Джули Айгелено

ПРИВЕТ ИЗ ПРОШЛОГО

Ходячий ужас

Северус Снейп, преподаватель зельеварения, сидел за профессорским столом и откровенно скучал. Но вот двери Большого зала распахнулись и вошла МакГонагалл, а за ней толпа первокурсников. Снейп продолжил скучать, мрачно оглядывая все и вся.

— Поттер, Гарри! — вызвала мальчика Минерва.

Черноволосый мальчуган сделал неуверенный шаг вперед. По залу прошелся шепоток.

— Она сказала Гарри Поттер?

— Тот самый Гарри Поттер?

И Распределяющая Шляпа упала на голову мальчика. Снейп теперь, не отрываясь, следил за распределением. Возникла пауза. Похоже, Шляпа о чем-то переговаривалась с Гарри.

— Гриффиндор! — возвестила Шляпа.

Зал взорвался аплодисментами. А Гарри прошел к столу своего факультета, попутно пожимая руки Уизли.

Альбус Дамблдор поднялся со своего трона и широко развел руки. На его лице играла лучезарная улыбка. У него был такой вид, словно ничто в мире не может порадовать его больше, чем сидящие перед ним ученики его школы.

— Добро пожаловать! — произнес он. — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнем наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Все, всем спасибо!

Ученики принялись за еду, а директор Хогвартса обернулся к Снейпу.

— Северус, у нас появился преподаватель Защиты от Темных Искусств. И ты её прекрасно знаешь — лукаво улыбаясь, произнес Дамблдор.

— Её? — удивился Снейп.

— А вот и она — сказал Дамблдор, когда в зал проскользнула невысокого роста девушка. И, чуть не задев еду на профессорском столе, села рядом с МакГонагалл.

— Нет, только не это — простонал Северус Снейп.

— Сэр, простите — проговорила Селена Сантос.

Кабинет зельеварения выглядел так будто по нему прошелся тролль. Все котлы были разбросаны. Шкаф с учебниками рухнул. На полу растеклась какая-то фиолетовая жижа. А виновница всего этого сейчас пыталась умилостивить разгневанного профессора.

— Вон из моего кабинета! Как вы доучились до четвертого курса с вашим умением везде устраивать беспорядок?! — закричал Снейп.

Девушке несколько раз повторять не нужно было. Она вылетела из класса со слезами на глазах. А Северус потом ещё полдня потратил, чтобы все восстановить. И за очередное неудавшееся зелье поставил «Отвратительно».

Прошлое и настоящее

Декан Слизерина с нетерпением ждал начала своего урока. Сдвоенное зельеварение у Гриффиндора и Слизерина всегда было его большой головной болью. В прямом и переносном смысле.

— Решила продолжить изучать зельеварение, а, неумеха? — гриффиндорец нагло обратился к Селене.

Девушка повернулась. И в ту же секунду её «Напиток живой смерти» взорвался. Дым окутал класс.

— Минус двадцать очков Гриффиндору. Сантос, вечером ко мне на отработку — прошипел Снейп.

Селена тогда одной из первых покинула кабинет зельеварения, оставив профессора в недоумении разглядывать оставленные ей вещи. Потом ушли и все остальные. Снейп не удержался. Из сумки ученицы выпал интересный учебник.

— Этот учебник является собственностью Принца-полукровки — прочел знакомую надпись Северус, — Теперь мне все понятно. А я ещё удивлялся почему у Сантос стали получаться зелья.

Ученики заняли свои места. Дети с интересом разглядывали мрачное подземелье. Снейп открыл журнал и начал знакомиться с новыми учениками.

— О, да — негромко произнес Северус — Гарри Поттер. Наша новая знаменитость.

В классе раздались насмешки. А Снейп внимательным взглядом обвел аудиторию.

— Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку — начал профессор зельеварения.

— Сэр, вы так каждый новый курс приветствуете? — раздался насмешливый голос в оглушительной тишине. Снейп медленно повернулся к говорившей. Если бы он мог убивать глазами, Селена была бы уже давно мертва.

— Профессор Сантос, разве вы не должны сейчас вести свой урок? — растягивая слова и с трудом сдерживая гнев, произнес Снейп.

— Дамблдор мне любезно предоставил заместителя. Квирелл — такой душка. Но вы продолжайте. Интересно кого вы на этот раз выбрали мишенью для своего яда — игриво ответила девушка.

— Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил Снейп. — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Но все это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки.

Рон и Гарри недоуменно переглянулись. Гермиона нервно заерзала на стуле. А Селена продолжила невозмутимо испытывать терпение своего бывшего учителя.

— Поттер! — окликнул черноволосого мальчика Снейп — Что будет, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни?

Гарри покосился на Рона. Но тот тоже был ошарашен вопросом. Гермиона тянула руку, но казалось, что Снейп её намеренно игнорирует.

— Я не знаю, сэр — вымолвил Поттер.

— Кхм… Профессор Снейп, присмотритесь к Гарри внимательнее. У него глаза мамины — снова раздался голос Селены.

— Что?! — Северус ошарашенно уставился на шатенку, — Откуда вы… Откуда вы знаете?

— Одна птичка напела — туманно ответила Сантос.

Несколько секунд Снейп сверлил Селену. А затем вновь обернулся к классу. И его взгляд остановился на Поттере.

— Так, так… Очевидно, известность — это далеко не все. Но давайте попробуем еще раз, Поттер. Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать? — спросил Снейп.

— Я не знаю, сэр — ответил Гарри.

— Похоже, вам и в голову не пришло почитать учебники, прежде чем приехать в школу, так, Поттер? — Снейп игнорировал и руку Грейнджер, и возмущение на лице Селены — Хорошо, Поттер, а в чем разница между волчьей отравой и клобуком монаха?

— Я не знаю, сэр — тихо произнес Поттер, — Но Гермиона знает наверняка. Почему вам не спросить её?

Раздался смех. Но тут же прервался. Гермиона вскочила со стула и попала под горячую руку Снейпа.

— Сядьте! — рявкнул он на гриффиндорку — А вы, Поттер, запомните: из корня асфоделя и полыни приготавливают усыпляющее зелье, настолько сильное, что его называют напитком живой смерти. Безоар — это камень, который извлекают из желудка козы и который является противоядием от большинства ядов. А волчья отрава и клобук монаха — это одно и то же растение, также известное как аконит. Поняли? Так, все записывайте то, что я сказал! А за ваш ответ, Поттер, я записываю штрафное очко на счет Гриффиндора.

Зашуршали перья. Установилась тишина. Но она недолго продержалась.

— Профессор Снейп, это нечестно по отношению к гриффиндорцам! — возмутилась Селена.

— С каких пор вы защищаете враждебный вам факультет, Сантос? — насмешливо поинтересовался Северус, — С вами у меня будет отдельный разговор. А теперь будьте добры, покиньте мой кабинет.

— Вы забываете, что теперь мы с вами на равных, профессор — едко заметила девушка.

Неожиданности

Селена спокойно прохаживалась по Хогвартсу. Её уроки для всех курсов должны были начаться через неделю. Девушка уже подготовилась и теперь была предоставлена самой себе. Все напоминало ей о первой и единственной любви. О всех издевках однокурсников, о баталиях с деканом Слизерина и по совместительству профессором зельеварения.

— Сантос, стоять! — раздался тихий голос Снейпа.

— Что вам ещё нужно? — поинтересовалась девушка. Она обреченно вздохнула, оборачиваясь к мужчине. Чемодан парил в воздухе рядом с ней.

— Куда собрались?

— Я возвращаюсь домой, в Испанию. Больше моя судьба вас не касается.

— Сантос, вернитесь сейчас же! — крикнул Северус, догоняя ушедшую вперед девушку. Он схватил её за локоть и развернул к себе — Почему вы не явились на мой экзамен?

— Профессор, неужели вы ничего не помните? — Селена удивленно уставилась на него. А потом закатала рукав мантии, показывая синяки на руках, — Вчера вы пытались затащить меня в постель. Ещё есть вопросы?

Вырвав свою руку, девушка направилась к выходу. Двери замка распахнулись, выпуская слизеринку на улицу. Еле передвигая ногами от грязи, она медленно двигалась к хижине Хагрида. Дождь лил, не переставая.

— Сантос, стоять! — настиг девушку обманчиво мягкий голос Северуса Снейпа.

— Профессор, какая неожиданность! — произнесла Селена с улыбкой, — Когда-то вы также останавливали меня.

— Прекратите ерничать!

— Ерничать — это по вашей части, Снейп. Вы что-то хотели?

— Может, объясните мне почему вы посещаете мои уроки?

— Конечно. Акцио, распоряжение — в руках девушки появился свиток — Это распоряжение директора Хогвартса о том, что я должна посещать ваши уроки, чтобы потом сдать зельеварение и получить аттестат об окончании школы.

— С чего это вдруг такое рвение к моему предмету? — поморщился Снейп, внимательным взглядом окидывая девушку.

— Из-за вас я тогда не окончила школу. В мире маглов я могу рассчитывать только на профессию уборщицы. Спасибо, что испортили мне будущее в мире магов пять лет назад!

Северус непонимающе уставился на неё. А потом он вспомнил то, что давно мечтает забыть и выбросить из головы.

— Северус, давай ещё по одному стаканчику — Люциус Малфой протянул другу бокал вина.

— Мне ещё работы учеников проверять — устало произнес Северус, залпом выпивая.

Два друга сидели в личных покоях зельевара. Камин потрескивал, бросая отсветы на лица. Мантия Северуса валялась на кровати. А её хозяин сидел в кресле, наслаждаясь покоем и хорошей выпивкой. Вдруг в дверь постучали.

— Профессор Снейп! Профессор Снейп! — позвал Северуса женский голос.

— Кто это? — спросил Люциус.

— Моя студентка. Ужас ходячий — лениво ответил Снейп, все-таки открывая дверь. Холодность и брезгливость застыли на его лице, — Что вам нужно, Сантос?

— Я закончила с зельем, эссе написала и… — девушка удивленно посмотрела на Малфоя — Простите, я вам помешала.

— Юная леди, как ваша фамилия? — ласково спросил Люциус.

— Сантос.

— А вашу маму зовут Каролина?

— Да. Но…

Девушка не успела продолжить предложение. Зельевар грубо схватил её за руки, притягивая к себе. Селена отбивалась. Сломив её сопротивление, Снейп уложил девушку на кровать, покрывая её тело страстными поцелуями.

— Северус, остановись! Не трогай мою дочь! — закричал Малфой.

Кое-как отцепив зельевара от Селены, Люциус закрыл девушку собой от разгоряченного Снейпа.

— Возьми себя в руки! Агуаменти! — рубашка Северуса в один момент стала мокрой. Как лицо и волосы.

— Убирайтесь прочь! Оба! — воскликнул Снейп, с трудом сдерживая рвущийся наружу гнев.

— Из-за меня вы не пришли тогда на экзамен? — спросил Снейп.

— Да. Зато очень много узнала от Малфоя.

— Причем тут Люциус?

— Я — внебрачная дочь Люциуса Малфоя, — ответила девушка.

Молодые люди сверлили друг друга взглядом. Северус то сжимал, то разжимал кулаки, стараясь успокоится. А Селена с неотразимой улыбкой (Локонс бы позавидовал, но об этом позже) наблюдала за профессором.

Миссия “Спасти Гарри Поттера”

— Я собрал вас здесь, чтобы… — неторопливо начал директор Хогвартса.

— Простите, профессор Дамблдор! Это невероятно! Гарри Поттер стал самым молодым ловцом Гриффиндора — прервала речь Дамблдора Селена, на всех парах вбегая в кабинет директора.

— Минерва, это правда? — спросил директор.

— Да. Я лично видела как Гарри Поттер поймал какую-то штуку в воздухе, спикировав с двадцати метров. Он не получил ни одного синяка — сухо подтвердила МакГонагалл.

— Однако вернемся к нашему вопросу. Я хочу, чтобы вы, Селена и Северус, приглядели за профессором Квиреллом. Интуиция мне подсказывает, что он упорно ищет философский камень. И Гарри Поттер в опасности — произнес Альбус Дамблдор.

— Сэр, но мальчик ничего не знает о философском камне — возвразил Снейп.

— Хагрид долго молчать не умеет — вставила свои пять копеек Селена, — У меня есть идея как защитить камень Фламеля и самого Поттера.

— Что вы предлагаете, мисс? — спросил Флитвик.

— Во-первых, охранник у камня уже есть. Трехголовая псина по имени Пушок — улыбнулась Селена, — Во-вторых, мы можем придумать испытания для Гарри и его друзей так как я уверена, что рано или поздно они узнают о философском камне.

— Отличная идея! — поддержал её Дамблдор, — И что же вы предлагаете?

— Профессор Стебль, вырастите, пожалуйста, дьяволские силки. Мы их как раз недавно проходили на уроке. Волшебные шахматы будут вторым испытанием. — девушка на минуту задумалась — Что же ещё? А, точно! Загадки с зельями на вас, профессор Снейп. Если Гарри — ловец, то можно заколдовать ключи от двери и поставить пару метел. Думаю, Гарри не составит труда поймать нужный ключ. Это мои предложения — сказала Селена.

— Мы реализуем вашу идею, профессор Сантос. Надеюсь, что Хагрид не сразу выложит все этой троице — проговорил директор, — Минерва, останьтесь.

Учителя расходились по своим кабинетам, чтобы продолжить занятия. Снейп спускался в подземелья, но вдруг что-то привлекло его внимание. Точнее не что-то, а кто-то. Профессор Квирелл о чем-то болтал с Селеной. Стоило подойти Снейпу ближе как Селена поцеловала Квирелла. Растерянный профессор не знал, что ему делать, но в итоге обвил талию девушки рукой и ответил на поцелуй. А она в свою очередь обняла его…её руки скользили по плечам, шее молодого человека…и её руки дошли до тюрбана…в тот же момент девушке показалось, что у Квирелла нет затылка и там какое-то лицо и она быстро отстранилась.

Удивленный профессор Снейп наблюдал за непонятными телодвижениями бывшей ученицы. Она что-то быстро сказала Квиреллу и, заметив Северуса, направилась к нему.

— Нам нужно поговорить — сказала девушка, уводя Снейпа в кабинет зельеварения.

— Что вы себе позволяете? — прошипел Северус.

— Нужно следить за Квиреллом.

— С какой стати? — Снейп сложил руки на груди.

— Когда я дотронулась до его тюрбана, то почувствовала будто у него есть второе лицо.

— Однако это не помешало вам поцеловать его — ядовито проговорил Снейп.

— Я говорю серьезно, профессор Снейп! Понаблюдайте за Квиреллом, пожалуйста — проговорила Селена.

— А почему вы этого не можете сделать?

— Ну…я теперь, вроде, как его девушка — пожала плечами Сантос.

— Не забудьте, что вы сегодня дежурите на третьем этаже — напомнил ей Северус.

Девушка улыбнулась. Ответ декана Слизерина можно было считать положительным. Тем более у Селены были личные мотивы дежурить именно там. «Как раз разгоню этих полуночных дуэлянтов» — подумала она, выходя от профессора Снейпа.

Комнату заливал лунный свет. Хрустальные ящики сверкали в лучах лунного света. Кубки, щиты с гербами, таблички и статуэтки отливали в темноте серебром и золотом. Ребята двинулись вдоль стены, не сводя глаз с дверей, находящихся в противоположных концах комнаты. Гарри достал палочку на тот случай, если Малфой выпрыгнет из темноты и сразу нападет на него. Но никто не появлялся. Казалось, кто-то замедлил ход времени — минуты ползли, как часы.

— Он опаздывает — может, струсил? — прошептал Рональд.

— Кто опаздывает, Уизли? — спросил женский голос. И в тот же момент комнату озарила вспышка света.

— Профессор Сантос — пропищал где-то сбоку Невилл.

— Что вы здесь вчетвером делаете? — строго спросила Селена.

— Мы…но мы… — пыталась что-то сказать Гермиона Грейнджер.

— Принюхайся хорошенько, моя милая, они, должно быть спрятались в углу — голос завхоза Филча заставил четырех ребят бежать. Ничего не понимающая Селена услышала шум и грохот. Похоже, кто-то врезался в доспехи. Из-за темноты девушка слышала только, что кто-то куда-то убегает. Свет на её палочке уже давно погас.

— Бежим! — истошно завопил Гарри.

Ребята рванули. А Селена со спокойной улыбкой объяснила мистеру Филчу, что это она нечаянно задела доспехи и учеников здесь не было.

Следующий день подтвердил все опасения профессора Защиты от Темных Искусств. Рон и Гарри о чем-то перешептывались. Да и в «Пророке» писали об ограблении банка Гринготтс. Девушка отчего-то была уверена, что ребята уже познакомились с Пушком. А через неделю Гарри Поттер получил подарок, на который профессора откладывали всем коллективом — метлу «Нимбус-2000».

А вот Хэллоуин принес большой сюрприз в виде горного тролля. Ученики обедали в Большом зале. Отсутствие Гермионы Грейнджер, кажется, заметили только Гарри и Рон. Но тут ворвался Квирелл и спокойствие было нарушено. Квирелл подошел к столу Дамблдора и простонал: «Тролль в подземелье…спешил вам сообщить». И без сознания рухнул на пол. От такой сцены Селена и Северус одновременно поморщились.

«Дешевый спектакль» — пронеслось в голове у девушки. Снейп же быстро посмотрел на неё, словно ища подтверждения своим мыслям.

— Старосты! Немедленно уводите свои факультеты в спальни! — в наступившей суматохе прокричал Дамблдор.

— Мерлинова борода! Черт, девчонка-то права оказалась — прошептал Снейп себе под нос.

Ученики под предводительством старост расходились в гостиные. Селена внимательно следила за Гарри и Роном. Заметив, что они идут к женскому туалету на третьем этаже, она направилась туда. Но Снейп её опередил, спеша куда-то.

Открывшаяся картина могла бы поразить любого. Поверженный горный тролль. И трое первокурсников. Разгромленный туалет. И МакГонагалл, Снейп и Квирелл. Последний, схватившись за сердце, рухнул на пол. А профессор зельеварения склонился над троллем.

— О чем, позвольте вас спросить, вы думали? — В голосе профессора МакГонагалл была холодная ярость. Гарри покосился на Рона, который не двигался с места и все еще держал в поднятой руке волшебную палочку. — Вам просто повезло, что вы остались живы. Почему вы не в спальне?

— Профессор МакГонагалл, они оказались здесь, потому что искали меня — тихим голосом сказала Гермиона.

— Мисс Грэйнджер!

— Я пошла искать тролля, потому что… Потому что я подумала, что сама смогу с ним справиться… Потому что я прочитала о троллях все, что есть в библиотеке, и всё о них знаю… Если бы они меня не нашли, я была бы уже мертва, — рассказывала Гермиона. — Гарри прыгнул ему на шею и засунул в ноздрю палочку, а Рон заколдовал его дубину и отправил его в нокаут. У них просто не было времени, чтобы позвать кого-нибудь из профессоров. Когда они появились, тролль уже собирался меня прикончить.

— Ну что ж, в таком случае… — задумчиво произнесла профессор МакГонагалл, оглядев всех троих. — Мисс Грэйнджер, глупая вы девочка, как вам могло прийти в голову, что вы сами сможете усмирить горного тролля?!

Гермиона опустила голову. А Гарри был настолько поражен, что, кажется, снова утратил дар речи. «Хорошо врет» — подумала Селена, успевшая за несколько недель изучить всезнайку Грейнджер.

— Мисс Грэйнджер, по вашей вине на счет Гриффиндора записываются пять штрафных очков! — сухо произнесла профессор МакГонагалл. — Я была о вас очень высокого мнения и весьма разочарована вашим проступком. Если с вами все в порядке, вам лучше вернуться в башню Гриффиндора. Все факультеты заканчивают прерванный банкет в своих гостиных.

Гермиона вышла из комнаты. Профессор МакГонагалл повернулась к Гарри и Рону.

— Что ж, даже выслушав историю, рассказанную мисс Грэйнджер, я все еще утверждаю, что вам просто повезло. Но тем не менее далеко не каждый первокурсник способен справиться со взрослым горным троллем. Каждый из вас получает по пять призовых очков. Я проинформирую профессора Дамблдора о случившемся. Вы можете идти.

Двое гриффиндорцев покинули женский туалет. А профессора задумчиво осматривали поверженного тролля.

— Я провожу Квирелла до больничного крыла — проговорила в наступившей тишине Селена.

— Ну, уж нет, Сантос. Профессор Квирелл будет стеречь тролля пока я не позову директора — мстительно сказал Снейп.

— Хорошо — проговорила девушка. Затевать ссору с деканом Слизерина сейчас было равносильно самоубийству. «У Поттера, похоже, в крови влипать в неприятности» — подумала она.

Квиддич и новые открытия

Погода в ноябре испортилась. Резко похолодало. В субботу школьники и преподаватели собрались на стадионе, чтобы посмотреть на игру Гриффиндора и Слизерина.

— Ох, черт! Я опять опоздала — проговорила себе под нос Селена, укутываясь плотнее шарфом.

Огромный стадион следил за игрой. И комментировал все это действо Ли Джорджан, которого профессор по ЗОТИ сейчас была готова прибить потому что он сбивал с толку. А девушка одним глазком смотрела на то как летают команды, в тоже время поднимаясь на трибуну для профессоров.

— Извините, профессор, — поправился комментатор — Итак, Анджелина совершает отличный маневр, обводит соперников, точный пас Алисии Спиннет — это находка Оливера Вуда, в прошлом году она была лишь запасной, — снова пас на Джонсон и… Нет, мяч перехватила команда Слизерина. Он у капитана сборной Маркуса Флинта, который делает рывок вперед. Флинт взмывает в небо, как орел, сейчас он забросит мяч… Нет, в фантастическом прыжке мяч перехватывает вратарь Вуд, и Гриффиндор начинает контратаку. С мячом охотник Кэти Белл, она великолепно обводит Флинта справа, взмывает над полем и… О, какое невезение… наверное, это очень больно, получить удар бладжером по затылку. Мяч у команды Слизерина, Эдриан Пьюси летит к воротам соперника, но его останавливает второй бладжер… кажется, мяч в Пьюси послал Фред Уизли, хотя, возможно, это был Джордж, ведь их так непросто различить… В любом случае, загонщики Гриффиндор проявили себя с лучшей стороны. Мяч в руках у Джонсон, перед ней никого нет, и она устремляется вперед… Вот это полет!.. Она уклоняется от набравшего скорость бладжера… она прямо перед воротами… давай, Анджелина!.. Вратарь Блетчли совершает бросок… промахивается… ГОЛ! Гриффиндор открывает счет!

По трибунам Слизерина прокатился вой. И именно в этот момент Селена поскользнулась и чуть не пропахала носом землю, если бы не Снейп, поймавший её за несколько миллиметров до покрытия трибуны.

— Спасибо — на выдохе произнесла девушка, завороженно смотря в черные глаза зельевара.

— Занимайте своё место и дайте посмотреть игру другим — желчно отозвался он, ставя её в вертикальное положение.

Селена уселась рядом с Квиреллом. Матч по квидиччу продолжался. Нарушение…гол Слизерина. Все как всегда. Но вдруг профессор Сантос заметила, что метла Гарри вытворяет какие-то непонятные финты. Оглянувшись по сторонам, она увидела как Снейп и Квирелл что-то шепчат себе под нос.

— Профессор Снейп, как я рада вас видеть! — девушка поднялась с места и, перекрыв обзор Квиреллу, со спины обняла Снейпа. Метла Гарри смогла подчиниться юному ловцу Гриффиндора.

— Что вы себе позволяете? — яростно воскликнул декан Слизерина.

— Простите — проговорила Селена, уходя с трибуны.

* * *

Игра уже закончилась. Портреты переговаривались между собой, обсуждая победу Гриффиндора. Но молодой волшебнице было все равно. Ей хотелось побыть одной и все обсудить со старой знакомой. Она направилась в сторону туалета Плаксы Миртл, не замечая, что за ней как тень следует Северус Снейп.

— Миртл! Плакса Миртл! — позвала девушка, но никто ей не откликнулся. Видимо, Миртл была занята своими призрачными делами, — Отлично. Я опять одна.

Девушка спешит в сторону кабинета зельеварения. Урок давно начался. Запутавшись в мантии, Селена в прямом смысле вваливается в класс.

— Сантос, вас стучаться не учили? — спросил Снейп, сложив руки на груди.

— Простите, профессор — ответила девушка. Она пытается распутать мантию, но вещь сама скрепляет её по рукам и ногам, не давая пошевелиться. Раздается смех.

— Чья это шутка? Отвечать! — декан зло смотрит на гриффиндорцев и слизеринцев.

А Селена пытается пошевелится. Но у неё ничего не выходит. Снейп берет этот кокон из девушки и её мантии, и заносит в подсобку рядом с кабинетом. Он шепчет заклинания…и через полчаса бесплотных попыток мантия падает на пол, освобождая девушку из её пут.

— Спасибо — шепчет Селена. Она не в силах посмотреть в глаза учителя.

— У вас все в порядке? — спрашивает Снейп, оглядывая девушку с ног до головы.

Она в зеленом потертом свитере, белая рубашка похожа на серую. Волосы в беспорядке. Руки в чернилах.

— Да — откликается она.

— Уверены? — Снейп берет девушку за подбородок и заставляет смотреть в свои глаза — Вы можете мне все рассказать.

— Сомневаюсь, что вам интересны проблемы шестнадцатилетней девушки — Селена берет мантию с пола и уходит.

Оставшееся время урока она сидит на последней парте. Одна. Усердно записывает на пергаменте все, что говорит профессор. Но никто не замечает её красных от слез глаз.

* * *

— Разве вы не должны быть сейчас в Большом зале? — спрашивает Северус, заходя в помещение.

— Я не пойду на ужин. Моего отсутствия все равно никто не заметит — девушка пожимает плечами, сидя на полу.

— Что с вами случилось за пять лет?

— Разве вам интересны мои проблемы? Сомневаюсь. У вас своих хватает.

— Сантос, расскажите мне.

— Я…я не могу. Я не хочу вспоминать весь этот ужас — девушка закрывает лицо руками, только бы не видеть внимательных черных глаз, следящих за ней.

— Расскажите — настаивает Снейп.

— Хорошо — девушка набирает в грудь побольше воздуха — Моя мать и Люциус Малфой познакомились потому что она работала проституткой. Отцу захотелось развлечься с маглой в отеле…Он вызвал себе красотку, они занялись любовью…Мать поздно заметила, что беременна и не смогла сделать аборт. Я стала для неё обузой — девушка шумно выдохнула, прежде чем продолжить — Когда мне исполнилось шестнадцать, мать продала меня в бордель. Каждое лето я развлекала богачей… Два раза у меня был выкидыш и… Я сбежала из борделя в двадцать, а потом умерла мать… Я больше не хотела жить в мире маглов и вернулась в Хогвартс. Эти пять лет я жила у профессора МакГонагалл, готовясь стать учителем.

— Почему…почему мне не рассказала? — пораженно спросил Северус, упорно стараясь осмыслить информацию, — Почему ты молчала так долго?

— Вам было на меня плевать. Также как и сейчас — ответила девушка. Не дав бывшему учителю сказать ни слова, она ушла.

Вечер у Малфоев

Северус Снейп задумчиво ходил по кабинету. Очередное сдвоенный урок зельеварения у Гриффиндора и Слизерина прошел на удивление спокойно — толи ученики так ждали Рождества, что сидели тише воды, ниже травы, толи профессор ушел в свои мысли и не заметил никаких нарушений дисциплины.

— Профессор Снейп! Профессор Снейп! — закричала Миртл, увидев спускающегося в подземелья зельевара.

— Что такое? — недовольно спросил Снейп.

— В моем туалете заперли девочку с вашего факультета — ответила Плакса Миртл, отчаянно жестикулируя.

— И что?

— Понимаете, профессор Снейп, ей очень плохо.

Слова Миртл подействовали на него. Профессор Снейп поднялся на второй этаж и, выбив дверь заклятием в женском туалете, увидел на полу Селену. Она лежала в луже воды, крови и чернил. Спутанные каштановые волосы, кровь на губе… А в зеленых глазах стоят слезы. Все учебники залиты чернилами и водой.

— Сантос! — позвал её Снейп. Девушка перевела взгляд на него.

— П-п-профессор — выдохнула Селена, порывисто обнимая его, — Выгоните меня из школы… Переведите на другой факультет…А лучше сразу убейте Непростительным заклинанием!

— Что за бред вы несете? — недоуменно произнес Снейп, убирая руки девушки со своей шеи, — Салазар! — появившийся старый эльф поклонился профессору, — Салазар, перенеси нас в мои личные покои. И приведи учебники и записи в порядок. Школьную сумку ученицы перенесешь туда же.

Щелчок эльфа — Снейп и Селена в подземельях. В личных покоях зельевара. Усадив девушку на кресло, Северус готовил чай. Он видел, что Сантос бьет мелкая дрожь, а форма Слизерина вся в крови.

— Выпейте — через некоторое время проговорил Снейп, протягивая ей чай.

— Очень вкусно. Спасибо! — пролепетала девушка, сделав глоток. Чашка в её руках немного подрагивала. Селена наслаждалась ароматам чая, постепенно успокаиваясь, — Мята, пустырник, ромашка и ягоды земляники. Из вас получился бы неплохой Безумный Шляпник, заваривающий чай своим гостям.

— Спасибо за такой лестный комментарий в мой адрес — хмыкнул Снейп, — Но мне нужно осмотреть вас.

— Нет! — девушка встрепенулась и чашка выскользнула из её рук, разбившись, — Я схожу к мадам Помфри.

— Что с вами происходит, Сантос? — внимательно посмотрел на неё Северус, но девушка упорно отводила глаза, — Ничего не хотите мне рассказать?

— Нет, профессор Снейп — прошептала девушка.

— И кто же так вас покалечил?

— Не важно. Я разберусь сама. Спасибо за чай и учебники, профессор, — девушка приняла от домового эльфа свою школьную сумку, — Я лучше пойду.

Зельевар перегородил ей дорогу, выставив руку. Девушка удивленно посмотрела на него. А потом несмело поцеловала декана Слизерина. Снейп ответил на поцелуй, прижимая её ближе к себе. Селена обняла его за шею, а зельевар опустил свою руку на талию девушки. Они бы, наверно, и дальше целовались бы, если бы домовой эльф от радости не смахнул вторую чашку с журнального столика.

— Вы не представляете как долго я мечтала об этом — прошептала Селена, уходя.

А как долго потом Снейп корил себя за эту слабость! Как долго мучился, встречая её влюбленный взгляд! Но все это в прошлом. И Северус с замиранием сердца ждет вечера, когда вместе с Селеной отправятся в поместье Малфоев. Предчувствие чего-то важного не покидало зельевара весь день. Да ещё и Люциус поспособствовал — на семейном рождественнском вечере им придется разыгрывать пару.

В личные покои Снейпа постучали. Приняв свой обычный вид, Северус открыл дверь. На пороге стояла Селена в фиолетовом длинном платье и с высокой прической на голове.

— Я опять опоздала, да? — спросила девушка, теряясь под взглядом Снейпа.

— В этот раз вы пришли вовремя — ответил Северус, впуская её в свои покои.

Снейп взял летучего пороха и прошел в камин. Селена проделала тоже самое. И через несколько секунд они очутились в поместье Малфоев.

— Вы как раз подоспели к ужину! Северус, перестань хмуриться! Привет, дорогая! — защебетала Нарцисса Малфой вокруг прибывших гостей.

— Здравствуйте, миссис Малфой! — выдавила из себя Селена.

Она взяла под локоть Снейпа будто он мог защитить её от разглагольствований Нарциссы. Девушка почувствовала себя гадким утенком, увидев роскошное зеленое платье хозяйки дома. Парочка прошла в столовую. Селена сильнее вцепилась в локоть Снейпа.

— Хватит дрожать, Сантос. Вас никто здесь не покалечит. И отпустите мой локоть, наконец! — прошипел Северус.

— Извините — коротко ответила девушка.

Вскоре вся семья Малфоев была в сборе. Пять человек сели за красивый прямоугольный дубовый стол. Эльфы разносили еду.

— Селена, расскажите о своей семье — попросила Нарцисса.

— Ну…моя мать — магла. Она работала в супермаркете. А отец…отца я никогда не видела — солгала Селена. Снейп поперхнулся вином.

— Северус, лучше расскажи как ты отхватил себе такую красавицу — с улыбкой произнес Люциус.

— Северус Снейп был моим учителем зельеварения в Хогвартсе. Я влюбилась в профессора, но он был таким угрюмым и замкнутым, что я не решалась подойти к нему. Мы воевали очень долгое время друг с другом. Но теперь я поняла, что Северус просто не мог сказать мне о своих чувствах. И от ненависти до любви один шаг, как говорят маглы — протараторила девушка.

Снейп уставился на неё. Селена покраснела под его взглядом. Её бокал с вином упал и разбился.

— Какая красивая история и любовь! — восторженно проговорила Нарцисса, — Пройдемте в гостиную. Я вижу, что Драко не терпится посмотреть свои подарки.

Весь вечер Селена болтала с Нарциссой, боясь гнева Снейпа. А Люциус и зельевар мило беседовали на кухне.

— Как тебе вечер? — поинтересовался хозяин дома.

— Все отлично. Но лучше бы ты сказал жене правду — отозвался Северус, — Ты, кстати, знал, что твоя дочь провела четыре года в борделе?

— Чего? В каком борделе? Сев, ты в своем уме? — ошарашенно переспросил Люциус.

— Сантос… — начал говорить зельевар, — То есть… Селена рассказала мне, что её мать продала её в бордель. И она провела там четыре года.

— Не может быть! Селена мне ничего не говорила! Почему она рассказала тебе?

— Не знаю — пожал плечами Снейп, устало проведя рукой по лицу.

— Я скажу Нарциссе правду, но позже. Я хочу, чтобы она приняла Селену как дочь — проговорил Люцуис.

— Твое дело — сказал Северус, — Спасибо за вечер! Но я хочу вернуться в Хогвартс.

— Профессор Снейп, может, вернемся в Хогвартс? — на пороге кухни возникла Селена.

— Да. Идем! — отозвался Снейп.

Зеленое пламя камина вспыхнуло и перенесло молодых людей в подземелья замка. Девушка переминалась с ноги на ногу, держа в руках саквояж. В абсолютной тишине Северус Снейп снял свою черную мантию и повесил на кресло.

— Вы — прекрасная лгунья — наконец, проговорил профессор зельеварения.

— Я лгала обо всем, кроме одного — пролепетала девушка.

— И чего же? — изогнув бровь, поинтересовался Снейп.

— Профессор Снейп, вы до сих пор считаете меня ходячим ужасом, ничтожеством, которое самое простое зелье сварить не может? Все то время, что я училась в Хогвартсе, вы ненавидили меня. Я стала позорищем всего факультета потому что вы стали снимать баллы, которые я с трудом зарабатывала у МакГоналл, Флитвика, Трелони и Стебль.

— Надо же! Какое открытие! — желчно отозвался Северус.

— Чурбан стоеросовый! Сухарь! — воскликнула Сантос, — Летучая мышь! Ужас подземелий!

— Если вы закончили оскорблять меня, Сантос, покиньте мои покои — обманчиво тихим голос произнес Снейп.

— Как же вы слепы! Даже не заметили, что я любила вас будучи студенткой — прошептала Селена.

Девушка уже намеревалась уйти. Но зельевар положил руки ей на плечи и развернул к себе, заглядывая в глаза. Он беспрепятственно проник в сознание Селены и нашел подтверждение её словам.

История Снейпа

30 января 1991. День рождения Лили Эванс. Лили — это имя болью отозвалось в груди Северуса Снейпа.

Маленький мальчик наблюдает за двумя девочками на школьной площадке. У него черные волосы, куртка, которая больше его самого. А его взгляд прикован к девочке с темно-рыжими волосами.

— Лили, перестань! — крикнула старшая.

Но девочка пустила качели на полную высоту, и оттуда взлетела в воздух — взлетела совершенно буквально, взмыла в небо с громким хохотом, а потом, вместо того чтобы упасть на шершавый асфальт, спланировала по воздуху, как акробатка. Она парила в воздухе невероятно долго и приземлилась невероятно легко.

— Мама не разрешила тебе так делать! — Петунья затормозила свои качели, со скрипом проведя по асфальту подошвами сандалий, и соскочила вниз, руки в боки. — Мама ведь говорила тебе, что так нельзя, Лили!

— Но ведь ничего не случилось, — рассмеялась в ответ Лили. — Тунья, гляди. Смотри, как я умею!

Петунья огляделась. Лили сорвала увядший цветок с куста, за которым прятался мальчик. Петунья медленно двинулась к ней, явно разрываясь между любопытством и неодобрением. Лили подождала, пока сестра подойдет поближе, чтобы ясно все видеть, и раскрыла ладонь. Цветок лежал на ней, открывая и закрывая лепестки, как странная многогубая устрица.

— Прекрати! — взвизгнула Петунья.

— Тебе же от этого не больно! — откликнулась Лили, однако сомкнула ладонь и бросила цветок на землю.

— Так нельзя, — сказала Петунья, но глаза ее продолжали следить за упавшим на землю цветком. — Как ты это делаешь? — спросила она с явной завистью в голосе. — Все понятно, правда? — Снейп выскочил из-за кустов.

Петунья завизжала и бросилась назад к качелям, а Лили, хотя явно испугалась, не тронулась с места. Он глядел на Лили, и его худые щеки заливались тусклым румянцем.

— Что понятно? — спросила Лили.

Бросив взгляд на Петунью, стоявшую довольно далеко, за качелями, он понизил голос и сказал: — Я знаю, кто ты.

— В смысле?

— Ты… ты колдунья, — прошептал Снейп.

Девочка, похоже, обиделась.

— Обзываться нехорошо! Она гордо задрала нос, повернулась и пошла прочь, к сестре.

— Да нет же! — крикнул Снейп ей вслед. Сестры смотрели на него с дружным неодобрением, вцепившись каждая в свои качели, как будто это был «домик» в игре в пятнашки.

— Ты правда колдунья, — сказал Снейп Лили. — Правда. Я давно за тобой наблюдаю. Но ничего плохого в этом нет. Моя мама тоже колдунья, а сам я — волшебник.

Петунья обдала его раскатами смеха, как холодной водой.

— Волшебник! — взвизгнула она, окончательно оправившись от шока, вызванного его внезапным появлением. — Я знаю, кто ты. Ты сын этих Снейпов. Они живут у реки, в Паучьем тупике, — сказала она Лили, и по ее тону ясно было, что этот адрес — плохая рекомендация в ее глазах. — А зачем ты за нами шпионил?

— Я не шпионил! — сказал Снейп, стоя на солнцепеке, весь красный, лохматый и несчастный. — Уж за тобой-то я точно не стал бы шпионить, — добавил он презрительно. — Ты — магл.

Хотя Петунья не могла знать, что означает это слово, тон Снейпа говорил сам за себя.

— Пошли, Лили, мы уходим! — резко бросила она. Лили тут же повиновалась. Уходя, она пристально взглянула на Снейпа. А мальчик стоял и смотрел, как они выходят за ограду площадки.

Северус перевернулся на другой бок, позволяя воспоминаниям окончательно завладеть им. Прошло десять лет со смерти Лили, а он все ещё не мог забыть её.

— Эванс, Лили! — вызвала девочку Макгонагалл.

Шляпа накрыла голову малышки и вынесла свой вердикт: «Гриффиндор!».

— Снейп, Северус! — позвала Минерва.

Распределяющая Шляпа быстро определила маленького черноволосого мальчика на Слизерин.

Ужас и Гроза подземелий, слизеринец, Нюниус, двойной агент, Пожиратель Смерти и член Ордена Феникса. Сколько титулов для человека, который не смог защитить свою любимую! Если бы кто-то в этот момент посмотрел на Северуса Снейпа, он бы увидел боль в холодных черных глазах.

— Северус — кто-то тряс его за плечи.

И Снейп быстро вынырнул из воспоминаний, возвращаясь в реальность. Его взгляд выхватил в полутьме подземелий фигурку девушки. А неверный свет утра сделал её волосы темно-рыжими.

— Прости меня.

— Отвяжиcь.

— Прости меня!

— Можешь не трудиться.

— Лили — прошептал Северус Снейп, заглядывая в зеленые глаза девушки. Но потом, приглядевшись, он узнал Селену и обреченно выдохнул. — Что вы делаете в моих покоях?! — прошипел зельевар.

— Директор хотел с вами поговорить. Что-то там о крови единорога, бессмертии, Квирелле и Волан-де-Морте, Гарри Поттере, зеркале Еиналеж — перечисляла Селена, — Честно, я половины и не запомнила. Лучше бы Дамблдор отправил сову вместо меня.

— Как вы вошли? На моих покоях стоят лучшие защитные заклинания — спросил Снейп, одеваясь. Девушка отвернулась, чтобы не смущать профессора.

— Ну… Алохомора не сработала, конечно. Но потом я повозилась, применила парочку Диссендиум[1] и дверь сама собой открылась. Я вас пыталась разбудить целый час — сказала Селена.

— Вы свободны, Сантос — сказал Снейп, обернувшись к девушке.

— Кто такая Лили? — не сдержав любопытства, спросила Селена.

— Не ваше дело. Уходите — поморщился Северус.

— Это она? — в руках Селены оказался старый номер «Ежедневного пророка», где сообщалось об убийстве Поттеров, — Она умерла?

— Да, десять лет назад — произнес профессор зельеварения.

— Профессор Снейп… — протянула девушка, собираясь спросить что-то ещё, но Снейп повелительным жестом остановил её. Селена заметила метку на его левой руке — Что это у вас? — Сантос нежно провела рукой по метке — Татуировка не причиняет вам боли?

— Хватит задавать вопросы! Вы невыносимы! — воскликнул Северус, вырывая свою руку из рук девушки, — Занимайтесь лучше своими делами, Сантос!

— У меня есть имя, Снейп — в голосе девушки появилась сталь, — Могли бы хотя бы сказать спасибо за то, что не вам поручено смотреть за Гарри Поттером!

— Что вы себе позволяете, мерзкая полукровка? — зашипел Снейп.

— Так и вы не чистокровный маг — сдерживая ярость, проговорила Селена, — Почему вы такой злой, Снейп? Я всего лишь пытаюсь понять вас, а вы меня отталкиваете каждый раз.

— Сантос, не испытывайте мое терпение! — проговорил Северус. В его руках появилась палочка.

— О, какая честь! Дуэль с самим Принцем-полукровкой — прошелестела девушка, тоже доставая свою палочку.

— Что здесь происходит? — дуэль волшебников состоялась бы, если бы не вошедший Дамблдор, — Мальчик мой, ты в курсе, что нападать на женщину плохо?

— Идемте, директор — произнес Снейп.

Селена мысленно кляла все и вся на свете, смотря как развевается черная мантия Снейпа и белая — Дамблдора. «Я никогда ему не признаюсь в своих чувствах. Никогда» — вздохнула девушка. С твердым намерением узнать тайну профессора зельеварения Селена осталась в его покоях.

«Что Дамблдору опять могло понадобится от меня?» — размышлял Северус, шагая вместе с директором вниз.

— Вот мы и на месте. Северус, ты опытный темный маг. Помоги мне, пожалуйста, спрятать философский камень в зеркало Еиналеж — попросил директор Хогвартса.

Они оказались в большой прямоугольной комнате, посреди которой стояло зеркало. Его поверхность сверкала в отражениях света палочек. Похоже было, что в эту комнату было два хода, но кроме Дамблдора никто об этом не знал.

— Хорошо, — быстро согласился Снейп.

В его руках оказался камешек Фламеля. Стоило Северусу Снейпу подойти ближе к зеркалу как в нем образовался туман. И оно начало показывать желание сердца зельевара. К удивлению Северуса, он целовался с Селеной! Отбросив все посторонние мысли, которые так и лезли в голову, Снейп спрятал Философский камень.

Декану Слизерина в этот день пришлось удивиться ещё раз — Селена так и не покинула его покоев. Да и ждала она его в уютной домашней обстановке — на журнальном столике стоял поднос с чаем и тостами.

— Я же просил вас уйти!

— Левикорпус![2] — прошептала девушка, прикрыв рот рукой, чтобы профессор не заметил. Через секунду Северус Снейп висел вверх ногами в собственных апартаментах.

— Сантос, прекратите это немедленно! — взревел зельевар. Его со времен Джеймса Поттера так не унижали! — Сантос, вы издеваетесь?!

— Простите, профессор Снейп, но я хочу узнать у вас кое-что — ласковым голосом проговорила девушка, подходя ближе к мужчине. Её дыхание опалило его губы, на которых уже расцветала ухмылка.

— Если вы немедленно не произнесете контрзаклятие, я вас лично придушу! — бесновался Северус.

— Какие нежности — проговорила Селена, — Может, все-таки согласитесь на мое предложение? Я вас отпускаю, а вы мне рассказываете о себе.

— Ладно-ладно. Только отпустите уже, мне плохо — сдался Снейп.

— Либеракорпус,[3] — и зельевар феерично поцеловался с полом, стукнувшись о стену.

Девушка не успела среагировать. В итоге она оказалась сама прижата к полу, а к её горлу как кинжал была приставлена волшебная палочка.

— Кто вас послал шпионить за мной? — спросил Северус.

— Никто. Можете дать мне сыворотку правды, если не верите мне — ответила Селена, пристально смотря в черные глаза.

— Хорошо, Сантос. Будет вам история — нехотя проговорил Снейп, помогая девушке встать с пола.

Они сели в кресло друг напротив друга. Зельевар долго собирался с мыслями. Впервые он кому-то рассказывал о том, что пришлось пережить ему.

— Я родился в семье волшебницы и магла. Отец избивал меня, запрещал матери колдовать. А потом бросил нас — неуверенно начал Северус.

Девушка внимательно смотрела на него и он, набравшись смелости, продолжил.

— Рядом со мной жила семья Эвансов. Я познакомился с Лили. Она тоже была волшебницей. Мы вместе получили письма из Хогвартса и отправились сюда учится. Шляпа отправила её на Гриффиндор, меня — на Слизерин. Мы общались до того момента как я назвал её грязнокровкой. Лили не простила. Мародеры во главе с Поттером издевались надо мной долгое время, — Снейп подавил судорожный вздох, — Потом Лили стала встречаться с Джеймсом Поттером. Вышла за него замуж, родила сына. Волан-де-Мофрт убил её и Джеймса…я не смог спасти её. Дамблдор предложил мне работу в Хогвартсе и я согласился. А сегодня…сегодня день рождения Лили.

Селена сидела, не шелохнувшись. А потом порывисто обняла Северуса будто её объятия могли затянуть рану на его сердце! Зельевар обнял девушку в ответ только, чтобы она не увидела блестевших в уголках его глаз слез.

День Святого Валентина

«Ничем не примечательный, обычный день» — так думал декан Слизерина, Северус Снейп, просыпаясь. Но, видимо, школьники решили иначе — на уроках в классе летали валентинки, стоял шум. Четвертый курс Пуффендуя умудрился заработать себе штрафные очки, чуть не перебив все ингридиенты для зелий. Седьмой курс Когтеврана побил все рекорды глупости — зелья взрывались у каждого второго.

Хогвартс на День всех влюбленных преобразился. По всему замку летали заколдованные валентинки. А в Большом зале стояла самая большая ярко-красная валентинка. Вот только Северус не разделял праздничного настроения и с угрюмым видом принимал поздравления от коллег.

Прошло уже несколько недель после душевного разговора Снейпа и Сантос, а зельевар продолжал недоверчиво приглядываться к девушке. Его забавляло как Сантос уговаривала Квирелла снять тюрбан. Выглядело это примерно так:

— Квиреус, милый, ну, сними тюрбан, пожалуйста — говорит Селена.

— Не-е-е-т. У м-м-меня не-е-т во-л-о-о-с — еле выговоривает предложение Квирелл.

— Ну и что! Ты мне нравишься таким какой ты есть — настаивает девушка.

«Бедный Квирелл каждый раз придумывает отмазки только, чтобы не снимать тюрбан» — улыбнулся своим мыслям Северус. У него был свободный урок и он прогуливался по школе. Ноги сами привели его к кабинету Защиты от Темных искусств.

Подземелья. Вечер. Северус Снейп проверяет работы учеников. Селена пишет эссе.

Вдруг в кабинет влетает валентинка. Девушка берет её в руки… И валентинка тут же взрывается, сжигая почти написанное эссе и опаляя ладони ученицы. Селена непонимающе смотрит перед собой.

— Сантос, отомрите! — говорит Снейп. Он подставляет обоженные руки девушки под проточную холодную воду. И вот тут начинаются крики: «Кто придумал этот чертов праздник?!», «Ненавижу 14 февраля!», «Чертова валентинка!».

Северус осматривает ладони девушки — Селене повезло, у неё только покраснения и небольшие волдыри. Он тут же обрабатывает йодом области вокруг ожога и, пропитанной в облепиховом масле марлевой повязке, прикладывает компресс.

— Сантос, почему вы такая невезучая? — спрашивает Снейп.

— Не знаю, сэр — всхлипывает Селена.

— На ваше лечение мне аптечки не хватит!

— Извините — вздыхает девушка, — Я напишу новое эссе.

— Забудьте об эссе, Сантос! Вам придется походить ко мне на перевязки, чтобы прошел ожог. Кто над вами так жестоко шутит?

— Не знаю. Валентинка была анонимной.

— Профессор Снейп, какими судьбами? — спрашивает Селена, заметив зельевара.

— Хочу узнать вам также ненавистен этот день как и мне?

— Уже нет. Квирелл подарил мне большую такую валентинку — жестикулируя, говорит Сантос.

— Глупая девчонка! — Снейп берет её за плечи и прижимает к стене — Квирелл обманывает вас. Он связан с Тем, кого нельзя называть.

— Откуда такая уверенность, профессор? — иронично замечает девушка.

— Кто-то убивает единорогов в Запретном лесу. Нападения начались как только в школе появился Квирелл — говорит Снейп.

— Не вижу связи. Вы всерьез думаете, что я влюблена в Квирелла?

— Да.

— Ахахахаха — рассмеялась Селена, — Профессор Снейп, уж вы-то должны знать, где игра, а где — нет.

— На что вы намекаете, Сантос?

— А то, что я притворяюсь будто влюблена в Квирелла. Отпустите, мне уже больно — девушка передергивает плечами и Снейп отходит от неё, — С днем всех влюбленных вас! — кричит Селена вслед уходящему декану Слизерина.

«Почему не мне доверили вести такой важный предмет, а какой-то глупой девчонке? В Хогвартсе зреет заговор против меня?» — такие мысли занимали Северуса Снейпа весь день.

— Сантос, Селена! — вызывает Минерва МакГонагалл.

Маленькая девочка с длинными каштановыми волосами и зелеными глазами поднимается к табурету. Она спотыкается по дороге, но потом все равно оказывается сидящей на табурете. Слишком большая Шляпа накрывает её.

— Так-так… Интересно. Ум, отвага, амбиции. Куда же мне определить тебя?

— Слизерин, пожалуйста. Слизерин — шепчет одними губами девочка.

— Слизерин? Ты уверена? — обращается Распределяющая Шляпа к Селене. Та кивает — Слизерин! — выкривает Шляпа через секунду.

Девочка идет к зелено-серебристому столу с гербом Слизерина. Внимательные зеленые глаза встречаются с холодными черными. Девочка улыбается декану Слизерина.

Кот в мешке

Красивые пальцы бродят по телу… Черные короткие волосы щекотали нос…Губы ищут губы в темноте и оставляют страстный поцелуй… Сорочка падает на пол… Черные глаза встречаются с зелеными… Комнату оглашают стоны…..

Селена подскочила на кровати от такого сна. Сердце бешено колотилось, руки вспотели.

— Зельевар чертов! Что он мне подсунул? — девушка внимательно рассматривает флакон, подсвечивая его палочкой, — Что-то не похоже на зелье Сна без сновидений.

Решение приходит молниеносно. И все равно, что сейчас уже третий час ночи. Селена быстро спускается в подеземелья, открывает дверь в личные покои декана Слизерина. Церемонится с бывшим учителем девушка явно не намерена.

— Люмос Максима! — небольшую комнату озаряет мощная вспышка света, — Северус Тобиас Снейп, какого черта в зелье, что ты мне дал, добавлен афродизиак?

— Сантос, что вы себе позволяете?! — зашипел зельевар, просыпаясь.

— Да вот хочу узнать, с каких пор вы надо мной ставите эксперименты? — возвразила ему девушка.

Северус нехотя поднялся с кровати. Взмахом палочки зажег свечи. И только после того как надел зеленый халат со знаком Слизерина, зельевар нехотя обернулся к Селене. Девушка ему напомнила фурию, что он когда-то видел на картинке — каштановые волосы рассыпаны по плечам, ноздри вздымаются от злости, в зеленых глазах полыхает гнев.

— Я занимаюсь разработкой нового зелья. Оно позволяет видеть яркие красочные сны, показывая истинные желания человека. Зелье Сна без сновидений — основа моего нового состава зелья. Плюс афродизиак, конечно — соизволил пояснить Снейп.

— И вы решили дать экспериментальный образец мне? — саркастически спросила Селена.

— Да. А над кем мне ещё экспериментировать? МакГонагалл уже не свойственны эротические фантазии. То же самое я могу сказать про Стебль и Трелони.

— Предупреждать надо! — едко заметила слизеринка.

— Откуда я мог знать, что вы захотите выяснять все в три часа ночи? Да ещё почти раздетая — мужчина выразительно указал на её ночную сорочку телесного цвета, которая еле прикрывала колени, и позволяла увидеть все прелести хозяйки.

Селена зарделась от смущения. Но быстро нашлась чем прикрыть свое полуголое тело — она укуталась в одеяло.

— Если вы закончили, то я хочу спать. Мне завтра судить матч по квидиччу.

— Откуда такое явно желание насолить Гриффиндору?

— Сантос, лучше не испытывайте мое терпение.

Девушка обиженно фыркнула. Одеяло полетело в оторопевшего от неожиданности Снейпа. А Селена спокойно поднялась в свои покои.

«Скажите, и кто придумал этот дурацкий квидичч? Я бы лучше сходила на обычный магловский футбол» — рассуждала Селена Сантос, поднимаясь на следующий день на трибуны профессоров — «Гриффиндор против Пуффендуя. Если Гриффиндор выиграет, то обгонит по очкам Слизерин».

Игра только началась. И, похоже, девушка успела к началу. Снейп уже был в воздухе. Гарри тоже. Через какое-то время Гарри Поттер вышел в пике, чудом не задев профессора, и поймал снитч. Трибуны взорвались аплодисментами.

«К Снейпу сейчас лучше не подходить. Съест и не подавится» — подумала с грустью девушка. Ей как раз хотелось извиниться за свой ночной визит. Но больше её беспокоило другое — Квирелла не было на матче.

— Квиреус, милый, я тебя как раз ищу — сказала Селена, с объятиями набрасываясь на заикающегося профессора, заметив его в одном из коридоров Хогвартса.

— З-з-зачем?

— Я соскучилась. Вечером ты куда-то уходишь.

— По-о-оговорим по-о-том — произнес Квирелл, завидев Снейпа. И поспешил ретироваться.

— Вот зачем вы его спугнули? — всплеснула руками девушка.

— Квирелл уже знает как пройти мимо Пушка.

— А вы, видимо, решили проверить укусит вас собака или нет — сдерживая смех, Селена указала на его хромающую ногу.

— Вы можете хоть пять минут побыть серьезной?

— Могу, но сейчас не хочу. Кстати, я вас искала. Простите, что разбудила среди ночи.

— Сантос, у нас есть вещи поважнее, чем обсуждение ваших фантазий — едко заметил зельевар.

* * *

А дальше события развивались с бешеной скоростью. МакГоналл сетовала, что ловила гриффиндорскую троицу уже несколько раз возле двери третьего этажа. Снейп продолжал следить за Квиреллом. Директор Хогвартса успокаивал и Минерву, и Снейпа. Затем вообще уехал.

Троица преодолела все препятствия, что придумала Селена. Философский камень был спасен. А Гарри Поттер оказался в больничном крыле.

Последний вечер перед отъездом учеников. Дамблдор степенно вошел в зал и гомон, появившийся после прихода Гарри, стих.

— Итак, еще один год позади! — радостно воскликнул Дамблдор. — Но перед тем как мы начнем наш фантастический пир, я немного побеспокою вас старческим брюзжанием и пустой болтовней. Итак, позади остался отличный учебный год! Я надеюсь, ваши головы немного потяжелели по сравнению с тем, какими они были в начале года. Впрочем, впереди у вас все лето для того, чтобы привести свои головы в порядок и полностью опустошить их до начала следующего семестра, — через некоторое время директор продолжил — А сейчас, как я понимаю, мы должны определить, кто выиграл соревнование между факультетами. Начнем с конца. Четвертое место занял факультет Гриффиндор — триста двенадцать очков. Третье — Пуффендуй, у них триста пятьдесят два очка. На втором месте Когтевран — четыреста двадцать шесть очков. А на первом Слизерин — четыреста семьдесят два очка.

Сто слизеринцев взорвался аплодисментами. А Селена впервые увидела подобие улыбки на лице Снейпа.

— Да, да, вы прекрасно потрудились, — произнес Дамблдор, обращаясь к сидевшим за столом Слизерина. — Однако мы не учли последних событий…

Теперь слизеринцы не хлопали. В зале повисла тишина.

— Итак, — продолжил директор Хогвартса — В связи с тем, что в свете последних событий некоторые ученики заработали некоторое количество очков… Подождите, подождите… Ага… Начнем с мистера Рональда Уизли…за лучшую игру в шахматы в истории Хогвартса я присуждаю факультету Гриффиндор пятьдесят очков.

Теперь пришла очередь радоваться гриффиндорцам. Потом аплодисменты стихли и стало тихо.

— Далее… мисс Гермиона Грэйнджер, — произнес Дамблдор. — За умение использовать холодную логику перед лицом пламени я присуждаю факультету Гриффиндор пятьдесят очков. И наконец, мистер Гарри Поттер, — объявил Дамблдор — За железную выдержку и фантастическую храбрость я присуждаю факультету Гриффиндор шестьдесят очков.

В Большом зале поднялся невообразимый шум. Дамблдор поднял руку и опять установилась тишина.

— Храбрость бывает разной. — Дамблдор по-прежнему улыбался. — Надо быть достаточно отважным, чтобы противостоять врагу. Но не меньше отваги требуется для того, чтобы противостоять друзьям! И за это я присуждаю десять очков мистеру Невиллу Долгопупсу.

Бурные аплодисменты сотрясали зал. Когтевран и Пуффендуй ликовали от поражения Слизерина.

— Таким образом, — громко прокричал Дамблдор — Таким образом, нам надо сменить декорации.

Вместо змеи Слизерина появился лев Гриффиндора. Снейп вымученно пожал руку МакГоналл. Селена взглядом поддержала декана Слизерина.

Она-то знала сколько сил Снейпу пришлось приложить, чтобы его факультет семь лет был на первом месте.

— Сантос, из-за тебя факультет теряет заработанные очки! — Маркус Коэлли. Здоровенный детина перегодил дорогу девушке, — Пойдем, поговорим.

Парень упорно тащит девушку в пустой класс. Селена отбивается. Ей хочется позвать на помощь, закричать, но голос не слушается.

Ей становится очень страшно, когда Маркус начинает недвусмысленно приставать. Она мысленно зовет Снейпа на помощь и начинает верещать. И в следующий момент Маркус оказывается на полу, а Селена встречается глазами со Снейпом.

— Минус двадцать очков Слизерину за неуважение к девушке, Коэлли. Сантос, за мной — шипит Северус.

Девушка на ватных ногах следует за своим деканом. Они оказываются в классе зельеварении. Селена садится за первую парту. Она избегает встречаться глазами с мужчиной и упорно рассматривает пол, мысленно готовясь выслушать очередную гневную тираду.

— Вы волшебница или нет? Почему нельзя было применить Петрификус Тоталус? — сложив руки на груди, допрашивает Снейп.

— Я…я — откашлявшись, девушка отвечает — Я растерялась, профессор.

— На уроках Защиты от Темных Искусств вы показываете блестящие результаты, но применить знания не можете. Забавно — констатировал декан Слизерина.

— Откуда вы знаете? — удивилась Селена.

— К вашему сведению, Сантос, я все знаю о своих учениках.

— Так и будете здесь сидеть, Сантос? — насмешливо спросил Снейп.

— Нет, я уже ухожу — ответила Селена, только сейчас замечая, что Большой зал пуст.

Однажды летом

Хогвартс опустел. Ученики разъехались по домам. Преподаватели готовились к следующему учебному году, приводили в порядок кабинеты и писали лекции.

Северус Снейп готовился к тихому, спокойному лету. Но не тут-то было. Коридоры замка наполнила психоделическая музыка Pink Floyd[4]. А Хогвартс как раз мог похвастаться хорошей акустикой — пластинку, что Селена слушала в своих покоях на третьем этаже достигала всех уголков. И подземелья, конечно, не были исключением.

Когда Северус вежливо попросил (буквально: наорал) выключить музыку, то чуть не угодил под заклинание Силенцио.

— Если вы ничего не понимаете в роке, это не дает вам право кричать на меня! — рыча, проговорила Селена.

— Вы мешаете мне работать.

— А вы — мне.

Сейчас Снейп призывал всех богов на голову бедной девушки, только бы не слышать этих как он выразился «тупоголовых юнцов, ничего не смыслящих в музыке». Заиграла песня One Slip с альбома A momentary lapse of reason[5] и нервы декана Слизерина сдали. Пластинка была вытащена из граммофона и зверски забрана у возмущающейся Селены.

— Снейп, вы вернете мне пластинку! — кричала девушка, нагоняя зельевара на лестнице.

— Сантос, даже не мечтайте. Я её сожгу — холодно отозвался Северус.

— Вы не посмеете!

— Хотите проверить? — изогнул бровь Снейп.

— Что я вам сделала? За что вы так меня ненавидите? До сих пор считаете меня проклятием Слизерина? Считаете ходячим ужасом? Ничего не смыслящей девчонкой? — поток вопросов продолжился бы, если бы не одно «но». Как заткнуть девушку? Правильный ответ — поцеловать. Что Северус и сделал. Нежно коснулся её губ своими губами, проникая языком в её ротик. Селена обняла зельевара за шею, притягивая его к себе ещё ближе. Забытая пластинка валялась на полу. А двое молодых людей, целуясь, зашли в кабинет, а потом в личные покои Снейпа. Черная мантия под ловкими манипуляциями девушки упала на пол. Мужские руки освободили её от мешающейся серебристой ткани.

Теперь девушка расстегивала пуговицы на его рубашке, продолжая страстно целоваться с Северусом. Но ловкие пальчики были пойманы. Зельевар убрал её руки и отстранился от Селены.

— Нет — прохрипел Снейп.

— Что нет? — судорожно пытаясь восстановить дыхание, спросила Селена.

— Уходите — бросил Северус.

Он избегал смотреть девушке в глаза. Мучительнее всего было думать о том, что сейчас могло произойти. Селена забрала свою мантию и вышла. Северус прислонился лбом к окну.

