Coeur Al'Aran

ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА В БИКОНЕ

Первая глава – Начало войны

Глава 1

Первая глава – Начало войны

Всем, кому это может быть интересно…

Когда мы пытаемся вспомнить те дни, то сталкиваемся с определенными трудностями – своеобразным провалом. Картина событий оказывается неполной, а ощущения – смутными и какими-то размытыми. Остается лишь констатировать список того, что было принесено в жертву – или оказалось достигнуто. Я тоже там был, как и все прочие студенты Бикона. Каждый из нас видел лишь свой маленький фрагмент общей картины – обрывок, если можно так выразиться.

С тех времен до нас дошло очень мало записей, и еще меньше людей пожелали бы сейчас поведать нам о случившемся. Да и существовавшие рассказы, как это часто бывало, пестрели различными искажениями и преувеличениями – причем куда большими, чем это вообще было допустимо. Так что моя задача – которую я возложил на себя сам – состояла именно в том, чтобы просеять все возможные источники информации и воссоздать подлинную историю тех событий. Разумеется, это оказалось весьма амбициозным начинанием, но я чувствовал, что в моих силах было его закончить. Увы, трудности, с которыми я столкнулся, превзошли все мои ожидания.

По крайней мере, так было до тех пор, пока мой друг и товарищ по команде не узнал об этом моем занятии. Похоже, что даже в те ужасные часы, когда грозившая нам опасность лишала сна, он продолжал записывать свои мысли по поводу происходивших вокруг событий в своего рода дневник. И пусть эти записи оказались беспорядочны, обрывочны и иногда настолько сосредоточены на всяческих малозначительных деталях, что это начинало пугать даже меня, но они всё же остаются наиболее правдивой и достоверной информацией о тех темных временах, что я когда-либо встречал в своей жизни.

Впрочем, именно такими они и должны были оказаться. В конце концов, их создатель сам являлся непосредственным участником тех событий. И из всех людей, кто в эпоху лишений сражался за наше будущее, именно его история больше всего заслуживает того, чтобы о ней узнали.

Итак, это повесть о Жоне Арке – простом человеке, который очень многого достиг. Но вовсе не потому, что таковым было его желание, и не по причине чрезмерно больших амбиций, а лишь из-за суровой необходимости.

Хотя, наверное, я забегаю слишком далеко вперед. То, что вы сейчас видите перед собой, является моей попыткой привнести некоторый порядок в разрозненные заметки моего друга. Поскольку записи Жона целиком и полностью сосредоточены именно на том, что в те дни видел он сам, то я взял на себя смелость немного разбавить их в нужных местах информацией из других доверенных источников. Кроме того, я добавил свои собственные примечания там, где заметки Жона пропускали какие-либо важные детали или же просто не позволяли увидеть всю картину целиком. Вы легко сумеете опознать мои вставки по тому, что они написаны совсем другим почерком. К тому же я решил слегка подправить и привести в должный вид сам текст. Уверен, что мы с вами вполне сможем обойтись и без постоянных восхвалений красоты Вайсс Шни. Должен заметить, что я сам вряд ли выдержу еще одного сердечка вокруг их с Жоном имен.

Впрочем, я немного отвлекся…

Содержимое этих записей, безо всякого сомнения, многих из вас шокирует. Среди мужчин бродит немало различных легенд и сказаний, но мы с вами должны помнить о том, что все люди могут ошибаться и вообще подвержены довольно сильному влиянию всяческих эмоций. Как говорится, храбрость – это вовсе не отсутствие страха, но лишь способность его преодолеть.

Я представляю вашему вниманию рассказ о Жоне Арке – простом человеке, попавшем в весьма непростые условия. Я представляю вам повествование о ходе Гражданской войны в Биконе.

За авторством Лая Рена,

летописца и верного соратника

Война приходит без предупреждения и без жалости.

Я надеюсь, что ты никогда не встретишься с ней лицом к лицу,

но на тот случай, если это всё же произойдет, я дам один совет.

Тебе нужно лишь немного уверенности в себе и-… Так, подожди.

Мне показалось, что меня позвала твоя мама.

(Николас Арк)

Живя хоть сколько-нибудь длительное время в Биконе, следует научиться одной очень важной вещи – никогда не расслабляться. Неважно, где ты находишься: в классе, в аудитории или даже в туалете. Как только ты перестанешь ожидать неприятностей, они тут же обязательно произойдут. В этом смысле столовая ничем не отличалась от любого другого места, так что мы с Реном вошли в нее с определенной долей опаски. Похоже, Боги впервые за весьма большой промежуток времени оказались к нам благосклонны, потому что нас не встретила ни драка едой, ни какое-либо иное безумие, что регулярно охватывало наши команды. Всё выглядело подозрительно мирно, и даже Нора спокойно общалась с Пиррой.

Наверное, мы должны были сразу же насторожиться.

Но то ли в этот день что-то нас отвлекло, то ли голод одержал верх над здравым смыслом, а может быть, мы сами неосторожно позволили себе погрузиться в неторопливое течение этого отличного утра и слишком уж сильно расслабились, не встречая к этому каких-либо препятствий. Стоит сказать, что двум парням в компании целых шести девушек подобные моменты покоя выпадали не так уж и часто.

(Правдивость этого высказывания я могу засвидетельствовать лично. Кроме того, особенность наших с Жоном отношений как раз и заключается в полном отсутствии этих самых особых отношений. В подобных нашей командах редко можно обнаружить того, кто не питал бы к тебе абсолютно никаких скрытых чувств, что лишь увеличивает мою радость от наличия у меня такого друга).

Но как бы там ни было, мы привычно сели за стол рядом со своей командой и не менее привычно поприветствовали членов команды RWBY. Те являлись нашими друзьями и практически сестрами, а заодно одними из лучших студентов первого курса. И еще мы довольно часто проводили время вместе с ними.

Наша собственная команда, разумеется, им ничуть не уступала, вот только моей личной заслуги в этом не имелось. Рен с Норой были отличными бойцами, но от прозябания в рядах серой массы нас всех – и меня в особенности – спасала именно Пирра. У нас даже имелась кое-какая репутация, хотя в моем случае она и была абсолютно незаслуженной.

– Доброе утро, Жон, – поприветствовала меня Руби Роуз – чрезвычайно милая и весьма эмоциональная девочка – умудрившись поспособствовать моему окончательному пробуждению. Подобный эффект она оказывала на меня далеко не в первый раз, и мне бы очень хотелось, чтобы мой будильник тоже обладал столь полезным качеством. По крайней мере, это оказалось бы гораздо менее болезненно, чем побудка в исполнении Норы Валькирии – то есть крики и запрыгивание сверху.

Я кивнул своей самой первой подруге.

– Доброе утро, Руби, Блейк, Янг, – натянув на лицо самую очаровательную улыбку, на которую только был способен, я постарался в очередной раз не облажаться, – Снежный Ангел.

Разумеется, я облажался.

К тому времени мне и самому было непонятно, почему я вообще продолжал ее так называть. Мне давным-давно оказалось известно, что она просто ненавидела это свое прозвище – не так уж я был и невнимателен. Но почему-то именно эти слова срывались с моего языка еще до того, как я успевал его прикусить. Прекраснейшая Вайсс Шни скривилась, словно вкусила смеси из желчи с лимонным соком, что являлось первым признаком неправильности избранного мной пути. Ну, а заодно и опасности получить удар рапирой в горло.

По крайней мере, здесь всё оставалось вполне привычно. Я немного смущенно рассмеялся, решив поискать поддержки в лице Янг. Та ухмыльнулась в ответ, но ее явно больше интересовала намечавшаяся сцена жестокого убийства, чем открывшаяся возможность выступить в мою защиту. Апеллировать к Блейк мне даже не пришло в голову, поскольку та уже полностью погрузилась в чтение какой-то очередной книги, и, как мне было прекрасно известно, никогда не испытывала особого желания со мной общаться. Будь на ее месте кто-нибудь другой, и я принял бы это за проявление ненависти, но Блейк была совсем не такой. В ее случае подобное поведение являлось лишь чертой характера и не значило абсолютно ничего.

– С добрым утром, Жон, – улыбнувшись, произнесла Пирра – моя напарница – что было довольно странно, поскольку мы совсем недавно проснулись в одной комнате и уже успели поприветствовать друг друга. Если хорошенько подумать, то и расстались-то мы с ней максимум пятнадцать минут назад.

– Эм, и тебе доброго утра, – отозвался я. – Еще раз…

Янг с Руби хихикнули. Они всегда так делали, особенно когда Пирра начинала по какой-то загадочной причине стесняться и отводить от меня свой взгляд. Пару раз я пытался спросить у Руби, в чем именно тут было дело, но она лишь сцепляла руки за спиной, улыбалась и отвечала мне, что ничего не могла об этом сказать.

Остальные мои друзья? Они тоже по какой-то совершенно непонятной причине предпочитали хранить молчание.

(Потому что нам действительно не стоило тебе этого говорить, Жон…)

Впрочем, в тот момент всё это не имело особого значения. Во время завтрака и в свете предстоявших нам уроков у меня всё равно не было возможности взяться за разгадку тайны моей напарницы. Поэтому я поспешил подобрать со стола нож с вилкой и приступить к яичнице с тостами, что в тот момент лежала на тарелке передо мной. Пусть это блюдо и нельзя было назвать здоровым питанием, особенно учитывая несколько ломтиков бекона, но именно так я и любил начинать свое утро. Стоит заметить, что сообщение директора Озпина через систему громкой связи стало довольно неприятным дополнением к моему завтраку и вторым признаком того, что этот день вскоре станет для нас значительно хуже.

– Приветствую всех студентов Бикона и гостей нашей Академии, – начал Озпин. – Хотя мне и не хотелось бы прерывать ваши утренние занятия, но у меня есть для вас очень важная информация, которую вам стоит внимательно выслушать. Приближается Фестиваль Вайтела – то самое событие, которое даст вам шанс проверить свои силы, обрести желаемую многими славу или же просто познакомиться с другими людьми. И хотя этот праздник пропитан духом соперничества, но всё же имеет немалое политическое значение для всего Ремнанта. Не только в смысле продвижения идей мира и сотрудничества между нашими странами, но и в качестве возможности продемонстрировать полученные в Биконе знания и навыки. В будущем Вейл станет полагаться именно на наших студентов в деле защиты города от Гриммов… и именно на ваши плечи ляжет эта весьма непростая задача. Пусть еще не все это понимают, но вы уже несете немалую ответственность.

Его речь была довольно красочной, но думаю, вы простите меня за то, что я слушал ее лишь вполуха. Когда дело касалось предстоявшего нам турнира, то я как-то не считал, что мое в нем участие могло что-либо изменить. Скорее всего, я был способен выступить на нем лишь в качестве прикрытия для Пирры на первом этапе, позволив ей затем идти дальше к своей очередной победе под номером семьсот какая-то там. Пусть кто-то и назовет это пассивной позицией, но соревнования никогда меня особо и не интересовали. Наверное, просто потому, что у меня как-то не имелось возможности в них побеждать.

– И помня о грядущем Фестивале Вайтела, мы с другими вашими преподавателям придумали для вас новый и весьма интересный обучающий сценарий, – тем временем продолжил Озпин. – Участие в нем обязательно для всех, поскольку полученные навыки вполне могут в будущем спасти вам жизнь. Более того, уроки на этот период будут отменены, а выполнение домашних заданий – отложено до его окончания.

Вот теперь его речь действительно привлекла к себе мое внимание. И обрадовался из находившихся в столовой студентов далеко не я один, поэтому мой голос моментально утонул в реве, наибольший вклад в который вносили, разумеется, именно Янг с Норой. Впрочем, какая-то небольшая часть меня совсем не спешила разделять общей радости. Проявлялась она сначала просто покалыванием в ноге. Это ощущение какой-то неправильности заставило меня несколько раз нервно притопнуть. Вскоре я всё же сумел отбросить его в сторону, но не так уж и много времени оставалось до того момента, когда я сильно пожалею о том, что пропустил еще и этот знак.

(Эти сожаления я с ним полностью разделяю. Способность ощущать грядущие неприятности не раз сослужила Жону добрую службу, хотя мне бы и хотелось, чтобы он обнаружил ее минут на пятнадцать пораньше).

– С этого дня все полеты из Бикона запрещаются. Разумеется, кроме тех, что нужны для пополнения наших запасов. Зоной проведения тренировки считается территория всей школы вплоть до Изумрудного леса, обрыва и посадочных площадок Буллхедов. Любая попытка покинуть обозначенный участок приведет к вашему принудительному возвращению обратно в Бикон и наказанию сроком до самого окончания этой тренировки, а может быть, и еще дольше.

Эта информация заставила студентов начать перешептываться. Итак, бежать уже было некуда. Но это-то как раз оказалось вполне понятно. Заставлял нервничать совсем другой вопрос – что это вообще была за тренировка, от которой им, по мнению их преподавателей, захотелось бы убежать?

(Если бы мы в тот момент знали на него ответ, то наверняка всё же попытались бы это сделать).

– Все студенты окажутся разделены на две команды, – продолжил Озпин. – Пожалуй, назовем этот сценарий “Военными играми”. Его правила будут отправлены на ваши свитки, но основные моменты я изложу прямо сейчас. Итак, весь Бикон окажется поделен на несколько зон с ключевыми точками. Та команда, что будет контролировать большую часть этих самых точек по истечению семи дней, и выиграет в нашей игре. Должен отметить, что победители автоматически получат зачет по боевой подготовке, а также им будет выплачена стипендия в размере двух с половиной тысяч льен каждому. Эти деньги могут быть потрачены на обустройство ваших комнат.

Мы с Реном переглянулись. Мне вполне хватило бы и одного зачета, но ведь там были еще и льены! Это казалось просто невероятным! Целых десять тысяч на обустройство нашей комнаты! Этого хватит на то, чтобы наконец поменять душ. Пожалуй, еще и останется на более удобные кровати – или всё же взять диван? – и какую-нибудь игровую приставку. И так думал далеко не я один – неподалеку команда RWBY принялась бурно обсуждать, что именно им нужно будет сделать с таким призом.

Если мы с ними окажемся на одной стороне, то всё решится очень и очень быстро. Я скрестил пальцы под столом, улыбнувшись нашему секретному оружию – Пирре. Она тоже мне улыбнулась, а в ее взгляде явно читалась уверенность в собственных силах. Ну, с ее-то Проявлением, не говоря уже о навыках и способностях, я тоже не испытывал каких-либо сомнений в нашей победе. Пирра вполне могла вбивать в пол целые команды, чем периодически и занималась. А если учесть еще и наличие у нас Норы, то конечный исход всего этого мероприятия оказывался полностью предопределен. Я мысленно потирал руки, в своих мечтах уже тратя полученный приз.

– Мисс Гудвитч попросила меня напомнить вам о том, что уровень насилия должен быть ограничен тем, который установлен для поединков в ее классе, и никак его не превышать. Лазарет останется открыт для обеих команд, но мисс Тсуне заверила меня, что с радостью разберется с любым, кто попытается начать выяснять свои отношения на ее территории. Для команды, которая решит нарушить эти правила, тоже наступят… некоторые неприятные последствия. Кое-какие из них будут перечислены в переданных вам данных, но всё остальное лучше оставить во власти вашего воображения и, разумеется, воображения мисс Гудвитч. Все прочие мелочи насчет целей, правил и условий победы вы сможете найти на ваших свитках. Могу лишь пожелать вам удачи в этой нелегкой борьбе, за которую полагаются немалые призы. И даже те, кто потерпят в ней поражение, всё же получат весьма ценный опыт, способный в дальнейшем спасти их жизни.

Некоторое время Озпин молчал.

– У нас было немало споров о том, как именно лучше всего будет сбалансировать обе команды, но в конце концов, мы все-таки пришли к более-менее устраивающему всех варианту. Кроме того, так окажется гораздо проще распознавать союзников и противников, а у переведенных сюда студентов появится возможность получше познакомиться с теми, кто изначально учился в Биконе.

Мы все с нетерпением ожидали продолжения. Я не знал, зачем Озпину потребовалось объяснять всё это, но чем быстрее нам скажут, в какой команде мы станем сражаться, тем будет лучше. Если нашими противниками вдруг окажутся члены команды RWBY, то нам следовало нападать на них первыми. Я нервно сглотнул, оглядывая столовую и ощущая царившее в ней всеобщее напряжение. Пришлось даже напомнить себе, что на моей стороне находились Пирра с Норой. Что вообще могло пойти не так?

– Итак, команда мальчиков будет сражаться с командой девочек, – наконец объявил Озпин.

Что?..

– И да, Военные игры начинаются прямо сейчас.

ЧТО?!

На какое-то время в столовой повисла неестественная тишина, и вспоминая сейчас тот момент, я вполне могу назвать его затишьем перед бурей. Хотелось бы мне сказать, что это выглядело очень символично, но в действительности мы все просто сидели, ошарашенные сообщенной нам Озпином новостью. Впрочем, самые опытные и дальновидные из студентов уже начали действовать. Например, Сан Вуконг выпрыгнул в окно и бросился бежать, спасая свою жизнь.

Еще через секунду столовая превратилась в самый настоящий ад.

Я по-прежнему находился в ступоре, когда Рен с поразительной быстротой опрокинул наш стол и пнул его ногой в сторону величайшей опасности этого места. Я успел заметить лишь круглые глаза Пирры, когда вскочившая на ноги Янг одним ударом кулака превратила внезапно оказавшееся перед ней препятствие в облако щепок и опилок.

Впрочем, это всё равно дало мне достаточно времени на то, чтобы взять себя в руки. А потом мы с Реном сделали то единственное, что нам оставалось.

Бросились бежать.

– Не оглядывайся! – выдохнул Рен, пригнувшись и пропустив над собой пролетевшую мимо тарелку. – Что бы ни происходило, Жон, ни в коем случае не оглядывайся назад!

– Думаешь, что они гонятся за нами?

– О, Ренни! – воскликнула Нора. Вот только за этим последовало несколько болезненных и – что в данном случае было гораздо важнее – мужских воплей.

– Думаю, что именно так всё и есть, – ответил мне Рен.

До того дня я и не подозревал, что он был способен сохранять спокойствие даже в подобной ситуации. У меня самого возникло такое чувство, что за нами гнался целый Голиаф. Наверное, так проявлялся его невероятный самоконтроль, результат невообразимых духовных практик или, может быть, просто привычка к безумию Норы.

(Определенно, последнее…)

Вокруг нас бушевала яростная битва. Озпин просто не мог выбрать момента лучше, чем во время еды, чтобы устроить настолько масштабное побоище. Единственным, что хоть как-то удерживало студентов от серьезного кровопролития, являлся тот факт, что у большинства из них просто не оказалось с собой оружия. Но это вовсе не означало, что его ничем нельзя было заменить, появись у них подобное желание. Я лично наблюдал за тем, как один парень размахивал стулом, словно это была дубинка, в то время как другой набросился на девушку из своей команды с куском хлеба и ложкой в обеих руках. Впрочем, ложка оказалась перехвачена зубьями вилки и отброшена прочь, а двое противников принялись покатились по полу, борясь за эту самую вилку.

Проще говоря, вокруг воцарилось настоящее безумие!

И хуже того – оно уже явно подбиралось и к нам. Мы с Реном бросились к выходу из столовой вместе с некоторыми другими студентами, но путь на свободу нам преградило кошмарное воплощение чистейшего зла.

– Не сегодня, мальчики, – произнесла Коко Адель, держа в руках свою сумочку. – Мамочке нужен шкаф повместительней, и его оплатит Озпин!

– Подожди, – прошептал Рен. – А разве ее сумочка не-?..

– Ага, это и есть ее оружие, – кивнул я, с тоской глядя на уже разворачивавшийся здоровенный пулемет. На какой-то краткий миг те, кто бежал к выходу вместе с нами, застыли в шоке и ужасе. Разумеется, у нас имелись наши ауры, но это вовсе не означало, что нам не будет больно. К тому же бежать всё равно стало некуда.

– Если у вас есть яйца между ног, то сдавайтесь!

– В-вы ее слышали… – немного нервно добавила Вельвет, вставая рядом со своей напарницей. Затем она сложила руки перед собой и слегка опустила голову. – Мне кажется, что будет гораздо лучше, если вы просто сдадитесь. Мы не хотим никому причинять вреда…

И хотя ее тон оказался очень мягок, но она сейчас держала в руках меч Ятсухаши, а вот его самого нигде не было видно. Я решил, что отсутствие каких-либо новостей в данном случае являлось плохой новостью, и напомнил себе о том, что несмотря на свой внешний вид, Вельвет всё же оставалась настоящей Охотницей, которая к тому же была на целый год старше нас.

– Сдаемся? – спросил я у Рена. Пусть это и прозвучало довольно трусливо, но, в конце концов, мы же участвовали всего лишь в Военных играх. Противники точно не стали бы нас убивать, а подобный вариант выглядел всё же гораздо лучше, чем попытка прорваться через огонь пулемета. – Мы можем просто немного посидеть в плену.

Рен открыл было рот, чтобы что-то мне ответить, но его опередил крик:

– Я объявляю Ренни и Жонни своими пленниками, – рассмеялась Нора. – Я буду любить их, заботиться об их благополучии и наряжать в разную красивую одежку.

– Красивую одежку?.. – почему-то хриплым голосом переспросила Пирра. – А можно… можно их сфотографировать?

– Само собой…

Мы с Реном быстро переглянулись.

– Смерть? – предложил я.

– Или побег, – кивнул Рен. Еще через секунду мы прыгнули в разные стороны и спрятались за перевернутыми столами, потому что Коко все-таки открыла огонь. – Нужно пробиваться в коридор. Там можно будет оторваться от погони, пройдя через какие-нибудь классы или аудитории.

– Но для начала надо выбраться отсюда, – согласился с ним я, глядя на какую-то боровшуюся на полу парочку. – Вход отпадает, но можно попытаться пройти через кухню и служебные помещения.

Рен покачал головой и указал на стальную заслонку, что сейчас красовалась в том месте, где раньше находилась дверь для обслуживающего персонала. До этого я ее как-то не замечал, но, видимо, она опустилась еще во время объявления Озпина. В конце концов, уж сотрудники-то должны были знать обо всем этом заранее.

Как мы этого вообще не увидели?

– Тогда у меня идеи уже закончились, – признался я, находясь на грани истерики. В свою защиту хочу сказать, что Нора, Пирра, Янг и практически все остальные сейчас охотились именно за нами. Вообще-то, в большинстве команд было примерно равное соотношение мужчин и женщин – как, например, в нашей собственной. Вот только команда RWBY оказалась словно гаечный ключ, брошенный в работающий механизм. И стоит заметить, что это был самый мощный гаечный ключ во всем Биконе. – Рен, нужно срочно выбираться отсюда. Я не могу попасться в руки Вайсс, иначе она меня убьет!

– Вряд ли она станет делать что-то подобное.

– Я назвал ее “Снежным Ангелом”!

Рен замер с открытым ртом, а затем слегка поежился.

– Пожалуй, в чем-то ты прав. Окна?

– Окна, – кивнул я.

– Надо их как-то отвлечь, – произнес Рен, выглядывая из-за столешницы, но тут же прячась обратно от очередей Коко. – Сомневаюсь, что мы далеко уйдем под таким обстрелом. Но я всё равно лучше уж получу десяток пуль, чем позволю Норе меня захватить в плен.

Я вздрогнул от нарисованной моим воображением картины, а потом еще раз, когда мое укрытие закачалось от прямого попадания. Дерево столешницы было очень толстым, да еще и оказалось дополнительно укреплено металлом, но оно всё равно не могло продержаться слишком уж долго.

– Посмотрим, что я смогу с этим сделать.

Рен тут же повернулся ко мне.

– У тебя уже есть какой-то план?

– В некотором роде, – откликнулся я, выглядывая из-за края стола и повышая голос: – Нам нужно броситься на нее всем вместе. Она не способна справиться с нами, если мы будем работать сообща!

– У тебя что, совсем крыша поехала? – крикнул в ответ кто-то из парней.

Но у меня сейчас не имелось времени на то, чтобы с ними спорить.

– Слушайте! Я знаю, что это очень опасно. Я понимаю, что она внушает всем нам ужас, но это всего лишь одна единственная противница. Она не способна стрелять сразу во всех направлениях, так что работая в команде, мы сможем ее победить! Помните о том, что вместе мы выберемся отсюда!

Несколько укрытых столами и стульями парней кивнули. И пусть эти взгляды еще не демонстрировали мне их согласие с моими словами, но зато примерно к тому же решению их подталкивало собственное отчаяние.

– Это может оказаться больно, – продолжил я. – Кто-то наверняка получит пулю, но у всех у нас есть ауры, а она способна стрелять лишь в одном направлении! Так вперед же, парни! В АТАКУ!

– АРГХ!

– АЙ!

В едином порыве напуганные и загнанные под столы прямо посреди столовой мужчины ринулись к дверям, перепрыгивая через встречавшиеся им на пути препятствия. В этом не имелось никакой храбрости – лишь отчаяние и попытка сбежать, пока это еще было возможно. Впрочем, меня подобное их поведение полностью устраивало. Я ухватил Рена за руку и подтянул его к себе.

– Мы что, не побежим вместе с ними?

– Разумеется, нет! – из этих парней вышел замечательный отвлекающий маневр, но я не питал особой надежды на то, что им все-таки удастся прорваться. Впрочем, секундой позже до меня наконец дошло, как именно всё это должно было выглядеть для самого Рена, а потому я поспешил пояснить: – Если мы побежим вместе с ними, то против них выступят еще и сильнейшие девушки Бикона. И чтобы увеличить их шансы на удачный прорыв, нам следует разделить противников надвое.

Само собой, это являлось полной чушью. Мои мысли в тот момент оказались направлены лишь на мое собственное спасение, но я как-то сомневаюсь в том, что хоть кто-нибудь может меня за это винить. А почувствовать угрызения совести из-за судьбы этих парней я вполне мог и как-нибудь потом, если, конечно, вообще останусь живым и на свободе.

– Понимаю, – кивнул Рен.

Лично я сомневался в том, что он действительно это понимал. В конце концов, в отличие от меня, Рен был хорошим и честным парнем.

– Тогда двигаемся к окнам и выпрыгиваем через них, – произнес я.

Разумеется, это будет больно, но они хотя бы находились не слишком далеко от нас и не очень высоко от пола. Так что пока храброе стадо жертвенных ягнят самоотверженно отвлекало Коко, наш путь был свободен. Мы еще секунду прислушивались к звукам стрельбы, а затем одновременно выскочили из наших укрытий на прекрасно простреливаемое пространство, залитое газировкой и заваленное сброшенной со столов едой и павшими мужчинами.

– Я их вижу, – крикнула Руби. – Вон там!

– Проклятье, Руби! – тут же взвыл я. – Я думал, что мы с тобой друзья!

– Прости, Жон, – отозвалась она, и ее голос послышался уже гораздо ближе к нам, чем был до этого. Я оглянулся как раз вовремя, чтобы заметить, как Руби неслась сквозь столовую, используя свое Проявление. У нее не имелось привычной косы, что оказалось даже не удачей, а самым настоящим чудом. Вот только ей и не требовалось нас побеждать – всего лишь немного задержать, а там уже подоспеет никогда не расстававшаяся со своим оружием Янг.

– Руби на шесть часов, – крикнул я. – У меня не получится стряхнуть ее с хвоста!

– И убежать от нее мы тоже никак не сможем, – выдохнул Рен.

– Но избавиться от Руби всё равно необходимо, – кивнул я, осматриваясь вокруг в поисках того, что смогло бы нам помочь в этом деле. В прошлый раз, когда в столовой начался бой, я оказался практически бесполезен, но это вовсе не означало, что мне не удавалось подмечать различные полезные приемы. Теперь же я был подготовлен гораздо лучше, а страх заставлял мой разум работать в тысячу раз быстрее обычного. Даже во время бега я успевал осматривать столы на предмет полезных вещей. И когда мне на глаза попалась металлическая миска с печеньем, то план в моей голове сформировался практически мгновенно.

– Идеально, – прошептал я и, ничуть не снижая скорости, подхватил посудину со стола. – Это поможет нам ее отвлечь.

– Думаешь, сработает? – с некоторым сомнением поинтересовался у меня Рен.

Но мое мнение на этот счет сейчас не имело абсолютно никакого значения, потому что нам всё равно требовалось сделать хоть что-нибудь. Пожав плечами, я обернулся и швырнул печенье нам за спину – прямо в Руби. Та отбила его в сторону рукой и немного обиженно на меня посмотрела.

– Жон, не считай меня полной дурой, – сказала она. – Может быть, мне и нравится печенье, но я вовсе не брошу погоню за вами, если ты будешь в меня им кидаться.

Ну, на этом мои идеи как раз и иссякли. Возможно, это было очень глупо и недальновидно с моей стороны, но мне оказалось известно лишь о ее слабости к сладкому. Небрежно швырнув туда же и миску, я решил сосредоточиться на беге, немного удивившись воплю Руби, которая умудрилась в эту самую миску наступить. Стоя на одной ноге, она со всей своей немалой скоростью начала скользить по полу в сторону от нас, не переставая при этом вопить.

В конце концов, Руби с грохотом врезалась в кучку каких-то выбившихся из сил парней, словно это была игра в боулинг.

Я несколько приободрился и показал Рену большой палец.

– Отвлекающий маневр удался!

– Отличная работа! – откликнулся тот.

Я не нашел в себе смелости сказать ему правду, а потому решил сосредоточиться на окнах – нашей единственной надежде на удачный побег. Они все были большими и довольно прочными на вид, но у нас имелись наши ауры, а у меня самого – еще и броня. Так что в попытке помочь своему другу, а заодно оказаться снаружи первым, я вырвался немного вперед, намереваясь выбить собой стекло. Издав боевой клич, я как следует оттолкнулся от пола…

Чтобы внезапно зависнуть в воздухе.

Честно говоря, это оказалось неожиданностью не только для меня, поскольку Рен врезался мне в спину и со стоном рухнул на пол.

Мое новообретенное умение летать появилось весьма не вовремя, и у меня ушло несколько секунд на то, чтобы понять, что именно произошло. Мои ноги просто болтались в воздухе, не в силах нащупать какую-либо опору. И всё потому, что висел над полом вовсе не я сам.

Это была моя броня.

– О нет…

– О да, – отозвалась Пирра. Вопреки своему собственному желанию, я развернулся в воздухе лицом к моей напарнице. Пирра Никос – обычно очень добрая и милая – сейчас тоже улыбалась, вот только от этой ее улыбки по коже начинали бегать мурашки. – Тебе нужно быть осторожнее, Жон. Ты вполне мог пораниться, выпрыгнув из окна. А ведь мы не можем этого допустить. Я не могу этого допустить…

– А-ага, – немного нервно хихикнул я. – Тогда, может быть, ты просто откроешь окно и высадишь меня прямо на улице? Это было бы очень мило с твоей стороны.

– Я могу это сделать, но не буду. Мне совсем не хочется так поступать, но таковы уж правила Военных игр, так что у меня просто нет никакого выбора. Впрочем, не стоит волноваться. Озпин сказал, что мы имеем право захватывать пленников. И в-возможно, я м-могла бы в-взять в п-плен т-тебя, – Пирра почему-то начала довольно сильно заикаться, а ее щеки становились всё более и более красными. – Я п-присмотрю за тобой, так что ты будешь в безопасности. И я м-могу с-сама тебя кормить. Разумеется, тебя п-придется с-связать, но… но…

Она вздрогнула.

– Эм, Пирра… с тобой всё в порядке? – спросил я, аккуратно попытавшись вырваться из ее хватки. Но меня ничего и не держало, кроме моей собственной брони. – Мне тут немного неудобно. Можно хотя бы опустить меня на пол?

– Н-не волнуйся, Жон, – воскликнула Пирра, причем получилось у нее куда громче, чем это было необходимо. – Я позабочусь о том, чтобы тебе было удобно, и всё время буду находиться рядом с тобой. И если тебе что-нибудь понадобится, то ты всегда сможешь положиться на меня.

Ага, всё это звучало очень хорошо, вот только Янг с Вайсс уже приближались ко мне, и я совсем не желал попадаться к ним в руки. Так что мне приходилось быстро и незаметно расстегивать удерживавшие мою броню ремешки. Вот почему они были расположены настолько неудобно?

– Что ты делаешь, Рен? – слегка прищурившись, поинтересовалась Пирра, наблюдая за тем, как тот вцепился в мои ноги. – Я не настолько жестока, чтобы не позволить тебе сбежать. В конце концов, за тобой гонится Нора, а она… ну, она является Норой.

– Хотя твое предложение и выглядит весьма соблазнительным, но боюсь, что ты пытаешься забрать себе человека, без которого мне никак не обойтись.

– Рен… – прошептал я, не в силах поверить в верность моего друга. Он намеревался противостоять самой Пирре Никос, чтобы спасти меня от той ужасной участи, что уже была мне уготована. В этот момент я оказался просто не в состоянии относиться к нему еще лучше. Он был для меня словно брат.

(Читая это сейчас, я не могу не испытывать стыда за те мысли, что тогда бродили в моей голове. Лидерство Жона казалось мне единственным возможным вариантом вырваться из когтей Норы, и свои шансы на выживание в одиночку я оценивал не слишком высоко).

– Прости, Рен, – сказала Пирра. – Хотя мы с тобой и являемся товарищами по команде, и я тебя очень сильно уважаю, но сейчас нас разделяет одно непреодолимое препятствие. Я – женщина, а ты – мужчина.

Она посмотрела прямо на Рена.

– И неважно, насколько женственно ты при этом выглядишь.

У того дернулся глаз.

– Тебе обязательно было произносить последнюю часть?

– Я просто настраиваюсь на предстоящий бой, – хихикнула Пирра. – Не волнуйтесь. Скоро мы уже победим, так что ваш плен не продлится слишком уж долго.

И хотя в правдивости ее слов я ничуть не сомневался, но всё же понимал и то, что Янг с Вайсс хватило бы и десятка секунд, чтобы превратить мою жизнь в ад. В болезненный и унизительный ад. В сравнении с этим даже мысль сбежать в Изумрудный лес и попытать счастья среди тамошних Гриммов казалась мне куда более перспективной.

– Готовься, – тихо шепнул мне Рен, а затем уже нормальным голосом обратился к Пирре: – Извини, но нам обоим как раз сейчас нужно оказаться в совсем другом месте. Увидимся позже. Скорее всего, уже после окончания этой войны.

Глаза Пирры немного округлились, когда она поняла, что что-то пошло совсем не так. Моя напарница дернула рукой назад, и с меня сорвало нагрудную пластину, у которой я как раз отстегнул последний ремешок. Меня самого удержал за ноги Рен, а вот кусок брони, притянутый Проявлением Пирры, полетел прямо ей в лицо, оставив время лишь на то, чтобы испуганно вскрикнуть.

С другой стороны, у меня самого его оставалось примерно столько же. Я попытался приземлиться на ноги, но за них меня всё еще держал Рен. Так что с точно таким же испуганным криком я впечатался лицом прямо в кафельный пол.

– Ай…

– Прости, – произнес Рен, а затем посмотрел на приближавшуюся к нам орду, и его глаза тут же расширились от ужаса. – Они идут!

– Брось меня! – прошипел я.

– Что?

– Бросай меня в окно! Нет времени объяснять.

Рен перевел взгляд с меня на окно, а затем на мои ноги, которые всё еще удерживал. Скорее всего, он тогда раздумывал о том, в чем именно заключался мой план: в попытке выбить мной стекло, чтобы самому вылезти наружу уже безо всяких препятствий и повреждений, или же в том, чтобы этим поступком заставить приближавшуюся к нам хищную стаю замереть от удивления и тем самым позволить нам спокойно сбежать?

На самом деле, ничего такого я не планировал. Всё дело заключалось в том, что я лежал на полу, а хотел оказаться там, где не будет абсолютно никаких девчонок. И если для этого меня нужно было выкинуть в окно, то я против этого ничуть не возражал.

– ПРОКЛЯТЬЕ, БРОСАЙ МЕНЯ УЖЕ!

Мои слова заставили Рена поудобнее перехватиться за ноги и раскрутить мое тело вокруг себя. Центробежная сила оторвала меня от пола, а затем чувство невесомости сменилось кратким приступом паники, когда прямо передо мной во всей своей красе оказалось одно из окон. Рен отпустил меня, и этот вид стал еще более красочным, вот только восторга от него я в тот момент совсем не испытывал.

Вспыхнула аура, защищая меня от повреждений, а траектория моего полета наверняка оказалась весьма впечатляющей, достигая нескольких метров в самой высокой точке. Но уже через секунду сила тяжести взяла свое, и я полетел вниз – прямо к относительно мягкой на вид траве. Не успел я от нее отплеваться, как оказался схвачен за воротник и поставлен на ноги.

– Сработало, – произнес Рен, видимо, выпрыгнувший вслед за мной. – Но что теперь?

Я понятия не имел, почему ему сейчас потребовался мой совет, ведь Рен сам по себе был достаточно умным и рассудительным, чтобы до этого додуматься. Но на всякий случай я решил выпалить первое, что пришло мне на ум:

– Бежим!

Он немного испугано отпрянул от меня.

– Бежим?..

– Они снаружи! – раздался крик Янг.

– Проклятье. В погоню! – буквально прорычала Вайсс. – Мне нужна голова Арка, чтобы насадить ее на пику!

– Бежим, – прошептал Рен, помогая мне окончательно утвердиться на ногах, а затем в точности исполняя мой приказ. Я последовал за ним, отчетливо слыша стук собственного сердца и свое же хриплое дыхание. Оглянувшись назад, я заметил как тени продолжали сражаться в столовой, а окна осыпались осколками от пролетавших сквозь них предметов мебели. Те немногие студенты, что как и мы убегали прочь, практически полностью оказались мужского пола. И даже когда мы довольно далеко ушли от поля битвы, шум и крики вовсе не стихли.

Они доносились отовсюду.

Бикон погрузился в войну… гражданскую войну, и больше в нем не существовало безопасных мест. Теперь нам предстояла жизнь беженцев и разыскиваемых преступников, которые будут постоянно опасаться, что из каждой тени и из-за каждого угла вот-вот появится пара сисек.

Гражданская война в Биконе началась… и мы оказались к ней совершенно не готовы.

Глава 2

Вторая глава – Скромное начало

Если вы дочитали досюда, то должны помнить о том, что, как я уже упоминал, личные записи Жона просто не позволяют увидеть всю картину событий целиком. Вы, без сомнения, уже должны были заметить его манеру отбрасывать те детали повествования, которые не касались его напрямую. В попытке заполнить места, о которых он даже не подумал упомянуть, я решил привести небольшой отрывок из доверенного источника, который, пожалуй, лучше всего описывает причины и следствия подобного начала Гражданской Войны.

Хотелось бы мне, чтобы записи Жона оказались столь же подробными, но, увы – события, в которых он лично не участвовал, его никогда не интересовали.

Лай Рен Отрывок из “Дни Войны” Глава 2, Параграф 6-15

За авторством Октавии Эмбер

Чтобы лучше понять ситуацию, в которой неожиданно оказался Бикон, нужно учесть тот факт, что мужчины были ничуть не слабее женщин. На наших выдающихся бойцов вроде Пирры Никос у них нашлось бы немало своих могучих и прославленных воинов. Но к первоначальному поражению и последовавшему за этим отчаянному положению их привело именно то время, в которое началась эта война.

Решение директора Озпина объявить об этом прямо за завтраком оказалось либо гениальнейшим расчетом, либо ужаснейшей из ошибок. В столовой или на пути к ней в тот момент находилось около семидесяти процентов всех студентов Бикона. И если предположить их более-менее равномерное распределение по полам, то получалось, что победившая сторона моментально устраняла целых две трети своих противников, если, конечно, не считать тех, кому всё же удалось сбежать. Всем нам известно, что благодаря быстроте мышления и личной силе нескольких девушек, а также предпочтению в выборе оружия Коко Адель, которое она всегда носила с собой в виде дамской сумочки, мы в тот день захватили столовую, а заодно победили в первом же бою и взяли в плен всех мужчин, что осмелились выступить против нас.

Одним махом более половины наших противников оказались выведены из игры. Но этим успех женщин совсем не ограничивался.

Те мужчины, которым все-таки удалось вырваться из ставшей для них ловушкой столовой или которые по каким-либо причинам там не присутствовали, оказались разбросаны по всей Академии, не имея ни общего лидера, ни сколько-нибудь значимых сил, ни даже желания сражаться.

С другой стороны, мы – по крайней мере, семьдесят процентов студенток – были собраны в одном месте. Вызванное нашей победой затишье позволило нам обсудить планы и поспорить о целях, а также создать единую командную структуру. Сложно переоценить то преимущество, что мы получили перед разрозненными группками мужчин в первый же день.

Голодные женщины, что потянулись в сторону столовой, оказывались быстро включены в наши ряды. Им объяснялась текущая ситуация, назначались их обязанности, и женские силы быстро пополнялись новыми членами. В течение нескольких часов была развернута полностью боеспособная и дисциплинированная армия.

Одержи мужчины победу в этой самой первой битве, и всё было бы совершенно по-другому. Но благодаря мудрости наших лидеров и храбрости воинов получилось то, что получилось.

Нужно упомянуть и о еще одном важном преимуществе, которое приносило свои плоды вплоть до самого конца Гражданской Войны. Вход и выход из Бикона оказался под запретом, так что внешние источники поставок продуктов были исключены. В этой ситуации тот, кто контролировал столовую, распоряжался и едой с напитками.

Любой историк скажет вам, что ни одна армия не способна вести войну на пустой желудок…

Что они намереваются делать? У них нет ни сил, ни лидеров, ни даже одного единственного класса, который они смогли бы назвать своим. Они беззащитны и растеряны. Мы перебьем их безо всякого труда.

(Бригадный генерал Вайсс Шни)

Мой живот заурчал, наверное, в пятнадцатый раз за этот день, на что эхом откликнулся уже желудок Рена. Голодные и истощенные, мы могли лишь бродить по коридорам, прихрамывая и пошатываясь. Иногда мы останавливаясь и принюхивались, стараясь отыскать хоть что-то способное поддержать наше существование. Две недели, прошедшие с начала Гражданской Войны, сказались на нас не самым лучшим образом.

(Склонность Жона к преувеличениям всегда была общеизвестна. На самом деле, прошло едва ли тридцать шесть часов, но, честно говоря, голод и вправду мучил нас так, словно мы не ели пару недель).

Коридоры Бикона были темными и пустыми. Спать нам приходилось урывками в какой-то кладовке, в мирное время, скорее всего, используемой уборщиками. К тому же мы мерзли из-за отсутствия у нас одеял. Выдвигаться пришлось в четыре часа утра, чтобы постараться избежать бродившие по округе женские патрули. Те обычно включали в себя от шести до восьми сильных, вооруженных и – самое главное – сытых женщин. Разумеется, оружие имелось и у нас самих, за что я впервые в жизни оказался благодарен этим странным оружейным шкафчикам. Вот только выходить вдвоем против восьмерых было бы весьма глупо с нашей стороны. А если еще и учесть мои выдающиеся боевые навыки, то получалось что-то около полутора против восьми. К тому же при первых же признаках опасности я собирался сбежать, так что в итоге Рену пришлось бы и вовсе сражаться в одиночку.

Поскольку с ними нам было никак не справиться, мы предпочитали прятаться каждый раз, когда слышали звуки шагов или человеческую речь. К счастью, в Биконе хватало мест, где можно было затаиться, а по правилам этой тренировки запертых дверей практически не осталось и замки больше не работали.

Мы обнаружили этот факт после того, как решили проверить комнату нашей команды, желая отсидеться там, пока всё наконец не вернется в нормальное русло. Но чуть не столкнувшись по дороге с Норой, мы едва успели спрятаться в чьей-то еще комнате, тут-то и обнаружив, что замки больше не функционировали.

Как бы там ни было, но нужда в еде продолжала выгонять нас из укрытий, как, впрочем, и другие кочевые группы вроде тех, что иногда попадались нам по пути. Война плодила всё новых и новых беженцев, скитавшихся теперь по коридорам Бикона в отчаянных попытках обнаружить хоть что-нибудь съестное. Мой свиток снова пискнул, и я, проигнорировав множество просьб и требований сдаться от Пирры, Норы и девушек из команды RWBY, посмотрел на сообщение от неизвестного адресата.

“В столовой есть еда и напитки! Приходите и поешьте! Если вы мужчина, то сложите оружие и проведите остаток войны в комфорте, безопасности и сытости нашего плена”.

Подобные сообщения мы получали несколько раз в день. Я застонал, убирая свиток обратно в карман. Рядом со мной заурчал желудок Рена, а он сам глядел на экран своего собственного свитка, наверняка раздумывая над тем, стоила ли эта еда тех пыток, что ему наверняка уже приготовила Нора.

Вздохнув, Рен устало покачал головой и поплелся вперед.

– Как думаешь, сколько народу уже сдалось? – спросил он, осторожно открывая ближайшую дверь. Быстро осмотрев помещение, Рен жестом показал, что всё было спокойно.

Я кивнул и тоже вошел внутрь. Мы разошлись по комнате и стали проверять шкафчики, равнодушно отодвигая в сторону разнообразное женское белье и всякие предметы сомнительного назначения.

Вот, например, это розовое продолговатое устройство было абсолютно бесполезно, потому что я всё равно не мог его съесть. Впрочем, я и не стал бы его есть, даже если бы мог.

– Понятия не имею, – ответил я на вопрос Рена. – Но кто-то наверняка все-таки сдался. Исход этой войны ясен уже абсолютно всем.

Он согласно кивнул.

– Даже не могу себе представить, сколько наших оказалось захвачено в первый же день в столовой. Как считаешь, из тех, кого ты направил на штурм выхода, хоть кому-нибудь удалось вырваться?

– Может быть… – на самом деле меня это ничуть не волновало, но сказать так я всё равно не мог. – Надеюсь, что есть и такие. Но даже если ни у кого из них и не получилось сбежать, то потеряли они не так уж и много. Жизнь здесь далеко не сахар, и иногда мне начинает казаться, что лучше всего устроились как раз те, кто оказался в плену. По крайней мере, у них имеется еда.

Наши желудки заурчали в унисон.

– Ага. И им не приходится иметь дела с Норой, – печально кивнул Рен. – Ты можешь сдаться, если хочешь, Жон. Скорее всего, Нора тебя не тронет и продолжит охоту за мной.

О, я уже неоднократно об этом думал – особенно после появления этих злобных сообщений, теперь регулярно приходивших на мой свиток. В одном из них эти безжалостные монстры даже прислали фотографию какого-то мясного блюда, так что я чуть было не захлебнулся слюной.

Но во рту у меня моментально пересохло, как только я вспомнил о Пирре и Вайсс. Вторая желала меня всего лишь убить, а вот первая… ну, я даже не представлял себе, чего именно она от меня хотела, но судя по выражению ее лица и этому странному поведению, мне совсем и не стоило это выяснять.

(Жон, каким же ты все-таки иногда бываешь идиотом…)

– Пожалуй, останусь вместе с тобой. Я вовсе не собираюсь бросать тебя одного, Рен.

– Спасибо, Жон. Это очень многое для меня значит.

На этом наша беседа и прекратилась, а мы сами вернулись к обыску. Я оставил в покое шкафчики с бельем и решил попытать счастья под кроватями. Разумеется, там царил полный бардак, как, впрочем, и в любой другой комнате. Конкретно эта, судя по всему, принадлежала трем девушкам и одному парню. И к последнему я испытывал в равной степени зависть и жалость. Но все эти мысли тут же вылетели у меня из головы, как только я увидел отблеск какой-то упаковки.

Между кроватью и стеной явно что-то лежало. Забравшись еще глубже, я оказался вознагражден небольшим батончиком шоколада – чуть меньше моей ладони длиной и всего лишь в пару пальцев шириной. В любое другое время я посчитал бы его всего лишь легким перекусом, но сейчас он олицетворял собой саму жизнь.

И еще с ним в комплекте шла одна довольно неприятная проблема.

Я не мог съесть сейчас найденный шоколад так, чтобы Рен этого не заметил. Следовало оставить его на потом и заняться им, когда я отлучусь в туалет. Ведь никто не требовал от меня им делиться.

Подобные мысли казались весьма соблазнительными, но сделав над собой небольшое усилие, я со вздохом поспешил избавиться от них. Рен являлся моим единственным союзником в этом безумном мире и той надеждой, что у меня оставалось на случай встречи с женским патрулем или решившими поживиться за наш счет мужчинами-мародерами. Свались он в обморок от истощения, и я окажусь просто обречен.

– Кое-что нашел, – произнес я, выбираясь из-под кровати.

– Еда?

– Шоколадка, – едва заметно усмехнувшись, я наблюдал за тем, как Рен тут же подскочил ко мне и уставился на мою находку. На секунду мне показалось, что он съест ее прямо с оберткой и моей ладонью, но Рен всегда умел держать себя в руках. Мы оба были очень голодны, и потому я не видел каких-либо причин откладывать еду на потом. Обертка быстро оказалась снята, и я как можно более ровно разделил шоколадку пополам.

Мне совсем не хотелось, чтобы между нами возникли какие-либо обиды. В конце концов, мы нуждались друг в друге.

– Никогда не думал, что буду счастлив из-за подобной мелочи, – довольно улыбнулся Рен, медленно пережевывая свою порцию. Я тоже решил не торопиться, пусть даже больше всего на свете мне хотелось проглотить ее целиком. Но этого всё равно было бы недостаточно для избавления от чувства голода, так что следовало хотя бы попытаться насладиться ее вкусом.

Честно говоря, нам очень повезло, что воду можно было найти чуть ли не в любой комнате. Практически везде имелась ванная, а водопровод по-прежнему продолжал функционировать. Если бы не это обстоятельство, то, скорее всего, девчонки уже переловили бы всех парней возле общественных туалетов.

– Как думаешь, у нас вообще есть надежда победить? – спросил я, наслаждаясь практически позабытым вкусом шоколада. – Я имею в виду вообще у мужчин. У нас еще имеются хоть какие-нибудь шансы?

– Они бы имелись, будь это честная битва. Разумеется, против нас с тобой выступают обе наших команды, но в Биконе хватает парней – в том числе и старшекурсников – которые умеют сражаться гораздо лучше нас, – вздохнул Рен, печально посмотрев на последний кусочек в своей ладони. – Проблема же заключается в том, что большинство из них уже находятся в плену. Сейчас наши противники слишком сильно превосходят нас числом.

– То есть вообще никаких шансов?

Рен молча пожал плечами и доел свою порцию. Я расправился со своей еще раньше. Что же касалось моего вопроса, то, наверное, ответ на него мне даже и не требовался. Достаточно было просто взглянуть на свиток и узнать, сколько именно контрольных точек оказалось захвачено женщинами. Подобная карта была у всех студентов, но мужчины до сих пор так и не попытались отбить ни одну из них. Честно говоря, надежды на удачный штурм тоже не имелось – женщины отправили к каждой точке слишком много своих бойцов, и эти отряды возглавляли самые сильные студентки.

Лично я ни за что не стал бы пытаться выбить Янг или Нору из укреплений, возведенных вокруг какой-нибудь контрольной точки, а потому сильно сомневался в том, что подобное решение вообще могло прийти в голову кому-либо другому.

Мои мысли внезапно оказались прерваны каким-то скребущимся звуком, раздавшимся прямо в занятой нами сейчас комнате. Рен моментально схватился за оружие, и мы оба приготовились к бою с тем, кто сумел столь незаметно пробраться сюда. В охватившем Бикон безумии это просто не мог быть наш союзник. Женщины без каких-либо раздумий напали бы на нас, а вот мужчины наверняка попытались бы ограбить.

Мы с Реном переглянулись, и я кивнул ему в ту сторону, откуда раздался этот звук, а сам взял под контроль входную дверь. Ну, то есть сделал вид, что стал ее оборонять от возможных нежелательных гостей, готовясь тут же сбежать, если наши дела пойдут совсем плохо.

Рен потянулся к куче одеял, что была сложена возле одной из стен. Раньше мы не обращали на нее никакого внимания, решив, что ее появление оказалось результатом действий каких-нибудь мародеров, побывавших здесь до нас, или даже самих хозяев комнаты. Но теперь эта куча явно шевелилась, причем всё сильнее и сильнее по мере приближения к ней Рена. Неожиданным рывком оказавшись рядом, он откинул одеяла в сторону, наконец открывая нам источник шума.

Перед нами предстал вполне знакомый корги, сейчас вилявший своим коротким хвостиком.

– Цвай, – с облегчением выдохнул я, отпуская рукоять меча. Рен устало провел ладонью по лицу и вздохнул, а затем убрал свое оружие.

– Пожалуй, это единственное существо во всей Академии, которое не стало бы на нас нападать, – сказал он. – В этот раз нам повезло, но что он вообще здесь делает?

– Не знаю. Ни Руби, ни Янг точно не бросили бы его одного. Скорее всего, Цвай от них просто сбежал. Всё равно в округе нет преподавателей, чтобы сделать им за это замечание.

Наверное, бедолаге стало скучно в комнате команды RWBY, и меня в очередной раз заинтересовал вопрос, как именно они совмещали секретность его там проживания с необходимостью периодически его выгуливать? Решив постараться не сосредотачиваться на так и лезших мне в голову всяческих кошмарных догадках, я присел рядом с Цваем и погладил его.

– Хороший мальчик. Только не говори своим хозяйкам, что мы находимся здесь, ладно?

Он кивнул мне, а затем развернулся к своему убежищу и, что-то схватив оттуда зубами, побежал к двери.

Мы с Реном круглыми глазами посмотрели на этот предмет.

Ведь это был целый пакет собачьего корма.

Цвай замер на самом пороге, оценив наши голодные взгляды и тот объект, от которого они никак не желали оторваться, после чего зарычал. Его зрачки сузились, а шерсть встала дыбом.

Я сглотнул скопившуюся во рту слюну и сделал первый шаг в его сторону.

Цвай побежал прочь.

Мы с Реном тут же бросились за ним в погоню.

Преследование маленького пушистого комка меха по коридорам Бикона совсем не делало нам чести, но в тот момент нас этот вопрос ничуть не волновал. У него имелась еда – пусть и отвратительная, но зато она вполне могла немного утолить наш голод. И в отсутствии каких-либо альтернатив, мы не собирались упускать эту возможность хоть как-то восстановить наши силы.

Цвай свернул в один из боковых коридоров, и мы тут же последовали за ним. Наше отставание составляло всего лишь десяток метров, пусть даже он и пытался оторваться от нас, пробегая под всякими стульями и прочими препятствиями, которые нам приходилось огибать. Впереди был тупик, и поэтому Цвай влетел в дверь одного из классов справа. Мы с Реном не стали медлить и последовали за ним. Гигантским прыжком я оказался рядом с окном, к которому он сейчас и направлялся, быстро его захлопнув. Оказавшись в ловушке, Цвай выпустил пакет из зубов и зарычал.

– Руби с Янг выдадут тебе новый, – произнес я, попытавшись схватить еду, но вынужденно отдернув руку, чтобы та не оказалась в пасти корги. Рен зашел с другой стороны, и хотя Цвай вынудил его отступить и даже забраться на одну из парт, чтобы сохранить свои ноги целыми и невредимыми, но атака увенчалась успехом.

– Есть! – воскликнул Рен, демонстрируя мне свою добычу.

– Этим вечером нас ждет королевский пир! – обрадовался я.

Цвай жалобно заскулил, и тут мы осознали, что сражались с крохотным песиком за пакет собачьего корма. Рен заметно покраснел, спускаясь обратно на пол, но еду возвращать всё же не спешил. Она была нам необходима.

Подстегнутое инстинктом самосохранения воображение подсказало мне, что именно произойдет, когда Руби с Янг узнают о том, что я отобрал оставленный их питомцу корм. Так что я присел рядом с расстроенным корги и погладил его.

– Разделим на троих. Мы же не чудовища, Цвай. Просто нам тоже нужно что-нибудь есть.

Рен был со мной согласен и потому устроился рядом – но все-таки так, чтобы я оставался между ним и Цваем. Чуть надорвав пакет, он насыпал из него полную горсть.

– На троих?

– Троих? Мне кажется, что правильнее будет делить на семерых.

Голос, что раздался от входа в класс, я узнал практически мгновенно. И всё же мне пришлось повернуться в ту сторону, чтобы проверить свою догадку. Там и в самом деле стоял Кардин Винчестер, а его всегда полированная броня сейчас была тусклой, грязной и помятой. Волосы оказались растрепанными, а вот улыбка на его лице, если ее вообще еще можно было так называть, больше подошла бы какому-нибудь дикому зверю.

И позади него находилась вся его команда.

– Кардин, – поприветствовал я его, лихорадочно придумывая, что в данной ситуации можно было сделать. Вряд ли мы сумели бы разойтись мирно – булава Кардина уже находилась у него в руках. Да и все четверо неожиданных визитеров выглядели одичавшими, голодными и измученными воспоминаниями о тех кошмарных вещах, что им, вне всякого сомнения, довелось за это время увидеть.

– Жонни, – ответил он. – Как же я рад тебя встретить. Не могу не заметить, что тебе повезло наткнуться на кое-что весьма интересное.

Он кивнул на собачий корм в руках Рена.

– Мы с парнями довольно сильно проголодались. Времена наступили сложные, но ты же не откажешься поделиться со своим старым другом, правда?

Я не был идиотом, пусть являлся и далеко не самым умным студентом нашего курса. Кардин вовсе не просил с ним поделиться – он требовал себе весь пакет. И как бы ужасно это ни звучало, Цвай наверняка тоже интересовал его исключительно с гастрономической точки зрения.

(Тут я должен признаться, что подобные мысли посещали и меня, хотя мне и удавалось от них очень быстро избавляться. Я вовсе не прошу за это прощения. Времена действительно были довольно сложными, а Цвай и в самом деле слегка напоминал небольшую корову, если смотреть на него боковым зрением).

– Хорошо, я поделюсь с вами, – сказал я. – А потом мы разойдемся.

– Так быстро? Уверен, что мы вполне можем немного посидеть и поболтать, – Кардин кивнул своим товарищам по команде, которые тут же разошлись в стороны, охватывая нас полукругом и отрезая от выхода. – Наверняка нам всем есть что рассказать друг другу, верно? Как насчет того, чтобы совместить наш разговор с небольшой трапезой?

Рен поднялся на ноги и достал свое оружие. Я сделал то же самое, но встал чуть позади него. Мне совсем не нравилось соотношение сил, но и какого-либо другого выхода я тоже не видел.

Как бы мне ни хотелось иного, но нам оставалось лишь принять бой. Я оценил нашу боеготовность и уровень усталости, причем не только свои и Рена, но и Цвая. И пожалуй, это само по себе лучше всего говорило о сложности нашего положения. Впрочем, как раз Цвая недооценивать не стоило. У него было всё то же самое, что и у любого другого студента Бикона, да еще и имелись довольно острые зубы. А это означало, что он был даже опаснее меня самого.

Хотя в бою с командой CRDL всё это нам вряд ли бы помогло… Кардин со своими соратниками бросился вперед, не давая мне времени придумать какой-нибудь план. Кроцеа Морс заблокировал удар его булавы, а затем я с головой ушел в эту схватку.

Честно говоря, я всегда терпеть не мог драться с людьми. Нет, вовсе не из-за трусости – даже Вайсс признавала, что я довольно неплохо сражался против Беовульфов и Урс. Но Гриммы обычно просто и безо всяких хитростей атаковали меня, так что меч с щитом проявляли себя с самой лучшей стороны. А если что-то шло не так, то у меня всегда имелась поддержка моей команды.

Но битвы против людей довольно сильно отличались от этого. Подобные противники никогда не чурались хитростей. Я отразил атаку кинжала Рассела, но получил удар в ногу пятой алебарды Ская. Упав, я всё же успел ухватить Рассела за его ирокез, и он с болезненным криком рухнул прямо на меня. Даже подобное сомнительного качества укрытие заставило Ская на мгновение заколебаться, чем я и воспользовался, ударив его точно между ног. Он завопил, но времени насладиться своим успехом у меня уже не было. Рассел пополз прямо по мне, стараясь до чего-то дотянуться.

До кинжала? Нет, всё было гораздо хуже – он пытался ухватить собачий корм!

Поскольку я лежал, Рен оказался занят своим собственным противником, а Цвай вцепился в голову Кардина, и теперь они оба боролись друг с другом на полу, главный приз остался безо всякой охраны, и Рассел наверняка желал схватить его и убежать прочь.

Но я успел поймать его за ногу и оттащить подальше от пакета, а затем прижал его лицом к полу и сам попытался схватить корм. Если бы у меня получилось унести его отсюда, то команда CRDL, скорее всего, сразу же потеряла бы всякий интерес к Рену, и тогда я смог бы чуть позже вернуться за ним.

Ну, именно в этом я сам себя и убеждал. Так мне удавалось избавиться от каких-либо угрызений совести. Рен всё равно будет в полном порядке. Так было всегда.

– Отвали от меня! – прорычал Рассел, сумев перевернуться и ударить мне локтем в лицо. – Ну же, чувак. Мы просто хотим немного поесть!

– Тогда идите в столовую и сдавайтесь тамошним обитателям, – прошипел я, нанося ответный удар. Мой взгляд при этом не отрывался от пакета с кормом. – Мы первыми его нашли. Он принадлежит нам!

– Это будет военный трофей, – возразил мне Рассел, вскрикнув, когда я укусил его за руку.

– Снимите эту проклятую собаку с моей головы! – вопил Кардин, катясь мимо нас вместе с маленьким, но очень злобным корги.

Я знал, что поступил правильно, когда решил помириться с Цваем. Если уж он умудрился выжить с присматривавшими за ним Руби и Янг, то в попытке вернуть свою собственную еду его наверняка не остановил бы и взрыв бомбы.

В общем, вокруг бушевала битва. Рен сражался с Довом, я сцепился с Расселом, Кардин боролся с Цваем, а Скай тихо скулил, держась за пострадавший пах. Честно говоря, мы все сейчас выглядели слабыми и жалкими – таким оказался результат длительного нахождения в атмосфере полной безнадежности и всеобщего морального отупения. Наблюдай за этим нашим боем мисс Гудвитч, и она наверняка заплакала бы или – что было куда более вероятным – заставила бы плакать нас из-за полного отсутствия какой-либо тактики, техники и даже просто дисциплины.

И мы настолько увлеклись этой схваткой, что даже не поняли, как сильно сейчас шумели. Но вот кое-кто другой такой непонятливостью совсем не страдал, и вскоре наша потасовка оказалась приостановлена в связи с появлением в классе новых лиц. Их было восемь, они имели отличную экипировку, оказались хорошо накормлены и – наиболее важный момент в нашей нынешней ситуации – все они являлись женщинами.

– Так-так-так, – произнесла их лидер, держа в правой руке меч. – Что тут у нас такое? Шесть мужчин сражаются за пакет собачьего корма. Ничего необычного.

Я настолько глубоко впал в ступор, что даже не почувствовал, как Рассел оттолкнул меня и схватился за свое оружие. Все мысли о продолжении нашей драки моментально испарились, сменившись лишь страхом и нервозностью. Даже Цвай отцепился от Кардина и осторожно отошел назад.

– Женский патруль… – выдохнул я.

