Андреа Лоренс

Любовное зелье для плейбоя

Глава 1

— Мисс Ниаркос сейчас примет вас.

Айдан Мерфи встал, застегнул пиджак и поправил галстук. Ношение костюма казалось ему немного непривычным после того, как он долго обходился без него. Когда-то деловой костюм был для него как вторая кожа. Потом его мир перевернулся с ног на голову, и все пошло по-другому. Бармену не требовались дизайнерские костюмы и шелковые галстуки. На бармена в ирландском пабе «Мерфи», будут коситься с подозрением, если он напялит деловой костюм.

Но сегодня речь не о том, что приемлемо в пабе «Мерфи», и не о жизни, которую Айдан ведет уже пять лет. Сегодня речь пойдет о его умерших родителях, их последней воле и компромиссе, на который он должен пойти, чтобы почтить их память.

Потеря обоих родителей с разницей в несколько лет заставила Айдана заниматься тем, чем он никогда не занимался: ирландским пабом «Мерфи» на Манхэттене и огромным домом в Восточном Бронксе. Он работал менеджером по рекламе и имел диплом в области маркетинга, поэтому у него хватило деловой сообразительности, чтобы восстановить паб, однако родительским домом он до сих пор не занимался. Просто он не был готов расстаться с жилищем, где прошло его детство, так скоро.

Его родители купили землю под строительство большого дома для ирландской католической семьи, которую надеялись завести, но этого не случилось. Дом стоил приличных денег, но даже если бы Айдан хотел его продать, это было бы не так просто сделать. Район, где располагался дом, становился все безлюднее, цены на аренду помещений падали. Мать Айдана знала об этом и попросила сына сохранить и использовать имущество после того, как он переделает дом под реабилитационный центр для людей, прошедших курс лечения от алкоголизма. После мучений с мужем-алкоголиком она знала, что такой реабилитационный центр крайне необходим. Из-за его отсутствия ее муж снова прикладывался к бутылке всего через несколько недель после выхода из клиники.

Вот поэтому он и обращается в фонд «Ниаркос фаундейшн», хотя Айдану была ненавистна сама идея просить помощи у богачей. Однако Айдану требовались деньги, чтобы воплотить мечту своей матери. Много денег. Его личные денежные сбережения давно оскудели из-за постоянных пьянок отца. Поэтому Айдан пришел сюда, решив подать заявку на грант для открытия реабилитационного центра. Ему казалось, что он стал попрошайкой.

Открыв дверь в офис, он затаил дыхание. Сейчас или никогда. Остается надеяться, что мисс Ниаркос будет восприимчива к его прелестям. Он знал, что улыбка и легкий флирт помогают получить желаемое от большинства дам. Он старался не злоупотреблять своими чарами, но сегодня они должны облегчить ему задачу.

Айдан шагнул через порог в ярко оформленное помещение и остановился. Он прищурился, уставившись в карие, экзотические глаза женщины, которая исчезла из его жизни более года назад. Все мысли о флирте с администратором фонда вылетели у него из головы, когда он понял, кто она.

Вайолет.

Вайолет Ниаркос, очевидно. Хотя они не представлялись друг другу полными именами в тот короткий период, пока были вместе. В противном случае он, возможно, сумел бы выследить эту неуловимую красотку после того, как она бесследно исчезла.

Айдан не поздоровался, потому что его сбило с толку выражение лица Вайолет. Она явно не узнала его и смотрела на него так, словно он был еще одним человеком, пришедшим к ней за материальной поддержкой, а не тем, с кем она занималась любовью. Очевидно, этот опыт произвел на него большее впечатление, чем на нее.

— Вайолет? — спросил он, просто чтобы доказать самому себе, что разговаривает именно с ней. Он мог поклясться, что это она, хотя время могло повлиять на его память. Женщина перед ним была намного красивее, чем прежде.

— Да, — ответила она, вставая и обходя письменный стол, чтобы поздороваться с ним жестко и формально. На ней была лавандовая шелковая блузка, серая юбка-карандаш, чулки и простые, но красивые серые лодочки. У нее на шее была нитка серебристого жемчуга, а в ушах — жемчужные серьги. Нынешняя Вайолет была гораздо сдержаннее и консервативнее той, которую Айдан встретил в ту ночь в баре.

— Ты меня не узнаешь, — произнес он. — Я Айдан. Полгода назад мы встретились в пабе «Мерфи».

Ее нежное лицо внезапно скривилось. Она округлила карие миндалевидные глаза и разомкнула темно-розовые губы. Казалось, она наконец поняла, кто перед ней.

— Боже мой… — Она закрыла руками нос и рот.

Айдан старался не паниковать, когда в ее глазах заблестели слезы. Много ночей он лежал в постели без сна, задаваясь вопросом, что случилось с Вайолет и почему она больше не приходит в паб. Он представлял себе их встречу, но не предвидел ее слез. Он не сделал ей ничего плохого, верно?

В конце концов, она первой ушла от него, исчезнув на рассвете как привидение, а он начал думать, что у него разыгралось воображение. Она стала его наваждением. Ни одна другая женщина кроме Вайолет так не влияла на Айдана.

Если бы не вкус ее губ и не разорванные кружевные трусики на полу спальни, он решил бы, что она — сон.

— Айдан, — прошептала она так, будто говорила с кем-то еще, кроме него. Через мгновение по ее щекам покатились слезы.

Он боролся с желанием подойти к ней и крепко обнять. Он не хотел видеть, как она плачет, особенно при встрече с ним. Но что-то в ее взгляде заставило его медлить. Вероятно, это было сожаление. Вайолет была довольно шикарной дамой. Возможно, она забыла о своем двухдневном свидании со страстным барменом, и теперь, когда он стоит в ее офисе, она пытается справиться со смущением. Иначе она не плакала бы и не выглядела так, будто хочет убежать из своего удобного офиса через окно.

— С тобой все в порядке? — спросил он.

Его слова, казалось, вырвали ее из ступора.

Она быстро вытерла слезы со щек и на секунду отвернулась от него.

— Да, конечно, — ответила она, хотя он ей не поверил. Она вежливо улыбнулась. — Прости. Просто я…

Она пожала ему руку. Он почувствовал, как у него покалывает пальцы от ее прикосновения. Однако теперь прикосновение Вайолет стало жестче; она шагнула назад и указала ему на стул для посетителей.

— Пожалуйста, присаживайся. Нам есть что обсудить.

Айдан сел напротив массивного письменного стола из вишни. Стул был удобнее, чем он предполагал. Вайолет нервно перекладывала на столе документы. Это был не типичный офис, а скорее гостиная с плюшевыми стульями и красочными тканями. На стенах висели яркие картины и фотографии красивых мест с белыми зданиями на фоне бирюзово-синей воды. Где та женщина, которая оформляла этот офис? Та, что приходила в паб «Мерфи», чтобы забыть о проблемах.

— Прежде чем мы обсудим твою заявку на грант, мне нужно извиниться, — начала Вайолет. — Я уверена, ты обиделся на мое исчезновение. Сейчас мне очень совестно.

— Я просто хочу знать, что с тобой случилось, — правдиво ответил Айдан.

Она не была первой женщиной в мире, которая ускользнула от любовника на рассвете, но она больше не выходила с ним на связь и не приходила в паб. Айдан практически жил в «Мерфи». Она могла бы найти его там в любое время, но она этого не сделала. Их близость оказала на него огромное влияние, поэтому он удивился, что Вайолет так легко от него ушла. Он много раз хотел разыскать ее, но не смог.

— Я попала в аварию. — Вайолет нахмурилась, уставившись на стол. Она с явным трудом вспоминала все, что произошло. — Наверное, это случилось сразу, как только я вышла из твоей квартиры. Такси, на котором я ехала, врезалось в автобус сзади, и я ударилась головой о перегородку. Я очнулась в больнице.

Сердце Айдана ушло в пятки. Он не предполагал, что Вайолет не выходила с ним на связь потому, что не могла этого сделать. Он был дома и сердился на нее, а она лежала в больнице.

— Как ты сейчас себя чувствуешь? — спросил он.

— Хорошо. — Она улыбнулась. — У меня была здоровенная гематома на голове, но в основном только синяки. Я легко отделалась, если не считать потери памяти. В основном я забыла события уик-энда до аварии. Последнее, что я вспомнила, когда очнулась: я ухожу из своего офиса после важного совещания за неделю до аварии. За последние несколько месяцев я все испробовала, чтобы восстановить память, но ничего не получилось. Я не связывалась с тобой, потому что не помнила тебя и то время, что мы провели вместе, пока ты не вошел в мой офис сегодня и не назвал свое имя.

— Значит, у тебя амнезия?

При упоминании амнезии Вайолет захотелось съежиться. Она не выносила этот термин. Амнезия казалась ей чем-то, существующим только в мыльных операх, а не в медицинской практике. И все же целый уик-энд из жизни Вайолет был стерт из ее мозга, словно его никогда не было.

Врачи сказали ей, что рано или поздно воспоминания к ней вернутся, но не сообщили, когда и как. Со временем у нее будут случаться небольшие вспышки воспоминаний или ощущения дежавю; и память может вернуться внезапно как приливная волна.

Она смотрела на Айдана и чувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. В одно мгновение ее мозг переполнился образами: она и Айдан лежат в постели, обнаженные и потные; они смеются и разговаривают. Она изо всех сил старалась не покраснеть от смущения, переживая такие интимные воспоминания фактически о незнакомце. Но эти мысли быстро сменились осознанием того, что все это для нее значило.

Именно поэтому она плакала.

Последние пятнадцать месяцев она пыталась понять, что потеряла, забыв два дня своей жизни. Сразу после аварии она решила, что обязательно все вспомнит. Но потом она отказалась от этих попыток, поняв, что беременна. Она обо всем рассказала своему парню, Бо Россо, и они стали вместе ждать рождения ребенка.

Затем появился ребенок, и пропавший из ее жизни уик-энд стал важным как никогда.

— Я знаю. — Она подняла руку, чтобы остановить любые возражения Айдана. — Это кажется безумным. Я сама бы в это не поверила, если бы со мной такого не случилось. Я потратила почти полтора года, пытаясь вернуть себе память. Но не было ничего, а воспоминания о том уик-энде появились только сейчас.

Айдан пригладил рукой непослушные рыжие волосы и поднял бровь.

— И что именно ты вспомнила обо мне? — Он ждал ее ответа, изогнув губы в самодовольной улыбке.

На этот раз Вайолет густо покраснела. Ей не нравилось чувствовать себя неуверенно. Особенно теперь, когда Айдан знал о ней то, чего она не помнила.

— Я… — начала она. — Я помню, что пришла в паб. Ты там работал?

Он усмехнулся:

— Хуже. Я его владелец.

Вайолет кивнула, стараясь не вздыхать с облегчением. У нее не было привычки заводить романы с барменами. Она являлась наследницей судоходной компании одной из самых богатых семей Европы и была воспитана соответствующим образом. Ее дедушка перевернулся бы в гробу, узнав, что Вайолет сошлась с барменом. Хотя Айдан владелец паба. Ну, по крайней мере, он бизнесмен, а не страстный парень, который оплачивает аренду своего жилья соблазнительной улыбкой и чаевыми.

Вайолет слегка прикусила губу, пытаясь разобраться со своими воспоминаниями. Она вспомнила, что идет в паб, хотя не знала почему. Она не посещала подобные места. Она помнила, когда впервые увидела Айдана.

— Я помню, как пошла к тебе. — Ее щеки горели. — По-моему, мы оба знаем, что произошло потом.

Айдан медленно кивнул:

— Я много раз вспоминал тот уик-энд с тобой и пытался понять, что я сделал не так.

— Что ты имеешь в виду? Я не все помню, но я помню, что ты не делал ничего неправильного.

— Но ты же ушла от меня, — сказал он. — Я проснулся в воскресенье утром, а тебя нет рядом. Когда ты ушла? Я ничего не слышал.

Вайолет попыталась вспомнить. Она ушла из его квартиры рано утром, но почему? У нее были дела?

— Я куда-то торопилась. Я не хотела тебя будить. Я собиралась позвонить тебе.

— Но у тебя случилась амнезия, — недоверчиво вставил Айдан.

— Да. Мой телефон разбился во время аварии, поэтому я потеряла все новые контакты, включая твой номер, не сделав резервную копию. Любые воспоминания о нашем уик-энде вместе стерлись из моей памяти. — Ну, большинство из них. Одно напоминание осталось, и Вайолет видит его ежедневно.

— Хорошая отговорка, — заметил Айдан.

Вайолет не понравился его тон.

— По-твоему, я лгу?

Айдан только пожал плечами:

— Мне просто трудно тебе поверить.

— Я уверяю тебя, если бы я хотела прекратить наше… — Что между ними было: связь, роман, интрижка? — Если бы я просто хотела с тобой расстаться, я бы легко это сделала. Мне незачем придумывать истории об амнезии и разбитых телефонах, чтобы больше не видеться с тобой.

— Значит, ты хотела снова со мной увидеться. — Это было утверждение, а не вопрос. Его усмешка нервировала ее, у нее скручивало живот. Казалось, ему нравится выводить ее из себя.

Вайолет не помнила ни одного мужчину, который заставил бы ее трепетать одним только взглядом. При одном воспоминании о прикосновении Айдана она почувствовала, как ее решимость рушится. Она не сказала ему правду о том, что ночи, которые они провели вместе, были лучшими в ее жизни. Он как опытный скрипач почти мгновенно овладел ее телом, словно скрипкой. Как она могла забыть об этом?

— Я хотела. — Она сглотнула ком в горле.

Она проследила за его взглядом, когда он посмотрел на ее руку. Несколько месяцев она носила обручальное кольцо, подаренное Бо. Теперь линия загара на пальце исчезла, и она испытывала странное ощущение.

— А теперь?

Опасный вопрос. Проводить уик-энд с Айданом одно, но теперь все изменилось.

— Теперь это не актуально, — уклончиво ответила она.

— Черта с два!

Айдан встал и обошел ее стол. Он наклонился над ней, упираясь руками о подлокотники ее кресла. Он был так близко, что она ощущала теплый запах его тела.

Вайолет затаила дыхание. Ей хотелось протянуть руку и избавиться от пропасти, которая лежала между ними. Прошедшие месяцы ей было страшно и одиноко. У нее появился соблазн снова увлечься Айданом и позволить ему напомнить ей обо всем, что она забыла.

— Я почти полтора года пытался понять, что случилось с тобой, Вайолет. Я старался тебя забыть, но не мог. — Он помолчал и оглядел ее с головы до ног. — Теперь ты возвращаешься в мою жизнь с этой дикой историей и своими большими глазищами, и ты говоришь, что мне наплевать на твою привлекательность?

Как ей объяснить ему, что ситуация усложнилась и она не может просто упасть в его объятия?

Айдан наклонился вперед, их губы разделяло несколько дюймов. Сердце Вайолет колотилось как сумасшедшее, она прерывисто дышала. Вдыхая запах Айдана, она вспоминала, как утыкалась лицом ему в шею или в подушки, хранящие аромат его тела. Сейчас он так близко. Если она передвинется ближе к нему, они поцелуются.

— Говори! — потребовал он.

Вайолет не могла отвести от него взгляд. Пока он смотрит на нее таким образом, она сделает все, что он захочет.

— Айдан…

— Говори!

Она с трудом сглотнула.

— Ладно. Да, меня по-прежнему тянет к тебе. Ты рад?

Он прищурился и отступил от нее.

— Не очень. Я ни разу не встречал женщину, которая бы так энергично боролась со своими желаниями. Ты не хочешь, чтобы тебя ко мне тянуло. Это потому, что я бармен, а не банкир, как твой парень?

Вайолет вздрогнула. Это не было причиной, но это, безусловно, не помогло в их ситуации. Ей не нужны деньги мужчин, она сама миллиардерша, но в прошлом она встречалась только с богачами. Это помогало ей не чувствовать себя призом, который можно выиграть по лотерейному билету. В ее мире было много мужчин, которые охотились за богатыми женщинами.

— Нет, — возразила Вайолет. — Дело не в этом. И вообще, он — мой бывший парень. Слушай, нам надо кое-что обсудить. — Она прижала руку к его груди, надеясь немного оттолкнуть его от себя, но Айдан не сдвинулся с места. Она почувствовала его жесткие мышцы под рубашкой. — Пожалуйста, присядь.

Он не ответил. И не сдвинулся с места. Она поняла, что он смотрит куда-то поверх ее плеча.

— Айдан?

Он даже не слушал ее.

Вайолет обернулась и посмотрела на фотографию в рамочке у себя на столе. Это была единственная фотография Нокса, которую она держала в офисе, и теперь она пожалела об этом. На снимке был пухлый мальчик с ярко-рыжими кудряшками и большими голубыми глазами. Айдан заметил фото, но не просто потому, что ее сын был восхитителен. Их сходство было невозможно игнорировать. Наконец последняя, важная часть головоломки встанет на свое место.

Айдан округлил глаза и приоткрыл рот. Он понял, для чего она держит в офисе эту фотографию. Не придется делать тест на отцовство, чтобы понять истину. Наконец он повернулся к Вайолет и с трудом сглотнул.

— Это твой ребенок? — спросил он.

Она кивнула, и он выпрямился. Внезапно ей стало холодно.

— Да. Это Леннокс, мой сын. Ему почти полгода.

— Леннокс, — повторил Айдан, словно пытаясь привыкнуть к этому имени.

— Я называю его Ноксом. Он замечательный. Такой умный и ласковый. Мне с ним очень повезло.

Айдан повернулся к фотографии, желая озвучить очевидный вопрос.

— Да, — начала Вайолет, испытывая одновременно облегчение и страх. Она долго волновалась о том, что никогда не скажет правду о своем сыне. А теперь она просто не находила слов. Крепко сжав руками подлокотники кресла, чтобы успокоиться, она посмотрела в голубые глаза Айдана. — Я уверена, что он твой сын.

Глава 2

— Мой сын?

Айдан опешил. Он сразу заподозрил неладное, когда увидел фотографию ребенка.

— Да. Мне жаль, что ты узнал об этом только сейчас. Пожалуйста, сядь, и мы поговорим.

Айдан неохотно сел на свое место. Во всяком случае, он сел до того, как у него подкосились ноги. У него путались мысли. Он пришел сюда, чтобы подать заявку на финансирование, а вместо этого получил сына. Сына по имени Нокс. Сына, которого он раньше не встречал.

Ему стало не по себе. Он всегда планировал, что у него будет семья. Он хотел получить шанс и стать хорошим отцом, какого не было у него самого. Он знал, что, когда он решит жениться и создать семью, он посвятит ей всю свою жизнь, потому что так должно быть.

А теперь он узнает, что его сыну почти шесть месяцев. Он все исправит в ближайшее время. Не важно, что на уме у Вайолет, он будет воспитывать Нокса.

— Почему ты не сказала мне, что у меня родился сын? — Его удивил звук собственного голоса; его переполняли эмоции.

Выражение лица Вайолет стало сердитым.

— Ты всерьез спрашиваешь меня об этом?

Видимо, она решила опять заявить ему об амнезии. Айдан не поверил ей, но на этот раз решил уступить.

— Значит, раз ты забыла, что мы спали вместе, ты также забыла о том, что я отец ребенка?

Она придвинула кресло к столу и положила ухоженные руки на кожаную подложку. Она хмурилась и подыскивала правильные слова.

— Ты так рассуждаешь, словно я не терзалась последние шесть месяцев, не имея понятия о том, кто отец моего ребенка.

— А кого ты считала отцом ребенка до этого?

Она уставилась на стол.

— Я думала, это ребенок Бо — моего бывшего парня. Я не помнила, как проводила с тобой время, поэтому у меня не было причин думать иначе. Мы объявили о помолвке и собирались пожениться. Но когда акушерка вручила ему ребенка с курчавыми рыжими волосами, все стало понятно.

Айдан старался не смеяться. Он воображал сцену, когда все задались вопросом, откуда взялся этот юный рыжеволосый ирландец. Ситуация была бы забавной, если бы Айдан не пропустил рождение своего первенца.

— Как он это воспринял? Негативно, я полагаю.

Вайолет вздохнула и посмотрела на него:

— Это не важно. Важно то, что мы с ним расстались. И мы знаем, что он не может быть отцом моего ребенка. Это подтвердил анализ ДНК.

— Что сказали твои родители?

Она прищурилась, глядя на него.

— Разве мы раньше обсуждали моих родителей?

Казалось, Вайолет не помнит их разговоров. Вероятно, это связано с избытком текилы, а не с травмой ее головы. Она была очень расстроена, когда пришла в паб, в ее глазах стояли слезы. Айдан выслушал ее историю и решил ее развеселить, не предполагая, что все закончится рождением ребенка.

— Нет, — объяснил он. — Ты говорила о том, что они заставляют тебя сойтись с каким-то парнем, хотя он отъявленный мерзавец. Я думаю, ребенок от другого мужчины стал для них разочарованием.

— Ну да. Но их сильнее разочаровало то, что я родила от неизвестного мужчины. Они не хотят, чтобы их друзья и родственники узнали правду. Они были бы намного счастливее, если бы я была замужем за Бо и притворялась, что Нокс его сын. По-моему, они продолжают говорить, что Бо — отец и мы с ним просто поругались. Моя мать пыталась убедить меня, что у нас в роду есть рецессивный ген, отвечающий за рыжие волосы, который достался нам от наших предков греков и евреев. — Она покачала головой. — Я ей не верила. Она просто хватается за соломинку.

— Полагаю, они будут не в восторге от того, что настоящий отец ребенка — разорившийся ирландец, владеющий пабом.

Вайолет очень серьезно посмотрела на него. Он мог сказать, что прошедший год сильно повлиял на нее. Если она говорит правду о том, что все забыла, ей крайне трудно.

— Они меня не волнуют. Последние месяцы я много размышляла и поняла, что меня больше не интересуют желания моих родителей. Я всю свою жизнь старалась им угодить. Теперь я думаю только о своем сыне, как и должно быть.

Айдан взял фотографию с ее стола и провел пальцем по румяным щекам и яркой улыбке ребенка, которого никогда не встречал. У Нокса был цвет его волос, миндалевидные глаза Вайолет и полные губы. Он улыбался беззубой улыбкой. Айдан представлял, какой у него заразительный смех. И он надеялся, что скоро его услышит.

— Я бы сообщила тебе, — тихо произнесла Вайолет. Айдан поднял взгляд от фотографии и вгляделся в ее карие глаза. — Дело не в том, что скажут люди. И не в том, что я собиралась скрывать от тебя Нокса. Если бы я знала, от кого родила, я сразу бы разыскала тебя. Вот поэтому я расплакалась сегодня, когда все сразу вернулось. Я испытала огромное облегчение, узнав правду после всех этих месяцев.

Айдан вздохнул и посмотрел на сына. Он сомневался в том, что Вайолет говорит правду, но в данный момент это не имело большого значения. Если он захочет увидеть своего ребенка, он заставил Вайолет дать ему обещание и будет надеяться на лучшее.

— И что теперь? — спросил он.

Вайолет беспокойно постукивала пальцами по краю стола.

— Ну, я полагаю, мне надо вызвать моего адвоката. Придется сделать тест на отцовство, а потом договориться о времени твоих свиданий с ребенком и тому подобное.

Только богатый человек вызовет своего адвоката вместо того, чтобы позволить потенциальному отцу встретиться с сыном. У Айдана не было адвоката и такого количества денег, которым обладала семья Вайолет. Фонд «Ниаркос» ежегодно отдавал на благотворительность миллионы долларов, и это была лишь небольшая часть семейного состояния. Он немного почитал об этой семье, когда искал спонсора. Дед Вайолет родом из Греции, поставлял сталь в Соединенные Штаты. Когда семья приехала в Америку, их богатство росло не по дням, а по часам. Оставалось только догадываться, сколько миллионов долларов контролирует империя семейства Ниаркосов.

Айдан не предполагал, что Вайолет окажется дочерью Ниаркосов и администратором фонда. Или, что сегодня ему сообщат о сыне.

— Это все хорошо, — сказал он, — и я уверен, это необходимо. Но я предлагаю начать с менее формальных решений.

— Например? — спросила Вайолет.

— Я хочу постоянно видеться со своим сыном.

Вайолет с трудом сдерживала волнение. Одно дело согласиться с тем, что Айдан будет приезжать к ней, чтобы встретиться с Ноксом. И совсем другое дело — знать, что Айдан может заявиться к ней в любой момент.

Прошло два дня с тех пор, как он вошел к ней в офис и перевернул ее жизнь с ног на голову. Два дня воспоминания всплывали в ее сознании в самое неподходящее время. Воспоминания о ночах, проведенных с Айданом. О том, как он обнимал ее и прикасался к ней. Как он заставил ее испытывать физическое и эмоциональное наслаждение.

Поначалу ее раздражала потеря памяти. После рождения Нокса ее амнезия стала настоящей проблемой. Теперь, зная, как много она забыла о времени с Айданом, она переживала настоящую трагедию.

Она прожила с Бо несколько месяцев, потому что не помнила, как хорошо ей было с Айданом. Все это время, в глубине души, она испытывала беспокойство. Ей казалось, что все не так. Что Бо ей не пара, хотя он не сделал ничего предосудительного.

Теперь Вайолет понимала, о чем все это время ей старалось рассказать подсознание. Айдан — человек, которого не хватало в ее жизни. И в жизни Нокса. Одного взгляда в его голубые глаза было достаточно, чтобы она опешила от силы осознания. Как она могла забыть этот волевой, покрытый щетиной подбородок, эти соблазнительные губы и сильные руки? Даже сейчас она легко представляла себе ощущения от касания его жестких, рыжих волос.