«Что это было? Снейп меня поцеловал? Снейп меня поцеловал. Это не сон.» — девушка лихорадочно соображала, сжимая в руках виновницу поцелуя — пластинку. Ей хотелось вернуться и снова прикоснуться к губам мужчины, но Селена пересилила себя.

— Мальчик мой, что тут были за крики? — Дамблдор положил руку на плечо зельевара. Тот вздрогнул от неожиданности.

— Ничего особенного — отозвался Снейп, — Причина криков всегда одна и та же — Сантос.

— Мне кажется, что ты должен присмотреться к девушке, Северус — сказал Альбус, внимательно разглядывая черноволосого мужчину — Лимонную дольку?

— Обойдусь — бросил зельевар.

Директор, подмигнув вконец растерявшемуся Снейпу, удалился. «Присмотреться к девушке…Что директор имел ввиду? Нет, я не хочу об этом сейчас думать. Я должен доработать ощущальное зелье.»[6] — зельедел так и сделал.

Приготовление зелий успокаивало Северуса. Вот и сейчас он нарезал, добавлял, помешивал. Добавил сельдерея и продолжал помешивать. Вскоре ощущальное зелье было готово и мужчина поставил его настаивать в темное место. Благо, что таких мест в подземельях было достаточно.

Селена же в это время совсем погрязла в бумажной работе. Из-за ускоренного курса зельеделия, она мало времени уделяла подготовке к Защите от Темных Искусств. На уроках её периодически спасала Гермиона Грейнджер, но девушка решила всерьез изучить то, что должны преподавать. Девушка увлеклась книгой «Темные силы: пособие по самозащите» Квентина Трибла и не заметила, что уже опаздывает. Пару раз споткнувшись и раз двести чертыхнувшись, Селена влетела в кабинет зельеварения.

— Извините — переводя дух от бега по лестницам, выпалила Сантос.

— Принимайтесь за Дыбоволосое зелье — холодно сказал Северус, даже не посмотрев в сторону девушки. Он для себя все решил — не подпускать Селену близко к себе.

Если Снейпа зельеварение успокаивало, то Селена, увы, не могла этим похвастаться. Пару раз девушка чуть не испортила зелье.

— Думаю, выше ожидаемого вам хватит — посмотрев на получившееся зелье, произнес свой вердикт Снейп.

— Спасибо! — Селена улыбнулась — Вы придете на вечер к Малфоям? — под пристальным взглядом декана Слизерина, она покраснела — Так вы придете?

— Да. Вы свободны. Можете дальше слушать свои песенки — съязвил Северус.

— Одна песня вам когда-то очень нравилась — выпалила девушка.

— Сантос, вы свободны — проговорил зельевар.

Вечер у Малфоев должен был состояться на выходных. Никогда ещё Селена так тщательно не приводила себя в порядок. Красное платье ниже колена, зеленые глаза подведены тушью, маленькая сумочка в руках, длинные каштановые волосы уложены в крупные локоны — такой она предстала перед замеревшем на пороге своих покоев Северусе.

— Я войду? — робко спросила девушка, чтобы нарушить тишину. Черные глаза встретились с зелеными.

— Конечно — Снейп пропустил её в свои покои.

— Давно хочу спросить. Почему у вас все черного цвета?

— У меня траур.

— Но прошло уже больше десяти лет. Вы должны жить дальше — Селена замолкла, увидев яростный взгляд зельевара — Это не мое дело, вы правы. Идем?

И двое молодых людей растворились в зеленом пламени камина. Встретил их забавный домовой эльф.

— Хозяева просят пройти в гостиную — говорит он.

— Здравствуй, Добби — произносит Северус.

— Профессор Снейп — эльф улыбается, забавно корча рожицу.

— Чего вы там застряли? — Селена отодвигает зельевара от камина и выбирается.

Они проходят в гостиную. А там…там напряженная атмосфера. Гром и молнии собрала в своих руках хозяйка дома.

— Ну, здравствуй, дочурка Люциуса — растягивая и смакуя слова, начала беседу Нарцисса.

— Здравствуйте, миссис Малфой.

Люциус пытается знаками утихомирить жену. Драко же переводит взгляд с матери на гостью.

— Проститутка. И дочка тоже проститутка. Хороший выбор, Люциус — говорит Нарцисса.

— Миссис Малфой, попрошу без оскорблений. Вы не знаете, что мне пришлось пережить — холодно принесла Селена.

— И что? Мне теперь с распростертыми объятиями принять в семью полукровку и дочь проститутки? — Нарцисса надвигается на девушку.

— Возьми себя в руки — Северус становится между Селеной и хозяйкой дома — Нарцисса, успокойся. Мы уходим.

— Люциус, что ты молчишь? — набросилась на него миссис Малфой — Как же твой план по обеспечению девочке лучшего будущего?

— Я признаю отцовство, Нарцисса. А вот нужна ли Селене моя фамилия и средства — ей решать — сказал Люциус.

— Мне ваши деньги не нужны. Как и фамилия — бросила Селена перед уходом.

Снова очутившись в покоях Снейпа, девушка облокотилась о стену. К такому приему она не была готова. Северус бросил мантию на кресло и посмотрел на девушку.

— И сколько вы будете там стоять? — поинтересовался Снейп.

— Я сейчас уйду — откликнулась Селена. Собравшись с духом, она отлепилась от стены и направилась к выходу.

— Стойте! Я дам вам умиротворяющее зелье.

— Не нужно, профессор.

— Сантос, я же вижу, что вам плохо.

— Меня ещё никогда так не унижали — прошептала Селена. Говорить громче у неё не получалось — слезы душили. Но девушка не хотела плакать перед ним.

— Я вас и не из таких передряг вытаскивал — заметил Северус.

— Было дело — грустно улыбнулась Селена.

Ещё не до конца осмыслив действие, Снейп обнимает девушку. Она прячет лицо на его груди и обнимает в ответ. Каштановые волосы отдают розмарином. И мужчина откровенно наслаждается запахом.

— Спасибо — ласково шепчет девица, обжигая шею Северуса своим горячим дыханием, — Спасибо, что не оставили меня там на растерзание.

Зельевара упорно тянет к этим сладким губам. Он уже почти касается их, но в последний момент отстраняется.

— Уже поздно — говорит Северус.

Сказочный момент для поцелуя упущен. Селена покидает покои одинокого мужчины, оставляя после себя шлейф из розмарина.

* * *

Три месяца. Вечность казалось бы. Но как быстро они пролетают! Северус и Селена ругаются из-за каждого зелья. В свободное время девушка готовится к урокам.

Звучит гудок поезда. Хогвартс-экспресс прибыл. А это значит, что начался ещё один учебный год.

Ураган

Наступило второе сентября. За завтраком в Большом зале Селена впервые сидела рядом с Северусом. Уныло ковыряя овсяную кашу ложкой, она думала об одном событии, что произошло совсем недавно. Перед началом учебного года.

Селена выбирала книги по зельеварению и ЗОТИ. Когда стопочка стала выше самой девушки, она уже собиралась спускаться вниз. Но сбоку в нее кто-то врезался.

— Мерлин! — недовольный возглас оповестил о том, что это был Снейп.

Книги рассыпались по второму этажу «Флориш и Блоттс». Девушка быстро принялась собирать свою прелесть, тем же занялся и Северус. По этому они столкнулись еще и лбами.

— Сантос! — прошипел мужчина.

— Не смотрите на меня так будто дьявола увидели. Это всего лишь я — едко сказала Селена. Заинтересовавшись литературой зельевара, девушка с интересом читала названия книг — «Война и мир», «Заводной апельсин», «Над пропастью во ржи», «О дивный новый мир». Профессор, вы решили изучить мировую классическую литературу маглов?

— Не ваше дело — отозвался Снейп.

Когда книги были отлевитированы к кассе, молодые люди столкнулись с проблемой. Толпа волшебниц окружила новую звезду магической Британии — Златопуста Локонса.

— И как мы пройдем?

— Дайте руку — сказал Северус и поспешно добавил — Это нужно, чтобы не потеряться в толпе.

Селена вложила свою ладошку в ладонь мужчины. Северус вздрогнул и сжал руку девушки сильнее — видимо, толпа мурашек добралась и до него.

До кассы оставалось буквально пара метров…И надо же было Локонсу именно в этот момент заметить Поттера!

— Не может быть! Неужели это сам Гарри Поттер — возликовал златовласый волшебник.

В толпе раздались аплодисменты. Смущенный Гарри стоял вместе с Локонсом пока их фотографировали.

— Леди и джентльмены, я хочу к вам обратится с небольшой речью. Я дарю Гарри Поттеру все свои книги[7] — опять раздались аплодисменты — Но это еще не все. Я дам мастер-класс по Защите от Темных Искусств в школе чародейства и волшебства «Хогвартс»!

— Я убью этого любителя лимонных долек — прошептала Селена.

— Я сделаю это раньше — хмыкнул Северус.

Они оба рассмеялись. С горем пополам Селена и Северус добрались до кассы книжного магазина. Однако Снейп в последний момент завернул за стеллаж и увлек туда девушку.

— Что за… — начала было Селена, но была прервана на полуслове. Северус страстно целовал бывшую ученицу. И девушка одно время отвечала на поцелуй, а потом что-то пошло не так.

— Стойте — пролепетала Селена, отталкивая от себя зельевара — На вас действует зелье.

— Что?

— Когда вы мне дали тогда ощущальное зелье, то после него мне хотелось безумно вас поцеловать. Но это лишь побочный эффект — вам хочется поцеловать того, кого вы видели во сне.

— Почему мне не сказали?

— Мне не хватило смелости — смущенно произнесла Селена.

Если Селена вспоминала свой лучший момент в жизни, то Северус — худший.

Четыре часа утра. Кто-то упорно стучит в дверь.

— Кто там? — сонно спрашивает Северус.

— Это мадам Помфри. Снейп, открой немедленно! Мне нужны зелья.

— Что случилось?

— У меня закончился рябиновый отвар.

— Все десять пузырьков?

— Да. Скорее, Северус, Сантос плохо.

— Что?

— Селена вся в крови лежит в Больничной палате.

Дальше Снейп не стал слушать. Показав медсестре, где лежат нужные зелья, он со скоростью света вылетел из своих покоев.

В Больничное крыло Северус добрался значительно быстрее, чем мадам Помфри. И зрелище предстало перед остолбеневшем на пороге мужчиной то ещё — бледная Селена лежит на койке, а простынь, что её накрывает, быстро пропитывается кровью.

— Я же просила вас не приводить его! — восклицает девушка, отворачиваясь от Снейпа.

— Сколько ты дала ей рябинового отвара? — зельевар, дав пройти школьной медсестре, оборачивается к медику.

— Четыре пузырька.

— Дай ещё два и зелье, чтобы восстановить кровь — велел мужчина.

Несмотря на явные протесты со стороны Селены, он сел на стул рядом с её кроватью. Пока медсестра поила девушку зельями, Северус пытался заглянуть в зеленые глаза, но безрезультатно. Когда процедуры были закончены, Снейп отвел колдомедика в сторону.

— Что с ней, мадам Помфри? — обеспокоенно спросил зельевар.

— Выкидыш.

— Что?! Ей же всего семнадцать! — с тихого шепота мужчина перешел на более высокие тона.

— Северус, сам с ней поговори. Она тебе доверяет. Меня разбудил её патронус час назад с фразой: «Я умираю» — попыталась успокоить его мадам Помфри.

Восприняв совет буквально, Снейп вернулся на свой пост у кровати Селены. Девушка упорно смотрела в окно.

— Сантос — угрожающе прошептал Северус, девушка вздрогнула от неожиданности, но не повернулась, — Селена, посмотри на меня немедленно.

— Что вы хотите? — устало сказала виновница внезапного пробуждения Ужаса Подземелий.

— Я. Хочу. Знать. Какого. Мерлина. Вы. Не разбудили меня раньше?!

— Не хотела вас беспокоить по пустякам.

— По пустякам? Черт бы вас побрал, Сантос! Я боялся, что вы умрете! — не успев до конца осознать фразу, сказал Северус. В зеленых глазах появилось удивление и благодарность.

— Спасибо — произнесла девушка, легко сжав руку мужчины.

— Мадам Помфри, я хочу воспользоваться вашим камином — высвобождая свою руку из нежных ручек девушки, проговорил Снейп.

Быстро переговорив с Дамблдором, Северус вернулся в больничную палату. Селена лежала с закрытыми глазами.

— Не верю. Вы не спите.

— Хорошо, вы правы, Снейп.

— Как вы себя чувствуете?

— Ужасно — девушка всхлипнула — Я потеряла ребенка — снова всхлип — Я никому не нужна.

— Не смейте так говорить!

Северус приобнял плачущую девушку. В его душе в это время пронесся целый ураган эмоций — напряжение, усталость, облегчение, желание защитить и любить.

Селена, потянувшись за тыквенным соком, встретилась с рукой Северуса. Их обоих пронзило током. И снова в душе мрачного зельевара пронесся ураган, оставляя после себя желание быть рядом с этой девушкой. Снейп все чаще ловил себя на мысли, что с Селеной забывает о Лили.

Мастер-класс Локонса и странный дневник

Пальцы снимают ткань, оголяя молодое тело… Губы целуют живот…и спускаются ниже, вырывая стон из ротика… Её стоны оглашают комнату в черных тонах… Зеленые глаза прикрыты от удовольствия…

— Северус… Северус… — шепчет девушка.

Северус Снейп перевернулся на спину, с ужасом замечая, что помогал себе достигнуть пика. Его взгляд наткнулся на насмешливое лицо Селены, что вольготно устроилась на кровати.

— Какого Мерлина вы меня не разбудили?! — закричал Снейп.

— Сейчас только пять утра, уроки начинаются позже — спокойно ответила девушка — Вы так чувственно стонали во сне…

— Что вы здесь делаете? — тут же оборвал её зельевар.

— Хочу узнать какого лешего вместо зелья против бессонницы вы опять мне дали ощущальное?! — посерьезнела Селена.

— Это, чтобы вы мне сразу все рассказывали — мстительно заметил Северус.

В него полетела подушка. Ответ последовал незамедлительно — Селена оказалась вдавлена в кровать, а над ней навис рассерженный зельедел.

— Так хочется оказаться в моей постели?

— Нет, — одно движение и Северус оказался подвешенным в воздухе за лодыжку. — Мы можем спокойно поговорить?

— С вами разговаривать бесполезно.

Селена встала с кровати, а Снейп опять приземлился на пол. На этот раз на пятую точку. Девушка уже собиралась уходить, но зельевар развернул её к себе.

— О чем хотели поговорить? — спросил Северус. Сейчас ему показалось, что василиск более милостивое животное, чем девушка, стоящая перед ним, потому что та прожигала его взглядом.

— Сегодня состоится мастер-класс Локонса, приглашено много фотографов и корреспондентов. Я не знаю, смогут ли гриффиндорцы вспомнить все то, что мы изучили в прошлом году. А вдруг они опозорятся? — ответила нехотя Селена.

— Скорее опозорится Локонс — хмыкнул Снейп.

Девушка улыбнулась. А Северус сделал вид, что зевает, чтобы скрыть ответную улыбку. Внимание Селены привлек «Заводной апельсин»[8], раскрытый на середине. Зеленые глаза с удивлением посмотрели в бездонные черные.

— Не знала, что вам нравится магловская литература — сказала Сантос.

— Вы многого обо мне не знаете.

— Ну…я знаю, что вы — Пожиратель Смерти.

— Откуда? Люциус рассказал?

— Прочла несколько газет о Первой магической войне — пожала плечами девушка, — Плюс ваша метка, смерть Лили, исчезновение Темного Лорда…мне понадобилось больше времени, чтобы сложить два и два. Плохой из меня детектив.

— Идите к себе, выспитесь — посоветовал Снейп.

— Я не смогу уснуть после такого сна. Давайте лучше в шахматы поиграем? Или ещё лучше — погуляем?

— Умерьте свой пыл, Сантос. Мне нужно приготовить зелья для мадам Помфри. Помощник нужен, — девушка просияла, но Северус спустил её с небес на землю, — Если взорвется хоть одно зелье, вы немедленно уйдете к себе.

— По рукам.

Раньше Селена любила зельеварение. Когда она оставалась одна в классе после уроков (а это случалось часто), зелья получались лучше. А на уроках Снейп придирался ко всему и это бесило девушку.

Теперь же она помогала Северусу. И работать с ним было одно удовольствие. Перед завтраком Селена покинула класс зельеварения, чтобы появится перед учителями и учениками одетой, а не в забавной пижаме с медвежатами.

В Хогвартс Златопуст Локонс прибыл с целой толпой фотографов и поклонниц. В его руках была клетка, накрытая тканью. С гордо поднятой головой златовласый волшебник (с легкой руки Северуса прозванный Златовлаской) прошел в класс по Защите от Темных Искусств.

Гриффиндорцы сидели тише воды ниже травы. При виде Локонса часть девочек влюбленно провожала его глазами.

— Здравствуйте, леди и джентльмены! — проговорил Локонс в полной тишине — Сегодня я вас научу, как обуздывать самые мерзкие создания, существующие в мире магов и волшебников. Предупреждаю: вы будете лицезреть в этой комнате нечто действительно ужасное. Но не бойтесь, пока я рядом, ничего плохого с вами не случится. Единственно я прошу — сохраняйте спокойствие.

Первые ряды гриффиндорцев дрогнули. А Златопуст легким движением руки снял ткань с клетки.

— Ведите себя тише, — понизив голос, погрозил пальцем Локонс — Они могут перевозбудиться. Да, это они — драматическим голосом продолжил волшебник — Только что пойманные корнуэльские пикси.

Симус Финниган не сдержал смешок. Селена закрыла лицо руками, чтобы не видеть позора. А Локонс расплылся в улыбке.

— Что такое? — спросил волшебник.

— Но… они ведь совсем не опасные — сквозь смех выговорил Симус.

— Не скажите. Их забавы могут быть чертовски неприятны. А теперь посмотрим как вы с ними справитесь — Локонс открыл клетку.

Ярко-синие пикси разлетелись по классу. Два проказника схватили Невилла за уши и подвесили на люстру. Пикси били стекла и крушили все, что можно. Вскоре все гриффиндорцы оказались под партами. Вспышки фотоаппаратов прекратились, когда пикси, выхватив устройство, били им по голове фотографов.

— Чего вы испугались? Действуйте! Гоните их обратно в клетку! Это ведь всего только пикси, — кричал Локонс. Волшебник быстро проговорил, взмахнув палочкой — Пескипикси пестерноми!

Заклинание не угомонило разбушевавшихся пикси. Палочка Локонса вылетела в окно, а сам волшебник нырнул под стол. Люстра вместе с Невиллом грохнулась на то место, где минуту назад был Златопуст.

Селена и Северус, ответственные за проведение мастер-класса, перестали стоять как столбы. Решив, что с них хватив, учителя Хогвартса принялись загонять пикси обратно, в клетку. Сначала они спасли бедных фотографов, потом принялись за других. На первой полосе «Ежедневного пророка» потом появилась замечательная фотография — как Златопуст Локонс удирает от разбушевавшейся нечисти.

Селена взмахами палочки приводила в порядок свой класс. А Северус изучал дневник, что забрала Сантос у Джинни Уизли.

— Как вы думаете, что это за странный дневник? — спросила она.

— Дневник, что вы мне показали, полон Темной магии. Как он попал к юной мисс Уизли — вот в чем вопрос.

— Посмотрите, как появляются слова — сказала Селена, склонившись над небольшой книжицей в черном переплете.

— Привет, Том. Ты знаком с Джинни Уизли?

Слова, написанные девушкой, исчезли и появился ответ.

— Да.

— Ты учился в Хогвартсе?

— Да.

— Можешь рассказать?

— Нет.

— Все, заканчивай — свернул расспросы Северус. — Не нужно играть с Темными силами.

— Как поступить? Отдать Джинни дневник?

— Лучше отдай. А потом мы увидим, к чему это приведет.

— Но я не хочу играть с жизнью ученицы!

— Во-первых, дневник явно подбросили. Во-вторых, я уверен, что это напрямую связано с Гарри Поттером. И в третьих, нам пока лучше не вмешиваться — сказал Снейп.

Селена кивнула в знак согласия. Но предчувствие беды не покидало девушку.

Потемки моей души

Потемки моей души

отступают перед зарею азбук,

перед туманом книг

и сказанных слов.

Потемки моей души!

Я пришел к черте, за которой

прекращается ностальгия,

за которой слезы становятся

белоснежными, как алебастр.

Сколько бы сейчас Северус Снейп отдал, чтобы вернуть прошлое! Изменить его. Не стать Пожирателем Смерти, не участвовать в Первой магической войне, не передать Темного Лорду пророчество Трелони, не дать умереть Лили…не участвовать в рейдах Пожирателей, не убивать маглов…Но прошлое не вернуть. Что сделано, то сделано. Метка на руке как шипы, что вонзились в душу молодого человека.

31 октября 1981 года. Дом Поттеров. Разруха, а внутри мертвая Лили…но он не может плакать. Слезы душат… Рядом маленький Гарри, которого он должен передать Хагриду, чтобы спасти. И Северус становится защитником сына Лили.

Привычным становится играть роль — Ужаса Подземелий. В школе его ненавидят и боятся. Так он думал пока не появилась эта несносная девчонка.

Разгар весны. Солнце начинает потихоньку греть землю. Девушка перебирает струны на гитаре, не замечая внимательного взгляда черных глаз. Он уже привык, что Сантос любит делать уроки не в общей гостиной Слизерина, а на его отработках.

Селена начинает петь и Северус замирает, прекратив проверять работы учеников:

Каждый раз, когда я спрашиваю тебя,

Когда, как и где,

Ты всегда отвечаешь мне,

Может быть, может быть, может быть.

И так проходят дни,

И я в отчаянии,

А ты, ты отвечаешь,

Может быть, может быть, может быть.

Ты теряешь время,

Думая, думая,

Ради всего святого,

До каких пор, до каких пор.

И так проходят дни,

И я в отчаянии,

А ты, ты отвечаешь,

Может быть, может быть, может быть.

И так проходят дни,

И я в отчаянии,

А ты, ты отвечаешь,

Может быть, может быть, может быть.

Ты теряешь время,

Думая, думая,

Ради всего святого,

До каких пор, до каких пор.

И так проходят дни,

И я в отчаянии,

А ты, ты отвечаешь,

Может быть, может быть, может быть.[9]

Простенький мотив раскрывает темную душу зельевара. Несколько слезинок катятся из черных глаз. Когда последний аккорд гитары замирает, Северус порывисто встает и отворачивается.

— С вами все в порядке, профессор? — спрашивает Сантос.

— Да — голос Снейпа звучит глухо и упорно не хочет слушаться владельца — Спойте ещё раз.

Селена исполняет песню ещё два раза. Потом принимается за уроки. Он слышит шелест пергамента. Но это обман — Сантос приближается к застывшему профессору зельеварения.

— Профессор… — неуверенно говорит Селена, трогая его руку.

— Уйдите! — голос срывается от эмоций.

— Я никуда не уйду пока вы не успокоитесь — заявляет девушка. Сломив сопротивление мужчины, она обнимает его.

— Об этом никто не должен узнать — говорит Северус.

— Конечно. Я никому не расскажу, что Гроза Подземелий может испытывать чувства — иронично произнесла Селена. Снейп спрятал свою улыбку в её каштановых волосах.

— Северус Тобиас Снейп, открой немедленно! — кричит Сантос. А вот это уже реальность. Неугомонная девчонка теперь преподаватель Хогвартса.

— Что случилось? — недовольно произнес Снейп.

— Тайная комната снова открыта. Трепещите, враги наследника! Я только что видела троицу возле надписи. Миссис Норрис заколдована. Вас везде ищет Дамблдор — сбивчиво начала рассказывать Селена, — Ещё и Локонса позвали. Будто этот шут гороховый может найти тайную комнату.

— Стоп — остановил словесный поток девушки Северус — Идемте, покажете мне надпись.

Все было так как рассказывала Селена. Надпись на стене, Дамблдор и троица — Грейнджер, Поттер и Уизли. И Филч, конечно. Пока преподаватели дружно поднимались в кабинет ЗОТИ, Сантос поспешила проверить туалет Миртл.

Представшее зрелище превзошло все ожидания профессора — Джинни Уизли плакала навзрыд вместе с Миртл. А в руках у неё был тот самый черный дневник.

— Мисс Уизли, что вы здесь делаете? — строго спросила Селена.

— Я… я не хотела — проговорила Джинни.

Остановив воду и раз двести мысленно прокляв Снейпа, Сантос присела рядом с девочкой. Погладила рыжую головку, а потом отвела в гостиную Гриффиндора, дав перед этим зелье для успокоения. Пока Селена все это делала она упорно вспоминала, где могла читать о тайной комнате.

— «История Хогвартса»! Точно! — осенило её.

А Северус, когда разобрались с кошкой Филча, опять вернулся в подземелья. В свою любимую келью — как иногда называл подземелья Альбус Дамблдор.

Завершается

пряжа скорби,

но остаются разум и сущность

отходящего полудня губ моих,

отходящего полудня

взоров.

Непонятная путаница

закоптившихся звезд

расставляет сети моим

почти увядшим иллюзиям.

Северус Снейп любит вспоминать. И чаще всего он вспоминает Лили. Со временем образ девушки тускнеет. А на его место приходит образ Селены.

— Чем вы там на отработках занимаетесь? Каков Снейп в постели, а? — смеясь, говорит Анжелика Доусон.

— Замолчи! — раздается голос Селены.

— А что ты мне сделаешь, грязнокровка? — насмешливо произносит Анжелика.

— Петрификус Тоталус!

Анжелика ловко уворачивается от заклинания и оно попадает в стену.

— Мортус Сонмо![10] — заклинание попадает точно в Селену.

Северус перестает быть наблюдателем и разгоняет толпу школьников, попутно лишая свой факультет баллов. Он перемещается в Паучий Тупик через камин.

У Селены слабый пульс. И кожа мертвенно-бледная. Снейп кладет её на диван в гостиной и, перебирая склянки, вливает в неё зелья. Ничто не помогает. 15-летняя девушка не просыпается, глаза все также закрыты. Северус дает разные зелья. Бесполезно. Спящая красавица не хочет оживать.

Плюнув на все, зельедел делает непрямой массаж сердца и искусственное дыхание. Это тоже не помогает. Снейп начинает терять надежду… Ещё раз плюнув на все приличия, он прикасается губами к пухлым губам Селены… Она начинает реагировать, отвечает на поцелуй и притягивает Северуса ещё ближе к себе, обнимая.

Потемки моей души!

Галлюцинации

искажают зрение мне,

и даже слово «любовь»

потеряло смысл.

Соловей мой,

соловей!

Ты еще поешь?[11]

Калейдоскоп

Фигуры, повороты, ромбы, квадраты, треугольники…Калейдоскоп так похож на жизнь, где тоже ждут повороты, зеркала, ловушки.

Северус Снейп стремительно приближался к покоям Селены. Ничего не подозревающая девушка выходила из душа, по пути заматываясь в полотенце.

«Сначала поговорю, потом придушу. Нет, сначала все-таки придушу, а потом поговорю» — думал разъяренный зельевар. Сейчас он напоминал быка во время корриды. Сняв с двери все защитные заклинания, он влетел в комнату.

— Что вы здесь делаете? — воскликнула Селена, стыдливо прикрывая грудь руками — полотенце в любой момент готово было съехать с мокрого тела.

— Мне больше интересно, что за чушь вы написали — прошипел Снейп и начал зачитывать — Безоар можно найти в желудке козы в полнолуние. Тогда велик шанс, что козочка не станет оборотнем — Селена еле сдерживала улыбку, а Северус продолжал читать — Очень злой зельевар находит тысячу коз и потрошит каждую, чтобы найти безоар. Потом очень злой зельевар использует этот камень в зельях. Вам смешно?

— Нисколько — ответила Селена — Я написала два эссе. Но второе вы, похоже, так и не прочли.

— Два? Зачем?

— Один для себя, чтобы хоть как-то развлечься. А второй для вас, чтобы вы мне уже зачли первый курс и перестали мучить меня эссе.

— Ещё одна подобная шутка и о Хогвартсе можете забыть — сказал Северус, нависая над девушкой.

— Я вас поняла — проговорила Селена — Но мне нужно переодеться.

Северус спускался в подземелья, ругая на чем свет стоит Дамблдора, который во второй раз так подставил его с девчонкой.

— Северус, думаю, Селена может пожить у тебя в Паучьем Тупике пока я не поговорю с её одноклассниками — внимательно смотря на собеседника из-за очков-половинок, произнес Альбус.

— Что? У меня? Чтобы она мне весь дом разнесла? — поперхнувшись тыквенным соком, просипел Снейп.

— Приюти Селену у себя, а я поговорю с её курсом — сказал директор Хогвартса. Хотя скорее приказал.

Ужин был закончен. Школьники двинулись на выход. А Северус, чувствующий себя последним идиотом, вылавливал Селену из толпы. Заметив знакомый профиль, он двинулся туда.

— Сантос, — окликнул он девушку, она обернулась, — За мной.

— В чем я опять виновата? — спросила Селена, еле успевая за быстрым шагом зельедела.

Они вошли в пустой класс зельеварения. Снейп сразу поставил звукоизолирующие чары, чтобы никто не мог их подслушать. И взмахом палочки зажег факелы на стенах.

— Собирайте свои вещи.

— Зачем? Меня выгоняют из Хогвартса? — девушка облокотилась о парту, чтобы не упасть от полученной информации.

— Нет. Вы поживете у меня пока Дамблдор будет разбираться в вашим курсом — ядовито произнес Снейп — Если бы вы сразу рассказали мне об издевательствах над вами, этого можно было избежать.

— Просто вы боитесь себе признаться, что покрывали издевательства, не обращая на них внимания — заявила девушка и тут же сникла под прожигающим взглядом декана.

— Жду вас здесь через час.

Она тогда пришла. С одной лишь большой спортивной сумкой. Северус еле скрыл свое изумление. Пройдя через камин в его покоях, они очутились в его доме. Девушка сразу стала чихать от пыли и ему пришлось дать ей зелье от аллергии.

— Где у вас швабра, ведро и тряпка? — спросила Селена.

— Магией можно убрать быстрее.

— Спорим?

— Спорим.

— Если выиграю я, то вы поставите мне за зелье превосходно.

— А, если выиграю я, Сантос, то вы приготовите зелье гербицида.

— Идет.

Через два часа, преподаватель и ученица столкнулись на лестнице, ведущей на второй этаж.

— Похоже, у нас ничья — заметила Селена.

— Значит выполняем поставленные друг другу условия — произнес Снейп.

В субботу вечером Северус решил проверить не разгромлен ли его дом. Он вышел из камина в гостиной и услышал стук посуды на кухне. Открывшееся перед ним зрелище, заставило мужчину застыть в проеме.

Селена расставляла тарелки, а на сковороде что-то жарилось. Покупной сок был разлит по бокалам. Дубовый квадратный стол был накрыт белой скатертью.

— Что вы делаете? — от голоса Снейпа девушка заметно вздрогнула, а потом повернулась к нему.

— Решила приготовить ужин. Нельзя? — спросила Селена.

— Да пожалуйста — и Северус вышел из кухни также незаметно, как появился в ней.

Через некоторое время девушка неуверенно позвала мужчину из гостиной. И они сели за стол, молчаливо уплетая испанский омлет.

— Спасибо, что разрешили остаться у вас — проговорила Селена, — Обещаю, что я ничего здесь не разобью.

— Надеюсь.

— Вкусно?

— Да.

Было видно, что Сантос заметно нервничала под взглядом зельевара. Но вот мужчина никак не мог понять из-за чего. Ужин был закончен в молчании. Селена начала убирать тарелки…и разбила их.

— Неуклюжее создание! — сморщился от звука битого фарфора Северус — Репаро!

Оглянувшись, он увидел, что Селены давно нет на кухне. Сложив всю посуду в раковину, Снейп увидел, что девушка заснула в библиотеке. И он укрыл её одеялом. Больше Северус не спешил на ужин домой.

Иногда Северусу казалось, что его отношения с Селеной похожи на калейдоскоп — неизвестно как все обернется в следующую секунду. Дамблдор да и мадам Помфри все время твердили, что доверяет она только ему. Но вот почему? Ответ лежал на поверхности, но Гроза Подземелий упорно гнал его от себя.

Дуэль

Благими намерениями вымощена дорога в ад.

Очередное собрание у директора. Селена смотрит в окно, Северус сидит в кресле, прикрыв глаза рукой. Флитвик, Стебль и Макгонагалл полукругом окружили Дамблдора. Златопуст в золотой мантии ходил из угла в угол.

— Коллеги, я хочу организовать в школе дуэльный клуб, чтобы ребята научились магической дуэли. Мне нужны добровольцы — ласково смотря на всех, произнес Дамблдор.

— Альбус, я с радостью — тут же откликнулся Локонс.

— Спасибо, Златопуст — ответствовал директор, — Кто ещё? Может, вы, Селена?

— Я предлагаю Северуса Снейпа — проговорила девушка. Зельевар взглядом а-ля Медуза Горгона пригвоздил её к месту, — Он более опытный, чем я. И прошел Первую магическую войну.

— Хорошо. Значит, организовать дуэльный клуб я поручаю Локонсу и Снейпу. А вы им поможете, девочка моя — просияв, сказал Альбус.

Учителя спешили в Большой зал. Наступало время обеда. Выловив Селену, Северус в прямом смысле припер её к стенке.

— Какого Мерлина, Сантос?! — прошипел мужчина.

— Я хотела помочь вам. Вы засиделись в своих подземельях — ответила девушка, нагло смотря в его глаза.

— Ещё один такой фокус и школу вы не закончите никогда! — угрожающе растягивая слова, говорил Снейп.

— Селена, милая, у вас все в порядке? — спросил подошедший к ним Локонс.

— Конечно — ответила она, отталкивая от себя слишком близко стоящего Северуса.

Златопуст галантно предложил девушке руку и Селена ушла с ним. А зельевар в который раз мысленно обещал ей медленную и мучительную смерть.

— Какого Мерлина, Сантос?! — воскликнул Снейп, заметив что она вторглась в его святая святых — домашнюю лабораторию и убирает там, — Вы — волшебница. Магией можно убрать все быстрее.

— Мы это уже проходили — ответила Селена, старательно вымывая котел.

— Вы можете возвращаться в свою спальню в Хогвартсе — холодно произнес Северус.

— Что? — девушка застыла с тряпкой в руках.

— Вы глухая? Сантос, вы возвращаетесь в замок — повторил мужчина.

— Пожалуйста, позвольте мне остаться здесь — проговорила она.

— Ни за что.

— Прошу вас, профессор.

Когда Селена все-таки вернулась в замок, Северус ещё раз посетил свой ненавистный дом в Паучьем Тупике. Он ходил весь день как неприкаянный потому что ему упорно не доставало этой взбалмошной девчонки. И этот её запах… Казалось, что она где-то рядом и сейчас выйдет встречать его в гостиной или библиотеке.

На второй неделе декабря открылся Дуэльный клуб. Ученики спешили посетить это занятие.

На подмостки вышел Златопуст Локонс в своей лиловой мантии и Снейп в своем черном будничном одеянии. Селена встала между ними, чтобы не допустить драки (пару дней назад Златовласка чуть не был убит Снейпом, который вызвал его на дуэль).

— Подойдите поближе! Еще! Меня всем видно? Всем слышно? Прекрасно! Профессор Дамблдор одобрил мое предложение создать в школе Дуэльный клуб. Посещая клуб, вы научитесь защищать себя, если вдруг потребуют обстоятельства. А мой жизненный опыт подсказывает — такие обстоятельства не редкость. Читайте об этом в моих книгах. Ассистировать мне будет профессор Снейп, — белозубо улыбнувшись, вещал Локонс. — Он немного разбирается в дуэлях, как он сам говорит, и любезно согласился помочь мне. Сейчас мы вам продемонстрируем, как дуэлянты дерутся на волшебных палочках. О, не беспокойтесь, мои юные друзья, я верну вам профессора зельеварения в целости и сохранности.

Дуэлянты повернулись друг к другу, изобразили приветствие: Локонс сделал реверанс, Снейп раздраженно кивнул. На манер шпаг подняли волшебные палочки. Селена отошла назад, страхуя Северуса.

— Обратите внимание, как держат палочки в такой позиции, — объяснял Локонс притихшим ученикам. — На счет «три» произносятся заклинания. Смертоубийства, разумеется, не будет.

— Раз, два, три…

Палочки взметнулись, и Снейп воскликнул:

— Экспеллиармус!

Белая вспышка отбросила Локонса на край подмостков. Слизеринцы хихикали.

Локонс, без шляпы, с развивающимися кудрями кое-как поднялся на ноги. Селена помогала ему. «И кто тут неуклюжее создание?» — спрашивали её глаза, встречаясь с черными.

— Отличный посыл! — сказал он. — Профессор Снейп применил заклинание Разоружения, и, как видите, я лишился моего оружия. Благодарю вас, мисс Браун! Без палочки я как без рук Браво, профессор Снейп, браво! Вы уж простите меня, проще простого было бы разгадать ваш замысел и отразить удар. Но ученикам очень полезно увидеть… — Снейп позеленел от злости, и Локонс поспешил добавить, — На этом показательная часть окончена. Перейдем непосредственно к учебной тренировке. Я сейчас разобью вас на пары. Профессор Снейп, будьте любезны, помогите мне.

— Подходящий случай разбить неразлучную парочку. Уизли сражается с Финниганом. Поттер…

Гарри, не долго думая, встал против Гермионы.

— Э-э, нет! — возразил Снейп с холодной улыбкой. — Мистер Малфой, подойдите сюда. Посмотрим, как знаменитый Гарри Поттер сразится с вами. А вы, мисс Грейнджер, встаньте против мисс Булстроуд. Сантос, готовы сразиться со мной?

— Всегда готова, Снейп — проговорила Селена.

— Профессор — поправил её зельедел.

— Раз, два… Таранталлегра!

— Протего! — заклинание отскочило от щита Снейпа и ударилось в стену так как девушка успела вовремя присесть — Риктусемпра!

— Остолбеней!

Северус, не успев среагирировать, упал на пол. А внимание Селены привлекли Поттер, Малфой и Локонс на помосте. У Златопуста все выходило из-под контроля.

Гарри занес палочку, но Малфой опередил его, начав бой на счет «два». Гарри словно кочергой по голове огрели. Он пошатнулся, но устоял на ногах и, направив палочку на Малфоя, крикнул:

— Риктусемпра!

Серебряная молния поразила Малфоя в живот, он громко икнул и скрючился.

— Я сказал, никакого насилия! — испуганно завопил Локонс, увидев поверх голов, как Малфой осел на пол.

Гарри наслал на Малфоя щекотку, и того стало корчить от неукротимого смеха. Лежачего не бьют, мелькнуло в голове у Гарри, и он опустил палочку. Малфой, переведя дух, этим воспользовался и направил палочку на ноги Гарри.

— Таранталлегра! — воскликнул он. И Гарри пустился в бесконечный пляс.

— Прекратить! Сейчас же прекратить! — безуспешно надрывался Локонс.

— Финито Инкантатем! — остановила бешеный пляс Гарри Селена. Оглянувшись, она увидела, что Северус уже пришел в себя.

Второй раунд Малфоя и Поттера. Снейп что-то шепчет Малфою, а бедный Златовласка показывает Гарри защитный прием (по сути — взмахи палочкой). Селене это все уже напоминает плохо поставленный спектакль.

— Три… два… один!

Малфой мгновенно взмахнул палочкой и крикнул:

— Серпенсортиа!

Раздался звук, похожий на выстрел. На глазах ошеломленного Гарри из палочки Малфоя вылетела длинная черная змея и шлепнулась на пол. Зрители, стоявшие впереди, отпрянули в ужасе. Кто-то истошно закричал.

— Стойте смирно, Поттер, — с наигранным добродушием произнес Снейп, наслаждаясь растерянностью Гарри. — Я ее сейчас уберу.

— Нет уж, позвольте, я! — вмешался Локонс и устремил на змею свою палочку.

Но змея не исчезла, она взмыла в воздух и опять шлепнулась на пол. Зашипела, скользнула к Джастину Финч-Флетчли, приподнялась на хвосте и разинула пасть, готовясь к броску.

И тут произошло нечто странное. Гарри ни с того ни с сего рванулся с места и заорал на змею:

— Пошла прочь!

— Черт побери, Гарри говорит на парсултанге — проговорила сквозь сжатые зубы Селена. Но Северус услышал, посмотрел на неё и согласно кивнул.

Снейп подошел к змее, взмахнул волшебной палочкой, и змея растворилась в маленьком черном облаке. Профессор Снейп сощурился, явно размышляя о чем-то. Гарри от его взгляда сделалось не по себе.

Дуэльный клуб пустел. Локонс следом за Поттером ушел. Селена закрывала просторный зал, а Северус все продолжал что-то обдумывать, наблюдая как она возится с ключами.

— Хотите поужинать? — вдруг спросил Снейп. Волшебница удивленно уставилась на него и он добавил — В моих покоях.

— Да — ответила Селена, с трудом отрываясь от его глаз.

Мама

Никто не может понять ребенка так неправильно, как его мать.

Норман Дуглас.

Северус лежал в своих покоях. За окном стояло солнечное воскресное утро. Неделю назад ему сообщили, что его мать умерла в больнице. Похороны должны состоятся сегодня. И ведь никто не придет, кроме его и Селены, чтобы проводить в последний путь Эйлин Снейп. Их небольшой ужин вчера превратился в вечер воспоминаний.

Эйлин долго боролась с раком головного мозга и постоянно наблюдалась в больнице. Снейп приносил ей зелья, которые облегчали боль. Двенадцать лет траура по Лили и теперь — траур по матери.

— Северус, что это значит? — спросила женщина лет сорока четырех, увидев как её сын целует какую-то молодую девушку в гостиной.

— Мам, познакомься, это — моя ученица Селена Сантос — произнес Снейп, вставая с колен и отходя от дивана.

— То есть поэтому ты её целуешь? — продолжала допрос Эйлин.

— Мам, ты все неправильно поняла! — запротестовал тут же Северус, — В неё попали заклинанием и я не мог привести её в чувство.

— То есть ты считаешь нормальным, Северус Тобиас Снейп, приводить в чувство свою ученицу поцелуем? — не отступала мать зельевара.

— Мэм, профессор Снейп спас мне жизнь — решила вступиться за него Селена. Северус наградил её убийственным взглядом и она моментально вспыхнула от смущения и собственной наглости.

— Хоть это он не разучился делать — тут же потеплела женщина — Меня зовут Эйлин, милочка.

— Приятно познакомиться, миссис Снейп — проговорила Селена.

Когда Селена временно поселилась у него после случая с заклинанием, в один из вечеров он забыл, что мать приезжает из больницы на несколько недель. Как угорелый перенесся в дом в Паучьем Тупике, и ошарашенно застыл в гостиной, услышав на кухне веселые голоса.

— Мама, что происходит? — спросил Северус, входя в комнату. Он облокотился на проем двери, сверля недобрым взглядом ученицу.

— Селена столько всего наготовила! Все очень вкусно. Хочешь к нам присоединиться? — спросила Эйлин, не замечая настроения сына.

— Нет.

— Милочка, обещай мне, что, когда ты вырастешь, то выйдешь замуж за моего непутевого сына — обратилась миссис Снейп к Селене. Девушка поперхнулась соком и уставилась на женщину.

— Обещаю — тут же со смехом сказала Сантос.

— Я своего согласия не давал — надулся как мышь на крупу Снейп.

Северус взмахом палочки зажег свечи. Стал одеваться. Свою черную мантию он оставил в комнате — мама говорила, что в этой мантии он похож на летучую мышь. Раздался негромкий стук в дверь. Перед удивленным взглядом Северуса предстала Селена в длинном черном платье и шляпке. Она куталась в мантию, не зная куда девать руки под его пристальными черными глазами.

В молчании они перенеслись в дом. Потом также молча шли до кладбища, утопая в снегу. И вот…тело Эйлин Снейп лежит в земле. Все время пока шла похоронная процессия, Селена держала его за руку. А Северус будто заледенел. Лишь дома, когда она разлила по бокалам вино, он смог произнести тост: «За Эйлин». Девушка поддержала его. Только сейчас зельедел заметил, что у Селены красные от слез глаза.

— Почему ты плачешь? — шепотом спросил Северус. Его голос звучал глухо.

— Эйлин заменила мне мать, которая обо мне не могла заботиться. Да и моя мама говорила, что я — её ошибка. У вас с Эйлин было полное взаимопонимание — ответила с грустью Селена, — Я даже немного завидовала вам.

— Нечему тут завидовать — откликнулся Снейп — Тут был полный тарарам до тех пор пока отец не ушел от нас.

— Я всю жизнь думала, что у меня нет отца. Нашла его — и все равно ничего не изменилось. Скажите, вы любили кого-нибудь после…после смерти Лили?

— Ну…есть одна девушка, которая не дает мне спокойно жить — нежно проведя рукой по коротким каштановым волосам, произнес Северус.

— Простите — произнесла Селена, ловя его руку и прижимаясь к ней щекой — Я действительно не даю вам спокойно жить.

— Спасибо, что вытаскиваешь меня из этого болота. И давай уже на «ты» — попросил Северус, беря её лицо в свои руки. Его дыхание обожгло трепетные губы девушки.

— Поцелуй меня, Северус — выдохнула девушка ему в лицо.

Этот поцелуй не был похож на тот, что произошел во «Флориш и Блоттс». Снейп нежно проводил языком по её губам, проникая в её ротик. Девушка покусывала его губы, заставляя зельевара трепетать от мурашек. Он нашел застежку на её платье и принялся расстегивать…

— Нет — еле выговорила Селена — Я хочу, чтобы это было по любви, а не из-за алкоголя.

— Хорошо — произнес Северус, отступая на другую сторону небольшой гостиной. Как назло его голову сейчас занимали непристойные мысли, связанные с девушкой и накаленная обстановка в комнате не позволяла отвлечься от них.

— Мне пора. Прости, мне нужно подготовиться к урокам — сказала Сантос. Не получив ответа, она скрылась в зеленом пламени камина.

Сумбур

«С каких пор я перестал сдерживаться? Мерлин, мне что вчера в голову вино ударило или эта девчонка? Нужно будет извинится перед ней. Извиняться за поцелуй — вот тогда я точно буду выглядеть полным идиотом.

Да ещё другие подкидывают мне проблем. Вот кто просил Люциуса давать дневник Реддла мисс Уизли? Идиот несчастный. Теперь мне из-за него варить отвары из мандрагоры, чтобы вернуть к жизни учеников. Будто у меня своих проблем нет! Сколько раз я просил Дамблдора предоставить мне редкие виды растений для зелий! И что — все также.

Мерлин! Вечно эта Сантос как снег на мою голову. Зачем она вообще вернулась в Хогвартс?» — такие мысли занимали голову Северуса Снейпа на следующий день. Раздался стук в дверь и зельевару пришлось нехотя открывать.

— Что ещё? — сложив руки на груди, спросил он.

— Третья жертва. Гермиона Грейнджер подверглась оцепенению — произнесла Селена.

— Мерлин!

— Профессор Снейп, у меня есть предположения. Возможно, я знаю кто нападает на учеников.

— Говорите, Сантос.

— Когда впервые появилась надпись о тайной комнате, была разлита вода. Потом Колин Криви увидел это животное через фотоаппарат. Мисс Грейнджер смотрела в зеркало. Я поискала в библиотеке… По школе ползает василиск!

— Мерлин вас дери! Почему вы мне раньше не сказали?

— Потому что я догадалась только сегодня.

— Сантос, вы не хотели стать детективом в детстве?

— Хотела вообще-то — пожала плечами девушка.

— Нужно сообщить Дамблдору — потянув Селену за собой, сказал Северус.

— Директору сейчас не до нас. Он пытается спасти Хагрида от Азкабана.

— Причем здесь Хагрид?

— В Министерстве уверены, что Хагрид открыл тайную комнату.

«Идиоты! Это сделала Джинни Уизли под воздействием дневника Реддла. И идиоты те, кто не обратил внимания на этот дневник при обыске особняка Малфоев,» — подумал Снейп.

— Школу не закроют. Продолжайте вести свои уроки — проговорил Северус.

— Этот чертов Златовласка повесил в моем кабинете свои портреты! И не желает их убирать — возмущенно сказала девушка. На её гневную тираду зельевар лишь хмыкнул. Он не привык выражать свои чувства.

Дверь в домашнюю лабораторию открыта. Эйлин и Селена что-то готовят в котле, разговаривая друг с другом.

— Какого Мерлина, мама?! Я не разрешал пользоваться лабораторией! — сдерживая гнев, произнес Снейп.

— Селена сказала, что у неё проблемы с зельеварением. И я решила ей помочь. У меня в школе по зельям были лучшие оценки, ты же знаешь — ответила Эйлин, ласково смотря на сына.

— У Сантос проблемы с головой — прошептал Северус, но девушка все равно услышала. Извинившись, она ушла.

— Северус, вот кто тебя просил? Девушке итак живется несладко в Хогвартсе и дома так ты ещё подливаешь масла в огонь! — воскликнула мать зельевара.

— Уже пожаловалась?

— Рассказала. Мог быть хотя бы повежливее с ней — укорила сына Эйлин.

— Мама, со всеми учениками я обращаюсь одинаково. Сантос исключением не станет из-за того, что у неё личные проблемы.

— Да ты хоть раз нормально общался с учениками? Строишь из себя Грозу Подземелий и Ужас всея Хогвартса. Самому не тошно от этого образа?

— Нет, не тошно. Я уже привык.

— Привык не вылезать из своей скорлупы.

— Эйлин, я приготовила ужин! — раздалось из кухни.

— Кстати, у Селены хорошо получается готовить. Мог бы попробовать. Останешься? — спросила Эйлин.

— Ладно — нехотя согласился Снейп.

Селена спокойно готовилась к следующему учебному дню. Её внимание привлекли шум и голоса в кабинете ЗОТИ и девушка направилась туда. Предстала перед ней картина маслом — Гарри Поттер и Рон Уизли держали на прицеле своих палочек Златопуста Локонса.

— Что здесь происходит?

— Они напали на меня, мисс Сантос, и отобрали палочку — тут же откликнулся на вопрос Златовласка.

— Тело Джинни Уизли в тайной комнате — ответил Гарри, — а этот собрался сбежать.

Ни минуты не раздумывая, Селена направила палочку на Златопуста.

— Гарри, веди в Тайную комнату. И быстрее, если мы все хотим увидеть Джинни живой.

Втроем они быстро спустились к убежищу Плаксы Миртл. Локонс шел впереди, на мушке волшебников.

— Это ты? — удивилась она, увидев Гарри. — Зачем опять пришел?

— Спросить тебя, как ты умерла, — ответил Гарри.

Миртл в мгновение ока преобразилась, буквально расцвела на глазах, точно еще никто никогда не задавал ей столь лестного вопроса. А ведь её уже спрашивали — Селена, когда училась здесь.

— О-о-о! Это был кошмар! — заговорила она, смакуя каждое слово. — Я умерла прямо здесь, вот в этой кабинке. Как сейчас помню, спряталась я сюда, потому что Оливия Хорнби смеялась над моими очками. Обидно дразнила. Я заперлась на задвижку и стала плакать. Потом услышала, что в туалет вошли и стали говорить. Я не поняла что, наверное на другом языке. Один из говоривших был мальчик. Я, естественно, отперла дверь и сказала ему, чтобы он шел в свой туалет. Тут-то это и произошло. — Миртл надулась от важности, лицо ее просияло. — Я умерла.

— Но как?

— Сама не знаю. — Миртл сбавила торжественный тон. — Помню только два огромных-преогромных желтых глаза. Все мое тело сдавило, куда-то понесло… — Она туманно посмотрела на Гарри. — А потом… потом я снова сюда вернулась. Я решила постоянно являться Оливии Хорнби. Ну, ты понимаешь… Ох, как она жалела, что смеялась над моими очками…

Гарри на секунду задумался.

— Покажи точно, где ты видела эти глаза?

— А-а, где-то там. — Миртл неопределенно махнула в сторону умывальника перед ее кабинкой.

Рон и Гарри сейчас же подошли к нему. Локонс с глазами, полными ужаса, благоразумно остался сзади. А Сантос следила, чтобы он не сбежал.

На первый взгляд это была самая обыкновенная раковина. Они обследовали каждый сантиметр внутри и снаружи, включая уходящие в пол трубы. И Гарри заметил — на одном медном кране нацарапана крохотная змейка.

— Этот кран никогда не работал, — радостно сообщила Миртл, когда Гарри попробовал его открыть.

— Гарри, — охрипшим шепотом попросил Рон. — Скажи что-нибудь на змеином языке.

— Откройся, — велел он и вопросительно взглянул на Рона. Тот отрицательно покачал головой:

— Нет, это не змеиный язык.

Гарри снова посмотрел на змейку, усилием воли заставляя себя верить, что она живая; замотал головой и при колеблющихся огоньках свечей ему показалось, что змейка шевельнулась.

— Откройся! — опять приказал Гарри.

На этот раз произнесенных слов никто не услышал. Из уст Гарри вырвалось странное шипение, кран вспыхнул опаловым светом и начал вращаться. Еще мгновение — умывальник подался вниз, погрузился куда-то и пропал из глаз, открыв разверстый зев широкой трубы, приглашавший начать спуск — вот только куда?

Рон судорожно вздохнул. Гарри провел по лицу ладонью, собираясь с мыслями.

— Ну, я пошел, — твердо сказал он.

— Я с тобой, — сказал Рон.

Воцарилось молчание.

— Кажется, я вам тут не нужен, — робко вмешался Локонс с тенью большой улыбки. — Я как раз…

— Златопуст, вы идете первым — вмешалась Селена.

Локонс колебался до тех пор, пока Рон не подтолкнул его. И профессор упал в отверстие. Следом за ним отправилась девушка. А потом и ребята.

При неверном свете палочек они увидели маленькие кости животных под ногами.

— Помните, — предупредил Гарри вполголоса, — при малейшем шорохе надо сейчас же зажмуриться.

Но в тоннеле царила мертвая тишина. Первым неожиданным звуком был хруст — Рон наступил на что-то, оказавшееся крысиным черепом. Гарри направил на него луч света — весь пол был усеян костями мелких животных. Отгоняя страшную мысль, что и от Джинни остались такие вот косточки, Гарри зашагал дальше, следуя мрачным поворотам каменного коридора.

— Гарри, там впереди что-то есть, — вдруг испуганным шепотом произнес Рон, схватив друга за плечо.

Путники замерли, всматриваясь в черноту, едва освещенную огоньком. Впереди Гарри различил контуры огромных колец, лежащих поперек тоннеля. Кольца не двигались.

Гарри оглянулся на спутников.

— Может быть, чудовище спит?

Локонс изо всех сил прижимал ладони к глазам. Очень медленно, почти зажмурившись, Гарри пошел вперед, высоко подняв волшебную палочку.

Свет скользнул по гигантской змеиной шкуре ядовито-зеленого цвета. Существо, сбросившее ее, было в длину метров двадцать.

— Ого, — едва слышно шевельнул губами Рон.

Позади что-то упало. Друзья обернулись — Локонс лежал на полу без движения.

— Вставайте! — приказал Гарри, прицелившись в него волшебной палочкой.

Локонс поднялся и неожиданно напал на Рона, сбив его с ног.

Гарри бросился на подмогу, но опоздал. Тяжело дыша, профессор горделиво выпрямился, у него в руке была волшебная палочка Рона, а на лице сверкала прежняя ослепительная улыбка.

— Конец приключению! — воскликнул он. — Я возьму с собой наверх кусок этой замечательной змеиной кожи. И расскажу в школе, что спасти девочку было уже нельзя, а вы двое лишились рассудка при виде ее искалеченного тела. Прощайтесь со своей памятью! Отныне вы ничего не будете помнить о прошлом! — а потом провозгласил — Забвение!

Палочка взорвалась. С потолка посыпались камни. Рон, Селена и Златопуст оказались отрезаны от Гарри каменным завалом.

— Что будем делать? — Растерянность в голосе Рона слышалась даже сквозь гранитную толщу. — Нам отсюда не выбраться. Хоть сто лет рой!

По ту сторону завала послышался еще удар, еще один вскрик. Уходили драгоценные минуты. Джинни была в Тайной комнате уже много часов. Гарри понял: остается только одно.

— Жди меня там! — крикнул он Рону. — Ждите меня вместе с Локонсом. Я пойду один. Если через час не вернусь…

— А я попробую отвалить несколько глыб, — откликнулся Рон, стараясь говорить спокойно. — Чтобы ты смог… смог вернуться назад. Ты уж сам-то поосторожнее…

— Скоро увидимся. — Гарри придал уверенность нетвердо звучащему голосу и, миновав исполинскую змеиную шкуру, в одиночестве отправился дальше.

Время уже шло на минуты. Сконцентрировавшись на всех положительных воспоминаниях, Селена послала патронуса Дамблдору. Серебристая пума растворилась в воздухе. А Локонс приходил в себя.

— Кто я? Где я? — спросил Златовласка.

— Не волнуйся, Рон, мы тут долго не задержимся. Дамблдор поможет Гарри — обратилась девушка к рыжему мальчику, — С твоей сестрой все будет хорошо.

— Спасибо! — произнес Рональд.

Минуты, казалось, идут целую вечность. Феникс Фоукс с Распределяющей шляпой в клюве пролетел в маленькое отверстие в завале и скрылся из виду. А Рон и Селена стали упорно вместе расширять отверстие. Услышав голос Гарри, Уизли пошел навстречу. Мальчики разговорились, а девушка продолжала следить за Локонсом.

— Не сейчас, — отрезал Гарри — А Локонс где?

— Он там, — ухмыльнулся Рон, махнув рукой в сторону выхода. — Дела у него неважные. Пойдем увидишь.

Вслед за Фоуксом, чьи широкие крылья испускали в темноте мягкое золотое сияние, они скоро добрались до устья трубы, где сидел с самым добродушным видом Златопуст Локонс и что-то безмятежно мурлыкал себе под нос. И Селена, которая готова была отчитать учеников за промедление.

— Ему отшибло память, — объяснил Рон. — Его заклятие Забвения ударило, как бумеранг, по нему самому. Нам ничего, а он понятия не имеет, ни кто он, ни где находится, ни кто мы такие. Сам для себя опасен. Я велел ему идти и ждать нас у выхода.

Локонс окинул всех радостным взглядом:

— Привет! Странное местечко, не правда ли? Вы что, здесь живете?

— Нет — Рон, взглянув на Гарри, красноречиво поднял брови.

Гарри наклонился и заглянул в черную, уходящую вверх трубу.

— Ты уже придумал, как нам отсюда выбраться? — спросил он Рона.

Рон отрицательно покачал головой. Фоукс подлетел к Гарри и шумно забил крыльями, его блестящие глаза-бусины искрились в темноте, длинные золотые перья хвоста колыхались. Гарри посмотрел на него, стараясь что-то припомнить.

Рон недоуменно почесал за ухом:

— Кажется, он хочет, чтобы ты ухватился за него. Но ты для него явно тяжеловат…

— Фоукс — птица особенная, — сказал Гарри. — Нам придется крепко держаться друг за друга. Джинни, возьми Рона за руку. Профессор Локонс…

— Профессор — это вы, — растолковал тому Рон.

— Возьмите за руку Джинни. Джинни, а ты за руку возьмешь мисс Сантос.

Гарри сунул меч с Волшебной шляпой за пояс, Рон вцепился в его мантию, и Гарри, подняв вверх руки, крепко схватил удивительно горячие хвостовые перья Фоукса.

Гарри слышал, как висящий где-то под ним Локонс восклицал: «Поразительно! Восхитительно! Прямо-таки настоящее волшебство!». Поток холодного воздуха трепал волосы Гарри, глаза радовались золотому сиянию. Не успели они в полной мере насладиться полетом, как подъем завершился и все пятеро попадали на влажный пол туалета Плаксы Миртл. Пока Локонс кокетливо поправлял шляпу, раковина, скрывавшая вход в трубу, скользнула на место, и все вернулось в свое обычное состояние.

Пока Гарри разговаривал с Миртл, Селена потихоньку улизнула. Со своим факультетом пусть разбирается Макгонагалл, а ей уже приключений хватило из-за этого идиота Локонса.

Северус Снейп варил очередное зелье для Больничного крыла. Вот только мысли профессора были далеко.

Северус и Эйлин путем трансгрессии появляются в доме Сантос в Гранаде[12]. Девушка в этот момент что-то готовит на кухне, а потом появляется в гостиной.

— Эйлин! Как я рада, что вы приехали! — говорит Селена, обнимая женщину. В какой-то момент она хочет обнять Снейпа, но под его предостерегающем взглядом передумывает — Здравствуйте, профессор. Сейчас я скажу маме, что у нас гости.

Селена скрывается за дверью. Эйлин осматривает небольшой домик. Северус стоит со скучающим видом.

— Мама познакомься, это моя подруга, Эйлин, о которой я тебе говорила — с улыбкой на лице Сантос знакомит свою мать с гостями, — Она приехала с сыном. А это моя мама, Каролина.

Северус еле сдерживает свое отвращение. У матери Селены испитое лицо и волосы как у старухи. Макияж только подчеркивает недостатки. Эйлин проявляет все свое благодушие, чтобы завязать разговор с Каролиной. А Селена уводит его на второй этаж, чтобы показать комнату.

— Вы попали на сиесту. Поэтому обед будет часа через два — сообщила Селена, — Вам нравится?

— Да. Спасибо! — поблагодарил её Северус.

— Ванная в конце коридора. Если ещё что-то понадобится, я внизу — произнесла она.

Девушка покинула его. Зато на пороге появилась Эйлин.

— А ты ещё не хотел ехать — укорила Снейпа мать.

— Плохая была затея. Лучше бы ты одна поехала.

— Северус, ты слепец? Девочка так рада тебя видеть! А ты сидишь здесь как в своем подземелье в Хогвартсе! Не замечаешь никого и ничего.

Под долгими увещеваниями матери Северус сам и не заметил как оказался на кухне. Он стоял в дверном проеме пока Каролина и Селена разговаривали на повышенных тонах шепотом.

— Ты немедленно их выгонишь!

— Нет, мама! Хоть раз, пожалуйста, дай мне побыть с друзьями.

— Ни за что! У тебя никогда не будет и не было друзей. Я сейчас буду собираться на работу, а ты приберешься в доме и выгонишь непрошенных гостей. Ты поняла меня?

— Пожалуйста, мама! Пусть они поживут у нас несколько дней. Прошу тебя.

Не слушая дочь, Каролина по другой лестнице поднялась на второй этаж. А Селена от бессилия начала бить рукой по столу, приговаривая: «Черт! Черт! Она меня никогда не полюбит!». Северус вернулся в свою комнату. Эйлин уже разобрала его немногочисленные вещи и теперь любовалась видом из окна.

— Мам, поговори с Сантос. Ей плохо и она сейчас на кухне.

— Ты её первый увидел, ты и говори с ней.

— Но я…

— Уверена, что ты справишься и без меня. Давай-давай!

