горячие протуберанцы. Убивашка выровняла траекторию, сделав её более пологой, и мы на приличной скорости понеслись к невидимой для всех, кроме неё, цели.

Через несколько минут, когда звездолёт находился уже в нескольких сотнях метров над поверхностью планеты, на горизонте показалось циклопическое сооружение, которое я сперва принял за одинокую скалу. Представляло оно из себя вытянутую вверх четырёхгранную пирамиду из тёмно-серого камня, подножье которой скрывалось в густых непроходимых джунглях.

Местная флора, в силу какого-то астрономического каприза, имела вполне привычную осеннюю окраску, хоть растения формой совсем и не походили на земные. А вот облака были сплошь зелёные, придавая небосводу какой-то кислотный видок.

– Что это такое? – спросил я, всматриваясь в приближающуюся пирамиду.

– Брошенный маяк, – передёрнула плечами Убивашка. – Квестовое корыто должно быть где-то неподалёку.

– Ты засекла его?

– Нет, сканировать вблизи обелиска нельзя. Но в этом секторе он всего один, так что нам туда, без вариантов.

Пока она маневрировала, ища подходящее место для посадки, я полез в игровую справку. Маяков в «Новых Горизонтах» имелось превеликое множество, и нужный удалось найти далеко не сразу. Помогло лишь добавление в поисковый запрос слова «К’Вонги», выдав мне знакомую пирамиду. Оказывается, исчезнувшая раса возводила подобные штуки, чтобы наводиться в подпространстве, до того, как их последователи не разработали более дешёвые и универсальные звёздные врата. Техника возле обелиска, в силу мощнейшего излучения неизвестной природы, постоянно сбоила, но ходили упорные слухи, что благодаря им можно пересечь чуть ли не половину галактики разом.

Вполне логично, что раллеки направились с ключом именно сюда.

Убивашка благоразумно не стала приближаться к древнему сооружению, приземлившись за пару десятков километров от него. Для этого ей пришлось выжечь на корню небольшую поляну, но сохранность местной экосистемы её мало заботила.

– Леминги, го на выход!

Моя пятёрка бойцов быстро покинула судно, невольно дистанцируясь от подлечившегося сайрекса. Мы с Убивашкой нагнали их уже на опаленной опушке, оставив корвет в режиме ожидания. Местные деревья имели общую и весьма запутанную сеть корневых отростков, торчавших из земли, поэтому передвигаться сквозь этот хаос получалось с большим трудом. Чем-то это напоминало мангровые леса, только без воды внизу.

Тактика у нашей разношёрстной группы получилась простая до безобразия. Впереди шли представители «Убийц Красной Звезды», расчищая путь огнём и мечом, а остальные двигались в их кильватере и добивали зубастых монстров, попавших на свою беду под эту машину смерти. Для местных обитателей двухсотый уровень был потолком, поэтому против наших проводников они ничего поделать не могли. Только геройски сдохнуть.

Даром, что размерами они немногим уступали шебукайским коллегам, хотя походили больше на экзотических динозавров, чем на уродливых насекомых.

Я прекрасно помнил, как Шёпот без труда разваливал лица охранным дроидам, хотя те знатно превосходили его по уровням. Ничего удивительного, ведь сайрексы являлись превосходными бойцами, особенно в ближнем бою. Мне посчастливилось забесплатно разжиться ценнейшим членом экипажа, рыночная стоимость которого сравнима с отдельными катерами, но тогда я своего счастья оценить не успел. Хотя теперь нужно всерьёз подумать о найме хотя бы одного в экипаж «Твоей бабушки».

Эти двадцать с лишним километров по джунглям мы прошли, словно нож сквозь плавленый сырок. Времени не оставалось даже на сбор трофеев, но оно того точно стоило. Уровни сыпались на нас, словно из рога изобилия, особенно на тех, кто прежде отставал от остальных. Но и мне тоже хватало, чтобы каждую минуту стабильно получать новую порцию бонусов. Такое со мной бывало лишь однажды, когда с помощью захваченной артиллерии получилось уничтожить вражеский эсминец.

Поздравительным сообщениям, казалось, не будет конца. Пришлось их отключить вовсе, чтоб не рябили перед глазами. По итогам такого забега я стал сто сорок девятого уровня, хотя по ощущениям должен был достичь трёхсотого, как минимум. Ребята имели цифры поскромнее, но все как один разменяли вторую сотню, что для кланов, претендующих на господство в нашем секторе, являлось очень серьёзным достижением. Жаль, что нас так мало.

А главное – теперь все они могли смело повесить устаревшее кинетическое оружие на гвоздь. Тут уже либо рельсотроны, либо сразу лазеры, в зависимости от предпочтений и тактической роли в бою.

Глаза отказывались верить в происходящее.

Только когда сам попробовал, каково это на самом деле, стало понятно, почему за экстренную прокачку дерут такие дикие деньги. Есть за что. Прямо каким-то читером себя почувствовал, который задействовал специальный код на могущество.

Наконец, мы уткнулись в монолитную стену, на первый взгляд не имевшую стыков и швов. По-хорошему, нужно было взлететь с помощью реактивного ранца выше полога леса и осмотреться, но Убивашка строго-настрого запретила использовать вблизи пирамиды любое оборудование без ЭМИ-защиты. Даже силовые щиты пришлось временно отключить, оставшись в одних бронекостюмах. Благо, монстры сюда отчего-то не совались.

Не придумав ничего лучше, мы двинулись вдоль подножья, внимательно осматривая окрестности.

– А ведь это настоящий данж, – пробормотала Шандайн, кивнув в сторону каменного монолита. – Надо только найти вход, и фарми себе на здоровье…

– Я бы не советовала туда соваться, раньше среднего двухсотого левела по рейд-группе, – предупредила искательница, прекрасно всё расслышавшая. – Для нас это нубозона, так что я его даже в клановый реестр заносить не буду. Мороки много, а выхлопа никакого.

– Разве там не может оказаться артефактов К’Вонгов? – удивилась Элли, едва не схлопотав от меня подзатыльник. – Они же дорогие!

– Будь они действительно так ценны, ты бы с их тесаком сейчас не бегала, – хмыкнула Убивашка. – Есть и получше шмот в игре… Для вас это да, предел мечтаний, но в основном их технологии безнадёжно устарели.

– Даже звездолёты?

– Кроме уникальности, они очень редко чем выделяются, – сорвала покровы высокоуровневая наёмница. – Мне же статы куда важнее, чем понты.

– Тогда спасибо за наводку, – поблагодарил её я.

– Отработаешь, – многозначительно хмыкнула она, ничуть не смущаясь злобных взглядов моих спутниц.

Те, впервые на моей памяти, готовы были объединиться друг с другом, лишь бы надрать ей задницу. Но увы, пусть лопоухая девушка и казалась куда хрупче их, она была способна без труда разкидать обеих даже без помощи своего ксеноморфного спутника. То, что мне удалось завалить её тогда в ангаре – следствие большой удачи, которая у меня давно уже задрана выше нормы.

К счастью, нового конфликта не случилось, так как искательница вскоре обнаружила под грудой переплетённых стволов обломок звездолёта. Даже я, с раскаченным восприятием, не заметил его, пока не приблизился вплотную. Поработав несколько минут металлическом мечом, мне удалось его немного расчистить, но Убивашка уже уверенно ушла дальше по невидимому для обывателей следу, будто заправская гончая. Остальные тоже решили не задерживаться, оставив меня одного.

Я же покидать находку пока не спешил, решив кое-что проверить напоследок. Наконец, портативный анализатор подтвердил, что передо мной кусок качественной раллекийской стали. После чего, с чувством выполненного долга, сгорел.

Новость оказалась отличная, но я сканировал обломок больше с практической точки зрения. Мы сюда ещё не раз вернёмся, и было бы неплохо набить трюмы ценными материалами. Даже если разбился здесь всего лишь один звездолёт, его останков вполне хватит на парочку рейсов.

Догнал я группу уже в глубине джунглей, возле ещё одного куска корпуса, куда больше предыдущего. Элли как раз приканчивала очередную гигантскую крокодилообразную тварь, устроившись у неё на холке, пока остальные поливали моба изо всех стволов. Моего вмешательства не потребовалось – голубоватый клинок юной мечницы перерубил жизненно важный нервный узел и тварь издохла окончательно, огласив пёстрый лес предсмертным воплем.

Повезло девчонке приобрести себе оружие К’Вонгов, которому было плевать на губительное излучение пирамиды. Иначе бы осталась она с обесточенной рукоятью, годящейся разве что в роли пивной открывашки.

Шёпота нигде не наблюдалось, но расслабленно курящую искательницу, которая устроилась на одном из горизонтальных древесных отростков, это нисколько не напрягало. Я молча пристроился рядом и принялся ждать. Всё, что требовалось, мы друг другу уже, вроде как, сказали. У меня и до этого не было в планах оставлять «Призраков» в живых, а теперь и подавно. Чтобы там не хотела Мишель с компанией, я ограничиваться одной их поимкой не собираюсь.

Вор должен сидеть в тюрьме, а убийца – удобрять растения. Собой. Иначе какой это круговорот дерьма в природе?

Сайрекс появился минут через двадцать, когда ребята приканчивали уже шестого хищника, заглянувшего к нам на огонёк. Стоило только очередному серьёзному монстру возомнить, что он находится на вершине пищевой цепочки и сунуть к нам любопытный нос, как его напрочь испепелял одиночный выстрел из тахионного пистолета искательницы. Вместе с небольшим куском джунглей. А вот слабеньких одиночек она игнорировала, чтобы «леминги» не скучали.

Остальная живность, не такая крупная и зубастая, кружила неподалёку, ожидая, когда мы уберёмся восвояси и оставим дохлые туши без присмотра. В них наверняка находилось что-нибудь ценное, но специалиста среди нас не имелось, а закапываться по самые уши в потроха ради незнамо чего я запретил. Убивашка вполне могла не взять таких «грязнуль» на борт, с неё станется.

Появившийся на опушке инсектоид стремительно перетёк к нам мимо всех поваленных стволов, словно состоял из одной лишь чёрной жидкости. С его гибкостью не составляло никаких проблем двигаться в здешнем диком переплетении отростков, а судя по испачканному в инопланетной крови хитину, зверушек на своём пути он особо не огибал.

«Я нашёл его».

Он протянул искательнице небольшой блестящий диск, которым можно было пускать солнечные зайчики или же открывать межпространственные переходы, по желанию. Артефакт я узнал мгновенно – даром, что ли, такой же валялся у меня в инвентаре столько времени.

– Вот и всё, «махатель», держи, – устало улыбнулась Убивашка. – Приятно было вновь увидится. Можешь вызывать своих, пусть рядом с «Блохой» садятся. Дальше полетим каждый по своим делам.

Она отдала мне изделие исчезнувшей расы и пружинисто поднялась на ноги.

– Подожди, а как же поиск аномалии? – немного опешил я от такого стремительного прощания.

– Маяк настроен точно на неё, я уже считала координаты. Можете прыгнуть прямо отсюда, он вам пинка даст для ускорения. Сэкономите кучу времени.

– А ты с нами не полетишь?

– Зачем? – Она снова достала сигарету из воздуха. – Открывается нычка элементарно, сами справитесь. Мне совершенно по барабану, что вам там выпадет, а вот моему руководству – нет. Поэтому, это вы меня отдыхать отправили, если что. Э-эх, нубы…

С этими словами девушка зашагала к звездолёту, оставляя за собой ароматный дымок.

Обратный путь мы проделали по своим же следам, так что практически никого не встретили. Пара шальных зверюг, которых Шёпот убил походя, не в счёт. Покидать такое хлебное место очень не хотелось, но сейчас у нас были дела поважней банальной раскачки.

Впереди всё отчетливо маячил конец затянувшегося квеста, и не зависимо от результата, клан должен был серьёзно укрепить свои позиции. Даже одна эта планета, с полноценным данжем на вырост и разбившимся звездолётом раллекийцев уже настоящий подарок. Без толкового искателя сооружение К’Вонгов не найти, так что о сохранности беспокоиться не стоило. До поры, конечно же.

В своих ребятах я был уверен, но среди личного состава клана наверняка имелись один-два стукача. Как бы ни был хорош Болеслав как псионик, утечку информации в реале он перекрыть был не в силах. Здесь нужна налаженная служба безопасности, а не кучка добровольцев-самоучек, вроде Велиона и Змееростка.

Так что про постройку К’Вонгов я попросил ребят не заикаться. Опознать её визуально – та ещё задача, уж больно она непонятно выглядит. Да и сели мы вдалеке от неё.

Но на всякий пожарный стоило повесить на орбите несколько маячков. Лишними они здесь не будут и сразу предупредят, если кто-то сюда заявится без приглашения.

Забирать нас прилетела лично Диана, мстительно припарковав «Твою Бабушку» впритирку к «Блохе». Убивашка с нарочитой язвительностью заявила, что подрабатывать извозчиком на общественных началах не собирается, поэтому без промедления стартует к центру галактики, как только покинет пределы планеты. Её исследовательский корвет как раз мог совершать затяжные прыжки без помощи врат, из любой точки региона. Довольно редкая и дорогая особенность, но такие суда не годились для экстренной переброски войск, поэтому пользовались успехом у лишь у искателей или разведчиков.

Довольные бойцы, весело переговариваясь друг с другом, по одному исчезали в недрах нашего звездолёта. Даже Шани с Эльвирой, яростно пытающиеся выяснить, кто из них больше сегодня наколотил фрагов. Последним остался я, нарочно задержавшись напротив охранявшего поляну сайрекса.

– Прощай, Шёпот. Надеюсь, ещё увидимся.

«Прощай, старый командир. Я испытываю радость от нашей встречи».

Между тем его новая командирша высунулась по пояс из раскрытого шлюза.

– Эй, кивсяк! Чего завис?

Даже мне, невеликому знатоку таинственной женской души, отчётливо послышались в её голосе нотки ревности.

«Ты прав, новый командир переживает, когда я далеко».

У меня перед глазами неожиданно пронеслась мысле-картинка, напоминающая чуть размытый анимированный скриншот. Храбрая высокоуровневая искательница, завернувшись в гибкого инсектоида, будто в одеяло, плакала навзрыд, а тот осторожно гладил суставчатыми лапками по её растрёпанным волосам. Спустя пару секунд видение стало блекнуть, пока не растворилось без следа. И отметки в сохранённых снимках.

– Береги её, Шёпот.

«Так точно, старый командир!»

Сайрекс поклонился, поджав верхние отростки, и чёрной молнией унёсся внутрь «Блохи», которая тут же загудела маневровыми дюзами. Я тоже поспешил в свой корвет, пока Диана не втянула трап и не стартанула отсюда вслед за Убивашкой, оставив меня на поверхности.

На борту царило деловое оживление. Те, кто покинул боевые посты, чтобы поздравить вернувшихся, возвращались по местам, а остальные собрались в просторном грузовом отсеке, эмоционально обсуждая короткий рейд. Главным рассказчиком, конечно же, стал Нечай, благодаря которому вылазка обрастала всё новыми невероятными подробностями. Как бы я ни был увлечён поиском ключа, просмотреть напавшее на нас существо, напоминающее черный фаллоимитатор с крылышками, точно бы не мог. И самое смешное – этому балаболу верили, несмотря даже на то, что Элли с Шани буквально задыхались от истеричного хохота, сквозь слёзы.

Я не стал задерживаться рядом с этим балаганом, и направился к себе в рубку, попутно связавшись с командирами нашей развесёлой эскадры. Те немного удивились, что искать подпространственную аномалию нам уже не нужно, и синхронизировали корабельные системы для общего прыжка к заветной системе.

Убивашка уже вырвалась на просторы открытого космоса и растворилась в недрах подпространства, пожелав напоследок всем «леммингам» удачи.

Координаты, которые она нам выслала вдогонку, указывали на тот же самый регион, где мы впервые столкнулись с автоматическими сторожевиками. От Шебукая искомое место отделял всего десяток обычных межзвёздных прыжков. Хотя с самого начала было ясно, что кораблю К’Вонгов далеко уйти не удалось.

Диана дождалась, когда я займу кресло второго пилота, и активировала массовый старт к загадочному оплоту вымершей расы. Спустя долю мгновения окружающие нас звёзды вытянулись в струны, сходясь в яркое пятно где-то далеко впереди.

Прыжок через весь приграничный сектор занял всего каких-то двадцать минут. Потрясающее время, учитывая, что нас не ускоряли двусторонние врата. Экипажи успели, разве что, чай попить.

Система, где мы дружно вынырнули, именовалась Юфалли. Вместо центрального светила здесь сияла равноценная пара оранжевых карликов пятого класса, выписывающих друг напротив друга запутанные пируэты. Планет имелось целых семь штук, от раскалённых каменюк, сочившихся лавой, до раздутых газовых гигантов. Наличие где-нибудь даже примитивной жизни сканеры так и не выявили.

Не самое лучшее место для базы, но с другой стороны – удалённость от популярных путей сейчас нам только на руку. Меньше гостей будет стучаться.

Лишь бы этот самый оплот не оказался пустышкой, вынудив нас тратиться на постройку хотя бы временных креплений. Потому что сооружение в космосе мы сейчас точно не потянем.

Место, где предположительно был спрятан подпространственный карман, располагалась между орбитами первой и второй по счёту планеты. Стоило нам приблизиться к нему, как диск в моей руке стал заметно вибрировать. Я уже был в курсе, что делать дальше, поэтому безотлагательно полез в свойства предмета.

На выбор там имелось всего две команды: «Активировать» и «Деактивировать». Первая открывала доступ к локальному скрытому пространству, а вот вторая схлопывала его безвозвратно. При этом имелась немаленькая такая вероятность породить новую чёрную дыру или же просто размазать систему тонким атомарным слоем. Всё завесило от размеров самого кармана.

Затаив дыхание, я выбрал активацию. Но вместо обещанной награды перед глазами выскочила огромная предупреждающая надпись:

«Внимание! Данное действие приведёт к необратимому разрушению объекта!

Вы уверены?

Да/Нет».

И снова птичка Обломинго помахала нам всем радужным крылом. А ведь счастье было так близко…

– Ну что там? – нетерпеливо заёрзала в кресле Диана.

Я со вздохом развёл руками.

– Похоже, Хьюстон, что у нас серьёзные проблемы…

Глава 63

Я частенько повторяю себе: «Не зарекайся!», ибо для жизни нет ничего приятнее, чем ткнуть тебя в собственные же обещания. И всё равно, приходится в который раз танцевать на граблях, набивая себе одни и те же шишки. Хотя, вроде бы, и не собирался.

Темнота перед глазами сменилась мутным светом, в котором один за другим загорались пиктограммы нейроинтерфейса. Большинство – только лишь для того, чтобы тут же бессильно погаснуть. Под веками немного пощипывало, будто от шампуня, но неприятные ощущения быстро сошли на нет, после нескольких дежурных морганий. «Джонсонс бэйби» отдыхает.

Распечатка тела уже закончилась, и система принялась спешно откачивать питательную жидкость обратно в резервуары. Впору развести руками и весело сказать: «Я родился!».

Вот и всё, обратного пути для меня уже нет. Фарш невозможно провернуть назад…

Я вздохнул новенькими лёгкими солёный влажный воздух, но орать, как делают все нормальные младенцы, не стал. Хотя хотелось, и даже очень сильно. Большая часть иконок оказалась недоступна, посерев и подсветившись красноватым ореолом, в том числе – инвентарь персонажа. Его мне будет не хватать больше всего.

Вроде бы всё вышло, как и хотел, хотя радости от этого совершенно никакой.

Уперевшись ногами в пол, я с трудом откинул тяжёлую крышку устаревшего кокона. Судя по протяжному скрипу, механизм явно нуждался в элементарной смазке. На моей новенькой дежурной капсуле створка отъезжала автоматически, но ей пришлось пожертвовать, чтобы попасть сюда. А ведь только купил…

«Добро пожаловать на станцию „Омега-3“! Желаете прослушать справочную информацию?».

Ну вот, а я уже боялся, что и на этот раз придётся бегать безо всякой подготовки из-за проклятого цейтнота. Не так уж здесь всё и плохо…

«Извините, но справочная информация временно недоступна. Всего хорошего!»

– Да вы, мать вашу, издеваетесь!

Я выбрался наружу, готовый прибить первого встречного. Но на его счастье, он, а точнее – она, оказалась весьма прозорливой барышней. И стоило мне только ступить босой ногой на холодный ребристый пол, как я оказался под прицелом простенького лазерного пистолета. Держала его миниатюрная тёмноволосая девушка в обтягивающем белоснежном комбинезоне, на носу которой красовались старинные очки в роговой оправе. Звали незнакомку Ягодыня, и это всё, что позволила узнать о ней куцая подсказка.

– Давай проясним сразу – ты собираешься стрелять или мне всё же идти одеваться? – решил я расставить точки над «ё».

– Стой на месте, пожалуйста.

Не отводя от меня взгляда, странная девушка свободной рукой вынула из-за пояса чёрный фломастер и по-простецки зажала зубами его колпачок. Освободив таким образом стержень, она быстрым росчерком оставила у меня на лбу косой крестик, не опуская пистолета. Ну, хоть не усы мне подрисовала, и на том спасибо.

Совершив непонятную процедуру, девушка разом потеряла ко мне всякий интерес и направилась к следующей капсуле репликации, стоявшей напротив моей. А я, наконец, смог рассмотреть помещение, где меня угораздило возродиться.