Между ними был не просто секс. Она совсем не предполагала, что уляжется в постель с барменом, но между ними в самом деле начались отношения. Возвращение Айдана в ее жизнь одновременно взволновало и напугало ее. В тот уик-энд они стали очень близки. Казалось, они узнали друг о друге все за несколько часов. У Вайолет наверняка разрывалась душа, когда она уходила от него.

Вайолет снова жаждала этой близости после бурного расставания с Бо и нескольких месяцев эмоциональных потрясений и одиночества. И все же встреча с Айданом напугала ее. Несмотря на то что произошло между ними, она надеялась, что Айдан будет воспитывать Нокса. Так должно быть. Но как сложатся ее отношения с Айданом?

Даже если он по-прежнему интересуется ею, а она в этом не совсем уверена, их взаимное влечение в конце концов пройдет. Вероятно, их влечет друг к другу только потому, что они провели вместе так мало времени. Если они расстанутся, она не хотела, чтобы это как-то повлияло на его отношения с сыном. И, честно говоря, Вайолет не знала, выживет ли после того, как снова сблизится с Айданом, а потом расстанется с ним.

Поэтому ей надо быть настороже и держаться с ним вежливо и деловито. В конце концов, им предстоит вместе воспитывать ребенка.

Когда драма немного улеглась, Вайолет и Айдан обсудили вопрос, ради которого он к ней пришел. Если совет директоров фонда примет его заявку, им предстоит несколько недель совместной работы над проектом. Ее фонд не раздавал денежные чеки направо и налево и жестко контролировал объекты вложения благотворительных средств.

Вайолет услышала шаги на лестнице, повернулась и увидела Тару с Ноксом на руках. На нем была белая рубашка с синими и зелеными мультяшными динозаврами и синие шорты. Это был один из любимых нарядов, который мальчику подарила подруга Вайолет, Люси, ожидающая рождения близнецов. Няня передала ребенка Вайолет, и та прижала Нокса к себе, вдыхая запах детского мыла.

— Он принимал незапланированную ванну. — Тара усмехнулась. — Мы выпили яблочный сок, но при этом залили им все вокруг. Я даже не знаю, сколько сока попало в этот животик. — Она пощекотала живот Нокса, и он захихикал, извиваясь в руках Вайолет. — Теперь он чистый и одетый. Мне остаться и присмотреть за ним, пока у вас будут гости?

Вайолет прикусила губу и покачала головой. Она сообщила няне мальчика о том, что у нее будут гости, но не сказала, кто именно. Хорошие новости распространяются быстро, а скандальные — еще быстрее. Пока она хотела сохранить отношения с Айданом в тайне.

— Все будет хорошо. У тебя выходной. Отдыхай.

Тара улыбнулась и вынула куртку из шкафа.

— Ладно. А вы, ребятки, повеселитесь. Позвоните, если я понадоблюсь.

Тара ушла по коридору, и Вайолет облегченно вздохнула. По крайней мере, Айдан и Тара не встретились прямо сейчас. Тара наверняка обратит на него внимание. Невозможно не заметить этого человека с огненно-рыжими волосами и холодными голубыми глазами.

Это не значит, что Вайолет не доверяет Таре. Тара сразу завоевала расположение Вайолет и понравилась мальчику. Вайолет выросла с няньками. Ее родители постоянно ездили по миру, заключая сделки в Греции и десятке других стран. Их частный самолет намотал больше миль, чем большинство обычных авиалайнеров. Поэтому Вайолет чаще всего оставалась на попечении чужих людей.

Все ее няньки были прекрасными женщинами, но не могли заменить ей родителей. После рождения Нокса Вайолет потребовалась помощь. Она управляла семейным бизнесом и не могла постоянно быть с ребенком. Тара стала ей прекрасной помощницей.

Но ситуация с Айданом пока неясна. Вайолет не готова никому о нем говорить, даже Таре. Она ничего не сказала о нем даже своим лучшим подругам из университета — Эмме, Люси и Харпер.

Вайолет посмотрела на своего сына. Он сосредоточенно жевал кулачок, по его подбородку текли слюни. Она вытерла ему лицо салфеткой.

— Ты хочешь, чтобы папа увидел тебя слюнявым?

Нокс улыбнулся и снова засунул кулачок в рот. У него прорезывались зубы.

У нее зазвонил телефон. Охранник сообщил ей о прибытии мистера Мерфи. Она приказала пропустить его.

Прошло примерно десять минут, пока лифт поднимался на пятый этаж здания. Квартира Вайолет занимала западное крыло дома, из окон открывались прекрасные панорамные виды на Парк-авеню. Эту квартиру ей подарили родители после того, как она окончила Йельский университет и вернулась в Манхэттен. Этот подарок почти компенсировал их отсутствие на торжественном вручении дипломов; в это время ее родители были в Стамбуле.

Квартира была просторной, пока Вайолет жила в ней одна, но стала маловата после появления Нокса и Тары. Казалось, что детские вещи заполняют каждый угол. Она хотела купить квартиру побольше и поближе к парку, где Нокс мог бы бегать. Центральный парк слишком шумный, и она с трудом уследит за Ноксом, как только он там окажется. Она подозревала, что он не усидит на месте, как только научится ходить.

В дверь позвонили. Вайолет сделала глубокий вдох, подошла к входной двери и открыла ее, а потом шагнула назад, позволяя Айдану увидеть ее с Ноксом на руках.

— Привет, Айдан! Входи.

Он уставился на мальчика и затаил дыхание. Нокс не обращал внимания на гостя. Он теребил неуклюжими толстыми пальцами зубчатый край воротника блузки Вайолет.

Она отвела руку Нокса от своей блузки.

— Леннокс, у нас гость. Поздоровайся.

Наконец Айдан удостоился внимания Нокса.

Мальчик широко ему улыбнулся.

— Удивительно, как вы оба похожи друг на друга, — взволнованно произнесла Вайолет. — Могу поспорить, вы почти одинаковые на детских фотографиях.

Айдан покачал головой, по-видимому замечая только Нокса:

— Я только сейчас до конца осознал, что он мой сын.

Вайолет вздрогнула и посмотрела за плечо Айдана. Ее соседка по вестибюлю была крайне любопытной.

— Входи и пообщайся с ним.

Наконец Айдан сделал несколько шагов в квартиру, позволив Вайолет закрыть дверь. Он изучал ребенка на ее руках, как экспонат в художественной галерее, стараясь запомнить каждую деталь.

Вайолет заметила у него в руке пакет в подарочной упаковке.

— Проходи в гостиную, там вам будет удобнее.

Она повернулась, и Айдан последовал за ней в просторную, современно обставленную комнату с окнами во всю стену. В центре гостиной, оформленной в бело-серых тонах, стояли белые диваны с кучей голубых подушек на них.

— У тебя большой опыт общения с детьми? — спросила она. Вероятно, он воспитывал своих братьев и сестер или другого своего ребенка, о котором она не знала. Вайолет впервые взяла ребенка на руки тогда, когда ее подруга Эмма родила дочку, Джорджет.

— Нет, — наконец ответил он. — Я единственный ребенок в семье. У меня нет своих детей. Я имею в виду, помимо Нокса.

Вайолет улыбнулась. Похоже, такое признание далось Айдану нелегко. Она понимала, что его беспокоило обращение в фонд для получения гранта. Поначалу, придя в ее офис, он выглядел настороженно. Он вел себя как человек, привыкший самостоятельно решать свои проблемы. Если он обратился к Вайолет, значит, его проект очень важен для него. Очевидно, Нокс тоже важен для него, иначе он не признался бы в своей неопытности обращения с детьми.

— Все будет хорошо. У меня вообще не было никакого опыта общения с детьми. Нокс уже не новорожденный, поэтому у тебя не возникнет проблем. Он крепкий и крупный мальчик для своего возраста.

Айдан горделиво улыбнулся.

— Я тоже был крепким ребенком. Из меня мог получиться приличный футболист, но я предпочитаю бейсбол. — Он поставил пакет на кофейный столик. — Это детская бейсбольная форма команды «Янки». Теперь я должен следить, чтобы мальчик болел за правильную команду.

Вайолет рассмеялась:

— В моей семье нет фанатов «Метс». Наш фонд купил ложу на новом стадионе «Янки», ты можешь водить Нокса на матчи. — Она переместила Нокса на руках. — Возьми его. Так ты быстрее к нему привыкнешь.

Она заметила, как Айдан напрягся всем телом. У нее в мозгу промелькнули воспоминания о прикосновениях к нему. Она соскучилась по этому мускулистому парню. Но сейчас не время вспоминать, что она потеряла. Отмахнувшись от этих мыслей, она сосредоточилась на том, что впервые передаст Нокса его отцу.

Какое-то время Айдан нервничал, но как только Нокс прижался к его груди, он начал расслабляться. Осторожно обняв малыша, он немного попрыгал на пятках.

— Привет, маленький, — сказал он.

Вайолет шагнула назад, скрывая слезы. Сквозь их пелену она смотрела, как Нокс прижал ладошку к щеке Айдана и хихикнул, нащупав его щетину. Он редко общался с мужчинами, поэтому Айдан ему сразу понравился. Возможно, он чувствовал, что Айдан его отец.

Наблюдая за ними, Вайолет переживала самые трогательные моменты в жизни. После событий прошедшего года она начала сомневаться, что когда-нибудь увидит нечто подобное. Когда родился Нокс, она чувствовала себя виноватой за то, что непреднамеренно ввела Бо в заблуждение. Ей было совестно, что она не помнит, кто отец ее ребенка. Она винила себя за то, что Нокс может вырасти, так и не узнав своего отца; а его отец никогда не узнает, что у него есть сын, только потому, что ее такси попало в аварию и она многое забыла.

Потом Айдан вошел в ее офис, и у нее внезапно появилась возможность все уладить. Им давался шанс начать жизнь заново и делать то, что они должны были делать с самого начала. Поэтому она не понимала, почему так волнуется из-за прихода Айдана. Она должна радоваться воссоединению отца с сыном.

Все было замечательно.

А потом Нокс отрыгнул яблочный сок прямо на рубашку поло Айдана.

Глава 3

Если бы кто-нибудь сказал Айдану шесть месяцев назад, что он будет почти голым торчать в квартире Вайолет, он бы рассмеялся. Хотя тогда он не подозревал, что у него есть сын. И не предполагал, что Нокс отрыгнет на него яблочный сок.

— Я положила твою рубашку в сушилку, — сказала Вайолет, возвращаясь в комнату и придерживая Нокса на бедре.

После инцидента с яблочным соком Айдан и Нокс немного поиграли, а Вайолет постирала их одежду. Она переодела мальчика в комбинезон с вышитым поездом на груди.

— У меня в доме нет мужской одежды, поэтому мне нечего тебе предложить. — Вайолет посмотрела на обнаженную грудь Айдана, потом быстро уставилась на картину на стене за его плечом. — Прости за беспорядок. Трудно поддерживать идеальную чистоту, пока в доме маленький ребенок.

— Это я виноват, — признался Айдан. — Мне не следовало подпрыгивать с ним, не зная, как давно он поел.

— Я думаю, ты никогда не забудешь, как впервые взял своего сына на руки. — Она хихикнула.

— Как я могу забыть? Это очень важное событие.

Айдан заметил, что Вайолет немного помрачнела и уставилась на пол. Внезапно ей стало грустно, хотя он не был уверен: то ли она расстроена из-за того, что он пропустил первые месяцы жизни своего сына, то ли из-за того, что он наконец с ним увиделся. Его неожиданное появление явно усложнило ей жизнь.

Айдан воспользовался моментом, чтобы разглядеть Вайолет. У него давно не было такой возможности. Пока они были вместе в кровати, он лежал рядом с ней и пытался запомнить каждую черту ее лица, когда она спала. Изящный изгиб ее темных бровей, густые ресницы на щеках…

Сегодня она выглядела иначе. Как и в тот вечер в пабе «Мерфи», она была одета по моде с головы до ног, со стильной прической и макияжем. Сегодня на ней были брюки оттенка сливы и шелковая блузка с воротником, расшитым крошечными цветами. Айдан сразу заметил изменения. Она выглядела не такой умиротворенной, как в его объятиях много месяцев назад. На ее лбу и вокруг глаз появились морщинки. Она похудела. Очевидно, последние полтора года были для Вайолет тяжелыми.

Хотя Айдану тоже пришлось нелегко. Потеря отца три года назад полностью изменила его жизнь, но его смерть не была неожиданной. Айдан выстоял. Паб «Мерфи» снова стал приносить хороший доход.

Потом заболела его мать.

Как владельцы собственного бизнеса, они не могли рассчитывать на увеличение медицинской страховки и более качественное медицинское обслуживание. Лучшие методы лечения, последние достижения в области медицины в Европе были недоступны его матери. Крупные фармацевтические компании требовали тысячи долларов за каждую дозу лекарств, которые могли бы вылечить мать Айдана. Фармацевты утверждали, что им приходится повышать цену на лекарства, чтобы проводить новые исследования. Но этот довод не помогал его матери.

Айдан никогда не чувствовал себя таким беспомощным, как в тот день, когда его мать попала в государственную больницу. Его отец убил себя алкоголем, а его мать просто была слишком бедной, чтобы позволить себе лечение, которое могло ее спасти.

Перед смертью мать взяла с него обещание. Айдан решил исполнить его и поэтому обратился за помощью к Вайолет.

Вайолет посмотрела на Нокса, когда он зевнул.

— Этому пареньку пора спать. Ты хочешь помочь мне уложить его?

Айдан посмотрел на Вайолет и Нокса и улыбнулся.

— Конечно. — Он взял ребенка на руки.

Ему нравилось прижимать к себе сына. От него пахло детским шампунем и тальком — необычный, но успокаивающий запах. Нокс прижался к груди Айдана и засунул кулачок в рот.

— Следи, чтобы он не вырвал у тебя на груди волосы и не засунул их себе в рот, — предупредила Вайолет. — Пойдем, я покажу тебе детскую.

С тревогой поглядывая на волосы на груди, Айдан пошел следом за Вайолет наверх по лестнице и по коридору к двери, ведущей в просторную и красивую комнату для ребенка. Серо-белые стены были украшены ярко-желтыми и синими попугайчиками. На занавесках были вышиты слоны, большой плюшевый слон сидел в углу комнаты. Детская показалась Айдану идеальной.

Вайолет остановилась у большой белой кроватки со слонами на постельном белье. Потом она включила музыкальный мобиль над кроваткой, и разноцветные слоники задвигались по кругу.

— Ты можешь просто положить его в кроватку, — сказала она. — Через несколько минут он уснет.

Айдан положил сына в кроватку, зная, что ему надо поспать, хотя не был готов отпустить его. Он напомнил себе, что снова увидится с Ноксом.

Малыш немного поерзал, потом протянул руку и взял соску у Вайолет. Засунув ее в рот, он стал удовлетворенно причмокивать и закрыл глаза.

— Он любит поспать, — произнесла Вайолет.

— Весь в отца. — Айдан улыбнулся.

Она усмехнулась:

— Пошли.

Они тихо вышли из детской, и Вайолет закрыла дверь. Вместо того чтобы вернуться в гостиную, она прошагала в комнату напротив детской. Айдан смутился, поняв, что это ее спальня.

Зачем они идут в ее спальню?

Он стоял в коридоре, не совсем уверенный в правильности своих действий. У нее в офисе, до того, как он узнал о Ноксе, Айдан заставлял Вайолет признаться, что ее влечет к нему. Но спрашивать ее об этом не стоило. Он обо всем догадался по румянцу на ее щеках и по тому, как она нервно жевала нижнюю губу. Ему просто хотелось, чтобы она сказала о своем желании вслух.

Вайолет наконец сдалась и призналась, что по-прежнему хочет Айдана, но их разговор зашел слишком далеко, и они больше не возвращались к этой теме. Вероятно, сейчас она предлагает продолжить прерванное обсуждение.

Айдан плохо знал Вайолет. Но он ни на секунду не верил тому, что эта красивая и утонченная женщина приглашает его в свою спальню, чтобы соблазнить его, пока их сын спит в комнате напротив. Айдану понравилось бы, если бы она его соблазнила, но он сомневался, что это произойдет.

— Айдан, ты можешь войти, — сказала она из дальнего угла своей спальни. Вайолет стояла перед большим дубовым шкафом с зеркалом. Между ней и Айданом была широкая кровать с плюшевым цветастым одеялом, мягкой спинкой и дюжиной причудливых подушек. Очевидно, богачи любят тратиться на подушки.

Айдан схватился рукой за дверной проем. Он сомневался, что сможет не прикасаться к Вайолет, когда войдет в спальню. Он уже ощущал знакомый и соблазнительный аромат ее тела. Его тянуло к ней. Он так сильно по ней скучал.

— По-моему, это не очень хорошая идея, — произнес он.

Вайолет нахмурилась, и ее взгляд надолго задержался на его обнаженной груди. Когда их взгляды встретились, он увидел в ее глазах восхищение и желание. У нее снова покраснели щеки, она облизнула пересохшие губы. Он понял, что она чувствует. Он испытывал к ней такие же чувства с тех пор, как приехал сюда.

— Я подыскиваю тебе одежду. Я не пытаюсь тебя соблазнить, Айдан.

Он скрестил руки на груди.

— Ты уверена? Просто ты смотришь на меня так, словно я высокий стакан с прохладной водой, а ты умираешь от жажды. И, честно говоря, я сам очень хочу пить.

— Я просто смотрела. — Она повернулась к комоду и вытащила оттуда какую-то сложенную вещицу. — Я не могу не пялиться на тебя, пока ты полуголый. Вот. Это самая большая футболка в мужском стиле, которая у меня имеется. Надень ее, пожалуйста.

Вайолет бросила футболку Айдану. Он поймал футболку и посмотрел на то, что Вайолет ему предложила. Футболка оказалась очень маленькой для его мускулистой фигуры. Кроме того, она была красного цвета.

— Она мне мала, — сказал он.

— Пожалуйста, надень ее.

— Я могу ее порвать.

— Не важно. Мне просто надо, чтобы ты оделся, пока сушится твоя рубашка. Надевай либо футболку, либо розовый шелковый халат.

В ее глазах читалась мольба, которую он не мог игнорировать. Вайолет была в отчаянии, она страстно хотела его. Было много причин для того, чтобы она держала с Айданом дистанцию. Возможно, она не хотела усложнять его общение с сыном. Возможно, у нее есть парень. А может быть, ей просто стыдно, что она не может контролировать себя в присутствии непритязательного бармена. Только по этой причине она могла бороться со своими чувствами.

Он попытался натянуть на себя футболку. Это оказалось нелегко. В конце концов он закрыл футболкой большую часть торса.

— Ну вот.

Она не сразу ответила. Он посмотрел на Вайолет и увидел изумленное выражение на ее лице. Хотя он был одет в смехотворно маленькую красную футболку, Вайолет пожирала его глазами.

— Что? — спросил он, оглядывая себя. Футболка подчеркивала каждый его мускул.

— Тебе надо было надеть халат. — Она вздохнула и покачала головой. — Снимай ее.

— Брюки тоже? — Айдан лукаво улыбнулся.

Вайолет сглотнула и покачала головой:

— Нет-нет. Только футболку.

Лениво улыбаясь, он стянул с себя футболку.

— На этой неделе ты все время молчишь, — заметила Харпер во время традиционных вечерних посиделок подружек за бокалом сухого мерло.

— У Нокса режутся зубки? — спросила Эмма. — Когда у Джорджи прорезывались зубки, она почти не спала по ночам. И я тоже. За несколько недель я превратилась в зомби, хотя мне постоянно помогала няня.

— Это и мне предстоит? — Люси обеспокоенно нахмурилась.

— У тебя хлопот будет в два раза больше. — Харпер самодовольно усмехнулась. Она была единственной женщиной среди подружек, у которой не было ребенка. — Тебе будет намного хуже, чем Эмме и Вайолет.

— Спасибо тебе за уточнение, дорогая невестка, — проворчала Люси, пялясь в стакан воды с лимоном. Она была на тридцать пятой недели беременности двойняшками. Она и брат Харпер, Оливер, поженились несколько месяцев назад и ожидали рождения сына и дочери.

— Я за этим и пришла, — ответила Харпер. — Что с тобой происходит, Вай?

Вайолет предпочла бы, чтобы ее подруги пререкались и ей не пришлось бы отвечать на неудобный вопрос. К сожалению, она знала, что Харпер от нее не отвяжется.

Поэтому она глубоко вздохнула и произнесла:

— У Нокса режутся зубки, но проблема не в этом. Случилось кое-что другое.

— Да? — Эмма с любопытством наклонилась к ней, чтобы услышать последние новости. — Рассказывай.

— Неужели Бо решил к тебе вернуться? — взволнованно спросила Люси.

Бывший парень Вайолет пытался помириться с ней несколько раз за последние полгода с тех пор, как родился Нокс. На самом деле он согласился жениться на ней, зная, что Нокс не его сын. Он настаивал, будто любит мальчика. Именно Вайолет потребовала проведения анализа ДНК и вернула Бо кольцо, когда стали известны результаты теста. Бо не радовался их расставанию так же, как и ее родители, но она знала, что должна это сделать.

— Нет. К счастью, Бо не выходил со мной на связь уже несколько недель. У меня хорошая новость, связанная с моей амнезией.

— Ты что-то вспомнила? — Люси широко раскрыла карие глаза.

— Не все, — призналась Вайолет. — Но самые важные детали.

— Отец Нокса? — хрипло спросила Эмма.

— Да.

Три лучшие подруги Вайолет закричали от волнения, привлекая внимание посетителей ресторана.

— Успокойтесь, и я все вам расскажу, — сказала Вайолет, подняв руку. Покачав головой, она сделала большой глоток шардоне, чтобы успокоиться. — В прошлый понедельник в фонд обратился мужчина.

— У него рыжие волосы? — спросила Люси.

— Не перебивай ее, — упрекнула Харпер.

— Да, у него рыжие волосы, — ответила Вайолет. — И голубые глаза, как у Нокса. Но сначала я не узнала его. Он меня узнал. По-видимому, он думал, что я сбежала от него в день аварии, поэтому он не мог меня разыскать.

— Когда к тебе вернулись воспоминания? — спросила Эмма.

— Когда он назвал свое имя. Я не имела ни малейшего понятия, кто он, а потом вдруг на меня обрушились воспоминания. Я вспомнила почти каждую секунду из двух удивительных дней, которые мы провели вместе. И тогда я поняла, что он отец Нокса.

— О боже! — ахнула Люси и схватилась руками за огромный живот. — Это так захватывающе, что я сейчас рожу.

— Пожалуйста, не надо! — Харпер запаниковала. — Пусть двойняшки сидят на месте до тех пор, пока не наступит положенное время. Если ты разродишься на наших посиделках, мой брат оторвет мне голову. Я не хочу слышать его упреки.

— Теперь тебе должно стать легче. — Эмма взяла Вайолет за руку. — Ты узнала, кто отец твоего ребенка. Я промучилась только пару месяцев, когда впервые забеременела, прежде чем разыскала Джона. Я не представляю, как ты держалась столько времени.

— У меня не было выбора. — Вайолет категорично повела плечом.

— Как его зовут? — спросила Харпер. — У меня есть знакомый в «Флинн-софт», который может собрать о нем информацию, если ты этого захочешь.

— Нет, этого не понадобится. Я много знаю о нем, благодаря заявке на получение гранта. Его зовут Айдан Мерфи. — Ей было приятно узнать его полное имя. Они не делились личной информацией, в том числе не называли свои фамилии, пока были вместе. Она не знала фамилии Айдана, пока не просмотрела документы.

— Ты сообщила ему о Ноксе? — спросила Люси.

Вайолет кивнула и протянула руку, чтобы взять кусочек шпината из блюда в центре стола.

— Он сразу все понял, как только увидел фото Нокса на моем рабочем столе…

Подружки донимали Вайолет вопросами еще час, требуя рассказать каждую деталь ее воссоединения с Айданом и его встречи с Ноксом.

— Ого! — воскликнула Харпер, когда Вайолет рассказала девушкам все до конца. — Ты что-нибудь помнишь о той неделе? Ты была с Айданом два дня до аварии, верно? Ты не помнишь, что было до этого?

— Нет, еще нет. — Это беспокоило Вайолет, но она была слишком взволнована ситуацией с Айданом, чтобы анализировать, зачем она отправилась в паб «Мерфи» и пыталась утопить свое горе в текиле.

— Ты не слишком довольная, — заметила Эмма. — Я думала, ты будешь в восторге. Я имею в виду, ты не рассказывала нам об этом почти неделю с тех пор, как это произошло. Что ты утаиваешь от нас?

— Я просто была ошеломлена. Теперь мне надо оформлять совместную опеку над Ноксом.

Харпер покачала головой:

— Не то. Ты уже сказала своим родителям об Айдане?

— Нет, конечно! — воскликнула Вайолет. — Я хочу, чтобы мы с Айданом решили вопрос о совместном воспитании Нокса, а потом мы обо всем скажем моим родителям. Вы же знаете, какие они. Кроме того, они сейчас в Дубае. Или в Катаре. Я не помню.

— У меня такое ощущение, что тебе было бы наплевать, даже если бы они сидели за соседним столиком. О чем ты молчишь? Что не так с Айданом? Он не в себе? У него отвратительный характер? Он коммунист?