Нехотя Снейп вернулся на крохотную кухню. Селена сидела с закрытыми глазами, прислонившись к стене.

— Сантос, возьмите себя в руки! — Северус поднял её, держа за плечи, и встряхнул — Соберитесь!

— Оставьте меня — усталым голосом проговорила девушка, избегая смотреть в его глаза.

— Нет, не оставлю пока вы мне все не расскажете.

— Я из одного ада переезжаю в другой. Матери плевать на меня. В Хогвартсе меня все ненавидят, и вы в том числе. Я — позор всего факультета — её голос все повышается и повышается, он смотрит в её глаза и видит бездну отчаяния — Я уже устала бороться. Со всеми. С вами. Лучше бы я вообще не рождалась!

— Эйлин приехала сюда ради вас, а вы тут болото разводите! — возразил Северус.

— А вы?

— А что я?

— Вы зачем приехали? Могли бы отправить сюда одну Эйлин, я бы её не покусала — губы Селены тронула грустная улыбка. А зеленые глаза потеряли свою яркость и в них читалась одна боль.

— Я приехал за компанию с матерью — произнес Снейп.

— Так и думала — сказала девушка, — Вы…бы. никогда…не приехали…ради меня.

Селена, отклонив его руки, держащие её за плечи, пулей вылетела из помещения. Дверь на втором этаже хлопнула. Северус прислонился к стене, не зная как реагировать на её последнюю фразу. В таком виде его и нашла Эйлин Снейп.

— Поговорили?

— Да?

— Что-то случилось? — спросила Эйлин, смотря на растерянное лицо сына.

— Сантос считает, что я не могу приехать ради неё — еле выговорил Северус. Никогда ему так сложно не давались слова.

— Но ты же все-таки согласился и приехал сюда. Вот только зачем?

— Я и сам не знаю зачем, мама.

Испания

Северус читал книгу. Селена нарезала ингредиенты для зелья. Мужчина искоса наблюдал за действиями девушки. Совсем не вовремя его посетили воспоминания о недельном путешествии в Испанию.

Селена нарезала перец, огурец, лук и хлеб. Северус наблюдал за ней, прислонившись к двери кухни.

— Милая, что ты готовишь? — спросила Эйлин, заходя на кухню.

— Ахобланко[13], — ответила девушка, продолжая готовить пюреобразный суп.

— Мы тут гостим уже три дня. Вместо того, чтобы каждый день нас удивлять, вы могли бы сходить с Северусом в ресторан — проговорила Эйлин. Снейп удивленно уставился на мать, а Селена повернулась к женщине, не скрывая недоумения.

— Но вы же тоже пойдете с нами? — обратилась девушка к миссис Снейп.

— Конечно. Я ещё не пробовала испанской кухни — подмигнула Эйлин, — Вечером жду вас двоих в гостиной. Ресторан уже заказан.

Счастливая Эйлин покинула помещение. Северус и Селена переглянулись.

— Ваша идея? — зашипел Снейп.

— Нет. С чего вы взяли? — в тон ему ответила Сантос.

После долгих уговоров матери Северус сменил черную рубашку на белую. А девушка предстала перед ними в легком летнем платье и джинсовой куртке поверх него. В ресторане Carmen Mirador de Aixa играла приятная живая музыка.

Троица, расположившись за столиком, просматривала меню. Но так как испанский знала только Селена, то семье Снейп пришлось полагаться на её вкус.

— Обещаю, тортилья[14] — это вкусно, — сказала девушка под прожигающим взглядом Северуса.

— Действительно вкусно — произнесла Эйлин, пробуя блюдо, — Мальчик мой, ты скоро дырку на Селене прожжешь. Расслабься, мы же на отдыхе.

— Хорошо, мама — сквозь стиснутые зубы проговорил зельевар.

Эйлин и Селена весело болтали друг с другом. Но потом пришлось посадить миссис Снейп в такси и отправить домой так как у той вдруг разболелась голова. Девушка вернулась за столик. В тишине они ели паэлью с морепродуктами.

— Я могу показать вам город, если хотите — подала голос Селена.

— Обойдусь — проговорил Северус.

— Вы чем-то недовольны, профессор? Что вас раздражает?

— Меня раздражает сводничество собственной матери! Ей ещё осталось женить меня на вас — скривился Снейп.

— Эйлин просто хочет сделать вас счастливым.

— С вами!

— Да что вы заладили?! Не нравится — трансгрессируйте обратно в Хогвартс — проговорила Селена, сложив руки на груди. Она подозвала официанта и потребовала счет — Я заплачу и ухожу. А вы можете остаться здесь один и плеваться ядом.

Девушка действительно так и поступила. Северус некоторое время посидел в одиночестве и вышел вслед за ней. Селена упорно пыталась поймать такси в ночной Гранаде.

Снейп просто наблюдал за ней пока какая-то группа туристов не начала приставать с расспросами к девушке и ему пришлось вмешаться. Не понимая языка, он просто поцеловал Селену и это было неожиданно для хулиганов и для него самого. Туристы уже давно скрылись, а Северус продолжал поцелуй.

— Какого черта, Снейп?! — воскликнула девушка, отталкивая его от себя.

— Я спас вас.

— Они спрашивали дорогу! — крикнула Селена.

— Мерлин, Сантос! — не выдержал Северус, — Я думал, что к вам пристают.

— Профессор, черт бы вас побрал! Откуда в вас благородство, если вы учитесь на Слизерине? — спросила девушка, — Не отвечайте. Я вижу такси.

— Можете проверять зелье — проговорила Селена, вырывая Северуса из плена воспоминаний. Снейпу понадобилось некоторое время, чтобы понять, что он в подземелье, а не в Испании.

— Выше ожидаемого — произнес вердикт Северус.

— Черт бы вас побрал! Зелье заслуживает оценки превосходно — возразила Селена.

— Здесь решаю я.

— Да что с вами происходит, Северус?

— Не называйте меня так, Сантос!

— У меня есть имя, профессор!

Спор бы ещё продолжался, если бы не вошел Альбус Дамблдор. Застав двух людей, которые никак поладить не могут, он принял одно верное решение.

— Селена, с начала учебного года у нас будет новый преподаватель по Защите от Темных Искусств Римус Люпин. А вы станете лаборантом Северуса — произнес директор Хогвартса.

— Нет! — одновременно проговорили Снейп и Сантос.

— Мальчик мой, подготовь, пожалуйста, вторую комнату для Селены — Северус от этих слов скривился будто съел лимон.

— А других вариантов нет? — подала голос девушка.

— Нет, к сожалению. Поздравляю вас с окончанием второго курса, моя милая — ласково произнес Дамблдор. И скрылся, по пути доставая из карманов мантии сладости.

— Сантос, почему вы не можете стать полноценным преподавателем? — поинтересовался Северус.

— Потому что я фактически не окончила школу. Из-за вас — ответила девушка.

— Если вы включите опять ту музыку, я вас заколдую — предупредил Северус.

— Я включу другую — улыбнулась Селена.

Ближе к концу лета девушка переехала в подземелья. Северус упорно пытался придумывать новые варианты зелий под аккомпанемент Héroes Del Silencio[15]. К радости зельедела, у девушки был только один альбом этой группы Senda '91, а не пять как у Pink Floyd. И все равно его нервы уже были на пределе. Памятуя о том, чем закончилось прошлое отнимание пластинок, Снейп продолжал терпеть. А Селена продолжала играть на его нервах.

Начало учебного года

31 августа Селена показалась на пороге покоев Снейпа с чемоданом в руках. Северус, задыхаясь от возмущения, показал на скрытую маленькую дверь позади своей кровати.

— Я на хоббита похожа?[16] — спросила девушка, разглядывая дверь в свою комнату.

— На кого? — с недоумением уставился на неё Снейп.

— Неважно — махнула рукой Селена.

Вторая комната в покоях зельевара была раза в два меньше, чем первая. Кровать, тумбочка, зеркало и маленький ночник составляли обстановку.

— Я точно хоббит, — констатировала девушка — М-да. Сколько же здесь пыли!

— Опять будете убирать магловским способом? — поинтересовался Северус с ухмылкой.

— Нет, — улыбаясь, ответила девушка, — Салазар!

Перед ними появился эльф в наволочке. Он поочередно поклонился Снейпу и Селене.

— Салазар, приберись здесь, пожалуйста — сказала Селена. Демонстративно вытащив из чемодана халат и забавные домашние тапочки с зайцами, девушка прошла в ванную.

Северус занимался своими делами. Прошло уже два часа, а девушка все не выходила из ванной комнаты. Зельедел начал беспокоится.

— Сантос! Сантос, с вами все хорошо? — постучав, спросил Снейп.

— Все отлично, Северус — насмешливо проговорила Селена. Перед растерянным зельеделом она появилась в белом халате и с тюрбаном из полотенца на голове, — Беспокоился?

— Хватит фамильярничать! — зашипел мужчина.

— Сами же так разрешили себя называть, — пожала плечами волшебница.

— То, что вы живете здесь — ничего не меняет в наших отношениях, — проговорил Северус, приближаясь к девушке.

— Конечно! Вы все также ненавидите меня потому что пару раз я видела вас настоящим, — срываясь на крик, сказала Селена.

— Замолчите! — взревел зельевар.

— Я больше не буду молчать! Мне уже надоело доказывать то, что у вас перед глазами, но вы упорно не видите, — оттолкнув от себя мужчину, девушка скрылась в комнате.

Первого сентября юные волшебники прибывали в школу Чародейства и Волшебства «Хогвартс». «Пророк» пестрел сообщениями о том, что Сириус Блэк сбежал из Азкабана.

Большой зал приветствовал новых учеников. Гарри и Гермиона, и профессор Макгонагалл вошли в зал, когда церемония распределения уже закончилась.

— Приветствую всех! — сказал директор — Приветствую и поздравляю с началом нового учебного года в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс»! Мне надо многое вам сказать. Начнём с самого важного и серьёзного, чтобы уж больше к этому не возвращаться. Это не самое приятное известие, но зато нас сегодня ждёт отменное пиршество. — Дамблдор кашлянул и продолжал: — Как вам уже хорошо известно, в нашу школу прислали на время несколько стражей Азкабана — дементоров, которые находятся здесь по поручению Министерства магии. Сегодня вечером они производили обыск в «Хогвартс-Экспрессе».

Несколько секунд Дамблдор молчал. Все в зале ждали продолжения.

— Они будут стоять у всех выходов с территории школы, — продолжал директор. — И пока они здесь, — запомните хорошенько! — никто не должен даже пытаться покинуть Хогвартс без разрешения. Дементоров не проведёшь ни переодеванием, ни какими-либо ещё фокусами, не помогут даже мантии-невидимки. Дементоров тщетно умолять, тщетно просить прощения. Поэтому я вас очень прошу, всех и каждого, не давайте им повода причинить вам вред. Я уже говорил со старостами факультетов и двумя нашими новыми старостами школы, они будут следить, чтобы никто никогда не затевал с дементорами опасной игры — опять установилась тишина, а затем директор продолжил — Закончу на более приятной ноте, — продолжил он. — Счастлив представить двух наших новых преподавателей. Во-первых, профессор Люпин, который любезно согласился занять должность преподавателя защиты от тёмных искусств. Что касается второго назначения должен, к сожалению, напомнить, что профессор Кеттлберн, наш специалист по уходу за магическими существами, в конце прошлого семестра подал прошение об отставке, чтобы провести больше времени с оставшимися у него руками и ногами. Так вот, с большим удовольствием сообщаю вам, что его должность согласился принять сам Рубеус Хагрид. Он будет совмещать работу лесничего с преподаванием. И третье назначение — мисс Сантос любезно согласилась стать лаборантом профессора Снейпа.

Большой зал взорвался аплодисментами. Гриффиндорцы радовались за Хагрида и Сантос (девушка успела завоевать доверие львиного факультета).

— Директор в этом году решил вывести меня из себя — пробубнил Северус себе под нос, смотря на улыбающегося Люпина.

И как назло именно в этот момент Римус начал что-то рассказывать Селене и девушка светилась от счастья и радости.

— Скорее бы все это закончилось.

Зря надеялся зельевар, что все так быстро закончится. Все только начиналось. Утром четверга у Гриффиндора и Слизерина было два урока подряд по зельям.

И на этот урок явился Драко Малфой с перевязанной рукой хотя у него все давно прошло. «Нечего было злить гиппогрифа» — со злостью подумала Селена, наблюдая как слизеринец подсаживается к Гарри и Рону.

— Сэр, — обратился Драко к Снейпу, — у меня болит рука, я не могу нарезать коренья маргаритки.

«Тебе бы в театральное поступить, Малфой, там твои актерские способности не пропадут» — Селена продолжала чистить пробирки для зелий, старательно пытаясь ненароком их не разбить от возмущения.

— Уизли, нарежьте Малфою, — не взглянув на Рона, приказал Снейп.

— Профессор, — пожаловался через некоторое время Малфой, — Уизли кое-как их нарезал.

Селена уже намеревалась высказать младшему Малфою все, что о нем думает, но Северус опередил её и раньше подошел к их столу.

— Отдайте свои коренья Малфою, Уизли, а его возьмите себе.

— Но, сэр… — пролепетал Рон.

— Сейчас же! — рявкнул Снейп.

— Профессор Снейп, можно вас на минутку? — спросила Селена. Вдвоем они оказались в подсобном помещении, — Вы не видите, что Малфой притворяется? С каких пор вы выделяете себе любимчиков среди учеников? — набросилась на него с вопросами волшебница.

— Драко — мой крестник — устало ответил Северус.

— И что? Вы станете потакать ему? — не унималась Сантос.

— Ладно, ваша взяла — согласился Снейп.

— Сэр, мне не справиться с сушёной смоквой — Малфой не скрывал в голосе злобной насмешки.

— Мистер Малфой, с таким простым делом вы прекрасно сможете справиться сами — произнес Северус и пошел по классу, проверяя зелья других учеников, — Оранжевое, Долгопупс! — Снейп на глазах всего класса зачерпнул немного зелья, высоко поднял черпак и опрокинул обратно в котёл.

— Оранжевое! У вас в одно ухо влетает, в другое — вылетает. Я ведь яснее ясного сказал: одна крысиная селезёнка! Две капли пиявочного сока! Когда вы, наконец, станете слушать, что вам говорят?

— Сэр, — вмешалась Гермиона, — позвольте, я помогу Невиллу исправить зелье.

— По-моему, я вас не спрашивал, мисс Грейнджер, и нечего выскакивать. В конце урока, Долгопупс, мы дадим отведать это зелье вашей жабе. Может, тогда вы поумнеете, — И Снейп отправился дальше.

— У вас в котлах все необходимые вещества. Пусть зелье покипит, а вы пока уберите со столов. В конце урока проверим раствор Долгопупса… — остановил перепалку Поттера и Малфоя зельевар.

«Вместо того, чтобы помочь Невиллу, Снейп делает ещё хуже. Хотя он всегда такой» — рассуждала Селена. Пока Северус отвлекся на других учеников, девушка незаметно подсказывала неуклюжему гриффиндорцу.

Перед самым концом урока Снейп подошёл к Невиллу. Невилл всё ещё сидел на корточках у котла.

— Идите все сюда, — позвал Снейп — Поглядим, что будет с жабой Долгопупса. Правильно сваренное зелье превратит её в головастика. Если же Долгопупс испортил варево — а я в этом не сомневаюсь, — его жаба сдохнет.

Гриффиндорцы с опаской ждали, что будет. Слизеринцы ликовали. Снейп взял Тревора, зачерпнул ложечкой каплю зелья — оно было теперь зелёное — и влил жабе в рот.

Воцарилась мёртвая тишина. Тревор сглотнул — хлоп! — превратился в головастика и завертелся у Снейпа на ладони.

Гриффиндорцы захлопали. Снейп с кислой миной вытащил из кармана пузырёк, капнул на Тревора какой-то жидкости, и головастик снова стал жабой.

— Все свободны. Урок окончен — объявил Северус.

Когда уставшие ученики покинули класс, зельевар с недовольной миной на лице повернулся к Селене:

— И как это называется, Сантос?

— Что именно? — невинно хлопая глазками, поинтересовалась волшебница.

— Какого Мерлина вы помогали Долгопупсу? — зашипел зельедел.

— Вы так запугали бедного мальчика, что я просто не могла не помочь — ответила девушка.

— Приберитесь здесь! — зло бросил Снейп и вышел из кабинета.

Боггарт

Селена приводила себя в порядок. Этим вечером она намеревалась прогуляться по Хогсмиду с Римусом.

— Куда-то собрались? — насмешливо спросил Снейп, взглянув на девушку.

— Да. Иду гулять.

— Будьте осторожны, сегодня полная луна.

— То есть?

— Люпин — оборотень — спокойно произнес Северус, наблюдая за реакцией Селены.

И было на что посмотреть — сначала девушка застыла, а потом в ход пошли смачные испанские ругательства.

— И вы молчали все это время?! — преодолев минутную слабость, спросила волшебница.

— Не хотел вас тревожить — беззаботно откликнулся зельевар — Кстати, может, все-таки скажите во что превратился ваш боггарт на третьем курсе?

— Б-б-богарт? — переспросила Селена.

Кабинет ЗОТИ. Профессор Жеан Дюпре объясняет как бороться с боггартом. А само существо сидит в огромном трюмо.

— Лучшее оружие против боггарта — смех. Заклинание — Ридикулус. Запомнили, Сантос? — обратился к слизеринке профессор. Получив несмелый кивок, Жеан продолжил — Раз, два, три!

Боггарт превращается в Каролину Сантос и твердит: «Ты никому не нужна! Тебя никто не полюбит!». Растерявшаяся Селена выбегает из класса под дружное улюлюканье сокурсников. В коридоре она сталкивается со Снейпом и без всяких предисловий обнимает его.

— Что на этот раз? — спрашивает Северус, тщетно пытаясь вырваться из объятий ученицы.

— Северус, она сбежала с моего урока — запыхавшийся сорокалетний француз с удивлением смотрит на них.

— Ясно. Я сам с ней разберусь — говорит зельевар, уводя ученицу к себе, — Салазар, чаю!

Домовой эльф ставит чашку с чаем на столик и исчезает. Северус облакачивается на кресло пока Селена сжимается под его взглядом на соседнем.

— Я хочу знать, что произошло.

— Вкусный чай, профессор.

— Сантос!

— Мама меня не любит. И здесь я лишняя. Мне нигде нет места! — чашка разбивается, а девушка заплаканными глазами смотрит на профессора.

— Тише-тише. Сантос, что за бред? — Северус присаживается рядом с её креслом и их лица оказываются друг напротив друга — Если у вас нет друзей, это ещё не повод разводить истерику на пустом месте. Когда я здесь учился, то тоже был один. Но выжил как видите.

— Мой боггарт — это моя мать — выплывая из омута воспоминаний, сказала Селена, — А ваш боггарт, профессор?

Северус не любил вспоминать тот день. Тогда он тоже стал посмещишем, а гриффиндорцы потом долгое время дразнили его из-за боггарта.

Кабинет ЗОТИ. Боггарт находится в большом шкафу. Профессор Жеан Дюпре по очереди вызывает учеников. Очередь доходит до него.

Снейп стоит перед шкафом. И вдруг появляется сначала мертвая Лили, а потом его отец. Молодой мужчина с черными волосами и горящей злобой взглядом.

— Ты — ненормальный! Ты никогда не станешь волшебником потому что этой школы не существует! Ты все выдумал! — говорит голосом Тобиаса Снейпа боггарт.

— Северус, подумай о чем-нибудь веселом — произносит Жеан.

— Ридикулус! — на Тобиасе появляется женская одежда. Класс смеется. Вот только Северусу одному не смешно. Боггарт прячется в шкаф.

— Мой боггарт — мертвая Лили и мой отец — глухо проговорил Снейп.

— Насчет родителей мы солидарны — с грустной улыбкой произносит Селена, — Пойду, посмотрю, где моя собачка.

— Вы завели собаку?

— Ещё в прошлом году. Если бы вы чаще выходили из подземелий, то увидели бы как я учу Анастейшу командам во дворе Хогвартса.

— Анастейшу?

Ответом на вопрос зельевара стало гавканье черного пуделя с ошейником. От неожиданности Северус запрыгнул на кресло.

— Анастейша, ко мне. Профессор, я вас спасла — сыронизировала Сантос, уводя собаку в свою комнату.

Рассуждения о…

Селена вечером куда-то уходила, взяв с собой собаку. Северус гадал куда же она ходит. А потом решил проследить — любопытство взяло верх над доводами разума.

Он увидел их у Черного озера. Римус Люпин и Селена Сантос что-то обсуждали. Пудель бегал вокруг них. Когда Анастейша принесла хозяйке какую-то палку, и эта самая хозяйка сделала из палки распустившийся цветок на ладони, Снейп не выдержал и подошел к ним.

— Сантос, как вы это сделали? — спросил Северус.

— Что сделала? — переспросила Селена.

— Превратили палку в распускающийся цветок. Так могут делать только дети — сказал зельевар — И так делала Лили.

— Я тренировалась и сохранила детское умение. Ваша Лили давно мертва. А я рядом, и я живая! — произнесла девушка с болью.

Северус с недоумением уставился на Селену. Римус взглядом показал ему уйти. Черная мантия трепалась на ветру пока мужчина удалялся.

Девушка грустно смотрела ему вслед.

— Я думаю, что Северус никак не может отпустить прошлое — подал голос Люпин.

— Лили давно умерла. Неужели Снейпу до сих пор кажется, что она шлет ему приветы из прошлого? — задала риторический вопрос Селена.

— Северус очень любил Лили. Когда человек умирает, мы продолжаем его любить — произнес Римус — Дайте Северусу осознать, что вы рядом и никуда не денетесь, и все изменится. Поверьте мне, мисс Сантос.

— Спасибо, Римус! Если бы не вы, я бы так и скучала в подземельях.

— Вы ведь любите Северуса Снейпа, Селена?

— Да. Неужели это так заметно?

— Заметно. Не волнуйтесь, я никому не расскажу.

Вконец растерянный зельедел возвращался в подземелья. Он злился и на Люпина, и на Селену. «Какого Мерлина она каждый год крутит романы с профессорами ЗОТИ?! Черт, а мне какое до этого дело? Мерлин дери эту девчонку!» — рассуждал Северус, измеряя длину и ширину своих покоев. Он с нетерпением ждал, когда появится его лаборантка.

— Хотите посмотреть со мной фильм? — с порога спросила Селена, не дав мужчине вылить на себя ушат сарказма.

— Фильм?

— Да, фильм.

— Ну что ж, давайте посмотрим.

Северус прошел за Селеной в небольшую комнату. Рядом с кроватью стоит телевизор Sony. Вставив кассету, девушка стучит палочкой по агрегату и на экране появляются первые кадры.

Зельедел присаживается на край кровати, а Селена спокойно садится рядом с ним. На откровенных сценах «Голубой лагуны» волшебница видит, как мужчина краснеет и еле сдерживает улыбку.

— Неплохой фильм, не считая кхм…сцен занятий любовью — выносит свой вердикт Северус.

— Когда люди любят друг друга, они занимаются сексом и это абсолютно нормально.

— Сантос, а вы прям знаток «Камасутры»! — насмешливо произносит Снейп.

— Хотите проверить, профессор? — с вызовом спрашивает Селена.

— Лучше ложитесь спать. Завтра вам с утра готовить пробирки. Сегодня же вы их не вымыли — отвечает Северус.

— Вы все время отдаете работе. А как же жизнь?

— Не ваше дело.

— Я приглашаю вас завтра на прогулку.

— Я занят, Сантос.

Девушка пытливо смотрит ему в глаза. Северус от такого пристального внимания сам невольно отводит взгляд. Он уже собирается уходить, проклиная про себя бывшую ученицу…

— Пожалуйста, давайте прогуляемся вместе — глухо звучит голос Селены.

— Гуляйте со своим оборотнем — сдерживая злость, произносит зельевар.

— С Римусом мы — друзья, — говорит волшебница, — А вы ревнуете?

— Не воображайте, что мне есть дело до вас, мисс — ядовито отвечает мужчина.

Тут он замечает, что сболтнул лишнего. Девушка смотрит в одну точку перед собой. Северус хочет подойти ближе к ней и извиниться, но его магией отбрасывает назад. Она снова построила стену. В прямом смысле.

— Сантос, немедленно откройте дверь!

— Уходите!

— Это мой дом, и я никуда не уйду пока вы мне все не объясните!

Дверь распахивается. Северус отскакивает в сторону. На пороге стоит Селена, и глаза у неё красные от слез.

— Вам нужны объяснения, профессор Снейп? Да вы каждый день говорите, что я неуклюжая маггла, а не волшебница! Вы каждый день унижаете меня перед Эйлин! Зря я согласилась переехать к вам! — кричит девушка.

— Можете уезжать хоть сейчас! — не выдерживает зельевар.

Через раскрытую дверь он видит, как она собирает свои вещи. Он уже успокоился и хочет извиниться перед ней. Но стоит ему подойти ближе — и его отбрасывает назад магией.

— Что здесь происходит? — спрашивает Эйлин, появляясь на втором этаже — Селена, куда ты? Северус, что ты натворил?!

— Пусть уходит — говорит мужчина.

— Уже поздно! И разве Селене есть куда пойти? — слова матери гасят последние остатки гнева в его душе. Теперь зельевар пытается её остановить. Сломив невидимую стену, он притягивает сопротивляющуюся девушку к себе.

— Хотите ещё поиздеваться надо мной? — спрашивает Сантос, продолжая брыкаться в его руках.

— Успокойтесь — говорит Северус, и проскользнувшая теплота в его глазах заставляет девушку остановится и прекратить сопротивление. Она выжидающе смотрит на него — Давайте договоримся. Вы не трогаете меня, я не трогаю вас.

— Идет, профессор — быстро соглашается Селена — А теперь отпустите меня.

Вторжение и новый этап

— Профессор! Профессор Снейп! — чей-то нежный голос позвал зельевара в полудреме.

Северус нехотя проснулся и обнаружил, что заснул на книге за столом в своей комнате. А напротив него стоит Селена.

— Вы, похоже, уснули пока ждали меня, — зачем-то пояснила девушка.

— Я вас не ждал, — сухо бросил мужчина.

К Северусу приходит понимание, что просмотр фильма с Сантос и последовавшее за ним воспоминание были всего лишь сном. Он все ещё не может до конца проснутся и встречается с лучистыми зелеными глазами.

— Интересная книга? — спрашивает Селена.

— Да.

— Видимо, поэтому вы и уснули — в зеленых глазах появляется озорство.

— Занимайтесь своими делами, Сантос — раздраженно говорит Северус, с невозмутимым видом закрываясь от девушки и утыкаясь в книгу.

— Не знала, что вы любите маггловскую литературу.

— По-вашему я должен только книги по зельеварению читать?

— Нет.

— Как ваша прогулка с оборотнем? Вас ещё не укусили? — насмешливо спрашивает Снейп.

— К вашему сведению, профессор — едко выделяя последнее слово, говорит Селена — Мы с Римусом друзья и не более. А вам не хватает смелости признаться, что вы меня ревнуете к нему.

Северус уже собирается что-то возразить, но девушка быстро юркает в свою комнату. И Снейп поневоле возвращается к чтению «Мага» Фаулза[17]. С помощью книг мужчина пытается понять, что его так привлекает в этой сильной Селене. И когда она успела вторгнуться в его жизнь и занять там место?

Может, когда они впервые встретились на уроке и Селена единственная из всех слизеринцев подняла руку и правильно ответила на его вопрос. Может, когда он впервые отправил её на отработку и снял первые баллы с собственного факультета (раньше он этого не позволял себе делать). Может, когда он впервые спас её. Может, когда она попала под действие заклинания мертвого сна, и она ненадолго переехала к ним. Может, когда он вместе с матерью посетили её, и она показывала ему город, попутно рассказывая его историю лучше всякого гида. Может, когда она пропала на пять лет, и он мучился чувством вины. Может, когда она вернулась в Хогвартс, и они поговорили после стольких лет молчания.

Столько предположений и столько воспоминаний связано у Северуса с Селеной! А ещё завещание матери ввергло его в ступор — Эйлин поделила дом поровну между ним и Сантос. Мало того, что они живут под одной крышей в Хогвартсе, теперь у этой бесшабашной девчонки есть часть его дома! И она имеет право там жить. Только Снейп все откладывает и откладывает важный разговор, ища подходящий момент. А он все не наступает.

События между тем в Хогвартсе сменяли одно другое. Сириус Блэк как-то проник в неприступную крепость и испугал Полную Даму. Люпин и Снейп «вежливо поговорили» насчет Карты Мародеров. Состоялся матч по квиддичу между Гриффиндором и Слизерином. Селена уже понадеялась, что год закончится спокойно (наивная!).

Вечером несколько человек приближались к Гремучей иве. Гарри и Гермиона хотели спасти Рона от огромного пса. Профессор Люпин решил проведать старого друга. Снейп решил доказать Дамблдору, что Римус впустил Сириуса в школу. Селене было любопытно, что происходит.

Когда девушка оказалась в Визжащей хижине, там собралось немало людей и яблоку негде было упасть. Палочка Гарри была у Люпина, а сам Римус лежал, связанный веревками на полу. Северус направил палочку на Блэка. Гермиона пыталась воззвать к разуму горящего праведным гневом Снейпу. Но что-то пошло не так и теперь зельевар ударился о стену и сполз на пол.

— Что здесь происходит?! — воскликнула Селена, выходя из своего укрытия за дверью, — Что вы наделали?

— Я пытался объяснить Снейпу, что все не так как он думает — подал голос Блэк, — Но он напал на меня.

— Римус, вы же обещали, что не причините Северусу вреда! — в бессилии прокричала девушка, садясь рядом с профессором, лежащим без сознания — Расскажите все Гарри, наконец, а я займусь Снейпом. Его нужно отправить в больничное крыло.

Мужчины и трое гриффиндорцев с удивлением наблюдали как девушка левитирует Снейпа прочь из хижины. Конечно, Римус ей рассказал немного о своих школьных годах. А вот остальное пришлось восстанавливать из рассказов Макгонагалл. И картина была не самая радужная — предателем был Питтегрю, а в Азкабан посадили невиновного.

Селена прогуливалась по Лондону в одиночестве. После отъезда Люпина в подземельях ей стало совсем невмоготу. Северус только и делал, что брюзжал и постоянно подтрунивал над девушкой. Она пыталась сказать ему о своих чувствах, но не находила подходящего момента.

Они все никак не могли нормально поговорить. И это ещё больше расстраивало девушку. Чтобы отвлечься, она зашла в обычный книжный магазин.

Ей попалась на глаза книга «Гарри Поттер и философский камень» под авторством некого Дж. К. Роулинг. Селена начала листать её и обнаружила, что какой-то маггл пишет о магическом мире. В голову девушки полезли мысли одна невероятнее другой. Из книжного она вышла уже с тремя романами из серии о Гарри Поттере.

Решив изучить подробнее, Селена отправилась в подземелье. И ровно через неделю, когда Северус только собирался заняться очередным зельем, она грохнула книги на стол и под ошалелым взглядом профессора начала вещать.

— Кто-то рассказывает о нашем мире магглу — заявила девушка.

— С чего вы взяли?

— Здесь описаны все события, что произошли в Хогвартсе за три года. И персонажи — все преподаватели, и Гарри, и Рон, и Гермиона. Не верите — сами прочтите.

Северус с недоверием открыл первую попавшуюся книгу. И с каждой прочитанной страницей он находил подтверждение слов Сантос.

— А почему вас здесь нет?

— Не знаю. Может, писателю ничего неизвестно обо мне.

— Хмм…тогда я не представляю, как этому писателю удалось узнать то, что происходит в школе.

— Я хочу это выяснить.

— И как же?

— Слежка — как фокусник она достала из рукава мантию-невидимку — Скорее всего, информацию передает тот, кто давно работает в школе и знает вас.

— Не стройте из себя Шерлока Холмса, Сантос! А, если вам нечем заняться, то я с удовольствием найду вам работу.

— Ну уж нет. Больше я работать с вами не буду.

— Хорошая мне досталась лаборантка! Чуть что — сразу поступает как футбольный клуб.

— Я не виновата, что у меня такая фамилия![18]

— Прекратите заниматься ерундой! В конце концов, у вас есть дела поважнее, чем следить за кучкой преподавателей.

Целую неделю Селена старательно изображала из себя послушного помощника. Северус успокоился. И надо же было ему зайти в комнату девушки! Он увидел расписание дня всех преподавателей с пояснениями. Макгонагалл завела себе кошку поэтому отлучалась перед обедом. Филч по вечерам занят курсом «Скоромагии». Стебль проводит все время в теплицах. Трелони любит выпить. Флитвик читает. Хагрид возится со своими животными. И только два человека стоят под вопросом — Чарити Бербидж и Альбус Дамблдор.

— ¡Diablos![19] Снейп, зачем так пугать? — спросила Селена, столкнувшись с зельеваром на пороге своей комнаты.

— Я думал, что вы утонули в душе — бросил Северус.

— Не смешно — возразила волшебница, — Что вы здесь делаете?

— Решил проверить на сколько вы меня поняли. Оказалось, что вам очень нравится играть в детектива — прошипел зельедел.

— У моей слежки есть результаты.

— Результат нулевой.

— Посмотрим, как вы запоете через месяц. Дамблдор раз в три дня куда-то отправляет сову с сообщением. К концу года он вечно уезжает. Вам не кажется это странным?

— Нет. У Дамблдора есть много своих дел, которые вас не касаются.

— Видимо вас тоже, Северус — иронично пропела его имя Селена — Раз вы ничего не знаете про сову.

— Жду вас вечером для экзамена. Если куда-то отлучитесь без моего ведома, я сообщу директору о том, что вы провалились.

— Угрожаете? — томно прошептала ему на ухо девушка.

— Предупреждаю.

Черная мантия выскользнула из маленькой комнатушки. Селена с чувством послала ему в вдогонку парочку ругательств на испанском. Несколько раз чертыхнувшись по пути, она все-таки пришла на экзамен по зельеварению и сдала его.

Дни шли за днями. А волшебница так и не выяснила кто же рассказывает Дж. К. Роулинг о магическом мире. Скоро раздастся гудок «Хогвартс-Экспресса» и все начнется заново. Первокурсники, распределение, уроки, помощь Снейпу, теория и практика зельеварения, чтобы закончить школу. Но как же много не решенных проблем!

Покорение вершины

Селене иногда казалось, что Северус — неприступная гора. И покорить её не удастся. Сколько лет она пыталась сказать ему о своих чувствах! Сколько было намеков! Но зельевар оставался непоколебим. Он или не замечал вовсе, или отказывался видеть.

Такие мысли занимали лаборантку Снейпа все утро перед тем как в Хогвартс пожаловали гости из Шармбатона и Думстранга. А вот мужчину мучило совсем другое.

Северус Снейп, поклявшийся любить Лили всегда, с ужасом и трепетом понимал, что его все чаще мучают воспоминания о Селене. Он мог вспомнить какую-то незначительную деталь из их общего прошлого и тут же отдаться во власть лавине. Северус перестал понимать сам себя. Его как магнитом тянуло к взбалмошной неусидчивой неряшливой неумелой девчонке.

«Она уже давно не девчонка» — мысленно отругал себя Снейп, держа в руках заветный патент на производство ощущального зелья. Эта незначительная деталь не ускользнула от внимания Селены, готовившей экзаменационный вариант снадобья.

— Что это у вас? — тут же поинтересовалась девушка, отвлекаясь от своего занятия. Итогом невнимательности стал опутавший дым класс, который умелой рукой развеял Северус.

— Неважно. Мисс, передайте, пожалуйста, письмо одной особе — попросил вдруг мужчина.

Селена с удивлением приняла от него белый конверт с черной печатью в виде летучей мыши. «С.С.» — было написано на письме. И теперь девушка начала гадать кто же такая эта дама С.С., которой написал Северус. Не замечая подвоха, девушка боролась с желание вскрыть злосчастный конверт. Но мечте не суждено было сбыться — она обещала прийти на чай к Чарити Бербидж.

— Здравствуйте, Селена! Проходите — с улыбкой встретила нашу героиню преподаватель маггловедения.

Чарити оказалась доброй женщиной лет сорока-сорока пяти. В уютно обставленной комнате ярко горел камин.

Проявляя участие, Чарити расспросила Селену о магглах и её жизни среди них. Увидев неподдельный интерес, девушка уже мысленно вычеркнула преподавателя из списка подозреваемых. Задушевно проведя вечер, Селена нашла в своей комнате ещё одно письмо, адресованное некой С.С.

Лаборантке было невдомек, что Северус поступает с ней как героиня пьесы Лопе де Вега «Собака на сене». Да она и предположить не могла, что замкнутый зельевар будет писать ей письма!

Вокруг все больше становилось загадок — кто-то подбросил имя Гарри Поттера в Кубок Огня, Аластор Грюм вдруг решил показать Непростительные заклинания, Дамблдор продолжать слать сов в неизвестном направлении. А скоро в маггловской газете Лондона появился анонс о выходе новой книги — «Гарри Поттер и Кубок Огня». Все это сбивало с толку. Селена пыталась разобраться, но ещё больше запутывалась. Северус лишь посмеивался над ней.

В один свободный вечер, когда зельевар решил посетить своего давнего «друга» Люциуса, Селена, не выдержав, вскрыла письма.

«Мисс Сантос, мы часто спорим с вами по поводу и без. Я хочу это исправить и приглашаю вас прогуляться до Черного Озера сегодня вечером.

Северус Снейп».

Твердой рукой и красивым почерком было написано это послание, так обрадовавшее Селену. Девушка и дальше бы радовалась, если бы не поняла, что должна была вскрыть письмо ещё три дня назад и хоть как-то ответить. Теперь она с трепетом открывала второй конверт.

«Мисс Сантос, ваше молчание убивает меня. Раньше вы могли говорить без умолку, а теперь лишь молчите и странно смотрите на меня. В чем причина ваших пристальных взглядов? Что вы хотите сказать мне, но не решаетесь? Надеюсь, что я получу свои ответы завтра, когда вы, тщательно подготовив свою речь, сможете мне ответить.

Северус Снейп».

Сердце девушки забилось от счастья. Догадка озарило её лицо — у них обоих одинаковые инициалы. С.С. — это она сама. Однако ей пришлось радоваться недолго — от Люциуса Северус вернулся мрачный и злой.

— Что-то случилось? — ласково спросила волшебница.

— Не ваше дело, Сантос — прошипел Снейп.

Заметив, что мужчина морщится от боли и закрывает левую руку правой, Селена совершенно по-детски подула на больное место.

— Что вы делаете? — оторопел от её действий мужчина.

— Меня так мама учила, — ответила девушка. — Простите.

— Да что с вами сегодня? — изогнув бровь, поинтересовался Северус, заметив нездоровый румянец на её щеках.

— Неважно себя чувствую, но это пройдет — пролепетала Селена под пристальным взглядом. Северус нежно коснулся рукой её щеки. Девушка же, осмелев, прильнула к его груди. Обоих окутало приятное тепло. Проблемы ненадолго, но отступили.

— Какого Мерлина, Сантос? — воскликнул зельевар, заметив белое пятно и каштановые волосы в своей кровати.

— Я не могу согреться в женском общежитии, а у вас так тепло — буквально промурлыкала шестнадцатилетняя девушка. Её тут же сморил сон.

Северус подбросил в камин ещё несколько поленьев. Растянувшись на неудобном кресле, он прикрыл глаза. Но перед внутренним взором все ещё стояла полуголая девушка в его постели. Каштановая головка почти спряталась под одеялом, сворачиваясь в клубок. Тогда Снейп достал второе одеяло и накрыл им девушку. Он, конечно, знал, что южанки плохо переносят холод. Но Селена нагло каждую зиму являлась в его комнату, тревожа его сон и мысли.

Булерия[20]

С некоторых пор Селена начала замечать, что из кладовой Снейпа пропадает шкура бумсланга, рог двурога, спорыши, водоросли, пиявки и златоглазки. Помня, что на первом курсе мисс Грейнджер варила оборотное зелье, лаборантка с помощью мантии-невидимки следила за неразлучной троицей. Но в пропаже ингредиентов они виноваты не были.

Однажды вечером мисс Сантос, прихватив мантию невидимости, решила наведаться в кладовую. Еще издалека она заметила мужскую фигуру и застыла на месте.

— Алохомора! — произнес Аластор Грюм, открывая дверь в святая святых зельевара.

Взяв необходимые ингредиенты, бывший мракоборец удалился.

А Селена забыла как дышать. Не веря своим глазам, она открыла Карту Мародеров, любезно одолженную Люпином. Аластор Грюм возвращался в свой кабинет… Как бы не так! Вместо Грозного глаза Карта показала точку с надписью «Барти Крауч-младший». Со скоростью света девушка ворвалась в кабинет зельеварения, где со спокойным видом Северус Снейп проверял работы учеников.

— Что на этот раз, Сантос? — устало поинтересовался зельедел.

— Грюм не настоящий!

— С чего вы взяли?

— Сами посмотрите! — Селена буквально ткнула мужчину в Карту.

— Мерлинова борода! — раздалось через несколько секунд, когда до Снейпа дошло. «Жираф и то быстрее соображает» — недовольно подумала волшебница.

— Нужно сказать директору.

— Я не пойду туда! Хватит с меня лимонных долек! — воскликнул Северус.

— Хорошо, я скажу сама. Трус! — последнее, что услышал зельевар перед тем как дверь захлопнулась с обратной стороны.

Северус отложил непроверенные работы. Ему сейчас было не до этого. Все мысли крутились вокруг Селены как бы он их не отгонял. Вспомнился разговор с психологом-сквибом после того как в Сантос обратилась за помощью к директору, чтобы избавиться от насмешек и издевок на 6 курсе обучения.

— Почему я не могу прочитать ее мысли, увидеть воспоминания?

— Девочка сама поставила щиты против легилеменции. Она закрыла все воспоминания, которые причиняют ей боль.

— Но не избавилась от них?

— Да. Знаете, это похоже на дамбу. Она сдерживает болезненные воспоминания, но рано или поздно они прорвутся. Лучше бы Селена все вам рассказала.

— Но почему именно мне?

— В вас она видит поддержку и заботу.

— Забота не по моей части.

— Селена думает иначе, профессор Снейп.

Снейп уже который год ломал голову над тем, как он относится к Сантос. Когда в нее попали заклятием мертвого сна, он испугался, что может потерять ее. Когда она попала в Больничное крыло с выкидышем, он места себе не находил. Северус и рад бы привязаться и полюбить, но тяжела и неказиста жизнь двойного шпиона. Зельевар ой как не хотел, чтобы с девушкой случилось что-нибудь по его вине. Тем более не ровен час воскреснет «Волдемортушка»(как шутливо прозвала его Селена). Мужчине же было не до шуток — метку жгло. Близилось второе испытание турнира Трех Волшебников.

Мисс Сантос тем временем поднималась в кабинет директора Хогвартса. Она застала почтенного старца за просмотром воспоминаний в Омуте памяти.

— А, это вы. Присаживайтесь — ласково проговорил Дамблдор.

— Директор, у меня есть важная информация.

— Надо же! И что вы хотите мне сообщить? — лукаво посматривая из-за очков-половинок, спросил директор.

— Вас одурачили. Аластор Грюм — это Барти Крауч-младший.

— На сколько мне известно, Крауч-младший сидит в Азкабане.

— Значит сбежал.

— Мисс Сантос, вы же понимаете, что без доказательств я не могу вам поверить?

— Понимаю.

От директора Селена ушла ни с чем. «Всем доказательства подавай! Мне одной надо, чтобы с Гарри было все в порядке? Интересно, передала ли Поттеру послание Диггори Миртл? Надеюсь, что передала. Иначе я с ней общаться не буду. Вечно ищешь-ищешь ее по всему замку, а она обитает в ванне старост. Подруга называется!» — мрачно размышляла волшебница, направляясь в подземелья.

По пути она столкнулась с Драко Малфоем.

— Марш в общежитие!

— Не вам мне приказывать, мисс.

— Сниму баллы.

— У вас нет таких полномочий.

— Зато у профессора Снейпа есть.

— Я уже возвращаюсь в гостиную — быстро ретировался Малфой-младший.

Селена картинно закатила глаза. И ушла к себе. Ее эта школа уже доконала. Особенно сводный братец, сумасшедший директор и саркастический Снейп. В такие дни ей особенно не хватало Эйлин и ее поддержки.

— Сантос, вы ничего не забыли? — спросил Снейп, появляясь на пороге ее комнаты.

— Идите к дьяволу! — откликнулась девушка. Она закрыла голову подушкой, чтобы избежать расспросов. Не получилось.

— Может, Вы перестанете быть страусом и мы поговорим?

— Нет.

— Сантос!

— Да что вам всем надо от меня?! — закатила глаза девушка, выбираясь из своего укрытия.

— Сбавьте тон, мисс.

— Иначе что? Заколдуете? Давайте!

Волшебница наступала на Северуса. Мужчина отходил назад до тех пор пока не встретился со стеной. «Фурия» — успел подумать Снейп прежде чем произнести:

— Легилеменс!

Маленькая Селена зовет мать. Ищет по всему дому. Ворвавшись в спальню, она застает мать в объятиях мужчины и убегает. Мужчина бежит за ней…Вот он похотливо целует девочку.

— Не трогай мою дочь! Она еще мала для твоих игр! — раздается голос Каролины.

— Я подожду пока она вырастет — обещает мужчина.

Картинка меняется.

Первая встреча со Снейпом. Первая отработка.

— Сантос, вы неправильно режете ингредиенты. Напишите эссе на два свитка о применении волчьей отравы. Пока не сдадите, не появляйтесь в моем классе.

Опять картинка меняется.

Теперь Снейп гоняется за ученицей.

— Сантос, если вы выбрали зелья для сдачи Ж.А.Б.А, то имейте совесть появляться на моих занятиях!

— Профессор Снейп, вы же не хотите видеть Ходячий Ужас на своих уроках.

— Прекратите дерзить, мисс.

— Отстаньте от меня! — стоило Северусу приблизится к девушке как она ту т же отскочила как ошпаренная.

Следующее воспоминание — яркие огни и Селена в ярком наряде и ее за руку тащит мать.

— Куда мы идем? Мама, мне страшно!

— Замолчи! Если хочешь поехать в свой Хогвартс, сначала заработай на него.

Притон. Сигаретный дым. Смущенная Селена танцует стриптиз. Какой-то богач покупает ночь с ней. И теперь девушка еле поспевает за мужчиной. Стоит им очутиться одним в комнате, как она его узнает. Вскрик… И Селена уже лежит на кровати, а этот мужчина вторгается в нее. В ее тело. Раз за разом…

Тот же притон. За окном ночь. Селена ждет очередного «счастливчика». Им оказывается Снейп.

— Какого Мерлина, Сантос?!

— Профессор, я все объясню. Я…

— Я заплатил за удовольствие — ухмылка на лице волшебника.

Северус подходит ближе к ней. Девушка отступает спиной. Споткнувшись о кровать, она падает на нее. И прикрывает свое полуголое тело руками.

— Прошу вас, не надо…

— Сантос, вы мне противны — Снейп бросает ей свою мантию. Но его слова ранят больнее.

Хогвартс. Селена пытается догнать зельевара.

— Пожалуйста, выслушайте меня. Я все могу объяснить.

— Прекратите доставать меня! В конце концов, у вас своих дел нет? Не предлагали своих ночных услуг богатеньким студентам?

— Замолчи! — взрывается девушка. Она заносит руку для пощечины, но Северус стальной хваткой берет ее за запястье — Вы делаете мне больно!

— Но вам же, ночным бабочкам, не привыкать?

Туалет Плаксы Мирт. Селена сидит на полу, обхватив себя руками. Ее плечи вздрагивают от рыданий.

— Что-то случилось? — спрашивает Миртл.

— Да. Мать задолжала кому-то крупную сумму за наркотики и продала меня. Я теперь проститутка — сквозь слезы проговорила Селена.

— Профессор Снейп знает?

— Я пыталась сказать, но меня никто не слушает. Элизабет, ему все равно!

— Расскажи директору.

— Нет.

Селена идет по школьному коридору, понурив голову. Среди толпы учеников она никого не замечает.

— Ходячий Ужас!

— Ночная бабочка!

«Добрые» школьники кидают ей в спину издевки. Волшебница никого не замечает. Она нос к носу сталкивается со Снейпом.

— Простите, профессор.

— Сантос, что с вами?

— У меня нет дома. Но вам же плевать.

— Сантос! — кричит вслед Северус, но Селена не оборачивается.

Маленький домик в Гранаде. Селена прикрывает горящую от пощечины матери щеку.

— Лучше бы я аборт сделала!

— Мама, не говори так.

— Иди отрабатывать свой хлеб!

— Я не хочу!

Северус выронил палочку, пораженно смотря на девушку. А у той уже по щекам пролегли дорожки из слез. Селена выбежала из комнаты. Волшебник поспешил за ней. Но встретился носом с дверью. На следующий день Снейпу пришло такое письмо:

«Уважаемый профессор!

Прежде чем проникать в чьи-то воспоминания, нужно спрашивать разрешения. То, что я вас второй раз не послала — спишите на мое временное дружелюбие.

Селена Сантос».

Шоу должно продолжаться

Селена задумчиво заканчивала приготавливать класс к следующему учебному дню. Северус с ленивым видом разбирал свою прессу. В комнате было очень тихо. Никто не произносил ни слова.

— Сантос! — не выдержал Снейп. Они не разговаривали уже пять дней и сейчас голос мужчины прозвучал как гром с ясного неба. От неожиданности Селена выронила чистую пробирку.

— Черт! Зачем же так пугать? — спросила волшебница, устало вздохнув — Репаро!

И пробирка вернулась в свое первоначальное состояние, то есть цельное. А зельевар подбирал слова. Он извинялся всего лишь раз за свои слова и Лили его не простила. Это был второй раз, когда мужчина намеревался попросить прощения.

— Я не должен быть лезть в ваши воспоминания без вашего разрешения — наконец, проговорил Северус, — Но я хотел вас понять и помочь.

— Понять? Помочь? Да я ещё в школе пыталась вам сказать, что происходит. Но вы слушали? Вы помогали мне? — воскликнула Селена.

— Нет — выдохнул Снейп, — Простите меня.

— Я давно простила — пожала плечами девушка, — Только я до сих пор не могу понять почему вы не хотели просмотреть мои воспоминания раньше, ещё в школе.

— Я не мог залезть вам в голову — теперь в бархатном голосе чувствовалась ирония — Вы сами закрыли эти воспоминания от меня и от себя в первую очередь.

Когда человек понимает, что любит? В какой момент это происходит? Почувствовать, что любишь кого-то — дорого стоит для такого мрачного человека как Северус Снейп. Он всячески отталкивал Селену потому что не хотел, чтобы с ней что-то случилось. Из-за него. Ему хватило смерти Лили, в которой он винит себя до сих пор. Сейчас или никогда — Селена рассказала ему все, теперь его очередь.

— Знаете, что это? — спросил Снейп, закатывая рукав — Это не татуировка. Это метка Пожирателя Смерти. Метка Волан-де-Морта.

— Но я думала, что вы состоите в Ордене Феникса и служите Дамблдору — произнесла волшебница — А вы ещё Смерть едите.

— Сантос, Пожиратели Смерти[21] — высокопоставленная гвардия, приставленная к монарху.

— Ладно-ладно. Будьте кем хотите.

Слова девушки ударили в самое сердце. Он — всего лишь пешка в руках двух волшебников. Всего лишь пешка, от которой в любое время можно избавиться. Его жизнь ничего не стоит. Тогда зачем тянуть с собой в бездну и это прекрасное создание?

— Я сам здесь закончу. Идите спать — произнес Северус.

— Я не смогу заснуть. Не понимаю почему директор ничего не предпринимает. Жизнь Гарри в опасности. Вдруг этот Пожиратель Смерти что-то замышляет.

— Шоу должно продолжаться.

— Даже если на кону жизнь ребенка?

Вопрос Селены остался без ответа.

* * *

Последнее испытание Турнира Трех Волшебников — лабиринт. Зрители на трибунах и четыре участника в зеленых зарослях. Тишина. И вдруг — первый сноп красных искр.

Селена и Северус, которые патрулировали лабиринт, поспешили вытащить участника. Им оказалась Флер Делакур. Плачущую девушку передали в руки мадам Помфри.

А остальных участников все нет и нет. Проходит час, два, три… И появляется Гарри вместе с Седриком. Оглушительный свист, радость… Музыка. Но что-то не так.

— О боже, он мертв — прошептала Селена.

— Что? — спросил Северус.

— Он вернулся, — прошептал Гарри. — Волан-де-Морт вернулся.

— Что случилось? Что происходит?

— Бог мой! Диггори! — прошептал Корнелиус Фадж. — Дамблдор… он мертв!

Слова эти тут же пронеслись над окружавшей их толпой, которая сотней голосов выплеснула эту ужасную новость в тьму ночи:

— Он мертв! Он мертв! Седрик Диггори! Мертв!

Вскрики, плач… Но Грозный глаз куда-то уводит Гарри.

— Черт побери! Снейп, куда он ведет Поттера?

— А?

— Глухая тетеря! Все приходится делать самой! Сыворотку правды захвати с собой.

— Сантос, куда?

— Кто-то же должен достучаться до этого безумного старика!

Однако Селене не удалось далеко уйти. Северус её обогнал и вместе с директором и Макгонагалл отправился в замок.

Вечером, когда Снейп вернулся в подземелья, волшебница пила чай. Вторая кружка с дымящейся жидкостью ждала зельевара.

— Вы были правы — это все, что сказал мужчина.

— А я говорила! — не удержалась Селена.

— Все намного хуже. Министр магии не верит, что Волан-де-Морт вернулся, — произнес Северус, усаживаясь в кресло, — Но он вернулся. Значит опять собрания Ордена Феникса и Пожирателей Смерти.

— Я буду рядом — с улыбкой пообещала девушка.

* * *

Большой зал оделся в черные цвета. Ученики и учителя выглядели подавленными.

— Закончился, — произнес Дамблдор, оглядев присутствующих, — еще один учебный год. Многое я хотел бы сказать вам сегодня вечером, но прежде всего я должен признаться, что мы потеряли очень хорошего человека, который должен был сидеть здесь, — Дамблдор махнул рукой в сторону стола пуффендуйцев, — и вместе с нами радоваться Прощальному пиру. Я хотел бы, чтобы все сейчас встали и подняли стаканы в честь Седрика Диггори.

Послышался стук отодвигаемых скамей. Кубки поднялись. «За Седрика Диггори» — прокатилось по залу.

— Седрик обладал многими достоинствами, которыми отличаются студенты Пуффендуя, — снова заговорил Дамблдор. — Он был хорошим верным другом, любил труд, высоко ценил справедливость. Смерть его подействовала на всех вас, независимо от того, знали вы его или нет. Поэтому я думаю, вы имеете право узнать, как это случилось. Седрика Диггори убил лорд Волан-де-Морт.

По залу пронесся взволнованный шепот. Одни смотрели на Дамблдора с ужасом, другие — с недоверием. Директор спокойно дождался пока шум стихнет.

— В Министерстве магии не хотят, чтобы я сообщал вам это, — продолжил он. — Возможно, некоторые из ваших родителей будут в ужасе от того, что я сделал. Либо потому, что они не верят в возвращение Волан-де-Морта, либо потому что считают вас слишком маленькими, чтобы говорить об этом. Но я уверен: правда в любом случае предпочтительнее лжи, а пытаться представить смерть Седрика несчастным случаем или заявить, что он сам в этом виноват, было бы оскорблением его памяти. Есть еще один человек, которого необходимо упомянуть в связи со смертью Седрика, — говорил Дамблдор, — Я говорю, конечно, о Гарри Поттере. Гарри Поттер сумел ускользнуть от лорда Волан-де-Морта, — продолжал Дамблдор. — Он рискнул жизнью, чтобы вернуть тело Седрика в Хогвартс. Он проявил храбрость, которую перед лицом лорда Волан-де-Морта проявлял не каждый взрослый волшебник и теперь я пью в его честь.

Многие повторили движение директора и подняли кубок в честь Гарри Поттера.

— Цель Турнира Трех Волшебников — укреплять взаимопонимание среди волшебников всего мира. В свете случившегося — то есть возвращения лорда Волан-де-Морта — такое взаимопонимание становится, как никогда, важным. Каждый гость этого зала, — сказал Дамблдор, и его взгляд задержался на учениках из Дурмстранга, — будет с радостью встречен здесь всегда, в любое время. Хочу повторить еще раз: в свете возрождения лорда Волан-де-Морта мы сильны настолько, насколько мы едины, и слабы настолько, насколько разъединены. Лорд Волан-де-Морт славится способностью сеять раздор и вражду. Мы можем бороться с этим, создавая прочные связи, основанные на дружбе и доверии. Различия в наших традициях и в наших языках несущественны, если у нас общие цели, а наши сердца открыты навстречу друг другу. Я уверен — и никогда еще я не хотел бы так сильно ошибиться, — что впереди нас ждут мрачные и тяжелые дни. Некоторые из присутствующих в этом зале уже пострадали от рук лорда Волан-де-Морта. Многие семьи были разрушены. Неделю назад погиб ваш товарищ.

Помните Седрика. Если настанет время делать выбор между легким и правильным, вспомните, что случилось с честным, добрым, смелым мальчиком только потому, что он случайно встал на пути лорда Волан-де-Морта. Помните Седрика Диггори.

Так печально год ещё не заканчивался. Поникшие ученики собирали чемоданы. Скоро должен был уехать Хогвартс-Экспресс. Вот только радости не было на лицах.

* * *

Пока Северус отсутствовал, девушка решила из интереса порыться в его почте. Тем более с директором она уже прокололась — Альбус слал письма своему брату. Незаконно — да, неправильно — да. Но любопытство не переубедишь.

На глаза волшебницы вдруг попался интересный конверт. «Дж. К.Роулинг» — было написано на нем. А внутри ещё неоконченное письмо.

«Мисс Роулинг,

Спешу вам рассказать о пятом годе обучения Гарри Поттера».

— Хагридовы соплохвосты — прошептала волшебница.

— Мерлин! Что вы делаете? — прошипел Снейп, застав лаборантку за просмотром своих писем.

— И вы столько времени меня дурачили! — немного повышая голос, начала говорить Селена — Хотя знали, что я веду расследование. Зачем вам это? — вопрос был задан на уровне ультразвука.

— Министерство магии оплачивает обучение учеников. Учителя должны обеспечивать себя сами. Знаете, сколько стоят ингредиенты для зелий? Больше половины моей зарплаты. Приходится выкручиваться, — совершенно спокойно ответил Северус.

Трудности совместного быта

— И сколько вы получили за книги? — спросила Селена, постепенно сменяя гнев на милость.

— Достаточно. У нас с Джоан договор — семьдесят процентов ей, тридцать мне.

— Продешевили.

— Я даю писательнице информацию. Пишет она сама. Так что сделка стоящая.

— М-да. В следующий раз буду подозревать того, кто рядом, а не всех сразу.

— Сантос, я должен вам кое-что сказать. В завещании моей матери вы упомянуты.

— И что дальше? Мне плясать сальсу?

— Прочтите, — Северус протянул волшебнице завещание.

— Не может быть! — воскликнула девушка, — Я пошла собирать вещи.

— Зачем?! — теперь пришла очередь удивляться зельевару.

— Я переезжаю к вам, — с улыбкой произнесла Селена и со скоростью света понеслась в свою комнату.

«О, Мерлин! Бедный мой дом! Она же там от радости все подпалит,» — подумал Северус. После того как волшебница с вещами и собакой скрылась в зеленом пламени камина, зельедел тоже решил собрать свои скудные пожитки. Таким образом двое молодых людей оказались в одном доме, что было чревато погромом этого самого дома.

Селена с любовью оглядывала домик, который несколько лет назад приютил её. На полке с книгами в гостиной она заметила фотографию Эйлин Снейп в рамке с черной лентой.

— Как же мне вас не хватает — прошептала девушка, проведя рукой по фотографии.

— Селена, как мне лучше встать?

— Не нужно позировать. Улыбочку! — щелчок фотоаппарата и моментальная фотография готова. Счастливая Эйлин кружится по комнате пока девушка снимает на Polaroid. Скоро весь пол оказывается в фотографиях.

— Что здесь происходит? — на пороге появляется злющий Северус.

От неожиданности Селена роняет фотоаппарат. Волшебница пытается собрать по кусочкам фототехнику, но ничего не выходит.

— Черт! Это же мамин! — девушка чуть ли не плачет от досады на себя.

— Репаро! — скучающим голосом произнес зельевар и техника быстро починилась.

— Спасибо-спасибо! — Селена бросилась на шею опешившему Снейпу.

— Мне бы одной благодарности хватило, Сантос — недовольным голосом произнес Северус, убирая руки девушки со своей шеи.

— Что вы там застряли? — спросил зельевар, появляясь в камине.

— Эйлин — ответила девушка.

И Северус все понял без слов. Эйлин стала для юной Селены матерью и лучшей подругой. Конечно, она все ещё не могла поверить в то, что её больше нет. Впрочем, как и он. Лучшего момента, чтобы признаться в своих чувствах не было. Но его испортили — Дамблдор собирал Орден Феникса.

«Очень вовремя!» — подумала Селена, с остервенением приводя дом в Паучьем Тупике в порядок.

А вот в Ордене все было не так спокойно. Яростно обсуждали новость, принесенную Снейпом «на хвосте» и нападение дементоров на Гарри.

— Нужно охранять пророчество, — произнес Дамблдор.

— Хоть одна здравая мысль за час, — недовольно протянул Снейп.

— Дементоры в Литтл Уингинге! Это немыслимо! — никак не мог успокоится Сириус Блэк.

— Гарри предстоит слушание в Министерстве магии — сказал мистер Уизли.

— И исключение из школы, — вставил свои пять копеек Северус.

— Гарри не исключат! — взвился Сириус.

— Тихо! — остановил перепалку двух закадычных друзей Дамблдор — Я не позволю, чтобы Гарри исключили из Хогвартса. Но нам нужен свидетель.

— А миссис Фигг сможет описать дементора? — спросила Тонкс.

— Она — сквиб — ответил Люпин, — А они воспринимают дементоров немного иначе, чем волшебники.

— Я подготовлю миссис Фигг — сказал Дамблдор.

— А что же с пророчеством? — не успокаивался Снейп.

— Мы будем охранять его по очереди — проговорил Кингсли.

— Отлично! Собрание окончено — хлопнув в ладоши, объявил Дамблдор.

Снейп хотел ещё немного поговорить с директором поэтому задержался. В итоге, когда он собирался уходить, то перед ним возникла Тонкс. И девушке явно не повезло — она опять споткнулась.

— Тонкс! — в отчаянии крикнула, оборачиваясь, миссис Уизли.

— Простите! — взмолилась Тонкс, растянувшаяся на полу. — Все эта дурацкая подставка для зонтов, второй раз об нее…

Но конец фразы потонул в ужасном, пронзительном, душераздирающем визге. Вопил портрет в натуральную величину, но портрет самый реалистический и самый неприятный на вид из всех. Изо рта у старухи потекла пена, она закатила глаза, желтая кожа ее лица туго натянулась. Вдоль всего коридора пробудились другие портреты и тоже подняли вопль. Люпин и миссис Уизли кинулись к старухе и попытались задернуть портьеры, но это у них не вышло, а она завизжала еще громче и подняла когтистые руки, точно хотела расцарапать им лица.