Если проводить аналогию с той же Проклятой станцией, то её дряхлая техника была верхом инженерной мысли. Потому как здесь стояли вовсе экспонаты, спёртые из какого-нибудь музея по освоению дальнего космоса. Капсулы, увитые трубками и проводами, напоминали вертикальные гробы, к которым от нечего делать прикрутили всё, что попалось под горячую руку. Их полную толщину сложно было оценить, так как непонятные механизмы в угловатых кожухах шли до самой стены. Самих капсул имелось в наличии не так много – всего десять штук, в два ряда.

Обстановочка тоже никак не напоминала стандартное космическое убранство. Кое-где на стенах имелась выпуклая металлическая чеканка, изображавшая преимущественно всякие растения, да пейзажи. Никаких тебе стеновых панелей и прочего минимализма.

Массивная круглая дверь, расположенная сантиметрах в тридцати над полом, навевала воспоминания о банковских хранилищах, а ещё отчего-то вспоминались хоббиты из Властелина Колец. У них тоже подобные были. В современных сооружениях, будь то станции или звездолёты, высоких порогов стараются избегать, а здесь как будто в стене дырку гигантской затычкой законопатили.

Уже привычная панель доступа у несуразной двери отсутствовала, лишь на самой створке имелась толстая скоба, которую при желании можно было использовать в качестве примитивной ручки. Судя по толстым петлям, открывалась она в сторону, а не уезжала в стену.

Над сводчатым потолком разгоняли полумрак округлые лампы с бронзовым основанием и стеклянными абажурами. Тоже вполне себе раритет. Они периодически мигали, отчего помещение на доли секунды погружалось в уютную темноту.

Вместо привычного подпространственного терминала, у подножья каждого аппарата репликации был вмонтирован самый настоящий сундук с откидной крышкой. Ибо если страдать, то с самого начала.

С глубоким вздохом я полез смотреть его содержимое, морально готовясь к тому, что мне не понравится увиденное.

Так и получилось – внутри терпеливо ждал своего часа уже знакомый белоснежный комбинезон, с полимерными защитными вставками на коленях и локтях, к которому в комплекте шла пара закрытых тапочек. Тоже белых.

Из дополнительных аксессуаров имелся широкий ремень с металлической пряжкой. На нём крепились несколько закрытых кармашков и петелек с карабинами, как у альпинистов, а так же кобура для лазерного пистолета. Сам он обнаружился на самом дне, вместе с запасной энергоячейкой и всякой мелкой ерундой.

Оружие на поверку оказалось до смешного лёгким, дизайном напоминавшим не боевую модель, а какой-то детский водяной пистолетик. Непомерно раздутая казённая часть, вытянутая пистолетная рукоять с круглой пусковой скобой, да вдобавок ещё и непропорционально короткое, тонкое дуло. Название у этого недоразумения было соответствующее – «Дамский сверчок».

Рассмотреть экипировку толком не вышло, потому как в отсеке завязалась небольшая потасовка. Очкастая девушка с фломастером пристала к очередному возрожденному, но на её беду им оказалась малышка Элли, в своём неизменном закрытом купальнике.

Хотя скромное одеяние несовершеннолетних не могло скрыть тот факт, что формы моей ученицы заметно округлились. Ничего удивительного, ведь раллеки могли спокойно менять морфологию своего организма, хотя бы чисто в косметических целях. Вот только на кой чёрт ей себя утяжелять? Стало завидно, после похода по магазинам вместе с Шани?

Эльвира не стала разбираться, что от неё нужно, и ринулась в бой, стоило только Ягодыне ткнуть в неё пистолетом. Даже без меча и бронекостюма, рыжеволосая девчонка представляла большую угрозу, благодаря своим реальным навыкам рукопашного боя, помноженным на высочайшую ловкость. В игре редко кто применял какие-либо приёмы, разве что – для эффектного добивания, поэтому молниеносное нападение стало для рисовальщицы крестиков полной неожиданностью.

Лазерный пистолетик улетел в сторону, а сама она оказалась скованной плотным удушающим захватом. Бедняжке оставалось лишь хрипеть, да сучить ногами по полу. Не вмешайся я, Элли точно бы свернула ей шею.

– Всё, довольно!

– Она меня убить пыталась! – возмущённо возразила мечница.

– Если ты её задушишь, мы так и не узнаем – почему.

– Аллесс была идея, соваться сюда безо всякой подготовки…

– А то я сам не знаю. Но выбора нет.

– Ну, как всегда…

Раллекийка нехотя расцепила руки и поднялась, оставив истошно кашляющую противницу на полу. Пока та приходила в себя, я успел сходить за её пистолетом, отметив, что ещё две капсулы вот-вот исторгнут из себя игроков. Надеюсь, они будут более дружелюбны к новичкам, иначе жертв избежать уже не получится.

Элли же, наплевав на одежду и оружие, первым делом пробежалась вдоль всех аппаратов, вглядываясь в мутные разводы пластиковых гробов. После чего помещение сотряс восторженный девичий вопль, от которого бедная Ягодыня испуганно зажала уши и забилась в щель между двумя саркофагами.

– Её нет, ха-ха-а!

– Шани? – догадался я. – Нашла, чему радоваться. А остальные?

– Никого. Только мы вдвоём прорвались.

– Не может быть, – покачал я головой. – Шанс был приличный.

– Главное – мы с тобой здесь, – Элли, наконец, полезла в свой сундук. – Аллесс, что это за тряпки?!

– Похоже, нормальной брони нам пока не видать. По крайней мере – сначала.

– О ней можете вообще забыть, – проворчала Ягодыня, растирающая шею.

Своё убежище странная девушка покидать явно не спешила.

– Кстати, раз уж к тебе дар речи вернулся, то будь так любезна – поясни, какого чёрта ты творила? – предложил я ей. – А не то мне придётся второй раунд объявить. Поверь, его ты точно не переживёшь.

– Хорошо-хорошо! Я так понимаю, что вы оба без понятия, где очутились? – Она водрузила упавшие очки на нос, снова став похожей на молодую сельскую учительницу. – Это странно, раз вы шли на перерождение целой группой…

– У нас не осталось времени на подготовку, – признался я. – Как только узнали про «Омегу», так сразу пришлось и прыгать.

– Ну да! – девушка хлопнула себя по лбу. – «Окно» ведь раз в неделю всего… Так-так, значит, сейчас будет много новичков…

Тихо бормоча под нос, она ушла куда-то внутрь себя, и мне пришлось её легонько потормошить.

– А?

– Зачем ты на мне крест поставила? – вернулся я к допросу.

– Это метка.

– И?

– Это значит, что ты – настоящий.

Девушка взяла фломастер и нарисовала похожий знак у себя на лбу.

– А бывают что, ненастоящие? – хмуро поинтересовался я.

– Вот именно! – воодушевилась Ягодыня. – Здесь всё что угодно может оказаться фальшивым. Даже собственным глазам верить нельзя. Только им!

Она торжествующе потрясла в воздухе пачкой мелких листочков-липучек, без которых жить не могут все офисные работники. Я нашёл такие же у себя в сундуке, рядом с фломастером и мотком бумажного скотча. Он же – «малярная лента», как чаще всего его называют в у нас народе.

Странноватый набор получился, если честно.

– Наверное, я её слишком сильно приложила… – тихо пробормотала Элли.

– Да нет же, вы не понимаете! Это очень важно – помечать все проверенные объекты. Иначе здесь не выжить!

– А давно ты уже на станции? – уточнил я у любительницы канцелярщины на всякий случай.

– Вторую неделю. Скоро так и так вылечу отсюда…

– Хорошо, – кивнул я. – Тогда давай по-порядку. Перед заброской мы успели лишь узнать, что это бывший исследовательский объект, который захватили агрессивные формы инопланетной жизни. За его прохождение вроде бы выдают нехилую такую награду…

– Ну да, бесплатная «генка» на дороге не валяется, – куда спокойнее пояснила девушка. – Это правда возможно. Здесь как раз их изучали, по местному ЛОРу. Ассортиментик огромный, но для этого нужно добраться живым до самой центральной операционной. Если ген удачно приживётся, то местная капсула сразу перенастроится, и ты можешь отреспауниться на одной из ближайших станций. До этого будешь здесь возрождаться регулярно.

– И как долго?

– Если за две недели ничего так и не получил – происходит тоже самое, только в утешение рандомно дают какой-нибудь простой чертёжик. И всё, до свидания.

«Генки», они же – генные улучшения, стоили в игре очень дорого, а здесь они выдавались практически даром. Именно поэтому станцию рвалось столько народу. Из-за чего разработчики в свою очередь вынуждены были ввести пресловутое «окно», в одном из недавних патчей. Длилось оно всего несколько часов, с периодичностью раз в неделю.

На ту же «Астру-13» по собственной воле залетали единицы, которым не хватало острых ощущений. Здесь же картина была прямо противоположной. Редко кто из разменявших вторую сотню уровней не оставляет себе ни единой точки возрождения. Да ещё и умереть надо не абы когда, а в строго отведённое время, иначе шанс на успешный «залёт» довольно низкий.

Чувство дежавю так и давило на голову, но на этой станции, хотя бы, не нужно никого изображать большую часть раунда. Хотя в какой-то момент это было довольно весело.

– Так, а сколько из добравшихся получает возможность модифицирования? – задал я самый важный вопрос.

– Все, кто выжил, – поспешила успокоить меня девушка. – Только это не так легко и просто. Нужно пройти три части станции, выполняя всякие разные задания. Сейчас мы находимся на внешнем кольце, как и остальные группы. Каждой нужно найти специальный ключ, чтобы пройти дальше, но количество доступных переходов ограничено. Последние, кто не успеют переправиться, остаются здесь пока… Пока их всех не съедят.

Говоря эти слова, она невольно вздрогнула, видимо, от не самых приятных воспоминаний.

– То есть, на нас будут охотиться эти самые хищники? Как их там…

– Макароны, – хихикнула Элли, успевшая переодеться.

– Да нет же! – насупилась наша просветительница. – Их зовут мимикроны. Они же «мимики», «мимы». Кто как называет. Чем ближе к центру «Омеги», тем они становятся опаснее.

Мы с Элли недоуменно переглянулись.

– Я только одних мимов знаю, – честно признался я. – Тех, кто на улице в тельняшке народ веселит, типа о невидимую стену бьётся, и всё такое…

– Нет, эти существа вовсе не клоуны, – вздохнула Ягодыня. – Если кратко – то они могут превращаться в любой предметик, даже неодушевлённый. Стоит повернуться к ним спиной, как они нападают. Вычислить их очень тяжело, поэтому все носят с собой стикеры и подписывают то, что проверенно и безопасно. В общем, если увидите где-то два абсолютно одинаковых предмета – нужно их срочно уничтожить.

– Вот этим?! – Эльвира демонстративно крутанула на пальце лазерный пистолетик.

– Да, если успеешь выстрелить. Ещё они высоких температур очень боятся, а так могут хоть в открытом космосе летать.

– М-да, весело… – покачал я головой. – А на нас самих ты зачем метки оставляла?

– Так они и в людей… Могут. Лучше сразу подготовиться.

– Серьёзно? И как это выглядит?

– Ну, тебя вроде бы как пожирает старший мим, если не повезло на него в одиночку наткнуться. И становится тобой.

– Это понятно, я имел в виду – с игровой точки зрения. Неужели для других не видно, что это уже не ты, а чужой? Достаточно задать парочку вопросов, и персонаж сядет в лужу.

– Ну… в том-то и дело, что это ты сам. Остаёшься в игре. Просто роль немного другая становится.

– То есть, и за монстра можно отыгрывать?

– Вроде того. Если получится мимиком подставить настоящих людей и попасть в операционную первым, то ген приживается стопроцентно. Иногда даже с бонусами.

– А почему тогда не позволить этим монстрам дружно сожрать всех и гарантированно усилиться? – сразу же нашёл я нестыковку в геймплее.

– Не выйдет, – Ягодыня замотала головой. – Перерождённых не может быть больше трёх штук. Обычно – двое или вовсе один. Если мимикрон сможет проникнуть в операционную, она станет недоступной для остальных до следующего раунда. А их всего четыре в сутки. Учитывая общее количество желающих, получается, что большинство останутся ни с чем, только кучу времени потеряют.

– А сколько здесь всего претендентов тусуется?

– Около двух сотен, точнее не скажу. Но до центра обычно добирается едва ли пятая часть.

– Всё так серьёзно?

– Скоро сами увидите…

Я давно уже перестал держать девушку под прицелом, тем более Элли всё время находилась рядом. Пока мы общались, ещё пятеро игроков успели выползти из пластиковых саркофагов и наскоро одеться. Один из них, под ником Сорест принялся с фломастером наперевес обходить остальных, добрым словом и пистолетом убеждая их поставить крестик себе на лоб. Остальные соглашались на эту процедуру крайне неохотно.

– Так пометки нужны, чтобы отличать своих от чужих? – спросил я, не пытаясь вмешаться.

– Да, но не все хотят так играть, – девушка поправила очки, и невольно потёрла переносицу. – Некоторые надеются стать перерождёнными и убраться отсюда поскорее.

– Понятно, значит – выдвигаемся на поиски ключа.

Я протянул ей пистолет рукояткой вперёд. Она, чуть помедлив, приняла его, сразу же засунув в кобуру.

– Сначала нужно дождаться остальных, иначе дверь не разблокируется.

Последние возрождённые как раз выбирались из капсул, немедленно оказываясь под прицелом опытного игрока. Один в категоричной форме отказался становиться меченным, и Сорест безо всяких колебаний прострелил ему голову. Пусть оружие и выглядело смехотворно, дырку оно прожарило самую настоящую. Отсутствие брони не оставило бедолаге шансов – он отправился отдыхать до следующего раунда. И нас осталось девять.

А я уж было подумал, что здесь царит атмосфера взаимовыручки и командной работы… Ага, как же.

Пусть действия игрока являлись вроде бы логичными, его поступок вызывал лишь неприязнь. И не только у меня.

– Давай его грохнем? – кровожадно предложила Эльвира, рисуя себе перевернутый крест над переносицей.

– Я те грохну, по заднице ремнём, – остудил я пылкую ученицу. – Мы и так потери понесли, ещё не вступив толком в игру. Что-то мне подсказывает, что здесь каждый человек будет на счету.

– Так и есть, – подтвердила Ягодыня. – Сору не следовало так делать. Он просто не любит новичков.

– Хорошо, это у нас будет взаимно.

Один из наших товарищей по несчастью подошёл к двери и взялся за скобу. Покряхтел, но тщетно. И только когда к нему на помощь пришёл ещё один, круглая створка, украшенная витиеватым орнаментом, с диким скрипом принялась отворяться. В лучших традициях хорроров.

Чему я лично ни капли не удивился.

Всё услышанное от Ягодыни указывало на то, что мы здесь будем больше не воевать, а испытывать собственные нервы на прочность. Наверное, поэтому бывалые участники спецрежима такие дёрганные. Вздрагивали от любого резкого звука. Понаблюдав за ними, я твёрдо решил, что не буду маячить у них перед глазами.

За дверью обнаружился полутёмный коридор, сильно смахивающий на гостиничный, из-за наличия ковра на полу и подобия обоев на стенах. Не знаю, что за чудики здесь жили до нашествия этих непонятных мимикронов, но комфорт они явно ценили больше пожарной безопасности. Там, куда не дотянулся ковёр, проглядывал вполне обычный лакированный паркет.

Двери, такие же округло-дурацкие, но чуть попроще, располагались с обеих сторон, насколько доставал взгляд. Так что нашей недружной команде пришлось разбиться на две группы. Более многочисленную возглавил безжалостный Сорест, а с нами отправилась Ягодыня и её знакомый по имени Девол, отыгрывающий высоченного худого орторионца с костяной маской вместо лица.

– А как вообще этот ключ выглядит? – спохватился я, когда мы подошли к первой из дверей.

– Пластиковая карточка с надписью «Пропуск», любого цвета, – ответили опытные игроки, чуть ли не хором.

Чтобы отжать первую створку в сторону, понадобились усилия всей четвёрки. А вот другой группе противоположная дверь так и не поддалась, пришлось идти помогать. Пусть наши параметры усреднились до сотого уровня, но мы с Элли были изначально раскачаны как воины ближнего боя, поэтому в грубой силе стоили целого десятка инженеров с учёными. Жаль, что большинство других навыков оказались сейчас бесполезны.

Обстановка в комнате, оказавшейся за стеной, была густо пропитана духом ретро-футуризма. Мы оказались в этаком рабочим кабинете, с книжными стеллажами вдоль стен и встроенным в стену мини-баром. Большая часть мебели была изготовлена из древесины, в том числе и массивный письменный стол, на котором устроился пузатый древний компьютер-моноблок. Неподалёку валялось опрокинутое кожаное кресло, а рядом на полу истлевал пожелтевший от времени скелет хозяина кабинета. Практически неповреждённый, если не считать отсутствующего черепа.

На отдельных предметах в кабинете нашлись знакомые стикеры, оповещавшие, что они точно не являются замаскировавшимися пришельцами. Кое-где обнаружилась и лента, с пометками на бумажной стороне, а на одной из стен чернела россыпь обугленных пятен. Мы здесь были явно не первыми, и это точно не было плодом компьютерной генерации.

Дело в том, что «Омега-3» не уходила на полную перезагрузку, как «Проклятая» станция, попавшая во временную петлю из-за чёрной дыры. Так что её внутреннее убранство постепенно претерпевало изменения. Конечно, даже слабовооружённые игроки могли наворотить здесь дел, но серьёзные повреждения незаметно исправлялись якобы ремонтными ведроидами, а всё остальное дополнительно работало на местную атмосферу.

Никакой искусственности в этом живописном беспорядке не чувствовалось вообще. Его хотелось исследовать и пытаться понять, что же здесь до нас приключилось.

Разбившись на пары по совету Ягодыни, мы принялись тщательно обшаривать помещение, не забывая прикреплять листочки на особо подозрительные предметы, помогая не столько себе, но и будущим игрокам, кто пойдёт по нашим следам. Процедура проверки проходила достаточно просто – один из игроков трогал объект кончиком фломастера или другого вытянутого предмета, пока другой держал его на прицеле. К сожалению, простукать каждую мелочь хотя бы в одной комнате у нас не было ни времени, ни возможности. Листочки были крайне ограниченным и невозобнавляемым ресурсом, поэтому частенько приходилось мастерить значки из подручных средств. Либо сообщать вслух, что здесь ничего интересного нет.

В комнате не нашлось ничего интересного, кроме маленького портативного фонарика. В некоторых помещениях лампы оказались вдребезги разбиты, и дополнительный источник света пришёлся весьма кстати. Хотя менее жутко там всё равно не становилось. Даже храбрая Эльвира из всех сил жалась ко мне, якобы прикрывая.

Первого мимикрона мы встретили уже в третьей по счёту комнате, смахивающей на гигантскую гостиную. Широкие обеденные столы были заставлены посудой, но часть её оказалась разбитой вдребезги, а среди груды черепков на полу прилегли отдохнуть несколько скелетов. Видимо, персонал трапезничал, когда случилось нападение. Погибшие игроки здесь сразу же развеивались в пепел, как и на «Королевской битве». Сорест это наглядно нам продемонстрировал.

С пистолетами наготове мы направились вдоль столов, не забывая посматривать себе под ноги. Здесь имелось ещё несколько смежных помещений, и заветная карточка могла оказаться где угодно. По словам Ягодыни, они появлялись всегда в разных местах, так что искать нужно было везде.

О приближении опасности подсказало встрепенувшееся чутьё, до этого хранившее нейтральное молчание. Я заозирался, но ничего подозрительного так и не обнаружил. Одинаковые предметы? Да их вокруг полным-полно – вся посуда была пусть и богато украшенная орнаментом, но всё же, типовая. А стикеры имелись хорошо, если на трети из них. В основном игроки проверяли предметы, стоявшие чуть поодаль от остальных, а стопки и кучи игнорировали напрочь.

Я тоже сосредоточился на одиночных объектах, и почти сразу наткнулся на самую обыкновенную с виду кружку, стоявшую аккурат посередине стола. Точно такая же валялась ближе к краю, окружённая потемневшим пятном на столешнице, но на ней имелся листочек. Элли, шедшая рядом, проследила мой взгляд и безо всяких раздумий запустила в подозрительную ёмкость осколком, подобранным с пола. Ну, хоть руками не пошла проверять.

Стоило только кусочку керамики цокнуть по кружке, как та окуталась чёрной дымкой, напоминающей маленькое облачко. А спустя долю мгновения эта дымчатая субстанция, отрастив четыре ложноножки, резво прыгнула прямо на лицо моей напарницы. Эльвира, обладавшая потрясающей реакцией, без труда увернулась, а я расстрелял тёмный сгусток из пистолета. Попал не сразу, но первый же лазерный импульс, ушедший в существо, заставил его с громким шипением растаять без следа.

Кстати, теперь стало понятно, почему «Дамский сверчок» так называется. При стрельбе он издавал тоненькое, какое-то несолидное стрекотание. Совсем непохожее на привычное низкочастотное гудение лазера.

– Чёртовы мимики… – проворчал Девол, не опуская пистолета.

– Вы молодцы, но не расслабляйтесь, – похвалила нас Ягодыня. – Они редко поодиночке охотятся.