— С ним все в порядке, — ответила Вайолет. — Он просто не такой, каким я его себе представляла. Он не из тех, с кем я привыкла встречаться.

— Обычно ты встречалась с моральными уродами. И это здорово, правда? — Харпер сегодня была в ударе.

— Бо не моральный урод, — возразила Вайолет. — Мы просто не подходим друг другу. Айдан…

— Он бедный? — вмешалась Люси.

Вайолет повернулась к подруге и пожалела, что не может сказать ей, будто она говорит как сноб. Люси выросла в нищете и до того, как унаследовала состояние от своего работодателя — тетки Харпер, была, вероятно, беднее Айдана.

— У него собственный бизнес, но он из другого социального круга. Я говорю ужасные вещи, но вы знаете, зачем я это делаю! Моя семья известна во всем мире, и любой парень с компьютером может через Гугл отследить мои капиталы.

— Бедняжка Вайолет, — язвительно заметила Харпер и улыбнулась. — А какой у него бизнес?

— Ирландский паб.

— Поэтому ты ни о чем не сказала своим родителям и не спешила рассказывать нам, — упрекнула ее Харпер. — У тебя был роман с сексуальным барменом!

Глава 4

Через пару дней после посиделок с подружками их слова по-прежнему кружились в мозгу Вайолет. Она помнила их упреки о том, что она скрыла от них Айдана. И не рассказала родителям и подругам ничего, потому что ей было стыдно за свой роман с барменом. Вероятно, они правы.

Нет. Они не правы. И все же их слова преследовали ее. Вайолет знала, что Айдан не просто бармен. Они не только занимались любовью в тот уик-энд, но и много разговаривали. Она знала, что он умный, способный и заботливый человек. И он станет хорошим отцом для Нокса.

Но это не означало, что она расскажет о нем родителям.

Дело не в Айдане, а в ее родителях. Они колесят по всему миру, игнорируя Вайолет большую часть года. Когда она с ними встречается, они одаривают ее критикой и подарками. Иногда их подарки кажутся взяткой. Пока Вайолет приходила в себя после родов, ее отец обещал подарить ей роскошную яхту, если она согласится выйти замуж за Бо и всем рассказать о том, что он отец Нокса.

Вайолет отказалась.

Вероятно, это был первый случай в ее жизни, когда она пошла против воли своих родителей. Они не смирились с ее ответом. Поэтому они подарили ей часы с бриллиантами, открыли целевой банковский счет для Нокса и опять куда-то улетели на самолете.

Родители Вайолет любили ее. По-своему. Она никогда не получала от них ласки. Поэтому она хотела, чтобы у Нокса был любящий и добрый отец.

Но она знала, что ее родители не увидят в Айдане ничего хорошего. Только его недостатки. Она уже принесла Айдану достаточно хлопот и проблем, хотя и ненамеренно. Если бы не амнезия, она рассказала бы ему о Ноксе, когда поняла, что беременна. Он не заслуживает отношения, которого он удостоится от ее родителей. Они будут постоянно сравнивать Айдана с Бо, критикуя его работу, семью и воспитание. Ничего хорошего из этого не получится. Поэтому пусть они пока думают, что Вайолет по-прежнему ничего не помнит.

Она переговорила со своим адвокатом и теперь хотела поговорить с Айданом. Вайолет решила зайти в «Мерфи» до его открытия. Айдан прислал ей сообщение, говоря, что он оставит дверь паба открытой.

Войдя в паб, она испытала сильное ощущение дежавю. Это было то самое место, где ее жизнь изменилась раз и навсегда, хотя до недавнего времени она об этом не помнила. Открыв тяжелую дверь, она ощутила знакомые ароматы и звуки. Айдан был за стойкой бара и полировал бокалы.

— Добро пожаловать в паб «Мерфи»! — произнес он с теплой улыбкой, и у Вайолет скрутило живот.

Вероятно, такая же улыбка очаровала ее в ту ночь, когда они впервые встретились. Она хотела быть с ним. Даже сейчас, хотя боролась со своими чувствами.

У них общий сын, но они из разных миров, поэтому у них нет будущего. Ей было легко игнорировать их различия в течение пары дней, когда никто не давал никаких обещаний. Однако в долгосрочной перспективе это будет проблемой.

— Где Нокс? — спросил Айдан, когда она вошла в дверь, держа в руках только дизайнерскую сумочку.

— Он с Тарой. — Вайолет не могла принести своего шестимесячного сына в паб. Положив сумочку на отполированную барную стойку, она уселась на потертый стул.

— Кто такая Тара? — спросил Айдан.

— Она его няня.

Айдан удивленно и сердито уставился на нее и потерял дар речи. Вайолет не понимала, что его так смутило. Почему он удивляется, что кто-то помогает ей с ребенком? Вайолет — работающая мать-одиночка. Кто-то должен присматривать за Ноксом в течение дня.

— Что? — наконец спросила она. — Что ты хочешь сказать?

Айдан вздохнул и плюхнулся на стул рядом с ней.

— Что ты знаешь об этой Таре? Ты проверяла ее? У нее есть рекомендации из других семей?

Вайолет фыркнула и покачала головой. Неужели он думает, что она оставит своего ребенка со случайным прохожим с улицы?

— Да, конечно. Я знаю о ней больше, чем о тебе. Я ее проверила, поэтому не паникуй.

Он пожал плечами:

— Я новичок в этом деле. Но удивительно, как быстро появляется родительская паника.

— Я знаю. Когда Нокса забрали у меня в роддоме на осмотр, я запаниковала. Когда мне его вернули, я едва не расплакалась. Я никого не любила так сильно, как этого маленького мальчика.

Вайолет заметила печальный взгляд Айдана, но потом он тряхнул головой и улыбнулся. Жаль, что ей не вернуть ему те шесть месяцев, которые он потерял.

— Выпьешь что-нибудь? — спросил он, меняя тему.

— У тебя что-нибудь сладкое?

— Могу предложить ирландский сидр.

— Я согласна.

Айдан поставил стакан на салфетку напротив Вайолет.

— Ты говорила, что совещалась со своим адвокатом. Что он тебе сказал?

— Он составляет договор о совместной опеке. Его помощник позвонит тебе, когда договорится о месте и времени проведения теста ДНК. В лаборатории уже есть образцы крови Нокса.

— Ладно, но мне надо знать, сколько раз в месяц я буду с ним видеться и как буду его содержать.

Вайолет насторожилась.

— Я не обсуждала с адвокатом вопрос содержания ребенка.

Айдан посмотрел на нее, сдвинув рыжие брови.

— Почему нет? Я хочу помогать растить моего сына.

Сердце Вайолет тревожно екнуло. Она ненавидела говорить о деньгах, особенно о собственных деньгах. Одно дело обсуждать семейное богатство в общем, однако ее личные финансы всегда представляли собой некую ловушку. Люди всегда начинали смотреть на нее иначе, узнавая о ее богатстве. Ей нравилось, как Айдан относился к ней в ту ночь после закрытия паба «Мерфи». В его голубых глазах читалось только искреннее желание, и ничего больше. Даже сейчас, когда она вошла в паб, он посмотрел на нее одобрительно и с вожделением. Ей не хотелось, чтобы было иначе. Но она не могла взять у него деньги только для того, чтобы закончить неловкий разговор.

— Мне это не нужно, Айдан, — наконец произнесла она. — Ты открываешь реабилитационный центр и содержишь паб, поэтому найди своим деньгам другое применение. Ты можешь потратить эти деньги на развлечения с Ноксом.

— Я должен, — настаивал он, упрямо выпятив подбородок. — Я его отец. Я не хочу, чтобы люди говорили, будто я его бросил.

— Я не смогу взять с тебя ни цента. — Вайолет скрестила руки на груди. Она сомневалась, что это помогло ей выглядеть непреклоннее, но она должна была попробовать в любом случае.

Айдан оглядел паб и развел руки:

— Слушай, ты богата, Вайолет. Твоя квартира больше моего паба; ты наняла няню. Но я…

— Я не просто богата, — прервала она его, чувствуя напряжение в шее и плечах от разочарования. Отпив сидра, она понадеялась, что расслабится.

Хотя у Вайолет была действительно хорошая квартира и практически все, что ей нужно, она пыталась вести более скромный образ жизни по меркам Манхэттена. У ее родителей было столько домов, что она не отваживалась в них приезжать. В подростковом возрасте она ни разу не приглашала к себе домой друзей. Она не желала, чтобы одноклассники видели позолоченную мебель и статуи греческих богов в фойе. Ей не нравилось такое показное проявление богатства.

— Айдан, я одна из богатейших женщин в стране, — неохотно произнесла Вайолет. — Мы говорим о миллиардах долларов. Прости за откровенность, но мне надо, чтобы ты понял: я отказываюсь от твоих денег не просто из вежливости.

— Она чокнутая миллиардерша?

Айдан вздрогнул, когда один из посетителей паба, Стэнли, задал ему этот вопрос.

— Почему бы тебе не проорать об этом снова, Стэн? По-моему, тебя слышали не все.

— Извини, — сказал Стэнли, подняв пивную кружку. — Я думал, ты хвастаешься. Я бы с радостью закрутил с сексуальной миллиардершей и орал бы об этом повсюду.

— Ты орал бы повсюду о связи с любой женщиной.

Стэнли усмехнулся и отпил пива.

— Наверное. А что не так с той богатой девушкой?

— Ничего. И все. — Айдан не любил признаваться, что недолюбливает богачей. Он предпочитал общаться с простыми рабочими людьми, в чьей дружбе никогда не было скрытых мотивов. Они не будут пользоваться знакомством с тобой, чтобы подняться выше на социальной лестнице. Большинство из них знают, что никогда не окажутся в высшем свете, и их это устраивает. Айдан старался улучшить свое положение ради себя и своей матери и преуспел в этом. Работа в одном из крупнейших и престижных рекламных агентств Мэдисон-авеню принесла ему кучу денег и множество льгот.

Но он с намного большим удовольствием стоял за стойкой бара в пабе «Мерфи». Айдан частенько имел дело с представителями высшего света и был от них не в восторге.

— Это все из-за того, что у тебя было с Айрис, да?

Айдан вздрогнул при упоминании своей бывшей невесты.

— Я дам тебе пятьдесят баксов, чтобы ты больше не произносил ее имя.

Стэнли задумчиво потирал подбородок.

— Ты это уже говорил. Но не заплатил мне. Поэтому я скажу это снова. У тебя было тяжелое расставание с Айрис, и ты озлобился.

Айдан пожал плечами:

— Может быть, и так. Как бы отреагировал ты, если бы твоя, вроде бы любящая тебя, невеста, ушла к твоему более состоятельному и успешному боссу?

— Он не был твоим боссом, — заметил Стэнли. — В то время ты уже ушел из агентства и работал в пабе. Я помню, как она приходила сюда.

— Это формальности. Важно то, что она решила, будто через несколько недель после смерти моего отца я перестал быть для нее перспективным женихом. Я заинтересовал бы ее только в том случае, если бы собирался стать главой рекламного агентства.

— А почему ты думаешь, что эта новая женщина, с которой ты сошелся, поступит так же?

— Я так не думаю. — Айдан покачал головой и вытер изношенную деревянную столешницу. Большинство повседневных задач в пабе «Мерфи» он выполнял почти автоматически, ни о чем не думая. К сожалению, сегодня он снова и снова вспоминал свой недавний разговор с Вайолет. — Я просто не доверяю богачам. Богатые богатеют, а бедные беднеют; и богачам это нравится. У меня нет отношений с Вайолет. Они у нас были в прошлом. У нас общий ребенок, благодаря избытку текилы и непрочному презервативу. По-моему, она не хочет…

— …надолго связываться с барменом?

— Точно подмечено, Стэн. У нас был короткий роман. Отношения с обязательствами — это совсем другое.

— Почему ты решил, что она тебя не хочет?

— Она не искала меня, когда поняла, что беременна. Я обычный бармен, чей паб едва держится на плаву, Стэн. Ей, наверное, неловко рассказывать обо мне знакомым.

— Я думал, она ударилась головой.

— Она так говорит.

— Ты ей не веришь?

Айдан вздохнул и оперся локтями о столешницу.

— Я не знаю. Ее версия кажется мне неправдоподобной. Я думаю, она просто хотела забыть, что встречалась со мной. А когда мы снова увиделись, она придумала эту историю, чтобы не выглядеть чудовищем.

— Но, вероятно, у нее в самом деле амнезия. Она была с тобой очень любезна, когда вы столкнулись нос к носу, да?

Да. И это масть проблемы. Вайолет, которую Айдан знал прежде, была не способна врать. Казалось, она искренне рада узнать его полное имя и воссоздать события прошлого. Но прежняя Вайолет не имела ничего общего с нынешней леди из высшего света, родившей ребенка от бармена. Айдану было трудно связать две эти личности.

— Ты говоришь, она не хотела встречаться с тобой. А ты? Тебе хочется продолжать с ней отношения?

Айдан стиснул зубы, почувствовав возбуждение. Как он мог не хотеть ее? Она была самой красивой и чувственной женщиной, которая встречалась ему в жизни. Но ему нужна та Вайолет, которая забрела в его паб полтора года назад. После того, как он узнал, кто она на самом деле, все изменилось.

Как упомянул Стэнли, Айдан был не в восторге от богатых людей, и дело не только в Айрис. Для Айдана все богачи были непорядочными. Вайолет не вписывалась в эту категорию людей, но ничего нельзя сказать наверняка. Сегодня она правильно заметила, что они мало знают друг друга. Не так давно он не знал даже ее фамилии, места жительства и работы. Но он хорошо изучил ее тело и вкус ее кожи.

— Слишком рано говорить об этом, — наконец ответил Айдан. — Все сложно.

Краем глаза он поймал жест двух мужчин в дальнем углу паба. Они просили еще пива.

— Все отношения сложные, — заметил Стэнли, когда Айдан налил мужчинам пива и вернулся. — Твои отношения с ней какие-то особенные?

— Она смехотворно богата. Если между нами снова завяжутся отношения, это усложнит нам совместное опекунство.

— «Опекунство»? — с отвращением спросил Стэнли. — Так теперь называется совместное воспитание ребенка?

— Да.

— Раньше ради этого вступали в брак.

Брак? Для многих это выход из сложной ситуации. Айдану повезло, что его ирландские родители-католики уже мертвы, потому что их сокрушило бы известие о незаконнорожденном сыне.

— Ну, о браке даже не упоминалось, и я ничуть не удивлен. С какой стати ей хотеть выйти за меня замуж, Стэн? Ей не нужно, чтобы я содержал сына. У нее огромное состояние. И самая большая квартира на Манхэттене, которую я видел. И она наняла няню для ребенка. Я уверен, мое появление в ее жизни, в основном, принесло ей проблемы. Она из вежливости позволяет мне участвовать в жизни Нокса. Мне нечего предложить ни ей, ни моему сыну.

— Это неправда. — Стэнли старался его успокоить. — Ты его отец. По крайней мере, ты в этом уверен. Как только будут готовы результаты теста, ты должен будешь занять законное место в жизни мальчика. Тебе не нужны деньги или необычная работа, чтобы быть рядом с сыном. Просто будь папой. Это главное. Это намного важнее, чем оплата дорогих частных школ. Она смирится. А ты делай то, что умеешь.

— И что это? — спросил Айдан. — Раньше я ловко заставлял людей покупать ненужные вещи. В старших классах школы я был приличным питчером. Я могу налить клиенту отличное пиво. Но ни один из этих навыков не связан с Ноксом.

— Просто будь хорошим папой, — проворчал Стэнли. — Это так сложно?

— Я не знаю. Что такое хороший папа?

Стэнли посмотрел на него, прищурившись.

— У тебя не было перед глазами достойного примера. — Он работал в пабе «Мерфи» задолго до того, как им завладел Айдан. И он был хорошим знакомым отца Айдана, Патрика Мерфи. — Но я знаю тебя с детства, и ты вырос хорошим человеком, Айдан. Ты отказался от своей карьеры, чтобы после смерти отца заниматься этим пабом. Ты ухаживал за своей матерью, когда она болела. Ты сумеешь быть хорошим отцом, потому что ты хороший человек. Я в этом уверен.

Айдан тщательно взвесил заявление Стэнли, потом кивнул.

— Ты прав, — наконец сказал он. — Я должен быть рядом с Ноксом. Но я не уверен, достаточно ли это для такого ребенка, как он.

— А какой он ребенок?

— Он богатый ребенок. Я не могу купить ему спортивный автомобиль или отправить его в частный университет, как другие папы. Но я хочу играть с ним и отвести его на первый матч «Янки». Я хочу научить его, как стать сильным и благородным человеком в этом мире, чтобы потом он не злоупотреблял своим богатством. И я желаю, чтобы у него было нормальное детство.

— Нормальное — в каком смысле?

— Открытие целевого фонда в день рождения ребенка — это не нормально. Школы-интернаты и няни — не нормально. — Айдан покачал головой. — Но, что бы я ни говорил, мой сын будет богатым ребенком. Этого не изменить. Я могу только попытаться сделать так, чтобы он не вырос избалованным.

— Удачи! — Стэнли допил пиво, встал и надел пальто.

Айдан усмехнулся:

— Спасибо.

Глава 5

Телефон Вайолет снова зазвонил — она заскрежетала зубами.

Сегодня утром она вышла на кухню и обнаружила, что пол залит холодной и мутной водой. После нескольких часов телефонных переговоров, общения со слесарями и заполнения документов из страховых компаний Вайолет стала временно бездомной и крайне раздраженной. Поэтому, когда швейцар позвонил, чтобы сообщить, что к ней новый посетитель, она пришла в ярость. Но это был Айдан, поэтому она сказала пропустить его.

Она ждала в фойе, когда Айдан вышел из лифта и остановился как вкопанный. Ее входная дверь была широко распахнута, а на деревянных полах стоял и работал огромный промышленный вентилятор. Удивленно округлив глаза, он пригладил рукой не слишком короткие рыжие волосы.

— Что, черт побери, здесь произошло? — спросил он, перешагивая вентилятор.

Вайолет вздохнула и указала на зону бедствия на кухне.

— По-видимому, одна из труб в ванной комнате наверху проржавела и лопнула ночью. Вода прошла через потолок кухни и залила большую часть квартиры на несколько дюймов. Это один из недостатков проживания в старом здании. Я никогда не думала, что такое произойдет.

Айдан огляделся по сторонам.

— Ремонт займет какое-то время, — сказал он. — Деревянные полы придется перестилать, потому что они уже деформируются. Надо заменить напольные и потолочные опоры. Изолирующие материалы в стенах тоже придется менять. Наверное, понадобится даже краснодеревщик. Работы полно.

— Ты разбираешься в строительстве? — спросила Вайолет.

Он пожал плечами:

— Не совсем, но я кое-что ремонтировал время от времени. Отцовский паб был затоплен во время шторма «Сэнди», и мне пришлось его ремонтировать. Когда я получу достаточно денег, я сам отремонтирую дом моей матери, где откроется реабилитационный центр. Это поможет мне сэкономить. Я знаю, на это уйдет время. Ремонтники сообщили тебе график работы?

— Нет, но я дала им неделю на приведение квартиры в порядок. Если мне понравится их работа, я оплачу им ремонт кухни. Я все равно планировала ее отремонтировать.

— Недели не хватит.

— Ну, я заплачу им столько, что они успеют. Я не могу оставаться в отеле дольше недели. Мне, Ноксу и Таре будет тесно даже в самом просторном номере люкс.

— Ты серьезно собралась переехать в отель? — Айдан скривился.

— Да, — сказала Вайолет, не понимая, почему он подумал, что это странный выбор места для проживания. — Я уже забронировала номер. Мы не можем оставаться в квартире. Тара уже собирает свои вещи и вещи Нокса.

— Ты не можешь переехать к родителям?

Вайолет подавила смех, закрыв рот рукой и тихо покачав головой. Она не поедет к родителям.

— Нет, спасибо. Я предпочитаю жить в отеле. Я рассказывала тебе о своих родителях.

Его голубые глаза оглядывали комнату, словно в поисках ответа, но Вайолет сомневалась, что он найдет его среди мокрой древесины и изоляционной плитки.

— Ты можешь переехать ко мне, — произнес Айдан.

Вайолет нахмурилась.

— К тебе? Не говори ерунды.

— Это не ерунда, — сказал Айдан. — Ты была у меня раньше. У меня есть две просторные спальни и полностью оборудованная кухня. Я почти все время работаю, поэтому я не буду вам докучать. Это всего на неделю. И у меня будет шанс побыть с Ноксом.

Вайолет старалась не обижаться на то, что Айдан не был слишком заинтересован в том, чтобы провести больше времени с ней. Однако его предложение спровоцировало у нее несколько важных вопросов.

— Спасибо за предложение, но спальни только две. Как их поделят между собой три взрослых человека и ребенок?

— Тара и Нокс могут ночевать в гостевой комнате. Там стоит двуспальная кровать. Ты можешь спать в моей комнате. А я… — Голубые глаза Айдана уставились на нее из-под густых рыжих бровей.

От волнения у нее скрутило живот. Разделять с ним квартиру, спальню, кровать… Не важно, сколько времени она проведет в его жилище: неделю, день или час. Вайолет сомневалась, что у нее хватит сил, чтобы держаться подальше от Айдана. Она по-прежнему вспоминает, как он стоял в ее спальне с голой грудью. Она приложила все усилия, чтобы не провести пальцами по рыжим волоскам на его груди и ноготками по твердым мускулам его живота.

— Я буду спать на диване, — заявил он.

Похоже, усилия ей прикладывать не придется.

Но даже в этом случае она не могла принять его предложение. В отеле у них будет еда и регулярное обслуживание номеров.

— Нет, Айдан. Я не буду тебе навязываться. Мы устроимся в отеле. Через час за нами приедет фургон.

Айдан схватил ее мобильный телефон с кухонного стола и протянул его Вайолет.

— Отмени бронирование номера.

— Что? Зачем? — Вайолет взяла у него телефон, не собираясь никуда звонить. Она засунула телефон в задний карман джинсов.

— Потому что я не разрешу тебе и моему сыну жить в отеле, когда вы можете жить у меня.

— Разрешение? — резко спросила Вайолет. Она не привыкла просить разрешения у кого-либо. Когда-то родители критиковали каждый ее шаг. Став взрослой, она решила им противостоять. Слишком рано она узнала, что в мире полно людей, особенно мужчин, которые с радостью будут контролировать ее жизнь и ее деньги. Но она не выигрышный билет в лотерею.

— Кто ты такой, чтобы давать мне разрешение? Я взрослая женщина, мать-одиночка, которая принимает решения самостоятельно.

Айдан округлил глаза, поняв, что сморозил глупость, и поднял руки.

— Это не то, что я имел в виду. Я знаю, ты сама принимаешь решения. Я просто хочу сделать тебе приятное. Ты помогла мне с получением гранта и начала процесс совместного опекунства с Ноксом. Я мало что могу сделать для тебя или Нокса. Я уверен, в отеле условия намного лучше, чем у меня. Но я прошу тебя подумать над тем, чтобы переехать ко мне. Позволь мне сделать это ради вас.

Вайолет вздохнула и скрестила руки на груди. Умоляющему выражению лица Айдана было трудно сопротивляться. Она знала, что у нее непростой характер. Несколько ее друзей и мужчин, с которыми она встречалась многие годы, говорили ей об этом. Покупка подарков для нее казалась невозможной. Что можно подарить человеку, который способен в буквальном смысле слова купить себе практически любую вещь? Она могла оплатить любые услуги и помощь, которая ей когда-либо понадобится.

Но истинную доброту за деньги не купишь. Айдан наверняка хочет сделать ей приятное. Не для того, чтобы произвести на нее впечатление или следить за ней, а потому, что он хотел быть хорошим. Из того, что она помнила, у него была миленькая квартира, но не в центре города. Вайолет вспомнила, как Айдан говорил ей, будто эта квартира — единственное, что осталось от его прежней жизни, хотя она не помнила, что он тогда имел в виду.

— Хорошо. Мы попробуем. Но если нам придется туго, мы переедем в отель.

— В случае чего я сам помогу вам перебраться в отель. — Широкая улыбка Айдана была для Вайолет лучшей благодарностью. — Но я думаю, вам у меня будет здорово.

Вайолет не была так в этом уверена, но знала, что это будет лучшей альтернативой, чем проживание в затопленной квартире в ближайшие дни.

— Спасибо, Айдан. Ты очень любезен. Надеюсь, мы не заставим тебя пожалеть об этом. У Нокса режутся зубки.

— Не беспокойся. Я так много пропустил, что с радостью побуду с ним, пока у него режутся зубы. И с тобой, — прибавил он, многозначительно посмотрел ей в глаза, а потом быстро переключил внимание на наручные часы. — Я побегу домой и приберусь там до вашего приезда. — Он написал адрес на листе бумаги и протянул его ей вместе с латунным ключом. — Мне надо быть в «Мерфи» около двух часов, поэтому, если вы не приедете к этому времени, вам понадобится ключ.

Вайолет взяла адрес и ключ.

— Спасибо, Айдан.

Он кивнул и быстро вышел за дверь. Вайолет уставилась на ключ в руке. У нее засосало под ложечкой. Судя по всему, она приняла неправильное решение остаться с Айданом. Ей нужно быть с ним очень осторожной и не начинать новые отношения.

Но они проживут у него всего неделю, верно?

Обреченно вздохнув, она поднялась по лестнице в детскую и сообщила Таре о внезапном изменении планов.