— Мерзавцы! Отребье! Порождение порока и грязи! Полукровки, мутанты, уроды! Вон отсюда! Как вы смеете осквернять дом моих предков…

Тонкс, ставя на место громадную, тяжеленную ногу тролля, все извинялась и извинялась; миссис Уизли бросила попытки снова занавесить старуху и забегала по коридору, один за другим утихомиривая остальные портреты Оглушающим заклятием. Из двери, перед которой стоял Гарри, стремительно вышел мужчина с длинными черными волосами. Это был Сириус Блэк.

— Закрой рот, старая карга. ЗАКРОЙ РОТ! — рявкнул он, хватаясь за портьеры, которые отпустила миссис Уизли. Лицо старухи стало мертвенно-бледным.

— Ты-ы-ы-ы! — взвыла она, вылупив на мужчину глаза — Осквернитель нашего рода, гад, предатель, позорище моей плоти!

— Я сказал: ЗАКРОЙ РОТ! — рявкнул он опять, и с колоссальным усилием они с Люпином сумели наконец задернуть портьеры. Вопли старухи утихли, и воцарилась гулкая тишина. Тонкс все ещё пыталась подняться.

«Кого-то она мне напоминает» — Северус не стал больше задерживаться и быстро покинул дом на площади Гриммо, двенадцать.

Дома его ждал сюрприз — из кухни приятно пахло чем-то. Слышался стук посуды и незамысловатая песенка Селены.

Северус поднялся к себе, чтобы взять заветную маленькую черную коробочку. Теперь она покоилась в кармане его брюк. Ужин прошел отлично — толи горячий чай так помог, толи рассказ Северуса о Тонкс.

— Я хочу с ней познакомиться! — воскликнула волшебница.

— И как я это устрою по-вашему? — поинтересовался зельевар.

— Никак. Мне Люпин поможет — ответила Селена. Снейп поперхнулся чаем.

— Причем здесь Люпин?

— Ну…он мне говорил о ней.

— То есть сова этого оборотня гоняется за мной по всему Хогвартсу, чтобы я вам передал письмо?!

— Да.

— Сантос!

— Чего?

— Я вам подарю ворона, чтобы он вас будил своей музыкой.

— Не надо! Кстати, я вспомнила стихотворение о вороне.

Погруженный в скорбь немую

и усталый, в ночь глухую,

Раз, когда поник в дремоте

я над книгой одного

Из забытых миром знаний,

книгой полной обаяний, —

Стук донесся, стук нежданный

в двери дома моего:

«Это путник постучался

в двери дома моего,

Только путник —

больше ничего».

В декабре — я помню — было

это полночью унылой.

В очаге под пеплом угли

разгорались иногда.

Груды книг не утоляли

ни на миг моей печали —

Об утраченной Леноре,

той, чье имя навсегда —

В сонме ангелов — Ленора,

той, чье имя навсегда

В этом мире стерлось —

без следа.

От дыханья ночи бурной

занавески шелк пурпурный

Шелестел, и непонятный

страх рождался от всего.

Думал, сердце успокою,

все еще твердил порою:

«Это гость стучится робко

в двери дома моего,

Запоздалый гость стучится

в двери дома моего,

Только гость —

и больше ничего!»

И когда преодолело

сердце страх, я молвил смело:

«Вы простите мне, обидеть

не хотел я никого;

Я на миг уснул тревожно:

слишком тихо, осторожно, —

Слишком тихо вы стучались

в двери дома моего…»

И открыл тогда я настежь

двери дома моего —

Мрак ночной, —

и больше ничего.

Все, что дух мой волновало,

все, что снилось и смущало,

До сих пор не посещало

в этом мире никого.

И ни голоса, ни знака —

из таинственного мрака…

Вдруг «Ленора!» прозвучало

близ жилища моего…

Сам шепнул я это имя,

и проснулось от него

Только эхо —

больше ничего.

Но душа моя горела,

притворил я дверь несмело.

Стук опять раздался громче;

я подумал: «Ничего,

Это стук в окне случайный,

никакой здесь нету тайны:

Посмотрю и успокою

трепет сердца моего,

Успокою на мгновенье

трепет сердца моего.

Это ветер, —

больше ничего».

Я открыл окно, и странный

гость полночный, гость нежданный,

Ворон царственный влетает;

я привета от него

Не дождался. Но отважно, —

как хозяин, гордо, важно

Полетел он прямо к двери,

к двери дома моего,

И вспорхнул на бюст Паллады,

сел так тихо на него,

Тихо сел, —

и больше ничего.

Как ни грустно, как ни больно, —

улыбнулся я невольно

И сказал: «Твое коварство

победим мы без труда,

Но тебя, мой гость зловещий,

Ворон древний. Ворон вещий,

К нам с пределов вечной Ночи

прилетающий сюда,

Как зовут в стране, откуда

прилетаешь ты сюда?»

И ответил Ворон:

«Никогда».

Говорит так ясно птица,

не могу я надивиться.

Но казалось, что надежда

ей навек была чужда.

Тот не жди себе отрады,

в чьем дому на бюст Паллады

Сядет Ворон над дверями;

от несчастья никуда, —

Тот, кто Ворона увидел, —

не спасется никуда,

Ворона, чье имя:

«Никогда».

Говорил он это слово

так печально, так сурово,

Что, казалось, в нем всю душу

изливал; и вот, когда

Недвижим на изваяньи

он сидел в немом молчании,

Я шепнул: «Как счастье, дружба

улетели навсегда,

Улетит и эта птица

завтра утром навсегда».

И ответил Ворон:

«Никогда».

И сказал я, вздрогнув снова:

«Верно молвить это слово

Научил его хозяин

в дни тяжелые, когда

Он преследуем был Роком,

и в несчастье одиноком,

Вместо песни лебединой,

в эти долгие года

Для него был стон единый

в эти грустные года —

Никогда, — уж больше

никогда!»

Так я думал и невольно

улыбнулся, как ни больно.

Повернул тихонько кресло

к бюсту бледному, туда,

Где был Ворон, погрузился

в бархат кресел и забылся…

«Страшный Ворон, мой ужасный

гость, — подумал я тогда —

Страшный, древний Ворон, горе

возвещающий всегда,

Что же значит крик твой:

„Никогда“?

Угадать стараюсь тщетно;

смотрит Ворон безответно.

Свой горящий взор мне в сердце

заронил он навсегда.

И в раздумье над загадкой,

я поник в дремоте сладкой

Головой на бархат, лампой

озаренный. Никогда

На лиловый бархат кресел,

как в счастливые года,

Ей уж не склоняться —

никогда!

И казалось мне: струило

дым незримое кадило,

Прилетели Серафимы,

шелестели иногда

Их шаги, как дуновенье:

„Это Бог мне шлет забвенье!

Пей же сладкое забвенье,

пей, чтоб в сердце навсегда

Об утраченной Леноре

стерлась память — навсегда!..

И сказал мне Ворон:

‚Никогда'.

‚Я молю, пророк зловещий,

птица ты иль демон вещий,

Злой ли Дух тебя из Ночи,

или вихрь занес сюда

Из пустыни мертвой, вечной,

безнадежной, бесконечной, —

Будет ли, молю, скажи мне,

будет ли хоть там, куда

Снизойдем мы после смерти, —

сердцу отдых навсегда?'

И ответил Ворон:

‚Никогда'.

‚Я молю, пророк зловещий,

птица ты иль демон вещий,

Заклинаю небом. Богом,

отвечай, в тот день, когда

Я Эдем увижу дальней,

обниму ль душой печальной

Душу светлую Леноры,

той, чье имя навсегда

В сонме ангелов — Ленора,

лучезарной навсегда?'

И ответил Ворон:

‚Никогда'.

‚Прочь! — воскликнул я, вставая,

демон ты иль птица злая.

Прочь! — вернись в пределы Ночи,

чтобы больше никогда

Ни одно из перьев черных,

не напомнило позорных,

Лживых слов твоих! Оставь же

бюст Паллады навсегда,

Из души моей твой образ

я исторгну навсегда!'

И ответил Ворон:

‚Никогда'.

И сидит, сидит с тех пор он

там, над дверью черный Ворон,

С бюста бледного Паллады

не исчезнет никуда.

У него такие очи,

как у Злого Духа ночи,

Сном объятого; и лампа

тень бросает. Навсегда

К этой тени черной птицы

пригвожденный навсегда, —

Не воспрянет дух мой —

никогда![22]

— Чье стихотворение?

— Эдгара Аллана По — ответила Селена.

Разошлись по комнатам. Погасили свет. И оба попали в объятия Морфея.

Лодочный сарай в Хогвартсе. Северус и Волан-де-Морт разговаривают о чем-то, но она слышит лишь окончание разговора.

— Повелитель — произносит Северус.

— Нагайна, убей — шипит Темный Лорд.

Зеленая змея кусает зельевара в шею несколько раз. Его тело бьется о стены. И Северус истекает кровью.

— Не-е-е-е-е-т! — кричит Селена.

И тут же просыпается от собственного крика. Этот сон мучает её уже не первый год. Завидев солнце, проникающее в окно, она распахивает шторы и впускает рассвет в комнату. Теперь она точно не сможет успокоится.

— Давай я тебе сделаю массаж — Селена проводит рукой по его плечам. Северус откидывается на диван, позволяя ей исследовать его. Её руки ласково проводят по его животу, попутно расстегивая рубашку и вырисовывая замысловатые круги. Потом она вовлекает его в нежный поцелуй.

Селена садится на его колени, продолжая целовать. Её полупрозрачная розовая ночнушка обрисовывает грудь и треугольник трусиков. Северус снимает с неё легкую ткань.

— Нет, подожди — шепчет мужчина в её губы.

— Северус, не останавливайся, прошу — соблазнительно просит девушка.

— Я у тебя хочу кое-что спросить — говорит Снейп, немного отстраняя её лицо от себя — Ты станешь моей женой?

— Да! — и Селена снова вовлекает его в поцелуй.

Северус просыпается весь в поту. Лихорадочно проводит рукой по черным волосам, стараясь успокоиться. Возбуждение из сна перешло в реальность и зельевару ничего не остается как охладиться под душем.

В вихре событий

Как-то днем Северус решил прогуляться в одиночестве. Селена готовила что-то грандиозное и на все вопросы зельевара отвечала неопределенно.

Коукворт изменился. Заработала ткацкая фабрика. На улицах появились дети, играющие в футбол. Бродя по тихим улочкам, Снейп заметил одного мальчугана, который плакал, а вокруг него с помощью магии расцветали цветы.

— Эй, у тебя все хорошо? — спросил Северус у ребенка.

— Со мной не хотят играть. Называют сумасшедшим — всхлипнув, ответил мальчик. На вид ему было лет семь-восемь.

— А ты умеешь делать то, чего не могут другие? — поинтересовался зельевар.

— Да.

— Покажешь?

Мальчик взял какую-то корягу и она превратилась в большой красивый цветок. А потом она опять вернулась в прежнее состояние.

— Я сумасшедший, да? — перестав плакать, спросил мальчуган.

— Нет, ты — волшебник. А все волшебники учатся в Школе Чародейства и Волшебства «Хогвартс».

— Мама говорит, что волшебников не существует.

— Скажи ей это, когда получишь письмо из Хогвартса.

— А я его получу? — глаза мальчишки загорелись.

— Конечно.

— Простите, что сразу не представился, сэр. Меня зовут Адам Беккер.

— Северус Снейп. А теперь, извините, мистер Беккер, но мне пора идти.

Зельевар решился вернуться домой. Тем более нужно же было кому-то рассказать, что в Коукворте опять появились волшебники. Правда, когда он попытался хоть что-то сказать, Селена его выгнала из кухни, попросив не мешать. Ох, чуяло его сердце, что вечером его ждет сюрприз.

Наступил вечер. Снейп читал в своем любимом кресле. Рядом на диване расположилась Селена с романом Набокова «Лолита». В дверь позвонили. Северус хотел открыть, но девушка его опередила. На пороге стояли Римус Люпин и Нимфадора Тонкс.

— Сантос, на пару слов — не терпящим возражений тоном произнес Снейп, увлекая девушку подальше от кухни, где расположились гости, — Какого Мерлина?! Что здесь делает Люпин?

— Северус Тобиас Снейп, пора отпустить прошлое. Римус изменился, я уверена. Только ты не хочешь этого признавать!

— Да что ты знаешь о моем прошлом?!

— Поверь мне, достаточно. И то как над тобой издевались Мародеры, и то как ты стал Пожирателем Смерти.

— Сантос, тебя это не касается!

— Нет, касается!

— С какого перепугу?

— Потому что я люблю тебя, дурак!

Девушка поспешила на кухню. Она весело общалась с Люпином и Тонкс пока Северус с угрюмым видом сидел, стараясь переварить её слова. Нет, конечно, в разговор его тоже вовлекали.

— Селена, ты правда из Испании? — спросила Тонкс.

— Да. Если ты хочешь спросить умею ли я танцевать, то ответ — да. Могу показать фламенко.

— Я хочу на это посмотреть — в один голос заявили Нимфадора и Римус.

— Минуту. Я сейчас вернусь.

Пока Северус, Римус и Тонкс болтали о чем-то, Селена подготовила в гостиной импровизированную сцену. Диван и пара кресел были отодвинуты к стене. Граммофон разместился на одной из книжных полок.

Заиграла известная песня в стиле фламенко — Gipsy King Bamboleo. Появилась Селена в красном длинном платье с оборками и воланами. Во время танца красивая шаль с длинными кистями то закручивалась вокруг волшебницы, то ниспадала с плеч, превращая её в птицу. Отбивая ритм каблуками, девушка ощущала на себя взгляд Северуса. Фламенко было её стихией, её безудержным выражением любви и страсти.

Когда музыка стихла, гости дружно зааплодировали. Только зельевар как завороженный не мог оторвать взгляда от Селены. Вечер прошел на «ура». Бывшие враги наконец помирились. Не без участия Сантос, конечно. А вот маленькая черная коробочка так и не увидела свет.

Адам Беккер — прелестный мальчуган восьми лет. За свою короткую жизнь он уже потерял любимую бабушку. И теперь он с тревогой наблюдал за матерью, Софией. Ещё в прошлом году после смерти бабушки она серьезно заболела.

— Мама, у тебя все хорошо? — спросил Адам.

— Да. Завтракай — всегда отвечала София. Кашель сотряс её тело и на губах выступила кровь. Быстро промокнув бледные губы салфеткой, она принялась есть. А в это время её наблюдательный сын рассказал о встрече с волшебником.

— Посмотрим какой это волшебник. Пригласи его к нам в гости — сказала мать Адама.

В глазах мальчишки заплясали чертики. Расспросив старожилов, Адам оказался в Паучьем Тупике. И вид дома Снейпа неприятно его поразил. Казалось, ещё чуть-чуть и темный домик рухнет. Но, собрав всю свою смелость в кулак, мальчик постучал в дверь.

— Вам кого? — спросила Селена, открывая.

— Я ищу мистера Снейпа, мисс — стушевался Адам.

Сантос с удивленным видом уставилась на маленького мистера Беккера. А потом все-таки впустила внутрь.

— Северус, у нас гости — чуть ли не на весь дом прокричала Селена. Снейп от неожиданности выронил книгу из рук.

— Адам? Что ты здесь делаешь? — спросил зельевар, появляясь на пороге гостиной.

— Мама приглашает вас в гости — произнес мальчик.

Селена и Северус решили «поиграть» в гляделки. А Адам в это время с интересом рассматривал семейную библиотеку Снейпов. И кто же знал, что именно в этот момент мужчина пытался решить сложную задачу!

«В гости. В гости. Мерлин, когда кольцо увидит свет? И отказываться неудобно, и Сантос с собой не возьмешь — вдруг что-нибудь сломает или взорвет» — лихорадочно размышлял Северус.

— Я не вижу смысла отказываться — нарушила тишину Селена.

— Тогда пошли? — спросил зельевар, нащупывая в кармане коробочку.

— Идем — откликнулся Адам.

А потом потянулись дни и недели. София и Селена подружились. Северус рассказывал Адаму о Хогвартсе. Однажды днем, когда солнце освещало скромное жилище Беккеров, Софи попросила девушку отойти на пару слов. В это время двое мужчин — большой и маленький играли в прятки.

— Я умираю — сообщила София.

— Что? Нет, не говорите так, мисс Беккер.

— Селена, послушайте. Я чувствую, что мне осталось недолго. Пожалуйста, позаботьтесь о моем сыне. Пусть он растет в вашей семье.

— Но я не замужем.

— Это поправимо. Обещайте, что воспитаете Адама.

— Обещаю.

Кто же знал, что София вскоре угаснет! Вся любовь, что была в доме Беккеров будто ушла. Адам остался один — без семьи, без друзей. На похоронах матери он одновременно держал за руку Северуса и Селену. А потом долго не мог успокоиться как бы ни старались оба взрослых.

Постепенно холодало. Тепло уходило. В конце августа органы опеки забрали Адама в приют. А первого сентября Снейп и Сантос пропустили ужин в Большом зале — оформляли опеку Северуса над мальчиком. И то, чтобы зельевар согласился, Селене пришлось долго его уговаривать. Выглядело это примерно так:

— Ты хочешь получить ещё одного Темного Лорда?

— Нет, но…

— Северус, мы не можем его бросить! Адам — твой друг. Ты сам так говорил мне.

— Да, но.

— Значит ты оформишь опеку над ним.

— Мерлин, почему именно я?

— Да потому что я — гражданка Испании, если ты вдруг забыл!

— У нас даже негде его разместить!

— Я же не предлагаю пока усыновлять Адама. Опека и усыновление — это разные вещи, Северус.

— Ладно-ладно. Я сдаюсь.

— Кстати, что ты за коробочку постоянно с собой таскаешь?

— Там чрезвычайно ценное зелье.

Семья — это опора. Семья — союз любящих сердец. Наблюдая за тем как Селена общается с Адамом, Северус все чаще задумывался о собственном ребенке. Пусть его жизнь опасна и трудна, но ведь он взрослый мужчина и ему не чужды мысли о семье. О браке. Он ведь тоже человек. Пусть и живущий в постоянном напряжении. Ему не привыкать ходить по краю пропасти.

Гарри тоже в каком-то смысле ходил по краю — слушание в Министерстве магии чуть не обернулось против него. Выслушав рассказ Дамблдора об этом, Северус буквально рвал и метал. Можно было пережить все, но на зельях Снейп отрывался по полной. Особенно на Поттере — зверском сочетании любимой девушки и школьного врага.

— Поттер, что это, по-вашему, такое? Сидевшие в первых рядах слизеринцы с удовольствием подняли головы. Им очень нравились издевки Снейпа над Гарри. Селена в это время хотела покусать профессора зельеварения за постоянные придирки именно к этому ученику.

— Умиротворяющий бальзам, — выдавил из себя Гарри.

— Скажите мне, Поттер, — мягко сказал Снейп, — вы читать умеете?

Драко Малфой засмеялся.

— Малфой, заткнись! — зашипела на него Селена, — Давно отработок не было?

— Вы не назначите мне отработки — возразил Малфой — младший.

— Проверим? — насмешливо поинтересовалась Сантос.

— Умею, — ответил Гарри, крепко стиснув волшебную палочку.

— Тогда прочтите, пожалуйста, третий пункт инструкции.

Гарри посмотрел на доску. Сквозь разноцветный пар, наполнявший теперь подземелье, разглядеть написанное было не так-то легко.

— «Добавить толченого лунного камня, помешать три раза против часовой стрелки, варить на слабом огне семь минут, затем добавить две капли сиропа чемерицы».

— Вы сделали все, что написано в третьем пункте, Поттер?

— Нет, — очень тихо ответил Гарри.

— Простите, я не расслышал.

— Нет, — повторил Гарри громче. — Я забыл про чемерицу.

— Я знаю, что вы про нее забыли, Поттер, и это означает, что ваша работа яйца выеденного не стоит. Эванеско!

— Тех из вас, кто справился с чтением инструкции, прошу наполнить вашим зельем колбу, снабдить ее наклейкой с разборчиво написанными именем и фамилией и поставить на мой стол для проверки, — сказал Снейп. — Домашнее задание на четверг: двенадцать дюймов пергамента о свойствах лунного камня и его использовании в зельеварении.

Ученики делали, что велел профессор. Селена пыталась успокоиться. Воевать с Драко — себе дороже. И после его отработок на четвертом курсе котлы становились грязнее, а не чище. Но все-таки в этот раз Снейп ей благородно уступил — Малфой-младший целую неделю за оскорбление преподавательского состава школы отрабатывал у Филча.

Адам с грустью смотрел в окно приюта. Со дня на день он ждал двух волшебников, перевернувших его жизнь. С ним продолжали происходить странности — белый самолетик превращался в птицу. Другие дети сторонились его. Он был волком, одиночкой. Но мысли о любящей семье все чаще и чаще возникали в его голове. А воображение рисовало красочные картины с мамой и папой, прогулками в парке, заливистым смехом и вкусной едой. К сожалению, действительность была другой.

Звено

МИНИСТЕРСТВО ПРОВОДИТ РЕФОРМУ ОБРАЗОВАНИЯ.

ДОЛОРЕС АМБРИДЖ НАЗНАЧЕНА НА НОВУЮ ДОЛЖНОСТЬ ГЕНЕРАЛЬНОГО ИНСПЕКТОРА.

«Вчера вечером Министерство магии приняло неожиданную меру, издав декрет, предоставляющий ему беспрецедентный контроль над Школой чародейства и волшебства «Хогвартс». «Последнее время министр с растущим беспокойством следил за деятельностью Хогвартса, — сообщил нам младший помощник министра Перси Уизли. — Нынешнее решение принято в связи с озабоченностью родителей, считающих, что школа движется в нежелательном направлении». За последнее время это не первый случай, когда министр Корнелиус Фадж использует новые законы для совершенствования образовательного процесса в Школе волшебства. Не далее как 30 августа был принят Декрет об образовании № 22, согласно которому в случае, если нынешний директор не в состоянии подыскать кандидата на преподавательскую должность, Министерство само подберет подходящего человека. «Именно так и получила назначение в Хогвартс профессор Амбридж, — заявил вчера вечером Уизли. — Дамблдор никого не нашел, и в результате министр назначил Амбридж. Выбор чрезвычайно удачный…»».

Коренным образом изменилось обучение защите от Темных искусств, а кроме того, министр обеспечен теперь текущей информацией о том, что на самом деле происходит в Хогвартсе. Этой последней функции Министерство придало официальный характер своим Декретом об образовании № 23, учреждающим должность генерального инспектора Хогвартса. «Это очередной решительный шаг министра в его стремлении остановить то, что многие считают упадком Хогвартса, — заявил Уизли. — Инспектор уполномочен инспектировать работу коллег-преподавателей, с тем чтобы поддерживался высокий уровень учебного процесса. Этот пост был предложен профессору Амбридж в дополнение к ее преподавательским обязанностям, и мы рады, что она согласилась».

Родители учеников Хогвартса восприняли этот шаг с энтузиазмом. «Узнав, что деятельность Дамблдора поставлена под объективный контроль, я испытал большое облегчение, — заявил вчера вечером в своем уилтширском особняке мистер Люциус Малфой. — В последние годы многие из нас, кому небезразличны судьбы наших детей, были обеспокоены отдельными эксцентрическими решениями Дамблдора, и мы рады услышать, что Министерство намерено отслеживать ситуацию в школе».

К числу этих эксцентрических решений, безусловно, относятся спорные кадровые назначения, о которых уже писала газета; так, были зачислены в штат оборотень Римус Люпин, полувеликан Рубеус Хагрид и страдающий паранойей бывший мракоборец «Грозный Глаз» Грюм. Широко ходят слухи, что Альбус Дамблдор, в прошлом Верховный чародей Визенгамота и президент Международной конфедерации магов, уже не в состоянии выполнять обязанности руководителя престижной школы «Хогвартс».

«Считаю, что назначение генерального инспектора — первый шаг к тому чтобы Хогвартс получил директора, которому мы можем полностью доверять, — заявил вчера вечером осведомленный сотрудник Министерства».

В знак протеста против учреждения должности инспектора старейшины Визенгамота Гризельда Марчбэнкс и Тиберий Огден подали в отставку. «Хогвартс школа, а не филиал учреждения Корнелиуса Фаджа, — сказала мадам Марчбэнкс. — Это очередная возмутительная попытка дискредитировать Альбуса Дамблдора». (Подробно о предполагаемых связях мадам Марчбэнкс с подрывными организациями гоблинов — на стр. 17)».

— Что?! — Селена пораженно уставилась в «Ежедневный пророк». От избытка чувств тыквенный сок пролился на её мантию. Взмахом палочки девушка убрала последствия своей неаккуратности.

Сказать, что её бесила Долорес Амбридж — это ничего не сказать. «Розовая жаба» все время пыталась выведать у лаборантки Снейпа кто её родители и почему она не продолжила учебу в Министерстве магии.

— Хорошие новости, да? — саркастично поинтересовался рядом сидящий Северус.

— Обхохочешься — протянув зельевару газету, ответила Селена.

Мужчина с интересом прочел статью. А потом вновь передал её девушке.

— Это ж надо! И мой отец поддерживает эту жабу! — шепотом воскликнула волшебница.

— Я думал, что ты не общаешься с Малфоями.

— Так и есть. Но мой отец настырный. Чуть ли не каждый день шлет сов и предлагает обсудить «наши проблемы» в семейной обстановке.

«Вся в папочку» — с иронией подумал Снейп. И вернулся к прерванному разговору со своей лаборанткой.

— Она будет инспектировать всех преподавателей — сказал зельедел.

— Я уверена, что ты справишься — с улыбкой произнесла Селена.

Бедный Северус все никак не мог сделать предложение. Часть сентября прошла в программе «максимум» — уроки, проверка работ, ученики, зелья для Больничного крыла. Ещё на выходных волшебница умудрялась куда-то уходить, не сказав ему ни слова. Все это начинало дико раздражать Снейпа. И теперь Амбридж с барского плеча добавляла проблем. Это не считая Дамблдора и Темного Лорда.

А Амбридж уже вовсю писала свои декреты. Прошло две недели и «розовая жаба» пришла на урок к Снейпу.

— Прошу заметить, у нас сегодня гость, — с обычной презрительной интонацией обратился к ученикам Северус.

Он показал на темный угол подземелья. Там сидела Амбридж с блокнотом.

— Сегодня мы продолжим работу над Укрепляющим раствором. Ваши смеси вы найдете в том состоянии, в каком оставили их на прошлом уроке. Если они были составлены правильно, то за выходные дни созрели. Инструкции, — он указал палочкой, — на доске. Выполняйте.

Первые полчаса Амбридж только писала в блокноте. Потом Амбридж встала и направилась между рядами столов к Снейпу, склонившемуся над котлом Дина Томаса. Селена даже не появилась в классе, чтобы не раздражать и дальше своего любимого мужчину.

— Что ж, для своего уровня класс, кажется, неплохо подготовлен. Хотя не уверена, что ему стоит работать над таким зельем, как Укрепляющий раствор. Думаю, Министерство предпочло бы исключить его из курса.

Северус медленно выпрямился и повернул к ней голову.

— Как долго вы преподаете в Хогвартсе? — спросила она, занеся перо над блокнотом.

— Четырнадцать лет. — Лицо Снейпа было непроницаемо.

— Сначала, кажется, вы подавали на должность преподавателя защиты от Темных искусств?

— Да, — тихо ответил Снейп.

— Но безуспешно?

Снейп скривил губы:

— Как видите. Она записала в блокноте.

— И после поступления в Хогвартс регулярно предлагали себя на эту должность, не так ли?

— Да. — Снейп едва шевельнул губами.

Он был очень сердит.

— Не представляете себе, почему Дамблдор вам упорно отказывал в этом?

— Вам лучше спросить у него, — буркнул Снейп.

— Непременно, — сказала она со сладкой улыбкой.

— Полагаю, это имеет отношение к делу?

— Прямое, — сказала профессор Амбридж. — Министерство желает досконально знать… э-э… послужной список преподавателей.

Она отошла к Пэнси Паркинсон и стала расспрашивать ее о занятиях. Снейп оглянулся на Гарри, и глаза их встретились. Гарри сразу опустил взгляд: его зелье противно свертывалось, издавая сильный запах жженой резины.

— Вновь без оценки, Поттер, — с удовольствием сказал Снейп и мановением волшебной палочки опорожнил его котел. — Напишете мне работу о правильном составе этого зелья с указанием, где и почему вы ошиблись. Сдать на следующем уроке, вам понятно?

— Да, — с яростью отозвался Гарри.

На этом урок был окончен. Ученики получили свое домашнее задание и ушли. А Северус вернулся в свои покои, где его ждала моральная поддержка в виде Селены.

— Ну, как все прошло? — тут же спросила девушка.

— Беременные лукотрусы! Мерлиновы подштанники! — разразился гневной тирадой Северус, — Мне хотелось убить её на месте!

— Я приготовила нам чай — произнесла Селена, указывая на столик, где дымились две чашки.

— Спасибо! — протянул зельевар, усаживаясь в свое любимое кресло, — Не скажешь куда ты исчезаешь в выходные?

— Ну, я… — немного замялась волшебница, — Я навещаю Адама в приюте.

— И как мальчик? — участливо спросил Снейп.

— Адаптировался. Но, понимаешь, Адам ходит в начальную школу. И в новом учебном году ему нужны учебники, тетрадки…

— И на все это нужны деньги — потирая переносицу, констатировал мужчина.

Селена же согласно кивнула. Она все ещё помнила как впервые пришла к мальчику в приют.

Старое здание. Перед ним игровая площадка. Неприветливая старая директриса встретила Селену. И проводила в комнату, где жил Адам с двумя другими мальчиками.

— Мисс Сантос! Как я рад вас видеть! — воскликнул Адам, бросаясь на шею к девушке.

— Как ты тут?

— Неплохо. У меня появились друзья. Но я очень скучаю по маме — всхлипнул маленький мистер Беккер.

— Я тоже по ней скучаю, — произнесла Селена.

Она ласково погладила ребенка по кудрявым рыжим волосам. В карих глазах Адама застыли слезы, но он быстро их смахнул. Все-таки Северус учил его быть сильным и не раскисать.

— Вы заберете меня со Снейпом отсюда? — с надеждой спросил Беккер.

— Надеюсь, что да — ответила волшебница.

— Покажите мне магию, пожалуйста!

— Я не могу. И ты никому не должен рассказывать о Хогвартсе. Запомни, Адам.

— Хорошо. А мистер Снейп придет ко мне? Да?

— Я передам ему твою просьбу.

Зельевар следил за задумчивым выражением лица девушки. Она напряженно о чем-то думала или вспоминала. Каштановые волосы отливали рыжим в свете камина. А зеленые глаза уставились куда-то позади него.

— Селена! — мягко позвал её Северус.

— А, что? — очнулась волшебница.

— О чем думаешь?

— Адам хочет, чтобы ты пришел к нему.

— Ты же знаешь, что я не могу!

— Мальчик привязался к тебе!

— К тебе, между прочим, тоже, Селена.

Северус уже и не помнил, когда Адам Беккер стал связующим звеном между ним и Сантос. Это вышло само собой. Маленький ребенок объединил двух взрослых.

Путешествие окончено

Рождество прошло в семейном кругу. Северус и Селена взяли Адама на каникулы и показали Хогвартс. Все шло отлично до тех пор, пока Дамблдор не решил научить Гарри Поттера окклюменции. Догадайтесь, кто сей счастливчик?

— А теперь повтори, что ты сказал — попросила Селена.

— Я должен учить Поттера окклюменции — ответил Северус.

— И ты спешишь сообщить это мальчику?

— Конечно! Я прямо свечусь как рождественская елка!

— Я могу пойти с тобой в дом Сириуса.

— Нет, я сам. А ты пока проверь работы этих оболтусов.

Северус Снейп покидал подземелья. Выйдя к Хогсмиду, он трансгрессировал на площадь Гриммо. Его встретила Молли Уизли и проводила на кухню.

Сириус и Снейп сидели за длинным столом, напряженно глядя в разные стороны. Молчание их было наэлектризовано взаимной неприязнью. Перед Сириусом на столе лежало раскрытое письмо.

— Сядьте, Поттер.

— Знаешь, Снейп, — громко сказал Сириус, отвалив свой стул на задние ножки и глядя в потолок, — я предпочитаю, чтобы ты не отдавал здесь приказов. Это мой дом, понимаешь ли.

Бледное лицо Снейпа некрасиво потемнело.

Гарри сел рядом с Сириусом, глядя на Снейпа через стол.

— Предполагалось, что мы поговорим с глазу на глаз, Поттер, — сказал Снейп со знакомой кривой усмешкой, — но Блэк…

— Я его крестный, — громче прежнего сказал Сириус.

— Я здесь по распоряжению Дамблдора, — Снейп же, наоборот, говорил все тише и ядовитее, — но, ради всего святого, оставайся, Сириус. Я знаю, ты любишь чувствовать себя… причастным.

— Это как прикажешь понимать? — С громким стуком Сириус опустил свой стул на все четыре ноги.

— Да, я понимаю, ты должен быть… ах… расстроен тем, что не делаешь ничего полезного, — с легким нажимом на последнее слово, — для Ордена.

Теперь побагровел Сириус.

Снейп, злорадно усмехнувшись, обратился к Гарри:

— Директор послал меня передать вам его желание, Поттер, чтобы в этом семестре вы изучали окклюменцию.

— Что изучать? — не понял Гарри.

Снейп еще больше скривил рот:

— Окклюменцию, Поттер. Магическую защиту ума от проникновения извне. Малоизвестный раздел магии, но крайне полезный.

— Почему я должен изучать окклю… как ее? — выпалил он.

— Потому что так считает нужным директор, — хладнокровно ответил Снейп. — Вы будете получать индивидуальные уроки раз в неделю, но никому не скажете об этом, в первую очередь Долорес Амбридж. Вам понятно?

— Да. Кто будет меня учить?

— Я.

— Почему Дамблдор не может его учить? — воинственно спросил Сириус. — Почему ты?

— Потому, видимо, что привилегия директора — поручать наименее приятные дела другим, — вкрадчивым голосом ответил Снейп. — Уверяю тебя, я не напрашивался. — Он встал. — Жду вас в понедельник, в шесть вечера, Поттер. В моем кабинете. Если спросят — вы изучаете лекарственные зелья. Всякий, кто видел вас на моих занятиях, не усомнится, что вам это необходимо.

Он двинулся к двери, черный дорожный плащ вздулся за его спиной.

— Постой, — сказал Сириус и выпрямился на стуле.

— Я спешу, Блэк, в отличие от тебя, у меня нет бездны свободного времени.

— Тогда к делу, — сказал, поднимаясь, Сириус. Он был значительно выше Снейпа, который сжал в кармане кулак — Если услышу, что эти свои уроки окклюменции ты используешь для того, чтобы притеснять Гарри, будешь иметь дело со мной.

— Как трогательно, — осклабился Снейп. — Но ты, полагаю, заметил, что Гарри пошел в отца?

— Заметил, — с гордостью сказал Сириус.

— Тогда ты догадываешься, насколько он высокомерен. Критика отскакивает от него, как от стенки горох.

Сириус оттолкнул стул в сторону и двинулся вокруг стола к Снейпу, на ходу вытащив волшебную палочку. Снейп выхватил свою. Оба изготовились: Сириус, пышущий яростью, Снейп, расчетливый и хладнокровный; глаза перебегают с палочки Сириуса на лицо и обратно.

— Сириус! — громко сказал Гарри, но Сириус будто не слышал.

— Я тебя предупредил, Нюниус! — сказал он, сунувшись к самому лицу Снейпа. — Мне плевать, что Дамблдор считает тебя исправившимся. Я тебя лучше знаю!

— Так почему ты ему не скажешь? — прошептал Снейп. — Или боишься, что он не воспримет всерьез совет человека, который полгода прячется в материнском доме?

— Скажи мне, как поживает нынче Люциус Малфой? Поди, доволен, что его верный песик работает в Хогвартсе?

— Кстати, о песиках, — нежно сказал Снейп. — Ты знаешь, что Люциус Малфой узнал тебя, когда ты в последний раз рискнул прошвырнуться? Ловко придумано, Блэк, — показаться на закрытой платформе. Железное оправдание, чтобы больше не высовывать нос из норы.

Сириус поднял волшебную палочку.

— Нет! — закричал Гарри и, опершись рукой на стол, перелетел через него, чтобы встать между ними. — Не надо, Сириус!

— Ты назвал меня трусом! — взревел Сириус и свободной рукой попытался оттолкнуть Гарри, но тот устоял.

— О, кажется, так, — сказал Снейп.

— Гарри… не лезь… под ноги! — рычал Сириус, отталкивая его в сторону.

Поттер пытался докричаться до крестного. В Снейпе закипала ярость. Ещё мгновение — и Сириус был бы мертв.

Вдруг как чертик из табакерки «на сцене» появилась Селена Сантос.

— Прекратили оба! Ведете себя как дети! Сколько вам лет?! — воскликнула девушка, загораживая собой Северуса и отталкивая Сириуса.

— О, у Нюниуса появилась защитница — похотливо улыбнулся Блэк.

— Молчать! — взревела девушка — Если тебе так интересно, песик, то я невеста Северуса, а не его защитница!

— Что? — одновременно спросили Гарри и Снейп.

— Что слышали. Милый, пойдем — подхватив ошеломленного зельевара под руку, Селена вывела его из дома на улицу.

— А теперь объясни, какого Мерлина, ты стала моей невестой? — спросил Северус, когда они оказались в подземельях Хогвартса.

— Вот из-за этого — ответила Селена, извлекая из своих карманов мантии черную коробочку с обручальным кольцом — Ты забыл, когда переносился в штаб Ордена.

— И каков твой ответ?

— Мой ответ «да».

Серебряное колечко с бирюзой в виде сердечка оказалось на безымянном пальце левой руки волшебницы. Северус сначала несколько секунд мысленно осмысливал слова и действия девушки, а потом закружил её в объятиях.

Воспоминания

Что не хочешь помнить, то всегда помнишь.

Рэй Брэдбери.

Был обычный выходной день. Единственный день в неделе, когда Северуса не доставали ни ученики, ни Дамблдор с Волан-де-Мортом. Мужчина расположился в своем любимом кресле, ещё раз перечитывая свойства компонентов для нового экспериментального зелья. Все было тихо, спокойно. А главное — мирно. Но это было лишь затишье перед бурей.

Селена, которой надоело бездействие зельевара в отношении предложения руки и сердца, до поры до времени сидела в своей комнате. Стоило Северусу заняться чтением как она ураганом вырвала из его рук томик по зельеварению и уселась на его колени.

— Какого Мерлина?! — успел лишь проговорить растерявшийся Снейп.

— Мне больше хочется знать, — девушка провела рукой по его волосам, — как долго ты собирался мне делать предложение?!

— Ну… я хотел сделать это в ближайшее время, — начал оправдываться Северус. — Не мог найти подходящего момента.

— Да этих моментов было сотни, тысячи! — воскликнула волшебница.

Они уставились друг на друга, готовые убить в любой момент. Не дав мужчине опомниться, она начала целовать его. Северус пытался воспротивиться, но потом сдался. Мантии волшебников перекочевали на пол. Черная жилетка зельевара и зеленый свитер девушки оказались там же. Проворные девичьи пальчики расстегивали наглухо застегнутую черную рубашку, не прерывая поцелуя. Обоим вдруг стало жарко. Во всю прижимаясь к Северусу, Селена аккуратно освобождала его от одежды. Через некоторое время и рубашка сдалась, оказавшись сорванной с мужских плеч.

— Постой — выдохнул Снейп, немного отстраняясь. — Подожди.

— Что такое, Северус? — спросила волшебница, с трудом переводя сбившееся дыхание.

— Я… я не могу…

— Почему? — зеленые глаза встретились с черными, — Девственник?

Северус лишь кивнул. Голос его сейчас не слушался. В зеленых глазах отразилось понимание. Девушка покорно слезла с его колен и вернула свитер на законное место. По её щеке пробежала слезинка, тут же оказавшись в пробирке.

— Чтобы мы были на равных, посмотри, — попросила Селена, отдавая зельевару пробирку.

Она вернулась в свою комнату. А Северус, достав небольшой омут памяти, окунулся в воспоминания.

— Работай давай! — кричал мужчина.

Селена, свернувшись калачиком, лежала на большой кровати. Её наряд говорил сам за себя — открытые ноги, полуголая грудь.

— Мне больно! — произнесла девушка.

— Ты должна отработать!

— У меня очень сильно болит живот. Я не могу — сквозь слезы говорит Селена.

— О, черт! — мужчина видит кровь и звонит в скорую.

Воспоминание расплывается.

Через некоторое время девушка различает лицо врача.

— Что со мной?

— Вы потеряли ребенка.

Кажется, что сейчас боль затопит разум. Становится невыносимо дышать. Но девушка лишь смотрит в одну точку, а по её щекам текут слезы. Когда приходит мужчина, она вздрагивает и пытается лечь дальше от него, чуть ли не вжимаясь в угол.

— Хотела получить деньги за свою беременность, а, шлюха?

— Нет! Оставьте мою семью в покое!

— Не оставлю. Твоя мать должна мне много денег. Ты их отработаешь, красавица.

Картинка меняется.

Селена находит мать в комнате. Ни звука, ни шороха. Она вызывает врачей.

— Передозировка, но она выкарабкалась — таков их диагноз.

Северус возвращается в реальность. Осознание того, что он многое видел, когда она училась в школе и не придавал значения, обрушивается на него. Ведь он мог помочь ей! Ведь он мог защитить её! Но он этого не сделал. И тогда зельевар принял решение — он во что бы то ни стало должен помочь Гарри Поттеру. История не должна повториться.

* * *

— Вы опоздали, Поттер, — холодно сказал Снейп, когда Гарри затворил за собой дверь.

Снейп стоял спиной к Гарри, вынимая, как обычно, пряди своих мыслей и бережно опуская их в одолженный у Дамблдора Омут памяти. Положив в каменную чашу последнюю серебристую прядь, он повернулся к вошедшему лицом.

— Итак, — сказал он, — вы упражнялись самостоятельно?

— Да, — соврал Гарри, на всякий случай не сводя глаз с ножки письменного стола.

— Ну что ж, скоро мы это проверим, — спокойно заметил Снейп. — Вынимайте палочку, Поттер.

Гарри занял свою обычную позицию — по другую сторону стола, лицом к Снейпу.

— Итак, на счет три, — лениво сказал Снейп. — Раз… два…

Дверь кабинета со стуком распахнулась, и внутрь влетел Драко Малфой.

— Профессор Снейп, сэр… ох, извините…

Малфой с удивлением переводил взгляд со Снейпа на Гарри.

— Ничего, Драко, — сказал Снейп, опуская палочку. — Поттер здесь, чтобы освоить приготовление кое-каких целебных зелий.

На физиономии Малфоя вспыхнуло злобное удовлетворение — в последний раз Гарри видел его таким, когда Амбридж неожиданно явилась инспектировать Хагрида.

— Я не знал, — сказал он, ядовито ухмыляясь.

— Ну, Драко, так в чем же дело? — спросил Снейп.

— Профессору Амбридж нужна ваша помощь, сэр, — сказал Малфой. — Они нашли Монтегю, сэр, — кто-то засунул его в туалет на пятом этаже.

— Монтегю сказал, кто это был? — осведомился Снейп.

— Нет, сэр, у него вроде как в голове помутилось.

— Ну что ж, очень жаль, Поттер, — сказал Снейп. — Придется нам перенести занятия на завтрашний вечер.

Он повернулся и вышел из кабинета. Прежде чем двинуться следом, Малфой за его спиной беззвучно произнес: «Целебные зелья?» — и показал Гарри язык. Сердито засунув палочку обратно в карман, Гарри тоже направился к двери. Но тут его привлек Омут памяти. И любопытство, конечно, победило.

— Тебе понравился десятый вопрос, Лунатик? — спросил Сириус, когда они вышли в вестибюль.

— А как же, — весело отозвался Люпин. — «Назовите пять признаков, по которым можно узнать оборотня». Прекрасный вопрос.

— Ты уверен, что тебе удалось правильно перечислить все признаки? — с притворной озабоченностью спросил Джеймс.

— Думаю, да, — серьезно ответил Люпин, когда они присоединились к скопившейся у выхода толпе учеников, которым не терпелось выбраться из замка на залитый солнцем луг. — Признак первый: он сидит на моем стуле. Признак второй: он носит мою одежду. Признак третий: его зовут Римус Люпин.

Все, кроме Хвоста, засмеялись.

— Я написал про форму морды, зрачки и кисточку на хвосте, — взволнованно сказал он, — а больше ничего не мог…

— Ты что, совсем тупой, Хвост? — нетерпеливо сказал Джеймс.

— Раз в месяц гуляешь с оборотнем всю ночь напролет…

— Говори тише, — взмолился Люпин.

Гарри снова беспокойно оглянулся.

Снейп шел за ними, все еще поглощенный чтением, — но это была его память, и если бы ему вздумалось выбрать на свежем воздухе другой маршрут, то Гарри, очевидно, больше не смог бы наблюдать за Джеймсом и его друзьями. Однако, к его огромному облегчению, когда Джеймс и трое его друзей направились через лужайку к озеру, Снейп двинулся вслед за ними — он никак не мог оторваться от своего пергамента и явно не смотрел, куда бредет. Держась чуть впереди него, Гарри по-прежнему внимательно следил за Джеймсом и остальными.

— А по мне, вопросы были — лучше не надо, — услышал он голос Сириуса. — Я удивлюсь, если не получу, как минимум, «превосходно».

— Я тоже, — сказал Джеймс.

Он полез в карман и достал оттуда трепыхающийся золотой снитч.

— Где взял?

— Стащил, — небрежно сказал Джеймс.

Он принялся играть снитчем, отпуская его не больше чем на длину руки и ловя снова — реакция у него была великолепная. Хвост смотрел на него с благоговением.

Они остановились в тени той самой березы на берегу озера. Гарри еще раз оглянулся через плечо и, к своей радости, увидел, что Снейп устроился неподалеку в густой тени кустарника. Как и прежде, он изучал материалы экзамена, и Гарри спокойно уселся на траву между кустарником и березой, глядя на четверку товарищей под деревом. На поверхности озера сверкали яркие блики, а на берегу, тоже залитом солнечным светом, сидела компания девочек, только что вышедших из Большого зала, — сняв туфельки и носки, они болтали ногами в прохладной воде и смеялись.

Люпин вынул книгу и углубился в нее. Сириус с надменным и скучающим видом, что очень ему шло, поглядывал на прогуливающихся вокруг учеников. Джеймс по-прежнему играл снитчем, позволяя ему отлетать все дальше и дальше — казалось, что он вот-вот вырвется на свободу, — но неизменно ловя его в самый последний момент. Хвост наблюдал за ним с открытым ртом. Всякий раз, когда Джеймс демонстрировал особенно сложный бросок, Хвост ахал от восхищения и принимался аплодировать. Минут через пять Гарри стал недоумевать — его удивляло, почему Джеймс не попросит Хвоста держать себя в руках, но Джеймсу, похоже, нравилось чужое внимание. Гарри заметил, что у его отца была привычка взлохмачивать себе волосы — он словно боялся, что его прическа покажется кому-то чересчур аккуратной. Кроме того, он все время косился на девочек у воды.

— Перестань, — наконец сказал Сириус после того, как Джеймс снова эффектным броском поймал снитч и Хвост издал очередной ликующий вопль, — а то Хвост описается от восторга.

Хвост слегка покраснел, но Джеймс ухмыльнулся.

— Как скажешь. — Он засунул снитч обратно в карман.

Почему-то Гарри был почти уверен в том, что Сириус — единственный, ради кого Джеймс готов прекратить рисоваться.

— Скучно, — сказал Сириус. — Когда наконец будет полнолуние?

— А я бы и без него обошелся, — мрачно сказал Люпин из-за своей книги.

— Между прочим, нам еще трансфигурацию сдавать. Если тебе так скучно, можешь меня проверить. — И он протянул ему книгу.

Но Сириус лишь презрительно хмыкнул.

— Оставь себе, я всю эту чепуху наизусть знаю.

— Сейчас развлечемся, Бродяга, — спокойно сказал Джеймс. — Гляди, кто там…

Сириус повернул голову — и замер, как пес, почуявший кролика.

— Великолепно, — мягко сказал он. — Нюниус.

Гарри обернулся и посмотрел в ту же сторону. Снейп около кустов только что поднялся на ноги и теперь прятал свои листки в сумку. Когда он вышел из тени и зашагал по лужайке, Сириус и Джеймс встали.

Люпин и Хвост остались сидеть. Люпин по-прежнему смотрел в книгу, хотя его зрачки не двигались и между бровей пролегла едва заметная морщинка. Хвост переводил взгляд с Сириуса и Джеймса на Снейпа и обратно, и лицо его светилось жадным нетерпением.

— Как дела, Нюниус? — громко сказал Джеймс.

Снейп отреагировал так быстро, как будто ждал нападения: уронив сумку, он сунул руку в карман и уже доставал оттуда волшебную палочку, но тут Джеймс воскликнул:

— Экспеллиармус!

Палочка Снейпа подлетела вверх футов на двенадцать и шлепнулась в траву позади него. Сириус рассмеялся отрывисто, словно залаял.

— Импедимента! — сказал он, направив палочку на Снейпа, и тот, рванувшийся за своим оружием, упал ничком на полпути к нему.

Гуляющие стали оборачиваться в их сторону. Некоторые ученики поднимались на ноги и подходили ближе. Одни смотрели на происходящее с неодобрением, другие — с удовольствием.

Снейп, тяжело дыша, лежал на траве. Джеймс и Сириус приблизились к нему с поднятыми палочками; по дороге Джеймс поглядывал через плечо на девочек у озера. Хвост тоже поднялся на ноги и наблюдал за ними с жадным интересом — он даже отошел от Люпина, чтобы лучше видеть.

— Как прошел экзамен, Нюнчик? — спросил Джеймс.

— Я смотрел на него — он возил носом по пергаменту, — злорадно сказал Сириус. — Наверное, у него вся работа в жирных пятнах, так что ни слова не разберешь!

Кое-кто из зрителей засмеялся: Снейпа явно не любили. Хвост пронзительно захихикал. Снейп пытался встать, но заклятие еще действовало, и он корчился, будто связанный невидимыми веревками.

— Вы у меня дождетесь! — выпалил он, глядя на Джеймса с откровенной ненавистью. — Дождетесь!

— Дождемся чего? — хладнокровно сказал Сириус. — Что ты хочешь сделать, Нюнчик, — вытереть о нас свой сопливый нос?

Из уст Снейпа извергся поток ругани и проклятий, но его палочка лежала в трех шагах от хозяина, и ничего не случилось.

— Ну и грязный же у тебя язык, — презрительно сказал Джеймс. — Экскуро!

Изо рта у Снейпа тут же полезла розовая мыльная пена, она покрыла его губы, и он задыхался в ней…

— Оставьте его в покое!

Джеймс и Сириус оглянулись. Свободная рука Джеймса немедленно взлетела к волосам. Кричала одна из девочек у озера, с густыми темно-рыжими волосами до плеч и поразительно зелеными глазами миндалевидной формы — такими же, как у Гарри.

— Что, Эванс? — сказал Джеймс.

Самый тембр его голоса вдруг изменился — он стал более глубоким и мелодичным, более взрослым.

— Оставьте его в покое, — повторила Лили, смотря на Джеймса с откровенной неприязнью. — Что он вам сделал?

— Ну, — сказал Джеймс с видом человека, серьезно обдумывающего заданный ему вопрос, — пожалуй, все дело в самом факте его существования, если ты понимаешь, о чем я…

Многие зрители, включая Сириуса и Хвоста, засмеялись, но Люпин, до сих пор притворяющийся, что читает, даже не улыбнулся. Не появилось улыбки и на лице Лили.

— Считаешь себя остроумным, — холодно сказала она. — А на самом деле ты просто хвастун и задира, Поттер. Оставь его в покое, ясно?

— Оставлю, если ты согласишься погулять со мной, Эванс, — быстро откликнулся Джеймс. — Давай… пойдем со мной на прогулку, и я больше никогда в жизни не направлю на Нюнчика свою волшебную палочку.

Тем временем Чары помех, наложенные на Снейпа, слабели. Медленно, дюйм за дюймом, он подползал к своей палочке, отплевываясь от мыльной пены, но Джеймс этого не видел.

— Я не согласилась бы на это, даже если бы у меня был выбор между тобой и гигантским кальмаром, — сказала Лили.

— Не повезло, Сохатый! — весело сказал Сириус и снова повернулся к Снейпу. — Стой!

Но он опоздал: Снейп уже направил свою палочку прямо на Джеймса. Вспыхнул яркий свет, и на щеке Джеймса появился глубокий порез. Кровь хлынула ему на мантию. Еще одна яркая вспышка — и Снейп повис в воздухе вверх тормашками; мантия свалилась ему на голову, обнажив тощие, бледные ноги и серые от грязи подштанники. Многие в маленькой толпе разразились ликующими криками; Сириус, Джеймс и Хвост чуть не захлебнулись от хохота.

В уголках губ у Лили что-то дрогнуло, и Гарри на мгновение показалось, что выражение ярости на ее лице вот-вот сменится улыбкой. Но она громко сказала:

— Опусти его!

— Пожалуйста, — сказал Джеймс и взмахнул палочкой.

Снейп шлепнулся на землю, точно груда тряпья. Выпутавшись из подола мантии, он быстро вскочил на ноги с палочкой наготове, но Сириус сказал: «Петрификус тоталус!» — и Снейп снова упал плашмя, как доска.

— Оставьте его в покое! — крикнула Лили.

Она тоже выхватила палочку. Джеймс с Сириусом настороженно следили за ней.

— Послушай, Эванс, не заставляй меня с тобой сражаться, — серьезно сказал Джеймс.

— Тогда расколдуй его!

Джеймс тяжело вздохнул, повернулся к Снейпу и пробормотал контрзаклятие.

— Ну вот, — сказал он, когда Снейп вновь с трудом поднялся на ноги, — тебе повезло, что Эванс оказалась поблизости, Нюниус…

— Мне не нужна помощь от паршивых грязнокровок!

Лили прищурилась.

— Прекрасно, — спокойно сказала она. — В следующий раз я не стану вмешиваться. Кстати, на твоем месте я бы постирала подштанники, Нюниус.

— Извинись перед Эванс! — заорал Джеймс, угрожающе направив на Снейпа палочку.

— Я не хочу, чтобы ты заставлял его извиняться! — закричала Лили, обращаясь к Джеймсу. — Ты ничем не лучше его!

— Что? — взвизгнул Джеймс. — Да я никогда в жизни не называл тебя… сама знаешь кем!

— Ходить лохматым, как будто минуту назад свалился с метлы, выпендриваться с этим дурацким снитчем, шляться по коридорам и насылать заклятия на всех, кто тебе не нравится, только потому, что ты от природы… Непонятно, как твоя метла еще поднимает в воздух твою чугунную башку! Меня от тебя тошнит! — Она круто развернулась и быстро зашагала прочь.

— Эванс! — крикнул Джеймс ей вслед. — Погоди, Эванс!

Но она так и не обернулась.

— Какая муха ее укусила? — сказал Джеймс, безуспешно пытаясь сделать вид, что ответ на этот вопрос его вовсе не интересует.

— Сдается мне, она считает тебя немножко зазнайкой, дружище, — сказал Сириус.

— Ну ладно. — В голосе Джеймса зазвенела обида. — Ладно же…

Опять вспыхнул яркий свет, и Снейп снова повис в воздухе вниз головой.

— Кто хочет посмотреть, как я сниму с Нюниуса подштанники?

Кто-то словно щипцами сжал Гарри руку чуть повыше локтя. Едва не вскрикнув от боли, Гарри обернулся — и, к своему величайшему ужасу, увидел позади себя другого, взрослого Снейпа с побелевшим от ярости лицом.

— Развлекаетесь? — раздался бархатный голос на ухом Гарри.

— Не-е-ет, сэр — соврал Поттер.

— Что за шум, а драки нет? — в комнату вплыла Селена в зеленом домашнем халате.

— Здравствуйте, мисс Сантос — проговорил Мальчик, который выжил.

— Поттер, это не то, что вы подумали — тут же вклинился Северус.

— А я ничего и не подумал, сэр. Вся школа знает, что у вас есть невеста — сказал Гарри и решил убраться куда подальше.

— Отлично! — саркастически заметил зельевар, — Здесь ничего нельзя сохранить в тайне!

— Когда у нас свадьба, никто не знает — сказала Селена и поцеловала жениха, успокаивая.

Дай мне силы

«Девственник. Мерлин, спросила так будто я заразный. Девственник? Да. Я же был верен Лили столько лет! Или я должен был спать с каждой девушкой?» — мучительно размышлял Северус, выходя за пределы Хогвартса. Его ноги утопали в скользком снегу, а пронизывающий ветер раздувал черную мантию, делающего похожим его на летучую мышь — «Боже, дай мне силы выдержать все это» — зельевар траснгрессировал.

Оказался декан Слизерина на собрании Пожирателей Смерти. Верные последователи Темного Лорда сидели за квадратным столом. А его место было по левую руку Волан-де-Морта.

— Мы думали, что ты потерялся, добираясь сюда, Северус — сказал Темный Лорд. Пожиратели дружно загоготали, а потом смолкли под тяжелым взглядом темного мага.

— Меня задержали, милорд.

— Итак, друзья мои, сегодня я собрал вас здесь, чтобы выбрать того, кто добудет мне пророчество о Гарри Поттере. Есть желающие? — желающих не оказалось — пожиратели как провинившиеся маленькие дети опустили головы, — Люциус!

— Д-да, мой лорд — голос у Малфоя дрожал.

Он итак чувствовал себя сегодня как на плахе.

— Мой скользкий друг, ты добудешь мне пророчество — прошелестел Волан-де-Морт.

— Слушаюсь — только и ответил мистер Малфой.

— Я предлагаю заманить Поттера в Министерство магии. И он сможет отдать вам пророчество, милорд — сказал Снейп.

— Отличная идея, Северус! Мы так и сделаем! Кто у него самый близкий человек?

— Сириус Блэк.

— Покажи мне его.

Северус выдал Темному Лорду образ ненавистного Блэка. О своих действиях он подумает дома. В конце концов, ему же нужно одновременно удержаться на двух стульях! Приходится чем-то жертвовать.

Возвращался в Хогвартс Северус вместе с Люциусом. Тому срочно захотелось проведать дочурку. Поэтому Снейп занялся приготовлением сыворотки правды — это всегда ему помогало собраться с мыслями.

* * *

— Мистер Малфой? — спросила Селена, когда Люциус вошел в её комнату и остановился на пороге.

— Я же просил называть меня отцом!

— Вы мне не отец!

— Селена, я прошу, выслушай меня.

— Опять будете предлагать деньги и фамилию?

— Нет — ответил Люциус.

Заметив кольцо, он удивленно уставился на дочь:

— Замуж выходишь?

— Да.

— И кто он?

— Вас это не касается!

— Я — твой отец!

— Вы были бы им, если бы помогали мне! Или хотя бы вытащили из дерьма, в котором я жила!

— Что за слова?! Приличные леди так не выражаются!

— Разговор окончен, мистер Малфой! — и дверь с силой захлопнулась перед носом аристократа.

* * *

Услышав, что кто-то входит в кабинет зельеварения, Северус обернулся. Перед ним стоял его друг белее мела. Было видно, что Малфой очень зол.

— Поговорил? — иронично поинтересовался Снейп.

— Моя дочь меня отшила — ответил Люциус, — А ты знаешь за кого она замуж собралась?

— Нет.

— Ладно. Я пойду навещу Драко.

— Удачи!

Малфой хмыкнул и скрылся в коридорах школы. Через некоторое время появилась Селена в домашнем халате и забавных тапочка-зайцах.

— Как все прошло?

— Отлично. Поттер вместе со своей компанией окажется в Министерстве магии после того как Темный Лорд пошлет ему ложную картинку о похищении Блэка. А Люциус отберет пророчество.

— Ты идиот?! — взяв первый попавшийся под руку предмет — а именно учебник, начала методично им огревать Северуса, — Ты хочешь, чтобы мальчик потерял единственного родного человека?

— Почему? — недоумевал зельевар, прикрывая голову руками.

— А, если Сириус погибнет? Ты об этом подумал?! Забыл, что его двоюродная сумасшедшая сестра на свободе и отношения у них не ахти?! — книга продолжала ходить то по руке, то по голове Снейпа.

— Все. Успокойся! — когда Селена в очередной занесла книгу для удара, зельевар отлевитировал её в другой конец класса, а саму девушку притянул к себе, обнимая и целуя в макушку, — Орден Феникса не пропустит такое мероприятие как Министерство магии. С Поттером все будет в порядке.

— Хорошо.

— Тем более я не пропущу такое событие.

— Почему?

— Ты забыла кто я? — спросил Северус, взглядом указывая на свое левое предплечье.

— Я помню.

* * *

Когда Темный Лорд решил осуществить задуманное, весна давно уже вступила в свои права. На улице потихоньку теплело.

Северус Снейп проверял работы учеников по СОВ, когда в класс залетел Драко Малфой, его крестник.

— Профессор Снейп, вас зовет директор Амбридж.

— Иду.

— Вы хотели меня видеть, директор? — спросил Снейп, с полнейшим бесстрастием озирая пары борющихся учеников.

— А профессор Снейп! — воскликнула Амбридж, широко улыбаясь и снова вставая на ноги. — Да-да, мне нужен еще один пузырек с сывороткой правды, и чем скорее, тем лучше.

— Вы забрали у меня последний пузырек, чтобы допросить Поттера, — сказал Снейп, холодно глядя на нее сквозь свисающие ему на глаза сальные космы. — Не использовали же вы его весь целиком? Кажется, я говорил вам, что довольно трех капель.

Амбридж покраснела.

— Но вы ведь можете принести еще? — как всегда в минуты раздражения, ее голос стал еще более сладким и приторным.

— Разумеется, — сказал Снейп, поджав губы. — Это снадобье должно настаиваться в течение всего лунного цикла, так что примерно через месяц вы сможете его получить.

— Через месяц? — взвизгнула Амбридж, раздуваясь по-жабьи. — Через месяц? Но он нужен мне сегодня, Снейп! Я только что обнаружила перед своим камином Поттера, который вел переговоры с неустановленным лицом или лицами!

— Неужели? — сказал Снейп, впервые проявляя слабый интерес к происходящему. Он повернулся и посмотрел на Гарри. — Что ж, это меня не удивляет. Поттер никогда не отличался дисциплинированностью.

Его холодные темные глаза так и сверлили Гарри, но тот встретил его взгляд не дрогнув — он изо всех сил старался сконцентрироваться на том, что видел во сне, заставить Снейпа прочесть это у него в сознании, понять…

— Я хочу допросить его! — крикнула Амбридж, и Снейп вновь перевел взгляд с Гарри на ее дрожащее от злобы лицо. — Я хочу, чтобы вы снабдили меня средством, которое поможет мне выяснить правду!