Так и получилось. Ещё два сгустка чёрного тумана бросились на нас в подсобке, где хранились дроны-уборщики, а их менее сообразительный товарищ до последнего притворялся курительной трубкой, валяющейся возле одного из скелетов. Вот только монстр явно был не в курсах, что данный аксессуар никогда в паре не носят. Его мы распылили ещё до того, как он успел принять истинную форму.

Ни опыта, ни другого профита нам от уничтожения монстров так и не прилетело. Только моральное удовлетворение, сдобренное капелькой паранойи. Теперь, заходя в новое помещение, я не рвался вперёд, а осторожно двигался по краю, стараясь держать в зоне видимости как можно больше. И смотрел с подозрением на самые безобидные предметы.

Коридор мы прошли минут за сорок, оказавшись в огромном зале с полукруглым сводом, где столкнулись с изрядно поредевшим вторым отрядом. После встречи с мимиками их осталось всего трое, включая потрёпанного Сореста, растерявшего часть своей крутости. Им «посчастливилось» набрести на крупную засаду, обнаружить которую не вышло до самого нападения. Игроки едва отбились, израсходовав большую часть заряда пистолетиков, поэтому их до сих пор заметно потряхивало от нервов.

А вот заветный ключ никому из нас так и не попался. Поэтому пришлось выбирать, куда двигаться дальше.

Гигантское помещение оказалось узловым центром, в котором пересекалось несколько коридоров. Здесь же, на одной из стен, я обнаружил схематичную карту станции. Выглядела она, как небольшой приплюснутый шар, вокруг которого размещались округлые автономные конструкции, напоминающие кольца. Скорее всего, они вращались вокруг центра, напоминая кинетическую модель солнечной системы. У одного моего знакомого стояла такая металлическая безделушка на рабочем столе. Тронешь её, и она какое-то время будет двигаться, намертво примагничивая к себе взгляд.

Мы как раз шарились на крайнем, самом крупном кольце, но даже его можно было вполне оббежать по осевому коридору за полчаса. Отсюда нам следовало добраться до среднего, и так далее, вплоть до самого ядра, где и располагались операционные. Как именно, ещё предстояло выяснить, но я решил повременить с расспросами до обнаружения пропуска.

Продолжать поиски решили уже все вместе, так как помещения дальше шли немаленькие, а там шанс нарваться на неприятности был ещё выше. Ближайшим к нам оказался небольшой кинотеатр на шестьдесят четыре места, имевший специальную трибуну для выступающего. Небось, презентации там крутили, помимо обычных киношек.

Мы просмотрели его вдоль и поперёк, но ничего, кроме пыли и всякого мусора, так и не нашли.

Затем шёл здоровенный спортзал, где пришлось от души повоевать. Мимики замаскировались под спортивный инвентарь, но наблюдательный орторионец смог углядеть в одной из гирь точную копию другой. В этом и заключалась основная слабость пришельцев – они дублировали объект полностью, до последней царапинки. Единственное, что им было не под силу скопировать – надписи фломастером и стикеры.

Официальной версии, почему так, не существовало. Теорий имелось превеликое множество, но Ягодыня поделилась с нами собственной версией, заключавшейся в том, что монстры на самом деле не превращались в предмет, а замещали его дубликатом из параллельной реальности, в которой мы все попросту не существовали. Соответственно, и посторонние украшения наносить было некому. Большинство соискателей над этим и вовсе не заморачивалось – не могут, и хорошо.

Стоило нам развеять фальшивую гирю, как обиженные мимикроны попёрли на нас со всех сторон. Элли точным выстрелом прожгла насквозь одного сразу после превращения, а другого приложила блином от штанги прямо в полёте. Бедный инопланетянин отлетел до противоположной стены, где по нему отработали ребята Сореста. Третьего снял уже я, стоило ему мелькнуть между беговыми дорожками, но сам едва не заработал лишнюю дырку в организме.

Ягодыня, которая вряд ли являлась воином, открыла беспорядочную стрельбу, когда на неё неожиданно сиганул очередной сгусток тьмы с ложноножками. То, что на линии огня находимся мы, она, конечно же, не учла. К счастью, заряд у её пистолета был очень низок. Уже после пятого импульса, прошедшего чуть-чуть выше моей головы, «Дамский сверчок» сдох окончательно. Тварь уничтожил более хладнокровный Девол, а клацающая зубами девушка пулей выскочила обратно в коридор.

Правильно. Пусть постоит там, подумает о своём поведении. Что мимикам, что нам, достаточно лишь одного попадания. Никаких медицинских приспособлений здесь не было и в помине, поэтому раненый с высокой долей вероятности отправлялся на перерождение.

Не смотря на то, что хищных мастеров перевоплощения оказалось в два раза больше, в этот раз удалось обойтись без потерь. Прежде всего, их главным оружием был эффект неожиданности, который они бессовестно прохлопали. Но расслабляться было рано – все как один заявляли, что это самые слабые и простейшие противники на станции.

Когда с последним перевёртышем было покончено, мы продолжили обыск, окончившийся грандиозным успехом. Один из подручных Сореста по имени Фидос с радостным возгласом вскинул вверх руку, между пальцев которой оказалась зажата небольшая карточка зелёного цвета.

– Наконец-то! – оскалился недружелюбный игрок, нагло забрав ключ. – Валим отсюда!

Не успели мы присоединиться к Ягодыне, которая безуспешно пыталась перезарядить трясущимися пальцами пистолет, как буквально отовсюду зазвучал лишённый эмоций женский голос:

– Внимание, выжившие! Активирован синий пропуск, поторопитесь!

Не дослушав толком объявление до конца, игроки спешно бросились обратно к узловому помещению, будто за ними гналась целая толпа мимиков. Мы с Элли последовали за ними, прекрасно понимая, что у такой спешки есть веская причина.

Прежде всего, всех интересовала та самая карта станции, занимавшая одну из стен. Без подсказок нейроинтерфейса ориентироваться в полутёмных коридорах было тяжело, так что ребята принялись спешно перерисовывать схему, использую подручные предметы. Сорест для этого и вовсе приспособил спину одного из товарищей, благо след от фломастера был прекрасно виден на белом комбинезоне.

– Разве нам не надо просто добежать до ближайшего выхода? – спросил я у Ягодыни, которая единственная не занималась живописью.

– А если он окажется занят, обратно будешь возвращаться? – она нервно дёрнула плечами.

– Что значит – «занят»? – озадаченно произнесла Элли. – Это же не туалет, в конце концов.

– Выход блокируется после того, как им воспользовались. Другие туда уже не смогут попасть.

– Ну, аллесс, – хмуро проронила мечница, повернувшись ко мне. – Может, тогда сначала пробежимся по другим группам, поищем наших? У нас же нет привязки к группе.

Я призадумался. С одной стороны, она была полностью права – притихшая система позволяла действовать полностью на своё усмотрение. Каждый игрок был волен в любой момент отколоться от команды, и отправится в свободное плавание. Никаких штрафных санкций к такому ренегату не применялось, а он вполне мог присоединиться к другой команде. Если его не пристрелят с перепуга, конечно.

Но хватит ли нам времени на поиски?

– Не думаю, что это хорошая идея, – поделилась мнением Ягодыня. – Лучше двигайте с нами. На среднем ярусе все выжившие ненадолго собираются все вместе в зале ожидания, так что там и встретитесь. Если они ещё живы.

– Хорошо, так и сделаем, – решил я. – Спасибо, что продолжаешь носиться с нами.

– Да без проблем, – смущённо улыбнулась она. – Вы же меня тоже выручили тогда, в спортзале…

– Кстати, что это была за паническая атака?

– Просто, когда тебя грызёт мимик… Это очень неприятно, будто из тебя саму душу высасывают через трубочку. К этому нельзя привыкнуть. Некоторые вообще забивают на прохождение и просто не заходят в игру, пока таймер не тикнет.

– То есть, они не мясом питаются?

– Нет, мимики силы вытягивают. Падает не шкала жизни, а выносливость. Когда она опускается в ноль, ты умираешь. А до этого будешь просто валяться парализованным бревном.

– Энергетические вампиры, получается?

– Ага, вроде того.

Пока наши временные товарищи заканчивали с рисованием, система оповещения вновь призвала всех поторопиться. На этот раз кем-то был активирован фиолетовый пропуск.

– Всё-всё, уходим!

Напряжение, и так витавшее в воздухе, достигло своего пика. Мы понеслись к выходу, как стая вспугнутых антилоп, петляя по многочисленным коридорам и переходам. Это едва не довело нас до беды – одна из картин оказалась притаившимся мимиком. К счастью, он выбрал своей жертвой Эльвиру, и та, не снижая скорости, проскользила прямо под ним. Хищник с разочарованным шипением приземлился на паркет, который тут же обуглился от многочисленных попаданий. Пронзительно завоняло горелым лаком.

Ситуация на станции становилась сродни детской игре в стулья. С каждой впустую проведённой минутой шансы, что именно нам не хватит места, неумолимо росли. Но в этот раз не повезло нашим соперникам – мы достигли нужного места первыми, захлопнув разблокированную дверь прямо перед носом запыханных игроков из другой группы. Та, будто специально, была изготовлена из прозрачного жаростойкого сплава, чтобы можно было на прощание помахать друг другу рукой.

Опоздавшим оставалось лишь бессильно выругаться и бежать дальше. Хорошо, что знакомых лиц я среди них не увидел.

Сам эвакуационный выход представлял собой обычный шлюзовой предбанник, где был аккуратно развешан десяток рабочих скафандров устаревшей конструкции. Вместо привычного реактивного ранца у них имелся баллон со сжатым воздухом и несколько спускных клапанов, чтобы можно было хоть как-то маневрировать в открытом космосе. К каждому в комплекте шёл здоровенный разводной ключ повышенной функциональности, которым одинаково удобно скручивать головки болтов и проламывать головы нерадивым противникам. Для него имелось специальное крепление на боку.

Двигаться в громоздком скафандре получалось с большим трудом, будто к ногам и рукам приспособили по гире. Пожалуй, даже бронекостюм защитников, частенько имевший вес за пару сотен килограмм, настолько не сковывал движения. Единственная хорошая новость заключалась в том, что нам хотя бы надевать этот костюм не пришлось по старинке, как делали это реальные космонавты.

Когда последний член отряда закончил с экипировкой, активировался автоматический запуск программы эвакуации. Говоря простым языком – створки шлюза распахнулись, и нас выдуло наружу вместе с облачком сверкающих снежинок.

Где-то над нами переливалась всеми оттенками голубого местная безымянная звезда, окрашивающая мёртвую станцию в холодные депрессивные тона. Планет я не заметил, но сейчас был не совсем подходящий момент для астрономических наблюдений.

После кратковременного занятия любовью с клапанами, мне наконец-то удалось выровнять своё бессистемное кувыркание. Лететь следовало в единственную подсвеченную дополнительной иллюминацией область среднего кольца. Там находилось приёмная станция для ремонтников, которую окружала целая россыпь разноцветных огней. По-другому попасть туда было нельзя – остальные шлюзы следовало вернуть в строй, чтобы продвинуться дальше.

У меня сразу возникла крамольная мысль – а что, если попробовать дотянуть прямо до внутреннего кольца, откуда до самой операционной можно буквально дойти пешком через специальную перетяжку? Вроде бы лететь себе дальше, к центру станции, никто не запрещает.

Но строить из себя умника я не стал – слишком уж это очевидный путь. И раз по нему никто из опытных не идёт, значит, на то есть веские причины. Да и спешить мне как раз противопоказано.

Перелёт между ярусами прошёл без приключений. Немного напрягало шипение внутри скафандра, и манометр, установленный на запястье, который неумолимо опускал стрелку до нулевой отметки. К счастью, запас в баллоне не успел закончиться до того, как я ухватился за скобы на корпусе станции. Вот и причина номер один – вряд ли сжатого газа хватит на длительные манёвры в невесомости.

Цепляясь за поручни, я спустился к широченному шлюзу, возле которого любопытными мотыльками порхали игроки. Раз в минуту внешние створки открывались, позволяя новой порции долетевших попасть внутрь. Никакой толкотни или суеты не наблюдалось – некоторые и вовсе хватали тех, кто был уже не в состоянии передвигаться самостоятельно, и отвешивали им дружественного пинка прямо в шлюзовую. Я тоже присоединился к акции взаимовыручки – схватил пролетающего мимо астронавта за ногу, погасив его скорость, и подкорректировал траекторию в нужном направлении.

К сожалению, на большее меня уже не хватило – манометр вот-вот грозил упасть в обморок. Пришлось отправляться следом за спасённым, надеясь, что моим ребятам помощь не понадобится.

Сразу за шлюзом шёл просторный предбанник, заваленный сброшенными скафандрами. Что характерно, у большинства разводной ключ в чехле отсутствовал. Я свой тоже выбрасывать не стал и подвесил на один из карабинов. Какое-никакое, но оружие ближнего боя. А у меня к нему профессиональный бонус, помноженный на увеличенную вероятность крита от завышенного параметра Удачи.

Об баллоны и прочую брошенную аппаратуру я спотыкался на протяжении всего технического коридора, который привёл меня огромный отсек, чем-то напоминавший зал ожидания. Имелись здесь и многочисленные ряды простеньких металлических кресел, и широкие экраны на каждой стене, и даже торговые автоматы. Несколько таких аппаратов вдумчиво курочили игроки, пытаясь разжиться съестным и другими полезными вещами. Остальные «выжившие» приходили в себя, либо общались, разбившись на мелкие кучки.

– Так, голодающие! – громко прорычал рядом со мной широкоплечий рептилоид. – Если кто тронет кофейный – на хвост намотаю!

Несколько мародёров испуганно отпрыгнули от указанного аппарата, прекрасно понимая, что представители воинственной расы Ра пусть и бесхвостые, но шутят очень редко.

Хотя я и сам был не прочь перекусить, в первую очередь постарался разглядеть среди толпы одинаково одетых игроков знакомые лица. Крестики, к слову, имелись у подавляющего большинства.

Но наблюдательность и тут не помогла – меня самого заметили куда раньше. От дальней стены отделилась одинокая фигура и решительно направилась в мою сторону.

Без привычного маскировочного капюшона его было практически не узнать, хотя мы с ним были знакомы чуть ли не с самого начала моей игры. Всё же, чаще всего приходилось наблюдать его мужественный подбородок. Поэтому длинные тёмные волосы, убранные в хвост на затылке, стали для меня полной неожиданностью.

– Рад тебя видеть, Велион, – сказал я чистую правду. – Видел кого из наших?

– Нет, но здесь пока ещё не все собрались…

Значит, Элли ещё не прилетела. С её потрясающей координацией странно, что я успел первым. Наверняка, другим помогает.

– …зато мне удалось найти твоего дружка, – продолжил шпион. – Он вон там слева, за терминалами сидит. Не благодари.

– Отлично! Встречай здесь, кто появится, а я пока к нему.

Оставив Велиона у входа в зал, я быстрым шагом направился в указанную сторону. Там располагалась пустующая стойка и нерабочие терминалы, которыми пользовался персонал станции. Их практически никто не трогал, но один всё же вывалил свои электронные потроха из развинченного корпуса. Рядышком устроился щуплый даториец, задумчиво паяющий какую-то системную плату.

Впечатляющей внешностью эта раса похвастаться не могла – её представители напоминали зеленокожих гоблинов с разнесёнными в сторону остроконечными ушами, носом-картофелиной и мелкими зубками. Гоблины, да и только. Редактором персонажа это можно было поправить, но далеко не всё и не всегда. Зато даторийцы по праву считались одними из лучших инженеров, имея существенные бонусы к этой профессии.

Но конкретно этот игрок мог и безо всяких дополнительных плюшек собрать ядерный реактор из любого мусора, прямо на коленке. И возможно, он это делал прямо сейчас. Я со смешанными чувствами увидел припаянную к плате энергоячейку «Дамского сверчка». А ведь и бабахнуть может.

– Братии-и-иш! – обрадовано протянул инженер, подняв на меня глаза с вертикальным зрачком. – И ты здесь!

– Давно не виделись, братишка, – я осторожно его обнял за плечи, стараясь не задеть его творение.

– А Шандайн… С тобой? – осторожно спросил Любомир, зачем-то приглаживая совершенно лысую голову.

Крестик на его выпуклом лбу отсутствовал.

– Надеюсь, что да, – ответил я. – Нас вполне могло по разным отрядам раскидать.

– Здорово! – он отложил поделку в сторону. – Ты первый раз на «Омеге-3»? Здесь о-очень интересно.

– Ага, прям до жути, как.

– Дальше будет ещё круче, братиш! Я вам всё покажу. Тут столько возможностей!

Он тоненько, по-комариному захихикал, но практически сразу же спохватился:

– Ты уже выбрал модификацию?

– Даже каталог не смотрел, – пришлось мне признаться. – Я здесь не для халявной «генки» или какого-нибудь чертежа.

– Зачем тогда? – искренне удивился Огурцоф. – Скучно стало?

– Тоже нет. Я здесь только ради тебя…

Глава 64

– …В общем, мы перепробовали всё, что можно, – подвёл я свой рассказ к печальному концу. – Выгадывали разное время, и передавали артефакт друг другу. Проводили активацию с разных точек – как со звездолётов, так и в открытом космосе. Но даже, когда я остался один во всей системе в простом бронекостюме, результат вышел тем же. Гайды, форумы и консультации со специалистами ситуации не прояснили. С таким в игре просто никто не сталкивался. Всё, что вываливается из подпространства, никогда не аннигилируется в ту же секунду. До сих пор это было вроде как законом. Администрация игры лишь подтвердила, что это не баг, но помогать нам отказалась. Как и остальные, к кому мы обращались. В конце концов, мой партнёр стал считать, что это непреодолимое сюжетное ограничение, и нам положены одни лишь бесполезные обломки в качестве награды.

– Всё можно куда-то приспособить, братиш, – не согласился Любомир.

– Да чёрт уже с ней, со станцией! – Я досадливо махнул рукой. – Было бы слишком жирно получить себе в распоряжение такое сокровище, пусть и безбожно устаревшее. Но та воительница прямо указала, что там заперты живые представители её расы, которые нуждаются в помощи. Вряд ли они переживут разрушение их убежища.

– Ты переживаешь за них?

– В какой-то степени, да. А ещё меня бесит, что они проторчали в подпространственной норе чёртову кучу времени, только лишь ради того, чтобы сгинуть по-глупому от нашей жадности и спешки. Но времени на эксперименты уже практически не осталось – наши горячо любимые конкуренты снарядили несколько поисковых экспедиций и усиленно ищут нас по всему сектору. Они каким-то образом разнюхали про аномалию, и наняли своих искателей, с блекджеком и прочим. Не таких мощных, какой был у нас, но рано или поздно её всё равно обнаружат.

– Это плохо? – уточнил на всякий случай Огурцоф.

– Тогда им достаточно будет слить координаты кармана какому-нибудь среднему клану, кто специализируется на разграблении таких схронов, – пояснил я. – И нам дадут такого пинка, что будем лететь до самого аванпоста. Где нас с радостью примут конкуренты, они только того и ждут. Единственное, что мы можем – объявить систему своей, но тогда право ей владеть придётся отстаивать силой. А у нас в строю всего пять кораблей, и этого катастрофически мало.

– Тогда и тот оплот у вас тоже отберут, – резонно заметил инженер.

– А вот это уже далеко не факт, братишка, – улыбнулся я. – Наличие даже чисто номинальной базы позволит нам провозгласить данную систему собственностью Союза Антропоморфов. Те же пограничники в стороне уже не смогут остаться. Как минимум, травли на нас пиратов они не допустят, да и война на территории, находящейся под суверенитетом Союза, для многих грозит потерей репутации. А мы сами сможем с чистой совестью привлекать наёмников из игроков и персонажей для обороны, а то наличного состава в клане – раз, два и обчёлся.

– Одни плюсы, получается…

– Вот только клятая постройка грозит развалиться всякий раз, когда её собираются выдернуть в наше сраное пространство! – выругался я.

– Интересная задачка, – со всей серьёзностью кивнул Любомир. – Надо подумать…

Ну, по крайней мере, он не заявил с ходу, что ничем не может нам помочь, как сделали до него все остальные. Хреноватор мою идею особо всерьёз не воспринял, но и запрещать уходить в спецрежим не стал. Наверняка подумал, что будет даже лучше, если я побуду вне клана какое-то время. Единственное, что мне удалось от него добиться – обещание выждать трое суток. Тянуть дальше слишком опасно – уж больно много народу выехало за нашими скальпами. Если до этого момента решения не найдётся – он просто наймёт грузовозы и будет спешно собирать то, что останется после обещанного критического разрушения.

Я сильно рисковал, покидая флот и оставляя клан без ключевых игроков. Но одного меня команда отпускать категорически не захотела, пришлось взять с собой нескольких бойцов, за компанию. Тем более, что в предстоящем космическом сражении от них польза будет не такой существенной.

Не знаю, правильно ли я поступил, но точно был уверен в одном. Если кто и способен придумать способ как сохранить оплот К’Вонгов в целости, то это именно Граф Огурцоф. Другое дело, что найти его самого оказалось не так просто. Пришлось задействовать ресурсы Мишель, список долгов к которой у меня только рос. Её ребята в сжатые сроки прошерстили по моей наводке все спецрежимы и довольно быстро наткнулись на запись одного начинающего стримера, который мельком запечатлел моего знакомого даторийца-изобретателя. Остальное было делом техники.