(И пришли они совсем не для того, чтобы угостить нас печеньем. Ну, разве что преподнести его нам на самых кончиках их мечей. Женские патрули не защищали каких-либо контрольных точек. Они бродили по коридорам Бикона, чтобы обнаруживать и захватывать любых продолжавших прятаться там парней. Пусть с начала боевых действий и прошло немногим более суток, но к этому моменту патрули уже успели стать символом ужаса для всех оставшихся на свободе мужчин).

– Мы обречены, – пробормотал Скай, позабыв даже о своей боли. – Что нам делать, Кардин?..

– Я… я не знаю, – откликнулся тот, а затем произнес уже куда громче и уверенней: – Вам лучше бы убраться с нашего пути, если, конечно, вы не хотите связаться с командой CRDL!

В какое-нибудь другое время подобная угроза могла бы и сработать… ну, когда они не выглядели грязными, усталыми, голодными и отчаявшимися. Поэтому девушки лишь переглянулись и рассмеялись, а их лидер и вовсе закатила глаза.

– Очень мило, мальчики. Просто прелестно. А теперь заканчивайте с пустыми угрозами и сдавайтесь, – ее взгляд прошелся по нам с Реном, а глаза тут же округлились. – А вот насчет вас двоих… О, за вас полагается награда тем, кто сумеет вас поймать. Скажем так, кое-кто с нетерпением ожидает вашего прибытия.

Мы с Реном вздрогнули, получив столь наглядное подтверждение того, что наша команда о нас совсем не забыла, а затем переглянулись, прекрасно понимая друг друга безо всяких слов.

Нас ни в коем случае не должны были захватить.

– К бою! – воскликнул я, с некоторым трудом удерживая Кроцеа Морс в одной руке, а другой помогая подняться Скаю. Он так и не заметил того, что в результате моих действий оказался между мной и нашими противницами. – Если мы будем работать все вместе, то сможем их победить.

– Ты совсем с ума сошел? Их – восемь, а нас – всего шесть. Семь, – тут же поправился Кардин, как только услышал злобный лай Цвая. – Не самое хорошее соотношение сил.

Это было так, но и лучше оно тоже стать никак не могло. Я шагнул к Кардину и прошептал ему прямо на ухо:

– У меня есть план. Просто доверься мне.

– И почему же мы должны тебе верить?

– А разве у вас есть какой-то другой выход? Так или иначе, но мы уже обречены.

Кардин сердито на меня посмотрел, но затем всё же кивнул.

– Ладно, попробуем сделать по-твоему. В чем именно состоит твоя идея?

– Вы вчетвером атакуете по фронту, – сказал я. – Мы с Реном заходим с флангов и захлопываем ловушку. Они даже не поймут, что с ними произошло.

Потому что с ними ничего и не произойдет, а мы вдвоем убежим через дверь в коридор. Но ведь это, как и говорил Озпин, тоже будет весьма ценным опытом для всех участников. Что же касалось упомянутой ловушки, то… ей станет сам Кардин и его команда. Они должны были продержаться достаточно долго, чтобы мы с Реном успели сбежать и затеряться в хитросплетении коридоров.

Но если быть совсем уж честным, то команду CRDL просто приведут в столовую и хорошенько накормят. Им ведь не грозило столкнуться с тем кошмаром, что ожидал в плену нас с Реном!

Кардин некоторое время смотрел на меня, а затем еще раз кивнул. Скорее всего, он так и не нашел во мне каких-либо признаков неискренности. Оставив наконец свои неумелые попытки разобраться в намерениях других людей, Кардин встал перед своей командой и взревел изо всех сил. И этот звериный рев моментально вернул его соратникам их боевой дух и уверенность в себе – у меня с моей командой подобное никогда не получалось. Скай, Дов и Рассел сразу же подтянулись, а в их глазах появился какой-то странный отблеск.

Разумеется, наше положение от этого не стало менее безнадежным, но зато они с готовностью взялись за оружие.

– Как будто это хоть что-нибудь изменит, – усмехнулась лидер патруля. – Хватайте их, девочки!

И семь женщин вместе с командой CRDL бросились друг на друга. Рен тоже собрался во всем этом поучаствовать, но я успел его перехватить за руку.

– Оставь их. Нам нужно обогнуть схватку.

– У тебя есть какой-то план?

– Да.

Сбежать, а уже потом мучаться угрызениями совести. Причем строго в таком порядке. На всякий случай я решил захватить с собой и Цвая, потому что при встрече с Янг или Руби факт заботы об их питомце вполне мог избавить меня от излишних побоев. Да и сам Цвай, к слову, не забыл взять пакет со своим кормом.

Драку, которая представляла собой безумный водоворот стали, кожи и вспышек аур, мы начали огибать слева. Кардин, каким бы уставшим он ни был, стоял, словно какой-то гигант, пока в его руку вцепилась одна девчонка, а другая в это же время всем своим весом повисла у него на шее. И рано или поздно они наверняка его завалят, если, конечно, мы не помешаем им это сделать.

Ну, то есть он оказался обречен. Жаль, но такова была жизнь. В мире царила проклятая эволюция, и, к несчастью для Кардина, она одарила его членом и парой яиц. А это означало, что в текущей войне он находился совсем не на стороне победителей.

Как, впрочем, и я сам, о чем быстро напомнила мне лидер патруля, отрезав нас от выхода.

– Куда это вы собрались? Вы же здесь, вообще-то, и являетесь главной ценностью. Той девушке, которая притащит вас на нашу базу, обещано немедленное повышение в звании, – она со вздохом сжала кулаки. – Я наконец-то смогу спокойно сидеть на какой-нибудь контрольной точке, а не шататься по всей школе, выискивая всяких безмозглых идиотов.

– Разделимся, – прошептал я, толкая Рена налево, в то время как сам побежал направо, а Цвай выбрал центр. Лидер патруля никак не могла перехватить нас всех в одиночку, но я всё же надеялся на то, что Рен за мной вернется, если выскользнуть удастся именно ему.

Она замерла, когда одна цель внезапно превратилась в целых три, а затем и в две, поскольку Цваю все-таки удалось вырваться в коридор, пробежав прямо между ее ног. Девушка было дернулась в направлении Рена, но затем всё же решила поохотиться именно за мной. Возможно, во мне она ощутила наименьшую угрозу, а может быть, просто посчитала меня лидером, поскольку я говорил больше всех. Как бы там ни было, но лично для меня это оказалось очень и очень плохо.

Уклонившись от ее меча, я приземлился на парту, что стояла возле одной из стен класса. Девушка выругалась и бросилась за мной, так что я полез вверх по горе из сложенных там стульев, мысленно умоляя Рена поторопиться и оглушить уже мою противницу, пока я ее отвлекал. К моему глубокому сожалению, его самого нигде не было видно.

(На самом деле, в этот момент на меня напала другая девушка из патруля, хотя Жон этого, разумеется, даже не заметил. Его внимание всегда было полностью сосредоточено лишь на нем самом и том, что с ним происходило).

– Конечная остановка, – усмехнулась лидер патруля, когда я взобрался на самую вершину. Гора из стульев подо мной опасно покачивалась, но я всё равно сумел вклиниться между ней и потолком. – Всё еще думаешь убегать или наконец решил принять бой?

– Честно говоря, первое, – ответил я. Может быть, если продавить потолок, то получится проскользнуть в какую-нибудь техническую полость? Нет, скорее всего, их там вообще не было, да и я сам для чего-то подобного оказался бы слишком уж тяжелым. Наверняка в итоге просто свалился бы обратно на пол.

Хм, а если снять штаны и швырнуть в их лидера, то отвлеклись бы на это остальные девушки?

Тут меня охватило самое настоящее отчаяние.

Я испуганно вскрикнул, когда моя противница запрыгнула на краешек кучи и потянулась ко мне. Она пыталась выгнать меня из моего укрытия своим мечом, но я довольно успешно отбивался при помощи Кроцеа Морса. Раздраженно зарычав, девушка полезла выше, а вот я пополз к противоположной стороне, надеясь там спрыгнуть вниз. Впрочем, я очень быстро уткнулся в стену, оказавшись в западне.

– Поймала! – воскликнула она, схватив меня за ногу прежде, чем я успел ее пнуть, а затем отобрав еще и мой меч. Наверняка девушка училась на втором или даже третьем курсе. – А теперь ты пойдешь со мной и-…

Она замолчала.

Я тоже замер.

Гора под нами опасно пошатнулась. Я – как, впрочем, и она – опустил взгляд вниз. Сложенные друг на друга, стулья наконец полностью оторвались от стены и теперь опасно покачивались. И наши действия совсем не добавляли им устойчивости. Поежившись, я изо всех сил вцепился в тот стул, на котором сейчас находился.

Лидер патруля попыталась сделать то же самое, но ее неосторожные движения как раз и привели к обрушению. С грохотом мы с ней покатились вниз.

Это было очень похоже на лавину.

Ну, то есть именно так я ее себе и представлял. Падавшие стулья засыпали мою противницу, прижав ее к полу, но куда больше их понеслось прямо к всё еще продолжавшейся схватке. Одна из девчонок едва успела вскрикнуть, когда я в нее врезался. Честно говоря, мой собственный вопль оказался куда более громким и испуганным. Она рухнула на пол, а мой стул развалился на части, так что я пролетел прямо над головами сражавшихся бойцов.

Приземление получилось весьма жестким, а всё мое тело нещадно болело. И хуже того – мой полет завершился совсем не там, где мне бы этого хотелось. То есть слишком далеко от выхода. На этом силы меня окончательно оставили, и я решил позволить взять меня в плен, притащить к Пирре с Норой и вообще делать со мной всё что им только вздумается.

– Сигнал! – крикнул Кардин. – Давите их!

Эм, что?

Рев команды CRDL заглушил все прочие звуки, а мне оставалось лишь восхищенно наблюдать за тем, как мужчины стали одерживать верх в этой схватке. Число их противниц резко сократилось с семи до трех, а еще две – не считая их лидера – оказались погребены под стульями, но всё же пытались оттуда выбраться.

Кардин со своей командой умело воспользовался внезапно образовавшимся у них преимуществом. О любых поблажках слабому полу было начисто позабыто, так что парни поспешили вырубить оказавшихся практически беспомощными противниц. Впрочем, и на остальных ушло не более пары минут, хотя мне самому и показалось, что времени прошло куда больше.

Но то, что сейчас произошло, я окончательно осознал лишь после того, как Рен управился со своей собственной противницей.

Кардин тоже это понял, уставившись на свои ладони.

– Мы… мы победили… – прошептал он. – Мы их и в самом деле победили!

– Нужно уходить, – сказал Скай. – Мы слишком сильно нашумели. Кто-нибудь наверняка придет сюда, чтобы всё проверить.

Остальные согласно кивнули и бросились к двери, но тут мой взгляд наткнулся на кое-что еще. У одной из павших девушек что-то выпало из кармана. И это что-то оказалось пакетиком с вяленой говядиной, которая сразу же заставила меня сглотнуть слюну.

– Еда! – крикнул я.

Парни резко остановились, чтобы обернуться и увидеть, как я обыскивал одну из наших недавних противниц. Кроме говядины, у нее с собой нашлись хлебцы и аккуратно завернутые в фольгу сэндвичи. По сравнению с собачьим кормом, из-за которого мы совсем недавно дрались, это оказалось самой настоящей роскошью.

– Он прав, – кивнул Кардин. – Парни, быстро обыскиваем их на предмет еды и прочих ценностей!

– А что делать с ними самими?

– Ничего. Нам всё равно негде держать пленников. Забираем еду и просто оставляем их здесь.

Он подбежал ко мне и, схватив за руку, отвел немного в сторону.

– Ты спас нас, – прошептал Кардин. – Твой план сработал!

Мой план?..

Ах да, план.

– Хе-хе… эм, да… сработал.

* * *

Пятнадцать минут спустя мы все собрались уже в совсем другом помещении – вроде бы это была комната какой-то команды с третьего курса. И она находилась достаточно далеко от того класса, где состоялся бой, чтобы нас здесь не нашли. Да и само путешествие сюда выдалось довольно напряженным, потому что у нас с собой имелось просто невероятное количество еды. Если бы кто-нибудь нас заметил, то, вне всякого сомнения, тут же напал. Впрочем, удача продолжала нам улыбаться, и мы добрались до убежища целыми и невредимыми.

Добытая нами еда сейчас лежала на кровати, поделенная на шесть кучек по количеству участников. Все необходимые действия оказались проделаны в полной тишине, которая совсем не была комфортной. Находись здесь лишь мы с Реном или только команда CRDL, всем оказалось бы гораздо легче. Но к сожалению, чисто технически мы с ними всё еще оставались врагами без какой-либо причины объединяться, так что атмосфера была по-прежнему напряженной. Некоторое время, когда адреналин только схлынул, мы чувствовали лишь сильную усталость после битвы. Но сейчас этот период уже подошел к концу, и Кардин поднялся на ноги, приблизившись ко мне.

Я встал напротив него, демонстрируя уверенность в своих силах. Скорее всего, у меня ничего не получилось, но попробовать всё же стоило.

– То, что там произошло… – произнес Кардин, на секунду умолкнув. – С самого начала войны не поступало ни одного сообщения о победе мужчин над женщинами. Их патрули всегда казались нам просто неуязвимыми.

(Это действительно было правдой. Но уже гораздо позже мы поймем, что так получилось лишь потому, что никто и не пытался с ними сражаться. Мужчины были разбросаны по всему Бикону и просто не имели достаточного количества сил для нормального сопротивления).

– Но ты, – продолжил Кардин. – Ты сумел этого добиться. Ты и в самом деле одержал над ними победу.

Несколько секунд он молчал, глядя на меня с каким-то нечитаемым выражением лица.

– Но таким ли был твой план с самого начала?

Разумеется, не таким. Вот только я никак не мог сказать им, что намеревался просто сбежать. Поэтому я пожал плечами и взмахнул рукой.

– Практически таким, – произнес я, решив лгать до самого конца. – У нас не имелось шанса в честном бою, но я подумал, что они окажутся слишком самоуверенными, чтобы использовать хоть какую-нибудь тактику.

– Они слишком привыкли сражаться с Гриммами, – кивнул Кардин. – И до этого им не доводилось сталкиваться с чем-то иным… Наверное, и нашей команде тоже.

Он взглянул на свои ладони, а затем вновь посмотрел на меня, вот только в этот раз его взгляд был гораздо тверже и решительней.

– Ты привел нас к победе. Ты сумел добиться того, чего не достигал еще ни один мужчина. Ты дал нам не просто свободу и еду, – Кардин кивнул в сторону кровати. – Ты вернул нам собственное достоинство.

Мы все посмотрели на Цвая, сейчас радостно пожиравшего свой корм. К счастью, нам самим делать что-то подобное теперь не требовалось.

– Я не знаю, как именно это у тебя получилось, Арк, но с самого начала войны мы утратили веру. Я делал всё возможное, чтобы поддержать мою команду, но ничего подобного добиться просто не мог. Одной этой еды нам хватит на пару дней. И это… это гораздо больше, чем всё, чем сейчас владеет любой другой парень в Биконе.

– Это оказалось бы невозможным без вас четверых, – произнес я не только потому, что от меня ожидалось что-то подобное, но и для демонстрации своего нежелания продолжать с ними драться. – В конце концов, основные силы противника приняли на себя вы. Так что-…

– Нет, – покачал головой Кардин. – Мы храбро сражались, но к победе привел нас именно ты.

И он опустился передо мной на одно колено.

– Я, Кардин Винчестер, клянусь в верности Жону Арку.

Ч-что?..

– Я, Скай Ларк…

– Я, Рассел Траш…

– Я, Дов Бронзвинг…

Все четверо сейчас преклонили передо мной колено, образовав полукруг с Кардином в центре. И каждый из них принес мне клятву верности.

Не кому-нибудь еще, а именно мне!

– Ты, который поведет нас в светлое будущее, – объявил Кардин. – Наши мечи станут разить по твоему слову, наша броня будет твоей защитой. Мы пойдем туда, куда ты скажешь. Веди нас, чтобы мы вернули себе свое законное место!

Вернули?.. Они что, хотели, чтобы я повел их воевать против девчонок? Ха-ха, нет. Никогда. Ни за что. Нас было всего шестеро, а требовалось как минимум в десять раз больше, чтобы появился хоть какой-то шанс.

Но… разве не говорили, что чем больше была стая, тем она становилась сильнее? Мое первоначальное желание отказаться моментально испарилось, как только я осознал, насколько проще будет добывать еду в такой группе. Разумеется, мы станем привлекать к себе чуть больше внимания, но если дела пойдут совсем уж плохо, то нам с Реном достаточно будет просто сбежать и вернуться к выживанию в старом формате.

Команда CRDL могла оказаться нашим оружием, защитой и отвлекающим маневром одновременно… А если мы сумеем вынести еще один женский патруль, то этих припасов нам хватит до самого конца войны. Так что мне следовало всего лишь играть роль их лидера и держаться подальше от боевых действий. Всегда можно будет сказать, что мы продолжаем собирать силы, а через пять дней всё уже вернется к нормальной жизни.

И до тех пор выгодно было держаться вместе.

– Я принимаю вашу клятву, – произнес я, надеясь на то, что мой голос звучал достаточно твердо и уверено. – Встаньте. Мы сегодня проделали отличную работу, и это стоит отпраздновать. У нас хватает еды, и сами мы сейчас находимся в безопасности.

– Это то предложение, от которого я точно не смогу отказаться, – рассмеялся Рен. Остальные четверо поднялись на ноги, и я внезапно почувствовал, что любая напряженность между нами окончательно исчезла. Больше не имелось ни целой команды CRDL, ни половины команды JNPR. Мы были чем-то иным, чем-то схожим друг с другом. Мы были мужчинами.

И еще я заметил, что кучка еды передо мной оказалась немного больше, чем у всех остальных. Кроме того, в ней лежало всё самое лучшее вроде домашнего бекона, и сэндвичей с салатом и помидорами. Кардин посмотрел на нее с едва заметной завистью, но возражать не стал.

Мне хотелось всё это съесть самому. Действительно хотелось.

Но сражаться по большей части придется именно моим спутникам. И если они ослабеют от голода и не смогут нормально драться, то тогда браться за оружие понадобится уже мне. Так что в моих интересах оказалось всячески поддерживать их боеспособность и дух. В конце концов, в случае чего именно им придется вытаскивать меня из самых безнадежных ситуаций.

Покачав головой, я неохотно разломил один из сэндвичей надвое.

Верховный жрец Рассел Траш

Книга Жона

Стих 21

И взял Он хлеб в длань свою и покачал головой. Надвое разломил Он его, а затем еще надвое, пока Его еда не оказалась разделена меж всеми Его учениками. Ни слова не произнесли Его уста, но поняли мы Его послание.

Вместе мы пройдем сквозь эти испытания, вместе преодолеем мы их и вместе выживем.

И когда мы, первые из Его последователей, вкусили эту еду, я подумал о том, что Он уже знал о нас больше, чем даже мы сами. Когда Он принес нам победу, то завоевал наши разумы. Когда Он нашел нам еду, то завладел нашими желудками.

Но когда Он, наш Господин, показал нам, что готов был разделить с нами наши страдания?..

Вот тогда Он покорил наши сердца и души.

Глава 3

Третья глава – Основа племени

Хватит уже говорить всякие глупости.

Для объединения разрозненных племен их лидеру потребуется беспримерное обаяние, храбрость и умение руководить.

Кто из них обладает всеми тремя качествами?

Может быть, Блевунчик?! Пф, м-да.

Давайте лучше поговорим о чем-нибудь еще.

(Янг Сяо-Лонг, Капитан Драгунов)

Далеко не в первый раз и наверняка не в последний я понятия не имел, во что сейчас ввязывался. Разумеется, для меня самого в этом не было абсолютно ничего нового, поскольку именно так я и попал в Бикон. Вот только на этот раз рядом со мной не оказалось Пирры, которая могла бы меня подстраховать. Моя самая лучшая в мире напарница всегда была готова меня выручить, что бы ни произошло. Рен по мере своих сил пытался ее заменить, но получалось у него неважно.

(Ну, извини…)

Проблема, с которой я внезапно столкнулся, касалась не столько боевых действий, сколько планирования, хотя особой разницы между ними для меня и не было. Я примерно одинаково плохо справлялся и с тем, и с другим. В данный момент мне приходилось сидеть на поставленном прямо на стол стуле и смотреть на грубо нарисованную Расселом карту Бикона. Различных красочных деталей в ней содержалось, пожалуй, не меньше, чем в попытке Руби оправдаться за опоздание на урок, да и пользы от нее оказалось практически столько же. Из того, что я видел со своего места, можно было сделать вывод только о том, что столовая находилась в самом центре Академии, поскольку именно там был нарисован пирог.

Кардин с Реном склонились над этой самой картой, в то время как остальные члены команды CRDL – то есть уже моей личной свиты – скорее всего, занимались укреплением оккупированного нами небольшого класса. Раньше я в нем никогда не бывал и даже понятия не имел, для чего он вообще использовался. Наверное, для каких-нибудь факультативных занятий с небольшим количеством студентов. Но как бы там ни было, здесь не имелось никаких окон, а сам класс находился достаточно далеко от основных маршрутов. То есть он оказался идеален для того, чтобы в нем спрятаться и переждать эту войну.

К сожалению, далеко не все из нас считали так же.

– Никакой мужской армии сейчас не существует, – произнес Кардин, обращаясь одновременно и к Рену, и ко мне. – Есть некоторое количество разрозненных групп, раскиданных по всему Бикону. Большинство из них занимаются тем, что прячутся от патрулей и разыскивают еду.

– Они похожи на кочевников, – добавил Рен, задумчиво потерев подбородок. – Они пытаются найти какой-нибудь дом, но боятся надолго оставаться в одном месте. Интересно, можно ли нам этим как-нибудь воспользоваться?

– Я тоже об этом подумал, – кивнул Кардин, ткнув пальцем в карту. – Если мы сумеем основать нормальную базу и как следует заявить о себе, то они тут же начнут стекаться к нам в поисках защиты. И чем больше их к нам придет, тем мощнее станут наши силы. Мы сможем сами создать мужскую армию!

– И что произойдет тогда? – спросил я, уже понимая, к чему он вел, но всё еще не желая окончательно расставаться со своими иллюзиями.

– Тогда ты сможешь сокрушить наших врагов! – воскликнул Кардин, ударив кулаком куда-то в район столовой – основного оплота женской империи. – Ты поведешь нас к победе, и мы вернем себе то, что принадлежит нам по праву. Мы раздавим угнетателей, накормим голодных и принесем новую надежду нашему полу!

Рассел, Скай и Дов поддержали его радостными криками.

Я тоже что-то такое выдал, хотя в моем исполнении это больше напоминало какой-то стон. Ага, именно подобного развития событий я и опасался. Кардину с чего-то взбрело в голову, что я являлся своего рода тактическим гением, способным вырвать у девчонок их победу. Разумеется, сам себя я знал гораздо лучше. Никакая стратегия не была способна остановить Пирру или Янг.

И основная моя проблема заключалась именно в том, что прямо заявить об этом своим спутникам у меня просто не было никакой возможности. Сделай я что-то подобное, и они тут же перестанут в меня верить, а наша группа распадется на части. Мы с Реном останемся сами по себе, а Кардин наверняка заберет у нас всю добытую еду. Нам просто не хватит сил на то, чтобы ему помешать. И мне совсем не хотелось возвращаться обратно к вечно голодному существованию. Мой желудок заурчал от одной единственной мысли об этом, разбудив спавшего на моих коленях Цвая.

– Прости, малыш, – прошептал я, аккуратно его погладив. Он фыркнул и улегся обратно, оставляя меня думать над ответом для пребывавшего в какой-то странной смеси восторга и боевой ярости Кардина.

– Тебе не кажется, что так мы привлечем к себе заодно и внимание девчонок? – спросил я. – Нам нужно, чтобы местонахождение нашей базы было известно остальным племенам, но так о нем смогут узнать и наши враги.

– Ты прав, – кивнул Кардин, позволив мне выдохнуть с облегчением. – Я как-то об этом не подумал. Наверное, потому ты и являешься самым главным.

(Стоит сказать, что даже осторожность Жона, которую он сам упорно именовал трусостью, оказалась очень ценным для нашего выживания качеством. По крайней мере, она успешно отсеивала наиболее агрессивные предложения Кардина).

– Мне кажется, что эта идея не так уж и плоха, – сказал Рен. – То есть не в том смысле, чтобы выдать наше местоположение противнику, а в переходе от пассивных блужданий к активной вербовке.

Я совсем не ожидал услышать что-то подобное от Рена и хотел уже было задавить подобные мысли в зародыше, но Кардин меня опередил.

– Просто идеально! – воскликнул он. – Жон сможет объединить племена в борьбе с женским господством. А когда остальные услышат об этом союзе, то сами станут искать с нами встречи. Кроме того, это позволит нам не выдавать нашего точного местоположения, а девчонки еще очень долго ничего не заподозрят. И к тому времени, когда они всё же обратят на нас свое внимание, мы уже станем той силой, с которой придется считаться всем. Может быть, мы даже сойдемся с ними в открытом сражении! Разве это не здорово?

Кардин с фанатичной улыбкой и горящими глазами уставился на меня.

– Ага, – печально ответил я. – Просто не могу этого дождаться.

Рен с Кардином продолжили обсуждать планы, а я всё также делал вид, будто их слушал, в то же время обдумывая эту ситуацию. То, что от меня хотели мои спутники, и то, что собирался сделать я сам, довольно сильно отличалось друг от друга, но идея объединения с кем-нибудь мне даже кое в чем нравилась. Увеличение количество бойцов означало и усиление безопасности, а возможно, и новые способы добычи пропитания. И когда какое-нибудь племя вполне разумно откажется принимать мое “мудрое” руководство, то мы сами сможем к ним присоединиться, и я наконец-то окажусь избавлен от всей этой головной боли.

Да и попытка объединить племена не должна была стать слишком уж опасной. Тут всё сводилось лишь к дипломатии и скрытному перемещению по Бикону, чтобы случайно не попасться на глаза какому-нибудь патрулю.

То есть всё это оказалось даже лучше, чем наши с Реном предыдущие блуждания. К тому же еда, отобранная у девушек после боя, у нас всё еще оставалась.

– Хорошо, – сдался я. – Мы принимаем этот план.

Уж лучше было так, чем устраивать грандиозные сражения с женской армией.

* * *

Первые признаки группы мужчин, которые мы сумели отыскать, оказались именно такими, какие я и ожидал. То есть разгромленной комнатой с перевернутыми кроватями и раскиданным по полу постельным бельем. Тут прошел даже не бой в ограниченном пространстве, а полноценная война с бесчисленным множеством отдельных кампаний. И судя по тому, что этого племени из трех парней, к которому мы, собственно, и пришли, здесь не было, об их победе говорить не приходилось. Я замер возле входной двери и с некоторой опаской осмотрел коридор, пока Рен с Расселом осторожно вошли внутрь. Здесь оказался уже не наш безопасный класс, и вся излишняя самоуверенность мгновенно улетучилась из моих спутников, заставляя их нервно оглядываться на каждый шорох.

– Это произошло совсем недавно, – произнес Рен, глядя на что-то такое, что было видно ему одному. Возможно, это были какие-то следы, а может быть, и остатки пищи, вдавленные в ковер.

– Насколько недавно? – поинтересовался у него Кардин.

– В пределах двадцати четырех часов. Точнее сказать не могу.

Кардин кивнул, но больше ничего говорить не стал. Один день был и в самом деле не таким уж большим сроком. Вот только вся наша война длилась всего лишь пару суток. Но как бы там ни было, искомых нами парней здесь уже не наблюдалось. И тот, кто устроил весь этот разгром, к счастью, тоже успел куда-то уйти.

– Как вы думаете, это был женский патруль? – вполголоса спросил Рассел. Но в окружавшей нас тишине даже шепот, казалось, порождал эхо.

– Они нападают на тех, кто бродит по коридорам, но я как-то сомневаюсь в том, что они утруждают себя выслеживанием наших укрытий, – ответил ему Дов, тоже заходя в комнату и оглядываясь по сторонам. – Кроме того, вот это вот на них совсем не похоже. Ну, я имею в виду, что в полученном нами сообщении говорилось о том, что парни здесь заперлись. С каких это пор патрули начали выбивать двери?

– Если ты еще не забыл, то замки больше не работают.

– Не имеет значения, – отмахнулся Дов. – Женские патрули не нападают на укрепленные позиции. Для них подобное поведение является ненужным риском.

Никто не стал с ним спорить. Нам всем было прекрасно известно о том, что рисковать они не любили, поскольку и так уже побеждали. Патрули ходили по утвержденным для них маршрутам и захватывали лишь тех парней, которые сами на них натыкались. Даже нас в том классе они обнаружили только потому, что мы слишком сильно шумели.

– Это могло быть и что-нибудь другое, – прошептал Скай. – Я слышал рассказы о монстрах, что нападают во тьме.

– Гриммы? – уточнил я, еще больше занервничав.

– Хуже. Женщины.

Я даже не знал, как на это вообще можно было ответить.

– Женщины, которые двигаются, словно дым, и способны пройти всю Академию из конца в конец меньше чем за час. Они принимают вид теней и уничтожают любого, кто осмелится-…

– Байки, – оборвал его Кардин. – Это всего лишь байки.

– Д-да, Скай, – рассмеялся Рассел. – Ты слишком много времени проводишь на форуме.

(Форум Бикона являлся именно тем, чем он и должен был быть с таким названием. То есть кучей разнообразных тем и постов, в которых общались студенты нашей Академии. Всё это существовало еще задолго до нашего в нее поступления. В мирное время там по большей части просто переписывались, предлагали помощь с домашними заданиями или искали партнеров для спаррингов. Иногда на нем вывешивались объявления о каких-либо намечавшихся событиях или отмене занятий. По той или иной причине им пользовались абсолютно все обитатели Бикона).

– Он еще работает? – спросил я, даже сам толком не понимая, что именно меня так удивило. Лично мне свиток требовался лишь для того, чтобы смотреть текущее время, но раз уж девчонки продолжали свою пропаганду, чтобы еще больше усугубить наш голод, то это подразумевало и работу всех остальных привычных функций устройства. Я поспешил проверить это на практике, тут же осознав, что форум погрузился в эту войну ничуть не меньше всего остального.

Женская пропаганда здесь развернулась в таких масштабах, что производила впечатление даже на меня. Похоже, они решили бить нас сразу по всем фронтам. Я не знал, чьей именно это было идеей, но склонялся к мысли о Вайсс с Блейк. Дальнейшее изучение показало наличие и чисто мужских тем. Они не были скрыты от девчонок, но в них и не обсуждалось ничего особо секретного – лишь предупреждения о замеченных в определенных областях женских патрулях и комментарии о том, что в каких-то районах еды больше не осталось.

Кроме того, имелся еще и список павших, причем именно его первым делом продемонстрировал мне Скай.

– Здесь можно изучить нашего противника, – сказал он. – Женские патрули захватили немало людей, но они являются всего лишь полевой разведкой, а не их основными силами. Тут есть о чем поволноваться и без них.

– Например?

– Одни Валькирии чего стоят…

Я вздрогнул, услышав это название. И не только я – выражение лица Рена тут же избавило меня от любых сомнений в том, что он тоже понял, кто именно возглавлял этот отряд.

– Они являются штурмовыми войсками в женской армии, – пояснил Скай. – Там, где прошли они, живых и свободных мужчин уже нет. Если мы с ними всё же столкнемся, то нам останется лишь бежать, спасая наши жизни.

– Считаешь, что здесь поработали именно они? – уточнил Дов.

Рен покачал головой.

– Нет, Нора тут точно не появлялась.

– С чего ты это взял?

– Я слишком хорошо знаю мою напарницу. Для последствий ее визита здесь недостаточно разрушений.

Наступила тишина, в которой все обдумывали эту информацию. Ну, в этом Рен был прав. Окажись тут Нора, и она разнесла бы всю эту комнату. По крайней мере, на стенах, полу и потолке наверняка появились бы выжженные пятна, а одеяла оказались бы разорваны в клочья.

– Если это сделала не она, то кто? – спросил я.

– И зачем? – добавил Рен.

– Я же вам уже говорил. Это были Куноичи Любви-…

– Их не существует, Скай, – повторил Кардин. – Это всего лишь миф, который распространяют сами женщины, чтобы нас запугать. Но он не сработает, если ты не станешь в него верить. И вместо того, чтобы изобретать новых врагов, давайте лучше сосредоточимся на выяснении того, что здесь произошло. И какие проблемы это может принести нам самим.

– Какие еще проблемы? – переспросил я, пинком отбрасывая в сторону какой-то валявшийся на полу ботинок. – Эти парни оказались обнаружены, и кто-то явился сюда, чтобы их захватить. Но в этом нет абсолютно ничего необычного.

Жаль, конечно, что мы не успели с ними поговорить, но тут нам просто не повезло. Или даже все-таки повезло, поскольку вместе с ними вполне могли бы прихватить и нас самих.

– Мне кажется, что это была целенаправленная акция, – прошептал Рен, напряженно оглядывая комнату. – И более того – они хотели поймать именно нас. Им заранее было известно о наших планах.

– Твое имя уже вселяет панику в сердца наших врагов, – произнес Кардин. – Они попытались пресечь наши действия, страшась того, чего мы сумеем достичь.

Он рассмеялся, так и не сообщив нам, с чего им вообще нужно было нас бояться.

– Зачем им ловить именно нас? Это же просто бессмысленно, – я сложил руки на груди, стараясь подавить внезапный приступ страха, и убедить себя в том, что нам сейчас ничего не угрожало. – Девчонки даже не знают, чем мы вообще занимаемся, не говоря уже о наших планах. Они просто не могли охотиться здесь конкретно за нами.

– Мы уничтожили один из их патрулей, – заметил Рен.

– Да, – кивнул я. – Но для подобного ответа этого всё равно было бы недостаточно!

– Еще ты над ними издевался, – добавил Скай. – Я имею в виду, что вряд ли они стали бы игнорировать те вещи, что ты им сказал.

– Что я им сказал? – слегка прищурившись, переспросил я. – Какие такие вещи?

Скай указал мне на верхнюю тему форума с наибольшим количеством просмотров. Похоже, она была посвящена этой войне в целом, но пик посещаемости пришелся на последние несколько часов. И когда я понял, почему так произошло, то сумел лишь вопросительно уставиться на Кардина.

– Ну, – протянул тот. – Нам же требовалось как-то найти других мужчин. Как еще мы сумели бы узнать, например, об этих?

– Видимо, среди мужчин есть шпионы, – произнес Рен. – Наверное, немалое количество пленных позволяют пользоваться своими свитками за дополнительную еду, чуть больше свободы или просто по просьбе своих девушек. Один из них и послал этим парням сообщение, обманом заставив их выдать свое местоположение.

Он указал на царивший в комнате бардак.

– А уже после этого женские войска нанесли сюда свой удар.

– Еще больше доказательств в пользу того, что они нас боятся, – кивнул Кардин, стукнув кулаком в свою ладонь. – Мы вынуждаем их делать всё возможное, чтобы нам помешать. Разве это не здорово?

– Ага, – простонал я. – Просто замечательно.

Мой взгляд наткнулся на сообщение от пользователя с подписью “Избранный”. Вот только у него на аватарке оказалась именно моя фотография, причем с довольно глупым выражением лица. И гласило оно:

“Собираюсь объединить племена и повести их против женщин, лол. Кто со мной?”

А вот под ним находилось сообщение Янг:

“Удачи тебе в этом деле”.

И оно явно не предвещало мне абсолютно ничего хорошего…

* * *

Прошло еще три часа, прежде чем мы сумели отыскать другую группу парней, потому что Кардин всё это время занимался тем, что выдавал себя за меня на форуме. Разумеется, мне бы очень хотелось прекратить это безобразие, но самое худшее уже произошло, так что дальнейшая его активность не имела особого значения. За одну ночь, благодаря одному единственному комментарию, я стал наиболее разыскиваемым человеком во всей Академии. И то, что множество мужчин высказались в поддержку идеи объединения, меня ничуть не утешало.

То есть они поддерживали именно идею, а не меня самого. В конце концов, моя репутация была таковой, что вряд ли кто-то пожелал бы добровольно мне подчиняться. И меня очень сильно интересовал вопрос, почему ни Кардин, ни кто-либо еще из его команды об этом так и не вспомнили.

Как бы там ни было, но следующую группу не столько обнаружили мы, сколько они нас. Кардину пришло личное сообщение на свиток, и он тут же предупредил нас о том, что в округе существует небольшое племя мужчин со своим собственным вождем.

– Вождь племени?.. – переспросил я, решив, что мне просто послышалось. – Кардин, ты же, я надеюсь, понимаешь, что это была всего лишь метафора, да? Никаких племен в реальности не существует.

– Я всего лишь прочитал то, что было в сообщении.

(Пусть подобные титулы и звучали довольно глупо, но следует иметь в виду, что мораль мужчин в те времена была невероятно низка. Подобные символы помогали нам всем поддерживать в себе веру в будущее. Кроме того, и сам Жон в дальнейшем окажется обладателем немалого количества таких титулов, но тут я забегаю уже слишком далеко вперед).

Я ощутил подступавшую головную боль и отчаянно захотел вернуться назад в безопасный класс, где можно было спокойно перекусить сэндвичами и шоколадными батончиками. Но мои спутники меня всё равно бы не поняли. Да и мне теперь требовалось обеспечить себе хоть какую-то защиту, раз уж Кардин уже поднял шумиху на форуме.

И единственным, что я мог сейчас придумать, оказалась мысль окружить себя как можно большим количеством бойцов. Создать из них непробиваемую стену, за которой можно будет укрыться!

– Ладно, давайте встретимся с этим вождем и посмотрим, что тут можно сделать.

– Ты сумеешь перетянуть их на нашу сторону, – произнес Рассел. – Я это знаю.

– Я сказал, что мы всего лишь посмотрим, что тут можно сделать.

– Это будет началом нашей революции!

Когда они приходили в подобное состояние, спорить с ними становилось попросту бессмысленно. Так что я бросил это занятие и отправился к месту встречи. Остальные выстроились клином со мной во главе, так что теперь я выглядел куда более важной и значимой персоной, чем являлся на самом деле.

О том, что мы вошли на территорию искомой нами группы, стало понятно по нескольким тотемам. Ну, то есть мужским шортам, висевшим на ручках дверей и плафонах освещения коридоров. Я понятия не имел, должны ли они были как-то отпугивать женщин, но никак не мог представить себе ту же Янг, которая побоялась бы к ним прикоснуться, зная при этом, что чуть дальше ее ожидала хорошая драка.

В конце концов, мы пришли туда, где, по уверениям Кардина, и располагался сам вождь. И это оказался женский туалет.

Честно говоря, в тот момент я испытал некоторое разочарование.

– Прятаться там, где враги никогда не додумаются тебя искать, – пробормотал Кардин. – Весьма разумно…

Ага, не додумаются, пока им этот туалет не понадобится по его прямому назначению. Но я не стал ничего говорить, просто пройдя через дверь и закатив глаза, когда остальные мои спутники начали колебаться, не решаясь переступить порог запретного для мужчин помещения. Там нас встретили два парня: один был темнокожим и жилистым, а второй – бледным, но мускулистым, причем с самого начала он смотрел на нас с некоторой долей подозрения. Впрочем, внимательно оглядели меня оба, похоже, так и не найдя во мне ничего особенного.

– Ты и есть тот самый парень? – спросил у меня бледный. – Думаешь, что сумеешь всех объединить и повести против девчонок? Считаешь, что справишься с этим?

Нет.

– Да.

– Тьфу, – сплюнул он в сторону одного из умывальников. Если ему и казалось, что этим он бросал мне вызов, то у него ничего не получилось. – Почему наш вождь должен с тобой встречаться? Он собрал нас вместе, нашел нам дом и с тех пор защищает нас ото всех опасностей. Так почему же мы должны подчиниться именно тебе? Может быть, это ему следует объединить племена?

Я закатил глаза и кивнул Рену. Оба наших собеседника напряглись, когда тот шагнул вперед, но очень быстро успокоились и с вожделением уставились на продемонстрированную им горсть сладостей.

– Это мой дар вашему вождю, – произнес я, наслаждаясь их реакцией. Этот жест оказался моей идеей, основанной на воспоминаниях о том, как именно я привлекал к себе внимание моих сестер, когда оно мне было необходимо. Не так уж и много имелось таких вещей, на которые те не пошли бы ради шоколада.

– М-мы отведем тебя к нему. А м-можно?..

Я кинул каждому из них по крохотной шоколадке. Они поймали их на лету и тут же съели, едва успев содрать обертку. При этом их тела просто дрожали от удовольствия.

Всего лишь небольшое проявление щедрости могло серьезно облегчить мой путь. По крайней мере, так говорил мне мой отец. Я понятие не имел, можно ли это было считать всё еще щедростью или уже самой настоящей взяткой, но улыбки на лицах встретивших нас парней стали вполне гостеприимными.

– Идем, я лично проведу тебя к вождю, – широко улыбаясь испачканными шоколадом губами, произнес бледный, увлекая меня вглубь туалета. – И твои друзья тоже могут войти. Добро пожаловать.

Нет, это оказалось вовсе не укрепленное логово. Здесь всё еще был школьный туалет, судя по шести кабинкам, такому же количеству раковин, кафельному полу и сушилкам для рук. Немного выбивались из общего ряда лишь несколько матрасов с одеялами, скорее всего, притащенные сюда из окрестных комнат, но всё остальное просто кричало о том, что здешние обитатели не желали привлекать к себе чьего-либо внимания. Наверное, именно поэтому они и дожили до момента нашей встречи.

Возле одной из стен, что-то шепча на ухо склонившемуся перед ним парню, сидел вождь этого племени оборванцев. Причем его габариты и отчетливо заметные мускулы внушали уважение даже в этом женском туалете. Как только он нас увидел, на его лице тут же появилась приветливая улыбка.

– Добро пожаловать, странники. Меня зовут Ятсухаши Дайчи, и я являюсь тем, кого эта группа избрала своим лидером, – он слегка поклонился. – Для меня честь встретить таких же свободных мужчин, как и мы сами. Не так уж и много нас осталось в эти дни.

– Эм, да, – я попытался скопировать его поклон, но получилось не так хорошо, как бы мне того хотелось. – Взаимно. Ты же вроде бы из команды CFVY, правильно? Той самой, в которой состоит Вельвет?

– Да, это так, – вздохнул Ятсухаши и медленно поднялся со своего трона, который оказался, разумеется, унитазом. – Когда эта война только началась, я желал объединиться со своей командой. Коко лично заверила меня в том, что никакие глупые игры директора не смогут нас разлучить. Я поверил ей, как и любой другой человек на моем месте поверил бы лидеру своей команды.

Я смущенно кашлянул и оглядел интерьер туалета.

– Понимаю, к чему всё пришло.

– Да. Это оказалось не самым мудрым моим решением. Мой меч был утрачен, Фокс попал в плен, и лишь по той причине, что некоторые парни бросились на штурм выхода из столовой, я сумел оттуда сбежать. Они отвлекли на себя значительную часть внимания наших противников.

Видимо, он имел в виду тех самых парней, которых я убедил напасть на Коко, чтобы мы с Реном смогли выбраться из западни. Ну, приятно было узнать о том, что они помогли и еще кому-то.

– Но довольно об этом, – произнес Ятсухаши. – Я знаю, зачем ты сюда пришел, Жон из Арков. Ты хочешь объединить племена.

– Из Арков? – несколько недоуменно переспросил я.

– Твоя цель заслуживает уважения, но боюсь, что идеализм ныне затмевает твой разум, – продолжил он, проигнорировав мой вопрос. – Таких мужчин, как ты, всегда находилось в достатке. Ими заполнен весь форум. И хотя наше общее объединение является весьма достойным устремлением и позволит нам в будущем нанести ответный удар, снабжение подобного мероприятия может стать попросту непосильной задачей. Ты хоть раз задумывался над тем, откуда достать необходимые припасы на все эти объединенные племена?

Если учесть тот факт, что меня заставили это делать, и каких-либо личных причин так поступать даже не имелось? Разумеется, нет.

– Кроме того, сразу же возникает немалая угроза со стороны женщин. Пока что они ведут себя довольно пассивно, поскольку уже уверены в своей победе. И если наши с ними пути не пересекаются, то мы можем спокойно продолжать свое существование. Но как только мы сами нарисуем на себе мишень для них…

Тогда нас уничтожат, как тех парней, с которыми мы пытались встретиться до этого. Честно говоря, из-за активности Кардина на форуме и использования им моего имени, на мне уже оказалась нарисована эта самая мишень. Оставалось разве что постараться затаиться до тех пор, пока всё не успокоится, а эта война не подойдет к своему концу.

– Прости меня, Жон, – сказал Ятсухаши. – Ты, должно быть, размышляешь о том, зачем я пригласил тебя на эту встречу, если собирался отказать с самого начала?

– Я действительно думал об этом, – солгал я. На самом деле, меня подобные вопросы совсем не интересовали, и всё мое внимание было сосредоточено на моем собственном выживании и поиске хоть какого-нибудь выхода, который позволил бы мне целым и невредимым выбраться из всей этой заварушки. – Но сначала мне хотелось бы вручить тебе некоторые дары.

Рен шагнул вперед и продемонстрировал всем ту еду, что мы принесли Ятсухаши. Тот просиял и с улыбкой ее принял. В плане самоконтроля он оставлял меня далеко позади, потому что, ничуть не раздумывая, разделил подарки на равные порции среди всех своих соратников. А вот для себя Ятсухаши оставил лишь одну небольшую шоколадку, но даже ее отложил на потом.

– Я благодарю тебя за этот дар, Жон. Для нас настали очень тяжелые времена, и могу заверить, что подобная помощь не будет забыта. Как тебе удалось отыскать такое сокровище?

Я уже открыл было рот, чтобы ему ответить, но Рассел меня опередил:

– Он отбил всё это у женского патруля. Они напали на нас, когда мы еще являлись врагами, но Жон сумел объединить нас и повел в сражение, где мы и победили целых восемь девчонок.

Члены племени Ятсухаши начали перешептываться между собой. Многие смотрели на нас с восхищением, но другие явно никак не могли в это поверить. Сама мысль о том, что мужчины были способны победить женщин, казалась им попросту невозможной. Впрочем, с аргументами вроде еды спорить было сложно. Где еще мы смогли бы достать ее в таком количестве?

– До меня доходили слухи об этом столкновении, но я считал их всего лишь выдумкой, – произнес Ятсухаши.

– Это не выдумка. Без Жона мы остались бы обычными бандитами, отбиравшими еду у таких же мужчин, как и мы сами. Но он позволил нам стать лучше. Он вернул нам нашу гордость!

– Довольно, Рассел, – сказал я, поежившись от такого количества ничем незаслуженного обожания.

– Я не могу обнаружить фальши в его словах. Ты принес своим людям впечатляющую победу и вдохновил их на новые свершения, – вздохнул Ятсухаши. – Это достойно всяческого восхищения, но, к сожалению, в этой войне так не выиграть. Я еще раз прошу прощения, Жон из Арков. Я не могу рисковать моими людьми, присоединяясь к тебе. Будь я один… но это точно не наш случай.

Это был отказ, и меня он более чем устраивал. Я подавил небольшое разочарование, которого, честно говоря, совсем от себя не ожидал. Точка зрения Ятсухаши вполне имела права на существование. Именно так я сам и поступил бы на его месте. И более того – он сумел всё повернуть таким образом, чтобы не подорвать при этом мой авторитет у команды CRDL. Я попытался объединить наши племена, но мне это не удалось. Ну что же, можно будет попробовать с кем-нибудь другим. И станем мы этим заниматься еще целых пять дней, пока война наконец не закончится, а я не смогу вернуться обратно к команде JNPR и обо всем позабыть.

Тут всё было просто и понятно, а мне даже не придется ничем рисковать.

По крайней мере, именно на это я и рассчитывал.

– Мы можем их победить! – выкрикнул Скай, выйдя из-за моей спины. – Жон способен победить женщин! Он может принести нам победу!

– Скай, – прошипел я.

Но тот меня проигнорировал.

– Посмотрите, что он сделал с нами. Мы учились на первом курсе и никогда не были самой сильной командой. Но он повел нас в бой против женского патруля и победил. Представьте себе, на что он способен с настоящей армией!

– Успокойся, Скай. Нам уже отказали, – попытался я его осадить, но тут мимо меня прошел еще один мой спутник.

– Скай прав, – сказал Дов, вставая рядом со своим партнером. – Если вам так нравится прятаться в туалете целую неделю, то занимайтесь этим и дальше. Но не приходите к нам плакаться, когда вас тут обнаружат и захватят. Или вы желаете после войны вспоминать о том, как трусливо сидели здесь, пока остальные мужчины сражались за свою свободу? В этом, что ли, заключается ваша честь? Вы сами-то вообще мужчины или какие-то мыши?

Ятсухаши снова вздохнул.

– Мне нужно думать о благе моих людей.

– Но разве сидение в туалете является для них благом? Почему бы тогда просто не сдаться? Разницы-то практически и нет!

– Довольно! – произнес я, вставая между ними в попытке всех успокоить. Люди Ятсухаши выглядели оскорбленными, а теперь я еще и оказался прямо перед ними.

Но, наверное, это всё равно было лучше, чем позволить начаться драке. А к гневу и недовольству мне было уже не привыкать. В конце концов, я в течение нескольких месяцев пытался флиртовать с Вайсс.

– Никто не будет никого называть трусом. Ятсухаши, я приношу свои извинения за их слова. Не стоит воспринимать всё это всерьез.

– Это было сказано под влиянием эмоций, – спокойно ответил тот, одной единственной улыбкой угомоняя своих людей. – И я совсем не обиделся. Кроме того, это само по себе многое говорит об их вере в тебя и о твоей способности вдохновлять своих соратников.

Нет, это говорило лишь об идиотизме членов команды CRDL.

– Но ты должен понять, – продолжил Ятсухаши. – У нас самих просто не имеется фундамента для какой-либо веры. Мы не видели твоих способностей в деле, и у нас нет доказательств того, что твое руководство приведет нас именно к победе, а не к позорному поражению.

– Я это понял и тоже не стал бы рисковать своей жизнью ради призрачного шанса на-…

– Тогда мы добудем это доказательство! – заявил Кардин. – Если вам оно нужно, то мы его предоставим.

Эм, что?

– Доказательство, – медленно произнес Ятсухаши, потерев подбородок. – Должен признать, что о такой возможности я даже не подумал. Так вы хотите, чтобы я дал вам испытание?

– Да, именно так.

– Кардин, подожди-…

Я попытался схватить его за руку, но он уже шагнул вперед.

– Жон способен справиться со всем, что ты можешь для него придумать. Но потом тебе придется присоединиться к нам.

– Если он исполнит мое задание.

– Когда он исполнит твое задание, – поправил его Кардин.

– Или вместо этого-… – попытался вставить я, но тут же оказался прерван вновь поднявшимся со своего трона Ятсухаши.

– Хорошо, – кивнул тот. – Ты сказал свое слово, Жон из Арков. Посмотрим, как ты сумеешь его сдержать.

Сказал свое слово?! Да эти ублюдки даже ни одного предложения не дали мне закончить! Я застонал, но возражать ничего не стал. Всё уже оказалось обговорено без моего участия, а я сам никак не мог от этого отказаться, не настроив их против себя. Рен потрогал меня за руку и кивнул, видимо, пытаясь меня поддержать. Мне это не особо помогло, и желание стукнуться головой о ближайшую стену по-прежнему было просто нестерпимым. Но сумев перебороть себя, я натянул на лицо улыбку, делая вид, что всё шло по моему плану.

– Моим людям требуются две вещи, – произнес Ятсухаши. – Еда и медикаменты. Меня не волнует, что ты выберешь, но если тебе удастся достать достаточно лекарств, чтобы мы могли не беспокоиться о наших ранах, или же столько еды, чтобы нам восьмерым хватило ее на пару дней, то я приму это в качестве доказательства твоей способности обеспечить нас всем необходимым и окажу всю возможную поддержку твоему делу.

Еда и медикаменты, да? Ну, столовая тут точно отпадала, поскольку являлась штабом девчонок с самого начала войны, но, насколько я помнил, медпункт оставался нейтральной зоной. Может быть, мисс Тсуне согласилась бы поделиться с нами чем-нибудь из своих запасов? Впрочем, у меня уже появилось предчувствие, что так просто у нас ничего не получится.

– Сделай это, Жон из Арков, и ты обретешь то, чего желал.

Кивнув, я развернулся и направился к выходу в сопровождении моей свиты. То, что я желал, да? Вряд ли Ятсухаши был способен закончить эту войну, вернуть меня в комнату моей команды и сделать так, чтобы все мои мысли вновь оказались заняты очередной попыткой пригласить Вайсс на свидание или тем, как мне избежать вызова на спарринг на уроке мисс Гудвитч.

Но когда мы уже оказались в коридоре, Кардин обернулся ко мне с широкой улыбкой на лице и просто сиявшими глазами.

– Всё прошло куда лучше, чем я рассчитывал.

Еще ни разу в своей жизни я не испытывал настолько сильного желания набить кому-нибудь морду.

Глава 4

Четвертая глава – Первый удар

Никто не ищет для себя проблем.

Но иногда они подкрадываются к тебе

и бьют так, что ты их даже не успеваешь заметить.

Прямо как женщины. Еще секунду назад ты был одинок,

а потом оп – и тебя уже окрутили обе девушки из твоей команды.

Не знаю, почему Кроу считает меня счастливчиком.

Разве так не со всеми происходит?

(Тайянг Сяо-Лонг, блондинистый ублюдок)

Итак, лекарства или еда. Таким оказалось наше нынешнее задание, которое я получил против своего желания. Мне вспомнились игры на приставке, которыми я увлекался в детстве. Вот только враги там всегда были такими, чтобы герой мог их победить, да и выглядели они обычно просто нелепо. Само собой, прекраснейшие девушки Бикона очень сильно от них отличались. И всё же в этом задании один вариант его выполнения казался мне несколько проще, чем второй, что и позволяло не впадать в отчаяние.

– Это выглядит даже слишком легко, – произнес Скай, пока мы шли по коридору. – То есть мы что, и в самом деле просто зайдем в лазарет и попросим лекарства?

– А почему бы и нет? – отозвался я. – Это же не настоящая война. Никто не запрещает нам получить запас на тот случай, если мы окажемся раненными.

Или не мы. Хотя если бы тут была только команда CRDL, и им по пути попалась бы Блейк, то она наверняка надолго отправила бы их в этот самый лазарет.

– Жон прав, – сказал Рен. – В правилах говорится о том, что здешние окрестности являются безопасной зоной. И пусть даже война оказалась для нас полной неожиданностью, но вот у персонала школы имелось достаточно времени на то, чтобы всё подготовить. Должны же они были озаботиться тем, чтобы никто серьезно не пострадал.

Рен внимательно осмотрел коридор, и только после этого продолжил:

– Если участники боев станут опасаться посещать лазарет, то даже самая маленькая царапина, вполне возможно, в итоге приведет к потере кем-нибудь, например, ноги.

Я кивнул, открыв свой свиток и перечитав тот самый список правил, что Озпин всем нам прислал. Ну, то есть вообще всем студентам Бикона, а не только нашей группе. Его инструкции о том, что нужно было сделать для победы в этой войне, я решил пропустить, потому что особого смысла в них для себя не видел. Но именно среди них оказались спрятаны остальные пункты правил. Некоторые касались содержания пленных – там говорилось о минимально необходимом уровне питания, свободы и комфорта, а также о том, что сами оказавшиеся в плену студенты не должны были использовать всё это для организации побега. Но самое важное сейчас заключалось в том, что тут оказались очерчены точные границы безопасной зоны вокруг нужного нам места.

– Ни одна из сторон не имеет права как-либо ограничивать доступ к лазарету для любого другого студента, – зачитал я. – Если раненый противник приблизится к границе обозначенной зоны, то мешать ему войти туда запрещается. Несоблюдение этих правил или же их использование в своих целях приведет к весьма суровому наказанию.

– Что они вообще имеют в виду под этим самым “весьма суровым наказанием”? – поинтересовался Дов.

– Ничего такого, с чем мы желали бы встретиться, – проворчал Кардин. – Ни мисс Гудвитч, ни мисс Тсуне не придумают для нас абсолютно ничего хорошего.

Самым забавным тут оказалось то, что Кардин не проявлял к последней ни капли своего привычного расизма, хотя глава нашего медпункта была фавном. То ли он не желал злить ту, которая могла вытащить его буквально с того света, то ли просто ее боялся. Но и та, и другая причина казались мне очень близкими и понятными.

– И всё же мы имеем право туда войти, – сказал я, убирая свиток. – Заходим, просим немного лекарств и выходим. Никаких проблем.

Хотелось бы мне уметь вовремя прикусить язык, потому что эти самые проблемы у нас появились уже через десять минут. Рен внезапно поднял руку, останавливая меня – а заодно и всех остальных – от того, чтобы мы свернули за угол.

– Стойте, – прошептал он. – Враги.

– Девчонки? – уточнил Рассел.

– Если бы это оказались Гриммы, то я бы не стал так сильно беспокоиться, – ответил ему Рен, а затем низко пригнулся, жестом попросив нас оставаться на месте. Из всего нашего отряда он был самым тихим и быстрым. И если немного подумать, то еще и наиболее сильным. Честно говоря, не существовало ни единого препятствия к тому, чтобы нас возглавил Рен, кроме, разумеется, моей ничем не заслуженной репутации. – Их там шесть… нет, все-таки восемь. Стоп, подошел еще один патруль. Итак, их там целых шестнадцать и-…

Тут он прервался на едва слышные ругательства.

– Что там такое? – шепотом спросил я.

Рен обернулся ко мне, и в его взгляде был отчетливо виден страх.

– Янг.

Это имя моментально наполнило ужасом и меня самого. Я отполз подальше от поворота, хотя и так находился на приличном от него расстоянии. Моя спина уперлась в Кардина, но тот меня вовсе не оттолкнул, а просто замер на месте.

(Опыт встреч Кардина с Янг ни в коем случае нельзя было назвать приятным. Как и Пирра, та пару раз в одиночку избивала на арене всю команду CRDL).

Что она вообще здесь забыла? Проклятье, почему здесь собралось столько девчонок? Если лазарет не участвовал в конфликте, то зачем женщинам понадобилось посылать сюда одну из самых сильных своих боевых единиц?

– Может быть, она заболела? – шепотом предположил Дов.

Это оказалась вполне здравая мысль.

– Не похоже на это, – покачал головой Рен. – Янг осматривает коридор, ее оружие находится в боевом положении, не говоря уже о таких силах под ее рукой. Если, конечно, у них там вдруг не случилось эпидемии, то я бы сказал, что они приготовились с кем-то воевать.

– Они не имеют права устраивать здесь битвы, – произнес я, припоминая правила. – Они не могут даже помешать нам войти внутрь лазарета.

– А что насчет выхода из него?

На этот вопрос ответа у меня уже не нашлось, а потому я снова достал свой свиток и полез в список правил. Рен, Кардин и все остальные тут же столпились вокруг, чтобы тоже их прочитать.

– Хотя никто не должен помешать командам или отдельным студентам посещать лазарет, но также запрещено использовать его в качестве укрытия. Пациенты окажутся выставлены оттуда сразу же после того, как квалифицированный медик признает состояние их здоровья не внушающим каких-либо опасений.

– И ничего о том, что с ними произойдет после этого, – прошипел Кардин. – Проклятье. Они там стоят не для того, чтобы мешать мужчинам входить. Они просто захватывают их уже на выходе. Как только какой-нибудь парень будет признан здоровым, то он тут же окажется в плену.

– Какая подлость, – произнес Рассел.

– Просто гениально, – возразил ему Рен. – Мы сейчас сражаемся не с толпой девчонок, а с целой организацией. И дело тут вовсе не в этих сообщениях, что призывают обменять свободу на еду, а как раз в том, что они не поленились выставить охрану даже возле лазарета. Не удивлюсь, если подобные посты стоят и во всех остальных стратегически важных точках.

Я бы тоже этому ничуть не удивился. И еще мне показалось, что я лично знал тех, кто это предложил. Разумеется, Вайсс с Блейк приходили на ум самыми первыми, но не стоило забывать и о Пирре, а, к примеру, та же Вельвет оказывалась весьма смышленой, когда ей что-то было нужно сделать. К тому же нам до сих пор подозрительно везло ни с кем из них не столкнуться. Причина этого была очень проста – они явно желали, чтобы мужчины расслабились и сами к ним пришли. Например, если мы сейчас приблизимся к Янг, то она наверняка нам улыбнется и махнет рукой, чтобы мы заходили в лазарет. А уже после того, когда нас оттуда выставят, она тут же попытается нас захватить и отобрать то, что мы могли там получить.

Именно так и действовала организация, которой мы в данный момент противостояли. И если прикинуть шансы нас шестерых (или семерых, считая Цвая), то как мы вообще собирались победить в этой войне? Впрочем, ответ на этот вопрос оказался вполне очевидным. Никак.

Нашей целью являлось лишь выживание.

– Отступаем, – прошептал я. – Торчать тут дальше попросту бессмысленно.

* * *

После того, как окончательно отпал вариант с лазаретом, мы молча брели в сторону того тихого уголка Академии, где находилась база Ятсухаши. Разумеется, приходить к нему с пустыми руками не имело абсолютно никакого смысла, но не в столовую же, в которой наверняка располагался вражеский штаб, нам было идти.

– Что мы будем делать? – поинтересовался Дов. – Как мы вообще собираемся искать эту еду. В первый раз нам очень сильно повезло, и произошедшее можно назвать разве что чудом.

– Жон обязательно найдет какой-нибудь выход, – ответил ему Рассел, посмотрев на меня с таким обожанием, что это уже начало внушать мне некоторые опасения. Я подобного отношения к себе совсем не заслуживал и даже не знал, что мне с ним вообще следовало делать. К сожалению, все остальные поспешили согласиться с Расселом, полностью перевалив на меня решение возникшей у нас проблемы.

– Мы что-нибудь непременно придумаем, – произнес я, не испытывая в этом абсолютно никакой уверенности, но желая хоть немного унять их опасения. И еще в этой фразе я специально использовал слово “мы” и множественное число.

Мой взгляд скользил по комнатам с обеих сторон коридора, двери которых были распахнуты. Это оказалось сделано специально, хотя я и не знал, кем именно: парнями или девчонками. Так можно было сразу понять, что эти комнаты уже успели обыскать, и больше ничего интересного там не имелось. А вот как раз закрытые двери намекали на то, что за ними либо что-то хранили, либо кто-то прятался.

В этом конкретном коридоре закрытых дверей вообще не оказалось. И еды, которую можно было бы тут добыть, похоже, тоже не осталось. Но даже если бы мы что-нибудь и нашли, то Ятсухаши и его группу подобное никак не могло впечатлить. В Биконе еда всегда бесплатно подавалась в столовой, так что лишь очень немногие студенты что-то забирали к себе в комнаты. Да и те, кто этим все-таки занимался, обычно отдавали предпочтение сладостям и алкоголю. Хотя последнее вот прямо сейчас нам явно бы ничуть не помешало.

– Можно напасть на еще один женский патруль, – предложил Кардин. – В прошлый раз это сработало.