— Я ведь уже сказал, что у меня больше нет запасов нужной вам сыворотки, — невозмутимо ответил Снейп. — Если вы не хотите отравить Поттера — кстати, уверяю вас, что я отнесся бы к подобному намерению с большим сочувствием, — то у меня нет возможности вам помочь. Беда только в том, что большинство ядов действует слишком быстро и практически не оставляет жертве времени на признания.

И Снейп снова посмотрел на Гарри, который уставился на него, мучительно пытаясь передать свои мысли без слов. «Волан-де-Морт схватил Сириуса и держит его в Отделе тайн, — отчаянно повторял он про себя. — Волан-де-Морт схватил Сириуса…»

— Я назначаю вам испытательный срок! — завопила Амбридж, и Снейп снова перевел на нее взгляд, чуть приподняв брови. — Вы намеренно отказываете мне в содействии! Я ожидала иного — Люциус Малфой всегда отзывался о вас с крайним уважением! А теперь прочь из моего кабинета!

Снейп отвесил ей насмешливый поклон и повернулся к двери.

— Бродяга у него в плену! — крикнул Гарри. — Его держат там, где оно спрятано! Снейп замер с поднятой рукой, уже готовый толкнуть дверь.

— Бродяга? — воскликнула Амбридж, жадно переводя взгляд с Гарри на Снейпа. — Какой еще Бродяга? И что там спрятано? О чем это он, Снейп?

Снейп обернулся. Его лицо было непроницаемо. Гарри не мог понять, догадался ли он, в чем дело, но в присутствии Амбридж нельзя было говорить яснее.

— Понятия не имею, — холодно сказал Снейп. — Если я захочу послушать околесицу, я дам вам болтушки для молчунов, Поттер. Кстати, Крэбб, ослабьте немного хватку. Если вы задушите Долгопупса, начнется бесконечная бумажная канитель. К тому же мне придется упомянуть об этом в вашей характеристике, если вы когда-нибудь вздумаете устроиться на работу.

И Северус с достоинством покинул кабинет. Нужно было срочно предупредить Орден Феникса через портрет Финеаса Найджелуса Блэка. Он, Снейп, эту ловушку устроил, ему и расхлебывать.

Селена тем временем следила за троицей и Амбридж, вошедших в Запретный лес. Она ждала на опушке их возвращения.

— И куда вы собрались? — спросила Селена, завидев Золотую троицу, возвращающийся из леса.

— Темный Лорд схватил Сириуса! Нам нужно в Министерство магии — протараторил Поттер, — Мы очень спешим.

— Я с вами — произнесла волшебница.

— Быстрее! — поторопила их Гермиона.

Пешки расставлены. Игра началась.

* * *

— Сюда. — Благодарно потрепав по холке своего фестрала, Гарри быстро прошел к покосившейся телефонной будке и открыл дверцу. — Скорее! — поторопил он друзей, увидев, что они медлят.

Рон и Джинни покорно забрались внутрь, за ними в будку втиснулись Гермиона с Невиллом и Полумной, и Селеной. Кинув прощальный взгляд на фестралов, которые принялись рыться в мусорном баке, ища съедобные отбросы, Гарри шагнул в будку вслед за Селеной.

— Кто там ближе к аппарату? Наберите шесть, двадцать четыре, сорок два! Вывернув руку, Рон с трудом дотянулся до диска. Когда он набрал последнюю цифру, в будке зазвучал прохладный женский голос:

— Добро пожаловать в Министерство магии. Назовите, пожалуйста, ваше имя и цель посещения.

— Гарри Поттер, Рон Уизли, Гермиона Грейнджер, — скороговоркой произнес Гарри, — Джинни Уизли, Невилл Долгопупс, Полумна Лавгуд, Селена Сантос… Мы здесь, чтобы спасти человека, если только ваше Министерство не сделает этого раньше нас!

— Благодарю вас, — произнес прохладный женский голос. — Посетители, возьмите, пожалуйста, значки и прикрепите их к мантии спереди.

В углубление для возврата неиспользованных монет высыпалась горсть значков. Гермиона сгребла их и молча протянула Гарри через голову Джинни; он взглянул на верхний и прочел: «Гарри Поттер, спасательная миссия».

— Уважаемые посетители, вам необходимо пройти досмотр и зарегистрировать ваши палочки у дежурного колдуна, чей пост находится в дальнем конце атриума.

— Хорошо! — громко сказал Гарри.

Его шрам снова засаднило:

— Теперь мы наконец можем войти?

Пол телефонной будки содрогнулся, и мостовая поплыла вверх мимо ее стеклянных стенок. Роющиеся в мусоре фестралы скрылись из виду; над головами шестерых друзей сомкнулась тьма, и с глухим скрежещущим звуком они канули в недра Министерства магии. Вскоре на их ноги упал тонкий луч мягкого золотистого света и, расширяясь, пополз вверх. Гарри присел и, насколько позволяла теснота, взял свою палочку на изготовку, высматривая сквозь стекло, кто или что ждет их в атриуме. Однако зал, похоже, был абсолютно пуст. Сейчас освещение здесь было слабее, чем днем: в каминах вдоль стен не горел огонь, но когда лифт плавно остановился, Гарри увидел, что золотые символы по-прежнему совершают на переливчато-синем потолке сложные волнообразные движения.

— Министерство магии желает вам приятного вечера, — произнес женский голос.

Дверца телефонной будки распахнулась; Гарри, а за ним и Невилл с Полумной и Селеной вывалились наружу. Тишину, царящую в атриуме, нарушал только ровный шум воды в золотом фонтане — это журчали струи, изливающиеся в бассейн из палочек чародея и волшебницы, кончика стрелы кентавра, острия гоблинской шляпы и ушей эльфа-домовика.

— Пойдем, — тихо сказал Гарри, и все шестеро двинулись в конец зала.

Гарри шагал впереди. Они миновали фонтан и подошли к столу, за которым когда-то сидел дежурный колдун, взвесивший палочку Гарри, а теперь было пусто.

Ученики и учительница стали бродить по Отделу тайн так как не знали, где находится нужная им дверь. Сначала они зависли возле зала с мозгами, потом с залом, где находилась странная арка.

* * *

Стены замерли, и Гарри с растущим чувством отчаяния распахнул следующую дверь.

— Вот оно!

Он сразу узнал это место по танцующему, искрящемуся бриллиантовому свету. Когда глаза Гарри привыкли к блеску, он увидел, что со всех сторон на него смотрят циферблаты часов — большие и маленькие, стоячие и настенные, они висели между книжных полок и покоились на столах, расставленных вдоль всей комнаты, так что их деловое неумолимое тиканье наполняло ее, точно звуки шагов крохотной марширующей армии. Танцующий, переливчатый свет исходил от высокого стеклянного сосуда куполообразной формы, стоявшего в дальнем конце комнаты.

— Сюда!

Теперь, когда они наконец оказались на верном пути, сердце у Гарри неистово колотилось; он быстро зашагал по узкому проходу между рядами столов, направляясь, как это было и во сне, прямо к источнику света — хрустальному сосуду высотой с него самого, который тоже покоился на столе и, казалось, был полон искристого, вихрящегося ветра.

— Ой, смотрите! — воскликнула Джинни, когда они приблизились к нему, и показала в самый центр хрустального сосуда.

Там, в искристом потоке, мерцало крошечное яйцо, сверкающее, как драгоценный камень. Постепенно всплывая, оно раскололось, и из него появился колибри, который вознесся на самый верх; но потом воздушные течения понесли птичку вниз, и ее перышки снова обвисли и стали мокрыми, а у самого дна сосуда она вновь исчезла в яйце.

— Не останавливайся! — резко сказал Гарри, потому что Джинни явно вознамерилась посмотреть, как яйцо опять превратится в птичку.

— Сам-то сколько проторчал у своей дурацкой арки! — огрызнулась она, но все же пошла за ним дальше, к единственной двери позади хрустального сосуда.

— Вот оно, — снова сказал Гарри.

Сердце забилось так быстро и сильно, что его стук почти мешал ему говорить.

— Нам сюда…

Он оглянулся на своих друзей — все они достали палочки и сделались серьезными и взволнованными. Он снова повернулся к двери и толкнул ее. Дверь открылась. Они наконец нашли то, что искали, — зал, высокий, как в соборе, где не было ничего, кроме бесконечных стеллажей с маленькими, пыльными стеклянными шариками. Кое-где к полкам были прикреплены зажженные канделябры, и шарики тускло блестели в их лучах. Здесь, как и в круглой комнате, свечи тоже горели синим пламенем. В зале было очень холодно. Гарри осторожно шагнул вперед и заглянул в один из сумрачных проходов между стеллажами. Он ничего не услышал и не заметил ни малейшего движения.

— Ты говорил, нам нужен девяносто седьмой, — прошептала Гермиона.

— Да, — шепнул в ответ Гарри и поглядел на крайний стеллаж в ближнем ряду.

Там, под канделябром с горящими синим огнем свечами, поблескивали серебряные цифры — тройка рядом с пятеркой.

— По-моему, надо идти вправо, — прошептала Гермиона, вглядываясь в полумрак. — Да… вон пятьдесят четвертый ряд…

— Держите палочки наготове, — тихо предупредил Гарри.

Они украдкой двинулись вперед, по дороге заглядывая в длинные проходы между рядами стеллажей, дальние концы которых тонули в кромешной тьме. Под каждым стеклянным шариком, лежащим на полке, был приклеен крохотный пожелтевший ярлычок. Некоторые шарики испускали зловещее красноватое сияние, другие были темны и безжизненны, как перегоревшие лампочки. Они миновали восемьдесят четвертый ряд… потом восемьдесят пятый… Гарри прислушивался изо всех сил, стараясь уловить малейший шорох, но Сириусу могли заткнуть рот кляпом или он потерял сознание…

— А может быть, — сказал непрошеный голос в его сознании, — он уже мертв…

«Я бы это почувствовал, — сказал он себе. Теперь его сердце билось под самым горлом. — Я бы уже знал…»

— Девяносто семь! — прошептала Гермиона.

Они сбились в кучку у самого края ряда, пытаясь разглядеть что-нибудь в проходе за ним. Там никого не было.

— Он в дальнем конце, — сказал Гарри — во рту у него вдруг слегка пересохло. — Отсюда разве увидишь…

И он повел их мимо высоченных стеллажей со стеклянными шариками — некоторые из этих шариков провожали их своим неярким сиянием…

— Он должен быть где-то здесь, — прошептал Гарри, каждую секунду ожидавший увидеть в темноте скорчившуюся на полу фигуру Сириуса. — Вот-вот дойдем… мы уже совсем близко…

— Гарри, — осторожно окликнула его Гермиона, но он не захотел ей отвечать, так как во рту у него было совсем сухо.

— Кажется… где-то… здесь, — сказал он.

Они достигли конца ряда, тускло освещенного канделябром. Тут никого не было. Их окружала гулкая, пыльная тишина.

— А вдруг он… — хрипло прошептал Гарри, заглядывая в соседний проход. — Или, например… — Он торопливо шагнул к следующему.

— Гарри, — снова сказала Гермиона.

— Чего? — буркнул он.

— Я… я не думаю, что Сириус здесь.

Остальные молчали. Гарри не хотелось смотреть на них. Ему было тошно. Он не понимал, почему Сириуса здесь нет. Он должен быть здесь! Ведь именно это место Гарри видел во сне… Он побежал вдоль рядов, заглядывая в каждый по очереди. Пусто… опять пусто… Он развернулся и побежал в другую сторону, мимо своих молчащих товарищей. Нигде не было ни следа Сириуса, не заметил он и признаков недавней борьбы.

— Гарри! — позвал Рон.

— Что? — Он не хотел слушать, что скажет Рон; не хотел слышать, как Рон скажет ему, что он глупец, или предложит вернуться обратно в Хогвартс, но он чувствовал, как жар заливает ему лицо, и сейчас с удовольствием шмыгнул бы в темноту и сидел там долго-долго, прежде чем подняться в залитый светом атриум и встретить обвиняющие взгляды друзей…

— Ты видел это? — спросил Рон.

— Что? — повторил Гарри, но на этот раз с жадным нетерпением — наверное, речь шла о знаке, говорящем, что Сириус был здесь, о ключе к разгадке.

Он подбежал к концу девяносто седьмого ряда, где маленькой кучкой стояли остальные, но увидел там только Рона, взгляд которого был прикован к одному из пыльных стеклянных шариков на полке.

— Ну? — мрачно спросил Гарри.

— Тут… тут твое имя, — сказал Рон.

Гарри придвинулся ближе. Рон указывал на маленький шарик, тускло светящийся изнутри и покрытый толстым слоем пыли — похоже, никто не трогал его уже много лет.

— Мое имя? — озадаченно переспросил Гарри.

Он сделал еще шаг вперед. Поскольку Рон был выше его ростом, Гарри пришлось вытянуть шею, чтобы прочесть надпись на пожелтевшем ярлычке, приклеенном к полке точно под стеклянным шариком. На нем тонким, почти неразборчивым почерком была написана дата — примерно шестнадцать лет тому назад, — а под ней стояло:

С. П. Т. — А. П. В. Б. Д. Темный Лорд и

(?)Гарри Поттер.

Гарри уставился на ярлычок.

— Что это значит? — спросил Рон.

В голосе его звучала тревога:

— Почему здесь стоит твое имя? — Он посмотрел на другие ярлычки, приклеенные к той же полке.

— А меня тут нет, — недоуменно сказал он. — И никого из остальных тоже.

— Гарри! По-моему, тебе лучше его не трогать, — резко сказала Гермиона, когда он протянул к шарику руку.

— Почему? — спросил он. — Ведь это имеет ко мне отношение!

— Не надо, Гарри, — внезапно сказал Невилл.

Гарри посмотрел на него. Круглое лицо Невилла слегка блестело от пота. Он выглядел так, словно нервы у него были уже на пределе.

— Но здесь мое имя, — сказал Гарри и, поддавшись безрассудному порыву, сомкнул пальцы на пыльной поверхности шарика.

Он думал, что она будет холодной, но это оказалось не так. Наоборот, впечатление было такое, будто шарик много часов пролежал на солнце, точно внутреннее свечение согревало его. Ожидая чего-то необычного и даже надеясь на то, что сейчас произойдет какое-нибудь эффектное, волнующее событие, которое сможет-таки оправдать их долгое и опасное путешествие, Гарри снял стеклянный шарик с полки и вгляделся в него. Но ровным счетом ничего не произошло. Друзья обступили Гарри, наблюдая за тем, как он счищает прилипшую к шарику пыль. И тут, прямо за их спинами, раздался голос. Кто-то сказал спокойно, чуть растягивая слова:

— Очень хорошо, Поттер. А теперь повернись, медленно и без глупостей, и отдай его мне.

Черные силуэты, возникшие неизвестно откуда, обступили их слева и справа, отрезав все пути к бегству; глаза блестели сквозь прорези капюшонов, с десяток палочек с горящими кончиками были направлены прямо им в сердце. Джинни ахнула от ужаса.

— Дай его мне, Поттер, — с расстановкой повторил голос, и его обладатель, Люциус Малфой, протянул к Гарри руку ладонью вверх.

Внутри у Гарри все перевернулось. Они были в ловушке, и на каждого из них приходилось по двое противников.

— Ну же, Поттер, — снова сказал Малфой.

— Где Сириус? — спросил Гарри.

Пожиратели захотели поиграть как кошка с мышкой жизнями детей. Селена не могла допустить этого. Проклиная гриффиндорскую храбрость, она мчалась вместе со всеми после того как Гарри не отдал пророчество Пожирателям.

* * *

Они снова оказались в крутящейся комнате. Заклинания летели во все стороны. Запечатанные двери заново открывались. Это был бег по кругу до тех пор пока они снова не оказались в зале с аркой. Потом прибыл Орден Феникса во главе с Дамблдором.

Дамблдор пронесся по ступеням вниз, мимо Гарри и Невилла — теперь они больше не думали о побеге. Их школьный директор уже достиг нижнего яруса каменных сидений, когда ближайшие Пожиратели смерти заметили его и крикнули остальным, что он здесь. Один из них пустился бежать, карабкаясь по ступеням напротив, точно обезьяна. Дамблдор снял его оттуда заклятием без малейших усилий, будто невидимым арканом…

Только одна пара противников продолжала биться, не обращая внимания ни на что вокруг. На глазах у Гарри Сириус увернулся от красного луча, посланного Беллатрисой, — он смеялся над ней…

— Ну же, давай! Посмотрим, на что ты способна! — воскликнул он, и его голос раскатился эхом по огромной комнате.

— Остолбеней! — воскликнула Беллатриса.

— Протего Максима! — из-за спины Сириуса появилась Селена.

Огромный серебристый щит отбросил заклинание вверх. Лестрейндж под воздействием мощной магии упала на пол.

— Ты пыталась убить Сириуса! — кричал Гарри Поттер, выбегая вслед за Беллатрисой.

Люпин не смог его удержать. А Дамблдор последовал вслед за ними.

* * *

Пожиратели Смерти успели уйти все, кроме Люциуса Малфоя. Пророчество было утеряно. А Северус Снейп должен был принести плохие вести своему «господину».

* * *

— Милорд, пророчество разбилось — произнес зельевар.

— Круцио! — тело Снейпа пронзила адская боль, но он мужественно держался.

— Люциуса Малфоя схватили.

— Круцио! — Северус содрогнулся от пронизывающей боли.

— Круцио! — он упал на пол, стараясь не закричать.

— Круцио! — на черной рубашке выступили пятна крови.

Темный Лорд прекратил пытку. Такой соратник как Снейп нужен ему живым. Убить его он всегда успеет.

* * *

Селена с возрастающим беспокойством ждала своего жениха. Она давно вернулась в Хогвартс и посетила мадам Помфри, которая залечила её подвернутую ногу. Девушка вглядывалась в сумрак ночи, держа палочку с синим огоньком на конце перед собой.

— Люмос Максима! — свет вырвался из палочки и осветил большой квадрат земли вокруг волшебницы, — Люмос Максима!

За границей анти-трансгрессии раздался шорох. Селена вгляделась в темноту. Северус еле шел, перебирая ногами. Девушка поспешила к нему.

— Помоги мне — хрипло попросил зельевар.

— Сейчас, милый — волшебница подставила ему своё плечо и он на него оперся.

Они медленно побрели по направлению к замку.

— И хватит называть меня милым. Я — ужас Всея Хогвартса — даже сейчас Северус умудрялся шутить.

* * *

Когда они вошли в подземелья, Селена без церемоний сняла с зельевара мантию, жилетку и рубашку. Северус был не против, так как потерял сознание на тот момент. Девушка промыла водой его раны. Капнув лечебным зельем на большие пораженные области, она принялась снимать жар.

Всю ночь Селена провела у его постели, не смыкая глаз ни на минуту.

Ближе к утру волшебница заснула. А Снейп с трудом приоткрыл глаза. Он заметил невесту, которая расположилась на половине его кровати, повернув голову в её сторону.

— Спасибо, что даешь мне силы жить дальше, Селена — прошептал Северус и снова провалился в небытие.

Тучи сгущаются

Странно затягивает желание,

сегодня появляется соглашение.

Друг, это так недостижимо

Этот взгляд, что я любил,

еще открывая каналы сна.

Мои глаза всегда открыты.

Для терпения предлагаю в тишине

Не знать ни наших имен,

Не игнорировать наших эксцессов.

Но только одно твое присутствие и я болен,

и я пустой…

Люциус Малфой выхаживал по маленькой каморке. Суд был два дня назад. А теперь он в Азкабане. Один! А вокруг дементоры, жаждущие забрать самые счастливые воспоминания своих жертв.

Но больше всего аристократ запомнил взгляд жены на судебном заседании — так смотря те, кто уже все потерял.

Сосед справа — сумасшедший.

Сосед слева — все время зовет какую-то Берту.

Мысли Малфоя-старшего ходят по кругу — ошибка молодости, борьба за идеи Темного Лорда, семья, Селена…война. Война уже близко. А он заперт здесь и ничего не может сделать!

* * *

Северус приоткрыл глаза. В небольшой комнате были зажжены свечи — видимо, уже наступил вечер. Селена читает что-то. А комнату наполняет песня — Heroes Del Silencio Nuestros Nombers. Теперь он эту группу из Испании узнает везде.

— Воды, — шепчет зельевар потому что голос не хочет слушаться.

— Да, сейчас, — девушка тут же суетится, а потом позволяет ему пить воду маленькими глотками, — тебе лучше?

— Определенно, — мужчина садится на кровать и голова тут же начинает круговорот. — Сколько я был без сознания?

— Два дня.

— Мне нужно к Дамблдору.

— Директор подождет. Ему сейчас не до этого — раздает интервью журналистам.

— По поводу?

— Темный Лорд вернулся. Эту информацию, наконец, признало Министерство магии.

— Маленькая победа, — усмехается Северус.

— Люциус Малфой в Азкабане, — с грустью говорит Селена.

— А тебе-то что?

— Какой-никакой, а он все-таки мой отец, — вздыхает девушка.

Они бы и дальше говорили, если бы не Сириус Блэк, который хотел поблагодарить волшебницу. Сириус остался таким же — безумный взгляд и потрепанная тюремная роба. Все-таки 13 лет в Азкабане меняют человека.

— Спасибо, что спасла мне жизнь, — без предисловий начал Блэк.

— Тебе нужно благодарить Северуса. Это он заметил, как вы сражаетесь, и попросил меня поставить щит, — сказала Селена под удивленным взглядом зельевара.

— Спасибо, Северус. — Сириус протянул руку бывшему врагу.

Зельедел нехотя пожал её.

— Как Гарри? — спросила волшебница, разряжая напряженную тишину.

— Хорошо. Рад, что будет жить у меня, — с улыбкой поделился Блэк.

На этом визит был окончен. Северус сразу принялся за школьные бумаги — все-таки конец года.

* * *

На счастье Ордена Феникса, пророчество уцелело. То, что разбил Невилл в Отделе тайн, было лишь записью из архивов Министерства магии.

Грядет тот, у кого хватит могущества победить Темного Лорда, рожденный теми, кто трижды бросал ему вызов, рожденный на исходе седьмого месяца… и Темный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы… И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой… тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Темного Лорда, родится на исходе седьмого месяца…

* * *

Северус направлялся в поместье Малфоев на собрание Пожирателей Смерти. Благодаря стараниям Селены, которая заочно училась на целителя в больнице Святого Мунго, он быстро залечил раны. Но Снейпа обрадовало другое — волшебница стала подданной английской короны. А это значит, что свадьбу можно провести спокойно, без посольства.

Мужчина отбросил ненужные мысли. Чтобы говорить с Темным Лордом, нужен чистый разум.

— Добро пожаловать, Северус! В наших рядах пополнение — Драко Малфой решил присоединиться к нам! — прошипел Волан-де-Морт.

Северус посмотрел на побледневшее лицо мальчишки. Ещё одна проблема — помимо вечно попадающего в неприятности Поттера и одинокого Адама.

Пожиратели тем временем жали руку Драко. Нарцисса, присутствовавшая на собрании, отвела зельевара в сторону.

— Северус, что будет с моим сыном?

— Никто не знает, что задумал Темный Лорд.

— Нам нужно поговорить, — увидев как темный маг куда-то уводит её сына, беспокойно зашептала леди Малфой.

— В конце августа. В моем поместье — бросил Северус и вернулся на свое место по левую руку от Волан-де-Морта.

* * *

С криком надежды

Я говорю тебе: «Прощай!».

И каждый день спрашивает каждую ночь,

что мы делаем в том же костюме.

Кивал, не понимая,

что эти руки меня осаждали,

Скажите мне: вы хотите рисовать?

Дом без крыльев?

Рассвет подмигивает.

Страшно смотреть назад.

— Северус, Адам заболел! — кричала ему вслед Селена, смотря как Северус выходит за пределы Хогвартса, чтобы отправиться на зов Темного Лорда.

— Дай ему бодроперцового зелья! — в ответ произнес зельевар.

— А, если не поможет?

Мужчина трансгрессировал. И оказался в поместье Малфоев — теперь Пожиратели собирались здесь. Однако его ждал Темный Лорд. В гордом одиночестве.

— Милорд, вы вызывали меня? — спросил Северус.

— Да. Я поручил сыну Люциуса одно важное дело, — протянул Волан-де-Морт.

— Какое, мой лорд?

— Драко должен убить Дамблдора.

— А, если мальчишка не справится?

— У меня есть верный советник.

* * *

Возвращался Северус на руины. В прямом смысле. Селена опять что-то напутала в зелье. Класс заволок фиолетовый дым. А сама девушка была в какой-то зеленой жиже.

— Мерлин, здесь был ураган?! — воскликнул Снейп.

— Нет.

— У тебя, соплохвост дери, есть диплом об окончании Хогвартса! Сложно было приготовить по моему рецепту зелье?!

— Прости, — девушка всхлипнула. — Сразу навалилось…экзамены в Мунго, твое лечение, Адам, свадьба неизвестно когда… Я задумалась и что-то пропустила.

— Успокойся, — Северус притянул её к себе, — я сам приготовлю зелье и мы оба навестим Адама. А свадьба…свадьба у нас будет через две недели. Ты успеешь приготовиться?

— Конечно! — Селена благодарно заглянула в его черные глаза. — Я так люблю тебя!

— И я тебя, — несмело прошептал в ответ Северус.

* * *

— Северус, Селена! — с радостной улыбкой на лице приветствовал их Адам в изоляторе.

— И что с тобой, волшебник? — потрепав мальчика по рыжим коротким волосам.

— Кашель и температура.

— А у нас для тебя сюрприз! — воскликнула Селена, встречаясь с любопытным взглядом Адама.

— Вы женитесь?

— Да, но не только это. Мы принесли то, что поставит тебя на ноги, — ласково ответила девушка, протягивая ребенку фиал с зельем. — Выпей.

— Как в «Алисе в стране Чудес»! — Адам покорно выпил бодроперцовое и досадливо поморщился от вкуса. — Гадость!

— Зато ты завтра будешь бегать, — произнес Северус строго.

— Ура! Вы заберете меня отсюда! — радости мальчика не было предела.

Он обнял Селену. Подойдя к Северусу, он вопросительно посмотрел на него. В итоге зельевар сам неуклюже приобнял ребенка.

* * *

Маленькая церковь в Коукворте. Мужчина весь в черном. И девушка в белом, и с белыми розами. Они, не отрываясь, смотрят в глаза друг другу. А потом звучит голос священника:

— Объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту.

Северус со всей страстью целует Селены. В дом они возвращаются, держась за руки. Белых роз уже нет — они украшают могилу Эйлин.

Селена нетерпеливо освобождает мужа от одежды в спальне. Её легкое белое платье уже валяется на полу, а сама девушка в белом кружевном белье. Северус неумело покрывает поцелуями её шею и спускается к груди.

Через некоторое время остатки одежды перемещаются на стул и пол. Волшебница притягивает мужчину к себе, призывая к действиям. Он входит в неё со стоном.

— Я правильно делаю? — на выдохе спрашивает Северус.

— Да. А теперь двигайся, — эротично шепчет ему на ухо Селена.

Они сливаются воедино. Двигаются в одном ритме. Стоны наполняют спальню. А молодых людей уносит в неведомые дали блаженства и любви…

* * *

За много миль от правительственного здания промозглый туман, липнувший к окнам премьер-министра, клубился над грязной речкой, вьющейся между заросшими, замусоренными берегами. Поблизости возвышалась громадная дымовая труба заброшенной фабрики, темная и зловещая. Здесь не было никаких звуков, лишь чуть слышно журчала темная вода, и никаких признаков жизни, только облезлая лисица рыскала по берегу в надежде отыскать среди высокой травы старые обертки от жареной рыбы с чипсами.

Но вот раздался тихий хлопок, и у самой воды возникла стройная фигура в плаще с капюшоном. Лисица замерла на месте, не сводя настороженного взгляда с этого странного явления. Фигура осмотрелась, как будто пытаясь сориентироваться, а затем быстрыми легкими шагами двинулась прочь, шелестя плащом по траве.

Послышался еще один хлопок, погромче, и материализовалась вторая фигура в плаще с капюшоном.

— Стой!

Хриплый крик испугал лису, припавшую к земле среди сорняков. Она одним прыжком выскочила из укрытия и кинулась вверх по берегу. Блеснула зеленая вспышка, короткий взвизг — и мертвая лиса упала на землю.

Вторая фигура носком башмака перевернула убитое животное.

— Просто лисица, — пренебрежительно произнес женский голос из-под капюшона. — А я подумала — вдруг мракоборец… Цисси, подожди!

Но та, кого она преследовала, оглянувшись было при вспышке света, уже снова карабкалась по склону, откуда только что скатилась лисица.

— Цисси! Нарцисса! Послушай меня!

Вторая женщина догнала первую и схватила за руку. Первая вырвалась:

— Уходи, Белла!

— Ты должна меня выслушать!

— Слушала уже! Я приняла решение. Оставь меня в покое!

Женщина, которую звали Нарцисса, выбралась наконец наверх, туда, где ветхие перила отделяли реку от узенькой улочки, мощенной булыжником. Вторая женщина, Белла, не отставала от нее ни на шаг. Они стояли рядом в темноте и смотрели через дорогу на унылые ряды полуразвалившихся кирпичных домов с тусклыми слепыми окнами.

— Он живет здесь? — спросила Белла с презрением. — Здесь? В этой магловской навозной куче? Должно быть, еще никто из наших сюда не…

Но Нарцисса не слушала; она проскользнула через дыру в ржавой ограде и бросилась бегом через дорогу.

— Цисси, подожди!

Белла рванулась за ней, взметнув полами плаща. Она успела увидеть, как Нарцисса, пробежав по переулку между домами, выскочила на параллельную улицу, практически ничем не отличавшуюся от первой. Многие фонари здесь были разбиты, две бегущие женщины попадали то в пятно света, то в густую тьму. Преследовательница настигла жертву, когда та снова попыталась свернуть за угол. На этот раз она крепко схватила свою добычу за локоть и развернула лицом к себе.

— Не делай этого, Цисси, ему нельзя доверять…

— Темный Лорд ему доверяет, правда?

— Темный Лорд… по-моему… ошибается, — выговорила, задыхаясь, Белла и оглянулась — проверить, не слышал ли кто; глаза ее блеснули под капюшоном. — В любом случае нам было велено никому не рассказывать про его замысел. Это измена…

— Пусти, Белла! — прорычала Нарцисса и, выхватив из-под плаща волшебную палочку, угрожающе нацелила ее в лицо своей противнице.

Белла только засмеялась в ответ:

— Свою родную сестру, Цисси? Ты на это не способна!

— Я теперь на все способна! — выдохнула Нарцисса с истерическими нотками в голосе.

Она рубанула волшебной палочкой, словно ножом, снова блеснула вспышка. Белла выпустила руку сестры, как будто обжегшись.

— Нарцисса!

Но Нарцисса уже бежала дальше. Потирая руку, преследовательница вновь кинулась в погоню, только теперь она старалась держаться на безопасном расстоянии. Они забирались все глубже в лабиринт нежилых кирпичных домов. Наконец Нарцисса выбежала в переулок под названием Паучий тупик; фабричная труба высилась над ним, словно кто-то огромный укоризненно грозил пальцем. Легкие шаги эхом отдавались на булыжной мостовой. Женщина бежала мимо разбитых и заколоченных досками окон и наконец остановилась у последнего дома, где в первом этаже между занавесками пробивался слабый свет.

Она постучала в дверь. Тут подоспела Белла, ругаясь сквозь зубы. Сестры стояли и ждали, слегка запыхавшись, вдыхая запах грязной реки, который доносил до них ночной ветерок. Через несколько секунд в доме послышалось какое-то движение, и дверь чуть-чуть приоткрылась. Через щель на них смотрел человек; длинные черные волосы обрамляли желтовато-бледное лицо с черными глазами.

Нарцисса откинула с головы капюшон. Она была так бледна, что казалось, лицо ее светится в темноте. Струящиеся по спине длинные белокурые волосы придавали ей сходство с утопленницей.

— Нарцисса! — Человек открыл дверь пошире так, что теперь свет падал и на ее сестру. — Какая приятная неожиданность!

— Северус, — проговорила она придушенным шепотом, — можно мне с тобой поговорить? Это очень срочно.

— Ну разумеется!

Он отступил в сторону, пропуская ее в дом. Ее сестра вошла без приглашения, не снимая капюшона.

— Приветствую, Снейп, — коротко поздоровалась она.

— Приветствую, Беллатриса, — ответил он, чуть насмешливо искривив губы, и захлопнул за гостьями дверь.

Все трое оказались в крошечной темноватой гостиной, производившей впечатление не то тюремной камеры, не то палаты в клинике для умалишенных. Полки по стенам были сплошь уставлены книгами, большей частью в старинных коричневых или черных кожаных переплетах. Потертый диван, старое кресло и колченогий столик стояли тесной группой в лужице тусклого света от люстры со свечами, свисавшей с потолка. Помещение выглядело неухоженным, как будто здесь давно никто не жил.

Снейп жестом пригласил Нарциссу присесть на диван. Нарцисса сняла плащ, отбросила его в сторону, села и принялась внимательно разглядывать свои стиснутые на коленях руки, бледные и дрожащие. Беллатриса неторопливо опустила капюшон. Темноволосая, в отличие от белокурой сестры, с тяжелыми веками и выступающим подбородком, она не отрывала взгляда от Снейпа, стоя за спиной Нарциссы.

— Итак, что же я могу для вас сделать? — осведомился Снейп, усаживаясь в кресло напротив сестер.

— Мы… мы одни? — тихо спросила Нарцисса.

— Да, конечно. Впрочем, здесь еще Хвост, но ведь червяки не в счет?

Он указал волшебной палочкой на стену, уставленную книгами. С треском распахнулась потайная дверь, открывая на обозрение узкую лестницу и застывшего на ней низенького человечка.

— Как ты, вероятно, заметил, Хвост, у нас сегодня гости, — лениво проговорил Снейп.

Человечек втянул голову в плечи, спустился на оставшиеся несколько ступенек и вошел в комнату. У него были маленькие водянистые глазки, остренький носик и неприятная подобострастная улыбочка. Левой рукой он поглаживал правую, которая выглядела так, словно была затянута в блестящую серебряную перчатку.

— Нарцисса! — пискнул он. — И Беллатриса! Радость-то какая…

— Если угодно, Хвост принесет нам выпить, — сказал Снейп. — А потом вернется к себе в комнату.

Хвост вздрогнул, как будто Снейп швырнул в него чем-нибудь тяжелым.

— Я тебе не слуга! — пропищал он, стараясь не смотреть Снейпу в глаза.

— Разве? А мне казалось, Темный Лорд поместил тебя сюда, чтобы помогать мне.

— Да, помогать, а не подавать напитки и… и убирать за тобой!

— А я и не подозревал, что ты жаждешь более опасных заданий, Хвост, — ласково проговорил Снейп. — Это легко устроить. Я поговорю с Темным Лордом…

— Я сам могу с ним поговорить, если захочу!

— Разумеется, — осклабился Снейп. — А пока принеси-ка нам выпить. Скажем, того вина эльфовского производства.

Хвост потоптался на месте, словно намеревался еще спорить, но в конце концов повернулся и исчез за другой потайной дверью. Было слышно, как он хлопает дверцами буфета и звякает чем-то стеклянным. Через несколько секунд он вернулся и принес на подносе пыльную бутылку вина и три бокала. Все это он поставил на колченогий столик и шмыгнул на лестницу, захлопнув за собой дверь с книжными полками.

Снейп разлил по бокалам кроваво-красное вино, два бокала вручил сестрам. Нарцисса пробормотала какие-то слова благодарности, Беллатриса ничего не сказала, продолжая враждебно рассматривать Снейпа. Его это как будто нисколько не смущало; казалось, происходящее его скорее забавляет. Селена на время пока Хвост будет жить у него в доме, вольготно чувствует себя в Хогвартсе.

— За Темного Лорда! — Он поднял свой бокал и осушил одним глотком.

Сестры сделали то же самое. Снейп заново наполнил бокалы.

Пригубив вторую порцию, Нарцисса неожиданно выпалила:

— Северус, прости, что я так ворвалась к тебе, но мне было необходимо тебя видеть. Я думаю, никто, кроме тебя, не сможет мне помочь…

Снейп прервал ее, подняв руку, затем снова направил волшебную палочку на потайную дверь. Послышался громкий треск, писк и быстрый топот ног Хвоста, удирающего вверх по лестнице.

— Прошу меня извинить, — сказал Снейп. — Он в последнее время завел привычку подслушивать под дверью. Не представляю, зачем это ему… Так что ты говорила, Нарцисса?

Она судорожно вздохнула и начала снова.

— Северус, я знаю, я не должна была сюда приходить, мне было приказано никому не рассказывать, но…

— Вот и придержала бы язык! — со злостью проворчала Беллатриса. — Особенно в таком обществе!

— В таком обществе? — сардонически переспросил Снейп. — Как я должен это понимать, Беллатриса?

— Так, что я не доверяю тебе, Снейп, и ты это прекрасно знаешь!

Нарцисса издала звук, похожий на сухой всхлип, и закрыла лицо руками. Снейп поставил свой бокал, откинулся в кресле, положив руки на подлокотники и улыбаясь прямо в насупленное лицо Беллатрисы.

— Я думаю, Нарцисса, нужно выслушать то, что Беллатриса рвется нам сказать, а то она, того и гляди, лопнет. Продолжай, Беллатриса, — пригласил Снейп. — Почему же это ты мне не доверяешь?

— Есть сотня причин! — громко ответила она и, выйдя из-за дивана, со стуком поставила бокал на стол. — Даже не знаю, с какой начать! Где ты был, когда Темный Лорд потерпел поражение? Почему не пытался разыскать его, когда он исчез? Чем ты занимался все эти годы, пока кормился подачками Дамблдора? Зачем ты помешал Темному Лорду добыть философский камень? Почему не вернулся сразу же, как только Темный Лорд обрел новое воплощение? Где ты был несколько недель назад, когда мы сражались за пророчество для Темного Лорда? И почему, Снейп, скажи, Гарри Поттер все еще жив, после того как пять лет находился в полной твоей власти?

Беллатриса умолкла, грудь ее вздымалась, щеки пылали. Нарцисса сидела не шевелясь, по-прежнему закрыв лицо руками.

Снейп улыбнулся:

— Прежде чем ответить… О да, Беллатриса, я тебе отвечу! Можешь передать мои слова всем, кто шепчется у меня за спиной и бегает к Темному Лорду с выдумками насчет моей якобы измены! Так вот, прежде чем ответить, позволь мне в свою очередь задать тебе один вопрос. Неужели ты в самом деле думаешь, что Темный Лорд не спрашивал меня обо всем этом? И неужели ты в самом деле не понимаешь, что, не будь я в состоянии дать удовлетворительные ответы, я сейчас не сидел бы здесь и не разговаривал с тобой?

Беллатриса замялась:

— Я знаю, он тебе верит, но…

— По-твоему, он ошибается? Или ты думаешь, я каким-то образом сумел его провести? Одурачить Темного Лорда, величайшего из волшебников, самого искусного мастера легилименции во всем мире?

Беллатриса промолчала, но в ее поведении появилась легкая неуверенность. Снейп не настаивал на ответе. Он снова отхлебнул из бокала и продолжил:

— Ты спрашиваешь, где я был, когда Темный Лорд потерпел поражение. Я был там, где он приказал мне находиться — в Хогвартсе, школе чародейства и волшебства, поскольку мне было поручено шпионить за Альбусом Дамблдором. Полагаю, тебе известно, что я поступил на эту работу по приказанию Темного Лорда?

Беллатриса едва заметно кивнула и открыла было рот, но Снейп опередил ее:

— Ты спрашиваешь, почему я не пытался разыскать его, когда он исчез. По той же причине, по которой не пытались его искать Эйвери, Яксли, Кэрроу, Сивый, Люциус, — он сделал полупоклон в сторону Нарциссы, — и многие другие. Я был убежден, что он погиб. Хвастаться тут нечем, я был не прав, но что же делать… Если бы он не простил нас, на время утративших веру, у него осталось бы очень мало сторонников.

— У него осталась бы я! — страстно воскликнула Беллатриса. — Ради него я провела столько лет в Азкабане!

— В самом деле. Похвально, похвально, — скучающим тоном протянул Снейп. — Правда, от того, что ты сидела в тюрьме, пользы для него было мало, зато какой красивый жест…

— Жест! — выкрикнула она в бешенстве, становясь похожей на безумную. — Пока меня мучили дементоры, ты благополучно жил себе в Хогвартсе, изображая комнатную собачку Дамблдора!

— Не совсем так, — спокойно ответил Снейп. — Он, знаешь ли, так и не согласился доверить мне преподавание защиты от Темных искусств. Видимо, опасался, что это может… м-м… спровоцировать рецидив. Вдруг я соблазнюсь и вернусь на старую дорожку.

— Так вот какова была твоя жертва Темному Лорду: ты лишился возможности преподавать любимый предмет! — воскликнула Беллатриса с издевкой. — А почему ты оставался там все это время, Снейп? Продолжал шпионить за Дамблдором, хотя считал своего повелителя мертвым?

— Едва ли, — ответил Снейп, — хотя Темный Лорд был доволен, что я не покинул свой пост. За шестнадцать лет у меня накопилось изрядное количество сведений о Дамблдоре. Пожалуй, это более ценный подарок к возвращению, чем нескончаемые воспоминания о том, как плохо было в Азкабане…

— Но ты остался, ты не ушел оттуда…

— Да, Беллатриса, я остался, — сказал Снейп, в первый раз за все время разговора начиная проявлять нетерпение. — У меня была приличная работа, и я предпочел ее отбыванию срока в Азкабане. Ты помнишь, тогда повсюду отлавливали Пожирателей смерти. Дамблдор защитил меня от тюрьмы, это было мне чрезвычайно удобно, и я этим воспользовался. Повторяю: у Темного Лорда нет возражений по поводу того, что я остался, так чем же ты недовольна? Далее, видимо, ты захочешь узнать, — продолжал Снейп, чуть повысив голос, поскольку Беллатриса явно порывалась возразить, — зачем я встал на пути Темного Лорда к философскому камню. На этот вопрос легко ответить. В то время он еще не знал, можно ли мне доверять. Он, как и ты, считал, что я из преданного Пожирателя смерти превратился в марионетку Дамблдора. Он тогда был в ужасном состоянии, очень ослаб, обитал в теле посредственного волшебника. Он не решился открыться бывшему союзнику, опасаясь, что этот союзник может выдать его Дамблдору или Министерству. Я глубоко сожалею о том, что он не доверился мне. В этом случае он вернулся бы к власти тремя годами раньше. А так я видел только жадного недостойного Квиррелла, пытавшегося украсть философский камень, и, признаюсь, я сделал все, что было в моих силах, чтобы ему помешать.

Беллатриса скривила губы, словно только что проглотила горькое лекарство.

— Но ты не явился к нему, когда он вернулся, ты не примчался в ту же минуту, когда почувствовал, что Черная Метка жжет тебя…

— Верно. Я явился два часа спустя, по приказанию Дамблдора.

— По приказанию Дамблдора?! — возмущенно начала было Беллатриса.

— Ну, подумай хоть немного! — Снейп снова потерял терпение. — Подумай! Выждав два часа, всего лишь какие-то два часа, я добился того, что смог остаться в Хогвартсе в качестве шпиона! Я создал у Дамблдора впечатление, будто бы возвращаюсь к Темному Лорду исключительно по приказу, и благодаря этому получил возможность передавать нашему господину сведения о Дамблдоре и об Ордене Феникса! Пошевели мозгами, Беллатриса, — Черная Метка уже несколько месяцев как начала проступать все ярче. Я знал, что он должен вот-вот вернуться, все Пожиратели смерти это знали! У меня было время обдумать свои действия, я вполне мог попросту сбежать, как Каркаров. Скажешь, нет?

В первый момент Темный Лорд был недоволен моим опозданием, но, уверяю тебя, его недовольство исчезло без следа, когда я объяснил, что по-прежнему верен ему, хотя Дамблдор и считает меня своим человеком. Да, Темный Лорд поначалу думал, что я покинул его навсегда, но это не так.

— А какая от тебя была польза? — фыркнула Беллатриса. — Какие такие ценные сведения мы от тебя получили?

— Я передаю свои сведения непосредственно Темному Лорду, — сказал Снейп. — Если он не считает нужным делиться с вами…

— Он делится со мною всем! — тут же ощетинилась Беллатриса. — Он говорит, что я самая верная, самая преданная…

— В самом деле? — В голосе Снейпа прозвучал легчайший намек на сомнение. — Он в самом деле до сих пор так говорит, после того фиаско в Министерстве?

— Там не было моей вины! — вспыхнула Беллатриса. — В прошлом Темный Лорд не раз доверял мне важнейшие… Если бы не Люциус…

— Не смей! Не сваливай вину на моего мужа! — сказала Нарцисса тихим голосом, полным смертельной злобы, вскинув голову и глядя на сестру.

— К чему теперь считаться, кто больше виноват, кто меньше, — вкрадчиво заметил Снейп. — Что сделано, того не воротишь.

— А ты, конечно, ни при чем! — гневно выкрикнула Беллатриса. — Ты опять отсутствовал, пока другие рисковали головой, верно, Снейп?

— Мне было приказано оставаться на месте, — сказал Снейп. — Может быть, ты не согласна с Темным Лордом? Может быть, ты считаешь, что Дамблдор не заметил бы меня в рядах Пожирателей смерти, вступивших в бой с Орденом Феникса? И еще… ты уж меня прости, но ты говоришь об опасности… Если не ошибаюсь, вашими противниками были шестеро подростков?

— Ты прекрасно знаешь, что вскоре к ним на помощь подоспела чуть ли не половина Ордена Феникса! — огрызнулась Беллатриса. — Кстати, об Ордене… Ты по-прежнему утверждаешь, будто не можешь открыть нам, где находится их штаб-квартира?

— Я не вхожу в число Хранителей Тайны и не могу никому назвать это место. Полагаю, тебе известно, как действует заклинание? Темному Лорду хватает той информации об Ордене, которую я в состоянии предоставить. Ты могла бы догадаться, что именно благодаря этим сведениям недавно удалось схватить и уничтожить Эммелину Вэнс.

Снейп наклонил голову, показывая, что пьет за ее здоровье. Но лицо Беллатрисы не смягчилось.

— Ты увиливаешь от моего последнего вопроса, Снейп. Гарри Поттер. Ты мог убить его в любую минуту за последние пять лет. Ты этого не сделал. Почему?

— Ты говорила на эту тему с Темным Лордом? — спросил ее Снейп.

— Он… Мы с ним в последнее время… Я спрашиваю тебя, Снейп!

— Если бы я убил Гарри Поттера, Темный Лорд не смог бы использовать его кровь для того, чтобы возродиться и обрести неуязвимость…

— Хочешь сказать, ты предвидел, что мальчишка ему понадобится! — воскликнула она с насмешкой.

— Я этого не утверждаю, я понятия не имел о его планах. Я уже признался, что считал Темного Лорда мертвым. Я просто объясняю, почему его не огорчает, что, по крайней мере, в прошлом году Поттер был еще жив.

— А после этого почему ты оставил его в живых?

— Ты что, не поняла, о чем я сейчас говорил? Только покровительство Дамблдора спасало меня от Азкабана! Согласись, что убийство любимого ученика могло восстановить Дамблдора против меня. Но дело не только в этом. Позволь тебе напомнить, что, когда Поттер только поступил в Хогвартс, о нем ходило множество слухов; говорили, будто он и сам могущественный темный волшебник и оттого Темному Лорду не удалось его уничтожить. На самом деле многие из бывших сторонников Темного Лорда думали, что Поттер может стать нашим новым знаменем и все мы объединимся вокруг него. Не скрою, мне было любопытно и вовсе не хотелось убивать его, едва он переступит порог школы.

Разумеется, очень скоро мне стало ясно, что у него нет ровно никаких необыкновенных талантов. Несколько раз ему удавалось выкрутиться из крайне сложных ситуаций благодаря удачному сочетанию необъяснимого везения и помощи талантливых друзей. Сам он — полнейшая посредственность, хотя заносчив и самодоволен, как и его покойный отец. Я сделал все, что мог, чтобы его вышвырнули из Хогвартса, где ему, на мой взгляд, совсем не место. Но убить или допустить, чтобы его убили на моих глазах?.. Было бы просто глупо идти на такой риск под самым носом у Дамблдора.

— И после всего этого мы должны поверить, что Дамблдор ни разу тебя не заподозрил? — спросила Беллатриса. — Он не догадывается, кому ты на самом деле служишь, он до сих пор полностью тебе доверяет?

— Я хорошо играл свою роль, — ответил Снейп. — К тому же ты забываешь основную слабость Дамблдора: он упорно верит в лучшее в людях. Я, вчерашний Пожиратель смерти, наплел ему красивую сказочку о своем глубочайшем раскаянии, когда поступал к нему на работу, и он принял меня с распростертыми объятиями. Впрочем, повторюсь, к преподаванию защиты от Темных искусств так и не подпустил. Дамблдор в свое время был великим волшебником. Да-да, был, — повторил Снейп, поскольку Беллатриса презрительно хмыкнула, — сам Темный Лорд это признаёт. Но я с удовольствием замечаю, что Дамблдор стареет. Недавний поединок с Темным Лордом сильно его подкосил. По-видимому, он перенес тяжелую травму, реакция у него уже не та, что прежде. Но ни разу за все эти годы он не терял доверия к Северусу Снейпу, и потому я так ценен для Темного Лорда.

Беллатриса по-прежнему была недовольна, но, видимо, не знала, как еще подступиться к Снейпу. Снейп воспользовался ее молчанием и обратился ко второй сестре:

— Итак, ты пришла ко мне за помощью, Нарцисса?

Нарцисса подняла к нему глаза, полные отчаяния.

— Да, Северус. Я… Я думаю, кроме тебя, никто не может мне помочь. Мне больше не к кому обратиться. Люциус в тюрьме, и…

Она закрыла глаза, две крупные слезы скатились из-под век.

— Темный Лорд запретил мне говорить об этом, — продолжала Нарцисса, не открывая глаз. — Он хочет, чтобы никто не знал о его замысле. Это… огромная тайна. Но…

— Если он запретил, ты не должна ничего говорить, — быстро сказал Снейп. — Слово Темного Лорда — закон.

Нарцисса задохнулась, как будто он плеснул ей в лицо холодной водой. Беллатриса выглядела довольной — в первый раз с тех пор, как вошла в дом.

— Вот видишь! — с торжеством сказала она сестре. — Даже Снейп так считает. Велели тебе молчать — молчи!

Но тут Снейп встал с кресла и, подойдя к окошку, выглянул в щель между занавесками, окинул взглядом пустынную улицу и снова плотно задернул занавески. Затем, нахмурившись, повернулся к Нарциссе.

— Так сложилось, что я знаю об этом замысле, — сказал он тихо. — Я один из немногих, кому Темный Лорд открыл свой план. Но не будь эта тайна мне известна, Нарцисса, ты была бы виновна в измене.

— Я так и думала, что ты должен знать! — Нарцисса вздохнула свободнее. — Он так верит тебе, Северус…

— Тебе известен его план? — переспросила Беллатриса; мимолетное выражение довольства улетучилось, сменившись возмущением. — Известен тебе?

— Безусловно, — подтвердил Снейп. — Но какая помощь тебе нужна, Нарцисса? Если ты вообразила, будто я смогу отговорить Темного Лорда, боюсь, тебя ждет разочарование.

— Северус, — прошептала она, и по ее бледным щекам покатились слезы. — Мой сын… Мой единственный сын…

— Драко должен гордиться, — равнодушно сказала Беллатриса, — ему оказана великая честь. И, между прочим, одного у Драко не отнимешь — он не пытается уклониться от своего долга. По-моему, он рад возможности проявить себя, его захватывают перспективы…

Нарцисса заплакала навзрыд, не отрывая молящего взгляда от Снейпа.

— Ему всего шестнадцать, он просто не понимает, что его ждет! Почему, Северус? Почему мой сын? Это слишком опасно! Это все месть за ошибку Люциуса, я знаю!

Снейп ничего не сказал. Он отвел глаза, как будто слезы Нарциссы были чем-то неприличным, но не мог притвориться, что не слышит ее.

— Поэтому он выбрал Драко, ведь правда? — настойчиво повторила она. — Чтобы наказать Люциуса?

— Если Драко добьется успеха, — сказал Снейп, по-прежнему глядя в сторону, — его ждет почет, какой и не снился другим.

— Но он не добьется успеха! — рыдала Нарцисса. — Куда ему, если сам Темный Лорд…

Беллатриса ахнула. Нарцисса заметно струсила.

— Я только хотела сказать… Никому еще не удавалось… Северус… пожалуйста… Драко так уважает тебя, ты всегда был его любимым учителем. Ты старый друг Люциуса… Я умоляю тебя! Ты особо приближенный советник Темного Лорда, тебе он доверяет как никому. Поговори с ним, убеди его.

— Темного Лорда невозможно убедить, и я не настолько глуп, чтобы пытаться, — ответил Снейп напрямик — Не стану скрывать, что Темный Лорд гневается на Люциуса. Люциусу было поручено руководство операцией, а он и сам попал в плен, и других подвел, да к тому же так и не сумел завладеть пророчеством. Да, Нарцисса, Темный Лорд разгневан, он в ярости!

— Значит, я права, он выбрал Драко из мести! — захлебывалась слезами Нарцисса. — Ему не нужно, чтобы Драко добился успеха, он хочет его гибели!

Снейп снова промолчал, и Нарцисса, как видно, потеряла последние остатки самообладания. Она вскочила, пошатываясь, подступила к Снейпу, ухватилась за отвороты воротника его мантии. Приблизив лицо почти вплотную к его лицу, роняя слезы ему на грудь, она выдохнула:

— Ты сам мог бы сделать это. Ты мог бы сделать это вместо Драко, Северус. Тебе удалось бы, конечно, тебе бы удалось, и он наградил бы тебя превыше нас всех…

Снейп стиснул ее запястья и оторвал ее руки от своей мантии. Медленно проговорил, глядя сверху вниз в залитое слезами лицо:

— Я думаю, он намерен рано или поздно поручить это мне. Но ему угодно, чтобы сперва сделал попытку Драко. Видишь ли, в том маловероятном случае, если Драко добьется успеха, я смогу немного дольше оставаться в Хогвартсе, занимаясь своей полезной разведывательной деятельностью.

— Другими словами, ему все равно, пускай Драко убьют!

— Темный Лорд очень разгневан, — тихо повторил Снейп. — Он так и не услышал пророчества. Ты знаешь не хуже меня, Нарцисса, что он не склонен легко прощать.

Нарцисса рухнула к его ногам, она стонала и всхлипывала, скорчившись на полу.

— Мой единственный сын… мой единственный сын…

— Ты должна гордиться! — безжалостно произнесла Беллатриса. — Будь у меня сыновья, я бы с радостью отдала их на службу Темному Лорду!

Нарцисса тихонько вскрикнула и в отчаянии принялась рвать свои длинные белокурые волосы. Снейп наклонился, подхватил ее под мышки, поднял на ноги и снова усадил на диван. Налил еще вина и вложил бокал ей в руку.

— Перестань, Нарцисса. Выпей. Послушай меня.

Она притихла, сделала глоток, расплескивая вино на себя.

— Возможно… я мог бы помочь Драко.

Она резко выпрямилась с белым как бумага лицом и огромными глазами.

— Северус, ах, Северус, ты поможешь ему? Ты позаботишься о нем, присмотришь, чтобы с ним ничего не случилось?

— Я постараюсь.

Она отшвырнула бокал, который покатился по столу, соскользнула с дивана, бросилась на колени перед Снейпом, схватила его руку и прижала к губам.

— Если ты будешь рядом, если ты защитишь его… Северус, ты поклянешься мне в этом? Ты дашь Непреложный Обет?

— Непреложный Обет? — лицо Снейпа было совершенно непроницаемым, зато Беллатриса злорадно расхохоталась.

— Ты слышишь его, Нарцисса? О да, он постарается, можешь не сомневаться! Как всегда, пустые слова, обычные увертки! И все, конечно, по приказу Темного Лорда, о да!

Снейп не смотрел на Беллатрису. Взгляд его черных глаз был прикован к полным слез голубым глазам Нарциссы, все еще цеплявшейся за его руку.

— Конечно, Нарцисса, я принесу Непреложный Обет, — сказал он тихо. — Может быть, твоя сестра согласится скрепить его для нас.

Беллатриса раскрыла от удивления рот. Снейп опустился на колени лицом к лицу с Нарциссой.

Под изумленным взором Беллатрисы они взялись за руки — правой за правую.

— Тебе понадобится волшебная палочка, Беллатриса, — холодно проговорил Снейп.

Все еще не придя в себя от изумления, она достала волшебную палочку.

— И подойди чуть поближе, — сказал Снейп.

Она шагнула вперед, встала к ним вплотную и коснулась волшебной палочкой их сплетенных рук. Нарцисса заговорила:

— Обещаешь ли ты, Северус, присматривать за моим сыном Драко, когда он попытается выполнить волю Темного Лорда?

— Обещаю, — сказал Снейп.

Тонкий сверкающий язык пламени вырвался из волшебной палочки, изогнулся, словно окружив их сцепленные руки докрасна раскаленной проволокой.

— Обещаешь ли ты всеми силами защищать его?

— Обещаю, — сказал Снейп.

Второй язык пламени вылетел из волшебной палочки и обвился вокруг первого, так что получилась тонкая сияющая цепь.

— А если понадобится… если станет ясно, что Драко не сумеет… — прошептала Нарцисса (рука Снейпа дрогнула в ее руке, но он не отодвинулся), — обещаешь ли ты выполнить за него приказ Темного Лорда?

На мгновение наступила тишина. Беллатриса широко раскрытыми глазами смотрела на них, касаясь волшебной палочкой их сплетенных рук.

— Обещаю, — сказал Снейп.

Потрясенное лицо Беллатрисы осветила красная вспышка — третий язык пламени, вырвавшись из волшебной палочки, сплелся с первыми двумя, опутал крепко стиснутые руки Снейпа и Нарциссы, словно веревка, словно огненная змея.

* * *

— Ты с ума сошел? — воскликнула Селена, услышав про Непреложный обет.

— Нет. По-другому мне бы не поверили.

— Что будет с Драко?

— Самое худшее. Но он не сможет выполнить поручение и это сделаю я.

— Что за поручение?

— Меньше знаешь — крепче спишь — лаконично ответил Снейп.

Селена фыркнула, выражая свое несогласие с его позицией. Когда Северус нежно поцеловал её, девушка благополучно все забыла. На время.

* * *

Ночь. Дамблдор в своем высоком кресле за письменным столом завалился на бок. Похоже, он в полубессознательном состоянии. Его правая рука, почерневшая и обугленная, бессильно повисла. Снейп бормочет заклинания, направляя палочку на запястье Дамблдора, а левой рукой вливает ему в горло густой золотой напиток. Спустя несколько мгновений веки Дамблдора дрогнули и приоткрылись.

— Зачем? — сказал Северус без всяких предисловий. — Зачем вы надели это кольцо? На него наложено заклятие, вы не могли этого не знать… Зачем вам вообще понадобилось его трогать?

Кольцо Марволо Мракса лежало на столе перед Дамблдором. Оно было разбито. Рядом лежал меч Гриффиндора.

Дамблдор поморщился:

— Я… сделал глупость. Не устоял перед искушением…

— Каким искушением? — Дамблдор не ответил. — Чудо, что вам удалось вернуться сюда! — В голосе Снейпа звучало бешенство. — На это кольцо наложено заклятие исключительной силы. Самое большее, на что мы можем надеяться, — это ограничить его действие одним участком. Пока мне удалось запереть его в одну руку.

Дамблдор приподнял свою почерневшую, ни на что уже не годную руку и осмотрел ее с таким выражением, как будто ему показали любопытнейший экспонат.

— Вы отлично справились, Северус. Сколько мне осталось, как вы думаете?

— Не могу сказать. Может быть, год. Сдержать такие чары навсегда невозможно. Постепенно они начнут распространяться, это из тех заклятий, которые со временем только усиливаются.

— Как мне повезло, как невероятно повезло, что у меня есть вы, Северус.

— Если б я только пришел раньше, я, возможно, мог бы сделать больше, выиграть для вас больше времени, — с болью сказал Снейп.

Он посмотрел на разбитое кольцо и на меч.

— Вы что, думали, что, разбив кольцо, вы разобьете чары?

— Что-то в этом духе… Я, видимо, был просто не в себе… — сказал Дамблдор, с усилием выпрямляясь в кресле. — Ну что ж, это сильно упрощает дело.

Снейп посмотрел на него в полном недоумении.

Дамблдор улыбнулся:

— Я имею в виду тот план, который выстроил вокруг меня лорд Волан-де-Морт. План заставить этого бедного мальчика, Малфоя, убить меня.

Снейп опустился в кресло напротив стола Дамблдора и сказал хмуро:

— Темный Лорд и не ждет, что Драко добьется успеха. Это просто наказание за недавние промахи Люциуса. Медленная пытка для родителей Драко, вынужденных наблюдать его провал и наказание.

— Короче говоря, мальчику вынесен смертный приговор, как, разумеется, и мне, — сказал Дамблдор. — Ну, а естественный преемник по этому заданию, после провала Драко, будете вы, если я правильно понимаю?

Настала короткая пауза.

— Да, таков, я думаю, план Темного Лорда.

— Лорд Волан-де-Морт полагает, следовательно, что в ближайшем будущем ему больше не нужен будет соглядатай в Хогвартсе?

— Да, он думает, что школа скоро будет в его руках.

— А если она и правда окажется в его руках, — сказал Дамблдор таким тоном, как будто речь шла о чем-то постороннем, — вы даете мне слово сделать все, что в ваших силах, чтобы защитить учеников Хогвартса?

Снейп медленно кивнул.

— Отлично. Теперь вот что. Ваша главная задача сейчас — выяснить, что собирается делать Драко. Напуганный пятнадцатилетний мальчишка опасен и для самого себя, и для окружающих. Предложите ему помощь и руководство, он их, наверное, примет — вы ему очень нравитесь…

— Уже гораздо меньше, с тех пор как его отец вышел из фавора. Драко осуждает меня, он думает, что я занял место Люциуса.

— И все-таки попробуйте. Я беспокоюсь не столько за себя, сколько за случайных жертв — мало ли какие планы придут мальчику в голову. Но в конечном счете есть только одно средство, чтобы спасти его от гнева лорда Волан-де-Морта.

Снейп поднял брови и спросил саркастически:

— Вы намерены позволить ему вас убить?

— Нет, конечно. Меня должны убить вы.

Наступило долгое молчание. В тишине раздавался лишь странный щелкающий звук: феникс Фоукс клевал скорлупу каракатицы.

— Вы хотите, чтобы я сделал это прямо сейчас? — ироническим тоном спросил Снейп. — Или дать еще несколько минут, чтобы составить эпитафию?