Входной порог у «Омеги-3» оказался подходящим – от сотого до двухсотого уровня включительно, а вот сам шанс туда попасть обычно колебался в пределах пятнадцати процентов. Такой расклад меня совершенно не устраивал. Ведь с высокой долей вероятности я бы очутился в совершенно ином режиме, выбираться откуда пришлось бы не один день. Настоящим спасением стало пресловутое еженедельное «окно», поднимавшее шанс до уверенных «шестьдесят на сорок». Но оно, как специально, расположилось так неудачно, что времени на минимальную подготовку и чтение гайдов у нас уже не осталось. Прыгнули как есть.

Вот только есть большая разница между шестьюдесятью процентами от небольшого количества игроков и огромной толпой, что суицидуется в надежде разжиться халявной «генкой». По итогу, удалось прорваться лишь троим – мне, Элли и Велиону. Моя ученица, пусть и с опозданием, но смогла добраться до зала ожидания. Остальные, в том числе и Шани, на которую я возлагал огромные надежды, так и не явились. Вряд ли бы их остановили какие-то мимики, так что можно было с уверенностью заявить – они пролетели мимо станции.

Через пятнадцать минут после моего прибытия, система оповещения довела до всех информацию, что шлюз для ремонтников отныне заблокирован. Все, кто не успел с его помощью попасть внутрь среднего кольца, остались за бортом доедать остатки кислорода. Зато для нас открылся выход из гигантского зала ожидания, да не один, а сразу десять.

Теперь всем предстояло проложить свой собственный маршрут до следующего стартового помещения на другой стороне кольца. Вариантов имелось превеликое множество – эта часть станции являлась инженерной и здесь легко было заблудиться в многочисленных коридорах, ярусах и переходах. А чтобы бродить по этому лабиринту было не так скучно, помимо более опасных версий мимикронов, нас поджидали ещё и разнообразные ловушки. Так что лёгкой прогулкой этот этап никак не назовёшь.

Зато соревновательный элемент, вынуждавший игроков собачиться друг с другом, тут практически отсутствовал – на прохождение отводился целый час, по истечению которого кольцо полностью обесточится, и станет громадным склепом для опоздавших. Но теоретически, этап могли преодолеть абсолютно все, кто сейчас собрался в зале.

На этот раз рисованием схемы заниматься было не нужно – буклеты с картами имелись возле каждого терминала. Достаточно отмечать там пройденный путь, чтобы проблем с навигацией не возникло.

Игроки предпочли не переться всем стадом, насчитывающим полторы сотни голов, а разбиваться на кружки по интересам. К нашей четвёрке неожиданно присоединилась Ягодыня с Деволом, которые в свою очередь подтянули своих давних знакомых: азархадонку по имени Мадам_Де-Бош, и двух представителей редкой расы ворлок – Фиска и Севрила.

В целом, ребята походили на тех же людей или раллеков, только их кожа напоминала кожуру авокадо, а глаза сияли фиолетовым светом, выдавая в них подземных жителей. Не страшилища, но и красавцами их никак не назовёшь. Стезёй этих инопланетян являлась геология и прочие прикладные направления, а основной фишкой была заявлена стойкость к сильным перепадам температур. И всё равно популярными это их не делало. Девушек этой расы я и вовсе ни разу не видел.

Объединяло эту разношёртсную компанию страстное желание улучшить собственное тело. Они уже далеко не в первый раз играли вместе, и более-менее притёрлись друг к другу. Вот только бойцов среди них не было, так что мы им пришлись весьма кстати.

Положа руку на сердце, мне было глубоко плевать на все призовые генетические модификации. Даже если там имеется тот самый джамп-ген, положение клана это никак не исправит.

Что действительно заслуживало первого места, так это сохранность Любомира, который попросил время «на подумать».

Поэтому мы с Элли превратились в две настырные тени, всюду следующие по пятам за инженером. Тот повел нас по заковыристому маршруту, через анфилады похожих друг на друга технических помещений, к ведомой ему одному точке. Благо, та находилась неподалёку от выхода с уровня.

Как ни странно, наши товарищи против такой экскурсии почти не протестовали – Огурцоф доигрывал на «Омеге» вторую неделю и успел обзавестись здесь внушительным авторитетом. Из ныне играющих, он единственный, кто добирался до центральной операционной свыше десяти раз. Для любого другого это стало бы гарантированной путёвкой на свободу, но даториец специально выбрал ген с самым низким процентом приживаемости. Я не стал уточнять, что именно, прекрасно понимая, что пресловутая победа в спецрежиме его совсем не интересует.

На той же «Астре-13» он мог множество раз улететь восвояси, и даже получить того самого «Квантового везунчика». Но для него настоящая игра заканчивалась там, где снимались всякие ограничения с геймплея, так что он отрывался везде по полной программе, насколько мог.

Спустя минут десять, как мы покинули зал ожидания, Велион сообщил, что впереди маячат две вполне человеческие фигуры. Пусть шпион и лишился своей знаменитой маскировки, наблюдательность осталась с ним, превратив его в полноценного разведчика. Этими фигурами вряд ли могли быть наши коллеги по гонке в смертельном лабиринте, так что мы отправили Любомира подальше в арьергард, а сами пошли разбираться с новыми противниками.

Те, особо не скрываясь, перли точно нам навстречу, будто намагниченные. Выглядели они как дымчатые антропоморфные силуэты, передвигающиеся нечеловечески быстро, будто для них не существовало ни искусственной гравитации, ни сопротивления воздуха. Хотя они точно были не бесплотными тенями. Я особо переживать по этому поводу не стал – пусть их скорости нам оставалось только завидовать, обогнать лазерный луч пока ещё никому не удавалось.

Но стоило нам вскинуть пистолеты, как оба стали очень резко и непредсказуемо шарахаться в стороны, будто Броуновские частицы. Из-за этого мельтешения прицелиться в них стало практически невозможно.

– Это фантомы! – прокричал Девол, прячась за массивный агрегат. – Просто стреляйте, наугад! Не цельтесь, они это чувствуют!

Нам не осталось ничего другого, как последовать его странному совету. Тем более, тени становились всё ближе. Беспорядочная стрельба, на первый взгляд, особого успеха не принесла, но противники хотя бы отпрянули немного назад. А потом воздух со свистом прошил огненный шар, взорвавшийся где-то позади нас. Следом за ним ослепительно сверкнула молния, громыхнув на весь машинный зал, где мы сражались. Пронзительно запахло свеженьким озоном, как после грозы.

Смотреть, зацепило ли кого, было решительно некогда – оба силуэта, отстрелявшись по нам, снова ринулись на сближение. Сцепив зубы, я принялся лупить по одному из них буквально от бедра, ориентируясь лишь на собственные ощущения. Зацепить лучом вёрткого гада удалось лишь предпоследним выстрелом, но этого оказалось достаточно. Лазерный росчерк оставил после себя зияющую прореху, которая стала стремительно разрастаться, пока от фантома не остались разрозненные клочки тающего чёрного тумана.

Со вторым пришельцем эффектно расправилась Эльвира. Адмиральская дочка раздобыла где-то второй «Дамский сверчок» и, выйдя из-за своего укрытия, открыла огонь по-македонски, с двух рук. С каждым новым выстрелом она бесстрашно делала шаг вперёд, вынуждая призрачный силуэт метаться и отступать. Я на мгновение невольно залюбовался ей, ощущая в груди какую-то странную, щемящую тоску. Но противостояние закончилось так же быстро, как и началось. Не очень удачно дёрнувшись в очередной раз, мимикрон буквально насадил себя на лазерный луч, а спустя долю секунды в него впился второй, заставив хищника зашипеть не хуже советского паровоза.

Вся схватка не заняла и половины минуты.

– Чёртовы мимики… – проворчал Девол, подойдя ближе. – Но с этих иногда выпадают любопытные вещи…

– Любомир, ты как? – первым делом спросил я, перезаряжая пистолет.

Больше запасных зарядов не было. Ещё один такой бой, и нам придётся в рукопашную идти, с разводными ключами наперевес.

– Я нормально, братиш, – улыбающийся даториец вышел из-за нагромождения непонятных агрегатов со своей неизменной платой в руках.

Распаивать энергоячейку он категорически отказался, и упрямо таскался со своей непонятной поделкой повсюду, чуть ли не баюкая её.

– Слушай, а она не бабахнет? – опасливо спросила Ягодыня, появляясь следом.

– Вообще-то, должна, – беспечно кивнул Огурцоф.

– Вот же псих…

Внезапная атака фантомов не прошла без следа – разряд угодил точно в Севрила, оставив от подземника одну лишь горстку пепла. Фаербол же повредил в основном оборудование, за которым укрывались наши сопартийцы. Но зато оно восстановлению уже не подлежало.

– Мощные ребята, – оценил я разрушения. – Это вам не обычные прыгуны-лицехваты…

– Фантомы – помесь мимикронов с людьми, – принялась нас просвещать словоохотливая Ягодыня. – Могут атаковать на расстоянии, а главное – в них почти невозможно прицелиться.

– Кстати, да, – я припомнил скоротечный бой. – Они будто чувствовали, куда полетит луч.

– Отчасти, это так и есть. Фантомы – телепаты, и могут предугадывать твои действия. Но, если будешь стрелять не раздумывая, то шанс попасть повысится.

– А то, что они заклинания на нас кастовали, это нормально? – хмуро поинтересовался Велион.

– У них есть четыре подтипа. И все чем-то стреляют. Кроме огненного и электрического, есть ещё телекинетический и эфирный.

– Какая прелесть…

– Они не так часто попадаются, нам просто не повезло.

– Да уж, нарваться сразу на двух фантомов, это ещё надо умудриться… – бормотал Девол, продолжая тщательно исследовать пол в том месте, где развеялись фигуры.

– А что, чаще они по одиночке гоняют? – спросил я, подходя ближе.

– Да, – кивнул орторионец. – Особенно разных видов. Не любят они друг друга. Если не поделят охотничьи угодья – могут даже сцепиться.

– Тогда эти чего вместе делали?

– Откуда я знаю! Может, спаривались…

– Значит, поблизости их друзей не должно быть? – задала главный вопрос за меня Эльвира.

– Более, чем вероятно.

– Ну вот, только-только веселье пошло… – посетовала девчонка.

– Навоюешься ещё, – я легонько похлопал я её по плечу.

– Слушай, а давай потом сходим куда-нибудь? – неожиданно предложила она, чуть понизив тон. – Чего мы всё время дома хомячим…

– Хорошо. Как всё закончится, отведу тебя в шикарный ресторан. Обещаю.

– У-и-и-и-и! – она закружилась на месте не хуже профессиональной балерины.

– А платье-то у тебя есть?

– Хм…

Притормозив, Элли озадаченно потёрла подбородок, после чего радостно вспыхнула:

– Да! Брала один раз для охоты, оно должно где-то в шкафу валяться…

Ну, зная её любовь к порядку, искать его придётся долго. Легче будет новое купить. Надо, кстати, этим серьёзно заняться – не вечно же ей в одних спортивках по городу рассекать.

Договорить нам не дал радостный возглас Девола.

– Опа! Есть контакт!

– Что там?

Все бегом ринулись к нему. Довольный игрок, чьи эмоции оказалась не в силах скрыть костяная маска на лице, продемонстрировал нам знакомую ключ-карту, стандартного белого цвета.

– О-о-о, живём! – глаза Ягодыни, укрытые массивными очками, загорелись.

– И откуда этот пропуск? – спросил я, чувствуя себя распоследним нубом.

– От специальных комнат для персонала, – пояснила девушка. – Там всегда отличный лут лежит, но без ключа туда не попадёшь.

– Так, надо чуть левее зайти, – решил Девол, водя узловатым пальцем по карте. – До ближайшей нычки всего три перехода и один спуск.

– Не подходит, – замотал головой Любомир, отчего его остроконечные уши заколыхались. – Нужно подниматься и двигать вот сюда…

Он ткнул в одну из точек на карте, порядочно удалённую от нас.

– Слушай, магистр Йода, а чего там такого, что надо чуть ли не через половину кольца переться? – недовольно поинтересовался орторионец.

Но Огурцоф с безмятежной улыбкой уже шагал в сторону лифтовой шахты. Нашей троице телохранителей не осталось ничего другого, как направиться за ним, а следом потянулись и остальные.

Возле входа в кабину притаился обычный мимик, по собственной глупости скопировав цветочный горшок, вот только совершенно пустой. Соответственно, ничего, кроме как разводным ключом по инопланетной харе, он не получил. Железяка отлично справилась с устранением инопланетного притворщика – разорвала его дымчатую структуру в клочья, сэкономив нам заряды.

– А фантома тоже можно этим завалить? – Элли играючи прокрутила массивный инструмент в руке.

– Если только подберёшься плотную, – Ягодыня чуть помедлила и добавила. – Живой.

– Ясно. Хорошая штука, только баланс смещён.

– Чего?

– Мы мечники, – пояснил я, видя её недоумение. – Не бери в голову.

– Ага…

Мы довольно быстро поднялись на нужный ярус и сразу же натолкнулись на россыпь чёрного пепла, сигнализирующий о том, что здесь совсем недавно погибли игроки. Вместо сундучков, остающихся на месте их гибели в «Королевской битве», здесь все личные вещи и оружие оставались на полу, в виде небольшой кучки. Одежда же сгорала вместе с телом.

Мы с Элли синхронно выскочили из кабины первыми, разойдясь в стороны, но никого так и не обнаружили. Лифт выходил в широкий, прямой коридор, связывающий несколько грузовых помещений, по которому прежде колесили на мелкой погрузочной технике. Просматривался он по всей протяжённости, от ворот до ворот. Кто бы ни расправился с игроками, он уже покинул это место. Вот только чувство опасности продолжало растягивать душу в звенящую струну.

Но здесь даже превращаться было не во что. Вдоль одной из стен шли толстые жгуты кабелей, а вторая была совершенно гладкая, не считая редких дежурных светильников. Лишних среди них вроде бы не наблюдалось.

Мы дали отмашку остальным, но сами расслабляться не стали. Эльвира тоже чувствовала неладное, поэтому без всяких слов сместилась поближе к Любомиру.

Всего в коридоре насчитывалось пять усыпанных чёрной золой кучек. Наши спутники принялись сноровисто их потрошить, поднимая невесомую пыль в воздух. Однако, ничего интересного погибшие найти так и не успели, оставив после себя лишь запасные ячейки для пистолетов, да несколько брикетов еды.

– Так себе лутецкий… – констатировала Мадам Де-Бош, отряхивая колени.

Азархадонка, при всей своей инопланетной внешности, оставалась вполне привлекательной особой. Касательно фигуры никаких нареканий не было, а лицо с огромными, матово-синими глазами напоминало мультяшную фею.

Вот только чёрные лезвия, разом вырвавшиеся из её внушительной груди и плоского животика, красоты ей никак не прибавили. Девушка издала жалобный всхлип и завалилась навзничь, а над ней на долю мгновения закружился дымчатый силуэт, напоминающий осьминога с острыми щупальцами. Но стоило зажужжать первым выстрелам, как он дёрнулся в сторону и бесследно исчез. Лазеры лишь бесполезно вспороли воздух, оставив отметины на стенах и пробив одну трубу. К счастью, пустую.

Ягодыня со всех ног бросилась к подруге, но та уже едва дышала. Места, где её насквозь пробили щупальца непонятного чудовища, всё больше чернели, но как-то помочь несчастной мы не могли. Наконец, огромные глаза инопланетянки окончательно потухли, а тело рассыпалось на множество ярко тлеющих угольков.

– Чёртовы мимики… – выдал свою фирменную фразу Девол.

Мы сгрудились в кучу, как стадо напуганных овец, не понимая, с какой стороны ждать следующей атаки.

– И кто на этот раз? – поинтересовался я.

– Призрак, – тихо ответил орторионец. – Может летать и становиться невидимым. Атакует только вблизи.

– Слышишь, Велион! Твой коллега по цеху нашёлся.

– Без костюма и визора я ему не конкурент, – признался шпион. – Надо уходить отсюда.

– Стойте! Как только двинемся с места, он снова нападёт, – предупредила Ягодыня. – Одного ещё заберёт точно, но ничего не поделаешь…

Я прекрасно понимал, кто из бегущих окажется в самом хвосте, поэтому такой вариант меня совершенно не устраивал. Да и далеко не факт, что монстра получится подловить на первой жертве, уж больно он резво летает.

– А другого способа точно нет?

– Он становится видимым только когда нападает, – покачала головой девушка. – Так что придётся кем-то пожертвовать. Зато остальные спасутся.

– Братиш, да не слушай ты её, – неожиданно подал голос Любомир. – Лучше смотри, как я умею!

Он наклонился к ближайшей куче праха и щедро зачерпнув ладонью, развеял его вокруг себя. Легчайшая пыль осела далеко не сразу, и какое-то время кружилась, раздуваемая воздушными потоками из решёток, расположенных над самым потолком. А ведь раньше эта циркуляция была совершенно незаметна для наших глаз. Другими словами – невидима.

– Братишка, ты как всегда – гений!

– Да брось, – скромно потупился Огурцоф. – Ничего такого…

– И чем нам эти глупости помогут? – покачал головой Девол. – Только время зря теряем.

– Тем, что жертвовать никем не надо, – хищно оскалился я. – Всё, что нужно, у нас уже есть.

– Думаешь, призрак чихнёт от пыли и выдаст себя?

– Вроде того.

Элли уже обо всём догадалась, принявшись на пару с Любомиром резво раскидывать в стороны горсти золы. Чуть позже к ним присоединились остальные, сообразив, чего добивался инженер. Через полминуты видимость вокруг нас заметно ухудшилась, а на зубах противно заскрипело, но хищнику-невидимке пришлось гораздо хуже. Каждое его движение теперь оставляло заметный инверсионный след, оставляя кружиться по бокам небольшие серые вихри.

Призрак слишком привык полагаться на свою скрытность, поэтому нарезал круги совсем неподалёку, в ожидании нашего панического бегства. Засверкавшие вокруг него лазерные росчерки стали для мимикрона неприятным сюрпризом. Большей частью мы бессовестно промазали, но даже трёх попаданий ему хватило с головой, чтобы с громким хлопком покинуть этот мир. Кашляя и нервно посмеиваясь, мы осторожно побрели в сторону ближайших ворот, не забывая оглядываться.

Поднятая пыль оседала, как ей и положено, растягиваясь вдоль воздухозаборников. Больше в коридоре никого не было.

За грузовым ангаром пошли безликие технические помещения, где нас едва не отравили каким-то газом, перепутав с мелкими вредителями. Насилу ноги унесли. Затем за нами долгое время гонялся эфирный фантом, швыряющийся острыми чёрными снарядами, напоминавшими сосульки. Те запросто втыкались даже в металлическую обшивку, пусть и бесследно таяли в следующую секунду. Пришлось нам с Элли караулить его за одной из узких перемычек. Заодно проверили утверждение, можно ли таких мимиков упокоить разводным ключом. Пусть отдачи от ударов по дымному корпусу почти не ощущалось, развоплотился он как миленький. И телепатия не помогла – били мы на одних рефлексах, не раздумывая.

В общем, закрытой комнаты для персонала мы добрались уставшие, измученные и голодные. Но хоть без очередных потерь.

Массивная бронированная дверь охотно скушала карточку и деактивировала магнитный замок, позволив оттянуть её в сторону. Внутри нас встречало что-то вроде небольшого кафетерия, заставленного круглыми столиками и уютными пластиковыми креслами, а также несколько помещений поменьше – общая душевая, комната для переодевания и подсобка с инструментами.

– Мы точно пришли туда? – озадаченно почесала в затылке Ягодыня.

– Конечно! – радостно выдохнул Любомир, ныряя в подсобку.

Судя по кислым минам игроков, они ожидали здесь увидеть, как минимум, боевой арсенал. Оставшийся в живых ворлок по имени Фиск так вовсе хотел было уйти, хлопнув дверью, но Девол его остановил.

Даже в такой скудной обстановке нам нашлось, чем поживиться. Во-первых, одежда. Помимо опостылевших белоснежных комбинезонов здесь имелось инженерное облачение, весёлого оранжевого цвета. Защитных вставок в комплект входило куда больше, а о всяческих карманах не стоило и говорить. Ещё не лёгкая броня, но уже хоть что-то. Вдобавок к каждому шёл съемный рюкзачок с жёстким каркасом, позволявший перегрузить туда дополнительное добро.

Вторым пунктом шла еда и вода. Приведя себя в порядок и переодевшись, мы на скорую руку перекусили сублиматами, восполняя потерянные калории. Хотя времени на отдых почти не осталось – таймер обратного отчёта уже перевалил за половину, а нам предстояло преодолеть ещё добрую треть среднего кольца.

Наконец, пусть и в небольшом количестве, здесь имелось оружие. В основном, те же «Дамские сверчки», которыми пришлось воевать весь путь сюда, но нашлись вещи и полюбопытнее.

Нам с Элли приглянулись технические резаки, представляющие собой тяжеленный перфоратор с горизонтальной ручкой, выпускающий полутораметровый лазерный луч. Широкий, и не совсем удобный, но всё же. Ими ремонтники срезали ненужные или повреждённые элементы, для последующего монтажа на их место новых. Так же эти инструменты использовались для разделывания утиля перед расщеплением и замены листов обшивки станции. Главное, что они считались игровой системой, как оружие ближнего боя, со всеми полагающимися нам бонусами.