– Мне бы хотелось избежать чего-то подобного, – отозвался я.

Кардин с некоторым подозрением посмотрел на меня.

– Почему?

Это стало, пожалуй, первым признаком того, что он начал выходить из-под влияния моего образа, который они все сами для себя и создали в своих головах. И если уж быть до конца честным, то со времен той битвы с патрулем мы не совершили абсолютно ничего такого, чем можно было бы гордиться. Я напряг свой ум в поисках ответа, который мог бы понравиться Кардину и вновь заставить его поверить в то, что я хоть как-то контролировал всю эту ситуацию.

– Сейчас девчонки уже предупреждены о нашем существовании, – наконец произнес я. – Тот патруль наверняка доложил о том, что с ними произошло. Но пока они считают, что мы куда-то убрались из этого крыла. Если же мы атакуем еще один патруль, то это будет равносильно объявлению своего местоположения по системе громкой связи.

– Хм, – кивнул Кардин. – Вполне разумно.

– Но когда нас станет больше, то мы вполне сможем этим заняться, – добавил Рассел. – Жону потребуется возглавить настоящее племя, чтобы победить в этой войне.

– Угу… – вздохнул я. – Именно поэтому мне кажется, что-…

Звук работы какого-то двигателя заставил меня остановиться и уставиться в потолок.

– Что это за шум?

– Похоже на Буллхэд, – ответил мне Рен.

– Это всего лишь сброс припасов, – отмахнулся Кардин с таким видом, будто нечто подобное происходило тут каждый день. – По правилам Военных игр каждые восемь часов прилетает Буллхэд и сбрасывает в каком-нибудь случайном месте ящик. Кто его первым найдет, тому он и достанется.

Теперь, когда они об этом сказали, я и сам узнал характерный шум двигателей Буллхэда.

– Что лежит внутри ящика?

– Понятия не имею. Мне он еще ни разу не доставался. Вы с Реном что, вообще ничего не знали об этом?

– Обычно мы находились внутри главного здания школы, – ответил за нас обоих Рен. – Может быть, мы их не замечали, а возможно, просто считали обычными Буллхэдами, пополнявшими запасы Бикона. Они всё еще продолжают этим заниматься. Так ты говоришь, что ящик будет сброшен в абсолютно случайном месте?

– В этом и заключается вся его суть. А почему он тебя так заинтересовал?

Рен указал на ближайшее окно, через которое был виден зависший примерно в сотне метров от нас и двух сотнях от земли Буллхэд. С летательного аппарата скинули вниз на примятую потоком воздуха траву какую-то шашку, которая тут же начала испускать красный дым.

Занятно, но в этот момент я ощутил лишь пустоту в желудке. Поворачиваясь к остальным, я всё еще надеялся на то, что все-таки ошибся. Разумеется, мне не повезло. Все выжидательно уставились именно на меня, и даже Цвай задрал голову, положив переднюю лапу мне на ногу. Я тяжело вздохнул.

– Ну что же, похоже, мы всё же отыскали наши припасы.

* * *

– Ты хочешь, чтобы мы отправились туда одни? – переспросил Кардин. Его глаза были расширены от ужаса, поскольку я желал, чтобы он и его команда сделали вылазку на открытое пространство, просматриваемое и простреливаемое со всех сторон. Его взгляд уперся в противоположное крыло, но сейчас сложно было сказать, сколько именно народу могло наблюдать оттуда за ящиком.

– В данном случае не имеет особого значения, пойдут ли туда четверо или шестеро, – произнес я. – Девчонки, если они здесь появятся, всё равно будут превосходить нас числом. Но вы являетесь самыми сильными из нас и легко сумеете утащить ящик, когда мы его получим.

Кардину явно не нравились мои безупречно логичные рассуждения, и его взгляд снова наполнился подозрением. То ли он оказался не таким уж и наивным, то ли страх постепенно подтачивал его веру в мои планы.

– А чем займетесь вы с Реном, пока мы будем рисковать нашими жизнями?

Я постарался как можно более героически улыбнуться, выдав ему совсем не героический ответ:

– Разумеется, наблюдением за окружающей обстановкой.

– Наблюдение за обстановкой… – еще немного прищурился Кардин. – Из безопасного укрытия в здании, как я понимаю?

– Кому-то нужно этим заниматься, и тут мы являемся самыми лучшими кандидатами, поскольку превосходим вас в скорости. Всё довольно просто. Мы с Реном останемся у самой границы открытого пространства и проследим за тем, чтобы девчонки не застали вас врасплох. Если они здесь всё же появятся, то мы подадим вам сигнал, а затем побежим. Тогда у вас самих появится время на то, чтобы скрыться, – рассмеялся я, постаравшись, чтобы это выглядело проявлением уверенности в моих силах. – Честно говоря, ваша работа будет даже безопаснее нашей. Вы сразу же получите предупреждение о приближении врагов, а вот мы с Реном окажемся первыми, кого они заметят.

Или же первым, кого они заметят, будет Рен, поскольку я сам намеревался покараулить возле того тихого и заброшенного крыла, из которого мы пришли. В нем не имелось ни единой стратегически важной цели. А вот мой друг занял бы позицию с другой стороны, где не только находилась контрольная точка, но и было куда ближе до столовой и лазарета. Само собой, я специально так распределил наши посты, пусть мне и совсем не хотелось подвергать Рена подобной опасности.

(Я предпочитаю считать, что Жон просто верил в мои навыки и способности, чего бы он сам ни говорил на этот счет).

– У нас всё получится, – сказал я, подталкивая Кардина в спину. – А теперь поспешите. Как только ящик коснется земли, вам потребуется действовать очень быстро.

– Я буду внимательно следить за тобой, – с некоторой угрозой в голосе произнес тот, а затем взял свою команду и направился в сад.

Когда он наконец ушел, я выдохнул с облегчением. Если всё пройдет спокойно, то у нас окажется достаточно припасов, а я сам докажу всем, что на мои планы можно было полагаться. Если же девчонки все-таки появятся, то команда CRDL попадет в плен, а мы с Реном сможем продолжить выживать вдвоем, но теперь уже имея в запасе отбитую у женского патруля еду. Как бы ни повернулась вся эта ситуация, лично я оставался в плюсе. Для этого мне следовало всего лишь постараться держаться подальше от возможной драки.

Испытывал ли я в тот момент угрызения совести по отношению к Кардину и его команде? На этот вопрос оказалось не так уж и просто ответить. Даже при самом неудачном для нас варианте развития событий они бы не погибли, так что их жизнями я не жертвовал. К тому же Кардин ударил меня в лесу Вечной осени, а до этого довольно долго надо мной издевался. Наверное, таким образом я просто осуществил бы свою месть.

Да и то только в том случае, если дела пойдут совсем плохо. Нет, я и в самом деле собирался предупредить Кардина и остальных об опасности, если, конечно, это не поставит под угрозу уже меня самого. Пусть я и был совсем не таким, каким они меня себе представляли, но мысль всегда иметь под рукой целых четырех бойцов, которыми можно было бы спокойно пожертвовать, мне очень даже нравилась.

В этой войне меня беспокоило благополучие лишь двух человек: меня самого и Рена. Причем именно в таком порядке. Ну, может быть, сюда стоило включить еще и Цвая, поскольку я с ужасом представлял себе, что могли сотворить со мной Руби и Янг, пострадай их питомец под моим присмотром. Я перевел свой взгляд на оставшегося рядом со мной Цвая, и тот тут же радостно тявкнул. Ну, хоть кому-то всё это доставляло удовольствие.

– Ха-ха, похоже, у нас все-таки есть еще храбрецы, – раздался знакомый голос из Буллхэда. Питер Порт, держась одной рукой за поручень, довольно опасно свесился из открытой двери. – Не унывайте, парни. Как и всегда, я принес вам подарки!

С этими словами он вытащил из Буллхэда черный ящик и сбросил его вниз. Кардин и его команда разбежались в стороны, чтобы тот не попал ни в одного из них. Но их суета оказалась попросту бессмысленной, потому что падение ящика замедлил раскрывшийся парашют.

Пожалуй, даже слишком сильно замедлил…

– Просто замечательно, – прошипел я. – Теперь он будет приземляться еще две или даже три минуты, а дым окажется виден из любой части Академии. Наверное, так сделали специально, чтобы нам жизнь медом не казалась.

Девчонки, скорее всего, уже получили сообщение от какого-нибудь поста или наблюдателя. И теперь они наверняка отправят сюда целый отряд. Я обвел окрестности нервным взглядом, но пока всё было тихо и спокойно. Сумеем ли мы этот самый отряд опередить? Возможно, они как раз занимались ловлей каких-нибудь парней в совсем другом конце Бикона? Или же им просто не были нужны эти припасы и сопутствовавший их добыче риск, потому что вполне хватало своих?

Кто же знал, что Питер Порт тоже любил поиграть в эти игры на приставке. Мне кажется, что подобный сценарий использовался как минимум в десятке из них, причем без каких-либо значимых изменений. Ну, хоть кто-то еще, кроме Цвая, наслаждался всей этой ситуацией, пусть и за наш счет.

Секунды текли, превращаясь в минуты, но для меня они ощущались чуть ли не годами. Каждый шорох в кустах или шелест ветра в траве заставлял меня вздрагивать. Я практически не дышал, внимательно осматривая окрестности. Кардин и его команда выглядели очень уязвимыми на открытом пространстве для любого, кто решил бы их обстрелять. Но у них имелась аура, и настоящую опасность для них представляли бы именно те, кто вздумал бы подобраться к ним поближе.

Ящик опускался всё ниже и ниже, а мое горло окончательно пересохло.

– Жон?..

Я ощутил пустоту в животе. Голос оказался очень знакомым, что в данной ситуации не сулило абсолютно ничего хорошего. Молясь о том, чтобы слух меня все-таки подвел, я медленно повернулся в ту сторону, из которой меня окликнули. Мои молитвы не были услышаны. Впрочем, в этом не оказалось совершенно ничего удивительного, потому что я являлся атеистом.

– Жон! – радостно крикнула Нора, стоя во главе отряда из шести девчонок.

Я побежал.

Она тут же бросилась за мной в погоню.

Плечом распахнув какую-то дверь, я проскользнул внутрь, едва при этом не упав. Мне всё же удалось захлопнуть ее за собой, чтобы секундой позже тихо застонать, когда она с грохотом вновь оказалась распахнута. Я не рисковал оборачиваться. Мне и так было понятно, что именно я там увижу – лишь смерть и разрушения.

– О, Жон! – промурлыкала Нора, держа в руках свой тяжелый молот. – Как же я рада тебя видеть. Пирра будет просто счастлива. Сейчас всё уже совсем не так, как было раньше, знаешь ли. Нашей команде нужно снова собраться вместе.

Тяжело дыша, я взбежал сразу на три лестничных пролета, цепляясь при этом за перила для ускорения процесса. К тому времени, как я оказался на четвертом этаже, мои легкие просто пылали. Я посмотрел на поднимавшуюся Нору, которая подобных проблем явно не испытывала. Ее взгляд не отрывался от меня, а на лице была счастливая улыбка. Как она вообще могла так себя вести, имея далеко не самые добрые по отношению ко мне намерения, я просто не представлял. Издав испуганный крик, я ринулся в коридор.

Мне нужно было срочно где-нибудь спрятаться! Я никак не мог убежать от Норы. Не то, чтобы моя физическая форма была настолько плоха, но вот она сама вполне могла спокойно бегать целыми днями напролет. Уж мне-то об этом было известно наверняка!

– Жон, – окликнула меня Нора. – Ты можешь убегать, но никогда не сумеешь от меня спрятаться.

Да ну? Я всё же намеревался попробовать это сделать. По обеим сторонам коридора располагались классы, так что я нырнул в один из них, не забыв закрыть за собой дверь. В самый последний момент в нее успел протиснуться Цвай. Мы поспешили укрыться в шкафу, причем я прижал Цвая к груди и на всякий случай закрыл ему ладонью мордочку.

Еще через мгновение дверь класса распахнулась.

– Ты уверена, что он побежал именно сюда? – спросил кто-то. – Всё выглядит так, будто здесь очень давно никого не было.

– Он тут, – с уверенностью ответил незнакомке голос Норы. – Я знаю Жонни. Он сейчас прячется.

– Но не ты ли сама сказала, что спрятаться от тебя он не сможет?

– Ага. Именно поэтому Жон и прячется. Он достаточно умен, чтобы понимать, что в этом и заключается его единственный шанс, – засмеялась Нора, заходя внутрь класса. – Вот поэтому он и является любимым лидером нашей команды.

В любое другое время я бы растаял от столь лестной характеристики, но сейчас по моим венам бежал чистый лед. Скорее всего, это и были Валькирии, о которых я столько слышал. Личный отряд штурмовиков Норы. И если они окажутся хоть капельку на нее похожи, то связываться с ними мне ничуть не хотелось. Оставалось надеяться лишь на то, что остальные заметят то кошмарное положение, в которое я сейчас попал, и всё же поспешат мне на помощь.

– Возможно, я ошиблась, – произнесла Нора. – Его здесь нет.

Я задержал дыхание, упираясь спиной в стенку шкафа. Она меня не нашла. Вскоре я снова окажусь в безопасности.

– А может быть… – хихикнула Нора, после чего дверцу передо мной сорвало с петель, а Манхильд вновь вернулся на ее плечо после удара, – он все-таки здесь! Привет, Жон!

Я издал весьма мужественный вопль.

Испуганный им Цвай отскочил от меня, попав Норе прямо в лицо. Та упала на пол, при этом испугано вскрикнув, а я поспешил воспользоваться внезапно подвернувшейся мне возможностью убежать прочь.

– Хороший мальчик! – похвалил я Цвая, который тут же оторвался от Норы и ринулся к двери, бросая меня одного. – Плохой мальчик! Проклятье, Цвай!

За моей спиной рассерженно взревела Нора, и инстинкты заставили меня пригнуться, пропуская над головой какую-то парту. Она долетела аж до противоположной стены, после чего развалилась на куски от удара об нее. Скорее всего, Нора просто откинула ее со своего пути, расчищая себе дорогу для нормальной атаки. Всё так же пригибаясь, я выскочил в дверь, а затем скрылся в другом классе. К сожалению, отсюда бежать было уже некуда, так что я просто отскочил подальше от входа, чтобы между мной и Норой оказалось как минимум несколько парт.

Дверь вздрогнула.

Древесина раскололась пополам.

В образовавшейся щели показался глаз.

– А вот и НОРА! Ой, подождите. Тут ведь не заперто, – она смущенно кашлянула, входя в класс и закрывая поврежденную дверь. – Если кто-нибудь спросит…

– То мы ее такой и нашли, – автоматически ответил я.

– Ох, Жонни, – улыбнулась Нора. – Ты всегда меня понимал. Я знала, что из тебя выйдет просто замечательный товарищ по команде еще в те времена, когда мы впервые с тобой встретились. Хотя Рен тогда и сказал, что ты выглядишь слишком худосочным и слабым.

– Что?

(В свое оправдание должен заметить, что именно таким он в то время и выглядел).

– Ч-что? О, ты же меня знаешь. Я вечно говорю всякие глупости, – рассмеялась Нора, а на ее лице тут же появилось какое-то странное выражение. – Жон, где сейчас находится Рен? Где он? Вы ведь всегда были вместе, так что ты наверняка это знаешь.

Я оказался совсем не удивлен ее вопросом. Рен и являлся основной целью Норы, в то время как я сам – лишь средством ее достижения. И если я его сейчас сдам, то он окажется в крайне тяжелом положении. Причем тут еще и имелись немалые шансы на то, что Рен так никогда не оправится от последствий попадания плен. А ведь он являлся моим лучшим другом, да и вообще единственным другом мужского пола во всем Биконе. Кодекс Братанов требовал от меня унести тайну его местонахождения с собой в могилу.

– Он сейчас добывает ящик с припасами, сброшенный с Буллхэда, – сказал я. Разумеется, так под раздачу попадал уже Кардин, но зато у Рена всё еще оставалась возможность убежать.

– Ты считаешь меня настолько глупой? – спросила у меня Нора, упершись руками в одну из разделявших нас парт. На ее лице по-прежнему была широкая улыбка, вот только она почему-то не сулила мне ничего хорошего. – Ты никогда не пришел бы сюда в одиночку, Жон. Рен где-то неподалеку. Он просто обязан быть рядом с тобой. Не могу дождаться того момента, когда мы с ним наконец встретимся. Мы снова будем вместе.

Нора на секунду замерла, а затем хлопнула в ладоши.

– Не вместе-вместе, конечно. Я имею в виду, что мы были вместе с самого детства, но это несколько другое.

– Ну, как я тебе уже сказал, он сейчас находится в саду, – произнес я, махнув рукой в сторону окна. – Наверное, ты даже сможешь его увидеть, если посмотришь вон туда. Честно!

– Ты пытаешься просто сделать так, чтобы я отвела от тебя взгляд, чтобы тут же убежать.

– Нет!

– Обычно ты нам не врешь, но здесь ты явно стараешься защитить Рена, так что я тебя прощаю. Вы с ним лучшие друзья мужского пола – прямо как мы с Пиррой. Ну, само собой, за исключением мужского пола. По крайней мере, мне так кажется. У Пирры, конечно, отличные сиськи, но я еще ни разу не видела ее полностью голой. Хм, надо бы это проверить. Ладно. Итак, ты солгал мне, чтобы защитить Рена. Мне это нравится, Жон. Действительно нравится. Ты являешься самым настоящим примером верности для всех его друзей.

– Ты заблуждаешься, – отозвался я, лихорадочно пытаясь придумать хоть какой-нибудь выход из этой ситуации. – Я не такой уж и хороший друг. Нет, серьезно. Прямо сейчас я пытаюсь тебе его сдать, чтобы спасти свою собственную шкуру. Ты сможешь его поймать, если отпустишь меня. Я даже не собираюсь тебе в этом мешать.

– Нет! – хихикнула Нора, откидывая в сторону сразу три парты. – Я не позволю тебе меня обхитрить. Если ты так желаешь рискнуть своей жизнью ради Рена, то меня это более чем устраивает. Да и Пирра будет довольна, если я поймаю вас обоих.

– Я ничем не рискую!

– Ты такой храбрый, Жон.

– Боги, ты даже хуже Кардина и его проклятой команды! – воскликнул я, бросаясь вправо и надеясь обогнуть Нору, пока та окажется занята партами. Мне было непонятно, с чего Нора вообще взяла, что своими действиями я пытался защитить Рена. Может быть, если я сумею до него добраться, то она все-таки от меня отстанет? Я ринулся к двери, но… – Ай!

– Это было весьма невежливо с твоей стороны, – произнесла Нора, уперев головку молота в мой живот. – Нельзя убегать во время разговора.

– Ты… ты ударила меня молотом, – прохрипел я. – А это еще более невежливо…

Нора прищурилась.

– Ты сравнил меня с Кардином. Это вообще было очень грубо.

– Л-ладно. Туше…

– Но я тебя все-таки прощу, – сказала Нора, приводя свое оружие в вертикальное положение, так что мне оставалось лишь покачиваться на самом верху, лежа животом на головке ее молота. – А теперь идем. Нам еще нужно найти Рена и собрать всю нашу команду вместе. Разумеется, вы окажетесь в плену, но мы будем за вами ухаживать. Пирра с самого начала этой войны придумала целую кучу различных способов тебя связать.

Нора на мгновение замолчала.

– Честно говоря, это уже немного пугает. Даже меня.

Ага, но меня это пугало еще сильнее. Я понятия не имел, что именно мне приготовила Пирра, но мои инстинкты просто кричали о том, что попытка это выяснить окажется самым худшим вариантом из всех возможных. Даже хуже того чудовищного удара по моей ауре, который я собирался получить.

– Увидимся позже, Нора, – с улыбкой произнес я.

– Эм?

Но моя нога уже впечаталась в спусковую скобу Манхильд, а мир для меня превратился в бесконечную боль.

Ничто, кроме врезавшейся тебе в живот гранаты, не могло заставить настолько сильно ценить те мгновения, когда тебе в живот еще не врезалась граната. Получив мощный импульс, я слетел с оружия Норы и понесся через весь класс. Аура у меня еще имелась, а вот у окна ее и вовсе никогда не было, так что всего лишь мгновением позже я уже вовсю наслаждался свежим воздухом сада.

Земля оказалась не такой мягкой, как мне бы того хотелось. Я едва мог пошевелить своими конечностями, а вот мой взгляд оказался устремлен в синеву неба, где всё еще можно было заметить уже удалявшийся от нас Буллхэд.

На мои плечи опустились чьи-то ладони, а передо мной появилось лицо Кардина. Но оно мне нравилось куда меньше неба, поэтому я тихо застонал.

– Мы достали ящик, – сказал он со смесью радости и восхищения в голосе. – Ты отвлек их, пока мы его ожидали. Поверить не могу, что вообще в тебе сомневался. Я надеюсь, что когда-нибудь ты меня простишь.

И Кардин куда-то меня поволок.

– Ты – герой, Жон. Самый настоящий герой!

Но я совсем не чувствовал себя героем.

В этот момент я ощущал только боль.

И хотя обычно я не люблю заканчивать главы из дневника Жона какими-либо отрывками из других источников, но на этот раз подобное просто необходимо, чтобы понять, что именно в тот момент происходило в саду. То есть то, чего Жон не видел и о чем, разумеется, даже не подумал упомянуть. И хотя я лично был участником тех событий, но всё же выбрал для этих целей фрагмент, за который, как мне кажется, стоит заранее извиниться. Пусть генерал Кардин Винчестер и является отличным человеком и верным соратником, но о его художественном стиле вряд ли можно сказать хоть что-нибудь хорошее.

Лай Рен.

Отрывок из “Дорога к Мужеству”

Глава 2

За авторством генерала Кардина Винчестера

Я должен кое в чем признаться тебе, мой дорогой читатель. Видишь ли, я не всегда был храбрым и верным солдатом, которым являюсь в нынешнее время, да и вера моя появилась во мне далеко не сразу. Страх разъедал меня изнутри в те далекие дни, и кое-что из решений Господина нашего зародило во мне сорную поросль сомнений. Сейчас я уже понимаю, что просто не мог тогда осознать всего его величия, но в те времена я был молод, неопытен и очень глуп.

С этим страхом в сердце я и повел отряд к нашей цели, уделяя больше внимания окружавшим нас строениям, нежели небесам, которые и должны были нас интересовать. Появись там хоть одна женщина, и наше положение стало бы отчаянным, поскольку позиция, что мы занимали, была открыта любому любопытному взгляду. Мораль оказалась как никогда низка, и я, без сомнения, был не единственным, чья вера в тот день подверглась немалому испытанию.

– Вы считает это честным? – спросил у нас, как мне помнится, Дов. – Они вдвоем сидят по укрытиям, пока мы рискуем своими жизнями. Почему они не пошли сюда вместе с нами?

– У него наверняка имеется какой-то план, – ответил Рассел. Его вера всегда была наиболее крепкой из всех нас, и он выставлял ее напоказ, словно символ чести. Сейчас я испытываю к нему за это лишь благодарность, но тогда его слова мне пришлись совсем не по нраву.

– Вообще не понимаю, чем он там занимается, – проворчал я и – да простит меня наш Господин – продолжил: – Мне начинает казаться, что мы совершили ошибку, доверившись Жону. Будь он настоящим лидером, то пошел бы вперед, а не стал бы трусливо прятаться в тенях.

Моя команда со мной согласилась, и только Рассел остался безмолвным, понимая, что спор между нами пойдет на пользу лишь делу наших врагов. По мере приближения к нам ящика в воздухе повисло немалое напряжение. И хотя никого так и не показалось, но у меня не оставалось сомнений в том, что за нами следили. Я кивнул Скаю, чтобы он занял позицию чуть справа от нас на случай внезапного нападения. Безо всяких инструкций, Рассел сдвинулся на левый от меня фланг. Мы не самая сильная команда Бикона и никогда ей не являлись, но решимости и дисциплины нам было не занимать.

И даже я понимал, что всего этого окажется совершенно недостаточно, когда нашему взору предстала она. Нет, вовсе не они, поскольку остальные девушки не шли ни в какое сравнение с основным источником угрозы, а именно она.

Нора Валькирия.

Кара Бикона, Погибель мужчин, Убийца тех, кому довелось обладать игрек-хромосомой.

Наше путешествие – и свобода – подошли к своему завершению.

И в этот отчаянный миг, мой дорогой читатель, когда вера моя почти уже угасла, а оружие казалось просто неподъемным, появился Он. Словно молния, метнулся Он из своего укрытия, моментально приковав к себе взгляд нашего врага. Несмотря на всю свою ужасающую силу, Нора была хорошо известна тем, что мышлением своим казалась сродни какому-нибудь берсерку. Ни на секунду не задумавшись, она бросилась в погоню, и Он, тот самый человек, в чьем мужестве я совсем недавно сомневался, бесстрашно повел ее прочь от нас. И более того – часть ее соратниц последовала за ними, в то время как перед нами остались уже не шесть бойцов вместе с самой опасной женщиной Бикона, но всего лишь три.

Казалось, что солнце в тот день сияло гораздо ярче обычного.

Скажу тебе, мой дорогой читатель, что вряд ли ты сумеешь понять то чувство, что я тогда ощутил. Мне довелось пережить своего рода второе рождение. Я страстно желал петь, кричать от восторга и просто упасть на колени. Не знаю, как подобное вообще можно описать, но ничего сравнимого с этим мне больше никогда не довелось почувствовать.

Булава моя указала на врагов наших, а легкие наполнились воздухом.

– За Жона! В АТАКУ! – взревел я, и клич мой достиг самих небес. Я первым бросился вперед, даже не оглянувшись для того, чтобы узнать, последовали ли за мной мои соратники. Мне это просто не требовалось. Их голоса присоединились к моему и мы волной праведного гнева обрушились на наших противников.

Рен, что был Его благословенным спутником, захлопнул эту ловушку, зажав доставшиеся нам урезанные силы врага в клещи. Словно молот с наковальней, мы сокрушили их. Мое тело просто пело от радости, когда я ударом булавы отправил одну из девушек в воздух, а затем вбил ее обратно в пыль. Другая попыталась на меня напасть, но ее откинул в сторону Лай Рен – тот самый мужчина, которого я когда-то считал своим недругом.

Мы кивнули друг другу, и слова нам больше не требовались. Встав спиной к спине, мы связали друг друга узами боевого братства.

Где-то вдалеке раздался полный ужаса вопль.

– Прислушайтесь! – воскликнул я, высоко подняв голову. – Жон всё еще сражается с ними, хотя уступает им и в силе, и в числе. Вы слышите этот женский крик? Он, невзирая ни на что, сумел справиться как минимум с одной из них. Наш лидер, Господин и Спаситель! Так деритесь! Сражайтесь так, как делает это Он!

И мы сражались. Наши тела оказались покрыты бесчисленными ранами и ожогами, но мы продолжали сражаться. С упорством, выдержкой и мужеством мы повергли наших противников, заставив их стонать, не в силах более подняться с травы. К тому моменту, когда ящик опустился на землю, победа принадлежала нам.

Внутри него оказались еда, медикаменты, Прах и боеприпасы, причем в таких количествах, что я и не думал уже когда-либо увидеть. Мы взяли всё, что только смогли, остальное бросив падальщикам. Возможно, кто-нибудь из других мужчин придет сюда, когда убедится в безопасности этого шага. Может быть, они тоже окажутся вдохновлены той победой, что принес нам наш Господин.

Еще одной, что даровал Он нам, буквально вырвав ее из уже почти сомкнувшейся пасти поражения. И тогда я понял, что Он не просто нас спас, но смял и выковал заново. До этого я не был готов к чему-то подобному, мой дорогой читатель, но в тот миг всё изменилось. И тогда же я дал самому себе клятву.

Я последую за Жоном Арком до самого конца Бикона и даже дальше.

Глава 5

Пятая глава – В центре внимания

Некоторые аспекты этой войны в те дни оставались загадкой даже для меня. Я имею в виду кое-какие, на первый взгляд, абсолютно нелогичные решения и действия, предпринятые руководством женской армии, которые лишь много позже обрели для нас свое объяснение.

Понимая, что записи Жона не смогут ответить на некоторые возникшие у вас вопросы, я решил включить сюда отрывок, который прольет хоть немного света на значимость его столкновения с Норой и те последствия, к которым оно в дальнейшем привело.

Лай Рен

Отрывок из “Дни войны”

Глава 4

За авторством Октавии Эмбер

Мы слишком рано пришли к выводу, что мужское население Бикона оказалось окончательно сломлено. Разумеется, многие предпочли сдаться и проводить свое время в нашей тюрьме, где они могли спокойно есть и читать, пребывая в комфорте и под полным нашим контролем. Но оставались еще и те, кто продолжал сражаться, и кое-кто из них делал это весьма успешно и изобретательно.

Одни боролись с патрулями, что ловили оставшихся мужчин, другие же нападали на наши конвои, утаскивая еду и тем самым доставляя нам немалое беспокойство. Но мы выслеживали их и уничтожали везде, где это было возможно. Большинство мужчин, разумеется, предпочло затаиться и просто ожидать окончания войны. Их мы решили не трогать до тех пор, пока они не начнут представлять нам какую-либо опасность. У нас просто не имелось столь острой нужды тратить свои ресурсы на борьбу еще и с ними.

Но всегда существовал шанс, что они вырастут во что-то большее, и первым признаком этого стало известие, которое принесла нам однажды утром Нора Валькирия – глава отряда Валькирий.

– И вот я стою, – сказала она, глядя на нас своими сияющими глазами, – окруженная мужчинами. Их было как минимум тридцать!

– Тридцать? – удивленно переспросила Верховная Королева Пирра Никос.

– Это просто какое-то безумие, – согласилась с ней бригадный генерал Вайсс Шни. – Мы уже давным-давно услышали бы о подобной силе. Ты хочешь сказать, что ее не только незаметно собрали прямо у нас под носом, но и сделал это никто иной, как Жон?

– Извини, но кто тут вообще рассказывает – ты или я? Ага, спасибо. Итак, я оказалась окружена как минимум сорока пятью мужчинами, сведенными с ума голодом, а также моими свирепостью и грозной красотой.

– Эм-… – попыталась прервать ее Янг, капитан Драгунов, но была остановлена взмахом руки и покачиванием головы Верховной Королевы Пирры Никос.

– Положение у меня оказалось отчаянным, – продолжила Нора. – Я не знала, что мне было делать, и хуже того – Жон сказал, что решил оставить Рена себе, тем самым мешая нам снова быть вместе. Ну, то есть не вместе-вместе, но-…

(Тут ее размышления на этот счет продолжаются еще в течение трех параграфов, так что я решил просто избавить вас от необходимости всё это читать – Лай Рен).

– И тогда Жон поднялся передо мной во все свои шесть с половиной футов.

– Шесть с половиной? – переспросила Янг. – Что?

– Он вырос, – пояснила ей Нора.

– Еще больше? – просияв, уточнила Пирра.

– Ага. Поверь мне, тебе он понравится.

– О, в этом я даже не сомневаюсь…

– Как бы то ни было, – продолжила Нора, – его глаза пылали огнем, в одной руке он сжимал свой огромный меч, а в другой – непробиваемый щит. Мне отрезали все пути к отступлению, и эта орда окружила меня со всех сторон.

Она сделала небольшую паузу для усиления драматического эффекта.

– Я оказалась поймана в ловушку!

Вайсс фыркнула.

– Я сомневаюсь даже в том, что Жон Арк вообще способен поймать в ловушку хотя бы муху.

– Ага, – согласилась с ней Янг. – И еще это пламя из глаз. Ты уверена, что встретилась не с каким-нибудь непонятным Гриммом?

– Слушайте, я отлично знаю лидера моей команды. Это точно был Жонни, и он оказался вооружен буквально до зубов, а рядом с ним находилось целых шесть десятков мужчин.

– Почему их число всё время продолжает расти?!

– Из-за его репутации, конечно, – произнесла Нора с таким видом, будто разговаривала сейчас с маленькими детьми. – Люди постоянно стекаются под его знамена, и тот факт, что он сумел пройти мимо меня и захватить ящик с припасами, в этом ему только помогает.

– Подожди, ты еще даже не объяснила, как именно он прошел мимо тебя.

– О, он просто взял и выпрыгнул в окно, – пожала плечами Нора.

Вайсс даже слегка приоткрыла рот от удивления.

– А что насчет тех шести десятков мужчин, что тебя окружали?

– Они разбежались.

– С чего бы им от тебя разбегаться?! Твоя история попросту бессмысленна!

– Это не история, – несколько оскорблено отозвалась Нора. – Это отчет о столкновении с противником.

– И мы должны в него поверить? – спросила Вайсс. – Поверить в то, что Жон Арк – этот слабейший человек в Биконе и самая назойливая пиявка из всех, кого я только видела, – каким-то образом возглавил племя мужчин, способное создать угрозу нашему порядку? Напоминаю – Жон Арк. Это такой высокий и неопрятный блондин.

– Для меня в этом нет ничего удивительного, – произнесла Пирра Никос, поднимаясь со своего места. – Жон всегда проявлял лидерские качества.

– Нет, не проявлял! – чуть ли не взвыла Вайсс.

– Он обаятельный-…

– Нет!

– Способен воодушевлять на подвиги-…

– Ты меня вообще слушаешь?

– И если кто-то из них и может меня победить, то это наверняка окажется он.

– Мы всё еще об одном и том же парне говорим? – вздохнув, поинтересовалась Янг.

Пирра мечтательно улыбнулась.

– Я знала, что рано или поздно он станет лидером всех мужчин…

– Ладно, забудь, – раздраженно вскинула руки в воздух Вайсс. – Думаю, мы можем позволить себе серьезно отнестись к тому крохотному шансу, что это действительно окажется правдой. Лучше уж перестраховаться, чем потом жалеть об упущенной возможности.

Янг пожала плечами.

– Меня это более чем устраивает, Вайсскимо. Ты уже что-нибудь придумала?

– Отправим за ним сразу несколько отрядов, а потом притащим его сюда в цепях.

– У нас нет цепей. В тюрьме имеются лишь комнаты с самыми обычными кроватями.

– Это всего лишь такая метафора. Засунем его в одну из этих комнат, закроем окно и скажем, что ему запрещено ее покидать.

– Хорошо, – усмехнулась Янг. – Я поняла. Но тебе не кажется, что стоит сначала спросить разрешение на это у Пирры? Она ведь вроде как является нашим лидером.

Они обе посмотрели на Верховную Королеву, которая тихо бормотала, проводя пальцем по своим губам:

– …и раз он станет Королем, а я буду Королевой, то мы сможем заключить соглашение о перемирии. А что, если он потребует в качестве оплаты меня саму? Н-ну, если так будет нужно для блага государства…

– Забудь, – вздохнула Янг, поднимаясь со своего места. – Я пойду готовить армию к походу, а ты сообщи о нашем решении всем остальным.

– А затем он отрастил огромные кожистые крылья и начал выдыхать огонь, – продолжила рассказывать Нора, хотя собрание уже подошло к своему концу.

Это был первый раз, когда нас призвали к оружию,

но далеко не последний. Именно тогда началась

настоящая Гражданская война в Биконе.

(Блейк Белладонна, Куноичи Любви)

Честно говоря, я не рассчитывал больше увидеть ни Ятсухаши, ни его покрытый кафелем и пропахший освежителем воздуха оплот. И судя по его лицу, он тоже никак не ожидал ни нашего возвращения, ни тележки с кучей различных припасов, которую мы с собой притащили. К слову, на ней с видом героя-победителя в окружении верных слуг восседал Цвай. Хотел бы я сказать, что гордо вошел в помещение, с превосходством оглядев членов племени, но на самом деле я просто добрел до ближайшего умывальника и сунул голову под струю холодной воды. Выжив после столкновения с Норой, полета из окна и волочения через весь сад, я чувствовал себя вправе принять импровизированный душ. И во имя сисек Янг (да славятся они в веках) я так и сделал!

– Что… что это? – спросил Ятсухаши, несколько заторможено приблизившись к нам, как будто не верил собственным глазам.

– Припасы, – ответил я, прополаскивая горло. – Ты же вроде бы и просил нас их притащить, верно?

– Да, просил. Еду и лекарства, – отозвался Ятсухаши, глядя на многочисленные пакеты с фруктами, сладостями, бутербродами и даже мясом, которое не испортится еще как минимум неделю. На самом верху лежали батоны хлеба и газировка. Он явно уже не рассчитывал когда-либо увидеть подобное разнообразие.

– Это… Я даже не знаю… – Ятсухаши посмотрел на нас. – Как?

Мне хотелось ответить, что это было чистым везением. Всего лишь самая обычная удача с некоторой примесью идиотизма.

– Способности, – опередил меня Рассел. – Способности, навыки или мастерство – выбирай, что тебе больше нравится. Это и есть то, что выделяет нашего Господина из всех. Это то, что позволяет ему достигать поставленных целей.

– Это то, из-за чего мы все следуем за ним, – добавил Скай.

– Это то, почему вы тоже должны пойти за ним, – закончил Дов. Позади нас с видом гордого отца, наблюдающего за успехами своих детей, кивнул Кардин. Наверное, эта картина была бы еще более благостной, если бы я смотрел на них чуть менее сердито. Спасибо, ребята. Огромное вам за это спасибо.

– Ты говорил, что этого будет достаточно, – произнес Рен, с куда большей настороженностью наблюдая за остальными членами племени. Я ни на секунду не сомневался в том, что его тоже беспокоил вариант с попыткой нас ограбить, и он был готов сражаться за наши богатства. Я очень ценил в нем это качество – сосредоточенность на самом важном, даже если мое собственное внимание привлекло что-нибудь другое.

(Мне кажется, что расстановка приоритетов всегда была моей сильной стороной. И я рад, что Жон оказался со мной согласен).

Ятсухаши посмотрел на меня, затем на еду, а после этого перевел взгляд на своих последователей – голодных и изможденных в той степени, до которой молодые и полные сил люди могли дойти за целых два дня скудного питания найденными остатками былой роскоши. Все они глядели не на кого-нибудь из нас, но лишь на тележку с едой. Ятсухаши сделал глубокий вдох.

– Я не могу не признать, друг мой, что мое испытание было вами пройдено. Я потребовал невозможного, но тебя это не остановило.

– Не остановило, – кивнул я, чувствуя немалое облегчение. Еще больше воинов, готовых встать между нами с Реном и опасностью, мне никак не помешают. – Так ты собираешься сдержать свое слово?

На размышления у Ятсухаши ушло меньше секунды. Он медленно шагнул назад, и я услышал, как Рен и команда CRDL схватились за оружие. Но на нас никто не собирался нападать. Ятсухаши опустился на одно колено, склонившись передо мной. Мне стало интересно, что именно он намеревался сделать.

– Я, Ятсухаши Дайчи, клянусь в верности Жону Арку, моему вождю и командиру. Человеку, за которым я последую до самого конца Бикона.

Я удивленно уставился на него. Это оказалось совсем не тем, чего я ожидал. Мои планы как-то не заходили дальше того, чтобы он вместе со своим племенем просто отправился с нами и оказал бы нам посильную помощь, и не учитывали возможности того, что Ятсухаши возьмет и принесет мне присягу, словно я был каким-то грозным Королем-завоевателем.

К моему ужасу, его последователи один за другим стали опускаться передо мной на колени, а их голоса начали звенеть, отдаваясь эхом от бело-голубых плиток стен. Рен и команда CRDL стояли возле входа, а я сам внезапно оказался в окружении раковин и полукруга из восьми подростков, гадая о том, не было ли это каким-нибудь параллельным измерением, и если да, то как мне теперь отсюда следовало выбираться.

Проще говоря, мне буквально поклонялись в женском туалете.

А когда они с этим закончили, то уставились на меня, ожидая каких-то моих ответных слов или действий. Я взглянул на Рена, но тот просто пожал плечами и махнул рукой, призывая меня сделать уже хоть что-нибудь. И он был полностью прав, так что я откашлялся и шагнул вперед.

– Я… эм, принимаю твою клятву, Ятсухаши Дайчи. Я принимаю все ваши клятвы, – обратился я к остальным, неожиданно поняв, что даже не знал их имен. И поскольку они ожидали от меня чего-то еще, то я решил пойти наиболее простым и надежным путем. – Итак, давайте устроим по этому поводу праздник.

– Праздник! – воскликнул Ятсухаши, вновь понимаясь на ноги. – Мне очень нравится предложение нашего Господина. Не так уж и часто в последнее время у нас появлялся повод для праздника, и все мы уже изрядно оголодали. Так давайте же забудем сегодняшним вечером обо всех наших невзгодах и насладимся этим моментом.

– Вот это подходящий настрой, – кивнул я. Это же была не какая-то там битва, и всего лишь пара шоколадок вряд ли могла плохо сказаться на моем здоровье, в отличие от попытки сражаться с целой ордой женщин. Я взглянул на команду CRDL, которые являлись самыми воинственными из нас.

– Мне нравится эта идея, – произнес Кардин, уже снимая свою броню. – Можно будет немного отдохнуть после схватки и наконец нормально познакомиться друг с другом.

Мне хотелось спросить, о какой именно схватке он сейчас говорил. Они ведь всего лишь стащили ящик еды, пока я имел дело с воплощением ужаса в лице Норы! Разумеется, тот факт, что я пытался натравить ее на них, к делу никакого отношения не имел.

(За время, проведенное с Жоном, я заметил, что он довольно часто противоречит сам себе. К примеру, сейчас Жон говорит о том, что является эгоистом, и благополучие остальных его ничуть не заботит. Но с другой стороны, он продолжает раз за разом вспоминать подобные моменты в своем дневнике. Так что же это? Муки совести или же попытка убедить самого себя в том, что в его действиях не имелось ни малейшего намека на мужество?)

* * *

Праздник Основания, как его назовут потом, не являлся праздником в полном смысле этого слова. Он больше напоминал какую-нибудь пижамную вечеринку. Мы сидели широким кругом на матрасах и спальных мешках, знакомясь друг с другом, рассказывая различные истории, и, конечно же, не забывая при этом о еде. Но самое важное заключалось в том, что здесь действительно царили смех и радость, сопровождаемые чавканьем, шелестом оберток и шипением газировки.

Для того, кто будет это читать, подобное может показаться мелочью, но для нас тогда это означало очень и очень много. Я лично видел слезы, выступавшие на глазах у тех, кто впервые за долгое время попробовал шоколад или мясо. И никто из нас не принял бы это за проявление слабости. Только не в те тяжелые времена. Я не помню точно, о чем именно мы говорили, но за этой беседой пролетел час, а затем и второй. И поскольку даже наш голод отступил перед количеством еды, то мне оставалось лишь сыто прислониться к стене и слушать эти радостные крики и смех. Даже тот факт, что мы всё еще прятались в женском туалете, оказался позабыт. По крайней мере, нам не нужно было далеко уходить, чтобы справить нужду.

– Должен признать, – сказал Ятсухаши, растянувшись на полу и заняв место, которого, пожалуй, хватило бы на пару человек, – что я не ожидал от тебя исполнения моего задания, Вождь.

– Вождь? – удивленно переспросил я, а затем рассмеялся. – Не майся дурью и называй меня просто Жоном.

– Спасибо, Жон, – кивнул Ятсухаши. – Что же касается титула, то мне кажется, что ты являешься именно Вождем этого племени.

– Наверное, – ответил я, решив не спорить с ним из-за подобной ерунды.

– Рад это слышать, – произнес Ятсухаши. – За нашего нового лидера и Вождя Жона Арка!

– За Вождя! – отозвались остальные, поднимая пластиковые стаканы. – Вождь! Вождь! Вождь!

Когда крики утихли, а разговоры вновь вернулись в прежнее русло, к нам подошли Рен с Кардином, усевшись с двух сторон от меня и тем самым образовав небольшой круг из нас четверых, если считать еще и Ятсухаши. Обсудить с ним наши дальнейшие планы было вполне логично, поскольку его люди пока что доверяли ему гораздо больше, чем, например, мне.

– Это был отличный первый шаг, – начал Кардин, кивая в сторону остальных парней. – Наше число увеличилось с шести до четырнадцати всего лишь за один день.

– Судя по форумам, мы теперь являемся самой большой группой мужчин во всем Биконе, – добавил Рен, посмотрев на экран своего свитка.

(У меня появилась привычка уточнять там информацию о ходе войны и нашем в ней положении. В конце концов, в знании и заключается сила. И хотя официально у нас даже не имелось подобного поста, но меня всегда забавляло и, пожалуй, немного смущало то, что команда CRDL в те моменты, когда думали, что я их не слышал, начали называть меня “Главой разведки нашего Господина”).

– Четырнадцать парней – это что, действительно самая большая группа? – удивленно переспросил я.

– Боюсь, что так. Не могу сказать, что всё написанное на форуме является правдой, но слухи ходят о максимальных размерах лишь в пару объединившихся команд – то есть восемь человек. Для дальнейшего увеличения таким группам попросту не хватает еды.

– С подобной проблемой сталкивались и мы, – согласно кивнул Ятсухаши. – Чем больше появляется людей, тем дальше приходится ходить за едой. Когда-то нас было десять, но двое так и не вернулись со своей вылазки.

Он уставился в стену, видимо, вспоминая потерянных товарищей. Может быть, даже винил себя в том, что с ними произошло.

– Могу предположить, что они встретились с патрулем и попали в плен.

– И это означает, что теперь они живут даже лучше нас, – заметил я. – Их регулярно кормят, а условия, в которых они содержатся, куда более комфортные, чем наши.

– Но у них больше нет свободы. Мужчина может обойтись без множества вещей, но свобода в этот список не входит.

Я не был с этим согласен, но спорить всё равно не собирался. Выживанию подобная точка зрения только вредила. Без свободы вполне можно было прожить, но никак не без еды и воды, которые – вот ведь сюрприз – предлагали именно девчонки. И если бы не тот кошмар, что, безо всякого сомнения, ожидал нас с Реном в плену, то лично я уже давным-давно бы сдался.

Но Гражданская война продлится всего лишь неделю, в то время как наши фотографии в платьях и с макияжем, которыми нам угрожала Нора, станут преследовать нас всю оставшуюся жизнь. Я никак не мог позволить случиться чему-то подобному, потому что всё еще надеялся отыскать себе какую-нибудь девушку, и такое специфичное дополнение к моему образу мне совсем не требовалось.

– Нужно подумать о наших следующих шагах, – сказал Кардин, оставшись всё таким же воинственным. А вот все сомнения насчет меня сменились непоколебимой уверенностью в моих силах. – Благодаря лидерству Жона, мы получили некоторое преимущество. Но оно будет существовать не слишком долго, так что следует как можно быстрее нанести новый удар.

И хотя я ценил его слепую (и весьма глупую) веру в мои возможности, о его энтузиазме того же сказать было никак нельзя. Я покачал головой.

– Ты с ума сошел? Мы не может в таком составе нападать на девчонок. Они нас просто сотрут в порошок.

– Я не имел в виду атаку на них. Нам следует укрепить позиции племени и завербовать побольше мужчин.

– И найти для этого надежный источник питания, – добавил Ятсухаши. – Иначе мы рискуем набрать слишком много народу и начать испытывать проблемы с продовольствием. Что же касается вербовки, то поскольку еда как раз и является тем, чего не хватает мужчинам, они сами придут за ней в наше племя.

Кардин с интересом посмотрел на него.

– Не такая уж и плохая идея. Похоже, ты уже успел ее как следует обдумать.

– В качестве предыдущего Вождя я не раз сталкивался с подобными проблемами, и мне приходилось их как-то решать, – ответил ему Ятсухаши. – Но здесь нет ничего особенного, и уж точно нельзя это сравнивать с тем, чего сумел добиться наш новый Вождь. Так что я ничуть не жалею о потере этого поста. Я привык подчиняться, но не вести людей за собой.

– Хорошо. Нужно будет проследить за тем, чтобы остальные это тоже поняли, – сказал Кардин, доставая свой свиток и открывая карту Бикона. – Рассел распространит необходимые нам новости на форуме, но всегда найдутся слишком гордые мужчины, чтобы просто так склониться перед Жоном. Нам следует сразу же дать всем понять, что в нем и заключается наше единственное спасение. И еще надо бороться со всякими лжепророками.

Они вдвоем продолжили обсуждать какие-то планы, суть которых я оказался даже не в силах уловить. Чем вообще должен был заниматься настоящий лидер? Командой JNPR я не руководил, потому что каждый ее член был более чем способен позаботиться о себе, и посторонняя помощь требовалась разве что мне самому.

Со вздохом я поднялся со своего места, привлекая к себе внимание Кардина.

– Ты уже уходишь? – спросил он.

– Всего лишь собираюсь немного размять ноги, – ответил я, само собой, и не думая убегать прочь и оставлять здесь еду, ради которой рисковал самоуважением.

– А что насчет нашего военного совета? – поинтересовался Кардин, видимо, именно так окрестив этот их разговор. – Как мы сможем без тебя выработать какую-нибудь эффективную стратегию? Лишь только твой острый ум позволил нам добиться всего того, что мы сейчас имеем.

Я подавил в себе желание еще раз вздохнуть и решил вместо этого постараться сосредоточиться на ответе. Поскольку я практически ничего из этого их совета не понял, то был здесь абсолютно бесполезен. Пожалуй, продолжая тут сидеть, я лишь выставлю себя полным идиотом, а они вдвоем вполне могли справиться со всем и без моего присутствия.

Подождите-ка…

– Мне кажется, что вы с Ятсухаши себя серьезно недооцениваете. Я верю в вас, Кардин. Вы сумеете прийти к верным решениям и без меня, а уже потом я выслушаю ваш план и расскажу о своих мыслях на этот счет, если они вообще понадобятся.

Чего, разумеется, не произойдет, потому что их план наверняка окажется куда лучше моего. Я был очень доволен таким выходом из этой ситуации, но замер, неожиданно заметив слезы в глазах Кардина.

– Ты… – сглотнул он. – Ты… действительно имел в виду это?

Я удивленно моргнул.

– Имел в виду что?

– Что ты в меня веришь, – прошептал Кардин, как будто сам никак не мог поверить в происходящее. – После всего того, что я сделал, после всех тех ошибок, что я допустил, как ты вообще можешь считать, будто я способен заменить тебя?

Честно говоря, я в него ни капли не верил.

То есть не совсем так. Когда доходило до планирования, то Кардин оказывался лучше меня просто потому, что вообще кто угодно в этом деле был лучше меня. Мне же самому прекрасно удавалось придумывать идеи о том, как избежать неприятностей, и вряд ли что-то могло измениться за столь короткий срок. Чего бы там ни пришло в голову Кардина, я собирался просто убедиться в том, что мое место в его планах будет расположено где-нибудь в задних рядах. Кроме того, раз уж это окажется именно его план, то я вполне смогу как раз под этим предлогом доверить самому Кардину его исполнение, особенно если там будут предполагаться какие-либо боевые действия. И тогда мне останется лишь наблюдать за всем этим из какого-нибудь безопасного места. Честно говоря, чем дольше я об этом думал, тем больше мне нравилась эта идея, и тем шире становилась моя улыбка. Но сначала мне требовалось сделать так, чтобы и ему самому эта идея тоже понравилась.

– Это потому, что я вижу в тебе потенциал, Кардин, – солгал я, положив ладонь ему на плечо. – Если бы это было не так, то меня бы здесь не было, и я не сражался бы рядом с тобой. Тебе нужно немного больше верить в самого себя. И тебя, Ятсухаши, это тоже касается. До сих пор ты прекрасно управлялся со своими людьми, так что я бы предпочел, чтобы ты и дальше занимался нашими бытовыми проблемами.

Мне совсем не хотелось, чтобы у меня болела голова еще и о добыче пропитания и всем прочем. О роли лидеров я имел довольно смутное представление, но зато мне было известно о такой штуке, как делегирование полномочий. Оно позволяло перевалить все возникшие трудности и проблемы на кого-нибудь другого.

(Это вовсе не делегирование полномочий, Жон. По крайней мере, его смысл должен заключаться совсем не в этом).

– Это честь для меня, Вождь, – поклонился мне Ятсухаши. – Во имя твое всё будет сделано.

– Хорошо. А ты, Кардин, сосредоточься на стратегии, – вновь повернулся я к нему. – Ты будешь главным в вопросах планирования.

Я кивнул, весьма довольный своей идеей по избавлению от излишней работы. И хотя мне казалось, что Кардин будет этим недоволен, но он лишь удивленно приоткрыл рот.

– Ты назначаешь меня своим генералом?!

– Конечно. Почему бы и нет.

– Я… я даже не знаю, что сказать. Ну, то есть я согласен, разумеется, – его лицо на мгновение стало каким-то восторженным, но он всё же сумел очень быстро придать ему спокойное и строгое выражение, ударив себя кулаком в грудь в каком-то подобии воинского приветствия. – Это честь для меня, Вождь. Я тебя не подведу.

Я повторил его жест, поскольку чего-то такого от меня и ожидали, а затем кивнул им и вышел из туалета в относительную темноту и прохладу ночного коридора. Звукоизоляция стен, отрезавшая любой шум, являлась еще одной причиной, по которой Ятсухаши выбрал именно это помещение своей базой. Она же во многом и позволила племени спрятаться от патрулей.

И всё же приятно было очутиться снаружи, где не имелось ни холодной плитки, ни громких разговоров, ни этих восторженных лиц. Где не приходилось натыкаться на тех, кто чуть ли не молился на тебя, хотя ты даже не знал их имен. Не нужно было видеть их взглядов, как будто они ожидали от тебя решения всех их проблем и исправления тех несправедливостей, с которыми им довелось столкнуться.

Я оказался к этому просто не готов. Я не был способен решить даже своих собственных проблем. Да и вообще не совсем понимал, в чем именно они заключались. Тяжело вздохнув, я уткнулся лбом в прохладное, но быстро запотевшее от моего дыхания оконное стекло.

– О чем думаешь? – раздался позади меня спокойный голос.

– Ничего особенно важного, – ответил я, отрываясь от окна и поворачиваясь к Рену. Он был, пожалуй, единственным из всех, с кем я действительно мог бы поделиться своими мыслями. Но даже здесь меня терзали некоторые сомнения. Не то, чтобы я ему не доверял, но мне просто не казалось хорошей идеей вообще с кем-либо ими делиться. Поэтому я решил спросить кое о чем другом: – Как считаешь, мы поступаем правильно?

– Имеешь в виду свое главенство над ними? – уточнил Рен, на что я кивнул. – Сложно сказать. Наше положение остается отчаянным и весьма шатким даже сейчас, когда нас стало четырнадцать, и мы являемся самой большой группой мужчин во всем Биконе. Меня беспокоит то, какие последствия у этого могут быть. У нас недостаточно сил, чтобы представлять женщинам хоть какую-нибудь угрозу. Пирра, Нора и команда RWBY способны легко с нами справиться. Это очень опасный путь.

Я считал примерно так же, и эти мысли весьма меня беспокоили. В группе я получал защиту сразу всех ее членов, но когда мы с Реном вдвоем бродили по Бикону, то были куда менее заметными. Мы могли вовремя увидеть опасность и обойти ее стороной. Теперь же окружавшие нас люди стали своеобразной клеткой, что тянула нас прямиком в самое пекло.

В конце концов, всё сводилось лишь к одному. Я не желал выигрывать Гражданскую войну. Я вообще не думал, что это было возможно, кто бы нас там ни возглавлял. Мне хотелось ее лишь пережить.

– Но, – продолжил Рен, – несмотря на всю опасность и даже вроде бы невозможность подобного пути, мы сейчас отдыхаем и наслаждаемся праздником.

Он повернулся ко мне с той самой мягкой улыбкой на лице, которая обычно предназначалась Норе.

– Когда вспоминаю наши странствия и тот вечный голод, что нас преследовал, я ощущаю благодарность за то, что мне больше не нужно с этим сталкиваться. Раз за разом в первые дни я раздумывал над тем, чтобы сдаться Норе и пройти все те унижения, что она мне подготовила. И даже уже почти решился на это…

Правда?.. Я просто не мог в это поверить. Рен всегда казался мне очень упорным. И не в том смысле, как, например, Янг или Пирра, а скорее как молчаливое дерево, бесстрастно сносившее внезапно налетевший шторм.

– Учитывая наши исходные данные, мы никак не должны были достичь нынешнего положения, – продолжил он. – Мы даже на свободе не должны были остаться. И ни еды, ни праздника тоже не должно было быть. Ятсухаши с его небольшим племенем так и сидели бы в туалете, пока голод не подтолкнул бы их прямо в женские руки. Рано или поздно они должны были сдаться.

Рен положил ладонь мне на плечо.

– Но ничего подобного не произошло. Они счастливы, причем благодаря именно тебе.

– Благодаря еде, – возразил я. – Но никак не мне.

– Но без тебя у них ее бы и не появилось, – усмехнулся Рен, встав рядом со мной и тоже посмотрев в окно на сад и границу Изумрудного леса. – Как бы ты сам ни оценивал свои собственные качества, но для них ты оказался тем единственным, в кого им можно верить.

– Я чувствую, что не заслуживаю подобного восторженного отношения к себе, Рен.

– А веры членов команды JNPR ты заслуживаешь?

– Нет. Всё еще нет.

– Но мы всё равно в тебя верим, Жон. И ты нас еще ни разу не подводил.

Ответом ему стал разве что шелест ветра в листве. Даже цикады в лесу и то умолкли. Был ли Рен прав? Я этого не знал. Да и особого значения это не имело. Что бы я ни решил, но ситуацию это уже никак не изменит. Команда CRDL будет всё так же рваться в бой. А теперь мне придется еще и иметь дело с восьмью новыми членами племени, каждый из которых ожидал от меня построения для него рая на Ремнанте.

Со вздохом я вновь прислонился к стеклу, глядя но длинную цепочку круживших в воздухе светлячков. Хотя вроде бы сезон для них еще не наступил, да и температура… Если подумать, то они вовсе не кружились в воздухе, а двигались четкой линией. Строем.

– О нет…

– Что случилось? – поинтересовался у меня Рен, явно еще ничего не заметив.

Но у меня уже не было времени ему отвечать, поэтому я ринулся мимо него к туалету. Будь тамошняя дверь на это способна, я бы ей хлопнул, но пришлось просто стукнуть кулаком по кафельной плитке. Впрочем, этого вполне хватило, чтобы все тут же повернулись ко мне.

– Собирайтесь, – прохрипел я. – Мы уходим!

Ятсухаши удивленно моргнул.

– Прямо сейчас?..

– Да, – кивнул я, закидывая еду в свой рюкзак. – И если хотите объяснений, то сюда направляется армия девчонок. Так что начинайте уже упаковывать вещи! Ничего не оставляйте здесь. Где Цвай?

Корги тявкнул, бросившись к моей ноге.

– Хороший мальчик. Не убегай слишком далеко.

– Армия? – с некоторым сомнением переспросил Рассел. – У нас теперь есть четырнадцать человек. Мы сможем их победить, и тогда эта битва войдет в легенды!

Я с горечью рассмеялся.

– Вряд ли у нас это получится.

– Жон прав, – прохрипел появившийся в дверях меньше чем через минуту после меня Рен, выглядя при этом ничуть не менее испуганно. Наверное, он тоже их увидел. – Там не меньше сотни девчонок! Очень и очень много! Я заметил кое-кого из знакомых… Янг, Вайсс, Блейк… даже Коко.

Одних этих имен оказалось вполне достаточно, чтобы все тут же вскочили на ноги, пачкая опрокинутой газировкой плитку и стараясь собрать всё, что только могли с собой унести. Свой рюкзак я туго набил едой, оставив немного места лишь для корма Цвая.

Почему их оказалось так много, и по какой причине они направлялись сюда? У меня не имелось абсолютно никаких доказательств, что они охотились именно за нами, но никакой другой подходящей цели в этом крыле я для них просто не видел. Им не было смысла тут появляться, кроме как для того, чтобы сломить чье-нибудь сопротивление. Например, наше.

– Куда мы направимся? – спросил у меня Ятсухаши, подойдя ко мне с уже собранным рюкзаком.

– Куда угодно, – ответил я. – Лишь бы подальше от них.

Могли ли девчонки разозлиться на то, что я утащил у них ящик с припасами из-под самого носа? Не то, чтобы он был нужен им самим, но, возможно, их беспокоило, что внезапное появление такого количества еды у мужчин негативно скажется на эффективности их пропаганды. Парни не станут сдаваться ради кормежки, раз уж кто-то из них сумел добыть ее своими силами.

А может быть, девчонки просто желали нам отомстить? Например, та же Нора. Разумеется, она вовсе не была такой уж мстительной, но, с другой стороны, до этого ее никто и не рисковал обижать. А я не просто ее обидел – я ее перехитрил. Могла ли она за это на меня разозлиться? Или еще хуже – воспылать жаждой реванша?

Мне не хотелось об этом даже просто думать.

(Правильное решение).

– Ты же понимаешь, что в любом другом крыле опасность станет еще больше? – поинтересовался у меня Ятсухаши. – Это единственная часть Академии, где не имеется ни одной стратегически важной точки. Поэтому я и привел сюда своих людей. В любом другом крыле мы окажемся гораздо ближе к их центрам силы.

Я это понимал. Прекрасно понимал. Но какой у меня вообще оставался выбор? Ну, если мы с Реном сдадимся, то остальным наверняка дадут спокойно уйти. Вот только я совсем не собирался так поступать. Я прошел уже через слишком многое, чтобы просто так оказаться в плену и тем самым позволить кому-то еще воспользоваться плодами моего тяжелого труда.

– Выбора у нас нет. Они пришли именно за нами и теперь обыщут всё это крыло комнату за комнатой. Не удивлюсь, если они его еще и оцепят на время наших поисков. Так что нам следует уходить отсюда. Ну, если, конечно, ты не желаешь увидеться с лидером своей команды?

– Нет, не желаю, – ответил мне Ятсухаши, а затем сказал остальным: – Поспешите. Мы отсюда уходим. Можете считать, что сейчас мы всё еще являемся гусеницей, которой только предстоит стать чем-то большим – бабочкой.

– И помните, – добавил Кардин, – что мы еще посчитаемся с ними за эту несправедливость и отвоюем себе нашу свободу.

Он поднял кулак в воздух, и остальные повторили его жест.

– За Вождя!

– Вождь Жон! Вождь Жон! Вождь Жон!

Я застонал, постаравшись не обращать на них внимания. У меня возникло такое чувство, что стоило держаться от всего этого как можно дальше, чтобы не заразиться настолько отупляющим безумием. Никакого другого разумного объяснения подобному их поведению у меня просто не было.

Отрывок из “Рассказы странника”

За авторством Ятсухаши Дайчи

Итак, мы попрощались со своим домом, что уже успел нам полюбиться, и снова устремились в путь. Но в отличие от предыдущих случаев, когда нам приходилось так поступать, наполняли нас в тот момент вовсе не отчаяние и горечь поражения, но радость и надежда. Мы рассчитывали обрести новый дом, который уже будем способны удержать за собой.

Когда мы вышли из холодного туалета в еще более холодные коридоры ночного Бикона, то тоже увидели колонны тех, кто уже готовился внезапно обрушиться на нас, если бы не предупреждение нашего Вождя. И столь огромна была их орда, что любому могла внушить она ужас. Но в то же время это многое говорило и о самом Вожде. Если уж даже женщины настолько его боялись, то кто мы были такие, чтобы в нем сомневаться? Поэтому рассвет нового дня мы повстречали уже кочевниками.