— Нет-нет, это не так срочно, — ответил Дамблдор, улыбаясь. — Я полагаю, случай представится в свое время. С учетом того, что произошло сегодня, — он показал на свою обугленную руку, — можно не сомневаться, что это произойдет в течение года.

— Если вы не против умереть, — резко сказал Снейп, — почему бы не предоставить это Драко?

— Душа мальчика еще не настолько повреждена, — сказал Дамблдор. — Я бы не хотел, чтобы она раскололась из-за меня.

— А моя душа, Дамблдор? Моя?

— Только вам известно, потерпит ли ваша душа ущерб от того, что вы поможете старику избавиться от боли и унижения, — ответил Дамблдор. — Я прошу вас об этой великой услуге, Северус, потому что моя смерть, — такое же решенное дело, как-то, что «Пушки Педдл» займут в этом сезоне последнее место в лиге. Признаюсь, я предпочел бы быстрый, безболезненный конец долгим мукам, которые мне предстоят, если будет задействован, например, Сивый. Я слышал, Волан-де-Морт его завербовал? Или наша милая Беллатриса, которая любит поиграть с мышкой, прежде чем ее съесть.

Он говорил легким тоном, но его синие глаза пронизывали Снейпа словно душа собеседника была видна ему как на ладони. И Северус снова коротко кивнул. На лице Дамблдора выразилось удовлетворение.

— Спасибо, Северус…

Мерлин, как он в этот момент хотел закричать! Взять свои слова обратно, отказаться — да сделать все, что угодно. Но он не имеет права ослушаться.

Ни знать ни наших имен,

Не игнорировать наших эксцессов.

Но только одно твое присутствие и я болен,

и я пустой…

С криком надежды

я говорю тебе: «Прощай!»

Знай, что я пустой.

И с криком надежды

я говорю тебе: «Прощай!».

Ни знать ни наших имен,

Не игнорировать наших эксцессов.

Но только одно твое присутствие и я болен,

и я пустой…

И с криком надежды

я говорю тебе: «Прощай!».[23]

Исполнение желаний

Чтобы желание точно исполнилось, существует несколько способов. Например, попросить Деда Мороза, провести своеобразный ритуал или самому исполнить собственное желание. А можно просто сделать его целью.

Северус Снейп, мечтающий о должности преподавателя Защиты от Темных искусств с самого поступления в Хогвартс, а именно с 1981 года, однажды утром получил письмо от Дамблдора. Старый волшебник поздравлял зельевара с тем, что тот теперь будет вести ЗоТи на всех курсах. А на должность преподавателя зельеварения приглашен Гораций Слизнорт. Сказать, что Северус был обрадован, счастлив — это ни сказать ничего. Получив, наконец, желаемый предмет, сначала Снейп не мог поверить в произошедшее, затем полдня он пытался улыбаться (вышло не очень, зато похоже на Человека, который смеется), а потом закружил любимую жену в объятиях. Селена думала, что Сев сошел с ума. Большую часть этого знаменательного дня. И тогда обескураженный Снейп все ей рассказал.

— Поздравляю! Поздравляю! — воскликнула теперь миссис Снейп. «Хорошо, что это не сумасшествие» — подумала Селена при этом.

— Я мечтал об этой должности пятнадцать лет!

— А о другом ты мечтать не пробовал?

Всем известное заклинание Левикорпус подвесило волшебницу за лодыжку вниз головой. Теперь они были квиты.

— Северус Тобиас Снейп, отпусти меня немедленно! — злилась Селена.

— Нет.

— У-у-у! Берегись! — свирепствовала миссис Снейп.

* * *

Люциус Малфой хотел, чтобы его незаконнорожденная дочь все-таки признала его. Проводя часы в одиночной камере, аристократ все чаще приходил к мысли, что Селена была права и он никудышный отец. Измеряя шагами свою темницу, мистер Малфой уже не надеялся на чудо.

Из Азкабана на свободу вырвались лишь двое — Барти Крауч-младший и Сириус Блэк. Один из них мертв, второй вольготно устроился в своем родовом поместье.

Судьбе было суждено распорядиться по-иному. Охранник, что и привел Люциуса в камеру, открыл массивную железную дверь и велел следовать за ним. В небольшой комнатушке с единственной свечой на столе за столом сидела Селена.

— Здравствуй — обратился к ней Люциус, позвякивая кандалами и подходя к столу.

— У вас есть три минуты — предупредил охранник. Дверь захлопнулась.

— Я пришла сказать, что вышла замуж — нервно теребя кольцо на пальце, произнесла Селена.

— И кто твой избранник? — поинтересовался мистер Малфой.

— Северус Снейп.

Казалось, имя повисло в воздухе. Люциусу понадобилось несколько долгих секунд, чтобы переварить информацию.

— Зачем ты пришла?

— Попросить благословления.

— Что ж — растягивая слова, произносит Люциус, — Я благословляю тебя на долгую жизнь с Северусом.

— Пап, ты уверен? — переспрашивает Селена.

— Минута! — голос охранника заставляет вздрогнуть их обоих от неожиданности.

— Да. И почаще называй меня папой — улыбнувшись впервые за столь долгое время, говорит мистер Малфой. По лицу дочери он видит, что она счастлива.

* * *

— Драко, подожди! Ты уверен, что хочешь этого? — Нарцисса упорно старается задержать сына, который спешит в роскошную столовую, где проходят собрание Пожирателей Смерти.

— Да. Я хочу принять метку — стараясь вырваться из хватки матери, отвечает Драко.

— Одумайся!

— Нет, мама.

Дверь захлопывается перед её лицом. Нарцисса Малфой, еле сдерживая слезы, возвращается к себе в комнату. Кто бы знал как ей больно, что Драко так упорно старается подражать во всем отцу. Того преданность Темному Лорду довела до Азкабана.

* * *

— Добро пожаловать, Драко! — шелестит Волан-де-Морт.

Нагайна вьется у его ног. Пожиратели Смерти в сборе.

— Я готов служить вам, милорд — уверенно произносит Малфой-младший.

— Это похвально — произносит Темный Лорд — Дай мне свою руку.

Драко послушно исполняет приказ. Волан-де-Морт задирает рукав его рубашки и касается палочкой кожи. Метка обжигает и двигается. Мальчик пытается не показывать своих истинных чувств, но боль проскальзывает на его красивом аристократическом лице. Его желание стать Пожирателем Смерти как и отец исполнилось.

Принц-полукровка и новые тайны

«Чем горше прошлое, тем сладостнее настоящее.»

Уильям Шекспир.

Северус сидел за столом, раз за разом перечитывая письмо. Его плечи тряслись. Селена, находившаяся в комнате, с подозрением наблюдала за мужчиной.

— Ты плачешь или смеешься? — не выдержав, спросила волшебница.

— Я сам не знаю — проговорил Снейп, передернув плечами, — Сегодня получил письмо о смерти отца от его сожительницы. Меня приглашают на похороны.

— Ох! — вырвалось у Селены.

— Лучше ты расскажи почему ты раньше не могла получить английское гражданство, — сменил тему Северус.

— Ну…во-первых, в Англии я жила с двадцати лет. И часто выезжала. За три года я часто бывала в родной стране. Судилась за наследство матери — произнесла девушка.

— И чем закончился суд? — вежливо и холодно поинтересовался зельевар.

— Моему бывшему отчиму достался дом моей матери, — прошептала Селена.

Воспоминания накрыли её с головой. Одно больнее другого…

— Иди сюда, красавица! — мужчина лет 35–40 с черными волосами прижал к себе четырнадцатилетнюю Селену.

— Не трогай меня! — девочка пытается вырваться, но её накрывают влажные губы.

Она упорно отталкивает от себя этого бугая.

— Хватит дергаться! — мужчина недвусмысленно придерживает её за бедра.

Ноги разводит в сторону.

— Хватит! — Селена чуть ли не плача произносит слова.

— Вот вырастешь и мы с тобой ещё встретимся — обещает мужчина.

Он нехотя отпускает свою жертву и уходит.

— Ненавижу тебя, Аполинар![24] — шепчет девчушка и стирает последствия поцелуев, поправляет задранное платье. Слезы текут по щекам.

— Помоги мне на кухне! — кричит Каролина.

— Да, мама! Я иду, — овладев голосом, произносит Селена.

Поспешно вытирает слезы. Мысленно считает до десяти, чтобы успокоиться.

— Эй, что с тобой? — Северус немного встряхивает свою жену и та возвращается в реальность.

— Я хочу забыть свою юность как страшный сон — произносит Селена, пряча голову на его груди.

— Ты же знаешь, что можешь все мне рассказать — зельедел гладит девушку по волосам и та чуть ли не мурлычет как кошка.

— Мне не хватит слов, чтобы передать насколько это больно.

— Я могу применить легиллеменцию.

— Нет. Ни за что. Не хочу переживать все это снова. Лучше расскажи про своего отца.

Северус с удивлением посмотрел на жену. Если бы он знал, что нужно рассказать! Отец бросил их, когда ему было десять лет. Он его почти не помнит. И эта весточка из прошлого стала ещё одним напоминанием о том, что Адаму нужна семья. Как бы Снейп не отрицал этого — мальчику нужна твердая мужская рука.

Самое первое воспоминание, связанное с отцом — первая в его жизни игрушка. Подарок на четвертый день рождения. Мужчина с черными волосами и крючковатым носом протягивает сынишке медведя, сшитого самостоятельно, из лоскутов ткани.

— С днем рождения! — говорит Тобиас Снейп.

— Минуточку — Эйлин делает взмах палочкой и лоскутный медведь превращается в плюшевого. Тобиас, вопросительно изогнув левую бровь, смотрит на жену, — Прости.

— Спасибо, папа, мама! — маленький Северус обнимает родителей.

Счастливая семья ужинает овсяной кашей и пьет чай. На большее денег не хватает. Отец работает с утра до вечера на ткацкой фабрике, но зарплату часто задерживают и выдают нерегулярно.

— Хочешь сделать из него волшебника?! Не выйдет! Ни в какой он Хогвартс не поедет! — родители ругаются в гостиной.

— Северус — волшебник! Прими это! — возражает Эйлин.

— У нас обычный ребенок! — видно, что Тобиас еле сдерживает рвущуюся наружу ярость. Заметив сына, наблюдающего за ними, он произносит: — Прекрати подслушивать! Марш в угол.

Северус послушно принимает наказание. По детским щекам текут слезы. А родители продолжают ругаться.

Ещё один, который он запомнил на всю жизнь это как отец навсегда ушел от них.

— Мама, папа куда-то уходит! — кричит Северус из прихожей.

— Сынок, я сейчас вернусь — говорит Тобиас, застегивая свое старое пальто.

— Обещаешь?

— Обещаю.

И больше Тобиас Снейп не вернулся. Северус получал от него открытки на все праздники. Но где он живет — не знал. На одиннадцатый день рождения от отца он получил книгу о свойствах разных трав.

— Я его почти не помню, — через некоторое время все-таки произнес Северус.

— Зато ты его хотя бы знал — со вздохом произнесла Селена.

— Может, усыновим Адама? — спросил зельевар.

После короткого возвращения в собственные воспоминания эта мысль преследовала его.

— Ты же знаешь, что я только за! — воскликнула волшебница, — Только нам предстоит бумажная волокита и крепкие нервы, чтобы все это выдержать.

— Мы выдержим, я уверен.

— Кстати, о детях. Я подкинула Поттеру твою книгу по зельеварению — на одном дыхании выпалила Селена и отошла от разъяренного мужа на другой конец комнаты.

— Зачем?! — закричал Северус, — Стоп. А какую книгу ты тогда мне вернула?

Вопрос повис в воздухе. А зельедел начал копаться в своих бумагах, чтобы найти ту злосчастную книгу. Когда отыскиваемый предмет был найден, мужчина прочитал на обложке: «Готовим сладкие блюда».

— Мерлин, Селена! Как ты это провернула? И главное — как я не заметил?

— Трансфигурация — пожала плечами девушка.

— И зачем Поттеру скажи на милость моя книга?

— Ну…он станет лучшим учеником Слизнорта…

— После меня.

— Конечно, после тебя, дорогой. Гарри должен что-то узнать у него. Мне так Дамблдор сказал.

— Старый интриган!

* * *

Для Северуса было так непривычно засыпать рядом с кем-то. Он уже целый месяц не мог привыкнуть, что он спит не один. Помимо Селены в их теплую постель влезал черный пудель. И полночи бедный зельевар боролся с собакой, пытаясь её отодвинуть подальше от себя. Но Анастейша упорно спала рядом с ним. Девушка, краем глаза наблюдавшая за этой сценой, лишь посмеивалась.

* * *

Рождество быстро приближалось. Слизнорт решил организовать вечеринку. Естественно, Северус Снейп как лучший ученик тоже был приглашен. И без Гарри Поттера там не обошлось.

— Ах, Сивилла, каждый из нас считает свой предмет самым важным! — послышался громкий голос, и по другую сторону от профессора Трелони появился сильно раскрасневшийся Слизнорт, в бархатной шляпе набекрень, с бокалом медовухи в одной руке и громадным пирогом с мясом — в другой. — Но я еще не встречал другого такого прирожденного таланта по части зельеварения! — сказал Слизнорт, взирая на Гарри благожелательными, хотя и несколько воспаленными глазами. — Просто какой-то инстинкт — совсем как у его матушки! На моей памяти учеников с такими способностями раз-два и обчелся. Я вам говорю, Сивилла, даже Северус…

Слизнорт протянул руку и невесть откуда подтащил к себе Снейпа.

— Бросьте дуться, идите к нам, Северус! — Слизнорт жизнерадостно икнул. — Я тут рассказываю об исключительных способностях Гарри к зельеварению! Разумеется, нужно и вам отдать должное, ведь вы учили Гарри целых пять лет!

Попавшись в захват Слизнорта, который обнимал его за плечи, Снейп посмотрел на Гарри сверху вниз прищуренными черными глазами.

— Забавно, у меня как-то не было впечатления, что я хоть чему-нибудь сумел научить Поттера.

— В таком случае это у него от природы! — воскликнул Слизнорт. — Видели бы вы, что он сотворил у меня на самом первом уроке! Напиток живой смерти. Еще никто из учеников не добивался такого великолепного результата с первой же попытки. Я думаю, даже вы, Северус…

— Да неужели? — тихо сказал Северус, ввинчиваясь взглядом в глаза Гарри, которому стало сильно не по себе.

— Напомните-ка мне, по каким еще предметам вы продолжаете занятия, Гарри? — спросил Слизнорт.

— Защита от Темных искусств, заклинания, трансфигурация, травология…

— Короче говоря, все предметы, необходимые для того, чтобы сделаться мракоборцем, — сказал Снейп, чуть заметно скривив губы.

— Ну да, я этого хочу, — ответил Гарри с вызовом.

— Из вас получится выдающийся мракоборец! — прогудел Слизнорт.

— По-моему, тебе не следует становиться мракоборцем, Гарри, — неожиданно вмешалась Полумна. Все посмотрели на нее. — Мракоборцы участвуют в заговоре Гнилозубов; я думала, все об этом знают. Они стремятся подорвать Министерство магии изнутри при помощи Темной магии и болезни десен.

У Гарри от смеха медовуха попала в нос. Кашляя и отплевываясь, весь обрызганный медовухой, он вдруг увидел такое, отчего настроение у него стало еще лучше: Аргус Филч за ухо тащил к ним Драко Малфоя.

— Профессор Слизнорт, — засипел Филч, тряся брылями, с маниакальным дисциплинарным огнем в выпученных глазах, — я поймал этого ученика, когда он шнырял по коридору на одном из верхних этажей. Он утверждает, что приглашен на вашу вечеринку и только немного опоздал. Вы его приглашали?

Разъяренный Малфой вырвался из рук Филча.

— Ну ладно, меня не приглашали! — сердито выпалил он. — Я хотел пройти без приглашения, вы довольны?

— Нет, не доволен! — сказал Филч, хотя этому явно противоречило выражение его лица. — Уж теперь вы у меня получите! Разве директор не говорил, что в вечернее время шататься по коридорам запрещается, не говорил разве, а?

— Все нормально, Аргус, все нормально, — сказал Слизнорт, махнув рукой. — Сейчас как-никак Рождество, и это совсем не преступление, если кому-то хочется попасть на праздник. На один разочек забудем о наказаниях. Можете остаться, Драко.

Малфой изобразил улыбку и стал благодарить Слизнорта за великодушие, а лицо Снейпа сделалось абсолютно непроницаемым.

— Не за что, не за что, — отмахнулся от Малфоя Слизнорт. — В конце концов, я знавал вашего дедушку…

— Он всегда отзывался о вас с большим уважением, сэр, — поспешно ввернул Малфой. — Говорил, что не знает лучшего мастера зельеварения…

— Я хотел бы с вами поговорить, Драко, — внезапно сказал Снейп.

— Ну что вы, Северус. — Слизнорт снова икнул. — Сейчас Рождество, не будьте к нему слишком строги…

— Я — декан его факультета, мне решать, строгим с ним быть или не строгим, — отрезал Снейп. — Следуйте за мной, Драко.

«Чертов мальчишка! Что ему нужно здесь? Позлить Поттера?» — лихорадочно размышлял Северус, чуть ли не за шкирку таща своего крестника в ближайшую нишу.

* * *

— Не имеете права допускать ошибки, Драко, потому что, если вас исключат из школы…

— Я тут ни при чем, ясно?

— Надеюсь, что вы говорите правду, поскольку все это было не только неумело, но и попросту глупо. Вас уже подозревают в соучастии.

— Кто меня подозревает? — сердито спросил Малфой. — В последний раз повторяю: я этого не делал, понятно? Наверное, у этой Белл есть враги, о которых никто не знает… Не надо на меня так смотреть! Я знаю, что вы делаете, я не такой тупой, только ничего у вас не выйдет! Я могу вам помешать!

Наступила пауза, потом Снейп тихо сказал:

— Ага… вижу, тетя Беллатриса учила вас окклюменции. Какие же мысли вы стараетесь скрыть от своего хозяина, Драко?

— От него я ничего не скрываю, я только не хочу, чтобы вы лезли не в свое дело!

— Так вот почему вы избегаете меня с начала учебного года? Боитесь моего вмешательства? А понимаете ли вы, что если бы кто-нибудь другой посмел не явиться ко мне в кабинет после того, как я несколько раз вызывал его…

— Ну, оставьте меня после уроков! Наябедничайте на меня Дамблдору! — с издевкой предложил Малфой.

Снова наступила тишина. Наконец Снейп сказал:

— Вы прекрасно знаете, что я не намерен делать ни того, ни другого.

— Ну, так и прекратите вызывать меня к себе в кабинет!

— Послушайте меня, — сказал Снейп так тихо — Я стараюсь помочь вам. Я обещал вашей матушке защитить вас. Я принес Непреложный Обет, Драко…

— Значит, придется вам его нарушить, потому что я не нуждаюсь в вашей помощи! Это мое задание, он поручил это мне, и я это сделаю. У меня есть план, и он сработает, просто получается немножко дольше, чем я рассчитывал!

— Что за план?

— Не ваше дело!

— Если вы расскажете мне, что вы собираетесь делать, я смогу помочь вам…

— Спасибо, мне уже помогают! Не думайте, я не один!

— Во всяком случае, вы были одни сегодня вечером, и это в высшей степени глупо — бродить по коридорам без провожатых и без дозорных, которые могли бы поднять тревогу. Элементарные ошибки…

— Я взял бы с собой Крэбба и Гойла, если бы вы не оставили их после уроков!

— Говорите тише! — словно выплюнул Снейп, поскольку Малфой, войдя в раж, повысил голос. — Если ваши приятели, Крэбб и Гойл, хотят в этом году все-таки сдать СОВ по защите от Темных искусств, они должны заниматься чуточку старательнее, чем в настоящее…

— Да кому это нужно? — процедил Малфой. — Защита от Темных искусств — это же все не на самом деле, сплошное притворство, правда? Как будто кому-то из нас нужно защищаться от Темных искусств!

— Это притворство, Драко, необходимо для нашего успеха! — возразил Снейп. — Где бы, по-вашему, я был все эти годы, если бы не умел притворяться? А теперь послушайте меня! Вы ведете себя неосмотрительно, бродите по коридорам ночью, позволяете себя поймать, а если вы полагаетесь на таких помощничков, как Крэбб и Гойл…

— Не только на них! На моей стороне есть еще другие люди, получше!

— Так расскажите же мне о них, и я смогу…

— Знаю, чего вы добиваетесь! Хотите украсть у меня славу!

Снова пауза и холодный голос Снейпа:

— Вы ведете себя как ребенок. Я понимаю, что вы расстроены арестом отца, но…

Малфой стремительно удалялся. А Северусу пришлось вернуться на вечеринку и терпеть благодушие бывшего учителя. Кто бы знал как Снейпу уже надоела эта двойная жизнь!

Проблемы и их решение

Драко Малфой лихорадочно ходил туда-сюда вдоль Черного озера. Осознание глупости и детскости своих поступков омрачало учебный год слизеринца.

Подлить яд в медовуху и попросить передать её Дамблдору. Кто же знал, что Рон Уизли загремит в больничное крыло из-за этого! Попросить мадам Розмету передать проклятое ожерелье через какую-нибудь девочку в Хогвартс…и здесь неудача!

Профессор Снейп потерял свой авторитет в глазах мальчика. Ему все время казалось, что Северус хочет занять место его отца. А этого Драко не мог позволить. Не зная к кому обратится за помощью, он вспомнил о своей старшей сводной сестре. Её он сейчас и ждал.

* * *

Селена, крадучись, шла к Черному озеру. Волшебница еле выбралась из подземелий, чуть не разбудив мужа. Теперь на рабочем столе Северуса красовались одни только бумаги об усыновлении в Англии. Весь месяц девушка методично подталкивала его к этому.

Весна уже вступила в свои права. Было достаточно тепло, но утром все ещё было прохладно и девушке пришлось кутаться в черную мантию Снейпа. Солнце выходило из-за туч. По пути Селена мысленно проклинала эту раннюю пташку по имени сводный брат.

Увидев издалека маячившую фигуру Драко, она свистнула — это было условным знаком.

— А теперь быстро рассказывай, что случилось — без лишних предисловий начала Селена.

— Я плачу за ошибки отца — грустно улыбнувшись, произнес Драко.

— То есть?

— В «Горбин и Бэркс» и в Хогвартсе есть Исчезательный шкаф. Между ними существует проход.

— Ты хочешь сказать, что, возможно, Пожиратели Смерти захватят школу?

— Да.

— Снейп в курсе?

— Этого я не знаю. Он догадывается.

— Это плохо! Драко, ты можешь хотя бы не попадаться на глаза Поттеру? Итак уже он начинает подозревать тебя во многом.

— Я стараюсь, но Поттер сам меня преследует.

— Драко, ты ходишь по лезвию ножа. Не знаю, что может случиться, если ты завалишь свою миссию…

— Спасибо, успокоила! — саркастично заметил Малфой-младший.

Наплевав на все прошлые разногласия, Селена притянула к себе брата. Драко сначала посопротивлялся, но в итоге сдался.

— Мне так не хватает отца — прошептал мальчик, уткнувшись в её мантию.

— Мне тоже — со вздохом ответила волшебница — Ничего, скоро все изменится.

* * *

— Опять опоздали, Поттер, — холодно произнес Снейп, когда Гарри торопливо вошел в освещенный свечами кабинет. — Минус десять очков Гриффиндору.

— Прежде чем мы начнем, я хочу получить ваши письменные работы по дементорам, — сказал Снейп и небрежно взмахнул волшебной палочкой, отчего двадцать пять пергаментных свитков взвились в воздух и аккуратной стопкой улеглись на его стол. — И надеюсь, что они — ради вашего же блага — будут получше той чуши, которую вы сочинили на тему «Как противиться заклятию Империус». А теперь откройте учебники на странице… В чем дело, мистер Финниган?

— Сэр, — сказал Симус, — я все думаю, как можно отличить призрака от инфернала? Видите ли, в «Пророке» рассказывается про инфернала, который…

— Это был вовсе не инфернал, — скучающим тоном прервал его Снейп.

— Но, сэр, говорят, что…

— Если вы действительно прочитали статью, о которой толкуете, мистер Финниган, то должны знать, что так называемый инфернал был не кем иным, как зловонным воришкой по имени Флетчер Наземникус.

— Я думал, Снейп и Наземникус на одной стороне, — обращаясь к Рону с Гермионой, пробормотал Гарри. — И что арест Наземникуса должен его огорчить…

— Видимо, Поттер может рассказать нам об этом много интересного, — неожиданно сказал Снейп, ткнув палочкой в конец класса; черные глаза его не отрывались от Гарри. — Давайте спросим у Поттера, как нам отличить призрака от инфернала.

— Э-э… ну… призраки, они просвечивают… — промямлил Гарри.

— Замечательно, — скривив рот, перебил его Снейп. — Что ж, как легко видеть, почти шесть лет магического образования потрачены на вас не впустую, Поттер. «Призраки, они просвечивают».

Пэнси Паркинсон визгливо хихикнула. И еще несколько учеников расплылись в глупых улыбках. Гарри набрал побольше воздуха в грудь и спокойно продолжил, хоть внутри у него все кипело:

— Да, призраки просвечивают, а инферналы — это мертвые тела. Поэтому они плотные…

— Все это мог бы рассказать нам и пятилетний ребенок, — издевательски заметил Снейп. — Инфернал — это труп, возвращенный к жизни заклинаниями Темного волшебника. На самом деле он не живой, это лишь марионетка, которая исполняет приказы волшебника. А призрак, как, надеюсь, все вы уже знаете, есть отпечаток, оставленный на земле покинувшей ее душой… И он, как мудро заметил Поттер, просвечивает.

— То, что сказал Гарри, как раз и поможет нам отличить одного от другого! — произнес Рон. — Если мы столкнемся с кем-то из них в темном переулке, нам останется лишь присмотреться, плотный он или прозрачный. Мы же не станем спрашивать: «Извините, вы, случайно, не отпечаток покинувшей землю души?»

По классу прокатился смешок, но тут же стих от одного взгляда Снейпа.

— И еще минус десять очков Гриффиндору — сказал он. — Ничего более умного от вас, Рональд Уизли, я и не ожидал. Вы мальчик настолько плотный, что не способны трансгрессировать себя на расстояние в полдюйма.

— Молчи! — прошептала Гермиона, хватая за руку Гарри, который в ярости открыл было рот. — Нет смысла, кончится тем, что он снова оставит тебя после уроков!

— Теперь откройте учебники на странице двести тринадцатой, — самодовольно улыбнувшись, сказал Снейп, — и прочитайте первые два абзаца, посвященные заклятию Круциатус…

* * *

— Поттер, останьтесь на пару минут — когда Гарри уже почти закончил собирать школьную сумку, произнесла Селена. Северус вопросительно посмотрел на неё, но промолчал.

Миссис Снейп трансфигурировала парту в круглый стол и придвинула три стула.

— Прошу садиться, джентльмены — когда зельевар не сдвинулся с места, девушка насильно его усадила. То же самое пришлось провести и с Гарри, — Итак, чем вызвана ваша ненависть друг к другу?

— Профессор Снейп постоянно ко мне придирается!

— Такой же заносчивый как и его отец! — не остался в долгу Северус.

— Не смейте так говорить о моем отце! Вы не знали его!

— Да? — насмешливо спросил мужчина — А ничего, что я учился вместе с ним?!

— Если вы забыли, то он давно мертв! — воскликнул Гарри, — Мой отец и мать погибли! Тетя меня ненавидит, а двоюродный брат считает умалишенным.

В классе зельеварения временно установилась тишина. Северус, не ожидавший такой тирады от ненавистного ученика, молча прожигал его взглядом своих черных глаз.

— Как Гарри справедливо заметил, Джеймса Поттера нет в живых. И тебе нет смысла дальше хранить обиду на него. Дети не отвечают за поступки родителей — успокаивающе поглаживая плечо мужа, произнесла Селена.

— Я любил твою мать, Лили — глухо произнес Северус, — И поэтому я делаю все возможное, чтобы ты не стал разменной монетой между Дамблдором и Тем-кого-нельзя-называть.

— Простите, сэр. Я не знал этого.

Прозвенел колокол и Гарри Поттер поспешил на урок. Ему потом срочно нужно было обсудить полученную информацию с друзьями. А ещё его ждал Феликс Фелицис.

* * *

К сожалению, у Северуса Снейпа не было флакончика жидкой удачи. Поэтому, когда пришло время проверять работы учеников, он пытался успокоиться. Мужчина явно не ожидал такой выходки от жены и теперь медленно, но верно закипал от злости.

— Я же вижу, что ты в ярости — проговорила Селена.

— Я не понимаю к чему был этот разговор с Поттером!

— У Гарри и Адама похожая судьба — сказала девушка и тут же поспешила объяснить — У них нет родителей — это раз. Им обоим нужен наставник — это два. Они оба связаны с магией — это три.

— И что дальше? — спросил Северус, с перекошенным от гнева лицом наблюдая за волшебницей.

— Ты нужен им — это четыре — ответила миссис Снейп.

Северус как грозная туча надвигался на жену. Все двери были запечатаны заклинаниями. А Селена как загнанный зверь бегала по покоям зельевара. В конечном итоге, оказавшись в его объятиях, она страстно поцеловала мужчину, заглушая остатки ярости.

Новая мантия волшебницы оказалась заброшенной в дальний угол. Туда же полетела и черная ткань. Затем красный свитерок и черная рубашка. Потом ремень, брюки, юбка и белое нижнее белье.

Два тела сплелись воедино… И теперь непонятно было где чьи руки, ноги… Комната потонула в стонах…Проблемы отошли на второй план. Да и сейчас это было неважно. Пусть весь мир подождет.

Сектумсемпра или кому-то не поздоровиться

Люциус Малфой уже несколько месяцев прятался в собственном поместье. Приводил себя в порядок. Хотя это мягко сказано — скорее вспоминал свою бурную молодость. Статный сорока семилетний красавец после Азкабана изменился. Хотя тюрьма для волшебников меняла многих. И он не был исключением.

Когда ему было восемнадцать лет, его отправили в Испанию по поручению Министерства магии, чтобы наладить контакт с коллегами. Тогда он объездил за год всю страну.

Последним пунктом перед возвращением на родину была Гранада. Люциус, помня наставление отца хорошенько погулять, остановился в самом дорогом отеле. И вызвал девушку легкого поведения в свой номер. Ею оказалась Каролина Сантос. Конечно, сначала она не сказала свое имя — лишь прозвище. Но он все равно потом узнал — они встречались несколько раз.

Оливковая кожа, густые черные волосы и зеленые глаза… Молодой аристократ был покорен сразу. Спустя много лет, Люциус Малфой все ещё хранил и лелеял этот образ жгучей красавицы.

О дочери, естественно, он не знал ничего. Но случайная встреча и оброненная Северусом фамилия поставили все на свои места. Малфой долго не мог поверить, что у него есть ещё и дочка. Поднял все свои связи, проверил документы — все сошлось. Удручало лишь то, что он не знал где находится ещё один его ребенок. И друг в этом никак не помогал.

Теперь вторая магическая война стояла на пороге. К сожалению, в этом были замешаны и два его ребенка. Они будут по разные стороны баррикад — в этом Люциус не сомневался.

* * *

— Ну не надо… — раздался из кабинки проникновенный голосок Миртл. — Не надо… Расскажи мне, что тебя мучает… Я тебе помогу…

— Никто мне не поможет, — ответил, содрогаясь всем телом, Малфой. — Я не могу этого сделать… не могу… не получается… А если не сделаю поскорее, он сказал, что убьет меня.

Малфой задыхался, давился слезами, но затем, после нового содрогания, поднял взгляд к растрескавшемуся зеркалу и увидел за своей спиной вытаращившего глаза Гарри.

Резко повернувшись, Малфой выхватил волшебную палочку. Гарри инстинктивно вытащил свою. Заклятие Малфоя промазало мимо Гарри на несколько дюймов, разбив лампу на стене. Гарри метнулся в сторону и, подумав: «Левикорпус!» — взмахнул палочкой, но Малфой блокировал заклинание и поднял палочку, собираясь выпалить собственное.

— Нет! Нет! Погодите! — взвизгнула Плакса Миртл, и по туалету разнеслось громкое эхо. — Стойте! СТОЙТЕ!

За спиной Гарри с громким «ба-бах!» взорвалась мусорная урна; Гарри выкрикнул заклятие Обезноживания, оно ударилось в стену прямо за ухом Малфоя, отлетело и разбило туалетный бачок, на котором сидела Плакса Миртл. Миртл громко взвизгнула, все вокруг мгновенно залила вода, Гарри поскользнулся и упал, а Малфой с искаженным до неузнаваемости лицом закричал:

— Круци…

— СЕКТУМСЕМПРА! — бешено взмахнув палочкой, взревел с пола Гарри.

Кровь выплеснулась из лица и груди Малфоя, словно их рассекли удары невидимого меча. Малфоя качнуло назад, и он с громким плеском рухнул на покрытый водой пол, выронив палочку из обмякшей правой руки.

— Нет… — задохнулся Гарри. Оскальзываясь и шатаясь, он поднялся на ноги и бросился к Малфою, лицо которого уже покраснело, а белые ладони скребли залитую кровью грудь.

— Нет… я же не…

Гарри и сам не знал, что говорит; он упал на колени рядом с Малфоем, неудержимо сотрясавшимся в луже собственной крови.

Плакса Миртл истошно завопила:

— УБИЙСТВО! УБИЙСТВО В ТУАЛЕТЕ! УБИЙСТВО!

* * *

Чета Снейпов обнаружила во время ужина исчезновение Поттера и Малфоя-младшего. Поэтому решили обследовать весь замок. Когда они оказались на седьмом этаже, то нос к носу столкнулись с Миртл.

— Что происходит? — спросила Селена после истошного крика привидения.

— Гарри напал на мальчика из Слизерина, — проговорила Плакса Миртл.

В итоге Северус и Селена вдвоем ворвались в злосчастный туалет.

— О, черт! С ним же будет все в порядке?

— Селена, не мешай мне!

Грубо отпихнув Гарри, он тоже опустился на колени, вытащил волшебную палочку и прошелся ею по глубоким ранам, нанесенным заклятием Гарри, бормоча при этом похожие на какие-то песнопения магические формулы. Кровь начала униматься, Снейп стер остатки ее с лица Малфоя и повторил заклинание. Раны стали затягиваться прямо на глазах.

Гарри, пораженный ужасом от того, что он натворил, наблюдал за Снейпом, едва сознавая, что и сам он весь пропитан кровью и водой. Где-то вверху рыдала с подвываниями Плакса Миртл. Снейп, произнеся заклятие в третий раз, поднял Малфоя на ноги.

— Отведи его в больничное крыло. Мерлин, быстрее! — закричал Северус. Селена послушно вышла вместе с Драко. Зельевар повернулся к Гарри — Похоже, я вас недооценивал, Поттер. Кто бы мог подумать, что вам известна столь Темная магия? Кто научил вас этому заклинанию?

— Я… прочитал о нем где-то.

— Где?

— Это была… библиотечная книга, — наобум выпалил Гарри. — Не помню, как она называлась.

— Лжец! — сказал Снейп.

Гарри тут же пересохло в горле. Он понимал, что собирается проделать Снейп, и помнил, что ему никогда не удавалось этому помешать.

Туалет словно замерцал; Гарри постарался выбросить из головы все мысли, но, несмотря на отчаянные усилия, перед глазами у него неторопливо поплыл «Расширенный курс зельеварения», принадлежавший Принцу-полукровке.

А потом он снова смотрел на Снейпа, стоя посреди разгромленного, залитого водой туалета. Смотрел в черные глаза Снейпа, надеясь, вопреки всему, что тот не проник в его страхи, однако…

— Принесите мне вашу школьную сумку, — спокойно потребовал Снейп. — И все ваши учебники. Все. Принесите сюда. Немедленно!

* * *

Северус, конечно, не надеялся, что получит свою книгу обратно. Но нужно было припугнуть Поттера, чтобы он впредь не использовал его заклинаний.

— Это ваш «Расширенный курс», Поттер?

— Да, — сказал все еще не отдышавшийся Гарри.

— И вы совершенно в этом уверены, не так ли?

— Да, — немного вызывающим тоном подтвердил Гарри.

— Вы купили его в магазине «Флориш и Блоттс»?

— Да, — твердо повторил Гарри.

— Тогда почему же, — поинтересовался Снейп, — на внутренней стороне обложки значится «Рундил Уозлик»?

Сердце Гарри замерло.

— А это у меня прозвище такое, — ответил он.

— Ваше прозвище, — повторил Снейп.

— Ага, так меня друзья называют, — подтвердил Гарри.

— Значение слова «прозвище» мне известно, — сказал Снейп.

Холодные черные глаза его снова сверлили Гарри, который старался в них не глядеть. «Изолируй свое сознание… изолируй свое сознание…» Он так и не научился по-настоящему делать это.

— Знаете, что я думаю, Поттер? — совсем тихо произнес Снейп. — Я думаю, что вы лжец, проходимец и заслуживаете того, чтобы до конца семестра проводить каждую субботу в школе, со мной. А что думаете вы, Поттер?

— Я… я не согласен с вами, сэр, — ответил Гарри, по-прежнему отказываясь глядеть Снейпу в глаза.

— Ну хорошо, посмотрим, что вы станете думать после того, как отбудете наказание, — сказал Снейп. — Суббота, десять утра, Поттер. У меня в кабинете.

— Но, сэр… — Гарри в отчаянии уставился на него. — Квиддич… финальная игра сезона…

— В десять, — прошептал Снейп, обнажая в улыбке желтые зубы. — Бедный Гриффиндор! Боюсь, в этом году его ждет четвертое место.

* * *

— Селена! Селена! — звал Северус в пустой комнате. Девушка, видимо, решила не попадаться ему на глаза. Но Снейп не был бы Снейпом, если бы не проверил сначала её комнату, а потом свою. Нашел свою жену зельевар в шкафу, — И что ты тут делаешь?

— Нарнию ищу — пожала плечами Селена и нехотя вылезла из его черных мантий.

— Даже знать не хочу, что это такое. Ты не имела права давать Поттеру мою книгу!

— Извини. Ты прав — произнесла волшебница — Простишь? Я ведь думала, что книга действительно поможет Гарри выполнить поручение Дамблдора.

— Помогла! — саркастично заметил мужчина — Он чуть не убил твоего сводного брата!

— Признаю. Моя ошибка.

— Так-то лучше.

— Чаю?

— Не откажусь.

Наизнанку

В глазах общественности она, конечно, шлюха и проститутка. Истеричка. Жертва. Плакса. Но что скрывается за этим навешиванием ярлыков?

Детство мисс Сантос было безоблачным. В отношениях с матерью была идиллия. Вопросы об отце пресекались на корню.

До десяти лет Селена и не подозревала, что станет волшебницей. Первый магический выброс произошел спонтанно — мать ругала её за беспорядок в комнате. В это же время девочка, разозлившись, посмотрела на любимую вазу матери…бах! Ваза взорвалась.

После этого случая Каролина Сантос доверила воспитание собственной дочери своей матери, опасаясь того, что может сделать маленькая Селена. Девочка же искренне не понимала почему её отдали как ненужную вещь бабушке.

* * *

Раньше Селену мучил вопрос — куда же мать уходит вечером? И ответ она получила — тоже спонтанно. Благо, что дом бабушки и дом матери располагались друг напротив друга.

Ей не удалось уснуть как-то ночью и она проследила за Каролиной. Бордель под названием «Красная роза» светился неоновыми огнями, а сквозь распахнутые окна лилась музыка. Мать Селены танцевала для какого-то мужчины. Девочка, слабо вскрикнув, увидела как её мать раздевается. Кто-то заметил Селену и она поспешила вернуться домой.

Сбивчивый рассказ для бабушки ещё больше запутал старую женщину. Так ничего и не добившись, Селена продолжала заниматься на дому. Все шло хорошо… до определенного времени.

Пару раз Селена оказывалась в приюте. Из приюта её забирала бабушка. Матери было плевать.

* * *

А потом Каролина встретила Аполинара и решила забрать дочку от матери. Началась жизнь втроем. Хотя Аполинар недвусмысленно приставал к Селене, Каролина явно не хотела этого замечать.

* * *

Лишь спустя некоторое время, когда Селена попала в бордель, она узнала от того же Аполинара, что её девственность была обещана ему. Как низко и подло! Но именно так Каролина Сантос выражала свою «любовь» к дочери.

* * *

В шестнадцать лет угодив в дом терпимости, Селена упорно оттуда сбегала. Меняла города, подруг, знакомых. Но её все равно возвращали, принуждая отрабатывать долг матери. А задолжала она приличную сумму (за это тоже нужно сказать спасибо Аполинару, он подсадил Каролину на наркотики).

* * *

Аполинар, конечно, любил девочек. Но только в возрасте от десяти до пятнадцати лет. И именно в эти рамки попала взрослеющая Селена, когда отчим стал её домогаться. Когда их однажды застукала Каролина, то разорвала всяческие отношения с этим мужчиной.

Селена думала, что вздохнет спокойно. Не тут-то было! В свой 16 день рождения мать лично отвела её в «Красную розу».

* * *

В двадцать лет она все-таки смогла убежать. Далеко. В Англию. Помогли два брата-близнеца, влюбленные в Селену. Да и слабая надежда на объявившегося вдруг отца ещё была в душе девушки.

Жизнь у Макгонагалл по сравнению с прошлыми годами было раем. Строгая женщина помогала во всем. Об Эйлин Снейп Селена, конечно, не забыла. Но как она не пыталась найти её, все шло крахом. Совы с письмами возвращались обратно.

* * *

Единственное, что Селена так и не смогла искоренить — любовь к Северусу Снейпу. Их отношения в школе были до невозможности странными.

Где-то до курса третьего, зельевар поощрял рвение ученицы к зельям. А потом что-то пошло не так… Стоило Селене влюбиться в однокурсника Дидье Идо как учеба и зелья были забыты. Девушка, не отрываясь, наблюдала за объектом обожания. Вот только Дидье никак не отвечал на симпатию.

Именно в это непростое время переходного возраста Селена впервые испортила зелье. Северус церемониться не стал — обозвал Ходячим ужасом, снял баллы и назначил отработку. Почему-то под пристальным взглядом мужчины она не могла ничего приготовить. И влюбленность в однокурсника сменилась сначала ненавистью к Ужасу Подземелий, а потом симпатией и любовью.

Причем любовь к Снейпу подобралась совсем незаметно. Девушка сама и не поняла почему так старалась во всем угодить учителю. Выучила теорию…а вот с практикой были проблемы. И мужчина, конечно, никак не помогал. Но из правил бывают исключения.

Однажды они все-таки вместе приготовили зелье. Обрадованная результатом Селена без задней мысли обняла Северуса…он тут же её оттолкнул. И выгнал. Юная мисс Сантос перестала церемониться. Началось время жарких споров, взаимной ненависти и разбитых котлов. Погромов в кабинете зельеварения. Чего там только не было!

Время расставило все по своим местам. Благодаря Дамблдору, поступив в школу ещё раз, Селена долго и упорно добивалась взаимных чувств. У неё получилось. Полгода замужем за Северусом Снейпом стали персональным раем с включением всех девяти кругов ада. Некоторые обстоятельства становились поводом для ссор. И, если сначала это был либо Драко либо Адам, то теперь все замкнулось на книге Принца-полукровки.

* * *

Как девушка из Испании могла попасть в английскую школу Чародейства и волшебства? Просто. В Испании не было магической школы поэтому ребята обучались либо в Хогвартсе либо в Думстранге, либо в Шармбатоне. Причем три эти школы чуть ли не воевали друг с другом за юных студентов — волшебников. Университет имени Дон Кихота подготавливает бывших школьников по разным специальностям. В том числе и к службе в местном Министерстве магии.

* * *

Однажды в августовский вечер в дом Сантос постучалась женщина в фиолетовой мантии и с метлой в руках. Это была заместитель директора Минерва Макгонагалл собственной персоной.

— Миссис Макелло, я к вам. Пройдемте в дом?

— Э-э… Да, хорошо — Каролина пропустила странную женщину в дом. Маленькая Селена занималась уроками на кухне, — Кто вы? Откуда вы знаете мою фамилию?

— Дело в том, что ваша дочь Селена зачислена в школу Чародейства и Волшебства Хогвартс. Первого сентября она должна сесть в поезд на вокзале Кингс-Кросс в Лондоне — объяснила Минерва.

— Вы шутите? Моя дочь — не волшебница! — всплеснула руками Каролина.

— Директор просил вам передать — Минерва протянула ошеломленной женщине конверт с печатью Хогвартса, — А теперь я должна сопроводить вашу дочь на Косую аллею, чтобы купить все для учебы.

— Селена никуда с вами не пойдет! Убирайтесь! — начала кричать Каролина.

Минерва спокойно выслушала гневную тираду. А потом привлекла внимание Селены и забрала девочку с собой, стерев память о своем визите у Каролины.

«Как все сложно! Ух уж этот горячий испанский нрав» — подумала Макгонагалл, отвечая на многочисленные вопросы девочки после полета на метле.

* * *

Кому-то покажется странным, что боггарт Северуса — мертвая Лили. Но на это есть одна веская причина.

Летом третьего курса умерла любимая бабушка Северуса — Элеонора Принц. Между бабушкой и внуком была неразрывная связь. Северус любил посещать дом бабушки по материнской линии — по сравнению с типовой застройкой Паучьего Тупика особняк Принцев казался дворцом. Тем более Элеонора баловала единственного внука.

Потеряв дорогого человека, ты начинаешь бояться потерять и других близких людей. И это совершенно нормально. Ведь мы не вечны.

* * *

У Северуса было относительно счастливое детство. Воспоминания, связанные с отцом были и плохие, и хорошие. Стоило в семь лет случиться магическому выбросу и отношение отца к сыну кардинально поменялось. Если раньше Тобиас пытался дарить сыну игрушки, альбомы, карандаши, то теперь он называл сына не иначе как ущербным. Начались семейный ссоры. И Северус невольно становился их свидетелем.

Между отцом и сыном пробежала черная кошка. Тобиас лишь единожды ударил сына. За дело. Но детская память восприимчивая — Северус запомнил это и долгое время хранил обиду.

Отношения с матерью были почти идеальными. Эйлин много рассказывала о магии и Хогвартсе. И Северус, конечно, мечтал стать таким же волшебником как мать. «Сказки Барда Бидля» — эту книгу маленький мальчик часто просил почитать Эйлин.

Родители имеют важную роль в жизни человека. Какие бы они не были — мы все равно их любим.

* * *

Впервые встретились Северус и Селена, когда Снейп работал лаборантом при профессоре Слизнорте. Маленькая девочка спешила на первый урок зельеварения и врезалась в него.

— Простите, сэр — произнесла Селена, поднимая вместе с молодым человеком его рассыпанные учебники.

— Под ноги нужно смотреть, мисс — ядовито откликнулся Северус.

— Не подскажите, где здесь кабинет зельеварения?

— Пойдем, покажу — нехотя согласился Снейп.

На следующий год он уже преподавал в Хогвартсе. И Селена была лучшей среди второго курса Слизерина по зельям. Северус гордился ученицей. Но это длилось недолго.

Заметив влюбленность девочки в однокурсника и её рассеянность, Северус впервые накричал на ученика, снял баллы с собственного факультета и выгнал. Он потом об этом жалел. А Селена делала все, чтобы не попадаться ему на глаза.

Седьмой курс обучения стал самым сложным для их «отношений». Мало того, что Северус увидел девушку в борделе, так ещё чуть не совершил ошибку.

Снейп впервые принял алкоголь, принесенный Малфоем. Кто же знал, что он на него так подействует! И как назло — Селена оказалась рядом. Недолго думая, он повалил её на кровать.

— Ты такая красивая — страстно шептал Северус на её ушко.

— Не надо, пожалуйста! — пыталась вырваться из его хватки Селена.

— Ты же любишь меня. Покорись — продолжал настаивать мужчина.

— Я вас ненавижу! — Северус навис над девушкой, непонимающе уставившись на неё.

— Северус, остановись! Не трогай мою дочь! — закричал Малфой.

Кое-как отцепив зельевара от Селены, Люциус закрыл девушку собой от разгоряченного Снейпа.

— Возьми себя в руки! Агуаменти! — рубашка Северуса в один момент стала мокрой. Как лицо и волосы.

— Убирайтесь прочь! Оба! — воскликнул Снейп, с трудом сдерживая рвущийся наружу гнев.

Как же он жалел об этом инциденте! Как хотел извиниться. Селена уехала…а он пытался найти её. Наведался к ней домой. Зашел в этот злосчастный притон. Её нигде не было.

— Извинился? — каждый раз спрашивала Эйлин.

— Я нигде её не нашел — ответил Северус.

— Сам виноват — констатировала миссис Снейп. А под тяжелым взглядом сына пояснила — Ты оскорбил её. А, если она действительно любит тебя, то ты ничего не сделаешь.

— Я не хочу, чтобы меня любила такая идиотка как Сантос!

— Что-то я сомневаюсь — философски заметила Эйлин.

* * *

Драко Малфой всегда считал себя единственным ребенком в семье. Сказать, что его удивила новость о старшей сводной сестре — не сказать ничего. После того как обман отца насчет Селены открылся — Драко был в ярости. В семье Малфоев наступил разлад. Нарцисса и Драко не разговаривали с Люциусом.

Именно с этого времени Малфой-младший стал ненавидеть Селену. На уроках вел себя вызывающе, постоянно огрызался и намекал на её неудавшуюся «связь» со своим крестным.

Теперь же проблемы Драко приобрели глобальный размах. Чтобы спасти свою семью, он должен убить Альбуса Дамблдора. Но хватит ли сил? И есть ли у него выбор?

Теория выбора

Был ли у Северуса Снейпа выбор? В теории — да. Он мог бы не убивать Дамблдора. Он мог бы перестать прислуживать Темному Лорду и поплатиться жизнью.

Выход есть всегда — не про зельевара. У него не было ни выхода, ни выбора. Осталось сохранить душу крестнику и самому стать убийцей. Того, кого потом возненавидят все. Все — в том числе и любимая женщина. Почему-то Северус был в этом на сто процентов уверен.

Альбус Дамблдор тщательно спланировал свою смерть. Достать крестраж Реддла из пещеры вместе с Гарри Поттером. Подняться на Астрономическую башню, попросить позвать Северуса — и готово. Смерть примет его в свои объятия и как равный он уйдет из этого мира.

* * *

Над школой появилась метка. В это же время Гарри вместе с Дамблдором трансгрессировали в Хогсмид и разговаривали с мадам Розметой. А Драко удовлетворенно взглянул на свое творение в небе.

Они летели во мраке над извилистой дорогой, которой шли недавно в деревню, и Гарри слышал сквозь посвистывание ночного воздуха в ушах, как Дамблдор снова бормочет что-то на неведомом языке. И, ощутив, как задрожала под ним метла, пролетая над стеной школы, Гарри понял, чем занят Дамблдор: чтобы как можно скорее попасть в замок, он снимает заклинания, которыми сам его окружил. Черная Метка поблескивала прямо над Астрономической башней, самой высокой в замке. Означало ли это, что именно в ней и постигла кого-то смерть?

Дамблдор уже пронесся над зубчатой стеной верхней площадки башни и теперь слезал с метлы. Опустившись рядом с ним, Гарри огляделся.

Вокруг было пусто. Дверь ведущей внутрь замка винтовой лестницы закрыта. Никаких признаков борьбы, сражения не на жизнь, а на смерть, никаких тел.

— Что это значит? — спросил Гарри, поднимая взгляд к висящему над ними зеленому черепу с поблескивающим раздвоенным языком. — Это настоящая Метка? И кого-то действительно… профессор?

При тусклом зеленом свете от Метки Гарри увидел, как Дамблдор почерневшей рукой схватился за грудь.

— Иди разбуди Северуса, — слабо, но отчетливо выговорил Дамблдор. — Расскажи ему, что случилось, и приведи сюда. Больше ничего не предпринимай, мантию не снимай и ни с кем не заговаривай. Я подожду здесь.

— Но…

— Ты поклялся подчиняться мне, Гарри! Иди! Гарри бросился к двери винтовой лестницы, но, едва успев ухватиться за ее железное кольцо, услышал по другую сторону двери топот чьих-то бегущих ног. Он оглянулся на Дамблдора, и тот взмахом руки велел ему отойти в сторону. Гарри отступил от двери, одновременно вытаскивая волшебную палочку.

Дверь стремительно распахнулась, и кто-то выскочил из нее с криком:

— Экспелпиармус!

Все тело Гарри мгновенно застыло, окаменело, он ощутил, что приваливается к стене, как статуя, не в силах ни пошевелиться, ни произнести хоть слово. Он не мог взять в толк, почему это произошло, — Экспеллиармус все-таки не Замораживающее заклятие.

Но тут при свете Метки он увидел, как волшебная палочка Дамблдора улетает за стену башни, и понял: Дамблдор невербально обездвижил его, и секунда, потраченная на то, чтобы произнести заклятие, лишила старого волшебника возможности защищаться.

Стоя с совершенно белым лицом у стены, Дамблдор, однако же, никаких признаков страха или страдания не выказывал. Он просто вгляделся в человека, который его обезоружил, и сказал:

— Добрый вечер, Драко.

Малфой шагнул вперед, быстро осмотрелся, проверяя, нет ли здесь кого-нибудь, кроме него и Дамблдора. Взгляд его остановился на второй метле.

— Кто здесь еще?

— Вопрос, который мог бы задать вам и я. Или вы действуете в одиночку?

В зеленоватом свечении Метки Гарри увидел, что светлые глаза Малфоя снова смотрят на Дамблдора.

— Нет, — ответил Малфой. — Я получил подкрепление. Этой ночью в школу пришли Пожиратели смерти.

— Ну-ну — сказал Дамблдор таким тоном, точно Малфой показывает ему самостоятельную работу, на которую возлагает большие надежды. — А что, очень неплохо. Значит, вы нашли способ провести их сюда, не так ли?

— Да, — подтвердил Малфой, все еще тяжело дыша. — Прямо у вас под носом, а вы так ничего и не заметили!

— Изобретательно, — сказал Дамблдор. — И все же… простите меня… где они сейчас? Я что-то не вижу ваших помощников.

— Они схлестнулись кое с кем из вашей стражи. И сражаются внизу. Это ненадолго… я пошел вперед. Я… у меня есть здесь дело.

— Ну что же, в таком случае займитесь им, мой мальчик, — мягко сказал Дамблдор.

Наступило молчание. Гарри стоял, запертый, как в тюрьме, в своем невидимом, парализованном теле, глядя на Дамблдора с Малфоем, стараясь расслышать звуки далекой битвы с Пожирателями смерти. Замерший прямо перед ним Драко Малфой не предпринимал ничего, он лишь смотрел на Дамблдора, который, как это ни удивительно, улыбнулся ему.

— Драко, Драко, ведь вы же не убийца.

— Откуда вы знаете? — мгновенно спросил Малфой.

И, видимо, тут же понял, как по-детски прозвучал этот вопрос, — Гарри увидел в зеленом свете, что Драко залился краской.

— Вы еще не знаете, на что я способен, — с чуть большей напористостью объявил Малфой, — не знаете, что я сделал!

— Да знаю, конечно, — снисходительно произнес Дамблдор. — Вы едва не убили Кэти Белл и Рональда Уизли. Вы весь этот год пытались — со все возраставшим безрассудством — прикончить меня. Простите, Драко, но это были слабые попытки… такие слабые, честно говоря, что я начал думать, вкладываете ли вы в них всю душу…

— Еще бы я не вкладывал! — яростно ответил Малфой. — Я целый год трудился над этим и сегодня…

Из глубин замка донесся приглушенный расстоянием вопль. Малфой замер и оглянулся назад.

— А там кто-то неплохо дерется, — тоном светской беседы отметил Дамблдор. — Так вы говорили… Да, вы говорили, что вам удалось провести в мою школу Пожирателей смерти. Должен признаться, мне это представлялось невозможным… Как вы это проделали?

Однако Малфой промолчал, он все еще прислушивался к происходившему внизу и выглядел почти таким же парализованным, как Гарри.

— Возможно, вам придется самому сделать ваше дело, — высказал предположение Дамблдор. — Что, если моя стража преградила вашему подкреплению путь? Как вы, вероятно, уже поняли, в школе присутствуют этой ночью члены Ордена Феникса. Да, собственно говоря, вам никакая помощь и не нужна… палочки у меня нет… и защититься мне нечем.

Малфой просто продолжал смотреть на него.

— Понятно, — добродушно произнес Дамблдор, увидев, что Малфой и не говорит ничего, и не шевелится. — Вы боитесь действовать, пока они не присоединятся к вам.

— Я не боюсь! — прорычал Малфой, так и не предпринимая, впрочем, никаких попыток повредить Дамблдору. — Это вам следует бояться!

— Чего же? Сомневаюсь, что вы убьете меня, Драко. Убийство — дело не простое, что бы ни думали на этот счет простаки… Но расскажите же мне, пока мы поджидаем ваших друзей, как вам удалось протащить их сюда? Похоже, на то, чтобы найти нужный способ, у вас ушло немалое время.

Малфой выглядел теперь так, точно он боролся с желанием закричать… или с тошнотой. Он сглотнул, несколько раз глубоко вздохнул, не спуская с Дамблдора свирепого взгляда и не отводя направленной прямо ему в сердце волшебной палочки. И наконец, словно не сумев удержаться, сказал:

— Мне пришлось починить сломанный Исчезательный шкаф, которым никто уже много лет не пользовался. Тот, в котором год назад пропал Монтегю.

— А-а-а.

Вздох Дамблдора наполовину походил на стон. Он на мгновение закрыл глаза.

— Это умно… Их, по-моему, два?

— Второй стоит в «Горбине и Бэрке», — сказал Малфой, — и они соединены чем-то вроде прохода. Монтегю говорил мне, что когда он застрял в хогвартском, то оказался словно подвешенным неизвестно где, но иногда слышал, что происходит в школе, а иногда — что в магазине, как будто шкаф перемещался между ними, только самого Монтегю никто услышать не мог… В конце концов ему удалось трансгрессировать оттуда, хоть испытаний он к тому времени еще не прошел. Он едва не погиб при этом. Все, кто слышал рассказ Монтегю, сочли его просто занятной байкой, только я один и понял, что он означает. Даже Горбин об этом не знал, один я понял, что, починив сломанный шкаф, проложу дорогу в Хогвартс.

— Очень хорошо, — пробормотал Дамблдор. — Итак, Пожиратели смерти смогли проникнуть из «Горбина и Бэрка» в школу, чтобы помочь вам… Умный план, весьма умный… и осуществленный, как вы сказали, прямо под моим носом…

— Да, — подтвердил Малфой; удивительно, но похвала Дамблдора, похоже, польстила ему, придала новые силы. — Да, вот именно!

— Однако было время, — продолжал Дамблдор, — когда вы сомневались, что сумеете починить шкаф, не так ли? И потому прибегли к грубым, плохо продуманным мерам — послали мне ожерелье, которое просто не могло не попасть в чужие руки… отравили медовуху, хотя шансов, что я когда-нибудь выпью ее, почти не существовало…

— Ну и что, вы-то все равно не поняли, чьих рук это дело, правильно? — насмешливо ощерился Малфой.

Дамблдор немного сполз по стене вниз — по-видимому у него отказывали ноги, а Гарри тщетно боролся со сковавшим его заклятием.

— Вообще говоря, понял, — ответил Дамблдор. — Я был уверен, что ваших.

— Тогда почему же вы мне не помешали? — осведомился Малфой.

— Я пытался, Драко. Профессор Снейп присматривал за вами по моему приказанию…

— Он не ваше приказание исполнял, он пообещал моей матери…

— Ну, разумеется, так он вам и сказал, Драко, на деле же…

— Он двойной агент, старый вы дурак, и напрасно вы думаете, будто он работает на вас!

— Тут нам придется остаться каждому при своем мнении, Драко. Я, видите ли, доверяю профессору Снейпу…

— Ну так значит вы потеряли прежнюю хватку! усмехнулся Малфой. — Он предлагал мне любую помощь, хотел присвоить всю славу себе, хоть как-то во всем поучаствовать: «Чем вы занимаетесь? Вы подсунули ожерелье, это же глупо, вы могли все испортить…» Да только я не сказал ему, чем занимаюсь в Выручай-комнате, он проснется завтра, а все уже кончено, он больше не любимчик Темного Лорда. В сравнении со мной, он обратится в ничто, в пустое место!

— Да, это приятно, — спокойно согласился Дамблдор. — Нам всем нравится получать благодарность за наши труды… И все-таки без помощника вы бы никак не обошлись… Вам нужен был кто-то в Хогсмиде, кто-то, способный подсунуть Кэти то… то… а-а-а…

Дамблдор снова закрыл глаза и покивал, словно его одолевала дремота.

— Ну конечно… Розмерта. И давно на ней лежит заклятие Империус?

— Что, дошло наконец? — издевательски ухмыльнулся Малфой.

Снизу долетел еще один вопль, прозвучавший громче прежнего. Малфой снова нервно оглянулся, потом уставился на Дамблдора, продолжавшего говорить:

— Итак, бедную Розмерту заставили спрятаться в туалете и всучить ожерелье первой попавшейся ученице Хогвартса, которая войдет туда в одиночку? А отравленная медовуха… Естественно, Розмерта могла добавить в нее яд, прежде чем послать бутылку Слизнорту, который собирался подарить ее мне на Рождество… Да, чистая работа… очень чистая… Бедный мистер Филч не стал бы, конечно, проверять бутылку, присланную Розмертой… Но скажите, как вы с ней сообщались? Я полагал, что все способы связи со школой у нас под наблюдением.

— Зачарованные монеты, — ответил Малфой. Казалось, он принуждал себя продолжать разговор; рука его, державшая палочку, ходила ходуном. — Одна была у меня, другая у нее, мы могли обмениваться сообщениями…

— Это не тот ли способ секретной связи, которым в прошлом году пользовалось общество, именовавшее себя «отрядом Дамблдора»? — спросил старый волшебник. Дамблдор говорил легко, непринужденно, но Гарри увидел, как, задавая вопрос, он сполз по стене еще на дюйм.

— Да, идею я взял у них, — криво улыбнувшись, сказал Малфой. — И мысль насчет яда тоже позаимствовал у грязнокровки Грейнджер — услышал в библиотеке, как она говорила, что зелья Филч распознавать не умеет, ну и…

— Будьте любезны, не используйте при мне это бранное слово, — попросил Дамблдор.

Малфой хрипло хохотнул:

— Я, того и гляди, убью вас, а вы переживаете из-за слова «грязнокровка»?

— Да, переживаю, — подтвердил Дамблдор, и Гарри увидел, как его ступни скользнули по полу от усилий, которые он прилагал, чтобы стоять прямо. — Ну, а насчет того, чтобы убить меня, Драко, — у вас уже имелось для этого немало долгих минут. Мы совершенно одни. Я беззащитен в большей мере, чем вам могло когда-либо примечтаться, и все-таки вы так ничего и не предприняли…

Губы Малфоя непроизвольно дернулись — как если б ему попала в рот какая-то гадость.