Замена разводным ключам вышла на славу.

Сам Любомир, ко всеобщему облегчению переложив за плечи свою самодельную бомбу, обзавёлся ещё более экзотической игрушкой, напоминающей массивный барабанный гранатомёт. Только стрелял этот агрегат не снарядами, а чем-то вроде… Гипса.

– Серьёзно?! – не поверил я своим ушам.

Вместо долгих объяснений Любомир демонстративно стрельнул разок в дальний угол. Работала машинка на пневматике и радиус поражения у неё был довольно скромный. Изначально плевок светло-серой субстанцией оказался размером не больше пачки для сигарет, но, стоило ему расползтись по поверхности, как тот сразу же запузырился и стал расти, словно пенная шапка на пивном стакане. Спустя несколько секунд на месте попадания затвердел полуметровый бугристый купол, намертво приставший к стене. Я на всякий случай постучал по нему костяшками пальцев.

Звук вышел глухой, будто действительно это какая-то гипсовая лепнина. Хотя по составу смесь наверняка являлась каким-то высокотехнологичным полимером.

В общем, очень странная приблуда, вполне подходящая для Любомира. Который заставил нас напоследок зачем-то снять со стены пару больших зеркал в санузле. Я прекрасно понимал, что спрашивать у него подробности бесполезно, поэтому вместе с Велионом спокойно принялся за демонтаж, к крайнему удивлению остальных.

– Слушай, а если он вам бачок от унитаза прикажет отвинтить? – съехидничал Девол.

– Значит, отвинтим, – отрезал я.

У орторионца не нашлось, чем ответить на это.

Зеркала имели высоту около метра, так что нести их приходилось обеими руками. Эту почётную миссию я взял на себя, прихватив их вместе липкой лентой для надёжности.

Затем наша поредевшая команда покинула безопасную зону и продолжила своё путешествие по станции. Роль штурмана, прокладывающего курс, опять взвалил на себя его сиятельство, граф Огурцоф, изредка консультируясь с Ягодыней. Та время от времени хотела отвести нас в сторону, объясняя это тем, что выбранный Любомиром путь хоть и самый короткий, но очень опасный. Игроки там регулярно дохли, и лишь единицам удавалось проскользнуть дальше. Надо ли уточнять, что в их числе был и наш изобретательный даториец? Вот поэтому девушка лишь горестно вздыхала, но от нас не откалывалась.

Однако, даже самый продуманный план может пойти крахом от роковой случайности. В нашем случае им едва не стал один из последних переходов, практически у самого финиша.

Нам следовало преодолеть огромный технологический колодец, в котором некогда произошёл серьёзный взрыв. В итоге все пандусы оказались разрушены и валялись далеко внизу искорёженной грудой металла, а перебираться предстояло по остаткам воздуховода, закреплённого у самого потолка. Представлял он собой беспорядочную россыпь полуметровых профильных труб различной длины, висевших на уцелевших тросах-растяжках. Они вполне держали наш вес, хоть и раскачивались в сторону от малейшего движения, не хуже детских качелей.

Навернуться вниз было и так легче лёгкого, так вдобавок прямо посередине этой полосы препятствий на нас открыл охоту очередной мимикрон. На этот раз им оказался телекинетик, будто завершая полный набор противников. Хоть флеш-рояль теперь собирай.

До поры он оставался незамеченным, пока в нас неожиданно не полетели всякие мелкие железяки. Особого вреда они укреплённым костюмам нанести не могли, а вот столкнуть вниз – пожалуйста.

Первый залп большей частью просвистел мимо. Лишь Велиону не повезло поймать грудной пластиной перекрученный кусок какого-то механизма, едва не отправивший его в короткий полёт. Но находившийся рядом Девол успел схватить шпиона за руку и помог тому восстановить равновесие.

На этом хорошие новости и закончились, так как следом стали гитарными струнами лопаться сами крепёжные тросы, державшие профиль. Остатки вытяжки и так являлись не самой стабильной опорой, а так они просто обваливались одной стороной, превращаясь в качающуюся на верёвочке ёлочную игрушку. Тот самый Фикс, что едва нас не покинул, не успел перескочить на соседнюю секцию и с пронзительным криком сверзился вниз. Следом за ним едва не отправилась не слишком ловкая Ягодыня, которая обхватила повисшую вертикально трубу ногами и руками. Смотрелось это довольно смешно, если не вспоминать о том, что под нами пропасть, на дне которой чёрт себе все ноги переломает, вместе с рогами.

– Элли!

– Поняла! – на бегу крикнула моя воспитанница, ловко скача по шатким конструкциям, как заправская цирковая гимнастка.

Уж в неё проклятый мимик не смог попасть ни снарядом, ни подловить на полудохлом куске воздуховода. Но долго такое безобразие, конечно, продолжаться не могло. Тем более, в остальных членов группы продолжал лететь всякий мусор. Один из обломков едва не разбил замотанные зеркала у меня в руках, передвигаться с которыми по этим подвесным жёрдочкам было ещё то удовольствие. После звонкого цоканья у одной из стеклянных пластин образовалась небольшая трещина, грозившая в будущем расколоть его на части.

Это стало для меня последней каплей.

– Вел, ты видишь эту падлу?!

– Вроде да, – неуверенно отозвался наблюдательный игрок, замерший неподалёку от меня. – Ниша на пять часов, между двумя здоровенными агрегатами с вентилями, круглыми такими. Видишь?

Дать привычную подсветку на цель шпион не мог, поэтому описывал её местоположение, как мог. Я пригляделся в указанном направлении и практически сразу увидел искомое углубление в стене, оставшееся от вывалившегося куска механизма неведомого предназначения. Вроде бы электронасос, но какой-то подозрительно здоровенный.

Как туда занесло мимикрона, который летать вроде бы не умеет – только их собственный бог знает. Главное для меня было то, что туда можно было добраться по остаткам воздуховода. Ну, почти. Последние метров пять придётся преодолеть исключительно по воздуху.

– Не допрыгнешь ведь, – посетовал шпион. – Расшибёшься…

– Так, подержи-ка моё пиво.

Я вручил обалдевшему Велиону зеркала и с резаком наперевес принялся прыгать в сторону телекинетика. Элли к тому моменту уже добралась до Ягодыни и перехватила соскальзывающую девушку. Мой манёвр позволил им благополучно перебраться на более безопасный участок, так как мимик переключил всё внимание на меня.

Навстречу полетели огнетушители, куски труб, обломки арматуры, и прочая хренотень. Что-то я благополучно огибал, а некоторые предметы приходилось разрубать в воздухе. И не забывать всё время прыгать, пусть даже и в сторону. Мимик заодно трепал и крепёжные тросы, но я не задерживался надолго на одной и той же трубе. Иногда приходилось и вовсе отталкиваться от секции, которая уже начинала вовсю падать в пропасть.

Чем ближе я подбирался, тем хаотичнее и кривее выходили броски. Фантом явно нервничал, не зная, как меня остановить, и принялся спешно обваливать крайние трубы. Вот только эти действия вышли мне только на руку. В длинном прыжке я достиг одного из обрывков воздуховода, раскачивающегося всего на двух растяжках, и по дуге полетел вместе с ним к самой стене. Трамплин вышел так себе, но благодаря этому маятнику удалось покрыть лишние несколько метров, а дальше пришлось уже лететь самостоятельно.

К счастью, логово располагалась значительно ниже уровня подвесных конструкций и мне удалось на силе чистой ярости дотянуть до края. А дальше всё оказалось легче лёгкого – располовинить лазерным клинком очередную железяку, которой фантом хотел безуспешно прикрыться, и проткнуть человекообразную фигуру насквозь. На мгновенье наши лица оказались в считанных сантиметрах друг от друга и я прошипел прямо в сгусток чёрного тумана:

– Не надо! Меня! Злить!

В ответ мимик лишь зашипел закипающим чайником и растаял.

Я потушил лезвие и огляделся. Всё хорошо, вот только выбраться отсюда можно лишь вниз головой. Если соседние механизмы ещё худо-бедно позволяли по ним карабкаться, то дальше шла глухая гладкая стена, в которую они все были встроены. До сохранившихся остатков системы пандусов возле самого выхода оставалось ещё добрых тридцать метров. Трубы, шедшие вниз от электронасосов, оказались оборваны взрывом примерно на середине, и теперь вместе с креплениями ржавели на дне колодца. Так что моей вероятной перспективой было сидеть здесь в ожидании неминуемого конца, когда этот участок станции выработает положенный лимит энергопитания и погрузится во тьму.

Но с таким положением категорически оказался не согласен мой названый братец. Любомир, в сопровождении Эльвиры, приблизился ко мне по трубам, насколько было возможно, и весело помахал рукой:

– Брати-и-иш, ты всё?

– Ага, совсем…

– Тогда выбирайся, мы тебя у выхода подождём!

– Извини, я по стенам лазить не умею. Дальше вы без меня.

– Ну зачем ты так, – он укоризненно покачал головой. – Ещё столько интересного не видел… Вот смотри!

Инженер вскинул свою гипсовую пушку и несколько раз выстрелил в стену. На первый взгляд, он даже не целился толком, но каждое попадание было выверено чуть ли не по линейке. Стоило странному веществу застыть, как передо мной образовалась пусть и странная, но всё же лестница. Если осторожно перескакивать со «ступеньки» на «ступеньку», вполне возможно было добраться до самого пандуса. Лишь бы этот самый гипс выдержал мой вес…

Но бугристые полусферы пристали к стене намертво. Ни одна даже не дрогнула, пока я по ним карабкался. Принц Персии, да и только.

В результате, у меня получилось оказаться у выхода даже раньше остальных. Велион, тихо чертыхаясь, исправно тащил на себе связанные зеркала, за ним двигались бледная Ягодыня и хмурый Девол, а замыкали шествие застеснявшийся Любомир, под ручку с юной телохранительницей. Конечно, инженер с удовольствием предпочёл бы компанию смелой Шандайн, но «атомная блондинка» находилась сейчас вне досягаемости.

Стоило каждому из них добраться до пандуса, как из его груди невольно вырывался вздох облегчения. Даже обычно невозмутимый Огурцоф не стал исключением, хотя он, скорее всего, испытывал дискомфорт больше от близости Элли, чем от отсутствия твёрдой опоры под ногами.

Дверь наружу открылась без особых проблем, и мы оказались в небольшом узком коридоре, уходящим вдаль. Настолько безликом, что даже надоедливым мимикам прятаться было негде. Отсюда до конечной точки было уже рукой подать, но Ягодыня снова встала в позу:

– Если пойдём дальше, то нас развалят дикие турели. Надо их обходить.

Я сверился с картой и понял, что она была совершенно права. Впереди находилась область, помеченная как «территория повышенной безопасности». Но это смотря для кого. Вероятность быть там атакованными местными защитными системами равнялась ста процентам. С другой стороны, времени на обходные манёвры оставалось не так много. Всё же, крюк за гипсовой пушкой и другими примочками даром не прошёл.

– Прорвёмся, – заверил всех Любомир. – Там только лазеры. Их легко пройти.

– У нас нет от них защиты, – иронично развёл руками Девол. – Мы и одного выстрела не переживём!

– А как же зеркала? – искренне удивился инженер, и даже постучал по ним пальцем.

Мол, вот же они.

– А что нам от них?

Пришлось вклиниться уже мне.

– Физику изучать надо! Смотрите сюда, один раз показываю…

После чего я вытащил из кобуры «Дамский сверчок» и безо всякого предупреждения выстрелил из него по Велиону. Никто и ахнуть не успел.

Пистолетик, издав звонкое стрекотание, исправно выпустил яркий луч, который должен был, по идее, прошить бедолагу насквозь, вместе с его ношей. Но зеркальная поверхность ванного аксессуара без труда отразила выстрел в сторону ближайшей стены. Ибо даже будучи лазером, фотоны всё равно остаются самими собой и боятся любой отражающей поверхности.

Демонстрация вышла наглядней некуда. В отличие от пробитой стены, на зеркале осталось лишь небольшое потемнение на месте попадания. Только Велион едва не уронил себе его на ноги от неожиданности, вместе с челюстью.

Зато Любомир довольно улыбнулся и продемонстрировал мне отогнутый большой палец.

Ну, хоть кому-то понравилось.

Глава 65

Зеркал едва хватило до конца опасной зоны. Всё же выстрелы по ним не проходили бесследно – одно от перегрева повело в сторону, а второе и вовсе лопнуло у Велиона в руках.

Зато нам удалось значительно срезать путь и оказаться в точке сбора задолго до обнуления таймера. Большая часть выживших уже успела попасть внутрь зала, но несколько из них организовали что-то вроде досмотра возле входа, тщательно проверяя каждого нового игрока. Искали они вовсе не какие-нибудь запрещённые предметы, а те самые фломастеры, что выдавали каждому после возрождения. Теперь мне стало понятно, к чему вся эта свистопляска с крестиками на лице – переродившемуся чужому будет просто нечем вновь нанести себе метку.

Поэтому мы без особых возражений прошли контрольный пункт и добровольно сдали все пишущие инструменты. Заодно я поставил крестик и на Любомире, к его крайнему неудовольствию.

– Братиш, а ты знаешь, сколько раундов обходится без высших мимов? – спросил он меня, потирая разукрашенный лоб.

– Мало? – предположил я.

– Примерно один к пяти-шести, – прикинула Ягодыня, поправив спадающие после всей нашей беготни очки. – Это если все жертвы окажутся новичками. Но они, как правило, стараются не разбредаться.

– Получается, все эти предосторожности до одного места?

– Сейчас идет раунд сразу после «окна», – напомнил всем Девол. – Может, получится хоть кого-то вычислить на старте. Это сильно облегчит нам всем последний этап.

– А что там дальше по программе? – спохватился я.

– Снова летим, теперь до внутреннего кольца, – пожала плечами Ягодыня. – Точек входов несколько, они все тоже подсвечены, так что нужно просто топить к ближайшему. Снаружи нас будут ждать технопаты – это мимики, которые могут выводить из строя технику или подчинять её себе. Очень опасные твари, особенно в открытом космосе.

– Стрелять по ним хоть можно? – хмуро уточнил Велион.

– Если сразу не попадёшь – останешься на время без пистолета. Ваших резаков, кстати, это тоже касается.

– Зря разводные ключи выбросили… – вздохнул я.

Мы вошли в просторный зал, заставленный по периметру шкафчиками для экипировки. Те, кто уже успел привести себя в порядок после забега, облачались в точно такие же инженерные костюмы, в которых уже щеголяли мы, и прилаживали к ним широкие реактивные ранцы на место рюкзаков. Однако, расставаться с ними было не обязательно, так как крепления позволяли перевесить их на грудь.

Нам оставалось лишь обзавестись полукруглым шлемом со встроенным генератором кислорода и установить «джет-пак» на спине. Провести эту процедуру без посторонней помощи было невозможно, поэтому мы разбились на пары, помогая друг другу. Ко мне немедленно пристроилась Элли, Девол объединился с Велионом, так что Любомиру пришлось обслуживать Ягодыню. Само собой, что провозился он дольше всех остальных.

Стартовать игроки старались толпой, набиваясь в группы по пятнадцать-двадцать рыл. Так шансов благополучно долететь было гораздо больше. Мы подождали немного, пока в шлюз набьётся побольше народу, и отправились навстречу последнему этапу.

Из всех он должен был стать самым коротким, хотя на его прохождение отводился всё тот же час. Не зависимо от точки приземления, до перехода в центральную операционную нужно преодолеть всего один километр, но зато какой! Тысяча смертельно опасных метров, где каждый следующий шаг может стать последним. Примерно так описывали его наши опытные провожатые. А Любомир лишь загадочно ухмылялся.

Проблемы у нас начались ещё на этапе перелёта. Внезапно, откуда-то сбоку, к рою игроков ринулось несколько гибких тел, чернее самого космоса. Правда, самый крупный из нападавших не превышал метра, вместе со щупальцами. Кальмарчики, да и только.

Вот только жалили они очень больно.

Тех, кто не успел вовремя обесточить ранцы, накрыло мощным электромагнитным излучением. Они продолжали лететь, но теперь оказались не в силах как-то скорректировать свой курс или пополнить запасы кислорода в шлеме. Некоторые предприняли попытку отбиться от мимикронов, но они не успевали сделать и несколько выстрелов до того, как их оружие замолкало.

Я не стал даже тянуться к пистолетику. Тут нужен хороший навык, а мне в последнее время приходится чаще всего орудовать именно мечом. Вот когда один из «кальмарчиков» спикировал на меня, чтобы отгрызть кусочек себе на память, в дело пошёл промышленный резак. И то, лишь на мгновение, после чего я снова вырубил этот перфоратор от греха.

Инопланетные хищники налетали на нас ещё несколько раз, и одна из последних атак едва не унесла за собой Любомира. На выручку ему одновременно ринулись Велион с Элли, наплевав на собственную безопасность. Им удалось отбить инженера, но оба лишились практически всего оборудования.

Девчонку я, выжав всё возможное из своего ранца, перехватил у самого приёмника, а вот шпион со всего маху впечатался в обшивку кольца и мгновенно погиб. Любомир едва не отправился за ним, но сумел погасить собственную скорость, стреляя из гипсовой пушки. Какая-никакая, а отдача у неё всё же была.

Я кое-как затолкал их обоих в шлюз и немедленно запустил процедуру подачи атмосферы, чтобы они не задохнулись в своих обесточенных шлемах. Оставалось непонятной судьба Ягодыни с Деволом, которые в какой-то момент потерялись из виду, но вокруг было полно других входов на станцию. Так что сильно переживать за них не стоило. Ребята опытные и десантируются сюда далеко не в первый раз.

Наконец, аппаратура закончила закачку пригодного для дыхания воздуха, и мои спутники с немедленно сбросили запотевшие шлемы.

– Аллесс… – сквозь судорожные вздохи выдавила из себя Элли.

– Да уж, – согласился я. – Не каждый день так развлекаешься.

– Я знал, что тебе понравится, братиш!

Слегка пошатываясь, Любомир добрался до внутренней переборки и принялся колдовать над панелью управления. На его счастье, створки располагались чуть в стороне, ведь стоило им раскрыться, как внутрь влетел странный снаряд, оставивший крупный скол на противоположной стене. Зазвенело так, будто где-то колокол разбили. Я мигом оттеснил инженера в сторону и осторожно выглянул наружу.

За перемычкой располагался широкий перекрёсток, на котором держали оборону трое игроков. На нас они практически не обращали внимания, стреляя из-за укрытий.

Центральный коридор преграждала корявая баррикада, собранная из обломков мелкой бытовой техники и мебели, собранная из ближайших отсеков. Вся она была густо утыкана странными вытянутыми металлическими колышками, отдалённо напоминающими железнодорожные костыли. Точно такой же валялся сейчас в шлюзовой едва не прибив Любомира. И самое поганое, что долго отсиживаться там мы не могли. Да и невежливо занимать вход.

Стоило нам покинуть убежище, присоединившись к рассевшимся у стен защитникам, как их невидимый противник с громким хлопком послал очередной снаряд чуть повыше баррикады, едва не зацепив одного из игроков, под ником Форст911. Тот инстинктивно пригнулся и в сердцах выкрикнул куда-то в глубь коридора:

– Я тебе эту штуку знаешь, куда затолкаю?!

В ответ последовал лишь очередной выстрел. Видимо, угрозы на этих противников действовали слабо.

– С кем воюете? – спросил я другого игрока, по имени Инсектор.

– Да с дронами, мать их ети, – ответил он. – Там технопат засел, на нас этих тупых ботов агрит.

– А с другими направлениями что не так? – я кивнул в сторону свободных коридоров.

– Тот что слева, завален наглухо, – включился в разговор третий обороняющийся, именуемый как ТермиТ. – Там без гравитационной пушки не пройти. А справа закоротило терминалы, одного нашего там током убило… Насмерть.

– Тогда нам туда, – безапелляционно заявил Любомир.

И преспокойно зашагал прочь от баррикады. Игроки проводили его ошалелым взглядом, но останавливать не стали. Мы с Эльвирой без труда догнали погружённого в собственные мысли инженера, и пристроились по бокам от него.

Если среднее кольцо состояло преимущественно из грузовых и технических помещений всевозможной направленности, то внутреннее представляло из себя обширную сеть лабораторий. От совершенно нетронутых, где царили чистота и порядок, до полностью разгромленных, где даже прочные металлические стены были исполосованы в лоскуты. Несколько раз по пути попадались обычные мимики, но мы их чуть ли не пинками раскидывали. Всё же, после призрака и фантомов они как угроза уже не воспринимались.

Обещанная преграда из электричества, гудящими дугами гуляющего через весь коридор, обнаружилась уже через сотню метров. Здесь уже пахло не свежим озоном, а прогорклой горелой проводкой и жжёным пластиком. Разбушевавшееся энергия вырывалась из частично расплавившихся терминалов, зачем-то утопленных в стены. Понять, для чего они предназначались изначально, теперь мог один лишь Любомир.

Но отвлекать сосредоточенного инженера ерундовыми вопросами я не стал – есть дела и поважнее. Например, преодолеть эту электрическую аномалию.

Соседние лаборатории являлись тупиковыми помещениями, и через них пройти дальше было нельзя. Проскочить мимо хаотично передвигающихся дуг тоже не представлялось возможным, о чём свидетельствовала серая пыль на полу, оставшаяся от рискнувших туда сунуться смельчаков.