Айдан спокойно отпер дверь в свою квартиру и проскользнул внутрь, не зная, что там увидит. Ему пришлось уходить на работу в тот момент, когда Вайолет и Тара распаковывали вещи. Он звонил домой несколько раз, и Вайолет настаивала, что у них все в порядке, но он не был в этом так уверен. В ее голосе слышалась тревога. Хотя у нее был очень тяжелый день, который начался с мокрых лодыжек и закончился в квартире другого человека.

В квартире было темно и тихо. Казалось, ничего не изменилось, если не считать детских бутылочек в сушилке у раковины, детской коляски в фойе и Вайолет на диване с книгой.

При свете лампы она казалась ангелом. Ее длинные темные волосы были уложены в свободный пучок на голове; на ней была темно-синяя шелковая пижама. Она читала книгу. Айдан никогда не видел ее такой красивой, свежей и расслабленной.

Когда она наконец подняла на него глаза и безмятежно улыбнулась, Айдану пришлось вцепиться рукой в спинку стула, чтобы успокоиться.

— Привет, — выдавил он.

— Привет. — Вайолет положила закладку между страницами и закрыла книгу.

Только тогда он заметил, что она читала любовный исторический роман, на обложке которого рыцарь держал на руках женщину.

— Я думал, ты спишь. — Было уже три часа ночи.

— В голове очень много мыслей, — тихо сказала она, вставая с дивана и подходя к нему. — Как дела на работе?

— Как обычно. — Он не хотел говорить Вайолет о пьяницах, с которыми возился каждый вечер. — Как вы устроились? Вам все нравится?

— Все было здорово. Конечно, это холостяцкая квартира, но у нас все в порядке. Я поработала из дома. Сегодня утром я получила электронное письмо от председателя совета директоров фонда. Совет директоров одобрил твою заявку на грант на всю запрашиваемую сумму.

Сердце Айдана замерло. Полная сумма? Подтверждение? Ему не верилось, что так произошло.

— Ты серьезно? — спросил он.

Вайолет кивнула и улыбнулась. Не сдержавшись, он поднял ее и прокружил на месте. Она удивленно взвизгнула.

— У нас есть деньги! — крикнул он, кружась по синему ковру.

— Айдан! — резко шепнула она, но он почти не слышал ее. Только услышав фразу «ты разбудишь ребенка», он понял, что три часа ночи не лучшее время для веселья.

Он медленно поставил ее на ноги, их тела соприкоснулись. Его сердце забилось чаще, он судорожно глотнул прохладного воздуха. Ему было нелегко отпустить Вайолет.

Айдан не собирался прикасаться к ней, он позволял себе только пожимать ей руку с тех пор, как они воссоединились. Но сейчас он поддался эмоциям и пожалел об этом. Теперь ему было в десять раз труднее отпустить ее. Его руки оставались у нее на талии.

Вайолет не отталкивала его от себя.

Они стояли так близко, что ощущали дыхание друг друга. Щеки Вайолет порозовели от волнения.

— Прости, — прошептал Айдан и прижался лбом к ее лбу. — Я просто очень долго ждал хороших новостей, и ты их мне сообщила.

Вайолет посмотрела на комнату для гостей и прислушалась.

— По-моему, мы его не разбудили, — наконец сказала она с тяжелым вздохом облегчения, и ее темно-карие глаза озорно сверкнули. — Но ты очень старался это сделать. — Она игриво шлепнула его рукой по груди.

Айдан притворился, будто ему больно, хотя на самом деле почувствовал приятный трепет, как только Вайолет прикоснулась к нему. Он заметил, что она не убрала руку от его груди. Они оба стояли в гостиной: он обнимал ее руками за талию, а она прижимала ладонь к его груди. Жаль, что он не может стянуть футболку через голову, чтобы Вайолет прикоснулась пальцами к волоскам на его груди. Ему нравились ее ласки. Айдан по-прежнему помнил, как она царапала его спину ноготками. При мысли об этом он мгновенно возбудился.

Айдан попытался образумиться. Он ни разу не поцеловал Вайолет с того дня, как они опять встретились. Сейчас они живут в одной квартире, но это ничего не изменит между ними.

Или изменит?

— Айдан? — мягко позвала его Вайолет.

Не зная, как ответить, он наклонился и поцеловал ее в губы. Внезапно все изменилось: они снова были вместе, как пятнадцать месяцев назад, и получали удовольствие друг от друга.

Вайолет не оттолкнула его и не отстранилась от него. Ее губы были мягкими и податливыми, она разомкнула их, позволяя его языку скользнуть ей в рот.

Айдан тихонько простонал у ее губ, надеясь, что не слишком шумит. Он не хотел, чтобы этот волшебный момент прерывался младенцами, или нянями, или чем-то еще.

— Айдан? — снова прошептала она у его рта.

На этот раз он замер, касаясь руками ее груди через шелковую пижаму.

— Что? — спросил он и молчаливо взмолился, чтобы Вайолет отвергла его.

— Отведи меня в свою комнату, — произнесла она.

Сердце Айдана едва не выскочило из его груди, но он не колебался ни секунды. Взяв за руку, он повел Вайолет к свою спальню. К счастью, его спальня и гостевая комната были разделены кухней, создавая им некое уединение.

Как только он затащил Вайолет внутрь и закрыл дверь, оба уступили желанию и принялись срывать друг с друга одежду.

Совсем скоро они, полностью обнаженные, упали на кровать. После стольких месяцев разлуки они не хотели тратить время на романтику и любовные прелюдии.

— Презерватив, — прошептала Вайолет, судорожно дыша, когда Айдан опустился на колени между ее бедер и принялся посасывать ее грудь.

Надев презерватив, он опять страстно поцеловал Вайолет в губы. Он поглаживал руками ее грудь, живот и бедра; крепко обхватив руками ее ягодицы, он медленно вошел в нее и облегченно вздохнул.

Айдан думал, что больше никогда не испытает этой восхитительной близости с Вайолет, и все же, вопреки всему, она в его постели. Подняв ноги, она обхватила ими его торс, позволяя Айдану глубже войти в нее. Он простонал у ее губ.

— Дай мне все, на что ты способен, — прошептала она, и ее карие глаза озорно сверкнули.

Айдан, не колеблясь, выполнил ее просьбу. Обняв Вайолет, он крепко прижал ее к себе и ускорил темп. Она приглушенно вскрикивала, уткнувшись лицом ему в шею.

Наконец она протяжно закричала, вонзила ноготки ему в спину и содрогнулась. Достигнув развязки, Айдан отстранился от нее и лег на спину. Ему хотелось обнимать Вайолет, но что-то заставило его сдержаться.

Наконец он встал и пошел в ванную комнату, чтобы принять душ. Вернувшись в спальню, он взял подушку, шорты и отправился на диван.

— Куда ты собрался? — спросила голая и соблазнительная Вайолет.

Айдан пожал плечами:

— Спать на диване.

Вайолет подняла бровь, рассмеялась и приподнялась на локтях.

— По-твоему, это необходимая предосторожность после того, что между нами сейчас произошло?

Хороший вопрос. Отчасти он обрадовался, что Вайолет не прогоняет его. Но он обещал, что будет спать на диване, и не собирался нарушать данное слово.

Но, честно говоря, он снова хотел ее. К утру все может измениться, и ему надо максимально использовать то, что он имеет.

— Не знаю, — ответил он.

— Возвращайся в кровать немедленно! — потребовала она, видя его неуверенность, и лукаво улыбнулась. — Я с тобой еще не закончила.

Айдан с радостью ей подчинился.

Глава 6

Сегодня Вайолет было трудно сосредоточиться. Айдан был в ее офисе и оформлял документы на получение гранта, а она никак не могла приступить к работе. Он смотрел на нее так соблазнительно и пахнул, как ее любимая конфета. Ей хотелось уткнуться лицом ему в шею и вдохнуть запах его тела.

Умом она понимала, что должна сожалеть о событиях прошлой ночи, но ей было трудно это сделать. Ей не было совестно за то, что она уступила желанию. Близость с Айданом казалась ей абсолютно естественной. Им было так хорошо вместе в прошлом, поэтому ей оказалось крайне трудно отказаться от того, что она уже познала. Сегодня ночью они четырежды занимались любовью, пока не взошло солнце.

Однако сейчас ситуация намного усложнилась. Вайолет старалась не позволять себе падать в кроличью нору. Ей было любопытно, что произойдет, если они будут дальше видеться друг с другом, и как люди отреагируют на их отношения. Вайолет не волновало прошлое Айдана, его работа и финансовое положение, но она знала, что другие люди будут реагировать на него иначе. Например, ее родители. Или друзья. Она хотела защитить Айдана от издевок представителей ее социального круга. Для них он станет лакомым кусочком для сплетен.

Хотя ее волнения преждевременны. Да, у них общий ребенок, но как долго продлятся их отношения, еще не известно.

Сейчас ее все устраивает. Отношения с мужчинами — тяжелый труд. Прямо сейчас ей хотелось, чтобы ее помощница, Бетси, ушла. Они заперли бы дверь офиса и занялись бы сексом прямо на рабочем столе.

Вайолет подняла глаза от документов, которые равнодушно рассматривала, и увидела, что Айдан хитро ухмыляется.

— Что? — У нее покраснели щеки, словно Айдан поймал ее с поличным.

— Ты меня вообще не слушаешь.

Она смущенно пожевала губу и покачала головой.

— Нет, я не слушала тебя. Прости. Я задумалась. Повтори, что ты сказал, пожалуйста.

— Надеюсь, твои мысли не были похотливыми, — поддразнил он.

Если бы он только знал…

Айдан перетасовал документы и указал пальцем на параграф, выделенный желтым цветом:

— Я спрашивал об этой части в документах, где говорится о том, как помочь моей организации создать собственную базу потенциальных инвесторов. Как мы это сделаем?

Вайолет глубоко вздохнула и решила приступить к работе по-настоящему. Лучше заниматься делами, чем фантазировать об Айдане.

— Выдавая тебе грант, мы также предоставляем тебе доступ к базе данных о людях и организациях, занимающихся благотворительностью. Как правило, мы устраиваем мероприятие для привлечения инвесторов, проводим аукцион и знакомим с людьми, которые захотят работать с твоей организацией в долгосрочной перспективе. Наш грант — это начальные деньги, чтобы помочь тебе собрать больше средств для организации.

— О каком мероприятии ты говоришь?

Вайолет показала ему несколько приглашений на прошлые мероприятия.

— Иногда мы устраиваем прогулку или забег. На тематических вечеринках и гала-вечеринках бывает больше гостей. Мы устраивали несколько карнавалов, концерты. Гала-вечеринка — наверное, самое выгодное мероприятие. Богатые люди любят наряжаться и развлекаться, особенно в благотворительных целях.

Айдан задумчиво разглядывал приглашения.

— Я не думал о таких масштабных мероприятиях.

— Тебе придется, если ты хочешь, чтобы о твоей организации узнали. Кстати, как ты ее назовешь?

Он откинулся на спинку стула и задумался.

— Сначала я хотел назвать реабилитационный центр «Каменные ступени», но потом решил, пусть это будет «Дом Молли». Так звали мою мать. Она мечтала помогать людям, вроде моего отца, избавиться от пристрастия к алкоголю.

— Твой отец был алкоголиком?

Айдан кивнул:

— Это то, что его в конце концов погубило. Я уверен, что годы стресса подорвали здоровье моей матери.

Вайолет попыталась не думать о том, насколько жестоко судьба обошлась с Айданом, забрав у него и отца, и мать. Он посвятил свою жизнь работе в пабе и снова сделал его прибыльным. Он стремился открыть реабилитационный центр для алкоголиков, воплощая в жизнь мечту своей матери.

Он был очень заботливым человеком. И он, несомненно, станет отличным отцом для Нокса и замечательным мужем какой-нибудь счастливой женщины.

— Отличное название. — Вайолет взяла бланк и написала на нем название приюта. Ей надо сосредоточиться на делах, а не на том, кому повезет быть женой Айдана. — Название центра поможет планировать мероприятия, — продолжала она. — Может быть, устроить благотворительный забег в пятницу вечером?

Айдан еще раз посмотрел на приглашения, которые она передала ему, потом бросил их на стол.

— Я думаю, лучше устроить предновогодний бал для «Дома Молли».

Но до Нового года еще далеко.

— А как насчет бала-маскарада для «Дома Молли»? Можно организовать костюмированную вечеринку и заставить гостей приходить в венецианских масках. Людям понравится.

Он кивнул:

— Я согласен. Бал-маскарад «Дома Молли». Я думаю, маме тоже понравилось бы. Особенно маски. Она каждый год делала себе костюмы для Хеллоуина.

— Отлично. «Дом Молли» получит прибыль от каждого проданного билета после того, как мы потратимся на аренду помещения, организацию развлечений и поставку закусок. Самое важное на этом мероприятии — контактная информация всех участников, которые будут твоими инвесторами, но наличные деньги тоже не помешают. Чтобы собрать еще денег, можно устроить аукцион. Вероятно, нам удастся уговорить местную компанию пожертвовать на аукцион что-нибудь ценное, вроде бриллиантового колье или автомобиля.

— Настоящий автомобиль? — Айдан широко раскрыл глаза от удивления.

— Такое уже бывало. Однажды мы продали на аукционе небольшой спортивный БМВ. Дилер продал нам автомобиль ниже его стоимости за рекламу, которую получила его фирма. Мы заработали по двадцать пять долларов за каждый билет на аукцион. Мы не только покрыли расходы на машину, но и получили приличную прибыль. Участники аукциона были очень рады. Но это не обязательно должен быть автомобиль. Пусть это будет то, что важно для тебя и твоей организации.

Айдан взглянул на нее и слегка нахмурился, а потом пригладил пальцами рыжие волосы.

— Может быть, поездка?

— Какая поездка?

— Моя мать всегда хотела поехать в Ирландию. Она мечтала посетить деревню своих предков и осмотреть достопримечательности. После смерти моего отца она планировала поехать туда с женщинами из церкви, но заболела. У нее был рак поджелудочной железы, который трудно поддается лечению. Она прожила около восьми месяцев после того, как ей поставили диагноз.

Вайолет улыбнулась. Поездка — прекрасное предложение, о котором она не задумывалась.

— Это потрясающая идея. Я поручу своей помощнице Бетси позвонить моему турагенту и выяснить, удастся ли организовать хорошую поездку на двоих. У меня есть знакомые в авиакомпании, и мы можем получить авиабилеты для перелета первым классом.

Вайолет взяла Айдана за руку. Ее внезапный жест, казалось, испугал их обоих, однако они не отстранились друг от друга. Айдан посмотрел на нее и улыбнулся. Тепло его кожи отгоняло холод, который Вайолет постоянно ощущала, когда включала летом кондиционер, а жар в его взгляде заставлял ее трепетать от желания. Она не знала, как может хотеть его снова так скоро после прошедшей ночи, но она хотела Айдана.

Хотя она надеялась, что ее квартиру скоро отремонтируют, ей нравилось жить у Айдана. В отеле были все полагающиеся удобства, но в спальне не было сексуального рыжеволосого мужчины, который бы страстно обнимал Вайолет.

В дверь тихо постучали — Айдан и Вайолет отодвинулись друг от друга и посмотрели на дверь. В офис заглянула ее помощница.

— Да, Бетси?

— Простите, что прерываю вас. К вам пришел мистер Рэндалл, ему назначено на три часа.

— Спасибо. — Вайолет посмотрела на наручные часы и поняла, что ее время с Айданом пролетело быстрее, чем она ожидала. — Ну, по крайней мере, мы начали планировать благотворительное мероприятие. Ты уже можешь начинать ремонт в доме. А я тем временем подготовлю больше информации для предстоящего бала. Ты посмотришь ее позже на этой неделе.

— Отлично, Вайолет. Есть только одна проблема, которую я уже предвижу.

Вайолет выпрямилась и насторожилась. Она всегда тщательно планировала благотворительные мероприятия, чтобы они проходили безупречно.

— Что такое?

— У меня нет смокинга, — сказал Айдан с извиняющейся улыбкой.

* * *

Даже на пике своей рекламной карьеры Айдан не покупал себе дорогие костюмы.

Ральф Лорен. Том Форд. Джорджио Армани. Модельную одежду он считал слишком дорогой. Теперь он понимал, что не должен был ничего говорить Вайолет. Он поставил перед ней задачу. Ему следовало просто прийти на бал-маскарад в черном арендованном смокинге, и никто ни о чем бы не догадался.

Но, по-видимому, Вайолет такое не устраивало.

— Я думаю, тебе подойдет модель от Армани или Тома Форда, — произнесла она, пока они осматривали витрину магазина на Пятой авеню. — В этом сезоне в моде узкие смокинги.

Айдан последовал за ней в бутик Армани с обреченным выражением лица. Он не мог позволить себе питаться в ресторане, не говоря уже о покупке смокинга. Однако Вайолет об этом не догадывалась.

Айдану не потребовалось много времени, чтобы оценить ситуацию. Посмотрев пару понравившихся ему солнцезащитных очков, он охнул, увидев их стоимость, а потом прислонился к стене и стал мрачно наблюдать за вышагивающей по магазину Вайолет. Она ходила взад-вперед в узкой черной юбке-карандаше, и Айдана буквально загипнотизировало покачивание ее бедер.

— Айдан? — сердито сказала она через несколько минут.

Он очнулся от размышлений.

— Что?

— У меня уже есть платье для вечеринки, — произнесла она. — Я пришла сюда, чтобы помочь тебе выбрать смокинг, а ты не обращаешь на меня никакого внимания. Мне надо, чтобы ты тоже подключился к поиску подходящего смокинга.

— Я предлагаю подыскать мне костюмчик подешевле. — Оттолкнувшись от стены, он подошел туда, где Вайолет стояла, скрестив руки. — Я не знаю, какие люди обычно приходят в фонд «Ниаркос», но я точно не просил бы денег, если бы мог выложить несколько десятков тысяч долларов за смокинг, который надену всего один раз.

Вайолет посмотрела на него с беспокойством и нахмурилась.

— Эта вечеринка важна для тебя, Айдан. Ты познакомишься с людьми, которые помогут тебе сделать «Дом Молли» успешным. Они должны быть уверены в тебе, а ты должен выглядеть презентабельно.

— Я хочу выглядеть презентабельно. Но я не желаю выглядеть так, будто я трачу благотворительные средства лично на себя.

— Хороший качественный смокинг — отличная инвестиция. Если ты подберешь его правильно, то сможешь носить его всю свою жизнь.

— Я буду носить его ежедневно, Вайолет, потому что ради его покупки мне придется продать всю мою одежду.

Она вздохнула и задумчиво поджала губы. Подойдя к стойке с одеждой, она взглянула на ценник, а затем повернулась к Айдану и прищурилась.

— Мы купим тебе смокинг. Я оплачу. Я настаиваю.

Айдан поднял руки, отказываясь от ее великодушия.

— О, нет. Нет, нет, нет. Я не позволю тебе покупать мне костюм для бала. Я лучше надену тренировочные штаны.

— Я могу себе это позволить. Разреши мне сделать это для тебя. В благодарность за то, что мы живем в твоей квартире.

Айдан начинал сердиться и потянул тугой воротник рубашки. Он уже сожалел о том, что заговорил о смокинге. Он видел, с какой решимостью смотрит на него Вайолет.

— У тебя больше денег, чем в отдельных небольших странах. Я это понял. Я также понял, что ты вдумчивый человек и тебе нравится помогать людям. Но мне надо, чтобы ты поставила себя на мое место.

— И как это?

Айдан скрестил руки на груди, чтобы не сжимать кулаки от разочарования.

— Я взрослый человек, Вайолет. У меня собственный бизнес. Я контролирую свою жизнь. Я не привык, когда кто-то указывает мне, что и как делать. Я ценю твое мнение. Но я не желаю, чтобы кто-то выбирал мне одежду, а тем более ее покупал. Ты так поступала со своим бывшим? Он был для тебя неким проектом в стиле «Пигмалион»? Ты наряжала его, чтобы выходить с ним на улицу?

— Конечно нет, — возразила Вайолет.

— Потому что его не надо было наряжать, верно? Он уже был идеальным партнером, которого одобрили твои родители. — Айдан покачал головой и отвернулся. Ему следует уйти отсюда до того, как он скажет то, о чем пожалеет. — Мне надо на свежий воздух.

Повернувшись на каблуках, Айдан направился к выходу. Он вышел на Пятую авеню и стал пробираться сквозь толпу покупателей и туристов, надеясь, что звуки города заглушат пульсацию крови у него в ушах. Отойдя от магазина, он сел на край клумбы и сделал глубокий вдох.

Через несколько мгновений Вайолет села рядом с ним.

— Прости, — наконец сказала она. — Я не пытаюсь изменить тебя или принарядить. Не надо так обо мне думать.

Айдан ничего не ответил. Он был слишком разочарованным, чтобы говорить. Он знал, что не является утонченным и изысканным парнем, к общению с которыми она привыкла. Он не посещал элитный детский сад и не имел целевого банковского счета. Он учился в небольшом государственном университете и получал стипендию, стараясь стать лучше. Но на самом деле ему не очень нравилось то, каким он стал. Вот почему он так легко ушел из рекламного бизнеса. Он никогда не вписывался в круг, в котором вращались рекламщики, и поступок его бывшей невесты подтвердил это.

— Иногда я забываю, что люди по-разному реагируют на мои деньги. Некоторые их игнорируют. Некоторые более чем счастливы помочь мне потратить их на них. Некоторых мои деньги просто отталкивают. Я стараюсь делать все возможное, чтобы помогать людям, когда им это требуется. Но меньше всего я хочу делать то, от чего ты будешь чувствовать себя некомфортно. Так что забудь об этом. Покупай себе смокинг самостоятельно.

Айдан повернулся и посмотрел на нее, она улыбалась.

— Хорошо. Я куплю смокинг. — Он улыбнулся в ответ.

— Прекрасно! — Она рассмеялась и взглянула на проезжающие мимо машины.

— Мне необходим обычный черный костюм.

— Ладно. Попробуем еще раз?

Айдан пожал плечами. Пусть он раздражен, но ему надо что-нибудь надеть на вечеринку.

— Да.

Они встали и подошли к магазину одежды.

— Давай посмотрим здесь? — сказала она.

Он неохотно пошел за ней в магазин. Они долго осматривали костюмы, но не смогли выбрать ничего подходящего.

Тогда Вайолет обратилась за помощью к продавцу.

Мужчина повернулся к ним с вежливой улыбкой. На нем был очень дорогой костюм.

— Чем я могу вам помочь?

— У вас есть костюмы не из последней коллекции?

— У нас есть несколько таких вещей. Пожалуйста, идите за мной. — Продавец по имени Маркус привел их в дальний угол секции мужской одежды, где было несколько костюмов.

Айдан сразу понял, что одежда слишком дорогая.

Вайолет повернулась к продавцу с самой приятной улыбкой, на какую была способна.

— Понимаете, нам нужен строгий костюм для благотворительной вечеринки, на которой будут присутствовать очень важные инвесторы. Скажите, у вас можно взять смокинг на прокат?

Маркус кивнул:

— Что за благотворительность?

— Я открываю реабилитационный центр под названием «Дом Молли», — ответил Айдан. — Он необходим для передержки алкоголиков после курса лечения в клинике до их возвращения в реальную жизнь. В центре у них будет все необходимое, чтобы привыкнуть к трезвой жизни. Мне надо произвести хорошее впечатление на наших потенциальных инвесторов, но здесь слишком дорогая одежда.

Маркус задумчиво посмотрел на широкоплечего Айдана, а потом поднял палец.

— Я знаю, что делать. — Он исчез в дверном проеме с табличкой «Для персонала» и вышел в зал через несколько минут, держа в руках пакет с логотипом Тома Форда.

— Этот смокинг сшили на заказ. Мы целый месяц неоднократно вызывали клиента, чтобы забрать его, а сегодня утром он наконец позвонил и сообщил, что отказывается от заказа. Это модный смокинг от Тома Форда. Если потребуется, мы подгоним его по вашей фигуре.

Айдан наблюдал, как продавец расстегивает пакет. Внутри был красивый черный смокинг с шелковыми лацканами и галстуком-бабочкой. При виде его глаза Вайолет радостно сверкнули.

— Сколько он стоит? — спросил Айдан.

Маркус посмотрел на документы, прикрепленные к пакету, и посчитал в уме.

— Обычно мы не продаем заказы клиентов в этом магазине. Мы либо продаем заказ со скидкой своему персоналу, либо отправляем заказ в магазин распродажи. Но для вас я сделаю исключение. Я продам его вам с семидесятипятипроцентной скидкой.

Айдан взглянул на документы и понял, что согласен купить дизайнерский смокинг.

— Вы серьезно? — спросил он.

Маркус улыбнулся и кивнул:

— Да. Примерьте его, чтобы можно было понять, нужна ли подгонка по фигуре. Вы сможете забрать его в конце этой недели.

— Ладно. — Айдан отправился в примерочную. Оставшись с Маркусом наедине, он спросил: — Разве на подобный смокинг делают такую огромную скидку?

— Наверное, нет, — сказал Маркус. — Но мой отчим проходит курс лечения от алкоголизма. Я ценю работу, которую вы пытаетесь делать, и я хочу помочь вам выглядеть хорошо.

Глава 7

— Куда вы собрались?

На следующий день Айдан выходил из дома с Ноксом в коляске, когда встретился с Вайолет.

— Привет! Я не ожидал, что ты сегодня так рано вернешься.