Но это не должно было продлиться слишком долго, и мы не собирались скитаться бродягами по коридорам. Наша цель оказалась величественной, и я имел честь быть одним из тех, кто видел самое ее зарождение.

Приближалась война.

И мы намеревались окунуться в самую ее гущу.

Глава 6

Шестая глава – Пересечение путей

Даже без своего собственного дома они привлекали к себе внимание.

Люди шептались о них в коридорах и настороженно смотрели издалека.

Еще одна группа бессмысленно бродивших по округе мужчин

не стала бы для нас чем-то новым, но эти были не такими.

Они шли без страха, и в них пылала надежда.

Но для людей, у которых ее уже не оставалось?

Для них этого оказалось вполне достаточно.

(Приписывается неизвестному парню из западного крыла)

Оглядываясь назад, я понимаю, что прошло всего лишь несколько часов, но тогда они показались мне днями. Наступил рассвет, и солнце, поднимаясь всё выше и выше над горизонтом, стало обжигать нас своими лучами, пока мы шли через Бикон, ведомые лишь картой со свитка и моей интуицией. И мы сумели избежать всех опасностей, поскольку я старательно огибал любые стратегически важные точки, и нам попросту везло, что бы там по этому поводу ни думали все остальные. Тот же Рассел, например, уже начал приписывать нашу удачу божественному промыслу, и дружное согласие с этим его паствы мне совсем не понравилось.

По крайней мере, я всегда мог поговорить с Реном или Кардином, хотя раньше бы и не подумал, что действительно когда-нибудь захочу по своей собственной воле общаться с последним.

– Уже решено, куда мы направляемся? – спросил у меня Кардин. – Само собой, я не испытываю никаких сомнений, но мне было бы весьма любопытно приобщиться к мудрости моего Господина.

Я посмотрел на него, гадая о том, не имелось ли в его словах какой-нибудь скрытой издевки. Но к моему ужасу, он говорил абсолютно серьезно.

– Ты всё увидишь, когда мы туда дойдем, – уклонился я от прямого ответа. – Ты всё сам увидишь…

Разумеется, я тоже не знал, куда именно мы направлялись.

Вся школа оказалась в руках женщин, и наше перемещение из одного крыла в другое никак не могло остаться незамеченным. Если говорить точнее, то в Биконе имелось четыре основных крыла, отходивших от центрального кольца, которое большинство людей и считали Академией. Эти самые крылья были соединены с главной башней многочисленными ажурными конструкциями, на которых, к слову, не так давно сражались дядя Руби и сестра Вайсс. Я не знал, почему они делали это именно на них, и по какой причине их сражение в подобном месте вообще никого не обеспокоило.

Но как бы там ни было, Бикон с высоты выглядел словно компас, хотя его крылья и указывали на стороны света не слишком-то точно. Скорее всего, тут при проектировании просто была допущена ошибка, потому что эти самые крылья всё равно имели названия сторон света. Мы пришли из южного, в котором не было никаких стратегически важных точек. Именно там предпочитали скрываться большинство студентов старших курсов, хорошо знавших Бикон.

Сейчас же мы оказались в западном крыле. И это было очень плохо, потому что вся эта территория не только являлась условно вражеской, но еще и находилась слишком близко к столовой – столице могущественной империи женщин.

(И обладание ей давало им немалое преимущество помимо контроля за едой и напитками. Столовая была самой центральной точкой Академии, что позволяло нашим противникам проходить из одного крыла в другое самым коротким путем и быстрее реагировать на любую появившуюся угрозу. Не было ничего удивительного в том, что она стала их столицей).

– Думаю, нам стоит направиться в северное крыло, – сказал я, показав на карте общежитие второго курса. – Оно находится максимально далеко от южного, так что там нас догадаются искать в последнюю очередь.

Нора и все остальные наверняка подумают, что мы ушли либо в западное, либо в восточное крыло, поскольку так сделать было гораздо проще. Вряд ли кто-то станет от нас ожидать настолько дальнего похода. Да и сейчас они, скорее всего, оказались заняты обыском южного крыла, давая нам небольшую фору.

– Рен, на форуме есть какие-нибудь новости?

– Люди уже заметили женскую армию, – доложил тот, что-то пролистывая на экране своего свитка. – По этому поводу появилось очень много обсуждений. И еще кто-то на их стороне явно не удержался. За твою голову назначена награда.

– Что?!

Рен продемонстрировал мне экран, и я, открыв рот от удивления, уставился на свою собственную фотографию в моем голубом спальном костюмчике. Под ней имелась надпись:

“Разыскивается Жон Арк, обвиняемый в мятеже и многочисленных преступлениях против женщин Бикона. Наградой за него станет запас еды на неделю и возможность беспрепятственно покинуть нашу крепость”.

– Преступления против женщин? – слегка покраснев, прочитал я. – Они хотят выставить меня каким-то извращенцем!

– Это же просто идеально, – произнес Кардин.

– Нет, – возразил я. – Не идеально!

– Идеально, – с энтузиазмом повторил он, и мне тут же стало ясно, что спорить с ним было абсолютно бесполезно. – Разве ты не понимаешь? Это само по себе придает вес любым твоим словам. Когда мы просто заявили о том, что собираемся дать им отпор, то выглядели всего лишь самоуверенными идиотами. Но после захвата припасов и объединения в племя враги настолько тебя боятся, что посылают за тобой целую армию и объявляют о награде за твою голову на весь Бикон!

Ага, но ничего из перечисленного им не звучало для меня хоть сколько-нибудь хорошо.

– Я понял, – кивнул Рен. – Теперь даже те, кто раньше в нас сомневался, будут вынуждены поверить в наши заявления, потому что противник бросил слишком много сил для борьбы с таким небольшим отрядом.

– Именно, – рассмеялся Кардин. – Я не знаю, как это у тебя получилось, Жон, но вышло просто идеально!

Честно говоря, я тоже не знал, как это у меня получилось. Разумеется, мы утащили у них из-под носа ящик с припасами, но сотня девчонок с Янг, Вайсс, Блейк и Коко не казались мне адекватным ответом на что-то подобное. Нора же должна была знать о том, что это совершили только мы с Реном и команда CRDL. Зачем же тогда им понадобилось отправлять такую огромную армию?

(Само собой, Жон понятия не имел о докладе Норы, который я приводил в отрывке из предыдущей главы. Но в данном случае осторожность Вайсс и чрезмерность Янг сослужили нам добрую службу).

Впрочем, всё это не имело особого значения. Десяток или сотня, но нам хватило бы и одних Янг, Норы или Пирры, чтобы приготовиться к своему последнему сражению. Ну, то есть сражались бы все остальные, а я, пожалуй, постарался бы тихо сбежать куда-нибудь в противоположную от опасности сторону. А может быть, наша группа даже смогла бы с ними справиться, если бы их свита оказалась не слишком большой. Да и Руби, Вайсс или Блейк были не такими уж и сильными, а нас стало уже целых четырнадцать человек-…

Мои размышления оказались прерваны неожиданной картиной, которую я увидел, когда обернулся.

– Рен? – окликнул я своего друга.

Тот посмотрел на меня.

– Да?

– Нас же было четырнадцать, так?

– Всё верно. А почему ты-… – он тоже обернулся и замолчал. – Ох…

– Ага…

Нас было уже не четырнадцать. Помню, что когда-то в детстве смотрел фильм о том, как длинная вереница людей шла через опасную территорию. Их одного за другим утаскивали и убивали Гриммы, причем так, что этого никто не замечал. Вроде бы фильм назывался “Парк гриммского периода” или что-то вроде этого. В нашем случае сравнение было бы куда корректнее, если бы Беовульфы не похищали людей, чтобы их потом разорвать на куски, а сами присоединялись к процессии. В данный момент за мной следовало куда больше четырнадцати человек, и это почему-то абсолютно никого не удивляло.

Я посмотрел на Кардина, подозревая, что тот был как-то причастен к этому явлению.

– Можешь объяснить, что тут происходит?

– Вербовкой по большей части занимается Рассел, – ответил мне Кардин с таким видом, будто пытался не гнев от себя отвести, а просто не лишать своего подчиненного заслуженной тем похвалы. – Люди увидели нас, а поскольку мы являемся самой большой группой мужчин во всем Биконе, то это принесло свои плоды. Огромное количество народу уже лишилось всякой надежды, а потому просто двинулось вместе с нами, посчитав, что хуже точно не будет.

– Уверен, что выдаваемая еда тоже сыграла здесь немалую роль, – заметил Рен.

– Да, – кивнул Кардин, оглянувшись на сидевшего на горе припасов Рассела. И тот вовсе не бездельничал, а активно жестикулировал, что-то втолковывая смотревшим на него круглыми глазами новичкам.

– Чем он там вообще занимается? – спросил я.

– Наверное, проповедует, – ответил мне Рен.

– Рассказывает им о наших целях и устремлениях, – поправил его Кардин, сложив из двух пальцев какой-то непонятный символ напротив своего сердца. – Он учит их истинному пути.

Я вздохнул.

– Он промывает им мозги, правильно?

– Лично я предпочитаю термин “истинный путь”, но в целом всё верно.

Замечательно. Теперь я еще и свой собственный культ основал всего лишь тем, что оказался занят мыслями о маршруте в обход женских постов и не обращал внимание на свое окружение. Просто чудесно. Именно таким образом с самого утра я и планировал провести свой день. Стиснув зубы, я постарался сделать так, чтобы Кардин не заметил моего недовольства.

Большое количество людей подразумевало и увеличение потребления еды, а также рост опасности в вылазках за ней. Будь нас по-прежнему четырнадцать, и уже имевшихся запасов вполне хватило бы до самого конца войны. Но теперь требовалось придумать что-нибудь еще.

Кроме того, если наша численность продолжит и дальше увеличиваться, то мы просто не сможем прокрасться в северное крыло мимо женщин, которые легко обнаружат группу из двух-трех десятков мужчин.

Но сделать с этим я всё равно ничего не мог. Команда CRDL и все остальные считали меня своим Вождем, что вел их к победе, и новые бойцы лишь способствовали достижению этой цели. Если же я начну ворчать и гнать новичков, то наверняка нас с Реном самих выгонят из группы. Причем бродить нам придется без еды, поддержки и с немалой наградой за голову. Я ничуть не сомневался в том, что Рен не станет меня ради нее предавать, но охотников ее заполучить окажется вполне достаточно и без него.

То есть мне оставалось лишь улыбаться, пусть моя улыбка и была насквозь фальшивой.

– Это замечательно, Кардин. Пожалуйста, передай Расселу мою благодарность за его фантастическую работу.

– Уверен, что он будет очень горд твоей похвалой.

Факт того, что моего сарказма Кардин даже не заметил, меня уже ничуть не удивил. Покачав головой, я отметил для себя следующий поворот, ведя всё растущую и растущую процессию по коридорам. В любое другое время нас наверняка бы уже заметили, но сейчас женщины стянули слишком много сил в армию южного крыла, так что каких-либо проблем у нас не возникало.

Я понимал, что вечно наше везение продолжаться никак не могло. Тем более, что даже когда мы достигнем нашей цели и разобьем лагерь в северном крыле, ничего не закончится, и все станут ожидать от меня выполнения следующего пункта моего основного плана.

А это означало, что пора было уже заняться придумыванием этого самого плана.

И почему Озпин сделал меня лидером команды?

* * *

Как уже было сказано, наше везение не могло продолжаться вечно. И сейчас я говорю даже не о том, что за мной следовало уже сорок пять человек к тому времени, как мы добрались до перехода из западного крыла в северное. Существовало два основных пути: через главное здание Академии, которое соединяло все части Бикона, и через сады и тренировочные площадки, что находились как раз между двумя крыльями. Проход через главное здание был, конечно же, куда опаснее пути сквозь сады, особенно если учесть, что именно в нем и располагались столовая, библиотека и тренировочные залы – то есть основные контрольные точки.

И хотя Рассел считал, что я мог победить вообще в любой ситуации, даже у него хватило ума не предлагать идти именно туда.

Оставался только вариант с садами, расположенными между двумя строениями, что открывало нас взгляду любого, кто захочет просто посмотреть в окно. Но в этом уже не имелось какой-либо проблемы, потому что не заметить нашу толпу мог лишь слепой. Сложность заключалась совсем в другом.

– Похоже, они все-таки выставили тут пост, – сказал Ятсухаши, выглядывая вместе со мной и Реном из кустов и при этом как-то умудряясь оставаться необнаруженным. Я понятия не имел, как это у него вообще получалось с его-то габаритами.

– Это самый очевидный путь между двумя крыльями, – заметил Рен. – Я даже не уверен в том, что они ждут именно нас, но влияние Вайсс тут всё же ощущается.

– Ты имеешь в виду их организованность? – уточнил я.

– Нет, – ответил Рен, указав на небольшой женский патруль, который остановился возле поста, а затем входившие в него девушки достали свитки и позволили тем, кто стоял на самом посту, свериться с какими-то записями. – Я имею в виду, что только ей пришло бы в голову развести тут столько бюрократии. Они все ведь явно женского пола. Так зачем понадобилось требовать у них удостоверения личности?

– По крайней мере, девчонками нам переодеваться точно не придется, – решил я несколько разрядить ситуацию шуткой. У меня это не получилось.

Достав свой собственной свиток, я использовал увеличение его камеры в качестве импровизированного бинокля. На посту находилось около тридцати пяти девушек, и еще десяток ходил в патрулях по округе. И чтобы жизнь не казалась нам слишком уж простой, еще некоторое количество девушек выглядывало из окон и, скорее всего, имело на вооружении что-нибудь дальнобойное. Численность сторон оказалась примерно равна, но меня волновало совсем другое.

Здесь находилась Руби, и она сама по себе являлась самой настоящей бомбой замедленного действия.

Нет, разумеется, Руби была замечательным человеком и отличной Охотницей, причем далеко не самой сильной из них. Ну, то есть побить меня она могла запросто, но это вообще было очень и очень легко. Да и проблема, с которой я внезапно столкнулся, заключалась совсем не в ее силе.

Что будет, если Руби пострадает? Если мы ее чем-нибудь обидим?

Или если она получит синяк?..

Тогда мы все просто умрем.

Совсем. И пусть даже до нас не доберутся Янг, Вайсс или Блейк, но от слухов нам скрыться будет некуда.

“О, смотрите. Вон тот парень приказал толпе здоровенных мужиков напасть на пятнадцатилетнюю девочку. Вот ведь ублюдок!”

– Обойти их никак не получится? – поинтересовался я у моих спутников. – Что-то мне совсем не нравится то, что тут может произойти.

– Только по главному зданию Академии, – ответил Ятсухаши. – Или назад к южному крылу, а затем по восточному. Но это займет слишком много времени, не говоря уже о том, что мы снова окажемся в районе, где нас разыскивает целая армия девчонок.

– Которая наверняка уже заметила, что нас там нет. Теперь они должны разделить силы и попытаться взять нас в клещи, – добавил Рен. – Время на исходе. Мы слишком медленно двигались из-за необходимости тащить с собой припасы и соблюдать осторожность. Им же опасаться на своей территории нечего, и идут они налегке.

Итак, с тыла приближались враги. Я усилием воли подавил свой страх и снова посмотрел вперед, раздумывая о том, что мы могли в таком положении сделать. Если бы границы зоны боевых действий не оказались заранее очерчены, то можно было бы попытаться пройти через Изумрудный лес. С таким количеством народу Гриммов опасаться явно не стоило. К сожалению, Озпин все-таки подумал о такой возможности, и мисс Гудвитч наверняка с нетерпением ожидала любого, кто рискнет так поступить. Вряд ли за мной пошел бы вообще хоть кто-нибудь, поведи я их именно туда.

(Жон прав. Мисс Гудвитч провела немало времени, оттачивая свои навыки. Очень немногие мужчины рисковали бросать ей вызов, и, как я слышал, даже генерал Айронвуд не входит в их число).

– Что мы будем делать? – спросил у меня Ятсухаши.

– Я приму любое твое решение, Жон, – добавил Рен.

Вот ведь проклятые трусы! Опять всё свалили на меня. Впрочем, чего еще я от них ожидал? Хотя мысль переложить решение на Кардина была весьма соблазнительной, но тот наверняка просто поведет людей в атаку, в то время как я сам желал по возможности избежать этой битвы. Даже если мы в ней победим, то о нашем местоположении и силах тут же узнают девчонки.

Попробовать пройти через главное здание? Прикусив губу, я посмотрел в ту сторону. Выглядело это самым настоящим безумием, но, может быть, я чего-то не учел? В комиксах противник мог не ожидать подобного поступка, и потому у героев наверняка всё бы получилось. Но что-то мне подсказывало, что так могло произойти только в комиксах. Даже если девчонки отправили сотню в южное крыло и по полусотне в западное и восточное, то на их основной базе всё равно оставалась значительная сила. И еще там находился их штаб. Если мы видели в южной армии Янг, Блейк, Вайсс и Коко, а Руби оказалась на посту прямо перед нами, то Пирра с Норой наверняка были в столовой.

И мне совсем не нравилась возможность нарваться на Пирру и группу девчонок. Пусть называя ее “непобедимой”, люди несколько преувеличивали, но не так уж и сильно. Она регулярно избивала целые команды на тренировках.

Итак, главное здание отпадало. Но если и драться с Руби тоже было нельзя, то что тогда вообще оставалось? Замаскироваться точно не удастся – та же Руби наверняка моментально узнает нас с Реном и будет смеяться до потери сознания. Нет, это тоже был вполне себе вариант, но мне хотелось бы все-таки избежать обнаружения и попадания в плен.

Мне совсем не требовалось, чтобы такая милая девочка надо мной смеялась. И да, я действительно считал Руби [отредактировано] девочкой. Нет, я и в самом деле думал, что она довольно [отредактировано], и будь ситуация несколько иной, я даже мог бы ее [отредактировано]. Но пока Янг не узнала о моих мыслях и не прочитала мой дневник, мне ничего не грозило.

(Я позаботился о том, чтобы мой друг и дальше оставался в безопасности. Янг ничего не узнает).

Печально вздохнув, я повернулся к двум своим советникам.

– Соберите всех и будьте готовы появиться на самом краю сада, – сказал я. – Мне нужно, чтобы вы оказались видны и могли вступить в бой, если что-то пойдет не так.

– Я им это передам, – отозвался Ятсухаши. – Но что насчет тебя?

Хотел бы я сказать ему, что пойду вместе с ними или – что было уже гораздо ближе к реальности – стану морально их поддерживать из тыла, но, пожалуй, еще больше мне хотелось наконец оказаться в безопасности северного крыла. Глубоко внутри я понимал, что имелся лишь один путь, который мог бы это обеспечить, и, к моему ужасу, он требовал от меня мужества.

Того самого мужества, которое мало чем отличалась от тупости.

– Я собираюсь пойти на переговоры.

* * *

Итак, под лучами утреннего солнца третьего дня войны я, гордо подняв голову, хотя душа моя при этом пребывала где-то в районе пяток, направился вперед. Разумеется, со стороны это выглядело вполне прилично, поскольку выражение своего лица я всё же контролировал, но зато ощущения оказались такими, будто я шел сейчас на свою собственную казнь.

Девчонки заметили меня практически сразу, и многие из них тут же направили в мою сторону свое оружие, рассыпавшись по округе, как будто я мог накрыть всю их толпу одним плевком.

Но я не был способен сделать это, и свое настоящее оружие держал в руках.

– Гав! – подал голос находившийся там Цвай, радостно помахивая хвостом.

– Цвай!

Замечательно. Старая добрая предсказуемая Руби. Она могла узнать своего любимца с любого расстояния и потому быстро поняла, что именно происходило. Как я и рассчитывал, Руби остановила остальных девчонок, а затем направилась ко мне.

Это оказалось довольно странное чувство – смотреть на нее и понимать, что мы собирались всего лишь поговорить. За исключением ругательств, угроз и выслушивания воплей Норы, я уже несколько дней не разговаривал ни с одной из девушек. Как, впрочем, и Руби с парнями. Мне пришло в голову, что форум от подобной новости наверняка моментально оживет, и его пользователи, без сомнения, придумают какое-нибудь пафосное название для нашего разговора.

(Жон прав. Сейчас это событие называется “Встречей у Ворот”).

Мы с Руби остановились друг напротив друга в какой-то неестественной тишине. Между нами еще оставалось целых три метра травы и воздуха, и, к моему облегчению, Кресент Роуз всё еще не была разложена. К еще большему моему облегчению, Руби мне улыбнулась.

– Привет, Жон.

– Привет, Руби. Как у тебя дела?

– Эм, нормально, – пожала плечами та. – Охраняю вот эту территорию. Тут немного скучно, но раз работа оплачивается, то я не жалуюсь. А что насчет тебя?

– О, у меня всё просто замечательно, – отозвался я, кивнув себе за спину, где уже должна была начать появляться орда мужчин. Мне даже не нужно было оглядываться, потому что девчонки с поста явно напряглись и принялись готовиться к бою. – Как видишь, веду парней в северное крыло. Не возражаешь, если мы тут пройдем?

Руби печально улыбнулась.

– За что-то подобное Вайсс наверняка оторвет мне голову.

– Может быть, ты нас все-таки пропустишь? – поинтересовался я. – Исключительно по дружбе.

– Ты стал моим первым другом в Биконе и, пожалуй, вообще единственным другом мужского пола. Но исключения я не стану делать даже для тебя. Иначе Янг с Блейк тоже на меня разозлятся. Я… – Руби явно колебалась. – Я собираюсь попытаться взять тебя в плен. Но не волнуйся, о всех пленниках очень хорошо заботятся. У них есть еда, комнаты, телевизор, сладкое и всё прочее. С тобой ничего страшного не случится.

Даже сражаясь на стороне моих противников, Руби всё равно беспокоилась о моем комфорте. И мне очень нравилось это ее качество. Вот только насчет отсутствия чего-либо страшного она сильно ошибалась. Пока Нора намеревалась переодеть нас с Реном в какие-нибудь платья, попадать в плен я не собирался.

– Можно попытаться заключить сделку. Если ты сдашься, то я пропущу всех остальных, – улыбнулась Руби. – Я сама о тебе позабочусь и даже не дам Вайсс что-либо с тобой сотворить. Мы сможем играть в приставку и читать комиксы… Это будет просто замечательно.

– А Нору от меня отогнать ты сумеешь? – тут же заинтересовался я ее предложением.

Руби немного побледнела.

– Судя по всему, нет.

– Но если тебя это утешит, то мне кажется, что в платье ты будешь смотреться очень даже мило.

Разумеется, меня это ничуть не утешало, но я был благодарен Руби за ее попытку. Чуть более самоотверженный мужчина мог бы пойти на что-то подобное ради блага племени, но я им как раз и не являлся.

– Так мы точно не договоримся, Руби.

– Ну-у…

– Как ты вообще оказалась тут самой главной? – спросил я, раздумывая над своими дальнейшими действиями. – В большинстве своем твои подчиненные явно не первокурсницы. Пусть даже ты и являешься лидером команды, но это всё равно как-то странно.

– А ты? – скептически посмотрела на меня Руби, а затем хихикнула и ответила еще до того, как я успел что-либо сказать: – Да, они подчиняются мне, хотя я гораздо моложе их. Меня это тоже несколько удивило. Но назначения на посты проводила Пирра, и, как мне кажется, никто просто не решился ей что-либо возразить. В конце концов, у нас же тут не стоит вопрос жизни и смерти, правильно? Куда проще всем держаться вместе, чтобы получить по две с половиной тысячи льен каждому.

Она улыбнулась и все-таки достала свое оружие.

– Как бы то ни было, но мы ведь собираемся сражаться, верно? Почему бы тогда нам не устроить дуэль, чтобы никто не пострадал? Как тебе эта идея?

Ужасно. Просто кошмарно. Какие-нибудь еще выражения моего крайнего несогласия. С тем же результатом я мог бы попытаться сражаться с какой-нибудь лавиной.

В отчаянии я выставил перед собой корги.

– Пропусти нас, Руби, а иначе с Цваем может произойти что-нибудь нехорошее.

– Жон…

– Не заставляй меня становиться монстром, Руби, – прошипел я, зажимая Цваю пасть.

Руби вздохнула.

– Ты не станешь вредить Цваю, Жон.

– С чего ты это взяла? – поинтересовался я.

– Эм, потому что ты – это ты, – хихикнула она. – И ты никогда бы не стал причинять ему вреда.

Вот дерьмо…

Она раскусила мой блеф.

Но если немного подумать, то вообще не стоило врать насчет чего-то подобного, выходившего далеко за рамки моего характера, своей же лучшей подруге. Я посмотрел на Цвая, который был таким милым и замечательным. Проклятье. Вот почему ему нужно было выглядеть именно так?

– Я не стану на тебя сейчас нападать, – произнесла Руби, опуская Кресент Роуз. – Мы с тобой друзья, и я позволю тебе вернуться назад к твоим людям. Это ведь будет честно, да? Я хочу, чтобы у тебя тоже имелся шанс.

– Ага, – кивнул я, чувствуя, как стремительно опускалось мое настроение. – Спасибо, Руби.

Она улыбнулась и направилась было прочь, но сделав всего лишь пару шагов, вновь обернулась ко мне.

– Эй, Жон?

– Да?

Руби нервно сглотнула.

– Мы же с тобой всё еще друзья, верно?

Вопрос оказался совершенно неожиданным, но, с другой стороны, это же была Руби, так что ей просто нельзя было не улыбнуться.

– Конечно же, мы друзья, – ответил я. – Не говори глупостей, Взрывашка.

– Блевунчик! – крикнула Руби, а затем рассмеялась, и ее улыбка стала несколько менее напряженной. – Я выложусь по полной, Жон. Тебе лучше как следует подготовиться, потому что я не стану тебе поддаваться.

– Ага, – прошептал я, понимая, что как только она уйдет, все шансы на мирное разрешение вопроса с проходом тут же исчезнут. До этого в нашей войне происходили лишь небольшие стычки, но здесь будет уже самая настоящая битва.

И хуже того – для нас в ней существовало ограничение по времени, поскольку подкрепление для Руби уже находилось в пути. К тому же наверняка кто-нибудь из девчонок с поста доложил в штаб о текущей обстановке и поторопил их. Пирра либо направит сюда Янг, либо придет сама.

У нас не оставалось выбора.

И у меня его тоже не осталось.

– Эй, Руби, – окликнул ее я, дождавшись, когда она обернется. – Лови!

Цвай с отчаянным визгом полетел в ее сторону. Руби вскрикнула и, выронив косу, подхватила его, тут же прижав к груди и сердито посмотрев на меня. Наверное, она хотела спросить, что за хрень я сейчас творил, но у нее уже не осталось на это времени, потому что я подскочил к ней и заключил в объятья. Руби взвизгнула от шока и смущения, а затем попыталась меня пнуть, но я быстро подхватил ее на руки, прижав к себе.

– Жон! – крикнула она, уткнувшись покрасневшим лицом в мою грудь. – Ч-что ты делаешь? Отпусти! Кто-нибудь, помогите мне! На помощь!

– Не урони Цвая! – сказал я, надеясь, что она меня все-таки послушает. В бою Руби во всем превосходила меня, но для этого ей требовалось твердо стоять на ногах и иметь свободные руки. Лишив ее и того, и другого, а заодно затуманив разум смущением, я нивелировал всё ее преимущество. – Теперь ты являешься моей пленницей. Пусть нас пропустят через пост, и тогда я верну-…

– Он захватил Руби! – завопила одна из девчонок.

– Нужно ее спасти! – взвыла другая. – Быстрее, пока об этом не узнала Янг!

– Стойте! – воскликнул я, держа Руби перед собой в качестве своеобразного щита. Я пытался перекричать ее пронзительный визг, отчаянный лай Цвая и полные паники вопли девчонок, но так и не сумел этого сделать. – Пропустите нас, и я верну ее вам! Дайте нам пройти, и никто не пострадает!

– Он собирается сделать так, чтобы она пострадала!

– Я этого не говорил!

Но всё было бесполезно. Самая высокая из девчонок указала на меня копьем.

– В атаку! – крикнула она.

– Отпусти меня… – взвыла Руби.

Я не собирался этого делать, как, впрочем, и ожидать, когда на меня обрушится орда девчонок, пока мои руки были заняты их предводительницей. Поэтому я развернулся и побежал в сторону моего собственного отряда, прижимая к себе Руби, которая всё еще держала Цвая. Мой план заключался лишь в том, чтобы продолжить переговоры из относительно безопасного места, но мне следовало догадаться, что парни всё это воспримут совсем не так. Из их рядов выступила фигура в тщательно начищенных и теперь сиявших под утренним солнцем доспехах.

– Началось! – крикнул Кардин. – Наш Вождь нанес первый удар. За Жона, парни! За Жона и всех мужчин!

– Аргх! – взревела в ответ эта орда, бросившись вперед.

Мое сердце замерло. Это оказалось той самой катастрофой, которой я так усердно пытался избежать. Как только отряды столкнутся, начнется долгая битва. И даже если мы в ней победим, то я просто не представлял себе, сколько парней останутся в состоянии двигаться дальше. Наша с противником численность оказалась практически равна, но девчонки были свежими и отдохнувшими, а мои собственные силы наверняка уже устали после длительного марша через весь Бикон. Вряд ли мы вообще сумеем здесь победить…

Раздался громкий рев вроде бы какого-то рога.

Девчонки остановились, зажимая ладонями уши, и парни от них в этом деле ничуть не отставали. Да я бы и сам так сделал, не будь мои руки сейчас заняты. Поморщившись, я посмотрел на Руби, которая уткнулась лицом в Цвая. Что это вообще был за звук?

Ага, это действительно оказался рог.

Но появился он не из наших рядов и не из женского отряда, а из-за их спин – со стороны северного крыла. Я, как и многие вокруг, посмотрел туда, чтобы выяснить источник столь кошмарного звука.

И мой рот тут же открылся от удивления.

– Пришло наше время! – крикнул Сан Вуконг, стоя на каком-то булыжнике и демонстрируя нам свой накачанный пресс. В его левой руке и находился тот самый рог, хотя я просто не представлял себе, где именно он его сумел раздобыть. В правой Сан держал посох, но вот за его спиной…

Там стояло около двадцати пяти вооруженных до зубов парней.

Оказавшись между двумя отрядами, девчонки встали поближе друг к другу, сформировав плотное круговое построение. И еще я заметил, что вместо снайперов, которые до этого выглядывали из окон, оттуда на нас смотрели горящими глазами грязные и голодные парни. Их оказалось не слишком много, но все-таки вполне достаточно, чтобы разобраться с противником. На поле боя установилась полная тишина.

Но как? Что здесь вообще происходило?

Мы знали, что мужчины северного крыла были ничуть не более организованы, чем в любом другом месте Академии, выживая крохотными группками и отдельными племенами. Руби в шоке уставилась на них, и я полностью разделял ее чувства. Это казалось попросту невозможным.

– Слишком долго мы прозябали в страхе и одиночестве! – продолжил Сан, в то время как за его спиной выстроились три оставшихся члена команды SSSN, выглядевших не менее потрепанно и настроенных не менее решительно. – Слишком долго нас унижали. Довольно! Сегодня всё изменится. Сегодня мы дадим им отпор!

Он вновь дунул в рог и медленно поднял посох, указав им куда-то в небо.

– За нашу свободу! За новую надежду! – Сан набрал в грудь побольше воздуха и издал боевой клич: – За Вождя!

– За Вождя! – завопили те парни, что находились за его спиной и высовывались из окон.

Посох опустился, указав на оставшихся в явном меньшинстве девушек.

– В АТАКУ!

Отрывок из найденного рукописного дневника

За авторством неизвестного

Я не знал, чего вообще можно было ожидать. Мне оказались известны все эти слухи, но кто о них сейчас уже не слышал? Не в первый раз кто-то пытался объединить парней и, наверное, не в последний. Один из моих товарищей по команде тоже попробовал это сделать, но его забрали черные тени – те самые Куноичи Любви, о которых мало что было известно. С тех пор я о нем больше ничего не слышал, и мне приходилось выживать в одиночку.

Думаю, что именно любопытство привело меня туда и заставило уткнуться носом в стекло, рискуя тем немногим, что у меня еще оставалось, ради возможности наблюдать эту картину.

И когда утренний туман рассеялся, я их заметил.

Их число было не так уж и велико, хотя я и не ожидал увидеть столько парней в одном месте. Их было всего лишь четыре или пять десятков, но с собой они тащили просто огромное количество припасов, заставивших мой живот тут же заурчать. До этого я воспринимал слухи как забавные, но не имевшие ничего общего с действительностью истории. Отправленная за одним человеком армия женщин в сотню бойцов, объединенная под единым руководством орда мужчин и успешно отбитый ящик с припасами?

Мне казалось, что это было просто каким-то безумием. Но я увидел доказательство собственными глазами, и почувствовал себя жалким. Я был ничтожен, но во мне появилась крохотная надежда.

Неужели они действительно сумели достичь всего этого?

Неужели их – или даже его – и в самом деле настолько боялись женщины?

Я не знал ответов на эти вопросы, а потому прижался к стеклу еще сильнее, поспешив протереть его рукой, так как оно запотело от моего дыхания. Мне нужно было увидеть больше, узнать и понять, что именно там происходило. Я даже не заметил, как ко мне присоединились и другие мужчины, пока кто-то из них не кашлянул. Когда я обернулся, то насчитал рядом с собой уже шестерых.

Я собирался убежать, пока они отвлеклись, но не успел, оказавшись завороженным его появлением.

Это был всего лишь еще один мужчина, и я сам не знал, почему затаил дыхание. Он не выглядел хоть сколько-нибудь впечатляюще, но спокойно шагал в сторону целой армии девчонок. Их оказалось очень много, но он шел к ним один, не подавая при этом абсолютно никаких признаков волнения. Зачем? Как? Они ведь наверняка его сейчас схватят!

Но они не стали этого делать. К моему глубочайшему удивлению, девчонки не решились на него нападать, выслав навстречу ему лишь одну из своих рядом. И я ее узнал. Это оказалась Руби Роуз – Красная Жница. Поговаривали, что ее появление предзнаменовало неизбежную смерть. Пусть она и не являлась самой сильной из женщин, но зато отлично умела находить спрятавшихся, и от нее просто невозможно было убежать. Если она тебя обнаружит, то станет преследовать до тех пор, пока не подойдут ее союзники. Красная Жница олицетворяла собой неминуемое поражение.

Но он встал напротив нее, а она – напротив него.

Она признала его равным.

И тут я внезапно осознал, что так всё и было. Жон Арк оказался равен им. Именно поэтому они настолько осторожничали и совсем не спешили на него нападать. А ведь еще никто не видел, чтобы девчонки действовали так нерешительно. Они явно его опасались.

Даже находясь в коридоре вдали от поля будущего боя, я облизнул губы и потянулся за оружием, пусть оно и было сейчас бесполезным. Я чувствовал себя так, будто стоял в строю, готовый к битве за нашу свободу, за уважение и за все те вещи, которых мы лишились.

Впервые за долгое время я почувствовал себя живым.

Я снова ощутил себя Охотником.

Воином.

И когда на мое плечо опустилась рука, а я посмотрел в лицо Сану Вуконгу, то даже не подумал сбежать, как произошло бы еще совсем недавно.

– Идем, – сказал он.

– Куда? – спросил я.

– Вниз, – ответил он мне голосом, что был достаточно громким, чтобы его услышали во всем коридоре. – Мы устали прятаться и копаться в мусоре. Если нас победят, то пусть это произойдет на наших условиях.

– Мы собираемся сражаться, – добавил Нептун, встав рядом со своим партнером. – Идем с нами.

Я боялся. Я был всего лишь одиноким мужчиной. Я оказался слаб. Я уже сбежал и спрятался, когда захватывали моего собственного партнера. И всё же я оторвался от окна и дрожавшими руками достал оружие.

И эту дрожь порождал совсем не страх.

Это было предвкушением.

Надеждой.

Там внизу имелись ответы на все мои вопросы. На вопросы всех, кто шел за нами, кто вновь смог ощутить честь и гордость, что мы утратили с самого начала этой войны с неисчислимым и непобедимым врагом. Какими мы будем Охотниками, если отсидимся сейчас здесь и примем свое поражение? Я не знал этого и не хотел знать.

В каком-то смысле наше восстание существовало всегда, сокрытое во мне и всех остальных, кто шел рядом.

Ему не хватало всего лишь одной маленькой искры.

Глава 7

Седьмая глава – Основание

Мужчина не должен называться мужчиной, если у него нет

своего дома, того места, где можно повесить свои щит и меч,

а также знания как минимум десятка различных способов,

помогающих отогнать от всего этого женщин.

(Лейтенант сил самообороны Скай Ларк)

Исход битвы был предрешен еще до ее начала, и теперь множество девушек оказались разбросаны по всему саду между северным и западным крыльями Бикона. Некоторые из них стонали, прося о помощи, но большинство изрыгали угрозы в адрес тех парней, что были им знакомы. Только Руби осталась целой и невредимой, потому что так и просидела весь бой на моих руках, круглыми глазами глядя на то, как ее силы оказались растоптаны за считанные минуты.

Само собой, такого бы точно не произошло, не напади на них с тыла еще пара-тройка десятков парней. И теперь эта неожиданная подмога уставилась на меня, а Сан и его команда, возглавлявшие их, направились в нашу сторону. Они были весьма горды собой, но я заметил, что их одежда выглядела куда более потрепанной, чем обычно. А это означало, что их жизнь здесь была ничуть не легче нашей, и женщины про них тоже не забывали.

Кардин шагнул вперед, закрывая меня собой, и потянулся к оружию.

– Стой, – прошептал я. – Мне кажется, что они хотят только поговорить.

– Это так, – кивнул Сан, видимо, услышав мои слова. Ко мне он подошел в одиночестве, и я, не имея абсолютно никакого выбора, сделал пару шагов ему навстречу.

Наверное, это была эпичная сцена того, как двое генералов остановились друг напротив друга. Разве что пятнадцатилетняя девочка, лежавшая вместе с корги у меня на руках, несколько портила общую картину.

– Итак, слухи все-таки оказались правдивы, – произнес Сан. – Сначала я в них не поверил. Ну, то есть ты, конечно же, отличный парень и всё такое, но возглавить армию мужчин и поднять восстание против девчонок?.. Даже я не думал, что ты настолько храбрый.

– Я тоже, – отозвался я. – Тут… всё довольно сильно запутано.

– Да уж похоже на то. И хотя я пришел сюда совсем не для того, чтобы участвовать в этой битве, но увидев, как ты в одиночку идешь навстречу Руби, я был очень сильно впечатлен.

Лично мне казалось несколько странным, что Сана Вуконга так впечатлил мой разговор с девочкой, что была младше меня на пару лет. Эта самая девочка фыркнула, прошептав, что никак не могла в это поверить. Бедная Руби… Похоже, ее тоже коснулось наше вечное невезение.

(Если учесть, сколько раз оно касалось нас самих, то подобный поворот кажется мне даже в чем-то справедливым).

– У меня не имелось особого выбора, – произнес я, вновь посмотрев на Сана. – У нас на хвосте висела целая армия. Да и до сих пор там висит. Так что мы надеялись добраться до северного крыла.

– Я знаю об этом. Слухи разносятся очень быстро, особенно когда они касаются тебя. Если же говорить о той армии, то девчонки разделили ее на две части. Одна отправилась через западное крыло, а другая – через восточное. Мы отслеживаем их перемещения через форумные сообщения от тех, кто эти армии заметил.

– Мы?

– Наша команда, – указал Сан на своих товарищей. – Мы обосновались в северном крыле. Ничего особенного – просто скрытая от постороннего взгляда комната. Времена… были довольно суровыми. Север также находится под контролем девчонок, и никто не рискует оспорить их власть. Ну, по крайней мере, так было до твоего появления. Рушить весь миропорядок одним своим визитом, Жон? Это безумно даже для тебя.

– Поверь мне, я всё это прекрасно понимаю.

– Но знаешь что? Мне это нравится, – рассмеялся Сан, и несмотря на наше отчаянное и уязвимое положение, мне показалось, будто в этот момент его неожиданно осветило солнце. – Я устал от бесконечных пряток, страха и гадания о том, не лучше ли было сдаться с самого начала. По крайней мере, о еде мне беспокоиться больше не придется. Меня уже тошнит от того, что я просто не имею сил дать сдачи.

К моему изумлению, а затем и ужасу, Сан опустился передо мной на одно колено. Не знаю, кто из нас с Руби удивился больше, но мы оба уставились на него, пока он, приложив ладонь к сердцу, набирал в грудь побольше воздуха.

– Я, Сан Вуконг, клянусь в верности Жону Арку – Вождю и Правителю всех свободных мужчин.

– Тебе не обязательно это делать! – прошипел я, но мои слова были проигнорированы.

Позади него Нептун, Сейдж и Скарлет – его товарищи по команде – тоже опустились на колени и повторили за своим лидером. Вскоре их голоса утонули в хоре остальных мужчин.

– Не может быть… – прошептала Руби.

– Тоже так думаю, – простонал я.

– Еще больше бойцов для нашей армии, – радостно произнес Кардин, хлопнув меня по плечу. Ну, хоть кто-то был этому счастлив. – Я уже сказал Скаю и Дову выдать им еды для поддержания боевого духа, а Рассел наверняка найдет немало новых ушей, когда мы разобьем лагерь.

– Нам нужно двигаться дальше, – добавил Рен. – Хотя мы и победили, но нас всё еще преследуют, и девчонки вполне могли вызвать дополнительные подкрепления.

Он кивнул на лежавших вокруг нас девушек, а затем перевел взгляд на Руби.

– Кстати, что ты с ней собираешься делать?

– О ч-чем это вы? – немного нервно спросила Руби.

– Мы не можем ее отпустить, – сказал Кардин, сложив руки на груди. – Она сразу же побежит к остальным и, учитывая ее Проявление, окажется у них гораздо раньше, чем нам бы этого хотелось. Можно лишить ее ауры, нанеся пару ударов, и оставить здесь.

– Нет, – на корню пресек я подобные мысли. Руби являлась моей подругой, так что я не собирался так с ней поступать. Кроме того, меня беспокоило и кое-что другое. – Как ты думаешь, что сделает Янг, когда узнает, как мы обошлись с ее сестрой? Забудь на минутку о Гражданской войне. Тебе так необходимо навлечь на себя ее ярость?

Разумеется, навлекать на себя ярость Янг ему явно совсем не хотелось. И никому другому тоже.

– Руби станет моей пленницей, – произнес я, озвучивая единственный оставшийся у нас вариант. – И мы заберем ее с собой.

– Разве это мудро? – спросил Рен. – Что скажет Янг, когда узнает, что мы прихватили ее с собой?

– А что она скажет, если мы изобьем Руби и бросим ее валяться здесь? – возразил я.

– Аргумент.

– Эм, не хотела бы вам мешать, – подала голос сама Руби, – но в правилах сказано, что пленником может считаться только тот, кого победили и обезоружили. А в моем случае это не так.

Она прижала Цвая к животу и потянулась за Кресент Роуз.

Мне пришлось действовать очень быстро, чтобы избежать возможного насилия. Руби, конечно же, не могла выиграть у столь многочисленного противника, но о драке с ней мы еще наверняка пожалеем при встрече с Янг, Блейк или Вайсс. К счастью, у меня имелось и другое решение этой проблемы, и этот прием мне когда-то продемонстрировала как раз Янг.

– Цвай! – окликнул я корги. – Поцелуйчики!

Тот моментально облизал лицо Руби, заставив ее испуганно вскрикнуть. Секундой позже она уже хихикала, пытаясь оттолкнуть его от себя.

– Цвай, нет. Цвай, ты преда-… тьфу! Хвати-… а-а!

– Есть, – произнес Сан, оттаскивая от Руби Кресент Роуз и передавая ее Нептуну.

– Вот теперь ты осталась без оружия, – сказал я, улыбнувшись Руби, которая снова прижимала к груди Цвая. Она сердито на меня посмотрела, но собачьи слюни несколько смазывали весь эффект от ее грозного взгляда.

– Ты жульничал, – обвинила меня Руби.

– А ты теперь являешься моей пленницей, – ответил я. – Сан, а существует ли в северном крыле какое-нибудь местечко, куда мы смогли бы отступить? А то мне что-то не хочется и дальше здесь торчать.

Тот кивнул.

– Да, такое место действительно есть.

* * *

Это самое место оказалось тем, где для меня всё началось. Нет, не Гражданская война, а вообще обучение в Биконе. Так что когда мы все вошли в зал, на меня навалилась целая куча различных воспоминаний. Даже сейчас я не понимал смысла той речи директора, и теперь вновь принялся гадать о том, что Озпин тогда имел в виду. Он вообще был довольно странным, так что не стоило сбрасывать со счетов и возможность того, что директор просто вывалил на нас кучу бессвязного бреда, чтобы мы сами отыскали в нем какое-нибудь скрытое послание.

– Здесь точно безопасно? – поинтересовался я у Сана. Помещение было большим и известным всем, в том числе и девчонкам.

– Тут нет никакой контрольной точки, так что волноваться об этом нам не придется, – ответил мне тот. – А для девчонок оно слишком огромное и никакой ценности не представляет. Честно говоря, и для парней тоже, но раз уж у тебя под рукой оказалось столько людей, то я решил, что оно нам как раз подойдет.

Тут он был прав, поскольку наше число уже приблизилось к семидесяти. Мой первоначальный план с парой занятых комнат общежития и коротанием времени до конца войны уже давным-давно был неосуществим, так что я кивнул Кардину, отправив его разбираться с новичками. Рассел уже занимался тем же самым, но в его исполнении это куда больше напоминало какую-то проповедь, и появляться рядом с ним в такой момент мне почему-то совсем не хотелось. И, пожалуй, я мог просто игнорировать эту проблему, если сделаю вид, будто ничего особенного вокруг не происходило.

Мы с Реном и Саном решили исследовать помещение и проверить выходы из него, которых оказалось целых четыре штуки. И еще одна дверь, похоже, предназначалась для персонала. По крайней мере, именно через нее вышли Озпин и мисс Гудвитч после той самой речи. Но она оказалась заперта, и, очевидно, ни нам, ни девчонкам пользоваться ей не полагалось. И всё же перед ней имелась небольшая отделенная от основного помещения комнатка с несколькими диванчиками.

– Думаю, тут и будет располагаться твоя ставка, – сказал Рен, оглядываясь вокруг. – Если у нас появится нужда в проведении каких-нибудь важных совещаний, то наличие такого уединенного места никак не повредит.

– И еще Жон должен здесь спать, – добавил Сан. – А остальные могут разместиться прямо в зале.

– Вы уверены, что это хорошая идея? – уточнил я, потому что мне самому было от подобной мысли как-то не по себе. У нас всех имелись спальные мешки, а матрасы можно было добыть в комнатах по соседству. Но получить в свое распоряжение отдельное помещение казалось мне излишней роскошью. По крайней мере, я мог бы разделить его с Реном.

(И хотя я высоко оценил этот жест, но следовало учесть, кого именно Жон взял в плен. Мне совсем не хотелось оказаться где-то рядом с ним, когда кое-кто придет за Руби).

– Ты являешься нашим лидером, так что тебе нужна отдельная комната, – ответил мне Сан. – Я с ребятами расположусь неподалеку. Думаю, людям будет важно увидеть наглядное доказательство того, что ты от них отличаешься.

– Но разве это не станет проявлением высокомерия с моей стороны по отношению к ним? – спросил я.

– Считай, что ты отыгрываешь особую социальную роль, – произнес Рен. – Ты занимаешь эту комнату не из-за каких-то там эгоистичных соображений, а чтобы поддержать их боевой дух.

Я моментально понял, что именно он имел в виду. Спать в общей зале вместе со всеми на первый взгляд может показаться идеальным вариантом. Тот, кто не спешит отрываться от коллектива, является хорошим лидером, верно? Но в нашем случае моим советникам не нужен был хороший лидер. Они желали сделать из меня легендарного вождя. Не просто обычного лидера, а самого настоящего сверхчеловека.

Разумеется, я им не являлся, и каждая секунда, которую я провел бы вместе со всеми, зарождала бы в них некоторые сомнения. То есть мне следовало оставаться как можно более таинственным и загадочным, а всякие мелочи и детали обо мне они уже придумают сами.

Как бы нелепо эта идея ни звучала, но мои советники были правы.

– Ладно, я устроюсь здесь.

Рен открыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут в дверь постучали, после чего она распахнулась. Внутрь просунулась голова Дова, который явно находился на грани паники.

– Эм, сэр? У нас снаружи возникли некоторые проблемы.

Я ощутил укол страха.

– Девчонки?

– Девчонка, – поправил меня Дов. – Руби, сэр. Мы… эм… просто не знаем, что нам с ней делать.

Выйдя в зал, я понял только то, что находиться рядом с Руби не побоялся лишь один Нептун. Скорее всего, он хотел, чтобы она поведала Вайсс о том, каким он оказался джентльменом. Я сделал мысленную пометку ни в коем случае не допустить этого, потому что рассказывать моему милому Снежному Ангелу Руби могла лишь только обо мне.

(Вздох…)

И всё же нашлось довольно много парней, которые как-то странно смотрели на нее. К счастью, не в том самом смысле, а что-то среднее между любопытством, раздражением и злорадством. Руби пыталась игнорировать их взгляды, но она вообще никогда не любила находиться в центре внимания, и тот факт, что ей довелось оказаться единственной девушкой среди нескольких десятков мужчин, тоже ничуть не способствовал ее спокойствию. И всё наверняка станет еще хуже, когда все уснут, а ей понадобится в туалет, переодеться или принять душ.

– Что мы будем с ней делать? – громко спросил один из парней. Я его не узнал, но он смотрел на Руби настолько сердито, будто она и начала всю эту войну. Скорее всего, ее действия лишили его кого-нибудь из друзей.

– Давайте заставим ее нам прислуживать, – предложил кто-то еще, рассмеявшись своей собственной идее.

– Пусть споет и станцует, – подал голос другой парень, а затем свистнул.

Щеки Руби тут же покраснели, а она сама как-то съежилась. Это стало последней каплей, заставившей меня выйти вперед, закрыв ее собой, и сердито оглядеть толпу. Может быть, они и шутили, но Руби было совсем не до смеха. Она оказалась готова упасть в обморок.

– Вы ничего не станете с ней делать, – произнес я достаточно громко, чтобы меня услышали все. – Она не ваша пленница, а моя.

Эта фраза почему-то просто потрясла собравшихся парней, и они тут же начали перешептываться между собой. Я услышал словосочетания вроде “девушка Жона” и “личная пленница”, но так и не понял, что именно они хотели этим сказать, а потому предпочел их проигнорировать. По крайней мере, никто не осмелился выступить против меня, так что я притянул Руби к себе. Она не стала сопротивляться, желая убраться как можно дальше от многочисленных взглядов.

– Она поселится в моей комнате, и никто из вас не будет туда входить. Если же я услышу о том, что кто-то ее обижает, то… то вы не пожелаете узнать, что именно я сделаю, – хотя бы потому, что хорошие угрозы у меня никогда не получались. Их следовало подкреплять либо огромными мускулами, либо невероятным мастерством, чего у меня самого как-то не имелось.

– Идем, Руби, – прошептал я. – Устрою тебя у себя.

Она выдохнула с облегчением.

– Спасибо…

Когда мы вернулись в мою комнату, я усадил Руби в кресло, а затем посмотрел на Рена. Сан куда-то пропал, но моему другу хватило одного единственного вопросительного взгляда, чтобы меня понять.

– Он ушел укреплять входы в зал и забрал с собой парней.

– Укреплять входы в зал? Чем?

– По большей части мебелью. Столами, стульями и всем прочим, – пожал плечами Рен. – Это не такая уж и плохая идея. Девчонок баррикада, конечно же, не остановит, но хоть немного задержит.

Мысль и в самом деле была стоящей. Пусть наши шансы против настолько сильного врага это уравнять никак не могло, но зато у нас появлялась возможность вовремя отступить и подготовиться к бою. Ну а лично мне можно было трусливо убежать, если нас окончательно прижмут.

– Ты собираешься держать Руби прямо здесь? – поинтересовался Рен, кивнув на нее.

– Почему бы и нет. Тут полно места, и диванов нам точно хватит.

Я не видел в этом никакой проблемы, как, впрочем, и Рен. Мы вместе жили в комнате команды JNPR, а парни и девушки спали на полу этого самого зала в ночь перед церемонией посвящения.

– Думаю, что сначала стоит проверить правила насчет размещения пленных, – добавил я. – Не хотелось бы по глупости или незнанию попасться мисс Гудвитч.

– Я не понимаю, что мне вообще нужно делать в качестве пленницы, – подала голос Руби.

– А разве вы не захватили огромное количество парней?

– Да, но я ведь не думала, что сама попаду в плен, – пробормотала она. – Янг никогда мне этого не забудет…

Скорее всего, насчет своей сестры Руби была права. И наверное, Янг не узнает о факте ее пленения еще как минимум несколько часов. Но вот что произойдет после этого, я боялся себе даже представить. По крайней мере, она точно не станет нападать в лоб, опасаясь того, что Руби пострадает во время штурма. И это давало нам дополнительную фору, которую мы с Реном решили потратить на изучение присланных Озпином правил.

Всё оказалось довольно просто, при этом весьма условно копируя подобную ситуацию из настоящей войны. Руби не имела права принимать участия в боевых действиях, пока ее не “освободит” кто-нибудь из девчонок, или же не отпустим мы сами. Она не могла даже самостоятельно устроить побег, поскольку тогда пленных пришлось бы и в самом деле где-то запирать. А это означало, что нам все-таки не придется ее связывать. Хотя чем проще были правила, тем легче их оказывалось соблюдать, и тем меньше имелось шансов попасть к мисс Гудвитч.

Кроме того, теперь становилось понятно, что угодившие в плен парни находились примерно в таком же положении – то есть в полной безопасности, но без возможности устроить побег.

– Итак, мы обязаны заботиться о ней и кормить как минимум по указанным нормам или же отпустить, если будем не в состоянии обеспечить подходящие условия. Если же мы этого не сделаем, то преподаватели немедленно отстранят нас от участия в войне и… тут сказано, что о нас позаботится мисс Гудвитч, – зачитал Рен.

– Больше ничего тут говорить и не требуется, – пробормотал я. – Сомневаюсь, что вообще хоть кто-нибудь желает узнать, что именно она нам подготовила.

Рен согласно кивнул.

– В остальном всё довольно просто. Думаю, им не хотелось устраивать лишних сложностей с тюрьмами, побегами и всем прочим.

– Итак, я здесь застряла, – вздохнула Руби, подперев голову ладонью и слегка надувшись. – Я думала, что смогу схватить Кресент Роуз и убежать.

– Разве что прямиком к мисс Гудвитч, – усмехнулся я, заставив ее вздрогнуть. – Так что порадуйся тому, что мы всё же догадались сначала посмотреть правила.

Руби хихикнула.

– Ладно, и что теперь? Мне тут сидеть до самого конца войны?

– Наверное, – пожал плечами я, посмотрев на Рена.

Тот задумчиво оглядел Руби.

– Нам нужно ее допросить, – наконец сказал он.

– Уверен, что подобный поступок сразу же привлечет к себе внимание мисс Гудвитч.

– Нет, без нарушения правил. Я имею в виду, что следует узнать, например, о структуре женской армии. Кто там командует и всё прочее в том же духе, – Рен еще раз посмотрел на Руби, а потом повернулся ко мне и тихо прошептал: – Эта информация может нам сильно пригодиться, особенно если мы выясним, каких именно районов стоит избегать при поисках еды.

– Тут ты прав, – так же тихо прошептал я в ответ. – Вот только разве она нам об этом расскажет?

– Но спросить-то нам всё равно ничего не мешает.

– О чем вы там шепчитесь? – поинтересовалась у нас Руби.

Шансы на успех оказались не слишком высоки, но Рен был прав, так что я повернулся к Руби и задал ей несколько вопросов. Выслушав их, она удивленно моргнула, а затем рассмеялась.

– Я не собираюсь на это отвечать. Вы не заставите меня предать моих подруг.

– Слишком верная, – прокомментировал это Рен.

– Не совсем, – возразила ему Руби. – Вы можете представить себе ворчание Вайсс по поводу того, что я вам всё рассказала? Оно же будет продолжаться и продолжаться целыми неделями.

Я рассмеялся. Пожалуй, из всех моих знакомых именно Руби понимала меня лучше всего. Как и я сам, она участвовала в этой войне только потому, что у нее не имелось какого-либо другого выхода. И интересовал ее лишь денежный приз, но в остальном происходящее воспринималось своеобразными недельными каникулами с некоторой долей боевых действий. Мне нравился ее подход к делу.

Но это совсем не означало, что я не мог быть жестоким ублюдком, когда это становилось необходимо. И сейчас как раз наступил такой момент. Мне следовало узнать о механизме принятия решений у наших противников, чтобы воспользоваться этим ради обеспечения своего собственного благополучия. Я склонился над ней, опершись ладонями на подлокотники.

– Ответь на наши вопросы, Руби, – произнес я. – Не вынуждай нас применять другие методы.

Она совсем не испугалась, в чем, разумеется, не имелось абсолютно ничего удивительного, если учесть личность того, кто пытался ей угрожать.

– Это какие же? – улыбнулась Руби. – Ты ничего не можешь мне сделать. Это будет против правил.

– А что, если правила меня вообще не волнуют? – спросил я.

– Волнуют, – ответила мне Руби. – Жон, ты опять решил блефовать? Я… эм… довольно хорошо тебя знаю. И мне известно, что ты не настолько тупой, чтобы пытаться разозлить мисс Гудвитч.

Она содрогнулась и продолжила уже гораздо тише:

– Настолько тупых людей вообще не существует…

Тут Руби, конечно же, была права, но у меня имелась еще одна идея, поэтому я с улыбкой выпрямился.

– Я вовсе не собираюсь ее злить. Мне в голову пришла мысль насчет формулировки в правилах. Там сказано, что мы обязаны тебя кормить, но не упоминается, чем именно.

Руби посмотрела на меня с некоторым беспокойством, но всё же сумела очень быстро взять себя в руки.

– Ты не можешь морить меня голодом. Из-за этого у тебя будут просто огромные неприятности.

– Мы с тобой друзья, Руби. Я бы никогда не стал делать что-то подобное.

Она выдохнула с облегчением.

– На самом деле, меня очень беспокоит твое здоровье, – улыбнувшись, продолжил я. – Поэтому мне придется составить для тебя особое меню. Рен, записывай. Руби следует кормить четыре раза в день. Побольше овощей и фруктов, минеральная вода, каша, салат. Нужно, чтобы ее питание было здоровым и сбалансированным, а также богатым витаминами и всем прочим.

Руби становилась всё бледнее и бледнее по мере того, как я озвучивал то, что ее ожидало. Под конец моей речи она сидела с открытым ртом. Подобное выражение лица оказалось мне не знакомо, но, пожалуй, именно так и выглядел бы пациент, которому вдруг сообщили о том, что его зубная боль являлась последней стадией смертельно опасного заболевания, и жить ему оставалось не более двадцати минут.

– А что насчет десерта? – поинтересовался Рен, безо всякого сомнения, уже поняв мой замысел.

(И этот самый замысел оказался весьма хитрым. Мне даже стало интересно, сработает ли он на Норе и ее блинчиках?..)

– Никаких десертов, – ответил я, заставив Руби отшатнуться с таким видом, будто ее ударили по лицу. – У нее не будет возможности упражняться, а в правилах четко сказано о том, что я обязан заботиться о ее здоровье. Нам же не нужно, чтобы она потолстела, верно?

– Н-нет, – чуть запнувшись, сказала Руби. – То есть всё в порядке… Десерт мне никак не повредит…

– И всего остального, в чем содержится сахар, ей тоже не давать, – добавил я, проигнорировав ее скулеж. – Он может плохо повлиять на ее зубы.

– Жаль, – произнес Рен, делая пометку в своем свитке. – У нас имеется очень много шоколада и других сладостей из того ящика с припасами. Думаю, придется раздать их парням. Возможно, кто-нибудь даже согласится обменять порцию Руби на какой-нибудь салат с курицей.

– Не-ет! – завопила Руби, трясясь в своем кресле. – Жон, ты не можешь так поступить!

– Не могу? – удивленно переспросил я. – И почему же?

– П-потому что я обо всем расскажу Янг!

– О чем именно? О том, что я собираюсь кормить тебя только здоровой пищей? Расскажи. Может быть, тогда она решит оставить тебя у нас до самого конца войны. Насколько я помню, Янг очень долго пыталась хоть как-то ограничить потребление тобой сладкого.

Это и в самом деле было так, и осознание этого факта заставило Руби побледнеть еще сильнее.

– Ты не станешь так поступать… Мы же с тобой друзья! Я являюсь твоей самой первой подругой!

– И как раз поэтому я желаю позаботиться о твоем здоровье. Сердечные заболевания – это, знаешь ли, не шутки, – ответил я, а затем посмотрел на Рена и улыбнулся. – Само собой, если меня отвлекут какие-нибудь важные дела, то я просто не смогу проследить за твоим питанием. Что могло бы отвлечь меня от такого ответственного занятия, Рен?

– Наверное, только обязанности лидера, – ответил тот. – Обдумывание того, как именно организована женская армия, кто там принимает различные решения и всего прочего.

Руби переводила взгляд с одного из нас на другого и обратно.

Ее лицо скривилось, отражая внутреннюю борьбу. Разумеется, воля ее была крепка, и в любой другой ситуации она смогла бы выдержать это испытание. Но мы с Реном достали по конфете и съели их прямо у нее перед глазами.

(Должен признать, что это было весьма жестоко…)

Руби не продержалась и десяти секунд.

* * *

– Итак, – произнес Кардин, когда мы с Реном подошли к нему, оставив Руби наедине с плиткой шоколада. – Вам удалось что-нибудь выяснить?

– Женщин возглавляет Пирра. Вайсс с Янг работают под ее руководством. Блейк имеет свое собственное подразделение, предназначенное для захвата или уничтожения сильных мужчин. Нора занимается какими-то своими делами, а сама Руби являлась их основной полевой разведчицей. Коко руководит тюрьмой.

– Которая располагается в библиотеке, – добавил Рен. – Ее помещение оказалось достаточно вместительным и имеет всего два выхода. Кроме того, библиотека находится в самом сердце их империи в непосредственной близости от столовой.

– Мы узнали еще множество различных мелочей, – сказал я, – но это самое главное. Руби отвечала практически на любой наш вопрос, но ничего полезного мы больше не выяснили.

Разумеется, вся выданная Руби информация была в той или иной мере интересной, но малоприменимой в нашей текущей ситуации. Управляла ли женщинами Пирра или же нет, но у нас просто не хватало сил для прямого противостояния с ними. И теперь, после того как у нас появилась одна единственная пленница, девчонки наверняка совершат нападение, так что следовало сосредоточиться именно на обороне. К счастью, тут Кардин был со мной полностью согласен.

– Мы нашли то место, которое можем назвать своим домом, и теперь нам нужно как следует его укрепить.

– Люди устали после долгого путешествия, – сказал Рен. – Нужно дать им хоть немного отдохнуть.