Огурцоф не стал повторять их подвиг, притормозив за несколько метров от ближайшего терминала, и вскинул свою любимую гипсовую пушку. Каким бы именно веществом она ни стреляла, своё название приблуда оправдывала полностью. Как известно, гипс является прекрасным строительным изолятором, поэтому яркие дуги стали тухнуть одна за другой, оказавшись не в силах пробить разрастающуюся светло-серую преграду. Через минуту коридор стал относительно безопасен. Задерживаться в нём я бы не рекомендовал, а вот наскоро перебежать – вполне.

Что мы и сделали, оказавшись у нового перекрёстка.

– Ну что, куда? – нейтрально поинтересовался Любомир.

По-хорошему, нам нужно было как можно быстрее нестись дальше, к выходу из лабиринта. Вот только позади остались зажаты другие игроки, которые не знают, что появился выход из ловушки, куда их загнали мимики. Конечно, мы им ничего не должны, но…

– Идём налево и разваливаем хлебальники всем, кого встретим, – решил я.

– Легко! – Элли радостно хлопнула в ладоши.

– Я в тебе не сомневался, братиш, – кивнул Огурцоф.

Мы повернули в сторону и направились мимо взломанных пустых клеток, как обычных металлических, так и силовых, от которых остались лишь покосившиеся крышки над постаментами. Скелеты в истлевших халатах попадались буквально на каждом шагу.

Первым противником, прикрывавшим тылы, оказался простенький дроид, не имевший даже антиграва. Вооружённый лишь слабеньким элекрошокером, он оказался намертво приклеен к стене плевком гипс-пушки. На добивание время тратить не стали – всё равно уже не выберется.

Следом на нас вылетели сразу два робота, напомнивших мне советский пылесос «ЯИК», представлявший собой шар с ребром жёсткости по экватору, к которому был приделан гибкий гофрированный шланг. Именно оттуда на огромной скорости вылетали металлические клинья, способные пробить нашу хлипкую броню насквозь, не хуже всякого лазера. Но мы с Элли не дали им толком попрактиковаться в стрельбе, распилив на дольки прямо в воздухе.

Не сбавляя скорости, наша боевая пара понеслась дальше, оставив Любомира задумчиво ковыряться в электронных потрохах. Мимики, вчетвером командующие маленькой робо-армией, оказались совершенно не готовы к нашему внезапному появлению. Засадный полк из нас вышел отменный. Большая часть дронов так и осталась воевать с троицей отчаянных игроков, а на выручку своим хозяевам рванули единицы. Но и те безнадёжно не успевали.

Единственная неудобность, с которой нам пришлось столкнуться – полный отказ лучевого оружия, но на него с самого начала надежды было мало. По дороге, в одной из уцелевших лабораторий, мы подобрали подходящий металлический штатив. Стоило его развинтить, как у нас на руках оказались добротные колья, годящиеся при хорошем замахе даже в роли дубинки. Мимиков они развоплощали – только в путь. Никакими фишками технопаты, кроме контроля над электроникой, похвастаться не могли и быстро отправились на свои инопланетянские небеса.

Теперь можно было считать, что за Велиона мы отомстили сполна.

Стоило последнему «кальмарчику» растаять, как дроны перестали вести себя, словно единый организм. Часть сразу же отрубилась, а остальные принялись остервенело колошматить друг друга. Теперь вывести их из строя не составляло никакого труда. Спустя минуту коридор напоминал пункт приёма цветного металла, а спасённые игроки покинули баррикаду и присоединились к нам.

– Вот это было круто! – оценил наш манёвр Форст. – Мы уж думали, что вы уже того…

– Не дождётесь, – хмыкнул я.

– Значит, вы прошли мимо электроловушки?

– Ага, загипсовали её…

– Эй, народ, – обеспокоенно привлёк общее внимание Термит. – Всё хорошо, но время поджимает. Поболтать и в «отстойнике» сможем.

– Что ещё за «отстойник»? – спросил я уже на ходу.

– Ты первый раз, что ли? – чуть удивлённо уточнил Форст, догоняя меня. – Это такое место, куда все попадают перед самой центральной. Там всю толпу просвечивают сканеры, и пока среди нас будут чужие, вход внутрь не откроется. Или пока они всех не сожрут, тоже как вариант.

– А как их вычисляют?

– Увидишь…

Мы оторвали Любомира от ковыряния в порубленной электронике и направились обратно по своим же следам. Вшестером передвигаться было гораздо комфортнее – каждый следил за своим участком и предупреждал, если в поле зрения попалось что-то подозрительное. Так нам удалось обезвредить несколько мимиков, подтянувшихся из лабораторий на запах добычи. Увы, мы оказались им не по зубам.

На перекрёстке наша группа зачистки повернула, согласно указателю, и продолжила сближаться с точкой сбора. Таблички располагались каждые пятьдесят метров, наглядно демонстрируя, сколько ещё осталось прошагать.

Но дойти без приключений не получилось – сначала дорогу преградил технопат, завладевший боевой турелью, которого пришлось обходить через сквозные лаборатории, а затем, прямо перед нашим носом, кто-то вручную захлопнул дверь. Да вдобавок ещё и заблокировал её с той стороны. Мне удалось рассмотреть лишь часть чей-то фигуры, облачённой в тот же инженерный комбез, что и мы, прежде чем створка скрыла хулигана окончательно. Всё ясно – перерождённый, собственной персоной.

Колотиться в преграду не имело никакого смысла, так что нам волей-неволей пришлось возвращаться к соскучившейся по стрельбе турели. Та исправно наводилась на каждого, кто показывался в длинном коридоре, и спустя мгновение начинала довольно метко лупить по цели лазером. В прошлый раз Инсектору обожгло руку и это ему ещё сильно повезло. Добраться до огневой точки у нас не было и шанса – за то время, пока будем к ней бежать, она всех по десять раз успеет продырявить.

Как назло, никакой подходящей защиты в ближайших лабораториях не нашлось. Всё оборудование было скрупулёзно расколочено в хлам, а в одной и вовсе прогулялся пожар. Пока мы бегали туда-сюда в поисках хоть каких-нибудь отражательных элементов, Любомир что-то тихо мастерил на одном из уцелевших верстаков, насвистывая себе под нос. Я не стал его тормошить, оставив Элли присматривать за инженером, и очень удивился, вернувшись из очередной вылазки и не найдя обоих на месте.

Точно надо будет ремень кожаный прикупить, покрепче…

Нигде, кроме как в смертельно опасном коридоре эта парочка диссидентов быть не могла. Мы опрометью бросились туда, но всё было уже кончено. Турель оказалась зацементирована ударной дозой гипса, замерев в одном положении, а где-то за ней Элли весело добивала штативом бедного технопата.

Не скрою, я тоже подумывал использовать чудо-пушку, но на такое расстояние она бы точно не шмальнула. Низкий потолок не позволил бы стрелять по навесной траектории, а сама турель наверняка продырявила бы стрелка, задержись он в прицеле лишнее мгновение. Однако, факт был налицо. Мы убедились в этом, когда подошли ближе к логову мимика и отыскали там мою довольную ученицу.

– Ну и как же вы его? – не выдержал я, на всякий случай ломая зафиксированное орудие.

– Твой братик машинку на дистанционном управлении забацал, – принялась объяснить Эльвира. – Примотал к ней ёмкость с гипсом и докатил её под самую турель. Аллесс, как просто!

– Простые решения – самые лучшие! – Любомир наставительно поднял вверх зелёный палец.

Я не стал с ним спорить, и повёл группу дальше.

Спустя сто пятьдесят метров, за которые нам встретился лишь один огненный фантом, получивший личный гипсовый памятник, (правда, без головы) мы вышли к пассажирской платформе. Та курсировала по оставшимся в строю радиальным тоннелям, выполняя роль станционного транспорта. Внешне она напоминала аккуратный остеклённый трамвайчик, с мягкими креслами в два ряда и удобными поручнями, только катился он не по рельсам, а скользил по магнитной подушке. И ещё контроллера с билетиками для комплекта не хватало.

Мы загрузились внутрь и облегчённо откинулись в креслах. На таймере обратного отчёта оставалось ещё несколько минут, так что платформа могла без проблем сгонять на точку сбора и вернуться обратно на станцию. Вдруг, ещё кто-нибудь сюда доберётся.

Поездка вышла любопытной, хоть и крайне быстрой. Полупрозрачный тоннель позволил напоследок спокойно полюбоваться здешним космосом, но очень скоро мы нырнули в круглое ядро «Омеги-3» и по бокам замелькали одни лишь безликие листы внутренней обшивки.

Трамвайчик притормозил на точно такой же остановке, за которой располагался пресловутый «отстойник». Это был огромный зал, куда больше всех остальных вместе взятых, не имевший даже кресел, по периметру которого было развешано множество экранов, транслирующих происходящее на внутреннем кольце в настоящий момент. Успевшие прибыть первыми игроки задумчиво ходили вдоль изображений, изредка общаясь друг с другом.

Помимо мониторов, в стенах располагалось несколько десятков двустворчатых ворот, через которые изредка проходили новые выжившие. Все входы, как под копирку, походили друг на друга, кроме странной постройки, напоминавшей гигантский спиралевидный затвор старинного фотоаппарата. Такой широкий, что через него и боевой андроид бы зашёл, не пригибаясь. Скорее всего, это штука являлась гермозатвором устаревшей конструкции, и нетрудно было догадаться, куда он вёл.

Первым делом, оказавшись внутри, мы принялись искать своих старых знакомых. Ягодыня, прибившаяся к другой группе, обнаружилась сразу, а вот Девол явился в зал одним из последних. Обоих порядочно раскидало в стороны во время налёта технопатов, и пробирались они сюда самостоятельно.

Нашлись среди массы охотников за генетическими улучшениями и другие знакомые персоны – ненавистник новичков Сорест и рептилоид, любитель кофе, назвавшийся Сликом.

К сожалению, выяснить, чего же нам ждать дальше, времени банально не хватило. Не успели мы переброситься с вернувшимися ребятами и парой слов, как вновь ожила система оповещения станции:

– Внимание, выжившие! Выход блокирован в связи с тем, что среди вас обнаружено присутствие чужеродного организма! Повторное сканирование будет выполнено через две минуты.

Таймера теперь стало целых два – один отчитывал время до нового поиска чужих среди игроков, а другой отмерял срок чуть больший – полчаса. Видимо, столько и будет длиться остаток раунда.

– Ну, понеслось! – громогласно прорычал рептилоид. – Для тех, кто не в курсе – явных подозреваемых пока нет. Одного мимика удалось минуснуть ещё на кольце. А значит, ещё как минимум один – среди нас.

– Вот и смысл от этих крестиков… – тихо пробормотала Элли.

– Он есть, раз кого-то вычислили ещё до «отстойника», – отозвалась Ягодыня. – Чаще всего, чужие сюда без проблем добираются.

– Братиш, – ткнул меня локтем в бок Любомир. – Сейчас начнётся.

– Веселье?

– Я бы так не сказал…

– Хорошо, а у тебя гипс ещё остался?

– На донышке, – безмятежно улыбнулся он.

– Так, не тупим! – продолжил громко вещать Слик. – Делимся на группы и выбираем подозреваемых. Никаких поблажек, иначе лично на хвост намотаю!

– А какой вообще смысл во всём этом? – непонимающе нахмурилась Эльвира. – Как будут выявлять скрытых морфов?

– Сначала, выберут тех, кто явился сюда один, либо на какое-то время отбивался от остальных, – хмуро ответил Девол. – А там их будут планомерно зачищать, пока не уничтожат того самого, или нас не останется так мало, что он сможет напасть в открытую. Они самые опасные из всех, что здесь обитают, так что ещё непонятно, кто кого…

– Получается, в подозреваемых ты и Ягодыня, – без особой радости пришлось признать мне.

– Вообще-то, я с другим отрядом сюда добралась… – начала было девушка, но наткнувшись на тяжёлый взгляд друга потупилась и со вздохом кивнула. – Хорошо, пойдём. Вместе не так страшно…

– Вам тут кое-кто компанию составит, – добавил подошедший Форст с компанией. – У нас Термитыч на электро пошёл ещё с одним чуваком, а вернулся один. Подозрительно получается.

– Говорю тебе, я не монстр! – яростно возразил обвиняемый. – Тути-Фрути сам под ток полез! Я чё, виноват?!

– Сорян, чувак, но мы не можем рисковать… Сам понимаешь.

Игрок понуро опустил голову и подошёл к Ягодыне с Деволом, собирающимся нас покинуть. Но уйти трое подозреваемых не успели, так как к нам неожиданно подлетел Сорест в сопровождении шестерых бойцов с пистолетами.

– У этой крест не такой, – он ткнул пальцем в изумлённую Эльвиру. – Мы вместе возродились, я помню!

Девчонка уже хотела выйти вперёд, и вправить ему вылезший склероз обратно, но в неё разом прицелились все, кто находился рядом, включая Форста с Инсектором. Их можно было понять – со стороны наше возмущение смотрелось крайне подозрительно.

– Сорест, – как можно спокойнее произнёс я. – Эллита была на протяжении всей игры со мной, и крестик у неё тот же самый, она его при мне рисовала. Он и тогда был, как у святого Петра, а не косой.

– Значит, ты тоже под подозрением, – сделал нехитрый вывод доморощенный следователь.

– Мы были все вместе, – подтвердил Любомир. – Нам нет смысла покрывать чужого.

– Вообще-то вы оставались вдвоём, когда уничтожали турель, – совсем некстати припомнил Форст. – Когда мы вернулись к коридору, вы были разделены. Ты бы не успел переродиться, а вот она была чёрт знает где, типа убивала технопата. Мы её не видели, пока не подошли к турели.

– Точно не мог? – уцепился за слова Сорест. – А если подумать?

– Нет, сто пудов, – покачал головой Форст. – Тайминг не сходится. Да и будь он чужим – стал бы морочиться с турелью? Он мог нас запросто тогда подставить всех, никто бы не ушёл живым. Кроме него.

– Хорошо, я тебе верю, но эту – точно в подозреваемые!

– Сорест, – я понизил голос, едва не переходя на рык. – Она точно не перерождённая, так что запомни кое-что. Если с ней что-то случится, то я тебя ровно на одну голову сделаю короче. Всё равно ты ей не пользуешься.

– Тише, братиш! – Любомир буквально повис на моей руке, не давая выхватить вернувшийся в строй резак. – Всё будет хорошо…

– Псих дело говорит, – бросил через плечо игрок, уходя. – Не кидай понты, целее будешь.

Подозреваемые, к которым неожиданно присоединилась и Эльвира, отправились в дальний конец зала. Компания Сореста отвалила в сторону, докопавшись до очередной группы. С нами остались лишь смущённые Форст с Инстектором.

– Ты уж извини, но правила есть правила…

– Зря вас спасли, – покачал я головой и пошёл поближе к подозреваемым.

Не буду же им объяснять, что мы здесь совсем не за пресловутыми «генками». Погрустневший Любомир поплёлся следом за мной.

Из тридцати восьми игроков, добравшихся до «отстойника», в потенциальных перерождённых определили семнадцать. Остальные, прошедшие перекрёстную проверку, потихоньку выстраивались напротив них с оружием в руках. Лишь Слик и ещё двое его друзей колдовали над небольшим терминалом у дальней стены.

Происходящее все меньше мне нравилось, но никто из подозреваемых не демонстрировал даже намёка на сопротивление. Наконец, меньший таймер истёк, и обе группы разделила прозрачная стена силового поля, по которому изредка пробегали голубоватые сполохи. В нашей половине зала всё осталось без изменений, а вот в соседней из-под пола выдвинулась здоровенная пушка, куда больше тех турелей, что мы встречали здесь до этого.

– А это ещё зачем? – удивился я.

– Высшего мимика так просто не убить, братиш, – с грустью в голосе проронил Любомир.

Бесстрастный женский голос вновь сообщил, что в помещении находится посторонний, правда теперь он оказался локализован в секции «два». Жаль, что больше силовых полей в наличии не имелось, иначе большую часть подозреваемых удалось бы спасти сразу, постепенно дробя группу.

– А если бы чужой остался бы здесь? – спросил кто-то из ближайших к нам игроков.

Новичок, видимо.

– То мы бы все оказались кончеными идиотами, потому что орудия здесь нет! – немедленно ответили ему. – Поэтому так важно отправлять туда всех, на ком висит малейшее подозрение. Окажись монстр среди нас, раунд уже бы закончился. Не в нашу пользу.

– Понятно…

– Понятно ему! Радуйся, что ты по эту сторону, и молись, чтобы его успели вычислить. Попыток не так много.

Я не стал уточнять причину такого беспокойства, так как с самого начала отметил, что поле скрыло лишь половину старого гермозатвора, но из-за его размера выйти наружу не составляло никакого труда. Единственное, что пока сдерживало переродившегося – остальные игроки, что даже будучи подозреваемыми, пристально следили друг за другом.

Новую двухминутку ознаменовало открывшееся интерактивное голосование, по итогам которого предстояло выбрать жертву. Пушка, при всей своей мощности, перезаряжалась очень долго, и могла убрать лишь одного за тик.

Разгорелось короткое, но бурное обсуждение. За наших практически никто не голосовал, так что кандидатами на расщепление стали Вангелис и Гуччи_Мэн, набравшие поровну голосов. Эти двое и в подозреваемые влетели одними из первых, так что это не стало большим сюрпризом, даже для них самих.

Хотя результаты для второй группы оставались недоступны, вплоть до самого выстрела. Беспристрастная пушка жахнула сначала в одного, потом в другого, но оба оказались чисты – рассыпались, как обычные люди. Да и система оповещения подтвердила, что монстр по-прежнему скрывается во второй секции.

К сожалению, такое экстремальное оправдание сразу же отправляло бедолаг на перерождение.

Следующей оказалась ещё одна раллекийская девушка, по имени Рейта. Когда турель навелась на неё, она обернулась к осудившим её игрокам и со злостью успела выкрикнуть:

– Я не монстр!

Выстрел показал, что так и есть, но для неё этот раунд уже закончился.

Голосовавшие расстроенно чертыхнулись, и запустили новое голосование. На этот раз в прицел попали и наши ребята. Больше всех из четверых стабильно набирал Термит, но его дважды спасали более подозрительные игроки. Когда дело дошло до него самого, Форст громко выругался и врезал от бессилия кулаком по едва различимому силовому полю. Никто из приговорённых так и не оказался скрытым чужаком.

Подозреваемых, которых всё больше колотила нервная дрожь, осталось всего одиннадцать. Не меньше нервничали и следователи, яростно обсуждая ту или иную кандидатуру. Пусть система выявления мимиков никогда не уточняла их количество, большинство склонялось к тому, что чужой был один, и его вот-вот раскроют. Между тем, осталось всего семь попыток.

– Слик, давай их на пары разобьём и по двое будем фигачить? – предложил рептилоиду его напарник по имени Френсис.

– Пробовали уже, не получится, – возразил тот. – Луч стабильно в одного бьёт. Сплешем ранить может, но не насмерть. Помучится придётся, чтобы отъехать. Никто на такое не подкинется, да и я заставлять их страдать не позволю.

– Тогда что?

– Как всегда, по старинке…

Очередной жертвой стал некто Рамз_Хаус, и снова мимо. За ним на перерождение отправились ещё двое, до последнего умолявших в них не стрелять, с тем же результатом. А дальше мнения голосовавших разделились сразу на троих – Девола, Органера и Лошарда. К счастью, мне удалось отстоять нашего товарища, пусть и вернувшегося в одиночку, припомнив, что чужой закрыл перед нами дверь во внутреннем кольце. Сделать этого он бы никак не успел, так как явился совсем с другой стороны. Мои доводы кое-как признали, поэтому под луч пошли другие подозреваемые. И если Органнер оказался чист, то Лошард при попадании завыл не своим голосом и ненадолго вспыхнул, будто бенгальский фонтан.

Явно нестандартная реакция.

Своды зала потряс счастливый многоголосый вопль. Кто-то хлопал друг друга по плечам, кто-то скакал на месте от переполнявших его эмоций, а некоторые радостно поспешили к шлюзу, предвкушая своё триумфальное появление в центральной операционной. Даже оставшиеся в живых подозреваемые не смогли скрыть громадного облегчения. Некогда ровный строй сбился в одну сплошную кучку из обнимающихся игроков, побывавших на волоске от смерти.

Вот только обнулившийся двухминутный таймер всеобщего энтузиазма не разделял.

– Внимание, выжившие! Выход блокирован в связи с тем, что во второй секции обнаружено присутствие чужеродного организма! Следующее сканирование будет произведено через две минуты.

Все замерли на местах, словно каменные истуканы, не в силах поверить в услышанное.

– Ну как так… – сокрушённо вздохнул Слик. – Ещё и третий…

У остальных, кроме сокрушённых матов, слов не хватало. Снова перед глазами выскочило окошко голосования, но всех внезапно опередил Френсис. Он подскочил к терминалу управления турелью и отдал приказ немедленно стрелять.

– Да что ты творишь! – рептилоид одним махом отправил товарища кувыркаться по полу.

Но было уже поздно.

Бездумный механизм беспрекословно выполнил команду, жахнув лазером прямо по скоплению игроков, которые так и не успели ничего понять. Двое сгорели насмерть, остальные отделались ожогами и контузией разной степени тяжести, разлетевшись в стороны. Лишь одной гибкой фигурке удалось вовремя отскочить, не получив практически никакого урона. К сожалению, это была не Элли, а Ягодыня, которая выбросила потрескавшиеся очки и направилась прямо к турели.