— У меня был выбор: взять работу домой или торчать в офисе до десяти вечера. Я решила уйти пораньше. Вы идете на прогулку с Тарой?

Айдан рассмеялся:

— Нет, я отпустил Тару после обеда. Она упомянула, что ей надо выполнить несколько поручений. У меня выходной, поэтому я решил отвезти Нокса в парк.

Вайолет напряглась и поправила на плече сумку с ноутбуком. Айдан понял, что ей не нравится его намерение прогуляться с ребенком в одиночку.

— Ты погуляешь с нами? — спросил он, стараясь разрядить напряжение.

— Я с удовольствием прогуляюсь в парк, — сказала она, явно не желая выглядеть так, будто боится, что Айдан не справится с малышом без посторонней помощи. — Мне надо переодеться. Вы подождете меня?

— Конечно.

Вайолет вернулась через десять минут. Она затянула темные волосы в хвост, надела узкие джинсы и облегающую футболку.

Они прошли несколько кварталов до ближайшего парка почти не разговаривая. Войдя в парк, они зашагали по тенистой тропинке вокруг детской площадки. Нокс был еще слишком маленьким, чтобы играть в парке, но Айдану понравилась идея вытащить его из квартиры на природу Манхэттена.

Нокс поднял голову и широко раскрытыми глазами уставился на кроны деревьев над головой. Он задумчиво причмокивал соской, радуясь плавному движению коляски.

Айдан улыбнулся своему сыну и посмотрел на людей в парке.

— Одни няньки, — раздраженно произнес он.

Вайолет отмахнулась от его замечания:

— Сейчас середина рабочего дня. Большинство людей на работе, поэтому дети, если они не ходят в детский сад, остаются с нянями.

Айдан понимал практичность такого подхода к делу, но он ему не нравился.

— Я в курсе. В наши дни не так много мамаш сидят дома. И Тара мне понравилась. Меня просто волнует, что эти дети растут не видя родителей и не испытывая к ним привязанности. Разве они сумеют стать полноценными и эмоционально здоровыми взрослыми людьми?

Вайолет повернулась к нему и посмотрела на него с любопытством.

— По-твоему, я полноценный и эмоционально здоровый человек?

Несмотря ни на что, он знал, что должен ответить честно, если когда-нибудь попытается убедить Вайолет воспитывать своего сына по-другому.

— На самом деле нет, — сказал он. — У тебя и твоих родителей определенно есть проблемы. Я не знаю, как это влияет на твою повседневную жизнь, но я уже видел доказательства этого во время наших отношений.

Вайолет остановилась и положила руки на бедра.

— Например?

— Твое стремление к совершенству в себе и в других. Ты постоянно и необоснованно боишься принять неправильное решение. Я могу сказать тебе, что ты совершенна, но ты мне не поверишь. Ты будешь слышать только родительскую критику. Я не понимаю, почему их мнение так важно для тебя.

Вайолет вздохнула и уставилась в дальний конец парка.

— Их мнение важно для меня, потому что я всегда пыталась привлечь их внимание в детстве. Ты прав, я провела девяносто пять процентов своего детства с няньками. Мои родители постоянно работали и путешествовали, и делали все, чтобы им было не до меня. Мне приходилось быть лучшей во всем, что я делала, чтобы они обращали на меня внимание, но их ничего не устраивало. Я окончила среднюю школу, поступила в университет по их выбору и получила диплом, я встречалась с парнем, которого они одобрили… Но они все равно были недовольны. До того дня, когда я вошла в паб «Мерфи», я жила так, как хотели они, а не я.

Айдан вообще не понимал родителей Вайолет и не жаждал общаться с ними. Пусть они бабушка и дедушка Нокса, но Айдан, конечно, не позволит им унижать мальчика.

— Они должны радоваться, что у них такая дочь, независимо от того, что ты делаешь.

Вайолет долго вглядывалась в его лицо, словно думала, что ослышалась.

— Я не желаю воспитывать Нокса так, как воспитывали меня. Да, я наняла для него няню, но я не намерена оставлять ребенка одного, разъезжая по миру. Я буду видеться со своим сыном каждый день. И я хочу, чтобы ты тоже ежедневно с ним общался.

Она со всей серьезностью посмотрела в глаза Айдана. До этого момента он не знал, что она чувствует. Она позволила ему участвовать в жизни Нокса, но с тех пор прошла всего пара недель. Они получили положительные результаты теста на отцовство и оформляли совместную опеку над ребенком. Не изменит ли Вайолет свое мнение через несколько месяцев или лет после того, как ее родители и знакомые узнают, что отец Нокса бедняк?

— Я не шучу, — продолжала она. — Не важно, что происходит между нами; я хочу, чтобы ты воспитывал своего сына. Нокс этого заслуживает. И ты тоже.

Вайолет накрыла ладонью руку Айдана, которой он сжимал ручку коляски. Как и в офисе, ее прикосновение было теплым и успокаивающим; после смерти матери никто не прикасался к нему с такой нежностью. Он смущенно посмотрел на руку Вайолет, стараясь не быть слишком эмоциональным на людях.

— Спасибо, — наконец сказал он. — Мой отец почти мной не занимался. Он всегда был либо в пабе, либо спал после того, как напьется. Я не знаю, открыл ли он паб потому, что был алкоголиком, или он стал алкоголиком потому, что ему принадлежал паб, но результат один и тот же. Он почти все время был пьян и мучился похмельем. Он никогда не делал того, что делает отец ради сына. Когда я учился в старших классах школы, он ни разу не пришел на бейсбольный матч, в котором я участвовал. Моя мама делала все возможное, чтобы компенсировать его отсутствие, но она была бессильна заменить его.

— Я уверена, ты не будешь таким отцом, Айдан. Ты узнал своего сына совсем недавно, но ты его уже обожаешь. Это заметит каждый. Ты не отвернешься от него, как когда-то от тебя отвернулся твой отец.

— Ты поняла, почему я не выпиваю?

Вайолет нахмурилась.

— Я этого не заметила, хотя твое решение не лишено смысла.

— Я даже не знаю вкуса пива, только его запах. Я всегда боялся походить на своего отца. Я боялся, что за одной порцией алкоголя последует еще десять и я сопьюсь. Я не мог так поступить ни с самим собой, ни со своей матерью. Она много страдала с моим отцом.

— Твой реабилитационный центр поможет многим людям.

— На самом деле это была идея моей матери. Отец дважды лечился от алкоголизма, и поначалу все было хорошо, но как только он возвращался домой и на работу, опять принимался за свои дурные привычки. У него были бы проблемы, даже если бы он не работал в пабе. Мать всегда говорила, что двадцати восьми дней лечения недостаточно. Ему требовалась реабилитация, в курсе которой он привык бы к трезвости в привычных, комфортных условиях. Она очень переживала, что не может остановить моего отца от саморазрушения. Он умер от печеночной недостаточности около трех лет назад. Поэтому я бросил работу в рекламном агентстве и занялся пабом «Мерфи».

— Погоди. Ты работал в рекламном агентстве?

Айдан нахмурился. Разве он не рассказывал ей эту историю?

— Да. После окончания университета я примерно пять лет был менеджером по рекламе. Я работал в нескольких успешных компаниях, получал большую зарплату и быстро продвигался по карьерной лестнице. Та моя жизнь совсем не похожа на ту, которой я живу сейчас.

— Ты жалел, что бросил работу в рекламе?

— Придется тебя разочаровать, но я не жалел о том, что бросил работу в рекламе. Я пытался разбогатеть, но понял, что это не сделает меня счастливее. По правде говоря, я был несчастен, несмотря на успех. Работа в пабе не самая престижная или высокооплачиваемая работа в мире, но я люблю своих сотрудников и клиентов. Мне нравится моя работа. Мне нравится быть полезным людям, которые приходят в паб просто пообщаться. Каждый день я получаю совершенно новый опыт, и я от этого в восторге.

Вайолет казалась удивленной.

— Я думала, ты всегда работал в пабе. Реклама… — Она покачала головой. — По-моему, нам надо многое узнать друг о друге.

— Верно. Но я думал, ты знаешь о моей прежней работе. Именно благодаря ей я купил хорошую квартиру.

— Ты собственник этой квартиры? Я этого тоже не знала. — Вайолет нахмурилась.

— Я должен признаться, что мы многое узнаем друг о друге с опозданием.

Они повернулись и зашагали по тропинке через парк. Чем больше Айдан думал обо всем этом, тем сильнее хотел поступать правильно с Вайолет. Их отношения довольно странные. У них общий ребенок, и они живут вместе, хотя и временно. Они очень мало знают друг о друге. Ему хотелось все начать сначала.

— Я думаю, нам с тобой надо сделать кое-что важное.

— Что это? — с любопытством спросила она.

— Настоящее, честное и доброжелательное свидание с едой и общением и лучшее знакомство друг с другом. Вайолет, я приглашаю тебя на свидание.

Вайолет предполагала совсем другое, когда Айдан пригласил ее на свидание. Она думала, что он поведет ее в хороший ресторан, они поужинают при свечах, а потом прогуляются по Центральному парку. Обычное свидание. Но ей следовало знать, что свидание с Айданом будет каким угодно, только не обычным. В три часа дня она и пятьдесят тысяч болельщиков оказалась на стадионе, чтобы посмотреть бейсбольный матч «Янки» против «Питсбургских пиратов».

Не то чтобы ей не нравился бейсбол. Она любила эту игру. Ее фонд владел элитной ложей на стадионе, которую она использовала время от времени, чтобы привлечь инвесторов.

Глаза Айдана сверкали от волнения. Он обожал бейсбол. Она видела в его квартире приз государственного чемпионата, который он выиграл в старших классах средней школы. Первым подарком, который он принес своему сыну, была форма «Янки» и бейсбольная рукавица оранжевого цвета. Она не подозревала, что кто-то производит бейсбольную одежду для малышей. Судя по всему, для Айдана очень важно, чтобы Вайолет была с ним во время матча.

Она старалась не забывать об этом, стоя рядом с Айданом, пока он покупал билеты. Потом она поняла, что может дать ему шанс взглянуть на матч по-иному.

— А хочешь, мы сядем в ложе? — спросила она.

Айдан равнодушно пожал плечами:

— Я забыл, что у твоего фонда есть ложа. Тебе решать.

Вайолет попыталась скрыть разочарование. Она надеялась, что Айдан обрадуется шансу посидеть в шикарной частной ложе.

— Сейчас очень жарко, — произнесла она. — Там есть кондиционер и комната отдыха. Я думаю, тебе понравится.

Он кивнул:

— Наши места на ярком солнце. Уже жарко, поэтому лучше пойти в ложу, а потом спуститься ближе к полю, когда солнце начнет садиться. В противном случае я зря покупал эти тридцатидолларовые билеты, — прибавил он с улыбкой.

Вайолет улыбнулась в ответ, надеясь, что он не обидится на ее предложение. По правде говоря, она ни разу не сидела на обычных местах на стадионе. Ее отец не позволял ей этого, хотя был большим поклонником бейсбола. Отчасти именно поэтому у фонда была собственная ложа на стадионе. Получается, ее отец и Айдан любят бейсбол.

К сожалению, этого недостаточно, чтобы удовлетворить ее критически настроенного отца.

Судя по всему, ее отцу просто невозможно угодить ни в чем. В этом отношении его знакомство с Айданом обречено на провал изначально.

Сегодня она не хотела думать об этом. Сегодня ее родители в Стамбуле, а она планирует с удовольствием провести время с Айданом. Она провела его по стадиону к лестнице, которая вела в ложи.

— Добрый день, Эдди, — улыбаясь, сказала Вайолет, подходя к охраннику, стоявшему у восточного входа в ложи. — Кто-нибудь занял сегодня ложу фонда «Ниаркос»?

Высокий мускулистый охранник с темно-коричневой кожей и добрыми глазами посмотрел на свой планшет и покачал головой:

— Сегодня нет, мисс Ниаркос. Вы займете ее со своим гостем?

— Ненадолго, пока не станет прохладнее.

— Я предупрежу обслугу.

— Сегодня много ВИП-персон? — спросила Вайолет. Иногда ложи занимали актеры, политики или рок-звезды.

— Важнее вас? — Эдди улыбнулся. — Конечно нет.

Вайолет игриво ударила Эдди по руке.

— Лесть открывает любые двери. — Она повернулась к Айдану и взяла его за руку. — Пошли.

Совсем скоро они пришли в ложу фонда «Ниаркос», откуда открывался отличный вид на стадион. Они вошли внутрь, миновав частную кухню и зону отдыха, и подошли к огромной стене с окнами и рядами сидений на двадцать человек. Если проводились крупные мероприятия, комната заполнялась жующими гостями, закусками и бутылками импортного вина и пива. В настоящий момент обширное пространство было тихим и пустым.

— Жаль, что мы больше не используем это помещение, — сказала она. — Время от времени мы разыгрываем эту ложу на аукционе на благотворительных мероприятиях или приводим сюда потенциальных инвесторов. Но чаще всего ложа пустует. Надо предложить эту ложу скаутам или какому-нибудь благотворительному фонду.

Вайолет выглянула в окно — на поле разминались две бейсбольные команды. Стадион почти заполнился, скоро начнется матч.

— Ну, что скажешь? — спросила она. — Тебе нравится? Мы не должны оставаться здесь, если тебе не нравится.

Не получив ответа, она повернулась и увидела, что Айдан таращит глаза.

— Айдан? Что случилось?

Он оторвал взгляд от потрясающего вида поля и повернулся к ней лицом.

— Ну, это здорово.

Вайолет нахмурилась.

— Тебе правда нравится?

— Шикарный вид. Я должен быть в восторге от шанса смотреть матч из ложи, зная, сколько стоит ее аренда на одну игру, а тем более на целый сезон. Но я не знаю… Мне кажется, чего-то не хватает. Такое ощущение, что мы смотрим матч по телевизору из дома.

В дверь постучали, и появился официант в черной униформе обслуги ВИП-ложи:

— Добрый день! Принести вам что-нибудь до начала игры?

Вайолет посмотрела на Айдана.

— Закажешь что-нибудь? У них полный бар и множество закусок. Есть даже шеф-повар суши.

— Ты серьезно?

Айдан надвинул на глаза бейсболку с логотипом «Янки», поэтому она не видела его взгляда, но была почти уверена, что его не впечатлили суши.

— Пока нам ничего не надо, спасибо. — Она отпустила официанта.

Когда дверь за ним захлопнулась, Айдан скрестил руки на груди и усмехнулся.

— Ты сидишь здесь каждый раз, когда приходишь на матч?

— Да, — сказала она. — Хотя иногда мы спускаемся в бар.

— Где вы пьете мартини и едите суши, наслаждаясь американской игрой?

Айдан издевался над ней. Вайолет не привыкла к такому обращению. Большинство людей целовали бы ей задницу, чтобы воспользоваться ее деньгами. Другие просто игнорировали бы ее. Но Айдан над ней насмехался.

— У нас есть ложа. Почему бы мне ею не пользоваться?

Айдан только покачал головой. Он огляделся и протянул Вайолет руку.

— Пошли. Ты посмотришь матч в более подходящей обстановке.

Вайолет колебалась.

— У нас свидание, и я планировал, что мы сядем на дешевые места, выпьем газировки и поедим начос, а потом будем орать на судью. Я не хочу сидеть здесь, в этом стерильном, причудливом месте, где богачи избегают общения с простыми людьми.

— Значит, поэтому ты… — Она начала спорить, но Айдан прервал ее:

— Пошли, Вайолет. Для начала мы купим тебе футболку с логотипом «Янки».

Вайолет взяла его за руку. Не успела она и глазом моргнуть, как они оказались на участке стадиона, которого она никогда раньше не видела. На ней была совершенно новая футболка «Янки»; она сидела между Айданом и семьей с маленькими детьми.

Он оказался прав. Она испытывала совершенно другое ощущение, смотря матч отсюда. Здесь чувствовалась энергия толпы, запах жареного арахиса и свежескошенной травы; здесь можно было хорошо разглядеть игроков. Айдан купил им обоим холодный лимонад в пластиковых стаканах, хот-доги и начос.

В какой-то момент Вайолет взволнованно вскочила со своего места с остальными болельщиками, громко подбадривая команду. Она смеялась и улыбалась, Айдан ни разу не видел ее такой.

— Ну? — спросил он ее. — Мы вернемся в ложу?

Вздрогнув, она покачала головой:

— Нет. Ты прав. Здесь намного веселее. Я не знаю, почему мой отец не разрешал мне сидеть на стадионе со всеми.

От удивления Айдан поднял рыжую бровь.

— Тебе необходимо его разрешение? Мне ты чуть не откусила голову, когда я попытался настоять на своем.

Вайолет вздохнула:

— Мой отец совсем другой. Он грек и чтит старые традиции. Он очень хочет, чтобы я вышла замуж за добропорядочного грека и нарожала много греческих детей.

— Да ты просто революционерка. — Айдан усмехнулся. — Ты родила от ирландца, сидишь на стадионе и ешь начос. Что дальше?

Айдан был прав. В последнее время Вайолет вела себя совсем не так, как раньше, и Айдан был тому причиной. Он побуждал ее расправлять крылья и расширять кругозор. Он разбудил в ней чувства, которых она не испытывала раньше, и ей хотелось большего. Больше Айдана и больше ощущений, которые он пробуждал в ее теле. Вайолет посмотрела на ложу и лукаво улыбнулась.

— По-моему, нам надо вернуться в ложу.

— Зачем? Что ты там забыла?

Она покачала головой, наклонилась к Айдану и поцеловала мочку его уха. Она нежно прижалась к нему, чувствуя, как он дрожит, но не от холода.

— Ты когда-нибудь занимался сексом на стадионе? — прошептала она.

Айдан удивленно посмотрел на нее и выгнул бровь. Несколько секунд он изучал ее лицо, потом его глаза страстно сверкнули.

— Я ни разу не думал об этом, но раз ты сама предлагаешь… — Он обнял ее за талию и притянул к себе.

Потом он резко встал и протянул ей руку. Они вернулись в ложу и заперли дверь.

— Пора нарушать правила, — сказала Вайолет.

Глава 8

Айдан остановился на тротуаре у дома Вайолет. У него на плече была сумка, он катил за собой чемодан на колесиках. Тара и Нокс уже поднялись наверх, а Вайолет взяла сумку у водителя такси, когда тот вытащил ее из багажника.

— Ты уверена, что поступаешь правильно? — снова спросил Айдан. Сегодня утром позвонил подрядчик и сообщил, что ее квартира отремонтирована и она может вернуться обратно. На день раньше. По-видимому, ущерб был не таким большим, как они думали, поэтому потребовался только косметический ремонт. Айдану следовало радоваться за Вайолет и Нокса, но он грустил. Он думал, у него есть еще один день прожить с ними одной семьей.

— Да, Айдан, — выдохнула Вайолет, устав от его вопросов.

Он не был готов вернуться к тому, что было между ними накануне наводнения в квартире. Это напоминало начало их отношений. Ему нравилось просыпаться от хихиканья Нокса в гостиной и ложиться спать, обнимая Вайолет. Они вместе садились за стол и ходили по продуктовым магазинам. И Айдан наслаждался этими простыми отношениями.

Ему казалось, они стали настоящей семьей.

Вайолет поставила сумку на тротуар и повернулась к Айдану.

— Мы не уезжаем из страны. Мы просто возвращаемся домой. Ты знаешь, где нас найти. — Она поцеловала его в губы и успокаивающе погладила рукой по щеке.

— Я это знаю. — Ему просто не нравилось происходящее. Он хотел сохранить семью, но боялся, что отпугнет Вайолет, если скажет что-то подобное вслух. Еще слишком рано. И все же он был уверен в своих чувствах. Намного сильнее, чем с Айрис.

Обернувшись, Айдан увидел, как какой-то мужчина идет по тротуару и машет им рукой. Он не знал этого человека.

— Вайолет? По-моему, тот парень хочет поговорить с тобой.

Шагнув назад, она повернулась и помрачнела.

— Черт побери, — выругалась она. — Я вернулась всего пять минут назад, а он уже появился.

— Вайолет! — крикнул мужчина и подошел к ней.

Он был модно одет и улыбался, но улыбка показалась Айдану крайне неискренней. Он положил руку на плечо Вайолет.

— Вот ты где, дорогая, — сказал он. — Я приходил к тебе несколько дней подряд, но мне никто не открывал.

Вайолет отстранилась от его прикосновения.

— На этой неделе меня не было дома, Бо. Мою квартиру затопило, и ее несколько дней ремонтировали.

— А почему ты не позвонила мне, чтобы разобраться со всем этим?

Вайолет явно сердилась. Нахмурившись, она положила руки на бедра. Айдан не понимал, кто этот человек.

— Зачем тебе звонить? Мы расстались шесть месяцев назад. И кроме того, я сама решу свои проблемы. Мне не нужна твоя помощь.

— Конечно, моя кошечка, но где ты была всю неделю? — спросил Бо.

— Она гостила у меня, — ответил Айдан. Бо уже прикоснулся к Вайолет, назвал ее своей кошечкой, а теперь лезет в ее личные дела. Пора это прекратить.

Бо наконец повернулся к нему, словно только что заметил его присутствие.

— Ой. Я думал, он водитель такси.

Айдан ощетинился, но Вайолет коснулась рукой его предплечья, желая успокоить.

— Не хами, Бо. Ты отлично знал, что он здесь со мной. Я не собираюсь отвечать на твои вопросы. Что тебе понадобилось от меня?

Бо с отвращением взглянул на Айдана.

— Я просто хотел поздороваться и узнать, как у тебя дела. Ты не отвечала на мои звонки.

— Привет! Я в порядке. Я не отвечаю на твои звонки, потому что мы расстались.

— Я знаю, что мы не…

— Хватит, Бо. Я все сказала, когда пришли результаты теста на отцовство, но ты и мои родители, похоже, не хотите меня слушать. Сейчас у меня другой парень.

— Он? — Бо указал на Айдана большим пальцем.

— Да, — ответила она.

— И кто он, а?

— Отец Нокса, — с гордостью сказала Вайолет, удивляя Айдана.

До настоящего времени она старалась скрывать от людей их отношения, особенно в том, что касалось Нокса. Айдан не винил ее. Он понимал, что ей надо привыкнуть к новой ситуации.

— Я думал, ты не знаешь, от кого родила, — сказал Бо.

— Я не знала. В противном случае, я не терпела бы твое присутствие рядом со мной целых девять месяцев. Но я кое-что вспомнила.

— Кое-что? Не все полностью? — Бо нахмурился.

— Нет, не все. Только ту часть, когда я познакомилась с Айданом. С тех пор мы снова вместе. Но больше ты ничего не узнаешь.

Беспокойное выражение его лица исчезло, когда он скрестил руки на груди.

— А твои родители знают о нем? — Он акцентировал последнее слово.

Айдану стало не по себе. На нем были красивые джинсы и футболка с логотипом его паба. И все же Бо удалось заставить его думать, будто он не достоин Вайолет.

Возможно, так и было, но Айдана интересовало только ее мнение. В данный момент она считает, что он хорош для нее.

— Тебя это не касается, но я еще не говорила с родителями. Их не было в стране. Но я обо всем им скажу. Но если ты опередишь меня и выложишь им всю правду, я сделаю твою жизнь чрезвычайно трудной. Ты меня понял?

На секунду Бо испугался ее угрозы, потом пожал плечами:

— Как будто я хочу тратить свое драгоценное время на сплетни о том, с кем спит моя бывшая. Мне все равно. Позвони мне, когда одумаешься. — Он ушел, даже не посмотрев на Айдана.

Вайолет и Айдан стояли и смотрели вслед Бо, который смешался с толпой.

— Хочу заметить, что ты не умеешь выбирать себе мужчин, — произнес Айдан.

— Я его не выбирала. Мы выросли вместе, и нам всегда казалось, что мы однажды поженимся. Если бы я родилась на сто лет раньше, нас уже поженили бы. А сейчас мои родители просто давят на меня, чтобы я сошлась с Бо.

— Я не понимаю, почему они хотят, чтобы ты сошлась с этим подонком.

Вайолет подняла сумку и направилась к двери дома.

— Наверное, потому, что наши семьи давно дружат, мы с ним примерно одного возраста, он из хорошей семьи, и он грек. Это не веские причины, но все-таки доводы. Я всегда говорила, что мы с ним не пара.

Айдан покачал головой и последовал за ней.

— Ну, на месте твоего отца я бы больше всего интересовался, как этот парень относится к тебе. А учитывая твое состояние в ту ночь, когда ты пришла в «Мерфи», я бы сказал, что он отвратительно к тебе относился.

Вайолет остановилась в мраморном вестибюле и повернулась к Айдану лицом.

— Я что-нибудь рассказывала тебе в ту ночь? — спросила она. — Я не знаю, почему я была расстроена и пошла в паб.

Айдан понял, что они довольно давно не обсуждали ее потерю памяти. Поначалу он считал ее амнезию отговоркой. Но теперь он все больше убеждался, что она в самом деле не помнит некоторых событий.

— Ты сказала, что не хочешь говорить об этом. Ты заявила, что твой парень ублюдок и ты хочешь на время забыться.

Вайолет закатила глаза и повернулась к лифтам.

— Ну, я получила то, чего хотела.

Квартира была в отличном состоянии, если не считать слабый запах краски. Нокс уснул, а Вайолет, Айдан и Тара принялись распаковывать вещи. Вайолет включила стиральную машину, а потом вместе с Айданом сидела на диване и пила холодный чай.