— Так вот, насчет сегодняшней ночи, — продолжал Дамблдор. — Я немного озадачен случившимся… Вы ведь как-то узнали, что я покинул школу? Хотя, разумеется, — ответил сам он на свой вопрос, — Розмерта видела, как я ухожу, и, не сомневаюсь, воспользовалась вашими замечательными монетами, чтобы сообщить вам об этом…

— Именно так, — сказал Малфой. — Правда, она сказала, что вы надумали выпить и скоро вернетесь…

— Что ж, выпить я действительно выпил… и вернулся… если это так можно назвать, — пробормотал Дамблдор. — Так вы решили расставить мне ловушку?

— Мы решили подвесить над башней Черную Метку, чтобы вы примчались сюда посмотреть, кого убили, — подтвердил Малфой. — И все сработало!

— Ну… и да, и нет… — сказал Дамблдор. — Ведь насколько я понял, никто пока не убит?

— Кто-то погиб точно, — ответил Малфой голосом, ставшим вдруг на октаву выше. — Один из ваших… не знаю кто, там было темно… я переступил через тело… я должен был ждать вашего возвращения здесь, наверху, да только ваш феникс все время путался у меня под ногами.

— Да, это они умеют, — сказал Дамблдор.

Снова грохот и крики внизу, ставшие еще громче, чем прежде; похоже, сражение идет уже на винтовой лестнице, ведущей туда, где стояли Дамблдор, Малфой и Гарри, в невидимой груди которого неслышно бухало сердце. Кто-то погиб… Малфой переступил через тело…, но через чье?

— Так или иначе, времени у нас остается мало, — сказал Дамблдор, — поэтому давайте поговорим о ваших возможностях, Драко.

— Моих возможностях! — выпалил Малфой. — Я стою перед вами с волшебной палочкой и вот-вот убью вас…

— Мой милый мальчик, пора оставить притворство. Если бы вы собирались убить меня, то сделали бы это сразу, едва применив Обезоруживающее заклинание, а не стали бы медлить ради приятной беседы о путях и средствах.

— У меня нет выбора! — ответил Малфой, становясь вдруг таким же белым, как Дамблдор. — Я должен сделать это. Он убьет меня! Убьет всю мою семью!

— Сложность вашего положения мне понятна, — сказал Дамблдор. — Почему, как вы полагаете, я до сих пор не встретился с вами с глазу на глаз? Потому что знал: как только лорд Волан-де-Морт поймет, что я вас подозреваю, вы будете убиты.

Малфой, услышав это имя, поежился.

— Я не решался заговаривать с вами о задании, которое он вам дал, из опасений, что он использует против вас легилименцию, — продолжал Дамблдор. — Но теперь мы можем наконец поговорить начистоту. Вреда вы пока никакого не причинили, никого не покалечили, хотя то, что выбранные вами жертвы выжили, и можно отнести лишь за счет удачи… Я могу помочь вам, Драко.

— Нет, не можете, — ответил Малфой; палочка в его руке тряслась так, что страшно было смотреть. — И никто не может. Он сказал, что, если я не сделаю это, он убьет меня. У меня нет выбора.

— Перейдите на правую сторону, Драко, и мы сумеем укрыть вас так основательно, как вам и не снилось. Больше того, я могу послать сегодня членов Ордена Феникса к вашей матери, чтобы они укрыли и ее. Отцу вашему ничто сейчас в Азкабане не грозит, а когда придет время, мы защитим и его тоже… Переходите на правую сторону, Драко… вы же не убийца…

Малфой во все глаза смотрел на Дамблдора.

— Но я зашел слишком далеко… — медленно произнес он. — Они думали, что я погибну, пытаясь прикончить вас, а я здесь… вы в моих руках… палочка есть только у меня… вам остается рассчитывать лишь на мое милосердие…

— Нет, Драко, — негромко ответил Дамблдор. — Сейчас в счет идет мое милосердие, не ваше.

Малфой молчал. Рот его был приоткрыт, волшебная палочка по-прежнему дрожала. Гарри показалось, что она чуть-чуть опустилась…

Но тут на лестнице загремели шаги, и через секунду Малфоя оттолкнули в сторону четверо в черных мантиях, выскочившие из двери. Все еще парализованный, неспособный даже мигать, Гарри с ужасом смотрел на незнакомцев. Похоже, Пожиратели смерти победили в шедшем внизу сражении.

Грузный колдун со странно перекошенным ртом одышливо захихикал.

— Дамблдора приперли к стенке! — сказал он и повернулся к приземистой женщине, судя по внешности, его сестре, и та алчно улыбнулась. — Дамблдор без волшебной палочки, Дамблдор в одиночестве! Отлично, Драко, отлично!

— Добрый вечер, Амикус, — спокойно произнес Дамблдор, словно приветствуя гостя, явившегося на чашку чая. — Вы и Алекто с собой привели… очаровательно…

Колдунья издала сердитый смешок.

— Что, думаете, шуточки помогут вам и на смертном одре? — глумливо поинтересовалась она.

— Шуточки? Нет-нет, это всего лишь проявление воспитанности, — ответил Дамблдор.

— Давай, действуй, — сказал незнакомец, стоявший к Гарри ближе других, — крупный, поджарый мужчина с всклокоченной седой шевелюрой и усами, черная мантия Пожирателя смерти была ему тесновата.

Такого голоса, как у него, Гарри слышать еще не доводилось: не голос, а скрипучий лай. Гарри ощущал исходивший от мужчины густой запах грязи, пота и, сомневаться не приходилось, крови. Пальцы его нечистых рук украшали длинные, желтые ногти.

— Это вы, Фенрир? — спросил Дамблдор.

— Я самый, — проскрежетал мужчина. — Что, рады нашей встрече, Дамблдор?

— Нет, этого я не сказал бы…

Фенрир Сивый улыбнулся, показав заостренные зубы. Кровь стекала по его подбородку, он медленно, непристойно облизывался.

— Вы же знаете, как я люблю малых деток, Дамблдор.

— Следует ли понимать это так, что вы нападаете теперь и не при полной луне? Весьма необычно… Ваш вкус к человеческой плоти раз в месяц удовлетворить уже невозможно?

— Совершенно верно, — подтвердил Сивый. — Вас это шокирует, Дамблдор? Пугает?

— Ну, не стану притворяться, некоторое отвращение мне это внушает, — ответил Дамблдор. — И, признаюсь, я немного удивлен тем, что Драко пригласил именно вас в школу, где проживают его друзья…

— Я его не приглашал, — прошептал Драко. На Сивого он не смотрел, да, похоже, и смотреть не хотел. — Я не знал, что он явится…

— Не мог же я упустить возможность побывать в Хогвартсе, Дамблдор, — проскрежетал Сивый. — Здесь столько еще не порванных глоток… Вкуснятина, вкуснятина…

И он, оскалясь на Дамблдора, поковырял желтым ногтем в передних зубах.

— А на десерт я мог бы пустить вас, Дамблдор.

— Нет! — резко осадил его четвертый Пожиратель смерти, колдун с тяжелым, жестоким лицом. — У нас приказ. Это должен сделать Драко. Давай, Драко, и побыстрее.

Однако решимости в Малфое явно поубавилось. Он с ужасом смотрел в лицо Дамблдора, побледневшее еще сильнее, опустившееся еще ниже, так сильно сполз старый волшебник по стене.

— По-моему, он и так не задержится на этом свете надолго! — сказал криворотый, и его сестра снова одышливо захихикала. — Посмотрите на него! Что с вами такое, Дамблдор?

— О, пониженная сопротивляемость организма, Амикус, замедление реакции, — ответил Дамблдор. — Короче, старость… когда-нибудь она, возможно, постигнет и вас… если вам повезет…

— Что такое, а? Что такое? — закричал обозлившийся вдруг Пожиратель смерти. — Вечно одно и то же, а, Дамби? Вы только болтаете и ничего не делаете, ничего. Не понимаю, зачем Темному Лорду вообще понадобилось вас убивать! Ну же, Драко, займись им!

Но в этот миг с лестницы снова донеслись уже совсем громкие звуки схватки, и чей-то голос прокричал:

— Они перекрыли лестницу! Редукто! РЕДУКТО!

— Ну же, Драко, поторапливайся! — сердито воскликнул жестоколицый.

Однако рука Малфоя тряслась так сильно, что он не мог толком прицелиться.

— Давайте-ка я, — прорычал Сивый и шагнул к Дамблдору, растопырив руки и оскалив зубы.

— Я же сказал — нет! — рявкнул жестоколицый; блеснул свет, и оборотня отбросило в сторону, он ударился о стену и застыл у нее, пошатываясь, гневно тараща глаза.

Сердце Гарри билось с такой силой, что он дивился — как это никто не слышит его, стоящего совсем рядом, лишенного заклинанием Дамблдора способности двигаться. Если бы только поднять руку, он смог бы ударить их заклятием из-под мантии-невидимки…

— Действуй же, Драко, или отойди и дай сделать это одному из нас… — визгливо вскрикнула колдунья, но в этот миг дверь башни опять резко распахнулась и на пороге ее возник Снейп с волшебной палочкой в руке. Черные глаза его стремительно обежали всех, кто был здесь, от припавшего к стене Дамблдора до Пожирателей смерти, обозленного оборотня и Малфоя.

— У нас тут заминка, Северус, — сказал грузный Амикус, и взгляд, и волшебная палочка которого были неотрывно наставлены на Дамблдора. — Мальчишка, видать, не способен…

Однако имя Снейпа произнес и другой голос, еле слышный.

— Северус…

Звук его ужаснул Гарри сильнее, чем все пережитое им за нынешний вечер. Впервые в голосе Дамблдора прозвучала мольба.

Снейп ничего не ответил, он сделал несколько шагов вперед, оттолкнув с дороги Малфоя. Трое Пожирателей смерти безмолвно отступили назад. Даже оборотень выглядел испуганным.

С мгновение Снейп вглядывался в Дамблдора, резкие черты его лица казались протравленными отвращением и ненавистью.

— Северус… прошу тебя…

Снейп, подняв палочку, направил ее на Дамблдора.

— Авада Кедавра!

Струя зеленого пламени вырвалась из волшебной палочки Снейпа и ударила Дамблдора прямо в середину груди. Гарри завопил от ужаса, но вопль этот с губ его так и не слетел. Онемевший и неподвижный, он вынужден был смотреть, как Дамблдора подбросило в воздух, на долю секунды старый волшебник завис под сверкающим черепом, а потом, как тряпичная кукла, медленно перевалился спиной через стену башни и исчез.

* * *

Северус Снейп посмотрел на распростертое тело Дамблдора на земле. Как же сложно эти слова дались ему! Как же он не хотел опять убивать! Он ведь не убийца! В юности он сделал неправильный выбор и теперь расплачивается.

— Уходим, быстро — произнес Северус.

Малфой был схвачен за шиворот. Пожиратели Смерти уходили. Гарри Поттер сбросил мантию-невидимку, сразился с Пожирателем и стал преследовать Северуса.

* * *

Внезапно Гарри увидел огромную фигуру Хагрида, освещенную вынырнувшим из туч узким месяцем; светловолосый Пожиратель смерти метал в лесничего заклятие за заклятием, но колоссальная сила Хагрида и крепкая кожа, которую он унаследовал от великанши-матери хорошо защищали его. Между тем Снейп с Малфоем так и продолжали бежать — скоро они выбегут за ворота и смогут трансгрессировать…

Гарри проскочил мимо Хагрида с его противником, нацелил палочку в спину Снейпа и крикнул:

— Остолбеней!

Он промахнулся — струя красного света пронеслась над головой Снейпа и тот, гаркнув: «Беги, Драко!» — повернулся к Гарри лицом; разделенные двадцатью ярдами, они мгновение смотрели друг другу в лицо, а затем одновременно подняли палочки.

— Кру…

Однако Снейп отразил заклинание, сбив Гарри с ног, прежде чем тот успел произнести его. Гарри покатился по земле, вскочил, и тут огромный Пожиратель смерти рявкнул за его спиной:

— Инсендио!

Гарри услышал, как что-то взорвалось, и все вокруг залили отблески танцующего оранжевого пламени: это вспыхнула хижина Хагрида.

— Там же Клык, мерзкая ты… — взревел Хагрид.

— Кру… — снова выкрикнул Гарри, целясь в освещенную пляшущим светом фигуру впереди, но Снейп опять отразил заклинание; Гарри видел, как он насмешливо улыбается.

— Никаких непростительных заклятий, Поттер! — крикнул Снейп, перекрывая треск пламени, рев Хагрида и вой запертого в доме Клыка. — Тебе не хватит ни храбрости, ни умения…

— Инкар… — завопил Гарри, но Снейп почти ленивым взмахом руки отбил и это заклинание.

— Сражайся! — крикнул Гарри. — Сражайся, трусливый…

— Ты назвал меня трусом, Поттер? — прокричал Снейп. — Твой отец нападал на меня, только когда их было четверо против одного. Интересно, что бы ты сказал о нем?

— Остол…

— Опять отбито и будет отбиваться снова и снова, пока ты не научишься держать рот и разум закрытыми, Поттер! — ощерился Снейп. — Хватит! — крикнул он огромному Пожирателю, сражавшемуся за спиной Гарри. — Пора уходить, пока Министерство не обнаружило…

— Импеди…

Гарри еще не успел произнести заклинание, как его пронзила невыносимая боль; он упал на колени в траву, кто-то визжал; эта мука наверняка прикончит его; Снейп запытает его до смерти или до безумия…

— Нет! — взревел голос Снейпа, и боль прекратилась так же мгновенно, как началась; Гарри лежал на темной траве, скорчившись, сжимая в руке волшебную палочку, задыхаясь, а где-то над ним Снейп кричал: — Вы что, забыли приказ? Поттер принадлежит Темному Лорду, мы должны оставить его! Уходим! Уходим!

Гарри почувствовал, как под его щекой задрожала земля, — это брат с сестрой, а с ними и огромный Пожиратель смерти послушно побежали к воротам. Гарри издал нечленораздельный вопль гнева, в этот миг ему было все равно, останется он в живых или умрет; заставив себя встать, он слепо заковылял в сторону Снейпа, которого ненавидел теперь так же сильно, как самого Волан-де-Морта…

— Сектум…

Снейп взмахнул палочкой, и заклятие опять ушло мимо цели, однако Гарри был уже в нескольких футах от своего врага и наконец увидел лицо Снейпа очень ясно: на нем больше не было презрительной или глумливой улыбки — огонь озарял лицо, на котором остался один только гнев. Собрав в кулак всю свою способность к концентрации, Гарри подумал: «Леви…»

— Нет, Поттер! — завопил Снейп.

Послышалось громовое «БА-БАХ!», и Гарри спиной подлетел в воздух и снова с силой ударился о землю, на этот раз палочка выскочила из его руки. Он слышал вопли Хагрида и вой Клыка, а Снейп уже приблизился и стоял, глядя на него сверху вниз: лишившись волшебной палочки, Гарри стал таким же беззащитным, каким недавно был Дамблдор. Пламя пожара выхватило из темноты побелевшее, перекошенное ненавистью лицо Снейпа — с такой же ненавистью он посылал заклятие в Дамблдора.

— Ты посмел использовать против меня мои же заклинания, Поттер? Это я изобрел их — я, Принц-полукровка! А ты обратил мои изобретения против меня, совсем как твой гнусный отец, не так ли? Не думаю, что… Нет!

Гарри рванулся к палочке, но Снейп выпалил заклинание, и она отлетела на несколько футов во тьму и скрылась из глаз.

— Ну так убей меня! — задыхаясь, сказал Гарри; он не ощущал никакого страха — только гнев и презрение. — Убей, как убил его, трусливый…

— НЕ СМЕЙ! — взвизгнул Снейп, и лицо его внезапно стало безумным, нечеловеческим, как будто он испытывал такую же муку, как жалобно воющий пес, запертый в горящей хижине. — НЕ СМЕЙ НАЗЫВАТЬ МЕНЯ ТРУСОМ!

Он рассек палочкой воздух: словно раскаленный добела хлыст ударил Гарри по лицу, вдавив его в землю. Пятна света поплыли перед глазами, на миг ему показалось, что он никогда больше не сможет дышать, но тут же услышал вверху шелест крыльев, и что-то огромное заслонило собой звезды. Клювокрыл падал на Снейпа, тот отшатнулся от нацеленных на него острых как бритвы когтей. Гарри с усилием сел, от последнего удара о землю голова еще кружилась, и все-таки он разглядел бегущего что было сил Снейпа и громадного Клювокрыла, который, хлопая крыльями, летел за ним с таким визгом, какого Гарри никогда еще от него не слышал…

* * *

Новости о смерти директора быстро распространялись по замку. В итоге они дошли и до Селены.

— О боже, Северус! — прошептала девушка, невидящим взором перебирая его бумаги, — Ты не мог это сделать…не мог! Я не верю…

* * *

— Милорд, Дамблдор убит — произнес Северус.

— Отлично. Северус, теперь ты станешь новым директором — прошипел Волан-де-Морт — Хогвартс теперь в моих руках.

Северус учтиво поклонился. Но Темный Лорд приготовил ещё один козырь.

— Позволь представить преподавателей по Защите от Темных Искусств — Амикус и Алекто Кэрроу.

Непростой разговор

Пока хоронили Дамблдора и школа была погружена в глубокий траур, Северус Снейп проводил время в доме родителей. Благо, что Хвост теперь неотрывно находился рядом с Темным Лордом в поместье Лестрейнджей либо у Малфоев.

Чего он ждал? Ждал, когда улягутся страсти. Ждал, когда найдет в себе силы поговорить с любимой женой. Ждал, когда Гарри Поттер покинет Хогвартс и он сможет вернуться. Ждал, когда Адам переедет к ним. Ждал, когда сможет взять на себя ответственность за судьбу маленького волшебника.

* * *

Селена как привидение бродила по замку. Зная Северуса, она понимала, что ему нужно побыть одному. Да и сейчас она бы была не готова к встрече. Слишком много мыслей теснилось в каштановой головке. С одной стороны, она знала, что Северус бы никогда не убил без приказа. Просто так. С другой стороны, Дамблдор был его наставником и однажды в шутку он все-таки обмолвился, что хочет убить директора. Плюс все ученики, включая троицу гриффиндорцев, обвиняли зельевара в смерти Альбуса.

В таких раздумьях её и нашли Люпин и Блэк. Последний чуть ли не с палочкой в руках набросился на девушку.

— Черт побери! — воскликнула Селена. Люпин оттащила друга от неё, — Что здесь происходит, Римус?

— Где убийца Дамблдора? Где этот предатель?! — вырываясь из хватки Люпина, закричал Сириус.

— Выбирайте выражения в отношении моего мужа! — не осталась в долгу волшебница.

— Что? — теперь оба мужчины с неверием уставились на неё.

— Я — миссис Снейп и церемониться с вами не намерена — заявила девушка. Сириус опять начал кидаться на неё, — Какая мерзость! Что, ударите? Или залаете?

— Селена, лучше молчи! Я не смогу долго удерживать его! — воскликнул Люпин, с трудом сдерживая яростного друга.

— Иди сюда, девчонка! — Сириус все-таки вырвался и теперь приставил палочку к её шее — Где Северус?

— Я не знаю.

— Ты же его жена.

— Мы в ссоре.

— Лжешь!

— Мне все равно — верите вы мне или нет. Но вы забыли, мистер Блэк, что мой муж спас вам жизнь!

С гордостью посмотрев на Сириуса и удивленного Люпина, Селена вернулась в подземелья. К своему одиночеству.

Это был первый в раз в их семейной жизни, когда Селена и Северус не спали вместе. Так уже продолжалось неделю. Нервы у девушки сдавали. Находиться одной в комнате, где они были так счастливы, было невыносимо.

Не выдержав, Селена скрылась в зеленом пламени камина. Готов Северус к этому или нет — им нужно поговорить. Срочно.

* * *

Адам Беккер уже потерял счет дням. Он, конечно, помнил обещание Селены, что скоро у него будет семья. Но как скоро? И кто станет его новыми родителями? Если Северус и Селена, то он будет рад безумно. А, если не они?

Такие вопросы мучили мальчика. Селена уже не появлялась в его приюте уже несколько недель. Адам начал беспокоиться. И за неё, и за Северуса. Он чувствовал, что что-то случилось. Что могло произойти за столь короткий срок?

* * *

Селена вывалилась из камина. В мрачном доме царила тишина.

— Северус! — неуверенно позвала девушка, — Северус! Ты дома?

— Ты здесь. Наконец-то! — мужские руки заключили её в объятия, не давая нормально вздохнуть, — Я так скучал…

— Мне не хватает воздуха — просипела Селена. Северус ослабил хватку, — Спасибо! Я хочу кое-что спросить.

— Что именно?

— Ты убил Дамблдора?

— Да, я — эти несколько слов дались Снейпу болезненно.

Он посмотрел в зеленые глаза жены. В гостиной опять стало тихо.

— Ты не мог — прошептала волшебница, прикрывая рот рукой — Ты не убийца!

— А чем занимаются Пожиратели по твоему? Собак выгуливают?! — воскликнул Северус, — Я — убийца! Я убил семью магглов! Я убил Альбуса Дамблдора! — Селена отступила на шаг назад — Боишься меня? Правильно! Ты живешь с убийцей!

— Хватит! — закричала волшебница.

— Ты можешь уйти. Сейчас.

— Нет! Я останусь с тобой.

— И будешь жить с убийцей? — усмехнулся Северус.

— Я люблю тебя. Я ничего не могу с этим сделать, понимаешь? — произнесла Селена — Я знаю, что ты другой. Я знаю, что скрывается за этой маской. Если бы тебе было плевать на меня, ты бы не спасал меня так часто.

— У тебя просто феерическое невезение.

— Северус — Селена погладила рукой по его щеке, притягивая его лицо ближе к себе — Я буду с тобой, что бы ни случилось.

— Ты не представляешь как это важно для меня — выдохнул Северус, страстно целуя свою жену.

* * *

Эти двое, появившись словно бы ниоткуда, пару секунд простояли в нескольких шагах друг против друга на узкой, освещенной луной тропе. Стояли не шевелясь, наставив один в грудь другого волшебные палочки, а затем, когда каждый понял, кто перед ним, убрали палочки под мантии и торопливо двинулись в одном направлении.

— Есть новости? — спросил тот, что был выше ростом.

— Самые лучшие, — ответил Северус Снейп.

Вдоль тропы шли слева низкие кусты дикой ежевики, а справа — высокая ухоженная живая изгородь. Длинные мантии мужчин колыхались, заплетаясь вокруг лодыжек.

— Я уж боялся, что опоздаю, — сказал Яксли, грубое лицо которого то освещалось светом луны, пробивавшимся между нависшими над тропой ветвями, то снова погружалось во тьму. — Дорога оказалась труднее, чем я ожидал. Впрочем, надеюсь, он будет доволен. Вы и вправду думаете, что прием нас ожидает хороший?

Снейп кивнул, однако в подробности вдаваться не стал. Они повернули направо, на широкую подъездную дорожку, в которую уперлась тропа. Живая изгородь, повернувшая вместе с ними, вскоре оборвалась у высоких кованых ворот, преградивших двум мужчинам путь.

Однако они не замедлили шага: оба молча подняли в подобии приветствия левые руки и прошли сквозь темный, словно обратившийся перед ними в дымку тумана металл.

Теперь звуки их шагов заглушались тянувшимися по обеим сторонам дорожки густыми тисами. Справа послышалось какое-то шуршание. Яксли снова извлек из-под мантии палочку, повел ею над головой своего спутника, но источником шума оказался всего лишь белый павлин, величаво вышагивавший по тисовой изгороди.

— А он всегда умел недурно устраиваться, наш Люциус. Павлины… — фыркнул Яксли, пряча под мантию палочку.

В конце прямой дорожки вырос из темноты большой, красивый загородный дом с мерцавшим в ромбовидных окнах первого этажа светом. Где-то в темном парке журчал за тисовой изгородью фонтан. Гравий похрустывал под ногами Снейпа и Яксли, торопливо шагавших к парадным дверям, которые при их приближении распахнулись будто сами собой.

Почти весь каменный пол просторного, тускло освещенного и прекрасно убранного вестибюля покрывал толстый ковер. Снейп и Яксли пересекли его, провожаемые взглядами бледных людей, изображенных на висевших по стенам портретах. Двое мужчин на миг остановились, замявшись, у тяжелой деревянной двери, ведущей в следующую комнату, затем Снейп повернул бронзовую ручку.

Гостиную заполняли безмолвные люди, сидевшие вокруг длинного, пышно изукрашенного стола. Вся прочая мебель была бесцеремонно сдвинута к стенам. Освещало гостиную пламя, ревевшее в мраморном камине, над которым висело большое зеркало в резной золоченой оправе. Снейп и Яксли немного помедлили на пороге. Глаза их, постепенно привыкавшие к тусклому освещению, были прикованы к самой странной из особенностей этой комнаты: к безжизненному, судя по всему, человеческому телу, которое висело вниз головой над столом и медленно кружилось, словно на невидимой веревке, отражаясь и в зеркале, и в полированной поверхности стола. Никто из сидевших за столом на тело не смотрел, кроме бледного юноши, расположившегося почти прямо под ним. Похоже, он не мог удержаться от того, чтобы примерно раз в минуту не бросить на него взгляд.

— Яксли, Снейп, — произнес высокий, звонкий голос того, кто сидел во главе стола. — Еще немного, и вы опоздали бы.

Сказавший это сидел перед самым камином, отчего двум вошедшим в гостиную мужчинам было поначалу трудно различить что-либо, кроме общего его силуэта. Однако по мере их приближения лицо его выступало из мрака — голое, змееподобное, с узкими прорезями вместо ноздрей и блестящими красными глазами с вертикалями зрачков. Бледен он был до того, что казался светящимся, точно жемчуг.

— Северус, сюда! — приказал Волан-де-Морт, указывая на кресло справа от себя. — Яксли — рядом с Долоховым.

Двое мужчин заняли названные им места. Большинство сидевших за столом провожали глазами Снейпа — к нему первому и обратился Волан-де-Морт:

— Итак?

— Мой Лорд, Орден Феникса намеревается перевести Гарри Поттера из нынешнего его укрытия в субботу, при наступлении вечера.

Это известие пробудило в сидевших вокруг стола интерес почти осязаемый: одни замерли, другие заерзали — и все не отрывали глаз от Снейпа и Волан-де-Морта.

— В субботу… при наступлении вечера… — повторил Волан-де-Морт.

Красные глаза его вглядывались в черные глаза Снейпа с такой неистовой силой, что некоторые из смотревших на них предпочли отвести взгляды, опасаясь, похоже, обратиться под ее воздействием в пепел. Снейп, однако же, смотрел в лицо Волан-де-Морта спокойно, и спустя секунду-другую безгубый рот его господина искривился в подобии улыбки.

— Хорошо. Очень хорошо. И сведения эти получены…

— Из источника, о котором мы с вами говорили, — сказал Снейп.

— Мой Лорд. — Яксли склонился над длинным столом, вглядываясь в Волан-де-Морта и Снейпа. Все повернулись к нему. — Я слышал иное, мой Лорд.

Яксли замолк, ожидая ответа, однако Волан-де-Морт не произнес ни слова, и Яксли продолжил:

— Долиш, мракоборец, обмолвился мимоходом, что Поттер не стронется с места до тридцатого, до вечера, который предшествует его семнадцатилетию.

Снейп улыбнулся:

— Мой источник сообщает, что существует несколько планов, направленных на то, чтобы сбить нас с толку. Полагаю, это один из них. На Долиша наверняка наложено заклятие Конфундус. И уже не впервые — давно известно, что он легко поддается этому заклятию.

— Уверяю вас, мой Лорд, Долиш говорил с полной уверенностью, — сказал Яксли.

— При таком заклятии это вполне естественно, — отозвался Снейп. — Уверяю вас, Яксли, Мракоборческий центр уже не имеет никакого отношения к защите Гарри Поттера. Орден считает, что в Министерстве полным-полно наших агентов.

— В кои-то веки и Орден оказался прав, а? — произнес сидевший неподалеку от Яксли коренастый мужчина и издал хриплый смешок, эхом раскатившийся вдоль стола.

Волан-де-Морт даже не усмехнулся. Он возвел взгляд к телу, медленно вращавшемуся над столом, и, казалось, погрузился в раздумья.

— Мой Лорд, — продолжал Яксли, — Долиш уверен в том, что для перемещения мальчишки будут задействованы все силы мракоборцев…

Волан-де-Морт поднял большую белую ладонь, и Яксли смолк — ему осталось лишь с обидой смотреть, как его хозяин снова обращается к Снейпу:

— Где они собираются спрятать мальчишку теперь?

— В доме одного из членов Ордена, — ответил Снейп. — Согласно моему источнику, это место ограждено всеми средствами защиты, какие имеются в распоряжении Ордена и Министерства. Думаю, мой Лорд, надежды взять его там у нас практически нет, если, конечно, Министерство не падет до следующей субботы. Это даст нам возможность найти дом и снять с него столько чар, что мы сможем прорваться внутрь.

— Ну-с, Яксли, — Волан-де-Морт взглянул вдоль стола красными глазами, в которых причудливо играл горевший в камине огонь, — успеет ли Министерство пасть до следующей субботы?

И снова все повернулись к Яксли. Тот расправил плечи:

— Мой Лорд, на этот счет у меня есть хорошие новости. Мне удалось, хоть и ценой огромных усилий, наложить заклятие Империус на Пия Толстоватого.

У многих из тех, кто сидел вокруг Яксли, округлились глаза, а его сосед, Долохов, мужчина с длинным, кривым лицом, хлопнул Яксли по спине.

— Хорошее начало, — сказал Волан-де-Морт. — Однако Толстоватый — всего лишь один человек. Прежде чем я вступлю в игру, необходимо окружить Скримджера нашими людьми. Даже одна неудавшаяся попытка покушения на жизнь министра сильно отбросит меня назад.

— Да, мой Лорд, это верно, но вы же знаете, Толстоватый возглавляет Отдел обеспечения магического правопорядка и постоянно контактирует не только с министром, но и с главами всех прочих отделов Министерства. Я думаю, что теперь мы, получив контроль над чиновником столь высокого ранга, сможем подчинить себе и других, а они совместными усилиями свалят Скримджера.

— Если только нашего друга Пия не разоблачат до того, как он завербует всех остальных, — сказал Волан-де-Морт. — В любом случае вероятность того, что Министерство станет моим до следующей субботы, мала. И если мы не сможем достать мальчишку в его новом укрытии, придется сделать это, когда он будет перебираться туда.

— Тут у нас имеется преимущество, мой Лорд, — заявил Яксли, решивший, похоже, любой ценой добиться хоть какой-нибудь похвалы. — В Отдел магического транспорта уже внедрено несколько наших агентов. Если Поттер трансгрессирует или попытается воспользоваться Сетью летучего пороха, мы узнаем об этом сразу.

— Он не сделает ни того, ни другого, — сказал Снейп. — Орден остерегается любого вида транспорта, находящегося в ведении или под контролем Министерства, да и вообще не доверяет ничему, что хоть как-то с ним связано.

— Тем лучше, — сказал Волан-де-Морт. — Ему придется передвигаться в открытую. А значит, нам будет легче взять его. — И, снова подняв взгляд к медленно вращавшемуся телу, он продолжил: — Я займусь мальчишкой лично. Во всем, что связано с Гарри Поттером, допущено слишком много промахов. Некоторые из них были моими. Мальчишка жив благодаря скорее моим ошибкам, чем собственным победам.

Теперь те, кто сидел вокруг стола, вглядывались в Волан-де-Морта со страхом, поскольку каждый опасался услышать обращенные именно к нему обвинения в том, что Гарри Поттер все еще жив. Однако Волан-де-Морт, казалось, разговаривал скорее с собой, чем с ними, по-прежнему глядя на безжизненное тело, висевшее над столом.

— Я был небрежен и потому позволял препятствовать мне удаче и случаю, которые способны срывать исполнение даже наилучших планов. Теперь я понимаю то, чего не понимал прежде. Я должен стать тем, кто убьет Гарри Поттера, и я им стану.

При этих словах (и, похоже, в ответ на них) внезапно раздался вопль — страшный, протяжный крик страдания и боли. Многие из сидевших за столом испуганно уставились в пол, поскольку звук этот исходил из-под их ног.

— Хвост, — сказал Волан-де-Морт все так же негромко и задумчиво, по-прежнему не отрывая взгляда от тела над столом, — разве я не говорил тебе, что наш пленник должен вести себя тихо?

— Да, м-мой Лорд, — выдохнул маленький человечек, сидевший в середине стола, съежившись в своем кресле так, что оно казалось на первый взгляд пустующим. Он сполз на пол и торопливо выскочил из комнаты, оставив за собой странное серебристое свечение.

— Как я уже сказал, — продолжал Волан-де-Морт, обводя взглядом застывшие лица своих приспешников, — теперь мне многое стало ясно. Например, прежде чем я отправлюсь убивать Поттера, мне придется позаимствовать у одного из вас палочку.

На всех лицах отразилось только одно — ужас, как будто он объявил, что хочет позаимствовать чью-то руку.

— Добровольцы отсутствуют? — осведомился Волан-де-Морт. — Ну что же… Люциус, я не вижу причин, по которым тебе может в дальнейшем понадобиться твоя палочка.

Люциус Малфой поднял на него взгляд. Кожа Люциуса казалась в свете камина желтоватой, восковой, запавшие глаза его были обведены чернотой. Он хрипло переспросил:

— Мой Лорд?

— Твоя палочка, Люциус. Я хочу получить твою палочку.

— Я…

Малфой искоса взглянул на жену. Она, такая же бледная, как муж, смотрела прямо перед собой, длинные светлые волосы свисали ей на спину. Ее тонкие пальцы на краткий миг сжали под столом запястье Люциуса. Ощутив это прикосновение, Малфой сунул руку под мантию, вытащил палочку и протянул ее Волан-де-Морту, который поднес палочку к своим красным глазам и внимательно осмотрел.

— Из чего она?

— Из вяза, мой Лорд, — прошептал Малфой.

— А внутри?

— Драконовая… сердечная жила дракона.

— Хорошо, — произнес Волан-де-Морт. Он достал собственную палочку, сравнил их длины.

Люциус Малфой произвел невольное движение — на долю секунды могло показаться, что он надеется получить от Волан-де-Морта его палочку в обмен на свою. Глаза Волан-де-Морта, заметившего это движение, злобно расширились.

— Отдать тебе мою палочку, Люциус? Мою палочку?

За столом кто-то хихикнул.

— Я вернул тебе свободу, Люциус. По-твоему, этого мало? Впрочем, я заметил, что и ты, и твои домочадцы в последнее время выглядите не очень счастливыми… Тебе что-то не нравится в том, что я присутствую в вашем доме, Люциус?

— Ничего, мой Лорд, совсем ничего!

— Какая ложь, Люциус…

Шипение, послышавшееся в негромком голосе Волан-де-Морта, казалось, продолжалось и после того, как его жесткий рот замер. Оно становилось все громче, и один или двое волшебников не сумели подавить охватившую их дрожь — что-то тяжелое заскользило по полу под столом.

И вот в кресло Волан-де-Морта начала забираться огромная змея. Она поднималась и поднималась, представляясь бесконечной, пока наконец не улеглась Волан-де-Морту на плечи. Шея у нее была толщиной с бедро мужчины, глаза с вертикальными прорезями зрачков не мигали. Волан-де-Морт, не отрывая взгляда от Люциуса Малфоя, рассеянно погладил эту тварь длинными, тонкими пальцами.

— Почему это вы, Малфои, выглядите недовольными своей участью? Разве вы многие годы не твердили, что жаждете моего возвращения, моего прихода к власти?

— Разумеется, мой Лорд, — ответил Люциус Малфой. Рука, которой он отер пот со своей верхней губы, дрожала. — Мы жаждали этого — и жаждем сейчас.

Замершая слева от него супруга кивнула, странно и натужно, и перевела взгляд с лица Волан-де-Морта на змею. Справа от Люциуса его сын, Драко, то и дело поглядывавший на висевшее над ним безжизненное тело, бросил на Волан-де-Морта быстрый взгляд и отвел его в сторону, боясь встретиться со своим господином глазами.

— Мой Лорд, — произнесла сдавленным от охвативших ее чувств голосом смуглая женщина, которая сидела чуть дальше от Волан-де-Морта, — то, что вы здесь, в нашем родовом поместье, честь для нас. Большей радости быть просто не может.

Она сидела рядом с сестрой, нисколько на нее не похожая, — ни темными волосами, ни тяжелыми веками, ни осанкой, ни манерами. Нарцисса сидела прямо и бесстрастно, между тем как Беллатриса склонялась над столом к Волан-де-Морту так, точно одних только слов было мало, чтобы выразить ее желание полнейшей близости к нему.

— Большей радости, — повторил Волан-де-Морт, немного склонив голову набок и вглядываясь в лицо Беллатрисы. — Из твоих уст, Беллатриса, такие слова значат немало.

Лицо ее залила краска, глаза наполнились слезами счастья.

— Мой Лорд знает, что я говорю чистую правду!

— Большей радости быть просто не может… Даже в сравнении со счастливым событием, которое, как я слышал, произошло на этой неделе в вашей семье?

Беллатриса, приоткрыв рот, уставилась на него в явном недоумении.

— Я не понимаю, о чем вы говорите, мой Лорд.

— Я говорю о твоей племяннице, Беллатриса. И о вашей, Люциус и Нарцисса. Она ведь только что вышла замуж за оборотня, за Римуса Люпина. Вы, должно быть, очень гордитесь этим.

Все, кто сидел за столом, глумливо загоготали. Многие склонились друг к другу, обмениваясь насмешливыми взглядами, некоторые застучали по столу кулаками. Огромная змея, раздраженная этим шумом, открыла пасть и сердито зашипела, однако Пожиратели смерти ее не услышали — до того обрадовало их унижение, которому подверглись Беллатриса и Малфои. Лицо Беллатрисы, совсем недавно светившееся от счастья, пошло уродливыми багровыми пятнами.

— Она не племянница нам, мой Лорд! — воскликнула Беллатриса, перекрикивая веселый гам. — После того как наша сестра вышла замуж за грязнокровку, мы — Нарцисса и я — ни разу не виделись с ней. Ее отродье не имеет ни с кем из нас ничего общего, как и животное, за которое она выскочила замуж.

— А что скажешь ты, Драко? — спросил Волан-де-Морт, и хотя голос его был тих, он легко перекрыл улюлюканье и глумливый гогот. — Ты как — будешь нянчиться с ее щенками?

Веселый гомон усилился. Драко Малфой в ужасе взглянул на отца, уставившегося себе в колени, потом поймал взгляд матери. Та почти неприметно качнула головой и снова уставилась непроницаемым взглядом в стену напротив.

— Довольно, — проронил, поглаживая рассерженную змею, Волан-де-Морт. — Довольно.

И смех мгновенно стих.

— Многие из древнейших наших семейных древес со временем заболевают, — сказал он. Беллатриса, затаив дыхание, умоляюще смотрела на него. — Вам придется подрезать ваше, чтобы оно выздоровело, не так ли? Отсечь ветви, которые угрожают здоровью всего дерева.

— Да, мой Лорд, — прошептала Беллатриса, и глаза ее снова наполнились слезами благодарности. — При первой же возможности!

— Ты ее получишь, — сказал Волан-де-Морт. — И в вашей семье, и во всем мире… мы обязаны уничтожать пятнающую нас заразу, пока не останутся только те, в чьих жилах течет чистая кровь.

Волан-де-Морт поднял палочку Люциуса Малфоя, наставил ее на медленно вращавшуюся над столом фигуру, слегка повел палочкой. Фигура ожила, застонала и забилась, как будто пытаясь порвать незримые путы.

— Ты узнаешь нашу гостью, Северус? — осведомился Волан-де-Морт.

Снейп поднял взгляд к перевернутому лицу. И все Пожиратели смерти уставились вверх, на пленницу, словно получив наконец разрешение проявить любопытство. Как только лицо несчастной повернулось к огню, она произнесла надтреснутым, полным ужаса голосом:

— Северус! Помогите!

— Да, разумеется, — произнес Снейп, едва лицо ее снова медленно отворотилось в сторону.

— А ты, Драко? — спросил Волан-де-Морт, поглаживая не занятой палочкой рукой голову змеи.

Драко резко потряс головой. Теперь, когда женщина очнулась, он, казалось, не мог больше смотреть на нее.

— Ну да, ты же не ходил на ее уроки, — сказал Волан-де-Морт. — К сведению тех из вас, кто с ней незнаком, у нас гостит сегодня Чарити Бербидж, состоявшая до недавнего времени преподавательницей в школе чародейства и волшебства Хогвартс.

Вдоль стола пронесся шумок одобрительного понимания. Полная, сутуловатая женщина с заостренными зубами захихикала:

— Да, профессор Бербидж сообщала детям чародеев и волшебников сведения о магглах… Объясняла, что они не так уж и сильно отличаются от нас…

Один из Пожирателей смерти плюнул на пол. Чарити Бербидж снова повернулась лицом к Снейпу:

— Северус… пожалуйста… пожалуйста…

— Молчать! — Волан-де-Морт снова взмахнул палочкой Малфоя, и Чарити умолкла, словно ей в рот засунули кляп. — Однако грязнить и развращать сознание детей чародеев профессору Бербидж было мало, поэтому на прошлой неделе она напечатала в «Ежедневном пророке» страстную статью, посвященную защите грязнокровок. Волшебники, говорит она, должны принять в свои объятия этих людишек, крадущих наши знания и нашу магию. Вырождение нашей чистой породы, уверяет профессор Бербидж, есть вещь самая желательная… она была бы лишь рада, если бы все мы спаривались с магглами… или же, вне всяких сомнений, с оборотнями…

На этот раз никто не засмеялся, ибо в голосе Волан-де-Морта звучали безошибочно узнаваемые гнев и презрение. Чарити Бербидж в третий раз повернулась лицом к Снейпу. Из глаз её струились, стекая на волосы, слезы. Снейп безразлично смотрел на ее лицо, снова отворачивавшееся от него.

— Авада Кедавра!

Полыхнул зеленый свет, осветив каждый угол гостиной.

Чарити рухнула на стол, ударившись о него с такой силой, что он затрясся и затрещал. Несколько Пожирателей смерти отпрянули, прижавшись к спинкам своих кресел. Драко и вовсе упал на пол.

— Кушать подано, Нагайна, — негромко произнес Волан-де-Морт, и огромная змея соскользнула с его плеч на полированную поверхность стола.

* * *

Северус с тяжелым сердцем возвращался в Паучий Тупик. Перед глазами ещё стояла умершая Чарити Бербидж. Но зельевара мучило другое — как сказать о её смерти жене?

— Что произошло? — с порога спросила Селена, заметив мрачное настроение Северуса после собрания Пожирателей Смерти.

— Волан-де-Морт сегодня убил мисс Бербидж — прошептал Снейп.

— Нет! Только не она, пожалуйста! — заверещала волшебница.

— Тише — Северус притянул жену к себе — Тише, Селена.

— Нет, пожалуйста… Только на прошлой неделе она хвасталась своей статьей в Пророке…и… — всхлипывала девушка, — И теперь её нет…убили… Скольких он ещё убьет ради власти?!

Распоряжения нового директора

Итак, Северус Снейп стал новым директором школы Чародейства и Волшебства “Хогвартс”. Несмотря на относительно спокойную семейную жизнь, у него ещё был долг — защитить учеников.

В преподавательском составе произошли изменения. Пожиратели Смерти, брат и сестра Кэрроу стали вести ЗоТИ. Гораций Слизнорт был назначен на пост декана Слизерина и учителем зельеварения. Селена Снейп стала объяснять чистокровным магам маггловедение.

Первые распоряжения Северус подготовил ещё задолго до смерти Дамблдора. Отчасти вместе с ним.

“Все магглорожденные студенты остаются дома.” — таков был основной смысл первого директорского приказа.

Всем магглорожденным разослали письма-уведомления в середине августа.

Следующим распоряжением стало частичное возвращение правил, введенных Амбридж. В школе запретили собираться ученикам более чем трое. Обязательной стала регистрация всех организаций.

Остальные запреты, действовавшие во время директорства Дамблдора, остались в силе.

* * *

У Северуса была ещё одна миссия. Посложнее. Долгие переговоры с гоблинами и вуаля!.. поддельный меч Годрика Гриффиндора готов. Когда Темный Лорд потребовал от Снейпа спрятать в сейф Беллатрисы этот злосчастный меч, зельевар оставил там подделку. Вся операция требовала максимальной осторожности и хладнокровности.

Поэтому злой как тысяча чертей Северус нехотя возвращался в школу. Нужно было переговорить с портретом Дамблдора и решить вопрос с Адамом.

* * *

— Как все прошло, мой мальчик? — спросил Альбус Дамблдор, усаживаясь в свое кресло на потрете.

— Они ничего не заподозрили.

— Это нам и нужно. За моим портретом находится тайник. Помести туда настоящий меч.

— Вы уверены, что я могу вытащить из Шляпы меч Гриффиндора?

— Более чем.

Северус снял Распределяющую Шляпу со шкафа. Кое-где потертая и старая она была похожа на самую обыкновенную шляпу. Вдруг внутри что-то заблестело.

Перед мужчиной материализовался меч Гриффиндора. Зельевар протянул руку и вытащил холодное оружие. А потом поместил его в тайник. Когда придет время, Гарри Поттер воспользуется знаменитым клинком.

* * *

Если в школе Снейп уже вовсю руководил, то в его личной жизни этим занималась Селена.

Получив положительный ответ от органов опеки об усыновлении Адама, она принялась переделывать дом в Паучьем Тупике. Масштабы изменений были не хуже Апокалипсиса: мебель в стиле псевдо-барокко, занимающая большую часть гостиной, отправилась на помойку. Её заменила легкая софа зеленого цвета, такого же цвета шторы на окнах и письменный стол из светлого дерева. Вместо громоздкой люстры появилась лампа в зеленом абажуре.

В спальне старая кровать отправилась туда же, куда и мебель из гостиной. Вместо неё появилась деревянная двуспальная с изголовьем. Приятного коричневого цвета тумбочки и маленькие светильники на них прочно заняли место громоздкой черной тумбы. Белые занавески и коричневые шторы заменили тяжелые черные шторы.

На кухне вместо побелки появились светлые пастельные обои. Круглый обеденный стол с четырьмя стульями был приобретен в мебельном магазине Лондона.

В старой детской Северуса произошли глобальные изменения: виниловые обои с рисунком деревьев, кровать из черного дерева, светлый шкаф для одежды, стол с лампой для занятий, две полки для книг и белая люстра завершали обстановку.

* * *

— Как тебе? Нравится? — спросила Селена, наблюдая за мужем, которому доступ в дом был запрещен на два месяца из-за ремонта.

— Нравится, — ответил Северус, продолжая придирчивый осмотр комнат. К его огромной радости, библиотеку жена оставила без изменений, — Уютно.

— Фух! Гора с плеч — произнесла волшебница.

Она так нервничала, что Северус не одобрит её затею с ремонтом и переделкой дома или ему что-то не понравится потом.

— Когда Адам переедет к нам? — поинтересовался Снейп.

— Через неделю.

— Я составил тебе расписание так, чтобы ты успела провожать мальчика в школу, а потом преподавать в Хогвартсе.

— А ты? Ты разве не будешь проводить время вместе с нами?

— Я каждый вечер буду появляться на пороге после работы. Мы же все-таки живем среди магглов. И я не хочу, чтобы органы опеки что-то заподозрили о волшебстве.

— В этом ты прав, — задумчиво произнесла Селена. — Не хочешь посмотреть спальню?

* * *

Осмотр спальни просто так не закончился. Сначала они как дети дрались подушками, потом перешли к поцелуям.

— Северус, а ты никогда не думал о ребенке? — в перерыве между поцелуями спросила Селена.

— Думал, конечно.

— И?

— Я хочу ребенка, но…

— Но? То есть но?

— Сейчас не самое подходящее время, Селена. Вдруг со мной или с тобой что-то случится, что будет с ребенком? Отдадут в приют вместе с Адамом?

* * *

Волан-де-Морт снова опустил глаза на волшебную палочку, которую вертел в руках. Что-то в ней ему не нравилось. А когда лорду Волан-де-Морту что-то не нравилось, он немедленно принимал меры…

— Пойди приведи Снейпа.

— Снейпа, п-повелитель?

— Снейпа. Сию минуту. Он мне нужен. Я хочу, чтобы он… кое-что для меня сделал. Иди.

Напуганный Малфой побрёл прочь из комнаты, спотыкаясь в полумраке. Волан-де-Морт по-прежнему стоял неподвижно и крутил между пальцев палочку, неотрывно глядя на неё.

— Другого способа нет, Нагайна, — прошептал он, оборачиваясь.

В воздухе парила огромная змея, свернувшись изящными кольцами в особом волшебном пространстве, которое он для неё создал, — прозрачном шаре, напоминавшем то ли сияющую клетку, то ли аквариум.

— Повелитель, их сопротивление сломлено — произнес Северус Снейп, появляясь в хижине.

— Без твоей помощи, — отозвался Волан-де-Морт высоким, ясным голосом. — Ты, Северус, искусный волшебник, но не думаю, что сейчас ты нам особо нужен… Мы почти у цели… почти.

— Позвольте, я найду вам мальчишку. Позвольте мне доставить вам Гарри Поттера. Я знаю, как его найти. Прошу вас.

— Я в затруднении, Северус, — мягко сказал Волан-де-Морт.

— В чём дело, повелитель? — откликнулся Снейп.

Волан-де-Морт поднял Бузинную палочку изящным отточенным движением дирижёра.

— Почему она не слушается меня, Северус?

— По-повелитель? — недоуменно спросил Снейп. — Я не понимаю. Вы совершали этой палочкой непревзойдённые чудеса волшебства.

— Нет, — ответил Волан-де-Морт. — Я совершал этой палочкой обычное для меня волшебство. Я — непревзойдённый волшебник, но эта палочка… нет. Она не оправдала моих ожиданий. Я не заметил никакой разницы между этой палочкой и той, что я приобрёл у Олливандера много лет назад. Я думал долго и напряжённо, Северус… Ты знаешь, почему я отозвал тебя из битвы?

— Нет, повелитель, не знаю, но умоляю вас: позвольте мне туда вернуться. Позвольте мне отыскать Поттера.

— Ты говоришь совсем как Люциус. Вы оба не понимаете Поттера — в отличие от меня. Его не нужно искать. Поттер сам придёт ко мне. Я знаю его слабость, его, так сказать, врождённый дефект. Он не сможет смотреть, как другие сражаются и гибнут, зная, что всё это из-за него. Он захочет прекратить это любой ценой. Он придёт.

— Но, повелитель, его может случайно убить кто-нибудь другой…

— Я дал Пожирателям смерти совершенно ясные указания. Схватить Поттера. Убивать его друзей — чем больше, тем лучше, — но только не его самого. Однако я хотел поговорить о тебе, Северус, а не о Гарри Поттере. Ты был мне очень полезен. Очень.

— Повелитель знает, что услужить ему — моё единственное стремление. Но позвольте мне пойти и отыскать мальчишку, повелитель. Я уверен, что сумею…

— Я уже сказал: нет! Сейчас меня волнует другое, Северус: что произойдёт, когда я наконец встречусь с мальчишкой?

— Но какие тут могут быть вопросы, повелитель, ведь вы…

— Тут есть вопрос, Северус. Есть.

— Почему обе палочки, которые у меня были, отказались служить, когда я направил их на Гарри Поттера?

— Я… я не знаю ответа на этот вопрос, повелитель.

— Правда?

— Моя тисовая палочка, Северус, исполняла все мои приказы, кроме одного, — убить Гарри Поттера. Она дважды не смогла этого сделать. Олливандер под пыткой рассказал мне об одинаковой сердцевине, сказал, чтобы я взял другую палочку. Я так и сделал, но палочка Люциуса раскололась при встрече с Гарри Поттером.

— Я… я не знаю, как объяснить это, повелитель.

— Я нашёл третью палочку, Северус. Бузинную палочку, Смертоносную палочку, Жезл Смерти. Я забрал её у прежнего хозяина. Я забрал её из гробницы Альбуса Дамблдора.

Теперь Снейп смотрел в глаза Волан-де-Морту, а лицо его застыло, как посмертная маска. Оно было мраморно-белым и таким неподвижным, что Гарри вздрогнул, услышав звук его голоса: казалось невероятным, что за этими невидящими глазами теплится жизнь.

— Повелитель, позвольте мне привести мальчишку…

— Я просидел здесь всю эту долгую ночь перед самой победой, — почти шёпотом произнёс Волан-де-Морт, — неотрывно думая о том, почему Бузинная палочка отказывается выполнять то, для чего она предназначена, отказывается сделать то, что она должна, по легенде, сделать для своего законного владельца… и мне кажется, я нашёл ответ.

Снейп молчал.

— Может быть, ты уже догадался? Ты ведь вообще-то умный человек, Северус. Ты был мне хорошим и верным слугой, и я сожалею о том, что сейчас произойдёт.

— Повелитель…

— Бузинная палочка не повинуется мне по-настоящему, Северус, потому что я не законный её владелец. Бузинная палочка принадлежит тому волшебнику, который убил её предыдущего хозяина. Ты убил Альбуса Дамблдора. Пока ты жив, Бузинная палочка не может по-настоящему принадлежать мне.

— Повелитель! — воскликнул Снейп, подымая свою палочку.

— Иначе быть не может, — сказал Волан-де-Морт. — Я должен получить власть над этой палочкой, Северус. Власть над палочкой — а значит, и власть над Гарри Поттером.

И Волан-де-Морт взмахнул Бузинной палочкой. Ничего не произошло, и на какое-то мгновение Снейп, наверное, подумал, что он помилован. Но тут намерение Волан-де-Морта прояснилось. Шар со змеёй закружился в воздухе, и не успел Снейп даже вскрикнуть, как его голова и плечи оказались внутри сверкающей сферы, а Волан-де-Морт сказал на змеином языке:

— Убей!

— Неет! — закричала Селена и проснулась.

— Что такое? — недовольно пробурчал Северус, притягивая жену поближе к себе.

— Спи — произнесла волшебница. Но больше ей заснуть не удалось.

Прошлое стучится в дверь

Селена заканчивала последние приготовления перед тем как Адам переедет в дом Снейпов. Продукты расположились на полках в холодильнике (она еле уговорила Северуса его купить). И сейчас миссис Снейп занималась любимым делом — готовила.

Сейчас волшебница решила порадовать любимого мужа и сделать необычное блюдо — паэлью с морепродуктами. Процесс шел легко…пока в дверь не позвонили.

Радуясь, что Северус пришел раньше обычного, Селена и не подозревала, что её ждет привет из прошлого. Причем самый неприятный. На пороге стоял Аполинар, щурясь от закатного солнца.

— Я войду? Спасибо! — произнес бывший отчим и нагло вторгся в дом, обходя застывшую Селену.

— Какого черта?! — воскликнула девушка, с остервенением захлопывая дверь и оборачиваясь к главному виновнику своих бед, — Как ты меня нашел?! Что ты здесь делаешь?

— Я соскучился, милая — ласково произнес Аполинар, проведя рукой по её щеке — А ты уехала в другую страну, не попрощавшись с папочкой.

— Выметайся отсюда! — закричала Селена, наставляя палочку как оружие на него.

— Видишь ли, у меня тоже есть эта деревяшка — задумчиво протянул Аполинар, — Остолбеней!

— Протего!

— Так ты совсем одна, моя красавица — волшебница уже ждала нападения, но мужчина поступил как маггл — притянув её к себе, влажным языком вторгся в её рот, не давая дышать. Укусив, Селена вырвалась из его «объятий» и поспешила наверх, вызывая по пути патронуса, — Ты все равно не спрячешься! И больше я не дам тебе уйти!

Сердце бешено колотилось в груди. Миссис Снейп заперла дверь, но она тут же открылась от заклинания. И как назло — они оказались вдвоем в спальне.

Не давая девушке осмыслить ситуацию, Аполинар повалил её на кровать. Ловкие пальцы тут же проникли под летнее платье.

Время в попытках отбиться и свалить с себя жирную тушку, казалось, тянулось бесконечно. Пока Северус не оглушил, а затем связал Аполинара.

— Может, скажешь кто это? Просто никак не могу решить — убить или сдать в Министерство магии — саркастично произнес зельевар.

— Мой бывший отчим — ответила Селена.

Учуяв запах горелого, она тут же помчалось на кухню. Но ужин был безнадежно испорчен. И годовщина свадьбы в том числе.

Северус сдал на руки главного Пожирателя Смерти после Люциуса Малфоя мракоборцам и снова появился в гостиной.

Селена убирала остатки ужина в мусорное ведро. Из-за только что пережитого страха и волнения её руки немного подрагивали. Северус со спины обнял её, уткнувшись головой в макушку.

— Прости, я все испортила — прошептала миссис Снейп.

— Не говори ерунды! Мы ещё можем все наверстать.

— Как? — в зеленых глазах загорелся огонек азарта, и Селена обернулась к нему, обнимая.

— Я приглашаю тебя на вечернюю прогулку.

Оказывается, гулять под луной, рассказывая друг другу истории оказалось очень романтично. Явно не ожидавшая такого от своего Северуса, Селена светилась от счастья как новогодняя елка. Момент полного взаимопонимания с любимым она запомнила на долгие годы.

* * *

— Это правда мой дом? — Адам, стоя на пороге, спрашивал у Северуса.

— Да. Добро пожаловать! — произнес зельевар, поднимая уголки губ в подобии улыбки.

Они вошли в дом.

— Обед готов! — крикнула Селена из кухни.

Два мужчины — большой и маленький направились на запах еды. Новая кухня радовала глаза. Стол уже был накрыт и волшебница с укором теперь смотрела на них.

— И где вы так надолго задержались? — строго спросила миссис Снейп.

— Северус показывал мне свои любимые места — ответил Адам, уже вовсю уплетая суп.

— Я же просил называть меня отцом! — возмутился зельевар.

— Прости, пап — раздалось тут же.

— М-м-м! Очень вкусный суп — протянул Северус.

В ответ на свою реплику он получил нежный поцелуй.

— А меня?

— Конечно, милый — поцеловав Адама в макушку, Селена вернулась к своей тарелке, — Помочь тебе с уроками?

— Нет, я сам справлюсь. Я уже большой — важно заявил девятилетний мальчик.

— И кто так сказал?

— Папа.

* * *

Адаптация Адама в семье проходила с переменным успехом. В приюте остались его друзья и иногда мальчик по ним скучал. Также он завел новых, которые не устраивали ни Северуса, ни Селену. Но с этим приходилось мириться — все-таки семейных конфликтов на пустой почве не хотелось.

Теперь уже родителям, а не паре, нужно было ходить к семейному психологу и раз в месяц принимать у себя органы опеки. Это было накладно. Тем более, что Северус был сильно загружен в школе. И проблем там по прибавилось.

* * *

Алый Хогвартс-Экспресс на всех порах мчался к замку. Новые ученики уже были готовы войти в школу.

Северус, волнуясь, раз за разом повторял свою речь. Он должен был что-то сказать, чтобы успокоить учеников и сообщить об опасности в лице новых преподавателей.

Распределение прошло без проблем. Поднимаясь на возвышение, зельевар чувствовал себя не в своей тарелке. Он-то привык говорить с двадцатью студентами. Да ещё и клеймо убийцы Дамблдора довлело над ним.

— Добрый вечер! Добро пожаловать в Хогвартс — произнес Северус в абсолютной тишине, — Как вы уже успели заметить, у нас изменения в преподавательском составе. Амикус и Алекто Кэрроу будут вести Защиту от Темных искусств. Селена Снейп заменила профессора Бербидж на маггловедении. Гораций Слизнорт займется зельеварением. Также он будет деканом Слизерина.

В зале была полная тишина. Никто не произнес ни звука, никто не аплодировал. Это происходило впервые.

— Думаю, вы уже проголодались — проговорил Снейп, — Так пусть начнется пир! Змея! Лев! Барсук! Орел!

Селена в недоумении проводила Северуса до директорского стола. Как-то странно было слышать талисманы всех факультетов как сигнал для домовиков. Видимо, новый директор не спроста это сделал. Осталось выяснить — зачем?

* * *

— Директор, это просто возмутительно! — как ураган вторгаясь в кабинет, с порога заявила профессор Макгонагалл.

— Что такое?

— Мистер Кэрроу проводит агитацию среди студентов, чтобы те вступали в ряды Пожирателей!

— Я поговорю с ним.

— Это ещё полбеды. Мисс Кэрроу для первых трех курсов разработала программу, по которой магглов нужно убивать как скот!

— Я со всем разберусь, Минерва. Если что-то ещё случится, немедленно сообщайте мне — произнес Северус, устало потирая переносицу.

За две недели в Хогвартсе брат и сестра Кэрроу решили вывести его из себя. К сожалению, это было только начало.

Решения

— Что ещё? — недовольно протянул Северус, услышав стук в дверь. В проеме показалась глава Селены — Проходи.

— Можно узнать, что за странный пароль ты придумал для домовых эльфов? — проговорила девушка, усаживаясь напротив мужа в мягкое кресло.

— Хотел напомнить ученикам, что сейчас мы все едины. Видимо, никто не понял — ответил Снейп.

— Что от тебя хотела Макгонагалл?

— Неважно. Мне не до этого.

К сожалению, Северус не лгал. Конечно, он мог бы поговорить с Кэрроу, но пока серьезных проблем не было. А злить других Пожирателей и подставлять себя под удар не хотелось. Он смалодушничал. Однако сработал инстинкт самосохранения и бывший зельевар решил отложить встречу с новыми преподавателями до их новых «преступлений».

* * *

Селена мучительно рассуждала. Кто мог дать её адрес в Паучьем Тупике? Кому было выгодно напомнить о её прошлом? Ответ пришел сам собой. Миссис Снейп перенеслась в поместье Малфоев, напугав при этом нового домового эльфа.

— Мне нужна Нарцисса Малфой.

— Подождите здесь, пожалуйста, — и домовик исчез с хлопком.

— Ты? Да как ты смеешь появляться в моем доме без разрешения?! — растеряв всю свою холодность, не стала церемониться миссис Малфой.

— Как вы познакомились с мистером Аполинаром Макелло, если не покидаете пределы поместья?

— Люциус однажды приводил в дом своего друга из Испании после нашей свадьбы — оторопев от такой наглости, все-таки ответила Нарцисса, — Мистер Макелло решил стать последователем Темного Лорда и получил метку. А затем уехал. Появился опять он две недели назад, разыскивая свою любимую падчерицу.

— И вы решили рассказать ему обо мне?!

— Ваши истории совпадали. Я захотела отомстить.

— За что?!

— За то, что ты отнимаешь у меня Люциуса!

— Но я — его дочь! Черт! Черт! — не сдерживалась Селены — Вы же совсем не знаете меня! Не знаете, что мне пришлось пережить из-за Аполинара!

Нарцисса оторопело уставилась на девушку. Когда смысл слов дошел до неё, она сделала невозможное — приобняла волшебницу.

— Неужели вы нашли общий язык? — спросил Люциус, появляясь в гостиной и удивленно смотря на жену и дочку.

— Теперь да — ответила миссис Малфой.