– Вот чёрт, это она! – выкрикнул кто-то из толпы.

– Да ладно…

– Прячьте пушку!

Я тоже не мог в это поверить до того самого момента, пока хрупкая с виду девушка взмахом почерневшей руки не перерубила массивное орудие практически пополам. От той только искры вперемешку с осколками брызнули. Вместо ладоней и части предплечья у переродившейся образовались треугольные обсидиановые лезвия, которые с лёгкостью крушили даже металл.

Покончив с главной угрозой, Ягодыня занялась теми, с кем ещё недавно сама находилась под прицелом. Лежачие особого сопротивления не оказали, а вот с остальными пришлось немного повозиться. Девол успел подняться и даже вскинуть пистолетик, но лазерный выстрел выбил из его подруги лишь небольшое чёрное облачко. Аккуратное отверстие в её плече мигом затянулось, оставив после себя лишь обожжённую прореху в инженерном комбинезоне.

А затем «Дамский сверчок» улетел в сторону, вместе с державшей его кистью.

– Прости, но мне очень надо выиграть, – извиняясь, произнесла девушка, протыкая его насквозь своей рукой.

Острое лезвие вышло у игрока из спины, но он всё равно успел прохрипеть до того, как рассыпался пеплом:

– Чёртовы… Мимики…

Еще один из подозреваемых открыл огонь из положения сидя, но его постигла та же печальная судьба – оказаться насаженным на острую конечность. Но тут в схватку вступила Эльвира, всё это время лежавшая поодаль от остальных. Сначала, видимо, она приходила в себя, а затем затаилась, выжидая подходящий момент.

Рыжеволосая мечница пружинисто вскочила на ноги и ринулась на химеру, которая только прикидывалась нашей соратницей. Той уже катастрофически не хватало времени, чтобы развернуться, тем более одна из её рук по-прежнему находилась в умирающем игроке. Поэтому она успела лишь немного прикрыться свободным лезвием, выставив его в блок. Я ожидал, что лучевой клинок как минимум оставит высшего мимикрона без руки, а как максимум – ещё и без головы, но тот неожиданно спасовал. От антрацитового лезвия врассыпную брызнули искры, но оно выдержало удар резака.

Воспользовавшись заминкой мечницы, с трудом удерживающей неудобный промышленный перфоратор обеими руками, Ягодыня с хохотом контратаковала второй конечностью. Пронзённый ей игрок как раз рассыпался тлеющей золой, перестав удерживать её своим телом. Защищаться Эльвире было решительно нечем, и лезвие без проблем пробило ей грудную пластину. Сила удара была такова, что пронзённую раллекийку ненадолго подняло в воздух, пока бесполезный резак не брякнулся на пол, в окружении кружащих хлопьев праха.

– Поле можно как-то вырубить? – прорычал я, с ненавистью глядя на довольную собой Ягодыню.

– Нет, – ответил где-то за спиной Форст. – Оно даже после конца раунда не пропадает. Теперь она дождётся следующего тика и спокойно прорубит шлюз. Всё, «Джи-джи»…

– Чего? – Я невольно обернулся.

– Гудгейм, – нехотя пояснил он. – Хорошая игра, в смысле. Жаль, что не в нашу пользу…

– Это смотря, как посмотреть, – загадочно скаламбурил Любромир, подходя вплотную к непробиваемой стене. – Эй, чудовище в образе человека! Зря ты племяшку обидела.

Я никогда прежде не слышал в голосе Огурцофа таких ноток. Прежде гибель игроков его никак не расстраивала, но сейчас он был крайне недоволен. Мягко говоря. Ягодыня, не замечая таких серьёзных перемен в инженере, с довольной улыбкой на лице встала напротив него.

– Припекает, да? Ну подумаешь, проиграли… Повезёт в другой раз.

– У тебя ведь сегодня ровно две недели? – неожиданно спросил даториец, снимая заплечный ранец.

– Да, так что я не могла упустить этот шанс. Рада, что ты всё понимаешь.

– Мне очень жаль, но тебе правда не стоило этого делать с племяшкой…

– Достал уже! Хочешь, чтобы я извинилась?

– Мне не нужны твои извинения, – помотал головой Любомир, взяв рюкзачок в руки. – Но меня вполне устроит твоя смерть.

– Слушай, аутист ты чёртов, сделай одолжение – взорвись со своей ненаглядной бомбочкой, пожалуйста! – вспыхнула девушка. – Такой момент портишь…

Она развернулась, и решительно зашагала к шлюзу, но её догнал ехидный комариный смех даторийца.

– Чё ты ржёшь, дебил?! – бросила Ягодыня через плечо.

– Я не могу взорваться, – Любомир открыл ранец и демонстративно высыпал его содержимое перед собой, заставив меня похолодеть. – Она ведь у тебя…

На полу оказались какие-то мелкие детали, пустые ячейки от гипс-пушки, куски всевозможных схем, паяльник и даже набор отвёрток. А вот самодельного взрывного устройства там действительно не было.

– Ты прикалываешься, даун?! – девушка резко обернулась.

– Сама посмотри, – безмятежно предложил Огурцоф.

Она рванула из-за плеч рюкзачок и торопливо его расстегнула.

– Ка-а-ак?!

– Фокус-покус! – он с поклоном развёл руками.

Но перерождённая уже не услышала ответа, скрывшись в ослепительной вспышке взрыва. Пусть нас и защищало силовое поле, по ногам будто битой ударило. Зал основательно так встряхнуло, заставив навсегда погаснуть большую часть экранов на стенах.

Когда взметнувшаяся пыль с гарью по ту сторону немного рассеялись, стало ясно, что от Ягодыни осталась лишь одна обугленная воронка. Чуть поодаль валялся дымящийся обломок закалённого лезвия, а другой торчал в соседней стене. Всё остальное словно испарилось.

Действительно, она же сама нам рассказывала, что мимикроны очень сильно боятся высоких температур. Спеклась, девочка…

– Слушай, братишка, – я указал на брошенный рюкзачок Любомира. – А действительно, как ты это провернул?

– Ещё на среднем кольце, когда лететь собирались, – охотно признался он. – Я заметил, что она тайком забрала фломастер той подруги, которую призрак убил. Решил вот перестраховаться…

– А если бы она оказалась невиновна?

– Тогда просто попросил бы не трогать свой рюкзак…

– Она могла полезть туда чисто из любопытства. С женщинами такое бывает.

– Повезло, значит.

– Внимание, выжившие! Чужеродных организмов не обнаружено! Выход разблокирован.

Шлюз плавно втянул лепестки-створки, приглашая не верящих в свою удачу игроков в покои центральной операционной. Но одному пересечь этот порог было не суждено. Я выпустил лучевое лезвие резака, сделав неожиданный выпад в сторону, и пробегавший мимо радостный Сорест потерял голову от счастья. Буквально.

– Ты что творишь, псих?!

Остальные отскочили от нас, как от прокажённых.

– Братиш обещал ему, если кто забыл, – примирительно улыбнулся Любомир.

– Да ну вас на…

Слик и остальные уже последовали внутрь, и дружки забывчивого игрока предпочли рвануть следом за ними. Связываться с нами они так и не решились. Вскоре мы и вовсе оказались одни.

– Тебе тоже надо идти, – тихо попросил меня Огурцоф.

– Не думаю, что это хорошая идея, – возразил я. – С моей удачей даже самые редкие гены могут прижиться с первого раза.

– У тебя же там станция, все дела…

– Сам знаешь, с ней пока всё глухо.

– Да там ничего сложного, – грустно улыбнулся мой побратим. – Всё дело в том, что в подпространство платформа нырнула уже на стадии разрушения. Там не действуют законы физики, поэтому она и сохранилась до наших дней.

– Значит, это неминуемо? – хмуро спросил я.

– Вовсе нет. Нужно просто смоделировать это состояние в точке выхода. Погасить центробежные силы, убрать всякую гравитацию…

– Как?!

– Ты разве не замечал, что разбившийся ящик, удерживаемый антигравом, не спешит разваливаться в открытом космосе?

– Мне и в голову не пришло колошматить манипулятором контейнеры, и смотреть, что получится, – признался я.

– Ну это же весело!

– Получается, ты с самого начала знал ответ?

– Да, но мне хотелось ещё хоть разок с тобой побегать…

Мы оба замолчали, но ненадолго.

– Внимание, выжившие! Выход вскоре закроется, поспешите!

– Иди, братиш, – Любомир подтолкнул меня в спину. – Я пригляжу за племяшкой…

– И чего ты её так называешь? – спросил я напоследок.

– Ну, для сестрёнки она как-то маловата…

Он снова тоненько захихикал.

– Может, всё-таки пойдёшь со мной? В нашем клане точно не соскучишься, поверь мне.

– Я верю, но… В следующий раз просто напиши мне, не трать столько времени.

– Ты не отвечаешь на мои мейлы, вообще-то.

– Пиши обычной почтой, адрес я тебе пришлю.

– Может, голубя ещё послать?!

– Не… – он зажмурился от удовольствия и добавил. – …Лучше сову.

Отступление

Долго маяться бездельем на станции, где я очнулся после удачного посещения «Омеги-3», не пришлось. Меня забрала Диана, дежурившая неподалёку на простеньком пассажирском челноке. Хреноватор выделил лучшего пилота клана не просто так – её бонусы позволили передвигаться по галактике значительно быстрей, экономя нам всем кучу времени.

Хотя сам он не собирался дожидаться моего триумфального возвращения, прибыв в систему Юфалли вместе с несколькими зафрахтованными грузовозами. Данный тип звездолётов обладал одними из сильнейших антигравитационных установок, что как нельзя лучше подходило для предложенного Любомиром плана. Я к выдёргиванию оплота К’Вонгов в нашу реальность безнадёжно не поспевал, даже пройдя спецрежим с первого раза, но при любом раскладе там возникнет целое море проблем, разгребать которое Болеслав в одиночку явно не собирался. Да и про грядущие битвы не стоит забывать, а они уже традиционно лежат на мне.

Вместе с Дианой на борту челнока неожиданно оказалась Шани, бросившаяся обниматься. Разведчице повезло пролететь мимо всех спецрежимов и очнуться в уловно-безопасной зоне, где её и подобрала закадычная подруга. Которая не смогла обойтись без подколов:

– Радуйся, Насть! Целую неделю без малолетки проведёте, а то и две.

– Дин, я ведь и врезать могу, – пригрозила Шандайн, отстраняясь.

– Зачем бить, если можно кое-что из ненужного отрезать, – хмуро добавил я. – Руки тебе, положим, нужны для пилотирования, а вот язык – что-то сомневаюсь…

– Ладно, ладно! – примиряюще улыбнулась наша средиземноморская гадюка. – Шуток совсем не понимаете. Я ведь тоже переживаю за нашу деточку, Эллиточку. Как же она там, бедненькая?

– …А ещё можно рот зашить, – задумчиво продолжил я. – Кушать будет неудобно, зато до точки выхода ты точно доживёшь.

– Всё, молчу!

– Вел приглядит за ней, не волнуйся, – успокаивающе произнесла разведчица. – А у нас впереди ещё целая прорва дел.

– Все ваши дела сейчас – это дрыхнуть, пока я везу ваши тушки обратно, – с ноткой зависти напомнила нам Диана.

– Не надо тут мученицу строить, там большая часть пути через подпространство будет, – осадила её Шани. – Отдыхать и тебе никто не мешает. А чтобы сильно не скучать при перелётах, могла бы Змея с собой взять.

– Костик занят, его Хреноватор припахал…

Я озадаченно потёр подбородок. Надо же, столько времени играем вместе, а реальное имя нашего прославленного хакера узнал только сейчас. Досье на каждого хранилось у Любомира в специальной клановой картотеке, куда у меня тоже имелся доступ. Но за всё время я туда так и не заглянул.

– Кстати, – я обернулся к напарнице. – Получается, ты – Настя, что ли?

– Для тебя я всегда буду Шани, – скромно улыбнулась девушка. – Меня прежде никто так не называл… А собственное имя я не люблю.

– Я бы тоже предпочла себе псевдоним взять, – мечтательно вздохнула Диана.

– Если мозгов на нормальный аккаунт у тебя сразу не хватило, тогда поменяй никнейм, – предложила подруге Шандайн. – Да, это дорого. Зато даже персонажи коситься в твою сторону перестанут. А то сейчас такое ощущение, что тебя просто туда-сюда по клавиатуре лицом возили.

Обе девушки коротко рассмеялись, а вот мне вдруг стало совсем не до смеха.

– Ну да, она ведь в игре не бесплотна… – пробормотал я, задумчиво прокручивая пиктограммы нейроинтерфейса.

– Что с тобой? – с беспокойством в голосе спросила Шани. – Случилось что-то?

– Ничего, пойду отдыхать, а то уже система ругается, – соврал я. – Ди, через сколько мы должны долететь?

– Часов пятнадцать-семнадцать, не меньше, – пожала плечами она.

– Тогда я пошёл, не скучайте.

– Ну вот! Только начали, и уже на боковую…

Не обращая внимания на кислые мины девушек, хотевших расспросить меня о подробностях вылазки, я устроился в жёстком пассажирском ложе и вышел из игры.

Слова, в шутку брошенные Шандайн, засели где-то в глубоко в голове, и заставляли меня раз за разом проговаривать их вслух. Даже холодный душ и крепкий кофе, привезённый дроном прямо на посадочный подоконник, не смог выветрить эту простую, на первый взгляд, фразу. Чем больше я прокручивал её в голове, тем больше понимал, что ухватился за неё неспроста.

– Возили лицом по клавиатуре…

Попивая кофе, я поднялся наверх, но Эльвиры там не обнаружил, её капсула проводила перезарядку питательного раствора. Хотел набрать было ей, но передумал. Утро уже было в разгаре, даже на улице рассвело. Так что моя воспитанница, скорее всего, просто умотала на любимую тренировку. Выпустить пар и подразнить молодых тренеров, как же, знаем…

Хорошо, никто отвлекать не будет.

Вернувшись вниз, я устроился прямо на полу в позе лотоса, и отключился от внешнего мира. Выровнять дыхание получилось с большим трудом – давненько не практиковал такой интенсивный мыслительный штурм. Сердце, разогнанное горячим напитком, успокоилось куда позже, сполна успев насытить мозг кислородом.

Ему предстоял солидный объём работы, а там и до банального перегрева недалеко. В таком же состоянии я был способен находиться часами, без снижения КПД.

А теперь вернёмся к нашим бесплотным баранам…

От погружения в глубины сознания меня отвлекло легкое касание за плечо.

– Эй, ты там спишь, что ли?

– Нет, – я потянулся, возвращая телу гибкость. – Кажется, до меня дошло наконец, как они это делают.

– Кто, «Призраки»?!

– Да.

Эльвира, бросив рюкзачок со сменкой в угол, присела напротив, поджав ноги под себя. Она не изменяла своим вкусам и щеголяла в красно-чёрном спортивном костюме, пусть и утеплённом. Часы, между тем, показывали половину четвёртого.

– Говори, ну!

– Для начала, ответь мне, как ты печатаешь? Здесь, в реале.

– Ну, так… – она немного смутилась. – Голосом, в основном, Оно же само потом, либо в аудио остаётся, либо перегоняется в текст. Если прям нужно набирать, то на экране комма, или вот…

Она указала на столешницу, на которой проявлялась клавиатура. Я и сам чаще всего работал за ней, попивая кофеёк. А вообще, для этих целей подходила любая ровная поверхность, на которой могли быть видны голографические буквы. Хоть пол, хоть спина соседа.

– А в игре?

– Ну, прямо там, в интерфейсе… – она непонимающе замотала головой. – К чему ты клонишь?

– Подожди, – попросил я её. – Теперь внимательно. КАК ты там печатаешь?

– Да так же. Пальцами!

– А что мешает тебе делать это здесь?

– Ну это же голограммы, они неосязаемые! Датчик движения сработает, но это годится, разве что, окна рукой перелистывать.

– Всё верно, им нужен какой-то объём, чтобы возникали тактильные ощущения. Как наш стол, к примеру, или стена…

– Объём? – переспросила Эльвира. – Никогда об этом не думала… И при чём здесь «Призраки»?

– А что, если существует способ придать голограмме объём? – спросил я, затаив дыхание. – Чтобы можно было печатать прямо в воздухе, к примеру. Или в голографический мячик поиграть.

– Как это?

– Понятия не имею – я не физик. Ты просто представь.

– Хорошо, тогда получается… – она кивнула и тут же осеклась. – Если хватит плотности и массы… Аллесс, так это же идеальное орудие преступления! Достаточно просто изменить скрипты поведения моделей. А после отключения программы или питания, они попросту исчезнут.

– Всё верно. Я уже давно заметил, что всё оборудование каждый раз оказывается размолочено в труху. Если мои выводы верны – это банальное заметание следов.

– Но неужели никто не заметил следов каких-нибудь посторонних устройств? – удивилась моя юная помощница. – Железо, это ведь не софт, что-то должно было остаться!

– Видимо, они действуют извне, – поделился я предположением. – Ведь им как-то удаётся дистанционно вырубать электронику.

– Ну аллесс новости… Они же есть в каждом доме, офисе, вообще везде! Даже у нас…

Девчонка, вздрогнув от своих собственных слов, посмотрела на порхающих неподалёку тропических бабочек. Те, будто привлечённые громкими голосами, слетались к нам со всей квартиры, собираясь в немаленькую такую стайку.

– Чего это они… – сдавленно прошептала Эльвира.

Одно из голографических насекомых, спеша присоединиться к остальным, пронеслась прямо между нами, гоня радужные крылышками ощутимую воздушную волну. На пол плавно опустился срезанный золотисто-рыжий локон, а у меня внезапно заныла скула. Я машинально потёр её и наткнулся пальцами на ручеёк крови, струившийся из глубокого пореза. Обычный человек от такого орал бы уже прирезанным поросёнком, но у меня и так немаленький болевой порог заметно вырос после разморозки.

За спиной у ошалевшей Эльвиры замерла Лидия, которая всеми силами пыталась прикрыть её своим телом. Увы, но оно было бесплотным, в отличие от разноцветных насекомых.

– Беги!

Я что было сил дёрнул девчонку за руку, придавая ей ускорения. Приземлилась она уже на ноги, но выскочить из апартаментов не успела – часть бабочек клубились как раз напротив входной двери, напрочь отрезав нам возможность спастись. Девчонка едва успела разминуться с одиночными голограммами, резко изменив направление бега. Я уже нёсся вслед за ней, заработав пару рассечений в спине, и едва успел среагировать на манёвр. Всё-таки в скорости я ей уступал на порядок.

Укрыться посреди нижнего этажа, представлявшего собой открытую студию, можно было лишь в душевой. Куда мы и влетели через секунду, захлопнув за собой дверь. Бабочки сюда и в обычном состоянии не залетали, а сейчас и подавно.

– Ты как?

Первым делом я осмотрел подопечную, но кровавых подтёков нигде не заметил. От сердца немного отлегло.

– Норма, – она продемонстрировала вспоротый рукав спортивной толстовки. – Они острые, как бритва!

– Представь себе, заметил.

– Аллесс, ты ранен! – она взглянула мне на спину. – Надо кровь остановить!

– Это просто царапины, забей, – я подрагивающими пальцами вытащил из кармана штанов заветный блистер с последней оставшейся капсулой.

Запил витаминку водой из-под крана, заодно и смыл немного кровь с лица. Жора, земля тебе пухом, который раз уже спасибо говорю…

В дверь отчётливо забарабанило, будто в неё щедро брызнули гравийкой из-под колёс. К счастью, она не имела прозрачных стеклянных или пластиковых элементов, но и металлической прочностью похвастаться не могла. Рано или поздно, её всё-таки вынесут.

– Дай сюда комм.

Мой коммуникатор остался на столике посреди центрального помещения, и добраться до него целиком я уже точно не мог. Чёртовы бабочки, которые раздражали меня с самого начала, из меня заготовку для шаурмы сделают ещё на полпути. А вот у Элли многофункциональный гаджет, заменявший собой и телефон, и личный компьютер, и много чего ещё, находился при себе.

– Не работает!

Закусив губу, она несколько раз пыталась оживить приборчик, но тот оставался лишь чёрным зеркальцем на её запястье. Надо полагать, что тревожная кнопка, вызывающая охрану на этаж, тоже не сработает.

– Обложили нас, – пришлось констатировать мне.

Проклятье, до чего же не вовремя! Я должен был находиться в специально оборудованной квартире, а не в чужих апартаментах, да ещё с девчонкой на руках! Почему именно сейчас?!

– Может, они узнали, что ты их раскусил? – предположила Эльвира, снимая с себя порезанную толстовку.

Я понял, что последний вопрос прошипел вслух.

– Нет, жучков в квартире нет, проверял уже. Да если бы и были, я ни с кем, кроме тебя этим не делился. А им к каждому покушению готовиться надо. Похоже, что это просто совпадение. Меня решили зачистить, как и других игроков. Видимо, всё же узнали про поиски оплота К’Вонгов, другого объяснения пока не вижу.

– Нам аллесс как повезло! Не среагируй ты на них, мы бы сейчас уже мертвы были, – заметила Элли. – Но дальше что? Мы не можем вызвать помощь, а скоро они всё равно к нам прорубятся. Может, попробовать выскочить, и отрубить питание в квартире?