— Этот парень настоящий придурок, — сказал Айдан. Несмотря на то что после ухода Бо прошло более часа, они оба точно знали, о ком говорит Айдан.

Вайолет прекрасно понимала, что ее бывший жених — мерзавец. Пусть он не заслуживал того, что Вайолет изменила ему и зачала от другого мужчины, но Бо никогда не был ей парой.

— Я знаю, — произнесла она. — Он очаровал меня, когда мы учились в университете, то потом он становился все противнее, и мы отдалились друг от друга. Мне страшно представить, что было бы, если бы я вышла за него замуж. Я очень расстроилась, когда поняла, что забеременела. Я не смогла бы расстаться с Бо, если бы забеременела от него. Я отложила свадьбу, настаивая на том, что хочу дождаться рождения ребенка. Все думали, будто я тщательно готовлюсь к свадьбе, но, по правде говоря, я искала любую причину, чтобы ее отложить. Как только родился рыжеволосый Нокс, вопрос о свадьбе отпал сам собой. Я потребовала сделать анализ ДНК, хотя Бо настаивал на том, чтобы ребенок унаследовал его фамилию. Я отказалась. Когда пришли результаты анализа, я поняла, что все закончилось. Но если бы Нокс родился похожим на меня, я бы не сомневалась в отцовстве Бо и вышла бы за него замуж.

Она покачала головой и вздрогнула от одной мысли о том, что могла стать миссис Бо Россо. Беременность была для нее моральным испытанием, хотя она ни разу ни с кем не обсуждала свои проблемы. Она лежала в постели по ночам, глядя на большое помолвочное кольцо, чувствовала, как в животе толкается Нокс, и понимала, что что-то не так. Что-то беспокоило ее в Бо после аварии, но она не могла сказать, что это такое. Она надеялась, что память к ней вернется, но она не получила ответа с воспоминаниями о времени, проведенном с Айданом.

— Я тоже чуть не женился не на той женщине. Такое бывает чаще, чем ты думаешь. Наверное, нам просто повезло. Мы поняли это до того, как сделали решительный шаг.

Вайолет удивленно взглянула на Айдана. Раньше он не упоминал свою невесту, но, опять же, они мало обсуждали свое прошлое.

— Можно узнать, что случилось? — спросила она.

Айдан вздохнул и подпер голову рукой.

— Тебе нужна длинная или короткая версия истории?

— Длинная. — Она хотела понять, откуда у Айдана враждебность к определенным людям. Похоже, он в самом деле не любит богачей.

— Работая в рекламном агентстве, я встречался с женщиной по имени Айрис. Она была корпоративным адвокатом, мы познакомились на вечеринке. Мы были вместе около трех лет, когда я сделал ей предложение. Я знал, у нее особенные вкусы: она любила дорогие вещи, но в то время я не возражал против этого. Я пытался больше зарабатывать, чтобы быть с первоклассной девушкой с превосходными вкусами. Я потакал ей, делал дорогие подарки. Моя ошибка заключалась в том, что наши отношения основывались только на этом.

У Вайолет скрутило живот от волнения. Она уже знала, чем могла закончиться эта история, потому что часто встречала женщин, подобных Айрис. Они оставались с мужчинами только до тех пор, пока у них были деньги.

— После того, как у мер мой отец, я решил бросить работу в рекламе и заниматься пабом «Мерфи». Я сглупил, когда подумал, что Айрис меня поддержит. Она этого не сделала. Фактически, она обозвала меня идиотом и сразу же бросила меня ради одного из моих старших партнеров в рекламной фирме. Все произошло так быстро, что я уже подумал, не встречалась ли она с ним до того, как мы расстались.

— Это ужасно, — сказала Вайолет. Айрис не заслуживала такого мужчину, как Айдан. Вайолет не была уверена, достойна ли она сама Айдана. В конце концов, она изменила Бо с Айданом, не так ли? Это было так нехарактерно для Вайолет. В принципе, она ничем не лучше Айрис.

— Разве можно так поступать с теми, кого любишь? — спросила она.

Айдан пожал плечами и задумчиво отхлебнул чаю.

— Я думаю, она любила деньги больше меня. Айрис даже не вернула мне помолвочное кольцо, хотя знала, что мне нужны деньги для восстановления паба. Я часто встречаю в этом городе людей вроде нее. Чем больше они имеют, тем больше им хочется. Ради денег они готовы на все.

Вайолет не нравился его горький тон, хотя она понимала, почему Айдан так расстроился.

— Богатые и алчные люди повсюду. Это не значит, что все на них похожи.

— Разве нет? Я не люблю богачей, и у меня есть на то основания. Парни с Уолл-стрит, вроде Бо, готовы на все ради прибыли… Фармацевтические компании, по милости которых умерла моя мать, потому что не могла покупать себе дорогие лекарства… А Бо хотел признать своим чужого ребенка, чтобы…

Вайолет навострила уши.

— Чтобы — что?

Айдан пожал плечами:

— Я не знаю. Возможно, я ошибаюсь, и он любил тебя и ребенка, несмотря ни на что. Но по своему опыту я знаю, что такой, как он, согласится на все ради твоих денег и связей.

Вайолет понимала, что Айдан прав. Большинство мужчин из ее социального круга знали, сколько она стоит. Она почему-то надеялась, что Бо заинтересуют в ней не только деньги. Она верила, что его чувства к ней искренние. Но Бо просто хотел заарканить наследницу миллиардера. Он продолжал кружить вокруг нее, что бы она ни сделала, потому что ему было все равно, что она делает. Он явно не любил ее. Он просто хотел получить престижный статус ее мужа. Бо был небедным, но не таким богатым, как Ниаркосы. Став мужем Вайолет, он получил бы частные самолеты и яхты и роскошную жизнь. Ему не пришлось бы работать ни дня. Любовь и взаимное уважение не имели к этому никакого отношения. Но именно на этих чувствах, по мнению Вайолет, должен основываться брак.

— Наверное, ты прав насчет Бо и Айрис. Мы выбирали себе не лучших партнеров. Но я отказываюсь верить, будто все вокруг такие же алчные. Деньги и статус — это еще не все.

Айдан усмехнулся:

— Так могут рассуждать только люди с деньгами и статусом. Говорят, основная причина разводов — нехватка денег.

— Нет, я серьезно, — настаивала Вайолет. — Бо мне не подходил. Я понимаю это сейчас. Но мои родители считали его успешным парнем из хорошей семьи и иначе смотрели на его недостатки. Хорошо быть финансово независимым и известным в обществе, но это не самое важное в отношениях. Если бы так было, богатые люди не разводились бы.

Айдан смотрел на нее с любопытством.

— А что, по-твоему, самое важное?

Вайолет много думала об этом после расставания с Бо. Она не хотела повторять свои ошибки.

— Страсть и влечение могут объединить двух людей, но для долгих отношений нужен прочный фундамент, — начала она. — Необходимо взаимное доверие, уважение и забота друг о друге. Ты должен иметь право рассчитывать на то, что твой партнер будет рядом с тобой, когда тебе тяжело. Он останется с тобой, когда ты потеряешь деньги и статус. Все это для меня гораздо важнее денег. Именно это я буду искать, когда решу начать с кем-нибудь серьезные отношения.

Он наклонился к ней с улыбкой, и у нее засосало под ложечкой.

— То есть такой небогатый паренек вроде меня имеет шанс завоевать сердце богатой, успешной и красивой женщины, как ты?

— Конечно да. — Она осторожно сжала его руку. — Я не сошлась бы с тобой однажды, а тем более дважды, если бы у тебя не было такого шанса. Я не из тех, кто меняет партнеров как перчатки.

Айдан всмотрелся в ее глаза, а потом высвободил руку и кивнул.

— Я это запомню, — сказал он. — Мне лучше уйти. Сегодня у меня последний выходной перед субботним балом. У меня полно дел.

Они встали, и Вайолет проводила Айдана до входной двери. Она понимала, что у него дела, но она не желала, чтобы он уходил. Она боролась с желанием обхватить руками его шею и не позволить ему уйти. Но пока она не готова к таким открытым проявлениям чувств.

Она очень быстро привязалась к Айдану. Подобных ощущений она ни разу не испытывала к Бо, которого знала многие годы.

— Останься, — тихо произнесла она.

Он с любопытством посмотрел на нее, положив руку на дверную ручку.

— Я думал, ты уже устала от меня.

— Неправда.

Он подошел к ней вплотную, и она уткнулась лицом ему в шею.

— Ты останешься? — прошептала она ему на ухо.

— У меня нет выбора. Ты загнала меня в угол.

Глава 9

Остаток дня тянулся мучительно медленно. Как только Вайолет убедила Айдана остаться на ночь, начался обратный отсчет до того момента, когда он обнимет ее. Она привыкла засыпать рядом с ним и просыпаться, чувствуя его запах на подушке. Они больше не скрывали от Тары свои отношения и отцовство Айдана, но и не щеголяли этим перед няней. Это означало, что если Вайолет хочет нежного, неторопливого поцелуя или крепкого объятия, то ей придется подождать до вечера.

Хотя кухню отремонтировали, большая часть содержимого шкафов была по-прежнему в коробках в столовой. Айдан заказал еду из китайского ресторана, пока Вайолет кормила Нокса кашей и банановым пюре.

Потом Айдан укладывал сына в постель. Вайолет наблюдала, как он выполняет рутинную работу: чистый подгузник, пижама и укачивание Нокса перед сном. Иногда Вайолет рассказывала Ноксу сказку или пела колыбельную. Когда он немного повзрослеет, она начнет ему читать. Айдан рассказывал своему сыну о победном матче «Янки» в 2009 году. Нокс лежал у него на руках и зачарованно его слушал.

Вайолет смотрела на них обоих, и ее сердце таяло. Она не знала, каково расти с хорошим отцом. Ее всегда укладывала спать одна из нянек, а если родители были в городе, Вайолет удостаивалась от матери поцелуя в лоб. Ее родители не купали ее, не укладывали спать, не читали сказки. Ее отец заботился о ней по-своему, без проявления эмоций. Ее дед, Ставрос, тоже не отличался добрым сердцем, но к моменту рождения Вайолет он стал намного мягче. Возможно, отец Вайолет когда-нибудь смягчится по отношению к Ноксу, но пока он наверняка будет вести себя с мальчиком очень холодно и сдержанно.

У отца Айдана были проблемы с алкоголем, поэтому он явно не был примерным папой. Но разница в том, что Айдан не использовал эту ситуацию, чтобы оправдать свою холодность с сыном. Наоборот, он делал все, чтобы Ноксу было хорошо.

Наблюдая за Айданом и Ноксом, она благодарила судьбу за то, что та свела ее с таким мужчиной. Даже если бы Нокс был сыном Бо, тот не относился бы к нему так бережно. На самом деле Бо было почти наплевать на ее беременность. Он не ходил с ней на УЗИ. Он пропустил предродительную вечеринку, потому что хотел поиграть в бадминтон.

Нокс свалился на Айдана из ниоткуда, и он прекрасно справлялся с ролью отца. У нее сложилось ощущение, что ее беременность проходила бы иначе, если бы Айдан был рядом с ней. Он наверняка массировал бы ее опухшие лодыжки и ходил по магазинам, когда ей внезапно хотелось бы чего-нибудь поесть. Он очень заботливый человек, а для Вайолет это важнее всего остального.

Нокс уснул. Айдан осторожно встал и уложил сына в кроватку.

— Он спит, — прошептал Айдан, когда повернулся и увидел Вайолет в дверях. — Ну, я молодец, мамочка?

Вайолет улыбнулась:

— Еще какой молодец.

— Меня наградят за хорошую работу? — Он лукаво поднял бровь.

— Я думаю, это можно устроить. — Вайолет взяла его руку и потащила в свою спальню. Войдя внутрь, она закрыла дверь, а потом усадила Айдана на край кровати. Потом она медленно опустилась перед ним на колени.

— Ты готов? — Она улыбнулась.

— О, да.

Вайолет медленно поглаживала его ноги и бедра через ткань джинсов, потом расстегнула молнию и почувствовала, как Айдан напрягся. Он помог ей стянуть с него джинсы и черные трусы-боксеры.

Она ласкала его, слушая, как он постанывает и шепчет ее имя. Запустив пальцы в ее темные волосы, он прикусил губу, чтобы сохранить остатки спокойствия.

— Хватит. — Стиснув зубы, он схватил ее за запястье. — Я не могу больше молчать, но нельзя, чтобы нас услышала Тара.

Вайолет хихикнула, а он наклонился, ловко поднял Вайолет и усадил ее на себя верхом. Она попыталась высвободиться, но он крепко удерживал ее на месте.

Через мгновение Вайолет лежала на спине, и Айдан, схватив за запястья, поднял ее руки над головой. Свободной рукой он поднял вверх ее блузку, обмотав ею запястья Вайолет, а потом расстегнул переднюю застежку ее кружевного синего лифчика, обнажая напряженные розовые соски.

Вайолет тихонько простонала, когда он погладил рукой ее левую грудь, а потом коснулся ее губами. Он энергично посасывал ее сосок, а она извивалась под ним и выгибала спину. Теперь она была полностью в его власти и не могла двигать руками, поэтому чувствовала себя еще беспомощнее.

И ей это нравилось.

Он снял с нее джинсы и трусики, а она приподнялась и поцеловала его в губы. Он жадно поцеловал ее в ответ, словно подтверждая силу страсти, которая их объединяла. Они были близки меньше дня назад, но им казалось, будто прошла вечность.

Сегодня Айдан не спешил. Целуя Вайолет, он медленно ласкал ее руками, доводя до исступления. Она дрожала от удовольствия. Открыв рот, она глотала воздух, задыхаясь от силы оргазма.

Потом она какое-то время лежала, боясь пошевелиться. Айдан взял презерватив и вернулся. Когда он вошел в нее, она почувствовала, что их близость стала другой: интенсивнее и лучше. Он отлично понимал, как двигаться и прикасаться к ней, чтобы доставить наслаждение.

У Вайолет никогда не было такого внимательного любовника, как Айдан. Он не просто удовлетворял свои потребности, а искренне отдавал предпочтение Вайолет и уделял ей приоритетное внимание во всем.

Когда он простонал ее имя, уткнувшись лицом ей в шею, и крепко обнял, Вайолет подумала о том, как Айдан изменил ее жизнь к лучшему. Она и Нокс — главные приоритеты в его жизни. Не бизнес, не деньги и не репутация. Раньше ее никто никогда не любил.

И, честно говоря, Вайолет сама никого не любила в прошлом. По крайней мере так, как Айдана. Он не делился с ней своими чувствами, а она не признавалась ему в своих, но он, несомненно, заставлял ее ощущать себя желанной и любимой.

Она влюбилась в него.

Она поняла это именно сегодня.

Она безумно и безнадежно любит Айдана.

У нее потеплело на душе, она впервые за всю жизнь почувствовала себя умиротворенной. Душой она хотела рассказать ему о своих чувствах, но разум и практичность возобладали над эмоциями. Одно дело быстро влюбиться, но совсем другое дело — признаться в этом. Вероятно, Айдан против эмоций. Наверное, ему потребуется больше времени, чтобы понять, что их отношения стали особенными.

Как только он отстранился от Вайолет и лег на спину, она почувствовала холод без его прикосновений. Повернувшись, она прижалась к руке Айдана. Она ощущала себя в безопасности, и ей было на все наплевать. Даже на родительскую критику.

Вайолет знала, что рано или поздно ей придется выяснять отношения с матерью и отцом. Но пока ее родители в Восточной Европе, она будет наслаждаться миром и покоем с Айданом. Подумав об этом, она крепче прижалась к Айдану, желая продлить мгновение счастья.

Следующим утром Айдан вернулся к себе и стал готовиться к работе. Он планировал съездить в дом своей матери, а потом пойти на работу в паб.

Прошлая ночь с Вайолет заставила его думать о том, о чем он не задумывался раньше. Они не были парой, но сегодняшнее возвращение к себе домой стало для Айдана болезненным напоминанием о том, что их отношения временные. Это означало, что все, к чему он привык, быстро закончится. Да, он будет приходить к Вайолет, чтобы увидеться с Ноксом, но это не гарантирует, что у них будут с ней длительные отношения.

Он радовался своему отцовству, но хотел большего. Ему начинало казаться, что они втроем — настоящая семья, которая просыпается по утрам в одном доме, завтракает, а потом проводит день вместе.

Поднимаясь по ступеням в дом своей матери, Айдан размышлял о том, что у него и Вайолет нет общего дома. Брак его родителей не был идеальным, но его мать любила и заботилась о своем муже до его смерти. У них был общий дом и семья.

Захочет ли Вайолет выходить замуж и создавать настоящую семью? Айдан неспроста не предложил ей стать его женой, когда узнал о Ноксе. Она должна выйти за него замуж по собственному желанию, а не из чувства долга перед сыном.

Айдан хотел жениться на Вайолет, но его чувства к ней по-прежнему были новыми и неопределенными.

Войдя в дом, он остановился у основания лестницы. Айдан старался не подниматься наверх. Вернее, он не убирал спальню своей матери. Сразу после того, как она умерла от рака поджелудочной железы, Айдану было слишком тяжело перебирать ее вещи и избавляться от них. По правде говоря, торопиться было некуда. Но теперь ее вещи лежали в коробках или пылились на полках.

Айдан решил передать большую часть одежды и различных предметов обихода в реабилитационный центр или благотворительный фонд. Несколько семейных реликвий он отнесет в свою квартиру; некоторыми из них его мать очень дорожила. Нокс, несомненно, многое унаследует от собственной матери, но Айдан хотел, чтобы у него были вещи его бабушки. Будет трудно конкурировать с парой миллионов долларов на целевом счете, но серебряные карманные часы, принадлежавшие прадеду Нокса, когда-нибудь станут ему по-настоящему дороги.

Айдан заставил себя подняться по лестнице в родительскую спальню. Каждая вещь лежала на том же самом месте, что и прежде, только была покрыта тонким слоем пыли. В комнате витали ароматы любимых духов матери; Айдан вдохнул их, и у него защипало глаза от слез.

Оглядевшись, он подумал, что многое предстоит переделать, но сегодня его интересует только одно.

Подойдя к старому дубовому шкафу, он вынул из него шкатулку с драгоценностями. В ней лежали часы его дедушки, нитка жемчуга, которую носила его мать, медаль, которую Айдан получил, будучи бойскаутом, и пара других вещиц, которыми дорожила его мать. Здесь же было ее обручальное кольцо.

Айдан не хотел брать кольцо у матери, но она настояла на этом. Ее обручальное кольцо было особенным. Оно принадлежало его прабабушке по отцовской линии и было передано его отцу, когда тот решил жениться. Это была семейная традиция, и мать Айдана хотела, чтобы он отдал кольцо своей будущей жене.

Кольцо было в старом футляре, обтянутом потертым шелком. Айдан уставился на кольцо, которое видел на пальце матери почти каждый день, пока она была жива. Бриллиант в центре был окружен более мелкими алмазами, расположенными по кругу. Кольцо было очень красивым, и мать обожала его.

Если бы кольцо не было семейной реликвией, отец Айдана вряд ли смог бы купить нечто подобное. Айдан тоже не в состоянии приобрести такой дорогой подарок.

Остается надеяться, что Вайолет примет от него это кольцо.

Он не знал, что она к нему испытывает. Он не был уверен в собственных чувствах. Но он знал, что хочет быть рядом с ней и Ноксом каждый день. Он хотел просыпаться с Вайолет в одной постели, и ему казалось, что если он сейчас не рискнет, то навсегда упустит свой шанс. Вайолет одна из самых богатых женщин Манхэттена, и вокруг нее всегда будут виться мужчины.

Если Айдан желает быть с Вайолет, ему следует сказать ей о своих чувствах до того, как она встретит мужчину, который легче впишется в ее жизнь.

При мысли о другом мужчине рядом с Вайолет он пришел в ярость. Айдан попросит ее выйти за него замуж и будет надеяться на лучшее.

Держа кольцо на свету, он покрутил его кончиками пальцев, смотря на игру камней. Оно будет отлично смотреться на руке Вайолет.

Глубоко вдохнув, Айдан положил кольцо в футляр и направился вниз по лестнице.

Глава 10

— Публика на сегодняшнем балу просто потрясающая!

Вайолет стояла в дальнем конце бального зала со своей помощницей Бетси, они обе восхищались толпой гостей. Бетси права. Она работала в фонде «Ниаркос» задолго до того, как туда пришла Вайолет, и знала толк в успешных вечеринках. Им удалось организовать одно из самых пышных благотворительных мероприятий.

— У меня к вам вопрос, — прибавила Бетси.

— Я слушаю. — Вайолет искала глазами Айдана. Ей хотелось увидеть его в смокинге. Он был чертовски сексуален в джинсах и облегающих футболках, но ей не терпелось посмотреть на него в образе Джеймса Бонда.

— Ваши родители. Я заметила, их нет в списке гостей.

Вайолет посмотрела на свою помощницу.

— И что?

— Обычно мы приглашаем их на все мероприятия.

— По-моему, они в Румынии, — категорично сказала Вайолет. — Зачем посылать им приглашение, если они все равно не приедут? Мы стараемся собрать, а не потратить деньги.

Бетси было около пятидесяти лет, она была довольно решительной и категоричной особой. Когда она посмотрела на Вайолет сквозь очки в толстой оправе, та поняла, что Бетси крайне недовольна ее ответом. Да, они обычно приглашают ее родителей. Но раньше любовника Вайолет и отца ее ребенка не было на подобных мероприятиях. Как только родители Вайолет увидят ее вместе с Айданом, они сразу обо всем догадаются. Даже маскарадная маска не скроет его ярко-рыжие волосы.

Она еще не рассказала им об Айдане и не была готова это сделать. В данный момент у него полно своих забот. Ему не нужно повышенное внимание мистера и миссис Ниаркос. Они, конечно же, не должны узнать правду на светской вечеринке, где собрались важные персоны Манхэттена, готовые с интересом наблюдать за происходящим.

— Ну, я надеюсь, вы говорите мне правду, потому что ваши родители вернулись домой из Румынии вчера днем.

Вайолет напряглась и начала нервно теребить пальцами бриллиантовый браслет.

— Да? Они не сообщают мне о своих приездах.

— Ваш отец вчера приходил в фонд после того, как вы ушли домой. Когда я сообщила ему о бале-маскараде, он, казалось, удивился, что его не пригласили.

Вайолет повернулась к Бетси и уставилась на нее с нескрываемым ужасом.

— Бетси, мой отец придет на бал?

Бетси прикусила губу, будто не решаясь произнести слова вслух.

— Да, он и ваша мать планируют приехать. Но я не знала, что вы не хотите их здесь увидеть, иначе я бы ничего ему не сказала. Я думала, вы не пригласили их по недосмотру. Теперь я ничего не смогу изменить.

— Не то чтобы я не хочу видеть их на балу, — произнесла Вайолет, надеясь немного успокоиться перед приездом родителей. — Я просто стараюсь не общаться с ними. И я не хочу делать это здесь сегодня.

— Это из-за мистера Россо?

Вайолет несколько раз моргнула. Какое отношение к этому имеет ее бывший жених?

— Почему вы решили, что это как-то связано с Бо?

Теперь Бетси выглядела так, словно хочет провалиться сквозь землю.

— Потому что сегодня они придут вместе с ним, — едва слышно ответила она.

— Что? — резко воскликнула Вайолет, и несколько человек повернулись, чтобы посмотреть на нее и Бетси. — Вы серьезно? Бо придет на сегодняшний бал?

— Боюсь, что так. Вы же знаете своих родителей. Каждый раз, когда они возвращаются в город, они спрашивают меня, приезжал ли Бо в офис и помирились ли вы с ним. Они считают, что пока шампанское течет на вечеринке рекой и играет медленная танцевальная музыка, у вас с ним есть хороший шанс сойтись снова. Они так этого хотят.

— Да, я знаю об этом. — Вайолет повернулась к гостям, на этот раз отыскивая глазами не только Айдана, но и своих родителей и бывшего жениха. От волнения у нее скрутило живот. Она сделала несколько глотков мерло, чтобы успокоиться. Не помогло.

— Я все испортила, мисс Ниаркос?

— Нет, Бетси, — ответила Вайолет максимально спокойно и деловито. — Вы не виноваты. Я должна была предвидеть, что это все равно произойдет. От судьбы не уйдешь.

— Возможно, мне удастся приободрить вас, если я скажу, что сегодня вы потрясающе выглядите, — произнесла Бетси. — Вам очень идет этот цвет.

— Спасибо, Бетси, — сказала Вайолет.

Она долго выбирала платье для бала-маскарада. Рядом с Айданом она хотела выглядеть лучше всех. В конце концов она выбрала платье медного оттенка с открытыми плечами, расшитое на груди медным бисером и блестками, с длинной струящейся юбкой ниже колен. Она заколола волосы в свободный пучок и надела модный браслет и подходящие серьги.

Она не сказала Бетси, что цвет ее платья напоминает ей о волосах Айдана.

— О, смотрите! — сказала Бетси. — Мистер Мерфи.

Песня закончилась, и пары начали расходиться с танцпола. Вайолет увидела, что Айдан идет прямо к ней. Посмотрев в его голубые глаза, она забыла обо всех заботах. Он всегда был привлекательным, обладая мощной фигурой и непослушными рыжими волосами, но сегодня вечером, в дизайнерском смокинге, он был просто неотразим. Она смотрела в его пронзительные глаза, на волевой подбородок и полные губы. Она не могла дождаться, чтобы снова почувствовать прикосновение его губ к своему телу.