– Пусть отдыхают, – отозвался я, потому что мне и самому не помешало бы немного вздремнуть.

– Команда SSSN займется непосредственной обороной и распространением вести об основании нами колонии, – произнес Кардин, кивком попросив нас следовать за ним. Я пожал плечами, и мы втроем направились в зал.

– Что конкретно будет содержаться в этой вести?

– Место, где мы обосновались, информация о том, кто мы такие и каковы наши цели, и, разумеется, кое-что о тебе. Даже если не учитывать парней, которые сейчас находятся в северном крыле, в Биконе достаточно тех, кто поспешит присоединиться к нам. Само собой, это будут далеко не все, – признался Кардин, – но сейчас нам понадобятся любые рекруты. Если ты собираешься отвоевать у девчонок Бикон, то для этого тебе нужна армия.

– Ага…

Кстати, насчет этого…

– Еще нам потребуются припасы, чтобы всех их прокормить, – заметил Рен.

– Должны существовать и другие парни, которым повезло добыть еды. Наверняка ради подобной цели они ей с нами поделятся. Я уже сказал Скаю проверить вечером форум и разместить на эту тему несколько постов. Но теперь, когда у нас появилась база, мы можем начинать готовить контратаку.

– Возможно, у меня найдется и другое решение этой проблемы с едой, – пробормотал я, но не стал ничего им объяснять. Для начала мне следовало кое с кем поговорить, и моим советникам об этом лучше было пока не знать.

Кардин с улыбкой посмотрел на меня.

– Должно быть, ты прямо рвешься в бой, Жон. Не так уж и просто всё время сдерживаться.

– Ага, горю желанием с головой окунуться в битву, – солгал я. – Уже даже как-то устал ее ждать…

– И я тоже! – воскликнул Кардин, разумеется, восприняв мои слова абсолютно серьезно. – Все твои планы всегда срабатывали, и я просто не могу дождаться того момента, когда увижу следующее чудо. Уверен, что это будет что-то невероятное. Еще пару дней назад мы являлись всего лишь стадом голодных идиотов, готовых сражаться друг с другом за пакет собачьего корма. А теперь мы уже достигли вот этого!

Он показал на зал вокруг нас, и я не мог не признать, что определенного успеха мы и в самом деле добились.

– С такими силами мы сможем вскоре даже занять контрольные точки северного крыла.

– Пирра будет вынуждена хоть как-то на это ответить, – заметил Рен.

– Мне кажется, что и одного факта пленения Руби уже достаточно для ее ответа, – сказал я. Хотя исход войны меня и не особо интересовал, но удержание стратегических точек могло нас спасти, поскольку Вайсс с Пиррой наверняка первым делом пожелали бы их отбить, и удар их армии оказался бы направлен не на этот зал и не на меня.

Те, кого мы отправим к этим самым точкам, при нужде смогут вовремя отступить. Основная их задача будет заключаться именно в том, чтобы не дать вражеским силам напасть на наш новый дом, в котором я сейчас и нахожусь. К тому же мне не требовалось во всем этом участвовать лично и достаточно было просто поручить это дело Кардину.

– Мы больше не можем прятаться, – продолжил тот. – Теперь у нас есть свое поселение, и совсем недавно мы победили в большой битве против женщин. Наше местоположение известно абсолютно всем. Если они захотят на нас напасть, то нам просто некуда будет отступать.

– Некуда, – согласно кивнул я. Пусть мы и пришли в северное крыло, как и было запланировано, но теперь мы оказались тут заперты. – Здесь мы и дадим им последний бой.

– Или начнем наше контрнаступление на них.

– Или это, – согласился я, не желая огорчать Кардина. – Куда мы вообще сейчас направляемся?

– Тебя хотят увидеть некоторые люди, – ответил Кардин. Он подвел меня к двери и взялся за ее ручку. Будь я хоть капельку меньше отвлечен мыслями о войне и Руби, то несомненно узнал бы эту самую дверь. Но сейчас я просто прошел через нее и уставился на то, что открылось передо мной.

Я оказался на сцене, с которой Озпин произносил свою речь. Вот только теперь я стоял не в толпе зрителей, а прямо на ней, глядя на море лиц, что уставились на меня. Мое сердце пропустило удар, но путь назад оказался заблокирован Кардином.

– Ятсухаши решил, что тебе нужно произнести речь, – сказал тот. – Ну, то есть воспламенить их сердца и хоть как-то отметить обретение всеми нами нового дома.

– А тебе не кажется, что стоило меня об этом заранее предупредить? – прошипел я в ответ.

Кардин просто пожал плечами, и будь я в пару-тройку раз сильнее, то наверняка бы врезал ему по морде. Но раз уж этот вариант отпадал, то я замер на сцене в центре всеобщего внимания. Сан, видимо, не терял времени даром и уже успел отыскать каких-то парней, так что теперь передо мной находилось не семьдесят человек, а как минимум сотня. И более того – они все были гораздо сильнее меня, но молча стояли, ожидая начала моей речи.

Пожалуй, в этот момент я был согласен даже на то, чтобы Нора переодела меня принцессой, лишь бы избежать всего этого.

– Вот он, – произнес Сан, указав на меня. – Человек, что привел нас сюда. Что открыл для нас новую эру. Избранный, великий стратег и просто тот, кого желает любая женщина Бикона.

Причем совсем не в том смысле, в котором мне бы этого хотелось.

– Жон Арк, – продолжил Сан. – Вождь!

– Да! Да! – взревела толпа так, что сцена подо мной слегка пошатнулась.

Но прежде чем я успел хотя бы задуматься о возможности побега, Сан подтолкнул меня вперед, заставив встать ровно на том месте, где когда-то находился Озпин. Сотня парней передо мной явно считала меня живым воплощением какого-то Бога. Наверное, того самого, который отвечал за молчание, потому что именно этим я и занимался.

Что я вообще мог им сказать? Разумеется, что-то произнести было просто необходимо, но что именно? Попробовать поведать им что-нибудь вдохновляющее? Нет, пожалуй, так я лишь всё испорчу. Нечто попроще? Но что если получится слишком просто и в итоге они перестанут в меня верить?

Так, стоп. Все опять молча уставились на меня. Я оглянулся на Кардина с Реном в поисках хоть какой-нибудь поддержки, но те лишь уважительно посмотрели в ответ. Просто замечательно. Сделав глубокий вдох, я шагнул вперед и сказал именно то, что первым пришло мне на ум:

– Мы прибыли в северное крыло.

Это было замечательное и абсолютно правдивое начало. Мы действительно сюда прибыли, так что тут со мной поспорить никто не мог. Впрочем, нужно было продолжать.

– Но дальше нам идти уже некуда. К северу от нас лежит Изумрудный лес. К западу и востоку находятся крылья, что остались под властью женщин, а к югу – их главная цитадель. Мы полностью окружены.

Это были общеизвестные факты, но у меня появилось такое чувство, что парней подобное нисколько не вдохновляло. Кое-кто из них стал нервно оглядываться. Неужели они только сейчас всё это поняли? Я имею в виду, что разве перечисленное мной не было очевидно? Или они надеялись на то, что у меня имелся какой-то секретный план по выходу из этой ситуации? Наверное, все-таки последнее.

– Но это не имеет абсолютно никакого значения, – нагло соврал я. – Потому что у нас есть преимущество. Импульс на нашей стороне!

Вот что за бред я нес? С каких это пор импульс играл хоть какую-то роль в вопросах стратегии? И всё же парни в толпе согласно взревели и затопали ногами. Ну, может быть, им слишком сильно досталось во время поединков в классе мисс Гудвитч, или же они окончательно утратили всякое соображения, слушая истории Порта и напрочь позабыв уроки физики. Как бы там ни было, но мой бред им нравился.

(Честно говоря, ситуация оказалась настолько отчаянной, что они предпочитали верить во всё что угодно, лишь бы не в суровую реальность).

– Вчера мы были всего лишь племенем, – продолжил я, постепенно приспосабливаясь к своей роли. Произносить речи оказалось не так уж и сложно. Следовало всего лишь говорить то, что они и так уже знали, а потом делать вид, что этим мы уже немало достигли. – Но сегодня мы являемся чем-то большим. У нас есть место, что мы можем назвать своим домом, и новые друзья, которые стали нашими братьями.

Еще больше радостных воплей и топота.

Я начал входить во вкус, спокойно переждав вспышку эмоций. Но, пожалуй, этого было вполне достаточно, так что закончить я решил распоряжением:

– Отдыхайте, восстанавливайте силы и знакомьтесь друг с другом. И помните о том, что наш новый дом нуждается в вашей защите.

– Имя! – крикнул кто-то.

– Нашему дому требуется какое-нибудь имя, – громко произнес Кардин, вставая рядом со мной. Честно говоря, я был очень рад, когда всеобщее внимание переключилось на него, поэтому спокойно уступил ему свое место. Кардин кивнул и снова повернулся к толпе. – Вы все слышали слова нашего Господина. Сейчас мы будем отдыхать, но уже скоро женщины узнают, что такое настоящая война!

Это… мои слова были совсем не такими! Я попытался привлечь к себе внимание Кардина и покачать головой, но тот, как обычно, меня просто проигнорировал. Разумеется, толпа оказалась с ним полностью согласна. Они кричали, словно безумцы. Они и должны были оказаться безумцами, если желали сражаться в таких условиях.

– А пока позвольте представить вам наш новый дом! – развел руки в стороны Кардин. – Добро пожаловать в Жонгаллу!

Жон… что?

– Жонгалла! – крикнул Дов.

– Жонгалла! – эхом отозвалась толпа.

– За Вождя! – вскинув в воздух кулак, провозгласил Сан.

– Вождь! Жонгалла! Война! Война! ВОЙНА!

И мне оставалось лишь бессильно смотреть на всё это, ведь планировал я совсем другое.

Отрывок из “Дни войны”

Глава 8

За авторством Октавии Эмбер

Пусть сама я и не присутствовала там, но отголоски того, что произошло в северном крыле, докатились и до меня. Всё случилось без какой-либо видимой причины, хотя, пожалуй, несколько некорректно так утверждать. В конце концов, нам всем было известно о поднятом мятеже. Именно из-за этого целая армия женщин отправилась усмирять одного единственного мужчину – Жона Арка. Я не была знакома с ним лично, хотя и видела до этого пару раз, и особого впечатления он на меня тогда не произвел. Но судя по событиям последующих дней, мое суждение о нем оказалось совершенно неправильным.

Находясь в патруле в главном здании Академии, я отреагировала на доносившийся с севера шум именно так, как нам и предписывалось, направив в ту сторону свой отряд для разведки и расследования. И то, что мы там обнаружили, нас просто шокировало. Не узри мы этого своими собственными глазами, то ни за что бы не поверили.

Там находились женщины, лишенные ауры, оружия, еды и боеприпасов. Они брели из северного крыла, и взгляды их оказались пусты. У многих из них имелись синяки, что говорило об имевшем место бое, но их поражение в нем казалось нам попросту невозможным. Разве мог один мужчина устроить всё это? Что за кошмарный Гримм бродил сейчас по коридорам Бикона?

Я спросила их об этом, но их слова заставили меня усомниться в их душевном здоровье.

– Король Севера, – говорили одни.

– Он идет, – добавляли другие.

– Целая волна мужчин – Орда Севера.

Мы выслушивали их предостережения и кусочек за кусочком постепенно восстанавливали картину событий. Они говорили о поднявшем мятеж таинственном Короле, который объединил разрозненные племена в единое Королевство. Они рассказывали о целых отрядах мужчин, численностью в один-два десятка бойцов, что сплошным потоком шли по коридорам, сметая всё со своего пути.

Они упоминали о своих надменности и тщеславии. О том, как они смеялись над своими врагами, пока не оказывались повержены.

Они рассказывали об отчаянии и растерянности, о своем шоке от осознания того, что мужчины все-таки могли их побеждать. О том, как их лишали еды и напитков, а затем изгоняли из северного крыла, приговаривая, чтобы они больше никогда туда не возвращались и не испытывали на себя ярости Арконавтов.

Теперь мне отлично известно это имя, но в те далекие времена я о нем еще ничего не знала.

Я была слишком самоуверенной, и мы все чувствовали себя неуязвимыми. Возгордившись от наших бесконечных побед и успехов, я направила свой отряд прямиком в северное крыло, желая отыскать этого “Короля мужчин” или, как его еще называли, “Вождя” и покончить с ним раз и навсегда, даже не доставая для этого своего оружия.

Я была очень глупа…

Когда уже гораздо позже мои товарищи по команде нашли меня, то я сидела за пределами северного крыла и раскачивалась вперед и назад, глядя на свои пустые ладони. Отряд, что пошел тогда со мной, находился рядом, но они тоже утратили всё свое оружие, припасы и – что было самым главным – самоуважение.

– Что случилось? – спросила Небула, присаживаясь рядом и беря меня за плечо. – Октавия… кто сотворил с тобой подобное?

– Он идет… – прошептала я.

– Кто? – уточнила она. – Кто идет?

– Король Севера. Я… мне нужно поговорить с Верховной Королевой. Я должна доставить ей сообщение.

– Мы отведем тебя к ней, – пообещала Небула. – Но о чем ты говоришь? И что за сообщение?

Я с трудом сглотнула. В этом… было очень тяжело признаваться. Даже осознать подобное оказалось весьма непросто, хотя я всё видела своими собственными глазами. Мой отряд оказался окружен мужчинами, и кое-кого из них я узнала. Команду SSSN, великана Ятсухаши и даже Кардина Винчестера, что позже станет известен под прозвищем “Правая рука Бога”. Мы сражались изо всех сил… но наши враги оказались просто невероятными.

– Северное крыло нам больше не принадлежит, – сказала я. – Мы… мы его потеряли.

И к концу третьего дня Гражданской войны там не осталось ни единой женщины. Нас всех заставили бежать, поджав хвосты, и впервые нам в головы закралась мысль о возможном поражении.

Но глубоко внутри мы понимали, что никак не можем позволить случиться чему-то подобному.

Настоящая война только началась…

Глава 8

Восьмая глава

Ладно, пусть они заняли Север, взяли в плен Руби и основали базу.

Но у нас по-прежнему всё под контролем. Просто теперь они соберутся в одном месте, и нам легче будет их сокрушить.

(Бригадный генерал Вайсс Шни)

Свиток разразился громкой трелью, и взяв его в руки, я увидел на экране красивую девушку с золотистыми волосами и фиолетовыми глазами. Она улыбнулась и, откинув непослушную прядь назад, поприветствовала меня:

– Мертвец.

– На самом деле, Жон…

– Уверена, что я всё сказала правильно.

Я вздохнул, устало проведя ладонью по лицу и раздумывая над тем, пошутила ли сейчас Янг. Прямо спросить ее об этом я просто не осмелился. Сместив свиток так, чтобы лучше ее видеть, я приготовился к неизбежному разговору. По крайней мере, она выбрала именно звонок, а не личный визит.

В конце концов, не мог же я оборвать связь, иначе Янг наверняка нашла бы какой-нибудь другой способ, чтобы со мной поговорить. Например, обрушила бы стену за моей спиной и схватила бы меня за шею. И пусть я избавил ее от множества сложностей и проблем, которые обязательно возникли бы при попытке совершить что-то подобное, настроения ей это почему-то ничуть не улучшало.

– Ты не можешь меня убить, Янг.

– Правда? А вот мне кажется, что это весьма спорный вопрос.

– Ладно, ты можешь меня убить, но не станешь этого делать. Такого тебе никто не позволит, – произнес я, а затем покачал головой. – Слушай, ты же, наверное, хотела поговорить с Руби, да?

– Ага. Передай ей свиток или умри.

Ну, выбор в данном случае оказался совсем прост. Я кинул устройство Руби, которая поймала его одной рукой, в то время как другой продолжала быстро запихивать в себя пудинг. Мы оба ожидали этого звонка, но теперь она как-то нервно смотрела в мою сторону.

– П-привет, Янг, – сказала Руби, попытавшись скрыть от камеры свитка оставшийся десерт. – Эм, как там у вас погода?

– Ты позволила захватить себя в плен!

– Ага, – продолжила она. – А у нас тут целый ураган.

– Руби…

Мне был прекрасно знаком этот тон. В конце концов, у меня самого имелось целых пять старших сестер, поэтому я много раз сталкивался с тем, как они могли одним твоим именем заставить тебя почувствовать, что ты что-то сделал не так. И самое забавное тут заключалось в том, что у них далеко не всегда имелись хоть какие-то доказательства твоей вины, но им всё равно как-то удавалось заставлять тебя признаваться в своем проступке. Руби этого, похоже, еще не понимала, и поэтому моментально съежилась.

– Я ничего не могла с ними сделать, Янг. Их было слишком много! Я… я сражалась изо всех сил!

Правда?..

– И победила множество парней!

А вот этого уже точно не было.

– Но Жон меня перехитрил!

Ну, хотя бы тут всё более-менее соответствовало действительности.

– И еще Цвай меня предал! Он предал нас всех!

– Гав!

– Ох, поверить не могу, что тебя взяли в плен. Да еще и не кто-нибудь, а Жон. Как ты вообще собираешься после этого жить? – и Янг, и Руби предпочли проигнорировать мой недовольный возглас. – Ладно, неважно. Как ты там устроилась? Он соблюдает правила?

Руби посмотрела в мою сторону, и я умоляюще сложил руки. Разумеется, правила я соблюдал, но ведь она могла и соврать на этот счет ради мести. И тогда Янг стала бы охотиться за мной до конца моей жизни.

– Да, Жон их соблюдает, – к моему облегчению, сказала Руби.

– Он тебя кормит?

– Янг, я же не собака… – но когда выражение лица ее сестры ничуть не изменилось, Руби вздохнула. – Да, у меня много еды и напитков. И мне даже выдают печенье, когда я хорошо себя веду.

– Хорошо себя ведешь?

– Делаю то, что скажет Жон.

– Хм, и ты всё еще уверена в том, что не являешься собакой? – рассмеялась Янг. – Ладно, с этим никаких проблем нет. Но что насчет места для сна?

– Я сплю вместе с Жоном.

Наступила долгая пауза, во время которой мы с Руби молча дожидались ответа Янг. Когда его так и не последовало, я попытался заглянуть в экран свитка, но Руби повернула его так, чтобы мне ничего не было видно.

– Ты… спишь вместе с ним?.. – наконец произнесла Янг, и ее голос почему-то оказался каким-то хриплым.

– Да, – кивнула Руби. – Сначала было довольно неловко, потому что я подумала, что мне придется спать вместе со всеми остальными парнями, но Жон сказал им, что я являюсь его личной пленницей, и он сам будет обо мне заботиться.

– Личной… пленницей?..

– Ага. Ну, то есть я не их добыча, а лишь его, и они не могут со мной ничего делать. На это имеет право только Жон, – улыбнулась Руби, заставив меня кивнуть. Я был очень рад тому, что она решила говорить исключительно правду. Мне хотелось сделать так, чтобы Янг не желала мне отомстить, и знание о том, как хорошо я забочусь о Руби, наверняка могло этому поспособствовать.

(Не настолько хорошо, как ты сам об этом думаешь, Жон. Иногда меня просто поражает твое полное невежество в некоторых вопросах).

– Н-на что именно он имеет право?

– Ничего особенно важного, – попыталась как можно более спокойным голосом произнести Руби, но получилось у нее не очень хорошо. Это не было правдой, и она просто не желала признаваться в том, что выдала нам информацию о своих союзниках. Руби вообще не умела лгать, и я прекрасно понимал, что Янг никак не могла этого не заметить. – Ну, просто те вещи, которые должны делать все пленники. Ничего такого, о чем тебе следовало бы волноваться, или из-за чего вы с Вайсс могли бы на меня разозлиться. Тут не о чем говорить.

Янг громко булькнула.

С ней там вообще всё было в порядке?

– Он тебя трогал?

Голос Янг звучал как-то испуганно, и Руби недоуменно посмотрела на меня. Я пожал плечами в ответ, и она согласно кивнула.

– Ну да, иногда.

– Где именно?!

– В разных местах, – пожала плечами Руби. – А почему тебя это настолько встревожило? Что-то не так?

– Неважно. Я… я… – Янг громко застонала. – Просто скажи мне, Руби, заставлял ли он тебя делать то, что тебе не нравилось? Что-то такое, чего ты не хотела?

Руби сердито посмотрела в мою сторону, и тут меня уже не могли спасти никакие мольбы.

– Ну, такое и в самом деле было один раз, – проворчала она. – Я не желала говорить того, что Жон хотел от меня услышать, и тогда он решил применить ко мне самые суровые меры.

Янг явно пребывала в ужасе.

– Ч-что он с тобой сделал?..

– Он лишил меня сладкого!

Из динамиков свитка послышался грохот, а затем сразу несколько голосов выкрикнули имя Янг. Руби явно чего-то испугалась и перестала следить за своим окружением, так что у меня появилась возможность заглянуть в экран через ее плечо. Янг стояла на одном колене, ухватившись за что-то, что не попало в кадр. Когда она посмотрела в свиток, то ее лицо оказалось очень бледным, а глаза – красными. Увидев меня, Янг зарычала:

– Ты…

– Я?

– Ты…

– Ладно, пусть буду я. Что именно я сделал не так?

– Ты знаешь, что ты сделал не так, – прорычала Янг. – Я хочу вернуть себе Руби. Ни за что не оставлю ее рядом с тобой, чтобы вы продолжали заниматься… тем, чем вы там занимаетесь!

Она имела в виду допрос?

(Жон, пожалуйста…)

Ну, наверное, в этом и не было ничего удивительного. Янг поняла, что я перехитрил Руби и получил от нее всю информацию, которая мне понадобилась. И разумеется, она желала избежать повторения этого допроса и утечки новой порции сведений об их армии. Чего-то подобного я от нее и ожидал, поэтому улыбнулся, чтобы продемонстрировать, как мне хотелось бы думать, уверенность в своих силах.

– Ну, просто так я тебе Руби не отдам, Янг. Она очень многое для меня значит, и я никогда бы не стал ее обижать.

– Ох, Жон, – проворковала сама Руби.

– Чего ты хочешь? – с подозрением уставилась на меня Янг. Ну что же, у нее имелись для этого все основания.

– Если ты желаешь получить Руби, то я хочу за нее что-нибудь столь же ценное.

Янг задумалась.

– Одного из захваченных нами мужчин?

– На самом деле, я надеялся обменять ее на еду.

Она уставилась на меня тяжелым взглядом.

– У тебя довольно странное понятие о равноценности. Ты хочешь сказать, что еда для тебя важнее захваченных нами парней?

Я попытался придумать какой-нибудь ответ, который не выглядел бы со стороны слишком уж неприглядно, но так и не сумел этого сделать. Ладно, Руби вполне могла сойти сразу за пятерых парней. И дело было вовсе не в том, что она была способна их победить, а в пользе от ее Проявления в реалиях нашей войны. Но я просто не мог вспомнить никого из попавших в плен мужчин, которые стоили бы подобного обмена. К тому же еда интересовала меня гораздо сильнее.

В конце концов, оставшиеся у нас запасы уже начинали вызывать некоторое беспокойство. И патрули Сана приводили к нам всё больше и больше людей, пусть даже и передавая нам ту еду, что у них оказывалась с собой. Этого никак не могло хватить до конца войны. С другой стороны, у Янг под рукой имелась целая столовая, а также сильное желание вернуть себе Руби.

– Ладно, – наконец сказала она. – Я согласна передать тебе еды по ее весу. Как насчет такой сделки?

Я внимательно посмотрел на болтавшую ногами и улыбавшуюся Руби. Она немного покраснела и уставилась в пол. Обведя взглядом ее фигуру, я вновь повернулся к экрану свитка.

– А как насчет твоего веса?

Фиолетовые глаза Янг вновь стали красными.

– Ты хочешь сказать, что я толстая?

– Нет! – поспешил я исправить свою оплошность. – Как насчет веса Норы?

– ОН НАЗВАЛ МЕНЯ ТОЛСТОЙ?! – раздался вопль откуда-то сбоку от Янг. – Не-ет! А если Ренни тоже подумает, что я толстая? Это всё из-за блинчиков? Наверняка это всё из-за блинчиков! Аргх!

– Ты совсем не толстая, Нора! – крикнул я в микрофон свитка. У меня не было уверенности в том, что она меня услышала, но вот Янг отшатнулась от экрана и потерла пострадавшее ухо. Просто замечательно. Я еще и Нору умудрился обидеть. Теперь мне оставалось лишь гадать о том, смогу ли я отделаться от нее одной сломанной ногой, или же понадобятся обе.

(Боюсь, что обе).

– Ладно, возьмем что-то среднее, – произнесла Янг. – Отправь мне место и время встречи, и я приду туда. Но сразу же предупрежу – никаких сюрпризов. Руби! Что бы он ни говорил, не бери у него никаких сладостей! И не позволяй ему себя трогать!

Связь прервалась, а экран потемнел, оставив нас Руби в тишине. Я посмотрел на нее.

– Надеюсь, ты не обидишься, если я скажу, что твоя сестра довольно странная?

Руби тяжело вздохнула, а затем наклонилась ко мне, похлопав меня по плечу и начисто проигнорировав совет Янг.

– Ты еще ничего об этом не знаешь, Жон. А я прожила вместе с ней целых пятнадцать лет.

* * *

– Ты хочешь обменять свою пленницу? – переспросил Рен, когда я изложил свой план остальному руководству Жонгаллы. Я всё еще сомневался насчет этого названия, поскольку совсем не желал привлекать к себе такое количество смертельно опасного внимания.

Этого мне уже никогда не забудут.

– На скольких парней ты хочешь ее обменять? – поинтересовался Кардин, как обычно, желая получить еще больше рекрутов.

– Они не захотели обменивать ее на людей, – солгал я. – Они желают иметь при себе как можно больше козырей, и тут мы ничего сделать не сумеем.

– Скорее всего, они считают, что смогут спасти Руби, если как следует на нас навалятся, – произнес Рен. – И честно говоря, шансы на это у них очень даже неплохи.

– Мы построили защитную линию, но к серьезному нападению она еще не готова, – сказал Сан, всё это утро занимавшийся укреплением коридоров. – Сейчас наши оборонительные позиции смогут их разве что задержать, но рано или поздно всё равно окажутся уничтоженными.

Эта новость заставила Кардина и Ятсухаши хмуро переглянуться. Рен же посмотрел на меня.

– Именно поэтому наступил просто идеальный момент для обмена пленными. Это отвлечет девчонок и даст нам необходимое время для завершения строительства…

Он замолчал, а его глаза стали округляться. Впрочем, как и у Сана, Кардина и Ятсухаши.

– Гениально, – прошептал Кардин. – Неужели ты уже успел обо всем этом подумать?

– Ну да… – рискнул ответить я.

– Просто невероятно… – покачал головой Сан, и я не смог бы определить степень его серьезности даже ради спасения своей собственной жизни. Впрочем, я вообще уже не понимал, какой именно вариант мне сейчас понравился бы больше всего. – Пока идет обмен пленными, мы сможем без особой опаски продолжать работы. Девчонки наверняка подумают о том, что ты попытаешься их как-то обхитрить, и в итоге они перехитрят сами себя! Это же идеально!

– А еще мы сможем захватить контрольные точки северного крыла, – добавил Кардин, подавшись немного вперед с какой-то безумной улыбкой на лице. – Они сейчас заброшены, но мы всё равно не рисковали там появляться, опасаясь реакции Янг и Норы. И пока они обе заняты, мы вполне можем успеть не только их захватить, но еще и как следует укрепить.

– Одним единственным действием решаются все наши проблемы с продовольствием, укреплениями и контрольными точками, – подытожил Ятсухаши. – К тому же мы избавляемся от пленницы, которую обязаны кормить. И делаем это уже после того, как Жон вытянул из нее всю самую ценную информацию.

Все четверо с благоговением уставились на меня.

– Д-да, – несколько смущенно засмеялся я. – В этом и состоял мой план. Вот как раз во всем вами перечисленном.

* * *

Лидерство, как я быстро осознал, являлось довольно странной штукой.

Я разбирался в вопросах стратегии примерно так же, как, например, Руби в политике Атласа. И всё же все четыре моих генерала, которые были гораздо умнее и сильнее меня, в один голос нахваливали мою мудрость. Они по очереди представляли мне свои планы, и я соглашался с каждым из них, ничего не понимая в этом, но вполне доверяя их собственным суждениям. Никакого дальнего прицела у меня тут не имелось.

Обратной стороной всего этого стало то, что поскольку все оказались заняты исполнением своих собственных планов, то обменивать Руби на еду предстояло именно мне. Впрочем, Янг всё равно договаривалась об этом лишь со мной, и я обещал ей присмотреть за ее сестрой. Но это никак не улучшало моего настроения, поскольку мне требовалось выбрать место и время встречи.

Она должна была состояться где-то за пределами северного крыла, а для этого мне предстояло покинуть более-менее безопасную территорию и вступить во враждебные Дикие Земли. Со временем я решил затянуть настолько, насколько это вообще было возможно, после чего отправил Янг сообщение о встрече между северным и западным крыльями – то есть на том самом месте, где Руби и попала в плен. Учитывая удерживаемый ими центр Академии, девчонки могли в любой момент выслать на мою поимку просто гигантские силы, если бы действительно этого захотели.

И поскольку идти на встречу в сопровождении целой армией было нельзя, то отправился я туда в одиночку. Ну, то есть вместе с Руби, разумеется, которая как раз нетерпеливо переминалась с ноги на ногу рядом со мной.

– Ну же, Жон. Разве время для встречи, которое ты сам же и назначил, еще не подошло?

– Я всего лишь проявляю необходимую осторожность. Что будет, если меня там, к примеру, ожидает засада?

– Тогда мы с тобой станем играть в приставку, пока ты будешь сидеть в нашей тюрьме, – ответила Руби, ничуть меня этим не успокоив.

Я еще раз нервно оглядел сад и едва заметно вздрогнул, когда увидел знакомую девушку. У нее были светлые волосы, красивая фигура, а также сила и навыки, с помощью которых она вполне могла вывернуть меня наизнанку. У меня же, в свою очередь, имелась ее сестра, что гораздо лучше звучало во время планирования, чем здесь и сейчас. Тем более, что Янг явно намеревалась меня убить.

(Если Вайсс ее в этом не опередит).

Руби, разумеется, прятаться не пожелала, помахав ей рукой.

– Эй, Янг! Мы здесь!

Ну что же, элемента неожиданности меня уже лишили. Руби попыталась убежать к ней, но я успел перехватить ее за капюшон.

– Помни о том, что тебе нельзя слишком далеко от меня отходить. Преподаватели наверняка сейчас за нами наблюдают.

– Ах да… – смущенно хихикнула Руби.

Мы осторожно двинулись вперед. Ну, по крайней мере, я, поскольку сама Руби просто шагала рядом со мной, ни о чем при этом не волнуясь (впрочем, ей действительно не о чем было волноваться). Янг нетерпеливо ждала нас в самом центре сада. Приблизившись к ней, я заметил красную четырехколесную тележку, доверху загруженную едой. Наверняка для нас подобрали самое скоропортящееся, так что всех обитателей Жонгаллы этим вечером ждал горячий ужин. Ну, если, конечно, я вообще сумею ее дотуда дотащить.

– Жон, – поприветствовала меня Янг, когда мы с Руби подошли еще ближе.

Остановился я в шести метрах от нее. Это была вполне достаточная дистанция, чтобы успеть закричать словно девчонка, если Янг всё же решит перейти к насилию. Хотелось бы мне разговаривать с более-менее безопасного расстояния, но перекрикиваться с трех с половиной миль наверняка оказалось бы слишком уж неудобно. К тому же Янг всё равно рано или поздно меня отыщет, если захочет, и злить ее перед этим мне совсем не хотелось.

– Я привел Руби, – озвучил я совершенно очевидный факт.

– А я притащила сюда еду, – ответила Янг, указав на не менее очевидную тележку. – Меняемся?

Честно говоря, уверенности в правильности подобного поступка у меня совсем не имелось. Мои ладони вспотели, а взгляд прошелся по окнам западного крыла в поисках возможной засады или снайперов, что обезвредят меня, как только я утрачу бдительность. Там никого не было видно, но это вовсе не означало, что мне стоило расслабляться. В конце концов, на меня хватило бы и одной единственной Янг.

– Я не нарушил нашего договора, – сказал я. – Люди Жонгаллы честны-…

– Извини, что?

Я удивленно моргнул.

– Ты сейчас вообще о чем?

– Название… – произнесла Янг, тут же ухмыльнувшись. – Ты действительно сказал “Жонгалла”?

– Это н-не я ее так назвал!

– Ага… – явно не поверила мне Янг. – Конечно же, это был не ты. Ох, не могу дождаться, когда расскажу об этом Блейк и Пирре!

И она расхохоталась, полностью игнорируя мое недовольство тем, что еще кто-то услышит это дурацкое название. У меня ведь и в самом деле тогда не имелось никакого выбора.

Но смех Янг тут же оборвался, когда откуда-то из-за моей спины раздался отдаленный грохот.

– Что это было?

– О чем ты? – спросил я, пока по моим вискам стекали капли пота.

– Этот звук. Как будто кто-то врезал по стене молотом.

– Наверное, парни просто украшают Жонгаллу, – солгал я. – Ну, знаешь, чтобы там было приятнее жить.

Янг снова рассмеялась, но пока она не стала копать глубже, меня это полностью устраивало.

– Слушай, давай уже закончим с нашими делами. Мне будет гораздо спокойнее, если мы наконец разойдемся.

– Боишься, что я могу попытаться тебя захватить? – поинтересовалась Янг.

– Если честно, то да.

Если ее и оскорбило мое недоверие, то виду она не подала, лишь спокойно мне улыбнувшись. И Эмбер Селику Янг тоже не стала приводить в боевую готовность. Это было очень хорошим знаком.

– Я, конечно, могла бы так поступить, если бы захотела. Но я не хочу, – сказала она. – Тут имеется одно очень важное обстоятельство.

Янг кивнула на свою сестру.

– Эй, Руби. Что скажешь насчет того, чтобы я нарушила свое слово и ударила Жону в спину?

– Янг, ты не можешь этого сделать! – крикнула та, явно пребывая в ужасе от одной мысли о чем-то подобном.

– Видишь? Вот именно это я и имела в виду, – вздохнула Янг, закатив глаза. – Но мы победим в этой войне в любом случае, Блевунчик. Давай не будем обманывать сами себя. Мне просто нет никакой нужды нарушать свое слово и становиться злодейкой. Я вполне могу подождать и какого-нибудь другого подходящего случая, чтобы тебя побить.

Она угрожающе показала мне кулак.

– Так что забирай свою еду. Наслаждайтесь там последним ужином перед тем, как мы-…

Ее фраза вновь была оборвана жутким грохотом, донесшимся из северного крыла.

– Так, в прошлый раз мне точно не показалось…

– Показалось, – возразил я, поморщившись от того, как глупо это прозвучало. – Ну, то есть, скорее всего, это связано с непогодой. Руби же упоминала ураган, так что это, наверное, были просто раскаты грома.

Я указал на небо.

На нем не имелось ни единого облачка.

Янг вопросительно приподняла бровь.

– Ураган, – повторил я. – Но ты его просто еще не видишь.

– Эм, ладно, – вздохнула Янг, отходя от тележки и жестом приглашая меня проверить продукты. Вообще-то, мне вполне хватало и одного запаха, но я всё равно быстро оценил сложенное в ней продовольствие. Не знаю, сколько именно весили Янг с Норой, но еды в тележке оказалось все-таки заметно больше веса Руби.

– Тут всё в порядке.

– Оружие Руби? – напомнила мне Янг.

Я неохотно кинул сложенную косу ее хозяйке. Руби поймала Кресент Роуз и прижала ее к груди, шепча что-то о том, что теперь никто не заберет ее у мамочки. Я вопросительно посмотрел на Янг, но та лишь покачала головой и одними губами произнесла “не спрашивай”.

Итак, я освободил и вооружил Руби, поэтому если что-то и должно было пойти не так, то оно произойдет именно в этот момент. Мои мышцы напряглись, и Янг, видимо, заметившая это, тоже моментально подобралась. Взгляд ее прищуренных глаз встретился с моим, и мы встали друг напротив друга, не обращая никакого внимания на обнимавшуюся с косой Руби.

Я аккуратно подтянул к себе тележку. Янг сделала то же самое со своей сестрой. Каждый мой шаг назад зеркально ей повторялся, и расстояние между нами постепенно увеличивалось.

Мы оба давали слово, что никто посторонний не станет вмешиваться в этот обмен, но чисто технически сейчас он уже оказался завершен.

Мы оба отлично знали друг друга.

Уже на третьем шаге одно из стекол разлетелось. Янг закинула Руби на плечо и бросилась бежать, пока множество стволов появлялось как из окон за моей спиной, так и со стороны западного крыла. Я тоже ускорился настолько, чтобы не разронять еду, при этом прикрывая голову одной рукой. Вокруг меня рикошетили пули, и я знал, что у Янг происходило то же самое.

Она привела с собой подкрепление.

Но и я поступил точно так же.

Мы оба понимали, что на наши слова лучше было не полагаться.

Но являлось ли это нарушением, если так делали обе стороны? Наверное, да. Впрочем, я никогда и не стремился стать образцом для подражания и идеалом честного парня. В конце концов, даже в Бикон я попал лишь при помощи обмана. И для того, чтобы занять мое нынешнее положение, мне приходилось постоянно лгать всем подряд. А если подобная тактика работала, то зачем же тогда было останавливаться?

Тележку я разместил так, чтобы она прикрывала меня от пуль. Пусть кое-что из еды и могло при этом пострадать, но голодные люди оказались вполне приемлемой платой за мою целую шкуру.

(Какое самопожертвование…)

Дотащив тележку до коридора, я вручил ее ожидавшему меня там третьекурснику.

– Доставь продовольствие в Жонгаллу! – произнес я, еще раз вздрогнув из-за этого дурацкого названия. – Я их задержу!

– Да, сэр, – отозвался тот, а его глаза буквально засияли от осознания героичности моего поступка. Он бросился в нужную сторону, громыхая тяжелой тележкой, и этот звук должен был отвлечь на него любую отправленную за мной погоню. Ну, еще я очень рассчитывал на то, что девчонок больше всего заинтересуют именно контрольные точки, а вот всё остальное они просто проигнорируют.

Но я не учел одну маленькую деталь…

– Это же Жон! – крикнула какая-то девушка.

– Король Севера!

– Я слышала, что он что-то сделал с Руби Роуз!

– Взять его!

Мне совсем не хотелось выяснять, что именно они для меня подготовили, так что я бросился вдогонку за парнем с тележкой, преследуемый четырьмя, а то и всеми шестью десятками девчонок. И я понятия не имел, почему они все решили сосредоточиться именно на мне. Ведь не могли же они и в самом деле поверить в весь этот бред с великим стратегом? Разумеется, нет. Ими же управляла Пирра, которая знала меня лучше всех. Уж она-то точно никогда бы не приняла столь невероятные россказни обо мне всерьез.

(Боюсь, что когда дело касается Пирры, то она готова поверить в сколь угодно невероятные россказни о Жоне. Например, я своими глазами видел его в душе, и он никак не соответствовал тому, что Пирра о нем думала. С другой стороны, я не уверен даже в том, что те мысли, которыми она иногда с нами делилась, вообще анатомически возможны).

В конце концов, всё это не имело особого значения. Я оказался в очень скверной ситуации и желал из нее выбраться. И тут мне вспомнились советы моего отца. Мне не требовалось бежать быстрее Урсы, мне нужно было всего лишь обогнать кого-нибудь еще. И парень с тележкой для этого подходил просто идеально. Если мне удастся скинуть на него погоню, то я окажусь спасен.

Разумеется, им самим, как, впрочем, и тележкой с едой, тогда придется пожертвовать, но я был готов пойти и на это! Еще немного ускорившись, я поспешил свернуть за угол, чтобы тут же замереть.

Коридора, который должен был там находиться, просто не существовало. Ну, то есть он оказался перекрыт несколькими тоннами разнообразного мусора, и по основному пути в зал теперь было никак не пройти.

– Сюда, Вождь, – крикнул парень с тележкой, всё еще опережая меня. – Этот коридор мы уже запечатали!

– Уже вижу. Но как? И когда? – тут до моего слуха донесся топот множества ног. – Хотя сейчас это не так уж и важно. Бежим!

Мне не нужно было повторять свой призыв дважды, и мы вдвоем побежали прочь. Похоже, парень тоже слышал этот совет, потому что совсем не спешил отставать, хотя я выкладывался по полной, а у него имелась тяжелая тележка. Топот девчонок всё приближался, и я с отчаянным криком свернул за угол, чтобы упереться в еще одно “неожиданное” дополнение.

По крайней мере, этот коридор оказался не запечатан, и я увидел, как Сан помахал мне рукой.

– Быстрее! – крикнул он. – Забирайтесь на стену!

На какую еще стену? Передо мной находилась странная баррикада из торговых автоматов по краям, а также столов и стульев по центру, напоминавшая какой-то уродливый форт. Спереди находились доски для объявлений, так что никаких брешей в этой конструкции не осталось, и просунуть внутрь, например, оружие было попросту невозможно. В высоту вся эта баррикада достигала примерно двух метров, так что зазор между ней и потолком оказался всего лишь в один метр.

Но на какие-либо вопросы у меня уже не оставалось времени. Сверху опустили деревянный трап, и парень стал заталкивать по нему тележку с едой. Я принялся ему помогать, поскольку чем быстрее мы ее туда затащим, тем раньше я окажусь в безопасности. Сан ухватил меня за плечо и втянул внутрь. Тут же выяснилось, что платформа с той стороны была гораздо ниже основного укрепления, и теперь мы стояли на столах, имея возможность более-менее спокойно размахивать оружием. А вот девчонкам пришлось бы к нам буквально ползти.

Более того – дальше по коридору находились еще как минимум пять точно таких же баррикад. Сан явно не терял времени даром.

– Как? – спросил я у него. – Когда?

– Добро пожаловать на Великую стену Жонгаллы, – отозвался Сан, хлопнув меня по плечу, пока я пытался восстановить дыхание после долгого бега. – У нас тут имеется комплекс из шести стен, укрепленных снаружи и полностью открытых изнутри. И еще мы запечатали все остальные пути в Жонгаллу, так что девчонкам придется идти именно здесь. Тут можно держаться практически вечно, а если одна из стен и падет, то мы просто отступим на следующую, а у девчонок так и не появится никакого укрытия.

Он явно очень гордился своим творением. И я никак не мог упрекнуть его даже за уродливый внешний вид всей этой конструкции, поскольку и времени, и материалов для подобного чуда инженерной мысли оказалось слишком уж мало.

– Но мы бы ни за что не справились без твоего плана, – добавил Сан. – Когда ты объявил о месте и времени встречи, то чуть ли не все девчонки, что до этого пытались пробиться в северное крыло, отправились готовить засаду. И это позволило нам оттянуть все силы на строительство стены, так что мы закончили ее в рекордные сроки.

Он замолчал, прислушиваясь к топоту ног.

– О, как раз вовремя. Готов к битве за стену, Вождь?

Разумеется, я не был готов ни к какой битве, но всё же прекрасно понимал, что особого выбора у меня тут и не имелось. Поэтому я встал рядом с Саном и уперся обеими ладонями в верхний край баррикады.

Трап втянули внутрь, а еще через мгновение из-за угла появилась целая толпа девчонок. К моему ужасу, возглавляла их Нора, сейчас злобно ревевшая и потрясавшая своим молотом. Отряд поддержал ее одобрительными воплями, и мне стало ясно, что в этот раз перехитрить ее уже не удастся. Она пришла сюда именно за Реном и чем-то меньшим удовлетвориться никак не могла.

И более того – числом своим девчонки превосходили нас как минимум вдвое. Я повернулся к Сану, чтобы уточнить наши шансы на успешную оборону, но тот опередил меня, взмахнув рукой.

– Баллисты!

О чем он сейчас говорил? У меня за спиной раздался хлопок, и я тут же испуганно пригнулся, пока над нашими головами пролетали какие-то серебристые объекты. Быстрый взгляд назад показал, что четверо парней возились с какими-то странными штуковинами, собранными из стульев и натянутых между их ножками эластичных бинтов. По центру у них оказались закреплены какие-то корзинки. Один из парней наполнил ближайшую из ведра, а затем содержимое вновь полетело в сторону девчонок. Я посмотрел туда, чтобы оценить результат выстрела.

Упавшие на пол банки разорвались яркими желтыми, фиолетовыми и розовыми облачками, окатывая наступающий отряд различными видами сока и газировки. Некоторые девушки оказались сбиты ими с ног, а другие просто поскользнулись на мокром полу и теперь кричали, барахтаясь в лужах кроваво-красного вишневого сока.

– Еще залп! – приказал Сан.

Всё новые и новые банки отправлялись в полет, и я даже заметил среди них некоторое количество пластиковых бутылок. Обстрел сумел нанести противнику просто ужасающий урон, но слишком многие девчонки, ведомые Норой, всё же сумели прорваться сквозь разноцветные облачка.

– Они приближаются к стене, – прошипел я.

– Знаю, – кивнул Сан. – Так и было задумано. Смотри.

Он указал вниз, где на шесть или даже семь метров от подножия всё было завалено различными матрасами, рюкзаками и пакетами с одеждой, а также прочими затруднявшими перемещение предметами. Мне не пришлось иметь с ними дела благодаря трапу, но вот Нора с разгона влетела на это поле и неожиданно там завязла.

Ей явно было очень сложно по нему передвигаться, и я с восторгом смотрел на то, как остальные девушки тоже замедлились, закрывая лица руками от того, что бросали в них со стены парни. Сан вынудил штурмовой отряд буквально ползти под обстрелом. Некоторые девушки из тех, что шли в самом хвосте их построения, этого даже не заметили, на полной скорости влетая в спины своим соратницам и сбивая их с ног.

Но даже в подобных условиях у меня не оставалось никаких сомнений в том, что они до нас все-таки доберутся. Пусть побитые и покрытые липким соком, но они вскоре окажутся тут, желая отыграться на нас за всё, что им довелось пережить. Я оглянулся на стену за нашими спинами, раздумывая над тем, что нам стоило бы отступить туда и попытаться обстрелять их еще раз. Но тут Сан что-то сунул мне в руки.

– Вот, держи, – сказал он, а затем крикнул остальным парням: – Оружие к бою!

Те скинули вниз последние банки и бутылки, готовясь к рукопашной схватке. Я осмотрел выданное мне оружие. Как оно вообще должно было работать? Лично мне это казалось каким-то безумием. Пусть мы и сократили число противников практически вдвое, почти уравняв их с нами, но на их стороне всё еще имелась Нора, а на нашей – ну… только я. И это были совсем не равные условия!

Нора ухватилась за гребень стены и подтянулась, уставившись прямо на меня. Она была очень зла и оказалась полностью покрыта липким соком. Вроде бы виноградным. Ее волосы местами окрасились в розовый цвет, похоже, пострадав от прямого попадания какой-то банки, а сердитый взгляд не отрывался от меня.

(Немногие это знают, но Нора терпеть не может виноград).

Я с криком обрушил на нее выданное мне оружие.

– В АТАКУ! – тут же взревел Сан.

По всей линии баррикады мужчины методично поднимали и опускали свое оружие. Звуки ударов эхом отражались от стен коридора. Я покрепче взялся за угол подушки и вновь обрушил ее на рычавшую Нору.

Чуть сбоку от меня одна из девушек не удержалась на стене, в последний момент успев ухватиться за подушку противника. Но тонкая материя не выдержала, рассыпав во все стороны синтетический наполнитель. Часть его пролетела мимо меня, но кое-что все-таки попало на Нору, прилипнув к покрытым соком коже и одежде. Она кашлянула, попытавшись стереть всё это со своего лица.

Совершенно неожиданно для меня в плане нашей обороны появился хоть какой-то смысл. Сок и газировка покрывали как наших врагов, так и саму стену, мешая взбираться по ней вверх, а подушки лишь завершали работу. Я поудобнее перехватил свою и отступил на шаг назад, чтобы можно было как следует размахнуться. Глаза Норы округлились в самый последний момент, и она успела лишь испугано вскрикнуть, когда ее настиг удар мягкой поверхности моего оружия.

Один за другим я наносил их то слева, то справа, постепенно раскачивая висевшую на стене противницу. Подушка не выдержала подобного обращения и начала рваться, выпуская в воздух еще больше наполнителя и окутывая им Нору. Наверняка он еще и жутко чесался при соприкосновении с кожей. Стиснув зубы, я отвел оружие для завершающего удара, который должен был скинуть Нору вниз.

– Нет, – слабым голосом произнесла она. – Я… Королева… замка…

– Но не моего! – крикнул я, обрушивая на нее подушку.

Нора не выдержала, и ее пальцы соскользнули с баррикады, а тело рухнуло на какой-то пружинный матрас, который не только смягчил падение, но и зазвенел этими самыми пружинами на весь коридор.

На поле боя опустилась полная тишина, пока и девушки, и парни с трепетом смотрели на нас с Норой.

– Валькирия пала! – наконец крикнула одна из девчонок. – Она повержена! Отступаем! Все-… ай!

Ее вопли прервала целая волна перьев, что облепили ее лицо и грудь. Она попыталась содрать их с себя, а другая девчонка поспешила ей на помощь, пока еще две подхватили Нору за плечи и потащили прочь.

Остальные тоже откатились от стены, чтобы окончательно отступить. Я сжал в кулаке свою порванную подушку и посмотрел на нее. Мы это сделали. Даже не так – я это сделал. Сокрушил Нору своим собственным оружием в честном поединке. Усталый, но очень довольный, я поднял подушку вверх.

И наши радостные крики сотрясли школу до самого основания.

Отрывок из “Дни войны”

За авторством Октавии Эмбер

– Это просто какое-то безумие! – воскликнула бригадный генерал Вайсс Шни, стукнув кулаком по столу и заставив стоявшие там кружки подпрыгнуть. – Как вообще получилось, что наших штурмовиков заставили отступить, и они не сумели захватить ни одного пленного?

– Мужчины ожидали их появления. Это всё, что мне пока удалось вытянуть из Норы, – произнесла Верховная Королева Пирра Никос. Ее руки были покрыты соком после оказания первой помощи пострадавшим, и многим девушкам приходилось сейчас отмывать свои волосы от него. – Она очень тяжело это перенесла, Вайсс. Нора практически ни на что не реагирует. Ты же знаешь, что она не зря считалась чемпионкой команды JNPR по боям на подушках. Произошедшее очень сильно сказалось на ее уверенности в себе.

– Королева боев на подушках… не может быть побеждена… Только не так… – пробормотала Нора, раскачиваясь вперед и назад в своем кресле.

– Проклятье! – вновь стукнула кулаком по столу Вайсс. – У нас всё находилось под полным контролем. Весь Бикон принадлежал нам. Так чего же мы не учли?!

– Жона Арка, – ответила ей Янг, сложив руки под грудью.

– Я отказываюсь верить, что этот… этот идиот несет ответственность за все наши неудачи!

– Верь во что хочешь, Вайсскимо, но я уже расспросила Руби о том, как именно он командует мужчинами, и насколько охотно они ему подчиняются. Желаешь услышать действительно плохие новости? Две контрольные точки уже стали синими.

Члены Военного Совета застыли в шоке. Тут нужно заметить, что контрольные точки, разбросанные по всему Бикону, должны были определить победителя в этой войне. Всего их имелось девять, и подобное нечетное число позволяло избежать ничьей. Они становились синими, если их удерживали мужчины, и красными для женщин. Некоторые предпочитали именовать их голубым и розовым, но это было явным преувеличением, и, например, наш цвет можно было назвать в лучшем случае пурпурным. Впрочем, абсолютное большинство людей вопрос их наименования совершенно не интересовал.

Как бы то ни было, но новость о том, что мужчинам, которые традиционно (если так вообще можно было выразиться, потому что война шла всего несколько дней) не имели своих контрольных точек, удалось захватить сразу две, заставила всех потрясенно замолчать.

– Этого недостаточно для победы, – наконец произнесла Пирра.

– Нет, но они только начали, – возразила ей Янг. – С нуля уже поднялись до двух. А что произойдет завтра? Три? Четыре? Может быть, все пять?

– Только не при мне, – буквально прошипела Вайсс.

– Мы не можем позволить себе рисковать, Вайсскимо. Эти льены всё дальше уплывают из наших рук, а мне еще нужно купить новые шины для моего мотоцикла. Нам следует отнестись к этой опасности предельно серьезно. Не так уж и много у нас осталось времени, и мне совсем не хочется проиграть в самую последнюю минуту.

– Этого не произойдет, Янг. Мы подавим этот нелепый мятеж.

– Нора думала точно так же, – раздался негромкий голос из-за их спин. – И посмотрите, куда ее это привело.

Члены Совета повернулись к новой фигуре, что грациозно прошла мимо стражи, напугав их своим внезапным появлением. Она и еще две сопровождавших ее девушки были с головы до ног одеты во всё черное.

Янг улыбнулась ей.

– Блейк.

– Я слышала о том, что у вас произошло, – отозвалась та, подходя к столу. – Они выбрали себе дом и окопались в нем. Мы уже видели, что прямой штурм успеха нам не принесет. Скорее всего, для получения хоть какого-нибудь результата потребуется стянуть туда все наши силы, что было бы весьма опасно и хлопотно. Я прибыла, как только узнала о пленении Руби. Хотела прокрасться внутрь и освободить ее, но Янг обо всем уже позаботилась. Я бы ей, конечно, помогла с этим, но меня отвлекли группы мужчин из западного крыла. Кое-кто из них попытался пробраться в северное, но Куноичи Любви перехватили их всех.

Никому и в голову не пришло усомниться в ее словах. Ее отряд был известен всему Бикону. Они обладали навыками, которые непосвященным людям могли бы показаться противоестественными… И еще они следовали учению, изложенному в некой таинственной книге, которую ни одна Куноичи не покажет никому из посторонних. Даже простой вопрос о ее содержимом заставлял их краснеть и немного заикаться – без сомнения, из-за испытываемой ими от подобного святотатства ярости. Их умения назывались “искусством”, которое посторонние просто не понимали, а их священная книга – вот этот момент, должна признать, как-то ускользал от меня – ни в коем случае “не являлась порнографией”.

– Для меня совершенно очевидно, что с последним восстанием у вас возникли определенные проблемы, – сказала Блейк, постучав пальцем по столешнице. – До этого момента мужчины были разобщены, и мы легко с ними справлялись. Но объединившись под единым знаменем, они стали довольно опасны.

– И ты знаешь, как с ними можно разобраться? – спросила у нее Янг.

Блейк ей улыбнулась.

– Всё очень просто. Мы отсечем этой змее голову. Благодаря информации Руби, нам теперь известно, где именно спит их главарь. Этой ночью мой отряд проникнет в Жонгаллу.

Выхватив оружие, она воткнула его в изображение той самой комнаты на карте, где до этого держали Руби Роуз. Там находилась ставка Жона Арка. Главная Куноичи усмехнулась, направившись к двери и помахав рукой.

– Посмотрим, сколько они смогут продержаться без своего любимого Вождя.

Когда она вышла, Вайсс повернулась к Янг.

– Что, даже не будет никаких комментариев насчет ее странного поведения?..

– Не могу сказать, что я им удивлена, если учесть, что именно она читает.

Глава 9

Девятая глава – Из теней

Людям, которые знакомы с Жоном, прекрасно известно о его привычке не уделять практически никакого внимания тем событиям, что не касаются его самого. И поэтому я просто обязан отметить, что, несмотря на поражение у Великой стены, девчонки вовсе не затихли. Совсем наоборот – Сану Вуконгу и силам самообороны пришлось отбиваться от многочисленных пробных атак до самого вечера и даже потерять две стены, которые, впрочем, удалось отбить назад.

Разумеется, всё это осталось незамеченным для моего друга, который всегда предпочитал сосредотачиваться на… своем виденье мира. И то, что он был такой не один, Жону еще только предстояло осознать.

Лай Рен

Говорю тебе, что вокруг очень тихо. Слишком тихо.

Как ты думаешь, Ска-?.. Скай, ты где?

(Дов Бронзвинг)

– Мы уже перехватили инициативу. Нужно немедленно нападать!

Я ничуть не удивился подобному предложению от Кардина Винчестера, который стоял, вытянув одну руку вперед, а другую прижав к груди. Как один из моих генералов – причем, пожалуй, самый главный из них – он мог выносить на обсуждение нашего Военного Совета такие вопросы. И это было очень опасно.

Разумеется, так наше собрание назвал вовсе не я. Оно само себя так обозвало, после чего переехало в мою комнату и втянуло в это обсуждение еще и меня, нравилось мне это или нет. Как обычно, пользы я на нем приносил почти столько же, сколько, например, шоколадный меч в битве во время жаркого дня, но остальные почему-то считали мое присутствие там просто необходимым. Впрочем, не будь меня на месте, и Кардину, вполне возможно, удалось бы продавить свой план.

– Мне кажется, что инициативу мы всё еще не перехватили, – сказал я. – Но даже если это и так, то наступать нам просто нечем. Наш дом существует менее двадцати четырех часов, и парни сильно измотаны.

– Но сейчас уже вечер четвертого дня, – произнес Кардин. – Если мы ничего не запланируем на завтра, то потом нам просто не хватит времени на то, чтобы что-либо сделать. Господин, я очень ценю твое стратегическое мышление, но не в наших силах сразу же понять твои задумки и воплотить их в жизнь. Мы просто не можем тягаться с тобой в скорости мышления.

В его фразе содержалось немалое количество фактических ошибок, но поправлять его я не собирался. Всё равно Кардин бы мне не поверил… Особенно в то, что больше всего на свете я желал отсидеться до самого конца войны за Великой стеной Сана и в окружении кучи телохранителей. А потом всё уже должно было вернуться во вполне привычное русло.

– Как ни посмотри, но по контрольным точкам мы девчонкам очень сильно уступаем, – сказал Рен. – У нас их только две в северном крыле, а вот они удерживают все остальные. Я видел доклады на форуме, что люди, вдохновленные нашим успехом, пытались их отбить, но оказывались побеждены.

– Оно и понятно, – кивнул Ятсухаши. – У них не имеется мудрого руководства нашего Вождя.

– Как там с защитой захваченных нами точек? – спросил я.

– Без каких-либо проблем. За ними присматривают Скай и Дов, – с почти отеческой гордостью ответил мне Кардин. – Они докладывали о паре атак, но девчонок больше интересовала Великая стена. Впрочем, я приказал им оставаться настороже.

– Если мы их потеряем, то нас окончательно окружат, – заметил я. – Не следует пытаться нападать, пока мы не позаботимся об их безопасности. Скай и Дов, разумеется, являются отличными воинами, но если девчонки приведут туда всю свою армию, то нам потребуется кто-нибудь посильнее.

– Ты сам? – предположил Кардин.

– Я нужен здесь. Но на контрольных точках нам понадобится кто-то, кому я смогу полностью доверять. Он должен превозмочь любые обстоятельства и принести нам победу.

Кардин тут же расправил плечи.

– Поручи это дело мне, Вождь. Если ты прикажешь возглавить оборону контрольных точек, то я лично позабочусь о том, чтобы нога женщины не ступила на нашу священную землю.

– Ты уверен в своих силах? Работа будет не из легких.

– Я просто создан для нее, Вождь. Я тебя не подведу.

– Я знаю, что так всё и будет, Кардин. Удачи тебе, генерал.

Мы с Ятсухаши и Реном отсалютовали ему, и он направился к двери, всем своим видом изображая довольно странную смесь из гордости и смирения. Я понимал, что он будет держать контрольные точки до самого последнего вздоха, но они меня и не особо интересовали. Мне просто хотелось исключить столь агрессивно настроенную часть нашего Совета из процесса принятия стратегических решений.

– Итак, теперь нам втроем нужно подумать о том, что следует предпринять завтра, – сказал я, глядя на своих советников.

Ятсухаши склонил голову.

– Я оставлю решение в твоих руках, Вождь. Мне легче следовать за кем-то, чем вести за собой. Я с трудом справлялся с ролью лидера небольшого племени, и то мы чуть не попались женской армии, если бы ты нас не спас.

– Я с ним полностью согласен, – произнес Рен. – Кроме того, у меня просто нет каких-либо стоящих мыслей на этот счет.

Я улыбнулся.

Это было просто идеально.

Еще пара минут понадобилось на то, чтобы убедить Рена и Ятсухаши в том, что за ночь я всё это хорошенько обдумаю. Вряд ли мне удалось обмануть Рена, поскольку он был достаточно проницателен и отлично меня знал. Но скорее всего, план Кардина устраивал его еще меньше.

В моем варианте мы ничем не рисковали.

И самому мне мой план тоже очень нравился, ведь он как раз и заключался в том, чтобы ничего не делать до самого конца войны, а потом просто обо всем позабыть. И отсутствие в нем различных сложных моментов и хитростей имело свое собственное особое очарование. Вряд ли что-то могло пойти не так, потому что до окончания конфликта оставалось не так уж и много времени. Подведение итогов должно было состояться в полдень шестого дня, а сейчас был уже поздний вечер четвертого. То есть вся война длилась пять полных суток или сто двадцать часов.

Я был уверен в том, что за это время никто ничего сделать не успеет.

– У нас имеется дом, – сказал я Цваю, наполняя его миску. – Так почему же все так сильно желают драться? Чего им еще не хватает? Безумцы.

Цвай тявкнул, а затем помахал хвостом, и мне хотелось думать, что он был со мной все-таки согласен. Его хозяйки сражались за противоположную сторону, и я вообще не понимал, почему Цвай решил остаться рядом со мной. То ли в этом сыграла свою роль его мужская солидарность, то ли всё дело заключалось в мешочке собачьего корма, который находился у меня в рюкзаке. Судя по тому, с каким аппетитом он поедал содержимое своей миски, последнее предположение было наиболее близко к реальности.

– Хм, по крайней мере, хотя бы твои желания просты и понятны. Хороший мальчик.

Эх, если бы все остальные были такими же, как Цвай…

(Довольно иронично, поскольку свою власть Жон установил во многом благодаря тому, что накормил голодных людей. Не так уж и сильно в те времена мы отличались от Цвая).

Усевшись на выбранном мной диване, я проследил за тем, как Цвай устроился среди подушек на другом. Взяв в руки свиток, я включил карту Бикона и проверил контрольные точки. По две из них находились в северном, западном и восточном крыльях. На юге их не было ни одной. В главном здании располагались целых три. Наши северные светились голубым, в то время как остальные оставались розовыми. То есть Кардин с командой всё еще держались.

Преподаватели, похоже, вложили немало сил в этот сценарий и многое продумали. Например, южное крыло явно оказалось предназначено для тех, кто желал трусливо убежать от конфликта. Я не знал, говорило ли это хоть что-нибудь о характере этих студентов, но сам предпочел бы остаться вместе с Реном именно там. Если подумать, то всё покатилось по наклонной, когда мы отыскали Цвая, но сердиться на такого милого корги я просто не мог.

И еще меня очень интересовало, расстроятся ли преподаватели, если я так никуда и не поведу мужчин. Окажется ли Озпин обманутым в своих ожиданиях или же сочтет этот урок нами выученным? На подобный вопрос было очень сложно ответить. Лично я прекрасно понял, что любых конфликтов мне следовало избегать. Возможно, в этом и заключался весь смысл этого мероприятия? Понабрать побольше студентов из других Академий – то есть чуть ли не всё следующее поколение – а потом показать им, какой плохой штукой является война.