– Бесполезно, – покачал я головой. – У капсул мощные энергоячейки, их ещё на час-два точно хватит. С проекторами сложнее, но уверен, что их выключит только физическое воздействие. А нас в первую же минуту в капусту порубят.

– Так, подожди, – она кивнула в сторону выхода. – Они ведь не просто так стали настоящими. Ты сам говорил, что это, скорее всего, какое-то воздействие извне. Вряд ли «Призраки» сидят где-то далеко, им ведь точно наводиться на квартиру надо. Ведь нигде у соседей их жертв необъяснимых погромов не происходило, так ведь?

Мысль была интересная. Правда, убийств во всяких бункерах это никак не объясняло. Но что про них я знаю, кроме рассказов Георгия? Охранные компании очень неохотно сливали информацию – утечки для них были сродни потери репутации.

В любом случае, подавляющее большинство известных погибших находились, пусть в охраняемых, но главное – стационарных помещениях. А всякие переездные «джамперы» здравствуют по сей день.

– Думаешь, у нас там какая-то установка прямо под окнами стоит?

– Я уверена, – твёрдо заявила Элли, завязывая волосы в тугой пучок. – Нам повезло ещё в том, что мы оказались здесь вместе. Помнишь, сколько было парных покушений?

– Единицы, – кивнул я. – Но чаще всего родственники жертвы либо отсутствовали дома, либо ничего не слышали, лежа в капсулах в других комнатах. Случайных жертв практически не было – погибали лишь игроки.

На кафельный пол между тем полетела майка-разлетайка, а за ней и штаны. Элли осталась в тугом компрессионном топе и нижнем белье – шортиках.

– Ты чего удумала? – строго спросил я.

– Эта одежда меня тормозит.

С этими словами она полезла в шкафчик над умывальником и достала оттуда коробочку с порошком, оказавшимся чем-то вроде талька. Им моя поклонница тщательно сдобрила ладони, будто гимнастка перед выступлением.

– Даже не думай!

– У нас нет другого выхода, – спокойно ответила она, закрывая шкафчик. – Я отвлеку их на себя, а ты прорвёшься наружу. Я ловкая, в зале они меня не достанут. А вот тебя – легко, ты аллесс какой медленный.

– Ты понимаешь, что это не игра?!

– Конечно. Но нам не выйти из квартиры вдвоём. Либо оба здесь погибнем, либо ты выйдешь на улицу и найдёшь эту штуку. Там наверняка будут «Призраки», а с ними я точно не справлюсь.

Дверь с каждой минутой всё больше трещала, заглушая наши голоса. В одном Элли была совершенно права – времени на раздумья у нас уже не оставалось. С другой стороны – зрение всё больше обретало резкость, а дрожь в руках постепенно сходила на нет. Стимулятор начал действовать, ненадолго превращая меня в такого, каким я был прежде.

– Ты точно сможешь от них убежать?

– Конечно, это же не пули! – улыбнулась она. – Я часто раньше так развлекалась, когда хотела размяться.

– Тогда поехали.

Я оторвал изогнутую дверцу от душевой, которая по заверению производителя была из калёного стекла. Щит из неё вышел так себе, но других вариантов у нас не было.

Следующим варварскому демонтажу подверглась сушильная установка, представляющая из себя помесь фена и корабельного прожектора. Мощным потоком тёплого воздуха этот аппарат был способен высушить человека в считанные секунды, дабы тот не щеголял в полотенце по квартире. К сожалению, кабель питания оказался намертво вмурован в стену, поэтому далеко его было не унести.

– Ну всё, готова?

Элли порывисто меня обняла и, встав на носочки, чмокнула так звонко, что даже бабочки за перегородкой на мгновение притихли.

– Спаси меня… Снова.

– Не вздумай умирать! Выпорю, так и знай!

Ждать дальше было нельзя – измочаленная дверь стала покрываться трещинами. Голографические убийцы не знали усталости и работали с упорством пескоструйной машины, перемалывая древесину в мелкие опилки.

Элли, дождавшись моего кивка, распахнула несчастную створку и ринувшиеся было внутрь бабочки оказались сметены горячей воздушной волной. Всё же, при их убийственной остроте, голограммы оставались очень лёгкими. Будь у нас портативная тепловая пушка, спокойно дошли бы до самого выхода вдвоем, под ручку.

– Давай!

Моя помощница ужом юркнула в образовавшееся свободное пространство и выскочила на оперативный простор. Большинство бабочек тут же ринулись за ней, позволив и мне покинуть ванную комнату. Тех же, кто пытался на меня налететь, встречало крепкое полукруглое стекло. Правда, даже на нём оставались царапины.

Этим импровизированным щитом я на скорости продавил ту группу, что дежурила у выхода, не делая попыток уйти с места. Сам заработал лишь несколько порезов, но это сущие пустяки.

А вот у самого порога едва не произошла катастрофа – душевая дверца всё-таки не выдержала и лопнула на несколько кусков, оставив у меня в руке жалкий огрызок вместе с ручкой. Я изо всех сил рванул входную дверь, прекрасно понимая, что никак не успеваю. Она открывалась наружу, так что на воздушную волну не стоило и надеяться. Однако я вывалился в общий коридор не исполосованным в лоскуты, хотя точно должен был.

Перекатом ушёл ещё дальше, и только тогда позволил себе мимолётно обернуться. Проклятые бабочки продолжили преследование, порхая прямо надо мной, но вот вреда они уже не наносили, превратившись обратно в безобидные голограммы. Значит, Элли всё же оказалась права – что бы это ни было за явление такое, у него имелись чётко очерченные зоны. Жаль, что осознавшие свою беспомощность насекомые друг за дружкой возвращались обратно в квартиру. Не выманишь…

– Элли, я выбрался, держись!

Она не ответила, но я продолжал слышать лёгкий топот и звон бьющейся посуды и всяких безделушек на полках. Только живи…

Кабина лифта, будто решив мне подыграть, ждала буквально на соседнем этаже. Бурлящий в крови адреналин толкал спускаться по лестнице, но это стало бы лишь бездумной тратой времени и сил. Выходы из дома наверняка под наблюдением, и стоит мне показаться на крыльце, как группа контроля попытается меня устранить. Не может же её не быть…

Губы против воли исказила кровожадная улыбка. Окружающий мир потерял краски, зато стал очень резким и контрастным. Руки больше не дрожали, пожалуй, сейчас я был способен и на пианино партеечку сыграть. Странно, но Лидии поблизости нигде не наблюдалось, хотя она в такие моменты частенько хотела надавить на мою притаившуюся совесть. Видимо, даже у неё не было сомнений в том, что мне нужно снова стать зверем.

Единственное, к чему я совершенно оказался не готов, выскочив из дома, так это к плотному снежному покрову, укутавшему город. Тучи плотно затянули небосвод и хмуро грозили добавить ещё. Надо же, зима в который раз подкралась незаметно…

Правда, намело не по колено, как у Робика на родине, поэтому передвигаться получалось без особых проблем. Я вскачь понёсся к заветной бетонной клумбе, где располагался наш тайник. Домашние спортивные тапочки, напоминающие стародавние кеды, мгновенно промокли, но хотя бы не соскальзывали.

У самого основания тумбы имелась небольшая полость, оставшаяся от вывалившегося камня. В своё время Элли значительно расширила эту выемку, и туда вполне поместился компактный полимерный пистолет, купленный на Барахолке. В нём помещалось всего одиннадцать патронов, зато его можно было буквально носить в заднем кармане брюк.

Будто охотничий пёс, я быстро раскидал снег и камни, вытащив на свет божий плотный пластиковый пакет. Вот теперь можно и повоевать…

Стоило мне чуть высунуться из-за клумбы, как от неё тут же брызнула бетонная крошка, а между высоток заметалось эхо тихого хлопка. Вот и контроль пожаловал, но мне с ним танцевать долго некогда.

В пакете, кроме запасного магазина, лежали три дымовые шашки, которые я немедленно использовал, раскидав их стороны. В клумбу ещё несколько раз цокнуло, по старой памяти, но меня за ней уже не было. А придомовой скверик всё сильнее стало затягивать непроглядной взвесью, кое-где снижая видимость не дальше собственного носа.

Вычислить стрелка на такой короткой дистанции было довольно просто, и он сам это прекрасно понимал. Но попытка сменить позицию для него вышла крайне неудачной – в спешке он не заметил упавшей ветки, прикрытой снегом, и выдал себя с головой. Я выстрелил несколько раз на звук, и судя по короткому вскрику – попал. Правда, в следующую секунду меня самого едва не продырявили, но пули приняло на себя дерево, за которым я укрылся. Благо, вооружены ребята оказались маломощными машинками с дозвуковыми патронами, иначе моя история тут же и закончилась бы. Тот же «Вихрь» без труда прошил бы нас обоих навылет бронебойной пулей.

Будто услышав мои мысли, застрекотала уже взрослая очередь, из чего-то автоматического. Вот это уже другой разговор! Ближайший кустарник будто скосило, да и несчастному дереву тоже досталось. Снова спас дым, не позволивший второму стрелку толком прицелится. Поняв свою ошибку, он затих.

А ведь был ещё где-то недобитый первый… Пользуясь завесой, я сместился ближе к подстреленному, тщательно выбирая место, куда ставлю ногу. Тот наверняка был ещё жив и мог очень больно огрызнуться в ответ.

К счастью, вместо того, чтобы тихо залечь и ждать меня, он попытался уползти к высоким зарослям кустарника, росшего на границе сквера. За что и поплатился. Под его плотной курткой вполне мог оказаться бронежилет, поэтому пришлось ему немного пораскинуть мозгами. Второй тут же принялся снова строчить, наплевав на маскировку, но лишь испортил пейзаж. Досталось и машинам, стоявшим неподалёку, отчего у некоторых сработала сигнализация. В этой какофонии мои передвижения были практически не слышны.

К убитому я лезть не стал, а наоборот, отступил чуть назад, занюхать тактическим дымком. В моей ситуации любой здравомыслящий человек постарается выскочить отсюда и уйти через парковку прочь, где его уже не достанешь. Волей-неволей стрелку пришлось приблизиться, чтобы отсечь это направление. Время работало против него – в любой момент сюда могли подрулить представители правопорядка, воевать с которыми ни один здравомыслящий наёмник не захочет.

О том, что я тоже крайне тороплюсь, противник не знал. Посему я просто подкараулил перебежку, правильно оценив направление, и пристрелил его без всяких затей. Расстояние было минимальным, поэтому промашки не случилось – пуля влетела ему прямо в лицо, выбив небольшое алое облачко. Не зря меня столько дрючили в своё время. Опять повезло наткнуться не на «бывших», а на обычных исполнителей, которые только и могут в спину с пару метров зажать. Даже окружить грамотно не смогли.

Хотя бравировал я совершенно зря – стоило мне только высунуться из кустарника, как нос к носу столкнулся со спешащим куда-то крепышом в чёрной шапке. Понятное дело, что он совсем не утюг дома забыл, но и выстрелить у меня не вышло – спустя долю мгновения мы покатились кубарем по земле. Всё что успел – выбить пистолет из его рук, но и сам остался без оружия. Мужик оказался не промах, а в физическом плане я по-прежнему сильно уступал себе прежнему.

Не растерявшись, киллер всем своим немалым весом навалился сверху, максимально сковав мои действия. И понемногу принялся меня душить. Действовал он крайне грамотно, не делая даже попытки дёрнуться за стволом, который лежал совсем рядом с нами. Кислород неумолимо заканчивался, а сердце все ощутимее стучало в голове.

Оставался лишь один выход – скинуть последние остатки человечности.

Я закрыл глаза, отдавшись преследующему меня кошмару. Картинка за столько лет нисколько не поблекла, будто всё это произошло только вчера. Мои руки в крови, затухающий взгляд Лидии, и ощущение своей полной беспомощности, от которой хотелось выть волком. Я не смог…

Пожалуй, мой рык было слышно в соседнем районе, заставив всех собак испуганно прижать хвосты. Глаза стала застилать красная пелена, но не от недостатка кислорода, а от жгучей, разъедающей душу ярости.

Бедный мужик даже и не понял, что случилось. Еще секунду назад он практически победил, а сейчас валялся в грязном снегу, суча ногами, и безуспешно пытался прикрыть ладонями разорванное горло. Ну, зато ангина теперь ему не страшна.

Я выплюнул его кадык и первым делом подобрал свой выпавший пистолет. Мало ли, кто ещё на эту вечеринку заявится. Внутрь набилось порядочно снега, но это была сущая ерунда. Трофейный трогать не стал – пусть тот и мог похвастаться интегрированным глушителем, сейчас от соблюдения тишины не было больше никакого проку. Да и привычное оружие надёжнее, чем невесть что, которое даже ни разу в руках не держал.

На парковку я вышел в полный рост, оставляя за собой алую дорожку. Поблизости не было ни единой души, будто вся округа внезапно вымерла.

Итак, что дальше?

Увы, но спросить было решительно не у кого. Значит, придётся немного поразмышлять. Элли, потерпи ещё чуть-чуть…

Допустим, это действительно какая-то установка. Где её лучше всего расположить? В съемной квартире? Вряд ли – это надо шерстить предложения, проводить оплату, заносить и выносить оборудование… Опять же, в частном секторе подходящего варианта может и вовсе не найтись.

Нет, куда проще сделать её мобильной и передвижной. Так их будет очень тяжело засечь…

Оглядевшись, я зацепился взглядом за потрёпанный фургон службы техподдержки вирткапсул. Той самой, которая отвечает и за монтаж оборудования, и за её бесперебойную эксплуатацию. В том числе – и замену питательной жидкости. А ведь именно эти ребята имеют доступ в дом практически к каждому игроку, где бы он ни находился.

Как любопытно…

Не колеблясь, я потопал прямо к нему, ощущая на себе чей-то пристальный взгляд. Какой-то хитрец решил пропустить меня мимо и спокойно расстрелять со спины, но совсем забыл, что нельзя долго смотреть на свою жертву.

Она может это почувствовать.

Я резко ушёл за соседний автомобиль, у которого тут же стекла покрылись густой сетью трещин, и высунулся уже с другой стороны. Стрелком оказался работник техподдержки, в фирменной синей куртке и комбинезоне. Он до поры успешно прятался за широким внедорожником, но от пуль это его всё равно не спасло. Вряд ли он носил бронежилет, но я всё равно подошёл упавшему и произвёл контроль. Итого, минус четыре. День точно прожит не зря.

Однако, «технарю», в отличие от его покойных коллег, всё же удалось в меня попасть. Пуля угодила на два пальца правее левого плеча, но наружу так и не вышла. Видать, понравилось во мне.

– Сиди там тихо! – погрозил я ей вслух и направился открывать коробку с подарками.

Так дети себя чувствуют на дне рождения, распутывая праздничные ленточки. В салоне было пусто – водитель, видимо, остывал где-то на улице. А вот кузов оказался заперт, но разве это проблема? Три пули в район замка, и дверцы смог бы распахнуть даже ребёнок. Главное, стрелять под углом, а то подарок может испортиться раньше времени.

Внутри, как я и полагал, оказалось полным-полно всякой хитрой аппаратуры, так что предосторожность оказалась не лишней. Заведовал этим маленьким центром запуска, перепуганный до мокрых штанишек худощавый субъект с тонкими усиками под носом. Он тоже был одет в спецовку, вот только никаких попыток сопротивляться не предпринимал. А увидев меня, вымазанного буквально по уши в крови, едва не грохнулся в обморок.

– Эй, не спать!

Я голодной пантерой запрыгнул в кузов и наотмашь саданул «технарю» по лицу ребром кулака, держащего рукоять пистолета. Взбодрился он мгновенно, но вот завонял ещё больше.

– П-пожалуйста, не убивайте…

– Вырубай!

– Что? – он непонимающе вытаращился на меня.

Второй удар заставил его голову мотнуться в сторону. Каюсь, едва не перестарался – нервы уже ни к черту.

– Вырубай всё немедленно!

– Сейчас-сейчас…

Оператор суетливо забарабанил пальцами по интерактивной панели, капая на неё кровью из разбитого носа. Я не стал на него прикрикивать, чтобы он поторопился, прекрасно понимая, что сделаю только хуже.

– Г-готово… – он шумно сглотнул перехваченным спазмом горлом.

– Голограммы снова бесплотные? – уточнил я.

– Да, п-программа деактивирована… П-послушайте, я вам п-пригожусь, правда!

– Хорошо. Сколько вас здесь было?

– П-пятеро, вместе со мной… Я готов сотрудничать! Это сложное обору…

Договорить он не успел – пуля вошла ему точно под подбородок и разбросала бесспорно умные мозги по всему кузову.

– Без сопливых разберёмся.

У меня совершенно не было времени на пустую болтовню. Наверху заждалась Эльвира, да и Убивашке я пообещал пленных не брать. Так что, без обид.

На улице вовсю завывали полицейские сирены, но мне было совершенно на них плевать. В магазине оставалось целых пять патронов, и остановить меня не получилось бы и у танкового взвода.

Обратный путь дался гораздо легче, хотя ноги всё больше наливались тяжестью, а левая рука почти не слушалась. Дым практически рассеялся, выставив неприглядные результаты короткой перестрелки на всеобщее обозрение. Глазеющих хватало, хотя они все предпочли наблюдать через толстые стёкла. Не стали исключением и доблестные охраннички, так и не покинувшие своего поста.

Правда, входную дверь они всё же заблокировали, надеясь оставить меня снаружи.

– Эй, я здесь живу, вообще-то!

Магнитный замок отключился уже после второго выстрела в электронную панель доступа. Зачем вообще нужны все эти ключи, если есть такая замечательная открывашка?

Я спокойно прошёл через запищавшую рамку, погрозив пистолетом прямо в объектив камеры наблюдения, и вызвал лифт. Никто из каптёрки и носа не высунул. Ну и славно.

Поднимаясь наверх, я безуспешно гнал от себя дурные мысли, сменяющиеся картинками нашей короткой беззаботной жизни. Вот мы с Эльвирой дерёмся на палках, вот она снова пытается впихнуть в меня какую-то экологически чистую и полезную дрянь… А вот она вырубает человека, который едва не превратил меня в решето, и радуется, как ребёнок, когда я приглашаю её в ресторан… Образы такие яркие и детальные, будто скриншоты, сделанные в игре. Даже и представить себе не мог, насколько сильно они отпечатались в моей памяти.

Стоило только кабине достигнуть нужного этажа, как я выскочил оттуда распрямившейся пружиной. Дверь по-прежнему оставалась нараспашку, но возле неё никого не было. Внутри квартиры царил форменный разгром, словно здесь комбайн прокатился. Все стены в царапинах, включая лестницу на второй этаж. Мебель не то, чтобы в труху, но трогать её не стоило – того и гляди, рассыпется.

Посреди этого хаоса лежала изрезанная Эльвира, на которой практически не осталось живого места, в луже собственной крови. Настолько большой, что я вздрогнул, когда она внезапно открыла веки и уставилась на меня разноцветными глазами, полными боли.

– Мы… Победили?

На её губах тоже пузырилась кровь, словно той надоело находиться внутри, и она всеми силами рвалась наружу.

– Да, они все мертвы. Установка у нас.

– Прости… – её веки снова сомкнулись. – Я тебя…

– А вот этого не надо! Ты будешь жить!

Я лихорадочно огляделся в поисках хоть чего-нибудь, чем можно было остановить кровь. И выиграть ей хоть немного времени до приезда врачей. Пусть её ради этого пришлось бы как мумию завернуть в бинты.

– …люблю…

Вдоха за этим выдохом уже не последовало. Да что ж такое! Неужели, снова?! Всё повторяется, словно по кругу…

Я заскрипел зубами, терзаемый теми же чувствами, что и тридцать лет назад. Может, это мне наказание такое, за все мои грехи? Я ведь обещал себе не втягивать её, но так и не смог…

Элли столько раз не задумываясь отдавала свою жизнь за меня в игре, будто так и надо. Но здесь нет точек возрождения! Смерть в реальности окончательна, и обжалованию не подлежит.

Так, стоп. Капсула возрождения… Вирт-капсула, она же медицинская, мать её!

Я мигом подхватил тело Эльвиры на руки, не обращая внимания на жгучую боль в плече. Какая же она всё-таки лёгкая…

Крышка высокотехнологичного саркофага отошла в сторону от одного пинка. Я без всплеска погрузил израненную девушку в густой раствор и нацепил на бледное лицо маску. Теперь сущие пустяки – терминал, «смена пользователя», есть! «Калибровка», запуск…

Я сел рядом, боясь даже пошевелиться. Это же эксклюзивная модель, Эдуардыч её за баснословные деньги достал! Считай, что второе бунгало своё подарил. Она – чудо современной медицины, даже переломы срастает без труда. Что ей какие-то порезы, пусть и пара сотен…

На дисплее засветилось заветное: «Калибровка окончена!». Теперь остаётся только ждать…

– Ты не должна сдаваться, слышишь? – Я постучал по прозрачной крышке гроба, где покоилась храбрая красавица. – Не знаю, зачем тебя отправили ко мне с небес, но твоя миссия ещё не закончена! Ангелы не могут умирать…

Content

Антон Текшин
GoodGame

Вступление

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Глава 61

Глава 62

Глава 63

Глава 64

Глава 65

Отступление