Он подошел, лукаво улыбаясь, и Вайолет сильнее разволновалась.

— Добрый вечер, дамы!

— Добрый вечер, мистер Мерфи! — сказала Бетси дрожащим голосом. — Вы сегодня очень хорошо выглядите.

Айдан повернулся к помощнице Вайолет и пожал ей руку.

— Спасибо. Вы тоже замечательно выглядите. Возможно, вы окажете мне честь и потанцуете со мной позже? — Он поцеловал Бетси руку.

Бетси густо покраснела и запоздало закрыла лицо маскарадной маской. Вайолет ни разу не видела, чтобы Бетси так реагировала на мужчину. Казалось, женщины всех возрастов поддаются очарованию Айдана мгновенно. На самом деле у Вайолет не было шанса не влюбиться в него. Он был красивым, обаятельным, заботливым и чертовски сексуальным мужчиной.

Неудивительно, что она потеряла от него голову.

— И вы сегодня выглядите потрясающе, мисс Ниаркос. — Айдан поцеловал руку Вайолет.

Почувствовав теплое касание его губ, она вздрогнула. Одного его прикосновения было достаточно, чтобы ее соски напряглись и уперлись в шелковистую ткань платья. Она попыталась как можно изящнее высвободить руку до того, как кто-нибудь заметит, что их рукопожатие затянулось.

— А где ваша маска? — спросил он. — Ведь сегодня маскарад, не так ли?

Вайолет вздохнула и вытащила маску из сумочки. Это была маска медного оттенка с замысловатыми закрученными вырезами. Цвет маски идеально соответствовал оттенку ее платья, но Вайолет была слишком занята организацией вечеринки, чтобы надеть маску. Она надела ее сейчас.

— Так лучше? — произнесла она.

— По правде говоря, нет. Теперь я не вижу вашего красивого лица. Наверное, мне придется смириться и смотреть только в ваши очаровательные глаза.

Вайолет нервно захихикала, беспокоясь, что Бетси услышит подтекст в его словах.

— Вы сегодня в ударе, мистер Мерфи. Вероятно, вам лучше обратить свое очарование на потенциальных инвесторов, а не на меня. Наш фонд уже выделил вам деньги.

Извинившись, Бетси улыбнулась и отошла в другой конец бального зала.

Вайолет тяжело вздохнула.

— Ты хочешь, чтобы все знали, что мы вместе? — спросила она.

— Я просто стараюсь быть очаровательным. Ты сама мне говорила, что это необходимо. Я ничего не могу с собой поделать, когда вижу тебя. Я не могу не расточать тебе комплименты. И я приглашаю тебя танцевать.

Айдан протянул ей руку, и Вайолет поняла, что не сможет ему отказать.

— Только один танец, — предупредила она.

— Один танец — это все, что мне нужно.

Айдан вывел Вайолет на переполненный танцпол. Они прошли мимо танцующих пар, и он притянул ее к себе и обнял.

Она взяла его за руку и положила свою руку ему на плечо. Она нервничала, и Айдан не понимал почему. Все шло как по маслу.

Он задавался вопросом, что ее тревожит. В кармане его пальто лежало кольцо — напоминание о том, что Айдан собирается сделать сегодня вечером. Однако он уже переосмысливал свой план. Похоже, его предложение сильнее обеспокоит Вайолет, нервы которой уже на пределе.

— Ты волнуешься о том, что кто-нибудь увидит, как мы танцуем, и сделает неправильные выводы?

— Да и нет, — призналась Вайолет. — Просто будь сегодня осторожнее. Бетси сказала мне, что мои родители и Бо планируют прийти на бал, хотя я их не приглашала.

Айдан поднял бровь. Как только ему показалось, будто их отношения вышли на новый уровень, Вайолет сделала так, что они снова оказались у начальной черты.

— Почему ты их не пригласила? — спросил он. — Разве ты не приглашаешь их на мероприятия, которые организует фонд?

— Приглашаю. И они приходят, когда они в городе. Но сегодня ситуация другая. Я специально их не пригласила.

— Ты не хотела, чтобы они видели нас вместе. — Айдан почувствовал горький привкус во рту. И он понял, что сегодня кольцо в его кармане останется нетронутым, несмотря ни на что.

Не дай бог, если ее богатые родители-перфекционисты узнают, что Вайолет положила глаз на Айдана. Должно быть, она неспроста скрывает их отношения.

— Я рассказал тебе о том, как я расстался с Айрис. Мне не верится, что ты не пригласила на бал своих родителей потому, что я недостаточно хорош для тебя.

Глаза Вайолет чуть не вылезли из орбит:

— Нет. Я сделала это совсем не поэтому. Не приписывай мне такой ужасный поступок.

— Так просвети меня, — потребовал он.

Вайолет вздохнула и оглядела соседних танцоров.

— Причина не в тебе, Айдан. Ты великолепен. Ты прекрасный отец для Нокса. Я люблю каждую минуту, которую я провожу с тобой. Причина в моих родителях. Я не хочу, чтобы ты без необходимости встречался с ними. Я говорила тебе, как они относятся ко мне… Я всегда буду для них плохой. Я хотела защитить тебя от их критики. И знай, независимо от того, что они говорят или делают, это только их мнение, а не мое.

— Ладно. Тогда поцелуй меня, — сказал он.

Вайолет напряглась в его объятиях.

— Это против правил мероприятия фонда.

Айдан покачал головой.

— Все равно. Покажи всем тем, кто говорит, будто мы не пара, что тебе наплевать на их мнение.

Она с тревогой оглядела комнату.

— Ну? — Он взял пальцами ее подбородок и мягко повернул к себе ее лицо. — Поцелуй меня, Вайолет. Забудь обо всем и покажи мне, как ты относишься ко мне.

— Айдан…

— Если ты не сделаешь это прямо здесь и сейчас, мы перестанем видеться друг с другом и будем просто воспитывать Нокса. Я не собираюсь скрывать наши отношения только потому, что ты боишься мнения других людей.

Вглядываясь в его лицо, она смутилась.

— Я не боюсь их мнения, Айдан.

— Поцелуй меня и докажи это.

Вайолет вздохнула и коснулась рукой его щеки.

— Если это необходимо для того, чтобы ты мне поверил, то так и будет. Пусть это увидит весь мир.

Вайолет приблизилась к нему и прижалась губами к его рту. Айдан крепко обнял ее, и обоим показалось, что мир на время исчез. Вокруг них не было ни толпы гостей, ни ее категоричных родителей, ни оркестра. Были только она и Айдан.

Послышалось громкое хмыканье.

Айдан и Вайолет повернулись и увидели рядом с собой пожилую, хорошо одетую пару. Айдану потребовалось только мгновение, чтобы понять, что это — родители Вайолет. Женщина выглядела как постаревшая Вайолет с проседью в каштановых волосах и морщинками у глаз и рта. На ней было сверкающее серое платье и дорогущие бриллианты и серый жемчуг. Мужчина рядом с ней был ниже ее ростом, полноватый и почти лысый, с умными карими глазами, как у Вайолет. Оба были крайне недовольны тем, что их дочь танцует с незнакомцем и целуется с ним.

Вайолет резко отстранилась от Айдана, когда поняла, кто их прервал. Он заметил ее реакцию, но ничего не сказал.

— Мама? Папа? Вы рано вернулись, — произнесла она с вымученной улыбкой и сняла маску.

Айдан заметил, что между Вайолет и родителями нет теплых отношений. Никаких поцелуев и объятий. Никаких рукопожатий. Просто вежливый обмен словами. Он не представлял себе подобных «стерильных» отношений со своими родителями, даже когда его отец был в стельку пьян.

Мистер Ниаркос не прокомментировал слова дочери, а повернулся к Айдану. Он оглядел его с головы до ног и тяжело вздохнул, словно ему не понравилось явное сходство между Айданом и Ноксом.

— Наше приглашение на бал, по-видимому, затерялось на почте, — произнес мистер Ниаркос, нисколько в это не веря. — Я рад, что мы все равно смогли приехать сюда. Я не хотел бы это пропустить. — Он смотрел то на Айдана, то на Вайолет, недовольно хмурясь.

— Мама, папа, это Айдан Мерфи, — нервно сказала Вайолет. — Он открывает реабилитационный центр «Дом Молли» в память о своих покойных родителях.

Мать Вайолет вежливо улыбнулась, но ее отец продолжал высокомерно пялиться на Айдана.

— Я бы хотел переговорить с мистером Мерфи наедине, — произнес отец Вайолет после неловкого молчания.

— Я бы предпочла, чтобы ты этого не делал, — сказала Вайолет, но сразу сникла, как только удостоилась сурового отцовского взгляда.

— Все в порядке, — вмешался Айдан и погладил ее по плечу, чтобы успокоить. — Я скоро вернусь.

Он последовал за ее отцом в угол зала, где они могли поговорить без свидетелей.

— Я наблюдал за вами, сынок.

Айдан выпрямился и встал, нависая над отцом Вайолет, который был чуть выше ее ростом. Пусть он миллиардер, обвешанный золотом и дизайнерской одеждой, но Айдан не позволит ему запугать себя так, как он запугал Вайолет. У него нет власти над ним.

— Я не ваш сын. Меня зовут Айдан.

— Ты прав. И ты никогда не будешь моим сыном, понимаешь? Ты думаешь, я не знаю, кто ты такой? Как только я увидел, что вы танцуете, я обо всем догадался. Но это не имеет значения. У тебя на руках проигрышный лотерейный билет.

— Любой мужчина, смотрящий на Вайолет как на выигрышный лотерейный билет, не заслуживает ее, — ответил Айдан. Вайолет умная и сильная женщина и прекрасная мать. Просто оскорбительно, что кто-то оценивает ее только с позиции ее денег.

Мистер Ниаркос на мгновение нахмурился, а затем ткнул толстым пальцем в сторону Айдана.

— Ее будущее связано с Бо. Он понимает ее и знает ее жизнь, он с ней из одного круга. Я не знаю вас, мистер Мерфи. Мне все равно, сантехник вы или водитель такси, но я уверен, что вы с ней не пара. Ты просто отец Нокса, все остальное не имеет значения. Вайолет образумится, и ты станешь просто случайным приключением в ее жизни, я это гарантирую.

Айдан очень старался сдерживаться, пока этот пожилой человек изрекал свои отвратительные суждения. Он хотел отговориться, противостоять ее отцу, но не мог, потому что согласился с каждым его словом. Айдан терзался сомнениями с тех пор, как понял, что его исчезнувшая любовница — миллиардерша и совладелица фонда «Ниаркос».

Он не охотился за ее деньгами. Честно говоря, богатство Вайолет сильно усложняло их отношения. Он уже знал, что он недостаточно хорош для нее, и не желал становиться объектом насмешек снобов, которые вращались вокруг Вайолет. Его всегда будут упрекать в том, что он использует Вайолет. Ему это не нужно. Он нахлебался этого, работая в рекламной фирме, где был одним из немногих людей, самостоятельно добившихся успеха, среди избалованных детей из семей элиты.

— Возможно, вы правы, но решение остается за Вайолет, а не за вами. — Прилагая все силы, чтобы сдержаться, Айдан отвернулся и зашагал прочь. Ему больше нечего сказать отцу Вайолет. Оба останутся при своем мнении. Сейчас Айдан должен отступить, иначе скажет или сделает что-нибудь, о чем пожалеет. В конце концов, не надо воевать с дедом Нокса.

Айдану захотелось покинуть бал-маскарад. Богачи еще не скоро разойдутся по домам. Он направился к выходу, когда услышал голос Вайолет.

— Айдан, подожди!

Обернувшись, он увидел, что она бежит к нему.

— Я возвращаюсь домой, Вайолет.

— Что он тебе сказал? — обеспокоенно спросила она.

— Ничего из того, что я еще не знал.

— Пожалуйста, не принимай это близко к сердцу, Айдан. Ему не понравится ни один мужчина, кроме Бо. Отец вбил себе в голову, что Бо для меня идеальная пара. Мне было бы проще встречаться с Бо, но…

— Проще? — прервал ее Айдан. — Встречи со мной усложняют тебе жизнь? Целоваться на балу со мной и поедать хот-доги намного ужаснее, чем пить шампанское и лопать икру на яхте с ослом вроде твоего бывшего жениха?

— Нет. Конечно нет. Я хочу сказать, что нам было бы легче, если бы мы были похожи.

— То есть, если бы я был богат и ты не стыдилась бы того, что у меня нет денег?

— Нет, Айдан. Я имею в виду другое: культуру, религию, семейные ценности… Мы с Бо воспитывались в одинаковых условиях, поэтому мы лучше понимаем друг друга. Мы выросли вместе и исповедуем одну и ту же греческую православную религию. У нас с ним просто много общего.

— Значит, причина не в том, что я беден, а в том, что я бедный католик-ирландец? Даже Айрис не опускалась так низко. Она не была паинькой, но по крайней мере она не скрывала, что деньги для нее превыше всего.

Вайолет закрыла лицо руками.

— Ты злишься и не понимаешь, о чем говоришь. Уезжай домой, если хочешь. Просто знай, что я не хочу быть с Бо, Айдан. Я хочу быть с тобой. Потому что я тебя люблю.

Если бы Айдан услышал это признание в другое время, то его сердце, вероятно, екнуло бы от радости. Но не сейчас. Казалось, в его душе осталась зияющая рана, которая не скоро заживет. Зря он бьется головой о стену, пытаясь достучаться до Вайолет.

— Я уверен, после того, как ты купишь себе какую-нибудь симпатичную вещицу, ты успокоишься и забудешь меня. — Он повернулся и пошел по главной лестнице к выходу из отеля.

Глава 11

Айдан бродил по улицам Манхэттена, не желая возвращаться домой и не находя покоя. Он проходил квартал за кварталом, пока лакированные черные туфли не начали наминать ему пальцы. Остановившись под уличным фонарем на углу улицы, он поднял глаза и увидел неоновую вывеску бара, в котором никогда не был.

Перейдя на другую сторону улицы, он вошел в затемненный и довольно тихий бар. Это был не шумный спортивный бар с десятками ревущих телевизоров или громкой живой музыкой. Бар больше походил на место, куда люди приходили, чтобы утопить свои горести в вине и на время спрятаться от мира. Атмосфера показалась Айдану идеальной.

Барменом был лысеющий мужчина лет сорока, с седеющей бородкой и густыми седыми бровями. Он кивнул, приветствуя Айдана, и вернулся к своим делам. Айдан расположился в дальнем, темном углу бара, отгородившись ото всех. Он взобрался на барный стул, тут же ослабил узел галстука-бабочки и расстегнул воротник рубашки. Это помогло ему уменьшить раздражающее ощущение комка в горле.

Сидя, он остался наедине со своими мыслями, и ему стало еще хуже. Четырех порций виски хватит, чтобы немного успокоиться. Так действовал бы его отец. Легко топить свои проблемы в вине до тех пор, пока вино не создает проблем. Сегодня вечером Айдан не будет напиваться.

— Что вам предложить? — спросил бармен, подойдя и положив салфетку перед Айданом.

— Имбирный эль, — ответил он до того, как не передумал и не заказал что-нибудь покрепче.

Бармен удивленно поднял бровь, глядя на Айдана, но ничего не сказал. Он просто повернулся и налил газировку в высокий бокал со льдом.

— Позовите меня, если вам что-нибудь понадобится.

Айдан радовался тому, что его оставили в покое. Бармены считались психотерапевтами-любителями, даже Айдан, но у его отца был особенный дар общения с клиентами, которого не хватало ему. Большинству барменов нравится эта часть их работы: они рады клиентам, которые хотят поболтать. Вероятно, Айдан мог бы поговорить с кем-нибудь сегодня вечером, но он не был готов к этому. Пока не готов.

Поэтому он отпил имбирного эля и уставился в упор на деревянную столешницу барной стойки. Чем дольше он сидел, тем тяжелее казалось ему обручальное кольцо в кармане пальто. Наконец он вынул футляр из кармана и положил его рядом с напитком. Открыв футляр, он взял кольцо и задумчиво повертел его между пальцами. Оно сверкало даже при тусклом освещении в баре. Кольцо было таким же прекрасным, как и женщина, которой он собирался подарить его сегодня.

Зря ему пришла в голову эта идея. Прожив вместе с Вайолет всего неделю, он возомнил себе, будто между ними сложились настоящие отношения. Возможно, и так. Но разве может он предлагать Вайолет замужество? Она великолепная миллиардерша, способная получить любого мужчину, который ей понравится. Пусть она выбрала Айдана в любовники, но это не значит, что она выберет его в мужья. Вероятно, при других обстоятельствах она не выбрала бы его на роль отца своего ребенка.

Черт побери, он должен радоваться тому, что на бал заявились ее родители и все пошло наперекосяк до того, как он осмелился сделать Вайолет предложение. В конце концов, он все равно оказался в этом баре, чувствуя себя жалким и одиноким, но сейчас он, по крайней мере, счастлив оттого, что она не выставила его дураком на балу у всех на глазах.

Ведь она наверняка отказала бы ему, верно?

Конечно, отказала бы. Что он может ей предложить? В тот день, когда они встретились с Бо, отношения с Айданом вроде бы были для нее важнее успеха и денег. Но была ли она по-настоящему искренней? Вайолет сказала, что любит его, но Айдан не знал, стоит ли ей доверять. Она просто отчаянно хотела удержать его на балу, и больше ничего. Он не представлял, что она может одновременно быть на стороне отца и делать подобные признания в любви.

Опять же, если бы он слушал ее, полагаясь на разум, а не на эмоции, он бы, вероятно, интерпретировал ее слова иначе. Айдан размышлял об этом много раз, прокручивая в мозгу их разговор как видеоролик. Теперь он понимал: Вайолет ни разу не говорила о том, что он недостаточно хорош для нее или что она выбрала бы Бо, как хотел ее отец. Она просто сказала о том, что ее отец считает Айдана другим и это может усложнить их отношения.

Это было правдой. Айдан и Вайолет разные во всех отношениях, не считая их материального достатка. Да, это означало, что они столкнутся с проблемами, как только поженятся. Им придется обсуждать, к какой религиозной группе будет принадлежать Нокс и пойдет ли он в элитную частную школу. Но Айдан любит ее. И он любит своего сына. Он хочет, чтобы они стали настоящей семьей. Если она действительно любит Айдана так, как говорит, они могут постараться и сделать так, что им будет хорошо вместе.

Однако он наплевал на ее признание и ушел.

— Обычно я не вмешиваюсь в чужие дела, но сюда нечасто приходят парни в смокингах с бриллиантовыми кольцами для девушек. Особенно такие, которые пьют имбирный эль так, словно перед смертью.

Айдан посмотрел на несколько пустых бокалов из-под газировки напротив себя и улыбнулся бармену.

— Я бы на вашем месте тоже удивился, — признался он. — Я тоже владею баром.

— И что вы тогда здесь делаете?

Хороший вопрос. Айдан подумывал пойти в «Мерфи». Он даже прошел мимо своего паба.

— Если бы я пошел в свой бар, я бы в конечном счете работал бы там в ночную смену. Сегодня вечером у меня много мыслей в голове.

— Проблемы с женщиной?

— Можно сказать и так. — Айдан посмотрел на кольцо, потом положил его в футляр. — Вы женаты?

— Был женат.

— В разводе?

Бармен покачал головой:

— Я вдовец.

Айдан выпрямился, внезапно ему стало совестно. У бармена более сложные проблемы, чем у него.

— Простите.

— Не извиняйтесь. Прошло уже десять лет. Хотел бы я сказать, что смирился с ее смертью, но это будет неправда. Мне просто стало легче говорить о ней.

— Она болела? — По непонятной причине Айдану было проще обсуждать проблемы бармена, чем говорить о своих делах.

— Нет. Произошел несчастный случай. Однажды мы спорили о какой-то ерунде, а через минуту ее не стало.

Айдан видел сожаление на лице мужчины. Даже десятилетие спустя потеря жены не давала ему покоя.

— Мы всегда спорили по пустякам, — продолжал бармен. — Я никогда не нравился ее родителям, поэтому они постоянно старались нас поссорить и заставить свою дочь разрываться между ними и мной. Она все время пыталась сохранить мир, но я не хотел мира. Я хотел, чтобы она была со мной. Напряжение нарастало бы до тех пор, пока мы не согласились бы друг с другом в мелочах. Теперь все это кажется глупым.

Айдан отлично понимал бармена.

— Почему вы не нравились ее родителям? — спросил он.

Бармен пожал плечами:

— Они хватались за любой повод. Я не получил хорошего образования, и у меня не было перспектив в карьере. Я вырос не в самой благополучной семье. Я не лебезил перед своими тестем и тещей. Казалось, им наплевать, как сильно мы любили друг друга, как хорошо я относился к их дочери. Она была для меня всем. Но спустя много лет я наконец понял, что в принципе любые мои поступки были бы неправильными, потому что ни один мужчина не был достаточно хорош для их единственной дочери.

— Я вас понимаю. Моя… Вайолет — единственный ребенок в семье. Ее родители предъявляют очень высокие требования к ее парням.

Бармен кивнул:

— По сути, ничто из этого не имело значения, но я этого не знал. Я не понимал самого важного — того, что она меня любила. Я должен был думать только об этом. Вместо того, чтобы спорить с ней, я был обязан крепко обнимать ее и ценить каждый драгоценный момент, который у нас был, потому что теперь у меня не осталось ничего.

Айдан не знал, что сказать, но осознавал, что мысль о потере Вайолет просто невыносима. Он не выживет без нее. Он не сможет воспитывать Нокса, если ее не будет рядом. Он вообще не желал представлять свою жизнь без Вайолет.

И все же он ушел от нее сегодня вечером, отмахнувшись от ее признания в любви. О чем он думал?

— Слушайте, я не знаю, что у вас происходит и о чем вы думаете. Но я уверен в одном: когда вы находите человека, которого любите и который любит вас, вы должны держаться за него. Не каждый день встретишь человека, рядом с которым твоя жизнь становится осмысленной. Встречая такого человека, надо сосредоточиться на том, что действительно важно, потому что все остальное — ерунда. Наплевать, о чем думают ее родители. Наплевать, о чем думают ее знакомые… К сожалению, большинство людей не понимают своего счастья до тех пор, пока его не потеряют. Я каждый день сожалею о своей потере.

Айдан уже изнывал от угрызений совести. Он не вынесет мысли о том, что будет пожизненно сожалеть о том, от чего отказался. Взяв кошелек, он расплатился за напитки.

— Спасибо за совет. Мне действительно надо было с кем-то поговорить.

— Нет проблем. Не повторяйте мои ошибки. У вас еще есть шанс все исправить с вашей Вайолет. Не тратьте время впустую.

Айдан соскользнул с табурета. У него появилась новая цель. Он решил взять такси, поехать к себе домой и обдумать свои дальнейшие действия.

Он любит Вайолет. Остается надеяться, что она тоже продолжает его любить.

Вайолет посмотрела на документы на своем рабочем столе, но не смогла сосредоточиться. Так было уже целую неделю после того, как Айдан ушел с бала-маскарада. Она не смогла забыть его лицо, когда он говорил ей ненавистные слова и уходил прочь.

Она заслужила его гнев — в этом она была уверена, но она не предполагала, что Айдан так грубо ее отвергнет. Вайолет не разделяла мнение своего отца; она просто пыталась объяснить, почему ее отец так думает. Противоположности действительно притягиваются, но их ждут сложные отношения. Не считая сына, у нее и Айдана мало общего. Она не была против этого. Их различия — данность, которую не изменить.

Но это не заставит Вайолет меньше любить Айдана. Вероятно, одной любви мало. Возможно, они должны просто быть родителями Нокса и больше ничего.

Жаль, что она не сможет убедить в этом свое влюбленное сердце.

В дверь постучали.

— Да?

Бетси открыла дверь и виновато посмотрела на Вайолет.

— Извините за беспокойство, мисс Ниаркос, но к вам пришел мистер Россо.

Вайолет стало тошно. На долю секунды она понадеялась, что к ней пришел Айдан, а не Бо.

— Скажите ему, что я занята. Пусть позвонит и запишется ко мне на прием.

— Я сказала, но он настаивает на немедленной встрече с вами.

Вайолет вздохнула. Бо упрям как осел. Он не покинет офис, пока не получит то, что хочет.

— Хорошо. Но прервите нас через десять минут срочным звонком.

Бетси кивнула, и через мгновение Бо вошел в дверь. Он выглядел дерзко, как всегда, в полосатом костюме, с черными волосами и нахальной улыбкой. Он высокомерно прошелся по комнате до ее рабочего стола, засунув руки в карманы брюк.

Чем ближе он подходил к ней, тем труднее ей верилось, что она едва не вышла за него замуж. Да, ее отец был прав, говоря, что с Бо ей будет легче. По крайней мере, теоретически. Но в данный момент при мысли о новых свиданиях с Бо ей стало дурно.

— Вайолет, я разочарован, — сказал Бо.

Она выгнула бровь, продолжая сидеть за столом.

— Можно узнать, почему?

— Ни поцелуя? Ни даже рукопожатия?

Вайолет протянула руку, чтобы пожать Бо руку, но он поднес ее к своим губам. Она резко высвободила руку и опустила ее под стол.

— Чего ты хочешь, Бо? Сегодня я очень занята.

Бо расстегнул пиджак и развалился на стуле для посетителей.

— Я не виделся с тобой на балу. Я застрял в пробке, а когда приехал, твои родители сказали, что ты уже ушла.

— У меня было плохое настроение.