А может быть, я просто слишком хорошо думал об Озпине. В конце концов, он принял меня в Бикон по самым отвратительно изготовленным поддельным документам, что только можно было себе представить. То ли ему оказалось лень их проверять, то ли он уже совсем впал в маразм.

– Ни за что не буду участвовать в этой войне, – произнес я, откладывая свиток в сторону. – Никакие деньги того не стоят. Если Кардин желает сражаться, то пусть сам и сражается, а я останусь сидеть здесь.

В спокойствии и безопасности.

С улыбкой я завернулся в одеяло и уснул.

* * *

Честно говоря, не знаю, что именно меня разбудило.

Это не были отточенные долгой практикой инстинкты или услышанный мной в ночной тишине звук, что заставил бы меня приготовиться к бою. В конце концов, я долгое время ночевал в одной комнате с Норой, а за ее храпом и слова собеседника-то не всегда можно было разобрать.

Как бы там ни было, но мой чудесный сон – конечно же, о Вайсс – оказался прерван, и я осознал, что всё еще находился в своей комнате, в которой, к слову, не имелось никаких окон, и поэтому метод определения времени по солнцу сразу же отпадал. Судя по доносившемуся из зала храпу, утро еще не наступило. К тому же Ятсухаши наверняка разбудил бы меня какой-нибудь очередной бредовой цитатой с пожеланием удачного дня. Из всей нашей команды привычку рано просыпаться имела одна лишь Пирра, но она обычно просто тихо выходила из комнаты на свою утреннюю пробежку.

Здесь же оказалось что-то совсем другое, что-то неправильное, и именно оно меня разбудило. Зевнув, я уселся, попытавшись приспособиться к царившей вокруг меня темноте. Ничего такого, что могло бы меня всполошить, я так и не обнаружил. Мебель стояла на положенном ей месте, дверь оказалась закрытой, а мои генералы вместе с армией охраняли подходы к ней. Вздохнув, я снова улегся, поправив одеяло.

Что-то тихо шлепнулось на пол позади моего дивана.

Хотя некоторые и могли бы поставить мне в укор нехватку бдительности и не слишком чуткий сон, но вот в отсутствии должной доли трусости обвинить меня было никак нельзя. И продолжавшаяся Гражданская война эту самую долю лишь увеличила. Я замер, распахнув глаза и обратившись в слух, а заодно постаравшись не выдать себя ни единым лишним движением. Иногда вещи падали по ночам, и далеко не всегда в этом оказывались виноваты монстры из-под кровати. Я легко мог себе их представить, но что-то мне подсказывало, что в этот раз меня навестили совсем не они.

(Иногда мне начинает казаться, что паранойя Жона является первым признаком пробуждения его Проявления. Так или иначе, но у него имеется просто сверхъестественная способность ощущать опасность, рожденная, скорее всего, его же невероятным желанием этой самой опасности избежать).

Я снова услышал этот звук, и теперь он стал еще громче. Постаравшись не оглядываться в ужасе по сторонам, я медленно потянулся к Кроцеа Морсу. Кто-то получит неприятный сюрприз в виде моего меча в лицо, после чего я рассмеюсь, а затем с воплем убегу прочь. Руби часто упрекала меня в том, что у меня не имелось какого-нибудь дальнобойного оружия, но она просто не понимала классические виды вооружения так, как делал это я. В лицо можно было швырнуть всё что угодно. Вообще всё.

Моя ладонь сжала оплетку рукояти.

А чьи-то пальцы тут же сжали мое запястье.

Рука мгновенно появилась возле моего рта, предотвращая мой испуганный крик. Надо мной показалось лицо Блейк, и ее глаза сверкнули, когда она запрыгнула прямо на меня, выбивая воздух из моих легких.

Вряд ли вообще найдутся такие парни, что назовут Блейк Белладонну непривлекательной, и я, разумеется, не был тут исключением. Вот только появление из ниоткуда и попытка меня задушить никак не могла являться частью моих потаенных желаний. Я вновь постарался закричать, но так и не смог этого сделать. Она вывернула меч из моей ладони, а затем прижала саму руку к дивану.

– Лежи тихо, – прошипела Блейк.

Само собой, я не собирался выполнять ее приказы и вновь попытался в ужасе завопить, но получилось лишь едва слышное мычание в ее ладонь. Она и так-то была гораздо сильнее меня, а тут я еще не до конца отошел от сна.

– Я захватила Короля, – произнесла Блейк, проигнорировав меня и сосредоточившись на нескольких показавшихся из-за дивана фигурах. Всего я их насчитал шесть, но пришлось увеличить это число до семи, когда еще одна девушка мягко спрыгнула с потолка. Я уставился на вскрытую решетку вентиляционного короба.

Они обошли Великую стену и проникли сразу же в мою комнату, как будто знали, где меня-…

Проклятье, Руби!

И почему я всё время продолжал ей верить?

– Идите дальше и найдите их командиров. Обезвредьте их так, чтобы не поднять при этом тревоги. А я пока закончу с нашим маленьким корольком.

– Доклады говорят о его крайней опасности, госпожа, – сказала одна из девушек в масках. – Не лучше ли будет кому-нибудь из нас остаться здесь, чтобы вам помочь? Свидетели утверждают, что он победил не только Руби Роуз, но и саму Валькирию.

– Их тактика всегда была слишком прямолинейной. Мы же действуем из теней, – усмехнулась Блейк, посмотрев на меня. – Займитесь делом, а с ним я как-нибудь справлюсь. Верно, Жон?

Я замычал в ответ, но получилось слишком неразборчиво.

Блейк не очень-то меня и уважала, но тут я никак не мог ее винить. Я знал о ее прошлом в Белом Клыке, но и она тоже знала о моем прошлом. Сложно было найти двух столь непохожих друг на друга людей в Биконе, если судить по нашим навыкам. Она когда-то стояла практически на самой вершине военизированной террористической организации, в то время как я был всего лишь идиотом с мечом и поддельными документами. Окажись я в десять раз сильнее, то этого, наверное, могло бы и хватить, чтобы победить Блейк, если бы она сражалась в одну десятую своей обычной силы. Но здесь и сейчас она вовсе не собиралась мне поддаваться, и поэтому я лежал, прижатый к дивану, и даже не мог пошевелиться. Причем “прижатый к дивану” совсем не в том смысле, в котором мне бы этого хотелось!

Ее подчиненные кивнули и направились к двери, двигаясь при этом поразительно бесшумно. Даже сама дверь не издала ни единого скрипа. Я мысленно выругался, подумав о том, что мы так и не выставили часовых. Но путь через Великую стену казался нам единственным способом попасть в Жонгаллу.

– Куноичи проникла сквозь целую армию стражников, чтобы одолеть их Военачальника, – прошептала Блейк. – Должна сказать, что наша ситуация не так уж и далека от того, что происходило в моих книгах.

Она достала полоску ткани и завязала мне рот, а затем вытерла обслюнявленную ладонь о диван.

– Хотя Военачальники в них производят куда лучшее впечатление. Не хотела тебя обидеть.

Я понятия не имел, о чем она сейчас говорила и где вообще научилась связывать мужчин, но интуиция подсказывала мне не пытаться это выяснить. Еще до того, как я всё это осознал, одна моя рука уже оказалась заведена за спину, а вторая отчаянно пыталась дотянуться до чего-нибудь такого, что можно было бы использовать в качестве оружия. Нащупав нечто металлическое, я тут же метнул эту штуковину в голову Блейк.

Она отбила миску в сторону, но вот ее содержимое врезалось ей в лицо. И если раньше Блейк пугала меня одним своим видом, то с собачьим кормом в волосах уже начала внушать дикий ужас.

– Очень мило, – произнесла она, переворачивая меня на живот и усаживаясь на мою спину, а затем опутывая мои руки веревкой. – Я понятия не имею как тебе вообще удалось возглавить всех этих людей, не говоря уже о том, чтобы перехитрить Руби, Вайсс и Нору.

Блейк затянула узел.

– Наверное, просто повезло. Но это и не особенно важно. Я совсем не такая, как они.

Я попытался позвать на помощь прямо через кляп, но это получилось у меня ничуть не лучше, чем в случае с ее ладонью. Снаружи не доносилось никаких признаков тревоги, а Блейк мои попытки сделать хоть что-нибудь, похоже, лишь забавляли.

– Другие Куноичи уже вывели из игры твоих заместителей, так что можешь об этом не беспокоиться. Наверное, даже в моем темном прошлом не так уж и сложно отыскать нечто полезное. К проникновению в опасные места и тихому устранению лидеров мне не привыкать. А теперь… теперь ты ощутишь всё это на себе.

Блейк оглянулась на дверь, не обращая абсолютно никакого внимания на мои попытки скинуть ее с себя. Она была практически невесомой, но ей с легкостью удавалось удерживать на мне равновесие, несмотря на мои отчаянные брыкания. Скорее всего, она их даже не заметила.

– Тебя никак нельзя назвать мелким, так что через вентиляцию мы тебя не потащим. Думаю, придется немного пройтись по твоей крепости.

Во мне вспыхнула некоторая надежда. Им требовалось протащить меня мимо парней и Сана, который охранял Великую стену. А он нас наверняка сразу же заметит. Никакого другого выхода из крепости просто не существовало, если, конечно, Блейк всё же не решит запихнуть меня в вентиляцию. Но в ней я мог одним удачным пинком устроить такой грохот, что проснутся вообще все, и не только в Жонгалле.

– Они уже должны были закончить свою работу. Забавно, насколько вы становитесь расслабленными, всего лишь немного окопавшись. Кроме людей на твоей стене и возле тоннелей, во всей этой крепости не нашлось ни единого часового. И более того – запечатанные коридоры охраняются всего лишь парой человек. Нам нужно тихо их обезвредить, и путь на свободу окажется полностью открыт. Когда все проснутся, мы вместе с тобой уйдем уже очень далеко.

Второй коридор! Проклятье! Знал же, что он являлся нашей слабой точкой, но понадеялся на выставленных там часовых, способных услышать готовящийся подкоп. Они бы предупредили о нем остальных и тогда девчонки оказались бы в ловушке. Но это не сработает, если копать будут с нашей стороны.

Блейк подумала обо всем… А обменяв Руби на еду, я своими собственными руками передал ей источник информации, в котором она так нуждалась.

– Наверное, будет проще тебя вырубить, – прошептала Блейк, положив ладони мне на шею. – Не волнуйся. Я умею делать это так, чтобы жертва не пострадала.

Я хотел ей ответить, что беспокоило меня совсем не это, а как раз моя судьба в качестве пленника в их цитадели. Но поскольку произнести хоть что-то внятное у меня всё равно бы не получилось, то вместо этого я попытался прижать ее пальцы подбородком, чтобы остановить процесс удушения, а также еще раз попробовал ее с себя скинуть. Блейк всё с той же легкостью удержалась сверху, но я задел ногой соседний диван, и с него на пол посыпались подушки.

И пока она пыталась меня придушить, а я отчаянно сопротивлялся, кучка подушек пошевелилась, и из нее показалась заспанная мордочка.

Блейк замерла.

– Гав? – с какой-то вопросительной интонацией тявкнул Цвай, переводя взгляд с одного из нас на другую и обратно. Разумеется, он видел кляп, связанные руки, мои расширенные от ужаса глаза и девушку на мне, но, похоже, не так всё понял. Замахав хвостом, он прыгнул поближе к нам. – Гав! Гав!

Проклятье, Цвай!

– П-проклятье, Цвай! – прошипела Блейк, но ей явно не понравилось в его поведении совсем другое. Она спряталась за мной, выставив мое тело в качестве своеобразного щита. И пока я старался отдышаться после попытки удушения, Блейк шипела через мое плечо: – Назад, тупая дворняжка! Ни Руби, ни Янг здесь нет.

Цвай тоже это понял, и его уши печально опустились. Но тут он посмотрел на саму Блейк, а затем задумчиво склонил голову набок и стал дышать чуть громче.

– Нет… – прошипела та. – Даже не думай об этом. Плохой пес. Фу-у!

Хотела она того или нет, но ее рука, что сжимала мое горло, давила на него всё сильнее и сильнее, а моя скрюченная поза совсем не способствовала нормальному дыханию. Собрав все свои оставшиеся силы, я сдвинул языком кляп чуть в сторону и, пока он не вернулся обратно, прохрипел всего лишь два слова:

– Цвай, поцелуйчики.

Руби с Янг отлично его выдрессировали. Я еще не успел даже закончить команду, как меховой шар полетел вперед, широко расставив лапы. Но моя радость оказалась недолгой, потому что он врезался мне в живот и стал вылизывать мое лицо.

Ох, да ладно…

Но Блейк в ужасе отскочила от меня, тем самым перестав удерживать. Я вместе с Цваем рухнул на пол, но мои руки всё еще оставались связанными, пусть уже и не так туго. Перевернувшись при помощи ног так, чтобы видеть Блейк, я заметил Кроцеа Морс, оказавшийся совсем рядом со мной. Мне даже удалось немного выдвинуть меч из ножен, чтобы попытаться перерезать веревку.

– Прекрати! – прошипела Блейк.

Ее слова возымели обратный эффект, лишь ускорив мою работу. Выругавшись, она сделала шаг в мою сторону, но замерла, встретившись взглядом с Цваем. Тот как будто предлагал ей тоже присоединиться к поцелуйчикам со мной. Ответ Блейк оказался резко отрицательным и выражался в форме кошачьего шипения. Цвай на нее так и не напал, хотя я на это очень надеялся, но и одного его присутствия оказалось вполне достаточно, чтобы удерживать Блейк на расстоянии от меня.

Всё изменилось, когда мне наконец удалось избавиться от веревки. Не успел я откинуть ее в сторону и потянуться к кляпу, как Блейк отбросила всякий страх перед Цваем и сбила меня с ног, обхватив за пояс. Мы дважды перекатились по полу, пока она пыталась дотянуться до моей шеи, а я беспорядочно размахивал руками в стиле “Пути мельницы”. Это был не совсем боевой стиль, но оградить меня от удушения он всё же сумел.

(Этот так называемый стиль Жон изобрел сам и с успехом применял его против Гриммов. Как именно он работает, я понять так и не смог, но зато лично видел, как Жон с закрытыми глазами обезглавил Урсу во время Прорыва. Сначала я подумал о том, что Пирра все-таки чему-то его научила на этих их “персональных тренировках”, но потом всё же понял, что дело было совсем не в этом. С тех пор я уже не отношусь к “Пути мельницы” настолько снисходительно).

Пока мы с Блейк боролись, Цвай скакал вокруг и радостно тявкал, пытаясь понять, как ему тоже во всем этом поучаствовать. Когда он оказывался слишком близко от лица Блейк, мне удавалось хоть что-то сделать, но в оставшееся время она продолжала меня избивать. По крайней мере, мы создавали хоть какой-то шум, и остальные его наверняка рано или поздно услышат. Особенно если Цвай прекратит тявкать и начнет громко лаять, как положено настоящему псу.

Отчаявшись, я откатился чуть в сторону и, схватив Цвая обеими руками, сунул его прямо в лицо Блейк. Она попыталась отшатнуться, но я не позволил ей этого сделать, удерживая Цвая возле ее лица, пусть даже его хвост хлестал по моему. Блейк шипела и пыталась уклониться от маленького корги, словно демон, увидевший священный символ.

У нас наступило шаткое равновесие. Нервно сглотнув, я бросил быстрый взгляд на дверь, зная, что там находилось мое подкрепление. Нужно было лишь добраться до него или хотя бы погромче крикнуть, и я окажусь наконец спасен. С другой стороны, для этого требовалось либо поворачиваться спиной к Блейк, либо отпускать Цвая, чтобы снять кляп.

То есть и тот, и другой вариант полностью отпадал. Я знал, что Блейк от нападения сейчас удерживал лишь ласковый комок меха между нами, и поэтому сделал осторожный шаг вбок, не меняя при этом положения самого Цвая.

Блейк зеркально повторила мои действия, но исполнила их гораздо успешнее, встав между мной и дверью и тем самым отрезав меня от вожделенного выхода.

– Всё должно было получиться совсем не так, – сказала она. – Сдавайся, и всем нас станет гораздо проще.

– Мрфлб, – ответил я.

– У тебя ничего не получится.

– Мрфл?

– Как будто я позволю тебе это сделать.

Я как-то начал сомневаться в том, что мы говорили об одном и том же.

Приглушенные звуки, донесшиеся из-за двери, моментально привлекли к себе мое внимание. Я знал, что нельзя было отвлекаться, но ничего не смог с собой поделать. Всего лишь через пол секунды после того, как я отвел взгляд от Блейк, она уже находилась рядом со мной. Я бросился в сторону, попытавшись сделать так, чтобы между нами оказался диван, но Блейк, сверкая глазами в темноте, грациозно его перемахнула. В отчаянии я совершил то, за что меня никогда не простит ни Янг, ни Руби.

Я метнул Цвая, словно это было копье Пирры.

Он испуганно взвыл и тут же врезался прямо в Блейк, оттолкнувшись лапами от ее груди и тем самым лишив ее равновесия. Она громко взвизгнула, а затем, пошатнувшись, споткнулась о диван и упала на пол, ударившись головой о кофейный столик.

Секундой позже приземлился и Цвай, но, оценив нанесенный ущерб, спрятался за шкаф, решив не нести ответственности за устроенный в комнате разгром. В тот же миг в дверь ворвались Рен с Саном, причем последний явно уже поучаствовал в бою. Они замерли, глядя на меня, стоявшего над бессознательной Блейк с кляпом в руках.

Я вздохнул.

– Вы поверите, если я скажу, что всё совсем не так, как оно выглядит?

* * *

– Нам просто повезло, – произнес Рен, когда все Куноичи Любви оказались переловлены и сложены на диванах. В открытую дверь комнаты постоянно заглядывали парни, желая своими собственными глазами увидеть членов столь печально известного отряда. – Я проснулся уже связанным, так что просто не смог ничего сделать. И все вокруг тоже оказались ими обезврежены. Если бы не Сан, то тут нам и настал бы конец.

– Ха, я как раз возвращался, чтобы немного передохнуть, – рассмеялся Сан. – На нас нападали весь день, так что я решил чередовать команды, охраняющие стену. А когда мы с ребятами пришли и увидели связанных Рена и Ятсухаши, то тут же бросились в атаку.

Нам действительно очень сильно повезло. Я просто не мог поверить в то, как близко от края пропасти мы прошли. Даже если бы я победил Блейк – разумеется, не в честном бою – то против меня бились бы остальные девчонки, которые совсем не боялись собак.

– И всё же в одиночку взять в плен главную Куноичи Любви, – продолжил Сан. – Это очень круто.

– Чего ты еще от него ожидал? – спросил Ятсухаши. – Жон не просто так является нашим Вождем.

Я решил с ними не спорить. Оно того не стоило. Вместо этого я подошел к как раз очнувшейся Блейк и остановился прямо напротив нее, сложив руки на груди. Она удивленно моргнула, а затем прищурилась и, видимо, осознав свое положение, круглыми глазами уставилась на меня. Само собой, для победы над ней я сделал не так уж и много, но после всего того дерьма, что Блейк устроила мне этой ночью, я считал, что вполне заслужил право немного над ней позлорадствовать.

– Итак, похоже, ситуация изменилась, и теперь Куноичи оказалась во власти Военачальника. Такое было в твоих книгах, Блейк?

Она слегка покраснела и отвела от меня взгляд.

– Да…

Да? Ну… тут, вообще-то, должен был оказаться какой-нибудь остроумный ответ, но я его так и не придумал.

– Ладно. Сан, можешь подыскать какое-нибудь местечко, чтобы их там запереть?

– Мы не будем их ни на что обменивать?

– Нет, – улыбнулся я нашим пленницам, и моя улыбка совсем не была доброй. – Мне кажется, что они научили меня одному очень важному уроку. Не так ли, Блейк?

Она хмуро посмотрела на меня.

– Не думай, будто это хоть что-то изменит. Мы свергнем тебя, чего бы нам этого не стоило. Пусть ты запрешь нас в темнице, но на наше место придут другие. И они не остановятся, пока твое восстание не окажется полностью подавлено.

– Ага, – кивнул Сан, стаскивая ее с дивана. – Ты можешь рассказать мне обо всем этом уже из камеры.

Мы с Реном проследили за тем, как Нептун, Ятсухаши, Сейдж и Скарлет увели из комнаты остальных девчонок. Когда дверь за ними захлопнулась, я устало опустился на диван и закрыл лицо обеими ладонями.

– Тяжелая выдалась ночка? – усмехнулся Рен.

– Можно сказать и так. Ты сам-то как, в порядке?

– Поскольку меня связали еще во сне, то в драке я не участия не принимал, – ответил он, усаживаясь напротив меня. – Мне кажется, что ночевки в одной комнате с Норой слишком сильно подточили мою бдительность. Я привык игнорировать любой шум, каким бы громким он ни был.

Моя ситуация от его ничем не отличалась. Я засмеялся.

– Тебя явно что-то беспокоит, – произнес Рен. – Не хочешь поделиться?

Он был прав. Рен всегда оказывался прав, потому что наблюдательность и проницательность являлись одними из самых сильных его сторон. И поскольку я постоянно находился рядом с ним, меня он знал лучше всех в Биконе. Нападение Блейк стало для меня самым настоящим потрясением. И хотя всё закончилось вполне благополучно, но меня очень сильно встревожили ее последние слова, буквально открыв мне глаза на окружающую действительность. Девчонки и в самом деле не собирались на этом останавливаться.

А я являлся их самой главной целью.

Если вспомнить ход этой войны, то становилось кристально ясно, что именно так и должно было произойти. Всё это мне следовало понять гораздо раньше. На форуме уже давным-давно висело объявление с наградой за мою голову, и заслуживал ли я звания Вождя или нет – лично мне казалось, что нет – для девчонок я всё еще оставался вражеским командиром. Не желая даже задумываться о такой простой вещи, я позволил себе слишком сильно расслабиться.

(Как это часто бывало с Жоном, он очень сильно себя недооценил. Пусть даже он считал, что не принимал каких-либо важных решений – хотя это было совсем не так – но больше всего Жон в тот момент недооценил тот удар по боевому духу мужчин, что нанесло бы его пленение. И подобное излишне критическое к себе отношение и преуменьшение собственной значимости до сих пор нередко проскальзывает в поведении моего друга).

– Они ведь так и будут пытаться меня захватить, да? – спросил я.

– Это действительно весьма вероятно. Находись мы на их месте и имей численное преимущество, то могли бы попробовать сделать то же самое. Как в известном изречении об отсеченной голове змеи.

Мои мысли оказались примерно такими же. Блейк пробралась в мою комнату через вентиляцию, но забивать ее мусором нам никто не позволит. Именно поэтому я не собирался ни на что обменивать наших пленниц. Так они не могли ни передать информацию о наших уязвимых точках кому-нибудь еще, ни попытаться повторить мое похищение самостоятельно.

Но девчонки всё равно придут сюда, и тут будет уже неважно, какой окажется их цель: освободить Блейк, захватить меня или окончательно подавить наше восстание. Они будут долбиться в стену, разбирать завалы, пробиваться через второй коридор или же лезть сквозь вентиляцию, чтобы ударить в самое сердце.

И могли они этим заниматься только потому, что у них оказалось слишком много свободного времени. Ну, по крайней мере, за всю войну их никто особо и не донимал. Мужчины не старались всерьез захватить их контрольные точки, так что девчонки оставили там самый минимум охраны и сосредоточили все свои силы на нас. А поскольку реагировать на какие-либо опасности им не требовалось, то они наносили по нам удар за ударом. Пока тут ничего не поменяется, я так и останусь под угрозой попадания в плен.

Но почему бы мне самому всё это не изменить?..

Разумеется, подобный поступок настолько выходил за рамки моего привычного поведения, что меня пугала даже сама мысль о нем. С другой стороны, раз от меня этого никто не ожидал, то тут у меня появлялась некоторая свобода действий.

– Звони Кардину, – обратился я к Рену. – Скажи ему, чтобы он оставил охрану точек на свою команду и как можно скорее возвращался на базу. Нам следует собрать здесь самых сильных, не считая Сана и его группы.

– Я могу отправить ему сообщение, где сразу же изложу всё необходимое, – отозвался Рен. – Вот только что именно я должен ему сказать?

С тяжелым вздохом я подобрал Кроцеа Морс и поднялся с дивана.

– Скажи ему, что мы начинаем наступление, – прошептал я, но в тишине комнаты даже эти негромкие слова, казалось, породили гулкое эхо. – Скажи… скажи ему, что мы идем в поход.

Отрывок из дневника солдата женской армии

За авторством неизвестной

Время на границе с северным крылом тянулось очень медленно даже для самых терпеливых из нас. Я шла через наш лагерь с банкой газировки в руке, кивая попадавшимся по пути часовым. Две девушки играли в шахматы, третья читала книгу. Еще пара смотрели в сторону Севера, но общее настроение было расслабленным. Мужчины заперлись за своей так называемой “Великой стеной” и лишь отбивали пробные вылазки.

Задачей нашего отряда являлось лишь наблюдение за обстановкой, что оказалось весьма скучным занятием.

– Еще одна спокойная ночь, – произнесла Сэмми – моя напарница – когда я присела рядом. – Тебе не кажется, что вот-вот что-то должно произойти?

– Под самый конец войны? Сомневаюсь в этом. Я думаю, что они забились в свою нору и сами ожидают наступления мира.

– Не так уж это и плохо. По крайней мере, мы победим.

– Ага… – усмехнулась я, сделав глоток газировки. – И нам не придется лезть на эту их стену.

– Точно. Я встречала тех, кто возвращался со штурма, и вид у них был еще тот. Мне кажется, что мы и не пытаемся ее взять, а просто удерживаем их внутри.

– Я тоже так считаю.

Мы обе устало рассмеялись. К нашей радости, дежурить оставалось всего лишь около часа, и мне очень хотелось отдохнуть после шести с лишним часов бесконечного наблюдения. Нам всем это было необходимо, но еда и сон ожидали нас в столовой. Сэмми протянула мне стакан, и я налила в него газировки.

– Хм… странно.

Я опустила взгляд, чтобы посмотреть на то, о чем она говорила, и увидела, что поверхность газировки в стакане заметно колебалась. Это и в самом деле было очень странно.

– Я что-то слышу, – произнесла одна из часовых. Я вскочила на ноги и бросилась к ней.

– Что именно?

– Я… я не знаю. Мне на секунду послышался какой-то низкий гул.

Я не стала говорить, что ей просто показалось. С этими девушками мы вместе работали уже целых четыре дня, так что я им полностью доверяла. Подняв руку, чтобы все замолчали, и закрыв глаза, я прислушалась. Остальные затихли, и до нас донеслось эхо каких-то ритмичных звуков.

– Я тоже это слышу, – прошептала Сэмми. – Барабанный бой?..

– Барабаны… барабаны грохочут в глубине, – немного нервно пошутила одна из игроков в шахматы. – М-может быть, они включили музыку?

Но я в подобное просто не верила. Прислушавшись еще раз, я различила звуки повторявшихся ударов, которые постепенно становились всё громче и громче. Нервно сглотнув, я взялась за рукоять меча. Шум постепенно приближался, и всё вокруг нас началось трястись.

Одна из шахматных фигурок упала с доски и покатилась по полу.

А затем резко наступила тишина.

Я схватила Сэмми за плечо и сказала ей:

– Беги в столовую. Доберись до них и расскажи о том, что тут происходит.

– Ч-что ты имеешь в виду? Что тут происходит?

Я хотела ей ответить, но мне этого даже не понадобилось.

В северном крыле зажегся огонек, похожий на свет свечи, но, скорее всего, являвшийся свитком в режиме фонарика. Лучик прошелся из стороны в сторону, а затем рядом с ним появился еще один. Вскоре к ним присоединился третий, а потом стали вспыхивать всё новые и новые огоньки, пока всё северное крыло не осветилось ими. Они сияли в каждом окне и в каждой двери на всех этажах, докуда дотягивался мой взгляд.

Вновь застучали барабаны.

Сэмми – да будут Боги к ней благосклонны – выполнила мой приказ, развернувшись и побежав предупреждать наше командование. Под барабанный бой огоньки двинулись вперед, а я – и те, кто в этот момент оказался рядом со мной, – достала свое оружие.

Мы приготовились к тому, чтобы выиграть для Сэмми хоть немного времени…

Глава 10

Десятая глава – Превратности войны

Леди и джентльледи, время хитростей осталось в прошлом. Жон показал себя вполне достойным противником, чего я от него и ожидала, и что бы там по этому поводу ни говорили некоторые. Нам нужно отнестись к нему со всем уважением, которое он заслужил, и нанести полноценный удар, чем бы для всех нас это ни закончилось.

(Верховная Королева Пирра Никос)

К пяти часам утра Бикон погрузился в хаос.

Нет, я вовсе не говорю, что до этого в нем царил образцовый порядок, поскольку Гражданская война швыряла людей из стороны в сторону. Но на этот раз хаос стал творением именно моих рук, что делало его для меня гораздо более приятным. Пусть я и покинул стены Жонгаллы, но всё равно ощущал себя в куда большей безопасности, потому что враги просто не могли ожидать от меня подобного поступка. Если уж он сбивал с толку даже меня самого, то девчонки и подавно не сумели бы его предугадать.

Сейчас я находился в восточном крыле Бикона, где за всё время войны еще ни разу не бывал. Наш отряд имел численность в пятьдесят бойцов вместе со мной, Ятсухаши и Реном. Кардин и его команда, набрав примерно столько же человек, отправились в западное крыло с моим приказом вести себя как можно громче, переполошить девчонок и занять тамошние контрольные точки. План, конечно же, был не слишком продуманным, но имел и свои собственные плюсы. В конце концов, Кардин вполне мог сам решить, как ему справляться со своей задачей, тем более что о битвах он знал гораздо больше меня.

И всё же находиться ранним утром в холодном и темном коридоре мне было весьма неуютно. Я уже и не помнил, вставал ли вообще хоть когда-либо настолько рано. Даже Пирра, пытаясь приучить меня к утренним пробежкам вместе с ней, будила меня гораздо позже.

– В этом крыле находятся две контрольные точки, – произнес Рен, сверяясь с картой на свитке, когда отряд сделал привал. До этого я не позволял нам останавливаться, потому что чувствовал себя слишком уязвимым, оставаясь на одном месте – словно Невермор в прицеле Охотника.

Остальные парни наслаждались отдыхом, прислонившись к стенам или просто усевшись на пол и протирая глаза после бессонной ночи. Некоторые спешили перекусить плитками шоколада. Большинство из них еще даже не знали о ночном нападении Блейк и ее группы, но им об этом рассказывали очевидцы тех событий, и направленных на меня восторженных взглядов становилось всё больше и больше. Моя совершенно незаслуженная репутация постепенно росла. Девчонки наверняка тоже скоро узнают о случившимся, когда Блейк так и не вернется со своего задания.

И здесь крылась еще одна причина моего внезапного приступа храбрости, заставившего меня лично повести парней в атаку. Пленение Руби еще можно было списать на везение, тем более что мы очень сильно превосходили ее отряд числом. Но вот наша с Блейк потасовка в моей комнате? Ее итоги наверняка выведут девчонок из себя, но в отличие от той же Блейк, они не станут запрыгивать ночью на меня (да и сама Блейк, к слову, никогда не фигурировала в моих фантазиях). Янг с Вайсс вполне могли просто взять армию побольше и пойти штурмовать Жонгаллу.

И возможность заняться чем-то подобным у них имелась лишь сегодня, поскольку времени на подавление моего восстания оставалось всё меньше и меньше. Понимая это, я хотел уйти от нашей базы как можно дальше. В конце концов, оставшиеся сутки с небольшим гораздо приятнее было бы провести где-нибудь еще, а не в бесконечных отражениях атак девчонок.

А если нам так и не удастся ничего захватить, то никто не сможет обвинить меня в трусости. Ведь мы же все-таки отправились в поход, правильно? Нам просто чуть-чуть не хватило времени.

– Что собой вообще представляют эти точки? – спросил я, неожиданно заметив, что и Рен, и Ятсухаши молчали, видимо, ожидая от меня какого-нибудь ответа.

– Одно помещение является классом доктора Ублека, а вот другое мне не знакомо. Оно расположено на втором этаже примерно в двух сотнях метров от первой точки.

– Комната для самостоятельного обучения, – произнес Ятсухаши, заглянув в карту через плечо Рена. – На старших курсах мисс Гудвитч проводит экзамены по материалам первых двух лет, так что вам там бывать еще не доводилось.

– Насколько сложно ее оборонять? – спросил я.

– Ничуть не сложнее, чем любой другой класс. Окна выходят в сад. Остальные стены глухие, но материал, из которого они сделаны, пожалуй, не слишком прочен. Всего в ней есть три двери: для студентов, для преподавателей и пожарный выход, который ведет в соседний коридор. Последний обычно заперт изнутри, – добавил Ятсухаши. – По нему мы точно пройти не сможем.

Я кивнул, раздумывая при этом совсем не о штурме какого-то там помещения. Меня куда больше интересовал вопрос, сколько мы сможем в нем продержаться сами, если я расположу внутри свой отряд. Мои надежды были связаны с тем, что мы захватим одну из точек и просидим на ней до самого конца войны. А появись тут какие-нибудь девчонки, то мы либо устроим на них засаду, либо сбежим, если их окажется слишком уж много. Я ничуть не сомневался в том, что Кардин в своем крыле разойдется на славу, а вот в нашем всё будет тихо и спокойно.

В конце концов, это он желал воевать с девчонками. Вот пусть и воюет.

– Проверим сначала класс Ублека, – произнес я, потому что нужно было принять хоть какое-нибудь решение. – Не хочу никого посылать в бой, в котором у них не окажется надежды на победу.

Несколько человек рядом со мной что-то одобрительно пробормотали, видимо, оценив заботу об их благополучии.

(Должен заметить, что Жон действительно слишком сильно заботился о подчиненных ему людях, опровергая свои же собственные утверждения о том, что они были для него всего лишь пушечным мясом).

На нашем пути к классу Ублека мы не встретили абсолютно никаких неприятностей, хотя и ожидали их появления. Поскольку солнце уже начало подниматься над Изумрудным лесом, то надобность в том, чтобы подсвечивать себе путь свитками отпала. Я чувствовал себя неуютно, лишившись укрывавшей нас темноты ночи. Впрочем, стоило учесть и тот факт, что среди студентов было множество фавнов, так что спрятаться во тьме коридоров всё равно вряд ли бы получилось.

Как бы там ни было, но девчонок мы так ни разу и не встретили, что меня несколько обеспокоило. Я поделился своей тревогой с Реном, который шел рядом со мной во главе колонны.

– Возможно, они больше не считают нужным патрулировать коридоры, – сказал он. – В конце концов, эти их патрули предназначались лишь для отлова разрозненных групп мужчин, а теперь почти все, кого им поймать не удалось, сражаются в наших рядах.

– Они всё равно должны следить за коридорами хотя бы на случай нашего нападения, – заметил Ятсухаши. – Вождь прав – здесь что-то явно не так.

– Они могли просто расслабиться и не ожидать от нас наступления.

– Это так, – согласно кивнул я, пусть даже высказанная Ятсухаши мысль легко находила поддержку в лице моей собственной паранойи. – Но нам следует быть очень осторожными. Девчонки превосходят нас как в числе, так и в качестве экипировки. Хотя мне кажется, что Рен прав, и они сейчас просто не ожидают от нас удара.

– Вскоре им тоже станет понятна вся твоя гениальность, – усмехнулся Ятсухаши.

Я улыбнулся в ответ, постаравшись не обращать внимания на продолжавшие грызть меня сомнения. На моем месте должен был оказаться куда более компетентный лидер, но, к сожалению, на моем месте оказался именно я. И именно мне предстояло в данный момент принимать решения, надеясь при этом лишь на то, что мы вообще сумеем пережить их последствия.

Когда мы еще немного приблизились к классу Ублека, я остановил отряд в нескольких поворотах от него и подошел к Рену. Постаравшись говорить не очень громко, но в то же время достаточно разборчиво, чтобы меня услышали ближайшие к нам парни и передали дальше по цепочки, я произнес:

– Ты у нас самый тихий и меньше всего склонен к панике. Сможешь разведать, что сейчас происходит на этой точке?

Рен кивнул и уже через пару секунд исчез за поворотом. Остальные тихо ожидали его возвращения, а я достал свиток и проверил почту. Для меня там нашлось несколько сообщений.

Отправитель: Рассел

Тема: Ежедневная молитва

Возлюбите Вождя нашего, и Он спасет род мужской от полного истребления. Подчинитесь словам Его, и Он поведет вас в светлое будущее. Внимайте мудрости Его, и Он защитит вас от женщин. Посвятите Ему свои молитвы, и Он-…

Я удалил это сообщение, так его и не дочитав. Мне было непонятно, почему Рассел включил меня в рассылку, но зато имелось странное чувство, что выяснять это совсем не стоило. Как и то, почему люди желали мне поклоняться, и сколько народу вообще участвовало в этом идиотизме.

(По моим последним подсчетам, их было сто двадцать шесть человек. Но с тех пор это число могло очень сильно возрасти).

В почтовом ящике имелось еще несколько похожих сообщений, а также предложение Пирры сдаться ей, сопровождаемое длинным списком причин, по которым я был просто обязан это сделать. Но я не стал его читать. Не то, чтобы не доверял логическим доводам Пирры, но вот в том, что предпримет в случае моего пленения Нора, я даже не сомневался. Если уж она пообещала переодеть нас с Реном в платья, то так всё и будет.

Мое внимание привлекло сообщение от Сана.

Отправитель: Король обезьян

Тема: Где все бабы?

Привет, босс.

С момента налета Блейк на стене всё было тихо. Даже слишком тихо. Парни начали нервничать, поэтому я выдал им по шоколадке, чтобы немного успокоились. Будь крайне осторожен. Не знаю, что именно затеяли девчонки, но лично мне это уже не нравится.

Ну, тот факт, что мысли Сана настолько идеально совпадали с моими собственными, спокойствия мне совсем не добавлял. Если бы большая часть девчонок, например, отравилась едой, то Озпин наверняка приостановил бы или вообще отменил боевые действия. И уж тем более мне казалась сомнительной идея о том, что наши противницы вдруг решили нам сдаться. Я чувствовал, что они задумали что-то очень неприятное.

– Жон, – шепотом окликнул меня Ятсухаши. Я едва заметно вздрогнул, но он совсем не выглядел испуганным или встревоженным. – Иди сюда.

Когда я подошел поближе, Ятсухаши продемонстрировал мне свой свиток.

– Смотри. Обе контрольные точки в западном крыле захвачены.

Они и в самом деле оказались окрашены в голубой цвет. Кардин взял их. Обе…

Это было слишком хорошо, чтобы являться правдой.

– Что-то здесь явно не так… – пробормотал я, вновь испытывая то чувство, что появлялось у меня уже множество раз с самого начала этой войны. Оно сообщало мне о том, что я упустил нечто очень важное в общей картине. К возвращению Рена моя паранойя достигла того уровня, что приходилось упорно бороться с желанием немедленно развернуть отряд и направиться домой.

– Там есть девчонки, – доложил он. – Десяток снаружи и около пятнадцати внутри. Ни одну из них я не узнал, так что слишком опасных вроде бы нет. Очень похоже на смешанный отряд из студенток первого и второго курса.

Я моментально нахмурился.

– И всё?

– Двадцать пять человек – это не такая уж и маленькая охрана, Жон.

– Знаю. Но я ожидал, что во главе будет стоять хоть кто-нибудь из наших знакомых. На территории главного здания находятся только три контрольные точки из девяти. Так почему же они не отправили сюда Нору, Янг, Вайсс или, например, Коко? – поинтересовался я, тут же нервно сглотнув. – Как-то глупо с их стороны оставлять эту точку настолько слабо защищенной.

– Как я уже говорил, они могут просто не ожидать от нас нападения. Мы были самым сильным мужским племенем Бикона, когда насчитывали чуть больше десятка человек. Так что им не требуется держать здесь даже эти двадцать пять бойцов, чтобы контролировать точку. Не так уж и слабо она защищена. А лично мне кажется, что и вовсе избыточно в свете тех действий, которые они от нас ожидают.

Наверное, Рен был все-таки прав, и я просто слишком сильно перенервничал, впервые за долгое время покинув относительную безопасность нашей крепости. Покачав головой, я потер руки, попытавшись хоть немного согреться в утренней прохладе коридора. Итак, если девчонки захотят устроить контрнаступление и отбить захваченные нами точки, то у них уже имелась для этого подходящая цель в лице Кардина и его отряда. И если что-то подобное всё же произойдет, то он наверняка заранее предупредит нас об их возросшей активности, так что вовремя отступить мы точно успеем.

В конце концов, всё это нападение затевалось лишь для того, чтобы отвлечь девчонок от Жонгаллы и меня самого. Поэтому не стоило и сражаться за контрольные точки до последнего вздоха.

– Хорошо, – сказал я, делая знак Рену и Ятсухаши подойти поближе ко мне. – Вот как мы сейчас поступим…

* * *

Этот план, как и большинство всех прочих, что я придумывал, оказался довольно простым. Кто-то из парней одолжил мне свой капюшон, чтобы скрыть мое лицо, а затем я, сунув руки в карманы, двинулся вперед походкой усталого и голодного человека. Кивнув двум с лишним десяткам бойцов, что остались тут дожидаться моего возвращения, и помня о еще одной такой группе под предводительством Ятсухаши, что спряталась с другой стороны коридора, я направился прямо в то место, куда выходила дверь класса Ублека.

Те, кто знают настоящего меня, безо всякого сомнения, уже заинтересовались тем фактом, что я решил сыграть роль наживки. Подобное самопожертвование было для меня совсем не характерно и могло показаться довольно странным и даже глупым. Но так выглядело лишь со стороны.

Всё дело заключалось в том, что у наживки имелась всего лишь одна единственная задача – быть замеченным и привести погоню в определенное место. Этой стратегией пользовались абсолютно везде: от битв древности до современной рыбалки и открытых окон пекарни, заманивающей клиентов запахом свежих булочек. Больше ничего от наживки и не требовалось.

С другой стороны, те, кто сидел в засаде, должны были выскочить оттуда и навалиться на группу испуганных Охотниц. Вот только Охотниц совсем не рекомендовалось пугать, потому что у них имелось оружие и боевые навыки, и по природе своей они практически всегда отвечали ударом на удар.

Девчонки заметили меня далеко не сразу, занятые болтовней между собой. Но услышав мои шаги, они всё же соизволили повернуться в мою сторону, изготовив оружие к бою. Все разговоры моментально умолкли, а их взгляды скрестились на мне. Честно говоря, я ожидал от них немедленного нападения – и даже рассчитывал на него – но они просто настороженно на меня смотрели, не спеша бросаться вперед.

Сейчас роль наживки уже не казалась мне такой привлекательной, как еще несколько минут назад… Тогда я думал, что всё это дело не займет слишком уж много времени, и после короткой пробежки я снова окажусь в безопасности.

(Как говорится: “Ни один план не переживает столкновения с противником”. Уже гораздо позже я узнал, что у девчонок существовала очень похожая пословица: “Ни один план не переживает столкновения с Жоном”. В данном случае получилась комбинация двух этих факторов).

Мне эта ситуация нравилась всё меньше и меньше, и мой шаг замедлялся по мере того, как я приближался к девчонкам. Они по-прежнему не спешили на меня нападать. В конце концов, я остановился примерно в тридцати метрах от них, посчитав это вполне достаточным расстоянием, чтобы успеть при нужде совершить тактическое отступление.

– Кто идет? – окликнула меня какая-то незнакомая блондинка.

Я не мог назвать им свое настоящее имя, иначе информация о моем текущем местоположении могла дойти до Пирры. Нападение Блейк уже наглядно продемонстрировало мне, насколько сильно меня желали исключить из стратегических раскладов этой войны. Так что известие о том, что я оказался на их территории всего лишь с полусотней парней, наверняка спровоцировало бы полномасштабную охоту за моей головой.

А это означало, что мне было необходимо сыграть роль одного из моих же собственных подчиненных…

– Я являюсь полномочным представителем Вождя Жона Арка! – заявил я, постаравшись не морщиться от этого глупого титула и сопровождавшего его пафоса.

– Король Севера, – прошептала какая-то брюнетка, впрочем, быстро замолчав под строгим взглядом той самой блондинки, оказавшейся главной в этом отряде.

– Мы слышали о нем, – сказала она, причем тон ее голоса и вид столпившихся за ее спиной девушек выдавал их нервозность.

Им по какой-то совершенно непонятной для меня причине внушало страх одно лишь мое имя…

– Но мы не признаем его притязаний, – продолжила блондинка. – Нас не волнует, как именно он себя называет. Это всего лишь жалкий трус, что прячется в тылу и даже не рискует показаться на нашей территории.

Желание доказать ее неправоту прямо здесь и сейчас оказалось очень сильным, но всё же оно с разгромным счетом проиграло моему чувству самосохранения. Мне было вполне достаточно того, что девчонки все-таки заблуждались насчет моего местонахождения. Как и многие другие вещи, гордость никак не могла соперничать с моей жаждой выжить.

– От имени Жона Арка – нашего Вождя и… Короля Севера, – произнес я, едва заметно поморщившись, но всё же добавив еще один нелепый титул в свою коллекцию, – я требую, чтобы вы сложили оружие и сдали нам эту позицию.

Блондинка тут же нахмурилась.

– Или что?

– Или, – сказал я, опуская руки, – мы сами заберем всё, что нам от вас понадобится. Я думал, что это и так очевидно…

– Может быть, у тебя и армия с собой имеется?

– Да. Вот она.

Я испытал немалое облегчение, когда обе части отряда выступили вперед, услышав мои слова и поняв, что засада отменялась. Мне очень не хотелось думать о том, что могло бы произойти, если бы они хоть немного промедлили или просто решили подождать более удобного случая для нападения. Девчонки моментально осознали, насколько сильно уступали нам числом, и столпились возле двери.

Подобная сила за спиной тут же придала мне уверенности в себе. Пусть мое лицо всё еще оставалось скрыто капюшоном, но вот самодовольство в голосе было уже никак не спрятать.

– Такая армия тебя устроит?

– Т-тут соотношение сил всего лишь два к одному, – сказала блондинка. – А еще у нас есть оборонительная позиция и мы можем вызвать подкрепление. Ты и в самом деле считаешь, что у вас получится нас победить?

– Два к одному? – удивленно переспросил я. – А, наверное, ты имеешь в виду те полтора десятка внутри, да? Извини, мне как-то даже в голову не пришло посчитать еще и их или, например, моих людей, что находятся там же.

– Ч-что?!

Я рассмеялся, глядя прямо в ее круглые глаза.

– Мы с парнями вас тут всего лишь отвлекали от того, что происходило в классе. Пока у нас шел разговор, мои основные силы зашли с пожарного выхода и захватили ваших подруг.

– Н-но он может быть открыт лишь изнутри…

– Знаю. Именно поэтому мы сначала внедрили к вам своих людей. Невероятно, как меняется внешность, если нанести на лицо самую малость косметики.

Одна из девушек в ужасе воскликнула:

– Это была ловушка!

– Да, – кивнул я. – Причем в обоих смыслах: и устроенная нами на вас засада, и то, что некоторые ваши подруги оказались, скажем так, с подвохом. Так вы собираетесь сдаваться? Или всё же рискнете сражаться при соотношении сил пять к одному в нашу пользу?

Секунду мне казалось, что блондинка все-таки рискнет. Но она не являлась ни Пиррой, ни кем-либо еще из элиты девчонок, поэтому ее меч опустился и тут же оказался в руках у Ятсухаши. Остальных противниц тоже очень быстро разоружили, пусть некоторые из девчонок и сдавались куда менее охотно, чем другие. Когда с этим было покончено, мы связали им руки найденными в одной из кладовок шнурками.

– Ты не сможешь уйти после этого, – сказала блондинка, когда я подтолкнул ее в сторону двери класса.

– А я и не собирался никуда уходить, – ответил я, пинком распахнув эту самую дверь и заставив глаза моей пленницы тут же удивленно округлиться.

– Мы взяли в заложники вашу внешнюю охрану, – крикнул я находившимся в классе девушкам. – Вы окружены и сильно уступаете нам числом. Сдавайтесь, или нам придется заставить вас это сделать.

– Н-но ты же сказал… – выдохнула блондинка. – Ты мне солгал?!

– Ага.

– Ах ты коварная тварь!

– Ага.

– Трус!

– Ага.

Мы с парнями вошли в класс, прикрываясь нашими пленницами, словно щитами. Девчонки внутри напряженно смотрели на нас, но по мере того, как становилась заметна разница в размерах наших отрядов, их боевой дух опускался всё ниже и ниже. Они могли бы попытаться сражаться при нашем двукратном численном превосходстве, но не тогда, когда нас было пятьдесят, а их – всего лишь пятнадцать.

Эта контрольная точка оказалась захвачена без единого выстрела.

* * *

После взятия класса Ублека парни разбежались по окрестностям, собирая мебель и очень быстро превращая эту точку в небольшую крепость. Часть наших сил охраняла основной вход, а также тот, что использовался преподавателями. Но пожарный выход – и по совместительству наш запасной путь к отступлению – всё еще был заперт и в защите не нуждался. Наверняка Кардин на моем месте бесстрашно повел бы людей на захват второй точки, но я вовсе не собирался разделять и ослаблять свой отряд в преддверии возможной контратаки.

Прошел уже целый час, но никакой реакции на наши действия со стороны девчонок так и не последовало. Даже пробных вылазок для оценки наших сил и укреплений они не предпринимали, что заставляло меня нервничать еще сильнее.

– Что-то здесь не сходится, – сказал я Рену и Ятсухаши. – У девчонок всегда имелось преимущество по сравнению с нами. Они ни за что не стали бы игнорировать захват нами контрольных точек – особенно под самый конец войны.

– Им совсем не обязательно с этим спешить, – произнес Ятсухаши. – До завтрашнего полудня время у них еще имеется.

– Возможно, они выжидают, пока мы разбредемся по всей Академии, – добавил Рен, который явно был согласен с Ятсухаши. – Чем дольше мы будем удерживать эти точки, и чем дальше наши позиции окажутся от основной базы, тем сложнее нам станет доставлять к ним припасы. Так что вместо немедленного нападения и предоставления нам возможности контратаковать контрольные точки завтра, они могут решить нанести удар в самую последнюю минуту.

– Может быть, – кивнул я. – Но раньше девчонки так не поступали. Судя по словам Руби, главными советницами Пирры являются Вайсс и Янг. Но ни одна из них не отличается особым терпением.

– До сих пор излишняя спешка служила им весьма дурную службу, – заметил Ятсухаши. – Возможно, они просто наконец осознали свои ошибки.

Всё, что говорили Рен с Ятсухаши, было довольно логично, но вот мой желудок утверждал, что наступило самое время то ли обосраться, то ли бежать без оглядки, спасая свою жизнь. А может быть, и то, и другое сразу. Мы находились в невероятно опасной близости от главного здания Бикона, столовой и вообще основного оплота девчонок. И хуже того – наша позиция оказалась специально помечена на карте голубым цветом.

Мы являлись для наших противниц очень легкой добычей!

Но… ничего не происходило…

Кардин, как показывала всё та же карта, нападению тоже так и не подвергся. Я получил от него запрос на вызов из Жонгаллы подкрепления, чтобы обеспечить оборону обеих точек, а затем и доклад о благополучном прибытии парней. Этот факт лишь еще больше усилил мою тревогу.

– Мы выставили охрану снаружи? – спросил я.

– Да, десяток, – ответил мне Рен. – И еще четыре группы по два парня спрятались в близлежащих коридорах, связываясь с нами каждые десять минут. Пока их доклады не содержат ничего подозрительного и вообще продолжают поступать, нам волноваться не о чем.

– Что насчет пожарного выхода? – поинтересовался я.

– Мы выставили часового у окна, чтобы следить за ним, – сказал Ятсухаши, кивнув на парня, который наблюдал за находившейся снаружи металлической лестницей. – Если они попытаются подойти с той стороны, то мы тут же об этом узнаем. Пока никого видно не было.

– А что с припасами?

– Мы получили свежую еду и дополнительных людей всего пятнадцать минут назад, – заметил Рен. – Ты, к слову, сам принимал подкрепление.

– Ах да, точно, – об этом я уже совсем позабыл.

Рен посмотрел на меня.

– Жон, что именно не так?

– У нас всё получается слишком легко. Так быть просто не должно.

– Возможно, мы все-таки застали их врасплох. Но разве не в этом и состоял весь твой план? – улыбнулся он мне. – Ты снова продемонстрировал всем ту причину, по которой являешься самым главным. Большинство наших предыдущих побед было вызвано тем, что девчонки слишком спешили или очень сильно нас недооценивали. Само собой, сейчас они были обязаны хоть немного об этом задуматься, потому что ты всё же заставил их себя уважать.

– Ага, – кивнул я, испытывая из-за его слов некоторое облегчение.

Девчонки вовсе не готовили нам ловушку. Они просто не желали попасться в мою, как это не раз случалось с ними раньше. Тут всё было вполне логично, и я наконец сумел слегка расслабиться.

– Заставил их себя уважать, да?..

Мой свиток неожиданно зазвонил.

Ятсухаши и Рен взглянули на экран, а затем, внезапно встревожившись, посмотрели уже на меня. Я нервно сглотнул, опасаясь того, что этот звонок мог оказаться от Пирры или Норы. Но абонентом значился “Пресс9001” – под этим именем, насколько я помнил, Сан записал в мой свиток свой номер. Я осторожно нажал на кнопку ответа.

– При-…

– На нас напали! – крикнул Сан. На заднем фоне были слышны выстрелы, вопли и лязг оружия. Все, кто находился в классе Ублека, посмотрели на мой свиток.

Я не знал, что тут вообще можно было сказать.

К счастью, этого и не потребовалось, поскольку Сан не стал дожидаться моего ответа.

– Они появились из ниоткуда. Их… их слишком много! – тут его голос стал тише, словно он отдалился микрофона от своего свитка. – Назад! Отступайте к третьей стене и держитесь там!

– Что насчет всех остальных, кто сейчас в Жонгалле? – спросил я. – Они могут тебе помочь?

– Они уже мне помогают! Это полномасштабное вторжение. Тут-… – внезапно Сан издал придушенный вопль, а сразу же после этого торжествующе взревела какая-то девушка.

– Сан! Сан, ответь мне! – его свиток, похоже, подняли с пола, и я услышал звук дыхания. – Сан, ты-…

– Здравствуй, Жон.

Я замер. Одного этого голоса оказалось вполне достаточно, чтобы все, кто сейчас находился в классе Ублека, затаили дыхание. Ну, по крайней мере те из присутствующих, кто был мужского пола. Я нервно сглотнул.

– Пирра…

– Рада снова тебя услышать, – отозвалась та, судя по звукам, даже не прекратив для разговора со мной уничтожения обороны Жонгаллы. – Было несколько странно просыпаться по утрам и не видеть тебя рядом. Я скучала по тебе.

– Ага… я тоже по тебе очень скучал.

– Но скоро всё закончится, – сказала Пирра, и мне почему-то показалось, что она имела в виду совсем не Гражданскую войну. – Подожди еще немного, и мы доберемся до тебя. А когда вы с Реном станете нашими пленниками, команда вновь воссоединится. Разве это не замечательно?

Просто чудесно…

– Боюсь, что мне нужно заняться тут кое-какими делами. Ну, победить в этой битве и разыскать тебя. Скоро увидимся.

Звонок завершился ее счастливым смехом.

Мои руки безвольно опустились.

В классе воцарилась полная тишина.

Да, я заставил их себя уважать… и они отнеслись ко мне со всем возможным уважением, хотя я его и не заслужил. Девчонки не просто подготовили засаду, но напали на Жонгаллу всеми своими силами. Они желали даже не отрезать змее голову, а, пожалуй, отрубить весь хвост по эту самую голову, бросив в атаку практически всю свою армию. Это была решающая битва, определявшая исход всей войны.

И мне очень повезло, что меня самого в ней не оказалось.

(Это было не столько везением, сколько результатом его паранойи).

– Жонгалла… – выдохнул Ятсухаши. – Мы должны им помочь!

– Нет, – возразил ему я. – Это уже бессмысленно.

– Что ты имеешь в виду? Там находятся наши силы, припасы и еда на оставшиеся сутки. Жонгалла означает для нас всё.

– Похоже, девчонки уже пробились через стену, – сказал я. – К тому времени, как мы туда прибудем, они полностью захватят наш дом. И тогда нам самим придется штурмовать свои же собственные укрепления, вот только на них будут стоять Пирра и Нора. Думаешь, мы сумеем там победить?

– Нет. Но что мы тогда вообще можем сделать? Не возвращаться же нам опять к кочевому образу жизни.

Нет, к кочевому образу жизни возвращаться точно не стоило. Не то, чтобы я был резко против этой идеи, но ведь девчонки на взятии Жонгаллы не успокоятся. Они наверняка продолжат меня искать и рано или поздно все-таки найдут – голодного и уставшего. К тому же они освободят Блейк и, скорее всего, захватят Цвая, если, конечно, он всё еще находился в Жонгалле. И тогда у меня просто не будет никакой защиты против Куноичи Любви. Блейк, без сомнения, очень быстро меня отыщет и отомстит мне за всё, что с ней произошло этой ночью.

Если, конечно, сначала до меня не доберется Нора. После того как она пробьется через все укрепления и поймет, что Рена там уже не было, безопаснее всего будет просто не попадаться ей на глаза.

– Мы ничего не можем сделать для спасения Жонгаллы, – произнес я.

– Вам нужно всего лишь сдаться, – тут же ухмыльнулась та блондинка, что попала к нам в плен вместе со всем своим отрядом. – Наверняка вы подумали, что мы слишком тупые, раз оставили контрольную точку практически без защиты. Но на самом деле, тупые здесь именно вы, поскольку до сих пор так и не поняли, что на вашего драгоценного Короля Севера объявлена охота.

Я уставился на нее.

– Так ты что, знала обо всем этом?

– Ха, разумеется. Этот план был составлен еще ночью и доведен до всех лучших бойцов с первого по третий курсы, – рассмеялась она. – Ваш Король не выстоит против нашей Королевы.

– То есть там сейчас находятся все ваши лучшие бойцы? – уточнил я.

– Ага. Вообще все: Пирра, Янг, отряд Валькирии и даже снятые с патрулей девчонки. Ему теперь некуда бежать. Вашему восстанию пришел конец.

– Еще не пришел, – ответил я, снимая капюшон.

Девушка недоуменно посмотрела на меня.

– И что твое лицо должно означать? По моим меркам, оно тянет разве что на пять баллов из десяти.

– Я и есть тот самый Жон Арк, Король Севера.

Находившиеся в классе девчонки удивленно уставились на меня. Некоторые из них прибыли из других Академий, но тут ведь были и те, кто учился со мной на одном курсе! И то, что они морщились, пытаясь меня вспомнить, очень многое говорило о моей популярности до этой войны.

– Я думала, что он будет более шести футов ростом и просто невероятно мускулистым, – сказала одна.

– А я слышала о глазах, подобных бездонному океану.

– Королева называла его очень красивым…

– Он должен быть крутым и внушительным.

– Нет, это всего лишь какой-то подражатель. Возвращайся обратно на Север, умник.

Мои ладони сжались в кулаки. Даже став популярным, успеха у женщин я так и не добился. Это было очень и очень жестоко. Но когда я повернулся к Рену и остальным, мне все-таки удалось с некоторым трудом скрыть то, насколько комментарии девчонок уязвили мое самолюбие.

– Что мы будем делать? – спросил Рен, а все прочие парни столпились вокруг нас, желая услышать мой ответ. – Жонгалла атакована, а все основные наши силы оказались разбросаны по огромной территории. Даже если мы сумеем их собрать, то я совсем не уверен в том, что нам удастся остановить это нападение.

– Не удастся, – кивнул я. – Жонгалла обречена.

Боевой дух моего отряда стремительно рухнул.

– И как мы вообще сможем оправиться от такого удара? – спросил Ятсухаши. – Мы потеряем треть нашей армии, не говоря уже о базе и запасах еды, что там хранятся. Где нам найти силы, чтобы продолжить эту войну?

Где?

Ответ был вполне очевиден.

– Мы наберем новых рекрутов, – сказал я. – И обретем новый дом.

– В Биконе больше не осталось свободных мужчин, Вождь.

– Их и в самом деле больше не осталось, – кивнул я, поправляя Кроцеа Морс на поясе. – Но зато есть просто огромное количество тех, кого уже захватили, а также столовая с практически бесконечными запасами еды. И вот ведь сюрприз – как мне тут только что подсказали, все лучшие воины, которые всё это охраняли, сейчас находятся как раз в Жонгалле.

Я ухмыльнулся, посмотрев на блондинку. Та несколько побледнела, видимо, все-таки осознав свою ошибку.

– Ты что, хочешь напасть на тюрьму? – удивленно спросил Рен, пока весть о подобной идее добиралась до задних рядов моего отряда. Парни начали переглядываться друг с другом, а в их взглядах читался шок, ужас и отчаянная надежда.

– Да, атакуем библиотеку, – кивнул я, припоминая слова Руби о том, где девчонки содержали как минимум половину мужчин Бикона. Большинство из них оказались захвачены в самый первый день войны. – Но захват столовой, центральной башни и всего остального нам тоже ничуть не повредит.

Это был невероятно безумный и самоубийственный план, но другого у меня просто не имелось. Вытянув из ножен Кроцеа Морс и подняв его над головой, я представил себе, будто являлся лидером этих отчаявшихся парней. То есть не тем, которым был на самом деле, а тем, кем они меня и считали.

– Мы слишком долго голодали, парни. Что скажете на то, чтобы отплатить девчонкам той же монетой?

Ятсухаши ударил себя кулаком в грудь.

– Я с тобой, Вождь.

– Куда мне еще идти? – усмехнулся Рен. – Как бы там всё ни сложилось, но я останусь вместе с тобой до самого конца.

– Как и я! – крикнул кто-то.

– И я! – поддержал его еще один парень.

– И мой топор! – взревел третий.

– И мой огненный меч!

– И моя труба!

– Чувак, ты о чем вообще?

– Это тоже оружие. Успокойся уже.

Пока толпа ревела и сама себя вгоняла в боевую ярость, я вышел из класса, чтобы подождать их в коридоре. И раз уж меня в тот момент никто не видел и не слышал, то я позволил себе устало вздохнуть, закрыв лицо обеими руками. Эта идея была просто кошмарной. Даже если в охране у девчонок почти никого не осталось, то существовала еще и основная их армия, которая тут же помчится назад, как только поймет, что именно мы задумали. И к тому же не все пленники могли пожелать сражаться за нас, поскольку большая их часть в этой войне вообще не принимала практически никакого участия, а остальные успели потерять всякую надежду уже в первые дни.

На мое плечо опустилась ладонь.

– Ты делаешь всё, что только можешь, и даже больше, – произнес Рен.

– Но решение я принял всё равно дурацкое, – возразил ему я. – В прямом бою мы обречены.