В этот же вечер семья Малфоев узнала всю историю Селены целиком. Узнав, что она вместе с Северусом усыновила ребенка, Нарцисса тут же принялась давать советы по воспитанию мальчика. Потом присоединился Драко и разгорелся маленький спор между матерью и сыном.

Впервые за долгое время в семье холодных аристократов появился семейный огонь.

* * *

Северус все чаще задерживался в школе, иногда пропуская ужины с семьей. А Селену продолжала мучить тревога за любимого и вещие сны.

Северус стоял на пустыре. А на него была наставлена палочка Волан-де-Морта.

— Авада Кедавра! — зеленый луч пронзает тело Снейпа и он падает на землю. Черные глаза застывают. Волосы рассыпаны. Жизнь ушла.

— Неет! — кричит волшебница и просыпается. Одна. Северуса нет. Видимо, решил остаться в школе.

В темноте девушка ищет ванную. Мягкий свет льется на белые стены и большое зеркало. Ванная в зеленом цвете одиноко стоит в углу. Почувствовав подступающую тошноту к горлу, она спешит к раковине. Во рту неприятный вкус после очищения желудка.

Потом она возвращается в комнату, но заснуть больше не получается. И тогда она читает «Джейн Эйр» Шарлотты Бронте.

К сожалению, в этом месяце у неё не получилось забеременеть. Как и за весь год. Но Селена не отчаивается.

* * *

— Мне нужно знать местоположение Поттера — шипел Темный Лорд.

— Его местонахождение неизвестно, милорд — подал голос Эйвери.

— Мальчишка не так глуп как ты! Северус, что общего у Дамблдора и Поттера?

— Они оба родились в Годриковой впадине.

— Малфой, Снейп, мы с вами навестим одну старую знакомую.

* * *

В конце сентября трое неизвестных посетили Годрикову впадину. Они спрашивали Батильду Бэгшот. Одна из добрых старушек подсказала как можно найти известного историка.

Потом эта старушка всем рассказывала, что испугалась большой змеи. И после посещения этих людей, Батильда больше не выходила из дома.

* * *

«Гарри Поттер проник в Министерство магии», «Чтобы обратиться в комиссию по учету маггловских выборов, вам нужно…», «Проникновение в Министерство магии», «Гарри Поттер — Нежелательное лицо № 1, цена за поимку…», «Министерство магии просит каждого сотрудника пройти…» — магическая газета так и пестрела яркими заголовками по поводу Гарри и его проникновения в Министерство. «Ежедневный пророк» долго писал об этом происшествии.

* * *

А вот Северус Снейп гадал, где же на самом деле был Поттер. К сожалению, Финеас Найджелус так и не мог увидеть местоположение троицы. Зато приносил мисс Грейнджер и ребятам новости из школы.

У нового директора были странные отношения именно с этим портретом. Финеас довольно долго радовался, что ещё один слизеринец после него стал во главе старейшей школы.

* * *

Уходя с кладбища, они постоянно оглядывались. Гарри на самом деле чувствовал себя совсем не так оптимистично, как старался показать Гермионе, и был очень рад наконец добраться до калитки и ступить на скользкую мостовую. Они опять накинули на себя мантию. В пабе толпилось еще больше народу, чем раньше; там дружно распевали тот же самый хорал, который звучал в церкви. Гарри подумал было, не укрыться ли им в пабе, но не успел ничего сказать, как Гермиона прошептала: «Сюда», — и потянула его в темную улочку, ведущую к окраине деревни в направлении, противоположном тому, откуда они прибыли. Уже было видно, где кончаются дома и дорога выходит на открытое место. Гарри с Гермионой прибавили шагу. В окнах домов сверкали разноцветные огни, на занавесках виднелись силуэты рождественских елок.

— Как нам найти дом Батильды? — спросила Гермиона. Она чуть-чуть дрожала и все время оглядывалась через плечо. — Гарри, ты как думаешь? Гарри!

Она дернула его за рукав, но Гарри не слушал. Он не мог отвести взгляда от темной массы в самом конце ряда домов. Вдруг он рванулся вперед, волоча за собой Гермиону; она то и дело поскальзывалась на льду.

— Гарри…

— Смотри… Гермиона, смотри!

— Я ничего не… Ой!

Очевидно, заклятие Доверия умерло вместе с Джеймсом и Лили. Живая изгородь успела здорово разрастись за шестнадцать лет, прошедших с того дня, когда Хагрид забрал маленького Гарри из развалин, что лежали среди высокой, по пояс, травы. Большая часть коттеджа устояла, хоть и была сплошь оплетена плющом и покрыта снегом, но правую часть верхнего этажа снесло начисто; Гарри был уверен, что именно там ударило отраженное заклятие. Они с Гермионой стояли у калитки и смотрели, запрокинув головы, на разрушенный дом, который когда-то, наверное, не отличался от соседних коттеджей.

— Не понимаю, почему его не отстроили заново? — шепнула Гермиона.

— Может, его нельзя отстроить? — ответил Гарри. — Может, это как раны, нанесенные темной магией, их ведь нельзя исцелить.

Он высунул руку из-под мантии-невидимки и взялся за ржавую, запорошенную снегом калитку — не для того, чтобы открыть, а просто чтобы коснуться хоть части этого дома.

— Ты же не пойдешь внутрь? По-моему, это опасно, он может… Ой, Гарри, смотри!

Должно быть, прикосновение Гарри привело в действие чары. Над калиткой возникла вывеска, поднявшись из зарослей крапивы и сорной травы, словно странный быстрорастущий цветок. Золотые буквы на деревянной доске гласили:

Здесь в ночь на 31 октября 1981 года были убиты Лили и Джеймс Поттер.

Их сын Гарри стал единственным волшебником в мире, пережившим Убивающее заклятие.

Этот дом, невидимый для магглов, был оставлен в неприкосновенности как памятник Поттерам и в напоминание о злой силе, разбившей их семью.

Вокруг аккуратно выведенных строчек доска была сплошь исписана. Здесь приложили руку множество волшебников и волшебниц, приходивших почтить место, где избежал смерти Мальчик, Который Выжил. кто-то просто расписался вечными чернилами, кто-то вырезал в деревянной доске свои инициалы, многие оставили целые послания. Более свежие выделялись на фоне наслоений магических граффити, скопившихся за шестнадцать лет, а содержание было у всех примерно одно и тоже.

«Удачи тебе, Гарри, где бы ты ни был!», «Если ты читаешь это, Гарри, мы с тобой!», «Да здравствует Гарри Поттер!».

— Свинство — портить вывеску! — возмутилась Гермиона.

Но Гарри так и сиял:

— Это же здорово! Мне нравится, что они так написали. Я…

Он резко умолк. К ним приближалась, ковыляя, тепло укутанная фигура. Она выделялась четким силуэтом в отсветах фонарей с центральной площади деревни. Похоже было, что это женщина, хотя судить было трудно. Она двигалась медленно — возможно, боялась поскользнуться на утоптанном снегу. Сгорбленная спина, грузное тело, шаркающая походка — все говорило о глубокой старости. Гарри и Гермиона молча стояли, наблюдая, как она подходит ближе. Гарри ждал, что старуха свернет к какому-нибудь коттеджу, однако в глубине души инстинктивно чувствовал, что она этого не сделает. Старуха остановилась за несколько шагов от них и застыла столбом посреди дороги.

Гермиона могла бы и не щипать Гарри за руку, он и так понимал, что старуха вряд ли из магглов. Она смотрела прямо на дом, невидимый для всех, кроме волшебников. Пусть даже она волшебница, все равно довольно странно выходить из дому морозной зимней ночью только ради того, чтобы полюбоваться на развалины. Между тем их с Гермионой видеть она не могла, по всем законам нормальной магии. И все же у Гарри было необъяснимое чувство, что она точно знает, где они. Только эта тревожная мысль мелькнула у него в мозгу, старуха подняла руку в перчатке и поманила его.

Гермиона теснее прижалась к нему под мантией:

— Откуда она знает?

Гарри покачал головой. Старуха поманила снова, с удвоенной энергией. Гарри мог бы придумать множество причин, почему откликаться не следует, но подозрения по поводу того, кто такая эта старуха, становились сильнее с каждой секундой, пока они стояли друг против друга посреди пустынной улицы.

Неужели она их дожидалась все эти долгие месяцы? Неужели Дамблдор велел ей ждать, предупредив, что Гарри обязательно придет? Может, это она и пряталась в тени кустов на кладбище, а потом пришла за ними сюда? Даже то, что она почуяла его под мантией-невидимкой, говорит о способностях вроде Дамблдоровых. Раньше Гарри никогда с таким не сталкивался.

Наконец Гарри заговорил — Гермиона даже подпрыгнула от неожиданности:

— Вы Батильда?

Закутанная фигура кивнула и снова поманила пальцем.

Гарри и Гермиона переглянулись под мантией. Гарри вопросительно поднял брови, Гермиона тревожно кивнула.

Они сделали шаг, и старуха тут же заковыляла прочь, туда, откуда они пришли. Миновав несколько домов, она свернула в калитку. Гарри и Гермиона прошли следом за ней через сад, почти такой же заросший, как и тот, на который они только что смотрели. Повозившись с ключом, старуха открыла дверь и отступила, пропуская их вперед.

От нее скверно пахло, а может, это от дома. Гарри сморщил нос, боком протискиваясь в дверь и стягивая мантию-невидимку. Оказавшись рядом со старухой, он заметил, какая она низенькая; согнутая от старости, она была ему по грудь. Старуха закрыла за ними дверь — синеватые костяшки пальцев резко выделялись на фоне осыпающейся краски — и уставилась Гарри в лицо. Глаза ее, затянутые бельмами, прятались в складках полупрозрачной кожи, лицо было все в красных прожилках сосудов и старческих пигментных пятнах. Непонятно, могла ли она что-нибудь вообще видеть, а если и могла, то разве что лысеющего маггла, чью украденную личину носил сегодня Гарри.

Старуха размотала побитую молью черную шаль, открыв реденькие белые волосы, сквозь которые просвечивала кожа. Запах старости; пыли и немытого тряпья стал еще сильнее.

— Батильда? — повторил Гарри.

Она опять кивнула. Гарри вдруг почувствовал, как ожил медальон у него на груди, сквозь холодное золото ощущался пульс. Может быть, то, что скрывается внутри, почуяло угрозу?

Батильда, волоча ноги, прошла мимо них, толкнув по дороге Гермиону, как будто не видела ее, и скрылась в комнате — надо полагать, гостиной.

— Гарри, что-то я сомневаюсь, — зашептала Гермиона.

— Смотри, какая она мелкая. Если что, мы с ней уж как-нибудь справимся, — ответил Гарри. — Слушай, я тебе не говорил, она немного не в себе. Мюриэль сказала, что она выжила из ума.

— Иди сюда! — позвала Батильда из-за двери.

Гермиона дернулась и схватила Гарри за руку.

— Все нормально, — успокоил он ее и первым вошел в гостиную.

Батильда ковыляла по комнате, зажигая свечи, но все-таки здесь было очень темно, не говоря уже о том, что безумно грязно. Под ногами скрипел толстый слой пыли, а нос Гарри различил, кроме запаха затхлости и плесени, нечто гораздо худшее, вроде протухшего мяса. Да когда же в последний раз к Батильде кто-нибудь заглядывал поинтересоваться, не нужна ли ей помощь? Она, кажется, напрочь забыла, что владеет магией, — свечи зажигала неуклюже, одной рукой, рискуя поджечь обвисшую кружевную манжету.

— Давайте я, — предложил Гарри, отбирая у нее спички.

Батильда молча смотрела, как он зажигает свечные огарки, расставленные на блюдечках по всей комнате, на шатких стопках книг и на чайных столиках среди растрескавшихся плесневелых чашек.

Последнюю свечку Гарри обнаружил на пузатом комодике, где теснились фотографии. Вспыхнул огонек, отражение заплясало в пыльных стеклах и на потускневших серебряных рамках. Изображения на снимках чуть заметно зашевелились. Пока Батильда возилась с дровами у очага, Гарри прошептал:

— Тергео!

Пыль с фотографий исчезла, и сразу стало видно, что с полдюжины самых больших и вычурных рамок пусты. Интересно, кто вынул фотографии — сама Батильда или кто-нибудь другой? Тут Гарри бросился в глаза один снимок, стоявший сзади. Он схватил фотографию.

Из рамки на Гарри смотрел, лениво улыбаясь, веселый вор с золотыми волосами, сидевший когда-то на корточках на подоконнике в мастерской Грегоровича. И тут Гарри вспомнил, где он видел это лицо, — в книге «Жизнь и обманы Альбуса Дамблдора», рука об руку с молодым Дамблдором. Там же, наверное, и все остальные фотографии, Рита Скитер их прибрала.

— Миссис… мисс Бэгшот! — окликнул Гарри слегка дрожащим голосом. — Кто это?

Батильда стояла посреди комнаты и смотрела, как Гермиона разводит огонь в очаге.

— Мисс Бэгшот? — повторил Гарри, подходя к ней с фотографией.

В камине вспыхнуло пламя. Батильда оглянулась на голос, и крестраж забился чаще у Гарри на груди.

— Кто этот человек? — спросил Гарри, сунув фотографию ей под нос.

Старуха молча воззрилась на снимок, потом на Гарри.

— Вы знаете, кто это? — повторил он очень громко и раздельно. — Этот человек? Вы его знаете? Как его зовут?

Батильда тупо смотрела на Гарри. Он почувствовал глухое отчаяние. И как это Рита сумела ее разговорить?

— Кто этот человек? — громко повторил он.

— Гарри, что ты делаешь? — спросила Гермиона.

— Тут на фотографии тот самый вор, ну, который украл что-то из мастерской Грегоровича! Пожалуйста, вспомните! — взмолился он. — Кто это?

Старуха все так же молча смотрела на него.

— Зачем вы позвали нас, миссис… мисс Бэгшот? — спросила Гермиона, тоже повысив голос. — Вы что-то хотели нам рассказать?

Батильда словно и не слышала Гермиону Она, шаркая, подступила к Гарри и движением головы указала на дверь.

— Вы хотите, чтобы мы ушли? — спроси Гарри. Она повторила свой жест, однако на этот раз ткнула пальцем сперва в него, потом в себя, потом в потолок.

— А, понял… Гермиона, По-моему, она хочет, чтобы я поднялся с ней наверх.

— Ладно, пошли, — сказала Гермиона.

Но стоило Гермионе двинуться с места, Батильда на удивление энергично затрясла головой и снова указала на себя и на Гарри.

— Она хочет, чтобы я пошел с ней один.

— Почему это? — резко спросила Гермиона. Ее голос звонко разнесся по освещенной свечами комнате. Старуха качнула головой от громкого звука.

— Может, Дамблдор не велел ей давать меч никому, кроме меня?

— Ты думаешь, она на самом деле знает, кто ты?

— Да, — ответил Гарри, глядя сверху вниз в обращенные к нему белые глаза. — Думаю, знает.

— Ну хорошо, только возвращайся поскорее, Гарри.

— Ведите, — сказал Гарри Батильде.

Она как будто поняла, во всяком случае, заковыляла к двери. Гарри оглянулся и ободряюще улыбнулся Гермионе, хоть и не был уверен, что она это видела. Она стояла, обхватив себя руками, посреди озаренного свечами запустения и не отрывала взгляда от книжного шкафа. Выходя из комнаты, Гарри незаметно сунул за пазуху фотографию незнакомого вора в серебряной рамке.

Лестница была крутая и узкая, Гарри посетило искушение подпереть руками мощный зад Батильды, нависавший у него над головой, чтобы она ненароком не рухнула на него. Медленно, с хрипом дыша, старуха взобралась по ступенькам, на площадке свернула направо и провела Гарри в спальню с низким потолком.

Здесь было черно, хоть глаз выколи, и пахло совсем ужасно. Гарри разглядел выступающий из-под кровати ночной горшок, но тут Батильда закрыла дверь, и комната погрузилась в непроглядный мрак.

— Люмос! — произнес Гарри.

Волшебная палочка засветилась, и Гарри вздрогнул: за короткие мгновения темноты старуха успела подойти к нему вплотную, а он ничего не услышал.

— Ты Поттер? — прошептала она. — Да.

Она кивнула, медленно и торжественно. Крестраж на груди у Гарри бился часто-часто, чаще, чем его собственное сердце. Ощущение было неприятное, тревожащее.

— У вас есть что-нибудь для меня? — спросил Гарри, но старуху, похоже, отвлекал огонек на конце волшебной палочки. — У вас есть что-нибудь для меня? — повторил Гарри.

Тогда старуха закрыла глаза, и тут случилось сразу много разных вещей. Шрам кольнуло болью, крестраж забился с такой силой, что приподнял свитер. Темная, душная комната на мгновение словно растаяла, Гарри ощутил вспышку дикой радости и высоким, холодным голосом проговорил: «Взять его!»

Гарри шатнуло. Тесная, вонючая комната снова сомкнулась вокруг него; он не мог понять, что с ним было.

— У вас есть что-нибудь для меня? — спросил он в третий раз, еще громче.

— Там, — шепнула она, указывая в угол.

Гарри поднял волшебную палочку и увидел смутные очертания захламленного туалетного столика возле окна.

На этот раз Батильда не захотела его вести. Гарри протиснулся между нею и разобранной постелью, высоко подняв волшебную палочку и стараясь не упускать старуху из виду.

— Что это? — спросил он, добравшись до столика, на котором было навалено какое-то вонючее тряпье.

— Там, — сказала Батильда, указывая на бесформенную груду.

Гарри на мгновение отвел глаза, отыскивая взглядом украшенную рубинами рукоять меча. Старуха сделала какое-то стремительное движение, Гарри уловил это краем глаза, испуганно обернулся и застыл от ужаса: дряхлое тело осело на пол, а из ворота платья, где только что была шея старухи, выползала громадная змея.

Змея ударила в ту секунду, когда он взмахнул волшебной палочкой. Палочка выскочила из ужаленной руки, крутясь, взлетела к самому потолку и погасла. Сильный удар хвостом в солнечное сплетение вышибу Гарри весь воздух из легких, он повалился на туалетный столик, прямо в кучу грязных тряпок…

Он откатился и грохнулся на пол, едва увернувшись от огромного хвоста, который обрушился на столик в том месте, где секунду назад был Гарри. Его осыпало дождем осколков. С первого этажа донесся голос Гермионы:

— Гарри!

Он не мог ей ответить — не хватало воздуха. Тяжелая гладкая масса навалилась на него и придавила. Гарри чувствовал, как змея скользит по нему, мощная, мускулистая…

— Нет! — выдохнул он.

— Да, — прошелестел голос. — Да… держжжу… я тебя держжжуу…

— Акцио… Акцио, волшебная палочка!

Ничего не получалось, а он не мог освободить руки, которыми отталкивал змею, обернувшуюся кольцом вокруг него, выжимавшую из него дух с такой силой, что крестраж вдавился в тело, — кружок льда, пульсирующий собственной отдельной жизнью так близко к обезумевшему от страха сердцу, а разум затопила волна холодного белого света. Все мысли куда-то пропали, дыхание прервалось, в потоках ослепительного света потонули чьи-то далекие шаги и весь мир…

Металлическое сердце стучало у него на груди, он летел, летел на крыльях своего триумфа, не нуждаясь ни в метле, ни в фестралах…

Гарри вдруг очнулся в кисло пахнущей тьме. Нагайна отпустила его. Он вскочил и увидел силуэт змеи на фоне освещенной лестничной площадки. Змея метнулась вперед, Гермиона с криком отскочила; отраженное заклятие ударило в занавешенное окно, и стекло разлетелось вдребезги. В комнату хлынул морозный воздух. Гарри пригнулся, уклоняясь от нового ливня осколков, под ногу ему попало что-то вроде карандаша… волшебная палочка!

Гарри схватил ее, но змея уже вползала в комнату, молотя своим страшным хвостом. Гермионы не было видно, и Гарри подумал было самое худшее, и тут раздался громкий треск, мелькнула красная вспышка, змея взметнулась в воздух, задев Гарри по лицу. Одно за другим разворачивались тяжелые кольца — вверх, вверх, к самому потолку. Гарри взмахнул волшебной палочкой, и вдруг шрам пронзило болью такой силы, какой не было уже несколько лет.

— Он близко! Гермиона, он сейчас будет здесь!

Одновременно с криком Гарри змея, бешено шипя, плюхнулась на пол. Обрушились какие-то полки, на Гарри посыпались осколки фарфора, он перепрыгнул через кровать и схватил темную фигуру, в которой узнал Гермиону. Она вскрикнула от боли, когда он потащил ее назад, через кровать. Змея вновь подняла голову, но Гарри знал, что близится нечто похуже змеи. Может быть, он уже у дверей; голова готова была лопнуть от боли…

Змея метнулась вперед в то самое мгновение, когда Гарри бросился к двери, таща за собой Гермиону. Гермиона крикнула на змею:

— Вспыхни!

Заклятие разнесло в пыль зеркальную створку платяного шкафа и заметалось по комнате, отскакивая от стен и потолка; Гарри опалило тыльную сторону руки. Осколок стекла рассек ему щеку, когда Гарри, волоча за собой Гермиону, прыгнул с кровати на туалетный столик, а оттуда через разбитое окно — в пустоту. Вопль Гермионы зазвенел в ночи, они перекувырнулись в воздухе…

Холод

Сентябрь пролетел незаметно. Рождественский бал с треском провалился — большинство учеников просто его проигнорировало.

* * *

За окнами темно. Фоукс ведет себя тихо, и Снейп тоже сидит молча и неподвижно, а Дамблдор ходит по кабинету и говорит:

— Гарри не должен знать, до самого последнего момента, до тех пор, пока не будет необходимо, а то разве хватит у него сил сделать то, что он должен сделать?

— А что он должен сделать?

— Это наш с Гарри секрет. А теперь слушайте внимательно, Северус. Настанет время — после моей смерти — не спорьте, не перебивайте меня! Настанет время, когда лорд Волан-де-Морт начнет опасаться за жизнь своей змеи.

— Нагайны? — удивленно переспросил Снейп.

— Именно. Настанет время, когда лорд Волан-де-Морт перестанет посылать змею выполнять свои приказы, а станет держать в безопасности рядом с собой, окружив магической защитой. Вот тогда, — я думаю, можно будет сказать Гарри.

— Сказать Гарри что?

Дамблдор набрал в грудь воздуха и закрыл глаза.

— Сказать ему, что в ту ночь, когда Лили поставила между ними свою жизнь, словно щит, Убивающее заклятие отлетело назад, ударив в лорда Волан-де-Морта, и осколок его души, оторвавшись от целого, проскользнул в единственное живое существо, уцелевшее в рушащемся здании. Часть лорда Волан-де-Морта живет в Гарри, и именно она дает мальчику способность говорить со змеями и ту связь с мыслями лорда Волан-де-Морта, которую он сам не понимает. И пока этот осколок души, о котором и сам Волан-де-Морт не догадывается, живет в Гарри, под его защитой, Волан-де-Морт не может умереть.

— Значит, мальчик… мальчик должен умереть? — спросил Снейп очень спокойным голосом.

— И убить его должен сам Волан-де-Морт, Северус. Это самое важное.

Опять настало долгое молчание. Потом Снейп сказал:

— Все эти годы… я думал… что мы оберегаем его ради нее. Ради Лили.

— Мы оберегали его, потому что было очень важно обучить его, вырастить, дать ему испробовать свою силу. — Дамблдор по-прежнему не поднимал плотно сомкнутых век. — Тем временем связь между ними все крепнет, болезненно разрастается. Порой мне кажется, что Гарри сам это подозревает. Если я не ошибся в нем, он устроит все так, что, когда он выйдет навстречу своей смерти, это будет означать настоящий конец Волан-де-Морта.

Дамблдор открыл глаза. Снейп смотрел на него с ужасом:

— Так вы сохраняли ему жизнь, чтобы он мог погибнуть в нужный момент?

— Вас это шокирует, Северус? Сколько людей, мужчин и женщин, погибло на ваших глазах?

— В последнее время — только те, кого я не мог спасти. — Снейп поднялся. — Вы меня использовали.

— То есть?

— Я шпионил ради вас, лгал ради вас, подвергал себя смертельной опасности ради вас. И думал, что делаю все это для того, чтобы сохранить жизнь сыну Лили. А теперь вы говорите мне, что растили его как свинью для убоя…

— Это прямо-таки трогательно, Северус, — серьезно сказал Дамблдор. — Уж не привязались ли вы, в конце концов, к мальчику?

— К мальчику? — выкрикнул Снейп. — Экспекто патронум!

Из кончика его палочки вырвалась серебряная лань, спрыгнула на пол, одним прыжком пересекла кабинет и вылетела в раскрытое окно. Дамблдор смотрел ей вслед. Когда серебряное свечение погасло, он обернулся к Снейпу, и глаза его были полны слез.

— Через столько лет?

— Всегда, — ответил Снейп.

Как бы ни пытался Северус забыть об этом важном поручении, но…но другого способа победить Темного Лорда не существовало.

«Гарри должен пожертвовать своей жизнью» — эта мысль убивала его каждый день.

* * *

— Директор! Они разбили палатку в лесу Дин! Грязнокровка… — торопливо рассказывал Финеас, возвращаясь в портрет.

— Я не желаю слышать это слово!

— В общем, эта Грейнджер назвала местность, когда открывала сумку, я слышал!

— Прекрасно. Очень хорошо! — воскликнул Дамблдор с портрета за директорским креслом. — Теперь берите меч, Северус! Не забывайте, что он дается лишь отважному и в крайней нужде и Гарри не должен знать, что даете его вы! Если Волан-де-Морт прочтет мысли Гарри и увидит, что вы действуете в пользу мальчика…

— Знаю, — коротко сказал Снейп. Он подошел к портрету Дамблдора и потянул за него.

Портрет выдвинулся из стены, открывая тайник. Снейп достал меч Гриффиндора. — И вы по-прежнему не хотите сказать мне, почему Гарри непременно должен получить меч? — спросил Снейп, надевая дорожную мантию.

— Пожалуй, нет, — ответил портрет Дамблдора. — Он сам разберется, что с ним делать. Будьте очень осторожны, Северус, боюсь, они вас могут плохо встретить после истории с Джорджем Уизли…

Снейп обернулся с порога.

— Не беспокойтесь, Дамблдор, — сказал он холодно. — У меня есть план.

План Северуса был прост до невозможности — отправить лань Поттеру и по-быстрому меч положить на дно озера. Снейп провел этого достаточно быстро. Теперь оставалось ждать и наблюдать.

* * *

Вскоре на небольшой поляне появился Гарри Поттер, ведомый патронусом. Когда мальчишка, наконец, заметил меч, Северус в душе возликовал.

— Диффиндо! — произнес Поттер.

Ледяная корка лопнула с треском, похожим на выстрел, куски льда закачались на темной воде.

Гарри шагнул к кромке воды, положил на землю светящуюся палочку Гермионы и, не давая себе времени подумать о том, как ему сейчас будет холодно, прыгнул.

Поттер не показывался несколько томительных минут. Снейп уже был готов сам нырнуть в черную воду, но на поляне появился Рон и вытащил Гарри из воды. К сожалению, разговора он не слышал. Но заметил как из золотого медальона выбралась Тьма…и затем исчезла. Северус трансгрессировал в Хогсмид.

* * *

Мало кто знает, но семья Снейп слушала пиратские волны, отчаявшись получить внятную информацию от центральных волшебных СМИ. Так они нечаянно наткнулись в марте на «Поттеровский дозор».

«Просим прощения за временное отсутствие в эфире. Это было связано с участившимися визитами в наши края очаровательных Пожирателей смерти…»

— Это же Ли Джордан! — воскликнула Селена.

— Оказывается, в моей школе работает подпольная банда бывшего Отряда Дамблдора — произнес Снейп.

«Теперь мы нашли для себя новое укрытие, — говорил Ли, — и я рад представить вам двух постоянных участников нашей передачи. Добрый вечер, ребята!»

«Привет».

«Добрый вечер, Бруно».

«Однако прежде чем мы послушаем Ромула и Равелина, — продолжал Ли, — позвольте на минутку отвлечься, чтобы сообщить о потерях, которые не считают нужным освещать в программе новостей Волшебного радиовещания и в «Ежедневном пророке». К огромному сожалению, мы должны сообщить нашим слушателям о гибели Теда Тонкса и Дирка Крессвелла».

«Также был убит гоблин по имени Кровняк. Предположительно, путешествовавшие вместе с Тонксом, Крессвеллом и Кровняком волшебник из семьи магглов Дин Томас и еще один гоблин спаслись. Если Дин нас сейчас слышит или если у кого-нибудь есть о нем известия, его родители и сестры будут рады любым новостям.

Между тем в Гэддли найдены мертвыми в своем доме семья магглов из пяти человек. По утверждению маггловских властей, причиной смерти стала утечка газа, но члены Ордена Феникса сообщают мне, что истинная причина — Убивающее заклятие. Еще один пример, подтверждающий то, что давно уже стало общеизвестным: убийство магглов стало при новым режиме одним из способов проведения досуга.

И наконец, мы с сожалением сообщаем радиослушателям, что в Годриковой Впадине обнаружены останки Батильды Бэгшот. Судя по их состоянию, Батильда умерла несколько месяцев назад. Орден Феникса сообщает, что на ее теле обнаружены явные признаки применения темной магии.

Дорогие радиослушатели, я приглашаю вас вместе с нами провести минуту молчания в память Теда Тонкса, Дирка Крессвелла, Батильды Бэгшот, Кровняка и неизвестных магглов, убитых Пожирателями смерти».

«Спасибо, — сказал голос Ли Джордана. — А теперь я обращаюсь к нашему постоянному участнику Равелину за последними новостями о том, как новый порядок в волшебном мире отражается на жизни магглов».

«Спасибо, Бруно», — произнес голос, который невозможно было не узнать, — низкий, неторопливый, от него сразу становилось спокойнее на душе.

— Кто это? — спросила миссис Снейп.

— Кингсли, наверное.

«Магглы по-прежнему не подозревают, в чем причина их несчастий. Количество пострадавших не становится меньше, — говорил Кингсли Бруствер. — Однако внушает надежду то, что нередки случаи, когда волшебники и волшебницы, рискуя собственной жизнью, защищают своих друзей-магглов и просто соседей, часто даже без ведома самих магглов. Я хотел бы призвать наших слушателей следовать их примеру. Хотя бы обеспечьте защитными чарами жилища магглов на своей улице. Такие несложные меры могут спасти множество жизней».

«Равелин, а что ты скажешь тем радиослушателям, по мнению которых в наши опасные времена нужно следовать принципу «волшебники — прежде всего»?» — спросил Ли.

«Скажу, что от принципа «волшебники — прежде всего» один шаг до принципа «чистокровные — прежде всего», а там и просто «Пожиратели смерти», — ответил Кингсли. — Все мы люди, верно? Каждая человеческая жизнь бесценна».

«Отлично сказано, Равелин! Если мы все-таки выкарабкаемся из этой заварушки, я буду голосовать за тебя на выборах министра магии. А теперь послушаем Ромула в нашей постоянной рубрике «Друзья Поттера»».

«Спасибо, Бруно», — послышался другой знакомый голос.

— Это Люпин! — воскликнула Селена.

— Я уже понял — раздраженно откликнулся Северус.

«Ромул, ты по-прежнему утверждаешь, как и в каждое свое появление на нашей передаче, что Гарри Поттер до сих пор жив?»

«Да, — твердо ответил Люпин. — Я ни на минуту не сомневаюсь, что о его гибели Пожиратели смерти кричали бы на всех углах. Они не упустили бы такой случай подорвать боевой дух противников нового режима. Мальчик, Который Выжил воплощает все то, за что мы сражаемся: торжество добра, силу чистой души, необходимость продолжать сопротивление».

«Ромул, а что бы ты сказал Гарри, если бы знал, что он сейчас нас слушает?»

«Я сказал бы, что все мы мысленно с ним, — ответил Люпин и добавил после короткого колебания: — И еще я сказал бы ему: всегда следуй своему инстинкту, он почти никогда не ошибается».

«И, как всегда, новости о друзьях Поттера, пострадавших за свои убеждения?» — спросил Люпина Ли Джордан.

«Наши постоянные слушатели уже знают об арестах нескольких наиболее заметных сторонников Гарри Поттера. Среди них — бывший главный редактор журнала «Придира» Ксенофилиус Лавгуд…»

«Также за последние часы стало известно, что Рубеус Хагрид… — Все трое ахнули и чуть не пропустили конец предложения. — …известный многим хогвартский лесничий, едва не был арестован на территории школы, где он, по слухам, организовал вечеринку в поддержку Гарри Поттера. Тем не менее захватить Хагрида не смогли. Насколько нам известно, теперь он в бегах».

«Надо думать, спасаться от Пожирателей смерти намного сподручнее, если у тебя есть сводный братик в шестнадцать футов ростом?» — ввернул Ли.

«Это, безусловно, большое преимущество, — очень серьезно согласился Люпин. — Хотелось бы только добавить, что, хотя все сотрудники «Поттеровского дозора» восхищены отвагой Хагрида, мы настоятельно советуем сторонникам Гарри Поттера воздержаться от подобных мероприятий. Устраивать вечеринки в поддержку Гарри Поттера — не самая разумная линия поведения в настоящий момент».

«В самом деле, Ромул, — согласился Ли Джордан. — Поэтому мы предлагаем вам, дорогие радиослушатели, выражать свою верность парню со шрамом в виде молнии, продолжая слушать нашу передачу! А теперь перейдем к новостям о волшебнике, столь же неуловимом, как и Гарри Поттер. Мы обычно называем его Главным Пожирателем смерти, и сейчас с нами поделится своими взглядами на некоторые безумные слухи по его поводу наш новый корреспондент Грызун!»

«Грызун?!» — послышался еще один знакомый голос.

Тем временем близнец — который бы он ни был — возмущенно произнес:

«Я не желаю быть Грызуном! Я сказал, что буду Рапирой!»

«Ну хорошо, Рапира, ты можешь прокомментировать для нас разнообразные истории, которые рассказывают о Главном Пожирателе смерти?»

«Да, конечно, Бруно, — сказал Фред. — Как известно нашим радиослушателям — если они не прячутся от жизни на дне садового пруда или где-нибудь вроде этого, — Сами-Знаете-Кто предпочитает оставаться в тени и тем успешно создает панику среди населения. Правда, если верить всем слухам о его появлениях, выходит, что по нашей стране разгуливают не меньше девятнадцати штук Сами-Знаете-Кого».

«Это его вполне устраивает, — сказал Кингсли. — Атмосфера тайны наводит куда больший ужас, чем открытые появления».

«Согласен, — ответил Фред. — А потому, народ, давайте-ка немножко поспокойнее. Все и так довольно скверно, ни к чему еще придумывать разные страхи. Например, эта новая идея, якобы Сами-Знаете-Кто умеет убивать взглядом. Дорогие мои, это василиск! Простая проверка: посмотрите, есть ли ноги у существа, которое сверлит вас взглядом. Если есть — можете смело смотреть ему в глаза, хотя, если вы и вправду столкнулись Сами-Знаете-с-Кем, это, возможно, окажется последним, что вы увидите в своей жизни».

«А слухи о том, что его несколько раз видели за границей?» — спросил Ли Джордан.

«Кому не захочется устроить себе небольшой отдых от трудов праведных? — отозвался Фред. — Главное, люди, не поддавайтесь ложному чувству безопасности: он, мол, далеко, и все в порядке. Может, он и далеко, но не надо забывать, что он умеет перемещаться быстрее, чем Северус Снейп от шампуня, так что избегайте ненужного риска. В жизни не думал, что могу сказать такое, и все-таки: безопасность прежде всего!»

— Отличная шутка! — саркастично заметил новый директор. — Вот как найду этих подпольщиков, мало не покажется.

— Эти слова всего лишь шутка. И они говорят о безопасности! — вставила своё слово Селена.

«Спасибо тебе за эти мудрые слова, Рапира, — сказал Ли. — Дорогие радиослушатели, вот и подошел к концу очередной выпуск «Поттеровского дозора». Мы не знаем, когда удастся снова выйти в эфир, но не сомневайтесь — мы обязательно вернемся. Крутите ручки! Пароль следующего выпуска: «Грозный Глаз». Берегите друг друга! Не теряйте веры! Спокойной ночи».

Беспорядок

После Нового года все изменилось. Школа, охваченная тревогой, с нетерпением ждала летних каникул.

Перекрытие всех тайных ходов, запрет на прогулки в Хогсмид, сопровождение учителей от одного кабинета к другому не добавляло радости. Сообщения в «Ежедневном пророке» пестрели достижениями Гарри Поттера. Это же нужно было додуматься — ограбить «Гринготтс»!

* * *

— Что ты сказал? — Голос был высокий и холодный, а внутри бушевали ярость и страх.

Гоблин трясся, не в силах посмотреть в его багровые глаза.

— Повтори! — прошептал Волан-де-Морт. — Повтори!

— М-мой господин, — залепетал гоблин, запинаясь и тараща черные глаза, полные ужаса. — М-мой господин… мы ст-тарались ост-тановить об-обманщиков… они… ог-грабили… сейф… Лестрейнджей…

— Обманщики? Какие обманщики? Я полагал, что в «Гринготтсе» умеют разоблачить любой обман! Кто это был?

— Это были… это были… м-мальчишка П-поттер и двое… двое сообщников…

— И что они взяли? — Голос сделался пронзительным. Его охватил ледяной страх. — Что они взяли?! Говори!

— М-маленькую… золотую ч-чашу… м-мой господин…

Он словно со стороны услышал свой бешеный крик — крик неверия и ярости. Он обезумел от злобы — неправда, не может быть, никто не знал об этом! Как мог мальчишка открыть его тайну?

Бузинная палочка хлестнула воздух. Комнату озарила вспышка зеленого света. Стоявший на коленях гоблин повалился на бок — мертвый. Волшебники в страхе кинулись кто куда. Беллатриса и Люциус Малфой расшвыривали всех, прорываясь к двери. Снова и снова взлетала Бузинная палочка, и те, кто не успел убежать, были убиты, все до одного, за эту ужасную новость, за известие о золотой чаше…

Он метался взад и вперед среди мертвецов. Перед ним проходили видения: его бесценные сокровища, его хранители, якоря, которыми он держался за бессмертие. Дневник уничтожен, чаша украдена. Что, если… Что, если мальчишка знает об остальных? Неужели он знает, неужели он действует, неужели он уже обнаружил другие? Уж не кроется ли за этим Дамблдор? Дамблдор, который всегда его подозревал, который умер по его приказу, чья палочка была теперь его, все-таки дотянулся из забвения — через мальчишку…

Но если бы мальчишка уничтожил один из крестражей, он, лорд Волан-де-Морт, несомненно, узнал бы об этом! Он, величайший среди волшебников, он, самый могущественный из всех, он, убивший Дамблдора и множество других никчемных, безымянных людишек, как он мог не заметить, если его самого, любимого и несравненного, кто-то ранил, изувечил?

Правда, когда погибал дневник, он ничего не почувствовал. Он объяснял это тем, что был тогда лишен тела — меньше чем призрак… Нет, остальные крестражи в безопасности… Их никто не касался…

И все же он должен проверить, должен убедиться… Он пинком отшвырнул с дороги труп гоблина. В его воспаленном мозгу роились образы: озеро, лачуга, Хогвартс…

Ярость его немного поутихла. Откуда мальчишке знать, что он спрятал перстень в лачуге Мраксов? Никто не подозревает о его родстве с ними, он скрыл все следы, никто не связал его с убийствами. Кольцо, безусловно, в безопасности.

А откуда знать мальчишке или кому угодно другому о том, что хранится в пещере? Кто мог бы преодолеть ее защиту? Нелепо даже думать, что медальон могли похитить!

Что касается школы… Только он один знает, где в Хогвартсе спрятан крестраж, ведь только он один сумел проникнуть в самые глубокие тайны замка…

К тому же есть еще Нагайна. Теперь она всегда должна быть при нем. Нельзя больше посылать ее с поручениями, пусть остается под его защитой…

Но для полной уверенности нужно посетить каждый из тайников, удвоить защитные чары… И сделать это он должен один — так же как добывал Бузинную палочку.

Какой из тайников проверить первым? Которому угрожает наибольшая опасность? В нем шевельнулся застарелый страх. Дамблдор знал его второе имя… Дамблдор мог догадаться о его родстве с Мраксами… Их брошенный дом, пожалуй, самое ненадежное убежище. Туда нужно наведаться прежде всего…

Озеро? Нет, невозможно! Впрочем, есть малая доля вероятности, что Дамблдор разнюхал в приюте кое-какие его прошлые грешки.

И наконец, Хогвартс… Но тот крестраж в безопасности, Поттер не может незамеченным появиться в Хогсмиде. А все-таки имеет смысл предупредить Снейпа, что мальчишка может попытаться вновь проникнуть в замок… Разумеется, было бы глупо открыть Снейпу причину. Довериться Беллатрисе и Малфою было серьезной ошибкой. Они глупы и легкомысленны, на них ни в коем случае нельзя было полагаться.

Стало быть, прежде всего он побывает в лачуге Мраксов и Нагайну возьмет с собой. Теперь уж он с ней не расстанется…

Он вышел из комнаты, пересек просторную прихожую и вступил в темный сад, где плескал фонтан. Он позвал на змеином языке, и Нагайна приползла к нему, тенью скользнув по траве…

* * *

— Да что ж это такое? — проговорила Селена, чувствуя приступ тошноты.

— Миссис Снейп, с вам все в порядке? — спросил Невилл, помогая женщине опуститься в кресло. До этого она стоя рассказывала о фотоаппарате, облокачиваясь на стол.

— Занятие окончено. Всем спасибо! — сказала волшебница.

Немногочисленные гриффиндорцы, пуффендуйцы, когтевранцы и слизеринцы покинули кабинет маггловедения. Селена осталась одна. Стараясь не дать тошноте захватить себя как утром, она все-таки направилась в Больничное крыло.

Осмотр мадам Помфри был быстрым и точным.

— Неделя, милая — вынесла вердикт медик.

— Этого не может быть! Я же не… — попыталась возразить миссис Снейп, но её тут же прервали.

— Лучше береги себя и мужу обязательно скажи — посоветовала мадам Помфри.

— В своё время — пообещала Селена.

* * *

Воющие чары в Хогсмиде, наконец, сработали на нужного человека. Поттер однажды вечером объявился в деревушке.

Потом события разворачивались как в фильме на перемотке — Гарри в Хогвартсе, смещение с должности Снейпа…

В данный момент Селена как и все учителя формировала защитный купол над школой. А в её сердце поселилось беспокойство.

— Протего хоррибилис — струя серебристого цвета вырвалась из конца её палочки.

Селена в суматохе проникла в кабинет директора и забрала Распределяющую Шляпу, надеясь, что меч Гриффиндора появится как рассказывал Гарри — в нужный момент.

* * *

Все собрались в Большом зале. Из-за столов раздались испуганные вскрики, школьники в ужасе прижимались друг к другу и затравленно озирались, пытаясь понять, откуда доносится голос.

— Ваши усилия тщетны. Вы не можете противостоять мне. Я не хочу вас убивать. Я с большим уважением отношусь к преподавателям Хогвартса. Я не хочу проливать чистую кровь волшебников.

В Зале царила теперь полная тишина, та тишина, что давит на барабанные перепонки и распирает стены.

— Отдайте мне Гарри Поттера, — сказал голос Волан-де-Морта, — и никто из вас не пострадает. Отдайте мне Гарри Поттера, и я оставлю школу в неприкосновенности. Отдайте мне Гарри Поттера, и вы получите награду. Даю вам на раздумье время до полуночи.

Слизеринцы и большая часть когтевранцев покинула зал. А потом на возвышение поднялся Кингсли.

— До полуночи всего полчаса, поэтому нужно действовать быстро! Преподаватели Хогвартса и Орден Феникса согласовали план битвы. Профессора Флитвик, Стебль и Макгонагалл поведут группы бойцов на три самые высокие башни: Когтеврана, Астрономическую и Гриффиндора — оттуда открывается прекрасный обзор, отличная позиция для применения заклятий. Тем временем Римус, — он указал на Люпина, — Артур, — он махнул в сторону мистера Уизли, сидевшего за столом Гриффиндора, — и я поведем свои группы на территорию вокруг замка. Нам нужны люди, которые организуют оборону проходов в школу…

— Это, похоже, работка для нас, — сказал Фред, показывая на себя и Джорджа, и Кингсли кивнул в знак согласия.

— Прекрасно, все предводители в сборе, давайте разделим наше войско.

Кингсли раздавал указания всем. Селена должна была помогать ему защищать территорию замка, гадая, где находится муж и отец её нерожденного ребенка.

В школе царила полнейшая кутерьма. Поттер носился как угорелый в поисках крестража, связанного с Когтевраном.

* * *

Волан-де-Морт стоял посреди заброшенной, но странно знакомой комнаты с облупившимися обоями и заколоченными окнами. Грохот сражения доносился сюда приглушенно, как бы издалека. В единственном не зашитом досками окне мелькали огненные вспышки со стороны замка, но в самой комнате было темно, ее освещала лишь тусклая масляная лампа.

Он крутил между пальцев волшебную палочку, глядя на нее невидящими глазами. Мыслями он был в замке, в той единственной, тайной комнате, известной лишь ему одному, в укрытии, которое могли обнаружить лишь ум, отвага и изобретательность… Он был уверен, что мальчишка не найдет диадему… хотя выкормыш Дамблдора зашел куда дальше, чем он ожидал… слишком далеко…

— Повелитель! — произнес тоскливый хриплый голос.

Он обернулся: в самом темном углу сидел Люциус Малфой, в лохмотьях, со страшными следами наказания за последний побег мальчишки. Один глаз у него заплыл и не открывался.

— Повелитель! Умоляю… Мой сын…

— Если твой сын погиб, я в этом не виноват, Люциус. Он не явился ко мне с другими слизеринцами. Может быть, он переметнулся к Гарри Поттеру?

— Нет… никогда в жизни… — прошептал Малфой.

— Да, для тебя было бы лучше, если это не так.

— А вы… вы не боитесь, повелитель, что Поттер может погибнуть не от вашей руки? — Голос Малфоя дрожал. — Может быть… простите меня… может быть, стоило бы остановить битву… чтобы вы наведались в замок и отыскали его са…сами?

— Не пытайся обманывать меня, Люциус. Ты хочешь остановить битву, чтобы узнать, что там с твоим сыном. А мне нет нужды искать Поттера. Еще до рассвета он сам явится сюда ко мне.

Волан-де-Морт снова опустил глаза на волшебную палочку, которую вертел в руках. Что-то в ней ему не нравилось. А когда лорду Волан-де-Морту что-то не нравилось, он немедленно принимал меры…

— Пойди, приведи Снейпа.

— Снейпа, п-повелитель?

— «С-с-снейпа, п-п-п-повелитель». Сию же минуту!!! Он мне нужен. Я хочу, чтобы он… кое-что для меня сделал. Иди.

Напуганный Малфой побрел прочь из комнаты, спотыкаясь в полумраке. Волан-де-Морт по-прежнему стоял неподвижно и крутил между пальцев палочку, неотрывно глядя на нее.

— Другого способа нет, Нагайна, — прошептал он, оборачиваясь.

* * *

Кое-как найдя Гарри и его друзей, Селена застыла в непонимании. Такого странного взгляда у Поттера она ещё не видела. Тревога за Северуса троекратно увеличилась.

— Он в Визжащей хижине. Змея с ним. Он окружил ее магической защитой. Он только что послал Люциуса Малфоя за Снейпом — произнес Гарри.

— Кто в Визжащей хижине, Поттер? — спросила Селена дрогнувшим голосом.

— Волан-де-Морт — ответил Рон.

— Быстрее! — воскликнула волшебница, увидев непонимание ребят — Северус должен передать вам важные сведения! Быстрее! Я помогу убить змею.

— Но как? — спросила Гермиона.

— Истинный гриффиндорец вытащит меч из Шляпы. Скорее, у нас мало времени! — выпалила Селена на одном дыхании.

* * *

Бежать во время битвы оказалось немного сложнее, чем предполагалось. Однако они все-таки добрались до Визжащей хижины. Ученики укрылись под мантией, а Селена за стеной. Её сон, к сожалению, сбывался.

* * *

В комнате было полутемно, но Гарри сразу увидел Нагайну, свернувшуюся кольцами в сверкающем волшебном шаре, парящем в воздухе без всякой поддержки. Еще ему был виден угол стола и бледная рука с длинными пальцами, поигрывающая волшебной палочкой. Тут раздался голос Снейпа, и Гарри вздрогнул: Снейп стоял в шаге от ящика, за которым он притаился. Селена притаилась рядом.

— Повелитель, их сопротивление сломлено…

— Без твоей помощи, — отозвался Волан-де-Морт высоким, ясным голосом. — Ты, Северус, искусный волшебник, но не думаю, что сейчас ты нам особо нужен… Мы почти у цели… почти.

— Позвольте, я найду вам мальчишку. Позвольте мне доставить вам Гарри Поттера. Я знаю, как его найти. Прошу вас.

Снейп прошел мимо щели, и Гарри слегка отпрянул, не спуская глаз с Нагайны. Он спрашивал себя, какими чарами можно разбить сверкающую защитную сферу, но не мог ничего придумать. Одна неудачная попытка — и все пропало…

Волан-де-Морт встал. Теперь Гарри видно было его плоское змеиное лицо, красные глаза, бледность, матово светившуюся в полумраке.

— Я в затруднении, Северус, — мягко сказал Волан-де-Морт.

— В чем дело, повелитель? — откликнулся Снейп.

Волан-де-Морт поднял Бузинную палочку изящным отточенным движением дирижера.

— Почему она не слушается меня, Северус?

В тишине Гарри послышался тихий шип змеи, свивавшей и развивавшей кольца. А может быть, это медленно угасал в воздухе свистящий вздох Волан-де-Морта?

— По…повелитель? — недоуменно спросил Снейп. — Я не понимаю. Вы совершали этой палочкой непревзойденные чудеса волшебства.

— Нет, — ответил Волан-де-Морт. — Я совершал этой палочкой обычное для меня волшебство. Я — непревзойденный волшебник, но эта палочка… нет. Она не оправдала моих ожиданий. Я не заметил никакой разницы между этой палочкой и той, что я приобрел у Олливандера много лет назад.

Темный Лорд говорил задумчиво и спокойно, но Гарри ощутил горячую пульсацию в шраме. Голова начала болеть, и он почувствовал, как подымается сдерживаемая ярость в душе Волан-де-Морта.

— Никакой разницы, — повторил Волан-де-Морт.

Снейп молчал. Гарри не видно было его лица. Наверное, он чует опасность, подыскивает нужные слова, надеется успокоить своего хозяина.

Волан-де-Морт зашагал по комнате. На несколько секунд Гарри потерял его из виду и слышал только тот же размеренный голос. Однако внутри Гарри ощущал боль и ярость.

— Я думал долго и напряженно, Северус… Ты знаешь, почему я отозвал тебя из битвы?

На мгновение перед Гарри мелькнул профиль Снейпа: тот неподвижно смотрел на змею в заколдованном шаре.

— Нет, повелитель, не знаю, но умоляю вас: позвольте мне туда вернуться. Позвольте мне отыскать Поттера.

— Ты говоришь совсем как Люциус. Вы оба не понимаете Поттера — в отличие от меня. Его не нужно искать. Поттер сам придет ко мне. Я знаю его слабость, его, так сказать, врожденный дефект. Он не сможет смотреть, как другие сражаются и гибнут, зная, что все это из-за него. Он захочет прекратить это любой ценой. Он придет.

— Но, повелитель, его может случайно убить кто-нибудь другой…

— Я дал Пожирателям смерти совершенно ясные указания. Схватить Поттера. Убивать его друзей — чем больше, тем лучше, — но только не его самого. Однако я хотел поговорить о тебе, Северус, а не о Гарри Поттере. Ты был мне очень полезен. Очень…

— Повелитель знает, что услужить ему — мое единственное стремление. Но позвольте мне пойти и отыскать мальчишку, повелитель. Я уверен, что сумею…

— Я уже сказал: нет! — Гарри увидел красный отблеск в глазах Волан-де-Морта, когда тот обернулся. Мантия Темного Лорда шуршала, как подползающая змея, а его раздражение отзывалось жжением в шраме Гарри. — Сейчас меня волнует другое, Северус: что произойдет, когда я наконец встречусь с мальчишкой?

— Но какие тут могут быть вопросы, повелитель, ведь вы…

— Тут есть вопрос, Северус. Есть.

Волан-де-Морт остановился, и Гарри снова видел его целиком. Темный Лорд поигрывал Бузинной палочкой в белых пальцах, неотрывно глядя на Снейпа.

— Почему обе палочки, которые у меня были, отказались служить, когда я направил их на Гарри Поттера?

— Я… я не знаю ответа на этот вопрос, повелитель.

— Правда?

Ярость Волан-де-Морта пылающим гвоздем вонзилась в мозг Гарри. Он вцепился зубами в свой кулак, чтобы не закричать от боли. Гарри закрыл глаза, и вдруг стал Волан-де-Мортом, глядящим в бледное лицо Снейпа.

— Моя тисовая палочка, Северус, исполняла все мои приказы, кроме одного, — убить Гарри Поттера. Она дважды не смогла этого сделать. Олливандер под пыткой рассказал мне об одинаковой сердцевине, сказал, чтобы я взял другую палочку. Я так и сделал, но палочка Люциуса раскололась при встрече с Гарри Поттером.

— Я… я не знаю, как объяснить это, повелитель.

Снейп не смотрел на Волан-де-Морта. Его темные глаза были по-прежнему прикованы к змее, свернувшейся в магическом шаре.

— Я нашел третью палочку, Северус. Бузинную палочку, Смертоносную палочку, Жезл Смерти. Я забрал ее у прежнего хозяина. Я забрал ее из гробницы Альбуса Дамблдора.

Теперь Снейп смотрел в глаза Волан-де-Морту, а лицо его застыло, как посмертная маска. Оно было мраморно-белым и таким неподвижным, что Гарри вздрогнул, услышав звук его голоса: казалось невероятным, что за этими невидящими глазами теплится жизнь.

— Повелитель, позвольте мне привести мальчишку…

— Я просидел здесь всю эту долгую ночь перед самой победой, — почти шепотом произнес Волан-де-Морт, — неотрывно думая о том, почему Бузинная палочка отказывается выполнять то, для чего она предназначена, отказывается сделать то, что она должна, по легенде, сделать для своего законного владельца… и мне кажется, я нашел ответ.

Снейп молчал.

— Может быть, ты уже догадался? Ты ведь вообще-то умный человек, Северус. Ты был мне хорошим и верным слугой, и я сожалею о том, что сейчас произойдет.

— Повелитель…

— Бузинная палочка не повинуется мне по-настоящему, Северус, потому что я не законный ее владелец. Бузинная палочка принадлежит тому волшебнику, который убил ее предыдущего хозяина. Ты убил Альбуса Дамблдора. Пока ты жив, Бузинная палочка не может по-настоящему принадлежать мне.

— Повелитель! — воскликнул Снейп, подымая свою палочку.

— Иначе быть не может, — сказал Волан-де-Морт. — Я должен получить власть над этой палочкой, Северус. Власть над палочкой — а значит, и власть над Гарри Поттером.

— Иди сюда, тварь! — выходя из укрытия, произнесла Селена.

— Я? — насмешливо спросил Темный Лорд.

— Нет, эта змея чертова! — воскликнула бесстрашная волшебница. Инстинкт самосохранения отключило, — Северус, черт, сражайся!

Мгновение…и магическая сфера разрушена. Волан-де-Морт отвлекся на противника, перестав защищать свою змею. Теперь Нагайна надвигалась на Селену и Гарри, а Снейп сражался со своим «хозяином».

— Поттер, давай! — закричала девушка.

Гарри достал меч Гриффиндора и ударил змею до того как она успела напасть. Темный Лорд трансгрессировал прочь, почувствовав свою слабость. Правда, он спрятался в Запретном лесу. Но сейчас Селене было важнее состояние Северуса.

* * *

— Как ты узнала, что я здесь? — спросил Снейп.

— Это Гарри помог, — ответила Селена, — не бери в голову.

— Все-таки ты — сама бесстрашная, — Селена улыбнулась, — и глупая девушка, которую я когда-либо видел.

— Я тебе жизнь спасла! — не преминула напомнить миссис Снейп.

— У тебя же была причина, — протянул Северус, — наверное.

— Я не могла позволить отцу моего ребенка умереть!

* * *

Все закончилось благополучно. Гарри пожертвовал собой и пришел на заклание Волан-де-Морту.

В Хогвартсе теперь хоронили и лечили раненых. Мадам Помфри, Селена и Гермиона работали, не покладая рук, чтобы обработать многочисленные раны.

Погибших было достаточно — Колин Криви, Люпин и Тонкс. Сириус Блэк, который помогал Селене и ребятам пробраться сквозь битву и защитивший их от смертельного заклинания, посланного Пожирателем.

Ещё один траур накрыл школу с головой. Теперь нужно было время на восстановление. Все-таки древнее здание значительно пострадало во время сражения. Но похороны и разрушение — это ничего по сравнению с тем победным кличем, который носился над всей школой.

Целый год «Хогвартс» не принимал новых учеников. Но вскоре алый поезд привез первокурсников, которые оценили ещё более величественные и красивые башни, чем прежде.

Теперь Минерва Макгонагалл стала директором. Селена же стала её заместителем. И на ней лежала важнейшая миссия — Распределение. А Северус так и остался преподавателем… Защиты от Темных искусств.

Эпилог

Два года спустя.

— Мама, папа, к нам прилетела сова с письмом! — закричал Адам, на всех порах влетая в спальню родителей.

— Тише, милый. Аббигейл только уснула, — прошептала Селена.

— Прости — виновато прошептал мальчик — Это же письмо из Хогвартса, да? — он потряс конвертом.

— Давай посмотрим — произнес Северус, отвлекаясь от рассматривания дочери.

Мистеру Адама Беккеру. Графство Норфолк, Коукворт, Паучий тупик, дом 7.

ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС».

Директор: Минерва Макгонагалл.

Дорогой мистер Беккер! Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс». Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов. Занятия начинаются 1 сентября. Ждем вашу сову не позднее 31 июля.

Искренне Ваша, Селена Снейп, заместитель директора!

— Я еду в Хогвартс? — спросил Адам, когда Селена прочла письмо и вернула его сыну.

— Да.

— Но у меня нет совы! — вдруг запаниковал мальчик.

— Ничего, купим на Косой аллее, — произнес Северус, обнимая счастливого школьника.

— А это где?

— Скоро увидишь, — пообещал мистер Снейп.

— Тише вы! — зашипела на них Селена, — Аби спит.

— А как поживает наше маленькое чудо? — поинтересовался Северус, касаясь живота жены.

— Сев, он же ещё маленький!

— Ничего. Я его уже люблю.

Примечания

1

Диссендиум — заклинание, которое открывает объекты.

2

Левикорпус — заклинание, подвешивающее человека вниз головой за лодыжку.

3

Либеракорпус — контр-заклинание Левикоркорпуса.

4

Pink Floyd — британская рок-группа.

5

Альбом A momentary lapse of reason, который упоминается в главе, выпущен в 1987 году.

6

Ощущальное зелье — выдуманное автором зелье. Действие зелья основано на ощущальном кинотеатре, который упоминается в книге Хаскли “О дивный новый мир”.

7

Все книги, что покупал Северус — изданы до 1991 года.

8

“Заводной апельсин” — роман Энтони Бёрджесса о жизни подростков.

9

В главе использован перевод песни Quizás, quizás, quizás Освальда Фарреса, написанная в 1947 году.

10

Мортус Сонмо — заклинание, которое погружает человека в состояние комы. Придумано автором фанфика.

11

Стихотворение Федерико Гарсиа Лорки “Потемки моей души”.

12

Гранада — город в Испании в автономном сообществе Андалусия. Песня, чтобы почувствовать дух Андалусии — http://es.lyrsense.com/david_bisbal/al_andalus.

13

Ахобланко — густой пюреобразный суп с большим добавлением хлеба.

14

Тортилья — жареный с добавлением лука картофель, залитый яйцом.

15

Heroes Del Silencio — испанская рок-группа из Сарагосы. Была популярна в 90-х в Испании и других странах. Альбом Senda '91 был выпущен в 1991 году.

16

Намек на “Властелина колец” Толкиена.

17

“Маг” Фаулза — роман, выпущенный в 1965 году английским писателем. В русском варианте называется “Волхв”.

18

Намек на бразильский футбольный клуб “Сантос”.

19

¡Diablos! — черт побери.

20

Buleria или Bulerias (булерия) — высокоскоростная форма песни и танца фламенко, которая произошла из Хереса-де-ла-Фронтеры на Юге Испании. Bulerias обеспечивает огромные возможности для импровизации со стороны танцовщиков, певцов и гитаристов, будучи очень гибким в ритме и открытый для внезапных взрывов спонтанности и мелодичных изменений. Bulerias является диким, взбешенным и живым, в то время все еще содержащим в своей основе печаль и горе, которые почти всегда присутствует в любой форме фламенко.

Булерия, вдохновившая автора на написание главы — David Bisbal Buleria. https://www.youtube.com/watch?v=vUqYEh5gJ_c

21

Пожиратели Смерти — происхождение этого названия напрямую связано со словом бифитер (англ. Beefeater) — дословно «едок (поедатель) говядины». Так называют стражей лондонского Тауэра, и первая ассоциация английского (шире — англоязычного) читателя связана не с процессом питания, а с некой высокопоставленной гвардией, приближенной к монарху. Роулинг, разумеется, использовала оба подтекста: и «гвардейский» и то, что для Death Eaters смерть является пищей, источником энергии, силы (по материалам Википедии).

22

В главе использовано стихотворение Эдагара Аллана По “Ворон” в переводе Мережковского.

23

В главе использован авторский перевод песни Heroes Del Silencio Nuestros Nombres.

24

Аполинар — разрушитель. Редко встречаю фанфики о родителях Снейпа поэтому решила показать. В главе были использованы данные из статьи по семейной психологии.

Content

Джули Айгелено
ПРИВЕТ ИЗ ПРОШЛОГО

Ходячий ужас

Прошлое и настоящее

Неожиданности

Миссия “Спасти Гарри Поттера”

Квиддич и новые открытия

Вечер у Малфоев

История Снейпа

День Святого Валентина

Кот в мешке

Однажды летом

Ураган

Мастер-класс Локонса и странный дневник

Потемки моей души

Калейдоскоп

Дуэль

Мама

Сумбур

Испания

Начало учебного года

Боггарт

Рассуждения о…

Вторжение и новый этап

Покорение вершины

Булерия

Шоу должно продолжаться

Трудности совместного быта

В вихре событий

Звено

Путешествие окончено

Воспоминания

Дай мне силы

Тучи сгущаются

Исполнение желаний

Принц-полукровка и новые тайны

Проблемы и их решение

Сектумсемпра или кому-то не поздоровиться

Наизнанку

Теория выбора

Непростой разговор

Распоряжения нового директора

Прошлое стучится в дверь

Решения

Холод

Беспорядок

Эпилог

Примечания