Вайолет говорила правду. После ухода Айдана она не могла вернуться в зал и снова встретиться с родителями. Она знала, что сделает или скажет что-нибудь, о чем пожалеет. Она не хотела навредить репутации «Дома Молли», спровоцировав скандал на балу, поэтому передала бразды правления Бетси и уехала.

— Да, так мне сказали твои родители. Они говорят, ты поссорилась с отцом Нокса, и попросили меня приехать к тебе.

— Зачем? Ты решил меня спасти?

Бо просто пожал плечами:

— Может быть. Я подумал, что, возможно, ты образумишься и передумаешь насчет нашей помолвки.

— Образумиться?

— Ну да. Нам хорошо вместе, Вай. Это очевидно всем, кроме тебя.

— Я не согласна с твоим заявлением. — Бо едва ли идеальная пара для нее, хотя ее родители никогда этого не понимали. Возможно, их собственные отношения были настолько прозаичными, что они просто не замечали разницы.

Вайолет тоже не замечала разницы, пока не провела несколько недель с Айданом. Он не только хороший человек и отличный любовник, но и замечательный отец. Бо никогда не будет таким отцом для Нокса. Без Айдана жизнь Вайолет и Нокса будет неполной. Как отец мальчика, Бо не сможет конкурировать с Айданом. Бо не станет заниматься с ним спортом или водить на матчи «Янки». Он даже не сможет успокоить плачущего Нокса.

— По-моему, ты не должна быть такой разборчивой, Вайолет.

— Разборчивость?

— Да. Я веду себя благородно. Я закрываю глаза на твою маленькую неверность и готов принять Нокса как собственного сына. Это большая жертва с моей стороны. Не многие люди поступили бы так на моем месте. Я готов жениться на тебе, Вайолет. Я готов простить тебе измену и начать наши отношения заново.

Вайолет прищурилась, глядя на Бо, и внезапно его слова показались ей знакомыми.

«Маленькая неверность».

А потом, точно так же, как в день прихода Айдана в ее офис, на нее нахлынули воспоминания. Все это время она задавалась вопросом, почему в ту ночь пошла в паб «Мерфи». Она пришла туда одна, напилась текилы, чтобы забыться и отвлечься. Но она действовала вопреки своим принципам. Вспомнив свои отношения с Айданом, она никак не могла вспомнить причину своего прихода в паб.

Она убедила себя, что, возможно, как обычно, поссорилась с Бо. Они ссорились очень часто, потому что Бо нередко отсутствовал ночами и делал все, чтобы Вайолет сомневалась в его готовности остепениться. Если бы она не забеременела, она никогда не согласилась бы выйти за него замуж.

И если бы она раньше вспомнила о том, что знает теперь, то врезала бы ему кулаком в физиономию.

— Ублюдок, — произнесла она ледяным тоном.

Бо удивленно округлил глаза.

— Что?

— Ты скрывал от меня все эти месяцы, что знаешь правду, и планировал нашу свадьбу.

— Правда о чем? Что у тебя ребенок от другого мужчины? Я этого не знал. Я думал, он от меня. Откуда мне было знать, что ты спуталась с барменом? Я думал, ты мне верна.

Следовало признать, что Бо отлично держится. Он собирался и дальше лгать Вайолет, потому что думал, что она еще не все помнит.

— Я имею в виду правду о тебе и обо мне. Потому что я была тебе верна, Бо. Я, как ты сказал, спуталась с барменом после того, как мы с тобой расстались, потому что я застукала тебя в постели с подлой и жирной Кармеллой Дэвис.

Прежде подавляемые образы внезапно стали невероятно отчетливыми. Ее квартира. Ее кровать. Ее парень. Голая, грудастая блондинка Кармелла сидит на Бо верхом… Бо и Вайолет поссорились. Он утверждал, что она не должна обращать внимания на его «маленькую неверность». Ничего серьезного. Вайолет выскочила на улицу и бродила там как обезумевшая, пока не пришла в паб «Мерфи».

— Я не знаю, о чем ты говоришь, Вайолет.

Она уперлась руками в стол, встала и свирепо посмотрела на Бо сверху вниз. Ее щеки пылали от гнева.

— Ты наверняка обрадовался, когда я потеряла память в результате аварии. Из-за собственной глупости ты лишился бы лотерейного билета в миллиард долларов. Но я забыла обо всем этом, и ты продолжал действовать так, будто ничего не случилось.

На этот раз у Бо хватило ума держать язык за зубами.

— Ты был у моей постели в больнице. Держал меня за руку. И все это время тебе везло, потому что я не помнила, что случилось между тобой и Кармеллой. Но врачи сказали, что память ко мне вернется. Неужели тебя это не пугало?

— Не очень. — Он высокомерно пожал плечами. — Когда ты забеременела, я подумал, что ребенок от меня, и я решил на тебе жениться, несмотря ни на что. Если бы ты не настаивала на том, чтобы сыграть свадьбу после родов, мы давно уже поженились бы — задолго до возвращения к тебе памяти. Но потом этот рыжий мальчишка вылез из тебя и испортил все мои планы.

— Вот и все. — Она сердито указала пальцем на дверь. Она слишком долго была терпеливой. — Убирайся из моего офиса!

— Вайолет… — Он начал спорить.

— Нет. Конец дискуссии. Я не шучу, Бо. Я хочу, чтобы ты навсегда ушел из моего офиса и моей жизни. По-хорошему. Я не желаю видеться с тобой снова ни здесь, ни у себя в квартире, ни у моих родителей. Я хочу, чтобы ты ушел.

Она неумолимо указывала пальцем на дверь, сурово глядя на Бо. Рыча от разочарования, он резко встал и вышел, не говоря ни слова.

Дверь в ее офис захлопнулась — Вайолет облегченно вздохнула. Бо ушел. Даже он не настолько глуп, чтобы вернуться и продолжать ее донимать. Все кончено. Ее родителям придется смириться. В любом случае она всегда их разочаровывала. Но теперь ей на это наплевать.

Вайолет любит Айдана и больше всего на свете хочет быть с ним. Ей просто надо убедить его в том, что ее чувства искренние.

Глава 12

Передняя часть дома матери Айдана казалась пустой без безделушек и ажурных салфеток. Теперь в комнате стоял большой письменный стол, книжные полки и картотека. В этом помещении разместился офис администратора, которого Айдан нанял для управления реабилитационным центром «Дом Молли». Тед, который пять лет назад излечился от алкоголизма, согласился управлять реабилитационным центром и присматривать за его клиентами за небольшую зарплату и проживание в центре.

Пока Тед отлично справлялся со своим обязанностями. Мало того что он будет хорошим наставником для людей, которые будут здесь жить, так ранее он работал в строительной отрасли и теперь помогал Айдану с ремонтом реабилитационного центра. Следовало о многом позаботиться, и Тед решал проблемы сразу, как только они появлялись.

Хотя Айдан решил поехать к Вайолет и извиниться перед ней сразу же после общения с барменом, у него это не получилось. В понедельник утром, когда он пошел в фонд «Ниаркос», Вайолет не было в офисе. Его встретила Бетси, которая была достаточно любезна и вела себя так, будто на балу ничего не произошло. Она вручила ему флешку с базой данных гостей бала-маскарада и чек на огромную сумму — выручку после успешного проведения мероприятия. К счастью, инцидент с родителями Вайолет никак не повлиял на благотворительные сборы. Айдан поблагодарил Бетси. Она также пообещала сообщить Вайолет о его визите. Вероятно, она позвонит ему, как только у нее появится такая возможность.

Ожидая звонка Вайолет, Айдан занимался обустройством «Дома Молли». Прежде всего, он поставил своего помощника управлять пабом «Мерфи» и взял недельный отпуск впервые после смерти отца. Айдан сделал все возможное, чтобы быть в доме матери круглые сутки. Он купил строительные материалы, мебель, постельные принадлежности и полотенца для спален и ванных комнат, а потом пригласил бригаду уборщиков. Реабилитационный центр должен был вот-вот открыться, поэтому Тед рассматривал заявки от первых клиентов, прошедших лечение от алкоголизма в ближайшей клинике.

Дела отняли у Айдана больше времени, чем он предполагал, но он решил, что короткое расставание с Вайолет пойдет ему на пользу в любом случае. Сегодня, как только он уладит все проблемы, он отправится к Вайолет домой, чтобы провести заранее запланированное время с Ноксом. Поскольку она ему не позвонила, Айдан не совсем понимал, готова ли она к его извинениям, но решил все равно поговорить с ней. Даже если им не удастся наладить отношения, они, по крайней мере, должны хорошо ладить, чтобы вместе воспитывать Нокса. Когда Айдан приходил к сыну, Тара уходила, и у него и Вайолет было время, чтобы поболтать.

Жаль только, что сегодня он весь как на иголках.

— Эй, Айдан?

Положив пластиковый коврик под новый офисный стул, он посмотрел на своего администратора.

— Да, Тед?

— Там к тебе пришли.

В такое время?

— Пусть войдут. — Айдан подкатил стул к письменному столу и поправил компьютерные шнуры.

— Айдан? — сказал знакомый женский голос.

Подняв глаза, Айдан неожиданно обнаружил, что в дверях стоит Вайолет. Он выпрямился и провел руками по джинсам, чтобы стряхнуть пыль.

— Привет! Я… Я не ждал тебя. Я думал, сегодня вечером я приеду к тебе. — Реабилитационный центр был далеко от центра города, и Вайолет ни разу в нем не была. Айдана мгновенно охватило беспокойство и неуверенность.

— Все в порядке? Нокс здоров?

— С ним все хорошо, — заверила его Вайолет. — Я могла привезти его с собой, но было время обеда, а я не хочу нарушать его режим. Он капризничает, когда голоден.

— В этом он пошел в меня, — произнес Айдан с улыбкой, надеясь избавиться от неловкости. Не помогло. Айдан по-прежнему не понимал, почему Вайолет здесь, если с ребенком ничего не случилось. Она могла прислать Айдану сообщение или позвонить. О чем таком личном она хотела поговорить с ним, если сама сюда приехала?

— Мне сегодня удастся встретиться с Ноксом? — спросил он.

— Да, конечно. Я просто… — Она колебалась, разглядывая паркетные полы, которые он и Тед недавно перестилали. — Я не хотела откладывать разговор с тобой. Я уже слишком долго ждала, но на этой неделе в фонде было много работы.

Айдан нахмурился. Ему не понравилось, как она это сказала. Ситуация казалась слишком зловещей.

— Выпьешь кофе или еще что-нибудь? — спросил он, стараясь продолжать спокойный разговор. — Я поставил на кухне кофемашины. Мне сказали, что лечащиеся алкоголики пьют много кофе.

— Да, конечно. — Она последовала за ним по дому на кухню. Она молчала, пока он делал им обоим кофе. Потом они уселись за старым кухонным столом.

— За этим столом я съел тысячи тарелок кукурузных хлопьев, — произнес он, надеясь, что не выглядит неуверенным.

Вайолет рассмеялась, согревая руки о кружку кофе и собираясь с мыслями.

— Этот большой старый дом хранит много дорогих тебе историй, — сказала она. — Я думаю, он идеально подходит для «Дома Молли». Я не знаю, почему не приехала сюда раньше. Я не могу дождаться, когда откроется реабилитационный центр.

— Ты приехала, чтобы осмотреть дом?

— Нет. На самом деле я заезжала в «Мерфи», но там мне сказали, что ты взял недельный отпуск, чтобы заниматься центром, поэтому я приехала сюда. Я хотела увидеться с тобой сегодня и попросить у тебя прощения.

Он не знал, как реагировать. Он сам хотел перед ней извиниться, и все же она сделала этой первой.

— За что ты просишь прощения? Я не понимаю.

Она вздохнула и покачала головой, продолжая пялиться в кружку.

— Прости, что я не противостояла своему отцу на балу. Я должна была заранее поговорить с родителями о том, что я нашла отца Нокса. Но я просто избегала этого максимально долго и попала в переплет.

— Ты не могла предвидеть реакцию своего отца.

— По сути, она была предсказуема; он упрямый старый осел. Ты решил, будто я стыжусь тебя, но этого никогда не было. Я беспокоилась о том, что мой отец увидит нас вместе и влезет туда, куда не следует. Конечно, именно это он и сделал. Мне не надо было позволять ему грубить тебе и запугивать тебя, потому что он не имеет права диктовать тебе условия. Я была обязана защитить тебя от него. И даже если бы мне не удалось остановить его, мне надо было постоять за себя и наши отношения и потребовать у него не влезать в мою личную жизнь. Но я струсила и в конечном счете причинила тебе боль. Мне удалось оттолкнуть тебя, хотя больше всего на свете мне хотелось, чтобы ты остался со мной.

Айдан разволновался, слушая ее слова, и очень старался успокоиться. Похоже, ей надо многое ему сказать, и он не будет ей препятствовать.

— После бала прошла почти неделя, — произнес он. — Что спровоцировало тебя на такие откровения?

Вайолет подняла глаза от кружки с кофе.

— Вчера в фонд приходил Бо, и ко мне вернулись последние утраченные воспоминания. Все это время я винила себя за то, что изменила Бо. Мои родители снова и снова настаивали на том, будто он по-настоящему любит меня, прощая измену и желая принять Нокса как родного сына. Но я всегда чувствовала подвох. Теперь я знаю почему. Я пришла в «Мерфи» в ту ночь потому, что по возвращении домой застала Бо в постели с другой женщиной. Я порвала с ним отношения и убежала из дома. Я не обманывала его. Он первый мне изменил, а потом, пользуясь моей амнезией, вел себя так, будто ничего не случилось.

— Ого! — воскликнул Айдан, хотя совсем не был удивлен. Бо сразу ему не понравился. — Мне жаль, что он причинил тебе боль, Вайолет. Жаль, что ты не сказала мне о том, что произошло, в ту ночь в пабе. Я мог бы рассказать тебе о том, что ты забыла. Ты вспомнила события того дня спустя год. Но лучше узнать позже, чем никогда.

Она слегка улыбнулась.

— Все нормально. Всему свое время. Он пытался уговорить меня начать отношения заново, вероятно под давлением моего отца, но я покончила с этим раз и навсегда.

Интересная история. Айдан обрадовался тому, что к Вайолет вернулась память, но не совсем понял, почему она рассказывает ему обо всем этом. Она рассталась с Бо, но это не значит, что она будет с Айданом. Бо был не единственным препятствием в их отношениях.

— Я рад за тебя, — сказал Айдан.

— Но это не самое главное, — произнесла она. — Разговаривая с Бо и слушая его рассказы о том, как нам надо снова сойтись, — еще до того, как я вспомнила все до конца, — я поняла, что не желаю давать ему шанс. Хотя теоретически мы с ним должны были ладить, на практике у нас ничего не получилось бы. У него нет того, чем обладаешь ты. Ты отец Нокса. Не только биологически. Ты охотно согласился быть ему отцом по-настоящему. Ты возишься с ним, пока он еще совсем маленький, и я знаю, как здорово вам будет вместе, когда он повзрослеет. Бо никогда не был бы Ноксу хорошим отцом. Для него мой сын был бы обычной помехой.

Айдан с радостью услышал о том, что нравится Вайолет в роли отца Нокса, однако это было не то, что он хотел услышать прямо сейчас. Он желал знать, что она хочет, чтобы он был рядом с ней не только ради сына, но и ради нее самой.

— Это все? — спросил он.

— Нет. Я только начала. Конечно, я не просто хочу отца для Нокса. Я поняла, что хочу тебя тоже. Нет, даже не это. Конечно, я хочу тебя. Я не так выразилась. Я желаю быть с тобой, независимо от того, что и кто говорит или думает о нас. — Вайолет накрыла ладонью его руку. — Я люблю тебя, Айдан. И не потому, что ты отец моего сына. Я хотела бы, чтобы ты был со мной, даже если бы я не забеременела в тот уик-энд.

Айдан был ошеломлен и потерял дар речи. Он не понимал, как ему отвечать. Он услышал от Вайолет то, что жаждал от нее услышать, но ее откровения испугали его до смерти. Хотя он знал, что она неравнодушна к нему, и она сказала, будто любит его, в глубине души он не верил в такую возможность. Может ли женщина вроде Вайолет действительно любить кого-то, подобного ему? Он боялся ей поверить.

— А как же то, что ты говорила на балу? О том, какие мы разные. О том, что тебе было бы легче с парнем вроде Бо? С парнем, у которого с тобой одна культура и воспитание. В этом плане ничего не изменилось.

— И я не хочу, чтобы ты менялся. Любовь не бывает простой. Я поняла, что не смогу любить вроде бы подходящего мне Бо после того, как он со мной поступил. Я не смогла бы научиться прощать его и доверять ему; отношения с ним были бы намного труднее, чем мои отношения с тобой. Нам с тобой будет нелегко вместе, зато интересно. Я не хочу, чтобы мы с тобой были похожи. Я просто хочу, чтобы мы были вместе. И были счастливы. По-твоему, тебе удастся стать счастливым со мной и Ноксом? Нам удастся создать семью?

При мысли о настоящей семье с Вайолет у Айдана сдавило грудь. К нему вернулись детские воспоминания о Рождестве и Пасхе, первых школьных днях, пицце с сыром в пятницу вечером. Все эти события, происходящие с ним, Ноксом и Вайолет, — это все, о чем он мог мечтать.

Осталось сделать только одно.

* * *

На протяжении всей их беседы Айдан неуверенно отмалчивался. Он задал Вайолет несколько вопросов, но по большей части сидел с кружкой кофе и тихо слушал, как Вайолет с ним откровенничает. Она приехала сюда, зная, что он может отмахнуться от ее признаний. Она была готова к этому, но все равно отчаянно надеялась, что Айдан вскочит со стула, подхватит ее на руки, объявит о своей любви к ней и зацелует до беспамятства.

Когда Айдан наконец решил что-то сделать, он встал со взглядом стоика и сказал:

— Я отлучусь на минутку.

Она кивнула и стала наблюдать, как он исчезает в гостиной и поднимается по лестнице. Она не знала, чем он собирается заниматься наверху в данный момент, но изо всех сил старалась быть терпеливой и не слишком остро реагировать.

Однако ее глаза щипало от слез разочарования. Она спросила Айдана, хочет ли он быть с ней, сказала ему о своей любви, а он просто встал из-за стола и ушел. Она совсем не так представляла момент их воссоединения.

Айдан вернулся через несколько минут, сжимая в руке маленькую вещицу.

— Извини, что заставил тебя ждать. Я должен был принести нечто важное.

Вайолет шмыгнула носом, сдерживая слезы, которые теперь сочла преждевременными.

— Все нормально. Не торопись. Я понимаю, что слишком много тебе наговорила.

Он кивнул:

— Все в порядке. Всю прошедшую неделю я вспоминал события бала-маскарада и то время, пока мы были вместе. Я пытался понять, что могу сказать тебе или сделать, чтобы убедить тебя дать нам шанс. Настоящий шанс. Если мы собираемся стать семьей, между нами больше не может быть секретов. Если ты любишь меня, ты не должна скрывать свою любовь от родителей. Если ты любишь меня, то при встрече с твоими друзьями-богачами ты должна говорить им, что я управляю пабом.

— Да, — ответила она и выпрямила спину. — Я люблю тебя, и мне наплевать на мнение других людей. Я обо всем рассказала своим родителям вчера вечером.

— Что они сказали?

Она решила не вдаваться в детали:

— Отец угрожает вычеркнуть мое имя из завещания.

Айдан округлил глаза.

— О нет.

Вайолет только пожала плечами:

— Для меня это не имеет значения. Я получаю деньги с трастового счета, который мой дедушка открыл для меня сразу после моего рождения. Мне не нужны деньги отца. Я думаю, он просто блефует, чтобы добиться своего. Ему надо привыкнуть к тому, что я больше не позволю вмешиваться в мою жизнь. Мне почти тридцать. Я уже взрослая девочка.

Айдан широко улыбнулся.

— Я рад это слышать, потому что у меня для тебя подарок. По правде говоря, он был у меня уже на балу, но там я решил, что время неподходящее. А потом я… Ну, я подумал, что я правильно сделал, что не подарил его тебе.

Вайолет присмотрелась к вещице в его руке. Она точно знала, что это такое. Это был футляр для ювелирных изделий. Ошибка исключена. Ее сердце забилось чаще. Неужели это то, о чем она подумала? Скроет ли она свое разочарование, если в футляре окажется просто ожерелье или серьги?

— Мы с тобой разные, но я думаю, это неплохо. Единственное, что меня беспокоило, — это то, что мы никогда не будем ровнями в финансовом отношении. На этой планете мало мужчин, которые так же богаты, как ты. И поскольку Марк Цукерберг и Билл Гейтс уже женаты, остается еще меньше претендентов на твою руку и сердце. Мужчине не просто оказаться в подобной ситуации, но я никогда не стану таким богатым, как ты, поэтому я должен с этим смириться. Я не понимал, насколько это беспокоит меня, пока до меня не дошло, что я люблю тебя.

Вайолет затаила дыхание. Айдан ни разу не говорил таких слов. Она призналась ему в любви на балу и несколько раз сегодня, но он так и не ответил на ее чувства. Теперь ее накрыло волной облегчения. Айдан любит ее.

Но прежнее беспокойство сменилось новым волнением. Неужели наступил момент, которого она так ждала? Она была помолвлена с Бо, но не испытывала с ним таких ощущений, как с Айданом. Узнав о ее беременности, Бо почти равнодушно предложил ей пожениться; они отправились в шикарный ювелирный магазин, чтобы купить ей кольцо. Вайолет не ожидала от Бо романтики и возвышенных признаний, но его скучное предложение тоже ее не удовлетворило.

— Я должен признаться, что во многих отношениях я старомоден. Мне следовало жениться на тебе сразу, как только я узнал о Ноксе. Но я не был уверен в твоих чувствах. А потом, когда мы опять сблизились, я захотел, чтобы мы стали настоящей семьей. И я хотел, чтобы ты вышла за меня замуж. Я люблю тебя и желаю быть с тобой до конца жизни. Но я боялся, что ты откажешь мне.

Айдан поднял в руке по-прежнему закрытый футляр.

— Меня беспокоило то, что я никогда не смогу купить тебе такое кольцо, какое могут позволить себе покупать другие мужчины. Ты заслуживаешь лучшего, Вайолет. Ты заслуживаешь самое красивое кольцо с самым большим бриллиантом. Но я не смогу подарить его тебе.

Она хотела сказать ему, что не важно, какое кольцо он ей подарит. Для некоторых женщин обручальное кольцо — символ статуса, но Вайолет не разделяет их мнение. Кольцо, которое подарил ей Бо, было хорошим, но неуклюжим и тяжелым. Она предпочла бы простое кольцо, и ей не нравилось, что Айдан терзается сомнениями. Она хотела кричать, что была готова выйти за него замуж еще до того, как он сделал ей предложение, но держала язык за зубами. Она жаждала стать его женой, но хотела услышать его признания.

— Я понял: лучшее, что я могу предложить тебе, кроме моего сердца, моей любви и моей преданности тебе и нашему сына, — это дорогая для меня вещь.

Айдан открыл футляр. Внутри его было кольцо с бриллиантом, при виде которого Вайолет затаила дыхание. Круглый бриллиант был оправлен в платину, а вокруг него располагались более мелкие бриллианты. Это было кольцо в стиле ардеко, сделанное примерно в 1930-х годах. Вайолет не понимала, где он раздобыл такое красивое ювелирное украшение.

— Это кольцо принадлежало моей матери, а прежде — моей прабабушке по отцовской линии. Когда моя мать заболела, она настояла на том, чтобы я забрал кольцо и не хоронил ее с ним. Она сказала мне, что в один прекрасный день я встречу особенную для меня женщину и сделаю ей предложение. Я должен буду отдать ей это кольцо. Я считаю тебя особенной во всем, Вайолет. Ты умная и красивая женщина и удивительная мать. Моя душа разрывается при мысли о том, что я не буду просыпаться рядом с тобой каждое утро.

Сердце Вайолет так громко колотилось в груди, что она едва слышала слова Айдана. Но она понимала, что он еще не задал ей главный вопрос, на который ей отчаянно хотелось ответить утвердительно. Держа кольцо в руке, он выжидающе посмотрел на нее.

— И?.. — сказала Вайолет.

Айдан смотрел на нее, хмурясь от смущения.

— И?.. — Он вдруг вытаращил глаза. — Ой! Я забыл самое важное, да? — Он встал на колено на изношенный линолеум на кухне своей матери. — Вайолет Ниаркос, я так тебя люблю, что мне больно дышать, когда ты не со мной. Я знаю, я далек от идеала, но я готов до конца своей жизни стараться стать таким человеком, которого ты заслуживаешь. Ты окажешь мне честь и выйдешь за меня замуж?

Наконец-то.

— Да! — закричала Вайолет.

Дрожащими пальцами Айдан взял кольцо из бархатного футляра и надел его на палец Вайолет. Оно красиво переливалось в лучах полуденного солнца. Оно не было слишком громоздким или тяжелым. Итак, семейная реликвия передалась новому поколению.

Сжав руку Вайолет, он поднялся на ноги и обнял ее. Она крепко обвила его шею руками и прижалась к нему. Когда их губы встретились, она с упоением почувствовала их вкус и поблагодарила судьбу за шанс целовать мужчину, которого считала потерянным для себя навсегда. Она никогда не хотела расставаться с Айданом и теперь знала, что ей не придется этого делать. Они принадлежат друг другу.

Навсегда.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Андреа Лоренс
Любовное зелье для плейбоя

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12