– По крайней мере, нам не придется слишком далеко шагать от места пленения до их тюрьмы, – улыбнулся Рен. – Как бы то ни было, но битву, платья и косметику мы пройдем вместе.

Я рассмеялся.

– Да, вместе. Но давай все-таки не будем сдаваться раньше времени.

Рен проследил за тем, как я достал свой свиток.

– Хм?

– Мне нужно сделать один очень важный звонок.

Отрывок из разговоров с Жоном Арком и Руби Роуз,

состоявшихся уже после войны

Записано Лаем Реном

Последнее укрепление Великой стены пало примерно в десять часов утра. Храбрые защитники к тому времени держались уже около трех часов, пока не были захвачены все до единого. Ни один из них не пожелал – да и не смог – сбежать, так что женская армия оказалась очень сильно вымотана продолжительным боем и отчаянно нуждалась в отдыхе. Многие из них устроились прямо на полу, в то время как другие бросились освобождать попавших этой ночью в плен Куноичи Любви. Верховная Королева Пирра Никос отправилась в личные покои поверженного Короля, чтобы поприветствовать своего коллегу.

В этой же комнате на полу лежал издававший трели свиток, но никто не спешил ответить на звонок. Произошло так потому, что этот самый свиток никому из девчонок не принадлежал, да и сами они уже слишком сильно устали, чтобы пытаться с ним разобраться. Кроме того, пусть даже в то время и шла война, но тайну личной жизни по-прежнему уважали.

Итак, ни одна из женщин Бикона не спешила хотя бы просто притронуться к этому свитку, и лишь одно существо заинтересовалось издаваемым им звуком.

Цвай прижался носом к экрану.

– Нептун? – спросил из динамиков знакомый ему голос.

– Гав! – ответил Цвай, помахав хвостом. Он узнал этого человека.

– Цвай, это ты?

Корги повернулся на месте, радуясь тому, что о нем тоже не забыли.

– Неужели все уже?.. Проклятье, я все-таки опоздал.

Цвай недоуменно заскулил, наклонив голову.

Знакомый ему человек, заключенный в рамку экрана, задумался. Когда он вновь заговорил, его голос оказался уже куда более жизнерадостным.

– Цвай, хороший мальчик! Ты знаешь, что за время сейчас наступило?

Корги уловил изменения в интонации и дважды радостно гавкнул.

– Ты прав, – подтвердил голос. – Наступило время завтрака!

Услышав знакомое слово, Цвай нетерпеливо подпрыгнул.

– А где сейчас лежит твой корм?

Цвай повернулся в нужном направлении, легко опознав то слово, за которым обычно следовало угощение. Пакет находился на самой вершине тележки, в которой было полно и другой вкусной еды. Но Цвай прекрасно знал, что трогать ее не стоило, иначе его могли за это наказать. Вот только пакет с кормом лежал слишком уж высоко для него, так что он издал жалобный скулеж.

– Хватай свой корм, Цвай, – подбодрил его голос. – Хороший мальчик! Забирай его!

Цвай вильнул хвостом.

– Гав?

– Всё правильно – забирай его. Ни в коем случае не оставляй там свой корм! Хороший мальчик! Не медли, хватай его!

Эти слова избавили Цвая от всех сомнений, и он ринулся вперед, с воем и рычанием врезавшись в тележку и раскидав еду по полу, но зато схватив свой пакет с кормом.

А затем он отпустил его и издал торжествующий рев.

– Хороший мальчик! – раздался всё тот же голос из динамиков свитка, прежде чем экран погас.

– ЦВА-АЙ! – в ужасе крикнула Руби. – Только не еду!

Пирра Никос и Нора Валькирия, тоже вошедшие в комнату, не вымолвили ни слова.

Заметив, что тех, кого они так искали, тут не оказалось, обе яростно взревели.

Глава 11

Одиннадцатая глава – Король всех мужчин

Даже если отойти на десять тысяч миль, то ничего не изменится.

Жонгалла никогда не была определенным местом, но лишь идеалом, что жил в наших сердцах. А идеал, брат мой, не может быть уничтожен.

(Верховный жрец Рассел Траш, “Книга Жона”, глава 4, стих XVII)

Время оказалось не на нашей стороне.

И хотя тут ничего не изменилось с самого начала этой войны, но сейчас его у нас оставалось особенно мало. Я знал, что девчонки должны были отдохнуть после битвы за Жонгаллу, прежде чем вернуться обратно в столовую. Нам же следовало постараться их как можно сильнее опередить, чтобы не оказаться зажатыми с двух сторон. И всё же мне пришлось оставить в качестве охраны контрольной точки десяток человек, так что в поход отправились всего лишь сорок бойцов.

Пусть даже большинство девчонок и ушло воевать на Север, но и находившийся в столовой гарнизон никак не мог уступать нам в числе. Пирра вовсе не являлась дурой. И хотя мне удалось немного задержать ее армию, уничтожив оставшиеся в Жонгалле запасы еды при помощи Цвая, но время всё равно сильно нас поджимало. Как я уже говорил, соотношение сил оказалось не в нашу пользу, а это самое время играло совсем не на нашей стороне.

– Возле тюрьмы наверняка будет стоять охрана, – произнес Ятсухаши. – Хотя сами пленники по правилам сбежать не могут, но девчонки должны были оставить достаточное количество сил, чтобы предотвратить их освобождение извне.

Я тоже это прекрасно понимал, но все-таки рассчитывал на то, что нашего отряда хватит хотя бы для отвлекающего маневра.

– Рен, – окликнул я своего друга. – Как именно следует освобождать пленных? Что конкретно по этим самым правилам мы должны делать?

Рен, не снижая скорости ходьбы, уставился в экран своего свитка.

– Боец с той же стороны, что и пленный, должен быть свободным и дотронуться до того, кого он желает освободить. Вроде бы всё. Хотя нет, подожди. Если на расстоянии до десяти метров находится кто-нибудь из охраны, то сначала нужно его обезвредить.

Проклятье. А я-то надеялся пробежать всей толпой мимо стражи и начать освобождать заключенных, лавинообразно увеличивая наши силы. Похоже, мисс Гудвитч всё же подумала о возможности тихого проникновения в тюрьму и организации там бунта.

– Тогда нам придется убедить охрану отойти подальше от пленников, – сказал я.

– И как ты намерен это сделать? – поинтересовался Ятсухаши.

– Тут всё будет зависеть от того, кто у них окажется самым главным.

Коридор впереди раздался в стороны, а на его стенах появились многочисленные декоративные элементы. Здесь начинался центр Бикона, соединявший вместе все крылья Академии. Именно сюда приходило большинство гостей и посетителей, и именно поэтому тут было чище всего. К тому же в главном здании располагались столовая, библиотека, арены для поединков, тренажерный зал и многое другое, не говоря уже о кабинете директора, устраивать битвы в котором нам оказалось, разумеется, запрещено.

С какой стороны ни посмотри, но центральная часть Бикона являлась сосредоточием всего самого полезного. Захватившие ее в начале войны девчонки получили в свое распоряжение немалую мощь, и я сам не слишком-то верил в то, что наша попытка отнять ее у них вообще могла увенчаться успехом. Впрочем, отчаянные времена требовали отчаянных мер.

(А времена действительно были отчаянными…)

Наш бег превратился в быстрый шаг, а затем и он очень сильно замедлился, когда мы оказались в самом логове наших врагов. Парни тревожно косились на длинные коридоры, легко способные вместить в себя любых размеров засаду. Они оказались здесь, пожалуй, впервые с самого начала войны. Я жестом приказал сохранять тишину и, прижавшись спиной к стене возле нужного нам поворота, заглянул туда, чтобы увидеть вход в столовую.

Девчонок возле него стояло не так уж и много, но некоторые из них были мне знакомы. Например, Коко с ее смертельно опасной сумочкой, а также Вельвет с кроличьими ушками. Всего их насчитывалось около пятнадцати, в то время как сам я вел отряд в сорок парней. Но столовая никак не могла охраняться слабее какой-то там контрольной точки восточного крыла.

– Охрана на месте, – прошептал я Рену и Ятсухаши. Те кивнули, отступив назад. Мы вернулись к уже пройденному повороту и свернули в коридор, который вел по направлению к библиотеке. Если верить словам Руби, то именно там и находились захваченные мужчины. Впрочем, осторожный взгляд из-за угла принес нам и куда менее приятное известие.

– Вайсс, – прошептал Рен. – Значит, они послали на фронт далеко не всех своих самых сильных бойцов. Впрочем, ее присутствие здесь имеет определенный смысл. Она способна глифами и льдом в одиночку перекрыть весь коридор, а затем вызвать подкрепление из столовой.

– Тут всего два десятка девчонок, – заметил Ятсухаши. – Эта цель охраняется гораздо слабее.

– Но столовая находится всего лишь в паре минут ходьбы. Подкрепление прибудет практически сразу же после начала нашего нападения.

Разумеется, они оба были правы. Чтобы пробиться в библиотеку, нам следовало как-то вывести из игры Вайсс и ее отряд. Если кто-то из них окажется слишком близко к пленным, то я просто не смогу никого освободить. А поскольку преподаватели находились совсем рядом, то они наверняка за нами сейчас наблюдали, и нарушать правила совсем не стоило.

Хотя…

Я повернулся к остальным и улыбнулся.

– Кажется, у меня есть одна идея.

* * *

Моя идея не предполагала никакого скрытного проникновения. Впрочем, Вайсс и ее подчиненные шокировано уставились на меня, совсем не спеша нападать, поднимать тревогу или даже просто шевелиться. Они лишь смотрели… причем так, что мне даже стало слегка не по себе.

Я коснулся гитарных струн. Достать саму гитару не составило особого труда, поскольку некоторое количество парней в моем отряде их имели, и один из них сбегал в свою комнату. Она не была настроена, но меня это более чем устраивало. Всё равно я умел играть на ней довольно посредственно.

– Хочу посвятить эту песню Вайсс Шни, – сказал я. – Самой красивой девушке Бикона. Она называется… эм… “Будь моей”.

Сама Вайсс сумела выдавить из себя лишь:

– Арк… ты… хнг…

Таким образом, получив ее разрешение, я запел:

О, Вайсс Шни!

Пред тобой мы корявые пни.

Ты одною своей

Ледяной красотою

Согреваешь нас

В эти холодные дни.

Пусть зовут тебя люди

Бесчувственной стервой,

Что вообще в красоте

Понимают они?

– Арк… – прорычала Вайсс, резко покраснев. Я даже не мог и рассчитывать на подобный результат. Неужели мне удалось растопить ее ледяное сердце? Она шагнула ко мне, но у меня почему-то появилось такое ощущение, что Вайсс совсем не спешила упасть в мои объятья.

Скорее уж она собиралась уронить меня самого на пол и как следует по мне потоптаться…

– Прекрати немедленно! – прошипела Вайсс.

Милый Ангел мой Снежный

Рвал мне душу отказом,

Но и в сердце холодном

Вспыхнут страсти огни-…

– Хватит! Прекрати!

В одиночестве темном,

Что царит в моей жизни,

Светлым лучиком солнца

Остается Вайсс Шни.

Я надеюсь, однажды

Она всё же мне сдастся,

И счастливою парой

Доживем наши дни-…

Тут мне пришлось уклоняться от нацеленной мне в горло сосульки, которая разбилась при ударе о стену за моей спиной. Я поморщился.

– Тебе что, не понравилось?

– Я убью тебя, Арк! – взревела Вайсс, бросаясь вперед. – Никто и никогда не найдет твой труп!

В тот же момент следом за ней сорвались с места и остальные девчонки, причем я даже не понимал их намерений: то ли они хотели удержать Вайсс от приведения в жизнь ее угрозы, то ли как раз ей с этим помочь. Было очень сложно сказать, насколько эта самая угроза оказалась серьезной. Но как бы там ни было, я издал взвизг испуганной девчонки и понесся прочь, еще даже не до конца осознав необходимость этого шага.

– Стой, Арк! – завопила Вайсс, которая, судя по звуку, почти подобралась ко мне на расстояние удара рапирой. – Если ты так желаешь заниматься музыкой, то я проделаю в тебе множество новых отверстий! Может быть, у тебя даже получится воспроизвести звуки флейты!

– Кончик флейты, вообще-то, полагается брать в рот…

– АРГХ!

Ладно, не стоило ей это говорить. Я пригнулся, снова пропуская над своей головой что-то ледяное, а затем на перекрестке свернул направо. Не успевшие вовремя затормозить девчонки встретились лицом к лицу с двумя десятками вооруженных и готовых к бою парней. Вайсс выругалась и посмотрела в другом направлении, чтобы увидеть еще один точно такой же отряд. Ловушка захлопнулась.

Но это не заставило ее прекратить гоняться за мной.

– В атаку! – взвизгнул я. – Навалитесь на них!

– Я насажу твою голову на пику и размещу ее на стене, Жон Арк!

Я едва успел поднять Кроцеа Морс, чтобы заблокировать ее удар. За тот факт, что мне все-таки удалось это сделать, стоило поблагодарить Пирру и ее тренировки. А потом отряды столкнулись друг с другом, и началась беспорядочная свалка. Вайсс быстро потерялась где-то в ее водовороте, а вместо нее против меня сражалась уже какая-то зеленоволосая девушка из Мистраля. Она с легкостью прошла сквозь мою защиту и пнула меня ногой в живот, но добивающий удар оказался заблокирован парой зеленых клинков. Рен откинул мою противницу назад и встал надо мной, спасая мою жизнь.

Коридор был слишком тесен для подобной битвы, и многие студенты не имели возможности даже нормально взмахнуть своим оружием, не задев при этом стены или кого-нибудь из союзников. В мешанине цветных пятен, воплей и лязга стали можно было различить разве что возвышавшегося надо всеми Ятсухаши. Я направился вперед, чтобы найти себе какого-нибудь достойного противника, но, как обычно, заблудился и оказался где-то вне схватки.

(И это очень странно, потому что в пространстве Жон ориентировался просто замечательно. Но иногда у него с этим всё же возникали некоторые проблемы, которые заставляли его либо временно выпадать из боя, либо вообще его полностью пропускать. Мне кажется, что подобное редкое заболевание доставляло ему самому множество неудобств).

Выбравшись из битвы и немного отдышавшись, я, не убирая меч в ножны, быстро оценил ситуацию. Шум, отдававшийся эхом от стен коридора, наверняка услышат в столовой. И хуже того – мы побеждали совсем не так быстро, как мне бы того хотелось. Да и Вайсс сражалась изо всех сил, а поле боя просто не позволяло задавить ее числом. Многие парни нетерпеливо ожидали своей очереди вступить в схватку.

И тут я понял, что мы находились совсем недалеко от библиотеки – метров двадцать или около того. Но этого расстояния было вполне достаточно, чтобы иметь возможность освободить пленников.

– Займите их! – крикнул я, бросаясь к нужной двери. Мне требовалось всего лишь выпустить на свободу тех, кто там находился, и тогда мы окажемся спасены. Я довольно усмехнулся, проведя карточкой над замком и пинком распахнув дверь.

Две сотни лиц повернулись ко мне, и все они были мужскими.

– Охраны внутри нет? – спросил я, а затем рассмеялся, когда понял, что именно так всё и было. Это оказалось просто идеально. Я подбежал к ближайшему парню, хлопнув его по плечу. – Ты свободен. Скорее освобождай остальных и готовьтесь к бою.

Я дотронулся до второго, а затем и до третьего.

– Быстрее-быстрее-быстрее! Снаружи нужна ваша помощь! – воскликнул я, подбегая к другому столу, где еще несколько парней сидели, читая комиксы. Там всё повторилось, но в этот момент моя улыбка увяла.

Никто из них даже и не подумал хотя бы просто встать со стула.

– Чего вы тут застряли? – спросил я. В царившей здесь тишине мне даже не пришлось кричать, чтобы меня услышали. – Ты свободен.

Я коснулся плеча парня с серебристыми волосами.

– Девчонки снаружи заняты, так что можешь заняться освобождением остальных. У нас на это есть всего лишь две или три минуты.

Парень не двинулся с места и не стал встречаться со мной взглядом, но всё же произнес:

– И в чем смысл?

– Извини, что?..

– В чем смысл всего этого? – повторил он, так и не решившись посмотреть мне в глаза. – Они всё равно нас поймают, а завтра эта война уже закончится. Мы лучше посидим это время здесь.

Его слова заставили остальных пленников пробормотать что-то одобрительное, причем большинство из них при этом не отрывало взглядов от пола или столов. Я услышал обрывки фраз о том, что тут их кормили, и они находились в полной безопасности.

– Это гораздо лучше, чем сражаться, – добавил еще один парень.

Никто ему не возразил, и я моментально понял, что именно с ними произошло.

Они утратили всякую надежду.

Они просто сдались.

Я не знал, почему забыл о своих же собственных мыслях на этот счет, когда ломился в дверь библиотеки. Большинство парней оказались здесь сразу после битвы в столовой. Других отловили в самые первые дни, а кое-кто по собственной воле обменял свою свободу на еду, когда испытывал тот жуткий голод. У них не имелось абсолютно никаких причин сражаться, и я сам не так давно от них абсолютно ничем не отличался. Если бы не угрозы Норы, то вполне мог тоже оказаться здесь.

Я вовсе не являлся героем или Вождем, которым меня считали остальные парни. Я был всего лишь обманщиком и трусом, опасавшимся рассказать людям правду. Они возложили свои надежды совсем не на того человека.

И всё же… вопреки всему этому…

– Посмотрите мне в глаза и повторите свои слова, – произнес я. – Ну же, повторите, что не желаете сражаться, глядя мне прямо в глаза!

Тот парень, что говорил до этого, поднял на меня взгляд, который оказался тусклым, равнодушным и наполненным чем-то таким, чего нельзя было передать словами. Он словно укрощенный зверь принимал еду и ластился к ногам своих хозяек, довольствуясь их подачками, а если повезет, то и почесыванием за ухом.

Я видел что-то подобное в глазах всех пленников. Никого из этих парней не было в Жонгалле, никто из них не сражался на ее стенах. И вовсе не потому, что они были трусами. У них просто никогда не имелось возможности это сделать, поскольку они с самого начала оказались в заведомо проигрышной ситуации.

Звуки битвы снаружи становились всё громче, и уже гораздо чаще в них раздавались женские боевые кличи. Подкрепление из столовой присоединилось к схватке, лишая нас всякой надежды на победу. Вскоре всё будет закончено. Я вполне мог позволить этому произойти и спрятаться среди пленников, так что Нора просто не успеет меня здесь отыскать. Война завершится уже завтра, а девчонки наверняка окажутся слишком вымотанными после штурма Жонгаллы, чтобы бросать все силы на мои поиски. Такой поступок был бы весьма мудрым. Парни, что услышат об этой истории уже после войны, лишь покачают головами. Мне всего лишь не повезло наткнуться на кучку трусов. В этом не имелось ни моей вины, ни тех, кто сражался до самого конца. Я мог сейчас сдаться, и никто не посмел бы ни в чем меня обвинить…

Я выдвинул стул из-под ближайшего стола, но, к удивлению пленников, не стал садиться, а забрался на него, после чего шагнул на сам стол. Теперь я видел их всех, а за моей спиной раздавались звуки битвы.

– Посмотрите на себя! – сказал я. – Избитые и побежденные. Посмотрите на выражение ваших лиц, на дрожащие руки и пустые глаза. Знаете, что я вижу перед собой, когда на всё это смотрю?

– Трусов? – пробормотал один из парней.

– Трусов? Разве я вижу перед собой именно их? – поинтересовался я, обведя библиотеку внимательным взглядом. Они горбились и сжимали кулаки, но многие из них все-таки не стали опускать головы. Я вздохнул. – Нет, я вижу перед собой совсем не трусов. Тут находятся мужчины, которых победили и лишили всякой надежды. Я вижу в ваших взглядах отчаяние и горечь поражения. Но прежде всего я вижу там свое собственное отражение. Я вижу в вас себя. В каждом из вас! Я вижу испуганного ягненка, отчаянно желающего стать чем-то большим. И я знаю, каково это. Много раз я смотрел в зеркало точно таким же взглядом и спрашивал себя, зачем вообще пришел в Бикон.

Я посмотрел в глаза какому-то парню, что осмелился поднять голову, и заметил, как те стали округляться.

– Но я вижу и кое-что еще. Я вижу мужчин, которые оказались побеждены. Я вижу тех, кто столкнулся с бедой, которую так и не сумел преодолеть. И, конечно же, тех, кто в эти темные времена просто не смог найти иного выхода и оказался в итоге здесь. Я вижу перед собой мужчин, что потерпели поражение, но вовсе не трусов, что отказались сражаться!

Я еще раз обвел взглядом парней.

– Я вижу перед собой гордых Охотников, воинов и героев. Я вижу тех, кто не раз сталкивался лицом к лицу с ужасающими Гриммами, способными обратить в бегство любого разумного человека. Я вижу лучших из лучших – тех, у кого просто не оказалось шанса проявить себя, потому что война обрушилась на нас совершенно внезапно. Тех, кто не смог сражаться без еды, что отняли у нас вместе со столовой!

Среди парней раздались шепотки, их глаза постепенно разгорались, а ладони сжимались в кулаки. Условия войны с самого начала не были честными, и все мы это прекрасно понимали.

– Я не способен повернуть время вспять и изменить то, что уже произошло. Я всего лишь обычный человек – еще один ягненок. Но я стою сейчас перед вами в самом логове волков. Я стою перед теми, у кого отобрали оружие и лишили возможности доказать всем, что они тоже являются мужчинами! Я стою здесь и говорю вам, что победа нам совсем не гарантирована. Но зато я обещаю вам тот самый шанс, которого вы были лишены! Всего лишь возможность обрести славу и показать женщинам Бикона, что мы ни в чем им не уступаем! Что мы не сдадимся и не побежим, спасая свои жизни! Что мы являемся воинами и Охотниками! – я топнул, всё так же стоя на столе, и указал на того парня с серебристыми волосами. – Кто ты?!

– Охотник! – крикнул он.

– Ты! – ткнул я в другого. – Кто ты такой?!

– Охотник!

– А ты-…

– Охотник! – взревел последний парень за их столом, вскакивая на ноги. Остальные последовали его примеру. Тот, у кого была темная кожа, протянул ко мне руку.

– Освободи меня! Я буду сражаться!

Это породило целую лавину возгласов.

– Освободи меня!

– Нет, меня!

– Освободи нас!

– Я пойду за тобой до самого конца Бикона!

– Он знает путь!

– Он покажет нам путь!

– Командующий!

Громкий хлопок прервал их крики. Дверь распахнулась, и на пороге показалась Вайсс Шни – помятая, в синяках, но пылавшая ничуть не меньшей яростью, чем несколько минут назад. Она тяжело дышала, но все-таки направила Миртенастер в мою сторону. Прямо мне в сердце.

– Довольно, – прошипела Вайсс. – Хватит уже этих криков, борьбы и особенно тебя, Арк! Твое восстание окончилось.

– Нет! – воскликнул кто-то.

– Мы будем сражаться!

– Тихо! – крикнула Вайсс. – Все быстро расселись по своим местам, иначе я заставлю вас горько пожалеть о своем непослушании.

– Мы – мужчины!

– Вы всего лишь пленники, – хмыкнула Вайсс. – И вскоре к вам присоединится еще некоторое их количество. А с тобой, Жон Арк, я разберусь лично!

Она двинулась на меня, уверенная в том, что никто не осмелится вмешаться и встать у нее на пути.

Поэтому Вайсс оказалась совершенно не готова к полетевшему в нее столу.

– Освободи их! – крикнул тот самый парень с серебристыми волосами – кажется, Меркури Блек – пиная стол дальше в сторону двери. Вайсс вылетела в коридор, а столешница перегородила девчонкам проход внутрь библиотеки. – Я задержу их! Пусть у нас будет безнадежная, но битва!

– Освободи меня!

– И меня! Я хочу сражаться!

Мои глаза округлились, а на лицо сама собой выползла улыбка. Я кивнул парню, что уже совсем не выглядел побежденным, и он тут же ринулся к двери, а я – в противоположном направлении, проводя рукой по подставленным ладоням.

– Свободен, свободен, свободен! – безостановочно бормотал я, и стулья тут же отлетали в стороны или оказывались в руках, а студенты неслись в сторону двери. – Свободен, свободен, свободен!

Под всё нараставший шум, создаваемый пытавшимися пробиться внутрь девчонками, я бросился по лестнице на второй этаж, откуда на меня пылавшими надеждой глазами тоже смотрели парни, протягивая ко мне руки.

– Свободен, свободен, свободен, свободен!

Я хлопнул по подставленной руке последнего из них, ощущая болезненное покалывание в своей покрасневшей ладони. Когда кивнувший мне студент спрыгнул с балкона и, перекатившись по полу, подхватил в качестве оружия ближайший стул, я устало облокотился на балюстраду, посмотрев на две сотни вновь обретших свободу мужчин. Они вооружились мебелью и книгами, а один оригинал даже связал шнурки своих ботинок и использовал их в качестве нунчаков.

– Восстаньте, мужчины! Прошло время волков! – крикнул я. – Враг жаждет обратить нас в рабство, лишить нас нашей свободы! Так не позволим же ему это сделать! Вперед! На столовую – за едой и славой! За победой!

Я указал мечом на дверь.

– За Жонгаллу!

И вся эта орда взревела, бросившись вперед и походя откинув в сторону стол. Вайсс вместе с остальными девчонками едва успела вскрикнуть, когда их захлестнула целая волна мужчин.

– В столовую! – крикнул я. – Дави их!

Охранницы попытались удержать строй, а подоспевшая Коко – остановить толпу пулеметным огнем. Но она оказалась повалена на пол Фоксом – ее товарищем по команде, что сидел в тюрьме с самого начала войны. На Вайсс навалились целой кучей, быстро скрутив ее и лишив оружия. Прибывшее к девчонкам подкрепление могло лишь наблюдать расширенными от ужаса глазами, как на них обрушивалась ярость бывших узников, которые не обращали ни малейшего внимания на получаемые ими раны.

В этот день мы не просто победили девчонок.

Мы размазали их по всему полю боя.

Отрывок из “Дни войны”

За авторством Октавии Эмбер

В полдень пятого дня наши доблестные воительницы возвращались из своего увенчавшегося полной победой похода. Желудки их были пусты, а конечности казались неподъемными, но головы свои они держали высоко, пусть даже вероломный противник, именуемый Королем Севера, сумел от них ускользнуть. Силы его оказались разбиты, и теперь около восьми десятков пленных мужчин со связанными шнурками руками, низко опустив головы, понуро брели в самом центре колонны.

Женщины радовались своей победе, не стесняясь смеяться и болтать друг с другом. Они имели на это полное право, поскольку от завершения войны их отделяли всего лишь сутки, а враг уже оказался полностью уничтожен. Верховная Королева пообещала организовать пир в честь этого события, и желудки их ныли в предвкушении. Сама она несколько опечаленно шла впереди. Я знала, что наша Королева надеялась взять в плен Короля Жона Арка, но тот каким-то загадочным образом все-таки сумел сбежать.

Впрочем, все тайны рано или поздно оказываются раскрыты, так что свернув за угол коридора, который вел в сторону столовой, мы совершенно неожиданно уткнулись в стену. Она состояла из синих оружейных шкафчиков, а также многочисленных воинов и стали их оружия, что было в тот момент направленно на нас. Возвращавшаяся домой колонна была вынуждена остановиться, и новость об этом препятствии быстро распространилась до самых задних рядов, что не могли сейчас лично его видеть.

– Что… что это за хрень? – спросила капитан Янг Сяо-Лонг.

Ряды мужчин зашевелились, и из них показалась незнакомая мне фигура. Но некоторые из нас его всё же узнали.

– Жон… – прошептала Верховная Королева, и вновь ее слова быстро разнеслись по всей нашей колонне.

Жон Арк оказался совсем не таким, как многие его себе представляли. Он был высок, но вовсе не являлся гигантом, и пусть взгляд его глаз заставлял нас нервничать, но они отнюдь не пылали зловещим огнем. И всё же он внушал некоторое уважение одним своим видом, что еще больше подчеркивалось оружейным шкафчиком, на котором Король Севера сейчас стоял.

– Добро пожаловать в столовую, Пирра, – произнес он. – Я бы угостил тебя сэндвичем, но для этого тебе сначала придется сдаться.

Это высказывание заставило услышавших его девушек шокировано выдохнуть.

– В конце концов, не это ли ты сама мне предлагала в подобной ситуации?

Янг шагнула вперед еще до того, как Королева нашлась с ответом.

– Привет, Блевунчик. Если ты здесь, то куда тогда делась Вайсс?

– Вайсс? – переспросил Жон Арк. – Ну, вроде бы была где-то здесь. А, вот же она.

С этими словами он вытянул кого-то на укрепления рядом с собой. Удерживаемая Лаем Реном и Ятсухаши Дайчи Вайсс Шни наверняка могла бы очень красочно описать ту ситуацию, в которую она попала.

К сожалению, а может быть, даже и к счастью, ее рот оказался завязан полоской ткани.

Бригадный генерал Вайсс Шни, что являлась одним из лидеров нашей империи и до этого не ведала поражений, находилась в плену. Шок от осознания подобного немыслимого факта распространился по нашим рядам со скоростью лесного пожара, и я была далеко не единственной, кто непроизвольно сделал шаг назад.

Но Верховная Королева твердо стояла на ногах.

– Столовая принадлежит нам, Жон.

– А тот зал, что вы недавно разгромили, принадлежал нам. Как видишь, всё очень сильно поменялось. Впрочем, вы и так уже достаточно долго пользовались столовой. Она должна была стать нейтральной территорией, где каждый смог бы спокойно поесть, но вы превратили ее в еще одно оружие. И наверняка это сделала она, – Жон Арк кивнул на Вайсс. Возможно, он просто угадал, но эта идея действительно принадлежала именно ей. – Теперь наступила наша очередь, Пирра. Мы готовы поделиться едой с теми, кто пожелает сдаться. Есть среди вас такие? Нет? Ну и ладно. Тогда на Севере вас ждет просто замечательный зал.

Он наконец позволил себе улыбнуться, и его словам вторили насмешки мужчин, что стояли сейчас рядом с ним. Насколько я могла судить, раньше все они являлись пленниками, которых мы заперли в библиотеке. Еще вчера это были запуганные и сломленные люди, готовые моментально исполнить любое наше распоряжение, но теперь они жаждали нашей крови, словно дикие звери. И тот факт, что у них в руках появилось оружие, очень хорошо объяснял присутствие здесь такого количества ракетных шкафчиков.

Численность наших армий впервые за всю войну оказалась примерно равна. Верховная Королева взяла с собой в поход около трех сотен бойцов, и перед нами в тот момент стояло ничуть не больше этого числа. Возможно, даже и меньше. Но мужчины укрепили свои позиции и успели отдохнуть, в то время как женщины совсем недавно пробивались через шесть крепких стен и преодолевали целые поля ловушек из натянутой проволоки, что при срабатывании плескали им в лица водой и посыпали мукой. Они устали, страдали от полученных в бою синяков и очень сильно проголодались.

Наша армия просто не могла сражаться. Это понимали и женщины, и мужчины. И всё же противник не спешил на нас нападать, тоже пребывая после длительного заключения не в самой лучшей форме. Ситуация оказалась патовая.

– Мы взяли в плен защитников твоей крепости, – произнесла Пирра, жестом приказав вывести вперед таких известных командиров как Сан Вуконг и Нептун Василиас. Их вытолкнули из колонны и поставили на колени.

Жон Арк прищурился.

– Вижу.

– Мы готовы обменять их на еду по весу. Точно такая же сделка, что и с обменом Руби.

Это было выгодное и даже необходимое для нас решение. Еда позволила бы женщинам восстановить свои силы и придумать план контратаки, чтобы вновь захватить столовую и полностью уничтожить противника. У Короля Жона Арка просто не имелось возможности отказаться от этого обмена, если он не желал навлечь на себя гнев-…

– Нет.

Над обеими армиями повисла тишина. Одним единственным словом он обрек своих людей на ужасы плена. Сан Вуконг еще ниже опустил голову, а мужчины, которые находились за стеной из шкафчиков, начали недоуменно переглядываться. Но больше всех удивились именно те, кто лично знал Жона Арка.

Руби Роуз выступила вперед.

– Ч-что? Ты хочешь дать нам меньше их веса? – спросила она.

– Нет. Я вообще не стану обменивать их на еду.

– Тогда, получается, на пленных? Ты вернешь нам Вайсс?

– Нет, – вновь прогремел его голос. – Не будет никакого обмена пленников.

Восемьдесят мужчин… Именно стольких Король Севера желал принести в жертву. Даже само намерение так поступить уже делало его настоящим чудовищем, но число казалось просто немыслимым. Они стали бы весомой прибавкой к его силам, но ради победы он с легкостью обрекал нас на голод, а их – на страдания.

Верховная Королева нахмурилась.

– Хорошо, Жон. Мы уйдем в северное крыло. Но не заблуждайся – скоро мы вернемся и отберем у тебя нашу столовую.

– Она была вашей, – ответил он. – Но времена изменились.

Жон Арк неподвижно стоял, наблюдая за тем, как Пирра Никос отдавала войскам приказ разворачиваться. Пленников потянули в середину колонны.

– Один момент, – неожиданно произнес Король.

– Ты передумал, Жон?

– Не совсем, – ответил он, что-то отмечая на своем свитке и подзывая к себе Лая Рена, который, как нам уже было известно, являлся главой его разведки и левой рукой. Тот кивнул и указал на что-то, а затем вновь вернулся в ряды мужчин. Жон Арк повернулся к своей правой руке – Железному зверю Кардину Винчестеру. Тот тоже кивнул, и Король Севера вновь посмотрел на нас. – Меня заинтересовал один вопрос. Как вы вообще намерены обеспечивать условия содержания пленных.

– Что ты имеешь в виду?

– По правилам этой войны вы обязаны кормить всех, кого захватите в плен. Я же не ошибаюсь, и у вас есть только та еда, которую вы захватили с собой? Ее вряд ли хватит даже вам самим. Так чем же тогда вы намерены кормить своих пленников?

Ответа на этот вопрос так и не последовало. Пирра посмотрела на Янг, та на Блейк, а сама Блейк на Вайсс. Вот только бригадный генерал ничего не могла сказать из-за кляпа. Руби с Норой просто пожали плечами, в то время как остальные девушки стали недоуменно перешептываться.

– Возможно, имея под боком целую столовую с ее неограниченными запасами, вы никогда об этом не задумывались, – продолжил Король, – но в правилах четко сказано, что пленников следует кормить как минимум три раза в день или же немедленно отпустить, если вы не способны обеспечить им нормальное питание. Если тут есть что-то непонятное, то кабинет директора расположен не так уж и далеко, поэтому можно уточнить этот момент у мисс Гудвитч. Уверен, что она сейчас как раз за нами наблюдает. Так чем же ты намерена кормить своих пленников, Пирра?

Верховная Королева сжала кулаки. Она оказалась в ловушке. Мы все в ней оказались. Вздохнув, Пирра Никос махнула рукой тем, кто находился рядом с пленными. Ее жест был понятен и безо всяких слов. Мужчин развязали и освободили.

Сан Вуконг потер запястья и осмотрелся вокруг с видом человека, что долгое время был лишен солнечного света и наконец вновь его увидел. Затем он уставился на своего Короля и бросился к стене вместе со всеми своими соратниками. Мужчины наверху помогли им взобраться, а в их толпе тут же начали раздаваться радостные крики:

– Жон! Жон! Жон! Жон!

Они повторялись снова и снова.

– Это ничего не изменит, Жон, – произнесла наша Королева, повысив голос, чтобы перекричать этот шум. – Даже после этого наше число всего лишь сравнялось. Когда мы восстановим силы, то вернемся, и тогда ты узнаешь всю разницу в качестве наших бойцов.

Непобедимая Пирра Никос стояла гордо и непреклонно, и мало кто осмелился бы усомниться в ее словах или мастерстве.

– Может быть, ты права, – ответил ей Жон Арк. – А возможно, все-таки ошибаешься. Думаю, рано или поздно мы это выясним. А пока наслаждайтесь гостеприимством Жонгаллы, дамы. Если же мы вам зачем-то понадобимся… то будем на пиру в честь нашей маленькой победы.

Нам оставалось лишь убираться в северное крыло, слушая рев мужчин и лязг их оружия. Гордость наша оказалась уязвлена их насмешками, летевшими, казалось, из каждого окна и коридора. Слишком многим из нас вскружили головы бесконечные победы. Слишком сильна была наша уверенность в том, что никто не сумеет нас остановить. Для большинства из нас это оказалось сродни холодному душу, для некоторых – безжалостным ударом, а для всего остального Бикона – последней стадией Гражданской войны.

Настоящей войны.

Глава 12

Двенадцатая глава

И в последний день собрались рядом с Ним ученики Его.

И открыл Он им правду, что заставила их рыдать. Но все знали, что воля Его должна была быть исполнена.

(“Книга Жона”, глава 8, стих XI)

Столовая была наполнена деловой суетой, а я сидел в самом ее центре на стуле, что был установлен на двух сдвинутых вместе обеденных столах. Таким образом, я мог обозревать всё помещение, а все остальные, кто там находился, имели возможность видеть меня. Некоторые парни периодически поворачивались ко мне, а затем кивали и возвращались к своим делам, как будто лицезрение моей хмурой физиономии вселяло в них уверенность в своих силах. Многие так поступали перед тем, как отправиться на баррикады, что девчонки пытались уничтожить последние четыре часа, невзирая на вечернее время. Бывшие хозяйки столовой не оставляли попыток вернуть ее себе.

– Еще одна атака отбита, мой господин, – произнес Кардин, тяжело дыша и оперев свою булаву о стол. Его броня была покрыта вмятинами и отметинами от попаданий, а также мукой и сажей. – Но они всё никак не успокаиваются.

– Девчонки просто очень сильно проголодались, – сказал Рен, не отрываясь от экрана своего свитка. – Я послал им еще одно напоминание о том, что они могут сдаться и получить за это еду. А заодно приложил фотографию сэндвича с беконом.

– А ты коварен, – усмехнулся Кардин. – Мне это нравится!

Рен кивнул.

– Рад, что ты это оценил.

(А еще я отправил фотографию приготовленных лично мной блинчиков одной особе, чье имя не стану называть).

– Так что там у нас с обороной? – спросил я.

– Сан сразу же после своего освобождения рвался заняться хоть чем-нибудь, поэтому тут же бросился возводить новые укрепления, – ответил мне Рен. – Думаю, не стоит труда догадаться, что девчонки от результатов его усилий оказались совсем не в восторге.

– Он – самый настоящий гений, – кивнул Кардин. – Раньше у меня были на его счет некоторые сомнения, потому что он является фавном и всё такое, но теперь вижу, насколько сильно я заблуждался. Сан даже придумал “Бомбу мятежа”. Это когда мы прикрепляем к какому-нибудь грузу немного еды и швыряемой всю конструкцию прямо в атакующих девчонок. Они так голодны, что тут же набрасываются на нее, словно стая Беовульфов. Даже иногда начинают драться между собой.

Кардин рассмеялся, видимо, представив себе эту картину. А вот у меня самого в памяти всплыли совсем другие воспоминания – о первых голодных днях войны.

– Честно говоря, я вообще не знаю никого, кто мог бы сравниться с Саном в вопросах обороны, ловушек и отражения атак. Никогда не думал, что буду счастлив биться плечом к плечу вместе с фавном.

– Какие вообще у нас сейчас вообще царят настроения? Большинство парней совсем не горели желанием сражаться в этой войне, когда я их освобождал.

Моя речь, конечно же, оказала на них некоторое влияние, но я просто не знал, когда именно этот эффект сойдет на нет. Особенно если им придется всё время драться против девчонок, которые их так сильно запугали.

– Сам послушай, – ответил мне Кардин, кивнув на дверь в столовую. Там располагалась одна из баррикад, но еще несколько уходили дальше в коридор. И оттуда доносился голос Рассела:

– И поднял Он свой меч, и пали кандалы, что удерживали нас в рабстве. И сказал Он: “Следуйте за мной, братья мои, ибо поведу я вас в мир, где вы снова станете мужчинами”. От Его имени мы ведем борьбу нашу, Ему уподобляемся мы в бою. Помните, что отвагой своей вы заслужите место свое возле трона правителя всех мужчин!

Толпа радостно взревела и с остервенением принялась отбивать очередную атаку девчонок.

Правитель всех мужчин? Наверное, мне всё же стоило поговорить с Расселом. Я с трудом мог управиться со своей собственной жизнью, а он желал повесить на меня ответственность за судьбы половины обитателей Бикона. Но сейчас мне оставалось лишь тупо сидеть на стуле – то есть, конечно же, троне – и прилагать все свои усилия к тому, чтобы не свалиться с этой весьма неустойчивой конструкции и не сломать себе шею. Вряд ли что-то подобное могло положительно сказаться на боевом духе парней. С другой стороны, я не понимал даже причины, по которой мое сидение здесь вообще его поднимало.

– Девчонки могут зайти откуда-нибудь еще?

– Вероятность этого крайне мала, – ответил Кардин. – Кухня заперта, и нам там появляться не разрешено. Окна девчонки забаррикадировали сами, еще и поставив к ним столы и стулья, чтобы снайперам было удобнее контролировать подступы. Поскольку там сплошное открытое пространство, то из сада могут попробовать подобраться разве что смертницы. Разумеется, парней я туда всё равно поставил, но сомневаюсь, что среди девчонок найдутся настолько глупые, чтобы попытаться атаковать нас именно оттуда. Так что остается лишь главный вход.

– Но и они не дают нам выйти наружу, – добавил Рен, со вздохом демонстрируя нам экран своего свитка. – Мы потеряли все контрольные точки, кроме столовой. Девчонки навалились на наших охранников и отобрали у них всю еду.

– Кого-нибудь взяли в плен?

– Нет. Им нечем кормить пленных, так что они позволили парням вернуться к нам. Но по контрольным точкам мы сейчас очень сильно отстаем.

Это и в самом деле было проблемой. Я задумчиво почесал подбородок. У нас с девчонками имелось равное количество бойцов, но наличие у них множества выдающихся в этом плане личностей сильно усложняло для нас даже оборону укрепленных позиций. Впрочем, они тоже не рисковали наваливаться на нас всеми своими силами, потому что в случае неудачи мы захватим их в плен и моментально победим в этой войне. С другой стороны, и половины их армии вполне хватало на то, чтобы полностью заблокировать нам выход из столовой.

В то же время другая половина держала контрольные точки и обыскивала школу на предмет хоть какой-нибудь еды. К тому же никто не мешал им подбирать ящики с припасами, что сбрасывал с Буллхэда профессор Порт, поскольку у них в этом деле просто не имелось абсолютно никаких конкурентов.

То есть мы с ними поменялись местами, и далеко не во всем этот обмен был к лучшему. До этого я сумел остаться на свободе только потому, что был непредсказуемым – способным атаковать с любого направления и быстро менять свое местонахождение. Теперь же я лишился подобных возможностей, и наконец понял, почему Пирра с Вайсс никак не могли нас захватить.

– Похоже, они решили дотянуть до самого конца войны, – сказал Кардин. – Осталась эта ночь и завтрашнее утро до полудня – то есть около шестнадцати часов. И как минимум шесть из них нам всем придется потратить на сон.

– Без еды можно продержаться довольно долго, – добавил Рен. – Про воду того же сказать никак нельзя, но ее легко добыть в первом же попавшемся кране. Уверен, мисс Гудвитч найдется, что нам сказать, если мы попытаемся повредить школьный водопровод.

Мы втроем вздрогнули, дружно решив, что даже такой блестящий план не стоил возможного риска.

– Мы одержали величайшую победу, но если ничего не изменится, то эта война будет для нас проиграна, – произнес Кардин, посмотрев на меня. Было совсем не сложно понять, чего именно он хотел.

– Я подумаю над планом наших дальнейших действий, – отозвался я. – Оставь это дело мне.

– Я знал, что могу рассчитывать на тебя. Если ты не против, то я вернусь обратно на позиции.

Кардин отсалютовал мне прижатым к сердцу кулаком и, дождавшись моего разрешающего кивка, направился к баррикадам. Мужчины немного приободрились, когда он и еще несколько вставших из-за столов парней присоединились к обороне, позволив самым уставшим защитникам отправиться отдыхать и восстанавливать силы едой. Подобную схему ротации смен по два часа на баррикадах, за обеденными столами и у окон, что тоже вполне могло сойти за своего рода отдых, придумал Ятсухаши.

Нам совсем не приходилось рассчитывать на то, что ночь пройдет спокойно, потому что опасность нападения девчонок была крайне велика. Поэтому те, кто должен был дежурить в ночные часы, отсыпались уже сейчас. Рен отобрал для этого около пятидесяти студентов, большинство из которых являлись способными видеть в темноте фавнами.

– Ты выглядишь усталым, Жон.

– И чувствую я себя ничуть не лучше. Когда я выполнял домашнюю работу для доктора Ублека, мне казалось, что всё это окажется гораздо проще.

Ни сама домашняя работа, ни даже ухаживания за Вайсс никак не могли сравниться по сложности с командованием целой армией парней, каждый из которых был гораздо сильнее меня. К тому же мы оказались заперты в столовой и теперь сидели в осаде.

Совсем не так я представлял себе работу прославленных военачальников, когда о них читал.

– Ты отлично справляешься с этим делом, Жон. Можешь в этом даже не сомневаться. Озпин не зря сделал тебя лидером нашей команды. Наверняка он увидел в тебе немалый потенциал.

– Ты действительно так думаешь?

– А зачем же еще ему было назначать именно тебя на роль лидера после церемонии посвящения?

Честно говоря, ответа на этот вопрос я не знал, но склонялся к тому, что преподавателям просто было очень сложно подобрать хоть какое-нибудь подходящее название для нашей команды из столь ограниченного набора букв, и кому-то из них пришло в голову слово “Джемпер”. Но может быть, Озпин действительно что-то такое во мне разглядел?

(К сожалению, вынужден подтвердить версию о том, что всё дело заключалось в буквах. Я лично спрашивал об этом у нашего директора, и он заверил меня, что подобное наименование команд является незыблемой традицией нашей школы. И еще он добавил, что мы должны стыдиться настолько глупого названия).

В конце концов, остальные парни и в самом деле что-то во мне увидели. И теперь они с нетерпением ожидали выполнения следующего пункта моего грандиозного плана. Наверное, сейчас как раз стоило его придумать.

– У нас нет никаких новых пленниц?

Рен немного удивился моему вопросу, но всё же посмотрел в свой свиток.

– Боюсь, что нет. В наличие только те, кого мы захватили вместе со столовой, включая Вайсс, Коко и Вельвет. Ради еды так никто и не сдался.

– А во время их нападений тоже никого не удалось пленить?

– Никого. У них в резерве всегда имеется небольшой отряд, который сам в штурмах участия не принимает, но зато не позволяет нам совершать вылазки и прикрывает отступление остальных девчонок.

– Хм. Похоже, они тщательно всё продумали.

Я надеялся на то, что пленение Вайсс сильно скажется на их тактических схемах, но, видимо, она была не единственной в армии девчонок, кто занимался их составлением. Ее вполне могла заменить как сама Пирра, так и кто-то из студенток старших курсов.

– Наверное, Кардин всё же прав, – сказал Рен. – Девчонки заперли нас здесь и теперь просто тянут время.

– Что там сейчас с контрольными точками?

– Мы удерживаем одну, а девчонки – целых шесть: по две в северном, западном и восточном крыльях.

– То есть еще две остаются никем не занятыми? – уточнил я.

– Да. В главном здании Бикона имеются три точки: в столовой, в библиотеке и в одном из тренировочных залов. Но две последние находятся слишком близко к нам, и, скорее всего, Пирра не стала рисковать, пытаясь разместить там охрану, – произнес Рен, отрываясь от своего свитка. – В конце концов, для победы им вполне хватит и шести. Займем мы все три или же останемся только с одной, но это уже ничего не изменит.

А если мы кого-нибудь отправим на их захват, то об этом тут же узнают все, кто увидит голубые точки на карте Бикона. Бедных парней наверняка сметут в мгновение ока. Разумеется, в плен они не попадут, но их лишат оружия, еды и припасов. Сам факт того, что точки всё еще не заняты, вполне мог оказаться всего лишь приманкой в подготовленной для нас ловушке.

– Мы не способны победить девчонок в честной схватке, – тихо прошептал я, опасаясь того, что эти слова мог услышать кто-нибудь из парней. – Не знаю, чего именно ожидает от меня Кардин. Я не умею устраивать чудеса.

Рен посмотрел на меня так, будто сильно сомневался в последнем. И я был очень ему благодарен за то, что он не стал произносить это вслух.

– Честно говоря, мы еще ни разу не встречались с ними в честной схватке, Жон. Если бы наши силы действительно были равны, то мы бы не испытывали такой отчаянной нужды в тебе.

– То есть я нужен потому, что уравниваю наши силы? – с едва заметным сарказмом спросил я.

– Нет. Ты нужен потому, что еще ни разу не позволил делу дойти до честной схватки. Пожалуй, оставлю тебя наедине с твоими мыслями и пойду помогу парням на баррикадах.

Его слова, сказанные перед уходом, крепко засели у меня в голове.

* * *

У нас не имелось какого-либо отдельного помещения для содержания пленниц, поскольку в нашем распоряжении была лишь столовая. С одной стороны, это являлось плюсом, потому что нам не требовалось выделять людей для их охраны, и в радиусе десяти метров от них всегда оказывался хоть кто-то из парней. С другой же, взгляд пары льдисто-голубых глаз не оставлял меня ни на секунду. Даже потерпев сокрушительное поражение, Вайсс не собиралась так просто склоняться передо мной. Именно это она сразу же дала мне понять, как только я к ней приблизился:

– Чего тебе нужно, Арк? Желаешь позлорадствовать?

– Я-…

– Или, может быть, тебе требуется получить от меня какую-то информацию? Ничего не выйдет. Я – это не Руби, и со мной твои трюки не сработают, – Вайсс с вызовом посмотрела на меня, но я заметил, что кое-кто из попавших вместе с ней в плен девушек был настроен куда менее решительно. Например, Вельвет даже спряталась от меня за Коко.

Если бы я действительно захотел их допросить, то начал бы явно не с Вайсс. К счастью для них и, наверное для меня тоже, потому что война заканчивалась уже завтра, и с ней исчезала защита целой армии парней, у меня не имелось абсолютно никакой нужды выбивать из девчонок какие-либо ответы.

Честно говоря, я просто пытался придумать план, который позволил бы нам всем выйти из этого практически безвыходного положения. Пожалуй, впервые за всю войну я хотел что-то сделать сам, а не просто реагировал на то, что уже произошло. Это было каким-то новым и необычном ощущением, и оно мне уже не нравилось. Разум мой оказался пуст, а все мысли были мертвы и безжизненны, словно Урса, случайно попавший на собрание Охотниц.

– Вряд ли мне потребуется тебя допрашивать, – сказал я. – Мы и так уже знаем всё, что нам необходимо.

– Тогда ты должен понимать, что ваше занятие абсолютно бессмысленно и бесполезно.

– Наша борьба?

– Ваше сопротивление. Война скоро закончится, и вы ее проиграете. Хотелось бы мне посмотреть, как твоя удача выведет тебя из этого положения.

– Удача? – удивленно переспросил я, а затем рассмеялся. – Ангел мой Снежный, мне кажется, что это слово малоприменимо к тому, что происходило со мной с самого начала этой войны. Я бы сказал, что тут больше подходит термин “неудача”.

– Тебе удалось захватить нас только потому, что твоему отряду повезло, и наши основные силы ушли в северное крыло. Вот только не говори мне, что это являлось следствием твоего тщательно продуманного плана.

– Ну, мне удалось поймать Блейк, – заметил я. – А до нее еще и Руби. Теперь для полного комплекта осталось лишь захватить Янг.

Кое-кто из пленниц тихо хихикнул, а Вайсс довольно сильно покраснела.

– А вот вам меня так и не удалось выловить.

– Т-тебе просто повезло, – продолжила настаивать на этой версии событий Вайсс. – Но теперь вы все собрались в одном месте, и ваше поражение является всего лишь вопросом времени. Либо Пирра вас раздавит, либо война закончится. Тебе некуда бежать. Это знаем как мы с тобой, так и любая женщина Бикона. Лишь твои фанатики этого не понимают.

– Эй! – возмутился я таким нелицеприятным высказыванием в адрес моих союзников. – Далеко не все парни следуют учению Рассела.

(На самом деле, к этому моменту его учение уже стало своего рода государственной религией…)

– Тебе нужно всего лишь сдаться. Чем раньше ты это сделаешь, тем быстрее завершится война. Склонись перед Пиррой и признай свое поражение. Это твой единственный выход!

– Я подумаю об этом, – отозвался я, направляясь обратно в центр столовой. Вайсс говорила что-то еще, но, наверное, впервые за всё время нашего с ней знакомства я ее не слушал. Как бы горько ни было это признавать, но кое в чем она все-таки была права. Мы застряли здесь без какой-либо возможности нанести ответный удар. Захват столовой был необходимым – и, пожалуй, единственно верным – шагом, пусть и довольно импульсивным. До этого мы полагались на тактику партизанской войны с опорой на Жонгаллу, но та пала под натиском всех сил девчонок.

Если бы Пирра этого пожелала, то могла бы устроить полномасштабный штурм столовой и, скорее всего, одержала бы окончательную победу. Но она этого не делала, потому что ей ничего подобного и не требовалось. Такой штурм нес с собой совершенно ненужный ей риск и давал нам пусть крохотный, но всё же шанс выиграть войну. И Пирра это прекрасно понимала. Хотя она и не являлась лидером команды JNPR, но иногда мне казалось, что именно ей следовало занять это место. По крайней мере, Пирра заслуживала его гораздо больше, чем я.

Но сдаться девчонкам сейчас? Разве это был единственный оставшийся у меня выход?

Я обвел взглядом столовую, заметив не только спавших и сражавшихся на баррикадах парней, но и тех, кто сидел за столами и оживленно о чем-то разговаривал. Ничего подобного мне не доводилось видеть с тех пор, как пала Жонгалла. Кое-кто даже пытался что-то выдолбить ножами из огромного куска льда. То ли это было у них таким хобби, то ли очередной идеей Сана насчет ловушек.

(На самом деле, они изготавливали изо льда пятнадцатифутовую статую Жона. Возможно, и к лучшему, что он этого так и не понял).

Как бы там ни было, но в нашем лагере кипела жизнь – так же как до этого в Жонгалле. Раньше парни, что последовали за мной, просто не имели абсолютно никакой надежды и цеплялись за любую соломинку. Сейчас же они снова поверили в себя и готовы были сражаться до последнего человека.

Но Вайсс оказалась права насчет того, что им и придется сражаться до последнего человека. У нас не имелось надежды удержать столовую. И парни полагались в поиске хоть какого-нибудь выхода из этой ситуации именно на меня.

– Позови генералов, – попросил я ближайшего студента. – Ятсухаши, Рена, Кардина и Сана. Скажи им, что наступило время начинать Военный Совет.

Поскольку никакого отдельного помещения для столь важной встречи у нас не имелось, то мы впятером уселись за небольшим столиком в углу столовой. Перед нами находились тарелки с едой, принесенные Расселом, Скаем и Довом. Они отправились на уже давно заслуженный ими отдых лишь после того, как мы оказались обеспечены всем необходимым. Мои генералы долгое время сражались и теперь были мокрыми от пота, так что я позволил им перевести дух. Я надеялся, что это поможет им легче принять мой план, с которым многие должны были не согласиться просто из принципа.

– Ох, именно то, что нужно, – сказал Сан, откидываясь на спинку стула и поглаживая не прикрытый рубашкой живот. – Нет ничего лучше вкусной еды после тяжелого боя.

– Не могу с этим не согласиться, – произнес Ятсухаши. – Долгие дни голода научили меня ценить подобные моменты.

– Это точно. Итак, босс, ты хотел с нами о чем-то поговорить?

– Да, – кивнул я, глядя на их счастливые лица и содрогаясь от мысли о том, что сейчас мне потребуется их очень сильно расстроить. – Девчонки всё время штурмуют столовую. Еда – это, конечно же, очень хорошо, но мы здесь заперты. Ничуть не удивлюсь, если они обложили нас со всех сторон, и окна тоже находятся под их наблюдением.

– Мы можем пробиться сквозь их заслон, – сказал Кардин.

– Разве? Мы с тобой оба прекрасно понимаем, насколько сильна Пирра. Она способна победить всю твою команду и – прежде чем ты об этом спросишь – может победить меня, – пожалуй, единственным вариантом, когда я сумел бы хоть немного продержаться против моей напарницы, была бы проявленная той жалость ко мне. Но вряд ли стоило рассчитывать на что-то подобное в нашей нынешней ситуации. – У нас имеется еда и столовая, но нас полностью окружили. С одной единственной контрольной точкой войну нам не выиграть.

– Но мы ведь можем морить их голодом, – сказал Сан. – Теперь едой распоряжаемся именно мы. У них же это сработало.

– Они так поступили в самом начале войны, – возразил я. – И сработало это лишь потому, что нам предстояло голодать еще очень много дней. Девчонкам же нужно продержаться только до завтрашнего полудня. Разумеется, столовая является просто замечательным оружием, но лишь в долгосрочной перспективе.

– То есть ты предлагаешь нам ее сдать?

– Нет, – сказал я, глядя на их хмурые лица и понимая, что следующие мои слова им понравятся еще меньше. – Я предлагаю сдать нечто гораздо большее…

* * *

– Это ошибка! – крикнул Кардин. Некоторые студенты посмотрели в нашу сторону, так что он понизил голос. – Ты не можешь так поступить! Не после всего того, за что мы сражались!

– Это единственный выход, Кардин.

– Нет! Мы всё еще способны с ними драться!

– Не способны! – прошипел я, пожалуй, впервые по-настоящему разозлившись. – Ты можешь отказываться принимать горькую правду, но я уже вижу, к чему всё идет! У нас нет достаточного количества сильных бойцов. Девчонки раздавят нас в полноценном штурме, и останавливает их от подобного шага лишь отсутствие в нем нужды!

Сан и Ятсухаши уставились в стол. Они знали истинное положение дел и не собирались со мной спорить, пусть даже правда их очень больно жалила. Кардин некоторое время смотрел мне в глаза, а затем отвернулся и ушел прочь, не желая больше ни о чем разговаривать. Я не стал его останавливать, лишь устало вздохнув.

– Проблемы? – поинтересовалась злорадно ухмылявшаяся Вайсс, сидевшая неподалеку.

– Нет, – отозвался я. Разумеется, она мне не поверила.

– Кажется, твоя ручная собачонка в чем-то с тобой не согласна, да и все остальные выглядят не слишком-то и весело. Неужели и в самом деле пришли к выводу, что вам нужно сдаться?

– Нет, – ответил ей я. – Мы пришли к выводу, что вас нужно отпустить.

Вайсс удивленно посмотрела на меня.

– Что?

– Вы можете идти, – повторил я.

– Надеешься на то, что в женской армии прибавится голодных ртов?

– Нет. Мы вас уже накормили, как и было положено по правилам содержания пленных, так что вы сейчас находитесь на самом пике своей формы, – вздохнув, ответил я, а затем показал на тележки за моей спиной, доверху загруженные едой. – И еще мне бы хотелось, чтобы вы доставили своим подругам вот это. Тут должно хватить вам всем на эту ночь.

– Что? Я не… но… – Вайсс никак не могла подобрать какие-либо подходящие слова, глядя на меня круглыми глазами. Но вскоре в этих самых глазах вспыхнула искорка подозрения. – Ты же ее отравил, да? Наверняка что-нибудь туда подсыпал.

– Мисс Гудвитч лично выгонит меня из Бикона, если я попытаюсь провернуть нечто подобное. И это уже не говоря о том, что я сам никогда не поставил бы под угрозу чью-либо жизнь. Какая-нибудь аллергия на что-либо, и кто-то наверняка умрет.

Что бы там Вайсс ни думала обо мне, и какое бы ужасное впечатления я на нее ни произвел, но она прекрасно понимала, что настолько далеко я зайти был просто не в состоянии, поэтому нехотя кивнула.

– Ладно, Арк. В этот раз я тебе поверю. И всё же почему? Зачем тебе понадобилось освобождать нас и выдавать нам эту еду? В чем здесь заключается твой интерес?

– Это просто подарок… И еще я хочу, чтобы ты передала Пирре мое сообщение.

Вайсс немного приподняла бровь.

– А разве ты не можешь ей просто позвонить?

– Могу. Но тогда некому будет доставить эту еду в знак моей искренности. Я хочу предложить ей заключить на сегодняшнюю ночь перемирие – по крайней мере, до восьми часов утра. Все, в том числе и девушки, уже очень сильно устали. Мы отпускаем пленных и даем вам еду. Вы же, в свою очередь, не нападаете на нас и позволяете нам спокойно выспаться.

– И почему мы должны соглашаться на что-то подобное?

– Потому что вы выигрываете в любом случае. Мы заперты здесь и не можем захватить больше одной контрольной точки, – я продемонстрировал ей карту на свитке. На лице Вайсс тут же появилась довольная улыбка, как будто она поняла нечто очень забавное.

– Вы просто сдаетесь!

– Моей целью является мирное разрешение нашего конфликта, – возразил я.

– Такое, где победа останется за нами? – ухмыльнулась Вайсс.

– Такое, где не будет проигравших. Мы не хотим окончить эту войну пленниками. Уверен, что вы с Пиррой тоже совсем не горите желанием проламывать нашу оборону собственными телами, тем более что это не так уж и просто сделать. Мы не способны выбраться наружу, но и вы – войти внутрь. У вас для этого просто нет нужного количества бойцов.

Вайсс нахмурилась.

– Тут ты прав. По всеобщему убеждению, для успешного штурма укрепленной позиции требуется как минимум трехкратный перевес в силах. А когда вход только один, всё становится еще сложнее.

(Мне кажется, что под этими самыми сложностями Вайсс имела в виду фортификационную деятельность Сана и религиозный пыл последователей учения Рассела).

– Но это работает и в обратном направлении. Вы голодаете, в то время как у нас есть еда. Нам не хватает лишь отдыха и гарантий того, что вы не нападете этой ночью, – я протянул ей руку. – Так почему бы нам с вами не пойти на сделку?

Вайсс настороженно осмотрела мою ладонь.

– Ты же, надеюсь, понимаешь, что я не вправе принимать подобные решения, да?

– Понимаю. Именно поэтому я предлагаю еду в дар – просто для того, чтобы продемонстрировать серьезность моих намерений. Да, вы можете ее съесть и всё равно на нас напасть, но в этом случае лишь продолжится мясорубка у входа в столовую. Все окажутся усталыми и избитыми. Ничего не изменится.

– Допустим, мы – или хотя бы Пирра – согласимся… но что дальше? Должна признать, Арк, что эта сделка весьма неплоха. Лично я бы ее приняла, потому что вы в любом случае проиграете. Но что произойдет после этого? Ты предлагаешь нам просто сидеть и ничего не делать, пока не истечет время войны? Или рассчитываешь на то, что вся твоя армия смирится с победой женщин, раз уж у вас появится возможность остаться на свободе?

– Лично я бы с ней смирился. Всё равно у нас нет каких-либо шансов выиграть.

– Чего у тебя нет, так это гордости.

– Я сюда пришел, чтобы сражаться с Гриммами, Вайсс. Не с людьми.

Моя фраза несколько остудила ее желание продолжать этот спор, заставив лишь устало вздохнуть. Более того – в ее взгляде на меня появилось и что-то еще, помимо презрения.

– Ладно, это и в самом деле довольно неплохое предложение, – сказала Вайсс. – И еще я весьма впечатлена тем, что тебе удалось преодолеть давление тестостерона на мозг и осознать безнадежность вашей ситуации. Хорошо, я передам твое сообщение. Ты его напишешь, или мне нужно будет всё запомнить?

– Уже написал, – сказал я, протягивая ей письмо. Оно не было запечатано, и поэтому я ответил кивком на вопросительный взгляд Вайсс. Несколько находившихся рядом с ней девушек – уже не пленниц – заглянули ей через плечо, когда она развернула письмо.

– Всё именно так, как ты и сказал. Но перемирие продлится лишь до восьми часов утра, так что между его окончанием и завершением войны останется еще целых четыре часа, – она посмотрела мне прямо в глаза. – Что должно произойти в это время?

Я сделал глубокий вдох. Это был решающий момент, чтобы закончить эту войну так, как мне бы того хотелось. Это оказался единственный вариант, в котором мы не завершили бы ее в невидимых цепях пленников.

Это являлось тем немногим, что было в моих силах.

– Я надеюсь, что в этот промежуток обе наших стороны смогут встретиться друг с другом.

– Для чего? Для последней битвы?

– Нет. Для заключения мирного соглашения.

Отрывок из “Дни войны”

За авторством Октавии Эмбер

Новость о заключении перемирия распространилась по лагерю подобно лесному пожару, сопровождаемая запахами свежей пищи. Часовые учуяли ее даже еще до появления Вайсс Шни и никак не могли понять, каким образом захваченным в плен девушкам удалось вернуться назад, да еще и с таким количеством еды. Могли ли они сбежать? Сумела ли Вайсс с оказавшимися у нее под рукой силами победить самого Короля Мужчин?

Но истинного положения дел угадать никто не смог. Ее просто освободили и прислали вместе с ней сообщение.

Верховная Королева Пирра Никос приняла предложение о заключении перемирия, и многие бросились отмечать это событие подаренной нам едой. Пиршество после долгого и голодного дня оказалось невероятно пышным, но бдительности мы по-прежнему не теряли, и часовые всё так же присматривали за столовой, готовые предупредить нас о возможной атаке. Ничего подобного так и не произошло. Похоже, мужчины и в самом деле собирались придерживаться соглашения.

– Это действительно правда? – спросила капитан Янг Сяо-Лонг, облокотившись на стол и уминая свою порцию еды. Никто не стал делать ей замечания. Все были слишком голодными. – Я имею в виду – ам – что разве это не может оказаться очередной ловушкой или еще чем-то в том же роде?

– Пока перемирие соблюдается, – сказала Пирра. – Вряд ли Жон стал бы нам лгать насчет него.

– Наш бесстрашный лидер слишком честен для этого, – согласилась с ней Нора.

– Не такой уж он и бесстрашный, – заметила Вайсс. – В конце концов, он явно боится того, что мы навалимся на него всеми силами. Иначе зачем еще ему было идти на подобный шаг?

– То есть ты тоже считаешь, что свое слово он не нарушит? – уточнила у нее Блейк.

– Я своими глазами видела реакцию Винчестера. Он чуть ли не пеной изо рта капал. И остальные тоже выглядели весьма недовольными. Поверь мне, они прекрасно понимают, что их дни сочтены. Это было очевидно с самого начала войны, и сейчас абсолютно ничего не изменилось.

– Но Жон все-таки захватил столовую, – заметила Руби. Лежавший у нее на коленях Цвай тявкнул и завилял хвостом, отреагировав на знакомое ему имя. Все наградили этого корги-предателя сердитыми взглядами, так что Руби покрепче прижала его к себе. – Хватит уже так смотреть на Цвая. И не стоит недооценивать Жона. Он очень умный.

– Везучий, – возразила ей Вайсс.

– Нет, он действительно очень умен. Но проявляется это только тогда, когда что-то подобное требуется ему самому, – произнесла Пирра. – Мы сильно недооценили его с самого начала и больше не повторим этой ошибки. Будем соблюдать перемирие до тех пор, пока мужчины его не нарушают. Нам тоже не помешало бы как следует отдохнуть.

– Что насчет другого его предложения? – спросила Янг. – Насчет заключения мирного договора. Мы его примем?

– Нам совсем не обязательно это делать, – сказала Блейк. – Мы вполне способны их победить.

– Но что, если обе стороны и в самом деле могут выиграть? – поинтересовалась Руби. – Разве это не станет прекрасным завершением войны?

– Это было бы просто замечательно, – согласилась с ней Пирра. – Лично мне больше нравится мысль о том, что победу одержат абсолютно все, а не лишь одна половина населения Бикона. Так что я встречусь с ним и выслушаю его, а уже после этого решу, как именно мы поступим. Где конкретно назначены переговоры, Вайсс?

– Жон предлагал столовую, но мне показалось, что там будет слишком легко организовать ловушку. Поэтому мы сошлись на нейтральной территории – библиотеке. В десять часов утра, – добавила Вайсс. – Это позволит в случае чего потянуть время до самой нашей победы, если уж договориться не удастся.

– Библиотека находится достаточно далеко от столовой, чтобы там можно было не опасаться засады, – сказала Блейк. – Мы сумеем вовремя отреагировать, если мужчины попытаются нас атаковать. Это действительно очень хорошее место. И всё же я, пожалуй, отправлю моих Куноичи присмотреть за ним этой ночью, чтобы нам не устроили каких-либо сюрпризов.

Пирра согласно кивнула, и Блейк тут же направилась к своему отряду, чтобы вскоре исчезнуть вместе с ним.

Верховная Королева поднялась со своего места.

– Итак, мы встретимся для обсуждения условий мирного договора, – сказала она. – Руби, ты можешь отправить Жону сообщение об этом? Передай ему, что я согласна на его предложение, и если Озпин нам этого не запретит, то победу в войне мы одержим как союзники.

Руби радостно кивнула и тут же выбежала из комнаты. Остальные восприняли подобное решение безо всякого энтузиазма, хотя и не стали ничего возражать. Янг вздохнула, побарабанив пальцами по столу.

– А что произойдет, если директор окажется против этой идеи? Что мы будем делать тогда?

– Искренне извинимся перед Жоном, – ответила ей Пирра. – А затем поступим так, как должны будем поступить. Вайсс, сообщи войскам, что если переговоры увенчаются успехом, то мы останемся на наших позициях.

– А если не увенчаются?

– Тогда устроим штурм столовой. В то же я с Янг и Норой постараюсь предотвратить вмешательство Жона в ход битвы.

Этой ночью женщины праздновали, раскрытыми объятьями приветствуя освобожденных пленных. Те не только принесли с собой еду, но и сами были сытыми и отдохнувшими, а потому с радостью брались за любую работу, будь то охрана контрольных точек или присмотр за столовой. И таково было ликование в наших рядах, что даже не пришло нам в голову сосчитать освобожденных и понять, что их число несколько превышало количество захваченных вместе со столовой женщин.

И что у некоторых из них плечи были немного шире обычного, а голоса – несколько ниже.

Глава 13

Тринадцатая глава

Отрывок из “Дни войны”

Последняя глава

За авторством Октавии Эмбер

Наступления последнего дня войны наполняло нас предвкушением. Свиток показывал, что мы контролировали шесть точек против одной единственной у мужчин. Еще две оставались нейтральными, и одна из них как раз являлась местом обсуждения мирного договора. Тянувшиеся часы и полное бездействие доводили нас до исступления. Видневшиеся на баррикадах мужчины выглядели так, будто ожидали нашего нападения в любой момент. Черные тени поглощали перевернутые оружейные шкафчики и скамейки в стене, что отделяла столовую от нашего лагеря.

Никто не осмеливался что-либо предпринять.

Блейк Белладонна – командир отряда Куноичи Любви – вернулась с первыми лучами солнца, принеся весть о том, что библиотека оставалась по-прежнему безопасной, и ни один мужчина так и не посмел попытаться в нее пролезть. Ее собственный отряд следил за этим всю ночь. Нам начинало казаться, что мужчины действительно были согласны на мир.

Но лишь немногие из нас позволяли себе расслабиться.

Нам противостоял сам Жон Арк – Король Севера. Раз за разом он одерживал победы над теми, кто его недооценивал. Никто не желал повторения этой ошибки.

Когда свиток пискнул, сигнализируя о наступлении девяти часов и пятидесяти минут утра, Верховная Королева поднялась со своего трона.

– Время.

И я – та, кому было доверено делать записи, – встала рядом с ней. Я знала, что этот день войдет в историю, и мне повезет увидеть всё происходящее своими собственными глазами. Гражданская война в Биконе скоро завершится победой женщин. Так или иначе.

Миром…

Или же величайшей из битв.

Мы делаем то, что должны, а не то, что нам нравится.

Этот долг лег именно на наши плечи, и я намерен исполнить его до конца. Кто со мной?

(Кардин Винчестер)

– Мы не одни.

Из всех слов, что я хотел бы услышать от Рена во время нашего продвижения по вражеской территории, эти три были далеко не самыми желанными. Пожалуй, они пребывали где-то внизу списка вместе с “У тебя за спиной стоит мисс Гудвитч” и “Смотри, Нора добыла громкоговоритель”. Хотя чего-то подобного я, разумеется, ожидал, потому что Нора всегда доставала то, чего ей хотелось. Но это вовсе не означало, что мне нравились подобные фразы. Они слишком сильно напоминали мне о поведении героев какого-нибудь фильма ужасов. Особенно в нашей текущей ситуации.

Мы вдвоем находились в библиотеке – если точнее, то на балконе второго этажа, откуда открывался прекрасный вид на главный читальный зал и книжные шкафы с такими знаменитыми шедеврами, как диссертация доктора Ублека на тему эволюционного развития Гриммов и “Поучительные истории для детей” профессора Порта, из-за обилия в них крови, насилия и расчлененки получившие рейтинг “только для взрослых”.

Проще говоря, мы пришли в то единственное место, которое с очень большой натяжкой можно было считать нейтральным и относительно безопасным. В центре располагалась контрольная панель, что определяла, кому именно принадлежала расположенная здесь точка. То есть там имелась коробка и два флага, один из которых был розовым, а второй – голубым. В нее и следовало воткнуть флаг нужного цвета.

В данном случае точка оставалась нейтральной, поскольку ее захват нами никак не стоил риска полного срыва этих переговоров. Меня сильно нервировал уже тот факт, что сюда нам пришлось прийти лишь вдвоем с Реном. Но я просто не мог доверить это дело никому из парней – они все оказались слишком агрессивными и чересчур уверенными в моих силах. А мне сейчас был нужен именно тот, кто не стал бы считать меня воплощением какого-то божества и величайшим стратегом в истории. Кто мог бы в случае необходимости прикрыть мне спину, а не просто восторженно глазеть, словно я стоял на каком-то пьедестале.

К счастью, для этого у меня имелся Рен. Он был слишком умен и рассудителен, чтобы поддаваться всеобщей истерии. И невероятно спокоен, чему я даже немного завидовал. Моя ладонь поглаживала Кроцеа Морс, но этот жест не приносил мне привычного комфорта. Меч вряд ли поможет мне против того, с чем я готовился вот-вот встретиться лицом к лицу.

– Сколько сейчас времени? – спросил я.

– Без десяти десять, – ответил Рен. – Пирра скоро придет. Она очень не любит опаздывать даже на обычные тренировки. Ты выглядишь слишком напряженным. Я могу поделиться с тобой газировкой, если хочешь.

– Спасибо, – прошептал я, еще раз порадовавшись наличию у меня Рена, а затем принял у него банку и открыл ее. Этот звук, а также фруктовый вкус самого напитка помогли мне немного отвлечься от терзавших меня мрачных мыслей. Быстро покончив с этим делом, я поставил пустую банку на ближайший стол. – Мне уже даже хочется, чтобы они поторопились. Ожидание меня просто убивает.

Но уже через секунду мне захотелось забрать свои слова обратно, поскольку дверь библиотеки распахнулась, и из мрака коридора выступили как минимум шесть фигур. Может быть, даже больше. Пирра с красными волосами и в своей бронзовой броне шагала впереди всех. Сейчас она выглядела тем самым лидером, которым, как я прекрасно знал, вполне могла бы стать. Особенно в команде JNPR.

В первый момент мне инстинктивно захотелось спрятаться под стол, но я всё же сумел взять себя в руки и вспомнить о том, что как раз для этой встречи сюда и пришел. И более того – именно я пригласил на нее девчонок. Но в моем воображении тут должны были оказаться только мы с Пиррой и Реном. Ну, может быть, еще Вайсс. Но вот то, что Пирра притащит с собой всю свою свиту, заставляло меня чувствовать себя полностью беззащитным.

(Если уж говорить на чистоту, то даже приди Пирра в одиночку, в честном бою против нее нам с Жоном всё равно ничего бы не светило).

– Добро пожаловать, – произнес я, медленно спускаясь по главной лестнице и придерживаясь рукой за ее перила. Девушки остановились, глядя на меня. Мой шаг был величественным и неторопливым, чему способствовали, разумеется, страх и нежелание спускаться, а вовсе не торжественность момента.

Если у кого-то и создалось впечатление, что этим я желал подчеркнуть свое превосходство, то всё было совсем не так. За перила я держался лишь для того, чтобы девушки не видели, как сильно дрожали мои руки. А на второй этаж я забрался по той простой причине, что хотел находиться как можно дальше от входа и иметь возможность трусливо убежать, если всё пойдет не так. Но вовсе не для того, чтобы взирать на них всех сверху вниз.

– Жон, – поприветствовала меня Пирра, и хотя теплота в ее голосе была вполне ожидаемой, но всё равно немало меня удивила. Пожалуй, она всегда вела себя именно так – вежливо и скромно. Даже со своими врагами. – Рада снова тебя увидеть. Мне кажется, что наша команда слишком долго была расколота.

– Вскоре всё уже закончится, Пирра, – отозвался я, бросив взгляд на свиток. – Через два часа, если быть точным.

Она улыбнулась.

– Я тоже с нетерпением жду этого момента. Вижу, что ты привел с собой Рена.

Тот кивнул, поприветствовав ее:

– Пирра.

– А я вижу, что ты привела с собой немало народу, – сказал я, посмотрев на столпившихся за ее спиной девушек. Понятия не имею, почему у меня в тот момент не тряслись коленки, но списываю всё на дикий страх. Он меня просто парализовал.

– Ты не назвал определенного числа сопровождающих, – ответила она. – И я подумала, что с тобой будут Кардин, Сан и остальные.

– Нет. Они задействованы в обороне столовой.

Если мое упоминание о том, что я нисколько не верил ее обещанию не нападать, пока шли мирные переговоры, и задело Пирру, то виду она не подала. Вместо этого Пирра повернулась к незнакомой мне девушке, чьи волосы имели почти тот же красный оттенок, что и ее собственные, разве что немного темнее. На ней была голубая жилетка, коричневая юбка и стальные наплечники, а в руках она держала какую-то книгу в темной обложке, что-то в нее постоянно записывая.

– Это Октавия Эмбер, – представила ее Пирра. – Она состоит в команде NDGO, которая прибыла на турнир из Вакуо.

(Должен добавить, что эта очаровательная девушка сделала немало интересных заметок о ходе войны. Мы с ней часто обменивались информацией, сравнивая наши записи).

– Рада нашему знакомству, – сказала Октавия, кивнув мне и лишь на секунду оторвавшись для этого от своей книги. А затем она вновь погрузилась в записи.

– Остальных ты уже знаешь, – продолжила Пирра, махнув в сторону Вайсс, Янг и Блейк.

– Норы не будет? – вынужден был спросить я, хотя ее отсутствие меня даже несколько обрадовало.

– Я решила, что мы вполне сможем обойтись и без нее. Ее присутствие способно создать некоторые… сложности.

В этом я с ней был полностью согласен, но и наличие тут трех четвертей команды RWBY уже не позволяло мне хоть сколько-нибудь расслабляться. Из всех них меня была рада видеть лишь Янг, которая мне даже подмигнула. Две оставшиеся девушки смотрели в мою сторону весьма сердито. Похоже, Блейк так и не простила того, как именно я взял ее в плен, а Вайсс и вовсе будет припоминать мне свое поражение до самого конца нашей учебы.

Могла ли Пирра привести с собой вообще хоть кого-нибудь, кто был бы настроен ко мне еще более враждебно? Потому что среди всех девушек Бикона найти таких, пожалуй, просто не представлялось возможным. Если бы она взяла сюда хотя бы Руби, то среди них появилось бы одно более-менее дружелюбное лицо.

– Итак, что именно ты предлагаешь? – спросила Пирра. – Раз уж ты пригласил нас на эту встречу, то, наверное, у тебя уже имеется какой-то план.

– Конечно, – солгал я. Ну, то есть план-то у меня был. И он состоял из заключения мирного соглашения, загадочного второго пункта и получения некого “профита”. Но признаваться в чем-то подобном было бы весьма глупо с моей стороны, а глупостей я старался по мере возможностей избегать. Поэтому я жестом предложил им устроиться за длинным столом. – Почему бы нам сначала не присесть? Неизвестно, сколько времени продлятся наши переговоры.

– Надеюсь, что меньше двух часов, – усмехнулась Янг.

– А если и больше, то тогда они просто проиграют, – не так уж и тихо пробормотала Вайсс. – Большинство контрольных точек всё равно принадлежит именно нам.

Пирра проигнорировала их комментарии, продолжив мне улыбаться. Она выбрала себе место за столом, вынудив меня устроиться прямо напротив нее. Рен остался стоять за моей спиной и чуть слева, а Блейк зеркально повторила его действия, заняв позицию возле Пирры. Только Октавия не отказалась усесться за стол вместе с нами, потому что так ей было удобнее писать.

Вайсс с Янг остались охранять вход. Это всё меньше напоминало дружескую встречу, на которую я рассчитывал, но зато всё больше походило на какой-то глупый фильм о войне. Улыбка Пирры так никуда и не исчезла, чего никак нельзя было сказать о моей уверенности в себе. Видимо, начинать этот разговор тоже предстояло именно мне.

– Итак, ты возглавила девчонок, да? Ну что же, я ничуть этому не удивлен.

Должен признать, что начало вышло не слишком хорошим. По шкале капитана Очевидности я бы заработал, пожалуй, девять балов из пяти возможных, но ничего другого в тот момент мне в голову просто не приходило.

К счастью для меня, Пирра лишь рассмеялась.

– Возглавила, – кивнула она, а затем откинула назад прядь красных волос. – Но это был не мой выбор. Меня просто выдвинули на эту должность, потому что остальные не желали вести всех за собой. И пусть опыта у меня в этом деле не слишком-то и много, но хотя бы теория мне известна. Ну, и моя слава тоже сыграла во всем этом определенную роль. Вначале было немного необычно, но потом я довольно быстро привыкла. А вот ты… ты действительно рожден для этого дела, Жон.

Она просто не представляла себе, насколько оскорбительно для меня прозвучало “быть рожденным” для лжи и обмана. Но Пирра имела в виду явно не это, так что я не стал на нее обижаться. Скорее всего, тут был один из тех комплиментов, которыми она всегда старалась подбодрить меня на тренировках.

– Да, можно сказать и так, – произнес я. – Но не верь всему тому бреду, который обо мне говорят. Слухи сильно преувеличивают мои достижения.

– А вот мне так совсем не кажется. Ты успешно избегал нашей охоты, одержал первые победы над нашими силами, захватил столовую… и даже сумел отбиться от Блейк без помощи оружия.

Что? Я удивленно посмотрел сначала на Пирру, а затем и на саму Блейк, которая еще более сердито, чем раньше, уставилась на меня. Смысл так и не произнесенных ей слов был предельно понятен – одно упоминание о Цвае, и я умру. Разумеется, оставалась еще более унизительная версия событий, по которой ее победил именно я, но, похоже, она сама против нее ничуть не возражала.

– Ага… конечно. Почему бы и нет?

– И ты собрал всех мужчин Бикона в единую силу, – продолжила Пирра, не обратив абсолютно никакого внимания на наши с Блейк переглядывания. – Наверное, именно это в тебе увидел Озпин, когда делал тебя лидером нашей команды. Я всегда знала, что со временем ты сможешь раскрыться, Жон, и теперь очень тобой горжусь.

– О, спасибо, Пирра.

– И именно поэтому я больше не стану тебя недооценивать, – сказала она. – Я буду биться с тобой изо всех сил, тем самым продемонстрировав тебе свое уважение.

– А… – вздрогнул я. – Эм… спасибо… наверное…

Моя незаслуженная репутация в этот раз собиралась выйти мне боком. Если Пирра станет сражаться со мной изо всех своих сил, то просто сотрет меня в порошок.

Впрочем, всё это касалось лишь того варианта развития событий, в котором мы так и не сможем заключить хоть какое-нибудь мирное соглашение. Еще секунду назад я понятия не имел, как именно этого добиться, но сейчас Пирра совершила одну маленькую ошибку. Она стала угрожать мне собой.

И если я в чем-то действительно был хорош, так это в выскальзывании из различных опасных ситуаций. С подходом “заключи со мной мир, или я тебя размажу” мотивации мне более чем хватало.

(Говорят, что наиболее опасен загнанный в угол Беовульф. Понаблюдав за Жоном в условиях различной степени загнанности в угол, я могу полностью подтвердить правдивость этого высказывания).

– Война продолжалась слишком долго, – произнес я, при этом немного подавшись вперед. – Знаю, что остались всего лишь два часа или даже час с небольшим, но целых пять дней мы все терпели немалые лишения. Мужчины голодали, и на них охотились, словно на каких-нибудь Гриммов, но и женщинам тоже довелось этого хлебнуть. Вы бы остались голодными этой ночью, не поделись я с вами достаточным количеством еды.

– И мы тебе за это очень благодарны. Именно поэтому наши переговоры стали возможными.

Вместо очередной попытки проломить баррикады в столовой. Но ничего подобного Пирра говорить все-таки не стала. Впрочем, как раз на это и оказался сделан мой расчет. Сложно было бы удержать голодных и отчаявшихся людей на расстоянии от уже известных им запасов еды. Вайсс наверняка увидела в моем поступке своего рода взятку, Пирра – проявленную мной доброту, но правда заключалась в том, что таким образом я желал избежать ненужной мне драки. Кроме того, столь щедрый жест абсолютно ничего нам не стоил.

– Я всего лишь пытаюсь объяснить, почему нам всем это нужно, – сказал я. – Вся эта война обрушилась на нас совершенно неожиданно, и мы тут же принялись сражаться друг с другом. Знаю, что никто никому не старался причинить настоящего вреда, но не лучше ли будет закончить ее миром?

– Разве это окажется не против правил? – спросила Пирра.

– Я не нашел в них ни единого упоминания на этот счет, – ответил я, постаравшись скрыть свою улыбку, когда Пирра начала колебаться. Это была еще не победа, но я уверено к ней приближался. – Подумай вот о чем: Озпин начал эту войну в качестве подготовки к Фестивалю Вайтела. Но ведь сам Фестиваль как раз и направлен на укрепление дружбы и сотрудничества. Он является символом того, что Королевства когда-то отбросили все свои противоречия и стали работать вместе, а не устраивать бессмысленные войны между собой.

Даже Октавия наконец оторвалась от своей книги и удивленно посмотрела на меня.

– Разве наша ситуация не похожа на их? Разве не в этом и заключается весь смысл нашей войны? Подобно людям прошлого мы должны отбросить все наши противоречия и прийти к согласию. Да, Озпин сказал, что мы являемся врагами. Но что он вообще этим имел в виду? Наш пол вряд ли можно считать достаточным основанием для продолжения вражды друг с другом.

Пирра слабо улыбнулась.

– Я… в чем-то ты прав…

– Команды против команд, друзья против друзей, – продолжил я, почерпнув вдохновение в книге Рассела. – Мы позволили всего лишь нескольким словам разделить нас, натравив друг на друга. Разве не что-то подобное призван предотвратить Фестиваль Вайтела? Разве не этот урок хотят нам преподать наши учителя?

Я прекрасно видел, что мои слова работали. Стоявшая у двери Янг кивала, а ее поза стала куда менее напряженной. Даже Вайсс неохотно выразила свое одобрение, а Октавия и вовсе позабыла о своей книге и уставилась на меня круглыми глазами.

Улыбка Пирры сияла подобно тысяче солнц.

– Невероятно, – выдохнула она. – Жон, это просто чудесно. Но скажи мне, что именно ты предлагаешь?

– Мир, – ответил я, не желая упускать своего шанса. Иногда лучше было просто назвать то, в чем ты действительно нуждался, чем продолжать ходить вокруг. Нельзя было давать им время на различные сомнения. – Вместо того, чтобы поделить весь Бикон на победителей и проигравших, мы должны работать сообща и вместе победить в этой войне. Все получат свои призы. Не будет двух разных армий, но лишь один наш альянс. Мы поднимем над каждой точкой сразу оба флага!

Я стукнул кулаком по столу чтобы подчеркнуть важность этого момента.

– Мужчина и женщины, стоя плечом к плечу, объединятся против общего врага – Гриммов!

Эхо моего удара разнеслось по библиотеке и, как я надеялся, скрыло мое вызванное болью шипение. Проклятый стол оказался гораздо тверже, чем я предполагал.

– Это… хотя я и признаю, что это просто замечательная идея, но не уверена, что нам позволят так поступить, – наконец сказала Пирра. – Я вовсе не говорю, что выступаю против нее, и не думаю, что кто-нибудь другой станет возражать… Но мы уже приложили немало сил к тому, чтобы достичь нашего нынешнего преимущества, и я несу ответственность за всех тех, кто следует за мной.

– Мы всё равно можем попытаться это сделать, – надавил я. – Под твоим контролем находится большинство точек, а мои парни заперты в столовой. Мы можем объявить об объединении наших сил и выиграть вместе. Если же это не сработает, то в итоге победите именно вы.

– Если бы можно было спросить об этом директора…

– Скорее всего, он нам ничего не ответит, – улыбнулся я. – Ну же, Пирра. Иначе в чем бы состоял смысл всего этого урока, если бы директор давал нам подсказки-…

Система громкой связи включилась с громким скрежетом. Все головы повернулись к ней, и даже я уставился на динамик удивленно приоткрыв рот.

Этого просто не могло быть…

Никак не могло…

– Кхем, меня слышно? Ага, замечательно, – Озпин на секунду замолчал, чтобы еще раз откашляться. – Ну что же, это была превосходная речь, мистер Арк. Доктора Ублека вы определенно перетянули на свою сторону.

Он снова замолчал, а микрофон, видимо, переместили, потому что из него послышались всхлипы:

– Как же это красиво… Мир и понимание… следующие поколения… ошибки прошлого. Я так счастлив!

– Спокойнее, Барт, – раздался голос профессора Порта.

– Должен признать, что меня вам тоже удалось перетянуть на свою сторону, – продолжил Озпин. – Вы действительно смогли ухватить самую суть Фестиваля Вайтела, когда идеи мирного сотрудничества преобладают над корыстью, злобой и насилием. Когда бывшие враги становятся союзниками.

– То есть он прав? – поинтересовалась Пирра, глядя на подвешенный под потолком динамик. – Вся эта война являлась одним большим уроком, призванным научить нас преодолевать различия и работать сообща?

Озпин молчал целую минуту.

– В будущем, несомненно, именно так всё и окажется. Это же настолько замечательная идея, что я просто обязан ее позаимствовать. К стыду своему, вынужден признать, что ничего подобного мы не планировали. Так что нет – таким образом эта война закончится не может.

Из всех вещей, которые могли бы поломать мои планы, вмешательство Озпина, нарушившего свои же собственные правила, я ожидал меньше всего. Тут я понадеялся на то, что он просто промолчит, и мне всё же удастся уговорить Пирру избежать боя.

– Но еще я должен заметить, что этот урок и в самом деле оказался очень ценным для всех нас. Отличная работа, мистер Арк.

– Но вы же можете изменить правила! – крикнул я. – В ваших силах позволить нам заключить мир!

– Могу, но считаю, что это будет нечестно по отношению ко всем тем, кто все эти дни сражался изо всех сил. Но хочу заверить, что в будущем я обязательно включу такую возможность в план подобных этому мероприятий. Сейчас же ее у вас нет. В Гражданской войне может быть лишь один победитель.

К его чести, Озпин сейчас явно испытывал стыд.

– Прошу прощения за испорченные мной переговоры.

Вот ведь дерьмо…

Мой план полностью провалился.

Янг с Вайсс отошли от двери, медленно заходя к нам с флангов. Впрочем, не настолько медленно, чтобы мы с Реном этого не заметили. Блейк сделала шаг назад, отрезая нам путь к отступлению. А вот быстрое царапание ручки Октавии по бумаге по какой-то совершенно непонятной мне причине лишь еще больше подчеркивало то незавидное положение, в котором мы сейчас оказались.

– Давайте не будем спешить, – сказал я, сам не понимая, к кому конкретно обращался. – Мы всё равно можем заключить перемирие до конца войны и даже попытаться переубедить преподавателей!

– Боюсь, что этого не получится, – отозвался Озпин.

– Я сейчас разговаривал не с вами! – буквально взвыл я.

– Ох, прошу прощения и умолкаю.

Система громкой связи с щелчком отключилась, хотя, по моему скромному мнению, сделала это слегка поздновато. Лучше бы она вообще не включалась.

– Ты слышал его, Жон, – сказала Пирра, поднимаясь со своего места. – Я действительно очень хотела бы принять твое предложение, но раз уж оно не сработает, то и смысла в переговорах больше нет. Одна из сторон должна получить призовые деньги, иначе мы все просто зря потратили на это свои время и силы.

Я знал, что она была права, и понимал, что даже если бы мне удалось переубедить Пирру, то остальные девчонки не дали бы ей воплотить мою задумку в жизнь. Она была их лидером, но любой лидер являлся заложником желаний своих людей. Именно поэтому я оказался сейчас в этой проклятой библиотеке.

– Рен, переходим к плану Б! – крикнул я, переворачивая стол.

Любой вменяемый человек легко мог заметить, что у меня не было ни плана Б, ни плана А, ни вообще хоть чего-нибудь отдаленно напоминавшего нормальный план. Но моя репутация в этот раз сработала в мою пользу, и Пирра моментально отпрыгнула назад, чтобы не попасться в возможную ловушку.

Я же – и Рен тоже – побежал в сторону выхода.

(Я уже достаточное время сражался рядом с Жоном, чтобы понимать, когда нужно было отступать. Всегда).

– ВЗЯТЬ ИХ! – крикнула Пирра.

Стоит сказать, что девушки отреагировали очень быстро. Вайсс с Янг бросились за нами в погоню, а Блейк – наперерез. Она посмотрела на нас с Реном и абсолютно неправильно приняла меня за более опасную цель, попытавшись воспрепятствовать именно мне. Но у меня самого на этот счет имелись совсем другие планы.

Пусть в честном поединке преимущество было бы именно на стороне Блейк, но вот в вопросах чистой физики я ее довольно сильно превосходил. Будучи выше и массивнее, я просто в нее врезался. Разумеется, она успела нанести мне несколько хороших ударов по голове и плечам, но пара приемов из “Пути мельницы” и очень удачное попадание коленом ей в бедро отправили Блейк на пол.

– Бежим дальше, – выдохнул я, обращаясь к Рену и в то же время следя за тем, чтобы Блейк не могла ухватить меня за ногу. – Не останавливаемся.

– Хорошо, – кивнул он. – Разделимся?

Я покачал головой, прекрасно понимая, что абсолютно все девчонки в этом случае погонятся именно за мной, считая меня главной угрозой их планам.

– Нет. Безопаснее будет держаться вместе. Сейчас поворачивай налево, а затем в столовую.

– За ними! – взвыла Вайсс.

Мы ринулись по коридору, скользя по выложенному плиткой полу и отталкиваясь от стен на поворотах. Я слышал у нас за спинами отдававшую какие-то приказы Пирру и сыпавшую угрозами Вайсс, но мы продолжали бежать с такой скоростью, будто оба обнаружили в себе неиссякаемые запасы энергии. Следующий поворот вел направо, и мы прошли его, практически не снижая скорости. Он вывел нас на небольшой открытый участок прямо перед столовой.

Увиденное там заставила кровь в наших жилах застыть от ужаса. Впрочем, появившаяся секундой позже Вайсс постаралась при помощи ледяного Праха сделать так, чтобы это можно было сказать не только в переносном смысле.

– Привет, Жон, – поприветствовала меня Руби, стоя между нами и столовой во главе отряда в целую сотню девчонок. – Эм, сюрприз?

Нас предали.

И поймали в ловушку.

– Ты приказала окружить столовую, пока мы договаривались о мире, – обвиняющим тоном произнес я.

Пирра не осмелилась встретиться со мной взглядом.

– Это было сделано лишь на тот случай, если ничего не получится. Пожалуйста, пойми, Жон. Мне нужно блюсти интересы моих людей, как ты это делаешь со своими. Если бы нам удалось заключить это соглашение, то ни о какой атаке и речи бы не шло.

Она подошла ко мне и положила руку на плечо.

– Но мы тебя все-таки захватили. Теперь ты являешься моим пленником.

– Как нельзя вовремя, – рассмеялась Вайсс. – До конца войны осталось уже меньше часа.

– Все контрольные точки за пределами главного здания по-прежнему принадлежат нам, – доложила Янг, проверяя карту на своем свитке. – У мужчин имеется лишь одна столовая.

Она опустила устройство и внимательно осмотрела темные окна.

– Они там заперты.

– Замечательно, – подытожила Пирра, подталкивая меня в спину. – Мне очень жаль, Жон, но именно на такой случай я приказала армии подготовиться к бою и прийти сюда. Уверена, что на моем месте ты поступил бы точно так же.

– Я бы не стал этого делать. Мне больше по душе оборона, так что, скорее всего, я бы укрепил свои позиции и уже захваченные контрольные точки.

– Возможно, именно этим мы и отличаемся.

– Да, возможно.

Пирра остановилась примерно в сорока метрах от главного входа, чтобы у нее имелось достаточно времени для уклонения от любого выстрела со стороны защитников столовой. Откашлявшись, она крикнула:

– Мужчины Бикона! Мы взяли в плен вашего лидера Жона Арка. Переговоры о мире провалились, так что сейчас я предлагаю вам возможность сложить оружие и сдаться. Сделайте так, и я обещаю вам достойное обращение до самого конца войны. Сорок пять минут плена всё равно лучше, чем столько же минут абсолютно бессмысленной битвы.

Никакого ответа с баррикад так и не последовало. Мужчины неподвижно стояли на них, бесстрастно глядя на мое бедственное положение. И это, похоже, очень сильно нервировало Пирру.

– Прикажи им сдаться, Жон.

– Не могу, – ответил ей я.

– Ты же отлично понимаешь, что ваша ситуация безнадежна! Какой смысл держаться до последнего солдата?

– Я просто не могу приказать им сдаться, – повторил я.

– Но почему?

– Потому что они меня не услышат, – привел я ей вполне разумный аргумент.

Но Пирра явно так не считала.

– Тогда крикни погромче.

– Настолько громко я кричать не умею.

– Я лично слышала твои вопли через весь Изумрудный лес, – проворчала Вайсс. – Пирра, он просто валяет дурака. Нам нужно немедленно нападать. Времени осталось слишком мало.

– Нет… – неожиданно прищурилась та. – Здесь что-то явно совсем не так.

Она отпустила меня и направилась к баррикадам, но Янг моментально заломила мне руку и подтолкнула вперед. По мере приближения Пирры к цели, ее шаг становился всё быстрее и быстрее, пока она окончательно не перешла на бег, не обращая никакого внимания на выкрикиваемые ее соратницами предупреждения. До входа в столовую она добралась без каких-либо проблем, перебравшись через перевернутые шкафчики. Мужчины на нее так и не напали.

К всеобщему ужасу, первым делом Пирра оторвала Кардину голову.

– Он не настоящий! – крикнула она, помахав мячиком, с которого сорвала парик. Затем Пирра пнула само тело, заставив броню Кардина со звоном упасть на пол, выпустив наружу набивавшие ее одежду и одеяла. – Никто из них не является настоящим!

– Не может быть, – выдохнула Янг, отпустив меня и ринувшись вперед. Она перемахнула через скамейки и с размаху ударила в живот первого же попавшегося ей по пути мужчину. Тот рухнул с баррикады вниз. Свалившийся с головы капюшон открыл кучу кухонных полотенец, обернутых вокруг швабры. Янг заглянула в саму столовую. – Тут пусто. Те парни, что стоят возле окон, даже не шелохнулись. Какого хрена?!

– Я же говорил вам, что они меня не услышат.

Мой голос эхом отразился от стен во внезапно наступившей тишине.

Зарычав, Вайсс бросилась ко мне, схватив меня за толстовку. Наклонив мое лицо к себе – хотя и совсем не для поцелуя, как мне это представлялось в моих мечтах, – она прошипела:

– Где они?

– Не здесь.

– Но как?!

– Вы провели в столовой очень много времени. Почти всю войну она являлась для вас домом. Думаю, не стоит объяснять, что мы захватили вместе с ней кучу спальных мешков и одежды?

Понимание медленно стало появляться в ее глазах.

– Ты… нет… вы не могли так поступить!

Отголосок далекого взрыва нарушил тишину. Где-то на западе стал подниматься вверх столб дыма. Пирра откинула в сторону “голову” Кардина и, спустившись с баррикады, подошла к нам, не отрывая взгляда от того здания, где произошел этот взрыв.

– Западное крыло, – прошептала она. – Но почему-?..

Пирра круглыми глазами уставилась прямо на меня.

– Нет…

– Если бы ты не собрала здесь практически все свои силы, чтобы раз и навсегда покончить с нами, то ничего подобного бы точно не произошло, – сказал я. – Но мне не составило особого труда догадаться, что Вайсс все-таки уговорит тебя напасть на нас во время мирных переговоров. Как ты думаешь, почему я вообще ее вчера отпустил?

– П-потому что тебе требовалось передать свое сообщение!

Рен, которого сейчас удерживала Блейк, расхохотался.

– Это мог сделать кто угодно, – наконец сказал он. – Но тогда вы наверняка просто удовлетворились бы фактом захвата большинства контрольных точек. Поэтому Жон и отпустил Вайсс, будучи уверенным в том, что она захочет ему отомстить за свое пленение.

Вайсс потрясла головой, явно не желая в это верить.

– Н-но Кардин же был очень этим недоволен и даже спорил с Жоном. Я сама всё это видела!

– И у него была довольно весомая причина, – кивнул Рен. – Никому из нас не понравилась мысль о том, что Жон станет подвергать себя подобной опасности.

– Никому, кроме меня самого, разумеется, – добавил я, улыбнувшись ей. Потому что в данный момент в плену находиться было безопаснее всего. Оставалось меньше получаса войны, и нас единственных от любого возможного вреда всё еще защищали ее правила. Да и Норе на исполнение ее угроз точно не хватило бы времени. – Кстати, вам, наверное, стоит проверить свитки.

Пирра вытащила свой и шокировано уставилась на его экран, а затем быстро набрала номер. Громкую связь она включать не стала, но даже так лично мне были отлично слышны доносившиеся из динамиков звуки битвы.

– Нам нужна помощь! – крикнула какая-то девчонка – скорее всего, Коко – и ее вопль тоже оказался мной услышан. – Они повсюду! Их слишком много!

– Как? – спросила Пирра. – Как они смогли к вам подкрасться?

– Они не подкрадывались! Они уже были здесь! На них сейчас наша одежда! Это всё – одна большая ловушка!

– Трансвеститы повсюду! – раздался вопль Вельвет, после чего она резко умолкла.

Из динамиков еще некоторое время доносился лязг стали и мужские крики:

– За Жона! За Короля!

После этого связь оборвалась. Еще пару секунд девчонки потрясенно молчали, а затем одновременно заголосили, не зная, что им делать и куда бежать. Кое-кто призывал срочно идти на защиту контрольных точек, которые, как я понимал, уже должны были стать голубыми.

– Тихо! – рявкнула Пирра. – Не разбегаться. Именно этого они от нас и ждут!

Ее окрик прекратил брожение в армии девчонок, хотя кое-кто из них уже успел куда-то убежать. Пирра обратилась к оставшимся:

– Мы не можем позволить себе нестись без оглядки, иначе нас просто разобьют поодиночке. Янг, бери треть армии и отправляйся в западное крыло. Захвати там одну и только одну контрольную точку. Вайсс, то же самое с восточным. Не распыляй войска и не гонись сразу за двумя целями. Сосредоточь все свои усилия на обороне лишь одной из них. Защищай именно ее! Блейк, подели свой отряд на две части и займи оставшиеся в главном здании Бикона точки, кроме столовой. Мы не в состоянии сейчас охватить всё, так что занимаем пять контрольных точек и держим их до самого конца!

– Да, мэм! – крикнули в ответ девчонки, быстро поделившись на отряды и бросившись выполнять поставленные перед ними задачи, уже на ходу выслушивая распоряжения Вайсс и Янг.

– Руби, ты останешься вместе со мной, – произнесла Пирра, направляясь в сторону столовой. – Мы будем удерживать эту точку.

– Всего лишь вдвоем?! – спросила Руби, бросившись вдогонку в сопровождении тявкавшего Цвая. Тому явно очень понравилось наблюдать за бегавшими и оравшими людьми. Его хвост сейчас вилял с такой скоростью, что даже размазывался в воздухе.

– Парни сюда уже не вернутся, – ответила ей Пирра, и тут она была, в общем-то, права. Всех доступных людей я отправил именно в крылья, потому что охрана контрольных точек там оказалась минимальной. Да и шести штук нам должно было вполне хватить. И хотя Пирра очень быстро пришла в себя и отдала все нужные приказы, но девчонкам всё равно потребуется какое-то время, чтобы их выполнить.

У нас имелся шанс на победу – и только шанс. Противник был достаточно силен, чтобы отбить по одной точке в восточном и западном крыльях, получив на этих участках заметное численное преимущество. Если же у нас останется всего четыре точки, то мы всё равно проиграем. Сейчас я даже не мог ничего скорректировать. И не только потому, что являлся пленником, но и по той простой причине, что план уже находился в стадии исполнения.

Нас с Реном усадили в самом центре столовой. Мы оказались всего лишь двумя военнопленными под охраной такого же количества девушек и находились в когда-то самой защищенной крепости во всем Биконе, ныне же превращенной в своеобразное кладбище. На первый взгляд, наши силы тут были равны, вот только одна из охранниц могла с легкостью победить вообще всех присутствовавших здесь людей.

– Как думаешь, они справятся? – спросил у меня Рен.

– Не знаю. Но если что-то пойдет не так, то Кардин с Саном смогут что-нибудь придумать.

– Но ведь Янг с Вайсс намереваются захватить лишь по одной точке, и с каждой из них идет по трети всей женской армии.

Я прекрасно понимал как это, так и тот факт, парни никак не смогут при таком раскладе победить девчонок. Наши силы оказались разделены на шесть частей, так что на двух конкретных точках у противника будет как минимум двукратное преимущество. В то же время Блейк со своим отрядом возьмет под контроль основное здание, защитив библиотеку, столовую и тренировочный зал от появления там каких-либо случайных мужчин.

Наши худшие опасения начали сбываться, когда нервно ерзавшая Руби оторвалась от своего свитка и воскликнула:

– Янг захватила класс на верхнем этаже! Он снова стал красным!

– Розовым? – переспросила Пирра.

– Красным! – настояла на своем Руби, упрямо выдвинув вперед подбородок. – Он теперь наш. Вайсс еще не-… подожди, ее точка тоже изменилась! Блейк захватила еще две в центре. У нас всё получается!

– Отлично, – кивнула Пирра пинком откинув подальше от контрольной панели голубой флаг и полюбовавшись на розовый. – Пять против четырех. Сколько еще осталось времени?

– Меньше пяти минут! Вайсс прислала мне сообщение. Пишет, что они пока держатся!

Проклятье! Время очень быстро утекало. Раньше для меня в этом не было бы абсолютно никакой проблемы, потому что мы всё равно проигрывали. Но теперь, после того, через что нам всем пришлось пройти, я буду навечно проклят, если сейчас ничего не сделаю. Слишком многие верили в меня. У меня даже свой собственный культ появился!

Свиток Руби зазвонил.

– Мне нужна помощь! – послышался из него вопль Янг. – Они напали с тыла. Пришли из северного крыла. Они-…

– ЗА ЖОНГАЛЛУ! – раздался крик Кардин Винчестер. – Дави их!

– Контрольная точка стала нейтральной! – выдохнула Руби. – Она серая! Четыре против четырех!

– Ничья? – спросила Пирра.

– Н-нет. В правилах сказано, что в этом случае действует-…

Система громкой связи ожила второй раз за день, издав уже знакомый скрежет. Затем из нее раздался голос Озпина:

– Время истекло, но количество контрольных точек, удерживаемых сторонами, оказалось равным. Поэтому исход войны будет решен по правилу моментальной смерти. Первый, кто получит преимущество в количестве контролируемых им точек, и станет победителем.

Его речь окончилась громким щелчком.

Правило моментальной смерти? Почему я о нем ничего не знал? Ах да, меня же гораздо больше интересовало мое выживание, так что до сих пор на условия победы я особого внимания как-то не обращал. Теперь же судьба войны оказалась в руках Кардина, который оставил северное крыло и повел свои войска на помощь Ятсухаши, пытавшемуся отбить у Янг ее точку в западном крыле.

– Руби, звони Блейк и скажи ей отправить подкрепление в западное крыло, – приказала Пирра. – Я хочу, чтобы она тоже пошла туда и сосредоточилась именно на флаге! Пусть напрочь забудет о самой битве, но воткнет туда розовый флаг!

– Красный…

– РУБИ!

– Ладно! – отозвалась та, набирая нужный номер и передавая сообщение, а затем получая подтверждение от Блейк. Я знал, что дела у нас шли довольно неважно, но сейчас они грозили пойти еще хуже. Кардин с Ятсухаши были крепче стальных гвоздей, но даже они не сумели бы противостоять объединенной мощи Янг, Блейк и остальных Куноичи Любви. Нора тоже могла в любой момент где-то объявиться, так что времени оставалось всё меньше и меньше.

Проклятье! Если бы мы имели право сделать хоть что-нибудь… Но без парня, который бы нас “освободил”, нам нельзя было даже притрагиваться к вражескому флагу. Вряд ли преподаватели засчитали бы нам такую победу, если бы мы просто наплевали на правила. И никакого другого способа повлиять на эту битву у нас тоже не имелось. Руби уткнулась в экран своего свитка, Пирра нервно ходила туда-сюда возле входа, а-…

Подождите-ка…

Ну конечно!

– Тащи палку! – крикнул я. Руби, Рен и Пирра обернулись ко мне, но я и не думал умолкать: – Хватай палку, мальчик, и тащи ее сюда!

Руби вовсе не являлась дурой. Она чуть не задохнулась от ужаса и даже выронила из рук свиток.

– Цвай, НЕТ! Не тащи ее!

Тот посмотрел в ее сторону, услышав приказ своей хозяйки. Но главным в нем оказалось именно слово “тащи”, в то время как частица “не” была проигнорирована. Цвай всегда вел себя именно так, и я прекрасно об этом знал, потому что меня часто просили за ним присмотреть. Если, например, сказать ему: “не ешь мою еду, пока я отлучусь в ванную”, то она обязательно окажется съеденной. Он был очень умным псом и потому обладал избирательным слухом. Так что у приказа “не тащи” могло иметься лишь одно единственное толкование.

Цвай вильнул хвостом, а потом бросился вперед.

Руби моментально активировала свое Проявление, откинув Кресент Роуз в сторону и побежав наперерез ему. Но Цвай использовал весь свой опыт выскальзывания из ванной, где его обычно зажимали в угол, чтобы пробежать у нее между ног и продолжить двигаться к своей цели.

Розовый флаг – то есть тряпка на длинной деревянной палке – гордо стоял на своем месте.

Дыхание Цвая уже касалось этой самой палки, когда его все-таки поймали.

Пирра упала на кафельный пол и проехала по нему несколько футов, прежде чем ухватила корги, тут же прижав его к груди, чтобы он не пострадал.

– Молодец, Пирра! – крикнула Руби.

Мое сердце замерло. Цвай был нашей последней надеждой…

– Такого уж точно не произойдет, – произнесла Пирра, морщась из-за боли от не слишком удачного падения. Затем она поднесла Цвая к своему лицу, игнорируя его отчаянные попытки вырваться. – Твои выходки уже лишили нас еды, мистер. Не хочу – ох – чтобы они еще и стоили нам победы.

Всё было кончено. Еще остававшиеся у меня крохи надежды исчезли, а я сам обессилено опустился на пол. Отчаянный гамбит оказался прерван в самый последний момент. Теперь можно было надеяться лишь на Кардина. Хотя вряд ли ему удастся справиться с двумя третями женской армии. Всё было кончено. Мы проиграли.

– Пирра! – неожиданно крикнул Рен. – Когда Жон взял Руби в плен, то они жили в одной комнате. И спали они тоже вместе!

Мой рот даже открылся от удивления.

– Какого хрена, Рен?!

– Нет-нет-нет! – воскликнула Руби. – М-мы ничем таким не занимались! Ничего не было! Пирра, не слушай его!

– Руби?.. – произнесла та, причем она казалась чем-то сильно задетой и даже обиженной.

– Он всё врет! Ничего подобного не было!

– Но Жон ведь сейчас является именно твоим пленником, – продолжил Рен. – Он сделает всё, что ты пожелаешь. Вообще всё. Твой личный пленник.

– Рен, ты – предатель! – возмутился я.

– Всё, Пирра. Только представь себе это. Представь, каково это будет…

Я не знал, какие кошмарные вещи она себе сейчас вообразила, но там наверняка было что-то очень страшное. Иначе зачем еще ей понадобилось так тяжело дышать? Рот Пирры немного приоткрылся, но она не сказала ни слова. Ее щеки сначала порозовели, потом покраснели, а после этого и вовсе сравнялись цветом с огненным Прахом. Зрачки глаз, чей взгляд не отрывался от меня, начали быстро расширяться.

– Эм… А можно как-нибудь понежнее? – поежившись, спросил я. Когда никакого ответа от нее так и не последовало, я решил, что молить о пощаде требовалось еще более усердно: – Будь со мной очень нежной, моя Королева…

Пирра уставилась на меня, каким-то совершенно непонятным образом умудрившись покраснеть еще сильнее. Всё ее тело дрожало, а зрачки зеленых глаз оказались расширены до предела. Вскрикнув, она закрыла лицо обеими руками.

– Гражданская война в Биконе окончена! – неожиданно объявил Озпин. – Всем студентам немедленно прекратить бои и сложить оружие. Повторяю: Гражданская война в Биконе окончена!

Наверное, это было и к лучшему. Для меня она закончилась там же, где и началась – в столовой. Я с трудом вспоминал, как мы с Реном когда-то совершенно внезапно стали чужими в мире, который больше нам не принадлежал. Тогда не было ни Королевств, ни религий, ни самой войны. С тех пор прошло меньше недели, но для нас самих времени прошло, как нам казалось, гораздо больше. Гражданская война в Биконе началась шумом и дракой, но вот ее окончание очень сильно отличалось от этого.

Завершилось всё радостным корги, который гордо положил розовый флаг к ногам своей хозяйки. Приложенную той к лицу ладонь он проигнорировал.

Послесловие от Лая Рена

Верного соратника, главы разведки и просто друга

Я благодарю тех, кто прочитал мой труд. Я старался собрать разрозненные записи и сказания о Гражданской войне, отрывки из различных источников, что могли бы дать взгляд с разных сторон и точек зрения на одни и те же события, но основным моим рабочим материалом оставался именно дневник Жона.

Я понимаю, что многие будут читать мой труд так, словно он предназначен лишь для того, чтобы их развлечь. Но даже это окажется гораздо лучше, чем если мои читатели начнут предаваться гневу или унынию.

И всё же своей основной задачей я ставил совсем не развлечение. Хотя легенды очень долго живут в человеческих сердцах, но они имеют тенденцию со временем разрастаться, затмевая собой всё, что происходило на самом деле. Моей главной целью было сделать так, чтобы ничего подобного не произошло. Герои той войны далеко не всегда являлись теми, кем они казались со стороны. Но люди склонны к преувеличениям. Я надеюсь, что позволив вам взглянуть на мысли и чувства человека, который оказался в самом центре событий, я смогу дать вам шанс увидеть его самого.

Шанс на то, чтобы познакомиться с настоящим Жоном Арком – человеком, чья личность оказалась полностью сокрыта легендой о нем же.

Кое-кто видит в Жоне Бога, некоторые – выдающегося лидера, и существуют даже те, кто воспринимает его отчаявшимся человеком, пытавшимся просто выжить. Здесь, в его записях, вы сами можете посмотреть, кем именно он являлся в действительности. Вовсе не непогрешимом воплощением добра и справедливости, не гением вне рамок нашего понимания, но таким же человеком, как и все мы, которому совсем не чужды были сомнения и неуверенность в собственных силах. Возможно, вы, так же как и я, поймете, что наиболее строго его судил именно он сам.

В конце концов, кому еще было судить Его?

Как вообще можно судить того, кто собрал нас всех, привел на Север и создал могучее Королевство Жонгаллы, что и по сей день живо в сердцах всех мужчин? Да, братья мои. Наш Господин столь скромен, что даже Он испытывает сомнения, хотя могущество Его выходит далеко за рамки нашего представления о возможном.

Да здравствует Жонгалла!

Да здравствует Жон!

Да здравствует-…

Книга оказалась с силой захлопнута. Жон положил ее на стол, а затем уставился на Рена, который как раз заинтересованно глядел на него.

– Ну? Что думаешь? Я попытался ухватить самую суть тех событий, и мне кажется, что получилось довольно неплохо.

– Думаю, что я в тебе ошибся, – с каким-то отчаянием в голосе отозвался Жон. – И этот факт повергает меня в самое настоящее уныние. Ты же, надеюсь, понимаешь, что вся моя “стратегия” являлась смесью удачи и вызванных страхом поступков?

– Как скажешь, – кивнул Рен, явно ему не поверив. В конце концов, он был точно таким же фанатиком, как и все остальные, просто очень хорошо умел это скрывать. К тому же вся критика Жона обычно была направлена именно на него самого, и это говорило лишь о том, что ошибался он прежде всего в себе. Впрочем, уныние и в самом деле выглядело настоящим.

– Ну, это было весьма познавательно, – произнесла Янг, осторожно забирая книгу себе, пока Жон со стоном уткнулся лицом в стол. – Я, конечно же, знала, что ты являлся их лидером, но вот о том, что у тебя появился свой собственный культ… Это правда?

– Рассел недавно пытался продать мне какую-то книгу… – пробормотала Руби.

– Ох, – простонал Жон. – Нужно будет постараться выкрасть их все и сжечь.

Девушки рассмеялись, а Янг еще и издевательски потыкала пальцем ему в щеку. Война закончилась около недели назад, и жизнь снова вернулась в привычную колею. Ну, кое-где еще продолжался ремонт, но и он не должен был слишком сильно затянуться. И, наверное, стоило упомянуть о том, что Цвай оказался вынужден несколько дней прожить в комнате команды JNPR, ожидая того момента, когда Блейк окончательно успокоится.

– Поверить не могу, как серьезно мы всё это воспринимали, – сказала Нора. Сейчас они могли просто посмеяться над своими воспоминаниями о войне. – Это было самым настоящим безумием!

– Это точно, – хихикнула Пирра. – И в конечном счете победа даже не имела особого значения!

– Эм? – удивленно моргнула Руби. – Что ты имеешь в виду?

– Мы разделили между собой призовые деньги, – пожал плечами Жон. – Пирра с Норой сказали, что в случае своей победы поступили бы точно так же, поэтому для нас оказалось не так уж и важно, какая именно сторона выиграла бы эту войну. У нас в команде всё равно две девушки и два парня. Забавно, правда?

Смертельно опасный холод внезапно навис над их столом, заставив всех четверых членов команды JNPR поежиться.

– Ага, – выдавила из себя Янг, сверкая красными глазами и глубоко впившись ногтями в древесину столешницы. – Невероятно забавно. Абсолютно никакой разницы. Ха-ха…

– Да кому вообще нужно это печенье? – рассмеялась Руби, но смех ее был каким-то неестественным. – От них лишь проблемы с зубами и лишним весом. Кому захочется чего-то подобного?

– Ниндзя Любви… специальное коллекционное издание… всё пропало…

Вайсс просто окинула их сердитым взглядом, так ничего и не произнеся.

– К-как бы там ни было, – поспешила сменить тему разговора Пирра, пока у них не началась еще одна гражданская война, – мисс Гудвитч сказала, что это оказалось весьма полезным для нас опытом. И не только в плане боев, но и в вопросах лидерства и организации. И что у нас будет еще немало занятий, посвященных работе над ошибками. Но мне показалось, что она была чем-то сильно расстроена.

– Я слышала, что они с Озпином поспорили насчет того, кто именно победит в этой войне, – произнесла уже успокоившаяся Янг.

Вайсс закатила глаза.

– Только не говори мне, что поверила в этот глупый слух. Преподаватели просто не могут оказаться настолько непрофессиональными, чтобы заключать пари насчет нас и наших действий. Наверняка ее расстроило то, что мы всё же упустили победу. Это же насколько невезучими нужно оказаться?

– Невезучими? – переспросил Рен. – Наверное, ты имела в виду “проигравшими по всем статьям”?

– Я имела в виду именно “невезучими”, – проворчала Вайсс. – Может быть, ты и присоединился к его культу, но я бы попросила тебя постараться не упоминать об этом при мне. Жон сам признался, что всё это было счастливым для него стечением обстоятельств.

– Моя работа ясно говорит о том, что он излишне самокритичный.

– Называй как хочешь. Но его стратегическое мышление тут точно не сыграло никакой роли.

– И это говорит та, кто завела свои собственные силы в ловушку.

– Там не было моей ошибки!

– А записи Октавии утверждают обратное.

Вайсс тут же вскочила на ноги.

– Немедленно забери свои слова назад!

Рен тоже поднялся со своего места.

– Нет.

– Вперед, Ренни! – радостно крикнула Нора. – Защити честь лидера нашей команды! Деритесь, деритесь, деритесь!

Жон не стал обращать на них внимания, со вздохом встав из-за стола и почесав затылок. Затем он дождался, когда к нему присоединятся Пирра, Руби и Блейк. Янг осталась наблюдать за дракой, а Нора решила и дальше поддерживать своего друга.

– Рен после всего произошедшего стал гораздо увереннее в себе, – хихикнула Пирра. – Или он просто не любит критику в адрес своей работы, в которую вложил столько сил.

– Не сомневаюсь, что место ей в секции фантастики какого-нибудь книжного магазина, – проворчал Жон. – Поверь мне, я был совсем не таким крутым, как он меня там описал. Я всё время очень сильно нервничал и вообще желал просто выжить.

– Но в итоге ты всё равно победил, – заметила Блейк.

– Ага. А ты, кстати, испугалась Цвая, – хихикнула Руби.

– И не без причины. Эта дворняжка решила исход всей войны! Жон даже не начал бы свое восстание, если бы ты получше присматривала за этим тупым корги. Только из-за погони за Цваем он объединился с Кардином. И это уже не говоря о потере нами еды в Жонгалле-…

– Пожалуйста, не упоминай при мне этого названия, – попросил немного покрасневший Жон.

– В том месте, – исправилась Блейк. – Мы потеряли еду только из-за Цвая. Ты попала в плен из-за него. И меня тоже захватили именно из-за него. Вся война была проиграна из-за Цвая!

– Восславим же Цвая, – усмехнулся Жон. – К Нему мы возносим молитвы свои.

– Восславим, – отозвалась Пирра, а затем рассмеялась. – Да ладно вам, всё не так уж и плохо. Мы все отлично повеселились, и никто из нас в итоге не пострадал. К тому же у нас теперь есть целая неделя без домашних заданий. И еще мы завели себе новых друзей. Например, я недавно познакомилась с девушкой по имени Синдер. Кажется, она находится под огромным впечатлением от твоих достижений, Жон. Даже сказала, что ей придется “кое-что отменить”, поскольку “он” может разрушить все ее планы.

– Странно. Она не объяснила, что именно имела в виду?

– Нет. Но ее товарищ по команде – парень по имени Меркури – слишком верен тебе, и это, видимо, сильно ее беспокоит. Как бы там ни было, но мне кажется, что мы все стали гораздо ближе друг другу. Рен проводит много времени с командами CRDL и SSSN. И еще я слышала, что Кардин во всеуслышание заявил о том, что ошибался насчет фавнов, и теперь Сан является его лучшим другом. Я думаю, что этот опыт пошел на пользу нам всем.

– Тебе легко это говорить, – проворчала Блейк. – У тебя есть призовые деньги…

– Мне гораздо интереснее наблюдать за тем, как сильно всё вокруг изменилось, – произнесла Руби. – Например, наше отношение к тому же Фестивалю Вайтела. Оно ведь теперь поменялось, верно?

– Что-то я этого не заметил, – сказал Жон, проходя через открытые для него двери. – Честно говоря, никаких особых изменений я пока что не видел. Жизнь просто вернулась в привычное русло. То есть всё это, конечно же, было довольно весело, но лично я очень рад тому, что война наконец закончилась, и мне удалось ее пережить без особых потерь. Ну, если только Рен не станет продавать свою книгу.

Руби даже остановилась, удивленно уставившись на него.

– Ты хочешь сказать, что не видишь абсолютно никаких изменений?

– Ага. Вокруг всё тот же старый добрый Бикон, – ответил Жон, зевнув и отправившись дальше, разумеется, так и не заметив влюбленного взгляда Пирры, направленного ему в спину.

Руби оглянулась назад. Кардин с Саном стояли по обе стороны от дверей столовой, и именно они открыли их для Жона и тех, кто шел рядом с ним. Дальше по коридору парни опускались на одно колено, прикладывая кулак к сердцу, когда Жон проходил мимо. Их губы при этом шептали то ли слова верности своему сюзерену, то ли что-то религиозное. Даже доктор Ублек низко ему поклонился, вытирая выступившую слезу.

– Ага… – пробормотала Руби, чувствуя, как по ее виску скатилась капля пота. – Абсолютно ничего не изменилось…

Content

Coeur Al'Aran
ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА В БИКОНЕ
Первая глава – Начало войны

Глава 1 Первая глава – Начало войны

Глава 2 Вторая глава – Скромное начало

Глава 3 Третья глава – Основа племени

Глава 4 Четвертая глава – Первый удар

Глава 5 Пятая глава – В центре внимания

Глава 6 Шестая глава – Пересечение путей

Глава 7 Седьмая глава – Основание

Глава 8 Восьмая глава

Глава 9 Девятая глава – Из теней

Глава 10 Десятая глава – Превратности войны

Глава 11 Одиннадцатая глава – Король всех мужчин

Глава 12 Двенадцатая глава

Глава 13 Тринадцатая глава